Гаан Лилия Николаевна

И истинным леди есть, что скрывать... Книга 2. Вдовствующая маркиза.

ТЕЙЛОРЫ.

Лили сидела за столом, молча ковыряясь в тарелке, и не испытывая ни голода, ни жажды, ни каких-либо эмоций или чувств. Она так много пролила слёз за эти дни, терзалась такими чудовищными угрызениями совести, что сработала защитная система организма, заставившая её на время отупеть.

Ночью женщине снился всё время один и тот же сон - укоризненно глядящий на жену Том тихо спрашивал, почему она ему изменяла, почему вела себя столь недостойно? И она не находила слов для оправдания своего чудовищного поведения.

Сожаления, раскаяние и неожиданно вспыхнувшая в сердце привязанность к погибшему мужу вдруг затопили все её существование, приведя к чуть ли не безумию от горя. Теперь не нужно было бояться предательства, теперь не стоило терзаться ревностью или подозрительностью, Том ушел навсегда, и отпала всякая надобность защищать от него свое сердце. И оно стало безраздельно ему принадлежать!

Сам измученный горем Мортланд и то счел нужным успокоить невестку.

- Так нельзя! - мягко выговаривал он. - Да, мы все его любили! Том был необыкновенным человеком, но жизнь не кончается с уходом даже самых дорогих нам людей.

Лили смотрела горячечными глазами на деверя и не видела его.

- Мы могли быть так счастливы,- стонала она, раскачиваясь из стороны в сторону,- если бы не моя глупость, если бы не мой несчастливый нрав! Тому было наречено прожить так мало лет, и почему судьба ему предназначила такую недостойную супругу как я? Если бы всё вернуть, если бы начать сначала!

- Человеку не дано исправить прошлое, Лили! Но у нас остается ещё будущее!

Мортланд боялся покинуть вдову, оставить её без поддержки, но и видеться с Кавендишами не входило в его планы. Поэтому он собрался в путь тот час, как прислуга принесла известие о прибытие в Кавендиш-холл лорда с юной миледи.

- Я оставляю тебя, дорогая, в обществе близких людей,- мягко попрощался он с несчастной вдовой,- они тебе помогут прийти в себя, но, Лили, запомни, что ты и племянники - самое дорогое, что есть у меня в этом мире! Я живу вами и только для вас!

Надо сказать, что его слова не были формальным выражением вежливости, потому что имели юридически закрепленное подтверждение. Почти сразу же после смерти Томаса, нотариус ознакомил осиротевшую семью с последней волей графа. Всё свое имущество до совершеннолетия сыновей он доверял брату, да и после те могли им распоряжаться только под присмотром дяди. Лили тоже была доверена герцогу. Том таким образом составил завещание, что маркиза оказалась в неограниченной власти деверя, попав от него в жесточайшую денежную зависимость.

Даже наиболее выигрывающего от этого завещания Мортланда и то покоробило отношение покойного брата к жене - Томас не оставил ей в личное распоряжение даже пенни из собственного приданого. Зато Лили вообще не обратила внимания на этот грабеж, равнодушно прослушав содержание последнего волеизъявления супруга.

- Вы можете оспорить в суде подобную дискриминацию ваших прав, хотя бы в отношении денег, составляющих ваше приданое! Ведь покойный лишил вас даже тех денег, что были выделены, согласно брачному договору, "на булавки", - счел нужным посоветовать ей поверенный, шокированный таким попранием прав молодой вдовы.

Но Лили только безразлично пожала плечами.

- Вы ведь не обидите меня, мой друг?- слабо улыбнулась она герцогу.

- Конечно! - Мортланд обескуражено поцеловал руку невестки, затянутую в черную траурную перчатку. - Уверен, ваш муж знал, что делает! Доверьтесь мне, и любое ваше желание, пусть даже самое неразумное, будет немедля исполнено!

Лили меланхолично вздохнула и согласно кивнула головой, а вот поверенный с заметным сожалением посмотрел на столь беспечную молодую вдову. Он многое видел в своей жизни и знал, что самые ненадежные посулы - это те, которые касаются обещаний денежной помощи богатых наследников неимущим родственникам.

Мортланд прекрасно осознавал, какую бурю негодования подобные распоряжения Томаса вызовут у Кавендиша, и ждал от лорда судебного иска. И, надо сказать, готовился когтями и зубами отстаивать свои права на имущество Тейлоров. Он хорошо знал своего покойного брата, и завещание легко читалось им и между строк. Ревнивый Томас не мог даже после смерти допустить, чтобы его жена нашла своё счастье в браке с другим. Конечно, он не мог прямо выразить открытый запрет, но недвусмысленно дал понять брату, что не желает, чтобы его вдова вторично выходила замуж. И действительно, кто настолько безумен, чтобы жениться на вдове с двумя маленькими детьми без гроша за душой? В их кругу таких глупцов не было!

Кавендиш не просто вышел из себя, услышав от своего поверенного, как была ограблена его дочь, он был в бешенстве!

- Это мои деньги, я их копил всю жизнь,- метался он перед настороженно наблюдающей за ним женой,- не для того, чтобы Мортланд мог купаться в роскоши! Они с братцем ограбили мою дочь, а Лили....

Тут лорд досадливо махнул рукой, не в силах выразить переполнявших его чувств.

Инн подавленно молчала.

Встреча кузин прошла довольно странно. Лили с громким плачем кинулась на шею Иннин, ища в ней сочувствия к своему горю, а вот сестра вовсе не была расположена ответить тем же. Она смотрела на залитое слезами, потухшее лицо вдовы, на её осунувшиеся от горя щеки и почти черные тоскливые глаза, и неожиданно волна раздражения поднялась в Инн, едва не заставив с досадой отбросить от себя плачущую женщину.

Она не могла отринуть гневных мыслей о том, что Лили - лицемерка и обманщица, ведь та никогда не любила Тома, изменяла ему и даже... навязала в наследники ублюдка! И теперь плачет! О чём? О деньгах, которые Том отнял у неё, чтобы Лили не натворила худших безумств? О том, что теперь ей придется ходить в трауре и лишить себя балов и развлечений?

Лили была не в силах в тот момент делать, какие-то выводы или задаваться вопросами, она только инстинктивно почувствовала, что Иннин уже не та, которой была раньше, что их что-то разделило, и устало и покорно этому подчинилась.

Кавендиш не мог надышаться на беременную супругу, и беды дочери его теперь интересовали постольку поскольку, Мортланд умчался в Лондон, не собираясь делить с ней печали вдовства, а Том был где-то там, откуда ещё никто не вернулся, как не горевали по ним любящие родственники.

Одиночество, подобное белому савану снега, накрывшему всё вокруг! И только дети, её малыши... Когда Лили прижимала к себе их теплые тельца, у неё становилось легче на душе, но и слезы начинали течь с утроенной силой.

Кстати, о детях. С вопросом о неизвестно откуда появившейся в семье Мортланда девочке, к ней внезапно прицепилась Иннин.

- Томас говорил твоему отцу,- пояснила она свою озабоченность,- что хочет собрать всех своих детей в единой семье! Теперь, когда Тейлор погиб, тебе нужно выполнить последнюю волю мужа и дать его дочери столько же любви и ласки, что и родным детям!

Лили болезненно наморщила лоб.

- Почему ты приписываешь эту малютку Томасу?

Иннин прикусила губу. Они сидели с Лили в гостиной Кавендиш-холла за чаем. Леди Тейлор приехала повидаться с отцом, но лорд уехал в Лондон консультироваться по поводу так возмутившего его завещания. И его жена поспешила воспользоваться подходящим случаем, чтобы немедля вцепиться в гостью с давно наболевшим вопросом.

- Конечно, это ребенок Тома,- вкрадчиво заявила она, мысленно попросив у покойника прощения (впрочем, тому уже было всё равно!), - все знают, что Мортланд всегда брал на себя разрешение скандальных ситуаций, в которые попадал его брат!

Лили тяжело вздохнула, отставив чашку.

- Я тоже поначалу решила, что девочка - дочь Томаса, но потом выяснилось, что этот ребенок был зачат, когда мужа не было в Англии!

- Но вашему отцу Том твердо дал понять, что это его дочь!

Слышал бы эту ложь Кавендиш! Лорд никогда не позволил бы клеветать даже на мертвого зятя, какими бы целями не руководствовалась его горячо любимая жена

- Хорошо,- пожала плечами Лили, - я поговорю с Эдвином! Хотя... мне кажется, что отец просто не правильно понял Тома!

Инн взволнованно покраснела, нервно сжав руки. Эдвин! Лили так запросто называла свояка Эдвином? Наверное, они были очень близки?

Между тем, леди Тейлор уже встала из-за стола, неторопливо натягивая перчатки.

- Я, пожалуй, пойду - нужно кормить малыша! А Эдвину напишу, хотя мне это всё неприятно! Но дети не виноваты, я понимаю!

Она так спешила уйти от Иннин, что не заметила, как вытянулось гневом и презрением лицо новоявленной мачехи. Самой обмануть супруга, подсунув ему бастарда, а потом выражать недовольство его изменами? Нет, Лили не менялась, она по-прежнему была черствой себялюбивой эгоисткой, и если бы не Туанета Инн сократила бы их общение до минимума!

Лили, торопливо покидавшую родной дом, обуревали почти такие же мысли. Милая, добросердечная Иннин куда-то исчезла, превратившись в неприятную, занудливую злопыхательницу. Она отчетливо ощущала исходящую от сестры холодную неприязнь, и ей было обидно до слез. За что вдруг невзлюбила её Иннин, что она ей сделала плохого? Особенно сейчас, когда Лили так нуждалась в дружеской поддержке и участии!

И все-таки она написала обещанное письмо Эдвину. Упомянула Иннин и отца, которому, мол, Том говорил, что Элен - его ребенок; пообещала, что приложит все усилия, чтобы малышка чувствовала себя хорошо в её семье; и утром с чистой совестью отправила послание в Лондон. Потом у Алекса резались зубки, поднялась температура, Уилл то же капризничал, и мечущаяся среди нянек встревоженная Лили забыла обо всём - и о письме, и об охлаждении Иннин, и об Эдвине. Она училась жить одна, с горечью отмечая, что никому в этом мире не интересна. И решила ответить миру тем же!

Но юная женщина не понимала, сколько различных интриг сплетается вокруг её маленького семейства. И, наверное, хорошо, что не понимала!

РОДСТВЕННИКИ.

- Поясни мне, пожалуйста, дорогая, - вкрадчиво спросил невестку Мортланд, едва только пересек порог Сеттенфорда и обменялся с ней приветствиями,- что за странное письмо ты мне недавно написала? Зачем тебе в доме понадобилась Элен? Неужели мало головной боли от собственных сыновей?

Лили, торопливо выбежавшая в холл на звук подъезжающего экипажа, даже поначалу не поняла, о чём говорит деверь. Она просто обрадовалась знакомому человеческому лицу, которому не были безразличны её беды. Эдвину можно было пожаловаться на тоску по Томасу или посетовать на болезни малышей, зная, что это не оставит его равнодушным. Не то, что отец или Иннин! Первый только и знал, что бушевал по поводу приданого, вторая чуть ли не с презрением отмалчивалась и воротила от новоявленной падчерицы нос, а до её чувств и тревог, по сути дела, никому не было дела. Разве только миссис Гвинн поддерживала её в это тяжелое время.

А вот Эдвин примчался сразу же, стоило ей только написать!

- Вы зря проделали такой путь, - с обескураженной улыбкой извинилась она,- если бы я знала, что вас так взволнует моё письмо, не стала бы беспокоить понапрасну! Хотя, честно признаюсь, я вам рада!

Мортланд сдержанно улыбнулся в ответ.

- Уже ради этого стоило запрягать коней и нестись сюда во весь опор, но вы не ответили мне?

Но Лили уже отдавала поручение миссис Гвинн распорядиться об ужине, и развернула бурную деятельность по устройству гостя.

Вернулись они к разговору уже поздно вечером, когда остались в гостиной одни. Лили сидела за шитьем, и Мортланду на мгновение показалось, что он никогда не уезжал из этого дома, что не было гибели брата, и ничего в их жизни не изменилось. Но вот разговор...

- Инн сказала, что ваша воспитанница - дочь Томаса, и что он высказывал отцу желание растить её в нашей семье!- пояснила причину своего послания Лили. - Вот я вам и написала!

- Разве вы хотите растить эту девочку рядом со своими сыновьями? - холодно полюбопытствовал герцог, исподлобья наблюдая за смутившейся женщиной.

- Нет,- прямо ответила она,- но если таково желание Тома, я должна его исполнить. Для меня это очень важно!

Мортланд с тяжелым вздохом покосился на удрученную невестку.

- Лили,- твердо сказал он,- Том не имеет никакого отношения к Элен, и чтобы раз и навсегда покончить со всеми домыслами, я вам признаюсь - это моя дочь! Я не хочу сомневаться в правдивости слов леди Иннин, но возможно она чего-то недопонимала в объяснениях своего супруга?! Не думаю, что Томас разговаривал с тестем на столь деликатные темы в присутствии тещи!

Лили даже вздрогнула от неожиданности, только сейчас, наверное, осознав, какая нелепая ситуация сложилась у них в семье - юная Иннин была ей мачехой и тёщей Томасу, в которого когда-то была по уши влюблена!

- Да, наверное, - рассеянно согласилась она, пытаясь, но безрезультатно, продеть нитку в иголку,- но я пообещала ей!

Она мучилась с упрямой ниткой, но так и не смогла справиться.

- Не знаю,- вдруг задумчиво выпалила Лили, опуская на колени шитье,- что случилось с кузиной?! Вам, наверное, это покажется глупым, но у меня сложилось впечатление, что Инн, милая, добрая Инн ненавидит меня, и, вообще, она так изменилась!

Невестка подняла на Мортланда полные слёз, растерянные глаза.

- Может, мне всё это мерещится, - жалобно протянула она, пытаясь улыбнуться,- я ведь так часто ошибаюсь в людях! И с чего бы вдруг кузина меня возненавидела?

Мортланд сухо усмехнулся. Уж ему-то было понятно, что вызвало охлаждение между сестрами.

- Люди меняются! Когда-то мысль о вашем отце вызывала у неё брезгливый ужас, теперь она его любит! Говорят, что скоро у вас появится брат?

Лили неопределенно пожала плечами.

- Наверное, по крайней мере, отец всегда мечтал о сыне! А вот Том,- и слезы тут же брызнули из её глаз,- хотел дочь, и я даже в этом не смогла ему угодить!

- Два сына - это очень хорошо,- твердо заявил герцог, - многие могут вам позавидовать! Ваш отец порядком мне потрепал нервы по поводу завещания. Натравил на меня половину лондонских стряпчих! Я же всё делаю ради вашего блага. Жаль, что Кавендиш этого не понимает!

- Да,- равнодушно вздохнула Лили, вновь возвращаясь к шитью, - он и мне постоянно твердит, что вы не дадите мне в дальнейшем устроить личную жизнь!

Мортланд чуть приподнял брови.

- В какой-то степени он прав,- нехотя согласился он,- действительно, если мне не понравится ваш новый избранник, я не дам вам денег! Но, надеюсь, что вас всегда будут окружать только достойные моего уважения молодые люди?

Он вложил в последнюю фразу столько едкого сарказма, что хватило бы на целый памфлет, но молодая вдова была настолько далека от нового замужества, что не услышала скрытого подтекста.

- Видно, я не создана для брака..., зачем же делать несчастливым и ещё кого-то?

Герцог окинул молодую женщину внимательным взглядом. Она сидела перед ним в черном вдовьем креповом платье с глухим высоким воротом, отороченным белым воротничком. Забранные в тяжелый узел на затылке золотистые волосы в свете огня мерцали удивительно теплым светом, оттеняемые траурным цветом наряда выигрышнее, чем самыми изысканными туалетами. Слегка осунувшееся нежное лицо с меланхоличным и печальным выражением выглядело одухотворенным и прелестным, вызывая желание защищать и оберегать от жестокостей мира свою хозяйку.

- Увы, - грустно вздохнув, пробормотал он, - увы....

Лили, конечно же, и в голову не пришло, что собеседник имеет в виду. Она его вздохи восприняла за подтверждение своего мнения, но Мортланд печалился о другом.

До него со всей очевидностью дошло, что столь прекрасная женщина - порывистая, страстная, естественная всегда найдет себе мужа, даже если и останется без гроша в кармане. Найдутся джентльмены, которые охотно возьмут на себя заботы о ней, взамен возможности видеть каждую ночь на подушках своей постели разметавшиеся локоны этих дивных волос! И, конечно же, около такой красавицы мужчины возникнут как по мановению волшебной палочки, едва только закончится траур, и он ничего не сможет поделать, разве только крепко держать её за горло при помощи другой, оставленной предусмотрительным братом узды!

- Томас сделал меня опекуном своих сыновей,- мягко напомнил он,- надеюсь, вы понимаете, что на меня возложена большая ответственность!

Лили тоскливо глянула на деверя.

- Вы хотите, чтобы я переехала к вашей матушке? Но,- она нервно сглотнула,- я не переношу наших родственниц точно так же, как и они меня! Поймите, смерть Тома для меня и так очень болезненна, но неужели вам хочется превратить мою жизнь, вообще, в преисподнюю? И здесь мои лошади, а весной должна ожеребиться Ласточка!

- Да-да,- неохотно согласился Мортланд, мысленно послав куда подальше всех лошадей вкупе с Ласточкой, - нет никакой необходимости приезжать в Лондон раньше, чем пройдет хотя бы половина срока траура!

Невестка нагнулась к шитью, разглядывая, по всей видимости, вызывающий её сомнения шов. Губы чуть приоткрылись, и она недоуменно прикусила нижнюю губу. Мортланду при виде этой сцены стало жарко. В смятении опустил он взгляд ниже, но там, из-под тяжелого подола юбки выглядывал кончик туфельки. Распоясавшееся воображение моментально воссоздало перед его мысленным взором изящную тонкую щиколотку, которую (по рассказам брата), обвивал изумрудный браслет. Это так его возбудило, что герцог сжал руки в кулаки - желать вдову собственного, недавно погибшего брата? Этого он позволить себе не мог! Хотя...

Лили и не подозревала, какие фривольные мысли бродят в голове, о чем-то сосредоточенно раздумывающего деверя, её волновали совсем другие заботы.

- Но что я скажу Иннин? У нас итак не очень хорошие отношения! А она настаивала, что наказ о малышке был последней волей Тома!

Мортланд холодно улыбнулся.

- Выкиньте из головы эти глупости,- посоветовал он,- давайте я сам поговорю с ней! Только, ради Бога, не в присутствии вашего отца, он и так немало попил мне крови за эти месяцы!

Лили обрадовано вскинулась.

- Это было бы очень хорошо! Вы, Эдвин, такой умный - всегда знаете, когда и что сказать. Вы её убедите быстрее..., а отца сейчас нет дома!

Мортланд чуть задрал брови, захлопнув руководство по парфорсной охоте.

- Вот и хорошо,- спокойно согласился он,- пригласите вашу мачеху к обеду! И, пожалуйста, не указывайте в приглашении, что я у вас в гостях. После моего конфликта с Кавендишем, боюсь, она не захочет огорчать своего мужа и откажется от встречи!

Лили торопливо кивнула головой. Она была довольна, что герцог взял на себя решение столь деликатного вопроса.

Утро выдалось ненастным.

Лили с утра была занята хлопотами по хозяйству и в детской, поэтому Мортланд оказался представлен сам себе. Но отдыха не получилось. Почти до самого обеда он простоял у окна, глядя, как холодный мартовский дождь уныло сечет черную землю, с островками ещё не сошедшего снега. Более мерзкой и тоскливой погоды представить себе было невозможно. Вряд ли, Иннин отважится выехать в такой промозглый денек из дома ради обеда с падчерицей.

Но когда он спускался из своей комнаты, уже переодевшись к обеду, то услышал шум подъехавшего экипажа. Сухая, недобрая улыбка исказила его губы.

Инн вошла в дом, стряхивая со шляпки капли дождя. Придерживающий дверь слуга замешкался на улице, отдавая распоряжения кучеру, поэтому никто не увидел момента встречи двух бывших любовников.

Заметив Эдвина, Инн не поверила собственным глазам, в панике решив, что столь знакомое лицо ей всего лишь померещилось в сумерках холла. Но это был он! Одетый с тщательно продуманным небрежным щегольством и невозмутимый, он смотрел на неё с таким ледяным презрением, что она болезненно дёрнулась.

- Миледи,- его голова качнулась ровно настолько, чтобы получился разве, что намёк на поклон,- разрешите поздравить с бракосочетанием и пожелать вам и вашему супругу всяческих благ!

И не дожидаясь, пока дама попытается присесть в ответном реверансе, небрежно повернулся к ней спиной, как к какой-нибудь никчемной служанке, и проследовал в столовую.

Взбудораженная до обморочного состояния Инн не помнила, как раздевалась, как к ней подбежала с какими-то расспросами Лили, как вошла в столовую и заняла своё место - она не видела и не слышала ничего! Это было ужасно, это было несправедливо, но как будто не было всех этих месяцев, рождения Туанеты, Джорджа - ничего не было, и она по-прежнему любила этого мужчину!

Эдвин невозмутимо ел суп, казалось, не обращая внимания на переживания юной женщины.

Бедная же Инн не могла проглотить ни кусочка, машинально ломая лепешку. Она не могла смотреть на него, но также не могла и не смотреть!

По мнению Иннин, Мортланд мало изменился за это время, оставаясь самым элегантным, самым независимым и привлекательным мужчиной на земле! Равных ему не было - никто так прямо не держал спину, никто не обладал такими непринужденно небрежными и элегантными манерами, и ни у кого не было таких насмешливых и умных глаз. Все остальные джентльмены казались рядом с ним нелепыми, ничтожными подделками! И уж, конечно, её немного занудный, отнюдь не молодой муж явно проигрывал этому безупречному светскому денди.

Выведенной из себя женщине стоило неимоверных усилий умерить хотя бы противную дрожь в руках, и на борьбу с этим бедствием ушли все её силы.

Глупое же сердце не просто билось, оно взбунтовалось, отказываясь подчиняться своей хозяйке! Оно то уходило куда-то в пятки, когда до её ноздрей доносился запах его сигар, то наоборот, билось где-то в глотке, когда Мортланд тихо обращался с какой-то просьбой к Лили. Но вот настал момент, когда герцог счёл нужным заговорить и с ней.

- Я слышал, вы с мужем гостили, где-то на севере?

Инн понадобилось новое неимоверное усилие, чтобы справиться с непослушным языком.

- Да,- прохрипела она,- мы гостили в поместье лорда Монктона!

- Там, наверное, холодно в это время года?- это уже участливо поинтересовалась Лили, изо всех сил пытающаяся разбить лёд между ними.

И вновь разозлила Иннин - она не желала показного сочувствия от этой самовлюбленной эгоистки! И вообще, Лили была лишней за столом. Если бы не она, то Инн спросила бы Мортланда о Туанете, но сестра как будто задалась целью постоянно выводить её из себя.

- Инн, дорогая, ты как будто неважно выглядишь? Жаль, что я затеяла этот обед, но разве можно было предугадать, что разыграется такая непогода? Никогда себе не прощу, если ты простудишься по моей вине!

Инн раздраженно заглянула в синие глаза кузины. "Неужели ей не надоело ломать комедию с наигранной озабоченностью? Может, она пытается произвести впечатление на Эдвина? Теперь, когда Лили вновь вдова, как знать, может, в ней воскресли прежние надежды? Дурочка! На аукционах такие пустышки продаются пачками всего лишь за несколько фунтов! Герцог никогда не кинет на неё даже взгляда!"

- Не волнуйся, дорогая,- вежливо улыбнулась она,- со мной всё будет хорошо!

- Будем надеяться! - Лили улыбнулась в ответ, но неуверенно и жалко, торопливо добавив. - Инн, я рассказала о твоей заинтересованности судьбой дочери Томаса его светлости! И он пожелал поговорить на эту тему.

Инн, испуганно покраснев, вскинула ресницы на Мортланда. Такой пакости она от ослицы Лили не ожидала! Так подставить! Да что у неё, совсем в голове пусто?

Между тем, серые холодные глаза герцога тяжело уставились в полыхающее лицо юной женщины.

- Мне лестно, леди Иннин,- его глуховатый голос звучал надменно,- что вы столь близко к сердцу воспринимаете судьбу ребёнка моего брата. Как это и не прискорбно, но такие случаи бывают в биографиях даже в самых безупречных английских джентльменов. Надеюсь, вы не будете его слишком строго судить за увлечение, скажем так, не совсем достойной леди? Но я, как ближайший родственник, обязан быть снисходительным к слабостям моего покойного брата, и не считаю нужным обременять её последствиями его вдову!

У Инн потемнело в глазах от этого нового унижения, но Мортланд ещё не закончил:

- А ребенок..., чем виновато невинное дитя? Единственное, что я могу сделать для Элен - это раз и навсегда оградить её от влияния своей порочной матери!

Как она не упала замертво? Инн и сама не знала. Такое изощренное, такое безжалостное оскорбление женщины, не имеющей возможности даже вставить слово в свою защиту! Мортланд был настоящим монстром, но её сердце, не слушая никаких доводов рассудка, упрямо рвалось к нему.

"Он обижен, ему больно, что я вышла замуж, вот и мстит!" - провокационные мысли кружили в голове, заставляя её прощать даже это откровенное хамство.

И тут опять вылезла Лили.

- Но, Эдвин,- нерешительно пробормотала она,- разве не жестоко отрывать ребёнка от матери?

- Смотря, какая мать, дорогая! - отрезал Мортланд. - Иногда это просто необходимо. Какой пример получила бы юная девочка, увидев распущенность матери? Теперь же с ребёнком всё будет в порядке - я нашел толковую няньку, и лично присматриваю за её воспитанием. Надеюсь, вы довольны, леди Иннин? И вам не в чем меня упрекнуть?

Инн только и смогла, что опустить глаза. А что ещё можно было к этому добавить - Мортланд, как всегда, выражался ясно и категорично. Туанету она больше не увидит!

Юная женщина побледнела - от острого разочарования и краха надежд ей стало дурно.

- Иннин, милая,- качнулась к ней встревоженная Лили,- тебе плохо? Может, подать воды или поднимешься в спальню, приляжешь?

Неизвестно, что бы она ответила на такую заботу сестрице, но в этот момент, как будто молния прострелила её с ног до головы - пальцы Эдвина уверенно принялись расстегивать пуговки на вороте, чтобы облегчить дыхание. К сожалению, эффект был обратным, от этих прикосновений и его близости у неё окончательно помутилось в голове.

- Ваша светлость..., не надо!

- Лили, дай нюхательные соли, твоей мачехе дурно!

- Сейчас принесу, они у меня в спальне!

Наверное, кузина все-таки выбежала из комнаты, потому что над головой прозвучал его стальной голос.

- Не смей хитрить и вводить в заблуждение Лили! Не опускайся до откровенной клеветы на покойника - он не сделал тебе ничего плохого! Ты же сама решила, что мисс Эрика должна исчезнуть, значит, не имеешь никакого отношения и к её дочери!

- Но, Эдвин...

- Мы недостаточно с вами на короткой ноге, леди Иннин, чтобы вы обращались ко мне по имени! Только в спальне Вудвилл-холла это было уместно!

Он, может, дал бы ей возможность и самой вставить слово, но в этот момент нелегкая принесла кузину с нюхательными солями.

- Ах, дорогая, в твоем положении такие вещи бывают! - и Лили сунула ей под нос ужасно вонючую дрянь, от которой беременная женщина моментально подскочила на месте. - Я сама, когда носила Алекса...

- Прошу меня простить,- гневно выпрямила спину Иннин,- но я вынуждена покинуть Сеттенфорд!

Не хватало ещё выслушивать, как нужно вынашивать детей! О, как она ненавидела Лили - так, что даже просто находиться рядом с кузиной, было худшим из зол. И Инн, подхватив юбку, в истерике выбежала в холл.

Лили так и осталась стоять с раскрытым ртом, глядя вслед убегающей сестре. Но потом из её глаз брызнули слезы, и она ошеломленно покосилась на Мортланда.

- За что? За что она меня так ненавидит?- горечь и обида переполняли душу молодой женщины. - Что я ей сделала?

Мортланд, хмыкнув про себя, подошел к плачущей женщине.

- Успокойтесь, дорогая,- подал он платок, - леди Иннин - темпераментная, как и все француженки, да ещё беременность... Она всегда была слишком импульсивной и несдержанной! Но что легко сходило с рук маленькой очаровательной девочке, вызывает малоприятное впечатление, когда речь идет о замужней даме!

Лили охотно приняла, как любезно поднесенный платок, так и предложенную руку, чтобы перейти из столовой в гостиную. Пара удалилась, даже не заметив, что в дверях, зло натягивая перчатки, стоит вернувшаяся Иннин. Она хотела извиниться перед Лили за свою несдержанность, но увиденное заставило её замереть.

Она видела выражение лица, с которым Эдвин подал платок невестке, видела, как заботливо он предложил Лили руку. Уж ей ли его не знать? Ревность и ненависть такой удушливой волной окатили несчастную женщину, что она на миг окаменела, не в силах сделать даже шаг из этого проклятого дома. Значит, мерзавка Лили все-таки добилась своего - не прошло и полугода со смерти бедного Тома, а его вдова уже принялась заигрывать с его братом! А герцог ведёт себя, как классический негодяй!

Мортланд пробыл в Сеттенфорде ещё с неделю. И всё это время Иннин с замиранием сердца ждала, когда последует новое приглашение либо к чаю, либо к обеду. Ей хотелось вызывающе дерзко отказаться, да так, чтобы дать понять этим двум, что видит их насквозь. Но когда вездесущая прислуга принесла известие об отъезде герцога в Лондон, то у неё от острого разочарования ещё сильнее испортилось настроение, и в те дни прислуга часто видела миледи плачущей или уныло нахохлившейся.

Иннин увидела в подобном пренебрежении новое оскорбление. И пусть потом Лили несколько раз пыталась увидеться со столь любимой когда-то кузиной, та холодно отвергала все попытки примирения.

Вернувшийся из Лондона Кавендиш с холодной яростью выслушал, что в его отсутствии происходило в доме дочери.

Инн постаралась, не слишком отходя от истины, все-таки многое приукрасить и о многом умолчать в описании своей встречи с Мортландом. Впрочем, лорду, тайно ревнующему юную супругу к прошлому, хватило и самого факта, что его дочь попустительствовала встрече бывших любовников.

"Тупая идиотка! До неё даже не доходит, что этот негодяй использует любой повод, чтобы дотянуться своими грязными лапами до моей Иннин!" - мрачно размышлял он, направляясь в Сеттенфорд, чтобы задать взбучку дочери.

В результате у отца и дочери состоялся очень тяжелый разговор, накаливший отношения между семьями до предела.

- Принимая у себя герцога, ты переступаешь через все приличия!- кричал на дочь отец, взбешенный тем, что даже высказаться откровенно не может. - Ты - вдова, и должна вести себя соответственно, а не кокетничать напропалую со всеми мужчинами подряд! Мортланд один раз уже дал понять, что не интересуется тобой, и всё же ты вновь к нему пристаешь! Зря стараешься - существует закон, запрещающий брак с вдовой брата!

Лили, широко раскрыв глаза, недоуменно смотрела на отца. Она не понимала, за что тот её ругает! Да, в прошлом у неё были далеко не безукоризненные отношения с деверем, но сейчас? Она была настолько далека мыслями от брака с Мортландом, что несправедливые обвинения серьезно огорчили молодую вдову.

- С чего вы решили, что я флиртовала с его светлостью?- мрачно осведомилась она.

Кавендиш сверкнул на ослушницу стёклами пенсне.

- Пригласить сюда мою жену, чтобы она была свидетелем ваших бесцеремонных заигрываний! Неужели у тебя совсем нет стыда? А с Мортландом мы ещё встретимся в суде!

Лили возмущенно смотрела на мечущегося по комнате взволнованного отца.

- Не приведи Господь, - парировала она,- если вам удастся выиграть дело, и вы и дальше будете издеваться надо мной, танцуя, как марионетка, в руках лгуньи!

- Не смей, - заорал на дочь Кавендиш, наступая на неё с грозно сжатыми кулаками, - ты и мизинца Иннин не стоишь, распутница!

Лили, глотая слезы обиды, выбежала из гостиной, а ей вслед неслись приказы остановиться и проклятия окончательно вышедшего из себя отца.

Так и не дождавшись возвращения дочери, Кавендиш вынужден был вернуться восвояси. Но пока он добирался домой, сумел немного остыть. И, не отвечая на вопросы лопающейся от любопытства Инн, лорд заперся в кабинете, чтобы как следует всё обдумать. Он был крепко недоволен собой.

Кавендиш был далеко не глупым человеком, и, после трезвых размышлений пришёл к выводу, что юная жена, скорее всего, предвзято относится и к Мортланду, и к Лили, и возможно вообразила себе то, чего и в помине не было. Но всё равно лорд не собирался спускать дочери неуважительного отношения к своей жене. Он - отец и Лили обязана относиться к его выбору с почтением!

Но вот в остальном...

Кавендиш не учитывал, налетая с обвинениями, что его Лили выросла! И теперь это была не та юная несдержанная девочка, которую он призывал к порядку при помощи пощечин, а молодая, уже немало пережившая женщина. И всё же, когда ночь прошла и страсти поутихли, лорд решил ещё раз, серьезно, без криков и обвинений поговорить с дочерью, чтобы в семье настал мир.

За завтраком он сообщил жене, что вновь собирается навестить Сеттенфорд, потому что не доволен тем, как они расстались с Лили.

Инн в досаде прикусила губу и капризно пожаловалась на головную боль.

- Побудьте со мной, мой друг! Думаю, что Лили будет так же полезно обдумать своё поведение!

Но утром следующего дня Кавендиш, у которого весь прошедший день сердце было не на месте, все-таки решительно оторвался от жены.

- Я оставляю вас, дорогая, всего лишь на пару часов, но мне нужно срочно поговорить с Лили. Это не обсуждается!- решительно пресек он возможные возражения, и Инн прикусила язык.

Но каково же было её удивление, когда она увидела возвратившийся уже через час экипаж. Кавендиш был настолько огорчен, что Инн поневоле стало не по себе. Заговорили и муки нечистой совести, и опасение, что случилось что-то непредвиденное.

- Дорогой,- позабыв о том, что нужно изображать больную, выскочила она навстречу супругу,- что случилось? Почему вы так быстро вернулись?

Расстроенный Кавендиш молча сунул ей письмо, пока лакей принимал у него плащ и шляпу. Инн трясущимися руками развернула свернутый треугольником лист бумаги и, вчитавшись в уверенно выведенные знакомым почерком строчки, ахнула.

" Дорогой отец! Мне жаль, что двум женщинам нет места в вашей жизни. Смешно, что та, которую я больше всех любила, превратила в моего злейшего врага собственного отца. Но может, ей будет легче и спокойнее, если она будет властвовать в вашем сердце безраздельно? Одиночество..., только теперь я понимаю, что такое смерть матери, только теперь я осознала, что была для вас всего лишь вздорной обузой. Я больше никогда не потревожу вас и прошу в ответ оставить в покое меня. Надеюсь, что дети, которых вам родит Иннин, будут более достойны вашей любви! Лили."

- И что?- растерянно пролепетала Инн, опуская руку с письмом. - Что же теперь?

Кавендиш, нервно потирая руки, прошел в гостиную и встал у горящего камина, пододвинув экран ближе к огню. Его от расстройства знобило.

- Лили с детьми уехала в Лондон, к Мортланду, - глухо произнес он,- вчера утром! Дурочка, глупая дурочка! Теперь герцог получит в безраздельное пользование и её деньги, и её детей! И зачем она ему будет нужна? Унизительная роль нахлебницы, живущей из милости на подачки прижимистого деверя - вот удел, который уготовил ей любящий супруг, превратив богатейшую наследницу в нищенку! Но Лили ничегошеньки не понимает, слепая и глухая к доводам разума! Она не знает жизни и наивно уверенна, что с ней не произойдет ничего плохого. И я - старый дурак, вместо того, чтобы серьезно объяснить, растолковать - только орал, да размахивал кулаками! И Лили вообразила, что мы с тобой её враги! Ну, есть ли в её голове хоть унция мозгов?

Инн присела на край стула, растерянно комкая лист бумаги. Ей было здорово не по себе.

С одной стороны, что-то мстительно ликовало внутри. Пусть гордячка Лили окажется в таком же положении, что и она когда-то - без денег, полностью зависимая от Мортланда. Пусть! А с другой стороны - вряд ли герцог так же будет относиться к невестке, как относился к содержанке, зато, эти двое теперь оказывались в недопустимой близости друг к другу!

- Лили надо вразумить, - уверенно заявила она,- её поведение скандально! Молоденькой вдове не пристало селиться в доме холостого деверя. Можно только представить, какой шум поднимется в свете! Нужно написать её светлости, и она заставит Лили покинуть Лондон.

Кавендиш лишь пожал плечами, задумчиво протирая платком пенсне.

- Что Мортланду мать? Когда он её слушал? Но, с другой стороны, можно попробовать,- он судорожно перевел дыхание, пару раз качнувшись на носках сапог, и уже уверенно пообещал,- не переживайте, душа моя! Сегодня же напишу её светлости!

ЛОНДОН.

Лили выплакивала обиды на груди внимательно выслушивающего её деверя.

- Такое придумать,- всхлипывала она, вытирая слезы заботливо поданным платком,- дескать, я кокетничаю с вами, хочу выйти за вас замуж! И кто это говорит? Иннин! Та, которую я так любила, которой доверяла все свои тайны и секреты наговорила про меня гадостей собственному отцу! И он поверил!

Её глаза были полны слез и обращены к лацканам сюртука собеседника, поэтому она не видела тонкой улыбки, кривившей его губы. Они сидели рядом на диване в гостиной лондонского особняка Мортландов, после того, как улеглись все хлопоты, связанные с приездом маркизы с детьми.

Надо сказать, что хотя герцог и не ждал невестку, однако её приезд не был для него столь уж ошеломляющим. Скорее, это было исполнение одного из самых заветных желаний. Но желания желаниями, а правила приличия надо соблюдать. Наступал лондонский сезон, и вдове недавно погибшего брата было ещё рано появляться в свете.

Отправить её к теткам и матери? Те вроде бы не собирались появляться в столице раньше июня, но Мортланд в сомнении глянул на заплаканное лицо молоденькой женщины. Нет! Он желал стать ей другом, может, даже интимным другом!

И герцог решил отправить вдову со всем семейством на лето в Брайтон. Там хороший воздух, а траур оградит невестку от докучливого внимания местного общества.

Лили приняла решение деверя с облегчением. Она вполне обоснованно боялась, что её отошлют к свекрови.

- Лето и осень быстро пройдут,- приложился к руке невестки на прощание Мортланд,- траур закончится! И впереди у нас будет целая жизнь!

По сути дела, это было признание в особых намерениях, но голова Лили в тот момент была занята проблемами обустройства на новом месте.

- Ваше покровительство - мечта любой женщины,- отстранено улыбнулась она, пристально наблюдая, как загружают на телеги кроватки Уилла и Алекса, - буду ждать нашей следующей встречи!

- Мысленно я всегда с вами!- с жаром заверил её Мортланд.

И он не лукавил. После того, как Иннин покинула Вудвилл-холл там появлялись обитательницы, но ни одна из них не задержалась надолго, потому что эти девушки не пришлись по вкусу капризному герцогу. Наверное, он уже вошёл в тот возраст, когда хочется постоянных и стабильных отношений с равными женщинами, к тому же, связанными с тобой сердцем, а не кошельком. Лили же в юности была влюблена в него, а первая любовь обычно не забывается, и стоит приложить немного усилий... Впрочем, так далеко герцог пока не загадывал. Достаточно и того, что женщина оказалась в его полной власти.

А вдова, конечно же, не подозревала, что чувства, так долго выказывавшего ей неприязнь деверя, столь радикально изменились. Да и вряд ли обрадовалась, если бы узнала. Другие мысли и дела занимали в её тот момент.

Коттедж на берегу моря, роскошный и величественный, поначалу не очень понравился Лили своей удаленностью от Брайтона с его поставщиками продуктов, да и доктору понадобилось бы не менее часа, чтобы в случае надобности добраться к ним. Но умелая миссис Гвинн в течение недели сумела преодолеть все диссонансы в налаживании хозяйства.

Свежие продукты стали аккуратно поступать на кухню с многочисленными посыльными из лавок, поденщицы навели безукоризненную чистоту, а доктор Смайлс оказался сведущим в детских болезнях, и вот только тогда Лили сумела оценить место, в котором оказалась.

- Какое чудо,- восхищенно поделилась она с компаньонкой, глядя из огромных окон на окрашенное закатным солнцем море,- никогда не видела такой красоты!

Миссис Гвинн не особенно была привержена романтике - мельком глянув на багровую полоску горизонта, она лишь сухо заметила:

- Завтра будет ветреный день - опять у Уилла заболит животик!

Мысли Лили немедля переместились на сына. Ночью оба малыша вели себя беспокойно, и не выспавшаяся леди приказала подать себе на завтрак крепкого чаю, когда посыльный принес ей визитную карточку.

Наморщив в недоумении лоб, она озадаченно вертела её перед носом, не понимая, почему некие сэр Джон и леди Кетлин Вудворты считают себя вправе нанести ей визит.

- Кто это? - недовольно искривила губы Лили. - И зачем они мне, если я в трауре?

Миссис Гвинн придерживалась иного мнения.

- У Вудвортов неподалеку поместье,- пояснила она,- и ваш траур уже не столь строг, чтобы не принять явившихся с визитом соседей.

Молодая женщина брезгливо сморщила нос.

- Наверняка, очередное скопище зануд?

- Ничего,- хмыкнула компаньонка,- перекинетесь несколькими фразами о погоде и природе, и расстанетесь! Пишите приглашение, и чем быстрее вы это сделаете, тем скорее от них отделаетесь!

- Как бы ни так!

И она оказалась права! Вудворты появились к вечернему чаю всем многочисленным семейством, повергавшим в отчаяние когда-то даже кроткую Иннин, что уж говорить о менее сдержанной Лили.

У неё даже сердце замерло от отчаяния, когда в дом ворвалась леди Кетлин в сопровождении многочисленных Мэри, Джун, Джулии, Питера и Майкла, среди которых затерялся даже отнюдь не мелкий сэр Джон.

- О, дорогая,- с порога кинулась её расцеловывать мать семейства,- мы хорошие друзья с вашим батюшкой и его очаровательной молоденькой женой. Я прекрасно знала и твою покойницу мать! Леди Иннин уж такая красавица, такая красавица, но ты, моя милочка, ничуть не хуже этой француженки! Жаль, конечно, что ты овдовела такой молоденькой, но твой муж, говорят, был не подарок!

И всё на одном дыхании, не давая опешившей Лили вставить даже слово. Леди Кетлин и замолчала настолько внезапно, что замороченная хозяйка дома в ответ только и сумела меланхолично пробормотать:

- Вчера был такой яркий закат, а сегодня сильный ветер!

Ветер так ветер! Вудвортам было безразлично, о чем болтать.

- О, мы - жители побережья привыкли к ветрам и к мгновенному изменению погоды. Когда здесь гостил ваш отец, была сначала прекрасная погода, а потом лил дождь, а ваш батюшка, говорят, каждое утро бегал по лужам, хотя его и ожидала за завтраком молодая жена!

- У леди Иннин были постоянные проблемы с желудком,- вклинилась в беседу, какая-то из девиц,- у неё то и дело...

- Мэри,- оборвала её мать,- это никого не интересует. Какой прекрасный у вас дом! Мы давно мечтали побывать в коттедже его светлости. Правда, он похож на сказочный замок? А какие у вас ванные комнаты?

Пришлось водить любопытную даму с сопровождающей толпой по всем комнатам, слушать охи и ахи, а так же описания домов всех соседей в округе вкупе с павильоном принца Уэльского. Этому не было конца и края, пока до порядком измученной Лили не донеслось долгожданное:

- Мы, наверное, загостились у вас! Теперь ждем вас к себе!

Вдовствующая маркиза вздрогнула. Только этого не хватало!

- Боюсь, что не смогу воспользоваться вашим предложением. Траур...

Леди Кетлин даже не дала ей договорить, радостно воскликнув:

- И правильно, лучше мы к вам. Вы не представляете, насколько все наши знакомые мечтают побывать в вашем доме!

Лили едва устояла на ногах от нового удара судьбы, когда в дело встряла миссис Гвинн.

- Но если мы не будем отдавать визиты, то, боюсь, прослывём невежественными людьми! Конечно, мы вас навестим, и в ближайшее же время! Но вы должны нас понять - траур исключает присутствие на светских раутах, поэтому мы приедем только тогда...

- .... когда будем только мы с девочками! - заверила их дама.

Когда гости покинули дом, женщины без сил опустились в кресла гостиной.

- Да, что же это такое?! - отчаянно взвыла Лили.

И промолчавшая компаньонка, пожалуй, была с ней полностью согласна.

А дальше события помчались таким галопом, как будто их несла на себе взбесившаяся лошадь.

Когда через два дня, получив приглашение, обряженная в креповое платье и траурную вуаль Лили очутилась в гостиной Вудвортов в Брайтоне, то там её ждало такое многочисленное сборище, что немалых размеров гостиная едва вмещала всех пожилых и молодых гостий, с их мужьями, дочерьми и сыновьями.

- О, юная леди, я знала вашу мать!

- Ваш отец - такой милый джентльмен!

- Я знала Джорджа ещё до женитьбы на покойной леди Элизабет!

- Я была на вашем венчании с Томом Тейлором! Какое великолепное платье было на вас, милочка, судя по всему, из брюссельских кружев?!

- Жалко, дорогая, что ты стала вдовой в столь юном возрасте!

- Эта француженка, ваша кузина... Милая особа, но слабого здоровья!

- Говорят, вы здесь с детьми? Хорошо, что вы успели родить лорду Тейлору двух сыновей!

Этих заявлений было настолько много, что у Лили не было необходимости, хоть как-то на них реагировать. Она только поворачивала голову то в одну, то в другую сторону, чтобы дать понять пузырящимся от желания поговорить людям, что слышит их. Растерялась даже обычно невозмутимая миссис Гвинн.

- Мы рады возобновить знакомство,- в конце концов, заявила она, пытаясь отвлечь пристальное внимание толпы от растерявшейся Лили,- но может, вы нам расскажите о достопримечательностях Брайтона? Что можно посетить вдове, не оскорбив памяти покойного и не нарушая траура?

- О,- тот час встрепенулась вся свора,- здесь много пристойных развлечений, которыми не погнушается даже архиепископ! Например, посещение водных процедур, столь полезных для нервов и сердца, а ещё...

И полились названия давно известных Лили достопримечательностей.

- Конечно, конечно,- согласно кивала головой миссис Гвинн, - мы обязательно всё посетим, и везде побываем! Только не будем спешить!

Лили возблагодарила Господа за то, что он надоумил Мортланда приставить к ней эту женщину. Надо же! Мир устроен так, что на тысячу занудных и вредных старух, все-таки приходится одна, присутствие которой значительно облегчает жизнь. Компаньонка не была, конечно, ангелом, но управлялась с провинциальными джентри виртуозно. Не прошло и полчаса, как толпа сочла себя удовлетворенной и отступилась от юной женщины, чтобы заняться привычным делом, то есть обсудить очередной местный скандал.

Лили было мало дела до любовного романа между женой баронета и доктором, но она понадеялась, что толпа, увлекшись сплетнями, забудет о них, и можно будет незаметно удалиться восвояси.

Но так всегда! Стоит только расслабиться, и суровая реальность возвращает тебя на грешную землю.

Надо сказать, что офицеров у Вудвортов на приёме было множество, ведь на побережье стояло несколько армейских полков. Владельцы ярко-красных офицерских мундиров часто прогуливались по улицам Брайтона, но поглощенная своими бедами Лили даже мельком не останавливала на них взгляда, но в этот раз проигнорировать их присутствие не смогла.

В гостиную под руку с какой-то девицей и в сопровождении пожилого джентльмена зашёл очередной офицер. И прежде, чем до Лили дошло, что она видит перед собой Майкла Дугласа, на его появление среагировало её скакнувшее от ужаса сердце.

Прошло больше года с их встречи в захудалой гостинице, и Лили бы многое дала, чтобы забыть своё постыдное поведение, но как это сделать, когда каждое утро, надевая чулки, она натыкалась взглядом на браслет?

Дуглас неторопливо фланировал по гостиной, перебрасываясь фразами со знакомыми, а девица, висящая на его локте, отчаянно кокетничала со своим кавалером.

Испугавшаяся поначалу Лили быстро пришла в себя, сообразив, что Майклу с ней сейчас тоже не с руки встречаться. По всей видимости, он имел на девицу какие-то виды, и зачем ему была помеха в виде случайной любовницы?

Но исподтишка наблюдающую за парочкой угрюмую вдову вскоре стала одолевать настоящая злость на ветреного повесу. Ладно, Дуглас обвел её вокруг пальца, как глупенькую простушку - сама виновата! Но зачем он напялил ей на щиколотку браслет? Неужели не понимал, что она рискует жизнью, имея такое сомнительное украшение? Уму непостижимо!

- Мне нужно срочно уехать домой,- нервно сообщила она компаньонке,- я не могу здесь задержаться даже на миг!

- Но, дорогая...

Не успела шокированная миссис Гвинн возразить, как отбытие домой потеряло всякий смысл.

- Миледи! Разрешите вам засвидетельствовать своё почтение, и выразить сожаление о постигшей вас утрате!

Лили даже взвыла от злости, услышав этот голос у себя за спиной - как же он сумел так незаметно к ним подобраться? И куда Дуглас дел свою спутницу?

- Капитан...

- Уже майор, миледи!

- Майор Дуглас, - с трудом раздвинула она губы в нелюбезной улыбке, обернувшись к повесе, - рада вас видеть!

Майкл улыбался. Его зеленоватые глаза мягко светились, и щёки Лили окатило жаром, только уже не стыда, а непонятно откуда появившегося возбуждения.

- Вы не представите меня своей соседке?- между тем, повернулся Дуглас к изумленно наблюдавшей за ними Эвис.

- Миссис Гвинн, моя компаньонка. Дорогая, это - майор Дуглас!

- Рад возобновить знакомство! - церемонно раскланялся этот нахал. - Надеюсь, теперь часто встречаться с вами!

Как бы ни так! Никаких больше встреч, пока она не наворотила очередных глупостей!

- Увы, я в трауре, и нигде не бываю! Эта встреча, скорее, исключение!

Но разве от Дугласа можно было избавиться, всего лишь продемонстрировав холодность?!

- Зато очень приятное исключение! Конечно, я понимаю ваше горе,- Лили гневно напряглась, заслышав откровенную иронию в его голосе,- но у нас с вами есть незаконченное дело!

- Дело? - надменно подняла она брови. - Что-то не припомню!

Дуглас вновь улыбнулся, вызвав в ней страстное желание дать ему пощечину. Она и так мучилась виной перед покойным Томом, а тут ещё такое дерзкое напоминание о её грехопадении!

- Я оставил вам на хранение, миледи, - между тем, понизив голос, напомнил тот,- одну очень дорогую для меня вещь!

Возмущенной Лили показалось, что браслет на её ноге стал раскаленным. И это он называет "хранением"? Наглец!

- Буду рада вернуть её вам! - сквозь зубы выдавила она, и, подчёркнуто повернувшись к миссис Гвинн, дала понять, что считает разговор законченным.

- Сделайте одолжение, пришлите лакея! Мой полк расквартирован в казармах на Лоуд-стрит - меня там можно застать до обеда!

- Я так и сделаю! - Лили демонстрировала полное безразличие к собеседнику, энергично обмахиваясь веером. - До свидания!

- Надеюсь, вас вскоре увидеть!

Он, наконец-то, отошёл, и у несчастной вдовы из груди вырвался такой силы облегченный вздох, что всё это время с беспокойством наблюдающая за собеседниками миссис Гвинн озадаченно спросила:

- Почему вас так тревожит этот человек, дорогая? Вы прямо-таки сама не своя!

И что она должна была ответить?

- Вам показалось!

Вряд ли Эвис поверила такому объяснению, но тем она приятно и отличалась от всех знакомых Лили дам её возраста, что никогда не пыталась настырно влезть в чужую душу.

Правда, когда усталые и измученные женщины вернулись домой, то решили выпить по чашечке чая. И тогда компаньонка вновь деликатно вернулась к разговору.

- Что это за дорогая вещь, про которую говорил майор?

Лили долго думала, прежде чем сказать.

- Это браслет,- наконец, нехотя призналась она,- достаточно ценный! Так получилось, что он оставил его мне!

Эвис больше ничего не стала уточнять. Зато неторопливо потягивающая чай Лили невидящими глазами смотрела на утопавшее в вечернем мраке море и напряженно размышляла, что ей всё-таки делать? Конечно, надо было вернуть браслет, но, увы! Нельзя оторвать ногу и передать с лакеем, чтобы Дуглас, наконец-то, снял со щиколотки опасную безделушку.

Она думала об этом весь остаток вечера, ночь, утро, весь следующий день, чем бы ни занималась - даже в детской среди любимых детей. И от этого рассердилась на Дугласа ещё сильнее, потому что, как ни прикидывай, но выходило, что ей либо до конца своих дней носить этот диковинный браслет, либо идти в офицерские казармы самой!

Прошло три дня и в гости опять нагрянули бесцеремонные и шумные Вудворты. Лили с тоской оглядела сборище, и ей показалось, что их количество увеличивается раз от разу. Леди Кетлин с такой жадностью ухватилась за чашку, как будто умирала от жажды.

- Дорогуша,- со вкусом прихлёбывая чай, обратилась она к сидевшей с деревянной улыбкой хозяйке дома,- мы к вам с просьбой!

У Лили недовольно вытянулось лицо! Что им понадобилось?

- Я - вдова,- с нажимом произнесла она,- мне неловко обращать на себя внимание, посещая многолюдные сборища! Я должна заботиться о репутации, поэтому простите, но...

Но даже слоны не имели такой толстой шкуры, как семейство Вудвортов.

- Что вы, дорогая, мы не собираемся рисковать вашей репутацией! До нас дошли слухи, что вы хорошо играете на фортепьяно, да ещё и прекрасно поете!

От возмущения у Лили чуть чашка не вылетела из рук.

- Петь, когда бедный Томас всего лишь полгода назад...

- Это ведь в пользу церкви! Нужно собрать деньги на новый орган!

- Даже если своим голосом я смогла бы убить наповал Бонапарта, то и тогда бы не раскрыла рта! Ни за что!

- Но, дорогая,- леди Кетлин глядела на неё так умильно, что Лили перекосило от неловкости, - вы могли бы только подыграть моим дочерям, они тоже прекрасно поют! Мы все вас очень просим! И это будет грустная песня!

Они говорили и говорили. Лили поначалу упорно отказывалась, но потом..., потом до неё дошло, каким образом она сможет незаметно для всех посетить воинские казармы.

- Ладно,- нехотя согласилась она,- но мне нужно несколько репетиций! Я уже года полтора, как не садилась за рояль.

- Мы будем к вам приезжать! - оживились девицы.

Это было ни к чему!

- Я сама навещу вас не позднее завтрашнего дня, чтобы приноровиться к вашему инструменту!

Её план отличался простотой. Воспользовавшись таким прекрасным поводом отлучиться из дома, она быстро навестит казармы, и ещё успеет к Вудвортам на дурацкую спевку. Оставалось только убедить миссис Гвинн, что она не нуждается в сопровождении.

Но всё оказалось не так уж и сложно. Компаньонка даже не заикнулась о том, чтобы сопровождать подопечную в Брайтон.

- Вы сможете обойтись без меня? - спросила она за завтраком. - Я бы хотела написать несколько писем друзьям!

- Конечно, обойдусь,- облегченно вздохнула Лили, - спевки - это такая скука! У вас может разболеться голова. Лучше проведите это время хоть с какой-нибудь пользой!

Брайтон... Город-курорт, так же плотно набитый дефилирующей публикой, как стручок горошинами. Выросшую в покое деревни Лили обычно город утомлял, а большое количество людей раздражало, но не в этот раз! В такой толкучке скромная вдова может легко затеряться.

Оставив собственный экипаж у павильона, где они уже бывали с миссис Гвинн, Лили вышла через заранее примеченный ей второй выход на соседнюю улицу. Она волновалась и спешила, но участие в подобной авантюре против воли приятно щекотало нервы.

Поймав свободный экипаж, она отправилась на Лоуд-стрит.

Воинские казармы были расположены на самой окраине города, но Лили это вполне подходило, потому что исключало нечаянную встречу с кем-нибудь из знакомых.

На входе в казармы стояли часовые. В ответ на просьбу позвать майора Майкла Дугласа, те пригласили дежурного офицера. Не ожидающая никаких препятствий Лили вынуждена была общаться с белокурым нагловатым молодчиком. После кучи ненужных расспросов, он всё-таки послал за Дугласом какого-то солдата. Тот ушёл и ... пропал!

У молодой женщины итак было мало времени, а тут бесценные минуты истекали в бесполезном ожидании, и когда в воротах, наконец-то, появился Дуглас, у посетительницы практически не осталось времени. Под пристальными любопытствующими взглядами офицера и часовых они медленно побрели прочь от казарм

- И как вы будете снимать с меня браслет? - тихо прошипела Лили спутнику. - Задерете юбку прямо посереди улицы?

- Уверен, что полюбоваться на это зрелище сбежались бы все однополчане,- хмыкнул Дуглас,- но мы не будем их баловать! Я снимаю неподалеку квартиру...

Лили недоверчиво покосилась на спутника. Майкл шёл рядом, и чему-то улыбался. Трудно сказать, что было у него на уме!

- У меня мало времени,- возразила она, - надеюсь, что ваша квартира поблизости! Не могу понять, зачем вы вообще нацепили на меня этот браслет!

Майкл кинул на спутницу насмешливый взгляд.

- Чтобы иметь возможность вас сегодня увидеть, миледи!

Лили, покраснев, прикусила губу. Этот мужчина сильно действовал ей на нервы!

- Вы поступили некрасиво,- спустя некоторое время укорила она его,- и непонятно!

Майкл улыбнулся, останавливаясь перед двухэтажным коттеджем.

- Любому мужчине мой поступок вполне понятен! Мы пришли!

Майор снимал две просторные комнаты на первом этаже непрезентабельного дома, пропитавшегося тем самым запахом табака, кожи и оружейного масла, который она запомнила ещё по гостинице. По гостиной судорожно метался, на скорую руку наводя порядок, молоденький веснушчатый денщик, но как не старался, особых результатов достигнуть не смог. Впрочем, Лили было всё равно, в каком свинарнике обретается Дуглас.

Брезгливо сморщив нос, она подчеркнуто прямо уселась на стул, и, приподняв вуаль, открыла лицо.

- Ты стала ещё красивее,- Майкл опустился на колено, и красноречиво заглянул ей в глаза,- самая прекрасная женщина на свете!

Лили презрительно фыркнула, задирая подол платья.

Его пальцы осторожно приподняли край нижней юбки, обнажив прикрытое панталонами колено. Это движение было наполнено такой ощутимой чувственностью, что Лили настороженно напряглась, а Дуглас продолжал свои манипуляции, доводя её до откровенной дрожи. Он залез под оборку панталон, стянул вышитую шелком подвязку, скатал чулок...

При скудном, льющемся из окна свете, изумруд призрачно засветился, по-особому подчеркивая изящество щиколотки.

- Дорогая..., - мужские губы нежно прижались сначала к колену, а потом оставили дорожку из поцелуев вплоть до браслета,- разве это не прекрасное зрелище? Зачем нам снимать украшение, делающее твою ножку неотразимой?

Лили тихо застонала, судорожно вцепившись руками в его плечи. Горячая быстрая змейка возбуждения быстро пробежала по её ноге вверх.

- Любовь моя! Как же я тосковал всё это время по тебе..., ты снилась мне ночами!

Шорох бесцеремонно сминаемой нижней юбки привел женщину в себя.

- Майкл,- вскрикнула она, безуспешно пытаясь оттолкнуть от себя его льнувшее тело,- Майкл, остановись! Что ты делаешь?

Но последний вопрос уже был лишним. Он взял её прямо там, на стуле, загасив жадными поцелуями рвущиеся с губ слова возражения.

- Милая..., милая...

А потом она утомленно наблюдала, как Майкл срывает с себя одежду.

- Ты красивый,- пробормотала женщина, скользнув взглядом по груди, плечам и животу любовника, - только ты зря разделся! Пора идти - меня ждут зануды Вудворты для спевки!

- Подождут, - хмыкнул Дуглас, присаживаясь на кровать и принимаясь за шнуровку её платья,- я ждал гораздо дольше, да и ты, мой ангел, то же!

Лили лениво улыбнулась. Ей действительно стали безразличны и Вудворты, и спевки, и, вообще, всё на свете, кроме вновь разгорающегося желания близости с этим мужчиной.

Укладываясь в провонявшую табаком постель, она рассмеялась от горького изумления собственными поступками.

- Я сошла с ума!

- Это нормальное состояние для женщины, в которую я влюблен!

Они опомнились нескоро...

Оторвавшись от любовника, удовлетворенно вздохнувшая женщина уютно пристроилась на мужском плече и утомлено сомкнула ресницы.

- Майкл?!

- Да, любимая!

- А что с браслетом?

- Пусть остается на своем месте! Я с ума схожу от желания, при виде твоей ножки в изумрудах!

Лили потерлась носом о его шею, и устало рассмеялась.

- Хитрец! Может, ты сам не знаешь, как его снять?

Дуглас рассмеялся.

- Возможно! Когда ты придешь в следующий раз, я покажу, как его надеть, а как снять..., думай уж сама!

Следующий раз? Перепуганная женщина подскочила на месте.

- Сколько времени?

Что творилось дальше, не поддается описанию - она бестолково металась по комнате, разыскивая свои вещи и причитая.

- Бог мой! Что я теперь скажу Вудвортам? Эти сплетники раззвонят по всему городу, что я была неизвестно где три часа!

- Не паникуй, дорогая,- Дуглас терпеливо возился со шнуровкой, не смотря на её судорожные попытки умчаться прямо в расстегнутом платье,- чем увереннее ты будешь держаться, тем меньше вопросов возникнет у них!

- Конечно, у вас, майор, такой богатый опыт в подобного рода делах!

- Не язвите, леди! Это недостойно вашего древнего и славного имени!

Лили более-менее отдышалась, только оказавшись в собственной карете. Она приказала, пораженному столь долгим отсутствием кучеру, ехать к дому Вудвортов.

А там уже царил вселенский переполох! Оказывается, неугомонное семейство посылало лакея в герцогский коттедж, и выяснилось, что маркиза выехала из дома три часа назад и бесследно пропала.

- Где вы были, дорогая?! - накинулись они всем скопом на взвывшую от такого излишнего внимания молодую женщину. - Чем от вас так кошмарно пахнет?

Лили чуть в обморок не упала, вспомнив о пропитанной запахами табака спальне майора. Она, притерпевшись, уже ничего не чувствовала, но солидные носы семейства Вудвортов мгновенно все разнюхали.

- Я, - с нажимом ответила она,- занималась делами благотворительности, и, увы, немного не рассчитала время. К сожалению, в таких местах не пахнет розами, но если вам не нравится исходящий от меня запах, то я, пожалуй, вернусь домой!

- Что вы, дорогая, что вы! Отправляйтесь в туалетную комнату и приведите себя в порядок. И не спешите - мы подождем!

Неизвестно, поверили ли ей эти досужие сплетницы, но только через полчаса Лили уже бодро наигрывала слезливую "Смерть моряка", аккомпанируя Мэри. Та держалась с царственным спокойствием, но когда открыла рот, маркизы в бессилье опустились руки.

Бог не обидел девицу ни силой голоса, ни густотой тембра, забыв про маленькую деталь - он не дал ей слуха. От мощного рева, исторгаемого доморощенной певицей, у пианистки заложило уши, и она резко оборвала игру.

- Нет, - твердо заявила она,- так нельзя! Вот послушайте меня...

И она, с ходу подхватив мелодию, спела сама.

Мэри обиженно надулась, но леди Кетлин моментально нашла выход из положения.

- Ничего, ничего...., моя девочка потренируется, и завтра уже споет по-другому!

Лили в этом усомнилась, но, согласно кивнув головой, собралась восвояси.

- А чай?

- В следующий раз!

Вудворты заинтересованно наблюдали, как небрежно сложившая ноты гостья поспешно удаляется из комнаты.

- Интересно,- задумчиво протянула хозяйка дома,- где она занималась благотворительностью? В матросских доках? От неё воняет, как от улана!

Дочери сдвинулись поближе к матери, и их глаза заблестели злорадной радостью. Лили никому не нравилась. Они считали её неприятной и высокомерной особой, и теперь собирались во всеоружии начинать травлю.

- Может, у вдовы ещё какие-нибудь дела в городе?

- Может, ей надоело быть вдовой?

- Но кто? Кто? Они живут столь замкнуто!

Обсуждение странного поведения вдовы заняло всё время до вечернего чая.

Вернувшись домой Лили сразу же столкнулась с задумчивым взглядом миссис Гвинн.

- Вы вернули браслет майору Дугласу? - спросила та.

Врать всегда неприятно, да ещё столь проницательной собеседнице.

- Я пыталась, но мне не удалось! Напрасно я прождала майора у входа в казармы, его так и не нашли.

- Почему вы решили это сделать сами, а не послали лакея?

Лили устало развязала ленты шляпки.

- Это невозможно,- лаконично ответила она,- я переоденусь, а вы велите накрыть стол к чаю! Устала...

Пить чай с компаньонкой всегда было приятно. Эвис в основном молчала, а если и открывала рот, то её замечания были незначительны и не требовали ответа. Но в этот раз мисс Гвинн повела себя против обыкновения:

- Я друг вам, Лили, и не надо от меня таиться! Если посчитаете нужным ещё раз увидеться с майором, то выберите время, когда вас не ждут у Вудвортов!

Лили тяжело вздохнула:

- Конечно, вы правы, незачем давать повод к сплетням!

Миссис Гвинн неторопливо долила себе в чашку чай, и только потом заметила:

- Будьте осторожны, дорогая! Как бы слухи не дошли до вашего деверя. Он относится к вам с настолько повышенным интересом, что боюсь, ему мало понравится происходящее. У его светлости есть все возможности изрядно испортить вам жизнь!

ДУГЛАС.

Встречаться с Майклом в приватной обстановке ещё раз, не входило в планы Лили.

Она достаточно быстро опомнилась, и, гневно обозвав себя распутницей, зареклась видеться с этим человеком. Черт с ним, с браслетом! Всё равно, Дуглас не собирался расстегивать замок, и если их свидания заканчиваются одинаково, то к чему делать из себя легкодоступную простушку? Пусть ищет их в другом месте!

Увы, такой же точки зрения не придерживался сам майор.

А у Вудвортов продолжались спевки. Мэри по-прежнему противно голосила, впору было уши затыкать! Её сестры читали стихи, устраивали живые картины-шарады, в общем, всё, как всегда на подобного рода выступлениях. Конечно, теперь вся семейка не упускала случая посмотреть на вдову многозначительными взглядами и что-то злорадно прошептать вслед, но Лили было мало дела до сплетниц.

Благотворительный концерт по сбору денег на церковный орган проходил в поместье Вудворотов, в здании местной школы. И здесь стараниями чокнутой семейки собралась такая толпа людей, как будто предстояло не жалкое блеяние туповатых девиц, а, по меньшей мере, выступление Королевской оперы!

Лили благоразумно забилась в пустующее здание школы, где стоял её рояль, и наигрывала мелодии, прислушиваясь к звучанию инструмента в этом помещении. Но если она рассчитывала, что Дуглас её не найдет, то сильно ошибалась. Он появился в прохладном сумраке украшенной цветочными гирляндами залы под руку с хихикающей Джун.

- Вот,- громко хвасталась ему девица,- мы вчера целый день украшали эту комнату цветами. Здесь обычно обедают школьники, и нам пришлось долго выветривать запах капусты...

- О, мисс Вудворт, вы проделали большую работу!

При звуках его голоса у Лили замерло сердце, и она уперлась взглядом в ноты, всем видом демонстрируя занятость.

- Маркиза любезно согласилась аккомпанировать Мэри в песне "Смерть моряка",- радостно прочирикала Джун,- хотя у них... мало, что получается!

После таких слов притворяться глухой уже не представлялось возможным, и Лили чуть нагнула голову в приветствии.

- Надеюсь, вы меня простите, - холодно извинилась она, - нужно готовиться к концерту!

Но ничуть не тронутый её холодным приемом, Дуглас умудрился крутиться возле вдовы до самого начала концерта, не давая и без того нервничавшей Лили ни секунды покоя.

А потом настало время позора.

Даже твердо уверенная в том, что ничем хорошим это выступление не закончится, Лили не могла предположить, какое развлечение ожидает собравшуюся публику.

Поначалу всё шло вроде бы терпимо - Джун рассказала балладу о Робине Горте, а одна из соседок Вудвортов старательно побренчала на арфе.

Набившиеся в зал зрители весьма доброжелательно встретили эти номера, хотя их с большой натяжкой можно было назвать удобоваримыми.

Когда на сцену гордо выплыла Мэри, ничто, казалось, не предвещало катастрофы.

Лили сыграла вступление, но девица почему-то замешкалась и не вступила в нужном месте. Раздраженно вздохнувшая пианистка, тем не менее, терпеливо начала сначала, но тут девица вдруг опомнилась и вылезла на два такта раньше, чем было нужно. Сжавшаяся от неловкости Лили попыталась подстроиться, но рёв, вырвавшийся из лужёной глотки горе-певицы, вообще, исключал возможность аккомпанемента. Неизвестно почему, но Мэри, игнорируя мелодию, решила просто громко прокричать слова.

Зрители сначала недоуменно заволновались, но чем дольше длилось безобразие, тем громче слышался ропот, а потом..., потом грянул смех!

- Это комическая сценка,- услышала растерявшаяся Лили, - импровизация!

- Но ведь маркиза в трауре,- пораженно ахнул кто-то,- какое неуважение к памяти покойного!

Раздраженная вдова в отчаянии громко захлопнула крышку рояля. Впрочем, Мэри, мощно выводившая руладу, не обратила внимания на покинувшую сцену аккомпаниаторшу, и продолжала дико орать под откровенный смех толпы.

Когда выведенная из себя Лили вышла на улицу, путь ей преградил Дуглас.

- Милая!

Лили хмуро глянула на майора. Он выбрал не лучший момент для разговора.

- Простите, но я тороплюсь!

- Нет, ангел мой, не торопишься, ты бежишь от меня! Почему?

Действительно - почему? А то он сам не знает! Женщина нервно оглянулась. За исключением какой-то пожилой пары вдалеке, можно сказать, они были одни, но всё равно она поспешила увести собеседника вглубь парка, подальше от любопытствующих глаз.

- Майкл, ты ведь сам всё понимаешь!

- Что именно?

Лили тяжело перевела дыхание. Разговаривать с нежелающим тебя понимать человеком всегда тяжело, особенно когда рядом с ним так предательски сильно бьется сердце. Она в замешательстве сорвала веточку, и, нервно покручивая её в руке, наконец-то, смогла сосредоточиться.

- Я не могу так! Мне после наших встреч становится чудовищно стыдно!

Дуглас порывисто прижался поцелуем к затянутой в перчатку руке.

- Нет ничего постыдного в любви!

Лили недоверчиво заглянула в его глаза.

- Любви?

- Я люблю вас,- он ласково улыбнулся,- уверен, что и вы ко мне неравнодушны! Недаром все наши встречи заканчиваются одинаково!

Лили вспыхнула. Он ловко подвел её к невидимой черте. Отрицать наличие между ними взаимного влечения было глупо, но, с другой стороны, действительно, чем объяснить происходящее при каждой встрече? Тем, что она блудлива, как Мессалина? Или уж прямо признаться, что у неё кружится голова даже от запаха его табака?

- Каждый раз, когда мы с вами встречаемся, я веду себя как распутная дурочка, и это веская причина видеться, как можно реже!

- Но почему? Вы - свободная женщина, я - свободный мужчина! Почему нам не попробовать стать счастливыми?

Лили остолбенела, когда до неё дошло, на что намекает Дуглас.

- Это предложение руки и сердца? - её изумлению не было предела.

Майкл нахмурился.

- Даже если и так,- колко спросил он,- что вас не устраивает во мне? Отсутствие титула?

Ветка в её руках сломалась, и она раздраженно выкинула её на идеально подстриженный газон.

- Даже если я и отважусь на столь эксцентричный поступок, движимая самой искренней любовью, нам не на что станет жить! Покойный Томас так составил завещание, что всё мое приданое находится в полном распоряжении герцога Мортландского.

- Но почему мы разговариваем о приданом? - неожиданно рассмеялся Дуглас. - Разве вы уже дали согласие стать миссис Дуглас?

- А что же тогда вы подразумевали под "счастьем"? Разврат? - разозлилась Лили.

- Нет, любовь моя, конечно, нет! Но я хочу видеться с вами!

Только этого и не хватало, чтобы её окончательно смешали с грязью местные сплетники.

- Вы забыли, что бедный Томас....

- Я не забыл о вашем покойном муже, но прошу о снисхождении. Лили, прекратите от меня прятаться! Я хочу вас видеть, быть с вами рядом, и я не отступлюсь!

- Вы погубите меня,- взвыла она,- пойдут разговоры, пересуды!

Да, Дуглас ей очень нравился, даже сейчас, когда вел себя столь неподобающе, но всему же есть предел!

- Я не могу без вас,- стоял на своём этот упрямец,- если вы откажетесь со мной встречаться, я буду ходить за вами, как барашек за Мэри!

- Это шантаж!

- Вы не оставляете нам другого выбора! Когда я увижу вас?

Выведенной из себя Лили показалось, что до них доносятся чьи-то голоса, и она в ужасе попыталась отпрыгнуть от шантажиста, но тот крепко держал её за руку.

- Я жду!

- Ладно,- прошипела она, с трудом вырвавшись из клещей его пальцев, - я приду..., завтра, после полудня!

- Поклянись!

- Хватит,- разозлилась Лили,- я не буду кощунствовать! Но если я сказала, что приду, значит, приду!

Больше майор не удерживал свою пленницу, и она стремглав умчалась к ожидающей возле коляски обеспокоенной миссис Гвинн.

- Как неосторожно, - покачала та головой, пропуская её вперед,- я ведь уже говорила, что...

- Да, да,- нервно перебила компаньонку Лили,- я помню, и завтра воспользуюсь вашим советом!

