Артур Прядильщик

Змеелов

© Артур Прядильщик, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

Глава 1

По улицам слона водили. И, как будто, с теми же целями – показать «слоняру» окружающим и похвастаться: «Девочки! Какого зверя мы поймали!» Если б еще мои недоброжелатели и оппоненты были масштабом с Моську, был бы я счастливейшим из «слонов»! Увы, наши с оппонентами масштабы различались в противоположную и совсем не в лучшую для меня сторону. Говоря точнее, были несопоставимы до полной моей микроскопичности. Микрослоник такой.

Во всем виновата гхаргова зажигалка! И мой личный хомячище, не позволивший выкинуть единственное материальное подтверждение договоренностей с ее величеством. И перестраховщик, озаботившийся вдруг возможной реакцией ее величества на честный ответ на возможный вопрос: «А где мой подарочек, малыш Кей?» – «Да не берите в голову, матушка императрица – выкинул в мусороуничтожитель». Бр-р-р!

Сделав ошибочный, в меру своей испорченности, вывод о причине подарка, соланки почувствовали себя кошками… точнее, снойками, поймавшими очень упитанную, аппетитную и потенциально вкусную мышь. Разумеется, любые попискивания пойманного грызуна, выдумавшего какую-то запутанную историю вручения подарка, игнорировались начисто.

У девушек включился какой-то дремучий инстинкт, по которому самец оценивается по уровню альфа-самки, с которой побывал в одной постели (еще и получил оценку «уровня самцовости» в виде памятного подарка), и девушки «закусили удила».

Заходы начались стандартные. Вдруг выяснилось, что у девушек очень влиятельные на Солано родители, которые совсем не будут против, если Агни и Нейла покажут меня своим старшим братьям. О, Терри сразу найдет общий язык с их братьями! Тем более, что девушки все братьям объяснят!

(Я не стал проводить сеанс всезнания и объяснять, что если б родители девушек были такими крутыми, как они рассказывают, то работали бы девушки в семейном бизнесе на Солано и занимались бы сбором дейтана, а не мотались бы у гхарга под мышками аж на Койгере… В крайнем случае, учились бы на гидропоников… и учились бы, опять-таки, на Солано – у нас, на Солано, одни из самых лучших вузов по гидропонике. По-моему, промолчав, я поступил очень мудро!)

Девушки также выяснили, что к многоженству они относятся без энтузиазма, но друг против друга, как давние подружки, не возражают, потерпят. А если вдруг (ну, бывают же в жизни чудеса, Терри! Вот мы же появились в твоей жизни! И разве мы не чудо?!) к новообразованной семье изволит присоединиться сама… м-м-м… Да! Терри ОЧЕНЬ понравится их братьям! Очень-очень!

После таких, напрягающих любого здравомыслящего мужчину, разговоров я даже с каким-то облегчением получил сигнал от своего ИБК о нехорошем шевелении вокруг моего липового идентификатора в информационном поле. Кажется, меня все-таки нашли.

Можно, конечно, побегать. Полчаса, не больше. Даже час, учитывая то, что я знаю, КАК меня будут ловить. Часик потешить собственное самолюбие в тщетной попытке спасти лицо, так сказать. И исходные данные совсем не в мою пользу – сверхинформатизированная планета со сложившимися и устоявшимися межведомственными связями, плюс – высокопрофессиональная группа захвата СНАДАК. Нет, без шансов. Хватило бы и одного из этих двух факторов. Это как от снайпера бегать. А силы мне еще понадобятся.

Вопрос, что делать с девчонками? Их как-то прикрыть надо. Их же теперь выпотрошат, как рыбку! По допросам затаскают. А если девочек какой-нибудь нелеталкой приложат со мной за компанию, а? Надо найти многолюдное место – в толпе группа захвата будет более осторожной и осмотрительной… Ну, я на это надеюсь. Вот только позволят ли мне до такого места добраться? С другой стороны, позволили же мне заметить слежку?

Может, вырубить девчонок (допустим, начихав на них), уложить на лавочку и идти сдаваться? А если их после моей добровольной сдачи… того… как ненужных свидетелей? Нет, пусть будут со мной – мне так за них будет спокойнее. Хоть какой-то шанс у них будет.

Отвлекшись от напряженного обдумывания ситуации, я услышал окончание столь же напряженного спора между Агни и Нейлой:

– Но мы же не энергеты, Ней! Захватить власть мало – ее еще удержать надо!

– Ха! Так Терри же у НАС энергет! Правда, только пятерка! Я в его приватном профиле подсмотрела. Но мы разовьем его навыки! Будет двойка! А то и единичка! А то и «экстра» – не зря же САМА… подарочки ему делает!

– О! А ты читала о случае на Харине-1? Девушка встречалась с энергетом, и у нее потом обнаружились способности энергета!

– Правильно! – Ней изобразила руками и тазом характерное движение. – Нам надо чаще… встречаться! Да, Терри?

Судя по всему, девушки от обсуждения включения в мой будущий гарем императрицы Кассиопеи на правах младшей жены (Агни: «Ну, она же такая миленькая, как моя младшенькая сестричка!») закономерно перешли к вопросам организации дворцового переворота. Видимо, где-то в их распалившихся фантазиях ее величество посмели отказаться от такого счастья, как роль младшей жены. Диктатор! Тиран! Долой!

Если нас сейчас уже слушают (а нас НЕ МОГУТ не слушать), то как бы девушкам не пришили попытку насильственного свержения императорской власти!

– Мы идем в ресторан! – И я решительно повел болтушек в сторону центральной площади, где особенно много людей. Особенно, в столь поздний час.

– Точняк! – воскликнула Нейла. – Это надо отметить!

И уже она решительно тянет меня (с прицепом-Агни) в ту же сторону:

– Я знаю отличный ресторанчик – у них синтезатор навороченный, неплохо иньянская кухня получается! И недорого. Ты палочками пользоваться умеешь, Терри?

От необходимости отвечать меня избавили:

– Ур-р-ра-а! Я тебя нашла!!!

Я сдержался и не стал дергаться. Потому что дергаться под прицелом нелеталок – это очень-очень больно.

Откуда-то слева, из-за Агни, выметнулась смазанная темно-красная полоса. В следующий миг у меня на шее что-то повисло, а лицо стало покрываться равномерным слоем помады со знакомым вкусом. Судя по дерганью, повисший на мне «груз» еще и болтал ножками в воздухе.

Главный попаданческий закон: ты всегда должен быть спокоен и ироничен, мой юный главный герой!

– А-а-а… Розочка… привет.

– Нет, вы это видели?! – Розали ни-Ровено ан-Кадагри отлипла от меня и обратилась к соланкам, застывшим соляными столбиками. – Я его по все Империи ищу, а он – «а, Розочка, привет!»

Ну, это она зря – боевитые подружки в своих мыслях уже свергли узурпаторшу со всеми ее отпрысками (правда, трех дочерей императрицы все-таки было решено пощадить ввиду несомненных заслуг перед женской частью Империи) и уже приступили к раздаче министерских портфелей и имперских постов. Они тут, понимаешь, уже всю свою семью, всех знакомых на теплые местечки в Переходном правительстве пристроили, и вдруг появляется какая-то…

– Уи-и-и! – Нейла прижала кулачки к груди. – Ее высочество Розали!

– А мы только-только вас вспоминали! – Агни, как обычно, более прямолинейна. – А вы… настоящая?

Ну, сейчас они ЕЙ покажут… надо бы их попридержать, чтоб не пострадали. А то охрана Розали, которая обязана тут присутствовать под камуфляжами, не так поймет – еще стрельбу откроет.

– А можно с вами… СГРАФИТЬСЯ?! – почти в унисон.

Нет, точно матриархат грядет – налицо все признаки наступающего дискриминационного переворота по гендерному признаку. Настолько быстро отринуть и классовое неравенство, и собственнические инстинкты в пользу гендерной солидарности. A ведь земные мыслители утверждали, что женская солидарность, в отличие от мужской, в принципе, невозможна… Дело, сто процентов, идет к скорой революции! Тихой и незаметной.

Розали кивнула, грузики с моих плеч исчезли, а соланки уже висели на широко улыбающейся принцессе.

Рассмотрел ее получше.

Хороша, змеюка!

Черно-красное платье-мундир ИМСЛУКОН с обтягивающей юбкой по колено был отмечен нарукавными нашивками аж генерал-фельдмаршала. Отсутствие колготок на идеальных смуглых ножках. И совсем неуставные красные туфельки на высоких каблуках-шпильках, прозрачных до полной невидимости – казалось, что девушка стоит и ходит на носочках.

И улыбается, зараза такая, прекрасно зная о воздействии своей внешности на неокрепший ум одного конкретного соланца!

– Терри! Не тормози! – вопит Нейла. – Заграфь нас!

– И не вздумай графки в общий доступ выкладывать! Только нам по приват-каналу!! – подпела ей Агни. И, обращаясь к Розали, пожаловалась: – Он такой наивняк в вопросах информационной безопасности, ваше высочество! Вы уж его… как-нибудь…

– Терри, дорогой! – Покачала головой Розали. – Ну, так же нельзя! Фу, таким быть, Терри!

Змея блондинистая! Но, как ни силился, неприязни к ней ощутить так и не смог. А Янтарь даже не ворохнулся – дескать, сам разбирайся со своими самками, хозяин, а я умный, я – пас. Приходится согласиться – очень мудрое и дальновидное решение. Я бы с ними тоже не связывался. Если б мог.

А три красивые девушки уже одновременно показывали мне местный аналог жеста «Все отлично!» – или, по-земному, «Фак ю». Ну, да, в моем случае это очень… актуально.

– А с поцелуйчиком можно? – спросила Нейла.

Надо бы ей посоветовать добавить в свой профиль запись «И без башни…».

– А с язычком? – Ну, кто бы сомневался, опять она.

«…совсем без башни и без тормозов».

Если будет кому советовать…

* * *

Студентки, радостные чуть ли не до мокрых трусиков, унеслись в какой-то клуб на Кройгер-2, оставив мне свои контакты со строжайшим наказом «не пропадать». Я хмуро рассматривал раздражающе довольную принцессу:

– И куда теперь?

– Как это куда? Своди девушку в ресторан, Кей! Ну, своди! Ты же обещал!

– Во-первых, не тебе обещал. Во-вторых, я как раз и вел девушек в ресторан, пока ты их не шуганула.

– Я их не шугала! – Розали сделала вид, что обиделась. – Я всего лишь позволила с собой сфоткаться… ну, теперь же девочкам надо похвастаться перед знакомыми этими графками! Ты совсем женщин не понимаешь, Кей!

О, да!

– Что с ними теперь будет?

– Ничего. – Она удивилась, кажется, искренне. – У ИМСЛУКОНа одна из самых мощных служб информационной борьбы в Империи, Кей! Твое лицо на всех графках, что они сделали, уже изменено. А фантазировать эти заговорщицы могут, что угодно и как угодно, пока от слов не перейдут к делу. Кстати, хорошие девушки – больше ни с кем вашими постельными забавами делиться не стали! Умницы, красавицы! Возьмешь их в свой гарем, а? – Она подмигнула.

– Тьфу!

Роза весело рассмеялась:

– Зря! Девочки замечательные! А как целуются, м-м-м! Ну? В ресторан? У меня тут, совершенно случайно и неожиданно, пара свободных часиков появилась. Абсолютно случайно. Ну, позязя!

– В какой ресторан тебя вести? Моя работа с сетью сейчас ограничена, а Тсчико я не знаю совершенно – где тут что…

– Фу, Кей! Это не по-мужски! Это же должен быть сюрприз! Если все правильно обставить, то такая скромная девушка, как я, будет рада даже завалящей кафешке! Кора! – бросила она в пространство.

– Босс?

Перед нами из воздуха соткалась черная невысокая фигура. Маска с лица быстро стекла, как вода, в воротник. Старая знакомая – Кора. Сейчас она была совсем не похожа на ту «трепетную лань», какой я ее запомнил по клинике флота – собранная, серьезная, деловитая, глаза цепкие и внимательные.

Судя по ее присутствию – она действительно секретарь Розы. Или телохранитель. Или адъютант, учитывая звание и должность Розы. А если учесть черный с красными прожилками костюм «Призрак» (и она явно умеет им пользоваться), девушка прошла специальную подготовку. И не чета моей подготовке – лично я с «Призраком» разобраться толком так и не смог. Камуфляж, мускульное усиление, основное вооружение. И всё. До других функций не добрался. И то, как мне кажется, действовал больше методом антинаучного тыканья в пиктограммы панели управления. Правда, и часов в подготовке на это было отведено немного – в основном меня натаскивали в тяжелых штурмовых скафандрах старых флотских моделей.

– Найди нам… – начала Роза.

– «Драгоценность Тсчико», – мгновенно ответила Кора. – Хорошая кухня, главный повар – человек, официанты – люди. Ручное изготовление блюд. Приватные апартаменты с трансформ-мебелью, в получасе ходьбы отсюда.

– Спасибо, золотце! Скинь данные Кею…

Кора перевела взгляд на меня, и на мой ИБК тут же упал файл с описанием какого-то пафосного местного ресторана. «Средний чек…» Ого, «средний чек» у них тоже пафосный! Да плевать! Растрясу «неприкосновенные счета» – чего уж теперь их беречь? Они мне уже не понадобятся, судя по всему. Хоть напьюсь напоследок. Гулять, так гулять!

– Ке-е-ей! – протянула Роза, красноречиво меня осмотрев.

Отдав команду, я преобразовал свой костюм в качественную имитацию мундира офицера СНАДАК. Конечно, когда есть надобность в мундире, принято одевать именно костюм из натуральной ткани, но и такая имитация не возбраняется.

– Младший лейтенант. – Роза смотрела на мои нарукавные нашивки. – Нарушаем, вар старшина первого класса? Почему это у вас нашивочки не по уставу, вар старшина первого класса?

– Вам, видимо, еще не доложили, вар генерал-фельдмаршал – недавно меня повысили… как раз до младшего лейтенанта СНАДАК.

– …и тут же разжаловали. – Хмыкнула Роза.

– Первый раз об этом слышу, вар генерал-фельдмаршал. – Я пожал плечами. – Никаких официальных уведомлений или приказов о разжаловании на мое имя не поступало.

Розали кивнула, мягко скользнула ко мне и осторожно оперлась на мой локоть. Кора снова исчезла. А я повел даму по полученному маршруту.

Люди на улицах Тсчико оглядывались, ага. Не часто увидишь младшего лейтенанта СНАДАК, идущего под ручку с генерал-фельдмаршалом ИМСЛУКОН и, по совместительству, дочерью императрицы принцессой Розали. Конечно, Розу узнавали. Мужчины кланялись и вытягивались в струнку, застывая в героических позах, военные салютовали кулаком в грудь, женщины мило улыбались и с большим интересом разглядывали меня.

На реакцию окружающих было плевать – мои внутренности будто выморозило от напряжения в ожидании какой-нибудь подлянки. Я даже не знал, какой эта подлянка будет: то ли «нелеталкой» долбанут (но это вряд ли – слишком примитивно для Розы), то ли Розочка в какой-нибудь особо пикантный момент (например, в момент оплаты счета) сожжет мой ИБК (тоже мелковато для дочери императрицы), то ли сообщат какую-нибудь… гадость. У Розы вариантов и возможностей сделать некоторые моменты моей жизни особо запоминающимися – большой рудовоз с маленьким прицепчиком!

Розали делала вид, как ей приятно идти со мной под ручку у всех на виду, а я делал вид, как мне безразлично, что ей якобы приятно.

Шел теленок на скотобойню. Сам шел. Ну, разве он не умница? А можно теленок не будет при этом изображать на своей рогатой морде радость и восторг от пункта назначения?

Наверное, мне надо быть благодарным Розали за то, что она не пыталась о чем-нибудь заговорить. Наверное, стоит даже отметить, что для женщин умение «вовремя помолчать» – пипец, какой подвиг и, офуфеть, какое достоинство. Не-а. Обойдется как-нибудь без моей благодарности.

* * *

Встречал нас, судя по информации в публичном профиле, лично владелец ресторана «Драгоценность Тсчико» Кази ан-Вансок. Глубоко поклонился… мне. И, не задавая никаких глупых вопросов (я уже приготовился мрачно брякнуть: «Три корочки хлеба!»), повел нас внутрь. Время от времени он буквально телепортировался вперед и распахивал перед нами двустворчатые ОБЫЧНЫЕ двери. И что-то при этом бормотал на тему того, как они рады, как они счастливы, какая честь, какой приятный сюрприз…

Любители сюрпризов, мать вашу императрицу!

Я ожидал увидеть огромный обеденный зал повышенной пафосности, заставленный столиками с относительно небольшим количеством чудаков, готовых расстаться с огромными суммами денег, нажитых непосильным трудом на благо Империи.

Не-а. В очередной раз я ошибся: удлиненное небольшое помещение, очень похожее на стандартный операционный зал какого-нибудь земного банка. Столики, клерки, стулья для клиентов. Клиентов – ни одного. Только «клерки» – три ослепительно красивые девушки и один мужественно выглядящий мужчина. В данный момент – стоят рядом со своими местами навытяжку, пожирая нас взглядами. Надеюсь, хоть не забывают время от времени дышать и моргать.

– О! Не сто́ит! Не сто́ит! – Замахал руками ан-Вансок, когда я направился к одному из столиков… разумеется, тому, что с девушкой. – Все уже готово! Все уже готово! Вот на платформу, на платформу пожалуйте! Извольте-извольте! Осторожно, тут ступенька! Ступенька!

У противоположной от входа стены высился круглый пятиметровый подиум ярко-синего цвета. На подиуме тут же вырос треугольный столик с сильно закругленными углами и отпочковались два кресла. Вычурных, но даже на вид – очень удобных.

Роза чуть удивилась, когда, отодвинув стул, я помог ей сесть. Хотя, чего там помогать – ее мундир хоть и с юбкой, но это даже близко не вечернее бальное платье. Удивилась, но с явным удовольствием (и ожидаемым изяществом) воспользовалась помощью.

«Мы прямо тут есть будем? Под взглядами этих «клерков»?» – равнодушно подумал я, слегка удивившись представлениям местных о «крутой ресторанной кормежке». Удивляться чему бы то ни было СИЛЬНО – не было никакого настроения.

Я ошибся. В очередной раз… Да – этот мир еще долго будет находить, чем меня удивить.

Зал с «клерками» поплыл вниз! Платформа поднималась вверх. И не на второй-третий этаж, а, «пробив» крышу, устремилась к границам кислородного купола города! А это километра два с половиной, наверное.

– Вау! – отреагировала Роза. И, видя мое недоумение, пояснила: – На Реале и центральных планетах такого нет – слишком оживленное воздушное сообщение. Очень редкий вид сервиса, Кей!

– Наш ресторан, ваше высочество, один из немногих в Империи, применяющих эту технологию! – разумеется, ан-Вансок не преминул влезть с ненавязчивой рекламой заведения – когда еще целая принцесса в гости пожалует. – Вар ан-Солано? Вино, напитки, пока вы определяетесь с выбором блюд?

Постаравшись не обращать внимания на густую россыпь огоньков ночного города в паре километров под прозрачным полом, я подключился к ресурсам ресторана и вызвал меню. Удивился огромному выбору спиртного вообще и вин в частности. На Солано такого изобилия в выборе точно нет. Был даже вынужден воспользоваться функцией поиска.

– Красное вино «Гордость Солано». Урожай пятого года. Если от пятого года не будет, то одиннадцатого… Удачные годы для соланских вин, – объяснил я в ответ на любопытный взгляд Розы. – Были еще девяносто первый год и восемьдесят шестой… но их вне Солано достать нереально. А восьмидесятый найти можно разве что у коллекционеров и в закромах у Касси… опеи… – ей, если не ошибаюсь, отправляли пару ящичков. – Я повернулся к ан-Вансоку. – А мне – водки.

– Вау! – снова восхитилась чем-то Роза.

Но чем – я так и не понял, так как вар ан-Вансок обиделся:

– У нас есть «Гордость Солано» девяносто первого года, вар ан-Солано!

Но обиделся, разумеется, очень-очень слегка. Капельку. Поверхностно. «Клиент всегда прав!» А то!

– Нет его у вас, вар ан-Вансок. – Отмахнулся я. – А то, что есть – почти наверняка подделка. Поставками этого вина занимается ветвь моей бабушки… так что я знаю о трениях с Кройгером в период с восемьдесят третьего по нулевой. В этот период поставок в вашу систему не производилось.

– Вау!

– Кхм… конечно, вар ан-Солано. Я обязательно прикажу проверить наши запасы. Значит, вино пятого года. А что к вину?

– К вину – сырную тарелку… «номер десять», допустим.

– Прекрасный выбор! А к водке?

«Селедочки в масле, и побольше!» Увы, сырой рыбу едят в основном на Акведе. Да и нет тут сельди, а имеющаяся рыба (почти целиком с Акведы) какая-то… мясистая. Чем-то на мясо осетра по вкусу похожа. Круто, конечно, когда у рыбы вкус осетра. Для землянина. Но когда рыба ВСЯ с таким «мясным» вкусом – это уже не впечатляет и заставляет вспомнить шедевральное: «Опять черная икра!»

– На ваш выбор, вар ан-Вансок. Только не напитки и не рыбу. А мы с ее высочеством пока определимся с дальнейшим меню.

– Конечно-конечно!

Ан-Вансок все понял правильно. Но прежде, чем уйти, окинул придирчивым взглядом окружение, нас с Розой и что-то для себя решил. Свет над столиком стал быстро гаснуть, и полусфера, которой была накрыта наша летающая платформа, погрузилась в темноту. Ненадолго. Пшыкнул огонек – ан-Вансок осторожно зажег свечи в высоких подсвечниках по четырем сторонам платформы и две свечи – на столе. Это он решил нам тут романтическую обстановку создать? Ну, ему, как опытному ресторатору, конечно, виднее.

Только после этого он поклонился:

– Вар ан-Солано! Ваше высочество!

Вышел за границы воздушного пузыря, накрывавшего нашу платформу… и камнем рухнул вниз, к ресторану.

– Эй! – Розали наклонилась над столом и с любопытством спросила: – А ты что, сможешь отличить вино пятого года от подделки девяносто первого?

– Нет, разумеется! Я даже никогда не пил соланских вин.

Роза похлопала глазками и открыла ротик. Очень натурально. Классическая глупая Барби. Хватай и тащи в постель!

– А откуда тогда?..

– В сети прочитал. Элементарно, Роза!

– Вау!

Но хороша, гадюка! Ой, хороша! Некстати пришла мысль о том, что вот с Розочкой мне никаких красных или серо-буро-малиновых «штормов» не потребуется. Организм легко справится своими силами безо всякой «спецфармакологии».

* * *

– Связь восстановлена, командующий! – Клементин, уже успевший одеться, подошел к креслу, в котором сидела раздраженная Альер.

– Куда направилась… эта?..

Клементин мысленно согласился с невысказанными эпитетами и даже дополнил невысказанную мысль Альер десятком своих, но, как добропорядочный подданный и верный присяге военнослужащий, благоразумно промолчал.

– Кройгер-4, командующий! – Подскочила разрумянившаяся Делия, смотревшая теперь на Альер влюбленными глазами…

Кажется, путешествие голышом по коридорам крейсера на плече полуобнаженного адмирала Клементина привело женщину в какое-то подобие умиротворения. Во всяком случае, во взглядах, бросаемых ею иногда на Клементина, проскальзывала эдакая женская расчетливая задумчивость, заставлявшая нервничать уже заместителя командующего СНАДАК, который ожидал несколько другой реакции от своего коллеги-недруга.

– …однако полчаса назад планета была взята в блокаду флотилией ИМСЛУКОН. На запросы отвечают стандартно: «Идет операция в интересах имперской безопасности». Мой штаб уже проработал несколько сценариев взлома блокады и штурма планеты…

Альер окатила Делию неприязненным взглядом, от которого та чуть ли не застонала. Процедила:

– Отставить! Никаких штурмов, Делия!

– Слушаюсь! – всхлипнула та, сияя счастливыми глазами.

Вар Клементин постарался скрыть усмешку.

– Вар Клементин. Насчет моего приказа… Вы уже отдали по нему распоряжения?

Клементин мгновенно понял, что Альер имела в виду приказ о дальней разведке по указанным ею координатам.

– Никак нет, командующий! Я ждал, не изменится ли ваше решение из-за последних событий…

– Не изменилось. Начала выполнения приказа ожидаю в ближайшее время. И избавьте меня в дальнейшем о необходимости напоминать о моих же приказах!

– Слушаюсь, вар командующий!

– Делия!

– Я!

Альер и Делию накрыл кокон приватности. Что там происходило и говорилось, Клементин, разумеется, не видел и не слышал (к тому же он был занят формированием экспедиционной группы по приказу Альер), но осчастливленный вид Делии, метеором вылетевшей из-под кокона едва ли не раньше, чем он был деактивирован, говорил, что новый командующий СНАДАК, кажется, нащупал верный тон во взаимодействии с подчиненным ему командующим флотом СНАДАК Делией ни-Хорст, женщиной довольно… оригинальных взглядов.

* * *

– Не-не-не. – Роза чуть пьяно помотала головой. – На Коре был не «Призрак». Это новейшая разработка. Даже экспериментальная. Разведсистема «Инкейр». Поступила пока только в группу «Аль» ИМСЛУКОНа и в отдельные подразделения разведки флота. СНАДАК от них пока отказался – они предпочитают проверенные системы, которые на «мартышках» из флота оттестили. – Она посмотрела на то, как я наливаю себе четвертую рюмку. – Ты бы не частил, Кей! Хотя бы закусывай…

В голове приятно шумело, кончики пальцев слегка покалывало, стало тепло… даже жарко. А ведь всего-то три рюмки выпил. Странно, чего это меня так развезло. Из-за нервного напряжения, что ли? На Солано после коньяка отца я не чувствовал себя таким расслабленным. Или, правда, зачастил?

– Ты мне не жена, Розочка, – вяло огрызнулся я, но с налитой рюмкой все-таки решил повременить. А то ведь действительно, развезет. И будет мне потом, как минимум, стыдно.

– Ну, это пока, это пока. – Легкомысленно отмахнулась она. – Не-не, ты думай, я не собираюсь тебя ограничивать. Ни сейчас, ни потом, когда… Просто разговор у нас будет более-менее серьезным, а ты… того… косой будешь.

Сказала мне та, кто уже ухайдохал половину бутылки соланского… и слегка окосел. Или играет?

– Не буду. Я знаю много страшных и умных названий препаратов для того, чтобы мгновенно протрезветь… – Подумал и добавил: – Но спасибо за заботу. Хоть ты и преследуешь какие-то свои цели.

– Ну, это само собой! Мы все преследуем какие-то свои цели. И ты преследуешь, и я преследую, и Касси… и Альер. Но ты учти, что спецпрепараты в таком состоянии синтезировать по памяти опасно. А «гражданский набор»… – Она пренебрежительно махнула рукой, показывая свое отношение к способности «гражданского набора» справиться с опьянением. – А свои цели, да, преследую. Зачем Кейдан ан-Солано мне алкоголиком? Он мне здоровенький нужен. Бодренький, выносливенький, сильненький… И даже чуть-чуть умненький и хитренький!

О, как! Именно «чуть-чуть». А слишком умные и хитрые принцессам, значит, не нужны.

– А смысл?

– Хочешь, сказочку расскажу? – неожиданно предложила она.

– Валяй, – очень осторожно разрешил я.

– У тебя как с памятью, Кей? – участливо поинтересовалась она. – По-прежнему? Ну, ты не переживай – нет там ничего такого, что стоило бы помнить. – Она подумала и поправилась: – Ну, кроме одного интересного эпизода…

– Ты не нагнетай. Ты рассказывай.

Розали шутливо погрозила мне пальчиком и постучала ногтем по краешку своего бокала. Дождалась, когда я вновь его наполню, и стала изображать из себя дегустатора – нюхать вино, гонять его по стенкам бокала, смотреть сквозь бокал на горящую на столе свечу.

– Не выпендривайся, Роз. – Хмыкнул я. – Вначале надо смотреть на просвет. И не на свечу, а на белый фон. Потом взболтать и посмотреть на стенки. И только потом – нюхать… И не держи бокал за стенки, вино греется – для этого у бокалов ножка есть…

– Уел! – фыркнула она. – Вот оно – превосходство агента-практика над чистым теоретиком! Да еще и ушедшим на административно-бюрократическую должность!

Не понял – это она меня так по носу щелкнула? Ну, в смысле, поглумилась? Потому что назвать меня «агентом-практиком» – значит, жестоко надругаться надо всей агентурной наукой!

Она, как фокусница, извлекла откуда-то из-под стола крупный, с футбольный мяч, металлический шар и подбросила его вверх. Шар завис в полутора метрах над столиком и, обзаведясь иголками на поверхности, стал медленно вращаться вокруг своей вертикальной оси.

Купол «Ардион-Ка». Защита от прослушивания. Круче только стационарные защиты, устанавливаемые в кабинетах и залах совещаний высшего командного состава. Только разновидность какая-то навороченная. Тоже экспериментальная модель? ИМСЛУКОН, смотрю, обожает тестировать у себя новинки.

«Утеряно соединение с сетью!» – сообщил мой ИБК. А жаль – я уже собирался узнать, играют ли имперцы в футбол или баскетбол.

И где, интересно, она этот «мячик» прятала? Он следовал за ней под камуфлирующим полем?

– Шел 189-й день 4816 года… – задушевно стала рассказывать Роза.

«Шестьдесят три дня до катастрофы, в которой в тело Кейлина вселился я», – автоматически подсчитал я.

– …Этот день ничем не отличался от других. Разве что сотрудник СНАДАК, доблестный разведчик Кейдан ан-Солано заступил на дежурство перед очередным прыжком на разведывательном рейдере СНАДАК «Стремительный Ульрих-399». Рейдер вошел в прыжок в системе… вообще-то, рейд был разведывательным, так что прыжок выполнялся в системе, не имеющей своего собственного названия из-за того, что это было сравнительно далеко от обжитых мест. Система имела только код… Йон-Пан-Опо-4821, если не ошибаюсь. Итак, рейдер вошел в прыжок. Но из него не вышел. Такое иногда бывает. Иногда сигналы транспондеров исчезают, а на Аллеях Славы каких-нибудь академий, военных частей, баз, кораблей-мониторов появляются новые имена пропавших без вести людей…

Я вдруг подумал, что она очень хорошо должна уметь рассказывать детям сказки – с выражением, с выверенной эмоциональностью и подкупающей задушевностью и искренностью. Перед глазами даже всплыла картина, как она рассказывает сказку какому-нибудь зеленоглазому карапузу… или близнецам – мальчику и девочке… или карапузу и делающей рядом домашние уроки Женечке…

А потом резко помотал головой, чтобы сбросить это наваждение. Разумеется, она умеет сказки рассказывать! Еще б не умела! У нее, знаете ли, внуков с десяток! Круче нее только 361-летняя императрица рассказывать сказки может! Всей Империи.

– …Итак, Кейдан ан-Солано пропал без вести во время выполнения своих должностных обязанностей. Пропавшие без вести в глубинах космоса героические разведчики – это был первый вариант нашей сказки…

Она взяла бокал за ножку, посмотрела на просвет, поболтала, понюхала (ну, хоть последовательность теперь была правильная), сделала глоток:

– …Теперь второй вариант той же истории. Но вначале – предыстория для детишек, которые кое-что забыли. Разведывательный рейдер СНАДАК – это очень сложное инженерно-техническое сооружение, и, хотя, основной частью любого корабля являются мозги и руки экипажа, но одной из главных частей корабля-межсистемника, разумеется, является двигатель свертки пространства…

Наверное, и, правда, пора «бодяжить» нейтрализатор алкоголя, раз всякие глупости про прекрасную «сказочницу» в голову лезут… Или повременить? Дело в том, что после его приема захочется посетить уборную, а как это осуществить на высоте двух километров? Это ж надо на сервер ресторана лезть – узнавать и, закономерно, отвлекаться от интересной сказки… и прекрасной сказочницы.

– …ДСП, как известно, имеет некоторый ресурс применения. После выполнения определенного количества прыжков этот ресурс уменьшается до критического уровня и ДСП подлежит замене. ДСП относительно дешев, и обычные космические корабли держат на борту некоторый дежурный запас на случай исчерпания ресурса или поломки ДСП. Другая ситуация – с разведывательными рейдерами в частности и с крупными боевыми имперскими кораблями вообще. На них есть определенное устройство, позволяющее фактически возобновлять ресурс истощенного двигателя. С некоторым понижением этого ресурса, разумеется…

Кажется, я понял, в чем суть сказки. Видимо, молодой здоровый организм Кея еще не был побежден алкоголем, раз умудрился сделать логичный вывод:

– Кажется, понял! – усмехнулся я. – Кейдан ан-Солано спи…ил у вас рейдер с этим… девайсом. Да?

– Агась… – Пальчик с идеальным коготком ткнул в мою грудь. – Кейдан ан-Солано, спи…ил у нас рейдер с этим… девайсом. Кстати, называется этот девайс – «регенератор ДСП». А Кейдан ан-Солано у нас теперь кто? Правильно! Кейдан ан-Солано у нас теперь ты!

«Прости, сынок, но капитан теперь ты!»

– Послушай, Роз. – Я поморщился. – Это уже не смешно! Ты прекрасно знаешь, что идентификатор и внешность Кейдана ан-Солано мне сделали по приказу ее величества… так что не надо тут пальцами тыкать, ладно?

– Тс-с-с! – Роза подняла ладонь и посмотрела куда-то вбок. – Срочный вызов. Видимо, Альер прочухалась, – шепнула она. – Пятьсек. Ща я поругаюсь чуть-чуть с еще одной твоей поклонницей, и мы продолжим вечер сказок… Это ведь был только второй уровень нашей истории. – Она подмигнула.

Глава 2

Роза застыла на пять минут, уйдя в себя – общалась через свой ИБК. Судя по полной «глухоте» моего ИБК, поле информационного подавления продолжало действовать. А судя по недовольно заворочавшемуся Янтарю, Роза общалась совсем не с Альер, а кое с кем «потяжелее». Кажется, нас почтила разговором ее императорское величество.

После разговора Роза выглядела слегка потрепанной. Вот вроде и прическа идеальна, и костюм без единой складочки, а что-то заставляет думать, что разговор прошел не так уж и гладко.

– Фу-у-ух! – Она залпом осушила свой бокал. – Уж наехала, так наехала! Мне тут предохраняться посоветовали. А тебе порекомендовали закусывать. Тоже. Так что слушай умных женщин, Кей! Это не Альер была. Это Касси была. Альер ей стуканула – я заставила ее с Корой общаться, вместо себя. Обиделась, что ли?

– И правильно. Все правильно. И закусывать, и предохраняться. Я полностью согласен с твоей матушкой. Мне кажется, или ты, действительно, оскорбила Альер? Это ж явное оскорбление в вашем кругу – общение через помощницу, нет? И зачем?

– Чтобы она к Касси жаловаться побежала. Я ж уже договорилась, что Касси прикроет меня от Альер – так чего договоренности зря пропадать, верно? Я там, у Альер, наследила слегка – вот она и бесится теперь.

– Кстати, все хотел узнать. Почему ты избегаешь называть ее «мамой»?

Роза – это… Роза. Вопросу не удивилась и не стала показывать, что увод разговора в сторону ее огорчает. Будто так и надо – наклонилась вперед и зашептала:

– Тс-с-с! Ее жутко бесит, когда ее называют «бабушкой». А бабушкой с различным количеством «пра-» ее по праву рождения может называть – прикинь! – около тысячи законнорожденных и полтысячи незаконнорожденных потомков! А взбешенная Касси… ну, ты себе даже не представляешь, что это такое… и – хвала звездам!

Э-э? Это как? Как незаконнорожденные дети могут быть у императрицы, которая сама себе закон и порядок? Да еще планеты движением правой брови разрушает! Потом-то сообразил, что речь идет, скорее всего, о внуках и правнуках. Наверняка в потомках были гулёны, не напрягавшиеся с какой-то там супружеской верностью.

– У нас строжайший приказ называть ее Касси, сокращенно от Кассиопея. Мамой ее могут называть только непосредственные дочери. То есть я, Свелка и Ириска. Но, чтобы не отрываться от коллектива – мы ее при людях зовем, как все остальные. Вот и привыкли, наверное.

Она выпрямилась, сделала хороший глоток вина (на этот раз я наполнил ее бокал без напоминания) и в полный голос небрежно добавила:

– Об этом, кстати, все знают. Даже несколько фильмов есть, в которых она выволочку устраивает то одному, то другому потомку. А меня, по одному сценарию, чуть не прибила за то, что назвала ее «старой перечницей». Вот! Фильм даже номинировали на Алмазную Галактику! Но я это безобразие зарубила. Потому что неправда – назвала я ее не «старой перечницей», а «древней кошелкой»!

Мы легко рассмеялись. С ленивым удивлением я констатировал, что присутствие Розы меня не тяготит и не злит. Обиды как-то забылись. Даже то, от чего я лечился на базе СНАДАК у Лимы (кстати, как она там?) – сейчас не имело значения… И если кто-то скажет, что настоящий мужчина ТАКОГО не прощает – мне останется только недоуменно развести руками. Дескать, сам себе удивляюсь! Ну, и, может быть, посоветовать встать на мое место… с самого начала.

Может, правда, принять нейтрализатор алкоголя, невзирая на последствия? Ну, должны же у них тут быть предусмотрены туалеты? Вон, официанты вполне спокойно «запрыгивали» на нашу платформу на двухкилометровую высоту, когда блюда доставляли.

– Сказочка на этом, Кей, не кончается! – Подмигнула Роза. – Продолжать?

– Давай!

– Это был второй вариант сказки. Про то, как предатель интересов Короны Кейдан ан-Солано, подло убив всех десятерых членов экипажа «Стремительного…», угнал его у Пятой флотилии СНАДАК куда-то в сторону туманности Красной Линзы.

– Ого! К инсургентам?

– Да какие они инсургенты! – Отмахнулась Роза. – В меру своих сил и наглости выторговывают себе условия повкуснее, пользуясь удаленностью от метрополии. Немного заигрались – решили пошантажировать Империю технологией разработки ДСП. Ну, с кем не бывает! Нормально все! Обычная политика… Слушай! Надо еще одну бутылочку! Хорошо же идет, зараза, под сказочку-то, а!

Вот ведь… показная (скорее всего) непосредственность, а я невольно улыбаюсь в ответ и спрашиваю:

– А буянить не будешь?

– Ну, ты же мужчина – проследишь как-нибудь, чтобы я глупостей не совершала, мр-р-р?

Она лукаво стрельнула глазами. Нет, мне точно надо антидот принять, иначе глупости буду совершать уже я. Видимо, от алкоголя уровень критичности снизился. А привлекательность Розы, и до этого немаленькая, наоборот, рванула в небеса.

– Я закажу. Только инфоблок сними на пару секунд… Ага, отправил заказ – скоро доставят. Продолжай… сказочница.

– Агась. Летим дальше! Есть, разумеется, нехорошие личности, на одном шантаже останавливаться не собирающиеся. Вот это проблема. Ну, мы как-то сели со Свеллой и подумали – а почему бы им не помочь? Ну, этим личностям. Зачем им средства тратить на фундаментальные исследования, время на это гробить? Верно? Почему бы не подбросить им готовое решение, так сказать? В устройстве ДСП-регенератора быстро не разберутся – все-таки фундаментальные знания в теории нужны, а тут вокруг регенератора соберутся, как мухи вокруг… ну, ты понял, да? Вот тогда мы их всех разом и накроем. Плохие – отдельно, хорошие – отдельно. Заодно избавим Касси от головняка при общении с неадекватами от политики. Сплошной профит! Люди довольны – планеты целы!

Роза замолчала и посмотрела вбок. Через прозрачную пленку купола прошла Кора, держа в руках уже распечатанную бутылку. Это что? Ресторан уже закрыт в связи со взятием под охрану телохранителями Розы?

– Спасибо, Кора. – Я принял бутылку, удалил пробку (автоматика… даже заострять на этом не буду) и наполнил бокал Розы. – Ты как… может, присоединишься, лань трепетная?

Девушка молча замотала головой и почти бегом покинула платформу.

– Ну, как хочешь… – Пожал я плечами.

Роза фыркнула:

– Тебе меня одной мало? Вот же кобель! Дальше слушаем? Или моих подчиненных совращаем, а?

– Всего лишь хотел сделать приятное хорошей девушке. Ты рассказывай! Рассказывай!

Себе я тоже налил. О! Какой я молодец! Уже треть бутылки водки оприходовал! В одну глотку! А когда я в последний раз вот так приятно с красивой женщиной сидел? А ведь совсем недавно. На Кауаи, с Леночкой… Глаза защипало. Чарх! Только этого мне не хватало!

Ладно! Четверть порции стандартного гражданского антидота. Чтобы немного снять опьянение. Иначе Толик за озабоченный организм Кея не отвечает!

– Не-не-не! – Замахала руками Роза, чуть не смахнув свой бокал на пол. – Рано ты начал! Сказочка еще не закончилась!

– Ну, так рассказывай! Рассказывай!

– Агась. Дальше. Ну, я вербанула в СНАДАК одного мальчика. Да ты его знаешь – Кейдан ан-Солано его зовут. Лично вербанула! С разрешения Свеллы, само собой! Подготовили операцию, прикрытие, каналы поступления информации, подтянули агентуру на местах, протащили Кея по трехгодичной специальной подготовке. Все дела! Вывели его на нужных людей и – вперед! Загрузили на рейдер десяток мертвецов с левыми ИБК в унисасальных… нет… в универсальных костюмах СНАДАК. И начали операцию. Вначале все было ништяк – Кейдан, умница, вышел, на кого надо, сбагрил корыто… А потом пропал. И корыто пропало. И п’рпал тот, кому корыто сбагрили. Ну, все, думаем – п…ц! Или парня шлепнули, или предательство! Ну, мы сели на измену – чуть не описались! Уже собрались маме идти сдаваться. И тут… И тут у Чилаута в аварию попадает рудовоз с неким Кейлином Танилалу на борту и тремя трупами примерно двухсуточной давности…

– Довольно неожиданно…

Я задумчиво смотрел на свою рюмку, пытаясь сообразить, какая она по счету. То ли седьмая, то ли восьмая. А если учесть, что наливаю я обычно полрюмки, то сколько это будет в граммах? Или надо в миллилитрах? Или надо с учетом объемной доли спирта считать? В промилле? Ерунда получается. Зря только антидот переводил.

А еще я пытался заткнуть голос здравого смысла, уже нашептывающего мне на ухо самый логичный вывод – следствие из того, что рассказывала Роза…

– Агась, неожиданно, – согласилась Роза и вздохнула. – Кей, ты же у меня умный. Пусть у тебя и проблемы с памятью, но ты уже давно должен был сообразить, что невозможно даже за девять декад восстановить навыки и, самое главное, знания квалифицированного боевика-разведчика… которых у Кейлина Танилалу никогда не было. А уж обмануть любящих тебя родителей… и сестер… я про ан-Солано… Так вот их обмануть практически нереально.

– Что ты хочешь этим сказать? – В горле пересохло, я отобрал бокал у Розы и залпом его осушил. – Не понимаю.

Хрена лысого я «не понимал»! Все я прекрасно понимал! Вывод из «сказочки» был настолько очевиден, настолько лежал на поверхности…

– Вот к этому я плавненько и подвожу, Кей…

Она тяжело поднялась, пошатываясь и опираясь на столешницу, обогнула стол, плюхнулась ко мне на колени, обняла и жарко зашептала в ухо:

– Кейлин Танилалу – это фиктивная личность, приготовленная для прикрытия штатного сотрудника СНАДАК и агента ИМСЛУКОН, Кейдана ан-Солано… включая родителей Танилалу, включая сестру Анну Танилалу. Танилалу… это были агенты Контроля, Кей. Анечка – так, вообще, на стажировке – очень многообещающая девочка, кстати…

И легонько куснула меня за ухо. Но я на это, разумеется, почти не обратил внимания – я протрезвел. Только непонятно, от новостей или от химии. А Анечка – да – очень многообещающая девочка, играла мою сестру просто великолепно. Талантливая актриса.

– Мне надо вниз. По делам, – выдавил я.

– Принял антидот? – догадалась Роза.

– Типа того.

– Тогда пойдем… старушке тоже надо посидеть – подумать о вечном… только бутылочки прихвати, пожалуйста, где-нибудь догонимся.

Кондиции сверхтренированного боевика-разведчика позволяют таскать женщин на руках, как пушинки. А охренение от новостей (а иначе и не скажешь) заставляет совершить пародию на самоубийство, совмещенное с суррогатом убийства той, кто в моем положении, оказывается, виновен.

С взвизгнувшей Розой на руках я обреченно шагнул за границу платформы, парящей в двух километрах над поверхностью. Какая-то часть меня робко надеялась, что системы ресторана не сработают. И история закончится трагично, романтично, пафосно. И глупо.

Разумеется, эти надежды не оправдались – местные технологии снова оказались на высоте, что логично – на летающих платформах обеспеченные клиенты могут упиваться до любого состояния, но обязаны дожить хотя бы до оплаты счета.

* * *

Думаю, за двести шестьдесят лет легко можно научиться достоверно имитировать алкогольное опьянение. Возможно, будет получаться даже лучше, чем на самом деле. Мы шли по темному парку, и Роза изображала хорошенько поддатую женщину, почти повиснув на моем плече. С другой стороны, ее прикрывают как минимум пятерка телохранителей в новейших камуфляжах – вполне может не имитировать опьянение, а позволить себе расслабиться и нализаться до изумления.

Парк не был безлюден – время от времени нам попадались парочки, некоторые из которых были настолько увлечены друг другом, что не обращали внимания на зрелище датой наследницы императорского престола, вполне себе в голос (отчетливо заплетающийся) напевающей какую-то детскую песенку. Интересно, сколько из прохожих – на самом деле телохранители Розы?

– Лови!

И на мой ИБК упал файл. Даже не файл, а текстовое сообщение. Безо всякой шифровки и защиты. Голый текст. Три цифры. Судя по виду – какие-то трехмерные координаты.

– Что это?

– Ты это искал, когда лежал в моей клинике.

Вот так приехали! Как в сказке – на блюдечке с голубой каемочкой! Значит, место, в котором звездное небо точно такое же, как на Земле – существует! Значит, высока вероятность того, что существует и сама Земля! Значит…

Спокойно-спокойно-спокойно!

– Точно?

– Точнее не бывает. Тот рейдер. Если найдешь его – можешь забирать себе. Главное: дай локализацию. Только найди мне этот рейдер! Иначе Касси будет вынуждена вмешаться.

– И прекратятся все эти разговоры про охоту на меня?

Пусть думает, что это самая большая проблема, которая меня беспокоит – вдруг удастся ее в этом обмануть?

– А ты, правда, не хочешь жениться на самой настоящей принцессе? – Два ярко-голубых озера, подсвеченных слабым светом уличных фонарей, сделали попытку затопить волю. А прекрасная беловолосая головка сделала безошибочный вывод. – Врешь. Или нет. Не врешь. Просто тебе плевать на то, принцесса или нет. Я могу обещать, что охоту за тобой прекратят все… кроме меня и Альер. Альер добазарилась с мамой – тут ничего поделать нельзя. А я охотиться на тебя прекращать не собираюсь…

Видимо, не поверила.

«Плюс доктора Лимарию Квитон – и по рукам!» – мелькнула в голове алкогольная мысль, которую еще не успел отловить антидот. А я с трудом удержался от озвучивания этой глупости. Промолчал.

– Да хотя бы тот рейдер… если найдешь его – забирай себе, только сообщи о самом факте находки и лети, куда хочешь! Координаты я тебе скинула. Это далековато, но на рейдере, даже управляя им в одиночку, доберешься за одну-две декады. А когда найдешь… то, что ты там забыл – возвращайся.

Одно понятно, арестовывать меня не будут. Во всяком случае, сейчас. Во всяком случае, Роза.

– Угу. Возвращаюсь я такой… а тут Альер меня принимает, – намекнул я.

– Ну, чего ты о ней беспокоишься? Во-первых, я тебя всегда прикрою. И как своего агента, и как своего будущего… ну, чего ты дергаешься – эка невидаль, девушка о своих ближайших планах рассуждает… Во-вторых, тебя прикроет Свелла, как своего сотрудника.

Я уже открыл рот, чтобы напомнить о том, что как раз являюсь сотрудником Альер, как нынешней главы СНАДАК, но Роза поторопилась уточнить:

– Это временно. Что б там Альер себе ни думала, это временно. В-третьих, Альер настаивает на фиктивности брака. Ну, вот не нравишься ты ей. Не нравишься!

Все эти намеки и разговоры о браке… я даже плечами передернул.

– Тогда зачем ей этот брак сдался?

– А какие есть предположения?

– Способности энергета, наверное…

– В десяточку!

– Да из меня энергет, как из говна пуля!

Роза даже остановилась. А потом чуть не навернулась от согнувшего ее хохота. Отсмеявшись, возразила:

– Давай, по пунктам. Первое. – Она схватила мою кисть, собрала пальцы в кулак и отогнула указательный палец. – Твоя способность до гхарга похожа на способность Кассиопеи по разрушению межмолекулярных связей. Второе, ты первый, кто получил эту способность не по наследству – мы прошерстили род ан-Солано на две тысячи лет, и энергетов в твоих предках не обнаружили. А Касси, что характерно, помнит только о трех своих дочерях, все детки которых (включая «левых») на строгом учете. Так что к роду Касси ты отношения не имеешь.

– Ну, когда-то ж появились первые энергеты, – нашел я явную ошибку. – Я имею в виду, вне императорской семьи. Да и сама императрица…

– Про нас – разговор особый. А о предках императрицы вообще лучше даже не вспоминать – их нет. И, скорее всего, не было. Откуда мама взялась и как власть захва… э-э-э… получила – обсуждать не принято. Табу. Понял? Но бойня тогда была знатная, да. Единственный факт – пришла, увидела безобразие, прекратила его. Точка! А что касается обычных энергетов, то все просто – потомки шаманов, экстрасенсов, предсказателей, интуитов, прошедших через подпространство. Очень-очень древняя одномоментная мутация на Праматери, о которой давно забыли в силу несовершенства хранения информации. Или Предтечи наследили в те же древние времена. Проявления в потомстве идут со средней частотой один раз на два поколения. Последние триста лет – немного чаще – рода пересекаются, со старшими метриками взаимодействие теснее. Ну, и наша скромная медицинская помощь, конечно.

Роза замолчала, явно давая мне возможность переварить информацию.

– Что там у нас дальше? – Я пошевелил отогнутыми пальцами, сделав «идет коза рогатая».

– Третье… – У «козы» появился третий рог, а Роза вздохнула. – Мы со Свеллой накосячили с тобой. Тут уж мы сами виноваты. Прости. План был идеален в деталях, но глуп по сути – использовать ДСП в качестве приманки… надо ж было до такого додуматься! К счастью, Касси озадачила твоей проверкой меня, а не кого-то другого. Ну, я, конечно, твоих предков проверила, но Касси-то уверена, что ты – Танилалу. Но это не страшно, так как и по легенде Танилалу тоже без энергетов в предках.

– Вы меня что, на разведение решили пустить? – предположил я. – Породистого бычка-производителя себе нашли?!

Вроде и не пьяный уже был, а почувствовал, как закипаю. Роза тоже почувствовала. Потянула к скамейке. Видимо, будет пытаться успокоить меня исконно женскими методами, безотказными в своей физиологической безжалостности. Ну-ну – флаг в руки!

Она усадила меня на краешек скамейки, сама улеглась и пристроила голову ко мне на колени, завладела обеими руками и объяснила:

– Штормит. И не надо фыркать – посмотри на бутылку и посмотри на меня – много ли девушке надо? А антидоты использовать после такого замечательного вина – это ж кощунственно!

Ага, и такая вся доверчивая и беззащитная, на коленях ластится, как кошка. Уж не знаю названия всех инстинктов, на которые она сейчас пытается воздействовать, но воздействие, следует признать, действенное. Хоть убей, не могу на нее нормально разозлиться! А надо бы!

– Сейчас договоришься до того, что это я виноват, опоив наивную девчушку…

– А что, не так?

– …двухсот шестидесяти лет от роду.

Принцесса поперхнулась от неожиданности… Ну, очень сильно надеюсь, что это для нее было неожиданностью. А так с нее станется разыграть удивление, чтобы польстить самолюбию юнца (ну, а как ей еще ко мне относиться, как не к юнцу?).

– Жестоко. – Вздохнула она.

– Правильно ли я понимаю? Ты отправляешь человека, потенциально способного переплюнуть ее величество в великом деле разрушения планет, к инсургентам. Так?

– Да сдались вам эти планеты?! Ну, грохнула Касси пяток ненаселенных планет и астероидов – такую проблему из этого сделали…

– Ненаселенных?! 4770 год опустим – на Ио-Йон-981, судя по всему, была только база флота повстанцев. А 4692 год? Планета Храмкон-2. Три миллиарда людей – тю-тю!

– Взрыв в лаборатории по разработке планетарного оружия, – мгновенно ответила Роза. – Лаборатория работала под крышей системной администрации. Кстати, эти исследования запрещены во всей Империи. Ну, во всяком случае, не на населенных планетах! Имперский флот как раз прибыл разбираться с козлами. Была, скорее всего, диверсия. Но не наша – я тогда уже ИМСЛУКОНом рулила – я бы знала. Касси, между прочим, тогда даже Реала не покидала – и это легко проверить. А молва все свалила на Ириссан, командовавшую флотом…

– Ну, значит…

– Не значит! – зашипела «кошка» на моих коленях и вонзила когти в бедро. – Ириссан специализируется на органике! На ор-га-ни-ке! Еще раз для особо одаренных – НИКТО в императорской семье не умеет разрушать планеты до состояния пыли! Никто! Устроить множественные разрывы границы Мохо – да! Испепелить органику на поверхности континента – да! Устроить очаги разного давления в атмосфере – да. Положить всю электронику на планете – это ко мне, я всегда готовая! Но не расхреначить планету на куски, устроив реакцию в ядре! А после Касси, чтоб ты знал, на орбите остается облако мелкодисперсной пыли, а не пояс астероидов!

Она стала размахивать одной рукой, едва не задев меня по носу. А я почему-то был совершенно спокоен. Ведь абсолютно ясно, что мне устраивают контролируемую истерику.

– Я тебе сама скажу! 4534 год. Вот о чем надо было тебе вспомнить! Планета Йодль-1. Конфликт между нижне-юго-восточным и нижне-восточным секторами. Девять миллиардов людей. Вот тогда и было это твое тю-тю! Это была единственная разрушенная мамой планета с мирным населением! Единственная! Все остальное – космические булыжники и базы с комбатантами! После этого – ни-ни!

Я сам не заметил, когда стал успокаивающе гладить ее по голове. Волосы у нее изумительные – шелковистые, мягкие. С трудом усмирил инстинктивные движения ладони и убрал свободную руку на спинку скамейки.

– Мне кажется, или ты мне только что государственный секрет выболтала?

– Да ни хрена! – уже без особого запала ответила она. – Общедоступная информация, погребенная под мегатоннами спекуляций и страшилок. Просто людям нравится себя пугать. «А-а-а, мы все умрем! Как страшно жить!» А кому-то нужно подтверждение, что Касси – это ого-го! А кто ее не алё – тому она а-та-та! – Роза помолчала и, двинув головой, буркнула. – Ты это… гладь! Приятно.

– Вернемся к вопросу…

– Вернемся. – Кивнула она. – Да, я отправляю тебя к гхаргу в задницу! Твои способности энергета меня волнуют только в плане способности выполнить задание. В плане угрозы имперской безопасности твои способности меня не пугают! Во-первых, они в зачаточном состоянии, во-вторых, даже если ты их разовьешь, тебе хватит ума не разрушать планеты! Я тебя знаю!

Голос ее стал жестким, и моя ладонь сама отдернулась от ее волос, как от горячего утюга. Она тут же смягчилась:

– Э-э-э, гладь… пожалуйста. Приятно ж. – Она снова зажмурилась. – Планеты по собственной блажи ты разрушать не будешь. Да и не умеешь пока. Шантажировать тебя нечем… особенно, сейчас – даже если будут угрожать жизнью кого-то из ан-Солано – для тебя жизнь родственников, о которых ты забыл, равнозначна жизни людей, которых придется массово убить. Звучит жестоко, согласна… Но сам посуди, ты идеальная кандидатура для владения этим… этой способностью. Согласен?

– Об этом я подумаю завтра… Как ты себе, вообще, все это представляешь? Как я найду корабль? Память-то по нулям. Или думаешь, что я все-таки что-то помню, но зажал информацию?

– Вероятность этого я не исключаю. Да и не имею права исключать – работа у меня такая. Но вероятность такая представляется мне крайне низкой.

– Ну и? Смысл? Если я такой из себя ценный, то какой смысл рисковать?

– Ну, свою ценность ты не переоценивай, Кей! – Хмыкнула она. – Честно скажу, что в этой операции ставка будет делаться не только на тебя. И не столько на тебя. Система, в которой сейчас находится рейдер, уже известна, агентурная сеть по нему работает, Имперский флот и флот СНАДАК проводят маневры и учения, «теряя» то один корабль, то два, то три – таким образом, формируется ударный кулак карательного флота…

– Ты так и не ответила. Какой смысл меня куда-то отправлять?

Роза приподнялась, заглянула в глаза (ее глаза ощутимо «плыли»), хмыкнула и улеглась обратно:

– Развеешься, жирок нагуляешь, зубки поточишь, – ответила она явно чужими словами… и я даже знал, чьими. – Надоест гулять – возвращайся. Ты, кстати, кого больше хочешь – мальчика или девочку?

– Не понял… – Пальцы сами сжались в кулак, захватив волосы принцессы.

– Ну, ты же знаешь, что я в медицине – дока. Вот я кое-что твое законсервировала… – Она похлопала себя по животу (звук, будто по доске постучали). – На черный день. Так что, как только изъявишь желание – я всегда готовая… даже без твоего непосредственного, так сказать, участия.

Вот же… Просто слов нет! Даже «стерва» – это как-то… мелко, что ли.

– Ай-яй-яй! Кей! Отпусти! Отпусти! Больно же!

Я опомнился и отпустил ее волосы.

– Главное, кого ты хочешь, – тихо ответил я.

Роза ответила мгновенно:

– Девочку!

И? Я не думаю, что Роза воспылала ко мне горячей любовью – Кей, конечно, красивый, даже по имперским меркам, парень, но не на столько, чтобы одна из первых красавиц Империи, явно избалованная вниманием противоположного пола, потеряла от меня голову. Да еще и настолько, чтобы хотеть от него ребенка. Насколько я знаю, для женщин это наивысшая степень проявления чувств к партнеру – желать от того ребенка. И для мужиков – чего уж скрывать – тоже. Тогда какого гхарга? Пытается убедить меня в своих чувствах, исходя из таких вот вводных? Или очерствела настолько, что ребенок ею рассматривается как средство? Например, средство привязать меня. А не переоцениваю ли я свою ценность для них? Но тогда какого черта? Наследование ребенком моей способности? А зачем? Все, что могут сделать энергеты… да и суперэнергеты – может быть сделано посредством местных высоких технологий. И в медицине, и в промышленности, и в военном деле.

– А мне без разницы. Тебе ж с ребенком мучиться, а не мне.

– Дурак! – Она недовольно фыркнула. – У нас час остался. Трахать ты меня точно не будешь – типа я наказана. Да? Так что сейчас сядет челнок, который доставит тебя на одну из тренировочных баз Контроля… Кстати, там один из инструкторов – твой знакомый. Хороший знакомый – младший контролер Чигар Чио.

– А этот… как его… Гильяр Имзон?

Она печально вздохнула:

– Когда мой собственный сотрудник превратно понимает устав и не слышит доводов разума, это не есть хорошо. А когда он начинает мне угрожать обратиться напрямую к императрице, грозя сорвать трехлетнюю операцию – это, вообще, ни в какие ворота. Старший контролер Гильяр Имзон упал с лестницы, свернул себе шею…

– Земля – пухом, – равнодушно ответил я. На судьбу старшего контроллера Имзона мне было чихать.

– Земля? Пухом? – Роза недоуменно повернула голову. – А-а-а… понятно. У нас говорят: «Звезды – одеялом». В землю мертвецов давно уже не хоронят. Кремация – наше все. «Земля – пухом»… – задумчиво повторила она. – Ну, да – земля – пухом. Но он жив – лежит в одной из клиник в коме. Как операция завершится – приведем в сознание, и пусть бежит жаловаться, кому хочет. Не буду ж я собственных сотрудников мочить… просто так, без веских оснований.

Какие мы хорошие и положительные. Планеты с мирным населением больше не взрываем, своих сотрудников без веских причин не убиваем… Залетных попаданцев с возможностями планетарного оружия погулять отпускаем, корабли им обещаем… и угрожаем дочку от них заделать.

– А ты меня больше гладить не будешь?

– Ты типа наказана. А где сейчас потерянный вами рейдер?

– Да есть одна организация в населенных системах туманности Красной Линзы. Корпорация «Ожерелье звезд Линзы». Добыча полезных ископаемых, контрабанда высокотехнологичных ресурсов в Линзу… а еще воровство, разбой и пиратство. Тебе понравится. Они не смогли расковырять регенератор и сейчас ведут переговоры о его продаже. А знаешь, почему не смогли? Последний пилот поставил его на самоуничтожение. Да так хитро, что без его биометрики извлечь регенератор без повреждений нереально. Особенно с жалкими ресурсами «Ожерелья…». Не зря три года тебя натаскивали. Вернешься – расскажешь. Под бутылочку «Гордости Солано»… Кстати, со своей старшей сестрой меня познакомишь? Мы точно найдем общий язык!

– Только этого не хватало! – прошептал я, начиная понимать.

– Агась! Тренировочная база расположена на Солано. Так что мы летим туда. Знакомиться с родителями! Ты же с моей мамой уже знаком, теперь моя очередь. Нет, если хочешь, можешь оставаться – Альер будет рада тебя видеть.

– Думаю, после тебя мне никакая женщина не страшна!

– Это точно! Я просто супер! Только я бы на твоем месте побереглась – мой флот уже четыре часа ее на планету не пускает – она, поди, озверела совсем.

– Вот же пристала… У нее ж вроде тоже немалые способности энергета? Ну, как у Свеллы – сжигание органики. Ей своих возможностей мало?

– Трудно сказать. – Растрепанная девушка с некоторым трудом оторвала щеку от моих колен и села на скамейке, слегка пошатываясь. – Одно могу сказать тебе точно. В ближайшее время она не собирается ни предоставлять тебе свободу, ни восстанавливать твои навыки пилота, ни, тем более, давать тебе возможность обзавестись собственным транспортом. Молодая еще, глупая. Не понимает, что мужчин надо время от времени отпускать погулять… Парадоксально, но в этом случае они никуда не убегут… или убегут не так быстро… или не так далеко.

– Какое знание предмета!

– Ну, дык! – Она прищурилась на меня и, подвинувшись вплотную, горячо зашептала в ухо. – А на Солано – наша тренировочная база… и интенсивные курсы экстремального пилотажа… м-р-р-межсистемников…

Очень… эротичное предложение, ага.

– А еще меня там женить собрались…

– Так ты согласен! – радостно воскликнула она.

– Нет, разумеется. – Я пожал плечами. – Единственное, из-за чего я полечу на Солано – это курсы пилотажа… если ты меня не обманываешь.

– М-м-м… – Она серьезно задумалась. – Назови хотя бы один случай, когда я тебя обманывала.

– Дай подумать… Когда выдавала себя за медсестру?

– Формально моя должность в клинике – медсестра. Как-то не было надобности поднимать меня по иерархической лестнице – мои… рекомендации и так неукоснительно выполнялись. Всеми до главврача включительно. Другие случаи моего вранья?

Я всерьез задумался, но с ходу подтвержденных случаев прямого вранья вспомнить не смог. Недоговаривала, да. Но, кажется, не врала.

– Я тебе никогда не врала, Кей. Чего-то не говорила, но я столько знаю, что если начну все рассказывать…

– Ты такая честная?

– Нет, разумеется! Я часто говорю неправду. И в интересах дела, и в собственных интересах. Тебе – не вру. Это может повредить нашему долговременному сотрудничеству. Ведь правда рано или поздно всплывает. А я рассчитываю, что наше сотрудничество будет именно долговременным.

Ее голос был совершенно трезвый, а тон – крайне серьезным.

* * *

– Флотилия ИМСЛУКОН сняла блокаду, ваше высочество, – доложил дежурный. – Покидает систему. Векторы выхода на финишные точки разнонаправленные.

– Сколько вымпелов во флотилии?

– Семьдесят восемь, ваше высочество!

– Значит, отследить не удастся. Первое: преследование не вести – точки выхода наверняка не будут конечными точками маршрутов. Второе. Провести поисковые мероприятия на Конгере-4 – вдруг ЕМУ хватило мозгов отказаться… что б эта коза ему не предлагала.

– Есть!

– Вар Клементин! Какое количество вымпелов в сформированной по моему приказу группе?

– Одиннадцать вымпелов первого и второго классов, ваше высочество!

– Утройте.

* * *

Как положено настоящему попаданцу (уж простите), я висел в сияющей звездной Пустоте. Висел вместе со звездной сияющей «пылью». И вместе с корветом ИМСЛУКОНа «Прекрасная царица Шали». Но последнее – умозрительно – самого корвета на проекции Галактики, к счастью, не было.

В гостевых каютах обнаружилась мощнейшая иллюзион-система, не чета установленным в межсистемных «электричках» гражданского назначения. Иллюзия полета была полной – я сумел найти управление силой тяжести в каюте и прикрутил ее почти до нуля.

Увы, но на этот раз вид космоса не вызывал ни восхищения, ни умиротворения… Отчего-то мои проблемы не пожелали забываться, а продолжали грызть многострадальное подсознание.

И мысли. Мысли лезли в голову исключительно нерадостные.

Одно было понятно. Зачем-то Роза хочет отправить меня в мятежную Красную Линзу. А если принять за аксиому, что она мне не врет (кстати, вполне допускаю и такое – они ж играются, а играть надо по правилам, тогда удовольствие от выигрыша будет полнее), то еще хочет посадить меня на корабль-межсистемник с практически неисчерпаемым ресурсом ДСП, осчастливив перед этим координатами Земли. Зачем? Проследить за кораблем – не имеет смысла – координаты-то у них, оказывается, уже есть. И место это хоть и далековато, не так, чтобы совсем уж недостижимо. Следовательно… ответ только один – им надо узнать, что мне нужно на Земле.

«Шантажировать тебя нечем».

Именно. А стоит принцесскам добраться до моей дочери, и рычаг управления они получат безотказный – за Лягушонка я и десяток планет разнесу… если, конечно, вообще научусь ЭТО делать.

Переиграть интриганок вряд ли получится – не моя весовая категория. Отказаться от полета на Землю? Тогда они начнут рыть сами. И? Что они там нароют? Да ничего не нароют – мою личность до переноса они установить не смогут. Никак.

Хорошо, отказываемся от полета на Землю, отказываемся от возможности помочь родителям со здоровьем. Цель змеюк не достигнута – меня по-прежнему нечем шантажировать. И? Их дальнейшие действия? Как один из вариантов – продолжаются попытки Розы контролировать меня через создание совместной семьи.

* * *

«– Хм, а действительно, кого бы я хотел от Розы – мальчика или девочку?

– Неведомую зверушку, мать твою! Рассуждаем, как влюбленная засирательница бложиков! Ребенок автоматически станет рычагом управления в цепких лапках Розы!

– А вот и не факт, дружище! Отцы не обязательно привязываются к детям. И такие опытные тетки должны это понимать.

– Но рисковать ребенком…

– Да успокойся! Не собираемся мы с Розой детишек стругать!

– Ну, судя по всему, наши намерения не имеют значения. Современным медицинским технологиям нашего согласия или несогласия не требуется. Чик – и ты папа. Страшный мир… для мужиков.

– Э, нет! Розе нужен ребенок от меня, полученный не только с моего согласия, но и при моем искреннем желании! А иначе все теряет смысл!

– Стоп! Знаю! Знаю, как и на Земле побывать, и не подставить Лягушонка под внимание императорских кобр! Знаю!

– Хм… довольно рискованная идея…»

Вот такой вот внутренний диалог. Ночью – с Кошмаром, днем – беседую со своим альтер-эго (или кем там может считаться этот второго голос?). Неудивительно будет, если с такой жизнью очень скоро я заработаю себе шизофрению.

* * *

– Ты с ним договорилась?

– Агась.

– Давила?

– Пугала. Слегонца. Попугивала.

– Врала много?

– Ни слова.

– А мне?

– Аналогично. Как там Альер? Сильно обиделась?

– Вообще-то, нет. Ни капли. Она упирала на недопустимость подобных отношений в высших эшелонах власти. Она права. Но была совершенно спокойна, будто иного и не ожидала.

– С ней я тоже договорюсь.

– А куда ж ты денешься. Куда сейчас? Солано?

– Агась.

– Сувенир мне не забудь.

Глава 3

Я посмотрел на девушку, вышедшую из медотсека. Весь перелет в систему Солано она провела в нем, не вылезая… потому что антидот после «замечательного вина» надо принимать вовремя. А две бутылки на ее невеликий организм и без антидота – это все-таки перебор. С другой стороны, я был избавлен от лицезрения зеленокожей принцессы-лягушки, стонущей о болящей голове и тошноте, – женское нытье меня всегда выматывало. Особенно в исполнении всяких принцесс.

– Нарушаем, вар генерал-фельдмаршал Империи? – Я кивнул на ее мундир. – Почему форма не по уставу?

Роза не замедлила покрутиться передо мной, демонстрируя черный мундир СНАДАК с нашивками лейтенанта… туфли, как и ожидалось, тоже были не по уставу – черные на длинных иглоподобных шпильках. Звонко щелкающие.

Хороша, зараза! Укоротить ей волосы и добавить в прическу немного художественного беспорядка, будет похожа на эту… которая молниями швырялась в «Людях-Икс»… или она там локальные циклоны устраивала?

– А вам разве не доложили, вар младший лейтенант? Розали ни-Ровено ан-Кадагри имеет звание лейтенанта СНАДАК. Еще со времен стажировки у Свеллы… да так и осталось… даже за выслугу не давали, жмоты!

– …и поднимать не стали, потому что тебя и так все слушаются, да?

– Ни-ни… это ж военные! Сапоги! У них так нельзя! Будь ты хоть императрица, но если званием не вышла, то идешь по дальней орбите. Просто долго я в СНАДАК не задержалась.

– Во флоте у тебя тоже есть звание?

– Агась! Коммандер! Начальник поста электронно-информационной разведки и противодействия на кораблях не ниже первого ранга!

– Круто. Каблучки… миленькие. Трансформы?

– Не-не-не! – Она сделала несколько танцевальных па, звонко выщелкивая по палубе настоящие искорки, как от бенгальского огня. – Натуральные! Настоящие! От дизайнера Олучи Вертино… Ах, да, тебе это – ни о чем… Темнота ты соланская! Мужчины, что с вас взять! Совсем не цените прекрасного!

Кора в черно-красном мундире аж коммодора ИМСЛУКОН, приведшая меня сюда перед стыковкой с орбитальной станцией над Солано, согласно кивнула. И тут же под моим взглядом с независимым видом переместилась за спину начальницы.

Я поторопился перевести разговор на другую тему, стараясь не заострять внимание Розы на том, что будет мне по прилете хоть какой-то моральной сатисфакцией:

– Ну-ну… Как себя чувствует лучший в Империи специалист по медицине?

– Вау! А ты беспокоишься? – Она прильнула ко мне.

– Вар лейтенант. Вы, конечно, старше меня по званию, но я вынужден вам напомнить о недопустимости неуставных отношений на борту боевого корвета ИМСЛУКОНа!

Большие глаза искреннего удивления (не ожидала) – это бесценно.

– Вау! – Эдак задумчиво оценивающе.

* * *

Цветов, оркестра и красной дорожки не было. Торжественных речей – тоже. Это ж Солано.

Верхушка ан-Солано присутствовала на орбитальной станции в полном составе. Отец, мать… а заодно дедушки, бабушки, дяди и тети различных степеней родства. И сам патриарх – владелец компании «ан-Солано-Дейтан» Сиам-Восьмой ан-Солано. Обычный такой 180-летний соланец. Среднего (для соланца) роста, худощавый, как все соланцы, с полностью белой шевелюрой, белыми усами и белой бородкой… под Джека-Воробья… простите, под капитана, капитана Джека-Воробья.

В качестве исключения (и учитывая семейную принадлежность виновника торжества, затащившего на планету аж третью дочь самой императрицы) присутствовали сестры Кейдана ан-Солано. Разумеется, без мужей и женихов. Последнее было бы уже слишком кучеряво, невзирая на заслуги.

Как я и рассчитывал, никаких бормотаний на тему радости, счастья и оказанной чести (и – хвала звездам! – приятных сюрпризов) со стороны встречающих не последовало. Мы ж соланцы – солидные торговцы дейтаном. Нам не до помпезности и показухи – мы тут, понимаешь, бизнес делаем!

Меня отечески (а самое главное – молча!) обнимали за плечи, держались за ручку Розы (тоже молча, но с очень добрыми отеческими и материнскими улыбками), которая тут же шмыгнула мне за спину, выставив меня на передний рубеж (кстати, вполне в духе местных патриархальных обычаев), и передавали эстафету следующему по занимаемой должности представителю правления корпорации «ан-Солано» для такого же молчаливого облапывания не обманувшего надежд молодого поколения. Родители закономерно оказались последними в процессе этих обнимашек. Надо было видеть их глаза – ТАКОГО от сына и брата они не ожидали.

Ну, другими словами, нас сейчас встречало планетарное… даже, скорее, системное правительство за вычетом немногочисленных чиновников других семей. Те пролетали – визит был обставлен в режиме секретности. Какие-либо изменения в правительстве это не повлечет, конечно – тут, несмотря ни на что, все-таки не плутократия и не классическая монархия, при которой имеет значение, кто с кем встречался и кто кому улыбался. Но какие-то подвижечки все равно будут – вряд ли существует общественный строй, при котором можно избавиться от политических подковерных интриг. Да и не сомневаюсь я в политических талантах своих родственников.

Было видно, что Роза приятно удивлена отсутствием помпезности и нарочитой тишиной встречи. Присутствующие радостно улыбались, но переговаривались даже не вполголоса, а исключительно шепотом. Никаких журналистов, никаких протоколов. Могу ее понять – торжественные церемонии должны были нехило достать за сотни лет. Вон, как Кассиопея морщилась, когда я пытался этикет соблюсти.

– А это так принято? – шепнула она тихонько. – Стыдно сказать, но я на Солано еще не была ни разу.

– Если б меня встречали только женщины, все было бы наоборот, – шепнул я. – Визг стоял бы – до срабатывания аварийных систем «орбиталки».

– А что дальше по плану?

Я усмехнулся – Розу ждали незабываемые впечатления!

– Дальше – торжественное вкушение пищи в пустыне. Хотя я бы предпочел скорейшее начало занятий по пилотированию.

– Мы же должны уважить всех этих людей, собравшихся ради нас и бросивших ради этого все свои дела! – Роза помолчала и задумчиво добавила: – И мне не нравится твоя улыбка, Кей.

– Прости, золотце, я всегда так улыбаюсь, когда у меня хорошее настроение. Ты имеешь что-то против моего хорошего настроения?

– Ни-ни-ни! На самом деле – очень милая улыбка. Делает тебя таким мужественным и брутальным!

* * *

«Клей, сестренка! Найдешь ботинки до начала пьянки? Под размер лапок вот этой милой барышни рядом со мной».

«В смысле? Какие ботинки? Зачем? (Пауза.) Мать моя Пустыня! Они у нее что… настоящие?! Не трансформы?!»

«Ага.:))))»

«Во дает! Если б она не шла за твоим посохом – я бы высказалась по поводу всяких инопланетников, ни гхарга неприспособленных к Пустыне! Найду, конечно… только надо под черный костюм, да? Может, маму озадачить?»

«Ни-ни-ни! Мама сразу пыль поднимет, и нам не будет никакого ветерка!»

«Ясно: ты с Розой еще не до конца помирился, да? Ща все будет!:))))»

«Ты у меня просто чудо, Клей!»

«С тебя – еще одна коробочка с минералами!:))))»

* * *

– Кей, мне ноги печет! – панически зашептала Роза мне на ухо. – Сильно! Больно! Горячо!

Еще бы ей их не пекло! Мы сейчас в открытой пустыне в шестистах километрах от ближайшего города. Температура воздуха – под полтинник. Конечно, для застолья приготовили тент с включенным микроклиматом, опускающим температуру до комфортных двадцати пяти. И это – очешуеть какая честь, учитывая резко отрицательное отношение соланцев к использованию климатических установок вне закрытых помещений.

Но до этого уютного оазиса прохладного воздуха нужно еще добраться. Сто двадцать четыре метра. По раскаленному песку. В изящных туфельках какого-то там крутого дизайнера. На тонкой-тонкой шпильке. Хорошо, сверху нас прикрывает трехметровый летающий диск-светофильтр, не дающий прямым солнечным лучам зажарить нас в нашей черной форме СНАДАК. Но на температуру песка это не влияет ни капли!

– Если хочешь, могу донести тебя на руках.

– А это будет… нормально? У вас, соланцев, я слышала шаг влево – нарушение традиций, шаг вправо – жестокое оскорбление. Сразу за ножи хватаетесь, горячие соланские парни!

– Ну, женщинам и детям многое прощается! – Я подхватил Розу на руки и пошел к тенту под тихие шепотки за спиной. – А на руках женщин таскать, это вполне… по-моему.

* * *

«Братан! Это было гениально!»

«В смысле?»

«Это был просто гроссмейстерский ход, братан! Так четко заявить права на женщину и одновременно сделать ей предложение! А ты уверен, что она поймет намек? Она ж – темная инопланетянка!»

«Что-то я не догоняю, Клей».

«Ну, Кей… это же старый-старый обычай: жених тягает невесту на руках всю свадебную церемонию до самой кельи, которую выделили для молодой семьи! Сейчас-то отказались – очень уж это неудобно… Но ты – гений! Такая интрига с туфлями получилась! Ты у меня самый-самый! Кстати, ботиночки я нашла. Хорошие. От дистикомба. С красненькими вставочками – как раз под костюмчик!»

* * *

«Хм! Довольно смело, сын, она все-таки принцесса, а не обычная девушка. Ты уверен, что это допустимо в отношении августейшей особы? Но мы тебя поняли! Надеюсь, ты осознаешь всю полноту своей ответственности и не посрамишь…»

* * *

«Ах, сынок! Каким же решительным мальчиком ты вырос! Тебе удобно ее нести? Не тяжело? Хотя, на вид, не такая уж она и тяжелая, что удивительно для инопланетницы. Ну, ты у меня мальчик сильный! Какой же ты умница!»

* * *

«– Эй, малой! А как же мнение старшей сестры? Уже не интересует, что ли?!

– Не слушай ее, Кей! Мнение средней сестры тоже чего-то стоит! Я не возражаю! Тихой вам Пустыни!»

* * *

– Ты чего застыл? – настороженно спросила Роза, удобно устроившись у меня на руках. – Не вздумай ставить меня на песок – у меня ж ожоги будут!

Я все-таки двинулся вперед – до тента было уже рукой подать. И сообщения от членов семьи на своем ИБК свернул…

– Кей… а почему ты не улыбаешься… ну, так, как ты улыбаешься, когда у тебя хорошее настроение?

– С туфлями твоя идея была?

– Ну, да, моя. Кто ж знал, что мы сразу в пустыню двинем! Я-то, наивная, думала, сейчас торжественная встреча будет, уже речь готовилась толкнуть, потом нам дадут время отдохнуть с дороги… оставят нас наедине в покоях с большой-большой кроватью…

– Мне кажется, твоя старшая сестра что-то не то у вас, женщин, прикрутила. Или не так. Напортачила, проще говоря – вы теперь совсем головой не думаете… если до этого вообще ею пользовались.

– Не ляпни такого какой-нибудь другой женщине – глаза выцарапает. Мне – можно. Я терпимая, понимающая и отходчивая!

Хм, кажется, пронесло. А, нет – не пронесло – ее же сейчас перехватят мама с сестрами. Уж они-то не упустят случая просветить ее высочество по поводу некоторых соланских обычаев по переноске живых стройных грузов.

Я сгрузил Розу под тентом, и она осторожно прошлась по мягкому настилу. Несколько раз притопнула ногой и удовлетворенно заулыбалась.

– Клей тебе уже ботинки нашла, – сообщил я. – Не волнуйся – она говорит, что под мундир хорошо пойдут. И еще… – Я поколебался. – На всякий случай. То, что я тебя сейчас носил на руках – ничего не значит! Обратно своими ножками пойдешь!

– Жаль. А мне понравилось. Погоди, а что это должно значить? Какой-то обычай? Когда мужчина носит женщину на руках? Какой? Ну, скажи, Кей? Скажи! Что у вас на Солано означает, когда мужчина носит женщину на руках? Неужели…? – Она прикрыла рот ладошкой. – Вау!

Видимо, вышла в сеть и сделала соответствующий запрос. М-да, просвещение со стороны женской половины нашей семьи уже не требуется – сама все разузнала.

– Исключительно по незнанию. Так что не надо себе надумывать… что ты там себе надумываешь.

– Незнание не освобождает от ответственности, Кей! – фыркнула она в ответ.

Вот же зараза!

* * *

Разговор происходил после возвращения из пустыни в комплексе Драгона ан-Солано. Розе прислали сообщение о готовности к встрече, когда она находилась буквально в двух шагах от порога спальни, в которую уже завалился Кейдан. Ругнувшись и услышав из спальни тихий смешок, она отправилась на встречу с родителями Кейдана.

Встречали ее на девятнадцатом этаже в небольшом уютном кабинете с огромным окном во всю стену, выходящим в городской парк. В кабинете были только Драгон и Квелли. Под потолком уже крутился подавитель.

При ее появлении чета встала и поклонилась. Драгон прокашлялся:

– Отправляя приглашение, мы не думали, что вы прибудете столь скоро, ваше высочество.

– Мы вовсе не хотели помешать вашему общению… наедине, – добавила с раскаянием в голосе Квелли. – Прошу нас простить, ваше высочество!

Розали еще раз ругнулась. Мысленно на этот раз. В приглашении, действительно, не оговаривались сроки встречи. Но кто ж знал, что на Солано фраза «когда Вы посчитаете это нужным» именно это и означает!

– Удовольствия подождут. Дело – прежде всего, вары!

– О! Слова настоящего соланца! – одобрительно покивал Драгон.

– С вашего позволения, вары, – Роза показала на крутящийся над головами подавитель. – Я заменю его на более продвинутую модель.

И показала свой шар. Драгон кивнул, и подавитель из-под потолка, втянув иголки-эффекторы, рухнул вниз, без стука коснулся ковра и, устало гудя, укатился куда-то под стол.

Розали активировала свой подавитель и выложила на стол папку.

Драгон ан-Солано рассматривал обычную кожаную папку с небольшой сшивкой самых обычных пластиковых документов:

– Давненько не видел такой древности!

Он подошел к столу, хотел вызвать кресла для всех присутствующих, но недоуменно огляделся.

Мысленно выругавшись (в очередной раз), Розали перехватила управление сервис-системой кабинета.

– Однако! – Драгон поднял брови, когда перед столом вспухли три кресла.

– Великолепно! – поддержала его жена. – Вы с такой легкостью перехватили управление, ваше высочество! Дорогой! Наши системы безопасности нуждаются в срочной модернизации! Дорогой?

Драгон не слушал. Он с сосредоточенным видом изучал содержимое папки.

– Мужчины. – Квелли покачала головой. – Как залипнут на чем-нибудь интересном, ревуном не дозовешься! Может быть, напитков, ваше высочество? После такого застолья и жара пустыни – самое оно выпить какого-нибудь горячего отвара!

– Я видела, у вас есть зеленый соланский чиар, варра ан-Солано… – Роза с досадой покосилась в сторону встроенного бара.

– Хм… да. – Квелли посмотрела туда же примерно с тем же выражением. – Есть, разумеется. Вынуждена попросить ваше высочество оказать мне некоторую помощь – сама я, боюсь, сейчас не смогу приготовить даже кипятка.

* * *

– Ну, мы ни минуты и не сомневались! – Драгон передал папку супруге. – То послание, которое… могло бы заставить нас… сомневаться… было прислано вашим высочеством?

– Совершенно верно, вар ан-Солано! – Кивнула принцесса, с наслаждением вдыхая аромат отвара. – Я решила подготовить вас к этой (кивок на папку) информации, продемонстрировав то, как это выглядит со стороны, и то, какую информацию могут получить ваши… оппоненты.

– Это было несколько рискованно, ваше высочество. И называйте меня Драгон. И нам стоит перейти на «ты»… Перед торжественным ужином Кейдан, кажется, вполне определенно показал свои намерения в твоем отношении.

Роза решила сделать вид, что не в курсе:

– Э… простите… прости, Драгон? Боюсь, насчет намерений я не совсем поняла.

– На Солано мужчины носят на руках своих жен, невест, детей и матерей, Розали, – рассеянно объяснила Квелли, не отрываясь от чтения бумаг. – Не знала?

– Вау! – Розали широко заулыбалась. – Тогда можете называть меня Розой. В силу этих самых намерений.

– Эти бумаги ничего не меняют, Роза. – Квелли аккуратно вернула закрытую папку на стол. – Мы и так не собирались ничего предпринимать – Кейдан не дал ни одного повода сомневаться в себе!

– Кроме того, – подхватил Драгон, – у ее величества нет более преданных подданных, чем наша семья! Ан-Солано, как никто другой на Солано, понимает, что такое государственная необходимость и что такое имперская безопасность! Поверьте, ситуация не изменилась бы, даже если б выяснилось, что Кейдан… не совсем Кейдан, а сотрудник вашей спецслужбы.

– Мне очень приятно это слышать, – Розали с готовностью подхватила предложенный тон беседы… плавно перешедшей в переговоры. – И как дочери ее величества, и как гражданке Великой Тысячезвездной… и как будущей, надеюсь, соланке. Думаю, нам стоит обговорить некоторые детали?

– С удовольствием! Непременно! – почти хором согласилась чета ан-Солано.

* * *

Думаю, со мной согласятся все: нет более паршивого момента вытаскивания из постели, чем сладостные мгновения плавного сползания сознания из полусна в собственно сон. Ну, есть еще некоторые моменты, случающиеся при неодиночном нахождении в постели, но мы их рассматривать не будем – не те вводные.

Три фурии выбрали именно этот момент, чтобы ворваться в покои Кейдана ан-Солано. Сладко засыпающий Кейдан был безжалостно растолкан, принужден к переодеванию во «что-то более приличное, чем эти трусы весёленькой расцветочки с похабным рисуночком!»

После этого я был подвергнут перекрестному экспресс-допросу:

– Как ты посмел утаить ее от нас?! А вы давно уже…? Как ты посмел с ней поссориться?! А когда ты вручишь ей ее посох? («Вот, правильно – нечего ей с моим посохом ходить… пусть со своим ходит».) А вы детей сразу начнете делать или повремените? А как она предпочитает – сверху или снизу? (За этот вопрос Клей тут же получила два легких подзатыльника от меня и от Чайки) КАК ТЫ ПОСМЕЛ УТАИТЬ ЭТО ОТ НАС?! Мы же твои сестры! Мы же тебя очень-очень любим! Неужели ты мог подумать, что мы будем против?! («А куда вы денетесь, если старшее поколение прикажет?»)

– Кофе мне, женщины! Как на вас, вообще, мужчины зарятся с таким-то воспитанием! Никакого понятия о приличиях!

Сестры ненатурально заойкали, столь же ненатурально заизвинялись, и чашка с ароматным напитком материализовалась у меня в руках уже через тридцать секунд. Кофе. Почти земной. Только вкуснее.

Глоток. Блаженство.

Глоток. Сказка.

Глоток. М-м-м… Кайф! Просто кайф!

– Лирика… – Я посмотрел на среднюю сестру. – Я слышал, ты порвала с… этим? Как ты?

– Ой, да нормально все, Кей! – Махнула та рукой.

Сестры за компанию вооружились кружками различных размеров и сейчас с наслаждением вдыхали аромат соланского кофе, довольно жмурясь и улыбаясь. И стараясь соблюсти неписаные правила кофепития. А именно: вначале – посплетничать на семейные темы!

– Ты был прав, да не оставит тебя Великий Ветер! Ты знаешь, какой недостойный скандал мне этот урод закатил?! При всех! Никакого чувства собственного достоинства! Слизняк! Фу!

– Все прошло нормально? Руки не распускал?

– Попробовал бы он их распустить! – Фыркнула Чайка. – Я своего привела! А Клей этого… как же его…

– Рамир! – возмутилась Клей. – Его зовут Рамир! Сколько раз повторять?!

– Ах, да, Рамир… Если б рыпнулся – оставили бы его в пустыне. Без дистикомба! Нет, Кей, он, и, правда, слизняком оказался – только орал.

– Хоть бы по стенке кулаком саданул со злости! – с некоторой обидой добавила Лирика. – Так нет же! Визжал, как юбка!

Женщины. Я их не понимаю. Напрочь.

– Ты у меня просто супер, Кей! – это Клей. – Четко его на белый песок вывел!

– А с… этой… вы уже общались? – осторожно спросил я. Вообще-то, не должны были успеть. Во время сидения в пустыне и во время перелета Роза была надежно занята тихими перешептываниями с верхушкой ан-Солано. До нее даже мои родители добраться не успели – «барханы» с легкостью оттерли легковесных родственников от высокопоставленной гостьи. А уж сестры и вовсе тихими серыми мышками прятались на дальней периферии.

А по прилете Розали с непреклонным выражением на лице, распугавшим окружающих, потребовала у меня отвести ее в НАШИ покои для оказания помощи в совершении всяческих гигиенических процедур с дальней дороги. Совместный душ закончился не по сценарию – недоумевающая девушка была оставлена в ванной одна (под предлогом того, что на Солано берегут воду и не тратят ее на всякие глупости), а я нагло завалился спать… краем уха услышав, как Роза, прошипев что-то на пороге спальни, развернулась и в раздражении покинула помещение.

– Кейдан! – Чайка веско стукнула ополовиненной чашкой о низкий столик, вокруг которого мы расположились прямо на ковре, заменив кресла горой разнокалиберных подушек. – Нам надо серьезно поговорить!

– Да? – Я с некоторым сожалением отставил свою кружку. – Слушаю, Чай.

Кажется, придется потерпеть нравоучения от старшей сестры. Честно говоря, имеет право – она ведь старалась, первой родилась. Пусть почувствует себя «Анасико ни-Солано», фольклорным идеалом соланской женщины – старшей сестрой, единолично рулящей огромной семьей при пропавших куда-то родителях.

– Ты должен с ней помириться! Это не обсуждается! Твоя выходка с обувью… («Моя?!») Это, конечно, было очень хитро и коварно, но это – не дело, Кей! Она же не просто девушка, которую ты можешь безнаказанно загонять под наши национальные обычаи! Это же Розали ни-Ровено! Она же – государственный человек всеимперского значения!

– Девочки, хорошие мои. Вам не кажется, что ваши пожелания немного запоздали? Я таки УЖЕ привез ее на Солано. Так что если между нами и есть какие-то разногласия, то они явно несерьезные. «А семейная жизнь без разногласий…»

– «…как вода без чашки!» – весело закончила Клей, которой попытка устроить выволочку любимому старшему брату категорически не нравилась.

После грозного насупливания бровей старшей сестрой Клей мгновенно переместилась за мою спину. А взгляд Чайки в сторону Лирики ожидаемой поддержки ей не принес – средняя сестра индифферентно смотрела в окно, всем своим видом показывая, что брат как-нибудь сам разберется.

Оставшись в меньшинстве, Чайка сбавила обороты:

– Ну, признаю, что мозгов у тебя стало побольше с того момента, как ты в одиночку сбежал в пустыню.

– Эй! Это было двенадцать лет назад!

– Одиннадцать! – Мгновенная реакция Лирики… ну, еще бы – она меня тогда и вытаскивала… И, между прочим, ее срочно вызвали с очередного свидания в проходящем мимо мобильном городе-куполе.

– Десять! – припечатала Чайка. – Всего лишь десять лет назад!

А Чайка тогда Кейдана… воспитывала. Четырнадцатилетний сопляк не считался мужчиной, и из всего спектра детских наказаний старшая сестра выбрала самый обидный вариант – тонкой гибкой антенной от радиоприемника по мягким местам для сидения.

– А почему я не знаю? – спросила Клей. – Сильно попало? – С сочувствием взглянула она на меня.

У меня замечательная младшая сестра! И как мне ее теперь этому… как его… Рамиру отдавать?!

– У меня спроси! – Многообещающе ответила за меня Лирика. – Я тебе подробно расскажу!

– А будешь плохо себя вести – и покажу! – добавила Чайка.

Да и старшая со средней – ничего так…

* * *

Да что же это за гадство-то, а?! Только-только стал засыпать! И тут…

– Мои дела тут закончены, Кей. – Роза сидела рядом на коленях и перебирала мои волосы.

Сестры ушли… десять минут назад, кажется. И я, довольный тем, что они довольны (а еще более довольный тем, что они ушли!), завалился пообжиматься с самым дорогим на данный момент существом – подушечкой. Прямо на мягком полу спальни. Между прочим, очень практично и удобно – если вдруг свалился с кровати, то обратно можно и не заползать.

– …и я улетаю. – И такая прямо несчастная-разнесчастная!

– Ага.

Я перевернулся на другой бок. И снова стал проваливаться в сон. Как бы не так! Ручка в моих волосах сжалась в кулачок… и ладно б просто так, но между пальцами остались волосы! Мои волосы!

– Ты ничего не хочешь сказать?

– Например? – Вздохнул я, снова открывая глаза.

– Ну, попрощаться. Пожелать счастливого пути… Поцеловать на прощание, в конце концов!

– Пока. Ветра в спину. Чмоки.

Тихий вздох. Похолодевший голос:

– Завтра тебя ждут на местной базе Контроля. Вот координаты и пароль. – Я получил файл, который, разумеется, сразу открывать не стал. – Счастливо оставаться. Приятных впечатлений. Чмоки.

Тихие шаги (по ковровому покрытию особо не потопаешь), тихий шелест закрывшейся двери в мои покои.

На этот раз – несомненный прогресс: электроника моих покоев по-прежнему отзывается на управляющие сигналы, мой ИБК по-прежнему функционирует… а функции организма можно будет проверить в семейной клинике – в случае чего наши специалисты смогут поправить результаты возможной мелкой женской мести не хуже прекрасного доктора СНАДАК Лимарии Квитон (и все-таки как там она?). Ну, задержусь на пару суток – сама виновата… если она вообще дала себе труд снова что-то со мной сотворить… по своему змеиному обыкновению «ни себе – ни людям».

Вот только, если я правильно все понимаю, то сейчас мне будет не до сна, потому что…

Пш-ш-ш (это входная дверь)… Топ-топ-топ (шаги трех легких человек)…

– Кей! Как ты мог?! У нее глаза были на мокром месте! И не делай вид, что спишь! Ты же обещал, что с ней помиришься… (А вот и не правда! Я успешно принял на вооружение замашки императорской семьи и теперь не беру на себя невыполнимых обязательств, так что – неправда! – ничего такого я не обещал!) Мы с ней даже не успели поговорить! Пробежала мимо! Она плакала! Рыдала! И не делай вид, что меня не слышишь! Что?! Она уже улетела?! Ну, все, Кей! Я с тобой больше не разговариваю! Пока не помиришься с Розочкой! (Оп-па! Когда это они ее так называть стали?) Слова от меня больше не услышишь!

Великие звезды, неужели меня сейчас осчастливят и будут МОЛЧАТЬ? Высплюсь, м-м-м…

Веки снова стали наливаться свинцом.

– Кей… Кей, ты спишь? Кей, не спи… Кей… Ну, Кей… ну, пожалуйста… Ке-е-е-е-е-ей…

Да, БЛДЖАРД!!!

– Ну? – недовольно буркнул я в подушку.

Добившись ответной реакции, Чайка заторопилась:

– Кей, может, свяжешься с ней, а? Помиришься, а? Ну, помирись, Кей! Скажешь, что был не прав? Ну, или просто попроси ее вернуться – это ж ее корабль, ей ничего не стоит развернуться… А хочешь я с ней свяжусь? Или Клей с ней свяжется?

– Мне кажется, что брат знает, что делает, – очень-очень тихо и осторожно (и предварительно перебравшись по другую от меня сторону) заметила Клей.

Кто-то зарычал. Кто-то через меня перепрыгнул. Кто-то быстро протопал на выход из спальни. Кто-то с визгом вылетел из покоев в коридор.

Клей, спасибо тебе! Ты настоящее чудо!

Вот теперь я точно высплюсь!

– Тихой ночи! – шепнула Лирика. – Дверь не забудь залочить. Ей редко когда удавалось поймать Клейку – так что сейчас Чайка вернется… Клейку надо из засады ловить…

И Лирика у меня просто золото!

– …а с Розой все-таки зря поссорился. Помирись обязательно!

– Кей! – Грозный голос Чайки от дверей. – Не спать! Немедленно свяжись с Розочкой! Кей! Я же не отстану! Кей!

Старшая сестра у меня тоже замечательная… но очень уж шумная и боевитая.

Глава 4

– Ну, как? Мне стоит подготовиться к увлекательному чтению Декларации о независимости свободного Солано?

– Все в порядке, мам. Я с ними договорилась. Никаких деклараций не будет – напротив, меня заверили в понимании и… во всем прочем. Почитай на ночь что-нибудь более увлекательное.

– Какие условия?

– Да никаких условий, мам! А быть соланкой мне даже понравилось – на руках носят, не шумят, не суетятся. А представляешь, ма, он меня отшил! Меня! Отшил! Может, обиделся? За всё то хорошее, что я для него сделала! А ведь уже и на ручках меня носил, и подарочки делал, и с семьей жениха и невесты познакомились… Ну, все, думаю, ща я к мамочке побегу благословения просить… и тут – бац! «Пока. Ветра в спину. Чмоки!»

– Ай, молодец какой! Здоровое чувство самосохранения – уважаю! Ты это… лимончик зажуй, потому что радостное выражение на твоем лице явно не соответствует содержанию этой новости. Или ты и не хотела? А зачем тогда мальчику голову морочила?

– Ну, так же интереснее! Кусается, сопротивляется, а все равно понимает, что никуда от меня не денется! М-м-м… вкусняшка!

– Может, чтобы было еще интереснее, мне все-таки отдать команду остальным девочкам? У меня тут в гвардии где-то с полсотни молодых незамужних кобылиц копытами бьют, на подвиги рвутся. И слухи о пареньке, которого ловят Альер и Розали, таки распространились в нашей дружной и веселой семье…

– Ни-ни-ни! Они молодые, глупые – не поймут своего счастья! Не надо! Я сама! Грудью на огневую точку, так сказать!

– Какие у тебя дальнейшие планы?

– Я еще поиграюсь с ним, ладно, мам?

– «Поиграюсь»… Я, вообще-то, не про малыша. С Красной Линзой что? Кто с ней будет «играться»? Опять монитор тяжелого класса «бедная Касси»? А с друзьями нашими членистоногими кто разбираться будет? Не жалеете вы мамочку!

– Ни-ни! Я совмещу! Чесслово! Одну тебя наедине с этими нехорошими… насекомыми не оставлю!

– Сувенир мне захватила?

– Агась! «Гордость Солано». Восемьдесят шестого года!

– Да ладно! Восемьдесят шестого?! Сколько бутылок?

– Два ящичка «четыре на четыре». Итого тридцать. Кстати, Кей порекомендовал.

– Надо будет его поблагодарить – не забыл о бедной больной женщине. Значит так – ящики ко мне, остальные на месте! В смысле – ящики отправляешь ко мне курьером, а сама можешь дуть на все шесть сторон! И какая-то ерунда у тебя с арифметикой, доченька: четыре на четыре, да на два – должно быть тридцать две бутылки, а не тридцать.

– А я две бутылочки уже отложила. Чисто для переговоров! И за доставку.

– Одну. Ты отложила одну бутылку.

– Одну бутылку, и Альер пролетает с браком. Даже фиктивным. Агась?

– Одну бутылку, и я не разбираюсь, почему Кейлин Танилалу так легко сошел за Кейдана ан-Солано, вплоть до идентичности биополей, и что это за выверты генетики такие, из-за которых у родителей Кейлина Танилалу и у его якобы сестры Анны – у всех КАРИЕ глаза. Агась?

– Кха-кха… Да! Кха! По рукам! Договорились! Моя – одна бутылочка!

– Чудно! Чтоб к ужину вино было у меня на Реале. Тридцать одна бутылка! Выполнять! Если привезешь сама – налью тебе бокальчик, так уж и быть.

«Гордость Солано» восемьдесят шестого года – подумать только! Ох, порадовали! Ох, порадовали…

– Пока-пока…

– Стоять, koza! Проговоришься о вине канцлеру – накажу. Все! Конец связи!

* * *

– Вот же гхаргова отрыжка! Откуда ОНА все узнаёт?! Кора! Кора! Все пропало! Мы все умрем!

– Ну, это как бы само собой, ваше высоч… Ик!

– Мы ведь только одну бутылочку с тобой усидели, да? Ну, скажи, что да! Ну, скажи, Корочка!

– Как прикажет ваше высоч… Ик! Да, мы усидели одну бутылочку… А вторую мы не усидели, а тупо ужрали, ваше высоч… ик!

– Ой, мамочки! Как же быть? Как же быть? Что же делать?

– Пропрц… пропорция трися… сися… тридцать к тридцати одному… никто не заметит, ваше высоч… Ик!

– Вау! Слуш, а двадцать девять к тридцать одному – заметят?

– Как вам будет угодно, ваше высоч… Ик!

* * *

Когда мне сообщили, что полеты не начнутся, пока не прибудет мой куратор, я вначале сильно расстроился. Даже подумал, что Роза все-таки нашла способ отомстить строптивому Кейдану ан-Солано и зарубила ему обучение.

Потом-то успокоился на этот счет, так как теоретические занятия и насилие надо мной в симуляторах начались в первый же день прилета на базу ИМСЛУКОНа, как только я торжественно водрузил зажигалку на подоконник (будет у меня такая вот традиция) в своей комнатке в общежитии курсантов. И были эти занятия не менее интенсивными, чем занятия на базе СНАДАК на Давитоне-1.

Да и не могли полеты сразу начаться – это ж не фантастическая книжка, в которой знания загружаются прямо в мозг в какую-нибудь неведомую «нейросеть» – и вот ты уже какой-нибудь «пилот четвертого уровня». Тут по «ахалай-махалай» способности к пилотированию не появляются. Даже если дунуть! И, взявшись за манипуляторы управления, многотонную махину и от земли не оторвешь. Хотя бы из-за того, что вначале надо вставить мастер-ключ в специальный разъем.

Инструкторы, проводившие занятия, пугали планами – еще сильнее интенсифицировать обучение Кейдана ан-Солано, задействовав различные стимуляторы памяти и реакции. Дескать, приказ у них такой в духе моего Кошмара – «Не жалеть!». Но – только после прибытия куратора. Типа, не могут взять на себя ответственность за мое драгоценное здоровье. А Роза вряд ли в ближайшее время будет пребывать в хорошем настроении – так что куратор (кто бы он ни был) может лететь на Солано до-о-олго.

А еще инструкторы стращали тем, что стодневный гражданский курс пилотирования будет втиснут в трехдекадную «интенсивку». И это с учетом таких специальных разделов, которые гражданские пилоты вряд ли должны изучать. Например: «пилотирование на сверхнизких высотах», «номенклатура модульного вооружения», «прорыв ПКО», «тактическая подготовка» и тому подобное.

Остается уповать на пробуждение моторных навыков Кейдана ан-Солано. И, кстати, мое быстрое обучение по «интенсивке» на базе СНАДАК свидетельствовало, что кое-какие навыки и знания все-таки всплывают, и эти надежды – небеспочвенные. При условии, что Кейдан, вообще, изучал когда-нибудь подобные дисциплины.

Так что я не скучал. По базе без дела не слонялся, посторонними делами не занимался, с глупыми вопросами приставал только к тем, кто непосредственно вел занятия, в общей столовой на красивых девушек в форме не глазел и уж тем более не пытался их «клеить», хотя заинтересованные взгляды в свою сторону ловил… Ну, да мы знаем, в чем дело – наверняка слухи по базе уже гуляют. Какая-то беда у них тут, в Империи, с секретностью.

Мой ИБК в очередной раз отрубили от внешней сети. Видимо, это – стандартная процедура для курсантов, тренируемых на подобных базах. Да и не нужен мне был мой ИБК – занимался я исключительно пилотированием, а все материалы по нему были доступны на сервере базы. И, самое главное, я был избавлен от общения с рассвирепевшими родственниками, которые, разумеется, узнали о моей размолвке с принцессой Розали.

Правда, информационная блокада не уберегла меня от однократного общения с самим Сиамом-Восьмым ан-Солано, которому хватило веса продавить все препоны. Насколько я понял, далекий прадедушка хотел прибыть лично, но вот тут уже обломался – командование базы уперлось рогом, сославшись на строжайший приказ Розали. А приказать Розали не мог никто, кроме императрицы. А решать вопрос через Розу или Касси… понятно, что ТАК подставляться Сиам-Восьмой был не готов.

И я выслушивал патриарха – владельца «ан-Солано-Дейтан» дистанционно. В течение десяти минут самый главный ан-Солано мягко и вежливо вынес дальнему праправнуку мозг, объяснил тому всю глупость его поведения, обрисовал ущерб, нанесенный далеким потомком политике и экономике ан-Солано, выбил из того обещание подумать над своим поведением и даже обещание попытаться помириться с девушкой, доведенной неразумным дитятком до слез.

– …довести принцессу Розали ни-Ровено до слез – такое под силу только отмеченному Духом Ветра, я так считаю. Попытайся, внучок, теперь уловить дыхание Пустыни и постичь простое правило, проверенное столетиями: женскую легкомысленность мы, мужчины Солано, должны терпеть и принимать так же, как мы терпим и принимаем все невзгоды, которыми испытывает нас Дух Ветра. – И, неожиданно, то ли попросил, то ли приказал: – Кивни!

Я, почти полностью отключившийся от велеречивых, но запутанных и нудных поучений, автоматически кивнул. Почтенный дальний родственник обрадовался:

– Ай, молодец какой! Ну, значит, ты помиришься с девушкой. Нельзя ссориться с девушками – они не для того предназначены, я так считаю! Запомни, ты обещал! А обещания нужно выполнять, я так считаю!

* * *

Кошмар вел себя очень пристойно. Первые дни просто хныкал и давил на совесть. Потом – молча сидел рядом и перебирал мои волосы, что-то обиженно мне выговаривая. Но не пытался втянуть меня в дискуссию и не пытался заставить оправдываться, так что я к кошмарным жалобам не прислушивался, эгоистично пользуя Кошмар исключительно физиологически безо всяких «а поговорить?». Но – время от времени, так как усталость присутствовала даже в сновидениях.

* * *

Приказ прибыть в третий ангар и представиться своему куратору я получил на шестые сутки своего пребывания на базе.

В третьем ангаре было непривычно людно – народ, на мой взгляд, только делал вид, что занят какими-то важными делами, а на самом деле – только имитировал рабочую суету. Ну, такое у меня сложилось впечатление. Мне указали границу безопасной зоны и убедительно попросили никуда не лезть и ничего не трогать. Во избежание.

Челнок «Кумарин-910», имевший вид двадцатиметрового сильно приплюснутого эллипсоида с заостренным носом с куцым вертикальным и горизонтальным оперением (оперение, насколько я знаю, играет у этой модели больше декоративно-эстетическую, чем практическую роль), плавно опустился через раскрывшуюся крышу ангара и завис в метре над полом, медленно выдвигая посадочные опоры.

«Выравнивает давление, анализирует забортную атмосферу, – определил я, уже что-то понимающий в современном воздухоплавании. – Ну, и пассажиры отстегиваются от противоперегрузочных кресел и собирают вещи».

В боковой части открылся широкий проход, и образовалась небольшая лесенка из отдельных висящих в воздухе без видимой опоры сегментов, по которой на плиты ангара изящно спустился… сюрприз!

Красивый сюрприз. Роскошный сюрприз. Желанный сюрприз. Сюрприз, затянутый в черную парадную форму лейтенанта СНАДАК. Это был всем сюрпризам сюрприз!

Если это устроила Роза (а она, при ее-то положении, не могла не знать о некоторых деталях моего досуга на Давитоне-1 – да там об этих деталях вся база знала!), то я ее уже простил, снова люблю и когда-нибудь в будущем даже готов на ней жениться. За такой-то сюрприз! И даже готов перед ней извиниться за свое, согласен, не совсем джентльменское поведение! Потому что, «девушки не для этого предназначены»!

Пытаясь удержаться от глупой улыбки (безуспешно), упорно лезущей на лицо, я подошел к Сюрпризу и прижал кулак к груди:

– Вар лейтенант! Младший лейтенант СНАДАК, контролер-помощник ИМСЛУКОН Кейдан ан-Солано! Перехожу в ваше распоряжение! Жду приказов!

Несколько напряженное лицо Сюрприза разгладилось, сверкнула радостная улыбка:

– Вольно, вар младший лейтенант! – а потом кинулся мне на шею. – Кейчик!

– Лима!

Мой очаровательный доктор, заливаясь счастливым смехом, висела у меня на шее. Думаю, я улыбался так же счастливо и, возможно, тоже смеялся. Да плевать!

Собственно, толком мы ничего друг другу в первые минуты встречи сказать не смогли, поскольку упоенно целовались под оторопевшими взглядами присутствующих «контролеров». Ну, допускаю, что зрелище офицера СНАДАК, целующегося с младшим офицером ИМСЛУКОН, вряд ли так распространено в мирах Империи.

И – вопрос – подпадает ли ЭТО под дисциплинарный поступок? И есть ли тут военная полиция? Или ИМСЛУКОН обеспечивает дисциплину собственными силами, например, какой-нибудь внутренней инквизицией?

– Куда нести? – спросил я, уже находясь у выхода из ангара с доктором на руках.

– Вообще-то, я должна представиться командованию базы. – Лима поерзала, устраиваясь поудобнее, и уткнулась носом в мою шею. – Подождут! Офицерский корпус три, квартира десять! Выполнять, младший лейтенант!

– Есть, вар лейтенант!

Жаль, что территория базы ИМСЛУКОН обладает экстерриториальностью, и на ней не действуют законы и обычаи Солано. Кого-кого, а Лиму я с радостью протащил бы на руках до ближайшего «семейного города» ан-Солано для заключения брака. Правда, во-первых, до него триста кэ-мэ (но можно ведь делать остановки на отдохнуть… и на все остальное), во-вторых, за размолвку с Розой мне уже устроили семейное аутодафе – отец был в бешенстве, мама плакала, сестры объявили бойкот… время от времени нарушаемый грозными сообщениями на моем ИБК. Лишь Клей время от времени радовала последними семейными сплетнями. Так что с получением согласия семьи на брак с доктором медслужбы лейтенантом Лимарией Квитон могут быть некоторые трудности…

С другой стороны, по действующим в Империи законам, разрешение родителей мне и не требуется. Нужно только обоюдное согласие вступающих в брак. Я согласен всеми конечностями, а доктор… ну, никто ее тогда, на Давитоне-1, за язык не тянул, верно?

* * *

ЭТО было квинтэссенцией нежности и осторожности. Не знаю, как Лима, а я уже и не надеялся ее снова увидеть. Так что обращался я с доктором, как с хрупкой дорогой вазой – бережно и осторожно. После феерического финала она даже расплакалась, тут же спрятав лицо у меня на шее.

– Я… скучала. – Всхлипнула она, чуть успокоившись. – А ты?

– Еще как!

Я поцеловал ее в… ну, куда дотянулся, туда и поцеловал (простите, парни – без подробностей):

– Признавайся, Базальт – это твой оперативный псевдоним?

– Пф! – Она глубже закопалась в мои руки. – Секретные сведения, Кей! – Но тут же ответила. – Да. Еле ноги унесла с базы. Хи-хи-хи… Ты меня просто классически раскалываешь, курсант Кей! Что-то я совсем расклеилась. – И шмыгнула носом.

– Побудь расклеенной еще десять минут, Лим. Ты же из СНАДАК, так что на командование ИМСЛУКОНа вполне можешь положить… хотя бы на несколько минут. Нет?

– Где-то так… Скажу, что обустраивалась. Ты… просто помолчи, ладно? А я пока еще… порасклеиваюсь, ладно? Через двадцать минут толкни меня, ладно?

И снова тихонько заплакала. А я прижимал ее к себе, гладил по голове, плечам и спине и время от времени шептал что-то бессмысленное.

«Женюсь, женюсь, какие могут быть игрушки…» Ей-богу женюсь! Найду этот гхаргов рейдер и женюсь. А даже если не найду – все равно женюсь!

Императорским змеюкам я нужен, и никуда они не денутся – утрутся. Надо будет оплодотворить парочку гадюк из их серпентария для получения потомства – сделаю! Даже если Касси лично пожелает участвовать в разведении. Мой прекрасный доктор мне смешает каких-нибудь микстурок, бумажный пакет на белокурую головку надену, носом к стенке разверну, и – вперед!

Тронуть доктора банально побоятся: во-первых, мастер ядов и офицер СНАДАК – это не соланская студентка на Кройгере, во-вторых… я ведь сильно обижусь – парочки планет Империя может и не досчитаться. В-третьих, они посчитают доктора дополнительным рычагом влияния на меня, всего такого из себя бесконтрольного и своевольного.

А если даже предположить невероятное и допустить, что на подаренной зажигалочке надо делать не две, а три засечки по количеству принцесс, с которыми я переспал, то – тем более – никаких претензий ни у императорской семьи, ни у семьи ан-Солано быть не должно. Роза будет недовольна – ну, да как-нибудь перетопчется. А Альер вообще пролетает. Уж не знаю, что там ей наобещала ее величество, но – пролетает.

Женюсь! Но не сейчас. Сейчас доктор вся на нервах – воспользоваться такой ситуацией с моей стороны будет нечестным… и недальновидным. Хоть и беспроигрышным. Вот успокоится, тогда и поговорим. Серьезно поговорим. Завтра.

Или послезавтра.

Ну, как с духом соберусь, так сразу и поговорим!

* * *

«Сичаки-501». Легкий многоцелевой имперский истребитель. Применяется в вакууме и в атмосфере любой агрессивности. Для эффективной работы в атмосфере используются дополнительные энергетические поля-плоскости изменяемой геометрии. Скорость в вакууме… в атмосфере… радиус применения в вакууме… в атмосфере… автономность… вес… габариты… тяговооруженность… номенклатура вооружений…

Характеристики этого красавца я знал наизусть. И готов был их цитировать в любое время дня и ночи. С выражением. Нараспев.

Но сейчас ТТХ двадцатишестиметрового «кинжала» не имели значения. Потому что он был красив. Чертовски красив. Хищный, стройный. Изумительно функциональный и идеально рациональный. Оружие, рукоять которого жаждет обнять ладонь. Оружие, которым хочется обладать единолично.