Понятно, что почтенную даму это уверение не успокоило.

- Это необходимо? - осторожно полюбопытствовала она.

Но вдова только горько рассмеялась.

- По всей видимости - да!

Когда на следующий день женщина пересекла порог скромного офицерского жилища, то её ждал приятный сюрприз - предупрежденный о визите дамы денщик отдраил до блеска обе комнаты и тщательно их проветрил.

После этой встречи Лили уже прекратила сопротивление домогательствам Дугласа. Миссис Гвинн с тревогой наблюдала, как сверкают в предвкушении свидания глаза молодой женщины, когда она собирается на очередную встречу, и однажды не выдержала:

- Надеюсь, что ваши отношения не зашли слишком далеко?

Лили только смущенно покраснела. Не говорить же почтенной даме, что все встречи с Дугласом проходят в любовных утехах.

- Майор - интересный мужчина,- деликатно продолжала та,- но, вы должны понимать, что его светлость не одобрит этого знакомства! Вам никогда не быть вместе!

Лили же только беспечно улыбалась.

- Я ни о чем подобном не думаю,- вполне искренне заверила она компаньонку, - в октябре мы вернемся в Лондон, а майор (после нового формирования его полка) уплывет на континент! И на этом всё и закончится!

Увы! Столь благоразумным планам не суждено было сбыться!

Август ещё не подошел к концу, когда завтракавшую Лили затошнило от запаха вареной рыбы. После того, как её вывернуло наизнанку, она нетвердыми шагами отправилась в спальню.

- Нет, только не это,- пробормотала несчастная женщина, наблюдая, как раскачивается перед глазами бархатный полог,- что же теперь будет?

Да, приятно заниматься любовью, но вот последствия этих сладких мгновений далеко не столь же прекрасны! Мать двоих детей не могла об этом не знать!

- Это то, о чем я думаю? - деловито осведомилась миссис Гвинн, стремительно входя в комнату.

Лили промолчала, уткнувшись лицом в подушку.

- Прости, дорогая, я буду вынуждена сообщить об этом его светлости!

Взволнованная женщина живо отреагировала на это предупреждение. Она соскочила с кровати и, моментально собравшись, уехала на квартиру любовника. Дуглас её в тот день не ждал, поэтому дома его не было, но встревоженный денщик не заставил гостью долго томиться в ожидании.

- Что случилось, сердце моё? - ворвался в дом встревоженный Майкл.

Но Лили в ответ смогла только разрыдаться.

- Любимая, успокойся, я ведь с тобой!

- Даже больше, чем ты думаешь!

Дуглас мгновенно догадался, в чём дело. Наверное, они, действительно, были созданы друг для друга!

Бережно усадив всхлипывающую возлюбленную на кровать, Дуглас прижал её к себе и крепко задумался.

- И что теперь делать? - не выдержала она затянувшейся паузы. - Мортланд мне никогда этого не простит!

- Завтра я возьму отпуск, и вечером мы выедем в Шотландию! - сдержанно пояснил Майкл.

Лили растерянно ухватилась за виски.

- Куда? - ошеломленно переспросила она. - Зачем?

- В Гретна-Грин заключают браки без предварительного оглашения!

- В Гретна-Грин?

Ей показалось, что она спит и видит невероятный сон. Гретна-Грин - воплощение скандала, навсегда закрытая дверь в высшее общество. Как бы мало не ценила Лили свой привычный мир, но все внушенные с детства правила заставляли её противиться этому плану.

- Но, дорогой...

И опять он её понял с полуслова. Майкл мрачно глянул на заплаканную и ошеломленную любовницу. Такого взгляда она ещё не видела - колючий, ледяной, полный презрения.

- Неужели я и мой ребенок так мало значим для тебя, что ты готова погубить все наши надежды на будущее ради спокойствия Мортланда и ему подобных?

Лили стало плохо.

- Нет, я люблю тебя, но я люблю и своих мальчиков, и не знаю, что делать!

Дуглас нежно погладил её по голове, поцеловав в лоб.

- Зато я знаю! И поверь, наше будущее сейчас зреет в твоем животе!

Лили даже не поинтересовалась - сообщила ли миссис Гвинн Мортланду о её состоянии, потому что весь следующий день не выходила из своей спальни, демонстрируя головную боль, а сама, тем временем, тайком от прислуги собирая вещи для побега.

Она действовала автоматически, боясь хоть на секунду задуматься, что ждет её дальше. Но настоящая боль ждала её в детской, куда она, не выдержав тоски, все-таки заглянула под вечер. Судорожно прижимая к себе тельца своих малышей, несчастная женщина почувствовала, что её решимость следовать за Майклом тает, как весенний снег.

- Я не смогу, не смогу без них жить!- взвыла она, покрывая поцелуями личико Уилла.

Но как не страшно было матери расстаться с сыновьями, она понимала, что другого выхода у неё нет.

В полночь, с противно замирающим сердцем и саквояжем со всем необходимым в руках, Лили крадучись пробралась из коттеджа к ожидающему её невдалеке экипажу.

- Ты у меня молодец,- тот час попала она в руки обрадованному жениху,- самая смелая женщина на свете, безрассудная миссис Дуглас! Именно такая жена и нужна солдату!

МИССИС ДУГЛАС.

Миссис Гвинн, втянув голову в плечи от страха и напряженно выпрямившись, стояла перед гневно мечущимся по комнате герцогом.

- Вы знали об этом майоре Дугласе? - взбешенно допрашивал тот пожилую даму.

- Да, - тихо призналась та,- знала! Но я не знала, что их отношения зашли столь далеко!

Конечно, она лукавила, но, конце концов, ей нужно было думать и о целости своей головы.

- Я убью это ничтожество,- зарычал герцог,- я сравняю его с землей! А эту блудливую кошку навсегда отучу искать связи на стороне! Только пусть попадутся мне в руки! Значит, вы думаете, они направились в Гретна-Грин?

Но когда потрясающий важными знакомствами и титулом Мортланд сунулся в полк, осмелившегося посягнуть на его собственность наглеца, то там с ним не захотели разговаривать. Непосредственный командир майора Дугласа - полковник Хаммер холодно пояснил разгневанному вельможе, что его подчиненный взял отпуск по семейным обстоятельствам и больше он ничего не знает.

- Ваш офицер украл мою родственницу!

Полковник только хмыкнул.

- Отношения майора с женщинами обычно складываются по-другому, и я склонен думать, что это ваша родственница похитила его, чтобы навязать брачный венец! Не волнуйтесь. Ещё не было случая, чтобы Дуглас вовремя не возвращался из отпуска. Образцовый офицер!

Дожидаться конца отпуска соперника герцог не собирался, поэтому быстро снарядил людей в Гретна-Грин, чтобы вернуть ослушницу, пока она не заключила опрометчивого брака.

- Но даже если они и успели обвенчаться,- сказал он тайком одному из особо доверенных лиц,- миледи в любом случае должна быть увезена от любовника и помещена под замок в Мортланд-холле! Я всё равно добьюсь аннуляции этого брака!

Но, то ли майор оказался удачливее, то ли Мортланд упустил время, посланная им погоня вернулась ни с чем и практически одновременно с молодожёнами.

Пока Дуглас отсутствовал, посвященные в его дела офицеры полка подыскали новобрачным новое жильё. Можно только представить, какое облегчение почувствовала Лили, когда выяснилось, что в её распоряжении оказался маленький коттедж взамен холостяцкой квартиры.

Здесь была столовая и гостиная, три спальни и комната для прислуги наверху, а так же кухня с большой плитой. Денщик майора Билл Бойс даже сумел за время отсутствия хозяина подыскать служанку и сносную кухарку, и по приезде новую миссис Дуглас накормили обедом.

Измученная изнурительной дорогой Лили только растягивала губы в улыбке, вкушая немудрящую стряпню, очень далекую от изысков герцогского повара. Она ещё не до конца осознавала, что этот тесный домик со старенькими обоями и скрипучими лестницами стал её домом, да и мыслями бывшая графиня была по-прежнему в коттедже Мортланда.

- Всё это очень мило,- улыбнулась она мужу, встав из-за стола,- но, дорогой, мне нужно повидать детей.

- Конечно,- покладисто согласился тот,- мы завтра же навестим твоих малышей.

- Но...

- Дорогая, это не обсуждается! А сегодня мы устали и должны выспаться!

Лили всего несколько дней была миссис Дуглас, но уже твердо уяснила - с мужем лучше не спорить. Майкл всё равно поступит, как считает нужным.

Перед тем как обвенчаться с ней, Майкл серьезно посмотрел на смятенную невесту, и порывисто расцеловав каждый палец на её сжатых в волнении руках, сказал:

- Не могу обещать тебе ни спокойной жизни, ни особого достатка! Даже не уверен, что в самое ближайшее время ты не станешь вновь вдовой, но в одном я клянусь - до тех пор, пока смерть не разлучит нас, я никогда не изменю тебе, и моё сердце будет замирать любовью только при мысли о жене! Ты веришь мне?

И Лили поверила - сразу, безоговорочно и навсегда.

И сегодня, не задавая вопросов, крепко уснула, прижавшись к мужу. Она действительно очень устала.

Мортланд встретил супругов в любимой гостиной Лили, но только при виде его разъяренного лица никому бы не пришло в голову любоваться морским пейзажем.

- Итак, сударыня? - его голос звенел от гнева. - Что всё это значит? И кто этот человек, столь дерзко придерживающий вас за руку?

- Ваша светлость, - разволновалась Лили,- майор Майкл Дуглас - мой муж!

- Вот как?! То есть, вы думаете, что он - ваш муж?

Молодожены недоуменно переглянулись.

- Вы, маркиза, согласно воле покойного супруга, не можете выйти замуж без моего согласия! Я назначен опекуном и вам, и вашим детям, и вашему состоянию, - презрительно пояснил герцог,- поэтому я добьюсь аннуляции этого брака, путём признания его недействительным! Что же касается вас, майор - если вы не хотите пройти через процедуру суда и быть обвиненным в похищении, сейчас же покиньте мой дом!

- Пойдем, дорогая!

Дуглас, кажется, ничуть не удивился такому нелюбезному приему, и потянул свою ошеломленную жену к выходу.

- Она никуда отсюда не уйдет!- рявкнул герцог.

И в комнате моментально оказалось три человека угрожающего вида, готовых броситься на супружескую пару. Но не раз участвующего в настоящих боях Дугласа было не напугать простой демонстрацией силы. В мановение ока у него в руках оказался пистолет и он заслонил собой растерявшуюся Лили.

- Я выстрелю в любого, кто осмелится задержать меня или мою жену, - грозно предупредил он,- и будьте уверены, не промахнусь!

Держа на мушке, готовых в любой момент броситься на него людей, Майкл попятился к выходу. И только потом, уже покинув особняк, Лили пришла в себя.

- Но, Майкл, - взвыла она, останавливаясь,- а как же мои мальчики? Мы же так и не поговорили о них!

Дуглас страдальчески сморщился, с жалостью глядя в её измученные глаза. Для него уже и так всё было понятно, но как сказать матери, что она вряд ли когда-нибудь увидит своих сыновей? На его счастье, рядом с ними раздался деликатный кашель и новобрачные, изумленно оглянувшись, увидели смущенную миссис Гвинн.

- Поздравляю вас с заключением брака,- щепетильно раскланялась она с майором,- желаю счастья и долгих лет совместной жизни!

Молодожены, недоуменно нахмурившись, смотрели на пожилую даму - за эти дни они ни разу не вспомнили об оставленной на растерзание герцогу компаньонке, и теперь чувствовали себя неловко.

- Я понимаю,- между тем, продолжала говорить мисс Гвинн,- что когда двое находят друг друга, то третий - лишний, но я бы хотела помочь вам, Лили! Дело в том, что когда-то давно, я совершила точно такой же поступок...

Пожилая женщина смущенно улыбнулась.

- ... вышла замуж по страстной любви за человека не своего круга. И прекрасно помню, с какими трудностями мне пришлось столкнуться. Я не сомневаюсь, что вы, майор, можете обеспечить вашу жену всем необходимым, но леди Лилиана привыкла к роскоши! Ей придется тяжело. Мне хочется облегчить ей жизнь хотя бы в первое время, пока она не привыкнет к новому положению!

Дуглас улыбнулся, с благодарностью глядя на миссис Гвинн.

- Я буду рад видеть вас в нашем доме!

Но Лили мало заинтересовали эти соображения, она порывисто ухватила женщину за руки.

- Эвис, где мои мальчики?

Дама страдальчески отвела глаза.

- Герцог отправил детей в Мортланд-холл! Он очень зол на вас, Лили!

Новоявленная миссис Дуглас растерянно обернулась к мужу.

- Что мне делать?

- Всё утрясётся! - твердо заверил тот. - Рано или поздно, но выход найдётся!

Миссис Гвинн с интересом осмотрела их новое жилье, похвалив гостиную и вид из окон, а потом устроилась в одной из угловых комнат.

- Увы,- между делом поясняла она подавленной молодой женщине,- ваш бывший деверь лишен чувства меры, когда речь заходит о его интересах. Понятно, почему он выгнал из дома меня - я не справилась со своими обязанностями! Но по отношению к вам, его светлость перегнул палку! Он даже отказался вернуть вам гардероб, хотя зачем ему женские платья?

Лили озадаченно потерла виски - до неё только сейчас дошел размер катастрофы. Практически она осталась голой - ведь не брать же в расчет дорожный костюм и пару сорочек, что брала в дорогу? Почему-то это известие её окончательно доконало, и она разрыдалась, усевшись на постель в комнате пожилой дамы.

- Полноте, Лили, всё не так уж и плохо! Да, вам пришлось многое потерять, но вы с мужчиной, которого любите, а это немало! Майор Дуглас - настоящий джентльмен, и вы правильно сделали, что отделались от Мортланда. Герцог - непростой человек, и вряд ли его поведение по отношению к вам можно назвать безупречным! Я кое-что заметила...

Лили не совсем поняла, на что намекала компаньонка. Впрочем, Мортланд и его тайны её интересовали мало, другое дело - дети.

- Но мои мальчики,- взвыла она,- что будет с ними?

- С ними всё будет хорошо,- твердо заверила её Эвис,- Мортланд очень любил своего брата, и, конечно же, души не чает в его сыновьях! Вам нужно подумать о себе, Лили, и о вашем будущем малыше. Вы поступили правильно, чтобы не говорили все остальные!

Так-то оно так, но Алекс? Мортланд знал, что он ему не племянник, хотя всегда заботился о малыше. А вдруг он выместит злость на мальчике?

А вот майор Дуглас был уверен, что герцог не успокоится.

- Благодарю вас за поддержку! Я не хочу пугать Лили, но наши неприятности, боюсь, ещё не закончились.

Майкл говорил об этом миссис Гвинн, не зная, насколько близок к истине.

Мортланд не привык отступать. Сейчас же, когда речь шла о женщине из его семьи, ему и в голову не пришло сложить оружие.

Когда молодожены разговаривали с компаньонкой, герцог входил в кабинет коменданта Брайтона - сэра Гарри Уотлифа.

Сэр Гарри был его давешним знакомым. Когда-то они вместе учились в Итоне, но друзьями никогда не слыли, потому что Уотлифы - обедневшее семейство баронетов, тогда как юный Эдвин Тейлор, будучи уже тогда маркизом Тефордом, принадлежал к высшей элите королевства.

- Здравствуй, Куманек,- назвал Мортланд Уотлифа школьной кличкой, тем самым напоминая об общей юности,- у меня к тебе дело!

Комендант хмыкнул.

- Здравствуй, Смерть! - подхватил он игру, и тут же кисло поморщился. - Только я не могу тебе ничем помочь!

- Разве ты знаешь, в чём дело? - надменно задрал брови Мортланд.

Сэр Гарри обескуражено развел руками.

- О том, что твоя невестка - маркиза Тефорд нарушила траур и вышла замуж за майора Майкла Дугласа, в Брайтоне не говорят только немые! Такой скандал - редкость даже в наше экстравагантное время!

- Леди Лилиана безголовая и порывистая, как и все красивые женщины,- холодно заметил герцог,- поэтому покойный Томас и поручил мне опеку над ней. Этот брак нужно признать недействительным! На майора можно надавить, чтобы он не поднимал шума, а мои поверенные сделают всё остальное!

Но, похоже, комендант не разделял его оптимизма. Это отчетливо читалось по его хмурому лицу, и тогда Мортланд зашёл с другой стороны:

- Пойми, Куманёк, есть вещи, которые должны оставаться незыблемыми, пока Англия не ушла на дно моря! Наши женщины - только для нас! Можно жениться на представительнице более низкого сословия, чтобы поправить денежные дела, но выдать замуж дочь, сестру, невестку можно только за равного! Иначе конец, конец тому, что мы называем Британским королевством! А этот Дуглас, - герцог брезгливо поморщился,- дворняжка! Из каких-то безродных джентри, да ещё младший сын без средств к существованию. Понимаешь, Куманек, этак каждый вообразит, что вылезая, чуть ли не из помойной ямы, может нырнуть в постель знатной леди!

Воззвание к сословному единству не могло не найти отзвука в душе Уотлифа.

- Хорошо, - нехотя согласился он после некоторого раздумья,- я попробую поговорить с генералом Торнфильдом, хотя... королевские пехотинцы на особом счету! Боевые подразделения гвардии - это не полки внутренней милиции, к ним так просто не подступишься!

- Если бы было просто,- холодно улыбнулся Мортланд,- я не обратился к тебе, Куманек! Но я рассчитываю на твой авторитет коменданта. Ты пользуешься уважением среди этой публики!

Герцог пошел на прямую лесть - да, ещё человеку, которым всегда пренебрегал! Но... Лили! Одна мысль о том, что кто-то обнимает её, приводила его в такую неописуемую ярость, что он дошел даже до унижения перед таким ничтожеством, как Уотлиф.

Тот, разумеется, почувствовал себя польщенным, что наряду с приятными ощущениями налагало и кое-какие обязательства.

- Сделаю всё, что смогу!

Генерала Торнфильда боялись все - от лордов адмиралтейства до лошадей полковой конюшни. Склочный, суровый, неприятный старик с остатками волос на лысеющей голове он попил немало крови у своих подчиненных, доставалось от него и тому же Дугласу.

Будучи по натуре закоренелым снобом, он дважды опрокидывал его с присуждением званий и наград, неизменно находя к чему придраться.

Претензии Уотлифа он выслушал с брюзгливым выражением лица и холодно пообещал разобраться. Комендант, проклинавший в душе просьбу Мортланда, заставившую его общаться с этим свирепым стариком, облегченно перевел дыхание. Он знал, насколько генерал беспощаден с подчиненными.

- Торнфильда его офицеры боятся больше, чем ирландцы бэньши,- уверил Уотлиф герцога, встретившись с ним в местном клубе,- если он сказал, что разберется с Дугласом, значит, сдерет с него три шкуры! Можешь быть спокоен!

Мортланд недоверчиво глянул на этого самодовольного болвана и заказал себе порцию бренди. С тех пор, как он получил известие от миссис Гвинн о побеге Лили, сон покинул герцога, и тот держался на ногах только за счёт выпивки. Он мало верил в действенность переговоров генерала с Дугласом, но считал, что нужно использовать все шансы, как-то повлиять на ситуацию.

Неизвестно, о чём конкретно говорили майор и генерал - Дуглас ни словом не обмолвился об этом, зато Торнфильд оказался более разговорчивым. И он охотно высказал своё мнение непосредственно Уотлифу и сопровождающему коменданта Мортланду.

- Я, - сердито выговаривал старик, грозно поводя седыми бровями,- по вашей просьбе разговаривал с майором Дугласом, хотя обычно не вмешиваюсь в семейные дела подчиненных.

Генерал остро глянул на напряженно наблюдающего за ним герцога.

- Я знавал вашего батюшку,- неожиданно заметил он, - покойник тоже был своеобразным человеком, но чужие семьи не разбивал! Что случилось, то случилось... Я Дугласа не оправдываю - недостойно джентльмена соблазнить вдову недавно погибшего офицера! Непростительная слабость, но теперь-то что можно сделать?

Мортланд насторожился - что-то задело его в словах старика, мерзкое и неприятное, делающее все его усилия тщетными. Но пока он размышлял, недалекий Уотлиф выскочил с вопросом, наивно думая, что делает одолжение Мортланду.

- Но можно аннулировать брак? Тем более...

Торнфильд с таким презрением глянул на коменданта, что стало ясно, сколь низкого мнения он об умственных способностях сэра Гарри.

- Брак-то можно аннулировать, - фыркнул старик,- а вот как вы аннулируете младенца в её чреве? Ваша невестка, Мортланд, времени в Брайтоне не теряла! А раз женщина не против, то почему мой майор должен корчить из себя монаха?! Впрочем, я не намерен обсуждать с вами жену своего офицера, но и винить во всем только его не буду! Теперь Дугласы - семья, и пусть сами прячут скелеты в шкафу!

Генерал, громко хмыкнув, встал с места.

- У нас Дугласа считают счастливчиком - три компании и жив! Он долго дожидался майорской вакансии, и с трудом, насколько я знаю, заплатил за патент. Для кого-то восемь тысяч фунтов - приличные деньги. Он прослужил девять лет, вместо положенных пяти, пока скопил эту сумму и дождался вакансии в батальонах. Так что Дуглас не из тех, кого можно запугать или принудить! Впрочем, везение не вечно, и, возможно, он не вернется из очередной компании - рассчитывайте на это! Ничего другого не остается!

Младенец? Герцог сделал глубокий вдох - как же он сразу не догадался, в чем причина побега Лили с этим майором? Но почему она не обратилась со своей бедой к нему, зачем было выходить замуж? А теперь этот идиот Уотлиф растреплет её тайну всему гарнизону!

Но оказывается, это было ещё не всё!

- Война,- тихо сказал Торнфильд напоследок,- понятно, что люди, подобные Дугласу, спешат жить. У них нет времени по полгода ухаживать за понравившейся женщиной, а потом ещё год дожидаться венчания - смерть может внести свои коррективы в их планы! Это понимают все, кто побывал на войне с корсиканским выскочкой, хотелось, чтобы осознали и вы! Мортланд, я прекрасно понимаю, что Дуглас - не тот человек, которого бы хотелось увидеть своим родственником, но если вы и дальше будете вмешиваться в эту историю, в полку начнутся волнения, а это далеко не желательное развитие событий. Пусть всё остается так, как есть!

БРАЙТОН.

Лили, наморщив лоб, сидела за столом с миссис Гвинн и изучала счета.

- Всё очень просто, дорогая,- деловито обучала её пожилая дама,- вот сумма, которую вам выделяет ваш супруг, а вот суммы, которые обязательны к выплате. После того, как вы заплатите за аренду дома, жалование прислуге, мяснику, зеленщику, молочнику, бакалейщику и пекарю, у вас останутся деньги, которые вы сможете потратить на туалеты или на что другое.

Считать Лили умела.

Жалованье лакею, кухарке и служанке - 7 фунтов. Расходы на питание - 8 фунтов 45 шиллингов на мясо, 21 шиллинг - на пиво и другие напитки, 24 шиллинга хлеб, 12 шиллингов масло, 12 шиллингов рыба, 12 шиллингов сахар, 9 шиллингов за чай, да ещё и молоко, овощи и фрукты. А так же свечи, уголь и дрова! Лекарства, суммы на случай болезни, аренда, экипаж...

Потеребив ленты белоснежного чепца, женщина мгновенно сложила в уме цифры, вычла и... не смогла сдержать разочарования.

- Но, Эвис...,- озадаченно протянула она,- это очень и очень мало! Не хватит даже на носовые платки!

Миссис Гвинн терпеливо вздохнула, снисходительно глянув на огорченную подопечную.

- Необязательно вытирать нос кусочком тончайшего шелка, на это вполне сгодится и кусок беленого полотна,- спокойно пояснила она,- так же нет необходимости заказывать гардероб у модных французских портних, наши - английские шьют ничуть не хуже.

- И на кого я буду похожа в этих тряпках,- угрюмо пробормотала новоявленная миссис Дуглас,- на старую деву, ведущую хозяйство в доме холостого брата - помощника приходского священника?

- Не перегибайте палку, дорогая! У вашего мужа вполне приличное жалование, чтобы обеспечить достойную жизнь и вам, и вашему малышу, но этих денег, конечно же, не хватит на роскошь - драгоценности, меха, расшитые бриллиантами платья! Вам нужно учиться жить по средствам.

Лили потерла пальцами виски - у неё в последнее время часто болела голова.

- М-да, - досадливо поморщилась она,- отец был прав, когда уговаривал меня судиться с Мортландом из-за завещания покойного Томаса. А вот я в очередной раз показала себя дурочкой!

- Что уж теперь об этом говорить,- рассудительно заметила Эвис,- уверяю, что и на тысячу фунтов в год можно достойно существовать. А сейчас нужно попытаться наладить отношения с женами остальных офицеров. Они помогут нам на первых порах советами, как наиболее экономно вести хозяйство в таком расточительном городе, как Брайтон.

Лили мучительно покраснела, растерянно глянув на собеседницу.

- Но,- заикнулась она,- но... разве они захотят общаться с женщиной, столь скандально вышедшей замуж?

Миссис Гвинн лучше знала жизнь.

- Захотят,- заверила она подопечную,- не каждый день невестка могущественного герцога бросает роскошь, высший свет, и влиятельную родню, чтобы выйти замуж за одного из офицеров! Слетятся, как бабочки на свет!

Лили пощекотала губу кончиком пера, и обреченно вздохнула.

- Бесполезно! Я не умею нравиться людям, хотя сама не знаю, почему?

Пожилая дама сняла с носа очки, с сожалением заглянув в расстроенное лицо молодой женщины.

- Ты хороший человек, Лили! В тебе нет ни злобы, ни подлости! Ты открыта и честна со всеми окружающими, но это далеко не всем нравится. Постарайся быть терпимее, чаще улыбайся и соглашайся со всеми, а что уж у тебя на сердце, пусть останется для домашнего пользования.

Эвис оказалась права. Действительно, стоило только Майклу намекнуть своим сослуживцам, что его супруга приглашает их жен на чай, как в маленькой гостиной их дома собрался кворум из двух десятков дам самого разнообразного возраста.

Прихлебывая чай из нового сервиза, они разглядывали горящими глазами, столь оскандалившуюся особу, гадая про себя - что же все-таки было у них с майором? Майкла Дугласа в полку любили за ровный добродушный нрав и неизменную любезность, но даже столь лояльно настроенные к нему дамы прекрасно понимали, насколько неравным был этот брак. От разливающей чай новоявленной миссис Дуглас осязаемыми волнами исходила принадлежность к самой избранной элите общества, веяло привычкой к роскоши. Это было видно даже по покрою и пошиву скромного домашнего платья, которое стоило, как весь гардероб некоторых из гостий.

Впрочем, новобрачная вела себя скромно и любезно, с улыбкой предлагая всем присутствующим наполненные чашки, говорила же за двоих, по всей видимости, какая-то её родственница.

- Не знаете, у кого лучше всего заказывать молоко?

- А этот аптекарь - мистер Смолл, у него хорошая репутация?

Лили растерянно хлопала глазами, всё более и более запутываясь в самых разнообразных сведениях, которые с неизменным энтузиазмом вываливали на неё гостьи. Она уже давно погрязла в именах, ценах, товарах и теперь только вымученно растягивала губы в улыбке. Её душил истерический смех, но, похоже, компаньонку вовсе не пугало такое обилие столь разнообразных сведений, и она ловко вылавливала нужное.

Так или иначе, но жены офицеров вышли из коттеджа майора вполне довольные хозяйкой. Парадокс, но именно в тот момент, когда Лили так сильно скомпрометировала себя в глазах общества и навсегда загубила репутацию, состоялся её первый удачный прием.

Дамы пришли к выводу, что супруга майора Дугласа - милая и застенчивая молоденькая женщина, робкая, но весьма обходительная. И, не смотря на свое происхождение, ничуть не задается и держит себя просто.

- Нужно поддержать леди Лилиану! - был дружный вердикт.

Сама же Лили, выпроводив гостий, с шумом выдохнула воздух и обессилено откинулась в кресле.

- Всё прошло хорошо!- похвалила подопечную миссис Гвинн.

Но той так не казалось. Из всей лавины информации бывшая маркиза ухватила главное.

- Дорогая,- твердо сказала она,- я лучше надену саван, чем те безвкусные тряпки, что носят наши новые знакомые. А шляпки у них похожи на перевернутые корзины! Отделка на лошадиной сбруе и то изящнее!

- Но....

- Корзины!

Жизнь Лили в этот период времени была насыщена большими и малыми событиями. Ей приходилось осваиваться в совершенно новом для неё мире, и, надо сказать, что этот процесс не всегда шел гладко, но деятельной молодой женщине даже нравилась эта новая жизнь. Ей представлялось таким экзотичным разбираться в мясе, выбирать фрукты, знакомиться с ценами на рынке, выбирать в магазине постельное белье.

Её жизнь с новым мужем то же кардинально отличалась от жизни в семействе Тейлоров.

Большую часть дня Майкл находился на службе. Уходя в полк рано утром, и появляясь дома уже после пятичасового чая, он проводил с Лили только вечер. Но зато, как радовалась его молодая жена этим часам. Жена настолько сильно скучала по супругу, что для того, чтобы позавтракать с ним и получить прощальный поцелуй, подскакивала с постели ранним утром. И весь день, занимаясь большими и малыми делами, Лили жила только предвкушением вечерней встречи, прихорашиваясь перед зеркалом, и то и дело выглядывая из окна гостиной на дорогу.

Они проводили вечер вместе или шли к кому-нибудь в гости, но иногда Лили замечала, что муж выглядит утомленным. Её расстраивала и заставляла жалеть Майкла даже малейшая тень усталости в его глазах, и она моментально изображала на лице утомление и капризно заявляла, что хотела бы пораньше улечься в постель. Неизвестно, понимал ли Майкл её уловки, но бесспорно, подобная линия поведения делала супругов ещё более счастливыми.

Лили любила Майкла - он с первой встречи вызвал в ней сильное чувственное влечение, но теперь к этому добавилась нежная привязанность и удивительное чувство полной уверенности в себе. Странно, но потеряв всё, что составляло когда-то главную ценность в её жизни, она, наконец-то, обрела прочную опору под ногами, и ей стала любовь находящегося рядом мужчины.

- Женщина может иметь всё - любую роскошь, обширную родню и кучу знакомых,- как-то поделилась она с миссис Гвинн,- но это всё превращается в кучу ненужного хлама, если рядом нет любимого мужчины.

- Любовь всё раскрашивает в радужные цвета! - со вздохом согласилась пожилая дама.

Но была в этой идиллии и своя ложка дегтя. Лили наотрез отказывалась экономить на гардеробе.

- Дело даже не в том, что нет денег, - доказывала ей наставница,- ваши новые знакомые не носят таких дорогих вещей! Они будут чувствовать себя неловко рядом с тобой, дорогая!

Но что Лили были столь тонкие соображения! Посетив однажды рекомендованные лавки с тканями, она долго перебирала штуки шёлка и сукна, в поисках нужных, но... с тяжелым вздохом вышла оттуда, так ни на чём и не остановившись.

- Ты слишком привередлива,- укорила её компаньонка,- между тем, уже становится холодно и нужно пополнить гардероб. Да и талия уже раздалась настолько, что пора бы носить, что-нибудь попросторнее!

Лили это понимала не хуже миссис Гвинн, но ей казалось, что она будет выглядеть ужасно жалко без привычных туалетов. А вдруг её в таком виде увидит кто-нибудь из вчерашних знакомых, и будет потом с презрительной жалостью рассказывать, как опустилась Лили Кавендиш в новом замужестве?! Нет, нет и нет! Она не даст пищи для злорадных языков - весь мир должен видеть, как она счастлива с Майклом!

Как-то раз, она посетила приём миссис Гарриет - жены полковника Гарриета. Майкл задерживался на службе, впрочем, не было и самого полковника, зато в гостиной толклась куча люда, не относящегося к Первому пехотному полку. Лили рассеянно отвечала на вопросы какой-то из особо назойливых дам, и поначалу не обратила внимания на остановившихся неподалеку двух джентльменов, а когда осознала, что один из них Мортланд, было уже поздно.

- Эдвин, - смутилась она, виновато отводя глаза,- что ты здесь делаешь?

- Странный вопрос,- хмыкнул тот,- меня пригласили в гости вместе с моим другом - местным комендантом сэром Гарри Уитвортом. Но, может, пользуясь отсутствием твоего супруга, мы все-таки поговорим?

Лили уныло кивнула головой.

- Да, пожалуй, нам нужно поговорить!

Встревоженная миссис Гвинн попыталась присоединиться к ним, но Мортланд учтиво попросил даму дать им возможность побеседовать наедине. Его светлость некоторое время наблюдал за фланирующей вокруг толпой.

- Почему, Лили? - наконец спросил он. - Разве тебе чего-то не хватало? Почему ты так поступила?

Молодая женщина неловко поежилась.

- Я люблю Майкла,- тихо пояснила она, - и очень счастлива с ним!

- Понимаю,- терпеливо согласился герцог,- после смерти Томаса ты почувствовала себя одинокой, но причём тут любовь? Лили, вспомни, ведь это не первое твое увлечение, и все прошли бесследно!

- Вы о моей влюбленности в вас? Но я тогда была совсем юной девочкой!

Мортланд прикусил губу.

- А отец вашего старшего сына? Разве вы не пылали страстью к этому господину?

Напоминание о Тони огнем обожгло щёки женщины. Герцог всё-таки нашёл способ больно уязвить её.

- Я никогда не забуду, скольким вам обязана! Вы повели себя, как настоящий друг!

Его светлость надменно глянул на собеседницу.

- Бесспорно, я таковым являюсь и по сей день, - сухо заметил он,- и ваше счастье всегда было моей важнейшей заботой!

Но если так...

- Ваша светлость,- взмолилась она,- мои мальчики..., пожалуйста! Разрешите мне видеться с ними?

Герцог холодно хмыкнул.

- Но, дорогая, я вовсе не собираюсь запрещать тебе встречи с детьми. Пожалуйста, сколько угодно! Мой дом всегда открыт для тебя!

Глаза Лили мгновенно вспыхнули радостью.

- Мальчики здесь?!

- Они в Лондоне, но что мешает вам уехать из Брайтона и воссоединиться со своими сыновьями?

Она так и знала, что в его внезапной снисходительности есть какой-то подвох!

- Почему вы говорите мне подобные вещи? Мой муж не может в ближайшее время покинуть Брайтон?

И вот тут герцог позволил себе сменить тон.

- Я ничего не хочу знать о вашем замужестве, - резко заявил он,- потому что это глупая и нелепая выходка! И если бы в нашей стране были нормальные законы, то Дуглас попал бы прямиком в тюрьму! Он не испросил разрешения на брак ни у меня, ни у вашего отца!

Лили воинственно сдвинула брови и ринулась в ответную атаку.

- Можно подумать, что вы бы дали согласие!

Но Мортланда было не пробить подобными язвительными репликами.

- Конечно, не дал бы! И дело даже не в том, что мне не нравится майор, но на что он собирается содержать семью? Дуглас - человек безответственный, раз завладел женщиной не своего круга!

- Эдвин, я жду ребенка, и все разговоры о безответственности Майкла по этой причине лишены всякого смысла!

- Лили,- герцог порывисто ухватил женщину за руку и прижался к ней губами,- мне дорог любой твой ребенок, неважно даже, кто его отец! Возвращайся, и пусть малыш появится на свет в моём доме! Клянусь, я его воспитаю наравне с детьми своего брата!

- Эдвин,- Лили раздраженно выдернула пальцы из его рук,- такое ощущение, что ты вообще не слышишь, о чем я тебе говорю! Я люблю своего мужа, и счастлива с ним! И, разумеется, мы с Майклом в состоянии сами воспитать своих детей, что же касается денег...

Мортланд надменно вздернул брови, дожидаясь её упреков насчет приданого, но Лили почему-то заговорила не об этом.

- Тысяча фунтов в год невесть какая сумма,- сдержанно пояснила она,- но чтобы быть счастливой, вовсе не обязательно быть богатой! Уж кто, как ни я, знает об этом!

- Что ж, посмотрим, что из этого выйдет!

Неизвестно, чтобы они ещё сказали друг другу, но в гостиной появились задержавшиеся офицеры полка и, заметив среди них Дугласа, герцог отступил от бывшей невестки.

Слух о скором отбытии полка на континент пробежал по гостиной, подобно раздуваемому ветром огню, и торжествующий Мортланд покинул дом Гарриетов в твёрдой уверенности, что скоро Лили вернётся под его крыло. Оплачивая все её счета в течение нескольких лет, герцог знал, что на тысячу фунтов она не проживёт!

ИННИН.

Лорд Кавендиш крестил свою новорожденную дочь, когда пришло известие о новом замужестве Лили. Об этом в самых резких выражениях его уведомила бывшая свекровь дочери.

- Майор Майкл Дуглас,- озадаченно протер пенсне лорд,- кто это? Откуда Лили знает этого человека?

Ещё до конца не оправившаяся после родов Иннин только пренебрежительно передёрнула плечами. Она не была на церемонии, потому что возражала против крещения своей Элизабет в англиканской вере, и в знак протеста упорно оставалась в постели. Муж был расстроен подобной демонстрацией, но всё-таки не сдался, и его малютка дочь в нужный час оказалась в церкви. А тут ещё это письмо от герцогини!

- В Брайтоне много молодых офицеров! Очевидно, какой-то из них крепко вскружил голову нашей Лили, раз она, забыв обо всем, бежала с ним в Гретна-Грин! А я всегда говорила вам, мой друг, что печаль вашей дочери по потерянному мужу - чистой воды лицемерие! И вот доказательство!

- Ничего не могу понять,- нахмурился Кавендиш,- зачем было бежать? Почему не обождать до конца траура и не выйти замуж, как положено?

Иннин чуть прикусила губу. Она догадывалась, почему нужен был побег - Мортланд не допустил бы брака своей невестки с никому неизвестным майором. Что ж - ей было весьма приятно узнать, что герцог остался с носом.

Но вот Лили! Иннин и себе не могла до конца объяснить, какое чувство питает к "падчерице". С одной стороны, она была рада услышать, что та улизнула от Мортланда, но с другой... Без сомнения Лили вышла замуж по страстной любви! Наверное, этот Майкл был очень привлекательным мужчиной, раз смог так успешно конкурировать с Эдвином!

Покосившись на мужа, сосредоточенно изучающего сквозь пенсне письмо герцогини, Иннин почувствовала не просто зависть - она ощутила, как в ней поднимается переходящее в ненависть раздражение. Она, конечно, любила Джорджа, но... Ах, порядочная женщина не могла даже думать про все эти "но", похоронив их навсегда в сумраке спальни Вудвилл-лодж!

- Мне нужно съездить в Брайтон,- неожиданно прервал её размышления муж,- и посмотреть на этого молодчика!

- Вот уж нет,- возмущенно возразила жена,- Лили даже не сочла нужным поставить нас в известность о замужестве! Не только не испросила благословения, но и вообще забыла о том, что у неё есть отец! И вы будете потворствовать такому неуважению к вашей родительской власти, и первый пойдете на сближение? Это неоправданная мягкость!

Кавендиш с тревогой посмотрел на разошедшуюся Иннин.

- Дорогая, успокойся! В твоих словах, конечно, есть резон, но я места себе не найду, пока не увижу этого человека. Лили - моя дочь, чтобы она не натворила, и каких бы ошибок не совершила!

Его вторая половина моментально вышла из себя. Почему это Лили абсолютно всё позволено - и брак по любви, и любое сумасбродство? Потому что она родилась по эту сторону пролива?

- Но Элизабет тоже ваша дочь,- напомнила она мужу о новорожденной малютке,- и её мать нуждается в вашем обществе! А Лили может немного и подождать, тем более, что сама не жаждет встречи с отцом. Подождите, мой друг, я оправлюсь от родов, и мы вместе навестим наших брайтонских знакомых!

Иннин знала, что делала, поэтому неудивительно, что даже спустя месяц, лорд всё никак не мог собраться в дальнюю дорогу. Жене всё время не моглось, находились то одни отговорки, то другие.

А потом пришла зима...

ЛИЛИ.

Лили и не предполагала, как дорого стоят дрова в таком месте, как Брайтон. Она вообще никогда не задумывалась, откуда они берутся в камине. И вот теперь женщина с ужасом наблюдала, как тают оставленные Майклом деньги, пожираемые жадным пламенем, но экономить было невозможно. Она и так постоянно мерзла.

Майкл уплыл в неизвестном направлении, крепко поцеловав на прощание плачущую жену.

- Я вернусь, милая! Обязательно вернусь, только дождись меня!

- Ни о чем не думай,- через силу улыбнулась она,- я не тронусь с места, даже если Англия погрузится на дно моря.

- Нет, на дне дожидаться не надо! Обещай мне беречь и себя, и малыша!

Дуглас прогнал бездельника - лакея, а взамен притащил в дом старого, прихрамывающего солдата.

- Это Джим Хоггарт,- представил он ветерана жене,- отличный стрелок и надежный товарищ. К сожалению, Джим был сильно ранен в последней компании и уже не может преодолевать марши. Но нет более верного и преданного человека во всей английской армии, чем наш Хоггарт, поэтому я со спокойным сердцем могу оставить вас с малышом на его попечение!

Лили растерянно улыбнулась суровому старику, но она была в таком отчаянии, что в тот момент просто не среагировала на слова супруга. И лишь когда по возвращении домой, увидела, как старик деловито располагается в доме, поняла, что это новый член семейства.

Миссис Гвинн, надо сказать, одобрительно отнеслась к его появлению в их доме.

- Женщинам негоже оставаться в доме одним,- заметила она, - а тот лоботряс, которого прогнал майор, вряд ли стал бы нам надёжной защитой!

- Хоггарт совсем старик, какой от него прок? - Лили недоуменно пожала плечами.

Но Эвис только улыбнулась. Как выяснилось потом, прок от Джима был большой. Во-первых, он сразу же взял на себя всю грязную мужскую работу по дому - чистил камины, рубил дрова, точил ножи и прочее. Мало того, через его жесткий отбор проходили все, посещавшие дом соломенной вдовы гости - и как это было не смешно, но ни один мужчина не мог похвастаться, что переступал порог домика Дугласов, даже в сопровождении жен.

- Не велено пускать,- уперто стоял на своем старик в ответ на все увещевания,- я обещал майору охранять его жену, и слово своё сдержу!

Джим сопровождал её даже в магазины и к портнихам, терпеливо пережидая на пороге все примерки. Когда наступили холода, то он принялся ходить на берег, где собирал обломки мачт и прочие выброшенные морем куски дерева, и это солидно выручало постоянно мерзнущих в промозглом морском климате женщин.

Но как ни старался Хоггарт, денег всё равно не хватало. Конечно, в этом была виновата сама не привыкшая экономить Лили. Она, не послушав советов Эвис, купила себе палантин из меха и такую же муфту, да и прочие дорогостоящие предметы туалета, проделавшие солидную брешь в их бюджете. Были и другие непредвиденные обстоятельства - например, протекла крыша, и пришлось потратить деньги на ремонт. А ещё нужно было откладывать на доктора и роды! Отец малыша мог появиться, когда тот уже сделает первые шаги.

Каждое утро миссис Гвинн и Лили, закутавшись из-за экономии дров в тёплые шали, производили необходимые расчёты, и растерянно смотрели друг на друга. Средств явно не хватало!

- Без помощи мы не протянем,- наконец сделала вывод расстроенная компаньонка,- может, вы обратитесь к герцогу?

Лили только фыркнула в ответ.

- Он, конечно, поможет, но при условии, что я вернусь в его дом!

- А ваш отец?

Молодая женщина долго размышляла и колебалась, вспоминая сложные перипетии отношений с родителем, а потом все-таки написала отцу. Она вкратце обрисовала ситуацию и объяснила, что её затруднения вызваны беременностью и деньги нужны, прежде всего, для появления на свет его внука.

Миссис Гвинн отнесла письмо на почту, и потянулись недели ожидания ответа. Когда спустя месяц, стало ясно, что отец проигнорировал её просьбу, Лили едва оправилась от унижения.

- У меня больше нет отца,- твердо сказала она компаньонке, зло вытерев слезы,- я сирота!

- Но, Лили,- растерянно пролепетала та,- бывают всякие обстоятельства! Великий грех отказываться от родителей.

- Отказался же он от дочери ради юной супруги,- хмуро возразила леди,- и больше прошу не напоминать об этом опрометчивом поступке! Будем выживать в одиночку!

Лили была права только в одном - Иннин, действительно, приложила руку к её письму. Воспользовавшись отсутствием мужа, она после прочтения послания просто бросила его в огонь.

- Вот так, милая падчерица,- язвительно пробормотала себе под нос молодая женщина, глядя, как бумага превращается в кучку пепла,- а ты думала, что твой путь всегда будет усеян розами? И что можешь, презрев всё, выйти замуж за кого захочешь? Нет, дорогая! Ищи выход из положения сама, а не найдешь, так иди тем же путем, на который в своё время загнал меня твой отец! Ты достаточно красива, чтобы найти себе богатого покровителя!

Понятно, что Лили не слышала этих злых слов, но завистливая ненависть каким-то мистическим образом просочилась из одного графства в другое, заставив её понять, что рассчитывать больше не на кого.

- Что же,- философски сказала она приунывшей миссис Гвинн,- есть ещё один путь. Неприятный, но не умирать же от голода старому солдату, отдавая нам последний кусок хлеба? Да и мои шляпки вышли из моды! Надо рискнуть!

- Только не скачки! - не на шутку перепугалась дама.

Лили снисходительно глянула на компаньонку.

- Какие скачки среди зимы? Нет, лошади сейчас нам не помогут! Хотя..., они бы были гораздо более приятной компанией!

Утро застало нашу героиню в гостиной Вудвортов.

Миссис Вудворт шокировано разглядывала гостью - у неё в голове не укладывалось, как у этой бесстыдницы хватило наглости появиться в её доме после столь скандального замужества.

Впрочем, Лили держалась непринужденно, её платье было безукоризненным, а уже солидное чрево целомудренно закрывала кашемировая шаль.

- Извините за беспокойство,- вежливо улыбнулась она хозяйке дома,- но я пришла к вам посоветоваться, потому что в моем новом окружении нет столь же умной и опытной дамы, коей являетесь вы!

Леди Кетлин против воли почувствовала себя польщенной.

- Чем я могу быть вам полезной? - сухо спросила она.

Леди Лилиана медленно тянула из чашки чай.

- Мне нужны ученицы,- заявила она,- вы ведь знаете, что я прекрасно музицирую, может, кому-нибудь из ваших знакомых нужно обучить дочерей игре на фортепьяно?

Ах, вот как! Глаза миссис Вудворт блеснули злорадным торжеством. Какое наслаждение было кинуть в лицо этой надменной гордячке унизительное:

- Вряд ли кто-либо из моих знакомых позволит своей дочери общаться с женщиной, позволившей себе побег в Гретна-Грин!

- Жаль,- небрежно вздохнула Лили, ставя пустую чашку на столик,- придется искать учениц в домах менее притязательных леди! Думаю, что от этого выиграют только они!

И она, сухо улыбнувшись на прощание, направилась к двери. Леди Кетлин, ожидавшая униженных просьб и продолжительных жалоб на тяжелое положение дел, несколько опешила.

- Куда же вы?

- Домой,- недоуменно обернулась гостья,- разве мы уже не обо всем поговорили?

Будь просительницей какая-нибудь другая женщина, вполне возможно миссис Вудворт и не стала бы её задерживать, но то была Лили - единственная дочь покойной Элизабет и Джорджа Кавендишей, которая хоть и несколько сбилась с пути, но все-таки оставалась своей. В конце концов, леди Кетлин сама была матерью пяти дочерей, и ей ли было не знать, как трудно противостоять упрямым девчонкам, а глупышка Лили ещё и вдобавок рано лишилась мудрой материнской опеки.

- Сядьте! - тяжело вздохнула она.

Посетительница немедля вернулась на прежнее место.

- Почему вы не попросите помощи у отца?

Леди Кетлин тот час пожалела, что задала этот вопрос, настолько отчужденным и надменным стало лицо юной женщины. Впрочем, та и не подумала на него ответить, вопросительно глядя на собеседницу, и хозяйка вынуждена была продолжать:

- Я действительно не знаю, где найти вам учениц, да и мыслимое дело, чтобы дама вашего происхождения опустилась до уровня простой гувернантки! Но если позволите, я могла бы вам предложить нечто другое.

Лили удивленно вздернула брови.

- У меня часто бывают званые вечера, и гостей надо развлекать музыкой и пением! К сожалению, я не слышала, как вы поете, но слухи о вашем поразительном голосе дошли и до Брайтона.

- Едва ли моему мужу понравится, если я начну выступать с концертными номерами! Да и моё положение...

Миссис Вудворт внимательно осмотрела беременную гостью, и не могла не согласиться с этим резоном.

- Об этом никто не будет знать,- мягко пообещала она,- для всех вы будете моей гостьей, которая милостиво согласится развлечь всех остальных. Этакий маленький кружок доверенных лиц! Кстати, извините за неделикатность, но ваш муж оставил вам мало денег?

Пожалуй, эта женщина своим участием всё-таки заслужила откровенность Лили.

- Я несколько поиздержалась,- откровенно призналась она,- просто не смогла удержаться от дополнительных расходов, а весной у меня появится малыш. Майкл обещал вернуться к этому времени, но..., - женщина судорожно перевела дыхание,- вы же понимаете, что там где он сейчас находится, от него не зависит даже собственная жизнь!

- Господи, дорогая,- все обиды были забыты, и леди Кетлин сочувственно прижала руки к груди,- нельзя даже думать о таком!

Лили побледнела.

- Я уже проводила одного мужчину по ту сторону пролива,- тихо пояснила она,- и знаю, что от моего желания дождаться его обратно, зависит мало!

- Но, дорогая, я уверена, что если вы все поясните своему отцу...

- Он не счел нужным ответить на мое письмо,- гневно отрезала Лили,- очевидно, ему мало дела до дочери, которая променяла титул маркизы на скромное имя миссис Дуглас.

- Дорогая, мне очень жаль! Конечно, я помогу вам!

- Мне нужна не помощь, нужна возможность заработать необходимую сумму, и я благодарна вам за сочувствие и желание помочь! Только, - Лили смущенно улыбнулась,- меня все время будет сопровождать миссис Гвинн, и ещё один телохранитель - бывший солдат моего мужа.

- Неужели вы боитесь, что вас кто-нибудь обидит?

- Я? Нет! - фыркнула Лили.- Но попробуйте это доказать Хаггарту! Уверяю, пустое дело!

Так миссис Дуглас вновь оказалась в светском обществе Брайтона.

Конечно же, хранить её тайну леди Кетлин не смогла, она по секрету рассказала о своем благодеянии дочерям, умоляя их держать язык за зубами, а уж те весть о том, что гордячка Лили Кавендиш будет выступать у них в гостиной за деньги, разнесли по всему городу.

Когда миссис Дуглас появилась у миссис Вудворт, в гостиной последней собралось чуть ли не полгорода. Можно сказать, что там было не протолкнуться от толпящихся дам и джентльменов.

- Ох,- пискнула миссис Гвинн, спеша вслед за Лили,- да здесь не меньше ста человек!

Та только раздраженно скрипнула зубами. Леди Кетлин обещала ей "маленький вечер для самых близких друзей", а теперь выясняется, что она в таком деликатном положении вынуждена будет развлекать чуть ли не весь высший свет Брайтона!

- Старая безмозглая курица!

Делать ничего - и Лили, скромно потупив глаза и опустив пониже концы шали, проследовала со своей компаньонкой к месту у стены. Но ведь не для того, чтобы миссис Дуглас неприметной мышкой просидела весь вечер в уголке, собралась, позабыв про свои дела, вся эта свора. Не прошло и получаса, как леди Кетлин, с неописуемо неестественным выражением лица, громко воскликнула:

- Ах, как же я люблю музыку! Говорят, что вы, миссис Дуглас - талантливая музыкантша и хорошо поете? Не могли бы вы порадовать нас своим исполнением?

Да, актриса из пожилой леди была ещё та! Лили сдержанно вздохнула, оправила задравшееся на выпуклом животе платье и решительно направилась к стоящему посереди комнаты роялю. Инструмент ей был знаком по тем репетициям, что проводились летом, но она так давно не пела на публике!

Взяв для начала несколько низких нот, она быстро разогрела горло, и звуки арии доньи Анны из моцартовского "Дон Жуана" заполнили всё пространство комнаты. Не смотря на беременность голос Лили не подвел - он лился свободно, одновременно мягкий и глубокий, с особым серебристым звучанием.

Покоренные его необычайным тембром слушатели невольно замерли, прислушиваясь к звукам арии, даже те, кто раньше не питал пристрастия к музыке. Не каждый день сталкиваешься с таким талантом!

Аплодисменты были оглушительными. Лили рассеянно улыбнулась и вновь коснулась пальцами клавиш инструмента. Полилась меланхоличная мелодия.

За деньгами к леди Кетлин на следующее утро отправилась миссис Гвинн. Назад она вернулась не только с деньгами, но и с двумя слугами, несущими корзины с продуктами, а также с повозкой, полной дров.

- Это ещё что такое? - нахмурилась Лили. - Благодеяние? Может, в глазах Вудвортов мы не лучше попрошаек?

- Нет-нет,- испуганно возразила Эвис,- леди Кетлин сказала, что сама всё объяснит, когда придет вечером!

Миссис Дуглас только пожала плечами, заглянув в корзины - там было столько всего вкусного! Их кухарка могла готовить только немудрящие блюда, да и те у неё удавались, мягко говоря, редко. А здесь находились пирожные, суфле, апельсины, бутылка хорошего кларета, и наконец, целая банка отличного китайского цветочного чая.

- Недурно,- мурлыкнула молодая женщина, вдохнув аромат,- будет, чем её саму же напоить!

Леди Кетлин прибыла с двумя дочерьми. Брезгливо оглядев непритязательное жилье, она сразу же сделала предложение:

- А почему бы тебе, дорогая, не погостить у нас до приезда мужа?

- Исключено,- моментально отказалась Лили,- я обещала Майклу, что дождусь его здесь, значит, здесь его и буду ждать. Но всё равно, благодарю вас за приглашение!

- Ах, милая Лили,- леди Кетлин от полноты чувств сложила на груди руки,- ваше вчерашнее пение! Это было чудесно, как ангелы в раю! Знаете, я бы хотела, чтобы вы занимались с моей Мэри, как тогда летом!

Об этом выступлении Лили и сейчас не могла вспоминать без дрожи.

- О,- только и сумела вздохнуть она,- разве сама Мэри не будет против? Ведь все-таки побег в Гретна-Грин, а девушка на выданье..., не повредит ли такая учительница её репутации?

Леди Вудворт чуть задумалась.

- А про каких учениц вы мне говорили? - озадаченно спросила она.

- О маленьких девочках, получающих домашнее воспитание,- любезно пояснила собеседница.

Лицо почтенной дамы просветлело.

- Есть и такие! Двум моим младшим дочерям - Мод и Кэролайн по двенадцать лет!

Это оказалось для Лили сюрпризом. Сколько же всего дочерей у её гостьи? Не меньше десятка!

- Это подходит,- покладисто согласилась она,- с завтрашнего дня и начнем!

- А как же концерты? - охнула леди. - Разве вы не придете к нам завтра?

Лили мрачно глянула на неё.

- Я не могу рисковать ребенком, появляясь в такой толпе! - холодно пояснила она.

Леди Вудворт смутилась.

- Я не знаю, как это произошло,- неуклюже заюлила она,- мы не ждали такого наплыва гостей. Но, милая Лили, поверьте...

И дальше потек поток извинений, которые молодая женщина пропустила мимо ушей, прекрасно понимая, сколь мало в них правды.

- Ну, а дрова и корзины с продуктами? Мы ведь не голодаем!

- Это для сержанта Хаггарта,- сразу же выкрутилась та,- нужно помогать старым воинам, потерявшим здоровье на службе своему королю.

- Тогда пришлите бутылку бренди и табаку,- хмыкнула Лили,- бланманже ему не особенно по вкусу! Но всё равно, спасибо за помощь, только мы пока справляемся сами!

- Так вы будите выступать у нас на следующей неделе?

Деньги были немалые, а Лили так хотелось купить себе шляпку, да и Хаггарту не повредили бы новые сапоги.

- Ладно,- нехотя согласилась она,- приду, но если там опять соберется полгорода, то я тот час покину ваш дом!

Мод и Кэролайн оказались близнецами, но на этом и заканчивалось их отличие от сонма старших сестер. Обе девчонки были полностью лишены даже подобия слуха.

Попробовав так и сяк выжать из них хоть что-то, Лили задумалась. Ей нужны были деньги, но учить музыкальной грамоте двух надутых подростков было всё равно, что стричь кошку - усилий много, толку чуть!

- Мне очень жаль,- через неделю со вздохом пояснила она леди Кетлин,- но вряд ли из ваших девочек получатся хорошие исполнительницы. Возможно, у них откроются таланты, на каком-нибудь другом поприще?

И вот тут-то выяснилось, что миссис Вудворт было всё равно, овладеют ли нотной грамотой её дети или нет, главное - заполучить в свой дом такую музыкантшу, потому что Лили продолжала расцвечивать её скучные вечера своими выступлениями, и в самый краткий срок слух об этом облетел весь Брайтон. Помня о том, что Лили наотрез отказывалась играть при большом скоплении народа, леди теперь тщательно отбирала приглашенных, и попасть к ней мечтали многие.

Но особенно слава соломенной вдовы достигла апогея, когда миссис Вудворт и "её прелестная кузина миссис Дуглас" (именно так было написано в приглашении из Королевского павильона) были званы "на маленький музыкальный вечер" принцем Уэльским, какой-то прихотью занесенного в Брайтон в это время года.

Лили, презрев отчаянные протесты миссис Гвинн, купила себе сногсшибательную шляпку и пелерину из брюссельского кружева, истратив на покупки все с таким трудом накопленные сбережения.

- Это принц, дорогая,- сдержанно пояснила она,- от него многое зависит! А особенно от его свиты!

Лили в своё время была представлена его высочеству, но запомнила принца очень плохо - что-то толстое, краснолицее, непривлекательное. Теперь же она получила возможность познакомиться с ним в менее официальной обстановке.

- Леди Лилиана! - Георг принимал их с онемевшей от такой чести леди Вудворт в Музыкальном салоне своего экстравагантного дворца,- вы всегда были украшением лондонских гостиных, что же вас заставило удалиться так далеко от Лондона?

Лили только улыбнулась такому повышенному вниманию со стороны известного своей скандальной жизнью и долгами принца. Вечер, к её удивлению, действительно оказался "маленьким" - его высочество сидел в гостиной, окруженный всего лишь десятком человек, и, к счастью, среди них не было Браммеля, встречи с которым она втайне опасалась. И всё равно, эта свора даже без предводителя не сводила настырных лорнетов с молодой женщины, нагло разглядывая и её пополневшую талию, и наряд. Лили с торжеством поздравила себя с новой шляпкой и со скрадывающей фигуру пелериной. Можно было только представить, как бы изощрялись эти денди на счет юной женщины, если бы не её предусмотрительность!

Окончательно стушевавшуюся леди Вудворт явно ждала эта незавидная участь. Оставалось только надеяться, что они не начнут травлю пожилой женщины прямо в её присутствии.

- Мой супруг, майор Дуглас, сейчас в Испании сражается против узурпатора, а я, как Пенелопа, тку ковер ожидания в надежде на скорую встречу! - вежливо пояснила она спустя некоторое время.

Георг наморщил лоб, вопросительно глянув на своих клевретов. Очевидно, они обсуждали гостью перед самым её приходом, но что-то ускользнуло от его внимания.

- Припоминаю, - с затруднением сказал он, - что вы бежали от недовольства вашего деверя герцога Мортландского предполагаемым союзом... в Гретна-грин?

Лили продемонстрировала смущение, постно опустив глаза.

- Ах, ваше высочество, мы - женщины иногда забываем о благоразумии!

- Леди Лилиана, вы - само очарование!

Говорят, что принц плохо разбирался в музыке, коль был тайно женат на женщине, вообще, её не воспринимающей, но выступление гостьи произвело на него неизгладимое впечатление.

- Вы весьма талантливы,- восхищенно заметил Георг,- ваш голос... великолепен!

- Благодарю вас, ваше высочество,- скромно опустила заблестевшие глаза Лили, - всегда рада доставить вам удовольствие!

Но если бы на этом всё и закончилось, было бы неправдоподобно хорошо. Один из фаворитов принца (Лили забыла его имя) - изнеженный капризный юноша, лениво заметил:

- А что? Говорят, вы даете концерты за деньги?

Пианистка надменно приподняла брови, смерив нахала недоуменным взглядом. Впрочем, ей даже не пришлось давать отповедь, за неё это сделала разом ощетинившаяся леди Вудворт, которая восприняла замечание, как упрек в свой адрес. Ведь получалось, что в неумении хранить тайну Лили обвинит сейчас именно её! А этого допустить было никак нельзя.

- Иногда людям доставляет удовольствие выдумывать всякие небылицы,- нервно улыбнулась она,- леди Лилиана посещает в Брайтоне только мой дом, и поверьте, я не плачу ей за визиты. Я хорошо знаю её отца - лорда Кавендиша и была знакома с её покойной матерью, и ни одному из нас не приходило в голову измерять дружбу ценной монетой!

Лили даже удивилась, услышав такую речь из уст далеко не самой умной леди Кетлин, но её выступление исчерпывающе ответило на все вопросы.

Итогом этой встречи стал неожиданный подарок. На следующее утро в дом Дугласов был доставлен великолепный, изукрашенный перламутром и золотыми инкрустациями рояль. Его с большим трудом втиснули в миниатюрную гостиную, да и в сочетании с богатством его отделки и без того небезупречная обивка стен и мебели стала выглядеть ещё более убого.

Зато слух о благосклонном приеме в Королевском павильоне мгновенно разлетелся по городку, и даже те, кто клялся, что на порог не пустят допустившую мезальянс отщепенку, теперь заваливали приглашениями её маленький домик. Лили попала в весьма трудную ситуацию, если бы не её своевременно округлившийся живот - ведь не будешь же на одних вечерах играть бесплатно, а с других требовать за это же деньги?

Миссис Гвинн была вынуждена усесться за стол и под диктовку подопечной написать с полсотни писем с извинениями со ссылкой на беременность и невозможность появляться в обществе помимо дома "кузин Вудворт" - так, с легкой руки принца Уэльского, Лили обросла новыми родственниками.

Впрочем, скоро отговорки не понадобились.

Весна на побережье наступала гораздо стремительнее, чем во внутренние районы Англии. Туманы, дожди, порывы влажного штормового ветра, когда рокот волн, казалось, настигал тебя прямо в постели, не смотря на плотно закрытые ставни, и над всем этим смешанные запахи весны, солнца и моря.

Лили с трудом переносила последние месяцы беременности. Отекли ноги, мучила тошнота и изжога, а ещё необходимость безвылазно оставаться дома - как же она скучала по Сетттенфорду, когда до самых родов имела возможность непрерывно двигаться.

Деятельная по натуре женщина изнывала от скуки, вынужденная томиться в четырех стенах, хотя и не страдала от отсутствия внимания со стороны окружающих. В доме, помимо тактичной Эвис, постоянно толклись орды Вудвортов, во главе с самой леди Кетлин, и ещё куча подвизавшихся с той дам. Часто навещали её и жены однополчан Майкла, те, правда, изо всех сил рвались заключить в её доме полезные знакомства среди дам высшего света. И очень гордились собой, когда заставали в гостиной Дугласов, какую-нибудь леди Квикли или леди Грэм. Ах, как здорово было потом рассказывать своим менее удачливым знакомым, что "леди Джулия так мила - она похвалила вышивку на моем платке и даже ничуть не задавалась!"

Надо сказать, что милые дамы, конечно же, приукрашивали обстановку. Гостьи из высшего света всегда недовольно кривили носы, встречая в гостиной "эксцентричной Лили Кавендиш, совершившей такой скандальный мезальянс" каких-то "сомнительных особ в совершенно диких шляпках!"

Впрочем, было и то, что объединяло эти достаточно далекие друг от друга миры - они, взахлеб, наперебой, давали Лили различные акушерские советы, как будто у неё не было за плечами уже двух родов, и всячески надоедали.

Сын Майкла Дугласа появился на рассвете дождливого майского дня, но затеялась рожать Лили ещё с вечера, почувствовав приближение схваток в тот самый момент, когда ей наносила визит леди Вудворт.

- Ой,- испуганно схватилась за живот роженица,- кажется, нужно послать за доктором!

За доктором, конечно, послали, но и от гостьи отделаться не удалось.

- Я помогу вам, милочка! - сразу же оживленно раскудахталась та. - Вы не представляете, скольким младенцам я помогла появиться на свет! Недаром меня называют ангелом-хранителем Брайтона!

Отделаться от непрошенного "ангела", не смотря на все усилия, не удалось, и Лили наряду со схватками пришлось ещё мучиться, выслушивая бесконечные речи миссис Вудворт. А та демонстрировала полную готовность подавать питье, утирать пот со лба и подкладывать подушки даже тогда, когда её об этом никто не просил, чтобы потом иметь возможность до конца своих дней рассказывать: "А вот когда рожала Лили Кавендиш..."

Надоедливая баба дико мешала Лили, не давая ни на минуту расслабиться, но особенно она взбесила её ближе к рассвету, когда доктор Смит удалился на кухню, чтобы в покое выпить чаю. Именно в этот момент леди Кетлин выбрала для небольшого нравоучения:

- Вот, милая Лили! - приложила она мокрую тряпку ко лбу подопечной. - Хорошо, конечно, выходить замуж по любви, но... если у вас родится дочь, где вы будете ей брать приданое? Я всегда говорю своим девочкам - выбирая мужа, думайте о том, чем вы обеспечите будущее своих детей!

Проблема приданого для ещё не родившегося младенца волновала роженицу меньше всего, тем более, что в этот момент начались потуги.

Когда всё закончилось, и усталый после бессонной ночи доктор передал сверток с крупным горластым младенцем довольной леди Вудворт, та немедля заявила ещё не пришедшей в себя от чудовищного напряжения Лили:

- Ну, после всех моих усилий, дорогуша, вы не можете не пригласить меня в крестные матери вашего сына!

Всю ночь терпеливо переносящей её общество миссис Гвинн в этот момент изменила выдержка.

- Конечно, ваша милость, другой восприемницы и желать невозможно, - раздраженно рявкнула она,- но давайте обсудим этот вопрос позже. Лили очень устала и ей надо поспать!

И, не смотря на то, что почтенная дама ещё хотела чем-то помочь, все-таки выставила её из спальни.

- Вам также нужно отдохнуть, мадам, ведь вы всю ночь не спали!

Разговор о крещении новорожденного вновь возник уже через день.

- Вы обсуждали с майором кого хотите взять в крестные младенцу? - спросила миссис Гвинн.

Лили отрицательно покачала головой. Они с Майклом думали, что он к родам уже будет дома, и поэтому не обсуждали возможные кандидатуры.

- Ну, с крестной матерью уже всё понятно, а вот крестный отец?

Мать неопределенно пожала плечами. Компаньонка осторожно хмыкнула:

- Если я могу дать совет в столь деликатном деле, то...

- То?- вопросительно приподняла брови Лили.

- Пригласите его светлость! - твердо посоветовала миссис Гвинн. - Конечно, леди Кетлин несносна, но, с другой стороны, хотя мальчику не нужно приданое, хорошие связи в высшем обществе ему не повредят, когда он будет устраиваться в жизни!

Женщины перебирали запасы пеленок и распашонок, которыми их также снабдила вездесущая леди Вудворт. Лили долго думала, разглаживая на коленях пахнущее лавандой детское белье. Она чувствовала себя такой уставшей!

За окном сёк нудный дождь, и в доме царила такая промозглая сырость, что не справлялся огонь камина. После того, как она рассчитается с доктором, много ли останется в их кошельке? А о возвращении полка ничего не известно. На что они все будут жить теперь, когда она вынуждена приковать себя к младенцу? Проблемы, проблемы, а тут ещё этот бесконечный дождь! В свое время, когда она находилась под крылом Мортланда, как восхитительно беззаботна была её жизнь.

- Вы думаете,- в сомнении протянула Лили,- что так будет лучше?

- Его светлость прекрасно к вам относился до замужества, да и сейчас, думаю, его гнев уже давно остыл! Под его попечением находятся ваши старшие сыновья или вы рассчитываете, что ваш отец не оставит милостью внука?

Лили моментально сменилась в лице.

- Никогда и ничего я не приму от отца! Он уже показал, как относится и к своей дочери, и к своему внуку! Даже если я буду голодать, то и тогда не обращусь к нему за помощью!

- Тогда..., тогда остается его светлость!

Лили не хотелось обращаться к бывшему деверю, но, после недолгих раздумий, она все-таки обмакнула перо в чернила и принялась писать.

МОРТЛАНД.

Жизнь герцога в этот период времени нельзя было назвать даже сносной. Он слишком много потерял, чтобы сохранять хотя бы то равновесие духа, которое нередко заменяет счастье людям его положения. Сначала горячо любимый брат пропал где-то в пучине волн, предала Иннин и безрассудно оставила Лили.

Мортланд чувствовал себя старым, разбитым, никому не нужным, и всё чаще и чаще прикладывался к любимой бутылке, встречая чуть ли не каждый рассвет, упившись до невменяемого состояния.

В Вудвилл-лодж менялись любовницы, но ни одна не задерживалась дольше, чем на месяц. Мать и тетки боялись даже мельком показаться ему на глаза, благоразумно отсиживаясь в деревне, как не зазывали их в Лондон общие знакомые. И без того нелегкий характер Мортланда в этот период испортился настолько, что его старались сторониться даже приятели по клубу.

И только дочь и племянники! Пожалуй, ответственность за них давала ему сил не упиться в один из вечеров до смерти. Только дети составляли смысл его жизни, не позволяя сплину окончательно завладеть душой герцога. Слишком тонкая для здорового и энергичного мужчины нить, чтобы спасти от безнадежной депрессии, но пока достаточная для того, чтобы не пустить себе пулю в лоб.

Письмо от Лили пришло утром, когда страдающий похмельем Мортланд лежал на диване с чашкой чая и мужественно боролся с желанием прильнуть к горлышку бутылки. Его трясло от лихорадки, и он жалко кутался в шерстяной плед, безуспешно пытаясь согреться. Сегодня ему предстоял доклад управляющего, который нужно было выслушать на трезвую голову.

- Письмо от миссис Дуглас,- доложил секретарь,- изложить содержание или вы сами пожелаете ознакомиться?

Мортланд изумленно глянул на молодого человека. Он уже давно не читал ничьих писем, так в честь чего делать исключение ради какой-то миссис Дуглас? Уинстон, тяжело вздохнув, сразу понял, в чём дело. Он тяжело переживал запои патрона, и поэтому мягко пояснил:

- Дуглас - новое имя леди Лилианы, бывшей маркизы Тефорд!

Имя Лили произвело на герцога ошеломляющее действие. Мгновенно прошло похмелье, как будто он хлебнул чудодейственного эликсира, возвращающего мертвых в мир живых. Ощутимо быстрее побежала кровь в жилах, полыхнули щеки, да что там, от счастливого волнения задрожали протянувшиеся к заветному письму, тот час согревшиеся руки.

- Неужели,- забормотал, на миг даже забыв про секретаря, Мортланд,- неужели она одумалась?

Увы, ему сразу же пришлось разочароваться. В сухих выражениях Лили приглашала его в крестные отцы своему младенцу. Но хорошо хотя бы, что она захотела протянуть ему оливковую ветвь грядущего примирения. Это была маленькая, но победа!

Мортланд отбросил плед с колен, расправил плечи и впервые за последние полгода улыбнулся.

- Леди желает, чтобы я приобщил её новорожденного сына к церкви,- пояснил он пораженному этой метаморфозой Уинстону,- прикажите лакею приготовить ванну. Я выезжаю в Брайтон!

- Но..., ваша встреча с управляющим?

- Подождет! Весь мир подождет, если я понадобился нашей сумасбродной Лили Кавендиш!

- Брайтон,- окончательно растерялся Уинстон,- но дом не готов, прислуга не предупреждена!

Мортланд задумался. Он потихоньку приходил в себя, оправляясь от эйфории.

- Ты прав! Не нужно показывать Лили, как обрадовало меня её приглашение.... Для начала достаточно просто написать согласие! Пошлите письмо от моего имени, и немедленно отправьте уведомление в Брайтон, чтобы подготовили дом к приезду!

БРАЙТОН.

- Он согласился! - удивилась Лили, прочитав ответ из Лондона. - Честно говоря, я думала, что Мортланд встанет в позу и откажется! В последнюю нашу встречу мы расстались не очень хорошо!

Миссис Гвинн мудро улыбнулась.

- Его светлость прекрасно осознает, что худой мир лучше доброй ссоры. За кого бы вы ни вышли замуж, но ваши старшие сыновья- его племянники, и вы связаны друг с другом множеством нитей. Мне кажется, что он просто ждал подходящего случая, чтобы наладить отношения!

Лили сморщила нос, вспоминая, как вел себя бывший деверь, когда узнал о её замужестве. У неё с трудом укладывалось в голове, что теперь он захочет примирения.

- Хорошо, если так,- в сомнении пробормотала она,- может, тогда он вернет мне хотя бы часть приданого?

- Кто знает,- тяжело вздохнула компаньонка,- я бы особо на это не рассчитывала, но встреча могла бы стать очередным шагом к налаживанию отношений!

Увы, но их маленькое семейство оказалось в тяжелом материальном положении. Они едва сводили концы с концами, экономя буквально на всем, и всё равно залезли в многочисленные долги бакалейщику, молочнику, мяснику и зеленщику. При таких обстоятельствах Мортланд становился особо желанным гостем в коттедже Дугласов.

Впрочем, прежде чем они увиделись, произошло одно знаменательное событие, которое делало предстоящую встречу бывших родственников ещё более важной.

Есть на свете люди, которые почему-то твердо уверены, что знают лучше всех, как облагодетельствовать всё человечество. Они безапелляционно вмешиваются в чужие дела, именно на основании убеждения, что их поступки единственно правильные. Именно таким человеком была леди Вудворт. Так как она постоянно надоедала своими визитами семейству Дугласов, то лучше всех знала суть их проблем, хотя её в них особо никто не посвящал.