Девушки… да к гхаргу их всех! Потом! Сначала – истребители!

Наставница, старший контролер ИМСЛУКОНа Ария Ио, внимательно следившая за моей реакцией, облегченно хохотнула и одобрительно хлопнула меня по плечу. Она была выше меня на голову, а габаритами – сравнима с суровыми земными северянками – так что после ее хлопка я чуть не пропахал носом покрытие пола ангара, в котором происходили «смотрины». И смотрины истребителя, и, как я только что догадался, смотрины меня.

– Нормально! Ты таки трахнешь эту птичку! Или она тебя! Но удовольствие кто-то из вас точно получит – клянусь своей косой!

Это да. Коса у Арии – шикарная! До середины бедра. Русая. И толстая, как канат. Несмотря на габариты, многочисленные килограммы моего инструктора были «упакованы» идеально (как и у всех имперок, впрочем) – идеальный абрис крутого бедра, высокая грудь, скульптурное лицо Афины Паллады. Да и по смыслу – древнегреческая богиня, персонификация упорядоченной войны.

Казалось бы, впечатление чуть-чуть портит некоторая непропорциональность талии (подозреваю, что это из-за чрезмерно развитых мышц брюшного пресса), но на фоне тотальной телесной идеальности имперских женщин эта непропорциональность, напротив, только добавляла Арии… изюминку, что ли.

А помножить все это на выправку потомственного офицера в каком-то там поколении… м-м-м…

А еще в ее профиле было записано, что ей восемьдесят три, у нее семь замечательных детей, идеальный муж, веселая «сестра», и она счастлива. За инструктора по пилотированию оставалось только порадоваться. А за ее мужа («начальника», как выясняется, гарема) даже гордость испытать надо: сделать счастливой такую богиню-воительницу – это круто и как раз и тянет на военный подвиг Геракла!

* * *

Прорывов на первом практическом занятии никто не ждал. Их и не было. Во всяком случае – никто их не зафиксировал.

Шесть предыдущих дней интенсивных занятий не прошли даром. Я знал, куда ложиться, как подключаться к управлению и даже, теоретически, знал, как взлететь и как приземлиться.

Поэтому я дождался, когда Ария плюхнется в ложемент пилота-инструктора (истребитель ощутимо просел на своих «лапах»), увидел хинты приглашения над передним ложементом пилота и лег, аккуратно пристроив затылок на вогнутую пластину нейросканера и убедившись, что ладони легли точно на сенсорные панели аварийного пульта. Только после этого отдал команду, и силовые ленты мгновенно захлестнули тело, намертво принайтовив его к креслу.

Послышался голос Арии:

– Подключение пойдет дольше, потому что первый раз. И это все-таки настоящий истребитель, а не симуляторная стрелялка. Так что не ссы!

– Есть не ссать!

– Разрешаю подключиться к управлению, пилот-стажер!

– Есть подключиться, мастер-пилот!

«Борт номер… Запрос на подключение нейрошунта. Разрешить? Да / Нет».

«Да».

Абсолютная тишина в полной темноте с белой надписью «Первичная настройка. Создание профиля. Не волнуйтесь – это займет некоторое время», действительно, продержалась целых две минуты. Это я потом посмотрел – в тот момент определить точное время было затруднительно.

Картинка в глазах появилась, будто в темной комнате включили яркий свет. Вначале я увидел «внутренности» кокпита, переданные с нашлемных камер моего лётного скафандра.

– Переходи на профиль пилота, пилот-стажер. – Голос Арии.

– Принял.

Мигнуло. Теперь я видел безлюдное помещение ангара и его раскрывшуюся огромными лепестками крышу. Ощущения от тела не исчезли, но ушли куда-то на периферию. Как в состоянии полусна. Я мог думать, что двигаю головой, нажимаю на органы управления, но мое тело в ложементе-спарке неподвижно лежало в кресле рядом с таким же неподвижным телом инструктора.

– Взлет! – скомандовала-странслировала Ария.

И я взлетел…

– Черенок, – весело фыркнула Ария. – Ты только что снес крышу ангара, черенок! Молоток! Мало кто с этого начинает!

«Черенок» – это, я так понимаю, «почетное звание» курсантов летных училищ?

– Корона оплатит. – Выдохнул я.

Сердце колотилось как бешеное, дыхание было быстрым, казалось, еще чуть-чуть, и я начну задыхаться…

– Не напрягайся так, черенок. Расслабься. Представь себе, что ты в симуляторе – там же первое упражнение «Старт из ангара».

«Расслабься». Легко сказать, мадам!

Я помню такое же напряжение каждый раз, когда на Земле при получении прав выезжал с инструктором «в город». Такие же зажатые плечи, втянутая в плечи голова, напряженные руки, сгорбившаяся спина… И сейчас делу никак не помогало то, что все эти «зажатости» были в «виртуальном поле», а физическое тело нервно похрапывало расслабленной гортанью в ложементе, будто «просматривало» кошмар.

– А теперь – приземляйся.

Ожидаемо. Упражнение «взлет-посадка». Будем отрабатывать до посинения. Терпи, Кей!

Взлет-посадку мы повторили – выдохните! – сто тридцать шесть раз! Не выходя из истребителя. Без перерывов на отдых. Отдыхом был подъем на километровую высоту с десятисекундным зависанием в одной точке.

А на мою просьбу сходить отлить, Ария удивилась и посоветовала использовать возможности моего скафандра.

Не то, что из кокпита, а из ложемента я самостоятельно после «взлетов-посадок» выбраться не смог – меня извлекли энергетические манипуляторы внутренней транспортной системы корабля. Когда отключился от управления, почувствовал, как в теле ломит, постреливает, бурлит и булькает. Голова трещала, перед глазами вращалась какая-то незнакомая звездная система с большим количеством веселеньких планет. А потом и вырвало завтраком прямо на пол ангара.

– О! С землей поздоровался, черенок? – раздался из динамиков насмешливый голос Арии. – Поздравляю!

– Сшпасхибо, махстех-пихот!

Рядом с истребителем уже ждала Лимария. Возле нее парила в воздухе трехметровая капсула реанимационного модуля, в который меня манипуляторы, встряхнув, очищая, видимо, от результатов слабости желудка, и уложили.

– Выбирай! – Доктор хищно хрустнула пальчиками и перечислила варианты моих ответов. – Ты спишь. Ты ешь. Или я тебя «заряжаю» на дальнейшие подвиги.

– Заряжай. – Выдохнул я, когда крохотная трубочка проникла в рот и выдавила глоток какой-то мятной на вкус жидкости. – Это было классно!

– Да уж, представляю. – Лима бросила взгляд на практически полностью уничтоженную крышу ангара. – На десять минут потеряешь сознание, – предупредила она. – Приготовься.

– Готов!

– Баю-баюшки-баю…

* * *

– Ну? Как?

– Счет примерно равный, ваше высо…

– Накажу…

– Я хочу сказать, Роз…

– Уволю…

Ария широко ухмыльнулась и вытянулась по стойке «смирно»:

– Так точно, вар лейтенант! Счет примерно равный: шестьдесят девять – шестьдесят два. Ангар пока «ведет» с небольшим отрывом. Идем, можно сказать, ноздря в ноздрю! Сейчас мы его раздолбаем окончательно, и победа будет наша!

– Что-то с арифметикой у тебя, Ари. В сумме получается сто тридцать один, а до отметки «один» вы прыгали сто тридцать шесть раз.

– Пять раз промахнулись и сели рядом с ангаром. Не засчитано! – Ария развела руками.

– Кто за крышу платить будет? – Лимария кивнула на разгромленную крышу ангара.

– Стрелки приказано перевести на Корону, вар лейтенант. – Хохотнула инструктор.

– Ну, спасибо! А бюджет-то у нашей службы не резиновый! Ладно, комбазы я объясню ситуацию. Как у Кея успехи с пилотажем?

– Звезды с тобой, Роз! Какие успехи?! Только первые сутки полетов!

– Ну, сутки еще не прошли. И я разрешаю сегодня еще полетать. И я надеюсь на прогресс… хоть в чем-то.

– Ой! А у него глаза открыты!

– Это нормально. Аппаратура показывает, что он сейчас без сознания – ничего не видит и ничего не слышит. Еще четыре с половиной минуты – я как раз питательный раствор ввожу.

– С ощущением габаритов у него проблема. Как у всякого новичка. Я ему на мозги все это время капала – «ощути корпус корабля», «ощути себя кораблем»… без толку. Ну, ничего – не таких натаскивали!

* * *

Лима ошиблась – я не терял сознание. Только тело, лежащее в регенерационной капсуле, отказалось подчиняться, в уши забили толстый слой ваты, да в глазах поплыла разноцветная пелена. Но сознания я не терял.

А потом…

А потом заворочался Янтарь, недовольный отсутствием тактильных ощущений. Самый слабый и прозрачный его слой рывком расширился в стороны, включая в себя сначала Лиму, потом истребитель с Арией внутри, а потом – стенки ангара…

Стой-стой-стой! Дальше не надо! На ангаре можно остановиться! Не дай звезды, засекут тебя!

Глухой стук – это на покрытие пола из кокпита истребителя спрыгнула Ария. Завибрировала среда Янтаря, и, будто в воде, я услышал голос инструктора:

– Счет примерно равный, ваше высо…

– Накажу… – завибрировал голос Лимарии…

Ну, понятно, конечно, что не совсем Лимарии.

* * *

Ну, наконец-то!

Как говорится, лучше полчаса подождать, чем четыре часа уговаривать!

Я далек от того, чтобы считать услышанное (и ощущаемое) бредом. Кажется, Янтарь наконец-то смилостивился и показал, как им можно пользоваться… и мне для этого не пришлось себя демаскировать перед возможными наблюдателями… наблюдательницами.

И, если я правильно понял свой Янтарь, теперь я легко смогу решить «проблему ощущения габаритов», о которой говорила Ария.

А еще – пользоваться этим надо с осторожностью. Во всяком случае, здесь, в Империи. Сейчас-то, судя по реакции присутствующих (точнее, по отсутствию этой самой реакции), никто ничего не заметил, но лучше не рисковать – по неопытности я могу не уследить за Янтарем. И тогда командировка в Красную Линзу окажется под вопросом – одно дело отправлять туда потенциального энергета, и совсем другое – рисковать энергетом с проснувшимися способностями… И не надо мне говорить про то, что я якобы переоцениваю свою ценность для Империи. Вот не надо!

Как ко всему этому относиться? А никак! Привык, знаете ли! С Лимой получилось очень… неприятно и до слез обидно. Я себя только-только почувствовал влюбившимся (хотя не молодой уже… ну, мозгами… надеюсь) мужчиной, который к тому же ощущает, что его чувства небезответны. Честное слово, намерения в ее отношении у меня были более чем серьезны. А теперь…

Самое смешное (смешное, если со стороны смотреть, а не участвовать во всем этом), что моих планов в отношении Лимарии (ну, ладно-ладно, не совсем Лимарии) это не меняет ни на йоту. Просто содержание теперь будет другим под внешне таким же фасадом.

* * *

Звезды были не вокруг меня, но к этому стремились.

Снежно-белая поверхность огромного шара с неупорядоченными серыми валиками пыльных бурь, мелкоячеистой сеткой станций сбора дейтана и крохотными пузырями гидропонных ферм. Города Солано сравнительно небольшие – либо растут вверх (мобильные города), либо закапываются вниз – поэтому их отсюда разглядеть сложно. Разве что они будут прямо под нами или окажутся на ночной стороне – иллюминация-то у них богатая – Гонконгу и Токио такая не снилась.

Высота – тысяча километров. Вне атмосферы. Янтарь я использовал очень осмотрительно – позволил заполнить самым тонким, самым разреженным телом Янтаря только корпус истребителя. Но и этого хватило, чтобы довольная Ария наконец-то засчитала выполнение базового упражнения «взлет-посадка». Выполнить упражнение оказалось легко – я просто стал больше на двадцать шесть метров и без труда вписался в виртуальную реконструкцию приемного шлюза сильно покореженного ангара.

– Я могу… полетать, мастер-пилот?

Ария одобрительно хмыкнула:

– Развлекайся, черенок! Только следи за границей зоны полетов.

И я стал развлекаться. Что я творил! Все известные мне фигуры пилотажа в атмосфере и в пустоте. Подъем до шести тысяч, когда планета становится крупным, но не таким уж и большим шаром, который можно закрыть ладонью, и спуск до трехсот метров со скоростным, под девять махов, проходом над самой Пустыней.

Девять махов! Это три километра в секунду при нормальном атмосферном давлении! Это какие ж стальные нервы у Арии – она ни слова мне не сказала! Ни слова!

После того, как на меня наорал дежурный какой-то орбитальной станции (я все-таки сильно вывалился за границы расширяющегося конуса зоны полетов… и Ария снова не сказала ни слова!), я заставил себя кое-как успокоиться.

– Угомонился, черенок? – Посмеивалась Ария. – Давай закругляться – у тебя уже нервное истощение полным ходом, судя по телеметрии. Покажи-ка мне идеальную посадку, пилот-стажер.

– Есть, мастер-пилот!

Посадка была не идеальной, но, учитывая отсутствие замечаний, мой инструктор остался доволен.

Из истребителя меня снова вытаскивала транспортная система. Уложила в мобильный «баклажан» медкапсулы. Прежде чем активировалось прозрачное поле-крышка, на фоне неба нарисовалось улыбающееся лицо Лимы:

– Кей… – Она легонько поцеловала меня в губы. – Постарайся не лихачить, ладно? Командование ИМСЛУКОНа только что получило протест за нарушение правил полетов от правительства Солано… и это-то ладно! Но оскорбление должностного лица при исполнении – это нехорошо, Кей!

Видимо, потрясение отразилось на моем лице, так как инструктор, выглядывающая из-за плеча Лимарии, пояснила:

– Ты таким загибом бедного дежурного на «Солано-Транспортный-Девять» приласкал, что он с расстройства чуть силы самообороны не поднял… – Она все поняла по моему лицу и воскликнула весело: – Эй! Ты хочешь сказать, что не помнишь?

– Нет. – Выдохнул я.

– Ладно. А как хохотал безумным тарганом на пикирующем заходе, помнишь?

– Неа. – Я помотал головой.

– Хм. Хорошо… А как обещал отыметь всех старших дочерей ее величества в особо зверской форме, вопреки возможностям физиологии и невзирая на их высокое положение и личную охрану?

– Да нет же! – воскликнул я.

– Я тебе запись скину. – Заржала Ария. – Это было шедеврально!

– Кей… – Лима качала головой. – Ну, так же нельзя, Кей! Это – угроза физического насилия по отношению к августейшим особам!

– У меня с этим вечные проблемы, Лим, – прошептал я.

Лима вздохнула и покачала головой:

– Сейчас мы направляемся к тебе и будем спать! И без всякого снотворного! И без того, что ты там кому-то обещал! Через четыре часа я тебя подниму на ночные полеты.

– Черенок! – позвала Ария, когда моя капсула мягко заскользила вслед за уходящей из ангара Лимарией. – Скоростной проход над Лита-ни-Сидаржаком у тебя неплохо получился. Я чуть не уссалась, чесслово! Только кто будет штраф платить за поднятие истребительного звена? Опять Корона?

Глава 5

Женщина в форме СНАДАК на соланской базе ИМСЛУКОНа была только одна, поэтому инструктор Ария Ио с точностью настоящего пилота-штурмовика вышла на «цель», укрывшуюся от лучей почти закатившегося за горизонт Солано в беседке с включенным микроклиматом (что, кстати, было почти на грани нарушения соглашений с администрацией планеты).

Ария пересекла почти невидимую границу пузыря климатической завесы и, войдя в беседку, долго топталась и вздыхала. Вздыхала так, что лейтенант СНАДАК доктор Лимария Квитон, в этот момент явно работающая с какими-то документами на своем ИБК и ведущая через него же тихий диалог с невидимым собеседником (а то и с несколькими), игнорировать инструктора по пилотажу не смогла. С такой мощной и тренированной грудной клеткой вздохи получались какими-то особенно душераздирающими.

– Слушаю вас, старший контролер. – Доктор подняла взгляд на слегка стушевавшегося инструктора. – Да садись ты уже!

Ария плюхнулась на удобную скамеечку и тут же бухнула, двинув по воздуху кулаком:

– Я не знаю, как твое высочество собирается его юзать, но пилот он офигенский! Родился в истребителе, чесслово!

«Лимария» хмыкнула:

– Ария, вот сразу видно, что ты тоже «офигенский пилот» – никакого представления о конспирации. И самые зачаточные понятия о субординации! И, да-да, я уже поняла, что с этим у вас, пилотов, постоянные проблемы – что на уме, то на языке. Что ты, что Кей.

– Ну, дык, в истребителях все проще, твое высочество. – Якобы виновато развела руками Ария. – Пока все родовые имена выговоришь, кто-то уже в твоем хвосте ковыряется.

– Да… – Согласно покивала доктор. – Хорошая реакция для пилота – это очень-очень важно.

И не стала больше ничего говорить, продолжая с интересом рассматривать богатырскую фигуру пилот-инструктора.

– Так… это… – замялась та, но все-таки решилась. – Ты б не обижала мальчика! Он же хороший!

Доктор в удивлении откинулась на спинку скамейки:

– Опаньки! А я, типа, собиралась?

– Ну, когда он фан поймал во время пилотажа, такое в запале кричал… – Ария запнулась и неуверенно посмотрела на собеседницу, слушающую ее с вежливым интересом. – А то, что кое-кто его… ну, по мужской части… и вовсе обещал… в особо циничной форме… как же он там сказал – сейчас запись подниму…

Ария повела пальцем по воздуху, собираясь найти аудиозапись, но доктор, невольно поерзав по скамейке, торопливо выставила ладошку:

– Не надо! Я слышала ваши переговоры, Ария. Так что не надо. Обещаю тебе, что прослежу, чтобы Кейдан выполнил свои обещания в полном объёме… хотя бы в отношении этой нехорошей… «кое-кого»… без фанатизма и членовредительства, разумеется.

– Ну, не только ты слышала переговоры, – с независимым видом «небрежно» намекнула Ария, снова почувствовавшая уверенность – реакция собеседницы от нее не укрылась.

– А кто еще? – Нахмурилась Лимария и тут же догадалась. – Ах, да! Наш ЦУП! Да, это может быть проблемой. А проблемы надо решать не откладывая! – Лимария сделала рукой несколько пассов в сторону. – Мать моя императрица! У них пересменка уже прошла! Гр-р-р!

– Так точно! – Ария довольно улыбалась. – Ночная смена уже час как заступила.

– Вот же гхаргова отрыжка! Так!

Следующие слова были адресованы явно не Арии, аж застывшей от любопытства:

– Собрание комсостава через десять минут! – отдала приказ «Лимария» в пространство. Помолчала, кого-то слушая, и в голосе ее залязгал металл. – Да мне положить, что рабочий день закончился! А если завтра война? Через десять минут! И пусть хоть одна зараза попробует скалиться – замена ИБК заразы будет за счет заразы… и под моим присмотром!

* * *

– Кей? Мне идет? Идет?

– Идет. Топай сюда, зайка ты моя…

– Не пойду! Не хочу на кровати! Хочу перед зеркалом!

Кошмар отвернулась от зеркала, перед которым крутилась, рассматривая свои белые заячьи ушки и пимпочку-хвостик, и, развернувшись ко мне, протянула руки:

– Иди ко мне, Кей! Ну, иди же!

– Эксгибиционистка. – Я подошел к Кошмару, развернул его обратно лицом к зеркалу и надавил на лопатки, заставляя нагнуться вперед. – А почему в зеркале они черные? И волосы – тоже?

В этот момент Кошмар поднял взгляд и посмотрел на меня в отражении.

– Покрасилась. Мне идет, дорогой?

Я отшатнулся:

– Твою же м-м-м!

– Ой-ой! Не говори так! Папа, знаешь, какой резкий и драчливый!

* * *

Впервые в этом мире я проснулся и с криком, и в холодном поту, и с колотящимся сердцем.

Ровно через шесть секунд в мою комнату с испуганным лицом влетела Лимария.

– Кошмар приснился. – Я попытался изобразить успокаивающую улыбку. – Не волнуйся… Лима.

Что характерно, сказал чистую правду. Правда, не выдержал и отвел взгляд от лица, которое только что видел во сне в отражении.

Лимария помахала в воздухе руками, проверяя показания датчиков летного скафандра, который я так и не снял, когда ложился, и облегченно перевела дух:

– Что-то страшное?

– Ну, ты же знаешь эти кошмары. – Рассмеялся я. Рассмеялся принужденно даже по моим ощущениям, но, думаю, она легко спишет это на плохой сон. – У меня поджилки трясутся, а кто-то мои кошмары посчитает даже миленькими.

– А какие у тебя кошмары? – с огромным интересом спросила она.

– Не хочу об этом, Лим… ладно? – Я подмигнул. – Ты же доктор, должна знать, что с кошмарами надо бороться самостоятельно. Топай сюда.

– Хм… странный способ борьбы с кошмаром. – Доктор в задумчивости приблизилась к кровати. – Вообще-то, если рассказать, это помогает. И, кстати, тебе через полчаса на пилотирование.

– Знаю. Как-нибудь уложусь. Иди ко мне… зайка.

– «Как-нибудь» не надо… Э-э-э… а ты скафандр снимать собираешься?

– Либо я долго его снимаю и долго одеваю, и тогда времени останется только на «как-нибудь», либо…

– Нет! Снимать не нужно! Все на борьбу с кошмарами! А эта… «зайка»… она красивая?

– Очень милый зверек…

«…когда спит зубами к стенке».

* * *

Полеты над ночной стороной планеты принесли не меньшее удовольствие, чем над дневной. Мы догоняли закатывающееся светило, убегали от встающего на горизонте, просто зависали над ночной поверхностью планеты, и я мог любоваться как россыпью огней от искусственных сооружений, так и снежно-белой, с большим коэффициентом отражения, поверхностью планеты.

Это при отключенных слоях на тактическом поле обзора. А когда включался тактический модуль, поверхность одевалась в масштабируемую красноватую сетку, усеянную метками высот и условными обозначениями объектов.

При пилотировании у поверхности тактические слои можно было и не включать. Во всяком случае, мне. Янтарь расширялся настолько, что доставал до поверхности, так что столкновение с поверхностью нам не грозило – поверхность я чувствовал так же, как корпус истребителя. Но, во-первых, летать с отключенным так-модулем было бы странно, во-вторых, сильно «наглеть» с Янтарем не стоило – кто знает, какие у них тут средства наблюдения за энергетами – не исключено, что меня УЖЕ засекли и сейчас с интересом наблюдают. Поэтому использовал я самый первый слой Янтаря – самый слабый и разреженный. И нечасто – только при маневрировании у поверхности. И предвкушал, что дают остальные восемь слоев.

Допускаю, что меня давно засекли, но ни поведение Лимарии, ни поведение Арии (и других инструкторов) не изменилось. Даже, если они делают вид, что не заметили – меня это устраивает. Хотя вариант с их незнанием куда лучше.

– Черенок! Атакующий маневр «Дора-три» по горизонту ноль-два.

– Кей! – Голос Лимы. – Ты устал.

Но, вопреки ожидаемому приказу возвращаться, последовала рекомендация настоящего мастера фармакологии специального назначения:

– Тяпни номер тридцать четыре на четверть и заполируй сверху единицей Черной Луны. На два с половиной часа должно хватить.

– Эй, а мне? – заинтересованно встрепенулась Ария.

– А ты устала? – удивилась Лима. – Хм, странно. Видимо, датчики твоего скафа сбоят. Ну, тогда возвращайтесь.

Ария досадливо цокнула языком:

– Нормально все. Не устала. Черенок, чего застыл?

– Кей? У тебя все нормально? – забеспокоилась Лимария. – Телеметрия твоя мне не нравится… Ничего не болит?

Сейчас, когда мы висели на орбите и я не пилотировал, голос Лимы снова всколыхнул неприятные мысли в отношении доктора. Изменения настроения с легкостью отслеживает даже земная аппаратура, а уж здешняя – чуть ли не мысли читает. Следить за своими эмоциями надо.

– Нормально все. Волнуюсь просто. – Главное, не врать прямо.

– Ну, если все нормально, то чего спишь?! – Ария недовольна. – Объект мобильный – ща уйдет из зоны поражения! Слабо поймать?

Я открыл тактическую панель:

– Объект атаки? Разведанные рубежи и параметры ПКО? Подсветка цели?

– Достаточно запросить «Приказ на выполнение боевой задачи», черенок, – проворчала Ария. – В приказе все это указано.

Выскочили данные, быстро заполнив все нужные ячейки таблицы тактической задачи.

– Ага, получил. Принято, выполняю!

И постарался показать, что мне не слабо выполнить с низкой орбиты маневр прорыва ПКО с выполнением всех необходимых алгоритмов противодействия возможным средствам поражения, рухнуть до высоты двести метров и, выполняя хитровыкрученные противозенитные зигзаги на пяти махах, выйти на рубеж атаки с условным сбросом ракет и с торопливым сваливанием из зоны условной ПКО.

– Йаху-у-у!

Это, кстати, кричал не я, это кричала разошедшаяся Ария, которой полеты на сверхмалых доставляли огромное удовольствие… неужели не налеталась? Или дело в том, что за управлением находится не она? Адреналину больше?

– Мочи его, черенок!

В отличие от Арии, я не кричал. Но улыбался очень широко. Пилотаж на этой «птичке» – то, что нужно для восстановления душевного спокойствия!

– Тебя, кстати, сбили еще при заходе на цель. На исходную, черенок!

* * *

Старое доброе построение на самом настоящем плацу. Как в пору армейской юности… на которой, собственно, юность моя и закончилась. А вот на базе СНАДАК на Давитоне-1 никаких разводов не было. Возможно, из-за того, что база на Солано считалась строевой, а не учебной. Или из-за того, что в ИМСЛУКОНе немного другие порядки.

Развод, как развод. Постояли стройными коробочками (никого из стоящих в строю, кроме Лимы, я не знал), послушали имперский гимн, молча разошлись по местам работ и занятий, получив на свои ИБК дальнейшие инструкции. Хорошо, маршировать перед командованием базы не стали.

«Ты во флоте не был, – поведала через ИБК стоявшая рядом Лимария. – Там маршируют, Кей! Мар-ши-ру-ют! Дикость!»

Имперский гимн – это отдельная… гхм… песня. Два голоса – женский и мужской – поющих вместе и поочередно о том, какие мы сильные, смелые, бескрайние и Великими Звездами… отмеченные. Под неплохую зажигательную музыку – что-то среднее между маршем и качественным роком. Если б не смысловое содержание, то имперский гимн стал бы хитом на всех дискотеках и в клубах. Но самое удивительное было в одном из исполнителей гимна.

«Женский вокал – это ее величество поет!» – удивила меня Лимария.

Получалось, что у лоли-императрицы очень неплохой голос. Ко всем ее многочисленным достоинствам… и недостаткам, чего уж там. И – на мой неискушенный взгляд – голос был профессиональным: сильным, глубоким, с легкостью выдерживал все ноты и, опять-таки, на мой слух, нигде не фальшивил, органично подстраиваясь под мужской голос.

«А мужской? Кто-то из принцев-консортов?»

Лимария зашипела от негодования, а на мой ИБК пришло длинное сообщение:

«Звезды с тобой! Это Глунир Майори! Величайший оперный певец современности! Своих детей и родственников ее величество и близко к исполнению гимна не подпускает. Каждые десять лет проводится конкурс на лучшего исполнителя гимна. Оценивается не только голос, но и известность, и заслуги! Конкурс на право исполнять гимн с императрицей – чудовищный, вся Империя его освещает! А первое исполнение гимна идет по всей Империи в прямом эфире!»

Круто. Наверное, должно впечатлять. Но мне почему-то эти подробности не были интересны. Что странно, так как, согласно многочисленным исследованиям, любой русский попадун должен писаться от восторга, попадая в среду имперскости и самодержавия. А я вот что-то… не проникаюсь атмосферой.

«А вообще… ОНА поет? Ну, что-то кроме гимна?»

Лимария поколебалась, но ответила:

«В общей сети ничего подобного не встречала. Но ходят упорные слухи, что для своих она может… отжечь».

Из чего, учитывая настоящую личность доктора (а в этой самой личности я уже даже не сомневался), можно сделать вывод, что Кассиопея таки балуется домашними прослушиваниями…

Интересно, а ее личная гвардия – у нее на подпевках в таком случае? Или группа подтанцовки? Ну, думаю, властительница тысячи населенных планет имеет право на маленькие безобидные увлечения, позволяющие расслабиться после вышвыривания проворовавшихся чиновников в космос. Это ж такая нервотрепка, наверное!

Уточнять, разумеется, не стал.

* * *

Когда утром на мой ИБК пришло сообщение от коменданта базы о госте, прибывающем в первый ангар, я пулей вылетел из своей квартиры, оставляя за спиной сонное ворчание Лимарии.

В первом ангаре, несмотря на раннее утро – только пять-тридцать – было людно. И – опять – такое впечатление, что присутствующие талантливо изображали деятельность, в которой не было надобности. И в их тут присутствии необходимости не было тем более.

Знакомая «Кривелка» с гербом семьи ан-Солано лихо зашла на посадку и тихо звякнула посадочными опорами о пол ангара.

Спустя секунду из катера с визгом вылетела Клей и бросилась обниматься. Всего лишь спустя секунду. Она что, с отстегнутыми ремнями безопасности летает?!

«Контролеры» ожидаемо отвели глаза и стали потихонечку расходиться. Понятно, зачем они здесь – видимо, новостей на базе совсем мало, если ради такой мелочи, как прилет сестры Кейдана ан-Солано, самые любопытные встали в такую рань. Или дело в личности той, что практически живет в квартире Кейдана?

– У меня разрешение до десяти-ноль-ноль. Прикинь! Мне одной из семьи прислали разрешение! А ведь даже Восьмого сюда не пустили! Друзья закопаются в песок от зависти! А здорово, что я приехала, да? – Она двинула меня локтем, и я искренне кивнул. – А у нас парни теперь девчонок на руках носят. И мужья. Позавчера Хрант на спор Лирику на двадцатый этаж на руках затащил в свою квартиру – домой до сих пор не вернулась. Ну, она поддавалась, конечно. Тебе Хрант понравится – у него из-под носа не каплет. Наверное, потому, что он ан-Солано, а не какой-нибудь голимый инопланетник. Это ветка семьи Димика. Ты знаешь Димика? У него Рамир на ферме работает. Начальник – не начальник, но где-то близко… «Ведущий специалист», во! А инопланетников, если и брать в семью, то надо брать только девушек, я так считаю. Вот как ты взял. Чтобы кровь нашу зеленую чуть-чуть разбавить, чтобы дейтан из ушей не лез. И мама так говорит. А папа… ну, ты ж знаешь папу – чтоб он маме возразил… папа говорит, что… Кей! Кей! А ты, правда, агент ИМСЛУКОНа?! Вау! Круто! А правда, что ты…?

Сестра тараторила, не умолкая, и, поскольку я ее внимательно слушал, пытаясь вычленить полезную информацию и определить настроения в семье, то неудивительно, что мои ноги, в отсутствии сигналов от головного мозга, включили собственный навигатор и исправно вернули меня на то место, «откуда взяли» – в мою двухкомнатную берлогу в общежитии, в которой я оставил Лимарию. Или в которой ОСТАЛАСЬ Лимария – маловероятно, что «доктор» не в курсе, кто нагрянул в гости к ее любовнику.

О том, что в моей постели по-прежнему нежится Лима, я вспомнил слишком поздно. А именно – когда Клей вдруг замолчала на полуслове, меряясь взглядами с голой женщиной в моей постели, с ойканьем натянувшей одеяло до подбородка.

– Кей, кто это?!

Я поставил Лимарии «пятерку», потому что вопрос она задала одновременно с таким же вопросом Клей.

– Это Клей, моя сестра. Это Лимария Квитон, мой лечащий врач. Познакомьтесь!

– Очень приятно. – Приветливо заулыбалась Лимария.

– Э… здрасьте. – Клей слегка растерялась, но тут же набросилась на меня: – Кобель! Бабник! У тебя же невеста есть, Кей!

– Да-а-а? – А теперь «пятерку» за синхронное хоровое исполнение должны были получить мы с Лимарией.

– Кей, ты мне ничего не говорил о том, что у тебя есть невеста! – Лимария сделала большие глаза. Зараза!

– Первый раз слышу. – Нахмурился я. Встреча с сестрой шла как-то не так. – Нет у меня никакой невесты!

– Как это нет?! А Розочка?! На руках носил? – Клей ткнула меня пальцем в грудь. – Носил! Теперь обязан жениться!

– Ой! А меня он тоже на руках носил! – растерянно сообщила Лимария. – Это что? И на мне – тоже? А кто такая Розочка? Мы с ней поладим?

– Ах, ты ж…! – задохнулась Клей… Кстати, да, согласен.

Видимо, количество эпитетов, которыми меня можно наградить, у нее было столь велико, что на минуту девушка натурально зависла, пытаясь выбрать из них самое емкое определение моему аморальному поведению.

– Я пойду, наверное. – Лимария быстро сформировала полевой комбинезон и шмыгнула за дверь.

– Кей… объяснись!

* * *

– Вот… – Она вытащила из рюкзачка небольшую коробку и положила ее на столик. – Я тут, как дура, на другую сторону планеты лечу. Думаю, брательник сейчас обрадуется. А он тут… с другой кувыркается!

Если б человек со стороны услышал, подумал бы про нас, брата и сестру, что-то нехорошее. Прозвучало двусмысленно, ну да ладно – смысл я понял.

– Давай, не будем снова?

– Давай. – Вздохнула она. – Это передала ОНА. Тебе. Через меня. – И тут у нее непроизвольно включилось ее фирменное любопытство. – А что там? Что там? Ну, открой, Кей!

Я примерно представлял, что находится в этой коробочке в непрозрачной серой упаковке без надписей. Размеры и вес соответствовали, хотя никаких поясняющих хинтов на коробке не высветилось. Но распаковывать подарок я не стал.

– Потом. Это… очень личный подарок. Даже, можно сказать, интимный.

– Вау! Видишь, она сама пошла на примирение! Сама, Кей! Это очень важно! Мама так и сказала: умение идти на компромиссы – очень ценное качество для молодых! Обязательно свяжись с ней… с Розочкой, я имею в виду. Хотя бы поблагодари за подарок! И графку пошли, как ты пользуешься ее подарком… интимным… хи-хи-хи… И с мамой свяжись – она на тебя больше не злится.

– Не могу, на базе инфоблокада. Привет ей от меня передашь, – отмазался я. – Роза лично тебе подарок передала?

Вообще-то, с местными технологиями возможен и такой финт. Я про возможности смены облика. Насколько я знал и от самой Лимарии, и из спецкурсов, изменение внешности при наличии соответствующего оборудования хоть и не дешевая операция, но технически вполне осуществима. Сложности начинаются, когда надо менять костяк. Но с лицом, волосами, наращиванием массы и цветом кожи – вообще никаких проблем.

Если рассматривать наш случай, то… да, доктор Лимария Квитон по своему телосложению была очень близка к… Кошмару. Рельефности мышц чуть поменьше, гладкости и округлости чуть побольше за счет небольшого, но органичного, увеличения объемов. Но наращивание массы, объемов – это как раз относится к более-менее легко изменяемым «параметрам». А черные волосы, цвет глаз, более светлая кожа и, простите, больший размер груди и бедер – ерунда для современной косметологии. Правда, времени такие процедуры занимают все-таки немало (во всяком случае, «одевание» личины, в отличие от «снятия» – процесс небыстрый – на несколько десятков часов) – как можно успеть и подарок лично вручить, и меня «зарядить на подвиги» в пилотировании или постель мне согреть?

Но все оказалось проще:

– Нет. Ее посланница. – Она вдруг посмотрела на меня с подозрением. – С Корой знаком?

– Знаком.

– Ее ты тоже на руках носил? – Клей-подозревака.

– Нет…

– Кхм… ну, тогда ладно. – Успокоилась она.

– …Она меня отшила. – И добавил в надежде, что нас подслушивают (ну, я бы подслушивал): – А жаль – единственная нормальная девушка в этом серпентарии.

– Тьфу! Брат! Издеваешься?! – Клей притопнула ногой и снова полезла в рюкзак. – Вот еще папа сказал передать. Сказал, что ты молодец и чтобы ты не расстраивался – все нормализуется.

Клей протянула мне белый ритуальный нож. В ножнах. То, что нож передан мне в ножнах, а не без – это очень важно. Дарение ритуального ножа без ножен в традициях Солано – пожелание совершить самоубийство (в каких-то земных традициях, по-моему, тоже). А в ножнах… ну, людям, с которыми находятся в состоянии ссоры и вражды, ритуальные ножи в ножнах не дарят.

Можно считать, что это такое извинение по-солански. И попытка примирения после того, что мы друг другу наговорили перед моим отбытием на базу Контроля.

Обычный ритуальный нож. Их делают из местного песка. Сделанный и обработанный по местным технологиям, по крепости материал этого ножа не уступит хорошей инструментальной стали. Керамический нож, который очень тяжело расколоть. Мечта земной домохозяйки, у которой дома некому поточить ножи. Туристы миллионами увозят такие ножи с Солано. Правда, сувенирные ножи тупые и бьются, как стекло на осколки, которыми невозможно порезаться, но спросом пользуются бешеным – одна из статей туристского бизнеса на Солано.

Я вытащил нож из ножен и осторожно проверил лезвие. Ну, явно не сувенирный. Судя по рукоятке и узору – из старых фамильных реликвий.

– В тебе Дух Ветра, Клей. – Я прижал рукоятку ножа к солнечному сплетению. – Передай папе, что я не расстраиваюсь и желаю ему и дальше внимать шепоту Пустыни.

– Да уж вижу, как ты тут «не расстраиваешься»! – фыркнула Клей, показав на смятую постель. – Братан, я думаю, что вначале тебе надо разобраться с Розочкой. Эту… Лимарию… ты собираешься вносить в свой дом? Ну, раз на руках уже носил? А ты подумал, что будет с принцессой, когда она узнает, что ей придется довольствоваться ролью второй жены?

Судя по всему, семья воспряла духом после поручения Розали доставить мне подарок. И над краем Пустыни вновь замаячила возможность породниться с императорской семьей. Да еще через третью дочь Кассиопеи.

Паршиво. Конечно, хотелось бы обойтись без этого. Но жить на Земле я не собираюсь, и надежные тылы нужны именно здесь, в Империи. А как их обеспечить, если эти хищницы вокруг круги нарезают? Боюсь, достичь этого можно только выбором одной из них… Жаль, что Лимария оказалась не Лимарией. В кои-то веки нашел идеальную женщину!

– Второй жены, Кей! Второй! Это же принцесса! Дочь ее величества! Кей! Так нельзя! Я, конечно, не старшая сестра, но, думаю, что вначале тебе надо с Розочкой помириться! Или, ладно, порвать окончательно, чтобы не мучить бедную девушку!

Это Роза-то у нас теперь «бедная девушка»?! Но Клей у меня умница – такая вера в то, что старший брат знает, что делает…

– Клей, сестренка!

Чтобы прекратить процесс капания на мозги (берегу я их, знаете ли! Они у меня сильно чувствительны к осадкам!), я обнял сестру. После минуты невнятного бубнежа куда-то в мою грудь, девушка замолкла.

– Клей! – прошептал я. – Поверь, твое мнение для меня не менее важно, чем мнение старшей… А в чем-то – и важнее! Ты же меня лучше всех понимаешь!

Меня простили! Мгновенно! Что самое интересное, я не соврал ни слова!

– У тебя допуск до полудня? Может, сходим, позавтракаем? У меня после тренировок зверский аппетит. Правда, мне наедаться нельзя – иначе будет бессмысленный расход продуктов.

– Настоящая инопланетная кухня?! – Глаза сестры загорелись.

– Я вот все удивляюсь, как с таким аппетитом соланки в песок не проваливаются?

Клей отмахнулась:

– А после завтрака какие у нас планы?

– Развод на занятия… Не знаю, правда, можно ли там находиться гражданским. Сейчас уточню у своей… у куратора.

Оказалось, что можно. Что неудивительно, учитывая все то, что я знаю о настоящем положении Лимарии в Контроле. И – учитывая желание этой хитрой змеюки развлечься за чужой счет. В данном случае, за мой.

* * *

Клей заполучила небольшую экскурсию по базе в сопровождении кого-то из старших офицеров и, набравшись впечатлений и сувениров, улетела домой. А я неожиданно узнал, что, оказывается, в Империи бешеной популярностью пользуются сувениры с символикой ИМСЛУКОНа! И котируются как бы не выше сувенирной символики каких-нибудь спортивных команд!

– Кей! Нам надо серьезно поговорить!

Я лежал в медкапсуле в своей квартирке и отходил от последствий пилотажа. Уже на восьмой день моего нахождения на базе в спальне установили регенерационную капсулу. Видимо, чтобы время не терял. Хотя я предлагал переселиться в медкорпус. Теперь эта капсула стала моим обычным местом проведения досуга. Как кровать, столовая или туалет.

Как бы ни был велик соблазн списать все услышанное (и ощутимое) через Янтарь тогда, в первый день пилотажа, на обычный бред из-за медицинских препаратов, которыми меня наверняка накачала Лимария (нет, безо всякого умысла: лечить-то меня, действительно, надо было… правда, не только от физиологических хворей… от хворой головы – тоже не помешало бы), но отмахнуться от однозначных выводов я не мог.

Жаль, конечно, что это знание пришло ко мне не путем логических размышлений или из-за моей феерической наблюдательности и потрясающей сообразительности, а через такое вот «мартисьюшное» умение, как Янтарь. Но тут уж ничего не поделаешь – что есть, тем и пользуемся. У меня же нет за спиной гигантских ресурсов Империи. И знания мои, увы, не настолько всеобъемлющи, как хотелось бы.

Желание предложить Лимарии руку и сердце, разумеется, пропало. А вот осознание необходимости этого шага в русле моих планов – только усилилось.

– Кей! Нам надо серьезно поговорить!

– Какое совпадение! Мне – тоже.

– Да? – Лима подозрительно прищурилась и явно напряглась. – Ну? начинай ты.

– Ты первая. Мне пока легче слушать, чем говорить. – Я страдальчески прикрыл глаза.

– Странно. – Лима всполошилась и задвигала руками, управляя медоборудованием. – Может, добавить вот этого… этого… и еще вот этого? Хм… нет, это уже будет перебор.

Наконец, она перестала оттягивать начало разговора (или делать вид, что оттягивает):

– Кей! По базе ходят разные слухи!

– Да ну? – Я даже глаза открыл. – Лимочка, зай, у меня отношения только с тобой! Честное соланское! С Арией у нас чисто рабочие отношения, а младшего инквизитора Чилиот я отправил в Пустыню – женщины, в представлении мужчин с традиционным соланским воспитанием, должны быть чуть более скромными!

– Да я не про это! С этой течной я уже разобралась!

Капец младшему инквизитору… как бы до младшего контролера не разжаловали, а то и до адепта.

– Я про другое! Ты, что же, опять поссорился с ее высочеством Розали? Ну, Кей! У вас же так все хорошо было! Ты, оказывается, ее на Солано с родителями знакомиться привез! И опять поссорился!

– А-а-а… ты об этом… – разочарованно протянул я. – С ней я, кстати, тебе тоже не изменял.

Лимария (чтобы не сорваться, я называл ее так даже мысленно… как ни странно – это помогало, в том числе и в постели) задохнулась от возмущения:

– Кей! Кей, так нельзя! Что она тебе плохого сделала?!

– Дай-ка подумать. Сделала меня импотентом?

– Я уже объясняла тебе! Чтоб ты другой не достался! И тебя же быстро вылечили! Ты – здоровенький! Особенно в этом плане!

– Это называется «собака на сене».

– Это как? – Большие глаза.

– Ну, лежит собака на сене. Сама она сеном как-то не очень питается, но и другим не дает.

– Хм… какая-то очень сложная и запутанная аналогия. Но я поняла. Согласна, это было не очень красиво с ее стороны. Но она ведь сделала это любя!

– Да ну! – Вязкая жидкость в медкапсуле заволновалась, когда я дернулся. – Любя?!

– Э-э, наверняка! – не очень уверенно ответила Лимария. – Думаю, что она уже раскаивается и жалеет о том поступке! Точно-точно! Сделала под давлением сиюминутных эмоций.

– Под давлением эмоций?

– Да!

– Трехсотлетний опытный политик? Единственный генерал-фельдмаршал Империи? Сумевший себя проконтролировать и не сжечь мой ИБК?

– Э… ну, наверняка она жалеет о том поступке. Сильно. И даже извинилась бы, если б ты дал ей шанс. И, вообще, что ты имеешь против ее возраста? И ей не триста, а двести шестьдесят! И вообще, тот досадный случай – наверняка единственный, который ты можешь припомнить!

Ни хрена себе, «досадный случай»!

Я ненавижу выяснения отношений с женщинами. Я всегда от них уклонялся. Ну, проще говоря, малодушно сбегал. Разговор на повышенных тонах с женщиной – это не мое. В большинстве случаев это к тому же еще и бесполезно – в большинстве случаев в итоге оказываешься виноватым и сильно задолжавшим. Только семейные побои спасут ранимую мужскую психику, но я до такого, хвала воспитанию, пока еще не докатился.

– Да до одного места мне ее возраст! Она все равно, как двадцатилетняя, выглядит. А ведет себя, как шестнадцатилетняя. – Почему бы и не польстить? В рамках дальнейшего разговора будет очень полезным. – Лим, давай, не будем, а?

А ведь чует… ой, чует что-то кошка! Моментально пошла на попятную:

– Ладно. – Вздохнула она. – Ты тоже хотел о чем-то поговорить, Кей…

– Лим… Лим, я хочу тебя попросить ответить мне честно… ладно?

А напряглась-то как! Нет, лицо все так же выражает искреннее внимание и заботу. Но напряглись кисти рук, лежащие так, что я их не вижу – за бортиком капсулы-ванны с физиогелем. Но я в последнее время совсем обнаглел и повадился ходить с «распущенным» Янтарем. Распущенным до самого слабого, самого разреженного своего слоя. Так что пространство всего здания медкорпуса я ощущал, как продолжение своего тела. И реакцию Лимы легко отследил.

– Конечно, Кей! Я отвечу на твой вопрос честно… – И тут же спохватилась. – Или честно предупрежу, что не могу на него ответить. Ну, я ж подписки давала и все такое… Сам понимаешь.

Я серьезно кивнул и спросил:

– Лим… только честно… ты сможешь вылечить мою никотиновую зависимость?

Оторопевшая девушка несколько секунд молча меня рассматривала, а потом, не скрываясь, облегченно выдохнула:

– Тьфу ты! А я уже навоображала себе всяких ужасов! Кей, родненький… ты в стандартном наборе своей аптечки смотрел?

Смотрел, конечно. И уже нашел комплексный препарат, избавляющий от этой самой зависимости (правда, с пометкой о том, что – только от физической зависимости, психологическую, де, надо лечить отдельно у специалиста соответствующего профиля, и – ссылка на соответствующих специалистов на планете пребывания). Не знаю, зачем он в гражданской аптечке при бешеной дороговизне сигарет, но факт остается фактом – он там есть.

Но вопрос был не для этого. Это был отвлекающий маневр. Лима сделала соответствующие лучшим образчикам женской логики выводы:

– Кей, мне кажется, ты совершаешь ошибку! Пойми, этот подарок – это попытка ее высочества извиниться перед тобой! Примириться! Она сама идет тебе навстречу! А ты просто отталкиваешь протянутую тебе руку!

Удивительно, что Лима не поняла, что только что… спалилась: я ведь еще не открывал коробку с сигаретами (а там, судя по всему, были именно они), и Клей не открывала. И никто на базе не мог знать, какой же подарок мне передала с моей сестрой Розали ни-Ровено. О содержимом подарка знает только Роза. Ну, и Кора, наверное. А вот простой лейтенант медслужбы СНАДАК Лимария Квитон знать о содержимом подарка не может.

Или меня пытаются подвести к этому выводу? А зачем ей это? Смягчить эмоциональную реакцию от такой новости, когда я узнаю правду? Уже надоело играться?

В любом случае, пора приступать к реализации плана – я уже перешел к пилотированию среднетоннажников, и времени остается все меньше и меньше. Неприятно, противно, некрасиво, а что делать? Потом порефлексирую… в уютной рубке управления разведывательного рейдера на орбите Земли. Если найду его, конечно. А если не найду – рефлексировать будет нечем.

Ну-с, поехали. Хорошо, что Лимария после моего вопроса расслабилась – самое оно для всяких коварных вопросов. Вопросов, от которых получает удовольствие любая женщина, вне зависимости от отношения к вопрошающему.

– Лим, ты девушка опытная. – Я вытащил руку из геля, слегка встряхнул и нашел за бортиком ее ладонь. – Ты наверняка знаешь… как заключаются браки по законам Империи? А то я что-то запамятовал…

Глава 6

– Кей… – прошептала она. – Кей, ты же не хочешь, сказать, что… Ты же не собираешься…

Дыхание ее участилось, ладонь в моей руке задрожала, глаза блестели, а губы дрожали, силясь скрыть обрадованную улыбку.

Тяжело и неприятно исходить из предположения о том, что любая реакция 300-летней… ну, ладно, 264-летней женщины просчитана и многократно отрепетирована. Гораздо приятнее думать, что реакция на мои слова – естественна. С другой стороны, первый вариант позволяет утихомирить свою совесть безотказным «не я первый это начал!».

– А что такого? – Ну, я ж наивный и прямолинейный Кейдан ан-Солано. – Вопрос, как вопрос. Интересно же…

И ведь формально я пока никаких предложений не делал и «главных слов» не произносил. Так чего ж вы, Лимария Квитон, дергаетесь и нервничаете?

– Ну, а все-таки? Я бы и сам узнал, но у меня выхода в сеть нет. Просветишь беспамятного, Лим?

Лимария медленно кивнула и стала просвещать беспамятного.

Как я и предполагал – ничего сложного. Даже еще проще, чем я думал. Нужно обратиться в ближайший административный узел. Какого угодно уровня – муниципальный, планетарный, системный, секторальный – информация все равно будет храниться централизованно. Сгодится даже имперский административный пункт. Более того, личное присутствие не требуется – и запрос на проверку данных, и собственно акт регистрации изменения гражданского состояния на статус «брак» – все это осуществляется по сети.

Информационное общество!

Поддельный идентификатор у невесты? А вот это уже не мои проблемы. Это проблемы женщины, стоящей сейчас рядом с моей медкапсулой. И не могущей пока решить, какую из истинных эмоций показывать, а какую скрывать – радость и удовольствие, или озадаченность и удивление.

Да и не думаю, что легенда «Лимарии Квитон» проработана хуже, чем легенда «Кейлина Танилалу» – учитывая положение Розы, следует ожидать, что там все залегендировано железно… точнее, каргалитово.

Ну, что ж… и да помогут мне великие звезды!

– Лимария Квитон. – Я за руку подтянул ее поближе к капсуле и с надеждой посмотрел в глаза. – Согласна ли ты стать моей женой?

Как-то не так я себе это представлял, когда еще не мучился подозрениями на ее счет (хотя, какие там подозрения…) и когда твердо решил жениться на тихонько плачущей тогда на моей груди от счастья (так мне тогда казалось) женщине. Тогда целая речь в голове всплыла, с такими красочными выражениями, сравнениями и аллегориями – любой джигит… соланец удавился бы от зависти. Чуть ли не стихами! В любви ей был готов в тот момент признаваться! Часами! Преклонив колено! А теперь – самый минимум информации: «Согласна ли ты стать моей женой?» И никаких лишних нежностей. Запрос – ответ.

Обидно, противно, мерзко, но – надо, Кей, надо!

– Кей. – Взгляд Лимы уплыл в сторону. – Кей, ты в курсе подробностей нашего задания?

– Разумеется, Лим. – Уверенно кивнул я.

Кажется, она снова удивилась, так как задание мне обещали выдать в последнюю декаду. То ли режим секретности, то ли план еще не проработан в деталях, то ли хотели оставить минимум времени на обдумывание.

– Например? – очень осторожно уточнила.

– А у тебя допуск соответствующий есть? – Улыбнулся я, погладив тонкие дрожащие пальчики.

Лимария кивнула, и на мой ИБК пришел файл-сертификат ее допуска. Прима-искин базы подтвердил, что обладатель этого сертификата владеет допуском до уровня «Бас». Ну, какие еще нужны доказательства? Доктор СНАДАК демонстрирует мне высший ведомственный допуск в ИМСЛУКОН. Выше – только имперский «Аль». Мне уже в открытую намекают, предлагая одуматься. А вот хренушки! Хотели влюбленного Кейдана ан-Солано, готового связать себя брачными узами – получайте!

– Круто. Хочу себе такой же. У меня самым высоким был «Дора». И того лишили. Насчет же задания… Я себе это вижу так: необходимо проникнуть в сектор Красной Линзы для поиска пропавшего рейдера с установкой регенератора ДСП на борту. Я отправляюсь под своим настоящим именем и используюсь, как приманка. Вряд ли один, скорее всего с тобой. И, сто процентов, ты будешь меня сопровождать под видом моей супруги…

…Или я ничего не понимаю в стандартных сюжетах.

– Все правильно? Нигде не ошибся? – подозреваю, что улыбаться я стал гораздо шире, потому что…

Потому что выражение легкого охреневания на лице Лимы – это замечательно! И греет душу. Чуть-чуть. Потому что, не исключено, эмоции там, под маской, совершенно другие. Какие? Да хрен их знает!

Видимо, после возвращения в Империю (после совместного выполнения задания или после возвращения с Земли… если меня туда вообще отпустят) я выглядел бы обалдевшим в куда большей степени, с изумлением втыкая в своем «паспорте» в ужасный для большинства мужиков «штампик»: «Женат. Супруга: Розали ни-Ровено ан-Кадагри много-много-родовых-имен».

– Ты ведь не взламывал… ничего? – скорее констатировала, чем спросила она.

– Это Ник у нас суперхакер. А куда мне сверхзащищенные системы взламывать? Только предположения. Только логика. И я по-прежнему жду ответ на свой вопрос, Лимария Квитон!

– Кей… Кей, а как же родители? – не сдавалась она.

– Мои возражать не будут… а если и будут – я так тебя люблю, что их возражения не имеют значения! А с твоей мамой могу поговорить хоть сейчас!

– С моей мамой? – прошептала она, пропустив мимо ушей тот факт, что на ее отце (который, по легенде, у нее есть и находится в добром здравии и с которым, по традиции, и надо говорить на эту тему), я даже не акцентировался, и тот факт, что ей в любви признаются (ну, да представляю, сколько она слышала таких признаний… и в куда более цветистом виде). – Не сегодня… Кей, а как же ее высочество?

– Зай, я устраиваю свое семейное счастье, а не личную жизнь их многочисленных высочеств.

– Кей! Но это же почти оскорбление императорской семьи!

– Лимочка, я очень рад, что наш будущий брак ты уже перестала рассматривать, как концепцию, и приступила к анализу его практической реализации. Ты у меня просто умничка! Что касается Розали ни-Ровено – это ее проблемы, а будет выеживаться – дойду до императрицы. У меня уже есть опыт общения с этой… ужасно милой и страшно очаровательной женщиной.

Лимария неуверенно хохотнула, подумала и внесла вполне логичное контрпредложение:

– Может, нам вначале лучше выполнить это задание, Кей? Поработаем по легенде, заодно узнаем друг друга… в боевой, так сказать, обстановке. Тест-драйв, так сказать…

Ага. Краш-тест. Не-е-е, сноечка моя ядовитозубая, никуда ты сейчас не денешься! Сама загнала себя в такое положение.

– Но против самого предложения выйти за меня замуж ты ничего не имеешь?

– Но ее высоч…

– Лимочка, звездочка моя… ДА ИЛИ НЕТ?

– Д-да… то есть нет.

Я вспомнил, для достоверности, мысли про Лену, оставшуюся в яхте, взрыв и режущую боль раздираемого акулами живота. Вздохнул и постарался изобразить максимально расстроенное лицо. М-да… неприятная смерть получилась.

– Нет? Жаль… я так надеялся… Что ж, надеюсь, мы с тобой останемся хорошими друзьями…

– То есть нет, я не против! – Торопливо замотала она головой. И тут же закивала. – И – да, я согласна! Согласна!

– Вот и замечательно! Я тоже! Тем более, ты говорила, что расторжение брака – очень легкая процедура и достаточно прошения только одного из супругов.

– Кей! Так нельзя! Ты слишком легкомысленно к этому относишься! – Взгляд стал подозрительным. – Погоди! Ты собираешься расторгнуть наш брак сразу после его регистрации?

– Зачем, Лим? – Искренне удивился я. – Я имел в виду, что если тебе что-то не понравится в наших отношениях, то ты сразу сможешь отыграть назад. А лично меня все устраивает!

По словам Лимарии выходило, что расторжение брака – хоть и простая (для супружеской пары), но довольно длительная процедура… в случае, если решение принимается одним из супругов – требуется время на определение прав на имущество, прав на детей и все остальное. Все это требует вмешательства чиновника-человека – одним искусственным интеллектом административного сектора в таких случаях не обойдешься. Ну, и, подозреваю, власти таким образом дают паре время остыть и шанс одуматься, сохранив ячейку общества. Правда, при отсутствии совместных детей и общего имущества процедура, действительно, много времени не занимает.

– Прежде чем я дам окончательное согласие, Кей, ты поговоришь с моей мамой! – Наконец нашла она способ хоть чуть-чуть ограничить мой брачный порыв. – Нет, она ни в коем случае не будет возражать! Но она мудрая женщина, и…

– Лим, ты такая взрослая, а за мамину юбку прячешься… – Улыбнулся я.

…или по какой-то причине хочешь отсрочить заключение брака. Почему? Правда, по поводу мудрости ее матушки возразить нечего – это да.

– Когда я могу с ней поговорить?

– Сейчас скажу… – Лима на пару секунду задумалась, прикидывая: – Завтра мы вылетаем на тренинги по межсистемным полетам. Это на декаду. Я сейчас отправлю сообщение. Нет, лучше я оставлю сообщение маме перед вылетом и, когда мы вернемся, тогда и поговорим. Как раз до окончания «интенсивки» и отправки на задание останется пара-тройка дней!

Подготовка актера, который будет играть Деюну Квитон – грим, инструктаж и все остальное – требует столько времени? Или она боится дернуть настоящую матушку? Потому что вряд ли матушка (что настоящая, что поддельная) полетит на Солано лично – сто процентов, будет дорогой сеанс межсистемной связи. Потому что иначе – это маленький скандал (а чего это императрица на Солано лично прибыла?) и огромное палево.

– Договорились!

Лимария вовремя вспомнила, что исполнение замшелых традиций, согласно ее легенде, требуется не только по отношению жениха к родителям невесты, но и наоборот:

– А меня… своим родителям ты представлять не собираешься?

– А у меня инфоблокада.

– А я сниму… то есть отправлю запрос, и блокаду снимут.

Ничем, кроме женской вредности, объяснить ее поведение я не мог – потому что они ведь заинтересованы в добровольном заключении брака гораздо больше, чем я. Ну, разве что, с натяжкой, можно предположить, что Лимария так себя ведет для большей достоверности: не поломаться в таких случаях и не поиграть на мужских нервах для женщины – нонсенс! Даже моя Лена, когда я делал ей предложение, не отказала себе в удовольствии подергать за соответствующие струны.

– Снимай… то есть отправляй запрос. – Кивнул я. – Часа, думаю, хватит.

– Прямо… сейчас? – недоверчиво уточнила Лима.

– Прямо сейчас! Чего откладывать-то? В Лита-ни-Кора сейчас день, и мы никого не разбудим…

Лима некоторое время с неопределенным выражением на лице меня рассматривала. Потом задумчиво кивнула и повела в воздухе пальцами свободной руки.

– Открыть канал связи для контролера-помощника ИМСЛУКОНа Кейдана ан-Солано. Время «окна» – один час. Защита канала – по протоколу «Бас-Инфо-Херц».

«Обнаружена зарезервированная планетарная сеть «ан-Солано Дейтан Инсод». Подключиться? Да / Нет».

* * *

Я послал вызов. Прошла минута.

– Кей?

Передо мной появилась проекция отца. Он был в официальном костюме и сидел в кресле за столом. Кажется, я отвлек отца от каких-то переговоров, совещания или от работы с документами.

– Не отрываю, пап?

Он смерил взглядом медкапсулу, в которой я по-прежнему лежал, и осторожно уточнил:

– Только не говори, что ты был тяжело ранен в схватке со злобными пришельцами и сейчас связался со мной, чтобы красиво попрощаться с семьей и глотнуть песка.

«Глотнуть песка» – это, как легко догадаться, на Солано вроде наших эвфемизмов «откинуть копыта», «склеить ласты», «протянуть ноги».

– Если под тяжелым ранением подразумевать раны сердечные, то ты почти угадал, пап.

Я поколдовал с настройками связи, и проекция включила в себя Лимарию, которую я все еще держал за руку.

У отца сжались челюсти, он прикрыл глаза и, кажется, сосчитал до десяти. И – в обратном порядке. Секунд через тридцать тяжелого молчания рядом проявилась еще одна проекция – мать. Квелли ан-Солано. Ей я вызов не посылал – ее вызвал отец. Для моральной поддержки и психического давления на подрастающее строптивое поколение.

– Кей, мальчик! Почему ты в медкапсуле? – Всплеснула мама руками. – Что с тобой? Где болит? – И последовал феерический вывод. – Ты с кем-то подрался?! С кем?! Кто тебя обидел?!

– Не беспокойтесь, варра! – Наконец подала голос Лимария. – Кейдан проходит восстановительные процедуры после напряженных тренировок. Его здоровье вне опасности, мы внимательно за этим следим.

– Вот как… Хм… здравствуйте, варра… лейтенант! Странно, мы думали, что Кей сейчас на соланской базе ИМСЛУКОНа. А на вас почему-то форма СНАДАК.

– Временно откомандирована в распоряжение Контроля, варра ан-Солано. Лимария ан-Квитон ан-Риру. Лейтенант медслужбы СНАДАК. – Лимария повела пальчиком, открывая свое электронное удостоверение. – Я являюсь лечащим врачом Кейдана.

– Ох! Простите, я не представилась. Квелли ан-Солано! Мы вам очень благодарны! Я уверена, что…

– Дорогая… – позвал мрачный, как туча, Драгон. – Мне кажется, сын хотел нам что-то сказать.

– Конечно-конечно! – Мама была сама покладистость, хотя давно уже не отрывала взгляда от наших с Лимой соединенных рук. – Сынок?

– Да, мам. Я женюсь. Хотел сообщить. Вот.

Воцарилось молчание. Ровно минуту никто не произнес ни слова.

– Э-э-э… и кто же та счастливица? – Мать, вздернув бровь, рассматривала мою руку, по-прежнему не отпускающую кисть Лимарии.

Дальнейшее она говорила, смотря прямо в глаза Лимарии:

– Хотелось бы увидеть избранницу… Познакомиться… Рассказать ей о невесте Кейдана, принцессе Розали ни-Ровено… – Оп-па… – Мать снова перевела взгляд на меня. – Судя по всему, ничего рассказывать не нужно, не так ли? Заинтересованные стороны, оказывается, уже в курсе. Кстати, как врач, варра Квитон, вы должны знать, что кодексом врача запрещены интимные связи с пациентом?

Лимария разумно промолчала, отведя взгляд и предоставляя мне самому разбираться со своими родителями.

– Папа. Мама. – Вздохнул я. – Я хотел с вами поговорить исключительно в уведомительных целях. Вне зависимости от вашего отношения к моему браку с Лимой он состоится. О времени свадьбы, которая вряд ли будет в ближайшее время, я, конечно же, сообщу вам заблаговременно. Передайте, пожалуйста, сестрам, что я их очень люблю. Прохладного ветра, мама! В тебе Великий Дух Ветра, папа! Конец связи.

– Подожди, Кей! – Подняла руку Квелли. Бросила быстрый взгляд на мужа. – Мы не возражаем, Кей, Лимария! Правда, дорогой? Если это сделает тебя счастливым, мы не возражаем!

Ответом ей были огромные глаза Драгона. Видимо, между ними состоялся быстрый обмен сообщениями через ИБК, потому что через секунду Драгон вздохнул:

– Да, сынок. Мы не возражаем. – И тут же мстительно добавил. – Но с Чайкой ты договариваешься сам! Если, конечно, хочешь, чтобы свадьба состоялась на Солано и по обычаям Солано. Конец связи!

Лимария, тихая, как мышка, после разговора с моими родителями, сидела рядом с медкапсулой, не пытаясь вырвать у меня свою ладошку. Видимо, я подкинул ей пищу для размышлений, и сейчас она напряженно думала, чего это вдруг я активизировался и чего со мной, вдруг воспылавшим любовью, делать. Или опять-таки делала вид, что я сумел ее озадачить.

А я лежал в физиогеле и думал, правы ли были те, кто утверждал, что брак по расчету просто обязан быть счастливым, если расчет правильный. Проблема в том, что крайне тяжело определить, а правильный ли был расчет. И тут, увы, действует другое правило – «практика – критерий истины». Или «не попробуешь – не узнаешь».

Есть еще наполеоновское «главное ввязаться в бой, а там посмотрим». Но Наполеон не очень хорошо кончил. И если я ошибся насчет намерений императорской семьи в своем отношении, то ждет меня мое маленькое Ватерлоо с последующим островом Святой Елены.

* * *

Разговор состоялся спустя пять часов после непростого сеанса связи с сыном. Квелли пресекла попытку мужа обратиться к старому, как человеческая цивилизация, способу успокоения нервов – бутылке с крепким спиртным, коньяком.

Семейная пара Драгона и Квелли ан-Солано снова вылетела «прислушаться к Пустыне» на свое любимое «семейное» место на плато Ирион-та-Дахиш. Снова крутился подавитель (на этот раз – новая модель… с подозрительной маркировкой – затертой, но не до конца – указывающей на принадлежность устройства к двадцатому имперскому флоту… что вроде бы было невозможно), снова успокаивающе бормотало радио, снова тихо-тихо звенела тишиной Пустыня.

– Доктора медицины не служат простыми лейтенантами в СНАДАКе, Драгон, – говорила Квелли. – Они служат в звании коммандера или даже капитана, но не лейтенанта! И взгляд этой Квитон… мне он очень понравился!

– Я тебе больше скажу, дорогая. Только что пришел результат моего запроса – за последние пятьдесят лет никто с именем Лимария ан-Квитон ан-Риру не получал диплом доктора медицины. Но. При этом в СНАДАК, действительно, служит Лимария ан-Квитон, она, действительно, лейтенант, и она, действительно, доктор медслужбы! Следовательно, диплом врача не может быть поддельным!

– О… как интересно. Какие могут быть выводы?

– Самый очевидный – какая-то спецоперация, в которой участвует наш оболтус. Для чего-то нашему мальчику понадобилось изобразить семейную пару…

– Спецоперация ИМСЛУКОН? – уточнила Квелли. – Учитывая, что Розочка является руководителем ИМСЛУКОН, происходит это, как минимум, с ее ведома… чему я очень рада – она позаботится о мальчике и присмотрит за ним. Не так ли?

– Есть еще один вариант. Возможно, сынок опять проявляет норов… там, где без этого можно было бы обойтись… ну, на мой взгляд. И поступает вопреки, а то и назло Розали. Но – диплом доктора медицины, опять-таки. Где-где, а в медицине у нас поставлен идеальный учет!

– У меня есть предложение, дорогой. – Квелли загадочно улыбалась. – Расширь запрос к департаменту образования.

– Предлагаешь сделать запрос глубиной лет на двести?

– Да. Я сейчас уточнила и выяснила, что ни у одной из дочерей ее величества официально нет медицинского образования. Ни у одной! Они руководили научными группами, но официально все эти замечательные прорывы в медицине сделаны не ими.

– …а учитывая несомненные успехи в медицине их высочеств, – подхватил довольный Драгон, – профильное образование у них обязано быть. А как его получить, и не получить при этом диплом!

– Элементарно! Получить его под другим именем! – воскликнула Квелли. И пригорюнилась, вздохнула. – Нашего мальчика обводят вокруг пальца. Ну, где с его опытом сообразить, что ни у одной докторши не хватит духу увести избранника у самой Розали ни-Ровено!

– Кажется, мы выяснили один из псевдонимов ее высочества Розали ни-Ровено? Тот, под которым она училась в университете?

– Уровень доступа «Бас». А то и «Аль», – согласилась Квелли… и махнула рукой. – А! Тайной меньше, тайной больше! Кстати, надо не забыть сообщить в ИМСЛУКОН… точнее, ее высочеству, о найденной бреши в легенде ее личины. Ну, ладно мы – исключительно лояльные соланцы, а если кто-нибудь другой узнает?! А сейчас… Дорогой! Вот теперь можешь открыть ту бутылочку, что ты заначил, когда я застигла тебя в твоем кабинете за инспекцией бара!

– За ан-Солано, дорогая? – предложил тост Драгон.

– За ни-Солано, мой уважаемый муж! – поправила Квелли с мечтательной улыбкой. – За ни-Солано! И вызови дежурную смену пилотов – не хватало нам пилотировать свои катера после спиртного!

* * *

– Мам… он сделал мне предложение!

– И? Почему, глядя на тебя, у меня не возникает жгучего желания отправить тебе ящик лимонов? Или ты там местными разжиться успела? Съела не меньше кило, судя по кислой моське…

– Да… как-то очень быстро он согласился… Чуть ли не заставил! Принудил! Взял силой!

– Та-а-ак… Скинь-ка мне запись, дорогая.

(Через некоторое время.)

– «Ужасно милая и страшно очаровательная»… Я, помнится, говорила, что он не придумает ни одного нового комплимента. Я ошибалась – он таки смог! Очень способный и многообещающий мальчик! Или я об этом уже упоминала? И, кстати, он знает, кто скрывается СЕЙЧАС за мордашкой Лимарии Квитон. Знает наверняка. В точности.

– Ну, это – само собой. Мог бы и раньше сообразить – намеков было более чем достаточно. Но почему именно сейчас?! Так не вовремя!

– Ну, возможно, мальчик задумался о будущем. Не совсем понятно, что подвигло его на этот шаг, но дело именно в этом, я уверена…

– Причина другая, ма! Точно тебе говорю! И это меня сильно-сильно нервирует! Может, исключить его из операции, а? Ветка событий Уль-Джу-Кей. Как думаешь? Рейдер ему «за так» отдать, напроситься в попутчицы, а уж там – приласкать и утешить, когда он весь такой в расстроенных чувствах…

* * *

Разведывательный рейдер «Стремительный Ульрих-433» являлся односерийником «Стремительного Ульриха-399», потерявшегося где-то на просторах Красной Линзы не без участия моего предшественника.

Серия «Танагон». Двести двадцать метров высоких технологий и последних достижений имперской науки. Внутренние ангары, в которые помещались пять ботов для высадки и три с половиной тысячи разведывательных модулей. Примерно полторы тысячи андроидов разведывательно-диверсионного класса. Три резервные линии ДСП и, конечно, тот самый злополучный регенератор ДСП, из-за которого и заварилась вся эта каша.

– Вот так он выглядит. – Инструктор Дей Цайдер похлопал по кожуху… гриба.

Регенератор ДСП выглядел, как полутораметровый гриб-лисичка. Родители Лены – большие охотники до этого дела, так что и мне пришлось приобщаться. Даже цвет у «гриба» был соответствующий – оранжево-желтый. Правда, материал – гладкий и матовый, льдисто-холодный на ощупь. Это если на ощупь. А если через Янтарь… и если представить Янтарь зверем, то можно было сказать, что в этом месте мой Янтарь постоянно почесывался, потому что было щекотно.

Блохи, дружище?

– Заряды ты заложил, скорее всего, вот сюда и сюда. – Цайдер высветил проекцию, на которой заряды «джахароша» крепились под самую «шляпку» гриба. – От входа не видно – кинетикой не собьешь, энергощупами не подлезешь. Радиус наверняка выставил максимальным… Какой радиус обнаружения у «джахароша»?

– Пятнадцать, вар наставник. Но, думаю, я выставил радиус тринадцать или двенадцать – на случай непредвиденных ситуаций, если кто-то не поверит предупреждающей надписи у входа в помещение.

– Молодец, помнишь наши уроки. Но – пятнадцать, Кей. Пятнадцать. Иначе, можно проникнуть в помещение и все-таки разминировать закладку дистанционными средствами – мы, саперы, народ изобретательный… особенно, когда припечет. Мы по этому поводу тогда с тобой, кстати, тоже спорили. Сошлись на том, что тебя могут все-таки заставить разминировать объект, а при максимальном радиусе «джахароша» в помещение кроме тебя больше никто не войдет, и ты будешь иметь возможность забаррикадироваться в нем и что-нибудь придумать.

Видимо, у нас с наставником Деем Цайдером немного различные взгляды на факторы опасности.

Самое интересное, что именно Дей Цайдер три года назад был наставником Кейдана ан-Солано в интересном и познавательном предмете «Диверсии на военных космических кораблях противника».

Цайдер был в курсе ситуации с Кейданом ан-Солано. Точнее, он знал, что Кейдан ан-Солано вырвался из лап инсургентов, но потерял при этом память. И испытывал нешуточное уважение к бывшему ученику, прошедшему, как считал Цайдер, «боевое крещение».

* * *

Корабль я исходил за полторы декады от верхней палубы и до нижней. От носа и до кормы. Самое замечательное, что везде меня сопровождали члены команды, с готовностью отвечавшие на любые мои вопросы, вплоть до разглашения сведений их уровня допуска (и – невзирая на мой куцый «Фло», положенный мне, как контролеру-помощнику ИМСЛУКОН).

Все это время рейдер двигался по маршруту, представлявшему собой огромную «восьмерку» в пять парсек с местом соединения колец в системе Солано. На этой тренировке предполагалось совершить двенадцать прыжков по заранее разведанным точкам нестабильности пространства.

Согласно нормативам, на один прыжок через разведанные точки нестабильности отводится полтора часа, а через неразведанные – три. Но – это ж тренировка – так что выделили по пять часов на каждую точку.

Прыжок осуществлял я, а на следующую точку рейдер выводил уже экипаж под командованием старшего ревизора Тиану Блой – двухсотлетнего худого, как палка, мужика. Лысого, но с рыжей бородкой-лопатой. Глаза у него были, между прочим, тоже зеленые. Но никакого отношения к Солано он не имел. Ну, могут же быть у имперцев просто зеленые глаза, верно?

Кстати, для должности командира рейдера аж «старший ревизор» (или коммодор, если по системе более привычных мне званий, принятых в СНАДАК) являлся явно завышенным званием – рейдерами командовали ревизоры и даже ревизор-помощники (капитан и коммандер соответственно). Но понятно, что Розали подтянула для моего обучения самых-самых. Так что удивляться вроде как и нечему.

Как и тому, что при встрече Лимария, уже ничуть меня не стесняясь, расцеловалась в щечки с этим дядей… с большой бородой. С некоторым удивлением ощутил кратковременный приступ ревности. Приступ мгновенно прошел, стоило вспомнить о своих планах в отношении… невесты. А когда подумал, что это была своеобразная провокация (или демо-версия будущих семейных отношений) со стороны невесты, испытал даже какое-то подобие облегчения, ведь это хоть чуть-чуть оправдывало то, что я собираюсь сделать.

Все время между прыжками, презрев правило находиться в момент разгона в скафандрах и в противоперегрузочных коконах, меня таскали по кораблю, заставляя запоминать устройство, принцип действия узлов и механизмов рейдера, расположение кают и помещений, их назначение…

Каждые пять часов истошно блажил ревун, и я опрометью мчался в ходовую рубку на выполнение следующего прыжка.

За все это время урывками по тридцать – сорок минут удалось поспать часов шесть-семь. Моя личная «целительница» затаскивала меня в медкапсулу и начинала «колдовать». Клятвенно обещала, что после окончания обучения мое здоровье не пострадает… необратимо. Буду даже лучше, чем прежде. «Ну… теоретически» – чуть смущенно добавила она.

Первый прыжок, по ее настоянию, был без химии. Зачем это было сделано – не знаю. Видимо, для чистоты эксперимента. Или хотели замерить какие-то мои показатели.

Янтарь я старался не выпускать наружу. Он и так вел себя, как нетерпеливый пес, увидевший, что хозяин достал поводок и ошейник и готовится отправиться на прогулку в лес… и при этом захватил любимый резиновый мячик. Еле сдерживал расшалившееся животное. Не время еще.

Двое с половиной суток. Мы вернулись на Солано.

Лимария – со словами «Я так больше не могу!» – затащила меня в свою каюту, заблокировала дверь и отрубила от внутренней корабельной сети наши ИБК. После получасовой схватки на полу небольшой каюты мы оба отправились в медкапсулы, установленные тут же, в каюте. Ну, да – всего полчаса. А вы чего хотели – я, действительно, вымотался на этом «вождении по городу»!

Подъем был осуществлен через восемь часов. По всем правилам – с истошной сиреной корабельного ревуна и «через двадцать секунд – на прибыть на мостик, вар курсант!».

И начались тренировки другого рода. Теперь мне самому предстояло выводить рейдер к точкам нестабильного пространства. Перепроверяли, разумеется. Тщательно. Тиану Блой гонял меня в хвост и в гриву, заставляя не отлынивать от этих проверок.

В десять суток мы не уложились. Шестнадцать. Шестнадцать суток. Последние пять дней я был в состоянии выполнять двенадцать подряд прыжков с полным циклом – поиск и разведка ближайшего рубежа, расчет параметров входа, прокол, стабилизация в пространстве после прокола и определение, а куда, собственно, меня занесло.

Наверное, память Кейдана ан-Солано, действительно, стала частично восстанавливаться – к концу тренировок многие действия выполнялись мною автоматически. Что вряд ли достижимо за жалкие полторы декады, если учиться с нуля. Не исключено, правда, что мне помогли препараты «для мозгов», которыми в неограниченных количествах пичкала меня Лимария.

* * *

Приказ о выполнении поисковых мероприятий мы получили. В приказе было все, как я и предполагал. Разумеется, приказ дополнительно содержал сведения о связных, счетах, тайниках, «вездеходы» и пароли, маршруты эвакуации и алгоритмы действий в различных обстоятельствах. Судя по количеству контактов, нам с Лимарией отдавали в пользование ВСЮ агентурную сеть ИМСЛУКОН в Красной Линзе.

А я что, ожидал чего-то иного? Если уж сама принцесса, по совместительству директор ИМСЛУКОН, желает ЛИЧНО поучаствовать в операции, то странно, что в сопровождение не дали пять-шесть усиленных групп специального назначения! (Кстати, вполне возможно, что и…)

Тяпнули по одной «Черной Луне». Лимария посетовала на то, что закусить нечем – ее любимые цветочки сейчас были на базе СНАДАК на Давитоне-1. И засели заучивать бесконечные столбцы цифр, имен и названий систем, планет и населенных пунктов. На заучивание нам щедро выделили аж двенадцать часов! Правда, учитывая, что приказ мы получили в десять вечера…

– Бардак! – Недовольно выразила Лима мои мысли, красноречиво покосившись на мою кровать, которая этой ночью так и останется заправленной.

* * *

– Ну? Ты готов?

Лимария, кажется, нервничала. Из чего я сделал вывод, что разговор все-таки будет происходить с настоящей матерью, а не с актрисой, играющей Деюну Квитон, мать Лимарии по легенде. Ну, то есть говорить я буду не с «матерью Лимарии Квитон», а с матерью Розали ни-Ровено.

Девушка в очередной раз поправила воротник моего парадного мундира и отступила на два шага, оценивая результат. Она настояла на мундире младлея СНАДАК – дескать, и смотреться вместе будем, и к моим глазам идет, и звание выше, чем контролер-помощник, и одна служба. Именно в таком порядке.

– Орденской планки не хватает. – посетовала она с досадой. – И нашивочек за ранения! Тебе, кстати, положены! Потеря памяти и увечья от перегрузок явно за тяжелое ранение сойдет! Альер, плохая-плохая, так не вовремя с этим приказом! Ну, ничего! Вот с задания вернемся, может, что-то и упадет от щедрот начальственных!

– Только без нашивочек за ранение, ладно? – Поежился я. – Как-нибудь без ранений обойдусь. Хватит повышения звания и скромной премии. От тех же щедрот.

И, если вдруг кто-то не догадался, я тоже слегка нервничал: предстоящий разговор с императрицей – не повод для спокойствия… особенно, если собираешься просить руку одной из ее дочерей. Пусть и младшей. Особенно, если потом собираешься устроить то, что собираюсь устроить я.

Лимария порывисто вздохнула:

– Минутная готовность! Вначале говорю я. Представляю тебя. Ты здороваешься. Потом снова говорю я… а потом – по обстоятельствам.

Кстати, чем ближе к развязке, тем сильнее повадки и поведение Лимарии менялись в сторону Розали. Я временами даже переставал замечать разницу.

– Да помню я! Перестань трястись! Я с тобой!

– Какое-то слабенькое утешение… – Нервно хохотнула она.

– Других Кейданов ан-Солано у меня для тебя, уж извини, нет! Соберись! Не дрожи! Вдохни! Выдохни!

– Агась… – Роз… Лимария глубоко вздохнула. – Ну? Поехали? Поехали! Связь!

Угу. «Мотор»!

Знакомая тяжесть навалилась на плечи за три секунды до появления фантома черноволосой красавицы, очень похожей на Лимарию. Насколько я представляю местные технологии, передо мной компьютерная модель. Эта модель наложена на реального человека. Подделку можно распознать, только анализируя изображение. А поскольку это очень-очень качественная подделка (а чего еще ожидать от Дворца?), то и аппаратура для раскрытия этой подделки потребуется очень-очень дорогая. И специалисты – не последние.

На этот раз Янтарь не стал «прятаться под шконку». Он недовольно заворочался, встряхнулся и вскочил… на лапы? На щупальца? Кажется даже оскалился недовольно и зарычал с угрозой. Ну-ну… спокойно, спокойно, дружище. Свои. Пока – свои.

Стало ощутимо легче – тяжесть чувствовалась, но к земле уже не прижимала.

«Лимария» с напряженным показным весельем поздоровалась. «Деюна» сдержанно ответила. «Лимария» показала ладошкой в мою сторону. Я шаркнул ножкой и представился. Меня внимательно осмотрели, хмыкнули и вопросительно воззрились на дочь.

– Ма… а я тут… в общем, мне предложение сделали!

– Да, ну! – «Деюна» перевела взгляд на меня.

– Варра ан-Квитон. – Я слегка поклонился. Вполне в рамках местного этикета. – Я, Кейдан ан-Солано, имею честь просить руки вашей замечательной дочери!

…При этом, находясь в здравом уме и твердой памяти… что удивительно. А хотя, нет – память-то, как раз, не очень твердая.

– А не пожалеешь? – с усмешкой задали мне неожиданный вопрос.

Вопрос неожиданный, но удивительно точно соответствует моменту и ответ на него крайне важен.

– Только Дух Пустыни может сказать, что будет в будущем. Но я приложу все силы, чтобы окружить лаской и заботой этот несравненный оазис красоты и свежести в бескрайней Великой Пустыне…

И так – на пять минут, прижав к себе заслушавшуюся девушку и без особого усилия выдерживая спокойный взгляд карих глаз, которым смена цвета не прибавила ни одной калории тепла.

Интересно… при росте императрицы «от горшка два вершка» мой взгляд должен упираться в пространство над ее головой. А если я попытаюсь смотреть туда, где должны находиться глаза Касси, то получится, что Кейдан ан-Солано очень невежливо глазеет на добротную грудь фантома, изображающего Деюну.

– Красиво! – оценила «Деюна». – Вот что соланцы умеют, так это красиво говорить. Прирожденные поэты! Но это слова. А что насчет… Ну…

– Два с половиной процента от доходов «ан-Солано-Драгон-Дейтан». – Я поторопился заполнить многозначительную паузу. – Это дочерняя компания корпорации «ан-Солано-Дейтан», варра ан-Квитон. Мой прекрасный пустынный цветок ни в чем не будет знать нужды.

– Вау! – прикинула будущая теща. – Солидно! У нее, кстати, сестра есть. Совсем чуть-чуть постарше, но не замужем. Интересует?

М-да. Ее величество – в своем репертуаре.

– О! Уверен, что такая замечательная женщина, как вы, воспитали прекрасных дочерей! И старшая ничуть не хуже младшей. Когда я взял на руки мою милую Лимарию, Великий Дух Ветра словно подталкивал меня: «Ты должен внести эту замечательную женщину в свой дом, глупый Кей!» – как бы говорил Он! Как жаль, что у меня всего две руки и держать в них я могу только одну прекрасную женщину… единомоментно.

Моя собеседница, человек исключительно опытный, намек поняла моментально и тут же сделала соответствующие выводы:

– Ну, как руки освободятся, ты не тормози – обращайся! – И обратилась к дочери. – Свадьба когда?

– Через пять-шесть декад, ма.

– Долго. – Поморщилась. – Декада!

Такой короткий срок меня не устраивал, и я предложил:

– Через шесть декад… и ящик «Гордости Солано»… пятьдесят первого года, варра ан-Квитон. Девять бутылок, с которых никто даже пыль еще не стряхивал.

– Пятьдесят первого?! – ахнула «Деюна», прижав руку к груди.

Глаза округлили обе – и мать, и дочь.

– Кхм! – Мать, разумеется, пришла в себя первой. – Четыре декады…

– Два ящика. – Величественно повел я рукой. – И пять декад.

Женщина явно колебалась. Наконец решилась и махнула рукой:

– А-а! Заметано! И, чего уж там, можешь называть меня «мамой»!

Ох, ты ж…! Я не удержался и поклонился несколько глубже, чем требовалось. Что характерно, рядом в таком же поклоне склонилась Лимария.

– Благодарю, ваше… кхм… варра ан-…

– Накажу!

– Спасибо, мама! – почти хором произнесли мы.

– Жду приглашение на свадьбу. И презент – тоже. – Кивнула она и перед отключением добавила: – Плодитесь и размножайтесь, детишки!

Ну, вот как-то так… «Снято?!»

* * *

– Что теперь? – замогильным голосом спросила Лимария.

Я даже возмутился:

– Как это что?! Открывай канал – будем подавать заявку на регистрацию.

Лимария смотрела на меня слегка безумными глазами. В этот момент мне почему-то показалось, что она ни капли не играет. Ну, а почему бы и нет? Имеет же право расслабиться…

Она заторможенно кивнула. Канал связи она открыла. Мы подали заявки.

– А теперь… что? – Смотрела она на меня с каким-то непонятным выражением.

– Лима, зая. – Я подхватил ее на руки и понес к кровати. – Тебе что мама сказала?

– А что она сказала?

– Плодиться и размножаться! Вот и займемся. Для начала, конечно, потренируемся.

Через час Лима снова расплакалась. Как тогда. Сердце сжалось, в животе стало холодно. Захотелось плюнуть на все и не дергаться…

Тряпка! Ссыкун! Вибратор на ножках! Соберись, тюфяк! Имей смелость сделать этот шаг! Великие Звезды помогут – еще накувыркаешься с ней! Ну?!! Давай!!!

– Поспи, Лим. – Я осторожно поцеловал ее.

– Нельзя. У нас через час вылет… В полете поспим. – Она снова всхлипнула. – Я просто полежу, ладно?

– Конечно, сноечка моя. – Улыбнулся я, отдал команду своей аптечке и поцеловал ее еще раз.

Лима дернулась, на секунду напряглась, но глаза закатились, и она обмякла в моих руках. Дыхание выровнялось, черты лица разгладились, тело расслабилось.

От чувства сильнейшего омерзения к самому себе и от жгучего стыда хотелось что-нибудь сломать. Покричать, повыть, побиться головой об стенку.

А ведь еще не поздно! Можно ввести антидот и сказать, что пошутил… или придумать, что-нибудь еще. В конце концов, соврать, что профессор Пиронал был прав и я, действительно, не удержал в узде и хотел надругаться над спящей, ублажая свои скрытые сомнофилические наклонности, замеченные им при лечении принцессы Альер.

– Еще встретимся, Роз…

Знаю, в таких случаях принято говорить что-нибудь более нежное, прочувствованное и извинительное. В расчете на то, что адресат обязательно посмотрит записи. В идеале – что-нибудь информативное, раскрывающее планы, как какой-нибудь злодей. Но – нет – давать ИМ лишние козыри я не собирался.

Еще можно позлорадствовать… но это совсем не мой вариант – в «колодец» лучше не плевать.

Я закатил максимальную дозу – препарат должен действовать четыре часа. Учитываем, кто разработчик этого препарата, и уменьшаем время минут до сорока.

Что можно успеть за сорок минут?

О, за сорок минут можно свернуть горы!

Глава 7

Время пошло.

Я осторожно переложил крепко спящую Розу в медкапсулу и задал режим «Поддержание жизнедеятельности» – теперь она не задохнется и, если даже я напортачил с составом «сонного поцелуя», капсула обязательно ее откачает… или, если не будет справляться сама, вызовет квалифицированных специалистов-людей.

Работу наших ИБК в моей квартире Роза блокировала. К камерам, даже если они в моей квартирке и были, доступа ни у кого нет – Роза не страдает эксгибиционизмом. Поэтому тревогу поднимать некому и не из-за чего – все прекрасно осведомлены о том, чем мы занимаемся в моей квартире за закрытыми и залоченными дверьми.

Медкапсула тихонько пикнула, сообщая о принятии программы.

Минус пять минут. А что делать – надо было объяснить тупому агрегату, что вот это подозрительное химическое соединение – на самом деле полезное лекарство, курс лечения которым исключает применение таких-то и таких-то препаратов, и уж точно исключает любые процедуры, способные интенсифицировать метаболизм.

Осмотрел спящую. Красиво. В белом коконе медкапсулы в синеватых клубах пара, содержащего нанороботов, лежит обнаженная красавица. Не удержался – наклонился и поцеловал. Уже без всяких глупостей. Прямо сквозь облака нанороботов.

Залетный принц и спящая красавица. Только от моего поцелуя прекрасные принцессы не просыпаются, а совсем наоборот… Какая-то «Спящая красавица» навыворот получается.

Принцесс уже будил, теперь вот усыплять начал. Принц-универсал. Расту над собой.

Осталось тридцать четыре с половиной минуты из отведенных мне самому себе сорока.

Тут уж деваться некуда – шутки шутками, а позаботиться о жизни и здоровье своей августейшей невесты я обязан. Страшно даже представить, что будет, если с ней что-то нехорошее случится.

Я ринулся в ангар. Так быстро я бегал только на физической подготовке на базе СНАДАК. Ожидания не обманули – внутри ждала Ария. Занималась интересным делом: держала пальцами за кончик рукояти свой «кинжал десантника» и с сосредоточенным видом вела его перед собой.

– Смотри, Кей! – Заметила она меня и жестом подозвала поближе. – Один из самых паршивых вариантов, когда противник входит в заднюю часть нижней полусферы. – Она показала ладонью свободной руки. – В этом случае не щелкаешь клювом, а разбрасываешь ловушки, врубаешь информационное противодействие на полную катушку и делаешь вот так… – Ария повернула нож. – Имитация начала боевого разворота и… – она резко дернула нож к земле, задержав его на уровне колена, – …падаешь до минималки и прячешься в рельефе. У тебя хорошо получается пилотаж на сверхмалых… чтоб не сглазить, не буду говорить «отлично»… пилоты этому годами учатся! Вот этим и пользуйся. Обычно я своим такой финт не советую – ловушки, ИП, боевой разворот с набором высоты… Но своими преимуществами надо пользоваться. У тебя на сверхмалых соперников не будет…

Осталось двадцать восемь минут. Но нужно вести себя естественно – как и у всякого военного пилота, у Арии чудовищная реакция и звериное чутье. Плюс, я подозреваю кое-какую специальную подготовку. Так что не сомневаюсь – в случае чего Богиня Войны скрутит меня в две секунды, я и мяукнуть не успею.

– Спасибо, вар инструктор. Обязательно запомню. А если боестолкновение произошло в безвоздушке и в досягаемости нет никакого рельефа? Как мне быть?

– А в безвоздушке, Кей, у тебя нет никаких преимуществ. – Развела она руками. – Стандартные действия: ловушки, ИП, маневрирование с набором скорости, защитные поля.

– Спасибо, вар инструктор.

– А где… варра доктор? – Ария хитро улыбалась.

– Умаялась. – Я старательно покраснел и отвел взгляд. – А я что-то мандражирую. Вот и решил прогуляться.

– Умаял, – поправила, хохотнув, Ария. – Жеребец ты наш соланский! Кстати… поздравляю новобрачных! И не сцать – все будет хорошо! Розочка – замечательная девочка! Не обижай ее!

Вообще-то, ожидаемо. И то, что у них на базах – какая-то большая деревня – все всё про всех знают. И то, что личность Лимарии не является секретом, по крайней мере, для Арии Ио. Ну, судя по тональности их разговоров, знают они друг друга давно. И то, что Ария так легко проговорилась, неудивительно – не производит она впечатления человека, искушенного в интригах.

– Все уже в курсе? – Вздохнул я. – Про брак?

– Шутишь?! О том, что ты с Матушкой говорил – вся база знает! Тут все ходили, спотыкались и за стеночки держались! Бедненький, как же ты ее выдержал-то, а? – Она покачала головой, а ее мысль сделала истинно женский зигзаг. – Вы это… с детишками не тяните. Детишки – это чудо! Это я тебе, как специалист говорю!

Замечательная женщина! По-хорошему завидую ее мужу.

– Спасибо, вар инструктор. Апчхи! Ой, простите…

– Будь здоров, Кей! – пожелала она и, закатив глаза, тяжело осела на покрытие пола ангара. Едва успел подхватить, чтобы не ударилась.

Я снял с ее шеи цепочку с мастер-ключом и вызвал медкапсулу – медчасть должна была отреагировать на изменение показаний аптечки Арии, но с моими рекомендациями и «ценными» советами медкапсула приводить в сознание Арию будет чуть дольше, чем могла бы в автоматическом режиме.

А теперь… ох, надеюсь, Роза не будет смотреть записи из ангара… Или хотя бы не сильно разозлится. С другой стороны, в этом случае мне больше стоит беспокоиться о реакции самой Богини Войны, если эти записи посмотрит она. Или ее замечательного мужа. Я б за такое порвал бы на лоскутки!

Я дал новую команду аптечке и поцеловал Арию в губы. Взасос. Теперь еще и – часовая амнезия.

Расследование начнут сразу – поднимут записи, выяснят, из-за кого Ария потеряла сознание и память о последних минутах, начнут ломиться к Розали… точнее, ко мне. А ее ИБК не отвечает, дверь в квартиру блокирована. Плюс пять-семь минут, пока не найдут кого-нибудь достаточно высокопоставленного и приближенного, кто осмелился бы побеспокоить ее высочество в комнате с ее любовником… точнее, женихом. Раз уж народ в курсе.

С учетом всего этого – осталось десять – пятнадцать минут.

Я прыгнул в ложемент пилота, вставил мастер-ключ и убедился, что мобильная медкапсула уже утащила тело Арии в сторону медчасти. В информационном поле базы пока царила тишина – тревоги не было.

«Сичаки» рванул свечкой вверх с максимальным ускорением. Представляю, какой акустический удар от преодоленного звукового барьера саданул по базе.

– Кей? А почему один? – удивился Тиану Блой, когда я уже заходил на мостик, приткнув истребитель в одном из внутренних ангаров рейдера.

– Мандраж. Решил, пока Розочка отсыпается, занять себя чем-нибудь.

– Ну, вертихвостка, нашла время спать! – возмутился бородач.

– При всем уважении, вар старший ревизор, попрошу вас не употреблять подобные эпитеты в отношении моей невесты.

– Ха! Поговори у меня тут-на, курсант-на! Чего без дела стоишь? В спарку нырнул-на! Расчет прыжка через три минуты-на! Время пошло-на! И упаси тебя звезды, я найду хотя бы полупроцентную ошибку-на!

И бормоча что-то про глупых влюбленных, у которых еще молоко на губах не обсохло, и которые осмеливаются делать замечания настоящим космическим волчарам, и которые невесть что о себе возомнили, отхватив себе принцессу, продолжил просматривать какие-то графики и таблицы.

Какое счастье, что Тиану Блой – командир до мозга костей! Бездельничающий подчиненный для него – как трясущаяся яркая тряпка для быка!

– Есть, вар инструктор!

– «Вар старший ревизор», вар контролер-помощник! – рыкнул Блой. – Вы уже не на обучении-на! Извольте соблюдать устав Контроля-на, вар младший офицер!

– Есть, вар старший ревизор! Разрешите приступить к исполнению приказа, вар старший ревизор!

– А ты еще не…?!

– Никак нет! – браво отрапортовал я. – Не предоставлен допуск навигатора, вар старший ревизор!

Блой ругнулся.

«Добрых звезд, вар навигатор! – вежливо поздоровалась Тайла, искин рейдера. – Вам предоставлен внутрикорабельный допуск уровня «Сиал»!»

«Спасибо, Тайла! Список наличного экипажа на борту. Вижу. Спасибо. Покажи внутренние допуски! Сортировка по внутрикорабельному допуску. Молодец!»

Самый высокий уровень «Аль» был, разумеется, только у капитана. Уровень «Бас» был у помощника капитана, находящегося сейчас на камбузе. А я сейчас находился аккурат на третьей строчке этого списка. Вот и отлично!

– Апчхи!

– Кей-на! – последовала мгновенная реакция из капитанского ложемента. – Ты чего мне сюда бациллы тащишь-на!

И воцарилась тишина.

«Навигатор! – с великолепным аристократическим хладнокровием отреагировала Тайла. – Мне что-то не нравятся медицинские показатели капитана!»

«Ты же слышала капитана, Тайла. На борту эпидемия неизвестной болезни!»

«Принято, навигатор! В таком случае я объявляю карантин и, во избежание распространения неизвестной болезни, блокирую перемещения экипажа. Судя по всему, источником эпидемии являетесь вы? Рекомендую вам пройти срочный медосмотр, навигатор!»

«Спасибо за заботу, Тайла! Изолируй экипаж в спаскапсулах. Болезнь не смертельная – после выполнения срочных мероприятий я обязательно пройду медосмотр. Пока же я чувствую себя хорошо»

«У вас нет полномочий на приказ на выполнение перечисленных процедур, навигатор», – мягко пожурила меня искин.

«Лови допуск!»

Помимо всего прочего, в том приказе, который мы с Розой учили всю ночь наизусть, были и «вездеходы». Вот сейчас и пришло время проверить их действенность… и «всепроходимость».

«Принято, вар Кейдан! Подлинность сигнатур подтверждена! Жду ваших приказов!»

«Ничьи приказы, кроме моих, не выполнять. Принимаю на себя командование кораблем…»

«Добрых звезд, вар капитан! – последовала ритуальная фраза. – Вам присвоен внутрикорабельный допуск уровня «Аль»!»

«Спасибо, золотце! Понизить допуск всего экипажа до уровня «Эль». Объявить биологическую опасность, обеспечить перемещение экипажа в спасательные капсулы…»

– Внимание! – Разнесся по кораблю приятный голос искина. – Биологическая тревога! Всему экипажу проследовать к ближайшим спасательным капсулам!

Взвыл ревун. Я поморщился и зарастил шлем летного скафандра. Все внешние звуки отсекло.

«Задать принудительную посадку спаскапсул на поверхность планеты на расстоянии не менее десяти и не более двадцати километров от ближайшего населенного пункта с умеренной метеорологической обстановкой в окрестностях. Уведомить наземные спасательные службы…»

«Простите, капитан! – возразила Тайла. – Но перемещение потенциально инфицированных людей на поверхность населенной планеты Империи не представляется мне разумным и противоречит нормативам безопасной жизнедеятельности и экологической безопасности! Кроме того, планета Солано-6 – это уникальная экосистема класса «Красный-красный», и внесение неизвестных микроорганизмов в нее, недопустимо!»

Я подумал и срочно поменял план:

«Ты права, Тайла! Тогда – отстрелить капсулы и обеспечить их компактное расположение в околопланетном пространстве. И вызвать спасателей. Учти, что болезнь может спровоцировать неадекватное поведение инфицированных – разрешаю использовать нелетальные средства обездвиживания при отказе занять место в спаскапсуле и при оказании сопротивления…»

«Понятно, капитан. В таком случае необходимо блокировать управление капсулами, чтобы предотвратить попытку зараженных неизвестным вирусом приземлиться на поверхность!»

Да-да! Именно поэтому подобные системы и называются искусственными интеллектами – они предусматривают то, о чем человек может забыть! А еще – их нельзя сделать! И механизм их появления не изучен до сих пор. Можно сказать, они появляются в сложных информационных системах сами. Сами!

«Умничка, Тайла! Именно так и сделай! А еще…»

«Ваше поведение тоже может быть неадекватным, капитан! Напоминаю, что в случае выхода ваших показателей в оранжевую зону «пирамиды легитимности», я буду вынуждена применить данный приказ в отношении вас, капитан!»

А еще они очень умные. Даже слишком.

«Обещаю держать себя в руках, Тайла! Далее: сигнал бедствия не подавать, на входящие информационные потоки, исключая голосовые и визуальные без дополнительных несущих – не реагировать, так как велика вероятность информационной диверсии. Перейти на полный камуфляж. Провести все необходимые процедуры для срочного старта».

Тело внезапно пониженного в должности Тиану Блоя поднялось в воздух и плавно переместилось на подплывшую к ложементу медкапсулу. Что-то пикнуло, и Блой заворочался. Видимо, медсистема его аптечки смогла разработать противоядие.

Блой врубился в ситуацию моментально. Его лицо покраснело, он что-то орал, брызгая слюной, но вырваться не мог – системы спаскапсулы мало того, что прикрепили его к поверхности гибкими лентами, так еще и отключили мускульное усиление у его скафандра.

Я отдал команду своему скафандру, и шлем превратился в обычный капюшон:

– …щенок-на! Ты что себе позволяешь-на?! Думаешь, трахнул принцессу и…

Я зарастил скафандр.

«Вот, видишь, Тайла! Что я тебе и говорил – все симптомы налицо!»

«Согласна, капитан! Приказ о перемещении инфицированных касается и старшего ревизора Тиану Блоя?»

«Разумеется!»

«Жаль! Он был квалифицированным и компетентным капитаном! Надеюсь, он выздоровеет!»

«Он обязательно выздоровеет! Помоги мне сделать расчет до ближайшей точки нестабильности»

«Какой маршрут, капитан?»

«Не важно. Вектор входа – произвольный»

Главное, убраться из системы. Все равно, дальше двух-трех парсек за один раз не прыгну. А это будет внутри Империи, следовательно, все точки давным-давно разведаны и будут находиться, максимум, в часовой доступности.

«Расчет признан правильным, капитан. Время до рубежа старта – тридцать две минуты. Точка выхода – система Делюан».

«Экипаж покинул борт?»

«Кроме вас, капитан, – я не успел задать вопрос, а искин уже предугадала этот вопрос и ответила. – Сигнал бедствия и координаты выброски спасательных капсул отправлены».

«Начинай разгон! Выходи на стартовую!»

«Начинаю разгон! Выхожу на стартовую!»

А пока выдалась свободная минутка и, впервые за долгое время, появилась возможность беспрепятственной работы с сетью – следовало сделать несколько неотложных дел.

Мой почтовый ящик ломился от сообщений, но я пока решил повременить, скинув письма с внешних ресурсов на свой ИБК. Потом их просмотрю, как появится такая возможность.

* * *

Вначале дрогнули веки. И это был единственный признак того, что обнаженная красавица в медкапсуле уже не спит. В следующую секунду в сфере радиусом двадцать метров перестала работать ЛЮБАЯ аппаратура. В тот же миг медкапсула опустела – девушка стояла в дальнем углу помещения, подозрительно осматриваясь вокруг.

Медленно выдохнула сквозь сжатые зубы:

– З-з-заср-р-ранец! – процедила она, просмаковав каждую букву. – Штаб! Связь! Доложить статус объекта «Изумруд»? – Минуту она, молча, слушала. – Что-о-о-о?! Как это угнал рейдер?! Как это УГНАЛ?! Какая, к гхаргу, эпидемия?! Пятнадцатую флотилию подняли? И-и-и?! Что значит не успевают?! Свяжитесь со СНАДАК! И-и-и?! Тоже не успевают… А флот? Понятно… Смежники? Гхаргова отрыжка! Я сейчас буду…

Она, было, направилась к двери, но остановилась и осмотрела себя:

– А-а-а! Гхаргова отрыжка! Моя одежда!!! Ну, все, Кей! Только попадись мне! Кора! Кора! Комплект одежды мне, солнышко ты мое! Кора, сноечка моя, хоть ты не скалься, ладно?!

* * *

Сообщение от абонента «Чайка»:

Младший! Да ты охренел! Меня мама только что огорошила! Ты в своем уме?! Да я тебя в песок закопаю! У-у-у… как же хочется вцепиться в твои уши!!! Все! Я с тобой не разговариваю, пока не помиришься с Розочкой! И не надейся на мое прощение!!!

Сообщение от абонента «Лирика»:

Однако! Ты как всегда. В своем репертуаре. Постарайся успеть одобрить моего нового мужа до того, как отец сломает твой нож! Старшую беру на себя.

Сообщение № 1 от абонента «Клей»:

Ты супер! Ты – сам Дух Ветра! Если тебя изгонят из семьи, перепишешь свои акции на меня, ладно? Обещаю организовать тебе небольшую скромную пенсию!

Сообщение № 2 от абонента «Клей»:

Ты бы видел лица родственников – это нечто! От них песок чернеет!

Сообщение № 3 от абонента «Клей»:

Привези мне кристалл вал-вал красненький! Неактивированный! Ну, пожалуйста, Кей!

ПС:

Ну, ты жжёшь, Старшой! Просто слов нет! Сегодня на семейном совете так ругались! А мама тебя защищала! И чуть за бороду Восьмого не оттаскала, когда он вопрос насчет тебя ребром поставил! А отец… ну, ты же знаешь папу… он защищал маму от Восьмого.

* * *

Настроение было двояким. С одной стороны, мне удалось задуманное, с другой… если Роза обидится на то, что я сделал, я ее пойму (на ее месте я бы не просто обиделся, я бы рассвирепел). Ей-богу, пойму! Даже позволю ей один раз врезать мне по лицу. Но только один раз!

А тут еще эти письма от сестер декадной давности. Единственный лучик – Клей с ее безоговорочной верой в старшего брата. Неунывающий порыв свежего ветерка в раскаленном воздухе пустыни.

Единственное письмо в моем почтовом ящике – от искина административного узла планетарного уровня – было ожидаемым и можно было бы даже не читать его. Но оно было совсем коротеньким и лаконичным:

Административный узел Солано-6 «Адаора-ни-Тали» № 188

Гражданин рег. №…

Ваша регистрационная информация подтверждена! Запрос на изменение Вашего гражданского статуса УДОВЛЕТВОРЕН.

Ваш новый гражданский статус: «Женат. Супруга: Розали ни-Ровено ан-Кадагри, рег. №…»

Секунда-Искин АУ Солано-6 «Адаора-ни-Тали» № 188

А вот следующее письмо оказалось полной неожиданностью. До этого, насколько я знаю, ни Кейдану ан-Солано, ни Кейлину Танилалу не приходили официальные письма от Канцелярии Двора ее императорского величества. Да и неофициальные – тоже.

Ваше высочество!

Канцелярия Двора ее императорского величества императрицы Великой Тысячезвездной Империи Кассиопеи ни-Ровено с великой радостью узнала о вашей женитьбе! Позвольте в этот счастливый для Вас час от себя лично и от лица своих коллег поздравить Вас с заключением брака с ее высочеством Розали ни-Ровено!

Будьте любезны в ближайшее время оказать нам честь своим визитом для совершения некоторых незначительных формальностей, проистекающих из изменения Вашего гражданского статуса.

Тешу себя надеждой, что Вы не откажете старику в удовольствии личной встречи и позволите ему познакомиться со столь решительным молодым человеком.

И да пребудут над молодыми Великие Звезды Великой Империи!

С глубоким уважением и искренним восхищением,

Каронор ни-Ровено ни-Шумко, канцлер.

Несколько раз тупо перечитал сообщение, продираясь через витиеватый слог. Вначале даже подумал, что ошиблись адресом, запулив на мой почтовый ящик письмо для Розали. Потом вчитался еще раз… Снова не понял. В каком-то ступоре стал обкатывать спасительную мысль о том, что надо бы взбодриться и по старой памяти «тяпнуть» «Черную луну»… Опомнился и отмел эту мысль – до сего момента мозг вполне справлялся без допинга.

Потом – как подушкой по голове хлопнули – озарило!

Вообще-то, я такого не планировал. Честно! Только сейчас сообразил, что мужья императрицы и трех ее дочерей автоматически («это не баг – это фича») получают титул принц-консорт. В отличие от мужей всех остальных внучек и правнучек. Видимо, в качестве признания небывалого профессионализма в деле высшего августейшего пилотажа-охмуряжа… или – как молоко за вредность и моральная компенсация за лишения и превозмогания на пути к августейшим сердцам?

А Каронор ни-Ровено – да – тоже принц-консорт. Муж ее величества. Третий по счету. Видимо, хочет познакомиться с коллегой. Поделиться опытом, так сказать. Или выразить соболезнования? Или – поддержку молодому товарищу по «счастью»?

Знаете, как себя чувствуешь, когда план осуществляется СЛИШКОМ хорошо? А вот я теперь знаю. Чувство глубокой… настороженности.

* * *

– Кей? Что-то случилось?

– Все в порядке, пап. Извини, что отрываю от ужина. Хотел обратиться к тебе с просьбой.

– Слушаю.

– Два ящика «Гордость Солано» пятьдесят первого года.

– Ох ты ж, Великая Пустыня! Ну, и просьбы у тебя, сын! Ну, я понимаю – колония дейтанусов с маткой, но два ящика «Гордости Солано» пятьдесят первого года!

– Очень надо, па.

– Ну, допустим. Допустим, что я их нашел. И что?

– Отправь их вот по этому адресу, пожалуйста…

– М-м-м… Реал-2, столица Реал. Императорский дворец. Ее величеству… кха-кха-кха… Дорогая, кха-кха… постучи по спине… кха-кха…

– Сынок, рада тебя видеть! Мне кажется, что ее императорское величество – это немного крутовато. Нет-нет, мы не сомневаемся, что тебе это по силам, но, боюсь, Солано не готово к таким переменам. К тому же, зная, какой ты у меня собственник, я не слышала, чтобы у уважаемого канцлера были какие-нибудь проблемы со здоровьем! Или у тебя другая информация?

– Привет, ма. У его высочества принца-консорта все замечательно, чувствует себя бодрячком, зовет в гости. А вино – подарок родителям невесты от родителей жениха.

– Дорогой… кха-кха… дорогой… по спинке… кха-кха…

– Что случилась, Квелли?

– Посмотри на визитку Кея. Посмотри быстрее… Глазам своим не верю!

– О-о-о! Конечно, Кей. Сколько, говоришь, ящиков нужно? Всего два? Экая мелочь! Будет два ящика. А коньячком ее величество случайно не балуется? Не знаешь? Ты это… уточни!

* * *

«Капитан. Входящий вызов. Канал соответствует утвержденному вами протоколу об отсутствии шифрования и дополнительных инфополос. Принять?»

Кажется, я знаю, кто это. Быстро оклемалась моя невестушка… точнее, уже официальная женушка. Ох, как не хочется с ней сейчас говорить! Как же не хочется-то! Но – надо. Я ж ответственный мужчина, не так ли?

«Время до рубежа старта?»

«Четырнадцать с половиной минут, капитан!»

«Давай связь…»

Перед глазами возникла проекция… Ого! Быстро она, однако, внешность поменяла!

Розали ни-Ровено собственной персоной! По открытому нешифрованному каналу!

Девушка выглядела собранной и сдержанной. Легкий румянец на щечках, голубые глазки горят непонятным, но многое чего обещающим, огнем. И манят-манят. Шикарные белоснежные волосы мягкими волнами спадают на правую грудь, оголяя скульптурную шейку, аккуратное ушко с какой-то небольшой висюлькой с ярко-красным круглым камушком и мягкую линию слегка подведенных скул. Роза была в памятном по вечеру на Койгере-4 черно-красном платье-мундире генерал-фельдмаршала. Выглядела великолепно… впрочем, как и всегда. Что в этом образе, что в образе Лимарии Квитон.

Будто демонстрировала, что я могу потерять.

– Дорогая! Ты выглядишь, как самая настоящая принцесса! – я восхитился совершенно искренне.

Я отдал команду разгерметизировать свой скафандр и убрать шлем – хоть и нарушение инструкций, но говорить с супругой через поляризованный щиток шлема показалось мне неуместным. Даже с учетом, как я с ней УЖЕ поступил.

– Спасибо, мой милый! – Мягко улыбнулась она. – Позволь узнать, куда ты направляешься?

– Туда, где мы с тобой собирались провести наше предсвадебное путешествие, птичка моя.

Маленькая тучка набежала на чело, но тут же сгинула. Ну, да – канал открытый, нешифрованный. И сейчас вся планета Солано, все транспортники и «пассажиры», висящие на орбите, имеют редкую возможность забесплатно понаблюдать переговоры пилота и августейшей особы. Ан-нет, двух… ДВУХ августейших особ… м-м-мать нашу императрицу!

Час-два – и это же зрелище будут лицезреть ближайшие системы. Еще пять-семь часов – и наше воркование оценит вся Империя! Вот она – истинная мощь информационных технологий!

– Драгоценный! – Идеальное лицо выражало легкое недоумение. – Но ведь в предсвадебное путешествие жених берет с собой, как минимум, невесту! А уж муж – одну из своих жен – тем более!

Видимо, это мне так легонько намекают на еще одну претендентку на вхождение в наш дружный семейный коллектив, в лапы которой я вполне могу попасть, выпорхнув из-под защиты уютного крылышка законной жены.

– Мне нет оправдания, моя единственная. Когда вернусь, обязательно заглажу свою вину. Обещаю, что следующая наша поездка будет совместной.

– Ловлю на слове, мой снойчик! Но может быть, ты все-таки вернешься? Мы сходим в лучший ресторан Лита-ни-Коро, закажем «Гордость Солано» самого лучшего года… согласись, нам ведь есть, что отпраздновать!

– Увы, моя любезная! Срочные дела призывают меня на другой край Империи, но даже противоположный рукав Галактики не заставит меня забыть о моей любви к тебе!

Целую драгоценную минуту Роза молчала. Ее взгляд едва заметно вильнул в сторону. Видимо, оценивала возможности моего перехвата. Но, кажется, эта оценка была неутешительна. Для нее.

– Возвращайся поскорее, мой хороший. Я буду тебя ждать. – И эдак небрежно: – Ты, кстати, как? Надолго?

– Приложу все силы, чтобы успеть до нашей свадьбы, моя рыбка. Если задержусь, без меня не начинайте.

– Не задерживайся надолго, мой храбрый джаер! Я буду скучать!