Лили даже в голову не приходило жаловаться, а миссис Гвинн от природы была молчаливой, но леди Кетлин обладала нюхом на чужие неприятности, каким славятся все сплетники, и ей достаточно было выпить чашку чая, чтобы точно узнать, каково содержание кладовой в том или ином доме.

Эта женщина бралась за бумагу и перо крайне редко, но из самых лучших побуждений, разумеется, решила написать письмо отцу о бедственном положении дочери.

- Они поссорились,- объяснила леди свое намерение мужу,- но неужели у Джорджа сердце волка, чтобы обречь на нищету собственную дочь и внука только лишь потому, что она вышла замуж за неподходящего человека.

Вудворт не одобрительно отнесся к действиям супруги.

- Это дела семейные, душа моя! Если она сама не хочет просить помощи у отца...

- Лили слишком горда! Да там ещё, какое-то потерявшееся письмо - чистое недоразумение! Надо их помирить!

И достойная дама тот час набросала послание, обрисовав все обстоятельства дела так, как они представлялись ей самой. Леди Кетлин красноречиво, не жалея черных красок поведала, что дочь Кавендиша в бедственном положении и живет только её благодеяниями, что она - её единственная защита и опора, и что юной леди необходима немедленная помощь, как бы не гневался на дочь за мезальянс отец.

КАВЕНДИШ-ХОЛЛ.

Семейство же Кавендишей в тот момент тоже не могло похвастаться тишиной и покоем, хотя со стороны и казалось счастливым.

Виной всему была Иннин, а если быть точными, то сам факт рождения её малютки - дочери.

Лорд с философским смирением и радостью принял известие о рождении очередной дочери. Обрадовалась поначалу девочке и сама Иннин. Втайне она надеялась, что рождение младенца позволит ей справиться с болью от потери Антуанетты, но, к своему изумлению осознала, что оказывается нельзя заменить одну дочь другой. Юная мать по-прежнему страдала, вспоминая свою старшую малютку, и почему-то не испытывала к новорожденной тех же самых чувств.

А ещё она хорошо знала, что Джордж ожидал сына, и как бы ни скрывал от неё разочарования, всё равно не мог быть доволен супругой. К тому же, будь Иннин матерью будущего лорда, это придало бы ей вес в глазах светского общества, недовольного браком Кавендиша с католичкой.

- Ничего,- сказала она себе,- вторым нашим ребенком будет сын!

Иннин была готова приступить к делу незамедлительно, как только оправилась от родов. Но здесь её ждал неприятный сюрприз!

Во время беременности, да и сразу после родов она часто злоупотребляла своим положением, чтобы заставить мужа вести себя так, как ей бы хотелось. Ладно, когда ссылаясь на нездоровье, молодая женщина не пустила лорда в Брайтон к Лили, но пользовалась этой уловкой она довольно часто и по менее значительным поводам. Допустим, когда не хотела отпускать мужа одного к соседям на партию в бридж.

Ревновала Иннин мужа отчаянно, хотя и ругала себя за это. Но стоило ей вспомнить, как развлекаются мужчины, когда оказываются в зоне недосягаемости от жен, и юной женщине отказывало чувство меры. Конечно, она не подозревала Кавендиша в том, что он посещает сомнительные заведения, но мало ли куда может забрести мужчина, когда выходит из дома без жены? Лучше уж не рисковать, а улечься с жалобным видом в постель и потребовать, чтобы он провел вечер, держа её за руку, а не в компании сомнительных дам и джентльменов.

Ей и в голову не приходило, что Джордж сделает из всего этого самые неожиданные выводы.

Прошло два месяца после родов. Иннин окончательно пришла в себя, оправилась от неизбежных в таких случаях недомоганий, и как-то за завтраком деликатно намекнула супругу, что пора бы ему возобновить посещения её спальни.

Муж сидел за столом, как всегда подтянутый и невозмутимый. К этому моменту он уже совершил утреннюю пробежку и написал несколько писем, и теперь перекусывал прежде, чем отправиться по делам в деревню.

- Я думаю,- веско ответил Кавендиш, намазав хлеб маслом,- что мы должны с этим подождать!

Инн от неожиданности поперхнулась чаем и изумленно воззрилась на супруга:

- Почему?

- Я думаю, что состояние вашего здоровья не позволяет нам иметь ещё детей! Вы должны подлечиться и окрепнуть, прежде чем вновь стать матерью!

- Я абсолютно здорова! - вспыхнула, оскорбленная этими отговорками Иннин.

Страшные подозрения черными змеями заклубились в её голове. Он не хочет с ней спать? Наверняка, у супруга появилась любовница!

- Но, дорогая, за последний год я едва ли могу вспомнить неделю, когда бы вы ни чувствовали недомоганий. Вы едва выносили Элизабет! Это чудо Господне, что девочка родилась здоровенькой! Новая беременность может стать опасной для вашей жизни.

У Иннин появилось странное ощущение, как будто она с разбега наткнулась на стену - на непробиваемую стену из собственной лжи. И нечего было сказать или возразить в ответ!

- Но сейчас я чувствую себя хорошо, - неловко попыталась она переубедить супруга, - не думаю, что моей жизни что-то угрожает!

- И, тем не менее, пока нужно поостеречься!

Голос Кавендиша звучал непререкаемо, а глаза за стеклами очков тяжело сверкнули. Если он был уверен в разумности своего решения, переубедить его было невозможно.

Иннин нехотя отступила, но понятно, что осталась недовольной таким решением, а отказ от плотских отношений вполне предсказуемо внёс в отношения супругов известную отчужденность. И именно в этот момент, как будто специально, пришло злополучное письмо от леди Вудворт.

Лорд Кавендиш читал письмо достопочтенной дамы в тиши своего кабинета. Читал, перечитывал, снова вглядываясь в строки, и краска гнева и стыда заливала его щеки.

Его дочь вела недостойный её происхождения образ жизни, обвинив отца в собственной нищете?! О каком письме она трезвонит по всему Брайтону, покрывая его голову позором? Лили перешла все границы благопристойности!

Гнев клокотал в его груди, ища немедленного выхода, и Кавендиш в ярости запустил тяжелым пресс-папье в стену кабинета. Раздался возмущенный звон разбитого стекла, и старинная ваза мейсенского фарфора превратилась в кучку безобразных осколков. Лорду только и осталось, что от души выругаться, да приказать, чтобы убрали останки дорогостоящей вещи.

Но, наблюдая за неспешными действиями слуги, Кавендиш сумел успокоиться и вновь перечитать злополучное письмо.

- Джон,- обратился он к лакею,- ты не помнишь - приходили ли в последнее время письма из Брайтона от леди Лилианы?

Слуга задумался, застыв с совком и осколками в руке.

- Нет, милорд,- в конце концов, убежденно высказался он,- последнее письмо из Брайтона пришло почти полгода назад! Перед Рождеством, как бы ни соврать!

У Кавендиша замерло нехорошим предчувствием сердце. Уж ему ли не знать, что Лили ему не писала уже года два, не считая той злополучной записки. Значит, письмо все-таки было, но...

- И куда оно делось?

Джон насупился, вспоминая.

- Не знаю, ваша милость,- растерянно протянул он,- не помню! Но я всю вашу корреспонденцию складываю на письменном столе в кабинете. Должен был и это письмо отнести туда... Да! Скорее всего, так и было, милорд! А уж куда оно делось потом? Простите, не знаю!

Кавендишу не оставалось ничего другого, как отпустить слугу - ведь тот соблюдал порядок, установленный в его доме с незабвенных времен.

Теперь лорд встревожено обдумывал неприятную проблему. Значит, письмо все-таки было! Но куда оно делось? Кто осмелился его взять?

Ответ напрашивался, и чем дальше рассуждал лорд на эту тему, тем больше убеждался, что кроме Иннин это сделать было некому.

За обедом он то и дело поглядывал на черноволосую головку жены, не зная, как приступить к столь неприятному разговору. Он боялся обидеть её несправедливыми обвинениями и одновременно понимал, что другого выхода нет. Но, может, жена сама поможет ему в этой ситуации, предоставив приемлемое объяснение пропаже?

За рыбным блюдом Кавендиш всё-таки решился. Наверное, его в очередной раз вывел из себя унылый вид супруги, с отвращением ковыряющей вилкой превосходно приготовленную треску. Её нелюбовь к английской здоровой пище часто выводила из себя лорда, с уважением относящегося к еде. Поставили рыбу - ешь, не привередничай!

- Дорогая,- отложил он нож и вилку,- я недавно получил письмо из Брайтона!

- Да?- щеки, потупившей глаза Иннин мгновенно окрасились румянцем. - От кого?

Собственно, её виноватый вид уже был доказательством того, что совесть у жены нечиста, и лорда обуял вполне справедливый гнев.

- От кого же ещё, кроме леди Вудворт я могу прочитать послание, ведь письма Лили не доходят до адресата?

У Иннин задрожали и руки, и голос:

- О чем вы говорите, мой друг? Какие письма Лили?

Кавендиш стукнул кулаком по столу.

- Вы никудышная лгунья, миледи! Мне известно, что перед Рождеством моя дочь прислала письмо, и теперь желаю знать - куда оно делась?

- Я..., я...,- у супруги полились слезы, но в этот раз они не произвели на лорда должного впечатления.

- Сударыня! Я жду!

Иннин, нервно комкая салфетку, лихорадочно соображала, чтобы такое правдоподобное солгать. Проклятая, мерзкая старуха! Вечно она сует свой нос в чужие дела!

- Это произошло случайно,- взвыла она, демонстрируя отчаяние,- хотела посмотреть, а оно... там было темновато, и я подошла к камину, а оно..., оно сгорело, едва я его вскрыла!

Кавендиш хмуро хмыкнул. Такая нелепая ложь вряд ли кого-то смогла бы ввести в заблуждение.

- Ладно,- холодно согласился он,- пусть это письмо само ринулось в огонь! Но почему вы утаили сам факт его получения? Вы же знаете, насколько это важно для меня!

- Я боялась вашего гнева!

Лорд долго мерил суровым взглядом провинившуюся супругу.

- Стыдно, сударыня, очень стыдно! - в конце концов, упрекнул он её. - Мне стыдно за вас, коль вы сами лишены этого чувства!

И, зло скомкав салфетку, Кавендиш покинул стол, не дожидаясь конца обеда.

Столь серьезная размолвка, конечно же, не входила в планы Иннин. Она поплакала, с надеждой поглядывая на дверь в ожидании возвращения супруга, но он не вернулся.

- Милорд уехал в деревню, - доложил слуга, посланный разузнать, где хозяин,- передал, что к ужину не вернется!

Расстроенная Иннин весь остаток вечера простояла у окна, вглядываясь в темнеющую ленту подъездной дороги, но возвращения всадника так и не дождалась.

Её сердце тревожно билось, и сон бежал прочь. Почему она заранее не придумала приемлемой отговорки на этот случай? Но кто же мог подумать, что старая наседка возьмет в руки перо и нацарапает нечто такое, от чего Джордж взбесится!

Иннин плакала, ругала себя, металась по кровати, но ни разу не задумалась о том, что происходит с Лили, если даже миссис Вудворт преодолела свою нелюбовь к написанию писем.

Зато эта мысль ни на минуту не оставляла, играющего в бридж в соседнем поместье Кавендиша. Сидя за игральным столом в компании местной знати, он проигрывал партию, потому что не мог сосредоточиться на картах. Дочь и новорожденный внук терпели нужду, весь Брайтон чесал языки об их семье, а он ни о чем не подозревал, потому что ревнивая Иннин не пожелала его ни с кем делить.

Как лорд не был взбешен поведением супруги, он её слишком сильно любил, чтобы обвинить, в чём-то более серьезном, чем обыкновенная женская ревность. Но проучить провинившуюся жену все-таки было надо, так же, как и срочно выехать в Брайтон.

Кавендиш с треском продул партию, зато принял нелёгкое решение.

Утром, так и не дождавшаяся прибытия супруга домой, Инн встала довольно поздно. Кинув рассеянный взгляд на часы, она недовольно осведомилась у горничной:

- Почему вы не разбудили меня к завтраку с милордом?

Раздергивающая занавески девушка чуть помедлила с ответом, недоуменно обернувшись в продирающей заспанные глаза хозяйке.

- Милорд спозаранку уехал, миледи!

Иннин тоскливо сморщила нос - Кавендиш, видимо, не собирался менять гнев на милость.

- Он будет к обеду? - кисло поинтересовалась она.

- Нет, миледи! По всей видимости, его светлость пообедает на постоялом дворе!

Остатки сна моментально покинули нашу героиню. Она испуганно подскочила на кровати.

- Постоялый двор? Куда поехал милорд?

Девушка изумленно посмотрела на хозяйку.

- Разве он вам не сказал?

Иннин прикусила губу. Ей не хотелось посвящать в их ссоры прислугу, хотя сплетен всё равно не избежать!

- Пойди и разузнай,- сурово отдала она приказ камеристке,- куда уехал милорд?

Девушка отсутствовала недолго, и за утренним туалетом Иннин узнала, что супруг спозаранку направился в Брайтон, взяв с собой минимум багажа и камердинера.

Леди едва удержалась на ногах при этом известии. Растерянно присев на кушетку, она несколько минут не могла сообразить, что ей делать, а потом отдала приказ собраться в дорогу.

МОРТЛАНД.

А Мортланд, между тем, пребывал в отличном расположении духа.

По приезде в Брайтон герцог заехал в свой дом только для того, чтобы смыть дорожную грязь, да переодеться к долгожданному визиту.

Губы Мортланда при мысли о бесшабашной и безголовой чудачке Лили изогнулись в теплой улыбке. Он любил её, и это чувство не имело ничего общего с тем, что Эдвин до сих пор испытывал к женщинам. И пусть здесь было чисто физическое влечение, но оно отступало на второй, а может, даже на третий план перед невольным восхищением её бесстрашием. Почему-то именно невестке он был склонен прощать то, за что бы сурово осудил любую другую представительницу противоположного пола. Лили была настолько яркой, настолько непосредственной и открытой, что пресыщенное до циничности сердце герцога трепетало непривычной нежностью при одном только взгляде на отчаянную золотистую головку.

Впрочем, на пути к долгожданному свиданию неожиданно встало настоящее пугало. Обряженный в немыслимо затрепанный сюртук, опирающийся на костыль, но от этого не менее воинственный старикашка встретил его светлость презрительным плевком под ноги.

- Здесь не таверна, сэр,- мрачно просверлил он гостя враждебным взглядом,- сюда не может зайти каждый!

Мортланд удивленно посмотрел на то, что приземлилось в дюйме от его ботинок, но все-таки миролюбиво пояснил:

- Скажите леди Лилиане, что герцог Мортландский просит его принять!

Высокий титул не произвел на старика ни малейшего впечатления.

- Тут и просить нечего - не примет она вас, ваша светлость! У неё мальчонка всю ночь проплакал, спит миледи! Если вам так уж нужно, оставьте записку. Я передам! И вообще, господин хороший, нечего тут шляться и беду накликать! Мало ли, майор прознает, да и не след двум одиноким женщинам принимать у себя мужчину! Не маленький, поди, сами понимаете это!

Внушительная палка, на которую опирался охранник семейства Дугласов заранее исключала возражения. И хотя Мортланд был не робкого десятка, он понимал, что старый солдат, не задумываясь, пустит её вход. Пришлось писать записку.

Но и здесь не обошлось без сентенций вредного старикашки.

- Ходят, ходят, всю бумагу перевели, а она чай то же денег стоит, в кармане-то не густо! Что там можно расписывать? Черкнул два слова, да и закругляйся - чернила в луже не зачерпнешь! Вот, вчера тоже один господин рвался вперед так, словно его черти поджаривали, а хозяйка-то как глянула на подпись и велела его ни под каким видом не пускать!

- Наверное, какой-нибудь светский любезник! - рассеянно заметил герцог, раздумывая чтобы такое емко - в двух словах написать, чтобы Лили осадила своего Аргуса.

- Да с виду-то, - вновь презрительно плюнул под ноги старик,- почтенный господин. А вот же, представился папенькой миледи - лордом Кавендишем. Ничего святого нет у людей! Разве стала бы моя хозяйка гнать своего отца, как паршивую собаку?

- Действительно!

Мортланд озадаченно глянул на сурового стража. Он ни на секунду не усомнился, что столь нелюбезным гостем был именно лорд Кавендиш (маловероятно, что какой-нибудь самозванец стал прикрываться этим именем), но почему Лили себя так повела? У них с отцом, действительно, были сложности после женитьбы последнего на Иннин, но не до такой же степени, чтобы отказаться принять его в собственном доме?

Герцог вернулся к экипажу, но, рассеянно натягивая на руки перчатки, медлил отправляться восвояси, разглядывая расстилающуюся перед ним улицу. Это был далеко не аристократический район Брайтона, и по скромным фасадам небольших коттеджей сразу же можно было определить, что живут здесь люди небогатые, в лучшем случае, среднего достатка. И это убожество как-то не сочеталось в его голове с роскошной красотой холенной и самоуверенной Лили.

Размышления Мортланда прервала выбежавшая из дома миссис Гвинн. Кутающаяся в платок от пронзительного ветра женщина энергично замахала руками, приглашая его вернуться.

Лили ждала своего гостя в маленькой, но светлой гостиной, в которой далеко не самую хорошую мебель неожиданно теснил роскошный, инкрустированный перламутром и золотом рояль. И посреди этих разнокалиберных по ценности предметов сидела исхудавшая и утомленная юная женщина, в которой пораженный гость с трудом узнал свою невестку. Не то, чтобы она стала менее красивой, нет! Но она показалась ему другой - непривычно озабоченной и печальной, поблекшей и потерявшей прежний лоск. В её грустной сосредоточенности, на каких-то своих мыслях, казалось, навсегда канула в лету отличавшая эту женщину кипучая страстность.

Мортланд почувствовал жестокое разочарование, но вот Лили подняла на него задумчивые глаза, чуть улыбнулась, и герцога, как и прежде, флером окутало исходящее от неё очарование. Всё так же прельстительно светились выбивающиеся из-под кружевного чепца золотистые локоны, отливала перламутром гладкая кожа щек и ласково мерцала таинственная синь глаз.

- Лили, дорогая, - растроганно прикоснулся он губами к её руке,- вы сама красота!

В ответ раздался негромкий смех.

- Боюсь, вы мне льстите, ваша светлость!

И вот они вновь сидят друг против друга, как когда-то давно, когда в их жизни не появился этот чертов Майкл Дуглас. И им не нужны слова, ведь он и без них понимает, как трудно пришлось Лили за прошедший год. Об этом красноречиво говорили исхудавшие пальцы рук, тени усталости под глазами и скромный кружевной воротничок простенького домашнего платья, но в невестке всё-таки не было надломленной покорности судьбе, которую Мортланд столь часто наблюдал у женщин, которых потрепала жизнь. Так, немного задумчивой усталости в глазах - не более! Но и этого было достаточно, чтобы воспользоваться ситуацией в своих целях.

- Что, дела совсем плохи? - прямо спросил герцог.

Лили неопределенно пожала плечами.

- Дуглас задерживается! От него давно нет никаких известий,- сдержанно пояснила она,- по разным причинам я не рассчитала своих средств, вот и пришлось залезть в кое-какие долги. Но всё это сущая ерунда по сравнению с изматывающим ожиданием. Вы должны меня понять, Эдвин, ведь я уже проводила одного мужчину за море, чтобы не встретить его уже никогда!

Они немного помолчали, почтив память покойного Томаса.

Что ж, это признание стало прекрасным поводом вернуть себе утерянные позиции в жизни Лили, пусть не полностью, но весьма существенно.

- Вам нужно было сообщить о себе,- сухо улыбнулся Мортланд,- и вы бы избежали многих трудностей! Деньги моего брата вложены в ценные бумаги, а доходы с них я делю на три части, с тем, чтобы ваши сыновья скопили к своему совершеннолетию порядочное состояние! Вы же вправе распоряжаться своей долей по собственному усмотрению! Я могу уже сегодня выделить вам определенную сумму под залог будущих прибылей.

По лицу Лили разлилось заметное облегчение, и она с импульсивной радостью сжала руки. Только теперь Мортланд до конца осознал, в каком напряжении находилась его собеседница всё это время. Видимо, их положение, действительно, было бедственным!

- Я всегда знала, чтобы не говорили злобные языки, что вы мой друг! - между тем, расплылась в сияющей улыбке Лили. - Я помню, как вы уже однажды спасли меня, и вот приходите на выручку второй раз!

- Злые языки? Уж не ваш ли отец - лорд Кавендиш предостерегал вас против меня?

Мортланд прекрасно знал, что так оно и было, но ему было интересна сама реакция Лили на имя отца. И он не обманулся в своих ожиданиях - лицо собеседницы мгновенно закаменело.

- Я не считаю нужным внимать каким-либо его предостережениям, кого бы они ни касались! И уж тем более вас, мой друг!

- Я чего-то не знаю?

Лили заметно замялась, но Мортланд своевременной помощью спас её от долговой ямы, и она решила поделиться семейными секретами.

- Перед Рождеством мои дела по ряду причин были плохи,- холодно пояснила она,- я боялась, что мне нечем будет заплатить доктору и обратилась за помощью к отцу, но от него не последовало не только помощи, но даже простого ответа на мою просьбу!

Они вновь надолго замолчали. Миссис Гвинн, внимательно прислушивающаяся к неспешной, прерываемой долгими паузами беседе, сочла нужным вмешаться и предложить собеседникам чаю.

И вот когда Мортланд церемонно потягивал чай в компании двух дам, служанка объявила о визите леди Вудворт. Более ненужной гостьи в данных обстоятельствах невозможно было даже представить, но пришлось смириться!

Запыхавшаяся от подъема по лестнице, почтенная дама чуть не лопнула от радости при виде невозмутимо чаевничающего герцога. Будет о чем рассказать знакомым!

- Леди Кэтлин Вудворт, - представила Лили гостью,- мой большой друг! Его светлость герцог Мортландский - мой шурин по первому мужу.

Но герцог не был обманут таким представлением. Ему достаточно было беглого взгляда на широкое лицо дебелой дамы, чтобы понять, что её основным развлечением являются сплетни. Миссис Гвинн принесла ещё одну чашку для гостьи.

В нескольких словах они определились с крещением Майкла-младшего, обменялись соображениями об изменчивости погоды, и только после ещё пары десятков ничего не значащих фраз выяснилось, что леди Кетлин только собиралась с мыслями, чтобы начать разговор.

- Ваша светлость,- энергично набросилась она на всё это время молчавшего Мортланда,- вы должны серьезно повлиять на душеньку Лили! У меня сегодня был с визитом её отец - лорд Кавендиш!

Лили надменно нахмурилась, но словоохотливую даму это не смутило.

- Ваш отец весьма расстроен случившимся между вами недоразумением, милочка! Он, оказывается, не получал вашего письма и узнал о его существовании только от меня! Там какая-то неприятная история с разгильдяем слугой, который нечаянно сжег его и не осмелился признаться во избежание наказания!

После чего леди Вудворт в счастливом предвкушении уставилась на собеседницу, ожидая от той возгласов сожаления и удивления, но, увы, её слова не произвели особого впечатления на молодую женщину. Лицо Лили не выразило ничего, кроме вежливого отчуждения.

Зато счёл нужным высказаться Мортланд:

- Странно уже то, - подлил он масла в огонь,- что лорд ни разу не поинтересовался тем, как живет его дочь! Может, слуга, промолчав про письмо, понимал сколь оно неважно для его господина?

Лили кивнула головой, молчаливо соглашаясь с его словами, а леди Кетлин растерялась. Ей подобные соображения не приходили в голову.

- Вы должны понять вашего отца, дорогая,- возмущенно зарокотала она, - он был рассержен вашим недостойным браком! Чего бы вы хотели? Чтобы он забыл, как вы бежали в Гретна-Грин?

Это напоминание в данном случае было лишним. Лили зло сжала губы.

- Но я по-прежнему замужем за майором Дугласом, и что же изменилось?

- Но ваше бедственное положение?! Я написала о нём,- возмутилась леди Вудворт,- вот Кавендиш и решил вас простить, как истинный христианин!

Мортланд едва удержался, чтобы не фыркнуть. Такой глупой женщины было ещё поискать! Ну, а Лили вполне предсказуемо взвилась до небес, наполнив сердце герцога сладкой болью ностальгии.

- Кто вам сказал, леди Вудворт, что я в бедственном положении? Да, когда-то мне были нужны средства, и я обращалась за помощью к отцу, но его светлость сообщил, что я имею право за треть доходов с состояния моего покойного супруга! Теперь я ни в чьих благодеяниях не нуждаюсь! Так можете и передать моему отцу! Он может спокойно вернуться домой, и дальше наслаждаться счастьем с юной супругой, не забивая голову "недостойным браком" дочери!

В кои-то веки леди Кетлин потеряла дар речи, не зная, что ответить на такую отповедь обычно сдержанной Лили. Её гнев стал для дамы полнейшей неожиданностью. Ведь она была уверенна, что поступает единственно верно, облагодетельствовав это нищее семейство.

- И все-таки, вы должны помириться с отцом, милая! Не по-христиански не уважать родителей!

Лицо Лили выразило упрямую несговорчивость, но тут в дело вмешался Мортланд, решив кое-что извлечь для себя из этого конфликта.

- Миссис Дуглас в данной ситуации будет трудно принять своего отца,- объяснил он леди Кетлин,- но если вы возьметесь за организацию их встречи у себя дома, то все закончится к обоюдному согласию. Труден первый шаг, но вы со свойственной вам деликатностью, поможете его пройти!

- Я думаю, что ваш батюшка уже осознал свою вину и раскаялся в содеянном,- вслед за этим обратился он к силящейся что-то возразить Лили,- и, упорствуя в отказе примирения, будете выглядеть одиозно!

Она удивленно глянула на Мортланда, но возражать не стала. Лили всегда пасовала перед ним в тех ситуациях, когда нужны трезвая голова и здравый расчет. Леди Вудворт, между тем, оживленно и радостно залопотала, что непременно устроит этот прием и что всё будет хорошо, и так далее.

Когда гости покидали дом, практичная миссис Гвинн выбрала момент для разговора с герцогом:

- Какова сумма, которую вы выделяете Лили, и когда она сможет получить эти деньги?

Герцог смерил компаньонку задумчивым взглядом:

- Доход с ценных бумаг не стабилен - всё зависит от состояния дел на бирже,- уклончиво заметил он,- но я возьмусь за оплату её долгов! Присылайте мне все счета, да вот ещё десять фунтов на прочие расходы! А там..., там видно будет!

Миссис Гвинн проницательно глянула на собеседника, и хотя его лицо выражало лишь доброжелательность, поняла, что радость Лили по поводу обретенных средств преждевременна. Герцог собирался контролировать каждый пенни, выдаваемый бывшей невестке.

СУПРУГИ.

Странно устроена голова человека. Порой невозможно угнаться даже за собственной мыслью, и люди часто не могут сами себе пояснить, каким образом пришли к тому или иному решению. А уж если ты выведен из себя, то и вовсе - жди самых непредсказуемых выходок!

Встреча супругов получилась весьма шумной.

Увидевший на пороге ослушавшуюся жену Кавендиш, разумеется, разгневался.

- Миледи! Кто вам позволил покинуть Кавендиш-холл?

Но этот упрек ещё больше разозлил Иннин.

- А разве вы сочли нужным мне, хоть что-нибудь сказать? Как же! Кто я для вас, чтобы давать объяснения своим поступкам?

- Иннин!

- Вы отказываете мне в ложе, а сами... сами едете в такое место, как Брайтон!

- Я приехал сюда не развлекаться! У меня сложные отношения с дочерью!

Упоминание Лили было подобно удару бича. Эта блудница изменяла даже Тому!

- Конечно же! Стоит только Лили захотеть, как все бросают свои дела и мчатся к ней по первому зову!

Очки сэра Джорджа сверкнули шокированным возмущением.

- Миледи!

Но разве её было остановить простым окриком! Чувство вины толкало молодую женщину на безумства, лишало чувства меры и делало неуправляемой истеричкой. Она не помнила, что кричала мужу, но имя Лили часто срывалось с её губ в контексте с самыми уничижительными словами.

Всё закончилось весьма предсказуемо - Кавендиш вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. И только после этого Иннин обессилено рухнула в кресло и затряслась в рыданиях.

СЕСТРЫ.

Лили не хотелось мириться с отцом - обида всё ещё жила в её сердце, но Эдвин посоветовал это сделать, а он никогда не давал ей плохих советов.

Крещение было назначено на ближайшее воскресение, и, по-хорошему, Кавендиш должен был присутствовать на церемонии, поэтому оставалось не так уж много дней для визита к Вудвортам. Между тем, Лили ещё окончательно не оправилась от родов и чувствовала себя не лучшим образом.

- Все платья никуда не годятся,- удрученно перебрала она свой гардероб,- в них, в лучшем случае, можно заниматься домашними делами, но для выхода в свет они не приемлемы!

Молодая женщина критично осмотрела себя в зеркало.

- Я похожа на корову! Причем на недокормленную корову. Живот чуть ли не до колен, а ключицы выпирают!

- Вы несколько преувеличиваете,- мягко улыбнулась миссис Гвинн,- можно кое-где ушить шелковое платье фуксинового цвета, освежим воротничок, и получится очень мило!

Лили брезгливо сморщила нос.

- Как не ушивай, всё равно мои платья безнадежно устарели! Нужно полностью обновлять гардероб. Ведь теперь у меня есть деньги!

- Только десять фунтов,- осторожно заметила компаньонка,- и неизвестно, на какой срок нам придется растянуть эту сумму! Я бы посоветовала вам пока воздержаться от больших трат!

Но Лили отмахнулась от её слов.

- Какова бы ни была моя доля в состоянии покойного Тома, проценты с неё все равно гораздо больше, чем десяток фунтов! Я не собираюсь шиковать, но мне необходимо новое платье и приличная шляпка!

А уж если она приходила к выводу, что ей нужна новая шляпка, то на пути к шляпной мастерской её было не остановить. Это был предмет туалета, на котором миссис Дуглас меньше всего на свете желала экономить.

Когда через два дня она вылезала из экипажа у входа в дом Вудвортов, на её голове горделиво красовалась украшенная перьями изящно расшитая стеклярусом и тесьмой шляпка. Безжалостно же затянутую в корсет фигуру обтягивало новое, удачно приобретенное у дорогой модистки темно-синее платье (цвет был темноват, но выбирать не приходилось - его по каким-то причинам не выкупила спешно покинувшая Брайтон заказчица).

Уверенно улыбавшаяся, хотя и тайком нервничавшая из-за предстоящей встречи Лили появилась на пороге гостиной, и почти сразу же озадаченно застыла, встретившись взглядом с полными презрения глазами Иннин. Её присутствие стало само по себе полнейшей неожиданностью, но выражение лица молоденькой мачехи привело женщину в состояние угрюмого замешательства. За что она её так ненавидит?

Где уж ей было знать, какие мысли бродят в голове Иннин! Та же в доли секунды оценила наряд падчерицы и теперь бурлила негодованием. Так вот, в каком бедственном положении находится Лили?! Лицемерка! А наивный Джордж ещё поверил её лживым жалобам на нищету! И... Лили в третий раз родила сына! Хотя зачем её нищему майору наследник? Что наследовать-то, долги?

Между тем, леди Кетлин окружила прибывшую гостью подчеркнутым вниманием, усаживая её за чайный столик и болтая обо всяких пустяках. Но понятно, что основное внимание Лили было уделено не хозяйке, а стоящему чуть поодаль лорду Кавендишу.

Отец же с болью оглядывал дочь. Он не обратил внимания на её наряд, зато ему в глаза бросилась бледность и худоба, усталые тени вокруг глаз и нервный румянец на щеках. Как такое могло с ней случиться? Что он сделал не так?

- Дорогая,- лорд сделал несколько шагов по направлению к дочери, - я рад поздравить вас с благополучным разрешением от бремени. Вы вновь порадовали меня внуком!

- Благодарю вас, отец!

После пары-тройки подобных фраз Кавендиш подсел к дочери, и они заговорили о перспективе возвращения майора Дугласа. Убедившись, что собеседники больше не нуждаются в её помощи, леди Вудворт устремилась было к Иннин, но развернулась на полпути, чтобы встретить следующего гостя.

Гостиную Вудвортов почтил своим визитом ни кто иной, как сам герцог Мортландский. Глаза леди Кетлин загорелись восторгом при мысли, какой великолепный у неё получится сегодня приём - на зависть всем знакомым!

Вяло перебрасывающаяся незначительными фразами с Джулией Вудворт Иннин чуть было не выдала себя при виде знакомой фигуры на пороге гостиной. Ей с трудом удалось удержаться от вскрика, и благо, что всё внимание девицы так же было уделено герцогу, иначе Джулия непременно бы заинтересовалась яркими пятнами на щеках гостьи и её неровным прерывистым дыханием.

Помрачнел и Кавендиш.

- Я пригласила его светлость,- между тем, поставила всех в известность, ни о чём не подозревающая Лили,- в крестные отцы моему младенцу! Жаль, конечно, что майор Дуглас не прибыл к крещению сына, но откладывать дальше невозможно. Восприемницей же милостиво согласилась стать леди Кетлин!

И что на это можно было возразить Кавендишу? Да ещё в присутствии такого множества народа? Сказать - беги, дочь моя, от этого человека, как от чумы?

- Его светлость - сама любезность,- процедил лорд сквозь зубы, гневно сверкнув очками на Мортланда.

Но тот сделал вид, что не замечает враждебности. Пусть Кавендиш ненавидит его, сколько душе угодно!

А Лили была прелестна в новом, отлично сшитом платье и со вкусом отделанной шляпке. Так вот куда пошли его десять фунтов!

Мортланд улыбнулся про себя. Нет, никакие обстоятельства не сделают из этой кокетки благоразумную женщину. Едва добравшись до денег, Лили немедля кинулась их транжирить. Впрочем, он не против - красивой женщине положено быть щеголихой.

В гостиной, между тем, постепенно собирался местный бомонд. Лопающаяся от гордости леди Вудворт всем и каждому представляла своего именитого гостя, поэтому Мортланд то и дело был вынужден раскланиваться с людьми абсолютно ему неинтересными и ненужными, но его глаза неотступно следили за Лили.

И, разумеется, это не осталось незамеченным для пристально наблюдающей за парочкой Иннин. Холодный гнев клокотал у неё в груди. Эти двое потеряли всякий стыд, всякое представление о приличиях, и Лили, по-видимому, мало изменилась с тех времен, когда распутничала на маскараде. Неразборчивая шлюха! Пока её муж проливает кровь за родину и короля, она затеяла шашни с очередным любовником!

Между тем, Лили мало обращала внимание на Мортланда, зато яростные взгляды мачехи ощущала всей кожей.

- Отец,- холодно обратилась дочь к Кавендишу,- вы меня очень обяжете, если поясните, чем я так досадила вашей жене? Она не сводит с меня глаз, и это не самые нежные взгляды!

Лорд натянуто улыбнулся. Он сам уже заметил эту нескрываемую ненависть, но счел нужным защитить жену.

- Иннин ревнует меня даже к пролетающему за окном ветерку!

- Сочувствую вам, отец, - натянуто улыбнулась Лили,- и всё же, мне неприятно подобное внимание!

Надо ли говорить, что когда супруги оказались дома, состоялся новый скандал.

Кавендиш гневно метался по комнате, не глядя на опасливо съежившуюся в кресле жену. Иннин же настороженно наблюдала за мужем, но сдаваться не собиралась, готовая достойно ответить на предъявленные обвинения.

- Я знаю, мадам, в отличие от моей наивной дочери, что вас так в ней раздражает! Наверное, вы ещё не забыли о тех отношениях, что связывали вас когда-то с герцогом?!

Он был прав, и это ещё больше разозлило его жену.

- Нет! - яростно огрызнулась она. - Я не забыла, поэтому мне неприятно видеть, как Мортланд вьется вокруг вашей дочери, а она, вместо того, чтобы оттолкнуть, поощряет его ухаживания! Впрочем, Лили изменяла Тому, изменит и этому Майклу Дугласу, если уже не изменила...

- Мадам, я бы попросил вас быть осторожнее в выражениях!

- И не подумаю! Она написала вам о бедственном положении, а между тем, шляпка на её голове стоит гораздо больше, чем моя! Лили беспринципная, распутная лгунья!

- Лили - моя дочь! - окончательно вышел из себя лорд. - И я не желаю слушать оскорбления в её адрес в собственном доме! Приказываю вам замолчать, сударыня!

Инн оскорблено поджала губы, а Кавендиш весьма предсказуемо покинул комнату. Его сильно огорчало, что разрыв между ним и супругой становится все глубже и глубже, но сам идти на примирение принципиально не собирался. Жена должна знать свое место.

А Иннин, между тем, устало поплелась в спальню. Плохо, конечно, что Джордж злился на неё, но ей так хотелось спать, что она едва добралась до постели. Во сне снились Мортланд и Лили, и ей хотелось плакать даже там, за гранью реальности.

МАЙКЛ ДУГЛАС.

Эскадра, на которой прибыли остатки Первого Гвардейского пехотного полка, появилась в Англии уже после крещения юного Майкла. Мортланд к тому времени уже покинул Брайтон, а вот семейство Кавендишей задержалось, прежде всего потому, что Кавендиш захотел познакомиться с зятем и хоть и с опозданием, но наладить с ним отношения.

После того, как герцог уехал, Иннин относительно успокоилась, но отношения между супругами по-прежнему были натянутыми. Кавендиш с тревогой наблюдал за её взвинченным состоянием, иногда даже коря себя за слишком жестокое обращение с женой, но все-таки решил отложить примирение до отъезда домой. Он опасался новых выходок Иннин по отношению к падчерице, и её отчужденность от семейных дел сейчас была ему на руку.

Вот поэтому на берегу среди встречающих можно было увидеть не только смятенную Лили, но и сопровождающего её лорда Кавендиша. С борта уже передали списки пассажиров, и теперь они ждали их прибытия на высланных с берега шлюпках.

День выдался ветреный. Морской ветер нетерпеливо рвал подолы юбок и плащи дам и джентльменов, собравшихся на набережной, срывал шляпки и путал волосы, но счастливая Лили ничего не замечала, напряженно выглядывая своего мужа среди кучки красных мундиров в первой же приближающейся к причалу лодке. Она была уверена, что он там.

И вот непривычно загоревший майор Дуглас ступил на землю Англии, и практически сразу же на его шее повисла радостно расплакавшаяся жена.

Вдыхая резкий запах офицерского мундира и лихорадочно покрывая поцелуями его обветренное колючее лицо, Лили была как никогда счастлива.

Между тем, Дуглас нежно прижав к себе жену, перевел взгляд на сопровождавшего её мужчину. Он никогда не видел Кавендиша, но сразу же опознал в этом представительном джентльмене своего тестя. Его присутствие порадовало майора, потому что он сильно переживал за оставленную в Брайтоне беременную жену.

Всё смешалось в единый сумбур - и весть о новорожденном сыне, и знакомство с Кавендишем, и рассказ о морском походе, и кутерьма с багажом. Вокруг них царила та же шумная вакханалия встреч, радости, слез и объятий. Опомнились все уже дома, когда отмытый от дорожной грязи майор возглавил обеденный стол, готовый как спрашивать, так и отвечать на многочисленные вопросы домочадцев.

Кавендиш с тайной тоской наблюдал, как вьется вокруг мужа, стараясь ему угодить счастливая Лили, с какой любовью улыбаются друг другу супруги, и вдруг понял, почему его красавица дочь променяла богатство и положение в свете на этого рыцаря удачи.

Майкл Дуглас был смелым и достойным человеком. Он честно воевал за свою страну, от всего сердца любил жену и радовался рождению сына. От мужчины незримыми волнами исходило обаяние полностью уверенного в себе человека, который добился всего, что имел сам, не завися от протекции или благоволения третьих лиц.

"Что-то не так вовсе не с Лили,- вдруг понял Кавендиш,- она как раз поступила естественно, следуя своей женской природе! Что-то не так с моим браком, раз в нем нет такого же счастья, как в этом далеко небогатом семействе!"

Он думал об этом всё время, пока находился в семействе Дугласов, думал и сидя за ужином в собственном доме, взирая на отстраненно угрюмое лицо, сидящей напротив жены. Иннин ела вяло, выглядела сонно - женщине явно нездоровилось.

Сухо пожелав друг другу спокойной ночи, супруги уныло разбрелись по разным спальням.

Между тем, в доме Дугласов тоже легли спозаранку, но не для того, чтобы спать. Не смотря на то, что она окончательно ещё не оправилась от родов, Лили отчаянно отдавалась изголодавшемуся по женскому телу супругу. Они так соскучились друг по другу, что сливались воедино с дикой жадностью, иссушая поцелуями губы и тела, и не в силах разомкнуть объятия.

- Веришь, золотко, я не изменял тебе! - в голосе Майкла едва ощутимо, но все-таки прозвучало удивление. - Был верен, даже когда в мою палатку однажды пробралась особо наглая особа. Но я устоял!

Лили тихо рассмеялась, нежно поцеловав супруга в плечо. Она была полностью удовлетворена его ласками и теперь уже могла шутить на такие темы.

- И как же вы устояли, мой супруг, перед таким натиском?

- После тебя все женщины кажутся мне вульгарными и уродливыми курицами, и ничего кроме брезгливости не вызывают! Только ты, мое солнце, только ты! Как если бы человеку, пьющему изысканное вино, вдруг предложили утолить жажду протухшей водой из бочки!

Дня через два после прибытия полка на переформирование, в доме общих знакомых впервые столкнулись супружеские пары Кавендишей и Дугласов.

Лили в тот день была не просто счастлива. Она светилась радостью бытия, и в этом ощущении эйфории была склонна любить весь мир, даже свихнувшуюся на каких-то своих проблемах чудачку Иннин. И её глаза красноречиво сказали об этом последней.

Раздосадованная этой открытой демонстрацией счастья юная женщина перевела глаза на спутника падчерицы и кисло прикусила губу. Майор выглядел именно так, как и должен был выглядеть мужчина, похитивший сердце Лили. Он был интересным, обаятельным, мужественным и... весьма чувственным! Иннин это сразу просекла, как будто побывала в спальне супругов. Рядом с Майклом Дугласом её Джордж казался чопорным и пожилым занудой. И даже Мортланд многое терял! Но если вспомнить, что Лили изменяла в свое время даже такому неотразимому сердцееду, как Томас, то судьба этого мужчины была незавидной. Женитьба на такой особе могла его сделать только несчастным. Придя к такому выводу, Иннин почувствовала себя гораздо лучше.

- Миледи,- губы мужчины приложились к её пальцам, вызвав мгновенную жаркую дрожь возбуждения,- рад иметь столь очаровательную тёщу!

Последнее слово прозвучало столь неестественно, что все вокруг рассмеялись, вынуждена была натянуто улыбнуться и Иннин.

- Мой зять, похоже, льстец!

Дуглас с нежной улыбкой поцеловал и руку жены. Его глаза красноречиво блеснули при взгляде на её просиявшее любовью лицо. Инн угрюмо поняла, что эти двое просто ждут не дождутся, когда останутся вдвоем, а ей предстоит ещё один унылый вечер с дующимся Джорджем.

МОРТЛАНД.

Мортланд знал о возвращении Майкла Дугласа, и хорошо осознавал, что ему нечего делать в Брайтоне, пока майор не вернулся на континент, но... Как часто наше сердце диктует нам безрассудные решения вопреки доводам разума!

Бесцельно прослонявшись по клубам и лондонским гостиным несколько недель, он обнаружил себя в мчавшемся на побережье экипаже.

- Мне будут полезны морские купанья, - твердо остановил он порывающихся последовать за ним мать и теток,- а вам морской воздух будет только вреден!

Прослышав про то, что Эдвин бросил пить и взялся за ум, родственницы, наконец-то, решились покинуть деревню и посетить Лондон, но терпеть их общество на курорте герцог не собирался.

Сезон в Брайтоне был в самом разгаре и здесь собрался весь высший свет во главе с принцем Уэльским, поэтому появление Мортланда среди фланирующей по набережной публики никого не удивило, кроме лорда Кавендиша.

Надо сказать, что он собрался покинуть Брайтон, надеясь, что дома наладить отношения с Иннин станет проще, но весть о приезде Мортланда заставила его отложить поездку. Кто знает, какие мысли в голове у этого мерзавца относительно Лили? Кавендиш боялся, что герцог разрушит жизнь его дочери как раз в тот момент, когда она, наконец-то, наладилась.

А Дугласы, между тем, мало интересовались тем, что творится вокруг. Они жили в своем тесном мирке, и его мелких, но приятных забот им вполне хватало для счастья и без участия третьих лиц. Да, супруги иногда сталкивались во время прогулок и нечастых визитов к общим знакомым и с Мортландом, и с Кавендишами, но обращали на них внимание не больше, чем на всех остальных.

Ну, торчит почему-то отец с Иннин в Брайтоне вместо того, чтобы уехать в Кавендиш-холл - значит, так надо! Раскланивается то и дело с ними на набережных и в гостиных Мортланд - наверное, у него есть на то свои резоны! Больше всего на свете Майкла и Лили занимала только забота о том, как бы уединиться, а до остального мира и дела не было!

Можно только представить, в каком бешенстве находился Мортланд, когда счастливая Лили проходила мимо него под руку с сияющим довольством супругом, а при виде бывшего деверя в глазах женщины не отражалось ничего, кроме вежливого равнодушия. Он ощущал себя пустым местом!

Как-то в одной гостиных ему случайно удалось оказаться рядом с Лили в тот момент, когда майора отозвали в сторону какие-то знакомые. И они довольно мило поболтали о всяких пустяках, но глаза собеседницы даже в этот момент следили за мужем с выражением безграничного обожания.

- Я бы хотел потолковать с вами о сыновьях Тома,- не выдержал и употребил запрещенный прием взбешенный герцог,- дело касается выбора школы!

Лили озадаченно взглянула на Мортланда.

- Почему вы считаете нужным со мной это обсуждать? Что я понимаю в школах для мальчиков?

И тут же её взгляд опять переметнулся на болтающего с офицерами мужа.

- Надо поговорить об этом с майором,- расцвела на её губах нежная улыбка,- он как отчим должен участвовать в воспитании пасынков!

Что?! Да он на пушечный выстрел не подпустит этого вояку к своим племянникам!

- Не стоит забивать голову майору такими пустяками, - сухо отказался герцог,- справлюсь сам!

Именно этот эпизод стал последней каплей, сделавшей ситуацию окончательно непереносимой для Мортланда. Он уехал из Брайтона, но не с тем, чтобы набравшись терпения переждать отъезд соперника, а чтобы раз и навсегда покончить с ним.

БИСБИ.

Когда возникала надобность, Мортланд обычно вызывал Бисби через доверенного лакея, но сегодня дело было особым, и, переодевшись в неприметный плащ, его светлость сам отправился на розыски.

Это путешествие было не из приятных, ведь пришлось пробираться к цели по самым злачным местам Ист-энда. Но Мортланд прекрасно ориентировался в хитросплетениях грязных и темных улочек этого района, поэтому шёл быстро и уверенно, ловко избегая ловушек в виде бесчисленных тупиков. Путь его лежал к речным докам, где располагалась неприметная контора Бисби. Хозяин там бывал нечасто, но зато служащие обычно знали его примерные планы на текущий день.

К удивлению Мортланда, полагающего, что это всего лишь первая остановка в его поисках, Бисби оказался на месте. Он заседал в узкой темной комнатушке на задворках помещения, отделенный от остальных работников крепкой дубовой перегородкой. Одетый в простой нанковый жилет, черные нарукавники и щелкая костяшками счетов, тот был похож на простого клерка из бедной конторы, но мерцающий камень на его указательном пальце и копна тщательно ухоженных золотистых волос выдавали джентльмена.

- Эдвин? - удивился он, отвлекаясь от конторских книг. - Разве ты не в Брайтоне?

Бисби всегда знал, где находится Мортланд, поэтому последний не стал выказывать изумления, а осторожно сдвинув в сторону кипы счетов, примостился на стоящей вдоль стены лавке.

- Что-то случилось?

Темные глаза вопросительно скользнули по лицу гостя, и хозяин конторы окончательно закрыл свои гроссбухи.

Ответить на вопрос было нелегко. Мортланд понимал, что если сейчас раскроет рот, то обратной дороги уже не будет, и поэтому не сразу решился озвучить своё дело. Бисби тоже его не торопил, небрежно поигрывая гусиным пером и выжидающе наблюдая за герцогом.

- Лили,- наконец, выдавил тот, - Лили!

Лицо Бисби на мгновение превратилось в маску, а потом он вновь притянул к себе работу.

- Мы с тобой когда-то договорились, что я исчезну из жизни этой леди навсегда,- хмуро напомнил он, раскрывая книгу, - что же ты теперь хочешь?

- Дуглас!

- Это был её выбор! Хороший или плохой - не мне решать! Но раз ты не смог уберечь Лили от этого брака, значит, так тому и быть!

И он, как ни в чем не бывало, вновь защелкал костяшками счетов, как будто остался в конторском помещении один. Мортланд прикусил губу. Впрочем, он знал, что будет трудно.

- Этот парень не достоин её! Моя невестка живет в полнейшей нищете!

- Ты преувеличиваешь! - холодно хмыкнул Бисби. - Да, у неё были плохие времена, но леди Лилиана не растерялась. Она выступала с концертами в светских салонах, и неплохо зарабатывала! А финансовые проблемы у миледи возникли из-за привычки к расточительности. В остальном же, вдова Томаса вполне счастлива в новом браке!

Выступала за деньги? Это стало для герцога унизительной новостью. Женщина его семьи докатилась до того, чтобы зарабатывать на кусок хлеба? И всё из-за любви к никчемному вояке, не стоящему даже мизинца на её ноге!

- Зато несчастлив я! - сорвался он. - Не переношу этого Дугласа! Тупой, глупый солдафон! Он должен исчезнуть. Его появление в жизни моей невестки - чистая случайность!

Бисби насмешливо передернул плечами.

- Уж тебе ли не знать, что случайностей не бывает! За каждым, так называемым "случаем" стоит воля конкретных людей! - резко заметил он.- Не морочь мне голову! Я не буду заниматься этим делом, и пусть Лили будет счастлива со своим майором - в горе и радости!

Для Бисби подобные слова были серьезным заявлением. В общем-то, можно было разворачиваться и уходить восвояси - видимо, он навсегда вычеркнул эту женщину из своего сердца.

Но, судя по его осведомленности о перипетиях жизни Дугласов, Бисби все-таки не оставлял её вниманием, и Мортланд решил пойти ва-банк.

- И все-таки случайности бывают,- живо возразил он,- ты ведь не знаешь, как Лили познакомилась с этим офицером?!

Здесь, действительно, в осведомленности Бисби был пробел, поэтому он заинтересованно посмотрел на герцога.

- И я не знаю! Но уверен, что это дело - тёмное, а Лили ведь абсолютно безголовая, её может обвести вокруг пальца любой наглый молодчик! Достаточно вспомнить ваш роман! Рано или поздно, Дуглас погубит её - она окончательно опошлится и завянет в нищете!

- Немного разума ей бы не помешало,- тихо согласился хозяин конторы, и тут же без перехода добавил,- я подумаю над твоей проблемой, Эдди! Подумаю..., а теперь ступай, у меня много работы!

Дважды повторять было не надо - от облегчения, что проблема решена, герцог буквально выскочил в спертую и влажную духоту пристани, смешавшись с толпой покинувших прибывшее судно пассажиров. И там, среди обремененной саквояжами, корзинами и тюками массы людей он довольно подумал: "Все знают, что жизнь каждого человека висит на волоске, но вот редко кому ведомо, в чьих именно руках находятся ножницы!"

БРАЙТОН.

В то солнечное утро Кавендиши должны были встретиться с Лили и её супругом на прогулке. Прекрасный летний денек собрал на набережной толпу разнообразного люда. И катающиеся в экипаже лорд с женой не сразу высмотрели среди фланирующей публики семейство Дугласов. Майкл и Лили медленно брели, взявшись за руки вдоль ограждения, и о чем-то беспечно болтали. Красный офицерский мундир и нарядное воздушное платье леди вкупе со сногсшибательной шляпкой заметно выделяли супругов даже из разодетой в модные туалеты толпы завсегдатаев брайтонского курорта.

Кавендиш приказал остановить экипаж, позвав дочь и зятя присоединиться к их прогулке. Лили уже встала на подножку экипажа, когда некто из толпы громко окликнул майора. Дуглас развернулся и пошёл на зов, недоуменно выглядывая, кто именно из знакомых хочет его поприветствовать.

То, что произошло дальше, ошеломило всех людей, находящихся в тот момент на набережной.

Внезапно от гуляющей толпы отделился какой-то мужчина в темном сюртуке. Он подошел вплотную к Дугласу и, замешкавшись на секунду у него за спиной, быстро удалился. Никто ничего в тот момент не понял, только Майкл Дуглас с изумленным выражением лица вдруг стал заваливаться на бок, а потом и вовсе упал на мостовую. И уж совсем страшна и неожиданна была выползшая из-под него черная лужа.

Всё смешалось воедино - и истошный крик, кинувшейся к мужу Лили, и испуганный визг ринувшихся прочь от тела упавшего женщин, и возбужденные голоса мужчин. И только единственный человек не потерял головы - лорд Кавендиш.

С неожиданной для его возраста и положения прытью он выскочил из экипажа и рванулся вслед за убийцей. Лорд бежал быстро, и уже было схватил убийцу за рукав, когда неизвестно откуда грянул выстрел и теперь уже Кавендиш замертво упал на мостовую.

Всё произошло настолько быстро, что оторопевшая Иннин далеко не сразу осознала, что стала вдовой. Она растерянно оглядывала воющую от горя над телом мужа, обезумевшую Лили, ошалевшую толпу вокруг окровавленного Джорджа, и ей казалось, что это какой-то жуткий, невероятный кошмар, через чур страшный даже для сна. И только когда её смятенные глаза случайно наткнулись на знакомую фигуру чуть в отдалении, до Иннин, наконец-то, дошел зловещий смысл развернувшейся картины.

Она громко закричала, глядя на Бисби, и на её крик среагировала и бьющаяся в истерике Лили. Увидев в отдалении лежащего на мостовой отца, женщина было кинулась в ту сторону, но ноги отказались её слушать, и, прежде чем она упала, кто-то подхватил её под руку.

Лили рассеянно глянула на галантного джентльмена, и потеряла сознание. Увидеть в этот миг ещё и Тони Калверта, было уже чересчур!

МОРТЛАНД.

В кои-то веки Мортланду пригодились его тетки. Едва узнав о разыгравшейся трагедии, он моментально направил их во главе с матерью в Брайтон.

- Мы - ближайшие родственники Кавендишей,- нажал он на сопротивляющуюся поездке недовольную герцогиню,- и поддержать двух вдов в таком горе - наша святая обязанность. Делайте, что хотите, но не покидайте женщин, пока я не разберусь с наследством покойного лорда.

Вот так и получилось, что в страшные дни похорон Инн и Лили плотным кольцом окружали дамы семейства Мортландов. Миссис Гвинн сразу отсекли от хозяйки, оставив в Брайтоне для завершения дел и подготовки к переезду. Даже леди Вудворт, не смотря на свою настырность, едва ли могла похвастаться какими-либо сведениями. Сиятельные дамы вежливо, но непреклонно дали ей понять, что юные вдовы нуждаются в покое и уважении к своему горю и никого не принимают.

И если находящаяся в настоящей прострации от горя Лили плохо соображала, что происходит вокруг, и покорно воспринимала присутствие дам Тейлор, как непременный атрибут любых несчастий, то Инн бесила надобность подчиняться этой тирании.

Да, ей было по-настоящему жаль Джорджа (она его, не смотря на все недоразумения, все-таки любила и уважала), но Иннин не могла не думать о том, что смерть супруга автоматически означала для неё долгожданную свободу. И ещё, она становилась не просто вдовой, а богатой т независимой женщиной

Между тем, сам Мортланд уже вел совещание с поверенными семей Тейлоров и Кавендишей.

- Последнее завещание лорда было сделано ещё до женитьбы. Он всё время собирался написать новое, но медлил, потому что никак не мог определиться с долей наследства леди Лилианы Дуглас. Милорд набросал несколько черновиков, и собирался подписать окончательный вариант после возвращения из Брайтона,- сокрушенно пояснил им последний,- какая странная, жуткая смерть!

С этим утверждением Мортланд, в какой-то степени был согласен, но не для того, чтобы охать и вздыхать явился он в Сити.

- Смерть лорда Кавендиша достойна сожаления,- сухо согласился герцог,- но какой вывод я должен сделать из ваших слов?

- То, что завещания по сути дела нет,- пояснил слова коллеги уже поверенный Мортланда, - женитьба покойного сделала его последние распоряжения не действительными.

- И?

Поверенные переглянулись.

- Титул и имение Кавендишей - не отторгаемое имущество, и его получит, по установленному в семье порядку, старший сын его единственной дочери леди Лилианы - Александр Тейлор, маркиз Тефорд, опекуном коего вы являетесь. Остальное же состояние в виде ценных бумаг и земель, не входящих в майорат, будет поровну разделено между двумя дочерьми и женой покойного, если только...

- Какие-то проблемы? - удивился герцог.

- Если леди Иннин не родит по истечении девяти месяцев младенца! В таком случае, или состояние будет поделено на четыре части, или...!

- Понятно, что если вдова родит мальчика, то титул перейдёт именно к нему, но пока она о беременности не заявляла. Сама же леди Иннин ещё слишком юна, чтобы разумно распорядиться состоянием. Ей едва ли девятнадцать лет! - заметил он.

- Вы правы! - вынужден был согласиться с этим доводом поверенный Кавендишей,- в любом случае, вам, как официальному представителю его наследника, нужно послать запрос об опеке над вдовой и её дочерью!

- Что же касается леди Лилианы, то я бы хотел получить опеку и над её состоянием!

Но собеседнику уже было кое-что известно о том, как его светлость ограбил свою невестку после смерти брата, поэтому он живо возразил:

- Леди уже совершеннолетняя, а майор Дуглас не оставлял никаких распоряжений об опеке над своим сыном со стороны вашей светлости! У него есть старший брат, и если тот пожелает, может претендовать на опекунство, но не вы!

- Я крестный отец Майкла-младшего!

- Боюсь, что опекунский совет не сочтет этот довод убедительным!

Мортланд разозлился. Он столько сделал для того, чтобы вернуть власть над невесткой, а в результате, она получила деньги и свободу, которыми могла распоряжаться по своему усмотрению.

С этим надо было что-то делать! Но прежде герцог собирался разобраться с чертовкой Иннин, а потом уже подумать, как быть с Лили!

КАВЕНДИШ-ХОЛЛ.

Горе поселилось под крышей Кавендиш-холла. И связано оно было даже не с похоронами самого лорда, а с тяжелым состоянием его несчастной дочери.

Лили находилась в столь глубокой депрессии, что это повлекло за собой ухудшение её здоровья, и она слегла в постель - безучастная и равнодушная ко всему, кроме своей внутренней боли.

Перед лицом такого отчаяния даже Иннин перестала ненавидеть свою кузину. Теперь она относилась к ней с презрительным сочувствием. Так вот что случается с баловнями судьбы, когда та поворачивается к ним спиной?!

Вот она тоже когда-то потеряла отца, тетку, возлюбленного, дочь, теперь мужа, но ведь не слегла же умирать, как это сделала Лили. Такое слабоволие вызвало у юной вдовы только пренебрежение и ощущение собственного превосходства.

Зато состояние здоровья Лили весьма обеспокоило дам семейства Тейлоров.

- Бедняжка,- тяжело вздыхала герцогиня, выходя из спальни бывшей невестки,- я боюсь, что она не переживет этот кошмар! Потерять двух мужей, да ещё и отца! И более сильные люди ломаются! Что за несчастливая судьба?!

Вызванный из Лондона врач только развел руками.

- Это болезнь не тела, а духа! Пациентка не хочет жить. Её ничего не интересует, и она утверждает, что несет смерть и горе всем, кого любит!

Иннин с уважением посмотрела на эскулапа. Она была того же мнения. Лили не могла сделать никого счастливым, если не ужилась когда-то даже с таким обворожительным человеком, как Томас. Джордж так же погиб по её вине, кинувшись за убийцей зятя!

И именно в этот момент из Лондона прибыл герцог. Он утряс дела с опекунским советом, сделал массу распоряжений и появился в поместье, уже точно зная, как поступить в соответствии со своей выгодой.

Но всё прошло не так гладко, как ему бы хотелось.

В первую очередь, конечно, в его планы внесла коррективы болезнь Лили. Мортланд был обескуражен её тяжелейшим состоянием - ему и в голову не приходило, сколь тесна была связь между отцом и дочерью и сколь велика была любовь женщины к мужу. Тетки и мать не исключали даже смертельного исхода, так как больная ничего не ела и вообще находилась в пограничном состоянии между жизнью и смертью.

Такого поворота дела Мортланд и предположить не мог, поэтому испугался не на шутку, не зная, что предпринять, чтобы вернуть медленно уходящую в мир теней Лили к жизни. Он немедля собрал консилиум врачей, и бегал и суетился вокруг вдовы, забыв обо всем на свете.

Именно поэтому герцог не сразу выбрал время для объяснения с Иннин, рассеянно проигнорировав её присутствие, где-то на заднем плане между матерью и тетками.

Такое явное пренебрежение моментально превратило юную вдову в обозленную гарпию. Опять Лили! Даже полумертвая и потерявшая свою красоту, та была дороже герцогу, чем мать его собственной дочери!

И этот гнев заставил поступить её неосмотрительно.

Иннин изрядно надоела вся эта суета вокруг страдающей кузины, и она решила показать семейству Тейлоров, что не намерена терпеть роль мебели в собственном доме.

Она выждала удобный момент, когда герцогиня и тетки навещали больную, и скользнула в библиотеку, где Мортланд вместе с поверенным Кавендишей разбирал бумаги покойного.

- Я бы хотела поговорить с вами, ваша светлость! - твердо заявила она, со значением глянув на стряпчего.

Тот правильно понял намек, и, раскланявшись, немедля ретировался из комнаты.

Библиотека никогда не была любимым местом Иннин в доме Кавендишей. Здесь в детстве троюродные сестры получали выволочки от хозяина дома, поэтому леди предпочитала читать книги в других комнатах дома, тщательно избегая тишины солидной читальни.

Кресло покойной тетки с подушками на сидении и подставке для ног она никогда не занимала, стеснительно чураясь места своей предшественницы, но сегодня, чтобы дать понять его светлости, кто хозяйка в этом доме, Иннин решительно устроилась именно там.

Мортланд наблюдал за ней с умеренным интересом, мало того, его лицо выражало явное раздражение тем, что ему помешали работать.

- Миледи?

Холодный тон ещё больше взбесил Иннин. Да, что он себе позволяет? Герцог забыл, что она теперь не нищая просительница милостей, а владелица этого поместья.

- Я хотела узнать, ваша светлость, сколь долго вы и ваши родственницы пробудут в Кавендиш-холле? - ледяным тоном спросила она. - Мне не хочется быть негостеприимной, но, возможно, у леди есть дела и помимо моих?

Яснее выразиться было невозможно. И вдова с наслаждением увидела, как ползут на лоб брови озадаченного герцога. То ли ещё будет?

- Я не подвергаю сомнению правомочность вашей светлости копаться в бумагах моего покойного мужа, но, всё-таки, что вы здесь ищите?

Ей хотелось уязвить собеседника, но, увы, почему-то после последней реплики, тот, наоборот, обрёл равновесие.

- Как ближайший родственник Кавендишей и опекун его наследника я имею на это право!

За дверями конца переговоров дожидался поверенный, и Мортланд торопился завершить столь неприятный разговор. Он мог бы разом прояснить ситуацию, поставив собеседницу в известность об учрежденной опеке, но не торопился этого делать, не зная, какова будет реакция Иннин. Ему не хотелось, чтобы посторонние стали свидетелями безобразного скандала.

- И, всё-таки, я бы хотела знать...

- Давайте, поговорим об этом позже,- оборвал собеседницу герцог, - мистер Николс хотел бы сегодня уехать в Лондон, а у нас ещё много работы.

Инн, скрипя зубами, была вынуждена выйти из кабинета. Мистер Николс, увидев выскочившую из комнаты вдову, обратил внимание на её перекошенное лицо, и сразу сделал неверные выводы.

Поверенным двигало только сочувствие к горю юной женщины, когда он счел нужным сказать ей несколько слов в утешение:

- Такова Господня воля! Его светлость сделает всё, чтобы сберечь и умножить ваше состояние, и под его опекой вы будете, как за каменной стеной.

Инн машинально кивнула головой, уловив поначалу в этих словах лишь сочувствие, но ей потребовалось несколько секунд, чтобы окончательно осознать, что тот сказал. К тому времени мистер Николс уже скрылся за дверью кабинета, и она не могла уточнить, что он имеет в виду, возвращаться же назад и вновь выяснять отношения с герцогом юная вдова предусмотрительно не стала.

Эта ночь стала особенной и для Лили.

Закаменев в своем горе, она как будто блуждала в облаках черной вязкой паутины, где всё имеет запах тлена и краха, где всё - боль и отчаяние. Полусон-полуявь, когда лица вокруг - маски, а голоса слышатся словно сквозь вату и не имеют смысла.

Но, всё-таки, несчастная женщина, по-видимому, уснула, потому что ей впервые за это время приснился сон. Живой Майкл смеялся, склонившись над колыбелью их сына.

- Если ты не хочешь брать его,- вдруг обратился он к ней,- тогда я заберу малыша себе!

Он протянул руки к ребенку, и именно в этот момент Лили вдруг вспомнила, что муж мертв. От страха она громко закричала и проснулась, в ужасе усевшись на кровати.

Кошмар пробудил её не только ото сна, он вывел женщину из той прострации, в которой она находилась всё это время, властно напомнив, что у неё ещё есть дела на этом свете.

- Майкл-младший,- прошептала она себе,- мой сын! Где он, что с ним? Почему всё это время я не вспоминала о нем?

Лили, лихорадочно сдернув с себя одеяло, соскочила с кровати. Но сделав несколько шагов к двери, она почувствовала сильную слабость и головокружение.

- Нужно выпить чашку чая! Я, видимо, давно не ела! - пробормотала женщина, бессильно цепляясь за мебель.

Надо было позвать прислугу, но кругом царила глубокая ночь и все спали. Собрав в кулак все силы, Лили хоть и не смогла зажечь свечу, но всё равно, накинув на плечи пеньюар, вышла в коридор. Она прекрасно знала родительский дом и решила в полной темноте добраться до кухни, чтобы найти там что-нибудь съестное.

Не успела Лили сделать и несколько шагов, как увидела огонек свечи в конце коридора. Она невольно замерла, прислонившись к стене. Навстречу ей из родительской спальни, освещая себе дорогу, шла Иннин.

"Неужели она идет ко мне?" - удивилась Лили. Но вскоре поняла, что ошиблась, когда кузина тихонько постучалась в дверь одной из гостевых комнат. Прошло какое-то время, но обе женщины терпеливо ждали, что же будет дальше.

- Миледи? - кутающийся в халат Мортланд недовольно распахнул двери.- Что означает ваш поздний визит?

- Мне кажется, что вы и сами знаете ответ на этот вопрос! - угрюмо хмыкнула Иннин.

Возможно, герцог и был ошеломлен такой напористостью, но это не шло ни в какое сравнение с тем шоком, который испытала изумленная Лили. И если Мортланд после подобной тирады молчаливо посторонился, пропуская гостью в комнату, то невольная свидетельница этой сцены ещё долго не могла прийти в себя.

- Может, я по-прежнему сплю, - в конце концов, пробормотала она,- или у меня начались видения? Эдвин и Иннин? Что их может связывать?

Все ещё плохо соображая от слабости Лили продолжила свой путь на кухню, теперь более озабоченная тем, как достигнуть цели пути, чем только что увиденным. Но и здесь её ждала неожиданность.

На кухне не спали. Несмотря на поздний час, пили чай и вели задушевные беседы, перемывая кости господам три женщины - кухарка, экономка и горничная, взявшая на себя роль сиделки при больной.

Видимо, последняя покинула свой пост, чтобы выпить чаю, да забыла о своих обязанностях, поглощенная интереснейшей беседой.

Сплетницы так увлеклись, что даже не заметили, как леди появилась на лестнице, ведущей в кухню, а Лили замерла, в ужасе прислушиваясь к их словам.

- Да-да, я знаю, что говорю! - горячилась экономка. - Никогда она его не любила! Да это ещё что! Салли - её лондонская горничная рассказала по секрету Джейн Фобс, что простыни не испачкались кровью, после того, как покойный лорд впервые возлёг на брачное ложе.

У Лили вспыхнули щеки. Джейн Фобс была камеристкой Иннин, и вот, оказывается, какие гадости распространяла про госпожу. Она собралась гневно обрушиться на клеветниц, но промолчала, решив послушать, что ещё болтает про господ прислуга.

- Может...

- Да нет, всё было! Но брачная кровь, видимо, пролилась где-то в другом месте! Они - француженки все развратные!

- И не ест ничего из того, что я готовлю, - горячо подхватила кухарка,- во Франции небось лягушек глодала, а тут от куска честного мяса нос воротит!

- Они - паписты все такие! Вон, миледи Лилиана в постель слегла от горя, а эта хоть бы хны - слезинки не пролила! Потеряла мужа и радуется, что освободилась!

Лили остолбенела.

- А как она смотрит на его светлость, - язвительно подала голос сиделка,- как кошка на сливки, глаз не сводит! Бесстыдница! А бедняжка леди Лилиана, так, наверное, и не оправится никогда, угаснет от тоски по отцу и мужу!

Упомянутая леди решила, что самое время обнаружить себя и прервать этот поток злословия.

- Но пока я ещё не умерла,- едко высказалась она, выступая в круг света, - может, мне найдется чашка чаю!

Эффект превзошел все ожидания. Прислуга в испуге заметалась по кухне, как куры в курятнике, и Лили пришлось терпеливо дожидаться, когда перед её носом окажется долгожданная чашка чаю, но прежде, чем отхлебнуть горячего, сдобренного сливками напитка, она твёрдо пресекла все попытки женщин разбежаться.

- Постойте,- резко приказала леди,- я выслушала все гадости, которые вы распускаете о моей мачехе, и обещаю, что похороню их в своей памяти, если вы больше никогда не раскроете свои грязные рты! В обратном случае, можете искать себе место в другом доме!

Три женщины с согнутыми головами и спрятанными под передник руками, выслушали госпожу, но экономка, знавшая её с детства, все-таки осмелилась строптиво возразить.

- Но, миледи, вы не знаете, как леди Иннин настраивала покойного лорда против вас, как сожгла ваше письмо в камине, как притворялась больной, чтобы он вас не навещал!

Лили так свыклась с болью за эти страшные дни, что была уверена, - ничто уже не заставит её страдать сильнее, но все-таки эти слова чувствительно задели молодую женщину.

- Мы сами разберемся в наших отношениях,- ледяным тоном заявила она,- что же касается вас, то ещё одно слово, и вы будете уволены без рекомендаций и выходного пособия!

Ладно, с прислугой она разобралась, но что делать с этой информацией Лили не знала. Машинально прихлебывая чай, она вдруг подумала, что пока болела, окружающий мир стал совсем иным - мало ей нравящимся. Ушли любимые и светлые люди, а на их место пришли чужие, незнакомые, с грязными и неприятными тайнами, до которых ей не было никакого дела, но с которыми приходилось считаться.

- Зачем мне всё это? - сказала она себе. - Однажды я уже покинула их всех ради Майкла, и возвращение не сулит ничего хорошего. Пусть всё идёт своим чередом, а я уеду в Брайтон к своему малышу и миссис Гвинн, и попробую начать все сначала.

Ей не хотелось спать. Она чувствовала себя как никогда бодрой, и пропитавшаяся болезнью духота комнаты показалась невыносимой, поэтому накинув плащ, Лили вышла в ночной парк.

Ночь была на исходе. Холод и пронзительный ветер, по особенному ворошащий осенние листья, усугубляли сумрак ночи, но эта предрассветная колючая тьма была близка душевному состоянию Лили.

Даже с детства хорошо знакомый парк, где все силуэты деревьев казались давними приятелями, и то гнал её прочь особым сердитым шорохом ветвей. Неприкаянность и бесприютность - ей было холодно и одиноко!

- Мне пора, - окончательно убедилась в своём решении Лили,- со смертью отца и матери это место стало мне окончательно чужим! Но жизнь должна продолжаться, даже если жить больно и страшно!

БЫВШИЕ ЛЮБОВНИКИ.

Мортланд не был рад визиту Иннин, мало того, он ему показался скандально неуместным. Одно дело соблазнить глупую девицу, которая сама не понимает, чего хочет, другое - осквернить память покойного в его же собственном доме. Юную вдову ждал холодный прием.

- Миледи, говоря, что мы обсудим ваши дела, я не имел в виду ночной визит!

Но разъяренная Иннин проигнорировала его холодность. У неё были во стократ более веские причины демонстрировать недовольство.

- Сегодня я услышала от поверенного слова, весьма удивившие меня!- агрессивно сдвинула она брови.

- Настолько, что вы решили оскорбить память покойного мужа, вторгнувшись в спальню мужчины?

- О чувствах моего мужа нужно было думать, когда он был жив! А теперь я жажду объяснений по поводу опеки над моим состоянием!

Мортланд с нескрываемой иронией глянул в её возмущенное лицо.

- Вашим состоянием? Но муж вам практически ничего не оставил!

Иннин растерянно ахнула, озадаченно наморщив лоб.

- Этого не может быть,- смятенно возразила она,- Джордж слишком любил меня, чтобы лишить наследства!

- А он и не лишал! Кавендиш не успел составить завещания, потому что не знал, как определить долю Лили в своем посмертном распоряжении!

Опять Лили! Иннин взвилась до небес.

- Какая доля Лили? Она же получила приданое! Всё должно было достаться мне и моей дочери!

- Покойный больше заботился о своих детях!

Сарказм, прозвучавший в его словах, был убийственным, и щеки Иннин покрыли багровые пятна раздражения. Она не желала терпеть его остроты, когда дело касалось её денег.

- И что же, я теперь могу пополнить отряды проституток Ковент-гарден в поисках куска хлеба?

Герцог устало вздохнул, зябко кутаясь в полы халата. Камин уже потух, и в спальне стало холодно. Он мог бы в ответ и на это заявление сказать какую-нибудь колкость, но время было позднее, ему надоела пикировка и хотелось спать.