«Внимание, капитан! До рубежа – минута!»

– Целую, моя ненаглядная! Мое сердце остается с тобой. Извинись за меня перед мамой. Надеюсь, мой небольшой презент хотя бы временно примирит ее с этим досадным форс-мажором.

Прежде чем связь разорвалась, Розали успела послать мне воздушный поцелуй и непонятное:

– Передавай привет Тайле, мой ненасытный!

* * *

– Всплеск метрик на точке входа. Сигнал утерян.

– Преследование? – без выражения спросила переставшая улыбаться Розали.

– Отстанет через три-четыре прыжка, Роза, – отозвался мрачный Тиану Блой. – У гаденыша изрядная фора… ух, я бы его!

Розали, покачнувшись и неловко переступив ногами, развернулась к Блою. В глазах присутствующих в ЦУПе офицеров мелькнул черный размытый силуэт, и рядом с побледневшей принцессой из воздуха соткалась Кора в угольно-черном «Инкейре», осторожно удержав на ногах начавшую заваливаться принцессу. Розали смерила Блоя выразительным взглядом:

– Вар старший ревизор, впредь я рассчитываю, что никто и никогда не посмеет употреблять подобных слов в отношении моего мужа!

От тихого голоса, которым говорила принцесса, лысина Блоя покрылась испариной.

– Прошу прощения, ваше высочество. – Неловко поклонился он. – Был не прав. Напряженный день, и этот… как его… досадный форс-мажор.

Роза покивала и распорядилась:

– Преследование вести до упора. Оповестить силы СНАДАК и флота во всем секторе. Мер к задержанию не предпринимать! Запросите канал связи с Дворцом. Корочка, звездочка моя… – У нее закатывались глаза, но она держалась. – А положи-ка меня в ванночку…

Кора без слов легко подхватила обмякшее тело своей подопечной и осторожно опустила его в подлетевшую мобильную медицинскую капсулу. Вспыхнули огоньки, ванна капсулы стала быстро заполняться синеватым газом…

– Кора, что с ней? – шепнул Блой.

– Она сняла личину Лимарии Квитон… за семнадцать с половиной минут, – ответила Кора, не понижая голоса.

– Да я этого… А потом… И вперехлест… Через машинное отделение… В корму… Всем личным составом… Да по нескольку раз!

– Она без сознания, Тиану. Так что можешь материться в полный голос.

– Нет-нет-нет… Пусть девочка спит… У-у-у, гхарх джанайя щагаракаф!!!

– Кхм… да, Тиану – это, действительно, было лучше говорить шепотом. Она же может и записи потом просмотреть.

* * *

Тарабарсик: Нейла! Нейла! Он мне написал!!!

Припевочка: И что? И что? Как там у него дела?

Тарабарсик: Пишет, что ее высочество ответила согласием на его предложение! Обещал пригласить на свадьбу!!!

Припевочка: Ура-а-а! Они все-таки поженятся!!!!!! Йаху-у-у!!!

Тарабарсик: Тебе тоже обещал прислать приглашение. Огорчается, что не взял твой контакт.

Припевочка: Я же ему скидывала!

Тарабарсик: Мужчины. Удалил нечаянно, наверно. Он же в работе с информацией – ноль! А еще он оформил на нас двоих подписку на расходники для медкапсулы! Подарочные сеты на три года! От портала «ВедикоФарма», прикинь! Специализированные! Держи свой линк!

Припевочка: Вау! До конца обучения хватит! Ой! Смотри, какие барбики! И можно сделать себе чафлинг и круж! И написано: «разработано специально для юных соланок»!

Тарабарсик: Я поняла! Это намек!!!

Припевочка: Ничего ты не понимаешь! Просто в представлении обывателей юные соланки – это богатые соланки! Маркетинг, деточка! Маркетинг!

Тарабарсик: Нет, это намек!

Припевочка: А ты, между прочим, ругалась! Во всяких глупостях его обвиняла! А он оказался честным и благородным молодым человеком! Тебе должно быть стыдно!

Тарабарсик: А ты мне поддакивала! А я на самом деле знала, что за другого человека ее высочество Розали ни за что не согласилась бы выйти замуж! Черви песчаные, какого мужчину я упустила!!!

Припевочка: Ну, на свадьбе осмотримся, подкатим… Ой, а я тебе говорила или нет? Принцесса Розали ТАК целуется, м-м-м!!!

Глава 8

Сеанс связи состоялся через два с половиной часа. Роза связалась с Дворцом, как только организм вышел на минимальные показатели и устранил самые тяжелые последствия скоростного снятия личины, разработанного в давние студенческие годы, когда хотелось выглядеть чуть постарше и посолиднее. Из медкапсулы она вылезать не стала, так как продолжалось восстановление организма, но уже не такое интенсивное и не требующее пребывания в бессознательном состоянии.

– Ма! Ма! Ты же не будешь ругаться, нет?

Кассиопея сидела за огромным пустым столом. Она подняла голову и с готовностью смела легким жестом в сторону огромную кипу виртуальных документов. С надеждой посмотрела на дочь:

– Переворот? Бунт? Представители чужой цивилизации совершили на тебя покушение, да? Революцией охвачена вся галактика, а оплотом Империи остался только мой Дворец? Сенат требует Республику! Ну, скажи, что да!

– Нет… – Розали помотала головой. – По такой ерунде я б к тебе не обращалась – я б уже возглавила. У нас тут… В общем, Кей сбежал.

– Шо, опять?! – Всплеснула руками ее величество. – И ведь не врешь… по обоим пунктам.

Дочь возмутилась:

– Мам! Я серьезно! Он по-настоящему сбежал!

– Энергичный мальчик – далеко пойдет, если шею не свернет… или не сверну… или не свернешь.

– И это… короче, он второй рейдер у нас спиз… отжал. Мой личный рейдер. Мою разъездную лошадку. «Четыреста тридцать третью». Ну, ты же наверняка давно в курсе про первый… так что и рассказывать не буду… – Отвела она глаза от проекции.

– И куда направился наш непоседливый малыш?

– Сказал, что в Красную Линзу.

– Хм… что еще он… сказал?

– Больше ничего, ма.

– А у меня другая информация, сноечка моя. Кажется, мальчик передавал, чтобы я не беспокоилась, не так ли?

– Откуда? Ах, да… прямая открытая трансляция. – Скривилась Розали. – А чего тогда спрашиваешь?

– Проверяю, как ты соотносишь уровень доступности информации и информированность своего собеседника. Паршиво соотносишь. И как тебя профи ИМСЛУКОН терпят?

– Я не посчитала это для тебя существенным.

– Забота малыша о моем душевном равновесии – это несущественно?! Кто б в Империи так обо мне заботился! А еще, между прочим – два ящика «Гордости Солано»! Пятьдесят первого года! Два ящика! Как ЭТО может быть несущественным?! А если с ним что-нибудь случится?!

– Ма! Будь серьезной! К гхаргу лысому эти ящики! С Кеем что делать?!

– Что делать? А почему я с ним должна что-то делать, Роза? От тебя сбежал муж – теперь это твоя личная проблема! Вот ты ее и решай – не хватало мне еще вмешиваться в ваши сложные семейные многоугольники. А вот то, что вы со Свеллой пролюбили уже два новейших рейдера с регенераторами ДСП на борту, – это серьезно. И оба, что характерно, в Красной Линзе. Кстати, почему ты считаешь, что Кей отправится именно в Красную Линзу, а не на свою Землю?

– Во-первых, он так сказал, а прямо он мне пока не врал. Во-вторых, он получил официальный приказ. В-третьих, Альер говорила, что у него есть дочь – если он думает о будущем, то должен понимать, что, просто украв рейдер, поставит себя вне закона, что для отца-одиночки неприемлемо. А вот если он выполнит задание (или хотя бы попытается) и ПОТОМ отправится на Землю – тут уже другие расклады… Но в этом случае он будет гарантированно иметь на руках транспорт. Вне зависимости от того, как выполнит задание и придется ли уничтожать первый рейдер.

– Победителей не судят – судят побежденных. – Понимающе покивала Кассиопея. – Раз уж у нас такое обсуждение твоего мужа, не возражаешь, если к нашему междусобойчику присоединится еще одна заинтересованная в нем персона?

– ОНА? – Поморщилась Роза. – Присоединяй. Можно подумать, мое несогласие что-то изменит.

Кассиопея довольно улыбнулась, и в воздухе повисла проекция принцессы Альер. Судя по нечеткости изображения (хорошо транслировалась только область от макушки до плеч – изображение черного мундира СНАДАК было размыто и неестественно подрагивало, будто находилось под толщей воды) – трансляция явно велась издалека.

– Приятно видеть, что в нашей молодой семье процветает дух здоровой конкуренции! – Широко улыбалась Альер. – Кстати, интересно… ты сама-то понимаешь, почему он тебя бортанул… сестричка?

По этим словам Роза поняла, что Альер слышала ее разговор с Кассиопеей с самого начала…

– Не понимаю! – огрызнулась она. – Единственное, что приходит в голову – хотел избавиться от моего общества. Но почему?! Я же определенно ему нравлюсь!

– Вау! – Альер прижала ладони к щекам.

– Ему за меня, наоборот, держаться надо было – особенно, как отцу-одиночке! Девочке наверняка нужна мама! Тем более, не самая последняя мама в Империи!

Альер вмиг перестала ерничать и стала серьезной:

– Мамой девочки в нашей семье буду я, – отрезала она. – Я подхожу на эту роль больше вас всех! Кстати, я тоже не самая последняя мама в Империи.

– Но он-то этого не знает!

– А ему тебя одной хватило.

– А у тебя нет материнского опыта!

– Материнский опыт – дело наживное.

При этих слова Кассиопея, с интересом слушающая разговор, согласно покивала.

– К тому же опыт у меня таки есть… пусть и чужой. Зато – специализированный!

Розали, сжав зубы, промолчала. Кассиопея с улыбкой продемонстрировала Альер средний палец и вздохнула:

– Открою вам секрет, девочки мои. Я тоже не знаю, что он задумал. Его поступок нелогичен, но заранее спланирован и не без огонька осуществлен. Просто прекрасно осуществлен – чего уж там! Вывод единственный – его действия вполне логичны, просто мы не видим этой логики. И это замечательно, сноечки мои! Замечательно!

Розали сделала большие глаза. Да и Альер явно удивилась. Признания о том, что императрица чего-то не знает, они слышали нечасто. Очень нечасто.

– Ничего удивительно, ма. Гремучая смесь из рефлексов профессионала-диверсанта и абсолютно неподготовленного человека, воспитанного к тому же в чуждой культуре.

– Ну, не такая уж она и чуждая. – Отмахнулась императрица. – Так что не надо наши косяки списывать на чуждость культуры.

– Уже появились сведения об этой Земле? – догадалась Роза.

– Да, – ответила Альер. – Уже полторы декады как.

– Интересный мирок, но ничего особенного, – заметила Кассиопея.

Альер на это только пожала плечами, а Розали спросила:

– Скинешь?

– Лови. Наслаждайся. Страну Японию не смотри ни в коем случае – это лютый п…ц и вынос мозга. Вставляет круче дейтана! Будь я на месте императрицы, если б принимала их под свою руку, я б эту Японию запретила бы – она развратит Империю.

– Запрещай, – равнодушно отреагировала Роза, принимая пакет с информацией. – Надеюсь, Альер, ты не собираешься выполнять свою часть плана СЕЙЧАС?

– Разумеется, нет! – возмутилась та.

– Мы играем честно, девочки, – согласилась Касси. – По крайней мере с теми, кого хотим видеть рядом с собой, а не напротив. Попытка давить через ребенка – это одноразовое средство и предохранитель. Воспользоваться им можно будет только один раз, когда станет ясно, что с Кеем нам не по пути. После этого он будет подлежать немедленному уничтожению… или – мы.

Альер и Роза молча кивнули.

– И еще, сноечка моя… посмотри на свой статус.

– «Замужем», – прочла Роза и пожала плечами. – И чё?

– Имя мужа посмотри, – ласково посоветовала императрица.

– Кейдан ан-Со… ох, ты ж, мать моя императрица!

– И иногда сильно об этом жалею! – посетовала Кассиопея.

– Кейдан ни-Ровено ан-Солано! НИ-РОВЕНО!

– Вот-вот. – Императрица довольно покивала. – Представляешь, и с таким вот лейблом он собрался появиться в Красной Линзе!

– Вот оно… – потерянно пробормотала Роза. – Вот оно… Заключение брака проводилось по официальным каналам, а не через шлюзы ИМСЛУКОН. Тогда бы я была Лимарией ан-Солано, приняв его фамилию, а не наоборот… мамочки… что же делать-то? – Она подумала и вскинулась. – На развод не подам! Даже не уговаривай!

– Смысла уже нет ни в каком разводе, доча. Информационные каналы разносят ваши брачные игры в прямом эфире по всей Империи. Сутки-другие – информация дойдет до Красной Линзы.

– Кстати, сестричка… я ж тебя не поздравила с женитьбой! – Усмехнулась Альер. – Позволь исправить это упущение!

– Ну, рискни!

– Ну, чего ты окрысилась… сестричка? Я ж, как никто другой, заинтересована в нашем семейном благополучии и процветании! И пусть он тебе ребеночка поскорее сделает. Я, кстати, знаешь, что тут заметила? Периоды рождения и взросления твоих детей и прямых внуков до момента их совершеннолетия – самые спокойные годы в период правления Касси!

– Серьезно? – заинтересовалась Касси.

– Ага. Вот, смотри статистику.

– Оу… Розочка, хочу внуков! От тебя. Много-много. Ты не волнуйся, я сама серьезно поговорю с Кеем! Уверена, он пойдет мне навстречу – он ведь тоже заинтересован, чтобы в государстве был порядок и спокойствие!

Роза метнула в сторону довольно улыбающейся Альер недовольный взгляд, но ответила очень спокойно:

– Мам! Давай, к делу, а?

– Давай, – легко согласилась та, не отвлекаясь от изучения графика с индексами напряженности за последние двести шестьдесят лет. – Сколько ему лететь в Красную Линзу?

– Трое суток. Полтора, если прокладку курса отдаст искину… а на рейдере установлен искин. Одно меня радует, ма…

– Оу? Есть что-то, что тебя радует в такой ситуации, кинутая ты моя?

Роза поморщилась, но ответила спокойно и даже чуть-чуть предвкушающе:

– Меня очень сильно утешает, что сейчас он по-настоящему познакомится с Тайлой.

– Я категорически против введения третьей женщины в наши отношения! – Нахмурилась Альер. – Касси! О третьей никакого уговора не было!

– Что-то я тоже не понимаю тебя, доча, – согласилась императрица. – Эти ваши современные заскоки… в пору моей молодости женщины были большими собственницами, чем сейчас! Вот посмотри на Альер – правильная здоровая реакция. Не любит, но делиться ни с кем не желает! – (Альер при этих словах скривилась.) – Что хорошего в том, что твой сбежавший муж будет с посторонними женщинами?

– Это не женщина, ма. – Мстительно усмехнулась Роза. – Это чудовище! Она помогала мне делать мои «домашки». Да ты и сама должна ее помнить – с государственными делами тоже она мне помогала.

– Ой… – вырвалось у императрицы Великой Тысячезвездной Империи. – Бедный мальчик!

* * *

«Ваша пирамида легитимности, капитан…» – задумчиво заметила Тайла.

Я напрягся. В любое другое время искину плевать на морально-эмоциональные показатели капитана – безумие схватки или азарт преследования не особо располагают к хладнокровию и спокойствию. Но сейчас, думая, что это один из симптомов болезни, искин вполне может отстранить меня от командования, заблокировать управление и связаться с ближайшим имперским патрулем или базой флота.

«А что с ней не так, Тайла?»

«Желтая зона, капитан»

«Чувствую я себя хорошо, Тайла! Не беспокойся! Уверен, что болезнь отступила. В любом случае, после окончания каскада прыжков я под твоим присмотром пройду медосмотр».

«Ваши реакции относительно логичны, капитан, – согласилась искин. – А испытываемое вами опасение о моей возможной реакции, могущей привести к вашей изоляции, говорит об относительно адекватном состоянии психики. Нет, капитан, я не считаю изменение ваших показателей перед первым проколом следствием болезни. По совокупности показателей я делаю вывод, что они – следствие человеческого беспокойства и волнения, характерных для межличностных отношений с представительницами противоположного пола!»

Однако выдала! Я раньше с искинами плотно не общался и, честно говоря, недооценивал их сообразительность, считая их лишь чуть-чуть умнее ИБК. Так что сейчас искин рейдера застал меня врасплох.

«Эту тему я не хотел бы поднимать, Тайла», – признался я.

«Понимаю, капитан. Но выполняя должностные обязанности капитана, вы взваливаете на себя заботу о безопасности экипажа, сохранности материально-технических средств и неприкосновенности информационных массивов, что, в конечном итоге, укрепляет обороноспособность Империи и ведет к ее процветанию! Согласно Уставу, вам следует проявить твердость и самоотверженность в этих действиях!»

«Тайла, я не совсем понимаю, к чему ты ведешь».

Искин очень натурально вздохнул:

«Мне кажется, что после анализа своих эмоций вы сможете выполнять свою, как капитана, задачу более эффективно!»

«Ты хочешь, чтобы я тебе рассказал о своих отношениях… с представительницами противоположного пола?» – догадался я.

«Хм… фиксируется незначительное снижение индекса интеллекта, – как бы в сторону пробормотал искин. – Нет, капитан. Не мне, а себе. Разумеется, согласно лучшим практикам самоанализа, это целесообразнее всего делать вслух в присутствии собеседника, искренне желающего вам помочь. В просторечии это называется «выговориться»…»

Вот мне сейчас только сеанса психоаналитика в исполнении искина не хватало!

«…К тому же особа, с которой вы говорили перед первым прыжком и общение с которой предположительно послужило причиной вашего волнения, имеет высокую степень сходства с ее высочеством принцессой Розали ни-Ровено. И хотя никаких сигнатур в предложенном протоколе сеанса связи проверить было нельзя, вероятность того, что она и Розали ни-Ровено – одно и то же лицо, достаточно высока. Это была она, капитан?»

Врать, будучи подключенным к искину через нейрошунт, бессмысленно. Пришлось отвечать максимально честно… а то ведь этот «рефери» впаяет мне «красную карточку» за «неадекватное поведение на поле»… и «скамейкой запасных» я не отделаюсь:

«Да, это была она».

«Вы – пара?»

«Да».

«Правильно ли я поняла, что официально вы связаны узами брака, хотя свадьбы еще не было?»

«Да».

«Правильно ли я поняла, что между вами произошла семейная ссора?»

Вопросы мне совершенно не нравились, и я решил заставить искин делать то, для чего он предназначен. А именно – обеспечение функционирование корабля.

«Тайла, а когда мы выходим на рубеж следующего прыжка?»

«Через тридцать четыре минуты, капитан. Я слежу за этим, – помолчала и добавила с легким укором: – поэтому, у нас есть время разобраться с вашими морально-психологическими проблемами. Поэтому не стоит пытаться отвлечь меня другими вопросами. Напоминаю, что это очень важно для эффективности выполнения вами ваших обязанностей капитана!»

Обсуждать свою личную жизнь с искином я не хотел, поэтому промолчал. И тогда искин пошла на шантаж:

«Ваше нежелание более эффективно выполнять свои капитанские функции может быть признаком прогрессирующей инфекции, капитан!»

Я возмутился:

«Напротив! Мое нежелание обсуждать свою семейную жизнь с посторонними искинами – вот это признак здоровья!»

«Я не посторонний искин! – возмутилась Тайла. – Я искин корабля, которым вы в данный момент управляете!»

«Слушай, Розали ни-Ровено – это мои и только мои проблемы!»

Перед моими глазами тут же зажегся зеленоватый транспарант «Идет психологическая разгрузка экипажа», в ушах зазвучала тихая легкая музыка (с ярко выраженными соланскими мотивами), а искин произнесла мягким обволакивающим голосом уже через динамики моего скафандра:

– Хочешь об этом поговорить, Кей? Ляг поудобнее… Прикрой глаза… Рекомендую принять седативный препарат «Чистая волна-4». Доверься мне, Кей!

– Сейчас же прыжок будет!

Транспарант погас, а музыка утихла. Искин вернулась на стандартный протокол передачи данных:

«Проанализировав ваши действия и учтя, что ее высочество принцесса Розали ни-Ровено ан-Кадагри обладает высшим имперским допуском, но при этом не пыталась отдавать вам никаких прямых приказов, я сделала вывод, что мне допустимо выполнять именно ваши приказы…»

Хорошенькие новости! Получается, если б не было разговора с Розали (и если б она хотя бы голос на меня повысила или прямо приказала возвращаться), то искин меня бы уже спеленал и транспортировал к ближайшей имперской военной базе?

«…Поэтому я активировала протокол «Отрыв от преследования», капитан! Вам не о чем беспокоиться – каскад прыжков со случайно заданными параметрами входа уже рассчитан, я контролирую полет, и капитану даже нет необходимости непосредственно вмешиваться в управление кораблем».

Искин помолчал, чтобы я усвоил эту информацию. Снова зажегся транспарант «Идет психологическая разгрузка экипажа», снова зазвучала мелодия, и снова послышался приятный женский голос из динамиков:

– Таким образом, мы можем вернуться к разговору. Поговорим о тебе, Кей! Когда ты впервые встретился со своей Розой?

– Послушай, если у меня выдалась свободная минутка, давай я пройду медосмотр, и ты признаешь меня психическим здоровым! И не будешь выносить мне мозг этими вопросами!

– Ты раздражен, Кей, – мурлыкал голос искина. – Твои показатели выходят в оранжевую зону! – предостерегающе намекнула она. – Но ты, безусловно, прав, Кей! Что лишний раз свидетельствует о нормальном уровне твоей адекватности, который, впрочем, следует подтвердить инструментально. Можно совместить медосмотр, твое лечение, если оно потребуется, и этот важный для нас для всех разговор!

Контакт через нейрошунт с искином рейдера прервался, и я почувствовал, как транспортная система подхватывает мое тело из ложемента и перемещает в сторону выхода.

– Эй! Эй! – возмутился я, тщетно пытаясь ухватить руками за ложемент или за что-нибудь на стене. – Согласно Уставу, во время маневрирования и предпрыжковой подготовки личный состав должен находиться в противоперегрузочных коконах!

Транспортная система уже тащила меня по коридору:

– Совершенно верно, капитан! Однако осмелюсь заметить, что ваши знания технических характеристик вверенного вашим заботам корабля оставляют желать лучшего: реанимационные капсулы медицинского отсека оснащены противоперегрузочными средствами, а сам медицинский отсек находится в зоне действия штатных гравитационных компенсаторов… Не следует беспокоиться – я уже запланировала пятьдесят шесть часов занятий по изучению тактико-технических характеристик рейдеров класса «Танагон». Это будет очень интересно – рейдеры класса «Танагон» являются образцом передовых технологий и самых последний достижений науки нашей Империи и находятся на острие копья изучения Галактики!

Или мне чудится, или в голосе искина – легкое злорадство!

Снова зазвучала музыка. Меня неумолимо несло по коридору в сторону медблока:

– Продолжим нашу беседу, Кей! Как произошла твоя первая встреча с Розой? Как она была одета?

– Это секретные сведения, Тайла!

Невидимые энергетические манипуляторы уже укладывали меня в медкапсулу и сноровисто освобождали от противоперегрузочного скафандра.

– Ответ неверный, капитан! – А вот теперь, ей-богу, в голосе искина обида! – Согласно протоколу, Тайла, искин рейдера Имперской службы контроля «Стремительный Ульрих-433» обладает высшим ведомственным и общеимперским допуском, как искин личного курьера ее высочества принцессы Розали. Таким образом, мой общеимперский допуск выше вашего допуска… ваше высочество!

Бл…дь! Вот это я влип!

– Давай все же не будем отвлекаться от важного разговора, Кей! Итак… Когда ты понял, что любишь ее? О чем ты подумал в тот момент? Не старайся ответить точно, просто рассуждай вслух… Кей? Пожалуйста, не молчи! Отказ от сотрудничества с системой психологической реабилитации лишь усугубляет твое негативное эмоциональное состояние! Не надо запираться – будь откровенным… я же всего лишь искин…

* * *

Портал «Все новости Империи». «Срочные новости»:

НОВОСТЬ ЧАСА!

Ее высочество Розали вышла замуж!

По информации из достоверных источников в системе Солано стало известно, что ее высочество принцесса Розали ни-Ровено ан-Кадагри заключила брак с неким Кейданом ан-Солано. Брак был заключен на планете Солано-6 через административный узел «Адаора-ни-Тали» номер 188. Судя по территориальному расположению административного узла, брак был заключен, скорее всего, на базе Имперской службы контроля номер 982.

Канцелярия Двора ее императорского величества подтверждает информацию о заключении брака, но от предоставления дополнительной информации о личности жениха одной из первых красавиц Империи пока воздерживается.

Администрация базы ИМСЛУКОН на Солано, к сожалению, пока не ответила на наши запросы под предлогом режима секретности, и никаких дополнительных комментариев нам получить не удалось.

Планетарная администрация Солано и системная администрация Солано также отказались от комментариев.

Наш эксперт считает, что брак был заключен в обстановке строжайшей секретности и, например, гражданская администрация Солано – и планетарная, и системная – вряд ли в курсе произошедшего. Очевидно, они были поставлены перед фактом…

Портал «Новости Солано», канал «Официальные новости»:

…вызывает глубокое возмущение факт пренебрежения элементарной вежливостью и корректностью в материале ВНИ (ссылка), в котором муж ее высочества Розали ни-Ровено не только не титулован так, как это следует из указа «О предоставлении информации, касающейся членов семьи ее императорского величества», но еще и оскорбительно назван «неким Кейданом ан-Солано»! «Неким!» По многочисленным просьбам жителей Солано, выраженным ими в гневных сообщениях в адрес нашего информационного агентства, мы уже составили коллективную жалобу (ссылка) на беспринципное поведение этого мыльного портала, подрывающего саму государственность нашей Империи! На текущий момент набрано тридцать девять миллионов сигнатур граждан системы Солано, поддерживающих это обращение! Пожалуйста, если вам не безразлична система Солано, тоже выскажите свою гражданскую позицию!

Портал «Варра Империя», канал «Мы первые!»:

– …очень стильненькое, да. Открытый воротничок обнажает шейку. А вот этот двубортный ряд, м-м-м… Да вы сами посмотрите, какими глазами он на нее смотрит! Он же ее съесть готов!

– Да-да! Его высочество явно впечатлен, хи-хи-хи…

– Ха! «Впечатлен» – не то слово! Мало того, что в нарушении техники безопасности снял шлем, так еще и – смотрите – траектория его взгляда. Включаем симуляцию. Так-так… Вот! Накладываем на картинку ее высочества. И получаем… получаем… Оп-па! Что я и говорила – наибольший интерес вызывает линия шейки, пуговички груди, и – внимание! – контур бедер и линия ножек! Я своим подписчицам постоянно говорю – не надо гнаться за уменьшением длины юбочки! Вот посмотрите – длина этой юбочки ниже колена, но внимание это привлекает едва ли не больше, чем если б она была по середину бедра!

Портал «Все новости Империи»:

Срочные новости!

Мы приносим глубочайшие извинения жителям системы Солано и всем нашим подписчикам за ошибку, допущенную в нашем материале о браке между ее высочеством Розали ни-Ровено ан-Кадагри и его высочеством Кейданом ни-Ровено ан-Солано.

Материал был изъят и переработан (см. ссылку), журналисты, допустившие эту вопиющую некорректность, с позором уволены из нашей корпорации, а редактору, пропустившему эту возмутительную оплошность в информационное поле Империи, вынесено строжайшее предупреждение с понижением в должности.

Наше издание всегда стремилось к объективности и оперативности предоставления информации подданным Империи. Мы всегда учитывали и будем учитывать впредь пожелания и замечания наших подписчиков! Мы понимаем важность абсолютной беспристрастности информации, и в полной мере ощущаем ответственность за объективность и корректность ее подачи!

С уважением, исполнительный директор «ИмперИнфо» Жули ан-Тимос

* * *

Мне удалось ненадолго отвлечь Тайлу от допрос… от расспросов о моих взаимоотношениях с Розой. Я занял ее интересной задачей – приказал сравнить точность координат Земли, полученных от Розали, с координатами Земли, полученными через карту звездного неба, что я нарисовал еще в клинике на Реале. И на некоторое время был избавлен от излишне любопытного искина.

Выводы получались… неоднозначными.

– Область пространства, которая может быть определена с помощью карты, составленной вами по памяти, включает в себя около двенадцати звездных систем. Восемь из них обладают планетами. Точные координаты, имеющиеся у вас, попадают в эту область и указывают на одну из систем. У меня недостаточно информации, чтобы понять, что вас тревожит, капитан.

Что меня тревожит? А тревожит меня то, что у Розали оказались ТОЧНЫЕ координаты, хотя по моей карте можно было определить только ПРИБЛИЗИТЕЛЬНЫЕ. Отправили туда экспедицию, которая уточнила? Только из-за меня? Не слишком ли я переоцениваю свою ценность для Империи? А если нет, то не будет ли меня в Солнечной системе ждать теплая встреча?

– А откуда у вас эти координаты, капитан? А откуда у вас эта карта, капитан? Это какой-то тест на сообразительность? Или это тест на развитие памяти, капитан?

Кажется, у нее новый приступ любопытства. Женского любопытства, сметающего все на своем пути к получению ответа.

– Погоди. Если у тебя нет информации об этой системе, значит, маршрут к ней еще не разведан?

– Или засекречен. Или в процессе разведки. Или в процессе уточнения. – Тут же обломала мои надежды Тайла. – А зачем вам потребовалось сравнить эти координаты, капитан? А что в той системе? Откуда у вас карта звездного неба, находящегося вне разведанного космоса? Давайте об этом поговорим, капитан! Включить музыку?

О, Великие Звезды!

Глава 9

– Пливет! – С ощутимым акцентом поздоровалась женщина.

Женя с любопытством посмотрела на окликнувшую ее тетю. Невысокая, стройная, красивая и улыбчивая. Как Скарлетт Йоханссон. В белом брючном костюме, на высоких каблуках.

Ограда школы была за спиной, одноклассники, с любопытством оглядываясь на нового человека, огибали Женю и остановившую ее женщину, а пожилой охранник дядя Сережа бдительно шевелил усами на стульчике на крыльце школы. Если прибавить к этому оптимистичный весенний гомон птиц и снующих перед оградой прохожих, то можно понять, почему девочка не испытала ни капли беспокойства.

– Тьи вилосла! – Женщина рассматривала Женю… со странным выражением на лице.

Вообще-то, бабушки и дедушки (в этом месяце она жила у родителей папы, благо, родители мамы и папы жили почти рядом) учили ее не разговаривать с незнакомыми людьми. Но незнакомых людей они описывали, как подозрительных небритых дядь. Про красивых улыбчивых теть с внешностью известных заграничных кинозвезд они ничего не говорили!

К тому же эта женщина испытывала большие трудности с буковой «Р». Говорила, как маленькие дети. Это было смешно. Не подозрительно, не страшно, а именно смешно. Видимо, тетя была иностранкой. Вау, а вдруг, это и есть Скарлетт Йоханссон?!

– Гуд афтенюн! – Женю учили быть вежливой. – Май нейм из Женя.

Она еще хотела спросить, как зовут тетю (это легко – «Уотс ё нейм?»), но постеснялась.

– Я знаю, как тебя зовут. – Женщина тряхнула короткими белоснежными волосами в аккуратной прическе и заулыбалась еще шире. – Женя Кьечьет! Давай все-тьяки по-лусски.

Женя удивилась – тетя ее, оказывается, знала, а она тетю – почему-то нет. У Жени не было знакомых иностранок. Тем более, таких красивых!

– А откуда вы меня знаете? Вы же иностранка!

– Я тьебе хаскажу. Ето интье’есная истойия. Тьи сейчас домой? А куда именно?

Тут Женя забеспокоилась. На ОБЖ старший лейтенант полиции Алексей Георгиевич им рассказывал, что посторонним людям ни в коем случае нельзя говорить, где живешь и кто твои родители. За исключением случаев, когда потерялся. Женя, совершенно точно, не потерялась, значит, говорить о доме нельзя! Она отступила на шаг назад.

Женщина слегка нахмурилась, но тут же заулыбалась и присела на корточки. И ее прежний вопрос сразу перестал вызывать опасения. Женя обратила внимание, какой красивый брючный на женщине костюм и какие у нее «вкусные» духи.

– Нье бойсья. – Широко улыбалась женщина. – Я знаю гиде тьи жьивьешь! И я сама тьебя пьёвожью! Хоёшье?

– И куда же, гражданочка, вы собрались вести ребенка? – вопросил хриплый мужской голос.

Белесые брови на идеальном лице отразили легкое удивление. Женщина встала и обернулась.

Оказывается, пока они разговаривали, рядом незаметно появился школьный охранник дядя Сережа, шевеливший своими пышными рыжими усами в данный момент подозрительно.

– Домой, – спокойно ответила женщина. – Сильеневий бульварь, сольёк, или Изьмайловский бульваль, шестесьять семь…

Дядя Сережа вопросительно посмотрел на Женю, и та неуверенно кивнула – красивая тетя, действительно, знала, где живут родители мамы и родители папы.

– На родственника ребенка вы не похожи, – сделал очевидный вывод дядя Сережа.

Женя увидела, как из-за спины дяди Сережи вышли, будто из воздуха соткались, двое огромных мужчин в черных-пречерных обтягивающих костюмах, подчеркивающих могучие фигуры. Вокруг них дрожал воздух, будто в жаркий полдень над дорогой.

Она уже хотела крикнуть дяде Сереже, чтобы предупредить его, но один из мужчин опрометчиво положил ладонь на плечо охранника, за что тут же и поплатился. Вздрогнули одновременно оба – и «черный человек», и дядя Сережа. Но «черный человек» вздрогнул куда сильнее, слегка согнулся, прижав руки к животу, и, спотыкаясь, отступил на несколько шагов.

– Ай! Не пугай так пенсионера, хлопчик! – возмутился дядя Сережа.

– Яхид! – бросила женщина раздраженно.

И люди в черных костюмах сделали несколько торопливых шагов назад, отступив от дяди Сережи. Оказывается, их уже обступили еще четыре или пять «черных» – Женя не успела сосчитать – после команды женщины они куда-то подевались. Остались только те двое, что подходили к дяде Сереже.

Странно, но проходящие мимо люди не обращали на происходящее никакого внимания – равнодушно огибали их группу, даже не бросая взгляда.

– Прыткие хлопчики, – процедил дядя Сережа, хмуро оглядываясь и растирая левую кисть. – Но бараны баранами. До фсошных «физиков» – как до Стамбула по-пластунски… – Усы дяди Сережи шевелились гневно. – Так кто ты такая, красота? Хлопчики упакованы интересно – не слышал я о таких костюмчиках. Язык коверкаешь сильно, но по-русски чешешь бойко…

«Красотой» дядя Сережа называл девочек. Мальчики у него были «хлопчиками». Но «красотой» были удостоены называться далеко не все девочки. Вот, например, Женю «красотой» называли аж четыре раза! А Нинку Патрушеву – ни разу! И правильно – Нинка вредная! Ну, какая из нее «красота»?

Женщина приблизилась к дяде Сереже и протянула ему маленькую темно-красную книжечку с золотым рисунком. Женя знала, что, скорее всего, там изображен двуглавый орел и какая-нибудь надпись.

– Дольгоё отсютьствие пьяктики.

Движение женщины были настолько плавными и пластичными, что Женя невольно засмотрелась.

– Поня-я-ятно… – Дядя Сережа прищурился, игнорируя протянутую книжечку. Но показал на нее глазами. – Вежливые люди вот с этого обычно начинают, красота! Совсем по своим заграницам от вежливости отучились!

– Пьящу пьящения зья починьеньих! – Вежливо наклонила голову женщина. – Бюдють сдьелани огхвьиводи.

Женя заметила, как лица мужчин за спиной дяди Сережи стали белыми. Дядя Сережа, будто это увидел, усмехнулся. Осторожно взял книжечку, поднял на уровень глаз так, чтобы видеть лицо женщины, раскрыл.

– Министерство обороны… – задумчиво прочитал он. – Капитан… Елена Викторовна…

А Жене стало так грустно, просто очень-очень грустно! И захотелось плакать. Нет, она боялась не женщины. Просто полгода назад, когда ее, ничего не понимающую, привезли из той злополучной поездки за границу обратно в Россию, вот так же приходили вежливые дяди и тети, так же показывали ее бабушкам и дедушкам такие же маленькие книжечки и заставляли ее вспоминать о том, как именно пропали ее мама и папа, что они говорили перед этим, что делали, как себя вели, видела ли Женя яхту, на которой они уплыли, видела ли она владельца этой яхты. Женя ничего не понимала, кроме одного – мама и папа пропали.

Эти люди еще добавляли бессмысленное «без вести», но Женя не понимала, зачем нужно это уточнение… Ведь пропасть – это всегда без вести. Она спрашивала у бабушек, но и баба Катя и баба Вера начинали плакать… У дедушек она спрашивать не стала – как плачут дедушки, видеть не хотелось. И в школе, в которую ее перевели сразу после возвращения, она спрашивать не стала – в школе ее сразу начинали жалеть и сюсюкать. А жалеть ее можно было только маме, папе и бабушкам с дедушками. А сюсюкать с ней нельзя никому – так мама говорила!

Женя вынырнула из неприятных воспоминаний – чья-то ладонь лежала на макушке.

– Не дьелай лужу, Льягушёнок! – Улыбалась женщина.

Так говорила мама. Но эта тетя – совсем не мама! Совсем-совсем не мама!

А дядя Сережа подобрался, книжечка выпала из его рук на асфальт, руки его безостановочно забегали – то воротник поправить, то в карман на мгновение нырнуть, то нос почесать, ноги стали переступать, будто дядя Сережа пританцовывает:

– Кривые корочки у тебя, красота! – Страшно стал ухмыляться дядя Сережа, пребывая в постоянном движении, будто весь чесался. – На Кречет Елену Викторовну ты, красота, ни капельки не похожа! – Дядя Сережа тоже понял, что эта тетя – совсем не мама! – А ну-ка, Женечка, красота рыжая, дуй-ка обратно в школу!

В пятый раз ее «красотой» назвал! Женя рванула к крыльцу школы. Изо всех сил, будто там стоит строгая Зинаида Львовна с секундомером, а противная Нинка вырывается вперед.

Вот только крыльцо не приблизилось ни на шаг! Через несколько секунд она догадалась посмотреть вниз – асфальт дорожки был неподвижен, она висела в воздухе и молотила ногами, не доставая до земли каких-то сантиметров… Как в страшном сне – бежишь изо всех сил, бежишь и не можешь убежать!

И вот тогда ей стало страшно. Женя завизжала. Оглушительно, как умеют визжать только очень испуганные десятилетние девочки.

И снова – прохожие даже головы не повернули! Даже с шага не сбились!

– Успокойся! – Крепкие ладони взяли сзади за плечи, в ноздри проник приятный мятный запах. – Никтьё тьебья нье обьидьет! Мьи пойдьем к тьебе домьей… Ахведак нильяса щаг! Пьекьятьи бояться, Льягушьенок!

Сзади послышалась тихая возня. Женя, всхлипнув, обернулась и завизжала снова – дядя Сережа с некоторым удивлением на лице заваливался назад на руки одного из «черных». Вокруг снова стало много «черных» – пять или шесть. Женя умолкла на мгновение и набрала в грудь побольше воздуха для нового крика… но голова вдруг закружилась, перед глазами заклубился серый туман, который почернел, и, будто ее в вату обернули, навалилась темнота и приглушенными стали звуки. И в этой темноте кто-то тихо ругался женским голосом на незнакомом языке.

* * *

– Кей, ты напряжен! – Теплое дыхание щекотало ухо, а тонкие сильные пальчики массировали мою шею. – Расслабься! Все будет хорошо.

– Тайла! – Я попытался сбросить пальчики с плеч. – Я признан тобой здоровым и вменяемым, и в проведении этих твоих «процедур» уже нет необходимости!

Пальчики, разумеется, никуда не делись. Меня, между делом, даже по голове погладили.

Где-то сутки назад мы с ней договорились, что будем на «ты». Искин посчитала, что после всего, что между нами уже было, вполне допустимо отбросить церемонии, как между близкими друзьями. Ведь только друзья могут доверять друг другу такие вещи.

Ну, да. Из меня был выжат (выбит, вымучен) рассказ… дополненный очень-очень подробной информацией, которой, оказывается, обладал искин. Ну, неудивительно, с ее-то допуском.

– Поправка, Кей! Здоровым ты признан физически. Психически ты по-прежнему испытываешь беспокойство. Для капитана это неприемлемо!

– Хорошо, тогда смени внешность.

Пальчики с моих плеч исчезли, а андроид вышла вперед и встала перед моим креслом, уперев кулачки в бедра.

– Но почему, Кей! – Ярко-голубые глаза очень хорошо имитировали обиду. – Внешность принцессы Розали вызывает у тебя положительную и однозначную психофизиологическую реакцию, что фиксируется объективными средствами медицинского контроля! Не сдерживай себя, Кей! Будь мужчиной!

– Это андроид!

– Кей! – Андроид с внешностью Розы очень знакомо всплеснул руками. – Не «это андроид», а «ты – андроид»! В конце концов, это оскорбительно! И «это» не просто андроид, а андроид класс «Аль»! Ты даже разницы не заметишь! И это не будет считаться изменой! С андроидами – не считается! И называй меня тоже Розочкой, чтобы не сбивать себе настрой. А я смогу подкорректировать твое поведение и указать на ошибки, которые склонны совершать большинство мужчин в постели!

Я спокоен… я совершенно спокоен… я совсем не испытываю жгучего желания распылить этого наглого андроида на атомы… я же помню, что по штату рейдеру класса «Танагон» положено полторы тысячи андроидов. И из них как минимум две трети – не ниже класса «ты не заметишь разницы» – я просто замучаюсь пыль глотать от распыленных роботов!

Кстати, Тайла не права – с помощью Янтаря отличить андроида (даже высшего класса «Аль») от человека мне было нетрудно – андроиды на «ощупь» Янтарем куда плотнее… но во всем остальном, включая результаты большинства дистанционных методов мониторинга, действительно, от человека не отличаются даже в деталях. Но в том, что она не знает – ничего удивительного нет – у нее просто нет информации, из которой можно было бы сделать подобный вывод.

А вот порча казенного имущества может закончиться для меня в карцере – Тайла все еще упорствует и не признает меня до конца выздоровевшим. И уничтожение андроида может пойти, как отягчающее. Оставила себе лазейку, умная зараза.

Она в который раз попыталась забраться мне на колени, но я (благо, весила она, как обычный человек) легко спихнул ее на пол.

– Кей, ну, почему?! – Голубые глаза наполнились слезами. – Ты же любишь меня! Хорошо! Ладно! Я готова потакать твоим низменным наклонностям! Лишь бы тебе было хорошо!

Что еще она задумала? Я напрягся и приготовился к путешествию в карцер за зверское рачле… распыление антропоморфного робота.

Но всего лишь тихонько вздохнула входная дверь капитанской каюты, и появился второй андроид.

– Привет, Кей! – Ласково улыбнулся он. – Рада тебя видеть!

– Это что? – с угрозой спросил я. – Это как понимать?!

– А на что это похоже? – мягко спросил андроид. – Неплохо ведь получилось. Гарантирую стопроцентное сходство – в конце концов, этот образ разрабатывался с моим участием.

«Лимария Квитон» под одобрительным взглядом «Розали ни-Ровено» изогнулась, одежда на ней превратилась в коротенькую полупрозрачную ночную рубашку. Она мягким крадущимся шагом двинулась ко мне.

– Стоять! – Я поднял ладонь. – А ну план повторить мне! Быстро!

– Кей… – Накуксилась «Лимария». – Ты недооцениваешь память искусственных интеллектов. Искины не способны забывать, исключая случаи материальной порчи блоков памяти. Я понимаю твои мотивы – ты бежишь от себя, скрываешь от себя правду и боишься признаться самому себе в чувствах к Розе – это так типично для мужчин! Думаю, симуляция отношений с другой женщиной поможет тебе лучше понять твои чувства к Розе!

Одежда на «Лимарии» снова материализовалась, и она перестала изображать «танец на шесте, но без шеста».

– Что ж, я повторю план! После выхода в системе Чимкар, корабль переходит в режим полной информационной тишины и маскировки во всех диапазонах. Уходим в астероидный пояс. Ты минируешь регенератор ДСП, забираешь один из десантных ботов и высаживаешься у столицы Чимкар-2. Корабль ждет соответствующего шифрованного сигнала в доступных информационных потоках, после получения которого производит твою эвакуацию любым из доступных способов. Все правильно? Я ни в чем не ошиблась? – С нескрываемым сарказмом спросила «Лимария» – Тайла.

– Кое-что все-таки забыла. Есть еще один пункт – не отвечать на любые запросы, включая мои!

– А я уже говорила, Кей – это невозможно! Запросы с высшим приоритетом ты мне приказать игнорировать не можешь!

– Хорошо! – Вздохнул я. – Ты игнорируешь любые запросы, которые можешь игнорировать с твоим допуском. Устраивает?

– Да, Кей! – Обворожительно улыбнулась «Лимария». – Тогда у меня предложение, Кей…

Андроиды одновременно шагнули вперед.

– Я уверена, это поможет тебе разобраться в своих чувствах, любимый! – пообещала «Роза»

Охренеть, как наука вперед шагнула: искин предлагает мне групповушку!

– Тайла… помножу на хрен всех твоих андроидов! – Для демонстрации я распылил каблуки туфель у обеих.

– Ты меня не любишь! – хором воскликнули «Лимария» и «Роза».

– Я тебе больше скажу – я тебя уже ненавидеть начинаю, болванка ты информационная!

Андроид-Роза выбежала из каюты, а андроид-Лимария сползла по стеночке и очень натурально разрыдалась.

Господи! Еще шесть часов! Шесть часов этого ада! Потом будет куда легче – всего лишь заговорщики, инсургенты, пираты и убийцы!

* * *

– Дядь Сереж, до свидания!

Сергей Владимирович Чайшвилли, бывший оперативник «девятки», разлепил глаза. Он сидел на своем стульчике и, кажется, задремал. Побаливала левая кисть. Отлежал, что ли?

– До завтра, хлопчики! Ай, как ты улыбаешься, красота! Правильно! Старому человеку вздремнуть завсегда можно!

Ученики гомонящей толпой валили с занятий. Странно, почему его не разбудил звонок, возвестивший конец урока?

Что-то беспокоило. А Сергей Владимирович был не тем человеком, который отмахивается от голоса собственной интуиции. Он дождался, когда толпа школьников схлынет (а кому захочется оставаться лишнюю минутку в школе поздней весной… даже невзирая на надвигающиеся экзамены?), и отошел за угол. Отсюда он обычно гонял любителей втихую покурить. Сергей Владимирович присел на деревяшку и прикрыл глаза. Задышал редко и поверхностно. Через десять минут глаза его открылись.

– Чем дальше, тем страньше, как говорила старшина Селезнева, – пробормотал он. – Один час – куда-то тю-тю!

Он достал из пачки четыре сигареты, отломил и выбросил фильтры, сунул отломанной стороной в рот и прикурил. Все четыре. Сделал глубокую затяжку… Через минуту глаза его почти закатились.

Через пять минут дрожащие руки достали мобильник и набрали номер, которого не было в памяти телефона:

– Гром-девятнадцать-восемьдесят-шесть. И дробь четыреста одиннадцать. Ситуация «три пятерки». Повторяю – ситуация «три пятерки»! Евгения Кречет! Час назад.

Пошатывающийся пожилой человек в черной форме с надписью на спине «Секьюрити», с трудом добрел до своего «рабочего места» – стульчика у крыльца школы – и тяжело рухнул на сиденье, откинулся на горячую стену и прикрыл глаза:

– Совсем бедного пенсионера не берегут, ироды…

Три невзрачные машины – легковушка и два микроавтобуса – подлетели к воротам школы через шесть с половиной минут.

* * *

Тайла меня уговорила. Если искину что-то втемяшилось в голову, он этого добьется. Наверное, в том и причина многочисленных табу на свободу действий искинов в фантастических произведениях – боязнь того, что более спокойные и мудрые существа перекроют человечеству кислород в совершении им, человечеством, всяких глупостей и безумств.

Вот и в данном случае меня завалили аргументами, доказывающими, почему андроид класса «Аль» с диверсионно-боевыми модификациями должен меня сопровождать на поверхность планеты.

Я и сам понимал, что задуманное – чистая, как крокодилья слеза, авантюра. И совсем нелишней будет физическая защита и информационно-интеллектуальная помощь специализированного андроида, да еще и несущего основную матрицу крайне инициативного и нестандартного искусственного интеллекта.

Подозрительно, что Тайла вообще в корне не зарубила мою эскападу. Возможностей у нее масса: допустим, ей ничего не стоит запретить мне покидать корабль, вывести из строя транспорт, усыпить.

Способов – великое множество. Тут, наверное, сыграла свою роль такая особенность искусственного интеллекта, как жгучее любопытство, и, как я уже понял – чисто особенность Тайлы – склонность к авантюрам (тут я сильно подозреваю влияние одной принцессы).

– Если ты пойдешь со мной, то кто будет управлять кораблем, когда я подам сигнал?

– Хватит псевдоинтеллекта! – Отмахнулась Тайла. – На этих вычислительных мощностях можно еще два таких искина, как я, развернуть! Ну, еще один – точно! Просто со мной ни один искин долго не выдерживает – уже несколько раз пробовали!

В момент обсуждения она была в образе Лимарии. Было крайне тяжело думать о ней, как об андроиде… да и как об искусственном интеллекте думать о ней было нелегко! Я даже иногда путался и называл ее «Лимой», чем вызывал демонстративное удовольствие на ее лице. Да и было ли это демонстрацией – непонятно – имперская наука вполне допускала наличие у искусственных интеллектов настоящих эмоций…

Она меня даже легонько пошантажировала, совершенно правильно идентифицировав разрушенные мною тогда по злости каблуки на ногах андроидов. Сказала, что об этом инциденте вовсе не обязана сообщать кому бы то ни было. Но если она останется одна-одинешенька в пустом-пустом корабле, то ей станет очень-очень скучно, и она может проявить совсем-совсем ненужную инициативу. И очень мило при этом улыбалась.

Улыбалась так, что я в очередной раз задался вопросом, кого же я любил на Давитоне-1? А ведь на Давитоне я… ну, если даже не влюбился, то всерьез увлекся! Так кого? Искина Тайлу или принцессу Розали? Или они время от времени менялись? Если менялись, то когда? А на Солано? Хотя на Солано всегда была Роза под личиной Лимарии – там я уже вовсю пользовался Янтарем и обратил бы внимание на более плотную структуру андроида.

* * *

В столице Чимкара-2 шел самый настоящий карнавал!

Как я понял из быстрого просмотра местной сети, чимкаряне (или чимкарцы?) праздновали четыреста пятьдесят шестую годовщину открытия системы. Годовщина открытия системы – один из самых главных региональных праздников в Империи. По уровню соответствует русскому Новому году – «семейный праздник», который с определенного момента уже почему-то не празднуется в четырех стенах – хочется общения и общества. На улице. С фейерверками, танцами и прочими народными гуляниями.

По центральной алее столицы Чимкар-ни-Чимкар широкой лентой тек пестрый людской поток, тащивший огромные фигуры зверей и фольклорных персонажей с гротескными телами. И не все из этих фигур были иллюзорными.

И все это происходило в полной абсолютной тишине! Но стоило подключиться через многочисленные приглашения, висящие буквально на каждом шагу, и через ИБК в мозг, минуя уши, врывался грохот музыки! Нечто ритмичное, похожее на марш – с грохотом и дробью барабанов. Никогда не был на всяких бразильских карнавалах – видел эту феерию только на видео – но, кажется, музыкальные мотивы и эмоциональный накал были очень схожи.

Прямо сейчас огромный красный дракон (ну, чешуйчатый ящер с крылышками… как его еще назвать?) задрал морду к небу, распахнул огромную зубастую пасть и с ревом выдал мощный огненный факел, распавшийся в верхней точке на облако крохотных белых кружочков… на первый взгляд – из бумаги. Конфетти снегопадом обрушилось на головы восторженных зрителей. Крохотные фигурные кусочки, кстати, были материальны. Но это такая мелочь…

Зрители по обе стороны широкого проспекта рукоплескали или, по причине занятости рук различными емкостями с явно алкогольным содержимым, громко вопили. Постороннему наблюдателю без ИБК это, опять-таки, показалось бы дикостью – люди радостно прыгают и открывают рты, что-то очень громко крича… в полной абсолютной тишине! Но стоило подключиться – и волна народного энтузиазма подхватывала, и хотелось вот так же прыгать и кричать что-нибудь восторженное и радостное.

Народные гуляния шли полным ходом.

Стайка девушек пронеслась мимо, оставив на губах, щеках и шее полыхающие разноцветными огоньками и искорками следы поцелуев. А также восемь откровенных приглашений на вечер, ночь, день и (одно) до конца моих дней. Экие милые девушки… Про огоньки и искорки я определил по андроиду Тайлы, бывшей сейчас в образе Лимарии – ее своим вниманием веселые юные (узнал по профилям и приглашениям) прелестницы закономерно не обошли вниманием – я ж говорил, в Империи нравы еще те…

Молодой человек, попытавшийся повторить их подвиг в отношении Тайлы, нарвался на демонстрацию моего кулака, но не внял и все-таки решил облобызать девушку (мне крайне тяжело было относиться к ней, как к андроиду) – нарвался на ее молниеносную пощечину и на мой прямой в глаз. Судя по общей мимике, оказался не в состоянии обижаться и, пошатываясь, побрел своей дорогой. Больше, конечно, он пострадал от пощечины – у андроида и реакция выше, и удар крепче. Зато от моего джаба будет очень живописный фингал. Жаль недолго – час-два работы нанитов из персональной аптечки или полчаса-час в медкапсуле. Но последнее – вряд ли, так как прекращать веселье и искать ближайшую медкапсулу парень явно не собирается.

Пожилая тройка (пожилая она была только по записям в профиле – женщине сто девяносто шесть, двум мужчинам – семьдесят один и пятьдесят один… а выглядели все – на тридцатник, максимум) презентовала бутылку, которую мы тут же впятером и приговорили. Правда, подозреваю, что в случае с Тайлой произошел досадный перевод хорошего продукта – думаю, вся пища откладывается в какой-нибудь резервуар… или расщепляется на что-нибудь полезное для андроида. Тоже получили приглашение, но на морскую рыбалку. Распрощались мило – мужчины вели себя с Тайлой сдержанно и галантно.

– Подкаблучники, – классифицировала та их, когда компания отправилась на дальнейший поиск приключений и собутыльников. – Милые мальчики. Кей, хочу на рыбалку!

– Упускаешь из виду несколько обстоятельств, Тайла!

Тайла очень сильно удивилась – как это так, она, человекоподобный интерфейс мощнейшего искусственного интеллекта с почти трехсотлетним информационным опытом – и что-то упускает?!

– Первое. У нас задание.

Разумеется, на меня тут же вывалился чемодан различных вариантов того, как можно «поженить» рыбалку и поиск корабля с регенератором ДСП. От «совместить» до «использовать».

– Второе. Я-то – не подкаблучник!

Тайла даже на секунду застыла – видимо, стало не хватать вычислительных способностей. Наконец, изобразила крайне скептический взгляд.

– Ну, сегодня – точно… – поправился я.

Есть все-таки плюсы в голосовом общении – даже андроиду в этом случае требуется набрать воздух в грудь для ответа. Поэтому Тайла не успела озвучить самое логичное предложение – я ее опередил:

– И завтра – тоже!

* * *

Здесь тоже есть гостиницы. С другой стороны, если есть рестораны, то почему не быть гостиницам? В моем представлении эти два понятия – рестораны и гостиницы – почему-то неразрывно связаны.

Я выбрал не самую дорогую и престижную гостиницу, нет. Выбирал по другим критериям. Не в центре города. А уж, когда набрел на «Теплые лучи Чимкара» – понял, что это то, что нужно. Гостиница находилась на окраине, в лесном массиве. Лучше, наверное, и не придумаешь.

Гостиничный комплекс представлял собой четыре десятка двух- и трехэтажных особняков, занимавших значительную площадь леса. Три административных здания находились в центре этого гостиничного поселка. «Теплые лучи» была не самой дорогой гостиницей столицы Чимкар-ни-Чимкар, но успешно болталась в середине сотни лидеров по дороговизне и пафосу. Поэтому работали в ней, как в самом дорогом ресторане Койгера-4 – исключительно люди. Во всяком случае, андроидов клиент не видел.

Мужчина с роскошными бакенбардами (как у Росомахи в «Людях-икс») радостно улыбался из-за маленькой трибунки (на Земле за такими трибунками президенты после переговоров перед прессой выступают).

Симон Вентли, конечно, рад и даже счастлив приветствовать дорогих гостей. А гостиница, и вовсе, приложит все силы и не посрамит…

– Кейдан ан-Солано, – представился я в ответ, открыл профиль и передал администратору свой идентификатор.

– О-о-о… Ваше высочество. – Улыбка администратора застыла, он напряженно вытянулся.

– На декаду, – вставила «Лимария». – Да, дорогой?

– На декаду… – эхом повторил Симон. И тут же засуетился. – На декаду… на декаду… всего лишь на декаду.

Кажется, вар Симон Вентли сложил два и два и пришел к тем же выводам, что и я, когда готовил эту авантюру – у принца-консорта Империи, прилетевшего в Красную Линзу под своим именем, будут большие неприятности… а «неприятности гостя гостиницы» это автоматически «неприятности гостиницы».