- Поместьем и доходами с него буду распоряжаться я, как опекун нового лорда Кавендиша, всё же остальное имущество будет поделено поровну между вами, Лили и вашей дочерью. А так как вы ещё весьма молоды, то до совершеннолетия вас и вашей дочери, я буду управлять соответствующими долями состояния!

- Значит, в каждом пенни я буду зависеть от ваших настроений?

- Да! Хотя, поверьте, мне это доставляет мало радости!

Его тон был настолько груб и небрежен, что глубоко задел Иннин.

- Я вас ненавижу, Мортланд! Вы зря торжествуете победу надо мной, злой и подлый человек! Когда-нибудь вы горько пожалеете, что издевались над моими чувствами!

Но герцог только небрежно махнул рукой в сторону двери.

- А теперь оставьте меня, я хочу спать!

От бессильного гнева и ненависти к этому человеку у женщины свело скулы, и с яростным воплем она бросилась на Мортланда, от души отвесив ему пощёчину.

Вряд ли это понравилось герцогу, но он, раздраженно схватившись за щёку, угрюмо осведомился:

- Надеюсь, это всё, и я смогу остаться, наконец-то, один?

ЛИЛИ.

Утром, когда Мортланд ещё только собирался выпить чаю в постели, он услышал от камердинера поразившие его новости:

- Леди Лилиана собирается покинуть Кавендиш-холл,- сообщил тот, расставляя на подносе тосты и чай,- миледи с утра уже подняла на ноги весь дом!

Герцог так и подскочил на месте, едва не опрокинув на себя поднос.

- Что? Но как это возможно? Ведь ещё вчера...

Камердинер наслаждался изумлением своего господина. Он знал, что того потрясет эта новость.

- Экономка - миссис Багс, рассказывала в людской, что миледи появилась в кухне поздней ночью, потребовала чаю, а потом до рассвета гуляла в саду. А утром она объявила о своем решении выехать в Брайтон и приказала запрягать лошадей!

Злосчастный завтрак все-таки полетел в сторону и Мортланд, ломая в спешке руки, оделся и выскочил из спальни.

Лили сидела за завтраком уже в дорожном костюме, а в холле готовились к отправке кофры и саквояжи. Её худоба и бледность были чрезвычайными, но, тем не менее, женщина была полна энергии и решимости, как можно быстрее покинуть отчий кров. Это отчетливо читалось в остром, хотя и лихорадочно ярком блеске синих глаз.

- Ваша светлость!

- Миледи! - Мортланд даже запыхался, пока бежал, поэтому говорил отрывисто и взволнованно. - Я рад вас видеть не в постели, но достаточно ли вы здоровы для столь радикальных решений?

- Я собралась уехать и уеду! Уж лучше не мешайте мне, Эдвин!

Герцог прекрасно знал свою взбалмошную невестку, и уж если она закусила удила, то придется попотеть!

- Но позавтракать мы сможем вместе? - миролюбиво предложил он, спешно присаживаясь за стол. - В этой малости вы мне не откажите?

Лили безразлично передернула плечами, и Мортланд приказал принести ему чашку чая и поджаренный хлеб.

- Я ведь никогда не давал вам плохих советов, дорогая..., - начал он, но собеседница его перебила.

Она прекрасно помнила, чем заканчивались их споры в прошлом, поэтому бросилась в атаку:

- Эдвин, в Брайтоне у меня остался маленький сын. Он нуждается во мне! Я и так слишком долго пренебрегала своим материнским долгом!

Но Мортланд уже был готов к этому разговору. Ему не нужен был сын Майкла Дугласа, поэтому он сделал всё, чтобы этот младенец не напоминал матери о своем отце.

- Лили,- мягко прикоснулся он к судорожно сжатой в кулак руке,- о малыше есть кому позаботиться! Ты забыла, что у покойного майора был старший брат. Джон Дуглас, эсквайр, человек состоятельный и бездетный. Мы списались с ним, и он хочет взять мальчика на воспитание!

- Нет! - глаза вдовы сверкнули льдом. - Как вы посмели распорядиться Майклом без моего ведома?!

- Но Лили... вы были в таком состоянии!

- Я ещё не умерла!

Лили устало перевела дыхание. Вспышка гнева пронеслась быстро.

- Этот дом уже со смертью матери стал мне чужим, а теперь и вовсе я не хочу здесь оставаться. У него новая хозяйка...

- Лили! Но Иннин...

Она не захотела обсуждать с ним его странную связь с вдовой отца.

- Я уезжаю в Брайтон, и отныне сама буду решать, как мне дальше жить!

Делать нечего, герцогу пришлось выложить все приберегаемые для особого случая козыри. Для начала он почтительно поцеловал руку невестки.

- Но, дорогая, - его голос зазвучал, как никогда проникновенно и убедительно,- теперь у тебя появилась возможность воссоединиться со всеми своими сыновьями. Если ты вернешься в Лондон, я разрешу тебе забрать племянников.

Расчёт оказался точным - от такого предложения женщина не смогла отказаться, и её засветившиеся надеждой глаза красноречиво наполнились слезами.

- Моих мальчиков?! Но как... в Лондоне? Но...

Мортланд облегченно перевел дыхание. Остальное были мелочи!

- Я добьюсь, чтобы в вашу долю наследства вошел лондонский особняк Кавендишей. Вы можете там поселиться вместе с миссис Гвинн, мальчиками и маленьким Майклом Дугласом.

- О, Эдвин,- Лили благодарно сжала руки у груди,- а как же старший брат Майкла?

- Я улажу эту проблему, - скупо улыбнулся герцог, - и лично доставлю миссис Гвинн в Лондон вместе с младенцем.

И пока собеседница прикладывала платок к заслезившимся глазам, он терпеливо пережидал этот эмоциональный взрыв благодарности.

- А теперь, дорогая, вернитесь обратно в постель!

Но оказывается, даже этим воистину иезуитским ходом ему не удалось окончательно сломить сопротивление невестки.

- Нет, Эдвин,- расстроено всхлипнула она носом,- я больше не останусь в этом доме. Поймите меня правильно - я любила отца и мне больно видеть происходящее!

У ошеломленного герцога перехватило ужасом дыхание, и он смущенно раскашлялся:

- Что вы имеете в виду?

Но Лили лишь снисходительно глянула на него и твердо заявила, что отбывает в Лондон. Хорошо, что хотя бы не в Брайтон! Мортланд так и не отважился выяснить, что ей ещё известно.

ИННИН.

- Как уехала?

Иннин узнала об отъезде Лили только за обедом.

Вот ещё новость! Вчера кузина умирала, и весь дом гадал, сколько дней она протянет, а сегодня та уезжает в Лондон! Да что же это такое?

Но, оказывается, это было ещё не всё.

За десертом Мортланд поставил своих дам в известность, что так же уезжает в Лондон.

- Мои дела в поместье закончены, - пояснил он свое решение,- и я не вижу больше причин здесь оставаться!

Тетки и мать выжидающе уставились на герцога.

- За вами, леди, оставляю право решать, сколь долго вы будете здесь гостить!

- Раз Лили уже здорова, - ответила за всех герцогиня,- то и мы сможем вернуться к своим занятиям! Думаю, что не будем больше злоупотреблять вашим гостеприимством, милая Иннин!

У последней невесёлой улыбкой искривились губы. Наверняка, герцог рвался в Лондон, к Лили!

- В столь поспешном отъезде есть необходимость? - язвительно осведомилась она.

- Нет,- сделал вид, что не понимает сарказма Мортланд,- но нет и никакой необходимости моего пребывания здесь! Вы, наверное, мечтаете остаться одной, чтобы без помех предаться печали по утраченному супругу? Можете здесь находиться сколько угодно времени, пока новый лорд Кавендиш не войдёт в соответствующий возраст, чтобы вступить во владение имением.

То есть жить в глуши и забвении, дожидаясь, когда ей укажут на порог, да ещё воспринимать это, как особую милость? Видит Бог, у неё не было другого выхода!

- Я,- жалобно всхлипнула вдова, прикладывая платок к глазам,- боюсь оставаться одна в этом доме! Понимаете, здесь столько воспоминаний о моем дорогом супруге, что каждая вещь приносит мне страдание!

Лица сиятельных дам отразили сочувствие пополам с замешательством. И что делать в таком случае? Дать приют вдове? Но Иннин никогда не нравилась дамам семейства Тейлоров!

- Почему бы вам, дорогая,- наконец, неуверенно произнесла герцогиня,- не пожить пока в вашем лондонском доме?

- Лондонский дом Кавендишей,- решительно вмешался в разговор Мортланд,- отошёл, как часть наследства, к леди Лилиане!

- А разве она не будет рада обществу своей овдовевшей мачехи? - озадаченно нахмурила лоб леди Кетрин.

Лицо герцога оставалось бесстрастным, но можно представить, как он обрадовался этой дурацкой идее.

- Думаю, что каждой из леди будет полезно абстрагироваться от их общего горя и пожить отдельно!

- А я думаю, что мы будем поддержкой друг для друга... в общем горе! - живо возразила Инн.

- Вот видишь, дорогой,- удовлетворенно хмыкнула герцогиня,- всё само собой и решилось. Пусть вдовы вместе оплакивают свой траур, а мы будем им помогать... сочувствием и молитвами!

ЛОНДОН.

Лили меланхолично бродила по пустынным комнатам лондонского особняка. Ей было хотя и грустно, но печаль сменила былое отчаяние. Из родительской спальни ещё не выветрились запахи любимого саше матери, и она то и дело натыкалась на отцовские вещи. Зато ничего не напоминало о его второй жене, и уже одно это было приятно.

В какой-то момент все недоразумения между кузинами, накопившись, разом исчерпали запасы лояльности Лили, и она перестала обижаться и недоумевать. Теперь мысли об Иннин вызывали в ней глубокое неприятие и стойкое нежелание встречаться.

Весть о возвращении вдовы быстро распространилась среди родных и знакомых, и хотя она никого не принимала, в дом молчаливой чёрной вереницей потянулись соболезнующие родственницы. Двойная смерть мужа и отца смягчила мнение света об отбившейся от стада овечке из рода Кавендишей, и теперь Лили вызывала лишь жалость и сочувствие.

Надо сказать, что и молодая вдова с покорным смирением подставляла щеки под многочисленные поцелуи старых леди. Теперь за морщинистыми лицами и выцветшими глазами она угадывала боль потерь, разочарований и усталости.

Жизнь, вообще, печальная штука. Она состоит из смертей любимых людей, из предательства и одиночества. Что из того, что она моложе этих женщин? Состарилось её сердце! Разве красота и юность - залог счастья?

И только дети, её мальчики ещё что-то значили в этом мире. Но пока Мортланд не привез сыновей в Лондон, Лили была предоставлена сама себе.

Устроившись в доме, она первые дни энергично занималась обустройством комнат под детские, но потом её пыл иссяк, и женщина растерянно пыталась хоть чем-нибудь себя занять. Читать она не могла, шить то же - всё валилось из рук, и одолевали мрачные мысли.

Закутанную в траурную вуаль фигуру вдовы можно было увидеть неторопливо направлявшейся в собор св. Георгия. Она часами сидела на задней скамье величественного собора, но отнюдь не молилась. Именно в торжественной тишине храма ей лучше думалось. Лили вспоминала себя невестой у алтаря рядом с Томом, размышляла о своих отношениях с Мортландом, но лишь об одном она не могла думать - о смерти Майкла Дугласа. Чтобы избежать невыносимой боли, Лили закрыла в своем сердце всё, что было связано со вторым мужем. Закрыла, но отнюдь не забыла.

Зато здесь её заметили те, кто хорошо помнил незадачливую жену младшего Тейлора.

- Смотри, Лили Кавендиш, вся в чёрном!- ткнул своего приятеля в бок, прогуливающийся мимо паперти денди. - Неужели она все ещё тоскует по Тейлору, не смотря на то, что он её в грош не ставил?

- Ты многое пропустил приятель,- с усмешкой возразил собеседник,- красотка овдовела уже второй раз! Да и траур она носит по отцу!

- Второй раз? Ты не путаешь? И кем был её второй муж?

- Да кто знает? Леди Мальбрук говорила, что какой-то майор!

- Майор? После титула маркизы, унаследованного от Тейлора? И кто же она теперь?

Это был основной вопрос, занимающий всех знакомых. Кто теперь Лили? Имени неизвестного майора никто не знал!

На бесконечные вопросы многочисленные родственники Кавендишей только морщили лбы и решительно не могли, а, может, не пожелали вспомнить (скорее всего, так и было!), как звали покойного! Так и получилось, что Лили в глазах света невольно вернулась к фамилии Тейлор, и иначе её уже никто и не называл, даже когда дамы этого семейства, вернувшись в Лондон, сообщили о Майкле Дугласе. Это уже ничего не изменило.

- Она всё так же хороша?

- Трудно сказать - сквозь вуаль не видно! Но, судя по всему, так же незадачлива, как и прежде!

Этот обмен мнениями выражал общую точку зрения о вдове, сложившуюся в обществе. И Лили великодушно простили мезальянс, раз он закончился столь трагично.

МИССИС ГВИНН.

Никого так не была рада видеть Лили, как миссис Гвинн с младенцем на руках в сопровождении дородной кормилицы, и вереницы груженных вещами лакеев. Завершал шествие сам Мортланд в дорожном костюме.

Он терпеливо переждал объятия и поцелуи женщин, и только когда улыбающаяся Лили прижала к груди сверток с сыном, напомнил о себе:

- Всё, как я обещал, дорогая!

- Да, благодарю вас,- рассеянно кивнула головой женщина, целуя спящего младенца в лоб, - а когда вы привезете Алекса и Уилла?

Мортланд прикусил губу. Ему не хотелось расставаться с племянниками, но, похоже, другого выхода не было.

- В ближайшее же время! - туманно пообещал он.

Но Лили была настолько рада видеть своё семейство, что не особо обратила внимание на его слова, поспешив отнести спящего сына в детскую.

Когда улеглась первая суета с размещением, женщины остались одни.

- Дорогая Эвис, - растроганно всплакнула Лили,- вы не представляете, как мне вас не хватало!

- Я слышала, вы сильно болели? - тактично осведомилась компаньонка.

Её умные глаза сочувственно мерцали за стеклами очков, и вся она - от строгого чепчика на голове до аккуратных складок черной шерстяной юбки была воплощением надежности и долга.

Лили кратко и неохотно рассказала, о произошедшем в Кавендиш-холле. Немного помолчала и все-таки добавила про Иннин и Мортланда.

Миссис Гвинн долго думала, машинально перебирая руками ткань юбки.

- Вам нужно было вернуться в Брайтон! - тяжело вздохнула она. - Его светлость - сложный человек, и лучше бы не становиться между ним и леди Иннин!

- Мне не нужен ни один из них, - горячо возразила Лили,- и я не собираюсь лезть в их отношения!

- Но,- сухо улыбнулась Эвис,- они-то могут этого и не знать!

Лили нервно потерла предплечья. Её слегка знобило.

- Я знаю, что мне нужно держаться от этих людей подальше,- согласилась она,- но мальчики... Эвис! Мальчики!

В тишине комнаты, окрашенной багряным светом заката, сидели две женщины - поникшие в печали аккуратные чепцы, траурный цвет платьев. Строго тикали часы на камине, отсчитывая неумолимо бегущее время, стыл чай в фарфоровых чашках.

- Я осталась одна, Эвис, совсем одна! - наконец, тоскливо вздохнула Лили. - Всё так зыбко, ненадежно! Ни денег, ни будущего!

- Что вы, милая,- ласково коснулась её руки миссис Гвинн,- вы молоды, здоровы, у вас трое прекрасных сыновей и вся жизнь впереди! Много ли людей могут похвастаться хотя бы половиной того, что вы имеете? Да и..., чтобы не случилось, я вас не покину!

Вскоре Мортланд выполнил своё обещание и её семья, наконец-то, воссоединилась. Соскучившаяся по старшим сыновьям мать не могла нарадоваться на своих малышей. Жизнь постепенно налаживалась, заполненная обычными хлопотами и заботами, зачастую составляющими смысл жизни многих женщин.

В то утро Лили не выспалась, потому что провела тяжелую ночь. У малыша Майкла резались зубки, и они с Эвис крутились в детской возле капризничающего младенца, когда дворецкий объявил о прибытии леди Иннин Кавендиш.

Не смотря на усталость и головную боль, леди все-таки вышла в гостиную, недоумевая, зачем могла понадобиться родственнице.

Оказавшись наедине в доме, где часто играли детьми, троюродные сестры не сразу смогли заговорить, молча изучая друг друга, как противники на ринге, отмечая и усталые лица, и круги под глазами, и потухшие глаза.

- Зачем ты появилась, Иннин,- первой не выдержала Лили,- что тебе нужно?

И эта открытая недоброжелательность развеяла у Иннин последние сомнения в правильности задуманного.

- Я приехала к тебе, дорогая!

Хозяйке дома понадобилось несколько минут, чтобы овладеть своим голосом.

- Ко мне?

- Да! - жестко усмехнулась Иннин. - Ты ведь не откажешь в гостеприимстве нам с твоей сестрой?

- Это плохая идея, дорогая! - жестко сжала губы Лили.

- Но должна же я где-то жить! Нравится тебе это или нет, но ты моя единственная родственница!

Вот так складывается жизнь! Когда-то она обожала свою маленькую французскую кузину, а теперь ей было неприятно даже видеть это красивое надменное лицо. Но и от Иннин физически ощутимо исходила неприязнь к собеседнице.

- Зачем нам мучить друг друга, - прямо спросила Лили, не пожелав кривить душой,- чтобы ты имела возможность без помех крутить шашни с его светлостью?

Инн даже не стала выяснять, что она имеет в виду - её взбесил сам обвинительный тон кузины. Да кто бы упрекал?

- И меня обвиняет в "шашнях" женщина, обнимающаяся на глазах у всего света с любовником в садах Воксхолла?

- Что, - посерела Лили, сжав руки в кулаки,- что ты об этом знаешь?

Инн победно улыбнулась.

- А ты думала, что о твоих похождениях никто не подозревает?

Но Лили уже было не до обмена колкостями. Она вдруг вспомнила то, что болезнь и шок выбили из её головы - Калверт, Тони Калверт у трупа её отца!

Что он там делал?

- Да, дорогая,- рассеянно пробормотала она невпопад, уже не глядя на гостью,- можешь располагаться вместе с дочерью в любой удобной для вас комнате!

Спешно покинув комнату, она прошла в спальню и устало вытянулась на постели.

Память услужливо подбрасывала яркие картины, казалось, давно забытых событий. Вот она в грязном убогом заведении встречает удивительно привлекательного мужчину, а вот та комната, где она приобщилась к любви. А потом был тот самый маскарад!

Разбуженные воспоминания не желали утихомириваться. Крутящаяся в постели Лили встревожено воскрешала в памяти облик Тони. Иногда ей казалось, что не было ни Тома, ни Майкла, ни всей её запутанной, полной потерь и разочарований жизни, а иногда она чётко осознавала, что та - первая любовь бесследно канула в Лету, и, в общем-то, там ей и место.

Но присутствие Тони на месте убийства! Лили вновь и вновь возвращалась к тому дню, пыталась выбросить из головы подозрения, но они не оставляли её, с упорной настойчивостью заставляя задавать одни и те же вопросы. Почему он там оказался? Случайность ли это? И куда делся потом, после того, как она потеряла сознание?

Прямо скажем, в ту ночь ей так и не удалось уснуть. Да и последующие дни были не легче. Мысли о Калверте мучили её, как навязчивый кошмар, чтобы она не делала, и чем бы ни занималась. Бывали моменты, когда какие-нибудь домашние дела отвлекали её от мыслей об этом человеке, но потом те возвращались с новой силой.

Из поездки вернулся Мортланд, и первым делом навестил бывшую невестку и племянников.

Лили без особого интереса наблюдала, как он с увлечением возится с Алексом и Уиллом на ковре в детской. Его светлость обожал племянников и задаривал их подарками. Вот и сейчас они увлеченно играли деревянными, ярко раскрашенными солдатикам.

- Они сильно выросли!

- Да, - рассеянно согласилась Лили,- дети быстро растут!

Наблюдая за вознёй деверя с сыновьями, она вдруг пришла к простому выводу. Если кто и сможет ответить на все её вопросы, так это сам Тони Калверт. И пусть когда-то она выяснила, что данное имя принадлежит другому человеку, сам же он от этого факта не растворился бесследно! Рядом с ней сидела за рукоделием Иннин, пристрастно прислушиваясь к их разговору. Мортланду она дико мешала, а вот Лили, погруженная в свои думы, не обращала на вдовствующую мачеху никакого внимания.

ТОНИ КАЛВЕРТ.

Где искать Калверта? Хотя ещё сохранялась надежда найти дом, в который он когда-то привозил её. Может, Тони до сих пор там живет?

Но как его найти? Ведь каждый раз попадая в объятия возлюбленного, она не смотрела по сторонам и не интересовалась дорогой. Но зато Лили хорошо запомнила сам облик этого жилища, вплоть до выщербленных ступеней крыльца.

- Это, судя по всему, в Уайтчепеле,- делилась она с миссис Гвинн за вечерним чаем, пользуясь отсутствием Иннин, - если я поделю район на части и начну обследовать улицу за улицей, то рано или поздно найду этот дом! Он где-то в минутах десяти езды от приюта!

Эвис тяжело перевела дыхание, подливая в чашку кипяченых сливок. Она уже давно исчерпала все аргументы, чтобы отговорить Лили от этого опрометчивого шага. И теперь с безнадежной покорностью судьбе слушала её сетования.

- Уайтчепел - место опасное, грязное, заселенное людьми, плохо знающими, как вести себя с леди! - угрюмо заметила женщина. - Могут пройти годы, прежде чем вы найдете искомое место, и вполне может статься, что этот мистер давно съехал, а то и вовсе там не жил, а снимал помещение для интимных свиданий!

Сама мысль о том, что Эвис права, была неприятна Лили, поэтому она живо возразила:

- Но это последняя возможность его найти, я не могу ей пренебречь!

- А зачем искать этого... Калверта? Вполне возможно, что на месте убийства джентльмен оказался случайно! Приехал отдыхать, вышел прогуляться, а тут...

- И всё же я не найду покоя, пока не увижу его!

И она энергично взялась за претворение в жизнь этой безумной затеи.

Лили действительно поделила прилегающий к приюту район Уайтчепела на части и начала педантично обходить улицу за улицей. С трудом вырывая время из перегруженного домашними делами дня, женщина, тем не менее, упрямо шла к своей цели.

Труднее всего было скрыть истинный смысл этих отлучек от Иннин, но до поры до времени ей это удавалось.

Мортланд, как-то заехавший в неурочное время к племянникам, обнаружил, что Лили нет дома.

- Где же она? - удивился он. - Визитов из-за траура леди не делает, а для посещения лавок уже поздновато!

- Решила выехать - проветриться!- уклончиво ответила миссис Гвинн.

- В последнее время она полюбила гулять в это время, - едко заметила Иннин,- и никого с собой не берёт!

Странное время для прогулок! Но Мортланд не стал акцентировать внимание на этой причуде до тех пор, пока заехав через неделю ближе к вечеру, вновь не застал дома хозяйки.

- Вновь прогуливается?!

Иннин и миссис Гвинн переглянулись.

- Да!

Мортланд пристально вгляделся в их смущенные лица.

- Куда она направилась, миссис Гвинн?

- Не знаю!

У герцога противно засосало под ложечкой. Однажды Лили уже нашла себе мужа до окончания траура, и, как знать, нет ли здесь очередного соперника? Да, Мортланд крепко держал её за горло при помощи племянников, но кто знает, на что толкнет эту сумасбродку новое увлечение?

- У неё появился поклонник? - прямо спросил он, и с облегчением увидел, каким возмущением искажается лицо компаньонки.

Да и Иннин язвительно рассмеялась.

- Ваши инсинуации оскорбительны для леди Лилианы! - взвилась миссис Гвинн. - Не прошло и года со смерти майора!

Можно подумать, что в прошлый раз её это остановило! Она напрочь забыла про Тома, стоило только появиться чертову Дугласу. Но вслух Мортланд этого говорить не стал, прекрасно понимая, что миссис Гвинн и Иннин вряд ли с пониманием отнесутся к его опасениям. Он сделал проще - когда на следующий день Лили выехала по своим делам, за ней тронулся неприметный экипаж с нанятым герцогом соглядатаем.

Этим же вечером, собираясь в клуб, его светлость ознакомился с результатами слежки.

По мере слов сыщика его лицо всё более и более вытягивалось.

- Вы хотите сказать, что миледи во время своих поездок посещает Уайтчепел? Что же она там делает?

- Миледи просто ходит по улицам и внимательно осматривает дома на своем пути!

- Может, она с кем-нибудь разговаривает? Или кого-то ищет?

- Нет, ваша светлость! Молчаливо, ни с кем не общаясь, деловито обходит улицу за улицей! Когда начало смеркаться, она села в следующий за ней экипаж и вернулась домой!

Мортланду расхотелось ехать в клуб. Отпустив сыщика, он растерянно опустился на подушки материнского кресла и нечаянно придавил её пуделя Шнеля. Тот обиженно завизжал, с усилием вырываясь, но герцог только слабо чертыхнулся, высвобождая придавленного пса. Он пытался сообразить, что происходит, но....

- Лили нужно заставить покинуть Лондон,- наконец, пришел к выводу джентльмен,- пока она опять не нарвалась на какие-нибудь неприятности! Надо отправить её... в Сеттенфорд, например!

ЛИЛИ.

Лили стояла перед дверью того самого дома, когда-то бывшего приютом её любви.

Женщина нашла его случайно, уже собираясь уезжать восвояси, после очередных часов бесцельного блуждания в путанице грязных улочек Уайтчепела. Устало забравшись в экипаж, перед тем как грум закрыл за ней дверь, Лили рассеянно кинула взгляд в сторону и...

Она бы узнала этот зажатый между домами особнячок из тысячи. За время поисков он ей не раз снился во сне, и вот, наконец-то! Облупившаяся штукатурка, грязные стекла окон. Дом выглядел заброшенным, и у Лили зародились опасения, что все её труды напрасны. Робко поднявшись по ступеням, она позвонила в колокольчик, но тишина по ту сторону двери была таковой, какая бывает только в давно покинутом жилище, и даже здесь - на крыльце ощущался запах пыли и запустения.

Расстроенная и разочарованная Лили растерянно оглядывала расстилающуюся перед ней улицу, не зная, что ей делать дальше. Конечно, надо было возвращаться домой - стремительно темнело, но ей страшно было уходить, как будто находясь возле этого дома, она ещё сохраняла какую-то связь с его бывшим владельцем.

Женщина и сама не понимала, чего ждала, но... дождалась! Неизвестно из какой подворотни выползла эта согбенная нищая старуха, но остановилась она напротив крыльца.

- Что здесь ищет миссис?

Лили не видела в сумерках лица говорившей, да оно ещё вдобавок было спрятано под полями замызганной старой шляпы.

Сердце нашей героини жарко встрепенулось.

- Я ищу мистера Тони Калверта,- быстро заговорила она,- он жил здесь, когда-то!

Но нищенка только отрицательно качнула головой.

- Не знаю такого, миссис!

И отвернувшись, она, как ни в чем не бывало, вновь тронулась в путь, по каким-то своим делам. Лили с ужасом поняла, что вместе с ней исчезает и последняя надежда, что-либо выяснить.

- Такой высокий, светловолосый джентльмен! Очень красивый! - воззвала она к уходящей.

Но та продолжала ковылять дальше.

- У меня есть деньги! - наконец, в отчаянии крикнула Лили.

И старуха тот час обернулась, красноречиво вытянув руку в драной перчатке. Лили торопливо сунула в неё шиллинг.

Бабка полюбовалась на монету и засунула её куда-то вглубь изорванной накидки.

- Мало! Такие сведения стоят дороже!

Лили удивилась, но все-таки добавила ещё шиллинг.

- Ищите в трактире " Свинья и свистулька" - там отвечают на вопросы женщин, подобных вам!

- Подобных мне?

- Знатных леди! Даже если вы и не расфуфырились в пух и прах, это никого не обманет! Лису под куриными перьями всё равно заметно!

Стало ещё не понятнее.

- А кто отвечает?

- Есть там один джентльмен! У него много имен - не знаю, на какое он откликнется!

- И его разыскивают многие знатные леди?

- Многие, не многие,- нетерпеливо отмахнулась бабка,- но ищут!

- Зачем?

Но старуха уже возобновила свой путь.

- У каждого свое дело,- буркнула она на прощание,- и не мне в них путаться, если хочу умереть своей смертью! Всё это проделки дьявола!

Лили стало ясно, что больше ей ничего не скажут. Но, уже трясясь по камням мостовой в экипаже, она вдруг сообразила, что нищенка не сказала ей, где расположена эта "Свинья и свистулька". И хотя леди её круга не посещали трактиров, женщина хорошо представляла, сколько их может быть в таком городе, как Лондон! Неужели ей вновь предстоит бесконечное блуждание среди грязных улиц?

- Только не это? - в отчаянии простонала она. - Я не могу вечно слоняться по злачным местам Лондона!

Но, не смотря на все трудности, Лили твердо знала, что дойдет до конца в своих поисках, даже если ей придется искать всю жизнь.

Утром миссис Гвинн и Лили принялись за сортировку детского белья. Нужно было составить списки необходимого - дети быстро росли, а когда их трое, то матери всегда есть о чем позаботиться.

- Это ещё может пригодиться,- Эвис отложила в сторону детские пеленки, из которых вырос Майкл,- как знать, может, у вас ещё будут дети!

- Нет, я больше никогда не выйду замуж, - Лили перекладывала белье засушенными веточками лаванды,- любимых слишком больно терять! В моём сердце уже нет живого места!

Миссис Гвинн не стала спорить, рассудив, что время всё расставит по своим местам.

- Вы нашли, что искали?

Вечером они перекинулись всего несколькими словами - молодая женщина падала с ног от усталости!

- Да, - неохотно ответила Лили,- но тот дом оказался необитаем.

У Эвис от радости, что эта безумная эскапада осталась позади, вырвался облегченный вздох.

- Слава Всевышнему, вы, наконец-то, успокоитесь и прекратите ваши опасные вылазки!

Лили раздраженно нахмурилась.

- Что там было опасного, если меня постоянно сопровождали слуги? Но дело даже не в этом! Когда я уже потеряла всякую надежду, ко мне подошла нищенка и за небольшое вознаграждение рассказала, что есть человек, который может мне помочь!

Миссис Гвинн так и замерла со стопкой белья в руках.

- И что, - со страхом спросила она,- вы намереваетесь делать?

- Буду продолжать поиски!- пожала плечами Лили, раскладывая одежду по ящикам комода.

Эти слова невольно услышала входящая в комнату Иннин.

До неё уже давно дошло, что кузина рыщет вечерами в поисках какого-то человека. Осторожно порасспросив кучера и грумов, вдова узнала, что Лили почти месяц бродит по Уайтчепелу - нищему району проституток и воров.

И она решила свой лад немного подшутить над сестрицей. Зло, мерзко, подло, но Морланд всё это время постоянно навещал Лили и племянников, и у Иннин сдали нервы. Пусть сестрица пообщается с дьяволом, погубившим когда-то её собственную душу - Лили это будет полезно. Бисби моментально поставит её на место и надолго собьет спесь!

- Если нужно кого-то найти, - сухо усмехнулась она,- то я случайно слышала об одном человеке - зовут его Бисби! Говорят, этот невероятно осведомленный джентльмен обитает в доках, в каком-то злачном трактире... "Свинья и свистулька", кажется!

Услышав про доки, миссис Гвинн всерьёз рассердилась, что с ней бывало не часто.

- В доках страшно появляться любому порядочному человеку, не то, что молодой леди! Там обитают одни бродяги и преступники!

А вот Лили, наоборот, заинтересовали слова кузины. Уж не та ли это "Свинья и свистулька", о которой ей говорила нищенка?

- Его светлость, герцог Мортландский, миледи! - объявил дворецкий, прервав их разговор.

Делать нечего! Дамы быстро поправили воротнички и чепчики и направились в гостиную к ожидавшему гостю.

Мортланд церемонно поклонился, задержав взгляд на оживлённом лице невестки, и нехорошие предчувствия сжали его сердце. Уж лучше бы она была по-прежнему печальной и подавленной. Что ж, нельзя было терять ни минуты!

- Весна! - перешел он прямо к делу. - Начинается лондонский сезон, а вы - вдовы. Лучше увезти мальчиков в деревню, на простор и приволье!

Лили удивленно вздернула брови.

- Я живу в Лондоне только потому, что так пожелали вы! - напомнила она.

- Да-да,- нетерпеливо согласился герцог,- я помню, и очень благодарен вам за это! Предлагаю, сегодня же начать сборы и как можно быстрее уехать в Сеттенфорд.

Итак, её останавливали в шаге от цели! Лили это сразу же поняла, хотя оснований подозревать Мортланда у неё вроде бы не было. Но теперь она стала мудрее, и не воспротивилась открыто.

- Да, - согласилась женщина,- ваша светлость абсолютно правы! Мальчиков действительно нужно вывезти в деревню, но... немного погодя. У Майкла режутся зубы и держится жар, я не могу сейчас подвергать малыша тяготам пути!

Мортланд раздраженно сжал губы, но сдержался. Выиграть битву в первого захода не удалось, но нельзя было опускать руки.

- Я заезжал на днях во второй половине дня,- зашел он с другой стороны,- и не застал вас дома! Миссис Гвинн сказала мне, что вы совершали прогулку?

- Да,- качнула головой Лили,- я отвозила ненужные детские вещи в тот самый приют, которым управляет наш старый знакомый - мистер Калверт!

Дался ей этот зануда Калверт! Но если речь идёт о Калверте.... Уж не Тейта ли разыскивает всё это время Лили? У Мортланда даже пот на висках выступил - только не это!

В своё время его светлость не задался вопросом, где невестка познакомилась с Алексом. Тейт был человеком светским, и хотя посещал далеко не все дома знати, всё же не составляло труда встретить его на каком-нибудь приеме. Наверное, на одном из них Лили с ним и столкнулась! Но тогда..., зачем было его разыскивать в самом сердце Уайтчепела?

- И всё же, - посоветовал он в конце визита,- начинайте сборы в дорогу! Я хочу сам сопровождать вас до Сеттенфорда!

Рано утром следующего дня, когда Лили ещё только сидела на краю кровати, напяливая чулки, в комнату ворвалась горничная с кувшином подогретой воды.

- Там...,- задыхаясь сообщила она,- его светлость приехали!

Изумленная Лили кое-как причесалась и, натянув платье, спустилась вниз. У дверей гостиной она столкнулась с такой же взволнованной Эвис. Та, правда, давно уже была на ногах, поэтому воротничок её платья был в идеальном порядке.

Герцог нетерпеливо расхаживал по комнате. Увидев на пороге ошеломленных женщин, он отрывисто объявил:

- Вчера в районе доков был выявлен случай холеры! Если вы хотите остаться, то я вас принудить покинуть Лондон не могу, но племянников увезу сегодня же!

Шантаж Мортланд не считал грехом, и охотно и часто им пользовался. Лили уже к этому привыкла.

- Мы идем собирать вещи!- холодно заявила она, и вышла из комнаты.

Миссис Гвинн смущенно попыталась смягчить ситуацию.

- Вряд ли мы сможем так быстро собраться, - пояснила она резкость Лили. - Не думаете же вы выехать из Лондона поздно вечером?

Но герцог всю ночь без сна крутился в постели, и не собирался искать компромиссы.

- Я приехал так рано не для того, чтобы провести весь день в ожиданиях! Если вы поторопитесь, то мы сможем выехать уже во второй половине дня!

У почтенной дамы округлились глаза.

- Вы собираетесь...

- Да! - рявкнул герцог таким тоном, что Эвис моментально выскочила из комнаты.

Мортланд же приказал подать себе завтрак и, вытянувшись в кресле, приготовился терпеливо ждать. Плевать он хотел на то, что думала о нем сейчас Лили, главное, что уже к вечеру расстояние между ней и Алексом начнет неуклонно увеличиваться. Герцог решил сделать всё, чтобы Лили не возвратилась в Лондон в ближайшие несколько лет, но... он плохо знал свою свояченицу.

- Ах, так, - шипела Лили, зло укладывая в сундуки детские и свои вещи,- ладно! Посмотрим, как тебе удастся меня остановить!

Благодаря беспрецедентному по жесткости нажиму Мортланда, они действительно оказались в экипажах вместе с детьми, няньками и слугами, а так же необходимыми вещами уже во второй половине дня. Основной же обоз с сундуками должен был тронуться вслед за ними только на следующий день, но итак кавалькада получилась внушительной.

План действий уже чётко сложился у Лили в голове - нужно было только избавиться от докучной опеки Эдвина, но для этого необходимо, чтобы он ни о чём не догадался.

Всю дорогу невестка пыталась убедить герцога, что смирилась с его решением. Впрочем, это было нетрудно.

- Конный завод был мечтой Тома,- оживленно вцепился в возможность добиться своего и Мортланд,- вы в свое время приложили немало сил, чтобы поставить дело на ноги. Я долго думал и решил вернуть вам поместье. Уверен, что вы осуществите желание моего покойного брата и выведите породу сеттенфордских скакунов.

Глаза вдовы моментально засветились энтузиазмом. После сыновей, лошади были её самой большой страстью.

Лили, вообще-то, не имела ничего ни против жизни в деревне, и часто тосковала по своим любимым скакунам, если бы... если бы не поиски "Свистка и свистульки".

И почему бы не попытаться вывести новую породу сеттенфордских скакунов после того, как она встретится с таинственным Бисби? В деревне всегда есть чем заняться и куда пойти без пристального внимания сонма светских бездельников. И главное, в Сеттенфорде не будет Иннин! Мачеха вроде бы пожелала остановиться в гораздо более удобном Кавендиш-холле.

ВСТРЕЧА.

По прибытии в Сеттенфорд Мортланд активно занялся обустройством жизни вдовы и племянников, даже не помышляя об отъезде. Ему нравилось заботиться о свояченице и племянниках, хотя между ними уже не было тех доверительных отношений, что установились до появления в их жизни Дугласа.

С первых же часов пребывания в поместье Лили забралась в конюшню, проводя среди лошадей всё свое свободное время и почти полностью игнорируя его присутствие. Вечером же в гостиной между ними сидела миссис Гвинн, и хотя почтенная дама говорила мало, тем не менее, всё очарование пребывания рядом с прекрасной вдовой исчезло без следа. Да и сама Лили казалась ему беспокойной, углубленной в свои мысли и усталой, и в ней ничего не осталось от той прелестной сибаритки, чьи золотые волосы и безмятежные глаза будили в нём туманные, ласкающие воображение мечты. Они говорили о племянниках, лошадях, докладах управляющего, и ещё Бог знает о чём, очень далеком от любовного антуража, как будто Мортланд приходился Лили братом, а не деверем.

Может, всё бы со временем и наладилось, но в дело вмешались обстоятельства.

В начале июня Мортланд получил письмо от матери. В нём родительница напоминала о начале лондонского сезона и уныло осведомлялась, когда же он, наконец-то, вспомнит, что его семья состоит не только из вдов и сирот, но и из пожилых женщин, нуждающихся в заботе и внимании. Мало того, сиятельная дама прямо указывала сыну на недопустимость его столь долгого пребывания в доме вдовы.

Как не кривился и не морщился герцог, вчитываясь в затейливую вязь материнских вокабул, он с тяжелым вздохом признал их основательность.

Ах, если бы кто-нибудь знал, с какой неохотой, буквально переступая через себя, покидал он Сеттенфорд. Каждый раз, стоило ему оставить Лили в одиночестве, как с ней происходили неприятности, и Мортланд испытывал самый настоящий страх, целуя на прощание женщине руку.

- Лили, - не выдержал он гнетущей тревоги,- прошу вас, не покидайте Сеттенфорда!

- О чем вы, ваша светлость? - вдова изумленно вскинула глаза на отъезжающего. - Я вовсе не собираюсь выступать на скачках с препятствиями или вплавь пересечь Ла-Манш! Успокойтесь! Встретимся осенью, приезжайте на охоту. Основной траур к тому времени закончится...

Проводив экипаж, женщина ещё некоторое время постояла на дороге, взирая на клубящуюся пыль. Она так долго сдерживала себя, дожидаясь отъезда герцога, что должна бы испытать облегчение, но этого почему-то не происходило. Наоборот, именно в тот момент, когда появилась возможность исполнить задуманное, Лили почувствовала неожиданную робость и сомнения в разумности своих замыслов. За два прошедших месяца её нетерпеливое желание увидеть Калверта и закончить эту историю значительно убавилось.

- Эта затея ни к чему не приведёт, - к тому же не оставляла попыток разубедить её миссис Гвинн, - и если даже этот Бисби и найдет того джентльмена, что представлялся Калвертом, то вряд ли тот ответит на все ваши вопросы! Так зачем будить спящую собаку?

Умница Эвис, как всегда была права, и Лили сама стала склоняться к этой точке зрения. Горячка сумасшедших дней поисков прошла и ей, что греха таить, не хотелось вновь окунаться в смрад улиц лондонского дна и встречаться со всяким отрепьем, но... Майкла и отца убили, и этому должна была быть причина, и если появился хоть один шанс это выяснить, она не может его упустить.

- Я не найду покоя, если не доведу это дело до конца, чтобы не ждало меня в конце пути!

Женщина тщательно и не торопясь собрала саквояж со всем необходимым. Перецеловала и перекрестила детей и села в экипаж.

- Лили, прошу вас! - взмолилась в последней попытке остановить её миссис Гвинн.- Подумайте о сыновьях!

- Бог с вами, дорогая! - сквозь слезы улыбнулась Лили. - Я вернусь, самое большое, через неделю!

- Хотя бы не ходите туда одна, возьмите лакея посильнее!

- Без Джона не сделаю и шагу!

В лондонском доме Кавендишей хозяйку не ждали, и хочешь - не хочешь, пришлось давать объяснения дворецкому, а то, как знать, он мог сообщить о её приезде и Мортланду.

- Я приехала на пару дней для консультации с доктором Николсоном, поэтому хочу оставить мой приезд втайне от знакомых. Прикажите прислуге держать язык за зубами!

- Ваша милость страдает болями в груди?

Зимой Лили, действительно, мучилась кашлем и болями в груди, но с исчезновением холодов, исчезла и простуда, но говорить об этом сейчас она не пожелала.

- Да, я неважно себя чувствую!

Первый день после приезда она провела в постели, демонстрируя усталость и плохое самочувствие, но на самом деле собираясь с мужеством завершить задуманное. Никогда ещё Лили не была так близка к цели, но ей очень не хотелось забираться в доки.

- Хватит,- в конце концов, сурово призвала она себя к порядку,- я обещала Эвис вернуться как можно скорее. Нет толку затягивать эту встречу!

- Джон,- вызвала она к себе доверенного лакея,- отправляйся в доки и узнай, на территории которого из них расположен трактир "Свинья и свистулька"?

У Джона от изумления округлились глаза, но, крепко сжав в руках шиллинг, он отправился в указанном направлении, а Иннин пригласила доктора Николса. Тот порядком удивился, завидев пациентку, но радость - единственное чувство, которое он позволял себе выказывать при виде клиентов.

- Миледи здорова,- вынес он вердикт, осмотрев женщину, - немного учащенный пульс, но это бывает...

Лили машинально покивала головой. Она и без того знала, почему у неё так бьется сердце, а когда эскулап уехал, вызвала Джона.

- Да, миледи! Такой трактир находится на территории "Вест-Индийского" дока.

- Джон, мне по делам благотворительности нужно побывать в этом районе. Ты будешь меня сопровождать! Покажешь кучеру, куда ехать.

- Слушаюсь, миледи,- поклонился тот, озадаченно гадая, что забыла его хозяйка в таком месте.

Лили, на всякий случай, приказала приготовить на кухне корзину всякой снеди и велела поместить её в экипаж.

- Всё, можно трогаться!

Надо сказать, что у каждого из лондонских доков была своя специализация. "Вест-Индия" в своё время была отстроена английским купцом и судовладельцем Робертом Миллиганом. Она занималась сахаром, ромом и кофе с плантаций Ямайки и Карибских островов.

Они проехали совсем немного, когда лакей вновь заглянул в карету.

- Простите миледи, но дальше придется идти пешком. Все забито складами и проходы для нашего экипажа слишком узки!

Действительно, вдоль берега располагалось огромное количество складов, а в реку выдавалось множество пирсов и пристаней.

Делать нечего. Лили осторожно приподняла юбки и ступила на пропахшую гнилью, рыбой и пряностями улицу. Под ботинками весьма неприятно расползлась какая-то тухлятина, заставившая её сунуть нос в надушенный платок.

Такого контраста убогости и богатства ей ещё не приходилось наблюдать. С одной стороны, вдоль дороги возвышались склады с терриконами ящиков с экзотическими товарами, мешками с сахаром и прочей снедью, с другой - такого количества мусора, отбросов и подозрительного вида бродяг не было больше нигде.

"Куда меня несет?" - в панике думала Лили, пробираясь через этот диковинный мир к своей цели. И если бы не вышагивающий за её спиной громила лакей, она бы, наверное, ретировалась в страхе восвояси. Но волокущий бесполезную корзину Джон придавал трусящей хозяйке уверенности.

Искомый паб приютился в одном из тупичков, зажатый между глухими стенами складов. Это был один из множества пабов, который облюбовали докеры для своей биржи. Каждое утро работяги набивались в "Свинью и свистульку" в ожидании подряда на разгрузку кораблей с товарами.

Но в этот час народу в нём было немного - несколько докеров жевали еду за столами, да пара джентльменов неожиданно приличного вида, что-то деловито обсуждали в углу. При виде вошедшей дамы с лакеем, все обернулись в её сторону.

Лили передернуло от этого повышенного внимания, и она пониже опустила на лицо кромку траурной вуали, присев за ближайший к двери массивный стол. Из-за стойки к ней, не торопясь, выдвинулся плотный низенький трактирщик.

- Что пожелает леди? - почтительно склонил он лысеющую голову.

Лили нервно глянула на вытянувшегося неподалеку в молчаливом негодовании Джона и тихо вымолвила:

- Я ищу Бисби!

Она произнесла это, едва шевельнув губами, но судя по всему, её поняли, потому что трактирщик согласно качнул головой.

- Сэм,- крикнул он куда-то в сторону кухни,- проводи даму!

В зале появился мальчишка лет десяти и весьма замурзанного вида, но, судя по смышленым глазам, довольно бойкий.

- Пойдемте, леди! - предложил он, выходя из трактира.

Лили нервно поправила юбки и покорно покинула заведение вслед за провожатым, но когда Джон направился вслед за хозяйкой, дорогу ему неожиданно преградил один из докеров.

- Стой, парень, - ткнул он ему в бок чем-то острым,- тебе туда нельзя!

И хотя Джон был немалой физической силы, он замер, потому что нет толку махать кулаками, когда тебе в живот упирается хорошо отточенный нож.

А сама Лили даже не заметила, что лишилась прикрытия. Она настолько волновалась, настолько боялась отстать от провожатого, что попросту забыла про слугу. Мальчишка быстро мчался только ему ведомыми путями, скользя между штабелями ящиков и досок и мало думая о том, что даме с пышными юбками довольно тяжело следовать за ним. Лили совсем запыхалась, когда он привел её к заваленным тюками задворкам какой-то убогой конторы.

- Поднимитесь по лестнице на второй этаж,- кратко пояснил Сэм, презрительно сплюнув в сторону,- там он и будет! А нет, так подождете...

Крутая лестница явно черного хода подозрительно скрипела, когда Лили опасливо поднималась к единственной низенькой двери на маленькой площадке. Прочитав про себя молитву, она осторожно постучалась.

Прошло совсем немного времени, и ей открыли. Женщина испуганно глянула в лицо открывшего мужчины - пожилого, морщинистого старика.

- Леди? - оценивающе оглядел он гостью. - Вам кого?

- Бисби! - едва шевельнула она губами.

- Вам придется подождать!

Мгновенное облегчение сменилось разочарованием. Лили покорно зашла вслед за провожатым в заваленное бухгалтерскими книгами помещение.

- Посидите здесь, леди! - мужчина указал ей на лавку у стены.

- Как долго? - осведомилась она, смиренно усаживаясь на указанное место.

- Это уж как Бог даст! Но если у вас нужда, то дождетесь, а если нет, то уходите - никто не держит!

Исчерпывающий ответ, исключающий дальнейшие расспросы. И Лили не оставалось ничего, как молчаливо пялиться на заваленный бумагами стол отсутствующего хозяина. Где-то неподалеку находились люди. Она слышала неясные голоса, но в самой конторе царила дремотная тишина. Всю ночь не спавшая и нервничавшая женщина обессилено притулилась к спинке неудобной лавки и как-то незаметно для себя задремала.

Сон ей снился странный - Лили привиделся Тони, протягивающий тарелку с поджаренной яичницей с беконом. Видение было настолько ярким, что она почувствовала тот самый, казалось, давно забытый запах. Он защекотал ноздри, Лили изумленно вздрогнула и проснулась.

- Ты, наверное, проголодалась, любимая?!

На край стола была накинута салфетка, на которой благоухала содержимым тарелка. А возле неё стоял, улыбающийся Тони. Без сюртука, в одной рубашке с закатанными рукавами и развязанным шейным платком он показался ей продолжением сна, а не реально существующим человеком.

- Тони?- изумленно выдохнула она, в панике пытаясь понять сон это или явь.

- Вообще-то, меня зовут Алекс, Алекс Тейт! - ответил тот. - Ешьте, а то остынет! Яичница с поджаренным хлебом и беконом - единственное блюдо, которое всегда у меня получалось безукоризненно.

Нет, похоже, это не сон! Лили невольно сглотнула слюну и в растерянности глянула на бывшего любовника.

- Значит, ты и есть Бисби?

- Давай, ты все-таки сначала поешь,- в ответ невозмутимо ответил тот,- а потом мы поговорим!

- Я не хочу! - слабо запротестовала она.

Но в ответ услышала жёсткое:

- Иначе разговор не получится!

Странно складывалась эта встреча. Вместо того, чтобы прямо спросить бывшего любовника про Брайтон, Лили покорно, не чувствуя вкуса, жевала яичницу, машинально открывая и закрывая рот, и в голове у неё было пусто.

Тони или как он назвал себя теперь - Алекс внимательно наблюдал за гостьей, присев на край стола.

- Пей! - поставил он перед ней бокал с вином, когда тарелка опустела.

Лили настороженно подняла глаза на Тейта. Она не понимала, что происходит, но внутри всё более и более нарастала гнетущая тревога.

- Зачем?

Алекс улыбнулся непонятной улыбкой. Лили даже вздрогнула при её виде, настолько много заветных и дорогих воспоминаний навеял этот своеобразный изгиб губ. Только теперь она окончательно поверила, что перед ней её потерянный когда-то возлюбленный.

- После бекона всегда хочется пить!

Завороженная бархатистым мерцанием знакомых глаз, Лили безропотно поднесла кубок к губам, глотнула раз, другой...

Комната поплыла перед глазами, затягиваемая в черную пелену.

- Тони..., что это..., зачем? - только и смогла вымолвить Лили, прежде чем потерять сознание.

Очнулась она в постели. Судорожно нащупав простыни, женщина облегченно вздохнула и расслабилась. Так и есть - ей все это приснилось! И трактир, и Тони, и яичница..., вот только почему-то мучительно раскалывалась голова.

Простонав от пронзающей виски боли, Лили с трудом раскрыла глаза и уставилась в полотняный полог постели. И тут же испуганно подскочила - это была не её спальня!

- Где я?

Полог зашевелился, и в его проеме показался Т..., нет, Алекс!

- Проснулась, любовь моя?

- Где я? - только и нашлась, что тупо повторить Лили.

Алекс уселся на край кровати.

- Там, где мы сможем без помех поговорить. Ты ведь за этим меня искала? Или, быть может, моя возлюбленная вспомнила все клятвы в вечной любви и верности, которыми засыпала меня когда-то?

Упрек достиг своей цели. Покрасневшая Лили виновато заглянула в склонившееся над ней лицо. Лицо, которое часто снилось ей во сне, которое она когда-то так любила, что до сих пор было больно видеть карие глаза, твердый подбородок, золотистые волосы.

- Почему ты тогда так внезапно исчез, оставив меня совсем одну?- наконец, тихо спросила она.

- Вокруг тебя было много людей!

- Я ждала ребёнка! Ты не представляешь, какой ужас мне пришлось пережить, ожидая разоблачения!

- Всё закончилось хорошо?

- Да, но...

- Любимая, нет никакого смысла вспоминать о том, что так и не произошло! Зачем тебе понадобился Бисби?

Лили села на постели, массируя пальцами ноющие виски. Ей хотелось плакать и от боли, и от острого разочарования.

- Чем ты меня напоил? - всхлипнула она.

- Ты не ответила на мой вопрос? Зачем тебе понадобился Бисби? Кто тебе его рекомендовал и для каких дел?

Когда-то она мечтала, что встретившись, они заключат друг друга в объятиях и больше никогда не разомкнут рук, а на деле получился суровый допрос. И допрашивает он, а не она!

- Я искала Бисби,- честно ответила Лили, - чтобы найти тебя?

По губам Алекса пробежала легкая усмешка.

- Не могу сказать, любовь моя, что ты слишком торопилась! Прошло несколько лет, как мы расстались, и, честно говоря, я перестал даже надеяться, что ты когда-нибудь вспомнишь обо мне! Так что же случилось? Зачем я тебе понадобился?

Лили смятенно опустила глаза. О, какой трудный разговор! И ничего не лезет в голову путного, чтобы отвечать на столь иезуитски поставленные вопросы. Оставалась только правда, какой бы неудобной она не была.

- Брайтон! Вы оказались рядом в тот момент, когда...

Она не смогла договорить до конца, прикусив губу, чтобы из глаз не брызнули слёзы.

Тейт равнодушно пожал плечами.

- Случайность! Приехал отдохнуть, вышел пройтись..., а тут такое!

То же самое говорила ей и миссис Гвинн, и получается, что она провела время в абсолютно бесцельных поисках, но... всё-таки нашла Алекса.

- Кто тебе рассказал о Бисби?

- У меня есть французская кузина - леди Иннин, и когда-то мы были дружны! Но потом она вышла замуж...

- Я знаком с леди Иннин Кавендиш, - холодно перебил её Тейт,- и довольно близко! И что же конкретно сказала леди Иннин?

- Дала этот адрес, и назвала имя - Бисби!- Лили нервно всхлипнула. - Я надеялась, что ты что-то знаешь об убийстве Майкла и отца. Ты же находился совсем рядом!

Алекс нежно поцеловал ей руку.

- Я любил тебя все эти годы! И всегда находился рядом. Я видел убийцу твоего мужа, а вот лорд Кавендиш погиб случайно!

- Но почему убили Дугласа?

- Какая разница? Главное, что человека больше нет! Может, майор кого-то выводил из себя?!

Резким жестом он вздернул за подбородок её залитое слезами лицо на уровень своих глаз.

- Как, по-твоему, любимая, мог этот человек вывести меня из себя настолько, что мне бы захотелось его убить?

Их взгляды встретились, и несчастную женщину пронизал озноб при виде ледяной ярости, полыхающей в его глазах.

- Ты предала меня! Ты предала любовь, которая когда-то связывала нас!

- Но,- в отчаянии растерялась она,- но..., ты исчез!

- Тейлор был твоим мужем,- жестко пояснил Тейт,- с Дугласом же ты изменила нам обоим!

- Но, Тони...

- Нет, дорогая, ты потеряла право называть меня этим именем - теперь я для тебя Бисби! Человек, которому вполне по силам и убить соперника, и уничтожить все воспоминания о нём!

Они сидели друг против друга и ссорились, но Лили физически ощущала, что эти злые упреки и угрозы, вместо того, чтобы отталкивать и пугать, наоборот, притягивают её к этому человеку, сближают их!

- Тони! - с новым потоком слез бросилась она ему на шею. - Я совсем запуталась! Ничего не понимаю! Ты исчез, а Тейлор меня постоянно обманывал, и я теряла голову, не зная, как разобраться, когда он лжет, а когда говорит правду! Я старалась, всё время старалась стать Тому хорошей женой! И вот он погиб, и я искренне оплакивала его! Я попробовала начать всё вновь с Майклом, но ничего не изменилось! Иннин ненавидела, Мортланд шантажировал, отец отказался со мной общаться! И со смертью мужа и отца тоже ничего не изменилось! Я одна, совсем одна! Всего боюсь! И того, что Мортланд отнимет детей, и того, что злоба Иннин принесет мне новое несчастье. И главное, не понимаю, что происходит?

Лили выкрикивала всё это в запале. Её колотило и трясло в такой истерике, что ходуном ходили руки, и сознание почти меркло.

- И вот ещё и ты,- горько задохнулась несчастная женщина,- человек, которого я боготворила, как живого Бога, заявляешь, что мог бы убить моего мужа! Зачем?

В этот момент Тейт обхватил бьющуюся в конвульсиях любовницу руками и крепко сжал, согревая жаром тела.

- Что? Что опять происходит? - уже тише всхлипнула она в живое тепло груди,- скажи мне? Я знаю, что недостаточно умна, чтобы это понять!

Тейт осторожно вытер слезы с её щек, и легко погладил по голове.

- Что ты, любовь моя! У тебя светлая головка, но ты обладаешь не свойственным дамам высшего света достоинством - не любишь совать нос в чужие дела! Неужели, любовь моя, ты никогда не замечала особого интереса к своей персоне со стороны его светлости?

Щеки женщины окрасились нервным румянцем, и она зябко обхватила плечи руками. В комнате было довольно прохладно, не смотря на отделявший собеседников от всего помещения плотный полог.

- Замечала! Но здесь всё довольно запутано! В свое время Мортланд пренебрег мною, но уж так сложилось, что в дальнейшем наши жизненные пути расходились редко. Его особое внимание иногда мне льстило, иногда мешало жить, но мы никогда не переступали черты, отделяющей родственников от любовников! Мне кажется, что он волочится за мной больше по привычке ухаживать за красивой женщиной, чем по велению сердца.

Тейт хмуро усмехнулся каким-то своим мыслям и, больше ни слова не говоря, стал расстегивать пуговицы на её кофте. Лили задохнулась от волнения, растерянно наблюдая за тем, как быстро и ловко действуют его пальцы.

- Тон... Алекс,- отвела она в сторону смятенные глаза,- я..., но..., как я могу...?

Тейт легко поцеловал её в лоб, деловито освобождая плечи от кофты и занявшись уже пуговицами на платье.

- Ах, Лили,- покровительственно вздохнул он,- женщины редко мыслят логично, да хранит вас Господь! Но раз ты всё-таки нашла меня, значит, судьба вновь благословила нашу страсть!

Из их объятий мало что получилось. Бедная Лили никак не могла отойти от полного недомолвок и странных намеков разговора, расслабиться и отдаться страсти. Ей было холодно, неловко и неприютно. Как во сне отвечала она на поцелуи, подчинялась мужским рукам, но у неё возникло странное ощущение, что это происходит вообще не с ней.

- А если мы вновь зачали младенца? - вяло спросила она у расслабленно уткнувшегося в её плечо мужчины.- Что я тогда буду делать? Стану миссис Тейт?

- Ах, любовь моя,- крепко поцеловал её Алекс, нежно обводя пальцем овал щеки,- это было бы прекрасно! Но... есть маленькая загвоздка - твой муж жив!

Лили устало покосилась на любовника. Она настолько была измотана предыдущим разговором, что у неё не осталось ни сил, ни чувств реагировать на новые парадоксы.

- Майкл восстал из мертвых?

Даже сарказм и то носил у неё больше утомленный, чем язвительный характер.

- Нет, - откинулся на спину Тейт, - Дуглас спокойно спит на кладбище! Но он, по сути дела, и никогда не был твоим мужем, так как Томас Тейлор жив, и, не смотря на долгое заключение во французской тюрьме - здоров!

Известие стало последней каплей, в этом переполненном неприятными событиями дне.

Она пришла в себя от тряски в собственном экипаже. Больно ударившись головой о стенку кареты, Лили изумленно открыла глаза.

Первой её мыслью была радость от того, что весь этот кошмар оказался не более чем сном. Но достаточно было бросить взгляд на неловко топорщащуюся кофточку на груди, как женщина обреченно поняла, что одевали её другие руки. А значит..., она даже взвыла в голос от тоски, вспомнив подробности состоявшегося разговора.

Том! Томас жив!

Тейт упрекал свою любовницу в отсутствии умения мыслить логично, но в этот раз Лили побила все рекорды собственной сообразительности, мгновенно просчитав все неприятности, которые обрушатся на её голову, когда исчезнувший супруг вновь появится на берегах Альбиона. Она станет двоемужницей, пусть и не по злому умыслу, но это всё равно вызовет скандал, после которого у неё вновь отнимут старших сыновей! Бедный маленький Майкл превратится в незаконнорожденного ребенка со всеми вытекающими отсюда последствиями. Под какой несчастливой звездой она родилась, что это всё происходит именно с ней?!

Когда Лили покидала экипаж, на улице уже царила ночная темнота. Помогавший хозяйке спуститься с подножки Джон протянул ей конверт.

- Велели передать миледи!

Когда Лили вошла в холл, часы на камине пробили полночь.

- Прикажите подать ужин! - отрывисто приказала Лили дворецкому.

Но прежде чем сменить платье, умыться и спуститься к ужину, Лили поднесла к свече полученное письмо.

"Если захочешь увидеться, знаешь, по какому адресу меня найти! Ключ прилагается".

Женщина тряхнула конверт и ей на ладонь выпал небольшой ключик. Вряд ли им открывалась "Свинья и свистулька"! Скорее всего, имелся в виду дом, бывший когда-то местом их встреч.

Что ж, на этот раз речь пойдет не о любовном свидании - она его живым не выпустит, пока Тейт не пояснит, каким образом он вообще оказался на её жизненном пути. Теперь Лили уверилась, что это не было случайностью, и захотела понять - зачем она понадобилась этому человеку?

Бумага горела быстро, обугливаясь и превращаясь в неприглядный пепел, и, пожалуй, так же быстро сгорали и остатки романтических иллюзий, относительно их когда-то внезапно вспыхнувшей страсти друг к другу.

Лили затравленно оглянулась. Стены спальни, которую она занимала со времен девичества, неожиданно подействовали на женщину успокаивающе. Это был родной дом - последнее достояние, оставшееся после того, как жадные Тейлоры обчистили её до нитки, заграбастав всё имущество Кавендишей.

ЛЕДИ ЭЛЕН.

В записке Тейта ничего не говорилось ни о дне, ни о времени свидания. Судя по всему, ему подходило любое.

Не спавшая всю ночь Лили на следующее же утро велела запрягать экипаж. Она много думала и уже выстроила линию грядущего разговора с Алексом, когда её планы оказались нарушены самым неожиданным образом.

Женщина уже стояла перед зеркалом, полностью одетая для выхода и натягивала перчатки, когда дворецкий объявил о визите миссис Элспет!

Лили не видела свою занудливую и вредную тетку уже много лет, да они и никогда не любили друг друга, чтобы жаждать встречи. И вдруг! От удивления она даже решила встретиться с родственницей.

- Лили, девочка моя! - церемонно расцеловались они со старухой. - Мне жаль тебя. Такая утрата! И муж и отец! Я не знала, что ты в городе, и если бы доктор Николс не сказал...

Болтливость эскулапа она предвидеть не смогла!

Делать нечего. Лили позвонила и велела подать чай. Миссис Элспет охотно присела за чайный столик и принялась за истребление кексов, обильно уснащая свою речь соболезнованиями и никчемными сплетнями про многочисленных кузин.

Никогда не интересующаяся жизнью всего выводка многочисленных родственниц вдова по привычке с умным видом кивала головой, пропуская всю информацию мимо ушей, пока болтливая старуха не упомянула Мортланда.

- ...вот и ты ведь когда-то мечтала стать герцогиней, что уж говорить о Мэри!

Мэри звали одну из племянниц отца. Что миссис Элспет говорила перед этим, Лили не расслышала, а вот упоминание о герцоге зацепило внимание.

- Миссис Элспет, почему между нашими семьями существовал договор о моем браке с одним из Тейлоров?

- Но ты же сама знаешь!

Лили отрицательно качнула головой.

- Тётушка, брак замышлялся им и старым герцогом в те времена, когда со мной никто не считал нужным объясняться. Я была сущим младенцем!

Миссис Элспет в затруднении пожевала губами, искоса посматривая на серьезную, измученную и даже поблекшую молодую женщину. Да, изломала жизнь, когда-то избалованную и выхоленную красавицу! Такую и пожалеть не грех, рассказав про события давно ушедших лет.

- Это старая история,- отхлебнула она из чашки свежего чая, щедро сдобренного сливками,- не люблю её вспоминать. Давно, когда ещё старый герцог был молод, он обручился со старшей сестрой вашего покойного отца - красавицей Элен. Брак намечался по любви, если бы не одно обстоятельство - до того, как сделать предложение Элен, семья Тейлоров сговорилась о браке с родителями твоей свекрови. Разразился безобразный скандал! Семья леди Кетрин сумела настоять на своем, а чтобы утихомирить Кавендишей, им был обещан брак между детьми мужских представителей двух семей, хотя самому Джорджу в ту пору было всего десять лет. Он родился от второго брака твоего деда. Пришлось ждать ещё двенадцать лет, чтобы по прихоти судьбы, появилась на белый свет ты для брака с первенцем герцогской четы - Эдвином. И не будь у Мортланда младшего брата, стала бы ты, милочка, герцогиней, чего не удалось твоей тетке!

Лили озадаченно нахмурила лоб. Ничего подобного она не слышала, хотя с детства была обременена целым сонмом теток, любящих без умолку болтать о семейных секретах. Те же ни разу не упоминали имени леди Элен.

- Когда грянул скандал, леди Элен пришлось, от греха подальше, уехать куда-то к дальним родственникам в Шотландию,- сухо пояснила миссис Элспет, допивая чай,- её мать - первая жена вашего деда, была шотландкой. Там она от расстройства заболела, и Господь прибрал бедняжку к себе. В нашей семье не любят вспоминать о судьбе несчастной девушки.

- Мне так же не принес счастья брак, устроенный за счет чужого горя! - холодно хмыкнула Лили.

Миссис Элспет с сожалением посмотрела на племянницу, задумчиво хлебнула чаю и попыталась её по-своему успокоить.

- Её светлость видела мало радости в своей жизни. Муж терпеть не мог навязанную супругу! Дети тоже не сахар. Сам Мортланд ежу подобен, Томас погиб, вечная ему память, а ещё одного ребенка у неё, говорят, украли!

За эти дни Лили, казалось, уже столько всего наслушалась, что должна была потерять способность удивляться. Однако это сообщение её поразило.

- Младенец разве не умер? - вспомнила она рассказ герцогини о потере сына.

- А что оставалось делать, как не объявить его умершим? Объясняли, мол, сумасшедшая нянька сбежала куда-то с новорожденным и убила его, но где она это сделала и куда спрятала убиенного?Поискали, поискали, да объявили мальчика погибшим!

Миссис Элспет вяло пожевала ещё кусок кекса, да и собралась восвояси.

- Ты, милочка, - на прощание порекомендовала она, - не забивай этой историей себе голову. И хотя у старых грехов длинные тени, до тебя они не дотянутся!

Лили проводила старую даму задумчивым взглядом. Ей ещё предстояло переосмыслить услышанное, и желательно на свежую голову, поэтому она отменила поездку и осталась в тот вечер дома. Теперь женщина понимала, что ещё не готова к встрече с Тейтом - мужчиной странно похожим на Тейлоров, имеющим с ними какую-то связь, но проведшим свое детство в сиротском приюте. Уж не он ли тот самый утерянный ребенок герцогини?

Лили долго сидела в пустынной гостиной, размышляя об этом, и чем больше она думала, тем более вероятным казался ей такой ход событий. Но тогда получалось нечто чудовищное - брат соблазнил на адюльтер жену другого брата, а третий покрывал эту недостойную связь? Да, Тейлоры - не ангелы, но подобная выходка была совсем уж мерзкой по циничности.

И Лили сделала то, чего не делала никогда ранее без нажима со стороны отца. Она поехала с визитом к самой старой из своих родственниц - тетке отца леди Эмме Четтерлей.

Суровая старуха всегда вызывала в ней страх своими вечно поджатыми губами и подозрительными недобрыми глазами. Но события последних лет закалили Лили, и та уже не сторонилась общения со сварливыми старухами. Они, конечно, не стали приятнее, но она их стала лучше понимать. Жизнь доказала женщине, что самая вредная из старух не сможет доставить столько неприятностей, как приятный во всех отношениях молодой мужчина.

Вот и леди Эмма хоть и встретила молодую женщину прокурорским взглядом, тем не менее, не смогла сдержать радости при её виде.

- Здравствуй, милочка,- пророкотала она, подставляя под поцелуй морщинистую щеку,- все-таки вспомнила о старухе?

Лили церемонно уселась напротив старой леди, с грустной улыбкой оглядев знакомые стены гостиной. В последний раз она навещала этот дом ещё до появления в её жизни Тейлоров, но в комнате мало что изменилось. Та же мебель, те же безделушки мейсенского фарфора на камине. Когда-то маленькой девочкой она любила играть фарфоровыми пастушком и барашком, и даже отбила у последнего хвост.

- Вы же знаете, что из-за траура я никуда не выезжала!- неловко попыталась оправдаться она.

Но леди Эмма была настолько рада её видеть, что не стала цепляться к словам.

- Да, дитя моё, жизнь была к тебе сурова - сначала смерть одного мужа, а потом другого, да ещё под пулю этого сумасшедшего попал бедный Джордж. И хоть я зла на него за женитьбу на французской профурсетке, ему бы ещё жить, да жить! Как твои сыновья?

- Спасибо, здоровы! Я их отправила в деревню, а сама вернулась, чтобы посетить доктора!

- То-то я удивилась, увидев тебя! В свете ходили разговоры, что Мортланд отправил тебя в новую ссылку - в Сеттенфорд.

- В ссылку? - Лили не поняла сарказма старой леди.

И желчная старуха пояснила:

- Он тебя ограбил, обчистил почище вора! Отнял приданое, лишил наследства мужа, а теперь и отца! Держит за глотку, помыкая как рабыней. Понимаю, почему тебе захотелось свободы, и ты выскочила замуж за этого майора!

Вот чего Лили не подозревала, так это того, что леди Эмма окажется столь проницательной.

- Если что и радует, так это, что папистка так же осталась с носом, ничего не получив из имущества Кавендишей!

Лили была не способна радоваться вместе с леди стесненным обстоятельствам Иннин. Её отношение к кузине вновь изменилось, но она сейчас не смогла бы точно определить в какую сторону. Но радушный прием придал ей смелости завести нужный разговор.

Женщина подождала, пока лакей накроет стол к чаю, набрала в грудь воздуха, и решилась:

- Леди Эмма, вы знали старшую сестру моего отца - леди Элен?

Старуха окинула гостью цепким недовольным взглядом:

- Откуда ты узнала об Элен?

- Миссис Эспет рассказала!

Леди Эмма негодующе фыркнула:

- Вечно она сует нос не в свои дела!

А потом неохотно добавила, наливая себе и гостье чаю:

- Конечно, я хорошо знаю Элен! Ведь я её крестная мать!

До Лили не сразу дошёл смысл сказанного, и поэтому она немного помолчала, прежде чем озадаченно спросить:

- Тётушка жива?

Старая леди с тяжелым вздохом приложила чашку к губам и недовольно поморщилась.

- Совсем остыл... По крайней мере, никто не сообщал мне о её смерти!

- А где леди Элен живет?

Хозяйка подождала, пока лакей заменит остывший чай на горячий, и только потом нехотя сообщила:

- Она живет в Виргинии. У них с сыном несколько больших плантаций, заводы, корабли и ещё что-то там такое, что приносит большие деньги. По слухам, дела у Тейтов идут очень хорошо!

Услышав про Тейтов Лили поперхнулась чаем, и пока прокашливалась, мысли в её голове метались, как сумасшедшие, к сожалению не выдавая ничего путного.

- А её муж - мистер Тейт..., он - американец?

- Нет,- с досадой отмахнулась пожилая дама,- этот джентльмен был шотландцем! Впрочем, я его никогда не видела! Она написала о браке уже постфактум, сообщив заодно и об отъезде в Америку! С тех пор на Рождество и Пасху от Элен приходят поздравления, и это практически всё, что я знаю!

Вопрос крутился у Лили на языке, но спросила она о другом.

- А её сын? Он живет в Америке?

- Бывал пару раз в Англии, по делам. Помнится, в последний раз я видела его года три назад - заезжал с визитом. Хорошо воспитанный молодой человек! Но к чему эти вопросы, дорогая?

Лили осторожно поставила чайную чашку на стол.

- Почему в нашей семье никогда не вспоминали о леди Элен, и если бы не миссис Элспет, я бы никогда не узнала о существовании родной тетки?

Теперь неуютно почувствовала себя леди Эмма. Она бросила быстрый и недовольный взгляд на настойчивую собеседницу.

- Это неприятная история!

- Я специалист по неприятным историям,- хмуро хмыкнула Лили,- свои имеются в достатке! Так что ещё от одной хуже не станет!

Старая дама задумчиво закуталась в шаль и сделала знак лакею подбросить дров в камин. День выдался холодным и дождливым, совсем не летним.

- Это всё покойный Мортланд! Уж каким он ловеласом был - женщины слетались на него словно пчелы на мед! Вот Элен и потеряла голову, да и герцог не остался равнодушным! Её все предупреждали, что у него обязательства перед другой женщиной, но твоя тетя, - леди Эмма замялась, не находя подходящих слов,- она, в общем... была такой самоуверенной, задирала высоко нос, уверенная, что весь мир создан Господом только для её милости! Когда разговоры об их романе дошли до ушей отца леди Кетрин, разразился скандал. Семья Олдриджей уже официально объявила о помолвке своей дочери с Мортландом и вдруг такое! Чтобы избежать скандала, несмотря на её отчаянное сопротивление, мой брат был вынужден отправить ослушницу к родственникам первой жены в Шотландию. Там она вышла замуж, и больше Элен никто не видел!

Лили потрясенно слушала эту историю. Она весьма отличалась от того, что ей рассказывала миссис Элспет.

- Но почему миссис Элспет сказала, что леди Элен мертва?

Леди Эмма явно чувствовала себя не в своей тарелке, и смущенно пояснила:

- Этот Тейт..., кто он? Никто не знал! Пришлось бы отвечать на многие вопросы, а новый скандал семье был не нужен! На семейном совете решили, что раз она навсегда покидает Англию, нужно всем сказать о смерти изгнанницы. Тем более что уже была достигнута всех устраивающая договоренность с Тейлорами о будущем союзе детей, и само существование Элен в тот момент могло только помешать!