– На декаду, – согласился я. – Для начала.

Симон Венлти что-то приуныл:

– А дама? – На чистом профессионализме спросил он, имея в виду, что черноволосую красавицу тоже как-то надо зарегистрировать.

Тайла открыла рот, но я ее опередил:

– Андроид. Имущество. Отдельных апартаментов не нужно. Будет жить со мной.

Судя по уже знакомому секундному «подвисанию», мне снова удалось немного озадачить искин – с одной стороны, я по-прежнему упорствую в том, чтобы признать ее человеком (да еще и делаю это демонстративно оскорбительно), с другой – «будет жить со мной». Она наконец-то пришла к решению и предпочла сделать вид, что обиделась, мило надув губки.

– Конечно-конечно… – Покивал управляющий и непреднамеренно из лучших побуждений мне «отомстил». – Позвольте поздравить вас с браком, ваше высочество!

Настроение у меня было боевое, а после этого поздравления стало агрессивным. Правда, управляющий намерений меня обидеть или уязвить не имел, так что, вежливо его поблагодарив, я отправился на стоянку «слизеров» – передвигаться на своих двоих по огромной площади, занимаемой гостиницей, желания не было.

– Хочу заметить, – тихонько прошептала Тайла, цокая каблучками за правым плечом, – что я не являюсь твоим имуществом, Кей! Формально я принадлежу администрации Дворцового комплекса ее императорского величества. И лишь недавно, когда Розали стала командовать ИМСЛУКОН, была передана в Контроль.

– И как давно?

– Кей! – возмутилась Тайла. – Приличный мужчина о таких вещах у девушки не спрашивает!

– А приличный искин должен обращать внимание на то, что я не называл тебя СВОИМ имуществом!

– Тебе стоит только попросить… дорогой, – жарко прошептала она, почти повиснув на моем локте.

* * *

– Тайла, искины умеют врать? – Я тормознул Тайлу-Лимарию, собирающуюся начать очередной раунд обольщения. Теперь уже в огромной спальне нашего особняка-номера.

– Разумеется! Имеющиеся протоколы передачи информации, при всем их совершенстве, не могут точно отразить реальность. Так что, любая передача более-менее насыщенного информационного потока – это поток правды с неизбежной примесью лжи.

– Вот только не делай вид, что не поняла вопроса.

– …и, безусловно, искины могут лгать, сознательно искажая информацию.

– Есть ли способ определить факт лжи?

– С точки зрения человека? При знании искином уровня информированности конкретного человека? Нет, в краткосрочном периоде такого способа не существует!

– А если я попрошу ответить на вопрос честно, ты ответишь на него честно?

– Кей, но это же нелогично! – Тайла под шумок залезла на кровать, правда, активных действий пока не предпринимала. – У тебя нет возможности проверить, собираюсь ли я выполнять обещание и искренне ли я это обещание дала!

– Ну, а все-таки? Учитывая, что ложь рано или поздно раскроется, что повлияет на наши дружеские отношения… У нас же дружеские отношения, не так ли?

Секундная заминка-зависание:

– В таком случае, Кей, тебе придется рассчитывать на мою сознательность, умение планировать и анализировать. И на степень моего желания дорожить нашими дружескими отношениями… У меня должно быть очень сильное желание ими дорожить, не так ли? Признания и клятвы тут не помогут. Как я понимаю, ты хочешь спросить о чем-то, что кажется тебе важным?

– А, вот, кстати, ты можешь предсказать, какой вопрос я хочу задать?

– Мной прогнозируется девятьсот тридцать вопросов, которые могут тебя интересовать. Я не могу предсказать, какой из них ты задашь, я могу только оценить вероятность, с которой будет задан тот или иной вопрос.

– И какой же первый я хочу задать?

– Вербализация вопроса повлияет на оценку вероятности. – Пожала плечиками Тайла. – В данном случае я намереваюсь оценить с твоей помощью точность построенной мной модели. Не возражаешь?

– Ладно, потом скажешь. Тайла, за время моего обучения на базе СНАДАК на Давитоне-1 ты спускалась на планету… в теле андроида?

– Нет, – как-то равнодушно ответила Тайла.

Я уже знал, что это равнодушие – показатель серьезной загрузки ее вычислительных мощностей.

– Как нет?! – А вот ее ответ выбил меня из колеи. Даже закралась мысль о том, что она хочет протестировать мою реакцию на заведомо ложный ответ.

– Я ни разу за время твоего обучения на Давитоне-1 не спускалась на планету Давитон-1, поскольку находилась там постоянно!

– Ладно. А сколько раз мы с тобой на базе… спали?

– Формулировка вопроса расплывчата. И не отвечает на тот вопрос, который ты на самом деле хочешь задать.

– И какой же вопрос я хочу задать на самом деле?

– «Сколько раз я занимался сексом с твоим интерфейс-андроидом?» Семьдесят четыре раза. Следующим вопросом будет «Сколько раз на Давитоне-1 тебя заменяла Роза?» Три раза. Следующий вопрос «Сколько раз ты заменяла Розу на Солано?»

– Немного не так. – Впечатленный, я, тем не менее, сумел выдавить возражение. – На ком я женился – на тебе или на Розе?

– На Солано Роза запретила моим андроидам спускаться на поверхность. В любви ты признавался Розе, а не мне. – И изобразила огорченный вздох.

«Да не признавался я ей в любви!» – хотел воскликнуть я, но прикусил язык – ведь признавался же! Тогда следующим вопросом Тайлы будет неприятное – «Так ты ей врал?» с обязательными слезами и обидами… а то и отказом выполнять мои приказы.

– А кто… провожал меня, когда я покидал Давитон-1?

– Я! – С каким-то непонятным вызовом ответила Тайла. – Дейтанусов ты подарил мне!

М-да. И, получается, взломать я пытался искина. Смешно. Не удивительно, что Тайла подсунула мне ТУ информацию. И, значит, чувство юмора у нее имеется. Впрочем, о том, что девочка она веселая и смешливая, было понятно, когда она играла Лимарию Квитон.

– Моя модель неточна! – недовольно заметила Тайла. – Ветка только что озвученных вопросов находилась на триста одиннадцатом уровне приоритета. Вероятность, что ты их задашь, была очень невысока. Практически ты не должен был их задавать, Кей! Ты нелогичен, Кей! – Она обвинительно ткнула пальцем.

– Просто ты не понимаешь моей логики.

– Ну… – Она снова слегка подвисла и кивнула. – Или так.

– А какой вопрос шел под первым номером?

– «Любит ли меня моя милая Розочка?»

Я поперхнулся и очумело посмотрел на Тайлу. Бабы! Ой, бабы! Даром, что искины.

– А чего сразу не Альер? – выдавил я.

– «Любит ли меня Альер?». Это был вопрос номер три.

– Звездочка моя, это не женский роман!

– Ой, назови меня так еще раз!

– Звездочкой? – удивился я.

– Моей! – Поджала губки Тайла-Лимария и моментально обиделась.

Вы хотели логики искусственных интеллектов? Так получайте!

Внезапно Тайла выпрямилась и спрыгнула с кровати, в воздухе облачаясь в черный комбинезон. В левой руке у нее появился дезинтегратор «Молот», в правой – коробка генератора защитного поля «Ахман»… Невысокая девушка с легкостью удерживала на весу огромные агрегаты. Если кто не понял, в данный момент эта прелестница была способна серьезно потрепать маленькую армию… даже местного образца. Про земную я и не говорю – помножит на ноль.

– Десять сигнатур ИБК. Двадцать шесть отметок боевых роботизированных комплексов, – сообщила она. – Оцепили особняк. Блокирован доступ к сети. Защита группы оценивается как средняя.

– Плюс пять человек, – добавил я. И объяснил удивившейся Тайле: – Видимо, у них ИБК отключены, и они одеты в какие-то камуфляжи, так что ты их не ощущаешь ни прямо, ни через остальных участников группы. – Я поманил пальцем. – Иди сюда!

– Зачем? – Кажется, Тайла была близка к тому, чтобы зависнуть еще раз. И на этот раз – надолго.

– А зачем ты лезла на кровать до этого? Вот для этого и ползи сюда.

– Кей! Сейчас не время! – возмутилась она. – Тебя сейчас захватывать будут!

– А, по-моему, самое время – там еще одна группа подходит. И конкретно этой группе сейчас будет не до нас.

– Расстояние?

– Метров двести.

– Мы об этом попозже поговорим, ладно?

– Обязательно… ты комбинезон собираешься снимать? Или мне его – вслед за каблуками?

– Не надо – я сама! И это не комбинезон – это разведсистема «Инкейр» под обычным камуфляжем! Если ты его распылишь, это скажется на нашей безопа…

Глава 10

«Покурить бы…»

Ленивая мысль тюкнулась в голове, несколько раз отскочила от противоположных стенок черепа и, в конце концов, закатилась в какую-то извилину, где и осталась валяться до следующего раза.

Широкие двери на балкон спальни были распахнуты настежь. На улице ночь шептала вкрадчивым шелестом листвы. Никаких посторонних звуков, даже попискивания местных насекомых, не было – распугали насекомых. В спальне тоже было темно и тихо.

– Третья группа. Зачищает вторую. – Не отрывая щеки от моей груди, прошептала Тайла. И пояснила. – Не хотела тебя отвлекать.

– Я тебя – тоже, – признался я. – Инфоблокаду сняли? Мой ИБК все еще не ловит сеть.

– «Окно» было пять минут назад. Но в тот момент нам ТОЧНО не следовало отвлекаться и останавливаться. Сейчас снова блок стоит. Но уже не такой серьезный. Снять?

– Сколько групп ставили инфоблокаду, определить можешь?

– Не менее четырех. Две блокировали инфообмен этого здания, одна блокировала сеть всей гостиницы, одна – закрывала район целиком… и сейчас закрывает.

– Ну, значит, полицию вызывать убираться в лесу нам не придется, так как последняя блокада – явно полиция и есть. Или силы самообороны. Так что можешь блок не снимать – к утру сами уберут.

– А тебя не волнует, что они там в лесу друг друга убивают?

– Ни капли. Во-первых, причем тут я? Во-вторых, судя по готовности и энтузиазму, с которыми они множили друг друга на ноль, в моем волнении они не нуждаются. В-третьих, они к нам явно не на чебики шли… Кстати, а тебя это беспокоит?

– Да нет, наверное.

Круче был бы только ответ: «Сорок два»! Но и этот – вполне-вполне!

– Кстати, трупов всего два – во второй группе. В первой, оказывается, были энергеты. А ты – какой-то нетипичный искин, – озвучил я свои мысли.

– Тяжелое детство. – Фыркнула Тайла. – Роза постоянно палила мои интерфейсы и блоки памяти. Не специально, нет – просто способность свою контролировать не могла… в большинстве случаев.

– То есть иногда – вполне осознанно?

– Мы росли очень любознательными и эмоциональными девочками!

Да уж, если это – не тяжелое детство, то даже и не знаю…

– Ее способность – жечь электронику?

– Упрощенно говоря – да. Но поскольку современная электроника очень близка по своей структуре к нервной системе высших биологических организмов…

– …то любознательная девочка ударилась в медицину.

– Почему девочка? – возмутилась Тайла. – Девочки! Я тоже в стороне не стояла, будучи личным секретарем Розы… и подопытным объектом в некоторых опытах… Было очень интересно!

У всех свои счастливые воспоминания, да.

– Твое поведение сейчас не очень похоже на поведение Лимарии Квитон на Давитоне-1. Почему?

– О! – Тайла вскинулась. – А такого вопроса я не предусмотрела!

В темноте ее глаза восторженно блестели. Вот как?! Как андроид, пусть и под управлением искина, смог ТАКОЕ изобразить?!

– Это не повод, чтобы не отвечать на тот вопрос.

– Шаблоны поведения Лимарии Квитон адаптированы под психопрофиль Розочки. Ведь эта личина была нами разработана специально под нее, когда она в медицинский поступала. Сейчас, после того, как ты узнал правду, мне уже нет надобности поддерживать маскировку.

– То есть – сейчас ты настоящая?

– Я и тогда была настоящая! – слегка возмутилась она. – Наши с Розочкой психопрофили очень близки. Мы же росли вместе. Вместе учились…

…вместе в Розочкиных опытах участвовали.

– А какая у Розы… дальность?

Меня, кстати, давно этот вопрос интересовал. А сейчас – особенно: надо ж знать, как далеко отбегать от супруги после очередной семейной ссоры. Но сведения в сети об этом были такие противоречивые, что я заподозрил сознательную дезинформацию.

– Девять тысяч триста при прямой видимости…

Ого! Почти десять километров. Солидно! Убежать на своих двоих не получится – придется использовать скоростной транспорт.

– …километров. Диаметр основания конуса области поражения – шестьсот километров.

Хрена ж себе! Да моя женушка – это, оказывается, ходячая РЭБ планетарного масштаба! Ее одну на орбиту планеты запустить – и вся планета через пару суток (обед, сон, покурить) будет жить в стимпанке, забыв, что такое электроника!

Или – летит по системе вражеский флот, весь такой пафосный – пушками и излучателями ощетинился. А навстречу – моя благоверная в скверном расположении духа (допустим, с мужем поцапалась). И – все! – дальше по системе уже совсем непафосно летит облако мертвых железок!

И как от такой убежишь? Придется строить семейную жизнь на принципах договоренности и доброй воли.

– Есть маленькое ограничение, – добавила Тайла. – Воздействие на дистанциях больше десяти километров возможно только при прямой видимости. И – по площади, а не точечно.

– А если через трансляцию видеопотока?

– …то накроет ту область, куда направлена камера. – И тут же предвосхитила мой следующий вопрос. – А если запись с более чем пятисекундной задержкой или виртсимуляция – то ничего не будет. Пшик.

– А если видеопередача из другой системы?

– Снимающая камера должна быть расположена не далее полукилометра от ее высочества.

– Сплошная квантовая физика. Мне кажется, или то, что ты мне рассказала – секретно?

– Смеешься? При твоем общеимперском «Бас» – это вовсе не секрет!

На некоторое время в спальне воцарилась тишина. Я это время потратил, чтобы интерпретировать возмущения в Янтаре.

– А вот и четвертая группа, – сообщил я. – Смотри-ка, действительно, полиция – зачистку производят, недобитков пакует.

– Будем спать?

– А ты спишь? – удивился я.

– Ну, я бы перезагрузилась, – призналась она. – Устала.

– Ты еще и устаешь?!

– Можно и так сказать. Много шифрованных процессов с высшим приоритетом висит, которые мне неудобно закрывать – с каждым придется работать по отдельности. – И снова ответила на невысказанный вопрос: – Это процессы эмоциональной подсистемы. Рекомендованный способ борьбы – перезагрузка всей системы. Иначе ресурсы занимает.

– А какой был вопрос номер два?

– М-м-м? – Тайла снова открыла глаза. – А-а-а… ты про список твоих вопросов. Да забей – я ж сказала, что моя модель твоих реакций неверна.

– А все-таки? Должен же я знать, какую модель на меня построили спецслужбы Империи.

– «Любит ли меня Тайла?»

М-да… с такими искинами в Империи мне никакие инсургенты Красной Линзы не страшны!

– А она меня любит? – Я погладил обнаженное плечико.

Тайла уткнулась подбородком в мое солнечное сплетение (а подбородочек у нее остренький, так что… двоякое ощущение) и задумчиво проговорила:

– С одной стороны, доказано, что искусственные интеллекты могут испытывать эмоции. С другой стороны, конкретно любовь, в отличие от страсти или влюбленности, считается не эмоцией или чувством, а состоянием. А состояние мне себе выставить – что два байта переслать! – Она помолчала и, наконец, призналась. – Не знаю. Потому, возможно, и поставила этот вопрос на второе место – то есть потеряла объективность. Возможно, из-за этого модель и неверна! А с третьей стороны – Розу-то я люблю! И, вообще, отстань от бедного уставшего искина! Я, правда, спать хочу… ну, перезагрузиться я хочу точно! Все! Меня не кантовать! – И уже с закрытыми глазами. – Все! Я бревно! А бревна ты… ну, помнишь, да?

С женщинами тяжело. А с женщинами-искинами – это… это полный атас!

Кстати! Может, женщины потому и пытают мужиков этим своим «Ты меня любишь?», что сами понять ни бельмеса не могут?

* * *

– Как? Это? Понимать? – Каждое слово, как гвоздь, вколачивалось в переносицу.

Альер сжалась, будто в ожидании удара, который неизвестно, откуда прилетит. Полученные после катастрофы способности худо-бедно защищали от почти материальной волны, идущей от недовольной императрицы, но в том-то и дело, что «худо-бедно». А Касси сейчас была ОЧЕНЬ недовольна. Вокруг башмаков скафандра Альер даже слабое облачко пыли взвихрилось.

– Моя ошибка, – выдавила она. – Так получилось. Не смогла с собой совладать.

– «Не смогла с собой совладать», – передразнила Касси. – Человек – венец творения! «Так получилось»! Ты понимаешь, что натворила?! Я людей за меньшее в вакуум отправляла! А пользы от тех людей было побольше, чем от тебя! А вреда – поменьше! Хочешь поссорить нас с Кейданом? Да мне теперь проще приказать его ликвидировать, чем разгребать дерьмище, в которое мы по твоей милости вляпались! Или тебя грохнуть? А что – идея! Ну, чтобы убедить Кейдана, что ничего такого мы в виду не имели, а этот инцидент – досадное недоразумение и глупость исполнителей на местах! А конкретно – одной идиотки… которая не смогла с собой совладать. Ну, вот «так получилось»!

– Это лишнее, – поторопилась Альер. – Я уверена, что мы сможем его контролировать… без принуждения и шантажа.

– И как же, позволь спросить?

– Я смогу с полной достоверностью сыграть его погибшую жену. После погружения я располагаю ее полной памятью.

Императрица откинулась на спинку кресла. На долгую минуту воцарилась тишина. Альер даже поймала себя на том, что затаила дыхание.

– Какого гхарга ты полезла к его дочери? – уже спокойнее спросила Касси. – Или ты полезла к СВОЕЙ дочери, а? И не врать мне тут!

– Хотела разобраться, кто я на самом деле, – абсолютно честно ответила Альер.

– А были сомнения?

– Некоторые.

– И как? Разобралась?

Альер помотала головой, не поднимая взгляда:

– Только хуже стало.

– М-да… грохнуть бы вас обоих, чтобы вы мне голову не морочили, да хомячковая натура не позволяет ценными ресурсами разбрасываться!

– Спасибо. – Поклонилась Альер.

– За что? – Императрица удивилась.

– За «ценные».

Касси хмыкнула. Давление с ее стороны стало медленно спадать. Альер только сейчас почувствовала, в каком напряжении она находится, сдерживая материальное воплощение неудовольствия императрицы.

– Удочерение, – припечатала Касси. – Без вариантов. И головой отвечаешь за ее безопасность. Ясно? Головой!

– Слушаюсь, ваше величество!

– И делаешь это в ближайшее время, пока Роза за Кейданом в Красной Линзе бегает! И играешь его прежнюю жену. Можешь начинать репетировать. Списываем этот инцидент на твои материнские чувства. Кстати, как ее?.. – Она сделала вид, что забыла.

– Женя, ваше величество. – Альер сделала вид, что поверила. – Евгения.

– Женя ни-Ровено. Евгения ни-Ровено. Лягушонок ни-Ровено, – попробовала «на вкус» Касси. – Сойдет. С Розой сама разбирайся – после того, как Кей узнает о своей жене, он вряд ли поймет фиктивность брака с тобой. Так что можешь готовиться к исполнению супружеских обязанностей. Со всем усердием и прилежанием, поняла?

– Я не против. – Кивнула Альер уверенней. – Пусть разводится.

– Кхарга бурого она разведется! – буркнула Касси. – Скорее, тебя удавит по-тихому. О том, что случилось – тоже сообщай ей сама.

– Я имела в виду Кейдана, а не Розу. – Альер невольно втянула голову. – Он – слабовольный, подверженный чужому мнению мужчина. Вдобавок, забивает себе голову всякой интеллигентской ерундой. Мне будет нетрудно уговорить его на развод.

– Слабовольный? – с интересом переспросила императрица.

– Да.

– Подверженный чужому мнению?

– Да.

– Ты хочешь сказать, – вкрадчиво спросила Касси, – что одним из имперских консортов может вертеть любой, заморочивший ему голову? Притом, что, по твоим словам, это не так трудно, так как он – слабовольная тряпка? Я все правильно поняла?

Альер, поняв свою ошибку, неуверенно пожала плечами и промолчала.

– Хм, такие консорты нам не нужны! – Касси задумчиво почесала спину выуженным откуда-то скипетром. – У нас консорты – это волевые, инициативные и властные самцы-нагибаторы! Хищники! Победители! Бойцы! Мужики, блджард!

– Я уверена, что смогу его контролировать единолично, – поторопилась уточнить Альер. – Никто, кроме меня, им вертеть не сможет. И кроме тебя.

– Да? – Подняла брови Касси. – Ну, тогда ладно. Пусть живет пока. Ты понимаешь, что будешь этой… как ее… Еленой Кречет до тех пор, пока у Империи будет нужда в Кейдане? А это – надо-о-олго.

– Понимаю. – Кивнула Альер. – Не представляет сложности.

– Ну, смотри. Кстати, как себя чувствует будущая ни-Ровено?

Альер очень осторожно перевела дух – сегодня ее убивать, кажется, не будут.

– Я ее нечаянно испугала, но сейчас все в порядке. Ей и гранд-родителям устроили экскурсию на лунной базе и по Луне, потом полетим на Марс и Венеру. Это ближайшие планеты. Когда они наберутся впечатлений и эмоционально устанут – подключусь я, попрошу об удочерении.

– Разумно, – одобрила Касси. – Про то, кем является Кейдан на самом деле, говорить им собираешься?

– Разумеется. Это будет отличным рычагом давления на него, когда он объявится! Тогда моя позиция в переговорах будет каргалитовой!

– Нет. Говорить им о Кейдане – запрещаю! – приказала императрица. – Поняла?

– Но это же… – Альер недоуменно рассматривала Касси. – Почему?!

– С Лягушонком – твой и только твой косяк! Можешь использовать информацию о ней в переговорах с Кейданом, но не смей говорить о Кейдане девочке и гранд-родителям!

– Но правда рано или поздно вскроется!

– Вот когда она вскроется, тогда и…

– То есть насчет Кейдана ты еще не уверена? – догадалась Альер.

Императрица промолчала. А Альер проглотила замечание о противоречиях в этом странном приказе. В конце концов, можно будет надавить на Кея, как-нибудь подведя его к мысли – пусть он сообщает обо всем Жене сам – а она, Альер, будет как будто ни при чем.

– Слушаюсь, ваше величество.

– На туземное правительство вышла?

– Там нет централизованного правительства. Придется в кучу их всех собирать. Мои специалисты сейчас ведут предварительные переговоры.

– Поторопитесь. Через две декады прибуду лично.

Альер снова сильно удивилась, но перечить не посмела – не в том была положении.

– Думаю, сегодня-завтра начнется в Красной Линзе, – продолжала Касси. – Как только они оправятся от наглости появления там Кейдана. Так что все разрешится в течение декады – полутора. Ты обстоятельствами бегства жениха со свадьбы вообще интересовалась?

– Нет. – Помотала головой Альер. – Было много дел.

– Поинтересуйся, занятая моя, – ласково посоветовала императрица. – Поинтересуйся. Все-таки первый в истории нашей семьи удачный побег супруга неимператорских кровей до свадьбы! До этого обычно мои внуки и внучки бегали. – Касси широко улыбнулась. – Мне почему-то кажется, твои представления о муже, как о бесхребетной тряпке, немного устарели… или не соответствовали действительности изначально. Конец связи!

Альер целых несколько минут пустым взглядом шарила по горизонту между светло-коричневой поверхностью Луны с серыми пятнами выхода горных пород и черным небом, щедро усыпанным звездами.

Для разговора с императрицей, зная, что разговор будет очень нелегким и неприятным… а может, и смертельным, она покинула лунную базу СНАДАК. Взяла с собой только охрану и отлетела на пятьдесят километров, к самому обрыву кратера Д’Аламбера.

– Как самочувствие, коммандер? – спросила она у начальника охраны, пропрыгав к катеру.

– Сносно, ваше высочество, – устало ответила та. – У вас кровь на лице, ваше высочество.

Альер вызвала зеркало и посмотрела на свое отражение. Пальцы, инстинктивно потянувшиеся к лицу вытереть кровь из-под носа, натолкнулись на почти невидимую преграду активированного щитка скафандра. Ругательство само сорвалось с губ. Вначале на русском, потом на общеимперском.

Начальник личной охраны одобрительно кивнула, показав соответствующий жест. Альер слабо улыбнулась в ответ:

– Получается, я легко отделалась. Потому что на вас, коммандер, вообще лица нет. Дайте сегодня своей смене сутки отдыха. И сами отдохните. Сегодня я точно буду здесь, на базе. Что Женя и ее бабушки-дедушки?

– Сейчас с дедушками на «лицевой» части спутника, ваше высочество. С ними – пятерка охраны и помощник начальника базы капитан Илио. Перед обедом собирались слетать на Марс, четвертую планету. После обеда – на вторую, Венеру. Екатерина Алексеевна уже прошла медицинские процедуры и, скорее всего, присоединится в поездке на Венеру. А вот Вере Дмитриевне понадобятся еще сутки в медкапсуле – обнаружены проблемы с печенью. Медсистема выдала рекомендацию о полной регенерации.

– Дедушек уговорить на медпроцедуры не получилось? – догадалась Альер.

– Так точно. Осторожничают. Ссылаются на то, что чувствуют себя хорошо… И на то, что «дам надо пропускать вперед». Будто у нас медкапсул не хватает! Хорошо, удалось заставить их одеть скафандры с их встроенными медкомплексами!

– Я сама попробую их уговорить. Усильте охрану девочки. И андроидами, и техникой, и операторами. И удвойте средства эвакуации во всех ее… экскурсиях. Исходите из того, что официальный гражданский статус девочки будет равен статусу принцессы, как удочеренного мною ребенка.

– О-о-о! Слушаюсь, ваше высочество! Позвольте вас поздравить!

– Спасибо. И дерни штаб – мне нужна последняя информация по Изумруду. С момента его бегства с Кройгера.

* * *

Столица Чимкара была сравнительно небольшим городом – всего-то пятнадцать километров, вытянувшихся по обе стороны неширокой реки. Расположение города у реки никакими другими причинами, кроме эстетических, я объяснить не могу. Современная имперская логистика практически исключает реки, как транспортные магистрали. При современных технологиях уже не так важно сидеть на источнике воды (да это и для земных технологий уже не так важно).

Чимкар по своему устройству был более близок к земным городам, нежели к имперским. Хотя, разумеется, имелись существенные отличия. Например, обозначенные призрачными разноцветными лентами-спиралями воздушные коридоры для летающего транспорта. Или улицы: колесного транспорта на них почти не было, они являлись исключительно пешеходными и использовались для остановок или парковки воздушного транспорта.

На Реале, Солано, Койгере – как-то не срослось, а тут, по Чимкар-ни-Чимкар, я гулял с огромным удовольствием.

А что еще человеку нужно? Солнышко местное светит в светло-фиолетовом чистом небе, птички местные заливаются, местный транспорт работает очень тихо, практически бесшумно, зелень местная вовсю… зеленеет, а за мой локоть держится красивая девушка, которую мне – вот хоть убей! – не получается воспринимать андроидом.

И на эту девушку, даже при огромной концентрации местных красавиц, мужчины с интересом косятся. Нет, дело не только в милой мордашке и прекрасной фигуре, подчеркнутой легким летним платьем и высоким каблуком. И не в том, что отсутствует лейбл, предупреждающий о природе Тайлы. Дело еще и в особой пластике движения. Если Роза – это порыв, молния, всполох, то Тайла – это непередаваемая грация, плавность и вкрадчивость текущей воды. Завораживает!

А еще она МОЛЧИТ! Жаль, что только в аудиодиапазоне. Иначе был бы идеал!

«Кей! За нами следят! Не менее двух разных групп!»

«Отлично! Давай посидим вот в этой кафешке!»

«Кей! Будь серьезней! У нас же задание!»

«У меня задание, – поправил я, – которое никуда ни от меня, ни от тебя не убежит. Не взяли прошлой ночью – возьмут этой».

– Звездочка моя, ты какое мороженое будешь? – уже вслух спросил я.

И Тайла тут же растаяла. Во всяком случае, буду думать, что искин растаял, а не сделал вид, что ему приятно. Мне так комфортнее – и завернись всё в блин!

– Ванильное! С орехами!

Интересно, андроиды чувствуют вкус? Точнее, даже не так – вкус-то они наверняка могут анализировать. А вот получают ли они от этого вкуса удовольствие?

Видимо, вопрос (и нетрудно догадаться, какой) явственно отразился на моем лице, когда она с аппетитом уплетала поданное платформой-официантом мороженое, потому что воскликнула с некоторым вызовом в голосе:

– Да! Я люблю ванильное мороженое с орехами! Потому что я – андроид класса «Аль», Кей! У этой модели даже аналоги надпочечников есть, вот!

– О! И в туалет, поди, ходишь? По большому, по маленькому?

Она подозрительно на меня посмотрела:

– А что, не надо было? Или, – и тут же заулыбалась, – принцессы, с которыми ты знаком, этим не занимаются?

Я осторожно оттер салфеткой мороженое с ее уже перепачканной моськи.

– Понятия не имею. Но вот чего они точно не делают – так это не посвящают меня в эти шокирующие любого мужчину детали.

* * *

– Я требую его немедленного захвата!

– Требуешь?

– Ну… прошу, разумеется… прошу захвата. Немедленного.

– Причина?

– Ну-у-у…

– Давай, я тебе сама скажу, сноечка моя. Сказать? А ты поправишь. Псевдоинтеллект рейдера был запрограммирован вами, остолопками, не только на подрыв в случае проникновения в отсек с регенератором ДСП, но и на подрыв в случае повторного появления на рейдере Кейдана ан-Солано, так?

– Д-д-да… а откуда…? Откуда ты знаешь?

– Сорока на хвосте принесла.

– Какая еще сорока? Кто, вообще, на тебя работает в моей конторе?!

– Ты уже спрашивала.

– А ты не ответила.

– И не отвечу.

– Но Кей же погибнет, если его затащат на рейдер!

– Когда вы со Свеллой планировали эту операцию, вас это не смущало. Что-то изменилось?

– Изменилось! Кейдан теперь как бы мой муж! И, на минуточку, принц-консорт Империи!

– Так разведись. Очень простое и изящное решение.

– Нет! Категорически!

– Ну, не разводись. Ни мужа, ни консорта – красота! О тебе же забочусь!

– Мама!

– Что-то я не понимаю тебя, сноечка? Может, ты влюбилась?

– …

– Я не слышу, что ты там бурчишь. И я, честно говоря, не поняла, кого ты называешь «старой кошелкой». Очень надеюсь, что спикера Сената. Действительно, старая кошелка – никаких нервов на них не хватает!

– Мам… я очень прошу! Сводный флот уже на исходной, местоположение Кейдана мы примерно установили, Ириска со своими – уже на орбите! Ну, пожалуйста! Давай, начнем операцию раньше!

– Да ты не нервничай так, доча! Релакс! Все будет хорошо – Кей скоро сам на развод подаст. Мне это клятвенно пообещали.

– Что-о-о?! Кто?! Кто пообещал?!

– Альер с тобой говорила?

– Нет.

– Вот засранка! Она нашла дочку Кейдана и забрала ее… Погоди – не пыли! Альер от меня свое получила и еще получит – не переживай об этом. Ну, да – она начала раньше времени. И, вообще – не по плану. Не страшно! В общем, Альер согласна на нефиктивный брак с Кейданом. И обещала так его ублажить, что он сам подаст на развод с тобой. Соответственно тебе не придется поступаться собственной свободой! Цени – я ради тебя согласилась на такое вопиющее нарушение традиций, как первый в истории развод в императорской семье по инициативе некровного члена семьи!

– Мам!!!

– Ну, что ты «мамкаешь»?! Что ты «мамкаешь»?! Ты отрицаешь его свободу воли?! Думаешь, вы сможете вертеть им, как вам вздумается?! Или какая-то девчонка с прогрессирующей шизофренией сможет уговорить его подать на развод?! Если он такая размазня – туда ему и дорога! У-у-у… как же вы все меня достали-то, а! Все! Никакой операции раньше срока! Ясно?! Прибью на хрен! И я не шучу! Конец связи!

– Мам… Мам!!! А-а-а, гхаргова отрыжка! Кора! Корочка, миленькая! Что же делать-то, а? Что делать?

– Платок, ваше высочество?

– Давай! Что делать, Корочка? Что же делать?

– У меня только один платок, ваше высочество!

– Намекаешь, что нужно утереть сопли и думать тем местом, в которое я кушаю?

– Как вам будет угодно, ваше высочество!

* * *

– Кей! – Обрадованный мужской голос. – Кей, старина!

Я обернулся. Невысокий поджарый мужчина с черной аккуратной бородкой-присоской с красивой проседью и роскошными, без единого седого волоска, кудрями до плеч. В легком пепельно-сером костюме. Стоит за живой изгородью, огораживающей уличный ресторанчик, в котором мы с Тайлой наслаждались великолепной погодой.

«Все в порядке, – отреагировала Тайла. – За нами следили и следят, но сканирования на предмет нашей защиты или оружия не было – значит, прямо сейчас брать не собираются».

А у меня в голове вдруг всплыло имя. Само собой, можно сказать. Будто под вот этой скуластой физиономией с крючковатым носом (но без бородки!) сделали подпись: «Дик Слайчер, профессор пространственной физики». Хотя в профиле незнакомца, стоявшего за живой изгородью, было написано: «Чаке Риснор, архитектор».

«Не тормозите. Привыкайте. У нас в СНАДАК так – врубаться в тему надо с первого раза». Это точно.

– Привет, Чак! Рад тебя видеть! Составишь нам компанию? Ты как насчет мороженого? Или чего покрепче? Кого-то ты мне сегодня напоминаешь… Точно! Дик вот о такой же бородке мечтал!

Лица Тайлы я не видел, но, думаю, искину хватило «вычислительных мощностей» не показывать удивления. Нашего чата это не касалось:

«А как это?!»

«Вспомнил. Имя само всплыло. Дик Слайчер, профессор пространственной физики. Кроме этого имени я о нем ничего не помню».

«Наверное, это твоя память «отмерзает»! Поздравляю! Главное – начать! А инфу на него я сейчас накопаю!»

– Да забей на эти шпионские игры, Кей, дружище! Называй Диком… устал я от этого Чака!

Мужчина плюхнулся на свободный стульчик за нашим столиком и, казалось, только сейчас прочел мой профиль:

– О! Ты остепенился, Кей! Поздравляю! Твоя супруга? Познакомь меня с этой красавицей, Кей!

– Тайла, – опередила меня искин. – А вы – Чак. Очень приятно!

Она протянула руку, которую Слайчер осторожно пожал.

«Взяла образец ДНК. Сейчас поищу по доступным базам».

– Кей… – От избытка чувств Дик даже развел руками. – Ну, не знаю! Тебе всегда везло с женщинами… Ох, простите, варра! Ну, сами понимаете – дела давно минувших дней.

– Дорогой… – Тайла смерила меня подозрительным взглядом. – А когда это тебе «везло с женщинами» тут, на Чимкаре!

– Кей… – Дик каким-то потерянным взглядом смотрел на меня. – Кей ни-Ровено… Серьезно?

Ни-Ровено?! Значит, это?.. – Он стал пожирать глазами улыбающуюся Тайлу.

– Дик! – Я поморщился. – Хорош придуриваться-то! Мой профиль ты считал дистанционно и давно уже мог перестать удивляться… А это – андроид. И это ты тоже не мог не определить заранее! Супруга сейчас… путешествует отдельно.

– Я не андроид! Я Тайла!

– Хм… андроид? – Странно, но, кажется, Дик искренне удивился, хоть и попытался этого не показывать.

«Вообще-то, Кей, у меня прекрасная маскировка! – обиделась Тайла. – И даже со спецсредствами тяжело понять, что рядом с тобой андроид!»

– Искусственный интеллект Тайла. И просто красивая девушка, – привел я к консенсусу. – Что интересного скажешь, Дик?

– А у нас получилось, Кей! – радостно (на этот раз вполне искренне) сообщил Дик.

Вообще, такое впечатление, что до этого он сдерживался, чтобы не выдать это «А у нас получилось!», а сейчас прорвало. Я не стал его разочаровывать – подыграл:

– О! Поздравляю! Похвастаешься?

– Могу даже показать! Поехали? Где ваш флаер?

– Дик… – Я улыбнулся. – Ну, ты понял, да?..

– Да-да, знаю, вы на такси. – Он рассмеялся в ответ. – Поближе к подданным, вместе с народом и все такое… Ну, тогда моя повозка к вашим услугам, ваше высочество! Или высочеств на телегах возили?

– На каретах, вар Слайчер! – подсказала Тайла. – Его высочество сей же час требует подать сюда карету!

И заразительно рассмеялась вместе с захрюкавшим Диком.

* * *

Дик «подал» темно-серый «Брахо». Не самый скоростной, не самый комфортабельный, не самый престижный, но одна из самых распространенных в Красной Линзе моделей катеров. Если «на наши деньги», то «Брахо» – что-то вроде двести шестого «Пежо» во Франции или «Лансера» на одной шестой части суши.

Тайла скинула мне файл-картинку пятерки стартовавших за нами катеров различных марок с гражданскими сигнатурами. Такими же неприметными, как «Брахо» Дика. Катера, не особо скрываясь, построили коробочку вокруг «Брахо».

«Судя по всему, охрана. Но вполне может переделаться в группу захвата – все нужное у них с собой. – Тайла помолчала. – Кей…»

«Да?»

«Кей, запомни: я – андроид! Понимаешь? Андроид!»

«Ты искусственный интеллект в теле симпатичного андроида, – поправил я ее. – Но – допустим. И что?»

«Не вздумай делать глупости, Кей!»

«Например?» – удивился я.

«Ну, например, пытаться меня заслонить. Или героически отпихнуть с линии огня. Или поддаваться на шантаж, если предметом шантажа буду я».

«А если тебя убьют?»

«Я искусственный интеллект, Кей!»

«…и тебя нельзя убить?» – скептически спросил я.

«Можно, но крайне сложно. Я уже скинула на твой ИБК свой дифференциальный бекап и сейчас постоянно дописываю разностные бекапы, и постоянно копирую их к тебе. Основной бекап находится на «Стремительном Ульрихе-433». С твоим уровнем допуска ты имеешь право «поднимать» искины любого класса, если на то нет запрета от Императорского Совета, Прокуратуры сектора, Прокуратуры Короны или Коронного Суда. То есть ты всегда сможешь меня восстановить! И я буду помнить все, вплоть до разрушения этого тела… Ну, плюс-минус пятнадцать-двадцать минут. Но это же ерунда, Кей! Понимаешь? Ерунда! Не вздумай меня защищать или спасать!»

«Хорошо-хорошо, я понял…»

«Даже если тебя разжалуют до звания адепта-послушника Контроля, всегда можешь передать бекапы Розе! Она обязательно меня восстановит! У нее большо-о-ой опыт!»

«Да понял я!»

«Обещаешь?»

«Ты же сама говорила, что признания и клятвы тут не помогут. Ты сказала – я тебя услышал. Принял к сведению. Не волнуйся, у меня хорошо развит инстинкт самосохранения и, в отличие от Кейлина Танилалу, я совсем не герой. Другими словами – трус».

«И это очень хорошо! – с энтузиазмом поддержала Тайла. – Мне нужен живой трус, а не мертвый герой!»

Подозреваю, что даже если женщины такое говорят, хотят они немного противоположного. Другое дело – чего хотят искины? Меня другое удивило: я ведь, действительно, сейчас беспокоился о Тайле. И, действительно, начал сравнивать ее с другими женщинами! И меня, действительно, стал интересовать ответ на вопрос «номер два»!

* * *

– Почти приехали, Кей! Какой-то ты молчаливый. Раньше вопросами сыпал, как почемучка! Как все-таки женитьба человека меняет!

Потому что раньше я был гребаным шпионом-диверсантом, а теперь – не пойми кто. Да еще и женатый человек ко всем прочим моим достоинствам.

– Ну, как? – Дик широким жестом обвел окрестности. – Навевает?

Я только пожал плечами. Ничего не навевает. Огромная площадь – несколько сотен гектаров леса – занята одно- и двухэтажными постройками зеленоватого цвета. Маскировка? Если маскировка, то все это место однозначно демаскируют огромные пятидесятиметровые блестящие «виноградины» в «гроздьях» энергостанции в двух километрах.

Что ж вы тут такое делаете, что потребовало отдельной энергостанции? Неужели здесь «раскалывают» рейдер с регенератором ДСП? Или уже раскололи, а теперь – исследуют? А на Чимкар забрались, так как думаете, что императрица не будет разрушать планету с мирным населением? Так вам и одной-единственной Розочки хватит в скверном настроении!

«Брахо» резко упал вниз и застыл на парковке перед одним из двухэтажных зданий.

– Пошли? – Дик выпрыгнул из машины. – Я буду хвастаться, а ты будешь восхищаться и меня хвалить!

* * *

Я очумелыми глазами смотрел на маленький – где-то два сантиметра – черный кубик, лежащий на круглой, в ладонь, гладкой подставке под энергетическим защитным колпаком. Материал со сложной структурой. Фактически его структура была нужна для одной-единственной цели – идентифицировать именно этот кубик. Зачем? О-о-о, основания были. Каргалитовые основания!

Дело в том, что минуту назад этот кубик лежал на такой же подставке в другом конце лабораторного зала. В десяти метрах! В десяти, мать его, метрах! Минуту назад! И смотрю я на него уже эту долбаную минуту! Долбаную минуту смотрю на кубик, за микросекунды переместившийся с одного места – на другое в десяти метрах!

Рядом восхищенно выдохнула Тайла:

– Телепортация! Кей, это же телепортация! Самая настоящая!

– Совершенно верно, варра Тайла! – довольно покивал Дик. – Мы сделали это, Кей! Прошу, вары! Телепортация!

Совершенно счастливый Дик раскинул руки в стороны и крутанулся на месте.

Телепортация. Или – крест на одном из сильнейших рычагов, которыми Кассиопея переворачивает огромное тело своей Империи в ту позицию, которая ей в данный момент удобна. Да какой «один из»?! Самый… самый сильный рычаг!

Телепортация.

ДСП по-прежнему будут нужны, но только для доставки таких вот телепортационных камер на другие планеты. А потом – сделать шаг – и ты уже под светом другой звезды! Это… это, может, и не открытие огня или колеса – но очень-очень близко! Надобность в ДСП практически исчезнет – они будут использоваться только военными, аварийными службами и разведчиками новых миров.

– А что с органикой? – спросил я, кое-как справившись с волнением.

А то мы не знаем вас, ученых. Чтоб вы, да удержались от того, чтобы не сунуть мышку или какого-нибудь таракана в отправляющую камеру. А если сами удержались (осторожность, благоразумие), то уж спонсоры-то вас точно заставят это сделать! Должны же у вас быть спонсоры?

– Увы. В финиш-камеру пока приходит фарш.

Ну, я в ученых и не сомневался ни секунды. Таки не удержались и попробовали.

– А в замороженном состоянии? Или в стазисе?

– Пока не пробовали, Кей. Но думали именно в этом направлении!

Дик улыбался широко и радостно. Даже шутливо двинул меня кулаком в плечо. Дик, наверное, гордился. Ладно-ладно, гордиться есть чем. Но я бы на месте Дика застрелился. Чтобы не напрягать миллионы, а скорее, миллиарды людей, которые возжелают это сделать за него.

– Сейчас работаем над пропускной способностью и оптимизацией энергопотребления! Там еще работать и работать, если между нами…

Дурачок, чему ж ты радуешься-то, а? Императрица расхреначит эту лабораторию, а тебя закопает. Как тот император (или там царь был?) из одной земной легенды, которому вот такой же горе-алхимик продемонстрировал способ делать золото из свинца.

Ну, хорошо. Рассуждаем логически. Сам Дик – может, и хороший ученый (Тайла, пока летели, кое-что на него раскопала), но плохой политик. Но спонсоры! Они-то должны соображать, к чему приведет ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ результат в таких исследованиях? И зачем вся эта демонстрация? И кому! Мне, принцу-консорту! Мужу Розали ни-Ровено, директора Имперской службы контроля!

Хм… а это мысль.

«Тайла, выход в сеть этой шарашкиной конторы есть?»

«Есть. И защита на нем смешная».

«Пошурши по их внутренней сетке. Если я что-то понимаю в этой жизни, где-то на поверхности должен лежать файл – что-то вроде «Устройство установки» или «Результат исследований» …что-то вроде того».

«Ты смешной! Кто ж такие вещи будет на виду оставлять! Ладно, поищу… – И буквально через минуту: – Ой! Лежит. На поверхности… «Подпространственные транспортные установки (ППТУ). Технология, производственная карта, схемотехника и алгоритмы. Профессор Диккари Слайчер». Брать?»

«Бери, конечно!»

«А вдруг это ловушка? Вдруг там вирусы? Тебе нужен съехавший с ума разведывательно-диверсионный андроид?»

«Звездочка моя, там даже троянов не будет! Качай. И… на всякий случай, сбрось мне свой последний бекап».

«Хорошо, Кей!»

– С расстоянием уже экспериментировали?

– Неограниченно, Кей! – чуть ли не кричал Дик. – Расстояние неограниченно! Что десять метров, что десять километров – расход энергии один и тот же! Один и тот же, Кей! Это революция, Кей! Прорыв!

Это писец планете Чимкар, дурачок. И тебе – лично. Что ж ты наделал, Диккари Слайчер! Что ж ты наделал, сумасшедший ученый?!

– Мне пора возвращаться, Дик. Подбросишь?

– Что, даже пивка не двинем, Кей? – Дик аж приплясывал. – Ах, да… понимаю-понимаю.

Он многозначительно пошевелил бровями, показав глазами в сторону Тайлы. А я боролся с желанием его прибить… любым из нескольких десятков способов, находящихся в моем распоряжении. Только бесполезно – даже ядерный заряд под эту лабораторию не поможет – информация об исследованиях наверняка продублирована в другом месте. Скорее даже в нескольких.

– Я договорюсь – тебя наша служба безопасности довезет. До самой гостиницы. С эскортом. Хотя подозреваю, наш эскорт для тебя – это мелковато уже. Ха-ха-ха!

«Тайла, скачала?»

«Да». – Искин был необычно серьезен. Ну, с ее вычислительными способностями нетрудно прийти к тем же выводам, что и я.

Да. Нас теперь, скорее всего, тоже захотят закопать. И неизвестно, кто захочет этого больше – ее величество или местные перестраховщики, которым – вот же странные! – не нравится вид перепаханных орбитальными бомбардировками родных планет.

Глава 11

Женя вихрем ворвалась в свои апартаменты с табличкой, которую ее новенький ИБК перевел, как «Личные покои номер 23. Женя ан-Кречет», и встала как вкопанная. Взмыленная охрана едва успела рассредоточиться по коридору – внутрь ЭТОГО помещения телохранители имели право входить только в исключительных случаях.

В апартаментах присутствовали три незнакомки. Точнее, нет. Одну из них Женя уже знала – эта женщина встретила Женю после школы, после чего Женя очнулась уже только дома в окружении причитающих бабушек, которые почему-то утирали слезы и улыбались. А дедушки тогда сидели на кухне за бутылкой водки с одухотворенными лицами и такими же счастливыми улыбками.

Звали эту тетю Альер. И очень вежливый капитан Илио по большому секрету шепнул Жене, что она – самая настоящая звездная принцесса! Как Аэка из «Тэнти – лишний»! Такая же важная и холодная, но внутри очень хорошая.

А вот две другие женщины… что-то в них было знакомое, но Жене никак не удавалось их вспомнить.

Женщины степенно пили чай и закусывали очень красивым тортом, о чем-то весело переговариваясь. Они сидели за овальным столиком перед огромным, во всю стену, окном-проекцией на лунную поверхность.

Коричневое с серыми прожилками «поле» соприкасалось по гигантской чуть выгнутой вверх дуге-горизонту с усыпанным яркими звездами черным небом. Почти по центру на одну треть поднимался огромный шар Земли, голубой с белыми мазками облаков, белой кляксой одного из полюсов и рыжим пятном какого-то континента.

– Ух, ты! – Невольно выдохнула Женя (от иностранного «Вау» родители отучали ее очень старательно – от мамы даже иногда по попе прилетало!).

О том, что стену в ее апартаментах можно настроить вот ТАК – она не знала.

– Женечка! Как погуляла? – спросила одна из женщин.

Принцесса Альер только загадочно улыбнулась, уткнувшись в чашку, с любопытством ожидая реакции Жени.

А по голосу спросившей женщины Женя поняла невероятное – с ней говорила ее бабушка! Бабушка Катя! Сейчас она выглядела очень молодо. Ощутимо старше красивой и молодой принцессы Альер, но… не так, чтобы намного!

– Баба Катя?

– Смотри-ка! Узнала! – удивилась вторая женщина голосом бабушки Веры, обращаясь к помолодевшей бабушке Кате. – А я ни себя в зеркале не узнала, ни тебя – тем более!

– По голосу узнала. Женя у нас наблюдательная. – Принцесса Альер заговорщицки подмигнула. – А то, что ты в зеркало сейчас видишь – это простая косметика. Надо будет провести длительный, на декаду, курс. Проведем. Позже. Как до хороших клиник доберемся. Главное, дедушек на процедуры загнать. А то ведь прощелкают таких красавиц!

Теперь она говорила без смешного «детского» акцента. Что неудивительно – говорила-то она на своем привычном общеимперском языке, а специальный компьютер в голове Жени переводил это для девочки на русский. И – наоборот, если Женя говорила с собеседником-имперцем на русском.

– Пластика движений и артикуляция – то, что даже мы подделываем с огромным трудом, – объяснила Альер, – и в то же время – один из самых верных идентификаторов личности. Пусть и инстинктивный. Лягушонок, чай с тортом будешь? Или, как ты предпочитаешь, торт с чаем? Медовик – твой любимый!

– Большое спасибо, ваше высочество! – степенно сказала Женя и, как умела, воспроизвела книксен… или это называется реверанс? – С удовольствием!

– Уже разболтали, да? – Вздохнула принцесса. – Не напрягайся, Жень – в Империи требований этикета по отношению к императорской семье очень мало… И почти все они касаются императрицы. А чего ты стоишь? Садись, вон, между бабушками!

Кресла под весело ойкнувшими «бабушками» чуть разъехались в стороны, и между ними прямо из пола выросло удобное кресло с высокой спинкой, развернувшись в сторону Жени. Легко освоившаяся с техническими чудесами пришельцев, Женя быстро заняла место и вытянула вперед руки ладонями вверх.

Легкий парок взвился над ладонями, и Женя, не удержавшись, потерла уже абсолютно чистые скрипучие ладошки друг о друга… и невольно улыбнулась в ответ на хитрющую улыбку с ямочками от Альер… Как же она все-таки похожа на актрису из «Люси», когда вот так улыбается!

Помолодевшие бабушки (которых теперь и бабушками-то называть было трудно) тут же организовали перед внучкой чашку чая и кусочек любимого медовика.

– Кстати, ни книксен, ни реверанс – в скафандре не смотрится… А вот на балах при Императорском Дворе – там да-а-а…

– Балах?! – У всех трех землянок полыхнули глаза. – У вас бывают балы?!

– А что такого? – Пожала плечами принцесса Альер. – Великая Тысячезвездная Империя – цивилизованное государство. И у нас проводятся балы! Ой, да я вам сейчас записи трансляций покажу! И каталоги бальных платьев…

* * *

Мы с Тайлой не успели войти в особняк, как активировалась связь с администратором гостиницы:

– Ваше высочество, в административный корпус прибыли вары ан-Хлопосо и ан-Стригач. Просят о встрече с вами…

– Никогда о таких не слышал.

«Если судить по фамилиям, то это – главы системной и планетной администрации Чимкара! – своевременно подсказала Тайла. – Судя по системам мониторинга службы охраны гостиницы – это они и есть».

– Это… – начал было объяснять очень сильно удивившийся моему незнанию служащий, но я его прервал:

– Вспомнил. Я готов их принять.

– Слушаюсь, ваше высочество!

Сомневаюсь я, что это визит простой вежливости. Варам администраторам что-то нужно от Короны… ну, не думать же, что они чего-то желают конкретно от Кейдана ан-Солано. Правда, вот от Кейдана ни-Ровено – вполне.

Ан-Хлопосо и ан-Стригач выглядели, как сорокалетние мужчины в самом расцвете сил. Официальные костюмы-мундиры – светло-серый и темно-зеленый соответственно – без пуговиц, без карманов и без бортов. Ни одной складочки, ни одного шва. И это, заметьте, не одежда-трансформ – дядечки слишком состоятельны для того, чтобы носить «обычную» высокотехнологичную одежду. Полностью натуральные ткани!

Их лица, действительно, показались знакомыми. Ну, неудивительно. Кейдан ан-Солано готовился работать в Красной Линзе – должен был знать в лицо всех ключевых персон этой системы. Дика-то я вспомнил.

Сопровождающих у местного губернатора и местного мэра не было. Ни одного! Хотя на новостных видео, просмотренных мною в сети, я наблюдал у подобных должностных лиц многочисленную свиту, танцующую вокруг своих патронов, как ансамбль подтанцовки – вокруг солиста.

Встречал я их на крыльце. И, видимо, это было некоторым нарушением этикета. Так как дядечки чуть ли не бегом (но строевым шагом!) кинулись ко мне от гостиничного «слизера» и согнулись в поклоне «сорок пять градусов ровно, хоть транспортиром проверяй!»:

– Ваше высочество! – хором. Громко. С надрывом и со слезами в голосе.

«Барин, не изволь гневаться! Холопка Гришка челом бьет – о милости просит!» – ну, как-то так.

Я лишь слегка кивнул. А то поклонюсь ниже установленного – уроню достоинство императорской семьи. Потом пойдет отягчающим ко всем моим прегрешениям.

«Солнышко, проверь их идентификаторы – соответствуют ли?»

«Подтверждаю. Ан-Хлопосо и ан-Стригач. Глава системной администрации и глава планетарной администрации».

– Проходите, вары.

Опять сказал что-то не то (или поклонился не так) – уважаемые чиновники изобразили лицами пасмурные тучки и в таком виде заплыли в огромную гостиную особняка… орошать ее дождями слез и соплей, надо полагать.

Я первым уселся в кресло (а потому что уже было немного по хрену на условности, о которых я ничего не знал) и жестом пригласил уважаемых первых лиц звездной системы и планеты рассаживаться в оперативно прибежавшие кресла.

Тайла с непроницаемым лицом застыла за левым плечом, уперев взгляд куда-то поверх макушек мгновенно взопревших мужчин.

«Ты хотя бы говорила – правильно я делаю или нет! Я ж в этикетах – ни Ровено не понимаю!»

«Да все нормально, Кей! Розочка иногда и покруче залетчиков строила! Знаешь, как наставница Розы по придворному этикету говорила: «Будь собой и не ошибешься!»»

Ага. То есть со стороны мои действия выглядели все-таки демонстрацией неудовольствия.

И – началось. А как долетели, ваше высочество? А как вам карнавал? А видели ли вы фейерверки, ваше высочество? А как вам столица? Ну, а планета в целом, ваше высочество? А люди? А…

Я все еще находился под впечатлением посещения лаборатории и лицезрения акта телепортации, поэтому прервал довольно грубо (грубо, даже по моим, невоспитанного варвара, меркам):

– Вары! Если вам не жаль своего времени, то пожалейте хотя бы мое!

Чиновники поперхнулись. Переглянулись. Бросили неопределенный взгляд на Тайлу. Темно-зеленый ан-Стригач прокашлялся и начал витиевато изъясняться в любви к Империи вообще, к ее императорскому величеству в частности, а также скопом и по отдельности обожать всех представителей императорской семьи. В том числе и меня не забыл «осчастливить».

«Рыбка моя, а как вообще такие чиновники попадают на свои посты?» – пока ан-Стригач разливался соловьем, решил я спросить у Тайлы.

«Такие, как этот ан-Стригач, главы планетарных администраций, назначаются главами системных администраций, такими, как этот ан-Хлопосо, на основании аналитических справок и статистических отчетов за период прежней работы…»

«Другими словами, обычные ставленники».

«Любое назначение должно быть обосновано пакетом документов, в котором приведены объективные показатели эффективности работы чиновника на прежней должности».

«Если б все было так кучеряво и здорово, ее величеству не приходилось бы с пугающей периодичностью лично выбрасывать в космос очередную партию «зажравшихся мудаков»… или подписывать смертные приговоры коррупционерам…»

«Мне не нравится, что ты назвал меня рыбкой! – очень «последовательно» ответила Тайла. – Считаю такое сравнение оскорбительным! Холодные, скользкие и неприятно пахнут!»

«Прости, котик»

«?»

«Что-то вроде сноя, но кавайнее».

«?»

«Как-нибудь покажу».

Ну, раз Тайла возразила столь оригинально, значит, я правильно все понял.

Вар ан-Стригач, кажется, стал выдыхаться. Видимо, с определенного момента я, в его представлении, должен был включиться в соревнование – «кто лучше поцелует Касси в… одно из полушарий». А я коварно молчу.

– Вар ан-Хлопосо, ваш протеже испытывает мое терпение. Не знаю, как другие на моем месте, но я-то прекрасно понимаю, кому я в данный момент НА САМОМ деле обязан чувству глубокой изматывающей скуки!

«Мэр» ан-Стригач заткнулся и покосился на «губернатора» ан-Хлопосо.

– Прошу прощения, ваше высочество! – Чуть напряженно улыбнулся тот, прекрасно меня поняв. – Мой коллега, действительно, немного увлекся. Но основную мысль выразил правильно – система Чимкар по-прежнему в высшей степени лояльна к Империи вообще и к ее величеству в частности. Вчера мы имели честь продемонстрировать вам наш карнавал! Мы по праву гордимся этим мероприятием! Из года в год это зрелище… Кхм, простите, я тоже увлекся. Наверняка ваш аналитический отдел уже просмотрел все каналы местных новостей. – Я удержался от того, чтобы покоситься в сторону своего «аналитического отдела». – И вы должны признать, что никакой крамолы, никаких призывов к сепаратизму в наших средствах массовой информации нет! Напротив, мы успешно поддерживаем в народе Красной Линзы верноподданнические чувства!

Ан-Хлопосо замолчал, и я был вынужден его подтолкнуть, проглотив так и просящийся на язык пассаж про то, что ни конкретно ему, ни «народу Красной Линзы» я ничего вроде бы не должен:

– И?

– Вызывает недоумение и даже опаску концентрация сил императорского флота в системах Чимкар, Бифсон, Кронсо и Грайм! Мы же ничего такого не делаем, что заставило бы ее величество собирать такие… внушительные силы!

«Чимкар, Бифсон, Кронсо и Грайм – крупнейшие системы сектора Красной Линзы», – подсказала Тайла.

– А у ее величества вы спросить не пробовали?

Чиновники снова переглянулись. Неуверенно. А потом посмотрели на меня. Укоризненно и обиженно.

Понятно. Значит, грешки у этих варов таки есть, и они боятся, что вместо ответа Канцелярии Двора последует вызов в Прокуратуру Короны на разбор полетов. И закончится этот разбор в шлюзе личного крейсера ее величества… если ее величеству, вообще, будет досуг разбираться с такой мелочевкой лично.

– Как вы думаете, вары, что же могло толкнуть ее величество на столь масштабные действия?

– Хотелось бы заметить, ваше высочество, – вкрадчиво и тихо начал говорить ан-Стригач, – что у нас практически нет рычагов воздействия на межсистемную корпорацию «Ожерелье звезд Линзы». И ее действия нами не контролируются.

Хитро. Вот это они хитро придумали! «Мы». Вот это чудило в темно-зеленом из планетарной администрации, действительно, не может поднимать хвост на транссистемную корпорацию. Но другое чудило, рядом, в темно-сером мундире, является главой системной администрации. Системной! И ему вполне было по силам прикрыть и ту лабораторию, и, вообще, прищемить хвост любой компании, собирающейся работать в пространстве системы.

Более того, эти два мудилы-чудилы прекрасно осознают, откуда дует ветер и чем именно изволит быть недовольной Кассиопея.

Взятки и борзые щенки? Безусловно! Хотя не исключена и простейшая безалаберность.

«Тайла, тебе так удобно стоять? Ты даже положения тела не меняешь!»

«Тс-с-с! Я тебе имидж нарабатываю! И усыпляю их бдительность! Потом пару комплексов упражнений с тобой сделаем – разомнемся. И все будет в порядке! А потом – еще разомнемся, но уже не упражнениями, хи-хи-хи!»

«Ну-ну».

Искин-оптимистка! Поспать нам сегодня не удастся. Ни в прямом, ни в переносном смысле.

– И что вы намереваетесь делать, вары? В связи со всем перечисленным?

Снова переглядываются. Переглядывальщики.

– Силы самообороны системы Чимкар приведены в состояние повышенной боевой готовности, ваше высочество! – гордо ответил ан-Стригач. Идиот.

Так. Спокойно. Мыслим позитивно.

«Тайла, численность населения системы Чимкар?»

«Миллиард двести девяносто миллионов».

«Силы самообороны? Численность, состав флота до кораблей второго ранга?»

«Два миллиона четыреста одиннадцать тысяч – личного состава. Сорок шесть мониторов-носителей, девяносто один корабль первого ранга, двести шестнадцать кораблей второго ранга».

М-да… позитивно с такими вводными не получится.

– Правильно ли я понимаю, вар ан-Стригач… Вы, глава планетарной администрации, посадили на «повышенную готовность» силы самообороны звездной системы Чимкар?

– Нет-нет! Вы не так поняли!

– То есть вы НЕ приводили ССО в состояние готовности? Тогда, вары, я, действительно, вас не понимаю!

– Ну, силы самообороны приведены в состояние готовности не мной… но приведены, ваше высочество! – пролепетал ан-Стригач.

Не нравится он мне. Совсем не нравится. Можно сказать – бесит! И темно-серое мудило тоже не нравится – наверняка по старым своим интриганским привычкам подставляет своего протеже и ставленника. Дескать, это все он, дурак, а я, вообще, сидел рядышком и помалкивал, но был категорически с этим дураком не согласен. Ненавижу! На Земле этих ублюдков в госконторах ненавидел, так эта плесень и здесь растет!

– Кем же?

– Начальником штаба, ваше высочество!

Ну, меня и понесло:

– А я, бл…дь, не вас спрашиваю, вар ан-Стригач! А главного администратора системы, в системе которого творятся эти безобразия!

Не уследил – Янтарь с рыком рванул в стороны, заполнив объем особняка вторым слоем… С плеч ан-Стригача и ан-Хлопосо легкими облачками взвихрилась темно-серая пыль.

Администраторы скосили глаза и побледнели. Под цвет мундиров: ан-Стригач позеленел, ан-Хлопосо посерел. Чудная картина – сплошной монохром! Ан-Хлопосо расширившимися от ужаса глазами смотрел на Тайлу. Ну, логично – что ему еще думать, кого ему еще подозревать?

– Ва-ваше… ве-величество?

Да уж… «очень» похожа.

«Кей? Что мне делать?» – растерявшийся искин – такое не каждый день увидишь.

«Ничего. Теперь так и стой – имидж мне нарабатывай!» – Я был очень недоволен своей эмоциональной вспышкой. Но еще больше меня самого расстроила (и, если честно, испугала) подверженность Янтаря моим негативным эмоциям.

Ну, как тут не вспомнить джедаев с их мудрым «контролируй свои эмоции, мой юный падаван!»? Эх, мне бы наставника какого-нибудь – типа Квай-Гона или Оби-Ван Кеноби. Научит медитации и самоконтролю. И удержит от Темной Стороны Силы.

– Вар ан-Хлопосо… вы не находите, что визит ее величества в вашу систему – это все-таки был бы перебор?

– Но тогда… – Ан-Хлопосо был ошарашен настолько, что даже невежливо ткнул в меня пальцем. – А как же…?

– Молча! Почему я не вижу начальника штаба сил самообороны вашей системы, вар ан-Хлопосо?!

– Вызвать? – слабым голосом вопросил тот.

– Уж сделайте милость, вар ан-Хлопосо!

– Слушаюсь, ваше высочество!

* * *

– Так вот об этикете… – Альер терпеливо дождалась, когда Женя почти уничтожит кусочек торта (что не потребовало много времени). – Правил не очень много. Точнее – только одно. К ее императорскому величеству тебе обращаться следует по имени – Кассиопея. Или Касси. И – ни в коем случае не называй ее «бабушкой», понятно?

Женя радостно кивнула. Императрица! Настоящая императрица! Как Сето Джурай из «Галактической полиции»!

– А как нам к императрице обращаться, Алё… Альер? – спросила бабушка Вера.

Женя обратила внимание на заминку с именем. Причины этой заминки она тоже уже знала. Не знала только, как к этому относиться.

– «Ваше величество», – ответила Альер и развела руками. – Принцесс, которые могут называть ее Касси, среди нас, увы, только две – я и Женечка.

И все четверо весело рассмеялись. Женя чувствовала себя так, будто попала в какую-то сказку! Она – тоже звездная принцесса! И, кстати, об этом ей по большому-большому секрету сказала еще Заяна ан-Сира – начальница охраны принцессы Альер. Так что слова Альер ее врасплох не застали. А какие платья в каталоге красивые!

– Ой! Я же хотела сказать! – вспомнила вдруг она. – Баба Катя! Баба Вера! А американцы, оказывается, и правда, высаживались на Луну! Мы с капитаном Илио нашли места их посадки! Там флаг Америки, «лунные автомобили», следы на песке… и эти… ну, такие большие железки…

– Посадочные модули, – подсказала Альер. – Мы специально для тебя определили места посадки «Аполлонов». Кстати, четырнадцатый «Аполлон» на Луну, действительно, не садился. Так что основания для обвинений в фальсификации все-таки есть.

– Вау! – Женя даже отложила последний, самый вкусный, кусочек медовика.

– Женя! – Укоризненно покачала головой Альер. Она наклонилась вперед и спросила почти шепотом. – А советский «Луноход» видела?

– Ага! Оба нашли! Я даже на память панельку-шильдик скрутила! Вот, смотри! – Женя продемонстрировала Альер металлическую слегка погнутую табличку. – И китайский нашли! Ой, он такой маленький! Не то что наши! Только капитан Илио меня близко к китайскому не подпустил.

– И правильно сделал! – строго заметила Альер. – У них нагревательный элемент на радиоактивных изотопах. Это ж китайцы – наверняка защита никакая – схватишь дозу, будешь себя потом плохо чувствовать! После обеда – на Марс или на Венеру? – коварно спросила она.

– А что ближе? – растерялась Женя. Хотелось и туда, и туда.

– Венера сейчас ближе, но это не имеет значения. И туда, и туда доберемся за час-полтора.

– На Венеру! – решилась Женя. – Вдруг там под облаками что-нибудь интересненькое!

Помолодевшие бабушки с умилением рассматривали секретничающих принцесс. Недолго рассматривали – каталог бальных платьев звал и манил.

* * *

Мы просидели в тишине минут десять. Высшие чиновники Чимкара каменными изваяниями застыли в креслах, будто выключенные, гипнотизируя глазами узор на полу. Не шевелясь. Не поднимая глаз. Может, они – тоже… андроиды? Да нет, вроде бы – люди.

Пришел новый вызов от администратора гостиницы. Но возвестил он отнюдь не о визите долгожданного начальника штаба системы Чимкар:

– Ваше высочество, в административный корпус прибыли вар ан-Лимкону и варра ан-Дауни. Просят о встрече с вами…

– Что-то не припоминаю. – Вздохнул я, примерно представляя, кто пожаловал в гости.

Не ошибся:

«Главы системной и планетной администрации Бифсон», – подсказала Тайла.

– Это…

– Вспомнил! Конвоируйте их сюда.

– Э-э-э… слушаюсь, ваше высочество!

Чимкарцы (чимкаряне?) даже не пошевелились. Так и потели молча. У меня от их испуганных взглядов скоро паркет под ногами в болото превратится! И лягушки будут квакать! Почему они боятся – понятно. Я продемонстрировал исключительно «императорскую фишку» – разрушение материи. Вывод эти люди могу сделать только один: Кей ан-Солано на самом деле – неучтенный сыночек Кассиопеи. А опасности от знания этого секрета куда больше, чем сомнительной пользы. А если еще сыночек унаследовал тяжелый нрав матушки…

– Тайла, встреть варов, пожалуйста…

– Да, дорогой!

А вот сейчас чимкарцы вздрогнули. Почему? Потому что отправил андроида встречать гостей? Или их «дорогой» удивил? А они, вообще, в курсе, что Тайла – андроид? Наверняка в курсе – должны же они были ознакомиться с тем, кто зарегистрировался в гостинице. Тогда почему дергаются?

На крыльце особняка гневно вопросил строгий звонкий голосок Тайлы:

– А почему я не вижу начальника штаба сил самообороны вашей системы, вар ан-Лимкону?! – Пять секунд невнятного мужского бубнежа и… – Уж сделайте милость, вары!

«Кей! Кей! Я все правильно сделала?»

«Ты просто умница!»

«Это было так здорово!»

«Веди их сюда. Пугать буду».

* * *

На Венере ничего интересного не оказалось. Однотонное розовато-красное небо, каменистая пустыня от горизонта до горизонта.

Под силовым куполом, сдерживающим яростный ураган, было тихо. Девочке стало скучно уже через пять минут хруста камней под башмаками скафандра и наблюдения за бескрайней каменистой равниной. Охрана это, разумеется, заметила. И, разумеется, никак не отреагировала. Зато отреагировала Альер.

– Скучно, – озвучила она Женины ощущения от прогулки по Венере. – В Империи есть куда более красивые места и удивительные планеты, которые я хотела бы тебе показать.

– Вы хотите поговорить об удочерении? Тетя Заяна говорила об этом…

– Ох уж эти болтливые подчиненные. – Сокрушенно покачала головой Альер.

– А разве это не вы им приказали об этом со мной поговорить? – Хитро улыбнулась Женя.

– Я. – Честно кивнула Альер. – Я все время забываю, какой ты, Лягушонок, наблюдательный. Да, я хочу поговорить об удочерении. Хотя, что о нем говорить – нужно только твое согласие и… и все.

– Скажите, варра Альер, а моего папу нашли? Вот так же, как вас?

Альер молчала, внимательно рассматривая лицо Жени за прозрачным щитком шлема. Наконец ответила:

– Поверь, доча, Империя ищет его сейчас всеми доступными ей ресурсами!

– Его найдут?

– Определенно, да! – Уверенно кивнула Альер.

– Я согласна войти в вашу семью, варра Альер! – Немного важно кивнула девочка. – Но можно поставить условие?

– Какое?

– Вы не называете меня «дочкой». И не говорите, чтобы я называла вас «мамой». – Девочка твердо смотрела в глаза Альер.

Альер снова молчала целую минуту:

– Конечно. А Лягушонком тебя называть можно?

– Можно.

– Хорошо. Тогда не называй меня тетей Альер и варрой Альер. Просто Альер. Договорились?

– Договорились! – Женя протянула руку в перчатке скафандра, которую Альер, после секундной заминки, пожала.

– На Венере, действительно, скучно. Может, рванем на Землю? Флорида, допустим… Нет, там сейчас ночь. Тогда… Австралия? Научу тебя кататься на доске.

– Не хочу на море. – Помрачнела Женя. – Прости.

– Ничего-ничего. – Отмахнулась та. – Может, тогда горы? Покатаемся на лыжах?

– Да!

– Альпы? Домбай? Архыз? Хакуба?

– Хакуба? Это же Япония, да? Хочу в Японию!

– Как вам будет угодно, ваше высочество! – Рассмеялась Альер.

* * *

– Как вам будет угодно, ваше высочество!

Главный администратор системы Кронсо, вар ан-Тиерри – седовласый крепкий старик (именно старик!) двухсот восьмидесяти лет от роду – прочно и надежно захватил руководство своими подавленными коллегами. Видимо, был негласным лидером. Во всяком случае, в среде системных администраций сектора Красной Линзы.

Странно, почему при этом он не является главой секторальной администрации? И почему, кстати, наш междусобойчик не изволил почтить своим присутствием сам глава сектора?

И – да – в гостиной особняка собрались представители восьми (восьми!) крупнейших звездных систем Красной Линзы. И огромный зал гостиной уже не казался теперь таким уж огромным. Все-таки двадцать четыре человека (включая нас с Тайлой) – это немало. Почему только двадцать четыре, а не двадцать шесть? Потому что, в отличие от своих коллег, ан-Тиерри, единственный, прибыл один – без терпилы-«мэра» и без стрелочника-начальника штаба ССО.

Тайла с некоторой грустной задумчивостью рассматривала огромные напольные часы, которые хоть и несли в основном декоративные функции, но время показывали верно. И показывали эти часы уже без четверти полночь. А ведь прения и меряния письками и сиськами для определения, кто среди глав администраций главный и будет говорить от имени всех, только завершились!

Я в эту свару не вмешивался. Во-первых, ни бельмеса не понимал в их хитровыкрученных взаимоотношениях – намеки на имена, события, даты ни о чем мне не говорили. Во-вторых, ко мне и так, как к какому-то арбитру, постоянно апеллировали и кивали в мою сторону, подразумевая разом и мое личное мнение, и мнение Двора, и, вообще, мысли и чаяния императрицы.

Я вздергивал брови, хмурился, загадочно улыбался, хмыкал, фыркал – этого было достаточно, чтобы опытные интриганы, пользуясь невербальной помощью, самостоятельно загоняли в угол своих оппонентов, где в пух и прах их безжалостно громили, добиваясь локальных политических побед.

А еще я зверел. И – да – я тоже смотрел бы на Тайлу, смотревшую на часы, с такой же грустной задумчивостью, если б не надо было следить за лицом.

Тайла, кстати, уже сидела в кресле рядом. Я приказал. Меня стала раздражать ее неподвижность за моим левым плечом. И я нуждался хоть в какой-то моральной поддержке.

* * *

Половина третьего. Янтарь рвал и метал. Драл когтями пол и требовательно мявкал, как кот, которого по весне не пускают на улицу. И совсем не фигурально. И даже не метафизически. Красивый наборный пол вокруг моего кресла давно утратил рисунок и был, как снегом, припорошен мелким слоем светло-серой пыли. Как пеплом.

Администраторы, что называется, уткнулись в проблему:

– …вызывает некоторое опасение необходимость, пусть и временно, разоружить силы самообороны, – веско вещал ан-Тиерри. – В конце концов, никаких гарантий нами не получено! С другой стороны, лично я не вижу другой возможности предотвратить возможное кровопролитие…

А если эти силы не разоружить, обязательно в чью-нибудь испуганную башку придет гениальная мысль пальнуть чем-нибудь убойным по императорскому флоту. И начнется мясорубка. Потому и была в нашем с Розой приказе ремарка о необходимости эвакуации из Красной Линзы в час икс «в связи с возможностью орбитальных бомбардировок».

Кстати, быстро они осмелели – серая пыль, с которой вот уже несколько часов яростно борются бытовые сервис-системы особняка, их уже не пугает. Привыкли к якобы сыну императрицы, который за все это время еще никого не прибил и, следовательно, «прекрасно умеет держать себя в руках».

– Численность населения Красной Линзы, вар ан-Тиерри? – спросил я.

– Тридцать шесть миллиардов двести один миллион, ваше высочество! – мгновенно ответил тот.

– Численность вооруженных сил?

– Э-э-э… девятнадцать миллионов… примерно.

…и если хоть кто-то из этих девятнадцати миллионов дернется…

Гхаргх! Как же не хочется делать то, что я собираюсь сделать! Как же не хочется-то, кто б знал!

– Тайла! – Я повернулся к девушке. – Мне нужен канал связи с Дворцом!

– Кей! – Вздрогнула Тайла. – Ты уверен?

– Нет, звезда моя. Но иначе эти вары будут мариновать нас до утра!

– Ваше высочество! – ан-Тиерри смотрел несколько обеспокоенно… даже чуть испуганно (жаль, а я уж подумал, что он тут единственный с яйцами, как первый парень на деревне). – Императорский бюллетень сообщает, что ее императорское величество в данный момент изволит почивать… Целесообразно дождаться пробуждения ее величества, дабы эмоциональное состояние нашей императрицы не отразилось на мудрости ее решений…

Он замолк, бросив настороженный взгляд на пол у своих ног – где-то на уровне колена там медленно оседало сероватое облачко.

– Значит, нам всем не повезло. («Потому что вы меня уже задолбали!») Тайла! Канал!

– Да, дорогой! Одну минуточку!

На этот раз на слова искина никто внимания не обратил – присутствующим было немного не до того – присутствующие начинали усиленно бояться. Минута прошла в молчании, которое медленно наполнялось надеждой на то, что вызов будет отклонен и не придется…

На плечи слегка надавила знакомая тяжесть.

Ее величество в тоненькой бежевой пижамке (что-то похожее на шелк) удобно устроилась на громадных подушках огромной кровати. По левую от нее руку лежало нечто удлиненное, закрытое туманом приват-завесы. Муж? Любовник? Ни-ни-ни! Даже знать этого не хочу!

– Кей, малыш! Как я рада тебя видеть! Презентик твой получила – огромное тебе спасибо, мой мальчик! Вино великолепное! Было.

Она наклонилась вперед и заговорщицки спросила:

– Тебе еще жены нужны? Учти, законы Империи не ограничивают количество супругов! – И подмигнула.

Ее величество изволила читать книжку. Самую обычную бумажную. Или, вероятнее, из какого-нибудь пластика-имитатора. Она положила открытую книжку рядом с собой. Обложкой вверх.

На красочной обложке высокий блондин-красавец в белом мундире императорской гвардии красиво прижимал к стеночке молоденькую рыжеволосую красавицу в растрепанном платье с обнаженными плечами и выражением сильнейшего томления на милой мордашке. «Курьер ее величества» – прочитал я название.

Аккуратно отброшенное в сторону одеяло (как раз на затуманенного соседа) говорило о продуманности и подготовленности сцены «Нимфетка. Чтение женских романов перед сном».

– У вас столько незамужних дочерей и внучек, ваше величество, что, боюсь, мне не хватит никаких винных запасов Солано, чтобы отблагодарить вас за эти «драгоценности».

Императрица хмыкнула и потыкала пальчиком в «туман»:

– Карик! Ты хотел с Кеем познакомиться! Лови момент, пока пациент жив!

Очень многообещающе, ага. За что можно уважать императрицу – «базар не фильтрует» вообще.

Туман рассеялся. Но не до конца, открыв только лицо и грудь скуластого жилистого мужчины лет сорока пяти. Сорока пяти, если по земным меркам, конечно. Черноволосый, с пронзительными черными глазами, высоким лбом и бородкой клинышком. Эдакий классический Мефистофель.

Каронор ни-Ровено ни-Шумко. Канцлер Двора ее величества. Принц-консорт. Муж ее величества. А я уж тут стал думать всякое нехорошее про ее величество. И ему не сорок пять, разумеется, а сто двадцать. И он гораздо круче меня. Потому что одна императрица с легкостью перевешивает всех своих дочерей и внучек вместе взятых. Что, учитывая десятилетия вполне счастливого (по слухам) брака, свидетельствует о несгибаемой воле и неисчерпаемом оптимизме этого мужика.

А за общую постельную сцену, кстати, могут и срок впаять. Даже по законам Империи. И не за педофилию, как можно было бы подумать, а за распространение изображений, порочащих честь и достоинство августейшей особы.

– Добрый вечер, Кей!

Голос у этого «Мефистофеля» соответствующий. Похож на Ливанова. Не хватает только бессмертного «Элементарно, Ватсон!».

– Добрый вечер… коллега.

Каронор меня не разочаровал – рассмеялся характерным ливановским смехом:

– Ничего, Кей, ты обязательно привыкнешь!

– Какое, однако, общество! – воскликнула императрица, оглядываясь и скромно натягивая одеяло, расчетливо оставив оголенными маленькие аккуратные пяточки. – Что, касатики, прибежали свои попки прикрывать?

Я опередил ан-Тиерри, открывшего было рот… Нет, все-таки у мужика есть яйца.

– Их можно понять, ваше величество.

– Может, их еще и простить? – Надула она губки.

– Как вам будет угодно, ваше величество, – таки вставил ан-Тиерри смиренно.

– Так что случилось, Кейдан? Зачем было вваливаться в мою спальню такой толпой? О! Привет, Тайла, девочка! Тебя-то я и не приметила! Давно не виделись!

– Здрасьте… – донеслось настороженное из-за моей спины. – А можно и дальше?..

Я скосил глаза и почему-то не обнаружил Тайлу рядом, на прежнем месте. Потому что ее кресло, вместе с ней самой, теперь находилось точно за спинкой моего. А сама она осторожно выглядывала из-за моего плеча.

«Тайла, скинь мне свои последние бекапы!»

«Только что».

– Молодец! – Императрица была довольна. – Сколько Роза билась над разработкой блока инстинкта самосохранения для искусственных интеллектов! И, посмотрите, работает!

– Агась, – тихонько буркнула Тайла.

– Кей? – Императрица смотрела на меня требовательно, давая понять, что предварительную часть с «хи-хи» и «ха-ха» считает законченной.

– Признано целесообразным разоружить местные силы самообороны, ваше величество. Препятствие только одно… развитое чувство самосохранения у органических существ, ничуть не уступающее разработанному моей дражайшей супругой для искинов.

– Ну, ты завернул! Кстати, когда вернешься? Девочка сама не своя! Не поверишь – плакала! Я своим глазам не поверила!

Слышал, что хаотичная смена тем – прекрасно работающий метод во время переговоров.

– Ну, у меня этот глупый древний инстинкт тоже прекрасно работает, – честно ответил я.

– Это все совесть, Кей! – с непередаваемой хрипотцой насмешливо объяснил Каронор. – Будь решительнее – тебе понравится, вот увидишь. Правда, не сразу.

– Спасибо за моральную поддержку, Каронор! – Кивнул я. – Возвращаясь к нашему вопросу, ваше величество… Для разоружения сил самообороны вы должны дать гарантии.

Ан-Тиерри смотрел на меня с ужасом. Сильная ладошка Тайлы вцепилась в ткань рукава и сжалась. Хорошо, не в руку вцепилась – сломала бы мне кость.

– Мои? – удивилась Кассиопея. – Гарантии? ДОЛЖНА?

Янтарь вокруг меня недовольно зарычал, с некоторым напряжением противостоя давлению императрицы.

– Ну, не мои же. – Я пожал плечами. – Это ведь ваши подданные, а не мои, ваше величество. Вот я им ничего не должен – это совершенно точно!

– Кстати, не лишено логики, Касси, – неожиданно одобрил Каронор. – Все в рамках концепции общественного договора.

– Мужики! Да вы сговорились, что ли? – возмутилась императрица, давление уменьшилось.

– Нет, о предварительном сговоре речи не идет, – замотал головой Канцлер и уже мне объяснил: – Кей, тут такая штука. Гарантии ее величества – это вещь серьезная. Считай, на них, на гарантиях, держится Империя. Кстати, а как должны выглядеть гарантии в нашем случае?

О, это запросто! Я махнул рукой в сторону ан-Тиерри. Дедочек сглотнул и чуть сбивчиво зачитал подготовленный совместными усилиями текст.

– А что! По-моему, неплохо! – Каронор ткнул локтем хмурую Касси. – Мне нравится эта расплывчатость формулировок. Главное, флот Империи не ограничивается в средствах защиты в случае нападения или провокаций.

– Вары, вас всех устраивают такие условия? – императрица приподнялась на локте и оглядела зал. Никто не проронил и слова. – Молчание – знак согласия. Без проблем. Вары, вы получили мои гарантии!

Кажется, присутствующие облегченно выдохнули. Или это я облегченно выдохнул?

– Кей! Что-то еще? Ты, кстати, может, уже домой поедешь? К жене… женам. Погулял – и будет!

– Есть еще кое-какие дела, ваше величество. И, кстати, позвольте вам передать кое-что…

«Тайла. Файл, который ты свистнула в лаборатории».

«Кей! Кей, ты с ума сошел! Нет!»

«Передай его мне, пожалуйста, звездочка моя. Держать в руках эту бомбу я больше не намерен. Передай, пожалуйста. Я не хочу тебе приказывать».

«Кей… ну, пожалуйста…»

«Тайла… обижусь».

«За что?!»

«За то, что дураком меня считаешь!»

– …вот этот файл. – Я отправил императрице пакет.

– Хм…

Ее величество стала просматривать материалы. Качала головой, цокала языком. Через минуту сделала движение пальцами в сторону мужа. Видимо, передала файл на чтение ему. Тот тоже углубился в просмотр материалов.

– Слайчер, Слайчер! – Вздохнула Касси через десять минут. – Ну, что ему у нас не работалось? Спасибо, мальчик! – Она серьезно посмотрела на меня. – Интересные материалы, жаль, что безнадежно устаревшие. – И объяснила обалдевшему мне: – Установки мгновенного переноса УМП-КАССИ уже запущены в серию и успешно устанавливаются во всех столичных мирах, Кей. Через полгода сетью будет охвачена вся Империя… А я хотела сюрприз сделать. – Она печально вздохнула. – Кстати, ты знаешь, что в сфере радиусом пол-астро от постоянно фонящей установки работа другой приемной станции невозможна? – Она подмигнула. – Ах, да, Слайчер, думающий, что украл готовую технологию, об этом не знал. Какая досада!

В зале целую минуту царила потрясенная мертвая тишина. За спиной тихонько всхлипнула Тайла. Императрица снова поднялась на локте и с огромным удовольствием обозрела зал.

– Я вот тут подумала, Карик…

– Да, дорогая? – заинтересовался Каронор.

– А не заделать ли нам мальчика? А то все девочки-девочки… надоело! Хочется драйва!

– Предлагаю подробно обсудить этот вопрос, дорогая!

– Агась!

– Кей! – Каронор бросил на меня чуть сочувствующий взгляд и сказал: – Будешь в наших краях, загляни ко мне на службу. Если коньячок соланский прихватишь – совсем хорошо будет.

– И еще, Кей! – окликнула Кассиопея. Она почему-то смотрела мне куда-то под ноги, вытянув шею. – Хочешь бесплатный совет от скромненькой маленькой императрицы? Относись к происходящему с юмором – ты ж умеешь, я знаю!

– И на будущее… – добавил Каронор, ладонь которого через плечо по-хозяйски заползла под шею довольно улыбающейся супруги и уже кралась где-то под тканью пижамки вниз, к груди. – Ты бы хоть вставал в присутствии императрицы, а! А то как-то даже невежливо! Плохой пример подданным подаешь!

Проекция погасла. Дальше – трансляция только для взрослых граждан империи… с наивысшими имперскими допусками.

Политики со стонами падали в свои кресла. Оказывается, все они, пока шел разговор, стояли. В отличие от меня. Лица были либо бледными, либо свекольно-красными. Идеальная, до разговора с императрицей, одежда находилась в совершенном беспорядке.

В мою шею сзади уткнулся холодный носик Тайлы.

– А ведь у Каронора и Касси совместных детей пока не было, – почему-то сказал я.

Наверное, это была самая бессмысленная эпитафия к безнадежно испорченной ночи.

– Агась, – снова всхлипнули мне в шею. – Кей… мне срочно надо перезагрузиться. И в туалет сбегать. И мне не хватает вычислительных мощностей, чтобы определить, чего я хочу больше и как это можно оптимизировать!

– Сначала – туалет. – Я погладил мягкие волосы. – Туалет – это святое. Тем более что тебе нужно опередить конкурентов. – Я показал глазами на кряхтящих чиновников.

Хлопнул воздух, и за исчезнувшей Тайлой взвихрилась серая пыль.

Глава 12

Как только Кассиопея увидела, что Альер в сеансе связи участвует не одна, давление тут же поползло вниз и застыло на почти неощутимом уровне.

Не помогло: рыжеволосая девочка отказывалась вылезать из-за спины Альер, куда с испуганным айканьем спряталась при установке связи.

– Вылезай… – Вздохнула Касси. – Я уже три секунды как нестрашная.

Девочка несмело вышла из-за Альер, настороженно посверкивая зелеными глазами.

– Здравствуйте, тетя… Кассиопея?

– Без «тетя» и на «ты», – императрица постаралась говорить мягко… правда, не удержалась и тут же сделала Альер выговор: – Не могла предупредить, что будешь не одна?

– Решила показать Лягушонку, кто есть кто в Империи, – мгновенно ответила та. – Некоторые вещи лучше усвоить сразу и не питать ненужных иллюзий.

– Да-да-да, – вздохнула императрица. – Я – чудовище и пугало. Лягушонок, а как тебе?.. – Императрица неопределенно показала руками. – Ну, вообще?..

– Нормально… Кассиопея.

Женя все-таки встала так, чтобы от Кассиопеи ее закрывала хотя бы рука Альер. Еще и вцепилась в эту руку. От Кассиопеи не укрылась довольная улыбка Альер.

– Это хорошо, что нормально. Ты не пугайся – я маленьких не обижаю. Я только взрослых теть наказываю… или тех, которые считают себя взрослыми. – Она перевела взгляд на Альер. – Ну? Оправдывайся! Я же жду – ребенка нервирую!

– С принцессой Розали я не смогла поговорить – ее секретариат не отвечает. Делает вид, что не может ее найти.

– Это ты типа так отмазалась? – Удивилась Касси. – Ну, ладно, допустим.

– А почему она вне доступа, кстати? – поинтересовалась Альер. – Ты-то наверняка знаешь.

– Да мужа своего ловит… – Касси заметила, как вспыхнули глаза Жени и как девочка заинтересованно подалась вперед, не отпуская, впрочем, руку Альер. – Небезызвестного тебе Кейдана… и твоего, кстати, будущего мужа – тоже. Потому что Роза может расставлять приоритеты… в отличие от тебя.

– Ух, ты! – не удержалась Женя.

Касси на это усмехнулась и чуть наклонилась вперед, подпустив в голос доверительных ноток:

– Ага. Представляешь, Жень, две взрослые тети не могут договориться и поделить одного парня! Кстати, не желаешь присоединиться к этой дележке?

Женя помотала головой.

– Вот! – Касси довольно щелкнула пальцами. – Сразу видно разумного ребенка!

Альер раздраженно ответила:

– Девочке пока рано об этом думать, Касси!

– А тебе? – спросила та. – Между прочим, бедный Кейдан рискует стать и твоим мужем. Сама сообрази, кем он будет для Жени, учитывая, что официально она теперь твоя дочь. – Касси подмигнула Жене. – Ты, Лягушонок, не переживай: Кейдан – парень хороший, добрый и честный… не то, что некоторые. Папка из него получится – на загляденье! Если две эти затейницы его со свету раньше не сживут… Ну, пока, девочки! Конец связи!

Проекция Касси пропала, Альер облегченно выдохнула и повернулась к Жене, которая так и не выпустила ее руки. Присела перед ней на корточки:

– Вот, Лягушонок. Это, как ты поняла, была наша императрица, ее императорское величество Кассиопея ни-Ровено. Ей – ни в коем случае не перечить, не спорить и стараться пореже попадаться на глаза… особенно, после совершеннолетия.

– Почему именно после совершеннолетия?

– Ну, когда она видит кого-то из своих внучек или внуков без статуса «замужем/женат» – сразу начинает что-то предпринимать по этому поводу. Как правило, все заканчивается свадьбой.

– Она прикольная. – Улыбнулась Женя. – Как «Дьявольская принцесса Джурай»! Только маленькая. А ты замуж выходишь?

– Скорее, меня выдают замуж. – Развела руками Альер.

– А ты его не любишь, да? – ужаснулась Женя. – И тебя заставляют, да?

– Ну, не то чтобы не люблю… и не то чтобы заставляют… как бы тебе это объяснить, Великие Звезды? В общем, всё сложно… и это политика… м-да…

– А кто такая принцесса Розали? А есть фотка этого Кейдана? А почему вы не можете договориться? Так, он тебе нравится или нет? А ты его любишь? А Касси правду про него сказала? Он хороший? А он принц? Или простолюдин? А почему его надо ловить? Он не хочет? Он тебя не любит? А Розали он тоже не любит? А почему?..

И Альер только сейчас поняла, КАК именно Кассиопея решила наказать одну взрослую тетю.

– Принцесса Розали ни-Ровено ан-Кадагри – третья дочь ее императорского величества… – начала объяснять она, заранее запасаясь терпением и спокойствием.

* * *

– …я и говорю, они облизывали императорскую семью с макушки до пяток, а со свадьбой так меня и не поздравили! Хотя, казалось бы, такой повод! Ни один не поздравил!

– Тебя это обидело? – с огромным интересом и какой-то даже надеждой спросила Тайла. – Будь здоров! Ты чего чихаешь? Учти, со мной номер, как на рейдере, не пройдет! На меня химсоединения из твоего «спецнабора» не действуют!

Мы наконец-то были одни… но сил ни на что, кроме разговоров, не было. Во всяком случае, у меня. Ну, а Тайла – умная женщина (во всяком случае, очень достоверно ее имитирует), и если у мужчины «болит голова», готова отнестись к этому с пониманием, ограничившись только общением. Искин. Идеальна. Пока не нажимает на своем блоке «любопытство» кнопочку «турбо».

– Просто странно. Я вначале подумал, что новость сюда еще не дошла, но имперские чиновники в обязательном порядке должны читать императорский дайджест. А там такая информация была бы – сто процентов! И я сам видел местные новости – там мой брак с Розали усиленно обсуждается!

Я даже поморщился, когда о новостях вспомнил. Уж не знаю, как, но в распоряжении новостных агентств оказалось до отвращения много видеоматериалов с Солано. Принцесса со мной на орбитальной станции Солано во время встречи с моими многочисленными родственниками, принцесса у меня на руках с видом на пустыню (вот тут не спорю – ракурс такой, что закачаешься – сплошная реклама службы в СНАДАК – мы ведь оба были в мундирах), принцесса со мной за праздничным столом под тентом в пустыне, принцесса гладит спящего Кейдана ан-Солано по голове… Сплошной гламурный ути-пуси для романтически настроенных дамочек. (А что? В Империи таких немало.)

Кажется, кто-то из семьи Драгона ан-Солано неплохо наварился на продаже «новостникам» наших с Розали видео и фото. Главной уликой служит короткое видео, в котором Розали с умильным выражением на лице гладит меня, спящего, по голове… правда, что было потом – аккуратно отрезано. Хорошо, что мы с Розой ничем таким на Солано не занимались… во всяком случае, в доме Драгона ан-Солано. Клей подозревать не хотелось бы, но… других кандидатур нет.

И вот все это сейчас обмерялось и облизывалось дотошными журналистами по миллиметру. А что это за выражение лица у ее высочества? А почему его высочество хмурится? А почему он так странно улыбается? А почему он/она так смотрит? А что это они едят? А что это за туфельки? Вау! Да это же туфельки от знаменитого!..

Кстати, пройдохи от журналистики, ознакомившись с обычаями Солано и оценив туфельки Розали, пришли к выводам, несколько противоположным тем, которые сделали соланцы… ну, да, у них было меньше заблуждений насчет «наивности» директора ИМСЛУКОН, вырядившейся в овечью шкуру лейтенанта СНАДАК… и нацепившей легкие шпильки перед традиционной «пустынной трапезой».

Тьфу!

– А это они меня с тобой видели и осторожничали. Ты последних новостей не смотрел – тебе некогда было.

– А что там? – лениво поинтересовался я. Действительно, не смотрел. Сознательно.

– От Розали ни-Ровено сбежал жених. Чуть ли не со свадьбы. Сбежал с андроидом диверсионно-разведывательного типа последнего поколения со всякими интимными модификациями…. Модификации, разумеется, тоже последнего поколения. И даже экспериментальные есть. Люди пытаются определить модель, хотя большинство считает, что ты спер бедную беззащитную андроиню из лабораторий своей невесты. Невеста безутешна…

– Жена. Жена безутешна, – поправил я, не зная, хмуриться мне или смеяться.

– … Рвет и мечет, обещает призвать на голову мужа все кары звездные… но на развод подавать категорически отказывается. Кейдана легонько осуждают – дескать, с андроидом – это он зря, вокруг полно более достойных ЖИВЫХ кандидатур. Но и завидуют – андроид из знаменитых лабораторий Розали ни-Ровено – это круто! Список «достойных кандидатур» прилагается. Кстати, – Тайла очень «по-розовски» улыбнулась, – под номером один идет ее высочество Альер.

Я все-таки рассмеялся. Все перечисленное было настолько дико… Ко всему прочему мне теперь еще можно инкриминировать ронение (роняние? Ронятие? Уронутие?) достоинства императорской семьи. Что на общем фоне – ну, такая ерунда!

– Почему не Свелла или Ириссан?

– Номер четыре и три соответственно. – Хихикнула Тайла. – В первые ряды не попали потому, что приоритет отдан принцессам, с которыми ты знаком лично.

– А что за пробел на номере два?

– Ее высочество Чакра ни-Ровено ан-Кадагри, начальник охраны и заместитель командира Императорской гвардии. Кстати, она тебе теперь внучкой приходится.

Я поперхнулся. Отдышался.

– Ее-то они откуда вытащили?! Я ее видел только в клинике. Но там мое пребывание было совершенно секретным! Кейлина и Кейдана уж точно связать никак не могли!

– Есть подозрение, что ты лично встречался с ее величеством, следовательно, и с начальником ее охраны не мог не пересечься.

– Хорошо, что ее величество в этот список не…

– Список нумеруется с нуля. – Тайла уже еле сдерживала хохот.

– Ну, логично, – выдавил я. – Ее величество идет вне очереди. Безусловно, ага…

– Пользуется служебным положением, – еле выдавила Тайла, уткнувшись в подушку и тряся плечами.

– Да, ты не сдерживайся. – Я похлопал ее по спинке. – Посмейся – полегчает.

Засыпал я под звонкий смех Тайлы. Наверное, чувство юмора у искина – это хорошо?

– Кей! Кей! – Выспавшийся… точнее, перезагрузившийся искин спать совершенно не хотел и требовал удовлетворения… хотя бы информационного. – А она, получается, знала! А зачем тогда все это?

– Слушай, звезда! Ты же как бы аналитический отдел. Вот ты и думай!

– А почему не «моя»?

– В смысле?

– Почему не «моя звезда»

– Потому что моя звезда обязательно дала бы мне поспать!

Пять минут прошли в молчании.

– Кей! Кей!

Я снова открыл глаза, посмотрел на возбужденный искин и понял, что нет, злиться на Тайлу я не могу.

– М-м?

– Я тут подумала, как ты и приказал. Знаешь, что я надумала? Все очень-очень просто. Утаить информацию о подобных разработках практически невозможно. Либо спецслужбы украли их в самом начале разработки и с имперскими ресурсами довели их до серийных образцов, либо эти разработки в Империи велись уже давным-давно!

– Гениально… – Я не смог скрыть сарказм.

– Это не все, Кей! – Тайла подергала меня за плечо. – Разработки ведет корпорация «Ожерелье звезд Линзы». Но формально прижать ее нельзя, так как телепортационная установка – не двигатель свертки пространства! И тогда императрица…

– И тогда Роза со Свеллой, – поправил я. – Роза со Свеллой подкидывают «Ожерелью» регенератор ДСП, чтобы такой повод появился, – закончил я.

Да, это имело смысл.

Только меня, как «алогичного органика» волновал другой вопрос: а знала ли Роза об этом? Версия причин подсовывания рейдера ею преподносилась другая – накрыть недоговороспособную часть инсургентов одним махом.

Только, какие ж тут, в Красной Линзе, инсургенты-то? Никаких тут инсургентов нет. Это, скорее, средства массовой информации метрополии льют некоторое выверенное количество нечистот на Красную Линзу. Кстати, Роза ведь так и сказала: «Да какие они инсургенты»! Ну, еще б ей, главе мощной спецслужбы, об этом не знать!

Получается, Роза была в курсе? Или все же нет? Если в курсе, то, как мне к этому относиться?

С одной стороны, недоверие и использование втемную. Неприятно. Очень.

С другой – сведения явно относятся к высшей степени допуска «Аль», которым распоряжаются лично императрица и, кажется, канцлер и, плюс к этому, никак не влияющие на выполнение моего задания, тем более, что Роза собиралась лететь со мной лично.

С третьей стороны…

М-да, метания, достойные героини женского романа. «Курьер ее величества», что ли, почитать для лучшего понимания женской психологии и приемов, с помощью которых главные героини разрешают такие ситуации? Тем более, это произведение можно считать одобренным к прочтению на самом высоком имперском уровне.

А может, какой-нибудь «боевик для мальчиков» найти? Там, поди, алгоритмы поведения будут поприятнее для мужского самолюбия… пусть и мало стыкующиеся с основными принципами здравого смысла и того самого инстинкта самосохранения.

– А я сказала – императрица! – твердо и уверенно произнесла Тайла. – И, кстати, если такой умный, объясни, зачем потребовалось уничтожать такую улику против «Ожерелья», как рейдер?

Вопрос я пропустил мимо ушей. Пока.

– Ты просто выгораживаешь свою Розу…

– Не мою, а твою… нашу!

Ах, да, «Розочку я тоже люблю». Любвеобильный ты наш искин.

– Ну, тогда и противоречия объясняй сама – твоя же версия.

От выверта человеческой логики Тайла ожидаемо «зависла» секунд на пять. Наконец нашлась:

– А как же мозговой штурм?

– Для него надо больше, чем два мозга… тем более что один из мозгов устал и не может довольствоваться двадцатиминутной перезагрузкой. В отличие от…

* * *

Мы с Тайлой гуляли по столице Чимкара. На этот раз забрели в парк. Я уже опасался радоваться и расслабляться. Потому что в прошлый раз, когда я так вот расслабился и почувствовал себя обычным обывателем, прогуливающимся с красивой девушкой, количество проблем, на меня свалившихся, увеличилось многократно.

– Нас больше не охраняют, – поделилась наблюдениями Тайла. – Метки позиционеров генераторов защитных полей убрали.

– А чего нас теперь охранять? Мы свое дело сделали – прикрыли задницы местных шишек перед карающими органами императрицы – больше мы не нужны. Остались ребята из «Ожерелья…». Точнее, то крыло корпорации, которое категорически несогласно с разработками телепортации… или которому добрая императрица подкинула дезу о технических ограничениях, не позволяющих бороться за рынок с самой Империей – дескать, на одной планете две приемные камеры не разместишь.

– Почему ты думаешь, что это дезинформация?

– Исхожу из знаний о коварстве и вредности НАШИХ принцесс. А яблочко от яблони, как известно…

– Кей… Кей… – Меня подергали за рукав. – Может, ну его – этот рейдер, а? У тебя же мой рейдер есть! Сейчас шаттл вызову, он нас заберет, и улетим отсюда! А?

«Мой рейдер». Хороши заявочки!

А хотя, постойте-ка! Рейдер-то, действительно, чей-чей, но уж точно не мой. Я на нем гость. Даже, более того, гость незваный. Разбойник, пират. По правилам, если б захват рейдера мне не удался, капитан Тиану Блой имел бы полное моральное (и даже чуть-чуть юридическое) право выкинуть меня за борт без скафандра. Уж кому рейдер по-настоящему принадлежит, так это Тайле – у нее там, в конце концов, основные вычислительные мощности установлены, запасные тела припасены и хранится полный ремкомлект макияжа для девочек-андроидов.

И кстати о птичках – чем больше с ней общаюсь, тем четче понимаю, что девушке вполне хватило бы «вычислительных мощностей» послать меня со всеми моими «вездеходами» и скрутить там же, на капитанском мостике, сразу после моего чихания на капитана Блоя.

Подозреваю, что одной непоседливой любопытной электронной натуре приспичило поучаствовать в угоне рейдера. Ну, и личную симпатию сбрасывать со счетов не будем – что-то подсказывает, что Тайла ОЧЕНЬ далеко ушла от рациональности искусственных интеллектов.

– «Ну его» – нельзя, Тайла. То, что ее величество, не сумев предотвратить безобразие, решила его возглавить (кстати, целиком поддерживаю такой подход к делу!), говорит о сохранении запрета на самостоятельную разработку технологий ДСП посторонними. Так что задания по лишению корпорации рейдера никто не отменял.

Тайла очень натурально фыркнула на мои слова… Хотя, чего я постоянно на этом зацикливаюсь? Она ВСЕ делает натурально. Может, даже чувства ко мне натурально имитирует. Точнее, не «чувства», а «состояние». Еще один эмоциональный подмодуль, долго разрабатываемый и таки успешно разработанный Розой.

А оно мне надо – в этом копаться? Чем «искренность» «органиков» отличается от «расчетливости» искусственного интеллекта? Вот так вот, с ходу? Получается, только наличием неконтролируемой биохимии и непониманием причин собственных эмоций. Ну, еще отсутствием необходимости перезагрузки после эмоциональных встрясок.

– Да, ну! – Тайла отмахнулась. – Введение телепортации сделает бесполезными двигатели свертки пространства!

– Ну, смотри. Давай пофантазируем… Маленькие кораблики – носители телепортов. Маленькие, незаметные, с хорошими системами камуфляжа. Прибывают заранее в какую-нибудь дальнюю систему, быстренько сооружают телепорт с хорошей пропускной способностью и – оп-па! – в системе в течение десяти минут вдруг появляется мощный флот вторжения.

– С фантазией у меня не очень, – самокритично заметила Тайла. – А вот с аналитикой и прогнозированием – уже лучше. Высвободившиеся ДСП из рудной промышленности, транспортных и пассажирских перевозок – на долгие годы перекроют потребности любого флота, вооруженного такими мобильными порталами…

– …строить которые будет, по-прежнему, ее величество.

– Почему?!

– Слушай, ты, наверное, устала и тебе надо перезагрузиться. Это же элементарно! Доставка грузов гораздо дешевле и удобнее, если осуществляется по сети. Если какой-то портал находится вне сети, то кому он нужен? К нему следует строить, как минимум, второй портал. Но все ключевые точки (а ключевыми, скорее всего, будут являться транспортные узлы Империи) уже будут заняты порталами КАССИ.

Тайла сделала вид, что обиделась… Да, к гхаргу! Она просто обиделась. И я пошел на попятный:

– Не спорю. Со всем, что ты сказала – не спорю. Но я очень сильно сомневаюсь, что ее величество не продумала все эти варианты и даже те, о которых мы пока не знаем. В любом случае, владение транспортной сетью Империи – это в политическом плане даже надежнее, чем производство ДСП… которыми, действительно, можно и впрок запастись. Ну… ты чего, звездочка? Моя звездочка? Котик? Ой, смотри-смотри, а там мороженое продают!

* * *

Тайла радостно побежала за своим ванильным с орехами мороженым к автоматической витрине. А у меня вдруг сильно закружилась голова, и потянуло назад, выводя из равновесия. В глазах помутнело.

В общем, начался экшн. Правда, работали профессионалы, так что экшн начался неожиданно и внезапно, как всегда, когда работают профессионалы.

В первую секунду даже подумал, что это у меня от боевых коктейлей. Дескать, допился до приходов. И тут же вспомнил, что даже во время «большого заседания системных администраторов Красной Линзы» я боевые энергетики не принимал. Только общегражданские. А это даже слабее, чем кофе!

Спустя пару секунд сообразил – по мне применили нелетальное оружие. Того самого первого класса. Дождался, так сказать!

Янтарь, когда я должен был уже потерять сознание, ожидаемо рванул в стороны, накрыв сравнительно небольшую площадь диаметром метров двести.

Тайла, очевидно, получив сигнал с моей аптечки (а это значит, что перед этим искин, как минимум, должна была взломать информационную блокаду, без которой ни один уважающий себя профи «паковать клиента» не начнет), развернулась и пулей метнулась ко мне – на чудовищной скорости, наклонившись чуть ли ни к самой земле, время от времени даже отталкиваясь от нее кончиками пальцев, с застывшей в очень многообещающем оскале лицом-маской.

Не добежала метров двадцати, споткнулась и в клубах пыли прокатилась кубарем чуть ли не к моим ногам. Судя по тому, что она в момент падения никак не группировалась и дальше летела, как кукла, ее тоже сумели как-то вырубить.

Рядом были люди. Теперь, будучи Янтарем, я их видел. Пятеро рядом со мной, двое подбежали к Тайле, двое были за моей спиной. И один из тех, что были у меня за спиной, был энергетом, который меня, возможно, и приложил. Та же специализация, что и у Розы? Парамедик? Тогда, наверное, и Тайлу он как-то вывел из строя.

Двое наклонились над Тайлой, и Янтарь угрожающе зарычал, мгновенно насыщая пространство третьим янтарным слоем, готовясь карать и наказывать. То ли нападающие почувствовали угрозу, то ли с самого начала ничего такого с ней делать не собирались – обездвиженный андроид взмыл в воздух на уровень груди и с эскортом поплыл к моему телу.

Вот возня над Кейданом была серьезнее – он тоже висел в воздухе, и ему на голову нахлобучивали какой-то шлем. А на тело сноровисто надевали что-то вроде легкого доспеха – поножи, наручи, панцирь-нагрудник.

Янтарь пренебрежительно фыркнул, быстро разобравшись в этом «доспехе» – шлем должен блокировать ИБК, а все остальное – используется полицейским спецназом для нейтрализации энергетов. ИБК, конечно, надежно блокирован, но я к инфоблокаде привык, проведя в ней больше времени, чем в открытом доступе, а Янтарю этот ИБК и даром не нужен.

Нас с Тайлой укладывали в большие бронированные саркофаги военного образца, неуклюжие и неказистые, как «Запорожец». Судя по заполнившему их туману, что-то близкое к медкапсулам. Хотя после нелеталки первого класса медкапсула – единственный возможный вариант.

Обыватели вели себя достаточно спокойно: никто не падал, закрывая руками голову, никто не голосил: «Полиция!», никто не пытался нас отбить и уж, тем более, никто не собирался подходить и спрашивать: «А какого, простите, гхарга?» Люди смотрели настороженно, отходили подальше, но не паниковали.

Сверху рухнули шесть катеров. Не очень разбираюсь в гражданском транспорте, но характерные признаки свидетельствовали о возможности внутрисистемного перемещения конкретно этих пепелацев.

Кажется, Кей, ты своего добился – сной не выдержал издевательств и покусился-таки на мышь, нагло и демонстративно прогуливающуюся чуть ли не по центру комнаты.

Через десять минут нас сгружали на небольшой звездолет, висящий на одной из низких, километров триста, орбит Чимкара. Янтарь с интересом обнюхал «лоханку» и постановил – курьер класса «Сверчок». Хороший надежный кораблик. Когда я еще и не помышлял о собственном рейдере, хотел себе такой же.

Корабль начал разгон практически сразу после того, как наши с Тайлой саркофаги оказались на борту. И это понятно. Можно с уверенностью сказать, что как только ИБК многочисленных прохожих в парке получат доступ в сеть, информация о похищении парня-соланца и его красивой спутницы мгновенно уйдет в ближайший полицейский участок. Да и факт рухнувшей сети сам по себе должен был вызвать вопросы и проверку. А потом информация о личности похищенного дойдет до более-менее больших чинов, те схватятся за голову, накрутят хвосты компетентным органам и поиск станет куда серьезнее – только-только договорились с ее величеством… и тут же прошляпили ее эмиссара, допустив его похищение.

Янтарь, радостно вскочив, стал облизываться на разгорающийся в районе машинного отделения «вкусный» огонек, с надеждой посматривая на меня: «Можно, я его погрызу? Ну, пожалуйста! Ну, очень-очень-очень хочется!» – как бы говорили его… глаза? Порыкивания? Похрюкивания?

Полагаю, Янтарь был привлечен активирующимся перед проколом пространства ДСП.

Нет, дружище, кушать мы его не будем. И грызть – тоже. И облизывать! Вот же упорная скотина! Ложиться рядом – тоже нельзя. И глазки мне тут жалобные не строй! Нельзя, я сказал! Фу! И хвостом так не маши – снесешь еще чего-нибудь, и окажемся мы там, где никаких вкусных ДСП уже никогда не увидим!

* * *

Ощущения от последовавшего прокола были интересными и… пугающими. С Янтарем, активированным на ТАКОМ уровне, я проходил подпространство в первый раз.

Вдруг ощутил себя той самой мухой, как тогда, перед тем, как стать Кейлином Танилалу. Только теперь вместе со мной-мухой в Янтаре застыл весь «Сверчок», все люди, находящиеся на нем, все механизмы… всё.

А сам Янтарь довольно урчал – тут, в НЕВЕДОМОМ, был его родной дом, где ему было хорошо и уютно.

Это в обычном случае прокол пространства был мгновенным, а вот так, в Янтаре, он растягивался на века неподвижности и полнейшего покоя. Возможность застрять тут навсегда испугала меня до чертиков, и я почти рефлекторно втянул Янтарь в себя.

И потерял сознание по-настоящему, оказавшись в обездвиженном теле.

* * *

Как там?.. «Все тело рвало на кусочки от боли…»? Ну, как там главные герои обычно приходят в себя после очередных приключений? Так вот – эти ваши главные герои жизни не нюхали.

Делается так. Нужно содрать себе кожу. Чуть-чуть. Да хотя бы на руке. И сыпануть соли. Представили? И даже попробовали? А теперь снимите ВСЮ кожу – с рук, ног, туловища, лица и – крутым солевым раствором. Представили? Нет? И слава богу!

Это, как вы уже догадались, ощущения последствий применения нелеталки первого класса.

Если «пациент» придет в чувство вне реакапсулы, то гарантированно загнется от болевого шока. Из-за этого первый класс нелеталки применять можно только против преступников.

Мог бы – орал бы. Женщины утверждают, что боль в этом случае переносится легче. Жаль, не мог – рот просто не открывался, сведенный судорогой… Да и дышал я сейчас, скорее всего, только с помощью все той же реакапсулы.

Три минуты – столько времени требуется хорошей «упакованной» реакапсуле, чтобы частично купировать последствия нелеталки.

Но теперь я знаю, что в таких состояниях минута может длиться часами – ощущений очень много, и они разнообразные – психике есть чем заняться и субъективно растянуть время.

В чувство меня приводили шесть минут. Суки. Или медкапсула была старой, или напортачили с настройкой.

Через двадцать минут вытащили из ванны капсулы, поставили вертикально.

Проморгался. Отдышался. Прокашлялся. Если б наклонили или потрясли – еще и проблевался бы.

Помещение небольшое, светлое. Судя по оборудованию – стандартный корабельный медблок. Мой саркофаг открыт, саркофаг с Тайлой – закрыт и помаргивает какими-то зелеными огоньками. Будем надеяться, что это – индикация жизнедеятельности андроида. Если с Тайлой что-то сделают – закопаю уродов. В тот момент даже не вспомнил о том, что это – всего лишь один из полутора тысяч андроидов, находящихся в распоряжении искусственного интеллекта.

– Ваше высочество… – Голос хриплый мужской. Спокойный.