- Жёстоко! - потрясенно прошептала Лили.

- А жизнь, вообще, не мармелад,- философски заметила старуха,- уж тебе ли этого не знать?

Об этом она могла бы своей слушательнице и не напоминать. Однако Лили гораздо больше существования заокеанской тетки, волновал другой Тейт. А что если...

- Мне кажется, я встречалась в свете с мистером Тейтом,- сделала она вид, что с трудом вспоминает эту встречу, - это такой высокий...

- Нет, нет,- живо отмахнулась леди Эмма,- он весьма среднего роста! Сероглазый и черноволосый, коренастый мужчина лет тридцати пяти!

Лили разочарованно вздохнула - даже такому мистификатору, как Алекс не удастся уменьшить свой рост и изменить цвет глаз.

- Да, - между тем продолжала делиться впечатлениями старая дама,- к сожалению, он ничего не унаследовал от матери. Элен была редкостной красавицей - высокая, с бархатистыми почти черными глазам, и при этом блондинка с золотистыми волосами! Кстати, дорогая, у меня есть её портрет! Хочешь посмотреть?

- Было бы любопытно!

В общем-то, рассказ тетки уже не волновал нашу героиню, но осмотр портрета был подходящим поводом закончить визит и, откланявшись, убраться восвояси.

Галерея фамильных портретов семьи Четтерлей мало радовала глаза чередованием унылых и постных лиц её мужских и женских представителей, изредка разбавляемая изображением, какой-нибудь юной резвушки в платье прошедших эпох. А искомый портрет и вовсе находился в самом тёмном и неприметном углу. Пришлось позвать лакея с подсвечником, чтобы разглядеть изображение.

Лили поначалу лишь кинула вежливый безразличный взгляд на красавицу в роскошном кринолине, а потом, вздрогнув от неожиданности, пригляделась внимательнее. Волос под гигантским напудренным париком не было видно, но эти бархатистые, прекрасные глаза она узнала сразу, так же как и надменный изгиб упрямых властных губ.

- Мистера Тейта зовут, кажется, Алексом? - тихо спросила она.

- Нет, дорогая! Сына Элен назвали Самуэлем! - насмешливо фыркнула леди Эмма.- Теперь я понимаю - ты его спутала с другим Тейтом, бесчестным авантюристом, соблазнившим несчастную леди Джорджиану Вилт! Этот мерзавец натешился ей и бросил на произвол судьбы! Если бы у нас была настоящая полиция, то он бы не в гостиных просиживал, а работал на рудниках в Австралии!

Старая дама так же внимательно посмотрела на портрет, и изумленно наморщила и без того морщинистый лоб.

- Ты права,- ошеломленно заметила она,- они действительно похожи! Но это случайное сходство! У Элен был только один сын, и к Алексу Тейту она не имеет никакого отношения! Это исчадье ада появилось, где-то в подворотне и сгинет там же, если только не закончит свои дни на виселице, где ему и самое место!

Лили покидала дом старой леди в большей растерянности. Она ничего не могла понять, и не знала, где найти ответы на множество вопросов, которые теснились в её голове. Впрочем, в кое-каком деле она могла добиться ясности. Это в вопросе о леди Джорджиане Вилт.

О скандале, связанном с ней, Лили когда-то слышала, но как всегда пропустила мимо ушей подробности, но зато она отчетливо помнила, кто ей об этом рассказывал.

Утро следующего дня вдова посвятила визиту своей кузине - леди Беате Редли.

Они с Беатой были ровесницами, и до её брака с Майклом поддерживали оживленную переписку. Не лишенная литературного дара кузина с наслаждением описывала всё происходящее в высшем свете, делая особый упор на скандалы, сплетни и слухи.

По приезде вдовы в Лондон Беата с матерью осуществили траурный визит и выразили соболезнование по поводу смерти лорда Кавендиш и, как они сухо выразились, "майора". По большому счету, возобновление отношений не вызвало тогда у Лили большой радости, но вот, оказывается, и родственницы могли на что-то пригодиться.

Беата встретила кузину радушно, хотя и не могла скрыть удивления.

- Мы все считали, что Мортланд вновь упрятал тебя подальше в деревню, - возбужденно воскликнула она, целуя гостью в обе щеки,- а ты, оказывается, здесь! Так мило с твоей стороны, пренебрегая трауром, нас навестить - только вряд ли это понравится твоему деверю!

Похоже, весь лондонский бомонд был твердо уверен, что она без разрешения герцога и чихнуть не посмеет!

- Приехала проконсультироваться с доктором по поводу болей в груди! - Лили решила придерживаться одной версии, чтобы не запутаться. - У меня появилось немного свободного времени, и я решила, что не будет особым грехом посетить моих дорогих родственниц. Вчера была у леди Эммы, а сегодня решила поддаться велению сердца и навестить вас, милая Беата!

Кузине не могло не польстить такое внимание, и она расплылась в самодовольной улыбке.

- Как хорошо, что ты заехала, дорогая! Ты должна выпить чашечку чая с кексами, моя кухарка изумительно их печет!

- Не премину их попробовать, и ты мне расскажешь, что творится в Лондоне! Траур подходит к концу, и мне не хочется появиться в свете после такого долгого перерыва подобно дикарке из ирландского захолустья!

Женщины уселись за чайный столик и беспечно заговорили, как и в те далекие времена, когда были девушками на выданье о последних модах, муже Беаты, детях Лили, постепенно переходя на общих знакомых.

Лили, скрывая нетерпеливый блеск глаз, задавала ей вопросы то об одном человеке, то о другом, лихорадочно размышляя, каким образом осторожно натолкнуть Беату на разговор о Тейте. А кузина, между тем, самозабвенно болтала, вываливая на неё массу ненужных сведений, и Лили чувствовала себя погрязшей в куче светских имен и титулов, уже с трудом соображая - кто есть кто!

Наконец, она не выдержала и запустила пробный шар:

- Послушай, Беата! Я вчера ехала от доктора, и представляешь, кажется, видела леди Джорджиану Вилт! Помнишь, ту самую...

- Конечно, помню,- живо откликнулась кузина,- только, милая Лили, ты наверняка ошиблась. Она нигде не появляется! По слухам, муж держит её в заточении в их собственном поместье и не выпускает к гостям. Даже собственный брат - лорд Итэм, и то не смог с ней увидеться, когда навещал дом Вилтов!

- Боже, какой ужас,- округлила глаза Лили, - может быть, она мертва?

- Ну, нет,- отрицательно качнула головой Беата,- Вилт, может и ревнив без меры, но не сумасшедший, чтобы убить вернувшуюся в стадо овечку!

- Да, - протянула Лили, машинально откусывая кусочек действительно недурного кекса,- стоил ли тот мужчина таких жертв? Кстати, запамятовала его имя?

- Мистер Тейт, дорогая, Алекс Тейт! - напомнила кузина с расширенными возбуждением глазами.- О, это весьма интересный мужчина!

- Тейт..., Тейт...,- сделала вид, что вспоминает Лили,- это из каких Тейтов? У нас, кажется, есть заокеанские родственники с такой фамилией?!

- Я ничего не слышала о его связях с Америкой! Да и какое у нас может быть родство с подобной личностью, - отрицательно качнула головой Беата,- наоборот, говорят, что он выходец из самых лондонских низов, разбогатевший какими-то темными делишками! Но манеры у него как у завзятого денди, а уж обаяния, вообще, через край! Но я никогда не доверяла таким молодчикам с красивыми лицами и скверной репутацией! Вот леди Джорджиана доверилась и так страшно поплатилась! Говорят, у них родился сын, и он живёт со своим отцом!

- А Тейт бывает в обществе?

- Появляется, его не во всех домах принимают, но встретить Тейта на балах - отнюдь не проблема! В наше время внешний лоск и туго набитый карман довольно часто заменяют гербы и доброе имя, да и то, что не прощается женщине, играючи сходит с рук мужчине! Вот и мой Генри...

- Кто тут говорит о Генри?

В гостиную вошел сэр Генри Редли. Муж Беаты был одним из тех светских бездельников, которые появляются на свет исключительно для того, чтобы было кого назвать "добрым малым" и "стариной Генри". Незаменимый в качестве партнера в бридж, он отлично играл в бильярд, пропадал на скачках, и вопросы покроя сюртука занимали его гораздо больше, чем война с Наполеоном или восстания луддитов. Сэр Генри не был глуп, просто не любил морочить голову проблемами, далекими от залов его любимого клуба.

Вот и сейчас он вплыл в гостиную, сияя добродушной улыбкой проснувшегося во второй половине дня и не обремененного никакими проблемами человека.

- Леди Лилиана,- улыбнулся джентльмен, гостеприимно разводя руки,- сколько зим, сколько лет! Какому счастливому случаю мы обязаны вас видеть? Как же это ваш Аргус ослабил надзор и выпустил птичку из клетки? Говорят, Мортланд удавит собственными руками любого, кто хотя бы посмотрит на его любимую невестку!

Беата и Лили натянуто улыбнулись. Сэру Генри было свойственно говорить, особо не задумываясь, как воспримут его слова. Правда, он был всегда таким непосредственным, что на его ляпы редко кто обижался.

- Так это вы мне перемывали косточки?- уселся он за стол и протянул руку к кексам. - И чем же я перед вами провинился, милые дамы?

- Нет, дорогой,- налила ему чашку чая супруга,- мы вспоминали безобразный скандал, связанный с леди Джорджианой Вилт.

Сэр Генри изумленно вздернул брови.

- Это же было сто лет назад! Тейт уже и думать о ней забыл!

Лили красноречиво переглянулась с Беатой, и та тот час среагировала:

- Вот о мистере Тейте мы и разговаривали!

Редли даже отставил в сторону чашку , смерив недоуменным взглядом сидящих перед ним женщин.

- О Тейте, - озадаченно осведомился он,- но..., о чем тут можно разговаривать?

- Кто этот человек, Генри? - спросила Беата. - Откуда он родом, из какой семьи, чем занимается?

Супруг прослушал свою половину с непередаваемым выражением лица - смесью недоверия, иронии и удивления.

- Почему ты задаешь эти вопросы мне, дорогая! Уж кому, как не твоей гостье знать об этом? Ведь Тейт свой человек в семье Тейлоров! Все знают, что Мортланд и шага не сделает, не посоветовавшись с ним, а покойный Томас, вообще, был с Тейтом на короткой ноге. Вот, помню, Алекс как-то на одной пирушке подарил ему китаянку....

- Генри! - шокированная Беата чуть не запустила в любимого мужа блюдом с кексам.

Но Редли было не смутить подобным рыком.

- А что? Дело-то давнее,- легкомысленно отмахнулся он,- не будет же Лили психовать из-за грешков покойного мужа? Тем более, и она по нему недолго грустила!

Жена разъяренно пнула его под столом, испуганно покосившись на кузину. Но гостья, похоже, не среагировала на очередной светский промах её супруга. Она сидела с отсутствующим выражением лица и меланхолично помешивала ложечкой чай.

- Если даже Тейт и дружен с Тейлорами,- тихо заметила она,- то мне об этом ничего не известно! А о китаянке..., я уже слышала!

Если бы супруги Редли знали, какие страсти кипят под этим внешним спокойствием! В первый раз с тех пор, как Лили узнала, что Томас жив, ей захотелось с ним увидеться, и высказать всё, что она о нем думает! Но..., значит, и за этот позор она также должна благодарить Тейта?! Мерзавцы! И тот, и другой, да и третий то же!

- А что, кроме этой китаянки,- обманчиво мягко спросила она у хозяина дома,- вы ещё можете рассказать о Тейте?

- А почему вас, милая кузина, заинтересовал этот человек? - ухмыльнулся Редли. - Уж не хотите ли вы в третий раз пойти к венцу?

- Генри! - в очередной раз призвала супруга к порядку разъяренная Беата. - Лили просто пытается узнать - не является ли Тейт нашим заокеанским родственником?

- Какие ещё родственники у нас в Америке? - удивился тот.

- Старшая сестра моего отца - леди Элен вышла замуж за некоего Тейта и уехала в Америку, прервав все отношения с семьей,- сдержанно пояснила Лили, - единственное, что известно - Тейты состоятельны, и у них есть сын. Вот я и поинтересовалась - не он ли это?

Случай редкостный, для всех, кто был близко знаком с хозяином дома - Редли глубоко задумался, рассеянно прихлебывая чай.

- Нет,- сказал он после солидной паузы,- нет у него богатой родни за океаном! Я слышал, что Тейт с малолетства плавал юнгой на шхуне и появился в Лондоне без гроша в кармане. Как и где он сошелся с Тейлорами, я не знаю, но благодаря покровительству Мортланда очень быстро разбогател, и сейчас это один из самых состоятельных людей в Лондоне. Человек он непростой, и, несмотря на тёмное происхождение, весьма влиятельный. Что же касается моего личного отношения, то с ним приятно проводить время - не болтлив, а если шутит, то остроумно и не обидно, охотно играет, и бывает, проигрывает! Что особенно радует!

- Ничего себе, приятный человек,- возмутилась Беата,- а леди Джорджиана?

Сэр Генри насмешливо покосился на жену и легко перевел дыхание:

- Дорогая, не трать пороху на леди Вилт! Она знала, на что шла. А любовь не бывает вечной! Рано или поздно любая страсть заканчивается, - и тут же поспешно добавил,- кроме той, которую я испытываю к вам, любимая!

Беата посмотрела на мужа, как любящая мать на сына-шалопая. Ей хотелось ему что-нибудь ответить в пику, но все-таки леди решила сдержать свои эмоции при кузине.

- Как там леди Эмма? - дипломатично решила сменить она тему на более нейтральную.

Но обожаемый супруг и тут отличился.

- А разве вредная грымза ещё не представилась? - поразился он. - У тебя, дорогая, в роду такое количество старых ведьм, что я не перестаю удивляться тому факту, что вы с Лили умудрились появиться на свет хорошенькими девушками!

И пока потерявшая речь от возмущения Беата пыталась прийти в себя, громко вопрошая, за что ей такое наказание, Лили неожиданно хмыкнула, а потом и вовсе, не выдержав, от души рассмеялась. Глядя на смеющуюся кузину, растерянно похихикала и хозяйка дома.

- Извините,- некоторое время спустя отдышалась Лили,- но я так давно не смеялась! Повода не было!

Ридли внимательно посмотрел на гостью.

- А у вас, леди, и не появится возможность веселиться,- откровенно заявил он,- пока вы находитесь под опекой Мортланда! Вам нужно с этим что-то делать!

Лили скупо улыбнулась.

- Разве что сравняться возрастом с леди Эммой!

Теперь уже рассмеялись хозяева, правда, не очень весело.

- Может, проще выкинуть на помойку этот жуткий черный наряд и вуаль? - бестактно заметил Редли. - Зачем выглядеть, как будто вы только вчера с похорон? Не сомневаюсь, что этот майор был лихим парнем, раз покорил одну из самых красивых женщин в Англии. Но он умер, и пусть мертвые хоронят своих мертвецов! Навестите, дорогая кузина, модистку, закажите себе новые туалеты и шляпки, и уверяю, найдется немало состоятельных мужчин, которые захотят вас повести к венцу!

- Спасибо за совет,- сухо улыбнулась вдова,- но я, пожалуй, пока подожду с новым замужеством!

Краснеющая за поведение мужа Беата нервно заговорила про каких-то общих знакомых, и сжалившийся над ней муж на время замолчал, уделяя всё внимание завтраку.

- Мы рады были вас видеть, леди Лилиана,- сказал он уже по окончании визита, - в конце концов, не забывайте, что мы вам гораздо более близкие родственники, чем Тейлоры!

И за эти, в общем-то, ни к чему не обязывающие слова, Лили была ему очень благодарна.

ЛИЛИ.

В тот день она долго гуляла по дорожкам Гайд-парка, неторопливо обдумывая всё, что услышала за эти дни.

Изумрудная трава газонов, веселые расцветки амазонок и вуалей гарцующих по аллеям всадниц, смех играющих под присмотром гувернанток детей. И только она черной тенью скользила среди этих довольных жизнью людей, погруженная в свои мрачные мысли.

Итак. Тейлоры и Тейт были тесно связаны, причем вели не только общие дела, но и, судя по китаянкам, развлекались так же вместе! Да что там (Лили смахнула слезы), делили между собой её постель! Гнев надувался в груди ледяным пузырем, не давая свободно дышать и трезво размышлять. Несмотря на титанические усилия, она никак не могла разобраться в полученных сведениях - они были слишком сумбурными, запутанными и противоречивыми. Потерянный младенец, близость Тейта и Тейлоров, роман леди Элен и старого Мортланда. Всё это крутилось в её голове, никак не желая складываться в общую картину.

Можно было, конечно, плюнуть на все грязные тайны Тейлоров, но как тогда жить рядом с ними? Как защитить от них не только себя, но и своих детей?

Так ни до чего и не додумавшись, Лили разозлилась и решила последовать легкомысленному совету Ридли и поехать к модистке. В конце концов, она слишком долго пренебрегала собой, а хорошая шляпка на голове помогает женщине решать свои проблемы гораздо действеннее, чем целая свора поверенных.

Старинная знакомая - мадам Фуа даже руками всплеснула при виде посетительницы.

- Ваша светлость, миледи! Как я рада вас видеть! Я не знала, что вы в Лондоне. Все говорят, что ваш деверь, герцог Мортландский...

Лили уже надоело слышать о том, что она в заточении у Мортланда, но не объясняться же на эту тему ещё и с модистками!

- Его светлость не будет против, если я поменяю гардероб! Мой траур подошел к концу, а это значит, что мне понадобятся новые платья. Что вы можете мне порекомендовать?

Сообразив, что намечается большой заказ и мелочиться заказчица не будет, ловкая француженка обрушила на посетительницу ярды шелка, муара, муслина, кружев, тесьмы.

Лили с наслаждением уселась за модные журналы с образцами, перемеряла десятки шляпок, перебрала все коробки с нижним бельем и чулками, прежде чем остановилась на самых дорогих и изысканных экземплярах.

Сделав заказ на сумму, в любом случае превышающую разумные пределы, Лили с небрежной улыбкой приказала переслать счет герцогу Мортландскому. Это была её маленькая, хоть и недешевая месть последнему за унизительную опеку, которую он установил над ней на потеху всему Лондону.

Следующий её визит был осуществлен в магазин обуви, потом к перчаточнику, потом...

И везде она приказывала отправлять счета его светлости. Но с особым, буквально экстатическим наслаждением Лили посетила ювелирную лавку.

Кольца, браслеты, ожерелья..., но особый восторг вызвала у Лили изящная диадема с крупным бриллиантом в виде капли в центре.

- Пятьсот фунтов? - небрежно отмахнулась она, примеряя украшение. - Какая мелочь! Счет перешлите герцогу Мортландскому!

Заказанные туалеты стали поступать по мере изготовления уже через неделю. Амазонки, бальные платья, платья для выезда и приемов - слуги только успевали распаковать многочисленные коробки. Но прошла ещё неделя напряженного ожидания, прежде чем она достигла желаемого эффекта.

Лили как раз крутилась перед зеркалом в новом сногсшибательном платье из расшитого мелким жемчугом синего муслина, когда в комнату ворвался его светлость, резко оттолкнув в сторону дворецкого, пытающегося предупредить хозяйку о визите.

В руках разъяренный герцог держал кипу счетов. Но они чуть не выпали из его рук, когда он увидел стоящую перед ним женщину. Он уже и забыл, насколько невестка может быть прекрасной, если приоденется к лицу.

- Ваша светлость?

Запал Мортланда иссяк, и он обескуражено уселся на диван, положив ногу на ногу.

- Что это, Лили? - уже мирно указал он на счета.- Ты надумала открыть модный магазин?

Леди приказала лакею навести порядок, и лишь только потом невозмутимо заметила:

- Мой отец тоже когда-то поражался факту, что кусок кружева стоит целое состояние! Но не ходить же мне из-за этого голой?!

Мортланд нервно рассмеялся.

- Я не имею ничего против модных туалетов. Но, Лили, во всем должна быть мера! И почему ты без моего...,- тут он поперхнулся,- почему ты без предупреждения покинула Сеттенфорд? Не забывай, что формально траур ещё не закончился!

Женщина придирчиво оглядела свое отражение в зеркале, поправила кружевную наколку на голове, а потом неприязненно смерила гостя тяжелым взглядом.

- Хорошо, что вы заговорили про чувство меры, и про Сеттенфорд! За эти дни я посетила несколько своих родственниц, и везде, слышите, везде меня ткнули носом в прискорбный факт моего полного подчинения вашей воле! Кое-кто прямо заявил, что считает мое существование возле вас заточением! А траур..., траур не вечен!

- Лили, стоит ли слушать досужих сплетниц? - возмутился Мортланд. - Ты же знаешь, что забота о вашем с детьми благополучии - главная цель моей жизни!

- А раз так,- надменно вздернула она брови,- почему я не могу потратить несколько сот фунтов на туалеты? На ваших любовниц вы тратили гораздо большие суммы, хотя они не принесли вам такого приданого, как я!

Герцог не на шутку разозлился.

- Позвольте мне самому распоряжаться своей жизнью!

- Но распоряжаетесь же вы моей! - отрезала Лили. - Сначала нарушили слово, данное отцу и увильнули от женитьбы, навязав ненавистный брак своему брату! Потом подобрали мне любовника...

- Что, - яростно взревел Мортланд,- когда это я вам подбирал любовников?! Вы, наверное, забыли, как я покрывал ваши непристойные похождения, как спас вас и вашего первенца от позора и вполне справедливого гнева Томаса? Неблагодарная!

Его возмущение было настолько искренним, что Лили облегченно вздохнула - хорошо, хоть в этой подлости Эдвин был не повинен!

- Вы прибрали к рукам и моё приданое, и наследство, а теперь поднимаете скандал по поводу нескольких новых платьев! - уже с меньшим одушевлением парировала она. - Я устала выслушивать всякие колкости и грязные намеки от своих родственников!

Герцог побагровел.

- А я больше не намерен выслушивать оскорбления! - жёстко заявил он, направляясь к выходу. - Когда придете в себя, то принесете извинения! Если к завтрашнему утру я их не дождусь, то буду волен поступить со своими племянниками по собственному усмотрению!

Она знала, что в ответ на обвинения, Мортланд прибегнет к наглому шантажу. Он всегда так делал.

- Задержитесь ещё на минуту! - встала Лили со своего места.

Герцог с легкой, самодовольной усмешкой обернулся, очевидно, ожидая от неё шагов к примирению, но...

- И вы откажитесь оплачивать мои счета? - вкрадчиво спросила она.

- Ни пенса! Пусть даже вас посадят в долговую яму!

- Тогда их оплатит мистер Алекс Тейт!- леди с трудом растянула губы в ядовитой усмешке, - Кстати, заодно объяснит, что его связывает с леди Элен Тейт и вашим пропавшим во младенчестве братом!

Лицо Мортланда окаменело, и он медленно опустился на только что покинутое место.

- Я не понимаю вас! Объяснитесь!

Если бы она могла! Но Лили действовала по наитию, наугад!

- Я не хочу объясняться! - тяжело выдохнула она. - Честно говоря, мне безразличны все ваши тайны и секреты, и я охотно их забуду, если вы раз и навсегда перестанете угрожать мне разлукой с сыновьями!

Мортланд тяжело вздохнул в ответ.

- Когда же, наконец, до тебя дойдет, Лили, что ты мне не менее дорога, чем твои сыновья!

- Это не ответ!

- Ответ! Я действую согласно воле моего покойного брата!

Женщина понимала, что добиться отказа от шантажа будет тяжело, и герцог будет говорить всё, что угодно, лишь бы морочить ей голову, и не собиралась потакать ему в этом.

- А вдруг выяснится,- хмуро пробормотала она,- что Томас жив?

Реакция Эдвина оказалась неожиданной. Он разом утихомирился.

- Вряд ли! За эти годы брат нашёл бы возможность сообщить о себе!

Встряска оказалась настолько сильной для них, что собеседники долго молчали, постепенно приходя в себя и понемногу успокаиваясь.

- Неужели, дорогая,- наконец, вымученно улыбнулся герцог,- вы устроили весь этот балаган единственно для того, чтобы заставить меня оплатить эту кучу счетов?

- Выходит, что так! - неловко усмехнулась и Лили.

- Недаром говорят - нельзя спорить с женщинами, всё равно окажешься не прав! Успокойтесь, Валькирия, оплачу я ваши счета, даже если придется ради этого заложить фамильные драгоценности!

На этой примирительной ноте Мортланд покинул дом, оставив хозяйку ломать голову над тем, что же ей удалось узнать в результате спровоцированного скандала.

После долгих раздумий разочарованная Лили пришла к неутешительному выводу, что разведала она весьма мало. Собственно только одно - Тейт по каким-то неясным пока причинам не сказал Мортланду о том, что Томас жив. Да и реакция его светлости на имя Тейта оказалась какой-то странной. Зато немного утешало, что ей удалось прилично потрясти герцогские карманы, да ещё и приодеться по последней моде. Такие вещи всегда греют женские сердца и примиряют с любой неудачей.

Но с чем ей идти на свидание с Тейтом? И идти ли вообще?

ТЕЙТ.

- Однако, любовь моя, ты не особенно спешила!

По истечении четырёх недель после посещения "Свиньи и свистульки", Лили поняла, что дальше откладывать невозможно. Нужно либо встретиться с Тейтом, либо не видеться с ним уже никогда, навсегда похоронив в памяти всё, связанное с этим человеком.

Кто хоть немного знаком с женской психологией, знает, что только очень сильные духом женщины способны поставить точку в деле, где куча неразгаданных тайн связывает её мужчин. Лили же не отличалась здравомыслием, чтобы не рисковать собой в столь непростом и тёмном деле. Да ещё судьба Томаса не давала ей покоя.

И поэтому однажды утром она пересекла порог знакомого дома, открыв дверь присланным ключом.

Впервые Лили смогла рассмотреть столь долго разыскиваемое место. Домик был настолько маленьким и убогим, обставленным скудной немудрящей мебелью, что она не могла не поразиться избирательности памяти. У леди остались от тех давних посещений совсем другие воспоминания - что-то уютное, необыкновенное, счастливое тогда как будто пронизывало золотым светом эти пропыленные, нежилые комнаты. Острое чувство ностальгии охватило её при виде кровати, на которой она когда-то испытала самые восхитительные моменты в своей жизни.

Лили растерянно бродила по комнатам, думая, что делать дальше, пока не увидела на столе, так же покрытую пылью бумагу.

"Подожди три четверти часа - если не дождёшься, значит, меня нет в городе! Тогда придешь в другой день!" - было написано на листе выцветшими чернилами.

Неизвестно к кому обращался автор, но с другой стороны, почему бы и не к ней?

Лили выбрала стул поудобнее и приготовилась терпеливо ждать. Она была даже рада этой передышке, потому что дом вызвал в ней кучу эмоций, которые казались давно забытыми, и с которыми женщина опасалась не справиться.

- А что, - отчаянно промелькнула у неё надежда,- если Тони полюбил меня тогда так же, как и я его? Не может быть, чтобы всё, что между нами происходило от первого до последнего слова было ложью! Я боготворила его! А он..., что испытывал он?

И стоило ей только подумать об этом, как Тейт появился в комнате. Углубившаяся в свои мысли Лили даже не слышала, когда подъехал экипаж.

Сегодня Алекс выглядел иначе. В безукоризненном фраке, сверкая рубином на указательном пальце, он мог своим видом вызвать зависть у любого щеголя, ничем не напоминая работягу-клерка с засученными рукавами полотняной рубахи.

- Любимая,- галантно приложился он к руке напрягшейся женщины,- ты сменила траур на это очаровательное платье и стала неотразимой!

Лили с сжавшимся тоской сердцем смотрела на золотистые волосы, склоненной головы. Не надо было ей сюда приходить!

- Я пришла поговорить о Томасе! - чопорно пояснила она, неловко выдергивая пальцы из его руки.

- Я так и подумал, - Тейт ничуть не смутился этим недружелюбным жестом, и, схватив ближайший стул, уселся в непосредственной близости от собеседницы,- что ты хочешь узнать?

Что она хотела узнать? Как у него хватило совести подсунуть Тому какую-то грязную китаянку и опозорить её на весь Лондон?! Ах, нет, прежде всего - где её ветреный супруг сейчас?

- Где он?

- Сидит в одной из частных тюрем близ Парижа!

Сочетание "частная тюрьма" несколько удивило Лили. Плененный английский офицер и вдруг такое! Как это возможно?

- Почему в частной?

- Не знаю! Так было написано в сообщении, которое он мне прислал!

- Но почему он прислал это сообщение вам, а не его светлости?

Тейт сухо улыбнулся.

- Хороший вопрос, дорогая! Очевидно, у него были на то причины!

- Какие? И почему вы ничего не сказали о спасении брата Мортланду?

Алекс вновь взял её за руку и, улыбаясь, чуть прикоснулся губами к пальцам.

- Наверное, Томас понимал, насколько трудно его посланцу будет пробраться в герцогский дворец! Да и чем его светлость может помочь брату?

От прикосновений его губ даже к перчатке у женщины перехватило дыхание.

- А вы?- пересохшими губами спросила она.

Тейт чуть пожал плечами.

- У меня есть связи по торговым делам с французским берегом!

- Контрабанда?

Очевидно, в её тоне все-таки прозвучало презрение, потому что Алекс, чуть слышно вздохнув, решительно возразил:

- Я бы это так не называл! Связи существовали задолго до прихода к власти корсиканского выскочки, и когда тот сломает шею, не исчезнут! И я далеко не уверен, что мне удастся по своим каналам вытащить Тейлора из тюрьмы, зачем же подавать герцогу напрасные надежды? Он слишком любит брата, и его потерять ему хватит и одного раза!

Вот как? А у неё, выходит, сердца нет? А он подумал, каково ей жить под дамокловым мечом возвращения супруга? Хотя, конечно, хорошо, что Томас жив! Теперь её хотя бы не будет так мучить совесть!

- Почему вы заботитесь о чувствах Мортланда?

Тейт небрежно усмехнулся и обескуражено развел руками.

- Должен же кто-то заботиться о его чувствах! Почему не я?

Лили подозрительно покосилась на собеседника - она отчетливо расслышала в его словах язвительную подоплеку:

- И что вас связывает?

Алекс тихо рассмеялся и красноречиво положил руку ей на колено.

- Приязнь, мой друг! Обыкновенная человеческая симпатия, которая влечет людей друг к другу независимо от положения и звания, делает их друзьями и близкими людьми. Вспомните, в тот далекий день вы тоже мало интересовались, кто я и чем занимаюсь, когда вот в этом самом доме сделали меня счастливейшим из людей!

Краска бросилась в лицо женщине и от этих слов, но ещё более от жара, пронизывающего через все юбки её колено. Она смятенно взглянула на пристально наблюдающего за ней собеседника. Он был так непозволительно близко, что мысли в её голове стали путаться.

- Мне нужно идти!

Лили сделала попытку встать, пытаясь убежать даже не от этого мужчины, а скорее, от собственной слабости и растерянности. Но ей ли было тягаться с Тейтом? Прошло столько лет, она стала мудрее и старше, пережила потери и любовь, но в присутствии Алекса почему-то вновь превращалась в наивную беспомощную дурочку.

Поэтому стоило только Тейту крепко схватить её за руку и притянуть к себе, единственное, что она смогла противопоставить этому нажиму - слёзы на глазах.

- Пожалуйста...

- Любимая! - он освободил её от шляпки и уткнулся лицом в волосы. - Как долго и терпеливо я тебя ждал! Так почему же ты бежишь от меня?

- Я боюсь!- всхлипнула она в его плечо.

- Чего?

- Того, что вы вновь разобьете мне сердце! Зачем,- вдруг отчаянно закричала она, стукнув по возвышающейся над ней груди кулаками, - вы подсунули Томасу ту китаянку? Вы хотели сделать мне больно?

Но в ответ Тейт неожиданно рассмеялся и нежно заключил в её объятия.

- Я мог бы ему предложить и негритянку, но не смог бы заставить взять подарок! Любимая, дело не во мне, а в самом Томасе. Бесполезно упрекать меня в его неверности! Всё дело в том, что он тебя не любил - и в этом никто не виноват, в том числе и сам маркиз.

Это было сказано настолько просто и спокойно, что прозвучало по-особому убедительно.

Лили запрокинула голову и вопрошающе заглянула ему в лицо:

- И что же будет, когда он вернётся?

Тейт покрыл медленными поцелуями её лоб и щеки.

- Ему придется смириться с существующим положением дел. Я больше тебя не оставлю, кто бы ещё не становился между нами, и как бы не сложилась наша судьба! Отныне и на века!

- Аминь!

Их губы встретились, и Лили показалось, что не было разлуки, не было других мужчин в её жизни, и что они расстались только вчера.

Она узнавала его запах, прикосновение рук, шрамы на его теле, вкус кожи, мягкость волос, а главное то наслаждение, которое дарили страстные ласки любовника.

- Моя ледяная королева вновь превратилась в страстную одалиску?

Алекс нежно покрыл благодарными поцелуями её утомленное любовными играми лицо. Их влажные от испарины тела расслабленно лежали среди скомканных простыней, и лишь руки мужчины легко скользили по изгибам женского тела.

- За эти годы ты стала совершенной, любовь моя! Английская Венера..., я сам себе завидую!

Лили польщено и устало улыбнулась. Она чувствовала себя опустошенной и одновременно удовлетворенной. Страсть Алекса примирила её с существующим порядком вещей, и сейчас женщине хотелось только спать, уткнувшись в плечо любовника и больше ни о чем не думать.

Но... руки любовника неожиданно резко вздернули её ногу вверх. Браслет тускло сверкнул в свете свечей.

- Любовь моя, - Тейт куснул её за ухо, - откуда у тебя такая вещица? Я немало повидал на своем веку украшенных браслетами ножек, но такого интересного никогда не видел! Как он расстегивается?

К счастью, хотя бы сейчас можно было не лгать.

- Подарил Майкл, но я не знаю, как его снять!

- Почему, милая, в твоей жизни появился майор Дуглас? Почему ты не стала искать меня после пропажи Томаса?

Лили с трудом разомкнула ресницы. Так и есть - он ревновал, это было отчетливо заметно по острому блеску его настороженных глаз. Вряд ли уместно в постели с одним мужчиной, говорить про искреннюю любовь, связывающую его любовницу с соперником. Да и не хотелось ей обсуждать Майкла с Тейтом - ещё слишком болезненны были воспоминания, слишком горька боль потери!

- Ты покинул меня первым, - вздохнула она, легко проведя пальцем по хмурой морщинке на его лбу,- и я всё время была одна, чувствовала себя всеми покинутой...

- Плутовка! - рассмеялся Тейт и облегченно упал на спину.- Значит, во всем виноват я?

Дрёма постепенно отступала, и ей на смену пришло осознание происходящего. Лили внезапно задалась вопросом - каким образом она опять оказалась в этой постели? Ведь собиралась только задать несколько вопросов и уйти. Нет, этот мужчина, стоило им остаться наедине, моментально сводил её с ума!

- Тони,- женщина облокотилась о подушки,- можно, я буду тебя так называть?

- Тебе, любовь моя, можно всё!

Лили покосилась на любовника - бесспорно Тейт находился в прекрасном расположении духа. А чего ему было грустить? Вновь играючи обвел её вокруг пальца, затащив в постель, как наивную простушку. И нашу героиню вдруг охватила такая досада!

- Тони,- вкрадчиво начала она,- знаешь, тут на днях я навещала свою старую тетку - леди Эмму!

- Надеюсь, старая леди в полном здравии?

Надо же, какой вежливый! Лили набрала воздуху в грудь:

- Леди Эмма рассказала мне о наших заокеанских родственниках Тейтах! Оказывается, старшая сестра моего отца леди Эллен Кавендиш была когда-то обручена со старым Мортландом, а когда помолвка оказалась расторгнутой, вышла замуж за некоего шотландского господина мистера Тейта и уехала в Америку!

- Неужели?

Алекс уселся рядом с ней и поцеловал в плечо. Лили тот час стало томительно жарко от такой близости его обнаженного тела, но она упорно гнула свою линию.

- Вот я и подумала, может, это ваши родственники?

- Тейт не такая уж редкая фамилия! Но...,- он философски вздохнул,- она не принадлежит моим родителям!

Лили несколько натянуто рассмеялась.

- Вы так похожи на портрет моей тетушки, что я невольно подумала - может, вы незаконнорожденный сын этой леди и покойного Мортланда?

Она выжидающе заглянула в непроницаемое лицо любовника, но тот только коротко хохотнул, вновь лениво вытягиваясь на постели.

- Я родился в законном браке, дорогая! Это мне доподлинно известно! Так что не забивай свою очаровательную головку тайнами моего рождения!

Лили натянуто улыбнулась в ответ, и решительно усевшись на край постели, принялась натягивать чулки.

- Мне пора!

- Мне кажется, ты торопишься! - руки Тейта с силой ухватили её за плечи и вновь повлекли на смятые простыни постели. - Я ещё не готов к расставанию! Тем более что ты, моя кошечка, обычно долго заставляешь ждать новой встречи!

Их глаза встретились в неожиданном поединке.

- Не думаю, что нам удастся увидеться в ближайшее время,- Лили попыталась отодвинуться от нависшего над ней раскаленного мужского тела,- завтра я уезжаю в Сеттенфорд к сыновьям! Мортланд определил его моим местом жительства, и, думаю, тебе известно в какой зависимости я нахожусь от его желаний! Так что..., может пройти целый год прежде, чем мы вновь увидимся!

Алекс хмуро хмыкнул, обведя пальцем контур её губ.

- Думаю, я смог бы помочь тебе добиться независимости! Но надо ли? Может, ты сама хочешь быть от меня, как можно дальше?

Что ж, ему нельзя отказать в догадливости! Но, с другой стороны, может Тейт, действительно, может помочь в борьбе с герцогом?

- Тони! Мортланд держит меня за горло опекой над сыновьями! Если ты каким-то образом решишь эту проблему, то, конечно, сразу же по окончании траура я вернусь в Лондон! Правда,- она тяжело вздохнула,- у меня нет денег на то, чтобы блистать в свете!

- Я бы и в этом мог тебе помочь!

Лили надменно покосилась на любовника.

- В чём будет заключаться помощь?

Тейт громко расхохотался, заключая её в крепкие объятия и покрывая поцелуями.

- В совете, моя радость! В добром совете!

Взъерошенная и разозленная этими неуместными насмешками женщина с силой вывернулась из его рук.

- Что это ещё за советы? - подозрительно сверкнула она глазами.

- Ваш покойный батюшка - лорд Кавендиш оставил достаточно крупную сумму денег своим жене и дочерям. И хотя ваша доля невелика, позвольте мне вложить её в кое-какие ценные бумаги, и я обещаю вам неплохие дивиденды!

- Мортланд сказал, что моей частью наследства стал лондонский дом Кавендишей!! Уж не знаю, какова доля в наследстве малышки и самой кузины, но я оказалась практически без денег! Так что... едва ли мне нужны от вас советы!

Губы любовника вновь слились в поцелуе с её губами, и Лили только смутно увидела, как взметаются над его плечами её ноги в так и не до конца натянутых чулках.

- А, ты плутовка,- сладострастно любил её прикусивший в досаде губу Алекс, - держишь меня на длинном поводке? Водишь за нос? Ну, так я накажу тебя, чтобы было неповадно...

"Наказание" затянулось до глубокой ночи, и обессиленная Лили едва переставляла ноги, покидая приют недозволенной любви.

- Не позже первого сентября, моя любовь, ты должна навестить этот дом! И прошу тебя, не заставляй меня ждать дольше! Я этого не люблю! - на прощание запечатлел поцелуй на её распухших губах Тейт.

Отупевшая от такого нажима женщина только и нашла, что в ответ слабо кивнуть головой.

ИННИН.

Никто бы не назвал жизнь Иннин счастливой - неопределенность положения, денежная зависимость от Мортланда, полное одиночество. Только новое замужество могло изменить это незавидное положение, и, по мере того, как траур подходил к концу, юная вдова всё чаще задумывалась об этом, как о единственном способе приемлемо устроить свою жизнь.

Неожиданно Кавендиш-холл посетила Лили.

При виде прекрасно сшитого легкого летнего платья с искусной вышивкой по подолу, Иннин мрачно подумала, что скорее всего, затраты на него понес кошелек Мортланда.

Голова самой же Лили была забита другим.

- Дорогая, откуда ты узнала про Бисби?

Иннин только мрачно усмехнулась про себя. Достаточно было взглянуть на взволнованное лицо кузины, чтобы понять, что этот подлец произвёл на неё неизгладимое впечатление.

- Подслушала разговор в Гайд-парке между одной особой и её любовником, - правдиво ответила она,- те весьма красноречиво обсуждали достоинства этой тёмной личности!

- Что же именно они говорили?

- Мол, мерзавец промышляет и убийством, и торговлей людьми, и воровством!

У Лили от растерянности подкосились ноги.

- Воровством?

- Да, дорогая, он ворует часы у прохожих на Ковент-гарденском рынке!

С его-то деньгами? Лили дико покосилась на уверенно говорящую собеседницу, и не нашлась даже, что ещё сказать. Зато Инн нужно было кое-что срочно обсудить с сестрицей.

- Сколько времени ты собираешься пропадать в Сеттенфорде?

Лили пожала плечами.

- Это во многом зависит от Мортланда! А что?

- Мне нужно, чтобы ты вернулась в Лондон!

- Но...

Лицо Иннин приняло трудно передаваемое выражение угрюмости и упрямства одновременно.

- Я понимаю, милая кузина, - её обычно мягкий голос неожиданно приобрел железные нотки,- насколько тебе дороги лошади, но ты - моя единственная родственница, и кроме тебя некому оказать мне помощь!

Лили удивилась.

- Помощь? Но какую помощь я могу оказать тебе, Иннин?

- Я хочу вновь выйти замуж! Мне надоело скитаться приживалкой по чужим домам, где мне, мягко говоря, не рады! Двадцать лет - не тот возраст, когда хочется навсегда похоронить себя под траурной вуалью!

Это был даже не намёк на её бедственное положение, а открытый упрёк, и он достиг цели - Лили занервничала. В мановение ока всё встало на свои места - старшая кузина, разумеется, была в ответе за младшую, как бы последняя не была ей неприятна.

- Но где я возьму тебе жениха, дорогая?

- В Сеттенфорде, разумеется, негде взять, поэтому я прошу тебя вернуться в Лондон! Траур скоро закончится, и мы сможем выезжать в свет!

Лили только тяжело вздохнула.

- Я что-нибудь придумаю!

ТЕЙТ.

Миссис Гвинн не была в особом восторге от перспективы возвращения в Лондон.

- Пусть бы ваша мачеха переехала в Сеттенфорд! Жизнь в Лондоне слишком дорогая для нас!

Лили крутилась до изнеможения, складывая многочисленные детские вещи в дорожные сундуки. Первое сентября не за горами, и она не собиралась рисковать возможностью скинуть унизительную опеку Мортланда из-за нескольких дней задержки в Сеттенфорде. Женщина была твердо уверена, что если Тейт обещал ей помочь, то он это сделает.

- Я собираюсь навестить поверенного и выяснить вопрос с деньгами! - уклончиво пояснила она компаньонке.

Поверенный семьи Кавендишей встретил Лили глубоким вздохом. Всё это время он не уставал удивляться превратностям судьбы, за какие-то грехи столь тяжко поразившей это семейство. Как могло случиться, что столь пунктуальный и разумный человек, как лорд Кавендиш мог покинуть этот мир, оставив свои дела в таком беспорядке?

Вот и сейчас перед ним сидела леди Лилиана, ограбленная бессовестным Мортландом, и почтенный стряпчий ничем не мог ей помочь!

- Покойный милорд,- мягко пояснил он,- помимо неотчуждаемого владения, владел несколькими плантациями в Вест-Индии, домом в Лондоне, и двумя небольшими ткацкими фабриками в Ливерпуле. Согласно распоряжениям его светлости герцога Мортландского - опекуна нового лорда Кавендиша, лондонский дом отошел к вам, доходы же со всех остальных предприятий поделены между вдовой, вами и маленькой дочерью покойного. Честно говоря, суммы вашей доли денег едва хватает на оплату налогов, содержание дома и ежемесячные выплаты на карманные расходы.

- Значит,- покраснела от досады Лили,- мне практически не на что жить?

Старик помялся - ему было не по себе говорить подобное бывшей владелице богатого приданого.

- На скромное существование хватит, - вздохнул он,- но вряд ли вы сможете себе позволить уровень жизни, приличествующий невестке герцога. Вы к такому не привыкли!

Лили мрачно хмыкнула, вспомнив, как она выживала в Брайтоне, но поверенный истолковал её реакцию по-своему.

- Вам нужно обратиться за помощью к его светлости! Герцог должен позаботиться не только о племянниках, но и о вдове своего брата. Ведь распоряжения вашего первого мужа были столь однозначны, что ваш батюшка в свое время пытался оспорить их в суде!

Лили по натуре была оптимисткой, и, честно говоря, рассчитывала, что от состояния отца ей достанется больше. Теперь же выходило, что она всё-таки в полной зависимости от подачек Мортланда.

В дом свиданий с Тейтом она пришла в состоянии мрачной задумчивости.

В этот раз ей пришлось ждать довольно долго - уже сумерки начали сгущаться за окном, а хозяина всё не было и не было. Впрочем, Лили не томилась ожиданием. Женщина приехала в этот дом лишь только потому, что Алекс приказал ей появиться здесь до первого сентября, если хочет, чтобы её больше не разлучали с сыновьями, и вот она здесь.

Всё это время, застыв на облюбованном стуле, Лили напряженно размышляла, что же ей делать дальше? По всему выходило, что нужно уехать в Сеттенфорд - жизнь в Лондоне слишком дорога для женщины её положения. Она настолько ушла в себя, что вздрогнула от неожиданности, когда в комнате появился хозяин дома.

- Любимая,- низко согнувшись, поцеловал он ей руку,- меня радует твоя пунктуальность! Прекрасно выглядишь! Деревенский воздух тебе на пользу...

Рассеянно глядя в его лицо, Лили не сразу отреагировала на слова, потому что по-прежнему была погружена в свои мысли.

- Лошади! - невольно вырвалось у женщины. - Ну, конечно же, лошади!

Брови Тейта изумленно взмыли вверх.

- Лошади, дорогая? Какие лошади?

- Я смогла бы зарабатывать на жизнь разведением лошадей! - возбужденно заявила она, натягивая перчатки и подскакивая с места.- Мне пора идти! Увы, но наступает ночь!

Её мысли были уже далеко от этой комнаты, и уж тем более от стоящего напротив мужчины. Конечно, как же ей раньше не пришло это в голову? Ведь в Сеттенфорде она занималась разведением лошадей, знала в этом толк, и досконально разбиралась даже в тонкостях коневодства.

Можно продать отцовский особняк, как не претило ей такое решение, снять хорошую квартиру и купить что-нибудь подходящее для устройства завода.

Лили настолько глубоко ушла в свои соображения, что, торопясь покинуть дом, обошла любовника, как досадную преграду на пути, и испуганно и недовольно вздрогнула, когда его ладони решительно сжали её плечи.

- Я не видел тебя, мой ангел, более двух месяцев, - раздался его раздраженный голос за спиной,- тосковал, считал дни до встречи, и... вместо слов любви услышал про каких-то лошадей? Лили?! И это всё, ради чего я мчался, загоняя коней в Лондон?

Смущенная женщина обернулась. Действительно, вышло как-то неловко.

- Тони..., - виновато забормотала она,- я не хотела тебя обидеть! Просто моя голова сейчас занята другим настолько, что вряд ли у нас получится свидание.

- Когда люди любят друг друга, они не только делят постель, но и все заботы любимых! Что происходит?

- Мне не на что жить,- призналась она,- я была у поверенного и узнала, что кроме лондонского особняка у меня практически ничего нет! Обеспечение же мальчиков полностью зависит от милости Мортланда!

- А леди Иннин?

Лили удивилась этому вопросу от человека, которого кузина обвинила во всех мыслимых и немыслимых преступлениях, но чётко дала понять, что лично с ним не встречалась.

- Её деньгами распоряжается герцог! - тяжело вздохнула она.

- И причем здесь лошади?

Пришлось рассказать о своих планах.

Тейт слушал любовницу с каменным выражением лица, приводя её в ещё большее смятение.

- Это единственное в чём я разбираюсь! Если продать или заложить отцовский дом, то я смогла бы...

- Нет!

Слово прозвучало настолько категорично, что Лили даже растерялась, в изумлении глянув на возвышающего над ней мрачного мужчину.

- Почему "нет"?

- У Тейлоров вполне достаточное количество денег, чтобы жена одного из них ни в чем не нуждалась, тем более, мать будущего герцога Мортландского!

Вот это отповедь! Лили расстроено уселась на только что покинутый стул.

- Я не понимаю...

- Так надо понимать!

Он был настолько вызывающе резок, что у женщины от обиды слёзы набежали на глаза.

- Что же я должна делать? - глухо спросила она.

- Для начала поцеловать меня! Так обычно ведут себя влюбленные после долгой разлуки!

Целоваться теперь Лили хотелось меньше всего. Да как он смеет разговаривать с ней таким тоном?

- Уже поздно, мне пора! - сухо ответила она и вновь встала со стула, всем видом демонстрируя решимость покинуть дом.

Женщина ожидала ответной реплики или хотя бы того, что Тейт вновь её остановит и как-нибудь смягчит свои слова, но не дождалась, хотя и ощущала его пристальный взгляд на своей спине, когда выходила из комнаты.

Послушавшись Алекса Лили покинула Сеттенфорд, открыто оказав неповиновение Мортланду, но поссорилась и с ним. Теперь она ощущала себя ещё более уязвимой, чем когда только пересекала порог этого дома.

СЁСТРЫ.

Иннин переехала в Лондон к середине сентября.

Лили, между тем, находилась в смятении. Со дня расставания с Тейтом прошло уже более двух недель, а она, по-прежнему, не знала, что ей делать. Миссис Гвинн в ответ на её сетования прямо указывала на возвращение в Сеттенфорд, как на единственное верное решение.

- Этот авантюрист обманул вас в своих низменных сластолюбивых целях, - уверенно утверждала мудрая женщина, - ещё не поздно всё вернуть на круги своя!

Скорее всего, она была права и совсем запутавшаяся Лили уже тоже склонялась к этому решению, но хотела переговорить с Иннин - объяснить ситуацию.

Устроив гостью в особняке, утомленные суетой женщины присели передохнуть, когда подгоняемая красноречивыми взглядами миссис Гвинн, Лили все-таки начала разговор.

- Иннин, я была у поверенного и теперь точно знаю, что у нас нет денег на жизнь в Лондоне! Я помню наш разговор, но чтобы появиться в свете нужны крупные суммы денег на туалеты! А этого мы не можем себе позволить!

Лицо Иннин разочарованно вытянулось. Да, резоны Лили ей были понятны, но она хорошо знала, что близ Сеттенфорда не было ни одного человека, который хоть сколько-нибудь подходил ей в мужья. Только Лондон, со слетающимися со всей страны в поисках развлечений представителями знати, мог предоставить ей шанс вновь устроить свою судьбу!

Она смерила подозрительным взглядом смущенное лицо кузины. Ей ли говорить о безденежье, когда сейчас на ней было премилое платьице с плоеным воротничком из брюссельских кружев, стоившее, наверняка, кругленькую сумму!

- Лили, - уклончиво заметила она,- прежде, чем приглашать меня в Сеттенфорд, тебе нужно узнать мнение его светлости по этому вопросу! Ведь поместье находится под его опекой. Мне не хотелось бы вновь чувствовать себя незваной гостьей! И если бы я знала...

- Конечно,- тот час торопливо отступила Лили,- этот особняк единственное место, где ты с малышками можешь чувствовать себя дома!

Она отважно улыбнулась гостье. Опять сработал инстинкт старшей сестры.

- Думаю, мы найдем выход из положения!

На следующее утро Лили вновь отправилась к поверенному Кавендишей. Она намеревалась препоручить старику либо продажу особняка, либо залог под необходимую для открытия завода сумму денег. Откладывать это неприятное дело не было смысла. Дальше будет только хуже.

Всё время, пока она тряслась в экипаже по булыжной мостовой по направлению к Сити, женщина перебирала в голове аргументы для предстоящего разговора, потому что предвидела, что поверенный будет против её затеи.

Странно, но мистер Николас ничуть не удивился, увидев решительно настроенную леди на пороге своей конторы.

- Хорошо, что вы пришли,- облегченно протер он стекла пенсне куском замши, предложив посетительнице самое удобное кресло в кабинете, - я сам собирался сегодня к вам с визитом во второй половине дня.

Лили в молчаливом удивлении вздернула брови.

- Да-да,- удовлетворенно закивал головой старик,- спешу вас порадовать - обстоятельства изменились в лучшую для вас сторону! Вы, наверное, все-таки имели разговор с его светлостью?

- Мы не виделись более двух месяцев!

- Значит, его светлость, по здравом размышлении, сам пришел к выводу, что вы имеете право на часть состояния вашего покойного супруга. Вчера, поздно вечером, когда я уже находился дома, меня без предварительной договоренности посетил поверенный Тейлоров!

- Я знаю этого господина!

- Так вот, - довольно продолжил мистер Николс, - сей достойный джентльмен объявил, что согласно распоряжению его доверителя, вы ежегодно будете получать через мою контору две тысячи фунтов на личные расходы!

Лили потеряла дар речи, правда, ненадолго. Общение с Тейлорами не прошло для неё бесследно - она хорошо знала эту семейку.

- На каких условиях?

- Ни о каких предваряющих выдачу содержания условиях, сказано ничего не было,- заверил её поверенный,- мало того, сумма за это полугодие уже поступила!

- Тысяча фунтов? - недоверчиво осведомилась леди, гадая - уж не заснула ли она по дороге?

- Да! Хотите получить?

Дома Лили ожидали в напряжении Иннин и миссис Гвинн. Чтобы занять руки, они штопали детское белье, но головы женщин были заняты миссией нашей героини.

- Ой, не нравится мне эта затея с конным заводом,- вздыхала Эвис,- как бы Лили не потеряла последнее, что имеет!

- Я уверена, что ей не дадут пропасть,- хмуро фыркнула Иннин,- вряд ли, его светлость допустит, чтобы мать его наследника голодала. А вот что будет со мной и малышкой, если она так ничего и не придумает? Герцог скуп на выплаты, как Шейлок!

Миссис Гвинн задумчиво покосилась на собеседницу и тактично перевела разговор на другое:

- Где сейчас его светлость?

Иннин красноречиво пожала плечами.

- Леди Тейлор писали, что где-то у друзей в Шотландии! Ловит рыбу!

- У него друзья в Шотландии?

- Да! Кроме этого, какой-то родственник оставил ему отличное поместье в северной Шотландии! - нехотя пояснила Иннин. - Он туда обычно уезжает в конце августа и проводит около месяца в этом захолустье!

- О!- только и нашлась Эвис.

Она почувствовала некоторое облегчение при мысли, что герцог не возникнет на пороге этого дома хотя бы ещё пару недель. За это время компаньонка надеялась уговорить обеих вдов вернуться в Сеттенфорд - в спокойное и обеспеченное существование под опекой герцога. Будучи старше и мудрее своих молоденьких подопечных, она знала истинную цену стабильного куска хлеба.

К счастью для тревожившейся миссис Гвинн Лили появилась в особняке с ошеломительными новостями и кучей денег.

- Вот,- возбужденно высыпала она перед женщинами из мешочка горку блестящих новеньких соверенов, - я взяла на первое время только двести фунтов!

- Откуда? - ахнула, всплеснув руками Эвис, изумленно разглядывая золото.

Иннин же только вопросительно округлила глаза.

- Его светлость выделили мне содержание! - обрадовано улыбалась Лили. - Удивительно, но в нём, наконец-то, заговорила совесть!

Иннин и миссис Гвинн озадаченно переглянулись. Информация не укладывалась у них в голове, как-то не сочетаясь с их представлениями о герцоге. И опять-таки, неужели он дал распоряжение поверенному, находясь в Шотландии? Всё это выглядело в высшей степени странно.

- Я появилась у мистера Николсона, а он, оказывается, сам ко мне собирался! Поверенный Тейлоров вчера поставил его в известность, что мне выделяется сумма в две тысячи годовых, и вот...,- женщина ликующе кивнула головой на стопки монет,- теперь-то я смогу открыть свой завод, не закладывая дом!

- Зачем?- в унисон спросили пораженные женщины. - Разве этого не хватит на вполне обеспеченную жизнь?

Лили замялась, перекладывая монеты с места на место.

- Это - хорошая идея! - нервно заявила она. - Я решила посетить ближайшие скачки, и присмотреть подходящих лошадей!

Миссис Гвинн даже взвыла, заслышав, что её подопечная, едва получив на руки деньги, тот час решила ими рискнуть на скачках.

- Что? - моментально разозлилась и Иннин. - Ты решила поставить на кон саму возможность вернуться в общество? Нет, дорогая, мы должны более разумно распорядиться этими деньгами! В первую очередь, верно просчитать необходимые затраты на "малый сезон", а только потом думать о разведении лошадей!

Теперь уже пришла очередь уныло переглянуться миссис Гвинн и Лили. Они не ожидали подобной напористости от юной леди.

- Я,- с нажимом заявила им та,- практически раздета, и нуждаюсь в полном обновлении гардероба! Мне не в чем выйти из дома!

- Разумеется,- растерянно пробормотала Лили,- тебе надо одеться! Завтра же мы навестим мадам де Фуа!

Стоимость гардероба леди Иннин Кавендиш, которую выставила ловкая француженка, положила конец всем мечтам нашей героини о приобретении конного завода. Зато, когда они появились в первый раз на приеме кузины Беаты, все присутствующие (сами отнюдь не бедные дамы!) вынуждены были признать, что вдова Кавендиша одета с большим вкусом.

Впрочем, об этом событии нужно рассказать подробнее.

Появлению двух вдов в обществе предшествовал ряд визитов вышеупомянутых дам друг к другу "на чашку чая".

- Траур остался позади, дорогая! - в конце концов, заявила Беата,- в среду я устраиваю званый вечер. Ничего особенного, так несколько близких друзей и знакомых, но это очень удобный случай для вас с вдовой Кавендиш появиться в свете!

"Ничего особенного", по выражению кузины, оказалось столпотворением из сотни человек в её довольно-таки просторной гостиной. Завидев такую массу фланирующего по комнате народа, Лили в досаде прикусила губу. Всё-таки она надеялась, что Беата отличается от леди Вудворт, но выходит, зря! На двух вдов сразу же уставились десятка три лорнетов.

Иннин же поздравила себя с тем, что уделила особое внимание туалету. Вишневый гладкий шелк строгого платья подходил и только что снявшей траур вдове и одновременно выглядел элегантно, подчеркивая изысканную красоту её белоснежной кожи и черноту прекрасных глаз. Лили в своем синем платье с кружевами то же выглядела неплохо, но все-таки проигрывала рядом с ней.

Навстречу гостьям торопливо выскочил сам сэр Генри.

- Леди,- радостно поприветствовал он женщин,- какая честь видеть у себя дома таких красавиц! Вы так давно не были в свете, разрешите представить вам некоторых из моих гостей!

Лили, с застывшей на лице улыбкой, рассеянно внимала калейдоскопу старых и новых лиц и имен. Кого-то из представленных дам и джентльменов она знала, кого-то едва помнила, но встречались и незнакомые лица, но они её интересовали мало, пока безразличный взгляд не наткнулся на... Алекса Тейта.

Надо сказать, что любовник в воображении Лили настолько сливался с тайной, доками и Уайтчепелом, что встреча с ним в обществе ошеломила её, хотя она и знала, что Алекс принят в свете. Вот и сейчас её щеки невольно порозовели от волнения, когда Редли представил их друг другу.

- Позвольте вам представить - леди Лилиан... леди Иннин... мистер Тейт!

- Весьма приятно! - подчеркнуто любезно склонил голову Тейт.

Дамы натянуто улыбнулись и сделали книксены.

На этом, возможно, всё и закончилось бы, и они механически перешли вслед за хозяином к очередной группе людей, но неизвестно откуда вынесло Беату. Очевидно, всё это время хозяйка приема развлекала других гостей, но в этот момент, на их горе, освободилась.

- Мистер Тейт,- оживленно защебетала она, властно продевая свою руку под локоть мужа,- моя кузина так интересовалась вами! И как же удачно вышло, что вы встретились у меня в гостях!

У Лили сердце остановилось при этих словах бестолковой кузины. Это же надо было такое ляпнуть!

- Какая же из кузин оказала мне такую честь?

И пока растерянные Иннин и Лили открывали и закрывали рты, не зная, что сказать, в дело вмешался Редли, сообразивший, что жена что-то брякнула невпопад .

- Всё дело, Алекс, в наших американских родственниках - неких Тейтах! У вас нет родни за океаном?

- Увы, мне ничего об этом неизвестно! Но если вы расскажите, о ком конкретно идет речь, то возможно, мне так же найдется, что сообщить!

Пока женщины, наморщив лоб, соображали, что он конкретно сказал, Редли ловко поддел под локоть второй руки ошеломленную Лили, и решительно уволок её прочь, довольно грубо подчеркнув, что до француженки ему нет никакого дела.

Инн же криво улыбнулась Тейту и отошла к столику с чаем. Плохое начало сезона, на который она возлагала столько надежд!

Прошло совсем немного времени.

Как-то вечером, вернувшись с очередного приёма, женщины сидели за поздним ужином, когда смущенный дворецкий боязливо объявил:

- Его светлость, герцог Мортландский!

И пока с лиц удивленно переглядывающихся женщин сползали улыбки, в комнату, не смотря на неурочный час, вторгся герцог.

- Миледи!

Женщины поприветствовали гостя, предложив разделить с ними трапезу.

Герцог бесцеремонно уселся на свободное место, и на несколько долгих томительных минут воцарилась грозная тишина. Первой не выдержала паузы Лили.

- Как давно вы в Лондоне?- нервно осведомилась она.

- Приехал пару часов назад, - неохотно ответил тот, - и первый визит к вам! Как племянники?

- Спасибо, хорошо!

- Я был удивлен, обнаружив вас в Лондоне! Во время нашей последней встречи вы не изъявляли желания покинуть Сеттенфорд!

Голос герцога по сухости мог соревноваться с песком.

- Желания женщин иногда меняются, - глухо заметила хозяйка дома,- и я не припоминаю, чтобы обещала вам безвылазно сидеть в деревне! Мне захотелось увидеться с родственниками и, вообще, вернуться к светской жизни!

- Допускаю,- нахмурился Мортланд, - но вы были обязаны поставить в известность об этом меня - опекуна ваших сыновей!

- Вы были где-то в Шотландии!

Оправдание было так себе, но ничего лучшего Лили не пришло в голову. Мортланд смерил её ледяным взглядом.

- Это был весьма опрометчивый поступок с вашей стороны!

Едва заслышав угрозу в его голосе, Лили выругалась про себя. Какая же она была дурочка, когда поверила обещаниям Тейта освободить её от опеки герцога, и вот теперь приходится расплачиваться за легковерность!

- Вы собираетесь забрать у меня мальчиков? - прямо спросила она, решив сразу же выяснить его намерения.

Откровенность женщины, видимо, обескуражила герцога.

- Я не исключаю такого исхода дела, если вы ещё раз поступите со мной таким же образом!- холодно ответил он, сверля её недовольным взглядом.

Облегчение, охватившее Лили после этих слов, было подобно эйфории, но Мортланд не дал ей долго радоваться, сразу же переведя прокурорский взгляд на съежившуюся в ожидании неприятностей Иннин.

- Почему вы так же не поставили меня в известность о намерении вернуться в дом падчерицы? Как опекун, я был обязан знать о всех ваших переездах!

- Но раньше вы разрешали мне здесь жить! - жалко пролепетала Иннин.

Лицо герцога выразило откровенное презрение.

- Это было раньше!

Глядя на низко опущенную голову сестры, Лили ощутила прилив раздражения. Да что же это такое - Мортланд вёл себя так, как будто они были двумя преступницами, а он строгим неподкупным судьей!

- Почему Иннин не может жить в моем доме? - хмуро осведомилась она.

Не мог же герцог ей ответить, что присутствие француженки его страшно раздражает!

- Неприлично двум юным женщинам жить одним в таком городе, как Лондон!

Лили недоуменно покосилась на его светлость. Почему полгода назад это его не смущало?

- Но мы не одни, с нами миссис Гвинн, которую вы лично порекомендовали мне в качестве компаньонки!

- И, тем не менее, леди Иннин Кавендиш ещё несовершеннолетняя, и не может самостоятельно решать, где ей жить и что делать!

- Хорошо, пусть так,- вынуждена была, скрипнув зубами, согласиться Лили,- но ничто не может помешать ей гостить у меня, сколь будет угодно! Мы - троюродные сёстры, она вдова моего отца, а, значит, ближайшая родственница! Что неприличного в том, что одна сестра приехала в гости к другой?

- Допустим,- вынужден был согласиться герцог,- миледи и прогостит у вас какое-то время, но, предупреждаю сразу, что оставляю за собой право решать, сколько это продлится!

Недаром Лили так боялась визита герцога, заранее предчувствуя неприятности - и вот, не ошиблась!

После ухода Мортланда Иннин разочарованно расплакалась.

- Он не успокоится, пока не сведет меня в могилу!

- Вы преувеличиваете, - подала ей носовой платок миссис Гвинн,- его светлость всего лишь продемонстрировал недовольство, и не более того! Думаю, вам не стоит так уж волноваться!

Её слова имели определенный резон, но все-таки были не более чем утешением. Это понимали все женщины, но, тем не менее, Иннин вытерла слезы и улыбнулась.

- Вот так-то лучше! Думаю, что худшее для нас позади,- мужественно заверила кузину и Лили.

ПРОШЛО ТРИ МЕСЯЦА...

Приближалось Рождество. Как всегда в это время, у женщин семьи Каведишей было много хлопот. Покупка подарков родственникам, слугам, предпраздничные приемы и визиты занимали практически всё время обеих кузин.

Уживались они не без трудностей, но с похвальным терпением мирились с недостатками друг друга. Здесь были и кулинарные пристрастия Иннин, упорно не желающей признавать английскую кухню, чем она неимоверно раздражала непривередливую в еде Лили, уж не говоря о католичестве француженки, что создавало определенные трудности в общении с многочисленной родней Кавендишей.

Особенно Лили взбесило, когда она встретила в собственном доме католического кюре, приходившего помолиться над кроваткой заболевшей Мод. Сестры крупно поговорили тогда, и Иннин мрачно пообещала, что такое больше не повторится.

У Лили же были свои недостатки. Она имела обыкновение завтракать чуть свет, мало думая об удобстве остальных домочадцев, рассуждала за обедом о статях лошадей Сеттенфордских конюшен, и осенью, всё-таки промотала кругленькую сумму на скачках, выезжала на прогулку в любую погоду.

А ведь были ещё и джентльмены!

Нагло распустив слухи об особой заинтересованности юной вдовой Кавендиш, в дом при содействии общих знакомых просочился Тейт. В первый раз он прибыл в дом с загадочно и довольно улыбающейся Беатой, а потом уже не прибегал к помощи посредников. Чтобы наносить визиты, Алекс, не мудрствуя лукаво, пользовался приемными днями.

Иннин эти визиты сильно вредили, отпугивая потенциальных ухажеров. Кому же хочется иметь во врагах такого человека, как Тейт? Свататься с дыркой во лбу не очень-то сподручно! Но визиты Алекса вкупе с постоянно присутствующей в доме Иннин так же мешали и Мортланду. Ведь он наслаждался обществом невестки, потому что она, как никто другой умела молчать, чем выгодно отличалась от всех знакомых ему дам. Сейчас же трескотня женских разговоров звучала ото всюду, и что самое противное, вынуждена была вести беседу и сама Лили. Эдвин порой чувствовал себя, чуть ли не ограбленным!

А уж каково было Лили каждый раз вздрагивать, когда на пороге её гостиной вырастала с корзиной цветов фигура Тейта! Напрасно она себя уверяла, что его волокитство - простой блеф, чтобы заставить ревновать бывшую любовницу. Тем не менее, её сердце болезненно сжималось каждый раз, когда голова улыбающегося Алекса склонялась над рукой Иннин.

Иногда Лили хотелось гневно выяснить, что происходит, но гордость не позволяла женщине показать, как её задевают эти ухаживания, и она притворялась холодно безразличной.

В общем, никто не был доволен, никого не устраивало подобное положение дел, когда в этот странный четырехугольник вмешался ещё и некто пятый.

На одном из рождественских балов Иннин неожиданно столкнулась с сэром Энтони Рейли. Рыжеволосый капитан, занятый не совсем законным промыслом, когда-то помог ей прибыть в Англию, и она на всю жизнь сохранила о нем самые благоприятные воспоминания. Это был человек из того времени, когда ей нечего было скрывать и нечего стыдиться.

- Миледи,- тот час пригласил он её на танец,- окажите мне честь!

В сложных фигурах контрданса у них не завязался разговор, но зато после старые знакомые смогли отвести душу. Выяснилось, что после смерти старшего брата сэр Энтони унаследовал титул и поместье и теперь сидел на берегу.

- Жаль, что это произошло уже после смерти лорда Кавендиша,- вежливо сетовал он,- и мы теперь не являемся приятными соседями!

- Жаль! - с сожалением вздохнула и Иннин.

Её черные глаза засияли интересом. Рейли был симпатичен - молод, жизнерадостен, и пусть не такой красавец, как Тейлоры, зато обаятелен и открыт, но даже не это было главным - теперь у него появилось состояние!

- Вы уже обзавелись леди Рейли? - затаив дыхание, полюбопытствовала она.

- Нет, мадам! Такие красавицы, как вы - большая редкость, а на худшее я не согласен! - легкомысленно рассмеялся тот, кого-то высматривая в толпе.

- Вы мне льстите! - довольно улыбнулась Иннин.

- А что, леди Лилиана тоже здесь? - осведомился тот. - И хотя в юности мы с ней не особо ладили, я бы хотел выразить соболезнование по поводу смерти обоих мужей.

- Да, я помню, - рассмеялась француженка,- вы прицепили к её стулу табличку "Мисс Зазнайка"! Лили даже настаивала, чтобы из-за этого вас вычеркнули из списка гостей на её свадьбе!

Рейли натянуто улыбнулся.

- Не лучшая выходка с моей стороны! - с сожалением заметил он. - Надеюсь, она мне её простила?

Иннин снисходительно коснулась веером его руки. Мужчины - вечные дети!

- У Лили,- с нажимом пояснила она,- со времени вашей последней встречи было такое количество неприятностей, что эта надпись - одно из лучших воспоминаний детства!

Она была готова и дальше развивать эту тему, искусно переведя её на их взаимоотношения, но тут из толпы вынырнула и сама виновница разговора. Лили к ним вёл Мортланд, что-то сердито высказывающий хмурящейся невестке.

- Рейли,- рассеянно поприветствовала та бывшего соседа,- давно вас не видела! Как поживаете?

При виде сэра Энтони, Мортланд, холодно откланявшись, удалился, оставив кузин наедине с бывшим соседом.

- Разрешите, выразить вам свои сожаления по поводу смерти, как Томаса, так и майора Дугласа! Как жаль, что эта война дважды лишила вас возможности стать счастливой!

- Благодарю за сочувствие к моему горю,- безразлично качнула головой Лили, энергично обмахнувшись веером, - здесь такая жара! Иннин, не пора ли домой?

Такое подчеркнутое пренебрежение было вызвано даже не собеседником, а тем, что ей приходилось отвечать на подобные соболезнования по пять раз за вечер, и Лили понимала, что они ни к чему не обязывали ни её, ни соболезнующих.

Но, похоже, в этот раз она ошиблась, потому что обеспокоенная таким холодным приемом Иннин побоялась, что джентльмен не захочет поддерживать с ними знакомства и решительно вмешалась в разговор:

- Лили, сэр Энтони был большим другом покойного Томаса! Его смерть, действительно, потеря для него. Именно Рейли в свое время помог твоему мужу вывезти меня из Бельгии!

Лили недоуменно покосилась на кузину, удивившись столь горячему заступничеству, и вновь обернулась к собеседнику.

- Вы дружили с Томом? Я ничего об этом не знала!

Странно, но мужчина неожиданно смутился.

- Дело давнее, да и ваш муж погиб, поэтому ему не повредит, - сдержанно пояснил он,- если я скажу, что покойный служил в тайном ведомстве, занимаясь добычей сведений различного рода на территории, оккупированной узурпатором! Я помогал ему!

Новость поразила Лили - об этой стороне жизни супруга она не имела ни малейшего представления.

- Помогали?

- В последний раз я лично переправил его во Францию!

Вот теперь несчастной женщине действительно стало жарко. Всё это время, она подвергала сомнению слова Тейта, не понимая, каким образом муж вдруг оказался в Париже. Но теперь получается, что его спасение вполне могло оказаться правдой!

- Сэр Энтони,- заинтересованно посмотрела она на собеседника,- не могли бы вы навестить нас в ближайшее время? Мы принимаем по вторникам, но если вас не затруднит, заезжайте завтра, чтобы мы смогли без помех поговорить о моём покойном муже!

Иннин не стала скрывать довольной улыбки - пока всё шло хорошо. Увы, но это продлилось недолго.

Сэр Энтони оказался в их доме довольно рано. Если Лили к тому времени уже позавтракала и была в полной готовности принимать гостей, то Иннин ещё нежилась в постели в ожидании утренней чашки кофе. О том, что джентльмен в гостиной с сестрой, она случайно узнала от пришедшей с подносом горничной. Пока Иннин в спешке умывалась, одевалась и делала прическу, Лили развлекала гостя в одиночестве, потому что миссис Гвинн спозаранку уехала из дома по своим делам.

Хмурое зимнее утро только-только начало разгонять сумрак прошедшей ночи, поэтому в гостиной пришлось зажечь свечи, но их слабый свет забивал яркий отблеск только что разожженного камина. И всё же, не смотря на огонь, в остывшей комнате было холодно, поэтому Лили и её гость вынужденно пересели поближе к огню.

Рейли, чуть улыбаясь, с заметным интересом смотрел на женщину рядом и заговорил, почему-то не о Томасе, а о втором супруге вдовы.

- Майор Дуглас стал вам более хорошим мужем, чем несчастный Томас?

- Он меня любил! - коротко ответила Лили, несколько удивленная этим вопросом.

- Но Томас тоже вас любил! В нашу последнюю встречу он отзывался о вас с таким теплом!

- Не думаю, что чувства этих мужчин, хоть сколько-нибудь сопоставимы,- хмуро возразила женщина, - и всё-таки, пока мы одни, я бы хотела поговорить о Томасе!

Рейли задумчиво кивнул головой, заинтересованно поглядывая на собеседницу.

- Чтобы вам хотелось узнать?

Лили нервно осмотрелась - не торчит ли в комнате кто-то из прислуги? Потом, снизив голос почти до шепота, спросила:

- Могу ли я доверить вам тайну?

- Конечно! Не сомневайтесь в моей скромности!

- Понимаете,- нервно теребила она концы шали, - до меня недавно дошли слухи, возможно, они недостоверны и туманны, но...

- Смелее,- приободрил её джентльмен,- вы можете доверить мне любую тайну!

Лили открыла рот, но... именно в этот момент в гостиную почти вбежала румяная от волнения Иннин.

- Простите меня, сэр Энтони, к сожалению, я вынуждена была задержаться в детской!

Француженка выглядела настолько свежей, оживленной и красивой, что губы мужчины невольно растянулись в любующейся улыбке.

- Я рад вас видеть, миледи!

Иннин уселась возле беседующих, и стремительно вмешалась в разговор.

- Лили, ты знаешь, что сэр Рейли получил наследство от своего старшего брата, и теперь наш сосед по Кавендиш-холлу?

- Сэр Марк умер? - тяжело вздохнула Лили. - Жаль, он был приятным джентльменом!

- Думаю, что сэр Энтони будет не менее приятным соседом!- укорила сестру Иннин и не смогла сдержать заинтересованности.- Надеюсь, что вы унаследовали порядочное состояние?

Рейли коротко хохотнул, покосившись на углубленную в свои мысли Лили.

- На жизнь хватит..., но мне, пожалуй, пора!

И он удалился восвояси, ломая голову - о чём же таком тайном хотела поговорить с ним вдова Тейлора.

Между тем, этот мужчина не выходил у Иннин из головы, и за обедом она затеяла разговор о госте:

- Лили, - прямо осведомилась она,- каково теперь состояние Рейли?

- Не знаю,- пожала плечами та, рассеянно помешивая ложкой суп,- Рейли никогда не были богачами! Думаю, тысячи три-четыре в год!

Вдова Кавендиша тяжело вздохнула:

- Не густо! Но на что ещё может рассчитывать вдова с ребёнком? Как, по-твоему, сэр Энтони - хорошая партия?

Вопрос был неожиданным, и Лили замешкалась с ответом, искренне не понимая, с чего это кузина решила, что Рейли сделает ей предложение.

- Ты испытываешь, какие-то чувства к сэру Энтони? - недоверчиво уточнила она.

- Не то, чтобы очень, - пожала плечами кузина,- но согласись, он симпатичный мужчина!

Лили неожиданно фыркнула:

- Рыжий! И вечно норовит сунуть свой длинный нос, куда не просят! Но если он тебе нравится, то...

- Я хочу выйти замуж за порядочного, состоятельного мужчину, который станет заботиться и обо мне, и о дочери! Не за Рейли, так за кого-нибудь другого!

- Хорошо, дорогая! Думаю, что рано или поздно такой человек найдется!

Прошло всего пару дней, и Рейли опять оказался в их доме в несусветную рань, хорошо, хотя бы, что день был приемным.

Горничная известила Лили о госте, когда та давала распоряжения на счёт прачечной. Леди поправила перед зеркалом чепец и поспешила в гостиную, намереваясь закончить прерванный два дня назад разговор, но там уже сидела Иннин! Надо же, в кои-то веки её кузина даже пожертвовала своими привычками ради желанного мужчины. Лили была не против, только сегодня это было некстати, но поглощенной матримониальными планами Иннин было невдомек, как она мешает сестре.

Сэр Энтони встретил хозяйку дома красноречивым взглядом, и до Лили сразу же дошло, что планы Иннин стать леди Рейли лишены будущего. Из вежливости мужчина посидел ещё полчаса, а потом заторопился по каким-то, скорее всего, вымышленным делам, не смотря на разочарованное лицо леди Иннин Кавендиш.

Вскоре после его отъезда к дамам заехала Беата с мужем, потом ещё несколько знакомых леди и джентльменов, подтянулся и Мортланд. Гости пробыли в особняке довольно долго, герцог так вообще остался обедать.

И только когда Лили поднялась к себе, переодеться, горничная передала ей записку. Женщина удивленно вскрыла послание - лаконично, в двух фразах Рейли назначал ей на следующий день встречу в Гайд-парке.

Что ж, это было довольно умно с его стороны. Так как обед должны были вот-вот подать, а за столом присутствовал любивший точность Мортланд, то Лили пришлось поторопиться. Она небрежно бросила записку на туалетный столик и поспешила в гардеробную.

Утро следующего дня выдалось солнечным и морозным.

В Гайд-парке было довольно многолюдно. Среди разодетой в теплые плащи фланирующей публики, кутающаяся в меха Лили не сразу обнаружила сэра Энтони.

Рейли ждал её на берегу замерзшего пруда, по льду которого несколько джентльменов и дам катались на коньках. Раздавался веселый смех, румянились разгоряченные лица и над всем царил легкий веселый дух праздника, который поднял настроение и наблюдающим со стороны мужчине и женщине.

- Не хотите покататься?- Рейли кивнул головой на развлечение.

Улыбающаяся Лили нехотя сморщила нос.

- Как-то я попробовала,- честно призналась она,- но синяков и шишек оказалось больше, чем удовольствия!

- Тогда,- взмахнул он рукой в сторону аллеи,- пройдемся! Сегодня на редкость приятный денёк для прогулок! Извините за записку, но ваша очаровательная кузина, думаю, так и не дала бы нам возможности поговорить. Итак, что же это за тайна, которую вы хотели поведать мне?

Его глаза с таким пристальным вниманием воззрились на неё, что Лили поневоле смутилась. Может, ей и не стоило посвящать в их семейные дела посторонних, но с другой стороны, она отчаянно нуждалась в помощи и совете! Задумчиво обмахнув муфтой снег с плаща спутника, женщина все-таки решилась.

- Кое-кто,- прикусила она губу,- недавно сообщил мне, что лорд Тейлор жив!

- Что, - изумился потрясенный Рейли,- но... как это может быть?

Женщина мрачно хмыкнула.

- Мне сказали, что он сидит в частной тюрьме, где-то под Парижем! Если вы, действительно, в курсе дел Томаса, то как, по-вашему, этот слух может быть правдив?

Прежде чем высказать свое мнение, сэр Энтони долго молчал, продолжая машинально прогуливаться по заснеженной аллее. Лили покорно семенила рядом, прислушиваясь к хрусту снега под его ногами и напряженно ожидая ответа.

- Странно, - в конце концов, высказался он,- что за всё это время ваш муж не нашел способа связаться с теми, кто мог бы помочь ему выйти из заточения. Если тюрьма частная, то возможно Томаса можно было бы элементарно выкупить - уж с деньгами Тейлоров это не проблема! Вы разговаривали об этом с Мортландом?

Это был тот самый вопрос, который она задавала Тейту, и ответила женщина на него теми же словами, что и Алекс.

- Нет! Мои сведения слишком туманны, и, возможно, недостоверны. Я не хочу его обманывать напрасными надеждами. Вы сами знаете, как он любил брата!

Но это утверждение не нашло отклика у Рейли.

- Отношения в этой семье всегда были крайне сложными,- осторожно заметил он,- и между братьями часто вспыхивали конфликты!

- Мне кажется, что его светлость всегда нежно заботился о брате!

- Однако когда дело коснулось матримониальных планов...

Лицо женщины окаменело, и смутившийся Рейли моментально спохватился:

- Простите, кажется, я сказал лишнее!

Лили криво улыбнулась.

- Не извиняйтесь - я знаю, что Мортланд спихнул женитьбу на брата, как бросают лакею при входе ненужный плащ!

- Вы преувеличиваете! Да и я вовсе не это имел в виду - здесь скрыта какая-то семейная трагедия, которая накалила отношения между братьями. Однажды, это было лет пять назад, мы просто чудом выбрались из смертельной переделки. На радостях все перебрали лишнего, и вот тогда Том и поведал мне за стаканом вина, что умирающий отец признался сыновьям, что в молодости совершил какую-то непростительную ошибку. Тейлор с горьким сарказмом признался, что с тех пор жизнь братьев сильно изменилась.

- Какую ошибку? - затаила дыхание от волнения Лили.

- Не знаю, - пожал плечами Рейли,- это их семья и их тайны, зачем мне они?

Они немного помолчали, наблюдая за гувернанткой, учившей кататься на коньках юную воспитанницу лет десяти. Девочка держалась на полозьях неуверенно, но по счастливому личику было понятно, что она в полном восторге.

- Так или иначе, - наконец, вздохнула Лили,- я все-таки не хочу воскрешать в нем напрасных надежд. Его светлость человек, можно сказать, тяжелый, но он так одинок!

- Вы столь деликатны, - то ли удивился, то ли восхитился собеседник,- но тогда, чем могу помочь вам я? По-моему, здесь нельзя ничего поделать, кроме как терпеливо ждать!

Лили замялась, нерешительно поглядывая на мужчину рядом.

- Ну? - подбодрил её тот.

- Но ведь можно как-то..., - она глотнула в грудь воздуха,- через каких-то известных только вам людей, узнать, так ли это? А вдруг Том, всё-таки жив и нуждается в помощи?

Рейли нахмурился.

- Допустим, такие люди есть, но почему вы не обратитесь за помощью к Тейту? Насколько мне известно, он ухаживает за вашей французской кузиной, часто бывает в доме, а у таких людей связи по всему миру. Да и не чужой он семье Тейлоров, хотя я точно не знаю, что их связывает.

Женщина нервно передернулась.

- Вы, действительно, считаете, что он мне поможет?

Рейли неожиданно хмуро рассмеялся.

- Думаю, да! Хотя, по слухам, платить за его услуги приходится слишком дорого. Но, исходя из факта его ухаживаний за леди Иннин, может, для вас он сделает исключение?

- Сэр Энтони, я не заметила в их отношениях ничего такого, чтобы делать настолько далеко идущие выводы! Что же касается кузины,- Лили сделала многозначительную паузу,- вы нравитесь ей гораздо больше!

Но в ответ на это признание собеседник только улыбнулся.

- Право слово, вы мне польстили, но такой соперник, как Тейт, мне не по зубам! Да и...

Фраза так и осталась незавершенной, но Лили отлично поняла, что скрывалось за её недосказанностью. Если сэр Рейли и собирался жениться, то ни на её кузине. Но это было ещё не всё.

Уже помогая ей сесть в экипаж, сэр Энтони неожиданно заявил:

- Миледи, я не могу отказать в просьбе женщине, которую искренне уважаю! И сделаю всё, о чём вы меня сегодня попросили!

Обрадованная Лили не успела даже поблагодарить его за любезность, настолько быстро он закрыл за ней дверь экипажа и приказал кучеру трогать.

А дома леди ждал грандиозный скандал.

Иннин, за каким-то делом посетив её спальню, обнаружила записку.

- Что это? - гневно трясла она листом бумаги перед носом ошеломленной кузины. - Как ты могла?

- Это не то, о чём ты подумала,- вынуждена была защищаться Лили,- клянусь здоровьем моих детей, это было не любовное свидание!

- Тогда зачем вы встречались?

Лили немного подумала, и все-таки упрямо качнула головой.

- Я пока не могу сказать! Но уверяю, что мы разговаривали о делах!

- Конечно, о делах! Стоит только какому-нибудь джентльмену проявить ко мне интерес, как у тебя с ним начинаются "дела"! В результате, я остаюсь одна!

Это было несправедливо, и Лили язвительно заметила в ответ:

- Благодари за это Тейта! Тот же Рейли пояснил мне, что такой соперник ему не по зубам! Джентльмены боятся за тобой ухаживать!

У Иннин заблестели слёзы в глазах.

- Что я за несчастная!

Она рыдала и причитала, упрекая сестру в бесчувственности и эгоизме. Истерика продолжалась настолько долго, что встревоженная миссис Гвинн поспешила напоить молодую женщину успокаивающим отваром, после чего отвела в спальню.

- Надо что-то делать! - встревожено заявила она, обращаясь к измученной Лили. - Вашей кузине слишком много пришлось пережить, чтобы её нервы оставались в порядке! И уж если она вбила себе в голову замужество, то... вам придется найти ей жениха!

- Я что, фокусник, чтобы вытащить его из рукава! - устало возразила та. - Вы же прекрасно понимаете, что небогатой француженке, обремененной дочерью, да ещё упорствующей папистке весьма сложно сделать приемлемую партию!

- И все-таки, нужно что-то делать! Поговорите об этом с вашими родственницами, возможно, такой мужчина найдется. Джентльмены весьма падки на женскую красоту, а ваша кузина очаровательна, словно фарфоровая пастушка!

Миссис Гвинн удалилась по своим делам, а Лили, рассеянно опустившись в кресло, глубоко задумалась. Ничего не поделаешь, но за эти месяцы совместного проживания они не стали с Иннин ближе. Да, она была в ответе за свою кузину, но жизнь рядом с маленькой француженкой превратилась в кошмар.

Английские кузины вряд ли смогли бы ей хоть в чем-то помочь. Во-первых, многие из них ещё сами находились в поисках подходящих партий, во вторых, Иннин, почему-то все дружно невзлюбили, хотя она всегда отличалась кротким поведением. И только Лили знала, какие бури кроются за этим ангельским спокойствием.

Как ни крути, выход был только один. Лили как раз со всех сторон его обдумывала, когда дворецкий объявил о визите герцога Мортландского.

Лицо герцога просияло, когда он увидел, что Лили в гостиной одна. Это была такая редкость, что он сдержанно поинтересовался:

- Где же леди Иннин?

- Она легла спать!

Глаза Мортланда выразили недоумение, и женщина поспешила пояснить:

- Иннин была несколько расстроена! Послушайте, Эдвин, - задумчиво обратилась она к деверю, - как опекун, вы не против, если бы кузина вновь обрела счастье в новом браке?

Пожалуй, герцог был удивлен.

- Появился претендент?

- Пока ещё нет,- тяжело вздохнула Лили,- но, может, и появится. Как вы отнесетесь к этому?

Мортланд рассеянно пожал плечами.

- Право слово, не знаю! Прежде всего, хотелось бы увидеть избранника!

Другого она и не ожидала. Чтобы его светлость прямо ответил на вопрос, действительно, должно было произойти нечто неординарное. Хмыкнув про себя, Лили рассеянно взялась за рукоделие, а Мортланд зашуршал свежей газетой, и воцарилась столь обожаемая им тишина. Но если бы его светлость смог бы догадаться, что задумала сидящая рядом женщина, он вряд ли бы обрадовался этому спокойствию.

Мортланд пробыл в доме Лили довольно долго и удалился только перед ужином, уехав в свой клуб, а Лили, тем временем, так же собралась покинуть дом.

- Куда это вы? - опешила миссис Гвинн, случайно обнаружив в холле свою подопечную, уже одетую для выхода.

- Поеду искать жениха для Иннин,- бодро улыбнулась та,- буду не скоро!

И пожилая дама, решив, что леди направилась с визитом к одной из кузин, не стала больше задавать вопросов, продолжив путь по своим делам.

А Лили, с колотящимся в волнении сердцем в груди поехала по известному ей адресу. Она всё время откладывала эту встречу, хотя и знала, что проволочки ей только вредят.

В знакомом доме царили промозглый холод и запустение, но под плотным слоем пыли возле камина были сложены дрова. Камины она разжигать, конечно, не умела, но теоретически знала, как это делается.

Тщетно вновь и вновь высекая трясущимися руками искру, Лили негромко ругалась сквозь зубы, и это каким-то образом помогало ей справиться с желанием немедленно убежать из этого места. Она и хотела и боялась этой встречи, в иные минуты даже желая, чтобы Алекс в этот раз не приехал. Лили не знала, каким образом Тейт узнает о её приезде, но была уверена, что ему непременно сообщат. Так было всегда, будет и на этот раз.

После нескольких неудачных попыток ей все-таки удалось, как следует разжечь огонь и хоть немного согреться вблизи его пламени, когда на улице раздались звуки подъехавшего экипажа, стукнула дверь, и в комнате появился Тейт.

Несколько минут они просто смотрели друг на друга.

- Миледи? - голос Тейта звучал, чуть ли не враждебно.- Вам что-то нужно?

Этого-то она и боялась. Тейт ничего не забыл, и не собирался сменять гнев на милость.

Лили нервно сжала руки и растерянно опустилась на стул.

- Тони...

- Меня зовут Тейт, Алекс Тейт, мадам! И пожалуйста, быстрее излагайте своё дело, меня ждут в другом месте!

Все тщательно приготовленные слова моментально покинули её голову, и не осталось ничего, кроме жгучего ощущения несчастья, от которого стало горько даже во рту.

- Ты больше не любишь меня?

- Вы пришли сюда поговорить о любви?

Тейт, наконец, хотя бы снял шляпу, и Лили неожиданно испытала облегчение при виде его золотистых волос. Таким он был ей все-таки ближе.

- Нет, - в смятении прошептала она и тут же испуганно поправилась,- да! То есть...

Женщина в ужасе чувствовала, что совсем запуталась, запуталась до такой степени, что лишилась одновременно и голоса и дыхания. Положительно, этот человек действовал на неё, как удав на кролика.

Мужчина, между тем, не спеша прошелся по комнате и остановился напротив камина, с подчеркнутым удивлением глядя на огонь.

- Вас не были несколько месяцев, и, честно говоря, я даже сам не знаю, почему распорядился доставить сюда дрова! - он негромко вздохнул. - Думаю, что это наша последняя встреча в этом доме - распоряжусь выставить его на торги!

Лили, наконец, удалось справиться с собой настолько, что она смогла робко возмутиться:

- Почему вы так говорите со мной?

- Разве я вас чем-нибудь обидел?- Тейт отвел взгляд от огня и надменно оглядел сжавшуюся в оцепенении женщину. - В какой-то степени, я вас даже уважаю за то, что вы нашли мужество так резко оборвать наши отношения, едва поняли, что от прежних чувств ничего не осталось! Увы, я не столь решителен и всё это время на что-то надеялся. Глупец!

Лили в панике схватилась руками за горящие щеки. Его слова били её посильнее пощечин, тем более, что они не соответствовали истинному положению дел.

Как много бы она дала, чтобы он оказался прав, но нет, все эти месяцы - день за днем, чем бы она ни занималась, Алекс постоянно присутствовал в её мыслях. И это были не только романтические переживания - леди по-настоящему боялась своего любовника, не доверяла ни одному его слову, но её затягивала, как в омут тайна, окружавшая этого человека, привязывала к нему темная всепоглощающая страсть, и где-то в глубине сердца упрямо таилась та самая, первая любовь.

- Не делайте этого, - наконец, прошептала она,- не продавайте этот дом! Это место слишком много для меня значит! Я люблю вас, Алекс, и так думаю, что никогда не переставала любить, но вынуждена постоянно бороться с собой и своим чувством!

- Почему, любимая?

Глаза Алекса немного потеплели, и ей сразу показалось, что в этой промозглой запущенной комнате что-то изменилось, сделав её уютнее и светлее. И тогда Лили путано, но всё же попыталась объяснить, что у неё на душе:

- Я хочу жить жизнью нормальной женщины! Сама не знаю, как в последний раз мне удалось избежать беременности, но если Том жив, то мы не сможем родить законнорожденного ребенка!

- Это так важно для вас? - в голосе Тейта прозвучало легкое, но все-таки пренебрежение.

И именно эта интонация, наконец, встряхнула её и заставила яростно защищаться:

- Всё что касается детей, всегда важно для матери! Я не хочу делать несчастной собственную плоть и кровь, отказавшись от неё прямо в колыбели. Да, вы внушаете мне страсть такой силы, что я не могу от неё отказаться, но, скажите честно, если бы Том все-таки погиб, вы женились бы на мне?

Тейт задумчиво вздернул брови.

- Не уверен!

- Вот видите! - с горькой убежденностью воскликнула Лили.

- Не уверен, что вообще, когда-нибудь женюсь! Я слишком плохого мнения о самом институте брака!

Вот даже как?! Лучше бы он этого не говорил!

- Увы, ничего лучше человечество ещё не придумало! - разозлилась женщина. - У вас очень плохая репутация, но я бы ещё раз разругалась со всей родней, чтобы делить с вами радости и беды! И даже если бы вы разорились, попали в долговую тюрьму, я и тогда собственноручно штопала вам носки, но не предала и не оставила. Нужно разделять судьбу того, кого любишь! Но посещать вас здесь - бездумно, бесцельно, только ради получения наслаждения, мне кажется унизительным для того чувства, которое я к вам испытываю!

Тейт тяжело вздохнул, небрежно бросив плащ на свободный стул - в комнате становилось жарко.

- Как давно вы стали настолько благоразумной? Было время, когда вам, любимая, было наплевать на всех, только бы забыться в моих объятиях!

Мог бы и не напоминать. Лили покраснела от досады, но все-таки попыталась объяснить.

- Я была наивной, охваченной первым чувством девушкой. Настолько доверчивой, что не понимала, какой бедой может обернуться наша связь. Разве я когда-нибудь смогу забыть, что испытала, вынашивая своего первенца, какой страх и ужас! Наверное, были правы мои многочисленные тётушки, когда методично вдалбливали мне в голову, что адюльтер ни к чему хорошему не приведет! И я сама, набив множество шишек, пришла к тому же выводу!

Тейт слушал взволнованную женщину с ледяным выражением лица. Похоже, её пламенная речь не произвела на него особенного впечатления.

- И все-таки вы пришли?!

- Да, но..., я хотела попросить вас перестать компрометировать Иннин, иначе ей никогда не найти мужа! Она стала совсем невыносимой в стремлении вновь устроить свою судьбу - сегодня закатила мне настоящую истерику!

Её заставил озадаченно замолчать невеселый смех Тейта.

- Я так думаю, из-за вашей прогулки с Рейли?

Лили опешила, и, широко раскрыв глаза, уставилась на любовника.

- Да! - растерянно подтвердила она. - Иннин раскричалась, обвинив меня во всех смертных грехах. Но откуда вы узнали?

- Собственно, и я вам устроил бы сцену ревности, потому что мне не понравилась эта идиллия в Гайд-парке, - язвительно заметил джентльмен,- вы так мило прогуливались, так доверительно шептались!

- Вы нас видели?

Тейт мрачно хмыкнул.

- Видел! И коли вы сейчас прочли маленькую лекцию о морали, могу я спросить - о чём шёл разговор?

Вот так вопрос! Лили моментально опустила испуганные глаза , лихорадочно соображая, что ответить - не правду же?!

- Наша встреча не была любовным свиданием! - наконец, твердо ответила она. - Мы говорили о многом, но в основном, об Иннин. Сэр Энтони пояснил мне, что никогда не будет ухаживать за женщиной, вокруг которой вьется такой человек, как вы! Впрочем, по-моему, это не главная причина - Иннин, при всей её красоте, не является завидной невестой, а Рейли, наверняка, захочет связать свою жизнь с более состоятельной леди, не обремененной, к тому же, детьми и католицизмом.

- Или той, которая нравится больше!

Замечание не понравилось леди, и она язвительно возразила:

- Это дело его вкуса! Но так или иначе, Иннин стала невменяемой и упрямо рвется замуж! А вы мешаете!

Тейт ещё раз задумчиво смерил шагами комнату. Лили настороженно за ним наблюдала.

- Помогать ей я тоже не буду!

Лили даже отпрянула, ошеломленно вжавшись в спинку стула. Подобного ответа она, почему-то не ожидала.

- Вы отказываетесь?

- Да! - спокойно подтвердил Тейт, - Её проблемы меня ни в коей мере не касаются! Леди Иннин на редкость красивая женщина, думаю, ничто не помешает ей устроить свою судьбу.

- Если вас не будет рядом! - ядовито уточнила она.

Тейт смерил её холодным взглядом.

- Для настоящего джентльмена наличие соперника вовсе не преграда! Допустим, ради вас я способен на всё! Даже на то, чтобы оставить в столь выстраданном вами покое! Прощайте!

Это было настолько неожиданно, настолько странно, что когда он потянулся за плащом, нервы Лили не выдержали. Ошеломлённая женщина вдруг чётко осознала, что если Алекс сейчас уйдет, то навсегда, и невыносимая боль пронзила её сердце.

- Стойте! - отчаянно закричала она, подскочив с места,- подождите!

Тейт остановился, и Лили умоляюще заглянула ему в глаза.

- Вы не должны так уйти! - тоскливо прошептала она.

Алекс крепко охватил ладонями её голову.

- Я и не хочу от вас уходить! - прошептал он в ответ. - Больше всего на свете, я хочу остаться!

И их губы слились в поцелуе.

Это была их первая ночь, проведенная вместе, да ещё на валяющемся на полу у камина пыльном матрасе, но любовники не обращали внимания на эти неудобства. Им было вполне достаточно того, что жарко пылающий огонь согревал их обнаженные тела, и никто не мешал длительному и серьезному разговору.

Конечно, в первую очередь Лили спросила Алекса об отношениях с семьей Тейлоров.

- Я не могу рассказать тебе всего! - откровенно признался тот. - Это не моя тайна и, в свое время, я дал слово молчать!

- А если Томас, всё-таки вернется, я опять буду изображать верную жену?

Тейт с улыбкой прикоснулся пальцем к её носу.

- Нет, дорогая! За годы вынужденной разлуки я осознал, что нет ничего дороже наших встреч. Похоже, что именно ты - женщина, которая мне предназначена свыше, потому что после твоего появления другие меня перестали интересовать.

Лили польщено вздохнула, уютно прильнув к обнаженному любовнику. Она была по-настоящему счастлива. Истома поработила всё тело, хотелось спать, но, тем не менее, где-то в самом дальнем уголке сознания, что-то не давало ей расслабиться окончательно.

- И что же с нами будет дальше?- лениво осведомилась она.

Мужчина рядом снисходительно рассмеялся.

- Зачем нам гадать, что и как будет в том или ином случае, если судьба обычно распоряжается людьми по-своему? Я тебя люблю, чего же тебе ещё не хватает?

На этот вопрос Лили как раз могла ответить.

- Уверенности в завтрашнем дне,- честно ответила она,- я прошла через столько потерь, что научилась ценить стабильность!

Алекс нежно поцеловал её.

- Если ты настаиваешь, я могу на тебе жениться!

- Нет, не надо,- устало рассмеялась Лили,- пока есть хоть какая-то надежда на возвращение Томаса, я бы предпочла не заниматься клятвопреступлением! Если ты хочешь сделать мне приятное, найди жениха для Иннин!

Тейт достаточно долго молчал, ласково поглаживая любовницу по изгибам тела, а потом все-таки со вздохом отказал:

- Нет, любимая! Я дал себе слово, больше не вмешиваться в личную жизнь этой женщины. Мои старания привели к тому, что из отважной и самоотверженной девушки она превратилась в смертоносную гадючку, каких мало!

- Что, - пораженно вскинулась Лили,- но когда...

И вновь Тейт, устало усмехнувшись, заявил:

- Это не моя тайна!

Вот и поговори с этим человеком, когда на любой вопрос, он только упрямо смыкает губы и твердит о тайнах!

О том, что Лили вернулась домой на рассвете, Иннин узнала от горничной, а та в свою очередь услышала об этом от привратника.

- Где ты пробыла всю ночь? - кисло поинтересовалась она за завтраком.

Несмотря на бессонную ночь, выглядела Лили превосходно и была полна сил и энергии.

- Заигралась в карты у Спенсеров!

Отговорка была подходящей. У Спенсеров каждую ночь засиживались до рассвета заядлые картежники, но Иннин догадывалась, что кузина задержалась явно не за бриджем. Миссис Гвинн так же осуждающе глядела на подопечную - этот лихорадочный блеск в глазах она уже видела, перед тем как Лили сменила титул маркизы на скромное имя миссис Дуглас.

- Мы волновались,- мягко упрекнула она,- надо было послать лакея с запиской!

- В следующий раз я так и сделаю! - клятвенно пообещала Лили.

Она ни капли не раскаивалась в содеянном, и чувствовала себя удивительно счастливой.

МОРТЛАНД.

Приближающаяся весна погрузила весь Лондон в туман, заливая дождем и затягивая душным смогом, как узкие улочки Ист-энда, так и аристократические районы восточной части.

В тот вечер у Кавендишей был приемный день. В доме собрался достаточно узкий круг людей - был Мортланд, кузина Беата, миссис Элспет, старая герцогиня с тетками, да ещё парочка дам, совершенно случайно вклинившихся в это семейное сборище.

Решался достаточно серьезный вопрос о переезде Лили и Иннин с детьми в Сеттенфорд.

- В городе дышать нечем,- приводил неоспоримые аргументы Мортланд,- состояние здоровья детей и леди Иннин требует более здорового образа жизни.

Кузины тоскливо переглянулись. В чём-то он, конечно, был прав. Иннин, действительно, недавно сильно переболела простудой, но в тот момент уже сумела преодолеть недомогание, и женщинам вовсе не хотелось прятаться в деревенскую глушь с её непроходимой грязью и отсутствием общества равных. Да и была парочка других причин, которые они предпочитали не озвучивать.

- Может, ближе к лету? - осторожно возразила Лили. - Не хочется пускаться в путь в такую слякоть!

- Думаю, что я сумею устроить всё так, что вы не почувствуете неудобств при переезде!

Мортланд в своем стремлении был очень настойчив, причем главу дома поддержали и сиятельные дамы его семейства. Герцогиня, кое-что просчитав, так же накинулась на невестку:

- Дорогая, в прошлом году из-за вас Эдвин опоздал к открытию парламентской сессии!

- Мне нужно срочно разобраться с делами в Кавенлиш-холле,- мрачно подтвердил герцог,- попутно, я бы смог сопроводить вас в Сеттенфорд, и помочь на первых порах.

Лили прикусила губу. Ей не хотелось лишать себя на столь долгое время встреч с Тейтом. Эти три месяца были самыми счастливыми в их отношениях, и ей было страшно что-либо менять. Она никому не рассказывала о своих свиданиях, но её домашние, разумеется, догадывались о происходящем.

Когда женщина, по меньшей мере, раз в неделю, где-то проводит всю ночь, то не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что у неё появился любовник. Несколько раз миссис Гвинн пыталась воззвать к её здравомыслию, и каждый раз Лили виртуозно уходила от объяснений. Знал ли о её ночных отлучках Мортланд? Несомненно! Можно только представить, как бесило герцога существующее положение дел, но до поры до времени он молчал, и вот сегодня, наверняка, вся рать Тейлоров собралась в её доме по его наущению.

Недоумевающая Беата только крутила головой, оглядывая говорящих. Она чувствовала, что происходит, нечто необычное.

- Да о чем собственно разговор? - искренне удивилась леди. - Конечно, что сейчас делать в деревне? Слякоть, грязь..., ни оперу послушать, ни поболтать толком не с кем! Весь бомонд, наоборот, съезжается в Лондон к открытию сезона!

- Замолчите, милочка! - грозно шикнул на неё семейный цербер в лице миссис Элспет.- Его светлости виднее, когда им посетить деревню! Вы забываете, что он опекун леди Иннин и сыновей Лили!

Старые дамы и герцог наступали на Лили таким слаженным фронтом, что она уже сдалась перед их дружным напором, когда на пороге гостиной неожиданно вырос Рейли.

Бывший капитан не был у них дома с того самого утра, когда назначил ей свидание в Гайд-парке. После они встречались несколько раз в гостиных общих знакомых, издалека и отчужденно раскланиваясь друг с другом, и вдруг он так внезапно появился. Это было явно неспроста, и у Лили моментально защемило сердце ожиданием важных новостей.

Побледнела, а потом резко покраснела и взволнованная Иннин. Она до сих пор остро переживала свою неудачу с Рейли. Тем временем, тот вел себя весьма непринужденно.

- О,- радостно среагировал он, когда наивная Беата простодушно посвятила его в суть разговора,- это прекрасная новость! Этим летом у меня будут приятные соседки!

Лицо Мортланда вытянулось. Такого развития событий он не мог предусмотреть, поэтому разговор о переезде оказался скомкан, и присутствующие благоразумно перешли к беседе на другие темы.

Уже уходя, сэр Энтони сумел тайком прошептать хозяйке дома:

- Завтра, на том же месте, в то же время!

Лили не спала всю ночь. В волнении она, то просила Бога, чтобы Том оказался жив, то, чтобы он уже раз и навсегда успокоился с миром, и она смогла бы идти по жизни, не оглядываясь на прошлое. Но в том или другом случае, женщина прекрасно осознавала, что с завтрашнего дня её жизнь необратимо изменится, и боялась этого.

Дорожки Гайд-парка были затянуты влажным туманом. И из-за этого прогуливающихся было гораздо меньше обычного, да и те, скрываясь под зонтами, казалось, деловито торопились, настолько быстры были их шаги. Лили растерянно брела вдоль серой воды пруда, толком не зная, как в этом промозглом мареве обнаружить Рейли, когда он сам её настиг.

- Миледи?

Сердце женщины тошнотворно замерло, и она резко обернулась.

- Сэр Энтони?

Её глаза с такой тревогой уставились на него, что Рейли успокаивающе сжал ей руки.

- Всё хорошо,- улыбнулся он,- только не волнуйтесь!

После этих слов, понятно, смятение леди только усилилось, и джентльмен поторопился, набрав в грудь воздуха, поспешно заявить:

- Ваш супруг жив!

Второй раз по этому поводу она сознание терять не стала, но, сразу же ослабев, облокотилась на руку спутника, с трудом обретая дыхание.

- И где он?

- Там, где вы и указали - в одной из частных тюрем под Парижем! Это небольшой замок, но хорошо укрепленный и неплохо охраняемый, но, насколько нам удалось узнать, содержат маркиза в хороших условиях!

Лили моментально сообразила, в чём дело и надменно сжала губы.

- Замок принадлежит женщине?

Рейли не смог скрыть снисходительной улыбки, но все-таки мягко возразил:

- Не думаю, что он там наслаждается жизнью! Теперь нам нужно согласие его светлости на ведение переговоров о выкупе. Дама, у которой он находится в плену, весьма богата, поэтому речь пойдет, скорее всего, о приличной сумме денег!

Лили торопливо кивнула головой.

- Конечно, я уверена, что герцог ничего не пожалеет для брата!

- Скорее всего, он поручит этим заниматься мистеру Тейту, - задумчиво протянул Рейли, - и именно с этим джентльменом мне придется решать все проблемы.

- Вас что-то смущает? - взволнованно осведомилась леди, моментально уловив в его тоне недовольство.

- О, не беспокойтесь, и не с такими типами приходилось иметь дело,- поспешил успокоить её собеседник,- негодяи всего света имеют одно удобное качество - ради денег она способны на всё, даже на блестящее исполнение взятых обязательств!

Лили стало плохо. У неё было такое ощущение, что ей плюнули в лицо.

- Почему, - едва пошевелив губами, спросила она, - вы считаете Тейта негодяем?

Рейли пожал плечами. Он, конечно же, не догадывался, какую боль доставил собеседнице этими словами.

- Это наши мужские дела,- сдержанно заметил джентльмен,- и к вам они никакого отношения не имеют! Но с вами я бы хотел обсудить ещё один аспект проблемы - вы сами скажите Мортланду, что ваш муж жив?

Лили неловко поежилась.

- Да!

Всё время, пока она тряслась в экипаже, добираясь до герцогской резиденции, Лили напряженно рассуждала о сложившейся ситуации. И, хорошенько поразмыслив, пришла к выводу, что Тейт быстро узнает о её причастности к этому делу. Достаточно будет сопоставить её встречи с Рейли и поиски последним Тома, как станет ясно, что она проболталась о доверенной тайне. И Лили даже приблизительно не могла представить, как Алекс отреагирует на такое предательство.

В последнее время они очень сблизись.

С Тейтом было интересно - он знал множество вещей, о которых она и понятия не имела, хорошо разбирался в событиях и людях, все его суждения отличались оригинальностью и одновременно здравым смыслом.

Как-то раз они заговорили о Томасе.

- Пока я не смогу ничего сделать,- ответил Алекс на вопрос о судьбе мужа,- нужно немного подождать! Полиция Фуше хватает всех без разбора. Там, где Томас сейчас находится (если только эти сведения верны!), он в большей безопасности, чем беглец, пробирающийся через всю страну к родным берегам.

И вот теперь получается, что она ему не доверяла, раз привлекла к делу людей, с которыми у Тейта, судя по всему, были сложные отношения.

Герцог оказался дома. У него был приемный день, поэтому он заперся в кабинете с секретарем и какими-то посетителями. Лили не оставалось ничего, как в ожидании пока он освободится, пройти в гостиную к дамам семейства Тейлоров.

Они виделись только вчера, и те встретили её недоуменными взглядами.

- Что случилось? - встревожилась свекровь. - Мальчики здоровы?

- Здоровы,- рассеянно успокоила сиятельную даму Лили и приняла чашку чаю из рук тети Беатрис, - спасибо! Мне нужно встретиться с его светлостью по неотложному делу!

- Денежные затруднения?- тот час язвительно усмехнулась тетя Джейн.- Залезли в долги вместе с прелестницей француженкой?

Лили хотела резко осадить старуху, но осознав, что они не отстанут, и с маниакальным упрямством будут перебирать причины и дальше, слегка кивнула головой.

- Нужно учиться жить по средствам, дорогая,- сурово сдвинула брови свекровь,- вовсе не обязательно покупать себе такие дорогие платья. И вообще, для дважды вдовы ваши туалеты довольно легкомысленны!

- Лиловый, коричневый, серый, ну, может быть, фиолетовый - вот подходящие цвета для вдовства,- подхватила и тетя Беатрис,- когда умер наш покойный брат, мы навсегда облачились в траур. Не снимаем его уже много лет, и никто и никогда, дорогая, не упрекнул нас в нескромности!

- Я скорее надену саван! - огрызнулась Лили, и тот час заинтересованно спросила. - Ваша светлость, Мортланд похож на вашего покойного мужа?

- Как одна капля на другую! - мрачно подтвердила та. - Вы же видели портреты!

- А Томас? На кого был похож он?

Герцогиня чуть помолчала.

- На мою мать! - со вздохом призналась она. - Матушка тоже была весьма эксцентрична, хотя и очень красива!

- О вашей матушке, дорогая, ходило много сплетен,- не выдержала и вставила шпильку тетя Джейн,- покойница вела достаточно бурную жизнь!

- Время было такое! - нахмурилась герцогиня. - Зато лучшей матери не стоило и желать - она многое сделала для меня, когда пришло время!

Тетки переглянулись с такими многозначительными улыбками, что сразу стало ясно, какого они мнения о "заботе" покойной леди о дочери. Заинтригованная Лили, может быть, и продолжила расспросы на эту тему, но в гостиную заглянул, наконец-то, освободившийся Мортланд.

- Леди Лилиана? Вы хотели меня видеть? - учтиво осведомился он, приложившись к руке посетительницы.

- У нашей Лили опять затруднения с деньгами!- поспешили вставить свое слово злорадствующие тетки.

Его светлость вопрошающе вздернул брови, покосившись гостью.

- Прошу! - пригласил он её следовать за собой.

И она покорно поплелась за Мортландом в его кабинет.

- Итак? - холодно спросил он. - Что вас привело ко мне?

Лили поневоле заволновалась, представив, что сейчас произойдет с её собеседником.

- У меня есть для вас новости!

- Да ну? Что на этот раз? - голос герцога прозвучал отчужденно и даже враждебно.- Новый муж или новые долги? И хотя второе дороже, оно все же предпочтительнее первого!

Лили разозлилась. Она тут боится оскорбить его чувства, а он столь бездарно острит!

- Томас жив!

Да, получилось не совсем тактично.

- Это такая шутка? - недоверчиво спросил герцог.- Тогда у вас, милая, плохо с чувством юмора!

Лили даже не подозревала, насколько трудно ей будет объяснить деверю все перипетии этого довольно запутанного дела.

Герцог слушал её внимательно, не задавая вопросов. Казалось, он онемел от удивления или не верил собственным ушам.

- Если бы Тейт знал о пленении Томаса,- наконец, нервно возразил Мортланд,- брат уже давно был в Лондоне!

- Но я ведь уже объяснила...

- Ваши объяснения никуда не годятся!

Лили возмущенно фыркнула.

- Это не по адресу! У меня к вам лишь только одна просьба - не поручать Тейту переговоры о выкупе. Пусть этим занимаются люди Рейли!

- Да что мне Рейли? Случайный человек! Как я могу ему доверить судьбу собственного брата?

Леди в досаде прикусила губу.

- Мне бы не хотелось, чтобы Тейт догадался, что я не поверила его словам!

Мортланд зло рассмеялся.

- Дорогая, - язвительно заметил он,- ты не усидишь между двумя стульями! Если Томас действительно жив, то тебе придется забыть о любовнике!

Лили неловко замялась, но все-таки решила прояснить ситуацию до конца.

- Думаю, что брак с Дугласом, будет для нас с Томасом прекрасным поводом расстаться навсегда!

Герцог долго смотрел на неё откровенно неприязненным взглядом.

- Дорогая, ты весьма долго испытывала мое терпение,- мрачно заявил он,- и все же я окажу тебе последнюю услугу. Забудь о Тейте! Возвращайся в Сеттенфорд вместе с Иннин и сиди там тихо-тихо, может, тогда тебе и удастся выйти из этой ситуации невредимой!

- Если вы выполните мою просьбу, - Лили благополучно пропустила мимо ушей его предупреждение, выделив из слов собеседника только то, что действительно имело смысл,- я немедля уеду в Сеттенфорд, и буду там дожидаться результатов ваших усилий!

Мортланд немного помолчал.

- Хорошо, я сделаю так, что Тейт не догадается о ваших переговорах с Рейли!

СЕТТЕНФОРД.

Лето было в самом разгаре.

Лили как обычно пропадала то в конюшне, то в детской, крутясь без устали целый день между этими столь разными мирами. Женщина для экономии времени постоянно ходила в амазонке, и больше времени проводила в седле, чем в гостиной.

Мало кто понимал, что этот напряженный темп помогал ей отвлечься от мыслей о том, что сейчас происходит во Франции. Каждый раз, осматривая какого-нибудь коня или договариваясь с фермером о цене на овес, она пыталась забыть о возможном возвращении Томаса.

Иннин и миссис Гвинн давно уже махнули рукой на её увлечение. Женщины только брезгливо морщились, когда Лили, благоухая лошадиным потом, пробиралась через дом к туалетной комнате, чтобы привести себя в порядок хотя бы перед обедом.

Миссис Гвинн занималась хозяйством, постоянно контактируя с экономкой и слугами, и больше занятая варкой варенья и прачечной, чем общением с юными дамами, а вот Иннин... Иннин оказалась предоставленной сама себе.

У неё никогда не было столько свободного времени, как в эти дни. И молодая женщина охотно этим пользовалась, беспечно гуляя по окрестностям.

Часто она уходила из дома прямо с утра, захватив корзинку с парой сандвичей, пледом и каким-нибудь романом. За дочерью присматривали няньки, домом занималась компаньонка, и никто ни разу не упрекнул юную женщину за столь легкомысленное времяпрепровождение.

В четверти часа ходьбы от имения протекала небольшая речка, в иных местах больше похожая на ручей. На её берегах, в тени больших раскидистых вязов и располагалась вдова с очередным романом.

И вот именно здесь, прислушиваясь к неторопливому журчанию воды и шелесту листьев, Иннин, наконец-то, начала постепенно отходить от того кошмара, в котором оказалась сразу же после смерти отца.

Отвлекаясь от страниц с выдуманными историями, она как будто со стороны смотрела и на события из собственного прошлого. Увиденное нравилось мало, а главное, во многом она была неприятна сама себе, искренне не понимая, почему допустила подобное издевательство над собой и со стороны Мортланда, и покойного Кавендиша, и вообще, всех мужчин на своём пути.

- Хватит,- сказала себе Иннин,- достаточно! Видимо, я не создана для счастья в браке - буду жить только для себя и дочери! Пусть все проблемы решает Лили, Мортланд, ещё кто-то, а я... я тут почитаю в теньке! Господь не даст мне погибнуть с голоду, а большего мне уже и не нужно!

Но так уж устроен мир, что стоит тебе прийти к какому-нибудь твердому выводу, принять окончательное решение, как всё мгновенно меняется, переворачивается с ног на голову, и ты оказываешься на том самом месте, с которого и начинала.

В конце июля кузин пригласили на воскресный пикник в небольшое имение Дайтон-лодж.

Дайтоны были людьми пожилыми, одинокими, хотя и довольно милыми. Лили и Иннин они знали с малолетства, и те поддерживали это знакомство, изредка навещая стариков.

А тут к соседям приехали племянники, и Дайтоны, желая их как-то развлечь, решили устроить пикник.

Обе сестры, надо сказать, через силу собирались на это мероприятие. У одной срывалось посещение местной ярмарки, где она собиралась выставить на продажу несколько скакунов, другой было элементарно лень тащиться пять миль по жаре, чтобы уныло потолкаться среди местных джентри.

Мероприятие, действительно, получилось шумным и бестолковым, в основном из-за неумелой организации. Столы с закусками выставили в тени больших деревьев, но так, что к ним можно было подойти только с одной стороны, и образовалась давка из проголодавшихся на свежем воздухе гостей.

Ловкая Лили без особых проблем ухватила в свою тарелку ветчины и яиц и, мирно отойдя в сторону, разговорилась с одним из соседей о шансах какой-то кобылы на ближайших скачках. А вот Иннин, которой все эти разговоры надоели до тошноты, была вынуждена в одиночку пробиваться к вожделенной еде.

Хрупкой женщине оставалось только уныло перетаптываться с ноги на ногу, пытаясь протиснуться в щель между спинами жадно жующих соседей.

И вот именно в таком незавидном положении она и привлекла внимание какого-то молодого джентльмена.

- Леди Иннин?

Наверное, они все-таки были представлены, но народу вокруг толпилось так много, что, скорее всего, Иннин просто не обратила внимание на этого мужчину. Между тем, тот выхватил из её рук тарелку и, бесцеремонно растолкав мешающих пройти к столу джентльменов, пробился к столам.

Уже через несколько секунд Иннин увидела перед своим носом кусок курицы и салат.

- Благодарю вас, мистер...

- Сэр Уилл Чейз, к вашим услугам! Мы встречались с вами в Брайтоне позапрошлым летом, когда ещё был жив ваш супруг. Мои соболезнования по поводу невосполнимой утраты.

Леди вежливо улыбнулась. С кем только не сталкиваешься в Брайтоне! Молодой джентльмен ничем особенным не отличался - ни ростом, ни статью, ни красотой.

- Я тут в гостях у ваших соседей Бредли!

- Да?- равнодушно приподняла брови Иннин, и нетерпеливо посмотрела на по-прежнему болтающую о своих клячах Лили.- Рада возобновить знакомство!

Кузина же, увлекшись разговором, казалось, напрочь забыла о сестре. Вот и пришлось Иннин, жуя курицу, принимать ухаживания незваного кавалера.

- Мы встречались в доме мистера и миссис Вудворт! Я прихожусь племянником вышеупомянутой леди, и часто бываю у них в гостях. Постоянно я проживаю в Суссексе, там у меня поместье близ Миленда...

- Неужели? Очень интересно!

- Оно меньше, чем Кавендиш-холл, но тоже достаточно велико!

Последняя фраза зацепила внимание угрюмой вдовы, и она, наконец-то, заинтересованно вгляделась в серые глаза джентльмена. Вот как, он богат?!

- Какая же у вас семья? - мило улыбнулась леди. - Как скоро вы познакомите меня с леди Чейз?

Молодой человек поскучнел.

- Увы, моя матушка умерла три года назад! Я живу с двумя сестрами, но их здесь нет!

Значит, жены у него не было! Улыбка Иннин стала более любезной, а глаза мягко засветились.

- Мне жаль, чтобы я не имею возможности возобновить наше знакомство! Я была бы рада видеть ваших сестер в Сеттенфорде!

- Но,- смутился молодой человек,- вообще-то, вы не были представлены, однако... если вам будет угодно, я с удовольствием навещу вас!

- Мы с кузиной будем рады вас принять!

Уже возвращаясь домой, Лили рассеянно полюбопытствовала.

- О чем ты болтала с молодым Чейзом?

Иннин скупо улыбнулась.

- Он напросился в гости. А что, молодой человек действительно состоятелен?

Лили равнодушно пожала плечами.

- На жизнь должно хватать! Говорят, ему в наследство достались плантации в Вест-Индии. По крайней мере, за сестрами он дает по тридцать тысяч! Как ты понимаешь, деньги неплохие! А почему Чейз тебя заинтересовал?

Иннин хмуро фыркнула. Так она и сказала!

- Не всем же интересоваться статям лошадей и скачками! Люди, все-таки, занимательнее!

Лили тяжело вздохнула.

- Возможно, ты и права, дорогая! Только лошади надежнее!

- А вот здесь, права ты!

Чейз навещал Сеттенфорд практически каждый день. Если же его не видели в гостиной, это означало только одно - молодой человек случайно встретил Иннин на подходах к дому.

Они часами бродили по проселочным дорогам, гуляли по берегу реки и вели бесконечные беседы. Чейз, в меру своих возможностей, пытался развлечь прекрасную спутницу немудрящим рассказами о своей жизни, а та с милой улыбкой старательно делала вид, что слушает его.

Молодой джентльмен казался Иннин таким простодушным и наивным, что она с трудом сдерживала зевоту в его присутствии, но с другой стороны - такого человека будет легко обвести вокруг пальца. И она сможет, выйдя замуж, устроить жизнь по собственному вкусу.

Им никто не мешал. Лили и миссис Гвинн только радовались, что у Иннин, наконец-то, появился поклонник, и её характер изменился в лучшую сторону, поэтому деликатно старались не попадаться им на глаза.

Но... время шло! Закончился июль, подходил к концу август, а Чейз всё так же топтался вокруг прекрасной вдовы, не отваживаясь ни на какие действия. То ли он был слишком робок, то ли... чересчур умен!

Ранним августовским утром кузины сидели за завтраком. Лили торопилась проглотить свою яичницу с беконом, чтобы поспеть к открытию местных скачек, полностью погруженная в размышления о статях выставляемых лошадей, когда кузина властно напомнила о своем существовании.

- Лили,- твердо заявила Иннин, многозначительно глядя на сестру,- ты должна мне помочь!

- Конечно, дорогая,- леди рассеянно изобразила внимание,- всё, что угодно!

Француженка тот час вышла из себя.

- Если я говорю, что ты мне нужна, значит, действительно, нужна! А ты блуждаешь мыслями неизвестно где!

- Прости, дорогая! - уличенная Лили моментально стушевалась.

Да, если Иннин изменила своим привычкам и вышла к раннему завтраку, значит, произошло нечто серьезное.

- Сэр Уилл сделал тебе предложение? - улыбнулась она.

Похоже, кузина смутилась, по крайней мере, её щеки покрыли пятна румянца.

- Нет,- после некоторой паузы неохотно призналась она,- не сделал! И, похоже, я так и не дождусь от него признания. Мне надоела эта неопределенность, и я хочу ясности!

Лили согласно качнула головой. Ходит, компрометирует, а намерений не афиширует - так настоящие джентльмены не поступают!

- Ты хочешь, чтобы я с ним поговорила? -спросила она.

Иннин замялась, а потом откровенно заявила:

- Хочу! Но сумеешь ли ты провести разговор так, чтобы у сэра Уилла не было другого выхода, как сделать предложение руки и сердца?

Лили растерянно посмотрела на сестру. Она с трудом понимала, чего та от неё хочет.

- Выкинь хоть на несколько минут лошадей из головы,- разозлилась Иннин,- и помоги мне устроить свою жизнь! Разве я прошу многого?

Лили долго молчала, прикидывая и так, и этак.

- Ты действительно этого хочешь? - в сомнении спросила она. - Разве ты любишь сэра Уилла?

Этот вопрос по-настоящему взбесил Иннин. Она больше не желала слышать о любви!

- Любовь придумали мужчины, чтобы бессовестно пользоваться нашими телами, - отрезала она, яростно сверкнув глазами, - а Чейз - человек достойный, и этого вполне достаточно для счастья!

Лили медленно промокнула губы салфеткой и так же не спеша сложила её у тарелки. Аппетит у неё начисто пропал. Она знала, что Иннин очень пострадала от своей безответной любви к Томасу, что у неё что-то было с Мортландом, но не подозревала, насколько та озлоблена и несчастна. Возможно, брак с таким порядочным человеком, как Чейз успокоит её и сделает счастливой!

- Хорошо, - женщина встала из-за стола,- я сделаю всё, что смогу!

На том же самом поле, на котором когда-то появился на свет её сын, как и четыре года назад, волновалось море людских голов, ждущих начала развлечения. Сновали букмекеры, уже заключались сделки, оценивались стати скакунов, но, увы, Лили не могла полностью отдаться своей страсти. Она упорно высматривала в толпе интересующего её джентльмена.

Как бы Чейз не был увлечен кузиной, но скачки - любимое зрелище любого уважающего себя англичанина пропустить он не мог! И точно, вскоре она высмотрела его взволнованную, красную от жары физиономию в сбитой набок шляпе неподалеку от загонов с лошадьми.

Пока Лили, придерживая свою широкополую шляпу, сквозь плотную толпу, состоящую в основном из потных и разгоряченных мужчин, пробивалась к конюшням, тот куда-то вновь исчез. Выругавшись про себя, она пустилась в обратный путь, но тут прозвучал сигнал к началу скачек, и всё! Лили на время забыла про кузину, азартно переживая за поставленных лошадей.

Не сказать, чтобы ей везло. Первые три заезда не дали ожидаемых результатов, и разочарованная Лили делала новые ставки, когда возле неё случайно оказался столь тщетно разыскиваемый джентльмен. Чейз светился от радостного возбуждения - он только что сорвал кругленькую сумму, поставив на "темную лошадку".

Вот неизвестно, как бы сложился разговор между Лили и молодым человеком перед началом заездов, но сейчас, проигравшаяся женщина была не склонна щадить чувства столь удачливого игрока в тотализатор. Она чувствовала себя, чуть ли не ограбленной им!

- Нам нужно поговорить, сэр Уилл!- грозно заявила леди, сурово сдвинув брови.

И, подчеркнуто повернувшись спиной к джентльмену, неторопливо двинулась прочь из толпы, точно зная, что Чейз неохотно, но поплетется вслед за ней.

- Миледи!?- отчаянно воззвал он, но дама и не подумала остановиться.

Вскоре они оказались за спинами напряженно наблюдающих за беговыми дорожками игроков. И ей, и её жертве очень хотелось побыстрее вернуться назад, поэтому разговор собеседники провели деловито и кратко.

- Сэр Уилл,- жестко нажала Лили,- вот уже два месяца, как вы ежедневно встречаетесь с моей кузиной! Вы ни разу не задумывались о её чувствах?

- А..., - растерянно проблеял мужчина,- я...

- Вы влюбили в себя леди Иннин, заставили её поверить в серьезность ваших намерений,- леди не стала дожидаться, пока он соберется с мыслями и выкрутится из ситуации,- но я до сих пор не слышала от вас предложений руки и сердца!

- Но я...

- Вы скомпрометировали мою кузину в глазах всех друзей и знакомых,- вдохновенно врала Лили, одним глазом косясь на беговую дорожку,- только сегодня минимум пять человек осведомились у меня о помолвке! Или вы, поиграв её сердцем, решили оставить всё, как есть?

Бедный сэр Уилл то бледнел, то краснел, съеживаясь под градом её напористых обвинений.

- Если вы не объяснитесь, - в конце концов, пригрозила женщина, - я вынуждена буду искать защиты у опекуна леди Иннин - его светлости герцога Мортландского!

Выпалив всё это на едином дыхании, Лили остановилась, чтобы перевести дух и присмотреться, где находится интересующий её скакун, и только тут Чейз сумел вставить слово.

- Я не знал, каково действительное положение дел,- виновато пробормотал он, так же косясь на беговые дорожки,- но если бы заподозрил, что леди Иннин питает ко мне столь серьезные чувства, то давно бы сделал предложение. Только безмерное уважение и почтение к вашей семье удерживали меня от этого шага.

Лили небрежно окинула его смущенное лицо покровительственным взглядом и довольно улыбнулась. Ах, вот если бы так легко можно было решить и её проблемы!

- Ждем вас сегодня вечером! - напоследок заявила она, и чуть ли не бегом кинулась к ближайшему букмекеру.

Проблема с кузиной, наконец-то, была решена, лошади же требовали гораздо более пристального внимания.

С венчанием решили не затягивать. После недолгого обсуждения назначили церемонию на середину сентября. Оставалась самая малость - получить официальное согласие опекуна. Понимая, насколько будет тяжело вести переговоры с герцогом жениху и невесте, эту неблагодарную обязанность взяла на себя невестка его светлости.

Мортланд приехал сразу же, как только получил письмо о предполагаемых изменениях в жизни своей подопечной.

Лили, как всегда торчала на конюшне, выезжая недавно приобретенную кобылку, когда к дому подъехала карета его светлости. Едва завидев вылезающую из экипажа фигуру, у неё мерзко защемило сердце предчувствием грядущих неприятностей - деверь, как чёрный вестник, не мог принести хороших новостей. Осмотревшийся герцог заметил всадницу и поспешил к загону.

- Миледи!

- Ваша светлость!

Пришлось спешиться и подойти к гостю. Мортланд брезгливо поморщился от запахов лошадиного пота и навоза, царивших в загоне.

- Вечно вы, как мальчишка-жокей,- недовольно сделал он замечание, - неужели больше некому выездить лошадь? Простите, дорогая, но сейчас вы больше похожи на чучело, чем на женщину!

Лили пропустила едкое замечание мимо ушей. Пока они одни нужно было узнать о главном.

- Как дела Томаса? - настороженно спросила она.

- Пока мне нечего вам сказать,- уклонился от ответа Мортланд и тут же осведомился,- это была ваша идея - пристроить свою кузину за Уилла Чейза?

Лили искренне возмутилась. Герцог всегда и всё понимает шиворот-навыворот, хотя... иногда и попадает в цель!

- Идея была не моя! Они нашли общий язык, и почему я должна была воспротивиться, раз намерения сэра Уилла честны, а Иннин не имеет ничего против?

- Угу,- ухмыльнулся герцог,- а навести справки о молодом джентльмене вы не удосужились, прежде чем принимать его предложение?

Вот вечно он все испортит! Но, тем не менее, Лили насторожилась.

- Он пьяница или игрок?

- Нет! Молодой Уилл - заядлый изобретатель!

Леди настолько изумилась, что так недоуменно и застыла с хлыстом в руке, пытаясь переварить услышанное.

- Это плохо? - неуверенно осведомилась она. - И, вообще, что это значит?

Мортланд покровительственно фыркнул.

- Это значит, что у них за обедом над столом летают вилки и ложки, кресла вертятся и норовят удрать из-под тебя, двери бьют по заду, пудинг выстреливает из тарелок!

Лили облегченно рассмеялась.

- Уф,- перевела она дыхание, - вы меня чуть было не напугали! Я уж решила, что моя сестра связалась с распутником!

- И всё же, я бы на вашем месте не относился столь легкомысленно к моему предупреждению - оно сделано из лучших побуждений!

Кто бы сомневался! Но была ещё одна сторона вопроса, которая живо интересовала Лили:

- Деньги у него есть?

Мортланд помялся, насмешливо вытянув губы дудочкой.

- Есть! По крайней мере, я никогда не слышал, чтобы у Чейза были какие-либо денежные затруднения! Но они могут появиться после того, как ваша очаровательная кузина посетит ближайшую модную лавку.

Лили надоело слушать колкости. Все доводы деверя показались ей нелепыми и не стоящими внимания.

- Может, вы сами не хотите, чтобы миледи вновь связала себя узами брака? - язвительно осведомилась она.

Лицо Мортланда мгновенно приобрело надменное выражение.

- Я дам свое согласие на брак, но умываю руки относительно всего, что произойдет с вашей кузиной дальше!

ВЕНЧАНИЕ.

Иннин в подвенечном платье радовала глаза чуть ли не идеальной женской красотой. В ней всё было прекрасно - и лицо, и обтекаемая блестящим голубым шелком изящная фигурка.

- Ангел, да и только,- смахнула слезы растроганная миссис Гвинн,- чудо, как хороша!

Лили, конечно, ничего подобного не говорила, но у неё также сладкой тоской замирало сердце при взгляде на сияющую кузину. Какое счастье, что Иннин сможет начать всё сначала. Может, Господь, наконец-то, даст кузине немного счастья?

Его светлость лично отвел новобрачную к алтарю, и теперь сидел рядом с невесткой с невозмутимым выражением лица, и трудно было понять, какие чувства вызывает в нём красота невесты. Между ними приютился невероятно гордый, что его взяли в церковь, старший сын Лили - юный Алекс Тейлор. Золотистые локоны, синие глаза, серьезное личико с правильными тонкими чертами.

- Херувимчик,- любовалась на внука безумно любящая его герцогиня,- вылитый Томас в детстве!

Лили не была так уверена в сходстве, но никогда не спорила со свекровью. Той было виднее, на кого похож сын Тейта!

Сейчас же сиятельная дама в сопровождении тёток, миссис Элспет и ещё кучи родственниц восседала на скамьях стороны невесты, без умолку обсуждая всё, что только попадалось на глаза.

В общем, всё как на любой свадьбе!

Лили так устала за прошедшие дни, что сейчас сидела, с наслаждением вытянув ноющие от усталости ноги. Сбор вещей, организация свадебного завтрака, пошив свадебного платья, да мало ли ещё что! Кто осилил хоть одну свадьбу, знает, что любое самое подробное перечисление предсвадебных хлопот, всё равно никогда не бывает полным - настолько это тяжелое и кропотливое дело.

Теперь забота по устройству жизни новобрачных ляжет на сестёр последнего.

Две девушки прибыли накануне венчания, и ничем особым себя не проявили - обыкновенные английские сельские барышни. Не красавицы, но с приятными и располагающими, чуть присыпанными веснушками свежими лицами. На невесту они смотрели настороженно, но без неприязни.

- Хорошие девушки!- вынесла вердикт, немного понаблюдавшая за гостьями миссис Гвинн.

Эвис была самым умным человеком из окружения Лили, и она приняла эту оценку к сведению, перестав переживать за будущее окружение Иннин. Похоже, что теперь кузина получила всё необходимое для счастья.

- Побыстрее бы это закончилось, - шепотом пробормотала она на ухо Мортланду,- сил нет!

Герцог довольно улыбнулся. Он уже предвкушал спокойные дремотные вечера с двумя дамами у камина, мелькание иглы в пальчиках Лили, и тишину, прерываемую лишь шорохом страниц книги в его руках. Так, с точки зрения герцога, выглядело счастье и до него оставалось совсем немного - только выставить прочь из Сеттенфорда чету Чейзов и всех гостей вкупе.

Новобрачные уже обменялись кольцами и произнесли слова обета, когда благоговейную тишину момента нарушил посторонний, неуместный в данный момент звук чьих-то торопливых шагов. Все находящиеся в храме свидетели венчания озадаченно повернули головы к открытой двери, и тот час раздался потрясенный крик герцогини.

- Мальчик мой! Ты жив?

Сиятельная дама подскочила с места с несвойственной её возрасту живостью, вслед за ней изумленно поднялся на ноги весь приход. Ошеломленно оглянулись на происходящее за их спинами и новобрачные. Расширенные глаза Иннин мгновенно узнали силуэт, появившейся в проходе знакомой фигуры, и пронзительная боль радости и одновременно отчаяния прорезала её грудь.

Да что же это такое?! Почему он не появился хотя бы час назад? Новобрачная смятенно глянула на новоявленного супруга, лихорадочно соображая - а не убежать ли ей прямо сейчас? Но наткнувшись на взгляд недоуменных глаз Чейза, внезапно пришла в себя, в ужасе сообразив, что только что вновь чуть не испортила себе жизнь.

Между тем, донельзя довольный произведенным эффектом Томас Тейлор уселся на свободное место на задних рядах, и его примеру последовали все взбудораженные гости, и выведенный из себя растерянный священник получил возможность продолжить обряд.

Счастливый, но ругающий про себя брата за любовь к дешевой театральности герцог так же опустился на скамью, но, кое-что вспомнив, встревожено перевел взгляд на женщину рядом и прикусил губу. Лили окаменела на своем месте, судорожно прижимая к груди испуганного видом матери сына. На высоком бледном лбу женщины выступили капли пота, а глаза странно расширились. Хорошее настроение Мортланда улетучилось без возврата. Так или иначе, но с возвращением брата в мир живых, у них у всех прибавилось проблем.

Венчание прошло скомкано - настолько не так, как задумывалось, что единственным человеком, сохранившим в этой дикой ситуации трезвый разум, оказалась миссис Гвинн. Именно эта достойная дама не дала гостям забыть о том, что они все-таки находятся на свадьбе, и что, прежде всего, нужно достойно проводить новобрачных, а уж потом накинуться с вопросами и поздравлениями к вернувшемуся в мир живых хозяину Сеттенфорда.

Быстренько расставив растерянных приглашенных в шеренги, она рассовала в первые попавшиеся руки миски с рисом и мелкими монетами, и лично проследила, чтобы Иннин с мужем благополучно достигли приготовленного к отъезду экипажа.

Ошеломленная новобрачная машинально отвечала натянутой улыбкой на такие же машинальные поздравления людей, чьи взоры, в основном, были обращены на толпящуюся позади кучку родственников Тейлоров.

Молодожёны уже сидели в коляске, когда к ним подошёл и сам виновник переполоха. Взволнованная и потрясенная до слёз Иннин с болью оглядела столь любимое ей когда-то лицо и вздрогнула от неожиданности. Том изменился.

Худой и изможденный, с пересеченным безобразным шрамом виском и щекой, он, по странной случайности, не потерял былой привлекательности. И если его стало сложно узнать, то только потому, что необратимо исчезло то беспечное очарование, которым всегда отличался этот человек. Знакомые, синие глаза потеряли легкомысленное выражение, став жесткими и холодными.

Иннин болезненно поморщилась, увидев в его глазах этот завораживающий, почти звериный блеск. Её, казалось, навсегда очерствевшее от постоянных неудач сердце внезапно защемило жалостью. Бедный, что же ему пришлось пережить?

- Графиня..., сэр Уилл, мои поздравления!

Чейз недоуменно наблюдал за потрясенным лицом юной жены и, сухо улыбнувшись неизвестно откуда взявшемуся на его свадьбе Тейлору, поспешил приказать кучеру трогать экипаж. Он вовсе не хотел быть нелюбезным, просто это была его свадьба, и сэру Уиллу не было никакого дела до воскресшего из мертвых повесы Томаса.

Да, не таким представлялся этой паре день венчания, но так или иначе, они уезжали в свадебное путешествие, оставив позади все радости и проблемы, внезапно обрушившиеся на головы провожающих их в путь людей.

ТЕЙЛОРЫ.

Прижавшая сына к груди безмолвная Лили бесстрастно наблюдала, как растерявшая обычное спокойствие герцогиня, громко рыдая, обнимает и покрывает поцелуями вновь обретенного отпрыска.

Счастливый Мортланд, так же растроганно смотрел на брата, время от времени трогая его за плечо, и даже всхлипывающие тетки Джейн и Беатрис, и то нашли место возле вновь обретенного семейного любимца, облив слезами радости его спину. И только лишь жена, вернувшегося из мира мертвых джентльмена, являла собой образчик знаменитой английской сдержанности.

Впрочем, она сейчас носила фамилию Дуглас, не смотря на всю спорность этого права в свете последних событий.

Но вот сиятельные дамы, наконец-то, нарыдались и принялись энергично вытирать красные распухшие носы носовыми платками. Всё это время исподтишка наблюдающий за женой Тейлор получил возможность подойти к Лили.

За их встречей, затаив дыхание в предчувствии увлекательного зрелища, пристально наблюдали почти полсотни человек. Как поведет себя Тейлор по отношению к изменившей жене, и как будет оправдываться в своей неверности известная скандальным нравом женщина? Но, увы, всех сплетников ждало жестокое разочарование.

- Миледи!

Тейлор прикоснулся официальным поцелуем к щеке напрягшейся супруги и, протянув руки, забрал у неё возмущенно разревевшегося ребенка. Лили только обреченно опустила плечи, когда Том нежно уткнулся носом в макушку ребенка.

- Успокойся, малыш! - глухо пробормотал он. - Вернулся твой отец!

И шепча ещё что-то подобное постепенно успокаивающемуся ребенку, Тейлор решительно направился к дому, а за ним торопливо последовали все члены его семьи.

Мортланд, быстро оглядев лица очевидцев семейной встречи, подошёл к невестке и предложил ей руку. За те несколько минут дороги, что отделяли церковный приход от здания Сеттенфорда, нужно было о многом договориться.

- Молчи! Только молчи, - прошипел он ей сквозь зубы,- я всё возьму на себя!

- Что именно? - холодно поинтересовалась леди.

- Я утихомирю Томаса! Я смягчу его гнев!

Лили мрачно фыркнула.

- Каким же образом? Выльете на его голову ведро елея?

- Не надо ерничать! - разозлился Мортланд. - Сейчас не время и не место для шуток! Вы должны молчать о Тейте. Забудьте его имя!

- О Дугласе тоже забыть?

- Том вполне способен вас придушить, и я ни в коей мере не преувеличиваю опасность!

Женщина смерила его пренебрежительным взглядом.

- Эдвин,- устало попросила она,- предоставьте нам самим разобраться в наших делах!

- Ты не понимаешь, что ходишь по лезвию ножа! Мой брат очень опасный человек!

- А я и понимать не хочу!

Они, может, и дальше бы обменивались столь же энергичными репликами, но, увы, вся толпа уже остановилась у входа в дом и на отставшую парочку уставились глаза всех членов семьи Тейлор.

- Умоляю,- в последний раз взвыл Мортланд,- молчите!

Вечером в гостиной Сеттенфорда было шумно и непривычно многолюдно. Чувствуя нарастающее напряжение между супругами, старые леди нервно и торопливо, наперегонки рассказывали Томасу обо всем, что случилось в его отсутствие с общими знакомыми - кто родился, кто женился, а кто и отправился в мир иной.

В кои-то веки Мортланд был благодарен судьбе за то, что она ему даровала кучу глупых и говорливых родственниц, умеющих без умолку болтать о всякой чепухе. Он с нарастающей тревогой следил за невозмутимо слушающим теток братом. На коленях у Томаса дремал младший сын, а Алекс смущенно крутился вокруг, играя доверенными отцом часами. И, похоже, кроме этих детей его никто не интересовал, по крайней мере, он не бросил ни одного взгляда на так же тихо сидящую в сторонке жену.

Разошлись все довольно поздно. Лили напряженно ждала, когда муж возьмет с камина зажжённую свечу. Что же он будет делать дальше? Мортланд со своим подсвечником уже отправился сопровождать мать и теток. Супруги в гостиной остались вдвоем.

- Поговорим? - обратился к жене Томас.

- Стоит ли? - усомнилась она.- Сегодня уже столько было сказано!

- Это верно! - покладисто согласился супруг, и все-таки взял свечу с камина. - Утро вечера мудренее? Где мне постелили?

- В вашей спальне! - удивилась Лили.

- О,- глаза мужа сверкнули ледяной синью,- а я там не встречусь со своим преемником?

- Не думаю, что его тень побеспокоит ваш сон!

И леди, не дожидаясь сопровождения, подобрала юбки и взбежала по лестнице. Всё-таки, не обошлось без пикировки - то ли ещё будет! Хорошо, что он вообще с ней заговорил!

В ту ночь она так и не смогла уснуть. Человек, находившийся за дверью на её половину, был мало похож на очарователя Томаса - он как будто постарел лет на двадцать и примерно во столько же раз изменился.

Интересно, каким образом такие перемены отразятся на их отношениях? Судя по звуку шагов за дверью, Томас не поспешил в постель. Потом послышались смутные звуки голосов. Возможно, он разговаривал с камердинером, а может, брата пришел навестить "миротворец" Мортланд.

Лили даже заклевала носом под глухой рокот их голосов, но в дреме ей моментально привиделся Томас и сон покинул женщину безвозвратно.

Измучившись крутиться среди смятых простыней, Лили едва дождалась, пока мутный осенний рассвет посеребрил край неба. Перекусив прямо на кухне наспех приготовленным зевающей во весь рот кухаркой завтраком, леди отправилась на конюшню.

Среди лошадей она чувствовала себя гораздо уверенней, чем в обретшем хозяина доме.

Оседлав требующего выездки скакуна, хозяйка с облегчением покинула Сеттенфорд. Как жаль, что нельзя ускакать прочь из этого места, ото всех его проблем и загадок, и прежде всего, от вернувшегося супруга.

День выдался теплым, хотя и хмурым. Ветер рвал подол её амазонки, норовя сорвать шляпу и запутать шейный платок. Пахло влагой, прелыми листьями, и горьким запахом осенней свежести.

Всадница проскакала вдоль лениво катящей свинцовые волны речушки, пересекла несколько рыжеющих сжатыми нивами полей и уже находилась на окраине небольшого, укутанного туманом перелеска, когда хмурое утро сменилось самым настоящим ненастьем, и хлынул проливной дождь.

С досадой выругавшись про себя, Лили поспешила направить коня в укрытие ветвей большого раскидистого дуба. Капли дождя гулко стучали по зеленой кроне, но всё-таки не проникали внутрь убежища, поэтому женщина смогла спешиться и переждать непогоду.

Она оглядела узловатые, выпячивающиеся из земли корни мощного исполина и решила присесть на один из них, что казался посуше. И именно здесь, чувствуя за спиной шершавую теплую кору Лили почувствовала себя гораздо лучше. Закрыв глаза, она утомленно откинула голову и прислушалась к успокаивающим звукам дождя. Монотонный перестук капель убаюкивал, навевал тот самый сон, который бежал прочь от измученной женщины ночью.

Увы, вскоре её уединение было нарушено тем, кого она меньше всего хотела видеть. Скорее всего, Томас выследил жену, последовав за ней практически сразу же после её выезда из поместья.

Расслабившаяся в иллюзорной безопасности Лили заметила мужа, только когда её собственная лошадь издала удивленное фырканье. Наверное, шум дождя сгладил характерный стук копыт скакуна, подъезжающего преследователя. Недоуменно распахнув глаза, она увидела промокшего насквозь спешивающегося Томаса.

- Миледи!

Глаза супругов встретились, и женщина сжалась под тяжестью недоброго взгляда.

- Милорд! - сделала она попытку встать на ноги.

Но Томас жестом показал, что желает, чтобы жена оставалась на месте. Мало того, он пристроился на другом корне, стряхивая дождевые капли с промокшей шляпы. Лили тоскливо наблюдала за его действиями, гадая, что последует дальше.

- Я предлагал вам вчера поговорить, - глухо напомнил Том,- но вы отложили наш разговор до утра!

Женщина настороженно ждала, что последует дальше. После минутной паузы супруг неторопливо продолжил:

- Но утром вы покинули дом! Почему вы столь упорно избегаете меня?

На прямо поставленный вопрос нужно было прямо и отвечать, как горячо и не убеждал её Мортланд в обратном. Лили отчетливо осознавала, что ей надоела тянущаяся через весь их брак ложь и нужно выяснить отношения, чтобы отныне их пути разошлись навсегда.

- Я не избегаю вас, - тяжело перевела она дыхание, - просто то, что я хочу сказать, может и подождать!

- Вот как? Позвольте мне судить об этом! Итак, миледи, чем вы утешите вернувшегося с войны супруга?

- Я искренне рада, что вы живы и здоровы!

Лили замолчала, не зная, как доходчиво объяснить мужу, почему им надо развестись.

- Рады? - между тем, мрачно ухмыльнулся Томас. - Однако, у вас не хватило терпения выдержать даже год траура в память о нашей любви! Вы выскочили замуж, едва только мой брат ослабил надзор!

Упрек был справедливым, но в этом проступке она не собиралась оправдываться.

- Я любила Дугласа и была с ним счастлива.

Тейлор пристально смотрел на жену, задумчиво покусывая соломинку. Его прищуренные глаза по остроте взгляда напоминали режущее стекло.

- А со мной? Со мной, Лили, ты разве не была счастлива? - с нескрываемым презрением спросил он.

Нашу героиню больно задел и этот тон, и выражение глаз. Задел, но и придал необходимой смелости довести задуманный разговор до конца.

- Нет, Томас,- твердо ответила она,- в нашем браке было мало счастливых дней! Сначала вы открыто, на потеху всему свету, пренебрегли мной, а потом..., потом вам уже лгала я!

Брови Тейлора надменно взмыли вверх.

- Объяснитесь!

Как будто это легко сделать? Комок встал поперек горла несчастной женщины, нервно заалели щеки, и она мучительно раскашлялась, но нужно было собраться с силами, и всё-таки поставить точку в этой затянувшейся истории.

- Сразу же, после того, как вы бросили меня на потеху толпе, я завела себе любовника. И все эти годы любила его!

Немедленной реакции не последовало. Казалось, Томас, получив это шокирующее известие, не был поражен.

- Это был майор Дуглас? - тихо спросил он.

- Нет, - Лили нервно сжала пальцы, - Майкл...! В общем, это не он!

Даже в такой момент она была не способна рассказать супругу о сцене на постоялом дворе. Это было бы уже чересчур!

- Неужели был ещё один, дорогая? - голос Тейлора опасно понизился.- Так кто же этот счастливец?

Ей стало страшно, но взволнованная женщина уже не могла остановиться. Так сорвавшийся с обрыва человек понимает, что как бы он не размахивал руками в попытке притормозить, падение неизбежно.

- Это Алекс Тейт!

- Алекс?!

Лицо Томаса столь дико исказилось, что Лили потрясенно съежилась, испуганно схватившись руками за колени.

- Ты хочешь сказать, что всё это время была любовницей Бисби?

Лили прикусила губу. Она напряженно ждала следующего вопроса, и он последовал:

- А мои сыновья?

Она нервно облизала разом пересохшие губы. Нет, малыша Алекса она подставлять под удар не будет.

- Это твои сыновья!

Неожиданно Тейлор рассмеялся - зло и неудержимо.

- Ты уверена? Напряги свою память!

От ужаса у Лили заледенело все внутри. Такого страшного лица у своего мужа ей не приходилось видеть. Ненависть, казалось, струилась из его глаз чёрными, жуткими волнами.

- Твои! - тупо повторила она.

- Ты спуталась с Тейтом, чтобы отомстить мне?

Несмотря на нарастающий ужас, Лили недоуменно распахнула глаза. Ей и в голову не приходило, что супруг может именно так истолковать её измену.

- Нет,- возмущенно возразила она,- я люблю его!

- Любишь? Так это не закончилось и по сей день?

Женщина окончательно растерялась и сникла. Она чувствовала себя униженной и бесконечно виноватой.

- Мне очень жаль, милорд! Думаю, что единственным выходом из этой неприятной для нас ситуации является развод!

Томас задумался, по-прежнему небрежно крутя в пальцах соломинку, и Лили, затаив дыхание, ждала его реакции на её предложение. Как ни странно, но ей показалось, что муж успокоился и опасность миновала.

- На что ты рассчитываешь, настаивая на разводе? - наконец, глухо произнес он. - На то, что Тейт выступит в суде ответчиком? Я бы на это не надеялся, дорогая! Ты дурочка, Лили, если поверила в его любовь!

Сила убежденности в своей правоте в голосе супруга была такова, что она не могла не отреагировать на предупреждение. Тошнотворное ощущение грядущей катастрофы спазмами скрутило желудок.

- Почему вы так думаете?

Томас неожиданно расслабился и оперся спиной о ствол дуба.

- Там, - доверительно признался он,- в этой чертовой Франции, я так скучал по нашим английским дождям, дубам и по женщине, которую оставил дома! И вот я здесь, и ты рядом...

Тяжелый вздох потряс его грудь.

- Вот скажи,- повернул он голову к напряженно следящей за ним жене,- если ты решила расстаться со мной навсегда, то почему заставила Рейли вытащить меня из тюрьмы?

Лили растянула губы в робкой улыбке.

- Между нами было много недоразумений,- пробормотала она,- но я не враг вам, Томас! Просто, всё так получилось..., не лучшим образом!

- Нелепо! - охотно согласился Тейлор. - Глупо! Но мы муж и жена, и в этом-то всё и дело... А Тейт - наш враг, Лили! Враг, который поставил своей целью погубить нашу семью! Сначала он разрушил жизнь Эдди, теперь добрался и до меня!

Откровения застали нашу героиню врасплох. Она не ожидала, что найдет ответ на столь долго мучившие её вопросы именно здесь - в мокром лесу, сидя под дубом рядом с вновь обретенным супругом.

- Я догадывалась, что здесь что-то неладно, - вынуждена была признать его правоту Лили, и тут же живо поинтересовалась,- но, может, хотя бы вы поясните - что происходит? Я устала слышать в ответ на свои вопросы только двусмыслицы и отговорки - "это не моя тайна"!

Томас язвительно ухмыльнулся, с удобством располагаясь на своем не самом комфортном месте. Откинув голову, он поймал губами несущуюся на него дождевую каплю, и расслабленно прикрыл глаза:

- Плевать я хотел на его тайны! Это давняя история... Меня не было дома, когда умирал отец, поэтому у его смертного одра стоял только несчастный Эдвин. И вот мой высокородный папаша не нашел ничего умнее, чем признаться брату, что мы с ним незаконнорожденные сыновья!

Неизвестно, каких сенсаций ожидала от супруга Лили, но только не этого шокирующего признания, да ещё сделанного таким небрежным тоном.

- Но..., как? - растерянно пробормотала она. - Как это возможно?

Тейлор набрал горсть валяющихся под дубом желудей, и, прицелившись, щелчками отправил их по одному в стоящие неподалеку высокие стебли репейника. Изумленная жена наблюдала за этими мальчишескими забавами, напряженно гадая, что последует дальше.

- Мой папаша в молодые годы по уши влюбился, уже будучи обрученным с матушкой, - не обманул её ожидания супруг,- но девушка оказалась с характером, и не уступила его страсти, пока он с ней тайно не обвенчался. Вот от этой связи и родился наш Алекс Тейт. Сама вдумайся, он носит фамильное имя герцогов Мортландских - Александр, а Тейт - это родовое имя тех самых нормандских баронов, которые дали начало роду Тейлоров!

Лили бросило в жар - так вот чем закончился роман старого герцога с её теткой - леди Элен Кавендиш! Но тогда..., тогда получается...

- Выходит,- задыхаясь, осведомилась она,- Тейт и есть настоящий герцог Мортландский?

- Выходит, что так! - равнодушно пожал плечами Томас.

- А как же вы?

- Хороший вопрос! - горько рассмеялся супруг. - Отец, по-видимому, боялся скандала и всё никак не мог собраться с силами, чтобы признаться в содеянном. Семья же моей матери - Олдриджи ничего о тайном браке не знала и, тем временем, готовилась к свадьбе. И всё же, моя бабка - весьма суровая и амбициозная леди Каролина, которая сделала очень много, чтобы её дочь стала герцогиней, каким-то образом узнала правду.

- И что же?

- Леди обладала железным характером и не потерпела изменений своих планов. Не знаю точно, как там все конкретно происходило, но она организовала похищение младенца парочки, и под угрозой его уничтожения, заставила новоявленную герцогиню молчать о браке. Нашли, каким образом надавить и на отца, и в результате тот пошел под венец с матушкой, а настоящую жену спровадил в Америку.

У Лили голова пошла кругом от этих шокирующих откровений.

- И свекровь пошла на такое страшное преступление ради герцогского титула?

- Матушка и по сей день ничего не знает!

- А что же стало с младенцем?

Томас тяжело вздохнул, выбирая из травы новую порцию желудей.

- Здесь Тейту не позавидуешь! Его сдали в приют, и Алекс испытал на себе все те горести и беды, что испытывают отверженные дети в нашем обществе!

- Какая жуткая история! - у Лили даже слезы покатились из глаз при мысли о беззащитном малыше, обреченном на муки и страдания из-за чужих амбиций.

Но Тейлор только презрительно усмехнулся.

- У каждого из нас в запасе есть такая жуткая история. У Эдвина, который страдает от того, что носит чужой титул и занимает чужое место! У леди Элен, у которой отняли сына, у моей матери, которую ненавидел собственный муж! У меня, потому что я лишился жены! Станешь навсегда несчастной и ты, дорогая, когда поймешь, что Тейт использовал тебя, как бык телку, чтобы вернуть своему потомству герцогский титул!

Лили замерла. Боль, охватившая её при этих словах, была настолько острой, что у женщины на несколько мгновений пресеклось дыхание, и она нескоро смогла прийти в себя настолько, чтобы спросить дрожащим голосом:

- Я не верю..., как..., как он мог предугадать, что всё так получится?

Томас негромко и тоскливо рассмеялся.

- Вспоминая, какого дурака я тогда свалял, это было нетрудно! Униженная и оскорбленная, и одновременно наивная девчонка, разве ты смогла бы перед ним устоять? Тейт - опытный соблазнитель, такая добыча для него - сущий пустяк! Где вы впервые встретились?

- В приюте Тони Калверта!

Лили трясущимися руками обхватила себя за плечи, её бил нешуточный озноб. Мысли путались, и пересохло горло.

- Неудивительно! Это же его дом!- презрительно фыркнул супруг. - Вот только одного не могу понять - почему он сейчас не оставит тебя в покое?

Что она могла сказать ему в ответ? Что на протяжении многих месяцев сама искала встречи с Тейтом, что целых полгода была с ним счастлива, невзирая на темные тайны, окружавшие этого человека?

- Впрочем,- Томас живо подскочил с места, отряхивая штаны,- теперь это уже моё дело! Думаю, не позднее, чем завтра, мы с ним этот вопрос выясним весьма тривиальным способом!

- Что вы имеете в виду? - встревожено встала и Лили. - Что это за тривиальный способ?

Но супруг уже деловито отвязывал поводья.

- Испокон веков джентльмены решали споры из-за женщины единственно доступным им способом,- спокойно пояснил он, вставляя ногу в стремя,- так что, дорогая, не надо развода - или ты станешь окончательно свободной, или... тебе не к кому будет уходить!

Осознание всей катастрофы происходящего пришло к женщине молниеносно. Так вот о чем пытался предупредить её Мортланд! С протестующим воплем она вцепилась в плечи, пытающегося сесть в седло мужчины.

- Нет! Томас, нет! Не для того ты вернулся с того света, чтобы умереть уже по-настоящему! Да и не будешь ведь ты стреляться с родным братом? Это грех!

- Кто бы упрекал меня в грехах,- в ответ зарычал, пытаясь стряхнуть с себя её руки Томас,- но не ты со своим любовником! Оскорбление всегда смывается кровью!

- Тогда убей меня! - Лили изо всех сил вцепилась в мужской сюртук. - Я во всем виновата!

Тейлор повернулся к жене настолько резко, что громко затрещала ткань на его одежде.

- А что? - с ненавистью заглянул он ей в глаза.- Хорошая мысль! Убью и дело с концом!

И его руки с неожиданной силой сомкнулись вокруг её шеи.

- Ты предала меня! Никогда мне не было так больно!

Слезы брызнули из глаз Лили. Она чувствовала себя настоящей преступницей!

- Том,- всхлипнула она, с трудом справляясь с удушьем, - мне жаль, что так получилось! Право слово, жаль! Я виновата! Я одна во всем виновата!

Женщина мало думала о том, что говорит, зато она пристально наблюдала за склонившимся над ней разъяренным лицом, и в какой-то момент вдруг осознала, что гнев покидает супруга. Его железной удавкой сжимающие её горло руки разжались, мало того, губы Томаса растянула странная улыбка.

- Но если виновата, дорогая, искупи свою вину, и начнем всё сначала!

Она растерянно наморщила лоб, пытаясь сообразить, что на этот раз он от неё хочет? Впрочем, Томас недолго оставлял её в неведении относительно своих намерений. Быстро расстегнув сюртук, он бросил его на влажную землю.

- Жена, исполни свой долг!

Лили лишь смятенно пискнула что-то протестующее, когда внезапным и грубым броском супруг повалил её на эту сомнительную подстилку. Дальше все превратилось в беспорядочное мельтешение сопротивляющихся рук, ног и юбок, и уклоняющихся от поцелуев губ. Но Том был настолько настойчив, что вскоре подавил её сопротивление, практически изнасиловав свою жену.

Это было настолько больно и неприятно, что несчастная Лили потом ещё долго плакала, уткнувшись лицом в колени и комкая концы разорванной на груди амазонки. Том ей не мешал, но и не успокаивал, возобновив меланхоличное обстреливание желудями теперь уже торчащей из земли коряги. Он делал это с настолько сосредоточенным лицом, что Лили стало совсем не по себе.

- Зачем ты это сделал? - наконец, вытерев слезы, всхлипнула она.

Томас обернулся к жене и небрежно окинул взглядом её распухшее от слез лицо.

- Ну же, Лили, пошевели тем, что у тебя вместо мозгов! Есть два варианта развития событий - или этого разговора вообще не было, и ты остаешься моей любящей женой, или ты призналась мне в адюльтере и я вызываю своего оскорбителя на дуэль. Третьего не дано! - он презрительно хмыкнул. - И мне показалось, что ты свой выбор уже сделала!

Она всегда знала, что Тейлор не настолько легкий и беспечный человек, которым любит себя представлять посторонним, но таким своего мужа ещё не видела - угрюмый и тяжелый, как осенний мрак! Или, может, его таким сделал плен?

- Итак? - надавил он на жену. - Что вы мне скажите?

Лили судорожно сглотнула комок в горле и с опаской покосилась на мужчину рядом.

- Мне кажется, что как раз выбора-то вы мне и не оставили!

- Я требую ясного ответа!

Болезненно морщась и вздрагивая от пронизывающего её всю озноба, Лили с трудом встала с места, и нервно стягивая на груди обрывки ткани, подошла к своей лошади.

- Нужно возвращаться домой, милорд,- тихо промолвила она, распутывая поводья, - близкие беспокоятся о нас!

Тейлор помог жене влезть на лошадь, и, не смотря на непрекращающийся всё это время дождь, супруги поскакали по направлению к дому.

Лили сильно промокла, замерзла и устала, но ещё сильнее её мучило чувство безвыходности. Действительно, прав был Мортланд, призывающий её молчать, но что проку, раз она не вняла его предупреждениям!

Миссис Гвинн только ахнула, увидев молодую женщину в таком страшном виде.

- Что произошло, дорогая?

- Ванну, Эвис, ванну! Побыстрее!

- Почему ты в грязи и такая мокрая? Что с платьем?

- Я упала с лошади!

А что она ещё могла сказать, когда вокруг толпились испуганно ахающие при виде растерзанной хозяйки горничные? Что её изнасиловал долгожданный супруг?

Это потом уже, погрузившись по шею в горячую воду, смятенный разум Лили вдруг прорезала ясная холодная мысль, что случившееся, скорее всего, благо для неё. Выместить ярость супруг мог и по-другому, элементарно лишив неверную жену жизни.

К ужину в Сеттенфорде собралось немало народа, съехавшегося изо всех концов графства, чтобы поглазеть на вернувшегося с того света маркиза. Всех чрезвычайно интересовал вопрос - как же это удалось даже такому ловкому человеку, как Тейлор, но тот упорно молчал, отделываясь малопонятными шуточками и отговорками.

Хозяйка Сттенфорда ещё менее была расположена к доверительным беседам. Женщине нездоровилось - она куталась в кашемировую шаль и жалась к огню. Её глаза лихорадочно поблескивали, а щеки окрасились горячечным румянцем. Больше всего на свете леди хотелось сейчас выпить горячего грога и улечься в постель с горячим кирпичом под ногами, но, увы, приходилось сидеть и развлекать кучу бездельников. Но самым трудным, пожалуй, было утаить случившееся от проницательных глаз Мортланда.

Встревоженный их долгой отлучкой герцог то и дело озадаченно поглядывал на супругов, пытаясь сообразить, что между ними произошло. Неизвестно, что таилось в голове у Томаса, а вот Лили затруднилась бы объяснить не только деверю, но и себе, в каких теперь отношениях с мужем.

Одно было ясно - Томас не позволит жене уйти к Тейту. Но ничего кроме тупой боли осознание этого факта не вызывало. Другое дело, та дикая история, которую она услышала от супруга! Лили даже боялась думать на эту тему, потому что не знала, как отнестись к откровениям Томаса. Но все её симпатии изначально находились на стороне Тейта, жадные же Олдриджи вызывали чувство гневного презрения, в том числе и свекровь, как ни защищал свою мать супруг.

И как будто мало было неприятностей в тот день, няня, видимо по подсказке герцогини, перед сном вывела в гостиную сыновей - пожелать вновь обретенному батюшке спокойной ночи.

Лили напряглась, обеспокоенно наблюдая, как поведет себя муж по отношению к Алексу. При взгляде на золотистые локоны ребенка у Лили болью пронзило сердце. Она представила, чтобы стало с ней, если бы этого ангела отдали в приют! Бедная, бедная леди Элен!

Томас с непонятной улыбкой поцеловал ребёнка в лоб, перекрестил и отдал няне, то же самое он проделал и с Уиллом. И только леди облегченно перевела дыхание, как раздался язвительный голос вездесущей тетушки Джейн.

- Милая, а что теперь будет с твоим сыном от того майора..., никак не могу вспомнить его имени?

Лили моментально воинственно ощетинилась, разом забыв про свои неприятности. Майкла-младшего она будет защищать до последнего, если даже придется перегрызть горло вредным теткам!

- Как это - что будет? - неприязненно осведомилась она, буравя старуху тяжелым взглядом.

- Но ведь он, милочка, незаконнорожденный! - не упустила случая укусить нелюбимую сноху и герцогиня.

Глаза Лили полыхнули, и... погасли. Нет, она не была готова к тому, чтобы ткнуть высокородную леди носом в собственный незаконный брак. И, пожалуй, Томас оценил её сдержанность по достоинству.

- Малыш не виноват в том, что меня объявили мертвым,- вздохнул он,- наверное, сама судьба позволила ему появиться на свет! Думаю, что мне следует похлопотать об усыновлении маленького Майкла.

- Я бы хотела, чтобы он знал, кто его истинный отец! - возразила Лили, настороженно наблюдая за этой странной лояльностью отнюдь не сентиментального супруга.

- Разумеется, дорогая! Майор Дуглас был смелым и отважным солдатом. Его единственный сын должен знать об этом и гордиться своим отцом, но нужно подумать и о его будущем, - со вздохом заметил Тейлор, - всё-таки устроиться в жизни у приемного сына маркиза Тефорда шансов больше, чем у незаконнорожденного сына погибшего майора!

Он был прав, как не мерзко это осознавать.

- Благодарю вас, мой друг! Вы безмерно добры ко мне!

Лицо Мортланда, напряженно прислушивающегося к их диалогу, выразило облегчение, и он перевел дыхание, обратившись к матери, с каким-то незначительным вопросом.

Лили с большим трудом добралась до постели. Встревоженная её состоянием Эвис хлопотала у постели с горячими кирпичами и подогретым вином.

- И куда же вас понесло в такую-то погоду,- ворчала она, укутывая заболевшую подопечную теплым одеялом,- так ведь недолго и до горячки!

Лили только жалко и натянуто улыбалась доброй женщине. Ей было плохо!

Но стало ещё хуже, когда дверь между спальнями распахнулась, и в комнату бодро зашел, одетый лишь в халат супруг. Его вид и намерения были настолько красноречивы, что миссис Гвинн и горничная, крутящиеся возле постели больной, моментально покинули помещение.

- Миледи? - удивленно задрал брови супруг, при виде укутанной в одеяла второй половины.- Вам нездоровится?

- Да,- выдавила из себя Лили, - похоже, что я простудилась!

- Жаль,- нарочито глубоко вздохнул Томас, - а я хотел поговорить с вами о наших детях!

Надо ли говорить, с какой заинтересованностью она приподнялась на подушках и приготовилась слушать:

- Что именно вы хотите сказать?

Супруг присел на край кровати и окинул задумчивым взглядом её взволнованное лицо.

- Мы - семья, миледи! У нас теперь уже трое сыновей, хотя вы и умудрились их родить от разных отцов! Как, по-вашему, я должен относиться к этому?

И Томас выжидающе посмотрел на жену.

Женщина нервно поежилась, не понимая, к чему он ведет. Но муж ждал, и нужно было отвечать на поставленный вопрос.

- Не думаю, что вам нравится существующее положение вещей! Но мальчики не виноваты в моих грехах!

- Я не монстр, чтобы обвинять невинных! Солнышко, но ты обязана возместить мне эти потери, родив ещё, по крайней мере, троих сыновей!

Лили, наморщила лоб, с трудом соображая, что происходит, но когда рука супруга красноречиво легла на то место, где под одеялом скрывалось колено, до неё моментально дошло.

- Милорд,- укоризненно покачала она головой, - вас ничто не изменит!

Томас деловито развязывал пояс халата, готовясь нырнуть под бок к жене.

- Почему я должен меняться? Потому что вам приспичило заболеть, когда вы мне нужны?!

Лили недовольно пододвинулась на другую половину кровати:

- А подождать нельзя?

Томас вытянулся рядом, хозяйским жестом притянув к себе супругу.

- Завтра мы с Эдди направляемся в Лондон, любовь моя! Нам предстоит долгий разговор с мистером Тейтом, после чего, я надеюсь, он раз и навсегда исчезнет из твоей жизни!

- Вы не....

- Нет, любовь моя, я не собираюсь убивать твоего любовника! Не надо так бояться за его жизнь! И дело даже не в том, что я не хочу стереть Тейта с лица земли, просто Эдвин не даст мне этого сделать!

БРАТЬЯ.

Родственники собрались в конторе Бисби. Кабинет хозяина был забит счетами, конторскими книгами и письмами. Пахло пылью, чернилами и мышами.

Хозяин стоял за конторкой и что-то быстро писал, когда появились Тейлоры. При виде братьев, Алекс живо расчистил от бумаг край стола, чтобы выставить на него бутылку бренди и три бокала.

- Рад тебя видеть здоровым и невредимым, Томми,- сдержанно поприветствовал он младшего брата,- угощайся - это хороший вишневый бренди! Сейчас трудно такой найти!

Мортланд быстро налил себе бокал и залпом выпил, чтобы скрыть заметную дрожь в руках. Он был под впечатлением скандала, который разразился между ним и Томом по дороге сюда.

- Ты знал, что мои дети - сыновья Тейта?

- Нет,- покривил душой Мортланд, проклиная про себя болтливость Лили,- откуда?

- Да они на одно лицо!

- Ты перегибаешь палку! Этому может быть и другое объяснение!- поспешил возразить герцог.- Вспомни, по скольким линиям мы родственны! Лили - племянница леди Элен, а Алекс - сын нашего батюшки! А малыша Уилла вы зачали с Сеттенфорде, где Тейта и в помине никогда не было!

Томас болезненно посмотрел на брата.

- Титул герцога - это ваше с Тейтом личное дело! Если ты такой принципиальный, можешь не жениться, можешь во всём ему потакать, но, черт возьми, причем здесь моя жена?! Почему я должен отдать свой титул чужому ребенку в обход собственных детей?

- Но,- взволнованно вмешался в его речь Мортланд,- с чего ты взял...

- Пусть Тейт забирает своего ублюдка, и делает с ним всё, что хочет!

Нет! Этого Мортланд допустить не мог - он любил маленького Алекса, и, по большому счёту, ему было абсолютно всё равно, какой из братьев его отец!

- Давай не будем пороть горячку и обговорим эту ситуацию с Бисби! - уклончиво ответил он, ото всей души желая, чтобы последний нашел выход из этой непростой ситуации.

И вот они, наконец-то, встретились.

Контора Бисби не отличалась комфортом, но это было, наверное, самое надежное место во всем Лондоне, чтобы вести секретные переговоры.

Тейт обрадовался брату, хотя на его лице не отобразилось ничего, кроме лёгкой улыбки. И эта неуместная, на его взгляд, радость окончательно взбесила Томаса.

Он залпом выпил бренди и уставился тяжелым взглядом на гостеприимного хозяина.

- Ты ликуешь потому, что сделал меня рогоносцем? - агрессивно осведомился Том.

Брови Тейта удивленно взмыли вверх, но оправдываться он не стал.

- Откуда ты узнал? Неужели рассказала Лили?

Том по-прежнему сверлил его свирепым взглядом.

- Как у тебя после этого хватает наглости смотреть мне в глаза? Это твоя месть за неудавшееся детство?

Мортланд, схватившись за бокал с бренди, наблюдал за их схваткой, не зная, как восстановить то шаткое равновесие, которого он с таким трудом добился когда-то, введя в их семью ещё одного брата.

Это было непросто. Эдвин хорошо помнил день, когда умирающий отец исповедался перед ним, рассказав, о позорной тайне их происхождения.

- Мне удалось найти нашего мальчика только спустя двадцать лет,- хрипел, задыхаясь, несчастный старик, - ему пришлось самому пробиваться в жизни! Но вот уже в течение десяти лет мы общаемся. Он известен как Бисби - это кличка, которую ему дали в приюте, но мне удалось ввести его в общество под родовым именем Тейт, о котором мой сын и не подозревал. И это практически всё, что я смог для него сделать! Теперь я оставляю Алекса тебе! Он - твой старший брат, слушайся его во всем!

- Этот Тейт, - помертвел тогда Эдвин,- претендует на титул?

- Нет,- со смехом раскашлялся отец,- нет! Здесь ты можешь быть спокоен! Он нам нужен более чем мы ему!

Тогда он не понял отца, решив, что тот по болезни, говорит невесть что! Но когда Мортланд, всё-таки, познакомился с Тейтом и отважился доверить ему некоторые дела, то оказалось, что тот обладает способностью превращать в золото даже грязь под ногами. За несколько лет он утроил их состояние, сделав одной из самых богатых семей в королевстве. Бисби работал, как проклятый, ничего не требовал взамен, играючи легко выполнял сотни просьб братьев, но Мортланд ни на секунду не забывал, что именно Тейт - настоящий герцог, а он сам - всего лишь самозванец!

Томас принял наличие сводного брата с великим трудом, но охотно пользовался его услугами, хотя и никогда не подпуская Алекса к себе особо близко. Ему были чужды переживания Эдвина, и он считал, что если так уж получилось в их семье, то нужно перестать терзаться и жить дальше!

И вот Тейт столь неприятно вмешался именно в его судьбу. Теперь Мортланд вынужден был бессильно наблюдать, как ссорятся братья.

- Причем здесь месть,- холодно возразил Алекс в ответ на упреки брата,- ты бросил эту женщину, едва выйдя из церкви! Может, ты и не помнишь, но на следующий день у Клерон орал во всеуслышание, что если Эдди будет угодно, пусть сам объезжает кобылу из конюшен Кавендишей! А на тебя она пусть не рассчитывает!

Щеки Томаса залило нервной краской.

- Я был скотски пьян!

- Да уж!- выдохнул из своего угла и Мортланд.

Он до сих пор не мог вспоминать без дрожи послесвадебные скандалы!

- А что мне оставалось делать, когда Лили, даже стоя у алтаря, заглядывалась на тебя, Эдди? А на меня смотрела, как на беспородную дворняжку, путающуюся под ногами!

- Ревнивый придурок! - горько усмехнулся герцог. - Впрочем, вы друг друга стоите!

- Твоя ненависть к девушке была такой яростной, - между тем продолжал объяснять Тейт, - что Эдди заговорил со мной об её устранении, чтобы ты женился на другой, более приятной тебе леди!

- Что? - потрясенно бросил взгляд Томас на Мортланда. - Это правда? Как же вы собирались устранить Лили?

Братья быстро переглянулись. Эдвин поморщился.

- Мало ли, какие есть способы устранения! Скомпрометировать, например, чтобы получить повод для развода! Это были всего лишь разговоры,- уклончиво пояснил он,- ты ведь наотрез отказывался спать с девушкой, а между тем, именно от твоей жены мы все ждали наследника!

Томас взвыл. До него постепенно доходило, что произошло по его вине шесть лет назад. Между тем, Бисби согласно кивнул головой в ответ на слова Эдвина.

- Я решил встретиться с девушкой, чтобы проверить общее впечатление, и прийти к какому-либо выводу относительно её будущего! Я, конечно, видел леди Лилиану на свадьбе, и она мне показалась красавицей, но, видимо, были какие-то недостатки, раз ты её столь скандально отверг!

Тейт замолчал, не спеша разливая бренди в опустевшие бокалы.

Пауза затянулась настолько, что у Томаса не выдержали нервы.

- И?

- Мне и сейчас кажется, что мы созданы друг для друга!

- И ты наградил мою жену ублюдком?

Обвинение заставило Алекса нахмуриться.

- Не надо со мной говорить об ублюдках!

Братья опасливо переглянулись, заслышав в его голосе железные нотки. В первый раз за долгие годы их знакомства, он хотя бы косвенно ткнул их носом в собственное происхождение.

- Если вам претит существование старшего из мальчиков, то я готов, хоть сейчас забрать его к себе! - пояснил он, и уже тише добавил. - Кстати, вместе с матерью!

Ситуация становилась всё более и более невыносимой, и Мортланд понял, что если сейчас не вмешается, дело может закончиться смертью одного из братьев.

- Мне кажется, - осторожно заметил он,- что малыш Александр все-таки сын Томаса! Ваша связь началась на два месяца позже. Началась..., и сразу закончилась - Лили уже была беременна на момент вашего знакомства! Мать делилась со мной подозрениями в тот самый день, когда Лили впервые поехала в приют.

Мортланд с замиранием сердца ожидал справедливых возражений от Тейта, но тот промолчал.

- Так это значит...,- потрясенно протянул Томас, с нарождающейся надеждой глядя на братьев.

- Ты был пьян в ночь перед отправкой, но всё-таки делил с женой постель, и она могла вполне забеременеть!

Младший брат глубоко задумался, и Мортланд кинулся закреплять достигнутые позиции.

- Во всей этой истории нет ничего оскорбительного для тебя! - с нажимом пояснил он. - Бисби взял лишь то, от чего ты по доброй воле отказался! Мы были твердо уверены, что Лили тебе не нужна!

- Но она мне нужна! В том-то и дело! - зло фыркнул младший Тейлор.

Он обвел братьев хмурым взглядом.

- Хорошо, вы меня убедили, что ненамеренно лишили жены! Но теперь я настаиваю, чтобы Алекс раз и навсегда оставил нас в покое! Раз и навсегда!

Бисби долго молчал, задумчиво покачивая в пальцах бокал с бренди, то рассматривая его на свет, то осторожно расплескивая по стенкам маслянистую жидкость. Тишина стояла такая, что было слышно, как где-то в углу деловито скребется мышь.

- Я, - в конце концов, неохотно ответил он,- никогда не сделаю ничего, чтобы вернуть её себе, но если женщина вновь найдет меня, то останется уже навсегда! Ради тебя я отказался от неё шесть лет назад, отказываюсь сейчас, но если ворон каркнет в третий раз, значит, нам суждено быть вместе. И больше ты Лили не увидишь - я увезу её из страны!

Братьям Тейлорам стало не по себе. Но, с другой стороны, Тейт пообещал оставить женщину в покое, а его обещаниям можно было верить, и Мортланд облегченно перевел дыхание. Теперь нужно было срочно перевести разговор на другую тему.

- Давайте выпьем мировую,- преувеличенно оживленно предложил он,- и ты, Том, расскажешь нам про даму, у которой находился в плену!

Алекс покладисто вновь налил бокалы, и братья приготовились слушать, но, увы, Тейлор не торопился посвящать их во все перипетии этой истории. Он мрачно покосился на Тейта.

- Что ты об этом знаешь?

- Мало,- пожал тот плечами, - кроме того, что дама держала тебя взаперти ради интимных услуг!

Темная судорога едкой насмешки исказила лицо Томаса, и тот вдруг встал с места. Со злостью поставив бокал с бренди на край стола, он начал раздеваться. Братья удивленно наблюдали за тем, как он снимает сюртук, шейный платок, рубаху... и вот когда перед их глазами оказался обнаженный торс, у обоих вырвался пораженный вздох. Все тело Томаса было испещрено затейливыми шрамами надписей по-французски, на плече выжжено клеймо в виде неизвестного герба, и отчетливо виднелись следы чьи-то зубов!

- Помилуй Бог,- ахнул Мортланд,- что это? Живая иллюстрация книги маркиза де Сада?

- Что-то в этом духе,- мрачно хмыкнул Томас,- эта юная волчица пила из меня кровь, грызла во время секса, подвергала пыткам, но только благодаря её извращенной страсти, я и остался жив! Меня уже приговорили к гильотинированию, и я ждал казни, когда эта стерва пришла на экскурсию в камеру смертников, узнала меня и выкупила у начальника тюрьмы за весьма крупную сумму!

- Узнала? Вы что же, встречались раньше? - удивился Тейт.

- Было дело,- хмуро признался Томас,- я думал, что она мертва, но пекло оставило своему исчадию жизнь, чтобы я попал в настоящий ад! Кстати, эта тварь родила мне в своё время сына!

- Хорошенькая история! Кто же эта кровожадная незнакомка?

Но ответил за Томаса ошеломленный Тейт:

- Это весьма влиятельная и богатая дама - вдова французского генерала. Мадам Луиза Жильберт - дочь финансового воротилы с приданым в полмиллиона франков. Хорошенькая, совсем юная, имеющая пятилетнего сына!

- Сейчас скрывает новую беременность! Луиза дорожит своим добрым именем не меньше, чем банковским счетом!

Бисби залпом выпил содержимое своего стакана и его глаза заинтересованно сверкнули:

- Хочешь, мы лишим её и первого, и второго!

Томас почему-то не поспешил дать согласие. Он глубоко задумался, а потом отрицательно качнул головой.

- Нет! Я изощренно и долго убивал её, и не вина Луизы, что она получила от этого сексуальное наслаждение и вдобавок осталась жива. Можно только представить, в каком сейчас отчаянии эта ведьма - как ребенок, у которого отняли любимую игрушку!

Мортланд недоуменно покачал головой.

- Я, конечно, знаю, что у маркиза де Сада есть сторонники даже среди наших хороших знакомых, но чтобы таким забавам был подвержен и ты? Для меня это новость!

- Это другое,- досадливо отмахнулся Том,- мне хотелось отомстить её жениху - напыщенному фанфарону генералу Жильберту, а о самой девушке в тот момент я думал мало! Кто же мог подумать, что после всего, что я над ней проделал, она выживет!

Братья настороженно переглянулись и больше не стали задавать вопросов.

Бутылка бренди быстро опустела, и они переместились в "Свинью и свистульку", а оттуда уже в состоянии изрядного подпитья глубокой ночью завалились к обрадованной Клерон.

Спустя сутки, утром третьего дня, зевающая от недосыпа Беата уселась за письменный стол, чтобы написать своей несчастной кузине письмо об очередных безобразиях, учиненных её вернувшимся из небытия супругом.

СЕТТЕНФОРД.

Лили заболела. Воспалилось горло, душил кашель, мучил жар, но ещё больше угнетала и лишала сил безысходность ситуации, в которую она попала. Дамы семейства Тейлоров, испугавшись заразы, к величайшей радости больной, поспешили удалиться восвояси.

На письмо кузины Беаты леди среагировала настороженно, и та её опасения оправдала:

- "... А ещё, дорогая, твой супруг в компании с пьяными гризетками разъезжал по Лондону,- глухо и невыразительно читала ей миссис Гвинн,- выкрикивая непристойные песни! Об этом только и разговоров во всех лондонских гостиных! Все сожалеют, что ревность к покойному майору толкнула Томаса на новый виток безумств..."

Лили обреченно раскашлялась.

- Всё, достаточно! - прохрипела она, вырывая письмо из рук компаньонки. - Теперь я по-настоящему поверила, что мой муж жив и невредим! Всё по-старому - ложь, обман, распутство, позор... Томас дома!

- Но, дорогая,- Эвис с жалостью пожала руку больной женщине,- люди преувеличивают!

- Только не в данном случае!

Тейлор в этот раз куролесил всего неделю, и по истечении этого срока появился в Сеттенфорде.

Бодрый, энергичный, в прекрасном расположении духа он завалился в спальню жены.

- Дорогая, хватит валяться, распорядись собрать вещи и детей! Мы едем в Мортланд-холл!

Закутанная в шерстяной плед Лили презрительно покосилась на блудливого супруга.

- Увы, - с трудом справилась она с болью в горле,- у меня простуда, и я вряд ли смогу принять участие в ваших грандиозных планах по переселению!

Томас недоуменно уставился на больную жену.

- И надолго это с вами?

Леди безразлично пожала плечами.

- Не знаю! В болезни мало приятного, и поверьте, я бы хотела как можно скорее стать здоровой!

- Ладно,- недовольно отступил Том,- подождем, когда вам станет лучше!

Его терпения хватило ровно на день.

- Я не могу больше ждать! Мы договорились с Эдвином обсудить планы по переустройству поместья, а вашим недомоганиям конца и края не видно!

Нелепые претензии супруга вывели его жену из себя.

- Так уезжайте без меня! - нахмурилась она. - Мы с сыновьями приедем позже.

Томасу не понравилось такое нарушение его замыслов. Он долго созерцал бледное измученное лицо жены, уставленный микстурами столик у кровати, смятые простыни постели. Неприятно пахло противными лекарственными снадобьями, жарко горел камин, на решетке возле которого согревались грелки, и вся обстановка комнаты красноречиво говорила о том, что её хозяйка заболела всерьез и надолго, уж не говоря о периодическом покашливании и хрипоте голоса.

- Угораздило же вас! - с досадой поморщился он.

- Простите!

На следующий день супруг выехал в Мортланд-холл, и уже к вечеру следующего дня Лили почувствовала себя гораздо лучше - отъезд мужа подействовал на неё подобно чудодейственному эликсиру.

Женщина сочла это за хорошее предзнаменование, и её голова тот час заработала в поисках какой-нибудь лазейки, избавляющей от ненавистного супруга.

- Что мне делать, Эвис?!

Компаньонка опасливо покосилась на больную. Кто-кто, а она-то прекрасно знала, на что способна Лили.

- А что здесь можно сделать? - осторожно осведомилась миссис Гвинн. - Ваш муж согласился усыновить вашего младшего сына, простил измену, и вообще, повёл себя благородно!

- А его очередной загул?

- Чего не бывает!

Лили зло сверкнула глазами на собеседницу.

- У него это бывает постоянно! Когда-то я наивно думала, что смогу с ним быть счастлива, но он постоянно лгал! И вот опять всё сначала!

- Мне очень жаль! Но Лили, ради сыновей, вам придется как-то уживаться с маркизом!

- Я должна съездить в Лондон!

Миссис Гвинн осуждающе поджала губы.

- Я никогда не вмешивалась в ваши отношения с мистером Тейтом, когда вы считались вдовой, но сейчас... Лили, простите меня, но если вы будете встречаться с этим господином за спиной супруга, я вынуждена буду покинуть ваш дом!

Лили испуганно вскинула глаза на компаньонку. Она настолько привыкла к Эвис, настолько полюбила эту умную и преданную женщину, что не мыслила себе жизни без неё.

- Эвис! - в отчаянии воскликнула она,- я должна...

- Вы должны быть верны данной у алтаря клятве! - резко перебила её миссис Гвинн.- И если Господь решил возвратить вам потерянного супруга, значит, он дает вам ещё один шанс с ним ужиться. Попробуйте! Хотя бы для того, чтобы иметь чистую совесть!

О, наивная и добрая миссис Гвинн, уверенная в том, что порядочность и стойкие моральные принципы имеют ещё какую-то цену в этом мире! Лили уже давно в этом разочаровалась, но ради спокойствия Эвис обреченно приняла её ультиматум.

ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ...

Иннин уныло ковырялась в завтраке, борясь с приступами тошноты и раздраженно глядя на восседающего напротив супруга.

Они недавно вернулись из свадебного путешествия, и она почти сразу же поняла, что беременна. Медовый месяц не принес ей счастья. Как разнились два её мужа! Теперь вспоминая бесконечную нежность и любовь покойного Джорджа, Иннин не могла удержаться от слёз.

Чейзу, по большому счёту, жена не была особенно нужна. Сэра Уилла интересовали технические новинки, различные приспособления и изобретения. Он чуть не сжег дом, экспериментируя с молнией. В комнатах постоянно воняло, какой-то гадостью, получаемой в его химической лаборатории, вечно что-то взрывалось, сыпалась штукатурка...

Сестры Чейза Мод и Клара относились к этому сумасшествию спокойно, как к неизбежному злу, хотя щеку первой пересекал шрам, полученный при использовании изобретения брата - автоматической яйцерезки.

Красота жены на какое-то время, конечно, отвлекала сэра Уилла от любимых развлечений, но слишком на короткое, чтобы это могло смирить новоявленную леди Чейз со всеми неудобствами существования рядом с маньяком-изобретателем.

А где-то там, в Лондоне, Лили, наверное, блистала в свете рядом с красавцем и весельчаком Томасом, не удосужившись черкнуть даже несколько строчек своей кузине! Такое пренебрежение здорово задевало Иннин. Она чувствовала себя одинокой, заброшенной и никому ненужной до тех пор, пока из одного разговора с золовкой не узнала, что Лили в Лондоне нет.

Какая-то кузина Чейзов написала Мод, что в обществе только и болтают, что о беспутном поведении Томаса Тейлора, похождения которого обрастают такими шокирующими подробностями, что сия дама не отваживается их изложить в письме к невинной девушке.

- А что же маркиза?- не без злорадства осведомилась Иннин.

Мод только пожала плечами, ещё раз пробежав торопливым взглядом по строчкам.

- Здесь ничего об этом нет!

В своем ответном письме золовка попросила лондонскую кузину узнать о жене беспутного маркиза. Ответ пришел довольно быстро, но, увы, респондент не сообщил ничего интересного. Леди Лилиана находится в Мортланд-холле, где живет замкнуто и нигде не бывает.

- Наверное, скрывается от позора, - с сожалением вздохнула Клара. - Не приведи Господь такого мужа!

Иннин с презрением покосилась на юную девушку. Чтобы понимала эта глупая девственница в мужчинах! Что из того, что их брат - верный муж, если в постели его хватает максимум на пять минут неловких торопливых объятий, которых и любовью-то язык не поворачивался назвать?

Вот и сегодня, она мрачно наблюдала, как супруг торопливо поглощает отварную треску. Сэр Уилл назначил встречу на замерзшем пруду нескольким джентльменам, чтобы показать им какие-то чудо - коньки собственного изобретения.

- Я прошу вас быть осторожнее, мой друг,- вяло попеняла мужу Иннин,- лед ещё слишком тонкий для такого рода забав!

- Успокойтесь, душа моя,- рассеянно улыбнулся сэр Уилл, мысли которого крутились вокруг очередного детища, - всё будет хорошо!

После того, как глава семейства умчался по своим делам, женская часть Чейзов уселась в гостиной за рукоделием. Девицы что-то вышивали, а Иннин возилась с дочкой, рассматривая с малышкой книжку с картинками, когда за окном раздался шум подъехавшего экипажа.

Дворецкий поставил хозяйку в известность, что с ней тет-а-тет хочет поговорить какая-то пожилая дама.

Девицы ошеломленно переглянулись, да и сама недоумевающая Иннин не могла понять - кому же это она понадобилась?

Но каково же было её изумление, когда, покинув гостиную, вдруг увидела взволнованную миссис Гвинн.

- Миссис Гвинн?

Компаньонка Лили умоляюще сложила руки.

- Осторожнее, не называйте меня по имени и никому не говорите, что я здесь была!

- Да что случилось? - разволновалась Иннин.

- Я вам всё расскажу, если вы навестите меня в Миленде, в гостинице "Королева Бесс". Спросите миссис Бентли! Умоляю оставить визит в тайне - это вопрос жизни и смерти!

Женщина удалилась столь же быстро, как и пришла, оставив леди Чейз в полной растерянности. Одно было ясно, что ответы на все вопросы она получит, только посетив "Королеву Бесс".

- Я еду в Миленд! - заявила она золовкам. - Мне срочно нужно посетить одну нуждающуюся семью!

- Я с вами! - привстала было Мод.

Но Иннин только отмахнулась.

- Нет! Меня попросили о конфиденциальности! Прикажите подать экипаж!

Может, девушки и были недовольны её решением, но брата дома не было, а самовольно воспротивиться его жене у них не хватило решимости.

Иннин собиралась в спешке, и не только потому, что её мучило любопытство. Столь давно не посещавшее её тяжелое чувство тревоги красноречиво убеждало, что с Лили случилась какая-то беда. Все предубеждения, обиды и зависть тот час оказались забыты, вытесненные тревогой за судьбу кузины.

Подъехав к гостинице, она спросила о миссис Бентли. Её проводили в номер на втором этаже, но там её ждала отнюдь не миссис Гвинн, а Лили, собственной персоной.

Иннин поневоле ахнула, увидев в каком виде находится сестра. Лили полулежала на подушках кровати, устремив лихорадочный взгляд на вошедшую гостью. Мертвенно бледное, исхудавшее лицо было с трудом узнаваемым, и только синие, ставшие огромными глаза неистово и ярко светились.

- Господи, милая! - Иннин подбежала к кровати, и крепко сжала исхудавшие пальцы. - Что с тобой?

Лили саркастично усмехнулась.

- Твой любимец Томас решил стать вдовцом!

- Это не смешно,- обиделась Иннин,- что ты такое говоришь?

- Да уж не до смеха! - кузина снисходительно окинула её взглядом. - Он - чудовище, Иннин!

- Это неправда!

Лили села на постели, и нервно завернув рукава платья, показала ей багровые шрамы на запястьях.

- В Мортланд-холле я практически находилась в заточении. Когда между нами вспыхивали ссоры, Томас приковывал меня к стене и сажал на хлеб и воду, угрожая отослать маленького Майкла к его дяде! Но всё бы ничего, если бы две недели назад он не привел в дом некую Шарлоту Бенсон и не назначил её домоправительницей!

Голос женщины прозвучал настолько возмущенно, что Иннин недоуменно нахмурилась.

- Что здесь такого? Кто эта женщина?

- Девушка! - мрачно поправила её Лили. - Отвратительная мерзкая тварь, его любовница! Он открыто демонстрировал их отношения, а потом заявил, что миссис Гвинн должна покинуть наш дом, потому что её вполне заметит мисс Бенсон, в общем....

Она задохнулась от возмущения, и нервный кашель потряс её исхудавшие плечи.

- ... это была последняя капля! Моё терпение истощилось! Иннин, мне нужно исчезнуть!

Леди Чейз пораженно покачала головой, даже не зная, что сказать в ответ. Куда можно исчезнуть, чтобы не нашли Тейлоры? В своё время она тщетно сама искала такое убежище!

- Я не за себя боюсь,- отчаянно воззвала к ней Лили,- мне нужно спасти своего малыша! С трудом мне удалось уговорить Мортланда забрать к себе Алекса и Уилла, но Майкл... он никому кроме меня не нужен! Покойный майор никогда не ладил со своим старшим братом, и зачем тому наш сын?

Кузина добровольно отдала обожаемого первенца герцогу? Иннин поняла, что её дела действительно плохи!

- Почему ты не обратишься к своему любовнику? - прямо спросила она.

Лили прикусила губу.

- Он в очередной раз предал меня!- горько призналась она. - Дом, где мы всегда встречались, выставлен на торги! Я одна, Иннин! Я, как загнанный зверь! Пока Томас не выместит на мне свою злость, он не успокоится. Он постоянно пьян, раздражен, и как бы его месть не стоила жизни бедному малышу Майклу!

Иннин тяжело вздохнула - ах, она хорошо знала, что такое быть одной против целого мира! Немудрено, что нервы у Лили были натянуты до предела.

- Где я смогу спрятаться от него, - всхлипывала несчастная женщина,- он - сатана, дьявол во плоти!

Действительно - где? Иннин растерянно погладила кузину по плечу. На Чейза можно было даже не рассчитывать - он никогда не вмешается в чужие семейные дела! Её голова усиленно заработала, и вдруг женщину осенило.

- У тебя есть деньги?

Вытирающая слезы Лили неопределенно всхлипнула:

- Да! Мортланд, видимо, забыл отменить указание о переводе денег на мой счет. Я послала в Лондон миссис Гвинн с запиской к поверенному и он, к моему удивлению, выдал ей две тысячи!

- На переезд в Бельгию должно хватить!

Лили сначала удивленно вздрогнула, но потом, видимо, эта идея ей не показалась такой уж дикой.

- В Бельгию..., - задумчиво протянула она,- но как я туда попаду из-за блокады?

- Окольными путями! А если обратишься к Рейли, то гораздо быстрее!

Женщины задумались, взвешивая все "за" и "против".

- Рейли и Том - друзья,- наконец, отрицательно качнула головой Лили,- он не возьмется за это дело!

Не смотря на серьезность ситуации, Иннин не удержалась от язвительного замечания:

- Мне кажется, этот джентльмен к тебе неравнодушен!

Лили раздраженно фыркнула.

- Даже если бы он умирал от любви ко мне, то всё равно не стал бы помогать! Английские джентльмены не вмешиваются в семейную жизнь друзей!

Иннин тайно улыбнулась.

- Пожалуй, я попробую тебе помочь! Отправляетесь с миссис Гвинн в Харридж, и ждите известий. В случае удачи, я пришлю письмо на имя миссис Бентли. Если в течение двух недель известий не будет, думайте сами, как добираться. Письмо для падре Оноре я напишу сейчас, и тебя приютят в моем доме, но вот вопрос - на что вы все будете жить? Деньги имеют свойство заканчиваться!

Лили криво улыбнулась.

- Для начала нужно просто остаться в живых!

Иннин смерила сестру задумчивым взглядом. Не важно, что её страхи были, наверняка, преувеличены, бедняжка, действительно, была доведена до предела.

ЛОНДОН.

Обвести мужа вокруг пальца оказалось для Иннин легче простого.

- Дорогой, мне нужно показаться доктору!

- Что-то не в порядке с малышом? - на минуту оторвался от изобретения очередной хитроумной мышеловки Чейз. - Местный эскулап не справится?

Бедные мыши! Даже медведь бы скончался от страха только от одного вида этого украшенного зубьями чудовища капкана.

- Всё хорошо,- заверила его Иннин,- но всё же, не мешает проконсультироваться и заказать несколько новых платьев!

Расчёт оказался верным. Как только разговор зашел о туалетах, супруг тот час потерял интерес к теме.

- Только особо не размахивайся! Мы итак солидно потратились в медовый месяц!

- Я буду скупа, как Шейлок! - заверила его Иннин, хмыкнув про себя.

Уехать в Лондон в одиночку было невозможно, поэтому Иннин взяла с собой юную Клару, предусмотрительно оставив дома более умную Мод.

- Я не могу оставить дом на сэра Уилла, - пояснила она старшей золовке,- иначе мы вернемся к обугленным останкам жилища! Приглядите за ним, Мод!

- Можете не беспокоиться! - не стала спорить та, но у Иннин создалось впечатление, что девушка догадалась, что она просто хочет от неё избавиться.

Расположившись в пустующем доме Кавендишей, леди Чейз для вида посетила доктора, проехалась по лавкам и заказала модистке несколько платьев, но главное заключалось в другом - в визитах к многочисленным родственницам, как Чейзов, так и Кавендишей.

И везде, где бы они не появлялись с золовкой, Иннин ловко выпытывала у хозяек гостиных сведения о Томасе Тейлоре и о сэре Энтони Рейли. И если о последнем даже самым досужим сплетницам было нечего сказать, повествования о загулах Тейлора иногда длились по нескольку часов.

У юной Клары ужасом округлялись глаза, а вот у Иннин эти скандальные подробности вызывали только тайную снисходительную усмешку. Да, она жалела Лили, понимала, что её жизнь с мужем превратилась в кошмар, но, увы, Иннин по-прежнему относилась к беспутному маркизу с теплотой и нежностью, твердо уверенная, что вина за неудачный брак лежит все-таки на кузине. Супруги Тейлоры элементарно не подходили друг другу, а упрямица Лили палец о палец не ударила, чтобы хоть как-то подстроиться к своему супругу.

Но, по большому счету, нужен Иннин был всё-таки не ветреный маркиз, а его друг. Она настойчиво искала встречи с сэром Энтони, а это оказалось непросто. Рейли мало где бывал помимо своего клуба.

Пришлось идти ва-банк. Не могла же она вечно торчать в Лондоне!

И однажды утром, отправив Клару с выдуманным поручением к кузине Беате, Иннин отправилась в дом холостого джентльмена. Рейли вряд ли понравится нежданный визит дамы, но он сам виноват! Нужно посещать светские рауты и не жить анахоретом!

Её предчувствия оправдались.

Сэр Энтони вышел в гостиную к незваной гостье, с трудом скрывая недоумение.

- Мадам?

Иннин откинула вуаль.

- Миледи? - удивленно поклонился джентльмен. - Какой случай я должен благодарить за счастье видеть вас у себя в гостях?

Если бы он мог увидеть собственное лицо, то не стал бы так неловко лепетать о счастье!

- У меня довольно щекотливая просьба,- леди Чейз не стала она ходить вокруг, да около,- я нуждаюсь в вашей помощи!

Рейли морщил лоб, силясь понять, чего от него хочет эта юная бесцеремонная женщина.

- Всё что могу, миледи, - рассеянно пробормотал он,- но...

- Когда-то,- резко напомнила ему Иннин,- вы обещали помочь, если мне вновь придется пересечь пролив! Так уж сложились обстоятельства, что без вашего содействия теперь не обойтись!

- Миледи, - потрясенно возразил Рейли,- но я слышал, что вы совсем недавно осчастливили своим выбором сэра Уилла Чейза! Зачем вам покидать Англию?

Иннин сухо улыбнулась.

- Сэр Энтони, вы не поняли меня! Я не собираюсь возвращаться в Бельгию. Нужно срочно переправить туда двух своих родственниц. Они католички, и у них возникли серьезные проблемы в вашем протестантском королевстве! К сожалению,- она с удовольствием сделала упор на последней фразе, - дамы не блещут умом и во многом сами виноваты! Но... родственников мы не выбираем!

Рейли нервно заметался по гостиной, раздумывая над просьбой гостьи. По всей видимости, она была ему мало по душе.

- Я отошёл от дел,- наконец, вяло промямлил он,- и вряд ли смогу, что-нибудь сделать для этих дам. Извините!

- Да, - недоуменно вздернула брови Иннин,- а леди Лилиана Тейлор, посылая меня к вам, сказала, что вы единственный, кто сможет помочь!

Так и есть - щеки Рейли покрылись красными стыдливыми пятнами, так не сочетающимися с его славой прожженного морского волка!

- Леди Лилиана? Это она прислала вас ко мне?- взволнованно спросил он.

Иннин слегка пожала плечами.

- Мы разговаривали о сложившейся ситуации, - пояснила она,- и кузина сказала, что вы единственный человек, которому можно доверить столь деликатное дело! Мы знаем, что вы не выходите в море, но надеялись, что поможете связаться с людьми, которые могут переправить наших родственниц на континент? Я хорошо заплачу за столь опасное путешествие!

Имя Лили подействовало на Рейли самым действенным способом. Он моментально забыл про своё нежелание ввязываться в сомнительную историю с двумя папистками.

- Как поживает леди Лилиана? - не скрывая заинтересованности спросил он. - Прошел уже год с того дня, когда мы виделись в последний раз!

- Прекрасно,- Иннин растянула губы в улыбке,- она не любит покидать Мортланд-холл. В душе моя кузина предана деревенской жизни. Но я бы попросила вас ещё об одной услуге!

- Да?

- Дело в том,- женщина искусно сделала вид, что смущенна,- что маркиз Тефорд не выносит этих родственниц. Он несколько раз громко выражал желание увидеть их на том свете, поэтому мы с Лили просим вас о сохранении нашей просьбы в тайне!

- Конечно, конечно,- поспешно уверил её собеседник,- можете не беспокоиться! Я буду нем, как рыба! Но прежде, чем дать вам ответ, я должен повидаться с кое-какими людьми!

- Я понимаю,- кивнула головой Иннин, - мы с моей золовкой - леди Кларой поселились в доме Кавендишей. Вы можете прислать мне письмо по этому адресу!

На этом, собственно говоря, разговор можно было закончить, но когда гостья направлялась к выходу, её догнал тихий вопрос сэра Энтони:

- Леди Лилиана счастлива с вернувшимся в мир живых супругом?

М-да, видимо, он по-настоящему был влюблен в кузину, раз отважился на такой вопрос. Иннин стало немного обидно, и она не отказала себе в удовольствии щёлкнуть его по носу:

- Они обожают друг друга! А сплетни про то, что маркиз позволяет себе в Лондоне, вызывают у его жены лишь снисходительную улыбку. Тейлор так обаятелен, в свете же столько завистников чужому счастью!

- Да-да, конечно!

Рейли поспешил согласиться с этим сомнительным утверждением, но его щеки опять покрыл предательский румянец то ли досады, то ли облегчения.

Через три дня Иннин получила письмо с подробнейшими инструкциями, к кому обратиться по интересующему её вопросу. Она аккуратно запечатала его и переслала по одной ей известному адресу.

Всё! Леди почувствовала себя полностью выполнившей свой долг по отношению к кузине, и теперь можно было с чистой совестью возвращаться домой.

Иннин забрала свои заказы от модистки, и уже начала объезжать с прощальными визитами знакомых, когда, вернувшись поздно вечером с очередного приема, вдруг обнаружила в особняке нежданного гостя.

Впрочем, он себя таковым не считал.

ТЕЙЛОР.

- Ой, - высунула голову из подъезжающего экипажа Клара,- что это?

- Что там? - равнодушно осведомилась Иннин. - Пожар?

- Нет, но дом сильно освещен!

Покинув экипаж, леди Чейз была вынуждена признать правоту золовки. Весь особняк Кавендишей сиял огнями - светились окна практически всех комнат фасада вплоть до третьего этажа, где располагалась прислуга.

- Похоже, у нас гости? - спросила она выскочившего навстречу привратника.

Тот смущенно отвел глаза.

- Это хозяин, миледи! Милорд!

Иннин опешила. Она привыкла считать этот дом собственностью Лили, и сразу не сообразила, что после возвращения Томаса особняк стал принадлежать ему. А она-то распоряжалась тут, как хозяйка!

И пока они с Кларой растерянно отдавали прислуге теплые накидки и муфты, в холл вышел сам Тейлор. Был он, судя по сверкающим глазам, в приличном подпитье.

- Кузина Инн,- радостно распростер он объятия, - какое счастье видеть вас в полном здравии!

Увы, она не могла ему ответить тем же.

- Какая неудобная ситуация,- занервничала леди,- если бы я знала, что во время визитов в Лондон вы останавливаетесь здесь, то поверьте, никогда бы не отважилась переступить порог этого дома без вашего разрешения!

Томас пристально разглядывал её смущенное лицо.

- Вы не чужая этому дому, дорогая кузина! А что за прелестная девушка прячется за вашей спиной?

Нервно улыбающаяся Иннин торопливо представила ему золовку. Сама же Клара смотрела на мужчину с таким выражением лица, как будто перед ней предстал диковинный зверь - неприлично вытаращив глаза и чуть приоткрыв рот. Именно её дурацкий вид и привел Иннин в себя, заставив усиленно заработать голову.

- Вы приехали с Лили? - невинно округлив глаза, спросила она.

На лоб Тейлора набежала тень, и глаза заметно потускнели.

- Нет! - кратко ответил он, и тут же добавил. - Не откажитесь ли, милые дамы, разделить со мной поздний ужин. Нам о многом нужно поговорить!

- Час уже поздний!- попыталась увильнуть Иннин, но джентльмен не принял отказа.

- Мы не виделись много лет! Не считать же встречей те несколько минут в день вашего венчания!

И вот они сидят за столом - онемевшая от робости Клара, и заинтересованно разглядывающие друг друга Тейлор и леди Иннин Чейз.

- Дорогая кузина,- Томас ловко разделывал мясо,- вы не представляете, как я счастлив вас видеть! За эти годы из испуганной нежной девочки вы превратились в очаровательную леди - идеал женской красоты! Вашему мужу можно только позавидовать!

Иннин с легкой улыбкой слушала эти ни к чему не обязывающие комплименты и гадала - действительно ли, Томас счастлив её видеть или ему что-то от неё надо? Ведь не зря он приехал в этот дом - в прежние визиты маркиз предпочитал особняк Мортландов! Нечистая совесть подталкивала её ко второму умозаключению, а сердце настаивало на первом. Ведь Том оставался Томом - обворожительно красивым, обаятельным мужчиной при одном взгляде на которого таяло сердце, и губы невольно раздвигались в улыбке.

Но не прошло и четверти часа, как Иннин поняла, что Томас затеял этот ужин с весьма определенной целью. Незаметно и исподволь мужчина начал задавать ей вопросы об их родственниках и знакомых, как бы мимоходом осведомившись, не получала ли она писем от кузины, и т.д.

- Увы,- слукавила Иннин,- Лили не особенно нуждается в переписке со мной. Вот и Клара может подтвердить, что с тех пор, как я вышла замуж, она ни разу мне не написала.

Клара испуганно закачала головой и судорожно сглотнула.

- Ни разу!

Иннин снисходительно покосилась на её ошеломленное личико. Ещё одна жертва на алтарь неотразимого Тейлора!

- Наверное, - с деланной обидой вздернула она подбородок,- кузине более интересны её нынешние знакомые и друзья!

- Увы,- угрюмо фыркнул Томас,- Лили плохо сходится с людьми! Лошади ей ближе!

- Вам виднее! - вздохнула Иннин. - Вы нас извините, но час уже поздний! В деревне мы привыкли укладываться спать спозаранку!

Она мастерски продемонстрировала с трудом сдерживаемую зевоту, и джентльмену не осталось ничего другого, как пожелать леди спокойной ночи.

Но Иннин прекрасно осознавала, чего хочет, как и то, что другого случая добиться своего ей больше никогда не представится. Она тайком спустилась в холл и сунула шиллинг в руку привратника.

- Получишь ещё столько же, если узнаешь, куда сейчас направится милорд!

В общем-то, бывшая "Штучка" Мортланда знала, куда могло потянуть этого мужчину. Но мало ли злачных мест в Лондоне? Притаившись за шторой, она проследила за отъезжающей карета.

- Если только я правильно понял,- доложил слуга,- милорд вроде бы приказал кучеру отвезти его к "Уимзи"!

Иннин взволнованно взбежала по лестнице.

Не иначе, это всё были проделки дьявола, решившего окончательно погубить её душу! Но "Уимзи" был именно тем местом, где она могла появиться без ущерба для своего доброго имени, просто натянув маску. В этом клубе многие женщины находились под такой же эфемерной защитой, и её оказывалось достаточно, чтобы никто не задавал неудобных вопросов.

Женщина неистово помолилась, но бешено стучащее сердце путало мысли и заставляло без толку повторять по нескольку раз заученные слова молитвы.

- Один только раз, и клянусь, что я навсегда стану самой послушной, самой преданной женой! - пообещала она, то ли себе, то ли ещё кому-то...

Подходящего для таких заведений платья у неё не было, но, немного подумав, Иннин все-таки потуже затянула корсет и натянула одно из своих старых вечерних платьев, сохранившихся в этом доме ещё со времен замужества с лордом Кавендишем. То, что оно скандально обтянуло малиновым шелком раздавшиеся формы, как раз подходило для заведения "Уимзи". Маску она вырезала из куска черного бархата, воткнула в причёску пару страусовых перьев и закрепила вуаль.

Поглядевшись в зеркало, женщина осталась довольной своим видом. Ни одна уважающая себя леди никогда бы не вырядилась столь вызывающе вульгарно.

Тайком крадучись по лестнице к черному ходу, Иннин нервно хмыкнула, с тоской вспомнив, как много лет назад точно так же покидала этот особняк, пытаясь убежать от судьбы. И та её жестоко и сурово наказала за легкомыслие, и вот она опять спешит в темную мглу ночного Лондона! Куда её несет? Ведь у неё есть всё - прекрасный дом, муж, деньги!

Но Иннин уже прошла через один счастливый брак, который закончился полным фиаско, потому что не смогла сладить сама с собой. И вот теперь, тайком торопясь в заведение "Уимзи", она хотела только одного - раз и навсегда поставить точку в своем увлечении мужчинами семьи Тейлоров. С Мортландом она разделалась с неимоверными усилиями, но оставался Томас!

Томас - её первая и самая светлая любовь...

Сегодня или никогда!

Улиц ночного Лондона Иннин давно уже не боялась. Те, кто обитал за стенами особняков иногда бывали пострашнее воров и убийц. Удалившись от особняка Кавендишей, она быстро остановила кэб и дала тому хорошо известный адрес.

Заведение "Уимзи" встретило посетительницу, как давнюю знакомую, шумом возбужденных голосов и общей атмосферой разгульного веселья. И как будто не было всех этих лет! По крайней мере, Иннин показалось, что вокруг всё те же лица, как и тогда, когда она скрывалась под именем мисс Эрики Трелони.

Медленно скользила она между игроками в карты и рулетку и заигрывающими с потенциальными клиентами куртизанками, вдыхая неповторимый запах порока. Ей казалось, что она либо спит, либо вся её сегодняшняя жизнь не более чем сон.

- Мисс кого-то ищет,- подошел к ней распорядитель этого злачного места,- может, я смогу помочь? Вы пришли без спутника?

Его настойчивые, и даже нелюбезные расспросы дали понять Иннин, что её приняли за ищущую клиентов профессионалку. И хотя подобные вещи здесь встречались на каждом шагу, приставания к посетителям уличных девок, всё-таки не поощрялись. Опасаясь, что её могут просто выставить на улицу, она поспешила объяснить:

- Мне нужен маркиз Тефорд!

- У вас договоренность с его светлостью?

- Можно сказать, что так! Не проводите ли меня к милорду?

- Он за ломберным столом в Красной гостиной!

Из стиснутой платьем груди вырвался облегченный вздох. Всё это время Иннин опасалась, что Томас уже где-нибудь в другом месте - допустим, в заведении Патти, куда она при всём желании не смогла бы попасть.

- Передайте милорду,- попросила женщина распорядителя,- что его желает увидеть мисс Эрика Трелони!

Иннин не знала - известно ли Томасу, кто скрывается под этим именем? Ей, наоборот, показалось забавным завести с ним разговор от имени незнакомки - бывшей любовницы брата.

В ожидании, когда о ней сообщат Тейлору, Иннин присела за один из столиков и заказала вина. Ей надо было успокоиться и привести свои мысли в порядок.

- Его светлость попросил вас подождать, пока он не закончит игры!

Инн согласно качнула перьями на голове. Её даже обрадовала отсрочка - будет время взять себя в руки. Она уселась поудобнее, отпила вина и с интересом огляделась вокруг.

"Я прихожу сюда наблюдать!" - вдруг всплыли в памяти слова Мортланда, и Иннин неожиданно согласилась с бывшим любовником.

Здесь, действительно, было на что посмотреть. Женщина чувствовала себя как в партере театра, где роли играли реально существующие люди - скучающие джентльмены, ищущие богатых покровителей дорогие содержанки, их альфонсы, и она, сумевшая неимоверными усилиями вырваться из этого порочного, насквозь фальшивого мира. Но так ли уж он фальшив? Может, наоборот, чересчур откровенен и правдив? Все чувства и желания на поверхности, никто не лжёт и не обманывается, соответственно!

Но если Иннин теперь по другую сторону барьера, то почему ей здесь так интересно, почему не в гостиных высшего света, а в заведении "Уимзи" она чувствует себя, как странник, вернувшийся из далекого путешествия? Наверное, потому что ей близки и понятны мысли обитающих здесь людей.

Вино оказалось хорошим. Его терпкий приятный привкус пришелся ей по вкусу, и расслабленно ощущая, как горячие волны согрели желудок, успокоили нервы и весело побежали по телу, Иннин заказала себе ещё бокал.

- Мисс Эрика?

Томас подошел незаметно, выбрав момент, когда она о нём почти забыла, засмотревшись на одну флиртующую пару.

- Милорд!

Иннин моментально покинуло созерцательное настроение, когда так долго занимающий её мысли мужчина оказался столь близко. Не отрывая заинтересованного взгляда от собеседницы, тот щелкнул пальцами лакею, заказывая себе вина.

- Какая неожиданность увидеть вас здесь..., после всех прошедших лет!

Иннин облегченно откинулась на спинку стула. Женщину всегда удивляло, что достаточно такого немудрящего маскарада, и люди прекращают её узнавать. Впрочем, мудрая Джина когда-то говорила, что джентльмены видят только то, что хотят видеть.

- Я тоже рада встретиться с вами! До меня доходили слухи о вашей гибели, но...,- Инн смело отхлебнула солидный глоток,- знаете, я всегда сомневалась в их достоверности!

- Вот как? - Томас слабо улыбнулся. - И почему же?

То ли вино ей придало смелости, то ли вся аура этого места, где люди были столь откровенны в своих желаниях:

- Я всегда знала, что с вами происходит! - прямо призналась она. - Видела вас на палубе отплывающего корабля, чувствовала, когда вам грозила смертельная опасность! Но сердце не подсказывало мне, что вы покинули мир живых!

Томас долго молчал, что-то напряженно разглядывая в своем бокале, а потом тихо, без особого выражения осведомился:

- Вы считаете эту клоаку наиболее подходящим местом для признаний в любви, мисс Эрика?

Инн не смутил упрек.

- Увы, это единственное место, где я могу говорить откровенно!

- Вы уверены?

Если в его голосе и прозвучала ирония, то она была настолько грустной, что сердце Иннин болезненно сжалось сочувствием. Она потянулась через стол и слегка коснулась веером мужской руки.

- За эти годы произошло много всего, но вы были единственным человеком, занимавшем в моём сердце неизменное место! Так уж получилось!

Странно, но ответной игривой реплики не последовало - Томас молчал, всё также сконцентрировав свое внимание на бокале с вином и задумчиво вращая его между пальцами.

Иннин вдруг стало здорово не по себе при виде вертикальной морщинки, прорезавшей его лоб - в ней было нечто такое, что делало её откровения неуместными.

- Я благодарен вам за признание, - тихо промолвил Томас, - но, увы, оно не сделало меня счастливым! Вы не только на редкость красивы, мисс Эрика, но и, судя по вашим словам, обладаете столь же прекрасной и открытой душой, а я.... Чем на ваше чувство могу ответить я? Пригласить в дом свиданий за ближайшим углом? Разве вас это не оскорбит?

Иннин криво улыбнулась. Надо же, оказывается можно надавать пощёчин и столь возвышенными словами!

- Нет, не оскорбит, - резко ответила она, и тут же добавила,- но и в дом свиданий я не пойду! Хочу посидеть рядом с вами за бокалом вина!

Томас поднял на неё тяжелый и мрачный взгляд.

- Можно посидеть и в нашей гостиной! Леди Клара давно спит...

Иннин понадобилось какое-то время, чтобы осознать сказанное столь нелюбезным образом.

- И как давно вы догадались? - сухо поинтересовалась она, пытаясь скрыть дрожь в руках.

- Мне рассказал о ваших взаимоотношениях Эдвин, - Тейлор не стал себе приписывать особой проницательности,- но, я думал, что вам бы хотелось забыть о тех днях?

Неожиданно Иннин разобрал смех, невесёлый, но всё-таки смех!

- Почему я должна что-то забывать? Это моя жизнь - хорошая или плохая, но другой не будет, и всё, что произошло в Вудвилл-холле останется со мной навсегда! Но, оказывается, вы были в курсе развлечений вашего брата?

Тейлор заметно смутился. Значит, и у него бывали проблески совести!

- Нет! Мне стало известно об этом, когда вы уже покинули Вудвилл-холл!

- А если бы изначально знали, кто скрывается под маской мисс Эрики, то помешали бы?

Увы, собеседник даже не попытался разыграть благородное негодование.

- Скорее всего, нет! Вы отвергли чувства лорда Кавендиша, значит, сами выбрали свою судьбу. И разве Эдвин был с вами жесток? Вы имели всё, о чем может только мечтать женщина!

Иннин задумалась над его словами. Да, братья мало отличались друг от друга! От острого чувства разочарования она бы заплакала, но он не стоил её слез.

- Казалось, у меня не должно остаться никаких иллюзий относительно мужчин, и все-таки, я упорно считала вас доблестным рыцарем - принцем, присланным мне прямиком из сказки!

- Что поделаешь,- мрачно фыркнул Тейт,- я не "рыцарь телеги"!

Иннин уже встала из-за стола, когда её остановил тихий вопрос:

- Где Лили, дорогая?

- Не знаю,- резко бросила она через плечо,- но где бы ни была кузина, ей сейчас лучше, чем мне!

По возвращении в особняк леди развила кипучую деятельность - подняла на ноги весь дом, растолкала спящую Клару и всех горничных.

- Пойми,- нервно заявила она, судорожно зевающей золовке,- нам невозможно оставаться в этом доме. Это неприлично! Известный своим волокитством денди и мы - две порядочные женщины. Мы можем оказаться в самом центре очередного мерзкого скандала!

Клара моментально проснулась, и сама кинулась подгонять прислугу.

На рассвете, когда Тейлор (против обыкновения даже не пьяный) появился дома, его ждал опустевший особняк, где качающиеся от усталости слуги завершали укладывание багажа леди. Сами же женщины, взяв только самое необходимое, уже выехали по направлению к Чейз-холлу.

Тейлор растерянно прошёлся по комнатам, сохранявшим следы поспешных сборов. Зашел и в спальню леди Иннин.

На туалетном столике валялась небрежно скомканная бархатная маска. Только теперь, когда она покинула лицо своей хозяйки, стало заметно, какие у неё неровные, на скорую руку вырезанные края. Тейлор небрежно смял в пальцах никчемную тряпицу.

- Она что-то знает о Лили,- убежденно пробормотал он,- что-то знает! А я - осёл, настоящий идиот! Мог бы и догадаться, что после такого фиаско Иннин умчится стремглав восвояси... И что теперь делать? Вряд ли Чейз, как не плохо у него с головой, позволит мне докучать своей жене!

Он был прав, и главное - это отлично понимала и сама Иннин, спешно покидая Лондон и всё, что когда-то связывало её с семейством Тейлоров.

- Мой друг,- кинулась она по приезде на шею несколько опешившего от такого непривычного изъявления чувств сэра Уилла,- как же я рада, что оказалась дома! Вы не представляете, что произошло с Кларой и со мной! Пусть лучше она сама расскажет, что нам пришлось пережить!

Всю дорогу Иннин тщательно вбивала в голову юной золовки свою версию произошедшего, и та теперь правдиво и убежденно рассказала, как они, едва дождавшись, когда скандально известный Тейлор покинет особняк, тот час кинулись собирать вещи в дорогу.

Сэр Уилл слушал животрепещущий рассказ сестры с каменным выражением лица. Он терпеть не мог младшего Тейлора, считая его разгульным фатом, и не преминул заметить:

- При всем моем уважении к леди Лилиане, мне не нравится её супруг. И хотелось бы, чтобы вы свели общение с семьей Тейлоров до минимума! Я понимаю, что речь идет о вашей кузине, с которой вы очень близки, но...

- Конечно, дорогой,- поторопилась согласиться его жена,- вы, как всегда, правы! Я так же не желаю видеть этого распутника в нашем доме!

Неудивительно, что когда Тейлор изъявил желание навестить кузину жены, то его ждал неприятный сюрприз. В самих сухих выражениях, но в допустимых пределах вежливости, ему было отказано в визите по пустяковой причине - мол, леди Чейз ждёт родов и подвержена приступам раздражительности при виде посторонних.

- И что это? - кисло поинтересовался Томас у брата, ознакомив того с письмом. - Обычный каприз нашей прелестницы, или ей есть, что скрывать, и она настроила своего чудака-муженька против меня? Может, нагрянуть к ним внезапно?

Братья сидели в конторе Тейта, и излагали тому суть произошедшей катастрофы.

Долгое время Мортланд и Томас скрывали от Алекса пропажу Лили, надеясь разыскать беглянку самостоятельно, но время шло, и все их усилия оказались тщетными. Тейлор подключил к делу даже своих друзей из тайной полиции, но никто не смог найти следов исчезнувших дам.

- Не сквозь землю же они провалились! - с досадой воскликнул Эдвин.

Тейт мрачно хмыкнул:

- Это вряд ли! Скорее всего, дамы удачно загримировались и разделились при побеге, чтобы потом встретиться в условленном месте.

- Но где это условленное место?

- Только не в Чейз-холле! - сразу же отмел эту версию Тейт. - Когда леди Иннин собралась замуж за сэра Уилла, я навел справки об этом джентльмене. Он чудак-изобретатель, но отнюдь не дурак и человек весьма твердых моральных устоев. Ни при каких обстоятельствах он не станет вмешиваться в чужую семейную жизнь и жене не позволит, чего я не могу сказать о многочисленных кузинах леди! Вот те поголовно склонны к авантюрам и сумасбродны, как, впрочем, и большинство женщин. Мне кажется, что надо искать здесь! А леди Чейз оставьте в покое - пусть привыкает к новому мужу, рожает детей и в очередной раз устраивает свою жизнь. У неё нет ни связей, ни знакомств, ни денег, чтобы хоть чем-то помочь беглянке!

- Так и у Лили нет денег,- загорячился Томас,- и куда же делись эти две дурехи без пенни в кармане?

Тейт пожал плечами, мудро промолчав, что леди имела на счету кое-какие деньги, которыми он снабжал её через поверенного Кавендишей.

- Будем искать! - твердо пообещал он братьям. - Если бы с ними что-то случилось, то нас поставили бы в известность. Мёртвые, даже самые красивые женщины никому не нужны, чтобы их так тщательно скрывать, ну, а живые, рано или поздно, всё равно находятся!

ПРОШЛО НЕСКОЛЬКО ЛЕТ...

1814 ГОД. БЕЛЬГИЯ.

Каждый день, едва только брезжил рассвет, все семейство дю Валльдэ в полном составе появлялось в церкви.

Лили усаживалась за орган, проверив наличие мальчиков из церковного хора, а падре Оноре готовился к утренней мессе. Малыш Майкл, ставший на французский лад Мишелем, обряженный в кружевной стихарь обычно стоял на своем месте на хорах, и ждал, когда мать ударит по клавишам инструмента, чтобы запеть гимн. Голос у младшего Дугласа был чудесным - серебряным, чистым, воистину ангельским!

На скамье между миссис Гвинн и Жервезой дремала малышка Маргарет - последний подарок Тейлора. О том, что она беременна Лили узнала, когда пересекала Ла-Манш. Мрачная бурная ночь ознаменовалась чудовищной качкой, и охватившая тогда женщину тошнота прошла только после родов. Беременность протекала тяжело, но когда Лили, наконец-то, после трех сыновей родила дочь, её радости не было предела.

И, по сути дела, это было единственное счастливое событие за всё время пребывания в эмиграции. Жизнь в Бельгии оказалась невероятно тяжела для наших англичанок.

И хотя домочадцы дю Валльдэ встретили женщин очень тепло и с радостью предоставили беглянкам приют - это было всё, что они могли для них сделать. Две пожилые служанки - Жервеза и Мадлен, камердинер покойного графа пятидесятилетний Антуан и падре Оноре жили практически в нищете и едва сводили концы с концами. После того как маркиза рассказала этим людям всё, что знала о судьбе Иннин, всё семейство задумалось, как им жить дальше.

Поддельные документы, которыми предусмотрительно снабдили женщин люди Рейли, помогли им достичь Брюсселя без особых приключений, но по ним невозможно было жить в маленьком городке, где все на виду.

Падре Оноре, возглавивший к тому времени местный католический приход, решил это дело по-своему. Поговорив кое с кем в мэрии, он сумел им выправить новые бумаги, и англичанки превратились в его родственниц - уроженок Бордо. Благо, что говорили они по-французски вполне сносно. Лили стала овдовевшей женой французского полковника - месье де Казаса, и её новорожденную дочь крестили в католическом храме, как Маргариту де Казас.

Миссис Гвинн, будучи убежденной приверженкой англиканской церкви, пребывала в шоке, но другого выхода из положения не было. Если бы она заупрямилась и отказалась изображать католичку, все их усилия и жертвы оказались напрасными. Чем хуже становились дела у Бонапарта, тем свирепее действовала тайная полиция. Достаточно было малейшего подозрения, и ничто бы не спасло англичанок от обвинений в шпионаже. Благо, что Эвис всегда отличал здравый смысл, помогший ей справиться с протестантским фанатизмом, и она мудро рассудила, что кое в чём можно и временно отступить.

- Я не призываю вас предать религию ваших отцов,- мягко успокаивал взвинченную англичанку падре Оноре,- но вам необходимо бывать в храме и делать вид, что вы молитесь, как и все вокруг. Душой же будьте далеки от мессы, если она так противна вашей совести!

Договориться с Лили было проще.

Молодую женщину больше интересовал кусок хлеба насущного, чем вопрос, в каком храме молиться.

И эта проблема с течением времени становилась всё более острой.

Мир вокруг их маленького семейства трещал по швам. Их побег был совершен в самый разгар наполеоновских войн, и всех здоровых мужчин демобилизовали в армию Бонапарта. С каждым днём на рынке становилось все меньше и меньше продуктов, а те, что продавались, стоили фантастически дорого.

Благо, Жервеза завела на заднем дворе всеобщую любимицу корову, вокруг ухода за которой крутилась вся жизнь домочадцев. Лили быстро научилась сбивать сливки и делать творог. Но если в доме двое маленьких детей, одним молоком не обойдешься, поэтому, когда местного органиста призвали в армию, женщина с радостью ухватилась за эту работу.

Молодую женщину мало смущало, что она распевает с хором католические гимны. Чтобы покормить своих малышей свежими яйцами, Лили была способна и не на это.

Все лелеемые когда-то Иннин цветочные клумбы она безжалостно выкорчевала и засаживала капустой, самолично пропалывая сорняки и собирая гусениц.

С корзинами в руках дамы в сопровождении Жервезы исходили все окрестности в поисках съедобных трав и ягод. И всё равно, еды катастрофически не хватало.

И для Лили и для миссис Гвинн стало привычным делом укладываться спать на голодный желудок. В корсетах пропала хоть какая-то необходимость, настолько исхудали обе женщины, уж не говоря о потрепанных, по многу раз латаных платьях.

- Моя жизнь иногда напоминает качели,- грустно поделилась как-то Лили с Эвис, - когда у меня есть, что положить в тарелку, то пропадает аппетит из-за выходок Тейлоров, но стоит с ними расстаться, и мне становится нечего поставить на стол!

- И что же предпочтительнее? - осторожно поинтересовалась та.

- Свобода!

- Даже если мы изгои в чужой стране?

Лили ничего не ответила на это справедливое замечание. Прожив четыре года в эмиграции, они с Эвис так и не сумели адаптироваться в этой стране. Им не нравилось здесь всё - от еды до окружающих людей. Бельгийцы были так не похожи на свободолюбивых и независимых англичан! Даже воздух был чужероден и заставлял тосковать по свежим и пряным запахам родной Англии. По-фламандски они говорили плохо, но большинство населения их городка были валлонами, говорящими, в основном, по-французски. Увы, но и это обстоятельство не сближало женщин с новой родиной.

- Может, ваш муж уже перестал нас разыскивать, и мы можем вернуться в Англию? - как-то взмолилась миссис Гвинн, доведенная тоской до отчаяния.

Это разговор состоялся в апреле 1814 году, когда даже до этого глухого уголка континентальной Европы дошли слухи о разгроме Бонапарта.

Лили только и смогла, что тяжело вздохнуть.

-А что мы будем делать в Англии? На что жить, и где скрываться? И как бросить наших стариков в этой полностью разоренной стране?

Миссис Гвинн так и не смогла простить падре Оноре хоть показного, но вероотступничества.

- Но как-то жили они до нас, а мы не можем здесь оставаться вечно!

- Ничто в этом мире не может быть вечным! Зато теперь мы сможем написать письмо Иннин, и узнать, что происходит дома!

- А если...

- Письмо напишет падре Оноре!

ЧЕЙЗ-ХОЛЛ.

Иннин плакала над листком бумаги, исписанным родным знакомым почерком. Только сейчас, прочитав письмо от падре Оноре, она до конца осознала, что проклятая война, лишившая дю Валльдэ родины и дома, наконец-то, закончилась.

Священник живо интересовался её жизнью, и кратко сообщал об изменениях в их семье. Так Иннин узнала, что у Лили родилась дочь. Смутно и намеками поведал он и об их бедственном положении.

Леди Чейз разнервничалась не на шутку. Отец Оноре был скромным, со склонностью к аскетизму человеком, и уж если он писал, что дела плохи, значит, так и было. Мысль о том, что её близкие, да вдобавок ещё и маленькие дети голодают, подтолкнула Иннин к решительным действиям.

Жизнь самой молодой женщины за эти годы стабилизировалась и, по любым меркам, считалась счастливой. Родив своему мужу одного за другим двух сыновей, она железной рукой навела в доме идеальный порядок, заставив всех домочадцев плясать под свою дудку. У маленькой хрупкой женщины, к удивлению семьи Чейзов, оказался стальной непререкаемый характер.

Первое, что она сделала, это изгнала увлечения своего супруга из дома в находящийся в глубине парка сарай. Причем остракизму подверглись все его изобретения, даже полезные.

- Мой друг, вы настолько гениальны, что опережаете свое время,- мягко пояснила леди свою настойчивость,- зачем пугать наших друзей и знакомых тем, что они оценить в силу узости мышления не в силах!

Польщенный сэр Уилл уступил, и вскоре его поместье превратилось в весьма приятное для жизни место. Потом, расстаравшись, она быстренько выдала замуж старшую золовку, оставив при себе только глупенькую Клару, чтобы было кем распоряжаться и помыкать.

И всё же, лишних денег у неё не было! Сэр Уилл безропотно оплачивал все её счета, но его жена точно знала, что он лично разносит расходы в бухгалтерские книги, строго следя за судьбой каждого пенни. Может, она бы и выклянчила у него денег на содержание старых слуг, но речь шла о католическом священнике, а это был единственный камень преткновения между супругами.

Её дочь от первого брака и их совместных сыновей крестили в англиканской вере, и только это, пожалуй, более-менее примиряло Чейза с католицизмом жены, и все-таки, нет-нет, но между ними вспыхивали споры по этому поводу, иногда даже превращаясь в скандалы. При таких обстоятельствах невозможно было просить у него денег для падре Оноре, ведь про Лили она не могла сказать.

Всё это время, опасаясь столкнуться с Тейлорами, Иннин старательно избегала поездок в Лондон, превратившись в настоящую домоседку. Кстати, это вызывало живейшее одобрение мужа, ошибочно полагавшего, что она это делает из-за нежелания расставаться с ним.

Но теперь, хочешь - не хочешь, а приходилось покидать надежное убежище и готовиться к встрече один на один с Тейлорами. Но, похоже, другого выхода не было!

По английскому законодательству все деньги жены автоматически становились деньгами мужа, но в распоряжении наследниц лорда Кавендиша были и собственные средства, хранящиеся у поверенного семьи. Чейз оставил их введении жены - "на булавки". Что касается денег Лили, Иннин не была осведомлена, но свои собственные фунты из осторожности хранила в целости и сохранности - мало ли как вновь могла повернуться её жизнь! И вот теперь она тайно собиралась ими воспользоваться.

- Дорогой,- не мудрствуя лукаво, заявила леди мужу,- нам с Кларой нужно срочно обновить гардероб!

- Но, любимая, не далее, как в прошлом месяце мы потратили на портниху двадцать фунтов!

Это справедливое замечание отнюдь не поставило её в тупик..

- Речь идет, мой друг, о нижнем белье вашей сестры, и мне бы не хотелось вас посвящать в эти интимные подробности!

Смущенно покраснев, сэр Уилл торопливо дал согласие на поездку. Он полностью доверял своей жене и, кстати, был прав. Иннин шла к стабильной и обеспеченной жизни слишком тяжелой дорогой, чтобы рисковать своим браком. По-своему, она даже полюбила сэра Уилла - насколько ей это было доступно после всех разочарований и бед. Не смотря на то, что супруг был старше жены на двенадцать лет, Иннин относилась к нему с материнской снисходительностью, а в людях разбиралась во сто крат лучше Чейза.

В Лондоне она поселилась в гостинице, предусмотрительно решив не подвергать себя опасностям гостеприимства Тейлоров. Пробежавшись для отвода глаз вместе с золовкой по модным лавкам и сделав необходимые заказы, леди Чейз навестила любимую кузину Лили - леди Бетси Редли.

Бетси встретила её дружелюбно.

- Давно вас не было, милая Иннин!

- Да,- легко согласилась гостья,- я, пожалуй, засиделась в деревне! Но... вы сами понимаете!

Женщины торжественно помолчали. С тех пор, как Тейлор вынужден был объявить о пропаже жены, ходило много разговоров на эту тему и все дружно пришли к выводу, что леди Лилиана погибла.

- Как дела у Тейлора? - вежливо поинтересовалась гостья.- Он оправился от потери?

Бетси тяжело вздохнула.

- Нет! Бедный Томас... Они были своеобразной парой, но все-таки он любил мою несчастную кузину!

В этом у Иннин были большие сомнения, но делиться ими она не стала, выжидающе глядя на собеседницу, и та продолжила:

- Говорят, что Тейлор вернулся в армию!

Гостья удивилась.

- Но ведь война закончилась!

Бетси не интересовали такие мелочи, как закончившаяся война.

- Не знаю..., мне сказал об этом сэр Генри, а ему, по-моему, Мортланд. Впрочем, я не спрашивала!

К сожалению, их рандеву было прервано новыми визитерами - у Бетси оказался приемный день. Но машинально отвечая на вопросы вновь прибывших Иннин почувствовала себя гораздо спокойнее. Больше всего на свете она опасалась встречи с Томасом, но раз его нет в Лондоне, то никто больше не задаст неудобных вопросов.

Увы, она сильно ошибалась.

На следующий день, когда леди Чейз возвратилась от поверенного с необходимой ей суммой денег, портье гостиницы сообщил, что в приемной её ждет не пожелавший сообщить свое имя джентльмен.

"Неужели Мортланд?" - неприязненно удивилась Иннин.

Герцога ей видеть не хотелось, но никакого страха она перед ним не испытывала, поэтому поспешила покончить с этим неприятным визитом.

Каково же было её удивление, когда в гостиной леди увидела сэра Энтони Рейли.

То ли от рассеянного света, то ли по какой-то иной причине, но джентльмен показался ей непривычно бледным, да ещё его глаза остановились на вошедшей даме с непередаваемо ледяным выражением.

- Сэр Энтони?- удивленно вздернула брови леди Чейз.

- Леди Иннин!

Тон Рейли был воистину прокурорским, и так же звучали заданные им вопросы.

- Кто были те родственницы, которых я по вашей просьбе переправил почти четыре года назад в Бельгию?

Иннин растерялась, но ненадолго.

- Две мои тетки-француженки!

Но ей не удалось сбить его с толку.

- Я навёл справки, миледи, - холодно пояснил сэр Энтони,- и теперь точно знаю, что ваших теток-француженок в Англии никогда не было, да и вообще, единственная ваша родственница здесь - это леди Лилиана. Я долго думал об этом и пришёл к выводу, что вы лгали мне!

Иннин почувствовала себя прижатой к стенке, и, чтобы скрыть смущение, бросилась в ответную атаку.

- Вы забываетесь, сударь!

- Простите, если оскорбил вас! Но вы мне не оставили другого выхода!

Рейли говорил горячо и взволнованно:

- В какое положение вы поставили меня перед другом?! Каково мне было видеть, в каком отчаянии находился Тейлор, а я, связанный словом, ничем не могу ему помочь!

Таких обвинений она не собиралась сносить:

- Отчаяние? Да уж, воистину, его отчаяние было велико! И если я даже что-то и сделала для кузины, то исключительно для того, чтобы спасти ей жизнь! Маркиз вёл себя по отношению к жене, как настоящий изувер - бил её, приковывал к стене, открыто содержал в доме любовницу!

- Что за чушь вы несете?

Инн оскорблено выпрямила спину.

- Я отказываюсь вести разговор в таком тоне!

Пыл Рейли пошёл на спад.

- Извините... Но что заставило вас сделать столь дикие выводы?

- Признания самой леди Лилианы! Моя кузина не отличается разнузданной фантазией, и не будет выдумать всякие гадости, чтобы опозорить своего супруга. Раз она сказала, что её жизни грозила опасность, значит, это имело место!

Ей было даже любопытно наблюдать, как сэр Энтони взволнованно мечется по комнате. Выведенный из себя, он, очевидно, не знал, как реагировать на её слова.

- Скажите,- наконец, взмолился он,- маркиза жива?

Леди Чейз снисходительно хмыкнула, подивившись про себя - каким образом кузине удалось до такой степени вскружить голову этому, казалось бы, далекому от сантиментов мужчине?

- Жива,- неохотно ответила она,- только её положение не из лёгких. Бельгия разорена наполеоновскими войнами, а у кузины в эмиграции ещё и родилась дочь. Мне срочно надо передать им деньги. Если вы, действительно, хотите помочь, и при этом дадите слово, что будете держать язык за зубами, я скажу вам, где они!

Сэр Энтони долго думал над предложением собеседницы, и все его сомнения явственно отражались на лице. На одной чаше весов находилась привязанность к другу, на другой - жизнь любимой женщины. Инн не сомневалась, что победит последнее, но кто их, этих чокнутых англичан знает? Возможно, он в угоду своей чести решит пожертвовать любовью! Но нет, Рейли оказался нормальным мужчиной.

- Хорошо,- тихо согласился он,- давайте деньги и пишите письмо! Я найду способ передать их вашей кузине!

БЕЛЬГИЯ. Июнь 1815 года.

Конечно, Лили не знала предыстории полученных денег, но они были настолько кстати, что она не задала ни одного вопроса, передавшему эти средства мужчине, вцепившись в долгожданное письмо. А когда женщина ознакомилась с его содержанием, то выяснилось, что посыльный уже исчез.

- Он очень торопился,- смущенно пояснила Жервеза, которой было поручено угостить гостя,- и сказал, что не может задержаться!

Это, конечно, огорчило Лили, но не шло ни в какое сравнение с радостью обретения средств к существованию. Дела маленького семейства к этому времени стали настолько плохи, что иногда им приходилось голодать. Теперь же можно стало расплатиться с накопившимися долгами и кое-что купить из самого необходимого.

По случаю отцу Оноре удалось приобрести с десяток кур и несколько мешков с мукой. И теперь Лили уже более уверенно смотрела в будущее, планируя и другие приобретения в их небольшом хозяйстве.

Вот так, поглощенные своими заботами в круговерти ежедневных дел Лили и её семья не обращали особого внимания на то, что происходит вокруг.

А между тем, мир вновь значительно изменился.

26-го февраля 1815 г. во главе маленькой армии Наполеон направился во Францию и 1 марта высадился на берегу Жуанвильского залива. Поход его скоро превратился в триумфальное шествие, и император въехал в Париж.

Возвращение Наполеона объединило против него всю Европу. Силы союзников сгруппировались вдоль границы Франции для наступления на Париж.

И пока семейство леди Тейлор было занято заготовкой сена для коровы и прочими сельскохозяйственными заботами, война внезапно приблизилась к порогу их дома.

Небольшой городок неподалеку от французской границы оказался зажат сразу между тремя армиями - англо-голландской, прусской и французской.

Первыми у французской границы оказались англо-голландские войска под командованием герцога Веллингтона и прусские - под командованием маршала Блюхера.

Первоначальный план Веллингтона и Блюхера заключался в том, чтобы перейти границу и атаковать Наполеона, но ничего конкретного для осуществления этих планов сделано не было, зато французы не дремали. Они втиснулись как раз в разрыв между двумя армиями, первыми перейдя границу.

Всё произошло настолько стремительно, что отец Оноре и Лили осознали грядущую опасность только, когда неподалеку вдруг заработала французская артиллерия. Раскатистая, страшная канонада, сопровождаемая жуткими зарницами, дала понять несчастным людям, что где-то неподалеку идёт сражение, которое в любой момент может перекинуться и на их мирные и тихие дома.

Испуганная Лили с домочадцами спряталась в подвале дома, но даже там, в сырой затхлой темноте были хорошо слышны взрывы, и все, даже испуганно жмущиеся к матери дети, прекрасно понимали, насколько это ненадежное убежище.

- Кажется,- грустно улыбнулся отец Оноре,- мы должны помолиться, но прежде (я думаю, это не повредит) мне бы хотелось принять у вас исповедь, чтобы дать отпущение грехов. Так, на всякий случай!

И с ним были согласны все, даже миссис Гвинн!

БРЮССЕЛЬ.

Известие о том, что Наполеон не стал дожидаться разгрома и вновь навязал союзникам свою волю произвело эффект разорвавшейся бомбы на скопившихся в Брюсселе англичан. А уж когда французские войска заняли Шарлеруа и, опрокинув пруссаков, перешли Самбру, в городе началась настоящая паника.

Штаб объединенных англо-голландских войск начал спешно эвакуироваться. Все дороги были забиты колясками семей офицеров, пытающихся побыстрее покинуть опасную зону. Они приехали на материк после капитуляции Бонапарта и никак не ожидали, что тот вновь объявится.

Спешно навстречу корсиканцу выступали остававшиеся в резерве части армии.

И вот среди этого смятения, в почти опустевшем здании штаба метался сэр Энтони Рейли.

- Вы видели маркиза Тефорда? - спрашивал он всех, кто только встречался на пути.

Кто-то отрицательно качал головой, а кто-то указывал, где в последний раз видел Томаса. Сэр Энтони устремлялся в том направлении, чтобы в который уже раз в этой толчее упустить неуловимого маркиза. Он было совсем отчаялся, когда пробегая по очередной лестнице мимо окна, вдруг увидел во дворе седлающего коня Томаса.

Не мудрствуя, Рейли со всего маха локтем разбил стекло.

- Тейлор!- заорал он что есть мочи. - Остановись!

Может, в том шуме, который стоял на подворье, Тейлор его бы и не услышал, но на звук разбившегося стекла всё-таки поднял голову.

- Рейли?!

- Лилиана, - крикнул тот изо всех сил,- мне нужно сказать тебе о жене!

Слово "Лилиана" Тейлор, наверное, расслышал, потому что немедля спешился с коня и побежал к входу в здание. Они встретились уже в холле, опять едва не разминувшись друг с другом из-за царящей там толчеи.

- Ты сказал "Лилиана"? Или я ослышался? - тряхнул Томас приятеля за плечи.

Рейли растерянно перевел дыхание, глядя на его сурово осунувшиеся черты лица. Тейлор сильно изменился за эти годы, превратившись из весельчака Томаса в достаточно замкнутого человека. Он как-то внезапно исчез из поля зрения лондонского бомонда, тихо проводя время то в своём поместье, то за границей. Постепенно разговоры о нём стихли, вытесненные новыми сплетнями и новыми героями светских скандалов.

И вот сегодня приятели увиделись после стольких лет перерыва, да и то случайно. Рейли ненароком сообщили, что маркиз прибыл из Вены в действующую армию, и его видели в штабе экспедиционного корпуса.

- Что ты знаешь о Лили?

- Она здесь, неподалеку!

- Где?

- В Катр-Бра!

Томас невесело рассмеялся, удрученно покачав головой.

- Иннин! Да будь ты проклята, коварная интриганка! И как же я сам не догадался? Где бы ещё Лили могла столь надежно скрываться? Но,- внезапно его лицо исказилось страхом, - ведь именно там сейчас идет сражение с корпусом Нея! А она с маленьким ребенком и кучкой бестолковых стариков!

Рейли едва устоял на ногах. Он, конечно, знал, что Лили в опасности, поэтому и нарушил слово, данное леди Чейз, но что женщина окажется в зоне боевых действий ему и в голову не приходило. Это же верная смерть от рук, озверевших от крови солдат!

- Надо что-то делать!

Тейлор согласно качнул головой, деловито снимая мундир. Он уже пришёл в себя, и на смену растерянности пришла свойственная ему стремительность в принятии решений.

- Уступите мне свой сюртук! И достаньте хоть из-под земли какую-нибудь повозку!

Надо сказать, что выполнить последнюю просьбу оказалась даже сложнее, чем на пару пересечь изобилующую воюющими армиями страну. Пришлось с боем и скандалом сгружать вещи какого-то возмущенно голосящего семейства, вступив в кулачную потасовку с его главой. Победа осталась за Рейли, и мужчины на пару выехали из Брюсселя.

Прошло, наверное, часа два, когда напряженно размышлявший о чем-то своем Тейлор, все-таки задал вопрос, которого одновременно ждал и страшился его спутник.

- Откуда ты узнал, что леди Лилиана здесь?

- Рассказала леди Иннин!

Томас хмуро хмыкнул.

- Что это она так разговорилась? Когда я спрашивал, эта мерзавка молчала как рыба!

Хороший вопрос! Сэр Энтони не привык выкручиваться из подобных ситуаций, но другого выхода у него, пожалуй, не было. Не рассказывать же другу дурацкую историю о двух католичках, не ужившихся в Англии? Такой чуши мог поверить только такой болван, как он!

- Леди обвинила вас в жестоком обращении с женой! - деликатно пояснил сэр Энтони.- Говорила, что у неё не было другого выхода. Женщины вечно выдумывают обиды, чтобы завуалировать капризы и перепады настроения!

Странно, но Тейлор не ухватился за любезно предложенную версию побега жены.

- Вы так хорошо разбираетесь в женщинах, Рейли? - усмехнулся он. - Вынужден признать, что в отношении Лили, я всегда вёл себя, как дурак! За что теперь и расплачиваюсь!

Сэр Энтони понимал, что собеседнику нужно высказаться.

- Она всегда меня поражала,- горько признался тот,- и я никогда не мог её понять! Как будто мне вечно противостоял вооруженный до зубов опасный противник! Поначалу меня это, в какой-то степени, даже развлекало, но время шло, и стало не до смеха! Ты знаешь, каков род моих занятий, но мне легче обвести вокруг пальца Фуше и Талейрана в одном лице, чем заставить принять мою волю милую женушку! А когда я, наконец, решил раз и навсегда доказать маркизе, кто в нашем доме носит штаны, она сбежала!

- Может, дружище, вы несколько перегнули палку?- осторожно заметил Рейли.

Его сердце сжалось при мысли, что настолько нравящаяся ему женщина так несчастна в браке.

- Возможно,- не стал отрицать Томас, ловко управляя повозкой,- мы все совершаем ошибки, но я сполна заплатил за свою! С исчезновением Лили я потерял вкус к жизни. Как будто всё это время был актером, ломающим комедию ради одного единственного зрителя, и теперь нет смысла выступать перед опустевшим залом!

Тейлор горько рассмеялся.

- Я всё время думаю о ней, и неважно, где нахожусь - в объятиях ли шлюх, или рискуя своей шкурой в очередной вылазке на континент. Я потерял способность чувствовать и получать удовольствие даже от выпивки. Лили - ведьма, Тони! Ведьма! Века два назад её бы сожгли на площади, и делу конец...

- А ты не прыгнул бы вслед за ней в огонь? - сухо фыркнул Рейли.

Признания Тейлора принесли ему ревнивую боль, и одновременно заставили пожалеть приятеля. Ему, конечно, то же нравилась леди Лилиана, но подобная пагубная страсть (хвала Всевышнему!) не сжигала его сердца. Он восхищался женщиной, скорее даже, боготворил её, а такая любовь возвышает и того, к кому она направлена, и того, кто её испытывает.

Вскоре навстречу спешащим в самую глубь опасной территории джентльменам стали попадаться разрозненные отряды отступавших солдат, повозки с раненными, потрепанные обозы - в общем, всё живое людское месиво, остающееся от разгромленной армии.

- Откуда вы? - осведомился встревоженный Тейлор.

- Из-под Катр-Бра! Там жаркое место, джентльмены, хуже, чем в аду!

- Французы вошли в селение?

Кто-то пожимал плечами, кто-то отрицательно качал головой, но были и те, которые уверенно утверждали, что Ней обосновался в Катр-Бра.

- Может, повернём назад? Возможно, мы уже ничего не сможем сделать для леди и её детей, и только зря погибнем! - не выдержал тревожного напряжения Рейли.

Но Тейлор извлек из его речи совсем другое, проигнорировав грозящую опасность.

- Дети? Но разве речь идет не только о сыне Дугласа?

Рейли прикусил губу, но было уже поздно.

- Леди Лилиана в эмиграции родила дочь. Леди Иннин сказала, что малютку крестили, как Маргарет!

- У моей жены появился новый любовник?

Лицо Томаса приобрело настолько неописуемое выражение, что сэр Энтони не на шутку перепугался. Неизвестно, что теперь стало страшнее для несчастной леди - нашествие французских солдат или визит собственного супруга.

- Что ты такое говоришь? - поспешил он уверить спутника.- Маркиза бежала в Бельгию не в поисках любовника. Они живут практически впроголодь, трудясь, как крестьяне. Ваша жена, наверняка, была беременна, уже пересекая пролив!

Неизвестно, поверил ли Тейлор последнему утверждению, но его живо заинтересовала предыдущая фраза.

- Лили трудится, как крестьянка? Живет впроголодь? Это тоже вам сообщила леди Иннин? Я вижу, у вас с ней доверительные отношения!

Его злость моментально почувствовала на своей шкуре запряженная в повозку лошадь, рванувшаяся от разъяренного удара хлыста. Рейли вцепился в края повозки, чувствуя, что ещё немного, и он или вывалится прочь, или запутается в собственной лжи.

- Леди Чейз недавно попросила меня переправить деньги в Бельгию и рассказала всю эту историю!

Томас больше не задавал вопросов, усиленно погоняя лошадь к Катр-Бра.

- Не слышно шума орудий,- опасливо вцепился в его рукав насторожившийся Рейли,- и беженцев не видно! Неужели конец? Тейлор, всё бессмысленно! Надо поворачивать....

Маркиз резко осадил лошадь.

- Ещё успеешь догнать арьергард!

Такая презрительная индульгенция задела сэра Энтони сильнее оскорбления.

- Не в моих правилах бросать друзей в беде!

Катр-Бра встретил их полным запустением - ряды домишек и ни одного человека. Ни бельгийцев, ни французов!

- Они что, все сбежали, - растерянно пробормотал Рейли,- или...

- Прячутся,- уверенно направил в нужном направлении повозку Тейлор,- а французов отчего-то нет! Очевидно, Ней раздумывает!

- О чём тут думать?

Томас неопределенно пожал плечами.

- Разные мысли одолевают полководцев, даже после удачно сложившейся битвы. Выиграть сражение полдела, главное - суметь воспользоваться победой!- хмыкнул он.

Рейли покосился на спутника - в его голосе ему послышалась пренебрежение. И он убедился в правоте своего предположения, когда увидел, что тот напряженно рассматривает один из небольших домиков в конце улицы.

- Вот оно - последнее прибежище дю Валльдэ!

Мужчины вылезли из повозки и подошли к закрытой калитке. Во дворе никого не было, а вокруг царила странная тишина.

- Может, женщины ушли вместе с беженцами? - предположил встревоженный Рейли.

Он то и дело нервно оглядывался по сторонам, ожидая увидеть за околицей французские мундиры.

Тейлор замер в раздумье. И в этот миг из хлева раздалось встревоженное мычание.

- Помоги,- решительно навалился Томас на калитку,- если их дела настолько плохи, как ты мне расписал, без коровы они бы не сдвинулись с места!

Мужчины ворвались в маленький, испещренный овощными грядками дворик.

- Где-то здесь, наверняка, есть винный подвал или погреб!

Поиски почти сразу же дали результаты. Сильным ударом ноги Тейлор выбил хлипкий засов и быстро сбежал по крутым ступенькам вниз - в сырую темноту подвала. И только тогда облегченно перевел дыхание, когда увидел несколько пар устремленных на него застывших в ужасе глаз.

- Быстро,- рявкнул он,- все в повозку! С минуты на минуту здесь будут французы!

Не послышалось ни одного вопроса. Испуганные люди бросились прочь из подвала наверх, где их встретил Рейли. Последней задержалась Лили. Она торопливо воткнула супругу в руки почти невесомого ребенка, а сама, схватив за руку сына, поволокла его по лестнице.

Тейлор слегка растерялся, ощутив на руках горячее спящее тельце, но то, что жена без раздумий доверила ему эту ношу, убеждало красноречивее любых доводов, что это его дочь.

Повозка была маловата для такого количества людей. Осознав это, и отец Оноре, и другие слуги, разместив в повозке англичанок с детьми, наотрез отказались следовать за ними.

- Мы здесь свои! И вряд ли понадобятся солдатам старый священник и пожилые женщины!- заявил отец Оноре, торопливо благословив Лили и детей.- Быстрее поезжайте, и не думайте о нас! Господь не оставит своих детей!

Лили и миссис Гвинн со слезами на глазах расцеловались с ним, Жервезой и прочими слугами.

- Надо спешить!- торопил их Рейли.

Томас осторожно переложил спящего ребенка на руки жены и направил повозку прочь из Катр-Бра, молясь, чтобы и без того измученная лошадь выдержала обратную дорогу. Французов вроде бы не было видно, но кто знает, насколько близко они находятся?

И стремление убежать от опасности надолго сковало мысли всех беглецов, отвлекая от остальных проблем. Когда речь идет о жизни и смерти не до выяснения отношений! И, тем не менее, и Тейлор, и Рейли, и, конечно же, Лили осознавали, что чем бы не закончился их побег, теперь супруги пройдут через все испытания вместе.

У Тейлора и его жены так и не нашлось времени, чтобы нормально поговорить.

- Я немедля выезжаю в штаб Веллингтона, где меня давно ждут. Встреча с сэром Энтони только отодвинула встречу с герцогом, но не отменила её, - отрывисто пояснил он Лили и миссис Гвинн, - вами же займется Рейли. Он доставит вас с детьми в Англию!

Лили согласно кивнула. Всё это время она избегала встречаться с мужем взглядом. Он застал её врасплох, и женщина не знала ни что сказать, ни как себя вести. Беды и былые обиды стали вдруг такими незначительными в свете происходящего - война, битвы, гибель и несчастья тысяч людей, и она со своими претензиями к мужчине, который, не смотря ни на что, в минуту смертельной опасности пришел ей на помощь!

- Ты уходишь сражаться? - тихо спросила она, когда муж уже собирался оседлать многострадальную лошадь.

Тейлор резко обернулся. Он не ожидал подобного вопроса.

- А разве я, когда-нибудь покидал тебя по другой причине?!

Повинуясь его взгляду, миссис Гвинн торопливо отступила от Лили, оставив супругов в иллюзорном уединении.

- Ты будешь меня ждать, - тихо спросил Тейлор жену,- или мне лучше второй раз исчезнуть из твоей жизни, и уже навсегда?!

У Лили дрогнули губы. Что-то изменилось в их отношениях именно сейчас, когда у них не было времени даже толком разглядеть друг друга.

- Я буду ждать! - твердо пообещала она. - Мы все будем ждать!

- Мне не нужны все, дорогая! Мне нужна только ты!

ШОТЛАНДИЯ.

Весть о том, что пропавшая несколько лет назад маркиза Тефорд нашлась в Бельгии, облетела все лондонские гостиные.

Чего только не говорили о сумасбродной Лили в свете, какие только фантастические предположения не выдвигали, перемывая кости Тейлорам! Но никак не могли остановиться на одной версии, потому что никто даже толком не знал, в каком из поместий этой семьи находится маркиза.

Мортланд, в основном отмалчивался, прячась от досужих сплетников в тишине любимого клуба, дамы же его семейства только разводили руками.

- Мы сами ничего не знаем! Эдвин посчитал нужным только поставить нас в известность, что Лили жива и вернулась домой!

- А где же она пропадала всё это время?

Тетушки Джейн и Беатрис беспомощно переглянулись. Дамы были в гостях у своей лучшей подруги - баронессы Клер, где их окружили лопающиеся от любопытства сплетники.

- Похоже, за границей... Вы же знаете, с какими странностями Лили?

- И что ещё сказал Мортланд?

- Велел оставить невестку в покое, покуда Томас не вернется в Англию. А он, как вы знаете, участвовал в битве при Ватерлоо, и до сих пор находится на континенте!

- Говорят, что маркиз был ранен?

Тетушки только печально приложили платочки к глазам.

- Бедный Томас! За все свои заслуги перед Англией, он заслуживает лучшей судьбы!

Дамы с готовностью покивали страусовыми перьями затейливых причесок.

- Ему не нужно было жениться на Лили Кавендиш - во всех отношениях неудачный брак, - дружно пришли они к выводу,- и после того, как Тейлор вернется, самым разумным будет начать бракоразводный процесс. Эта женщина недостойна титула маркизы Тефорд!

В общем, в гостиной баронессы только повторили то, что и так не вызывало сомнений. Столь оскандалившаяся особа заслуживает самого сурового порицания общества, и уж, конечно, Тейлор должен окончательно разрубить этот гордиев узел, разведясь с женой.

Дошли эти разговоры и до Тейта. Тот был долгое время в отъезде, и, по прибытию в Англию сразу же выслушал сотни слухов о любимой женщине. И его вопросы Мортланд не смог проигнорировать.

- Да, - неохотно пояснил он,- Лили укрывалась в доме покойного графа дю Валльдэ.

Алекс зло выругался, недобрым словом помянув леди Иннин.

- Что будет с Лили дальше? И, вообще, где она?

Мортланд ответил не сразу. Братья встретились в его любимом клубе, где герцог меланхолично перелистывал газеты, знакомясь со сплетнями, как о нём самом, так и о невестке. Только что он прочитал статью какого-то борзописца, пишущего, что леди Лилиана маркиза Тефорд, урожденная Кавендиш, была любовницей французского маршала Нея, и жила всё это время в обозе французской армии, где её и обнаружил муж. Впрочем, это казалось ещё более-менее приемлемым предположением по сравнению с тем, что писалось раньше. Герцога, может, это немало и позабавило, если бы речь шла не о семье брата.

- Лили в Шотландии гостит у родственников миссис Гвинн,- сухо пояснил он,- и она не хочет никого видеть. Я бы вряд ли стал считаться с её желаниями, но Томас попросил оставить беглянок в покое. И вот я сижу здесь, читаю эту дурь,- герцог зло швырнул газету на стол, - и выдерживаю шквал любопытства всего Лондона. Том опять прикрылся мной, как он это делает всю жизнь!

Тейт нервно прикусил губу. У него были свои резоны волноваться о судьбе этой пары.

- Все упорно твердят о грядущем разводе! - Алекс вопросительно глянул на брата.

Мортланд слегка пожал плечами.

- Меня бы не удивил подобный исход дела! Но, - предостерегающе поднял он руку, прерывая порывающегося что-то сказать Тейта,- не забывай своих обещаний!

- Я держу слово, - недовольно нахмурился Алекс,- хотя и проклинал себя за это!

- Знаю, - примиряющим жестом успокоил его герцог,- знаю, и ценю твой поступок! Но, пожалуйста, имей терпение подождать ещё немного. Предоставь им самим решать, что делать с собственной жизнью.

И Тейту пришлось смириться с этим ответом. Что-то, а ждать он умел.

А что же Лили? Чем она занималась всё это время? Тоже ждала!

Она, действительно, находилась в Шотландии, но только не у родственников миссис Гвинн, коих, кстати сказать, у той и не было. Мортланд поселил её в одном из охотничьих коттеджей собственного поместья, куда обычно уезжал осенью.

Они встретились в гостинице Дувра, куда герцога направило письмо Рейли. Можно только представить, как спешил туда Мортланд, но после встречи с невесткой, он долго не мог прийти в себя.

В номере отеля его дожидалась женщина, лишь отдаленно напоминающая красавицу Лили. Запущенные руки, потрепанное, чуть ли не нищенское платье со следами штопки на скромном белом воротничке, безыскусный чепец матери обедневшего семейства - невестка выглядела нищенкой, да ещё казалась лет на десять старше, чем была.

- Да,- обвела она его равнодушным взглядом,- всё это время я пробыла в Бельгии, в доме покойного дяди. Но Томас приказал мне ехать в Англию, и вот я здесь!

- И давно вы стали такой послушной?

Женщина смерила гостя таким взглядом, что нищенки моментально выскочили у него из головы. Скорее, это была потерпевшая сокрушительное фиаско императрица в изгнании.

- Я бы не хотела ни с кем встречаться,- с нажимом заявила она,- до тех пор, пока не вернется Томас!

- Почему?

Лили быстро опустила глаза, нервно скомкав в руках платок.

- Не знаю, что именно он мне прикажет говорить.

Мортланд машинально кивнул головой:

- О причинах развода?

Неожиданно Лили улыбнулась. Улыбка удивительно преобразила черты её лица, заставив поблекшие глаза сверкнуть знакомой пронзительной синью.

- Я также не знаю - собирается ли Томас разводиться, поэтому мне бы не хотелось стать объектом излишнего внимания наших общих знакомых.

- Честно говоря, я плохо вас понимаю, - холодно удивился герцог,- вы что же, всерьез считаете, что сможете в такой ситуации уладить дело без особого шума?

Лили задумчиво посмотрела на деверя.

- Мне безразлично, что будут говорить люди, - тихо пояснила она,- но это может иметь значение для Томаса. Нам нужно место, где бы я смогла без помех дождаться своего мужа!

Её нахальству или наивности оставалось только удивляться! Возмущенному Мортланду претило выполнять очередную прихоть строптивой невестки, тем более, после того, как он увидел, в какое пугало она превратилась в результате своих сумасшедших эскапад.

- Могу ли я хотя бы сказать нашим общим знакомым, что вы живы и здоровы? - сухо полюбопытствовал он.

Лили пренебрежительно передернула плечами.

- Как вам будет угодно!

Разговор не складывался, а ведь им ещё предстояло провести вместе вечер.

Гостиница, в которой поселились дамы, была отнюдь не роскошной - здесь обычно останавливались по делам приказчики, но встречались и более состоятельные люди. Во избежание нежелательных встреч Рейли выбрал для своих спутниц именно это место, и не ошибся. Здесь было шумновато, но довольно чисто.

Июльский денек отличался осенним ненастьем - дул пронзительный ветер с дождем. Порт окутал промозглый туман, превративший стоявшие на рейде корабли в призрачные чёрные фантомы.

Раздраженный герцог, не мудрствуя, пододвинул свое кресло поближе к камину и зашуршал газетой, не обращая особого внимания на остальных постояльцев - нескольких дам и джентльменов среднего возраста, дожидающихся посадки на свои корабли, да кучки молодых людей. Они предложили Мортланду составить партию в вист, но тот отказался.

Это был неплохой способ скоротать унылый вечерок, но герцогу играть не хотелось - он с нетерпением ждал Лили. Понятно, что от разговоров в таком вертепе придется отказаться, но ему хотелось ещё раз посмотреть на невестку. Неужели в ней ничего не осталось от той Лили, которая так долго занимала главенствующее место в его жизни?

Женщина заставила себя ждать, но все-таки появилась в гостиной. Все в том же скромном, без затей чепчике, украшенном лишь маленькой кружевной наколкой, но в другом платье, чуть более новом, чем то, в котором она принимала его днем. Ничего похожего на прежнюю щеголиху Лили, которая была способна разыграть последние деньги на тотализаторе, чтобы купить себе новую шляпку.

Но вот женщина села рядом, на предусмотрительно поставленный для неё стул. Она раскрыла шкатулку с рукоделием и, деловито щурясь на огонь, вдела нитку в иголку, а затем спокойно принялась за шитье. Как будто их совместное времяпрепровождение было настолько обыденным делом, что и обращать особого внимания на него не стоило! Ох, уж эта Лили!

Мортланд чуть ли не со священным ужасом взирал на строгий профиль. Стоило ему вновь оказаться рядом с этой женщиной, увидеть её склонившуюся над рукоделием голову, как его словно коконом окутала прелесть, заставившая сладко замереть сердце и вводя в полусонное состояние блаженной истомы. Колдовство!

- Лили,- с нервной насмешкой выдавил он,- ты чудо!

Но невестка сделала вид, что не расслышала этих слов. Даже не улыбнулась!

Мортланду стало не по себе.

- Что с тобой произошло, почему ты так изменилась?

Лили и здесь настолько долго молчала, что он уже решил, что она проигнорирует вопрос, но потом все-таки услышал:

- Я прошла испытание предательством, голодом и войной!

Да, после таких потрясений, Лили действительно нуждалась в покое, чтобы прийти в себя. Чтобы там не натворила его неразумная невестка, герцог не мог на неё долго сердиться.

Тогда Мортланд и вспомнил об укромном местечке в Шотландии, куда обычно ездил на осеннюю охоту. Место уединенное и глухое, вполне подходящее для убежища.

Вот так Лили с детьми и преданной миссис Гвинн оказались в одном из горных распадков юго-западной Шотландии. Здесь, на берегу ручья стоял небольшой двухэтажный коттедж, огороженный высокой оградой во избежание проникновения на территорию медведей и прочей хищной живности, которой вокруг было предостаточно. Во флигеле близ коттеджа постоянно проживал егерь и супружеская пара слуг.

Но эта уединенность была иллюзорной, потому что в усадьбе часто бывали дети и родственники обслуги, то и дело забредали на огонек охотники. Именно от последних женщины узнали о разгроме войск Наполеона при Ватерлоо и об окончании войны.

- Значит, Томас скоро вернётся!

Женщины обсуждали эту судьбоносную новость за завтраком, и миссис Гвинн выжидающе глянула на Лили, кормящую кашей малышку Маргарет, но та только робко улыбнулась. Конечно, она боялась появления мужа, хотя её и томила неопределенность положения.

В этом спокойном месте женщины пришли в себя, отдохнули от непосильной работы, отъелись и вдоволь отоспались, в конце концов!

Заботливый Мортланд не только обеспечил дам средствами к существованию, но вскоре по приезде прислал несколько кофров с одеждой - бельем, платьями, шляпками, уж не говоря о теплых плащах и прочных башмаках, столь необходимых в холодном климате гор.

- Его светлость такой внимательный! - не сдержала восторга миссис Гвинн.

А вот Лили, задумчиво пропустив между пальцами тонкий шелк рубашки, в досаде прикусила губу.

- Представляю, каким пугалом я предстала в глазах Эдвина,- грустно вздохнула она,- неужели я настолько подурнела?

Миссис Гвинн только улыбнулась при виде её огорченного лица. Слишком долго Лили не думала о себе, с трудом выживая в суровых условиях чужбины и войны.

Впрочем, стоило женщинам облегченно перевести дыхание, как появились другие проблемы, и там, откуда они не ждали никаких неприятностей.

Маленький Майкл весьма тяжело переживал расставание с отцом Оноре. Ему не хватало уроков латинского, пения в церковном хоре, да и вообще мужского общения. Когда шокированная миссис Гвинн осознала, что мальчик усвоил католическую религиозную доктрину, она попыталась объяснить ему суть заблуждений папизма, но особого успеха не имела. Майкл лишь замкнулся в себе, и всё равно тайком молился на ночь на латыни.

Встревоженная этим упрямством Эвис обратилась за помощью к Лили. Та попыталась поговорить с сыном, но наткнулась на неожиданное, но весьма упорное сопротивление.

- Вы женщина, миледи,- вежливо пояснил ребенок,- а вера - дело мужчин!

Дамы растерянно переглянулись.

- Но, мальчик мой, - заволновалась миссис Гвинн,- у женщин тоже есть бессмертная душа, нуждающаяся в свете истинной веры!

Но семилетний паренек даже бровью не повел.

- Почему же тогда среди леди нет священников?

Лили тяжело вздохнула. Как же один Майкл походил на другого! Этот упрямый подбородок и снисходительный блеск глаз наряду с несокрушимым чувством мужского превосходства он унаследовал от своего отца - неугомонного майора Дугласа.

- Ладно,- попыталась она успокоить взвинченную Эвис,- пока оставим всё, как есть, до возвращения Томаса. А там видно будет! Где бы мы ни поселились, попросим местного приходского священника поговорить с мальчиком. Мужчины он послушается!

После известий о разгроме Наполеона женщины жили ожиданием, с волнением реагируя на любой посторонний звук за околицей усадьбы. Но шли дни, лето сменилось осенью, а маркиза всё не было.

- Если бы с ним, что-то вновь случилось, его светлость вам сообщил,- успокаивала Лили миссис Гвинн,- скорее всего, у вашего супруга появились новые таинственные дела!

Между тем, Майкл полностью освоился на новом месте, и при первой же возможности менял женское окружение на общение с местным егерем Джоном Макгрегором.

Джон был дюжим молчаливым мужчиной лет пятидесяти, но с мальчиком они быстро нашли общий язык и вместе возились с ловушками и силками. Миссис Гвинн попыталась было запретить Майклу сбегать во флигель, но Лили не стала препятствовать их дружбе.

- Мальчик нуждается в обществе мужчин.

- Джон - грубый шотландец, ребёнок нахватается от него всякого непотребства!

Не без этого, но, с другой стороны, когда Лили увидела, как егерь бережно учит её сына стрелять из лука, не стала вмешиваться в их отношения. Мужчина должен быть мужчиной, даже если тот ещё совсем мал, и сердце тревожно замирает, когда он берет в руки оружие.

- Вот приедет милорд, и всё закончится само собой!

Но от Томаса не было никаких известий.

Наступил ноябрь, и в горы пришла ранняя зима.

Теперь коттедж окружали укутанные снегом вершины елей, а заметенные дороги и перевалы отрезали их убежище от всего мира. Было, по-своему, приятно смотреть на сверкающий на солнце мир за окном, прислушиваясь к уютному треску дров в камине, но, увы, прогулки по свежему воздуху потеряли прежнюю привлекательность. Дамы зябко совали руки в меховые муфты и тепло одевали детей, боясь неизбежных детских простуд, но у юного Майкла такая опека вызвала яростный протест.

При малейшей возможности он старался ускользнуть из дома на улицу, а так как начался охотничий сезон, то с завистью взирал на то и дело появляющихся во дворе охотников.

- Мама,- приставал сын к Лили,- разреши мне с Джоном сходить на охоту!

В первый раз она наотрез отказала, но мальчик проявил такую настойчивость, что леди вынуждена была отправиться к шотландцу.

- Джон,- озабоченно обратилась она к егерю,- Майкл рвется вместе с вами на охоту. Насколько безопасна эта прогулка?

Тот только хмуро глянул на женщину.

- Плохо, когда мальчику нечем заняться, - высказался он,- но лес - место не для ребенка!

Лили только облегченно перевела дыхание, с благодарностью посмотрев на егеря. Как хорошо иметь дело со здравомыслящим мужчиной.

- Джон, я прошу вас объяснить это юному милорду. Он очень настойчив!

Неизвестно, что сказал мальчику егерь, но больше Майкл к матери не приставал.

Лили совсем было успокоилась на этот счёт, когда заболела малышка Маргарет, и они с Эвис несколько дней не отходили от постели кашляющего ребенка.

- Это все последствия голода и лишений, - сокрушалась миссис Гвинн, ощупывая раскалённый лоб девочки,- из всех ваших детей Маргарет наиболее слабенькая и болезненная!

Лили чувствовала вину перед детьми. Если бы не её легкомыслие, дети никогда бы не узнали нужды - надо было тогда стиснуть зубы и перетерпеть! Томас побесился бы ещё немного и успокоился, а она...

Понятно, что в тревогах о больной девочке женщины выпустили из внимания Майкла, и всполошились только, когда мальчик не появился к обеду.

- Я не видела маленького милорда, мэм! - заявила, накрывающая на стол служанка.

Нечего не смог сказать и её муж.

- Где Джон?

- Он спозаранку ушел в лес с другими охотниками..., но вашего сына с ними не было!

От ужаса Лили едва удержалась на ногах. Вместе с миссис Гвинн и слугами она прочесала все окрестности, но напрасно испуганные женщины утопали по пояс в сугробах и срывали голоса в криках, мальчика они нашли. Выпавший с утра снег запорошил все следы.

- Наверное, милорд увязался вслед за Джоном,- устав без толку бродить по холоду, высказалась служанка,- а тот поздно его заметил и не стал отсылать домой!

Объяснение было так себе, но сходящие с ума от тревоги женщины уцепились за него.

- Нужно дождаться Джона, - согласилась Лили,- без него мы всё равно ничего не сделаем.

Но не успели продрогшие дамы отогреться у камина, как короткий зимний день поглотили ранние сумерки, и стало стремительно темнеть.

- Где же Джон? - взвыла отчаявшаяся мать. - Уже ночь!

- Может, в погоне за зверем егерь зашёл слишком далеко,- предположил слуга,- и решил заночевать в какой-нибудь хижине?

Лили задохнулась от ужаса. Она сразу же поняла, что егерь никогда не остался в лесу, если бы ребенок был с ним.

- Эвис,- судорожно ухватила она за руки компаньонку,- Эвис, мой мальчик где-то в лесу совершенно один! Дикие звери, холод... Мне надо идти!

- Но куда, куда вы пойдете? Не зная леса, ночью... Это безумие!

Но Лили уже было всё равно куда идти - бездействовать и ждать дольше она не могла, поэтому бегом устремилась в свою комнату одеваться. Руки тряслись, когда женщина закутывалась в теплую шаль, и она находилась в таком ужасе и смятении, что заслышав стук копыт и злой лай сторожевых собак под окном, не заострила на этом внимания.

Снарядившись для выхода, Лили стремительно сбежала с лестницы, готовая ползти по сугробам до полного изнеможения, лишь бы быть в лесу вместе со своим сыном.

Но оказалось, что в холле её ждет какой-то мужчина, энергично отряхивающий снег с плаща. Лили приостановилась посередине лестницы, недоуменно вглядываясь в очертания фигуры, и лишь когда гость снял шляпу, с громким криком отчаяния бросилась к нему.

- Томас! Ты вернулся!

- Да, дорогая!

Обрадованный и удивленный таким горячим приемом Тейлор порывисто обнял жену и поцеловал в лоб, но, увы, уже через миг Лили вырвалась из его рук.

- Том, Майкл пропал! Он где-то в лесу! Несчастный малыш!

Тейлор даже сразу не сообразил, о ком идет речь, настолько далек он был мыслями от сына Дугласа, но ужас и отчаяние жены мгновенно подсказали ему, что происходит нечто страшное.

- Успокойтесь, дорогая, - обнял он её за сотрясающиеся в рыданиях плечи, - расскажите всё по порядку!

Неизвестно, сумела бы заливающаяся слезами и дрожащая от волнения Лили толком пояснить суть дела, если бы ей на помощь не пришла миссис Гвинн. Сама, испуганно заикающаяся Эвис, тем не менее, сумела кратко рассказать о пропаже.

- Ясно,- кивнул головой маркиз и властно распорядился,- дорогая, немедля разденьтесь и выбросьте из головы все глупости. Мальчик жив и здоров, и вскоре мы его найдем! А сейчас..., позвольте!

Тейлор натянул шляпу и вышел на улицу, оставив растерянных женщин стоять в холле.

- Вот видите, дорогая,- только и нашла, что сказать Эвис,- ваш муж вернулся, и он говорит, что всё будет хорошо!

Лили с надеждой посмотрела на закрывшуюся за супругом дверь.

- Он даже не отдохнул с дороги!

Женщины растерянно сняли теплые накидки и шляпы и прошли в гостиную.

- Знаешь, Эвис, - задумчиво пробормотала Лили,- если Томас спасет Майкла, то клянусь здоровьем детей, чтобы не случилось с нами дальше, я буду ему верна до конца моих дней!

- Но вполне возможно, что маркиз всё-таки решит развестись с вами! - осторожно заметила компаньонка.

Леди болезненно потерла предплечья.

- Значит, останусь одна. Только бы он нашел Майкла, только бы нашел! И мне больше ничего не надо!

- Давайте лучше помолимся, и о мальчике, и о вашем супруге!

Неизвестно, что помогло, то их ли молитвы, а может, способность маркиза организовывать поиски, но только коротавшие ночь у постели больной Маргарет женщины к утру услышали шум во дворе. В спешке подскочили они к окну, с надеждой вглядываясь сквозь замершее стекло на улицу.

Несмотря на рассеянный свет и падающий снег, им все-таки удалось разглядеть среди множества людей знакомого всадника.

- Это милорд! - первой узнала своего мужа Лили, и опрометью кинулась вон из дома.

Она выбежала как раз вовремя, чтобы увидеть, как Томас передает закутанного в плед ребенка, кому-то из толпящихся вокруг людей. Сердце ёкнуло и тут же укатилось куда-то вниз.

- Он... жив? - в ужасе прохрипела Лили.

Но на обернувшихся к ней усталых лицах расцвели улыбки.

- Малыш спит, мэм!

Огромное, ни с чем несравнимое облегчение затопило её душу. Облегчение такой силы, что у женщины хлынули слезы из глаз и подкосились ноги, и она, бессильно опершись на косяк двери, едва удержалась на ногах.

- Отдайте мне его!- прошептала она, протянув руки к сыну.

Но в этом доме уже распоряжался другой хозяин.

- Зайдите в дом, миледи! - приказал спешившийся Тейлор. - С мальчиком всё в порядке, а вот вы можете простудиться!

Лили растерянно попятилась, и тут же наткнулась на выскочившую с теплой накидкой миссис Гвинн. И пока они неуклюже метались с одеждой, Майкла занесли в дом и уложили в его комнате.

Теперь женщины окружили кровать, судорожно ощупывая и рассматривая крепко спящего мальчика.

- Всё в порядке, мэм,- басом объяснял им принесший его незнакомый шотландец,- юный милорд сделал себе хижину из веток и ловко в неё забился. Едва его нашли, но зато он не обморозился и не встретился со зверьём!

- Как же вы его обнаружили? - Лили не могла наглядеться на разрумянившееся в тепле лицо ребенка.

- Собаки нашли! Ваш супруг расстарался!

И вот только тут Лили вспомнила, что муж прямо с дороги вынужден был вместо отдыха всю ночь проблуждать в лесу.

Оставив Эвис дожидаться пробуждения сына, она поспешила назад в гостиную, чтобы поблагодарить Тома, да заодно отдать распоряжение приготовить ему комнату. Но там никого не оказалось.

Лили обошла весь коттедж в поисках супруга, но его нигде не было.

- Не знаю,- пожала плечами готовящая завтрак служанка,- его светлость, где-то в доме! Я лично забрала его одежду и повесила для просушки!

Лили недоуменно вздернула брови.

- А где вы её взяли?

- Как где? - удивилась женщина,- В вашей спальне!

Лили сначала подумала, что Томас просто ошибся комнатой, но потом..., потом до неё дошло, что произошло. Она растерянно присела на лавку и задумалась.

- Что-то не так? - испугалась служанка при виде её озадаченного лица. - Я не провожала милорда в вашу спальню, он сам там расположился! Потребовал горячей воды, помылся и улегся в постель.

Но она совсем растерялась, когда леди неожиданно облегченно рассмеялась.

- Всё хорошо, Мэг! - улыбнулась она. - Милорд позавтракал?

- Да вот, готовлю поднос!

- Я сама отнесу!

Лили взяла в руки поднос и медленно поднялась по лестнице. На втором этаже из детской ей навстречу вышла миссис Гвинн.

- Ну как? - выжидающе сверкнули её очки.

- Всё хорошо,- ободряюще улыбнулась подруге Лили,- теперь уже всё будет хорошо!

СЕТТЕНФОРД.

Весть о том, что много лет скандализирующая весь высший свет супружеская пара Тейлоров помирилась и не собирается разводиться, облетела лондонские гостиные подобно пожару, вызвав такую волну пересудов и сплетен, что на протяжении многих месяцев это было любимой темой разговоров во всех салонах.

Решение маркиза Тефорда простить жену вызвало взрыв негодования и внутри его семьи.

- Послушай, Томас,- нервно выговаривал брату Мортланд,- я всё понимаю! Сам нахожусь во власти очарования этой женщины, но она наворотила столько непоправимых глупостей, что мы не можем закрыть на это глаза. Если ты останешься с Лили, твоя карьера закончится!

Томас недоуменно глянул на брата.

- Карьера? Рисковать ежесекундно жизнью - называется "карьерой"? - презрительно фыркнул он. - Что ж, раз моя Лили настолько всех раздражает, завтра же напишу прошение об отставке!

Мортланд с досадой поморщился. С Томасом они встретились в Сеттенфорде, куда герцог приехал накануне поздно вечером. Утром он так же не смог увидеться с маркизой, потому что та спозаранку отправилась на конную прогулку, и братьям никто не мешал толковать по душам.

- Ты же не сможешь нигде появиться!

Томас с таким пренебрежением рассмеялся, что у Мортланда от досады покраснели щеки.

- Помилуй Бог, Эдди! Кто же откажется меня принимать? Заплесневелые грымзы из Олмака? Старые тетушки и глупые кузины? Так я сам готов ещё и приплатить, чтобы их никогда не видеть! Или ты намекаешь, что меня обольет презрением Клерон или друзья по клубу?

- Что касается последних - не исключено!

- И пусть они катятся к чёрту, а я буду жить сообразно своим представлениям о счастье!

Мортланд чуть ли не взвыл от отчаяния. И как с таким упрямцем разговаривать?

- Ведь она тебя не любит,- привел он последний аргумент,- неизвестно даже, кто отец её дочери!

- Маргарет - моя дочь,- отрезал Томас,- и если ты хочешь сохранить в целостности свой нос, также не усомнишься в этом!

В гостиную заглянул дворецкий.

- Миледи вернулась с прогулки и велела спросить - подавать ли завтрак?

Том неизвестно чему улыбнулся, обняв брата за плечи.

- Пойдем, Эдди, - повлек он его из комнаты, - нельзя заставлять ждать мою Лили. Она может и разгневаться, не получив во время свою тарелку с беконом. По утрам у неё обычно волчий аппетит!

Мужчины вошли в столовую и Мортланд замер, пораженный развернувшейся перед ним картиной.

Возле стола стояла и воровато отщипывала кусочки от пирога юная женщина с весьма округлыми формами. Заметив джентльменов, она покраснела оттого, что её застукали за таким занятием, и виновато сверкнула темно-синими глазами.

- Вот, - кокетливо взметнулись ресницы, - не удержалась! Есть хочу!

- Дорогая, - хмыкнул Томас,- если дело так пойдет дальше, ты станешь похожей на бочку!

И вот только тут до изумленного герцога дошло, что это очаровательно беспечное создание ни кто иной, как его невестка. И как она так быстро смогла вновь превратиться из мрачного пугала в сногсшибательную красотку?

Завтрак прошел весело. Лили что-то увлеченно рассказывала о своем скакуне, делала прогнозы на ближайшие скачки, и с завидным аппетитом поедала всё, что было в тарелках. Мужчины же только молчаливо любовались женщиной.

- Она всегда так много ест? - тихо полюбопытствовал герцог, когда Лили отвлеклась на распоряжения дворецкому.

- Да,- фыркнул Том,- не знаю, то ли это последствия пребывания в Бельгии, то ли мой следующий отпрыск заставляет мать есть за двоих!

Мортланд глянул на брата, увидел в его глазах смех, и обреченно махнул рукой.

- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь!

ЭПИЛОГ.

Прошло несколько лет. Тейлоры жили тихо. Их видели разве, что на скачках в Аскоте или на Дерби, да и то не всегда. Супруги азартно делали ставки, а шляпки маркизы всегда отличались большим вкусом - собственно, это и всё, что можно было сказать об этой чете. Со временем затихли все пересуды - иссякли за неимением пищи для разговоров.

Кстати, в определенных кругах леди Лилиану хорошо знали и уважали, как заводчицу особой сеттенфордской породы лошадей, неизменно берущих на скачках призовые места. Маркиза вечно толкалась на торгах в поисках интересующих её скакунов.

Чем занимался в это время маркиз Тефорд, мало кто знал. Томас часто куда-то отлучался, и тогда жена в одиночку управлялась хозяйством. Иногда к ним приезжали гости - либо сам Мортланд, либо Чейз с семейством.

А вот леди Иннин была заметной фигурой в высшем свете.

После Реставрации во Франции она сумела добиться возвращения большей части имущества дю Валльдэ и стала очень состоятельной женщиной. Теперь леди предпочитала, чтобы её называли графиней дю Валльдэ и содержала пользующийся популярностью салон, где поражала своих гостей не столько даже интересным общением, сколько особо дорогими и изысканными туалетами. Ей подражали, и каждый выход графини ждали с нетерпением, гадая, чем на этот раз поразит мир "французская львица".

И никто не знал, что необычные платья и элегантные аксессуары придумывает для неё пожилая итальянка Джина. За хорошее вознаграждение та охотно и весьма удачно помогала бывшей подопечной в создании нового имиджа - истинная леди с безукоризненным вкусом, и такой же репутацией.

О надменное и холодное презрение графини вдребезги разбивались все поползновения светских волокит склонить столь роскошную красавицу к адюльтеру.

Несмотря на остракизм, которому подверглись Тефорды, леди Иннин, не скрываясь, поддерживала связь с маркизой, но зная об их особенных родственных связях, ни у кого язык не поворачивался её в этом упрекать.

Старшие сыновья маркиза учились в Итоне, Майкл в Харроу, Маргарет же с двумя младшими братьями пока оставалась дома под присмотром преданной Эвис.

А Мортланд так и оставался один. Возле него иногда появлялись юные красавицы, разделявшие его одиночество, но очень быстро исчезали, где-то на задворках английской столицы.

Имя Бисби ещё какое-то время звучало в Ист-энде, а потом он пропал. Поговаривали, что приговорен к каторге за убийство. Впрочем, никто толком ничего не знал.

Что же касается Тейта, то джентльмена ещё долгое время можно было встретить в лондонских гостиных, а потом он переехал в Америку, где, по слухам, стал весьма состоятельным плантатором.

Вот так и закончилась эта история.

В общем, благополучный конец злоключений, постигших двух кузин - англичанку и француженку. Качели их судеб перестали опасно взлетать, и, устало скрипнув, наконец-то, замерли в состоянии покоя.

Только... только вот кому-то может и не хватать их стремительного раскачивания - когда что-то тошнотворно ёкает в похолодевшем животе, а грудь распирает ощущением опасности и восторженного полета!

ПОСЛЕСЛОВИЕ...

В заведении Уимзи в тот вечер было как никогда шумно. Джентльмены, их куртизанки и прочая публика толпились в зале с установленной рулеткой. Шла азартная игра и в банке скопилась изрядная сумма денег.

Возбужденно гомоня и сопереживая особо упорным игрокам, рулетку окружило множество завсегдатаев. Запах бренди смешивался с крепким запахом пота разочаровавшихся и отчаявшихся людей. Бессильной яростью горели их глаза, наблюдая за тем, как бессовестный шарик все время останавливается ни на тех цифрах.

Все были на взводе. Невезение не могло длиться вечно - кто-то все равно должен был сорвать куш!

У некоторых не выдерживали нервы, и они покидали свои места, с досадой оглядываясь на тех, кто имел ещё средства и терпение пытать судьбу и дальше.

И вот, когда осталось всего два самых настойчивых игрока, на одно из освободившихся мест неожиданно уселась черноволосая женщина в маске, полускрытой к тому же вуалью настолько, что была видна только нежная линия подбородка и капризный изгиб вишневых губ.

Ослепительно прекрасные обнаженные плечи оттенял темный мрак иссиня-черного бархатного платья. И даже по уверенной повадке было заметно, что эта женщина хорошо знает цену своей красоте.

- Чья же это - такая редкостная птица? - поинтересовался граф Спенсер у пробегавшего мимо лакея.

- Не знаю, ваша светлость! Женщина бывает здесь редко, но играет всегда по-крупному, и что самое главное - выигрывает. Очень везучая дама...

- Но если она толкается в вашем заведении, то о её везении можно поспорить!

- Не могу знать, ваша светлость!

Незнакомка развязала кошелек и поставила на зеленое сукно стопку золотых монет.

- Черное. Тринадцать.

- Игра сделана,- объявил крупье.

Шарик кружился по полю рулетки до тех пор, пока не остановился на тринадцати.

- Черное. Тринадцать.

Спенсер, не отрывая глаз, наблюдал как женщина холодно и деловито забирает свой выигрыш и не торопясь удаляется из залы.

- Эй, - вновь поймал он знакомого лакея, затолкав ему в руку монету, - куда она направилась?

- Наверное, домой! - пожал тот плечами. - Дама всегда приезжает в наемном экипаже, но щедро платит обслуге клуба, чтобы её никто не беспокоил во время посещения нашего заведения. Иногда она играет, а иногда просто сидит за бокалом вина - то ли наблюдает, то ли ждет кого-то.

Ещё более заинтригованный граф добавил монетку.

- Я вас хорошо знаю! Лакеи всегда суют нос не в свои дела. Кто она? Скажешь, получишь ещё столько же...

Лицо лакея выразило сожаление.

- Не располагаю такими сведениями, но если ваша светлость добавит к этой сумме три шиллинга, то кое-что сообщу!

- Вымогатель, - скрипнул тот в досаде зубами, но все же полез в карман,- ну?

- Как-то, месяц назад, я случайно, - прошептал ему лакей, - оказался на улице в тот момент, когда дама покидала клуб, и заметил с ней рядом джентльмена. Они о чем-то поговорили, и она села в его карету!

- Ты что, - вспылил граф, - издеваешься надо мной?! Кто был тот джентльмен?

- Его светлость - герцог Мортландский!

- А...

Спенсер сразу же потерял интерес к разговору. Женщины Мортланда ему были не по карману, да и, если честно... не по зубам!

Content

Гаан Лилия Николаевна
И истинным леди есть, что скрывать... Книга 2. Вдовствующая маркиза.

ТЕЙЛОРЫ.

РОДСТВЕННИКИ.

ЛОНДОН.

ДУГЛАС.

МИССИС ДУГЛАС.

БРАЙТОН.

ИННИН.

ЛИЛИ.

МОРТЛАНД.

БРАЙТОН.

КАВЕНДИШ-ХОЛЛ.

МОРТЛАНД.

СУПРУГИ.

СЕСТРЫ.

МАЙКЛ ДУГЛАС.

МОРТЛАНД.

БИСБИ.

БРАЙТОН.

МОРТЛАНД.

КАВЕНДИШ-ХОЛЛ.

БЫВШИЕ ЛЮБОВНИКИ.

ЛИЛИ.

ИННИН.

ЛОНДОН.

МИССИС ГВИНН.

ТОНИ КАЛВЕРТ.

ЛИЛИ.

ВСТРЕЧА.

ЛЕДИ ЭЛЕН.

ЛИЛИ.

ТЕЙТ.

ИННИН.

ТЕЙТ.

СЁСТРЫ.

ПРОШЛО ТРИ МЕСЯЦА...

МОРТЛАНД.

СЕТТЕНФОРД.

ВЕНЧАНИЕ.

ТЕЙЛОРЫ.

БРАТЬЯ.

СЕТТЕНФОРД.

ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ...

ЛОНДОН.

ТЕЙЛОР.

ПРОШЛО НЕСКОЛЬКО ЛЕТ... 1814 ГОД. БЕЛЬГИЯ.

ЧЕЙЗ-ХОЛЛ.

БЕЛЬГИЯ. Июнь 1815 года.

БРЮССЕЛЬ.

ШОТЛАНДИЯ.

СЕТТЕНФОРД.

ЭПИЛОГ.

ПОСЛЕСЛОВИЕ...