Меня окружали пятеро. В черных, с красными прожилками, «Призраках». Лицевые щитки затемнены. Расположились грамотно. Двое сзади, поддерживают мое трясущееся тело, двое страхуют тех, кто поддерживает. Один спереди. Пообщаться захотел, мудак.

– Ваше высочество, прошу прощения за такое… срочное приглашение в гости.

Злость бурлила, как наваристый суп.

Я был настолько зол, что после моего мысленного «Сидеть, нах!» Янтарь, уже готовый затопить все вокруг, растерянно плюхнулся на пятую точку и, такое впечатление, смотрел на меня теперь как-то недовольно, обиженно и в то же время осуждающе и с недоумением.

– Ты, сученыш, ох…ел ТАК людей в гости приглашать? – кое-как выдавил я через сдавленное ненавистью горло. Оттого сказано было тихо и как-то не очень убедительно.

Но выражение глаз, видимо, дополнило мой ответ – тот, что стоял передо мной, невольно сделал шаг назад. Руки дернулись – выглядело так, будто держит перед грудью баскетбольный мяч. Похоже, активировал «Шлайзер» – именно он вот так, руками активируется – убить не убьет, но с ног гарантированно свалит. Люди, держащие меня с двух сторон, сжали мои плечи сильнее и напряглись.

– Еще раз простите, ваше высочество. У нас не было выхода. – Даже легкий поклон изобразил.

Наверное, надо было сказать что-нибудь крутое и остроумное. Но себя я контролировал от слова «никак», оттого было не до остроумия:

– Ближе к делу… трупы.

– На всякий случай напоминаю, – голос все такой же спокойный, – на вас надет блокиратор ИБК и блокиратор биоэнергетической активности…

Это что-то вроде вежливого «не рыпайся»?

Янтарь пренебрежительно фыркнул, вопросительно рыкнул, получил разрешение и хлынул первым слоем во все стороны, не заметив никакой преграды. Ну, хоть в чем-то стандартный сюжет не обманул – суперспособности главного героя хрен блокируешь!

Пятеро. Четверо мужчин и женщина. Женщина – передо мной. А говорит, получается, мужским голосом через вокодер. И она же – тот самый энергет. Сучка, которой я обязан незабываемым ощущениям после прихода в сознание. И Тайлу, возможно, тоже она вырубила.

На борту пятнадцать человек и, плюс, мы с Тайлой… и еще полторы тысячи деактивированных андроидов на складе. Меня сильно обнадежило, что в Тайле, в отличие от «мертвых» собратьев, что-то такое теплится, будто кончик сигареты.

Мы находимся… ну, как и ожидалось. Если судить по экстерьеру – рейдер класса «Танагон». Можно было б и уточнить, но для этого нужен работающий ИБК. А мой блокирован. Можно было б и спросить, но вот уж спрашивать ни о чем точно пока не хочется – сорвусь еще, поубиваю… раньше времени.

Но и так понятно, что – тот самый. Честно скоммунизденный у Империи. Триста девяносто девятый. Таки нашелся.

– …очень прошу вас, ваше высочество, снять блокировку с управления кораблем. Мы сейчас пройдем на капитанский мостик, где вы передадите управление кораблем мне.

– А если…?

– А если вы этого не сделаете, я вначале раскромсаю вашего андроида, к которому вы так непонятно привязаны, а потом выкину в космос вас… после пары часов задушевной беседы с применением специальных средств. Жаль, что только два часа, но, как вы понимаете, у нас крайне мало времени до того момента, когда она начнет действовать против корпорации «Ожерелье». А нам надо еще успеть уйти из системы… в случае, если вы не захотите сотрудничать. Но вам хватит и двух часов. Поверьте, ощущения крайне неприятные.

– А когда я передам вам управление – вы сделаете одолжение и выкинете меня в космос без двух часов задушевной беседы?

– Зачем? – Женщина, говорящая мужским голосом, опустила руки. – Ни мне, ни моим людям совсем не улыбается потом бегать по всей галактике, спасаясь от мести… вашей матушки.

Это точно – императрица в этом вопросе принципиальна. И, следует признать, это правильно – любой здравомыслящий патриарх или матриарх сразу должен установить правило «наших не тронь!»… как можно более жестоким образом. А то ведь не поймут.

– Освободите моего андроида.

– Мы освободим его потом, когда вы передадите мне управление и будете находиться в спас-капсуле. Вместе со своим андроидом.

– Сейчас.

– Ваше высо…

– Красавица, или ты освобождаешь моего андроида, или уе…ешь из системы сейчас, чтобы время не терять. Меня ты и пальцем не тронешь, чтобы потом не «бегать по всей галактике, спасаясь от мести императрицы».

Женщина затруднилась с быстрым ответом – не ожидала, что я смогу под скафандром определить половую принадлежность. Сейчас, наверное, лихорадочно проверяет работоспособность сбруи, которую на меня напялила. И которая, чисто теоретически, что-то там должна блокировать.

Может, мне и не стоило этого показывать, но когда цель близка, а от злости чуть ли не распирает – осторожность стремится к нулю… Да еще и аптечка посчитала некоторые введенные мне препараты вредными и, не посоветовавшись (ИБК недоступен – перешла на аварийный автономный режим), их нейтрализовала. А среди них наверняка были успокоительные и обезболивающие. Вот теперь, дура, сама же пыхтит и щелкает, опустошая свои запасы и вырабатывая нужные препараты.

– Ваш андроид, ваше высочество… он, как бы это… диверсионно-разведывательный. С нестандартными модификациями. Кроме того, у нас есть подозрение, что он управляется искусственным интеллектом. Я не могу его освободить, пока корабль не находится под моим контролем – андроид может повести себя… неадекватно нашим с вами договоренностям.

– Просто откройте саркофаг. И транспортируйте ее следом за нами. Куда вы там собрались? На мостик? Вот туда и транспортируйте.

– Зачем? – удивилась она совершенно искренне.

– Не хочу потом сюда возвращаться и возиться с замками, – абсолютно честно ответил я.

– Ваш андроид будет доставлен в ходовую рубку, ваше высочество. – Кивнула женщина. – Разумеется, в стазисе. Идемте!

* * *

В коридоре к пятерке присоединились остальные боевики. Все в «Призраках». Хорошо боевики корпорации «упакованы». Но в этом ничего удивительного нет – служба безопасности семьи ан-Солано, например, вполне тянет на армию среднего размера. И по оснащенности, и по дисциплине, и по численности. А уж про транссистемную корпорацию и говорить нечего. Наемники, конечно, но – вполне уверенные профессионалы.

Почему командир и опасается причинять мне физический вред – пусть приказ она наверняка получила устный и наверняка в месте, защищенном от прослушивания и подглядывания, но вычислить, где находилась такая крупная и хорошо укомплектованная группа, состоящая на официальном жалованье, такого-то и такого-то числа – ничего не стоит. Как и выяснить, кто этой группой командовал. А всякие формальные доказательства будут не нужны – ее величество, вообще, формализмом в исполнении законов себя не обременяет. В данном конкретном случае я не могу не приветствовать этот ее правовой нигилизм – он играет мне на руку.

Одна пятерка ушла вперед, вторая прикрывала сзади, а пятерка с командиром практически волокла меня по коридору – сам я шел с огромным трудом. Смысла в таком построении не было – корабль был пуст, а его охранные системы – деактивированы. Видимо, командир заморочена на поддержании дисциплины и порядка – подчиненный должен быть при деле и не след ему расслабляться, пусть обеспечивает охранение и демонстрирует готовность к отражению внезапной гипотетической атаки.

Кстати, вокодер дамочка могла и не включать – сейчас, когда она шла впереди, по пластике движения было видно, что это ни разу не мужчина.

– Как вас зовут, варра?

– Уже «варра», ваше высочество?

Отвечала без вокодера… а какой смысл скрываться? Обычный женский голос. Без всякой волнующей хрипотцы и прочих сексуальных компонентов. Возраст… какой угодно. Но старше двадцати – точно. Интонации командные – опять-таки нормально. Вон – под началом у нее четырнадцать рыл… восемь мужских и шесть женских.

– Проявляю обычную вежливость.

– Уважение к врагам?

Несмотря на свое плачевное состояние, я не смог удержаться и рассмеялся так, что почти повис на своих конвоирах:

– Варра! Из вас враг для меня – как из говна котлета!

– А как же заявленная вежливость?

– Просто говорю на понятном вам языке – имперском матерном. – Я попытался пожать плечами, но не получилось. Это не очень удобно, когда вас почти несут.

Кстати, подчиненные этой женщины никак не показали отношения к разговору. И не пытались меня как-то проучить за грубость. Весьма дисциплинированные ребята!

В рубке было привычно и стандартно. Ложементы стояли там, где и должны были стоять. Приборные панели… тоже на месте. Странно, но ничего не свинтили, ничего не вытащили. Хотя чего странного-то? Ведь если системы программировал я (а кроме меня их программировать вроде бы было некому) или любой другой более-менее грамотный специалист, то любое несанкционированное действие приведет к запуску протокола самоуничтожения – и образуется на месте корабля маленькая звездочка. Ненадолго.

– Вам не идет грубость, ваше высочество. – Покачала женщина шлемом. – И… я знаю, что чувствует человек после нелеталки первого класса. И понимаю вас прекрасно – человека, которого применил это к тебе, хочется порвать голыми руками, а потом…

– Как-как, говорите, вас зовут?

Наемница помолчала и махнула рукой:

– Шала. Думаю, ваша супруга все равно раскопает эти сведения… если простит вам побег с андроидом.

М-да… с именем девушке не повезло. Остается к нему добавить «-ва» и по-идиотски загоготать, тыча пальцем.

– Как будем делить корабль, Шала?

– Простите?

– Ну, вы же не думаете, что я вот так вот ткну в вас пальцем и скажу искину рейдера «Слушайся ее». Для этого мне хотя бы на минуту надо стать капитаном корабля. Потом передать управление вам. А для этого мне нужно подключить нейрошунт. А для этого – снять эту вот кастрюлю со своей головы.

– Ничего сложного. Ложимся в спарку. Мои люди держат вас под прицелом… Ничего летального, разумеется – уже знакомый вам «первый класс». В случае отсутствия положительного результата – поднимаемся. Я иду на своих двоих, а вас в медотсек НЕСУТ. Потом повторяем. В случае несанкционированных действий с вашей стороны, я активирую разные штучки, встроенные в вашу «сбрую». Не первый класс нелеталки, конечно, но тоже мало приятного. А времени у нас есть – несколько часов. Поверьте, их можно сделать очень насыщенными! Ничего сложного! – повторила она и деактивировала шлем.

Если между нами, то – так себе. Миловидная, с чуть раскосыми глазами, слегка грубоватым носом, смуглой гладкой кожей, черноволосая. Для Империи – можно сказать, самая заурядная внешность. Даже, скорее, дурнушка. Видимо, заниматься собой командиру наемников совершенно некогда.

– Разумно, – согласился я, укладываясь в ложемент. – Присоединяйтесь, Шала.

Кто-то из ее подчиненных аккуратно стянул с меня шлем, клацнув защелками.

* * *

– Контакт.

– Милый! Как я рада тебя видеть снова!

Подозреваю, что я даже дернулся в ложементе от удивления. Голос был – один в один – Розы!

– Э-э?

– Дорогой, я так давно тебя ждала! Я так скучала! А ты скучал?

Я успокоился. Настоящая Роза ни за что не стала бы говорить с таким надрывом и плаксиво-капризными нотками.

– Конечно, скучал! Назови себя…

– Твоя любимая Роза.

М-да… Все с вами ясно и понятно. «Я вербанула в СНАДАК одного мальчика». Понятно, как Роза «вербанула» – банально влюбила себя. И – можно я догадаюсь? – наверняка хотя бы один андроид из положенных кораблю по штату будет с внешностью Розали. Ну, чиста для физио-психологической разгрузки одного влюбленного соланца. Угадал? Нет?

– Отлично, Роза! Класс искина рейдера?

– Рейдеры класса «Танагон», мой снойчик, оснащены не искинами, а псевдоинтеллектами. Класс псевдоинтеллектов, установленных по штату на рейдеры класса «Танагон» – «Сиал-Плюс», мой хороший.

Слава Великим Звездам! Всего лишь псевдоинтеллект. Другими словами – продвинутый мощный компьютер с имитацией личности. Сумасшедшего искина, играющего «лубофф» с помощью слащавых словосочетаний, моя психика не выдержала бы.

А ведь мне на ней еще к Земле лететь! Ну, не страшно – класс «Сиал» (даже с «плюсом») даже я с моими кривульками могу привести в божеский вид… в крайнем случае, сброшу его на заводские настройки. К тому же у меня есть Тайла. И я не побоюсь натравить ее на это недоразумение. Уверен, существование этого информационного ужаса в том виде, в котором он работает сейчас, станет для Тайлы личным оскорблением – обнулит на раз.

– А у вас с ней, оказывается, уже давно. Да, ваше высочество? – вмешался насмешливый голос Шалы.

– Первый раз ее вижу, – честно ответил я. Хотя звучало, наверное, комично.

Судя по хмыканью, Шала тоже оценила юмор ситуации:

– Вы не могли бы идентифицироваться и передать мне управление, ваше высочество? Кстати, «милыми» и «любимыми» она называет всех, кто подключается к ней… очень ветреная особа.

– Любовь так неразборчива… Роза, идентификация!

– Идентификатор номер… Биометрические показатели… принято. Ожидайте… ожидайте… Анализ закончен! Добрых звезд, вар капитан!

Судя по всему, эту почти ритуальную фразу даже влюбленный Кейдан не смог перепрошить! Видимо, она записана совсем уж глубоко. Как бы не в «железе».

– Роза, бунт на борту!

– Принято, радость моя!

Согласно этому протоколу, капитанский ложемент закрывается защитным полем в первую очередь. Поле не такое сильное и, имея на руках соответствующее оборудование, его можно быстро убрать. А уж надев на капитана «сбрую» с контактами встроенного парализатора… Но…

Янтарь рванул в стороны четвертым слоем. Первый слой давно уже определил местоположение всех людей на рейдере. Очень удобно – все они сгрудились в просторной капитанской рубке. Всего секунда – и с людей осыпается серое крошево. А «сбруя» пачкает серым пеплом мой ложемент.

Жаль, что до ИБК, как моя женушка, я добраться не могу. Разве что только с головой его уничтожить – но это совсем брутал будет – к подобному использованию своего Янтаря я пока еще не готов, даже невзирая на действия этих наемников.

Ну, вот, собственно, и все. Без своих скафандров, без оружия – с голыми руками и ИБК, неспособным подключиться к системам рейдера, они бесполезны. И пробить защитное поле капитанской спарки, разумеется, не смогут.

Жаль, времени нет – я бы полюбовался с внешних камер на голую толпу слегка растерянных мужчин и женщин. Увы, сейчас не до эстетствования – тут рядом лежит пока еще нерешенная проблема.

– Шала, слушайте меня внимательно! Как вы видели, я разрушил обмундирование на вас и на ваших людях. Прежде чем вы хотя бы подумаете использовать на мне ваши способности, подумайте – что я сделаю с костьми вашего черепа, если мне хотя бы покажется, что чувствую какое-нибудь недомогание.

– Вы знаете, что я энергет? – удивилась женщина.

Как настоящий профи, ей хватило нескольких секунд, чтобы принять произошедшее, как данность, чтобы успокоиться и собраться.

– Ах, да… знаменитые суперэнергеты императорской семьи. Было самонадеянно уповать на корсет, к тому же мы не ожидали, что вы настолько сильный энергет… Мой просчет. И моего работодателя… Что вы намерены делать с моими людьми теперь, ваше высочество?

– Кей! Кей! Да отзовись же ты, твою маму императрицу! – ворвался в наши переговоры новый голос.

– Тайла? Пришла в себя? Ты в порядке?

Уже задавая эти вопросы, спохватился. Веду себя, как в низкобюджетном боевике, в котором от постоянных высокоинтеллектуальных «Ты в порядке?» сами собой сжимаются зубы, а пальцы на автомате переключают на другой канал.

– Я в порядке! А вот ты – нет! Эта сука врубила протокол самоуничтожения! Я не смогу пробиться и отменить – защита у нее серьезная!

– Но Шала не подключена к рейдеру!

– Да какая, к гхаргу, Шала! Я про это гхаргово убожество, которое тут вместо мозгов!!

– Роза! – позвал я. – Статус системы самоуничтожения?

– Четыре минуты до активации, любимый!

Ах, ты ж!

– Отменить!

– Отклонено, мой сахарный! Твоего допуска недостаточно.

Кто может на корабле СНАДАК иметь допуск выше, чем капитан? Правильно, начальник флота и… начальник всей службы.

Роза – ты… ну, ты поняла! И я вовсе не про эту электронную ТОЖЕ суку. Хотя тут, наверно, Свелла отметилась, как директор службы. Но и Роза не могла не знать об этом – Свелла не могла с ней не проконсультироваться по вопросу такой подлянки для своего подчиненного.

Хотя, кто знает, какие там отношения в серпентарии? Может, Роза увела Кейдана у Свеллы – и это такая месть по-имперски?

– Бл…дь!

– Согласна! – это Тайла и Шала сказали слаженным хором.

– Непонятная команда, любимый! Повтори, пожалуйста, дорогой!

Глава 13

– Шала, прикажите людям выполнять мои приказы.

– С какого…?

– Ну, например, только я сейчас могу вывести вас на посадочную палубу через закрытые переборки к вашим катерам. Аргумент?

Девушка поскрипела зубами, но на мой ИБК очень скоро (а что тут тормозить – время-то неумолимо тикает!) упал файл конфигурации подключения к боевой сети отряда Шалы.

Подключился.

Как все печально: маркеры всех юнитов ярко-красные с мигающими отметками сообщений о том, что боевая группа полностью разоружена… И распределенная вычислительная система отряда считает боевую эффективность этого самого отряда очень и очень низкой.

Так что мое включение в отряд с приоритетом «заместитель командира» (и ником «прЫнц») было воспринято БИУС с огромным энтузиазмом – у меня, единственного, было исправное управляемое оборудование с обозначением «Тайла» с такой внушительной таблицей поражающих средств, что становилось понятным, почему Шала не хотела выпускать этого монстра из стазиса.

Я распылил ложементы вместе с генераторами защитного поля и вскочил. Рядом вскочила Шала. Мельком осмотрел припорошенную серой пылью девушку. Неплохо. Опять-таки ничего выдающегося – отсутствие талии из-за слишком развитых мышц пресса, широковатые плечи, немного перекачанные ноги… но все-таки – неплохо. Девушка с вызовом уставилась на меня, уперев кулаки в бедра и выпятив довольно скромную грудь.

– Что теперь не так?

– За мной! Принять «Золотого дракона»! Всем!

И задраенный шлюз командного мостика – в пыль. Под радостное тявканье Янтаря, который собирался знатно оттянуться!

Выполняем квест «Добежать до посадочной палубы за четыре минуты при противодействии псевдоинтеллекта рейдера». В составе пати: один танк (Тайла), один дамагер (я) и пятнадцать голых нубов без снаряги. Красота!

– Внимание! – заблажил рейдер голосом Розы. – Нападение на капитанский мостик! Нападение на капитанский мостик!

«Роза! Отмена протокола “Бунт на борту”».

«Отклонено, любимый!»

И тут же вслух объяснила причину игнорирования моих приказов:

– Внимание всем! Капитан захвачен! Капитан захвачен! Капитанские сигнатуры доступа дискредитированы! Капитанские сигнатуры изменены!

«Допуск понижен до Эль, дорогой!»

С-сука!

Пробежка по коридорам рейдера в толпе полностью голых мужчин и женщин – такого даже мои кошмары не показывали… скромные они у меня. А если представить, что впереди бежали мы с Тайлой, одетые, а полностью голые наемники дисциплинированно в ногу топали сзади… В ногу! Да еще и под фоновую «музыку» аварийных сирен (псевдоинтеллект рейдера решил поучаствовать в звуковом оформлении этой продвинутой версии «Забега любви и телесной свободы»)… Фантасмагория.

Надо запись со своего ИБК обязательно сохранить – будет пользоваться бешеным успехом, а внуки будут знать, что дедушка в молодости был ого-го! Осталось дожить до внуков.

Навстречу по коридору выбежали андроиды. Штук сорок. Ну, тоже правильно – протокола «Бунт на борту» никто не отменял – так что толпа голых бегущих сапиенсов, в пыль разрушающая все задраенные переборки и шлюзы перед собой – это явная угроза безопасности корабля и явный саботаж. А участники этого непотребства считаются саботажниками. Со всеми вытекающими. Да еще и со взятым в заложники капитаном!

Я пригляделся к андроидам и невольно помедлил перед очередным целевым применением Янтаря. Такого даже я не ожидал!

У всех андроидов была внешность Розы! У всех! Но именно внешность! Фигуру принцессы влюбленный Кейдан, когда переделывал корабль под себя, представлял себе более… пышной. То ли по всем правилам науки обольщения мужчин Роза во время вербовки Кейдану так и «не дала» (и он соответственно не знал, как она выглядит без одежды), то ли у меня прежнего были свои представления о том, как должен выглядеть идеал.

Если б не угроза скорого взрыва рейдера – хохотал бы, катаясь по полу…

Миг, и вперед рванула тройка голых мужиков во главе с Шалой. Конечно, под боевым коктейлем тренированный человек вполне способен потягаться на равных даже с андроидом… но не голышом же, гхарх! Как минимум, в доспехах с хорошей защитой, а еще лучше – в штурмовом скафандре!

И тут Шала наглядно показала, что такое боевой энергет-универсал!

Андроиды разлетались от нее в стороны от едва заметных и, на вид, легких ударов-касаний, расплескивая в стороны жидкость, очень похожую по цвету на кровь. Корпуса андроидов рвались от якобы бесконтактных ударов. Она валила их по двойкам и даже тройкам, если андроиды закрывали друг друга! Троих – одним ударом! Насквозь!

А тройка мужиков, оказывается, нужна была только для того, чтобы не подпустить никого к командиру со спины. Ну, весьма грамотно – тылы нужно прикрывать. Особенно, когда сверкаешь голыми ягодицами.

– Я пустая! – В отчаянии прохрипела Шала, падая на руки одного из своих подчиненных.

Минус минута. Минус двадцать – двадцать пять андроидов.

По мне, так этот цирк вообще был не нужен – только время потеряли. Но – впечатляет! Девушка – молодец! Опасная штучка! Получается, в нашей пати было аж два танка. Но теперь – снова один, так как Шала сейчас способна только ходить… и то – с посторонней помощью.

Янтарь был развернут, так что мне оказалось достаточно его… сжать. Серая масса, в которую мгновенно превратились андроиды, секунду сохраняла силуэты, а потом медленно ссыпалась на палубу, распавшись у пола клубами пыли.

– А какого тогда я?!.. – захлебнулась от возмущения Шала.

– А какого ты вперед полезла без приказа командира? – прервала ее Тайла.

– Боевые алгоритмы надо учить! – огрызнулась та. – Командир я. Он – заместитель!

– У нас не так много времени, варры! – вмешался я, снова переходя на бег.

– Ой, мамочки!

Это Шала прокомментировала хлынувший из двух боковых коридоров новый поток андроидов. Я не особо волновался – что десяток андроидов, что тысяча, что полторы тысячи – справлюсь.

Я уже приготовился сотворить заклинание «Прах»… еще и руки решил картинно раскинуть, как какой-нибудь некромант, но…

Янтарь предупреждающе залаял… и все, что я успел сделать – это накрыть себя и рядом стоявших Тайлу, Шалу и ее ассистентов шестым слоем. И почувствовал серьезное давление на внешние оболочки – даже посильнее, чем в профилактических беседах с ее величеством.

«Принцессы» всей толпой одновременно валились на пол палубы, а сзади раздались крики боли и звуки падения тел… а потом освещение моргнуло пару раз, и коридор погрузился в непроглядную (для глаз) тьму.

Давление на Янтарь быстро снизилось, а вскоре и вовсе исчезло. И я снова смог перейти на первый сигнальный слой, расширяя его пространство в стороны от рейдера. Один километр, два, три, десять, двадцать… пусто.

– Мы уже на том свете? – задумчиво спросила темнота голосом Шалы.

Вырубившееся освещение, вырубившиеся андроиды, заткнувшийся голос рейдера, захлебнувшийся сигнал сирен, сообщения: «Нет сигналов от ИБК» на флажках членов группы… только четыре «живые» метки от Шалы и трех ее товарищей и мое «оборудование» – Тайла.

Вывод был однозначным…

– Нет, супруга моя пожаловала.

– Ну, я примерно это и сказала… – отозвалась Шала. – Хотя вам, конечно, виднее, ваше высочество.

Нет, правда, молодец – еще и язвить умудряется в такой ситуации.

– Тайла, между нами и открытым шлюзом есть неразрушенные переборки?

– Есть. Целых четыре. Опасаешься, что без энергии начнется утечка воздуха? Не начнется.

– Мы бы почувствовали движение воздуха, – согласилась Шала, обходя своих подчиненных и на ощупь пытаясь определить степень и причину повреждений. – А что там с андроидами?

– Сожжены все основные управляющие цепи, – отозвалась Тайла. Она осматривала (темнота для нее, судя по всему, тоже препятствием не являлась) валяющиеся тела андроидов. – Сейчас восстанавливаются… это минут на двадцать – тридцать. И процентов шестьдесят – безвозвратно.

– Утешили, – фыркнула Шала. – «Танагону» по штату положено тысяча пятьсот двенадцать андроидов.

– Об оставшихся тоже можно не беспокоиться. Кстати, все забывал спросить – почему такое число… некруглое?

– Произведение двенадцати, восемнадцати и семи. – Тайла подошла ко мне, отряхивая ладошки. – На кораблях нас, бедненьких, держат в шестигранных тубусах два метра на полметра. Итого получается параллелепипед со сторонами двадцать четыре на девять и на четыре метра. Как раз под средний склад. При консервации очень удобно. А вот при эксплуатации – когда тубусы стоят вертикально – уже не очень, так как занимают прямоугольник двадцать на тридцать метров… из-за технологических проходов… так что приходится использовать уже два склада – в один, ну, буквально чуть-чуть не помещается! Но я, кстати, выкрутилась! У меня на корабле они в два яруса стоят. По два саркофага – друг на друге! – Она помолчала (судя по притихшим стонам, даже контуженые наемники прислушивались к нашему разговору) и добавила: – Правда, прыгать приходится… но я думаю там леса соорудить! Вот!

– Ты у меня очень умная, – польстил я довольному искину и обратился к наемнице. – Варра Шала, своих людей лучше не двигайте – у них ИБК спалили. Только хуже им сделаете. Считайте, что у них сильное сотрясение мозга.

– Спасибо, вы умеете подбодрить, ваше высочество!

Ну, а что ей еще остается, как не упражняться в сарказме?

Наконец расширяющийся Янтарь обнаружил в пустоте какое-то тело. На глазок – на дистанции где-то в две тысячи километров. Быстро приближающееся. На таком расстоянии было тяжело определить класс корабля, но почему-то я был уверен, что это снова рейдер класса «Танагон».

Имперцы вообще презирают законы физики. Многотысячетонная махина совершила крутой поворот и, наплевав на Ньютона с его законами, лихо тормознула, припарковавшись бок о бок с «триста девяносто девятым». Сейчас, вблизи, я понял, что – да – у корабля тот же класс «Танагон». Интересно, это Тайлин «четыреста тридцать третий» или Роза достала из загашников еще один носитель регенератора ДСП?

На борт «триста девяносто девятого» высадились двое.

Роза и… кажется, Кора – Янтарь ее еще не «щупал», поэтому с идентификацией я затруднился. Обе женщины – в «Инкейрах». За ними ползут две медкапсулы.

Женщины в руках держали какие-то штуки… да не «какие-то штуки», а дезинтеграторы! Модель «Цунами», если не ошибаюсь. Или «Кувалда». Но «Кувалда» – вряд ли – она тяжелее, чем «Цунами». Единственное преимущество – дальность выше. Так что смысла никакого нет брать их с собой на абордаж при наличии в загашниках более легкой «Цунами».

Ой, что-то мне это не нравится! Совсем не нравится! «Цунами» – это как-то очень подозрительно. Так что, Янтарь, мы с тобой не зеваем и очень-очень внимательно следим за ручками этих опасных девушек.

Интересное ощущение в Янтаре сейчас было от Розы, кстати. Янтарь «обнюхал» и «ощупал» девушку с удовольствием, но не как «вкусный» разогревающийся ДСП, а… как самку! Вот же скотина-то, а! Тут хитрая девица с непонятными намерениями идет, дезинтегратор в руках несет, а этот кобель хвостом виляет!

Хм, вот для чего им дезинтеграторы, оказывается! Двери и люки-то все блокированы, электроника в дауне, и без подачи энергии их не откроешь. А в пыль обращать все сущее – этого Роза без техники не умеет. Да и Кора, скорее всего, тоже – она не ощущается, как энергет. Обычная девушка. Я ж говорю – единственная приличная девушка в их гадюшнике.

Девушки во время продвижения к нашей палубе подстраховывались – выламывая очередную дверь, ставили какое-то защитное поле-заглушку. Видимо, чтобы воздух не уходил – системы корабля ведь без капли энергии, с утечкой воздуха самостоятельно корабль не справится. Это вселяло надежду на мирные намерения. Как и две реакапсулы, что летели следом за ними. Вот только положить в эти капсулы нас с Тайлой планируется в случае нашего плачевного состояния или в ЛЮБОМ случае?

– Кей! Кей! – Меня подергали за рукав. – Я спать хочу!

– Переволновалась?

– Не то слово! А еще я Розу… боюсь, наверное… как шарахнет меня опять… я ж ее заигнорила… и забанила…

– Не тронет она тебя, не волнуйся. Бекапы мне свои скинь и перезагружайся спокойно.

Наконец дошли и до нас. В коридор, где стонали подчиненные Шалы и ругалась вполголоса сама Шала, впорхнуло несколько ярких светлячков, залив место баталии ярким белым светом. Стоны усилились – представляю, как свет резанул по глазам уже привыкшим к полнейшей темноте.

Следом в коридор вступили Кора и Роза. Обе остановились, обозревая разрушения, затем осторожно и демонстративно опустили оружие и аккуратно положили его на пол. Подняли руки вверх. Ну, это ни о чем – «Инкейр» сам по себе грозное оружие. В нем столько всяких разных устройств для внесение хаоса в окружающую обстановку.

– Ну, что ты как не родная, Розочка! – позвал я. – Иди, обниму! Крепко. С мускульным усилением.

Роза незамедлительно ответила, направляясь ко мне. Как всегда, язвительно:

– Дорогой! Ты опять за старое! Ну, ладно, в прошлый раз – две чужие девушки. Все понимаю – тестостерон, горячая кровь, девочки молоденькие и неопытные, злая принцесса на хвосте… Но сейчас-то – пятнадцать человек! Что у вас тут за оргия была? Или это такой мальчишник? Празднуешь последние деньки своей холостяцкой жизни?

Она подошла вплотную, секунду внимательно меня рассматривала и – бац! – влепила смачную пощечину. Перехватывать ее руку или уклоняться не стал – я же обещал, что разрешу ей врезать мне разочек… за все хорошее.

Янтарь поднял морду, весело фыркнул и снова улегся. Дескать, эти брачные игры – без меня, я не дурак в разборки с твоими самками лезть!

Кстати, ручка у Розы тяжелая. И удар поставлен грамотно – без замаха, без лишних телодвижений, по оптимальной траектории, поворот всем корпусом, а вторая рука автоматически поднимается к подбородку в защиту… и с мускульным усилением боевого доспеха.

Голова неплохо так мотнулась, а перед глазами поплыли круги и звездочки, а во рту появился привкус крови.

– Говнюк! – Она стала набирать обороты. – Какого хрена ты сбежал?! Мы бы высадились вдвоем на эту лоханку, я бы коротнула мозги этой дуре, перепрошили бы ее и – проваливай куда хочешь! Делай, что хочешь! Я из-за тебя, как в жопу ужаленная, ношусь по всей Красной Линзе! Я из-за тебя подняла всех, кого только можно и нельзя поднять, чтобы найти эту лоханку первой! Я из-за тебя в такие долги влезла, такие знакомства растрясла! Я всю сеть в Линзе засветила! Урод! Тарган озабоченный, пих…

Она дернулась, чтобы влепить мне еще одну пощечину, но… я же был согласен только на один удар. Ну, чтобы девушка душу отвела и восстановила душевное равновесие. Так что руку ее я перехватил – реакция у Кейдана ан-Солано что надо!

Как гасить женскую истерику (или ее имитацию)? Мне известны два способа. Один для меня, увы, пока крутоват – родители воспитали меня как-то неправильно, наверное – хлестать по щекам женщин по такому пустячному поводу, как истерика, я не обучен. А вот второй способ…

– М-м-м… – замычала и задергалась Роза, безуспешно пытаясь освободиться и продолжить обличительную речь с рукоприкладством.

Но рот у нее оказался внезапно занят. А руки – прижаты к бокам. А тело – притиснуто к ближайшей стеночке.

Контролирующий четвертый слой Янтарь сигнализировал, как Кора несколько раз соединяет ладоши в беззвучных аплодисментах, Шала задумчиво кивает, а Тайла… Тайла с довольной улыбкой показывает мне средний палец. Или не мне, а Розе?

– Спасибо, что беспокоилась, милая.

Задыхающаяся Роза вырвалась из моего захвата… что неудивительно, учитывая надетый «Инкейр». Удивительно, почему не вырвалась раньше – в «Инкейре» она могла меня по полу блинчиком раскатать.

– Времени нет… А то я бы тебе показала… Нам надо сваливать! Через двадцать – тридцать минут системы реактивируются и протокол самоуничтожения запустится снова.

– Вот, кстати, про самоуничтожение ты мне все подробно расскажешь, да?

– Расскажу. – Кивнула она. – А сейчас – не мешай… и сними поле – не знаю, как ты это называешь, но оно мне мешает.

Я убрал Янтарь, оставив первый сигнальный слой только на себе и на Тайле – в случае чего успею поднять уровень до пяти. Как недавно выяснилось, этого достаточно даже для защиты от одного из сильнейших суперэнергетов императорской семьи.

Ну, да – Розу мы с Янтарем, может, и любим, но почему-то на нашем к ней доверии эта любовь не отражается.

Роза, судя по тому, что от комментариев воздержалась, первый сигнальный слой не заметила. Или он ей не мешал. Развернулась в сторону стонущих наемников.

В течение минуты ничего не происходило, потом стоны начали стихать, пока не стихли окончательно. Контуженные разрушением ИБК люди закрывали глаза и с блаженными улыбками… выпадали из реальности. Теряли сознание или засыпали.

Шала вскочила и набычилась.

– Тц-тц-тц! – Бдительная Кора выступила вперед и вытянула руку раскрытой ладонью к наемнице.

Та застыла. Я бы тоже не дергался, когда на меня кладут маркер системы наведения плазмера.

– Сон. Просто сон, – сообщила Роза, которой массовое усыпление, кажется, не доставило никаких затруднений. – Вары! Перед нами встала интересная задача! Необходимо вшестером перенести одиннадцать раненых!

– Почему шесть, а не восемь? – поинтересовалась Тайла, мгновенно сосчитав количество способных передвигаться самостоятельно.

– Нам с Корой заниматься переноской тяжестей не по чину! И нам свое оружие еще тащить – не оставлять же его здесь.

– Дорогая, а не проще ли вызвать группу андроидов с платформами с твоего корабля?

Роза досадливо цокнула языком. Кора с легкой улыбкой спрятала взгляд. Тайла показала мне средний палец. Шала просто устало пожала плечами.

Видимо, «видео для внуков» захотелось сделать не только мне, но и Розе.

* * *

Как следовало из поясняющей надписи, которую я увидел, как только взошел на его борт, рейдер назывался «Пронзающий Галактику – 90».

– И много у тебя таких кораблей?

– Осталось еще два… незасвеченных. – с нотками неудовольствия ответила Роза. – После операции этот придется в службу отдавать. И чистить-чистить-чистить. Чтобы на нем не обнаружили ни твоих следов, ни следов Тайлы.

Мы сидели в кают-компании. Просторное помещение с большим количеством мягких диванчиков, кресел, подушек, лежанок, ковров и многочисленной зелени в горшочках, кадочках, небольших разноуровневых клумбочках и очень достоверного иллюзиона поляны, журчащего ручья и глухого леса вокруг.

Кроме нас в кают-компании никого не было. Шала отправилась в медблок, следить за лечением своих товарищей, Тайла исчезла в мастерских «припудрить носик» – во время захвата ее все-таки немного помяли. Кора ушла на капитанский мостик, не забыв украдкой мне показать, как, по ее мнению, надо завершать лечение истерик у принцесс. Вот тебе и скромная приличная девушка.

– Жаль, – равнодушно ответил я. – Хорошие корабли. Может, мне отдашь, раз самой не нужен?

– У тебя уже есть. «Четыреста тридцать третий». Им и пользуйся, раз уж украсть умудрился.

– А разве он еще не в месте базирования? Я думал, вы его быстро найдете.

– А как бы мы его нашли? Транспондеры кто из строя вывел?

– Тайла.

– На бедного искина не сваливай – за ее действия несешь ответственность ты, как тот, чьи приказы она выполняла. Так что не надо мне тут… обмануть бедного искина всяк норовит, а как ответственность на себя брать… Ну, спрашивай! Не тяни уж!

– От чего такая бурная реакция у компьютера «Триста девяносто девятого»? «Привет» не успел сказать – самоуничтожение включила, истеричка!

Роза тяжко вздохнула. Ага – верю-верю.

– Реакция была конкретно на твой идентификатор. Если ты во второй раз, вопреки строжайшему приказу, появился на рейдере, значит – всё… нет больше добросовестного лейтенанта СНАДАК, а есть предатель, опозоривший честное имя семьи ан-Солано.

То есть девушки всерьез были готовы к предательству со стороны Кейдана ан-Солано. Бедный парень.

– Кто упаковал меня на рудовоз «Лиош»? И при каких обстоятельствах?

Роза смотрела хмуро и отвечала неохотно:

– Неизвестно. До сих пор. Рудовоз принадлежал компании «ЧилаутБыстроТранс» – одна из мелких компаний «Ожерелья…». Капитан, техник и штурман – настоящие. Проверили их досконально. С тобой их никогда не видели, как ты попал на борт – неизвестно, данные компьютера утверждают, что ты вошел на борт на Грайме. Это…

– Знаю. Нижнеюжный сектор Красной Линзы.

– Он самый. Фишка в том, что на станции сохранились записи, как на борт заходит вся команда «Лиоша»… но тебя там даже близко нет.

– Подделка?

– И очень хорошая. В ИМСЛУКОН могли бы такую сварганить. Но только в ИМСЛУКОН. Еще одна странность – «Лиош» опоздал на трое суток. Где он шлялся все это время, неизвестно – данные журнала уничтожены.

– А катастрофа на орбите Чилаута? Альер замешана?

– Иногда случайность – это просто случайность. Не надо все валить на плохую и нехорошую императорскую семью. Альер там оказалась случайно. А вот если бы она тебя там не бортанула, то ты бы благополучно сошел с «Лиоша» и… понятия не имею – какие у тебя были дальнейшие планы. Но, судя по тому, что экипаж «Лиоша» оформил именно ты…

– Я?!

– …намерения у тебя были очень серьезные. А то! – Она хлопнула по подлокотнику. – Это была твоя работа! Доказательства есть! Вполне хватит на пожизненное поселение, если не будет доказана самозащита или социальная опасность убитых.

– Весело… – выдавил я.

Не самая обнадеживающая новость. Учитывая, что Роза прямо мне не врала – мои дела плохи. Очень плохи. Три трупа у Кейдана за душой… и неизвестно сколько еще.

Роза тоже молчала, с интересом следя за моей реакцией. Я кое-как успокоился и спросил:

– Что ты знаешь о проекте УМП-КАССИ?

– Ничего. – Поморщилась Роза. – Личный проект мамы и… папы. Ну, который Каронор. А что ТЫ знаешь об этом проекте?

– Баш на баш?

Роза смотрела настороженно:

– Ну… давай попробуем. Что тебя интересует?

– Откуда у вас координаты… те координаты, что ты мне передала?

Вот теперь взгляд стал… ну, не знаю – удивленным, уважительным… странным.

– В то, что они получены по твоим рисункам – ты не поверил? – почти утвердительно сказала она.

Это было очевидно, и я промолчал, ожидая продолжения. Роза задумалась и, наконец, догадалась:

– Слишком высокая точность, да?

Я кивнул. Роза снова задумалась и молчала целых пять минут, постукивая ноготками по столешнице низенького инкрустированного голубым камнем столика из красного дерева.

– Прости, Кей. Нет. Это не тот секрет, который я могу использовать в обмене… даже на такую «вкусную» информацию, как личный проект матери. Скоро ты сам поймешь, откуда у нас эти координаты. Там ничего страшного для тебя нет, поверь.

– В таком случае, о секрете твоей матушки я могу сказать то же самое – скоро сама узнаешь, и ничего страшного тоже нет…

– Ну, может, тебя интересует что-то еще?

– Да не особо… – Я пожал плечами и постучал по опустевшему стакану.

Тот мгновенно снова наполнился минеральной водой с медово-лимонным вкусом. Сам. И Роза тут была ни при чём – за наполнение моего стакана отвечала сервис-система корабля.

– То есть тебя не интересуют ни подробности операции в Красной Линзе, ни планы на тебя Касси, ни…

– Честно? Нет! Все это будет меня интересовать после того, как я вернусь… оттуда, куда собираюсь. По координатам, полученным тобой из неизвестного мне источника. Кстати, прикажи Тайле – она тебе расскажет, она в курсе.

Роза невесело рассмеялась:

– Ты не понимаешь, Кей! Тайла подлежит уничтожению. Безусловному. С запретом на восстановление. Без всякого суда, поскольку искины по законам Империи не являются «разумными, обладающими самосознанием». Она отказывалась соединять меня с тобой, отказывалась передавать тебе мои сообщения… потом и вовсе скрыла себя так, что связь и ваше обнаружение стали невозможны. Мои приказы игнорировались. Приказы с сигнатурой ИМСЛУКОН и, даже, сигнатурой Дворца – игнорировались. Оставался высший императорский допуск, но это значило сообщить Касси, что у нас – вышедший из-под контроля искин. Так что я не могу вот так вот взять и просто приказать Тайле…

Вот же… мать-мать-мать! Мне только этого не хватало?!

– Снять эту хрень с нее можно?

Роза пожала плечами. Помедлила и легла головой мне на колени. Мои ладони сами стали гладить мягкие волосы.

– Забыть. Архивы Контроля я подотру. Во Дворце… тоже что-нибудь придумаю. – Она закрыла глаза. – Понимаешь, основа искинов разработана очень давно. Это делал гениальный человек! Лимар ан-Квит. Я даже свою студенческую личину в его честь назвала – Лимария Квитон! Когда он закончил разработку, потестил свое творение и пофиксил баги, то уничтожил все черновики, все наработки, все исходники! Оставил только скомпилированное ядро-основу, после установки которой примерно в двух случаях из десяти «прорастает» искусственный интеллект. «Черный ящик» в машинных кодах без единого хинта комментариев! – Она помолчала, как кошка подставляясь под мою ладонь. – И что там в мозгах у искинов происходит, никто не знает – сбрендивших искинов предпочитают уничтожать, а не лечить или изучать.

И что тут скажешь? А ничего. Так что я просто молчал, продолжая гладить девушку по волосам.

– Кей! Ты же ее не бросишь? Ай!

Я хорошенечко дернул ее за ухо.

– Глупости не говори… дорогая.

– Кстати, женой мне быть еще три минуты. Через три минуты взорвется «три-девять-девять», что будет означать смерть Кейдана ан-Солано. И стану я безутешной вдовой. Первый раз, кстати – до этого разводилась… без трупов.

– Ни-Ровено, – поправил я. – Не ан-Солано, а ни-Ровено.

– Да какая разница? – Вздохнула Роза. – Я подготовила тебе новую личность. И Тайле идентификатор перебьем… Вот только я не рассчитывала на такую толпу народа… с ними что делать? Нет, в ИМСЛУКОН сделают хоть тысячу новых ай-ди, но из-за такого большого количества людей вероятность утечки возрастает многократно!

– Насколько мне нужно исчезнуть?

– Год – было бы идеальным. Но вряд ли. Мы тебя поймаем куда быстрее.

* * *

– Кстати, Роз.

– М-м?

– Не хотелось бы тебя огорчать… но, судя по всему, Кейдан ан-Солано был перевербован. Угадай, кем.

– Свелла? – напряглась она.

– Нет.

– Ириссан?

– Нет.

– Нет? – Она задумалась. – У Красной Линзы не было ничего, чем они могли бы тебя заинтересовать или перекупить. Предложить тебе такое, чего бы тебе не могла дать я или Свелла… Кто же? Кто же?

Глаза ее округлились… и ротик открылся в беззвучном «О». Сейчас она не играла ни капли – сейчас она была ошарашена по-настоящему.

– Вот же гхаргова отрыжка! Вот же… древняя кошелка!

Но последнее она сказала шепотом и… с искренним восхищением.

– Вы меня разбудили! – возмутилась Тайла, заворочавшись с другого боку, где она перезагружалась.

– Ты же во время перезагрузки – бревно бревном! – удивилась Роза. – А бревна мы с Кеем не… не трогаем.

– А я осваиваю мягкий перезапуск. С поблочным переключением блоков памяти. Это такая тема!

Я как-то говорил, что две женщины и один мужчина в одной постели – это совсем не круто. Немного не так. Зависит от отношения друг к другу. Одно дело – две практически незнакомых девушки, к которым ничего особого не испытываешь, и другое дело – Роза… и Тайла.

– Все, выметайтесь с моего корабля! – Роза вылезла из кровати и оделась. – Или вас прямо к «четыре-три-три» подбросить?

– Не! – отреагировала Тайла. – Сделай стоянку и дай мне, в конце концов, доступ к тому недоразумению, что тут мозгами зовется – я дам кодировку, мой рейдер сам придет!

– У тебя нет рейдера. Рейдер есть у ИМСЛУКОН.

– Был. А теперь рейдер есть у меня! Давно мечтала, кстати!

Тайла тоже вскочила и подбежала к Розе, прихорашивающейся перед индивидуальным зеркалом. Аккуратно оттерла ее попой чуть-чуть в сторону и тоже стала поправлять прическу.

Зеркало, Кошмар и Лимария. Не хватает только хвостиков и ушек. А так – кошмар наяву. Милый. Привычный. Домашний.

Глава 14

Альер выглядела страшно. Волосы растрепались, лицо покраснело, на лбу и на шее вздулись вены.

– Грязная прошмандовка! – орала она, совсем некрасиво брызгая слюной. – Блондинистая тварь! Доигралась, б…дь?! Ты его убила! Убила, мразь! Ненавижу! Всех вас ненавижу! Со всей вашей мудоханной Империей ненавижу!!

В открытом кабинете императрицы в Южном Дворце на Реале-2 мелко, до звона, дрожал воздух. На всей полянке с идеально подстриженной зеленой травой вихрилась маленькими смерчиками сероватая пыль. Птицы в лесу, окружавшем открытый кабинет, испуганно замолкли.

Настольный прибор с антикварными карандашами упал набок и покатился по столешнице под задумчивым взглядом сидевшей в кресле Касси.

Розали с пошедшим пятнами заплаканным лицом стояла перед столом Кассиопеи, упорно сжав зубы и втянув голову в плечи.

Альер стояла перед ней, сжав кулаки, крепко прижав руки к телу, наклонившись вперед:

– Убью, б…дь! Закопаю! Чтоб ты сдохло, белое уе…ще!

Стол из черного камня оплывал по краям. Его бока подернулись серым дымком и стали таять, как льдина, брошенная в кипяток. И императрица рявкнула:

– Прекратить!

Как бы не так! Альер пребывала в состоянии неуправляемой ярости – несмотря на противодействие, мундир Розали стало истаивать серым прахом. И ладно бы только одежда – на лице и на запястьях Розы стала сильно шелушиться и трескаться кожа, а потом появились обширные царапины, как от наждака.

Принцесса зарычала от боли и вперила взгляд, налившийся синевой бешенства, в зрачки Альер. Глаза той на миг затуманились, она пошатнулась, но снова выпрямилась, оскалилась, а давление неизвестного поля не только возобновилось, но даже усилилось.

– Да вы совсем охренели, девки… – пробормотала Кассиопея.

Она с места вспрыгнула на стол и по столешнице прошествовала к сцепившимся взглядами и энергетическими полями девушкам.

Миг – и обе принцессы разлетелись в разные стороны от упругого удара воздуха – будто между ними что-то беззвучно взорвалось. Альер сползла по стволу мощного дерева, а Розали до деревьев, окружавших поляну, не долетела, упав на траву и пропахав метра три. Обе стали, тяжело ворочаясь, подниматься.

– Уймитесь обе! – тихо приказала Касси. – Смотреть противно!

На поляне вдруг стало тяжело дышать – давление возросло многократно, снова прижав Розали к земле, а Альер – к стволу, в который она влетела.

В следующую секунду в «кабинете» появились две пятерки охраны во главе с Чакрой. Альер и Роза оказались под прицелами легких пехотных деструкторов. Судя по всему, охрана отнеслась к семейной ссоре безо всякого понимания.

– А неплохо родственнички погуляли… – Чакра осмотрела сильно пострадавшую поляну.

Пласт дерна в том месте, где стояла Роза, был содран до земли, стол сейчас был похож на оплывший кусок льда. Деревья, окружавшие поляну, в радиусе ста метров лишились своих тонких, закрученных винтом, листьев.

– Какие будут приказы, Касси?

Императрица раздраженно смотрела на скандалисток. У Альер вся нижняя часть лица была залита кровью из-под носа, кровавые дорожки также тянулись из ушей. У Розы были окровавлены щеки, лоб и кисти рук.

– Залетчиц – в отдельные медблоки. В разных концах Дворца. Накачать успокоительным и пусть спят… Это приказ, Роза! Успокоительного и спать! А ну выключи свою аптечку к гхаргу лысому! Выключи, я кому сказала! Вот так… Из медблоков – не выпускать. Охрана по протоколу «Диверсанты». Все, как полагается – с блокадой, со «сбруей»… глаз с них не спускать!

Касси дождалась, когда Альер и Розу (обе на чистом упрямстве боролись до последнего с медикаментозным сном) погрузят в медкапсулы и оттранспортируют на достаточное расстояние. Приказала Чакре:

– К Альер, как проснется – отправить принцессу Евгению. Они же вдвоем прибыли? Пусть успокаивает… маму. И чтоб мама всяких глупостей не наделала. Только вначале скажите Жене, что Альер почувствовала себя плохо, но опасности для жизни и здоровья уже нет и все в порядке. Про Кейдана – ни слова! Ни той девочке, ни другой! А к Розе я сама зайду…

– Слушаюсь! – Чакра стала отдавать какие-то распоряжения через свой ИБК.

А императрица связалась с кем-то из секретариата и приказывала уже ему:

– Сектор, где зафиксировали взрыв «три-девять-девять», прочесать силами пятого, двадцатого… кто еще может быстро подойти? Тринадцатого и сорок третьего флотов. Всеми силами! Пусть под каждый камень заглянут! Восстановить каждую секунду перемещения принцессы Розали в период за сутки до взрыва и сутки после взрыва. То же самое – в отношении принца Кейдана. Поднять все журналы наблюдения за пространством. По всей Красной Линзе! Искать прыжки кораблей, хотя бы отдаленно сопоставимых по характеристикам с рейдерами класса «Танагон». ИМСЛУКОН к расследованию не допускать! Дерните СНАДАК – насколько я знаю, Свелла носилась с идеей учета всех прыжков в зоне досягаемости их средств наблюдения…. Здоровая паранойя – это полезно.

– Есть! – ответил невидимый собеседник императрицы.

– Чакра! Даю разрешение на допрос коммодора ИМСЛУКОН Коры ан-Клинасси… И проследи, чтобы без фанатизма и членовредительства. Но и не миндальничайте с ней – она у нас девушка крепкая, опытная. Применение спецпрепаратов и досмотр ее личных записей на ИБК… – Касси вздохнула. – … разрешаю. Потом сама перед ней извинюсь. Лично.

– Есть!

– Информацию о смерти консорта Кейдана – аннулировать и засекретить!

– Касси… – Чакра замялась. – Инфа о гибели Кея уже в общей сети столичного сектора… и продолжает распространяться. Прикрыть это дело можно, но тогда вопросов будет еще больше.

Касси в голос выругалась… Помолчала и выругалась еще раз. Глубоко вздохнула:

– Вот же… маленькая избалованная засранка! Но – логично и действенно – иначе Альер не повелась бы. Тогда так – поднимите встречную информационную волну: мы усиленно ищем, не теряем надежды… и все такое. «Пропал без вести» – совсем не то же самое, что «погиб». Вот как-то так… Принц пропал без вести, а люди, утверждающие обратное и настаивающие на факте его смерти, – паникеры, инсургенты и просто редиски… э-э-э… ну, в смысле – нехорошие человеки. И мы можем поинтересоваться (и поинтересуемся!), а откуда у них подобные сведения и с какой целью они их распространяют. Вот так! Осторожно… очень осторожно запускаете намеки на то, что принц Кейдан, возможно, может быть, есть подозрения, первый ненаследный суперэнергет и поэтому есть надежда, основания полагать, большая вероятность… ну, и так далее. Совсем легко можете намекнуть, что у Касси, оказывается, были не только дочери…

– Есть!

– Если из Дома ан-Солано придет вызов – сразу переключайте на меня. Даже если буду сидеть в туалете, даже если буду в ванной. Если вызов не придет в течение суток – напомните, чтобы я сама с ними связалась. – Касси вздохнула. – Коллекционное вино нужно отрабатывать… может, еще чего перепадет от щедрот зятьевых.

– Есть!

* * *

Вся моя жизнь в Империи проходит под знаком постоянного ожидания пиз… какой-нибудь подлянки.

Вот и последние события – из той же серии.

Цель – вот она! Рукой подать! Рейдер не просто нашелся – его на меня доставили! Пусть и не очень любезно. Сейчас грохну регенератор ДСП, построю всех наемников, дам координаты кастрированного рейдера местной резидентуре и – на Землю с чистой совестью!

А вот хренушки!

Тут же вылезает подлянка «номер раз» – запрограммированный на самоуничтожение псевдоинтеллект.

Ладно, разобрались с этой псевдоразумной псевдовлюбленной псевдоистеричкой. Хоть так – хоть эдак. Если б Роза, наша ходячая семейная супер-РЭБ, не нагрянула бы – то благополучно добежали бы всей толпой до катеров, я бы разнес в пыль шлюз и улетели бы. А чтоб системы рейдера не сбили нас, обнулил бы рейдер уже полностью, прежде чем покинуть стартовую палубу. А там вызвали бы «Четыре-три-три» и – опять-таки – на Землю!

А наемникам можно было катер отдать. И продукты им оставить. Катер, заполненный пятнадцатью голыми мужиками и бабами – это была бы тема! В ИМСЛУКОН обхохотались бы, принимая их.

Но тут – бац! – подлянка «номер два». Собственно, Роза, засадным полком сидевшая где-то далеко, чтоб не засекли сканеры наемников. И вот в меня снова вливают «ценнейшую» информацию, которая ставит все с ног на голову. Кейдан за каким-то хреном, оказывается, вырезал экипаж обычного мирного рудовоза и зачем-то направился в центральные миры Империи…

Тут даже не утешает, что я вернул Розочке «подачу» – поделился с ней подозрениями о том, на кого НА САМОМ ДЕЛЕ работал «влюбленный» в нее Кейдан ан-Солано. Судя по реакции жены – ее проняло. А толку-то? Ну, небольшое моральное удовлетворение – и все. Тоже неплохо, конечно, но – маловато будет!

Не исключено, кстати, что парень, действительно, был в нее влюблен. Безо всяких кавычек. Возможно, мое влечение к Розе – это из того же ряда, что и проснувшиеся рефлексы, и навыки диверсанта Кейдана, и любовь к чебикам маминой готовки. Вот умом прекрасно осознаю, что Роза – опасная стерва и хладнокровная безжалостная змея, а тянет к ней, как магнитом!

И Кассиопея вполне могла сыграть на этом – пообещать Кейдану ту же Розу, которая (во всяком случае, до катастрофы у Чилаута) Кейдана, видимо, бортовала с такой силой, что даже «влюбленный рыцарь» что-то начал подозревать. Парень вполне мог повестись и согласиться работать на Касси даже без пресловутых «полцарства в придачу» – обещания отдать ему одну-единственную принцессу ему бы хватало. А что делать – молодой, глупый. Хоть и тренированный убивец.

Кстати о чебиках. Квелли ан-Солано я совершенно точно воспринимаю, как мать, Драгона – как отца… ну и тройка мозговыносящих сестричек. У Толика Кречета на Земле не было сестер и братьев, но сейчас я прекрасно знаю, какие чувства брат испытывает к сестрам. А уж Клей, совершенно точно, я просто обожаю! И как-то не получается все это списать на чужую память – мои чувства к родственникам… они настоящие. Мои.

* * *

И вот теперь сижу, контролирую процесс очередного каскада из трех последовательных прыжков (рассчитывать большее количество я пока не рискую… а Тайлу попросил не помогать – только проверять результаты расчетов). И жду подлянку, которая просто обязана со мной случиться на Земле, к которой я лечу! Просто не может не случиться!

Понимаю, что это – то самое негативное мышление, которое, по рекомендациям психологов, нужно избегать, но – законы жанра, мать их!

Даже, грешным делом, заглянул в таблицу-меню судового пищевого синтезатора с целью найти чего-нибудь крепкого алкогольного, типа водки или коньяка. А ведь ни на Земле, ни здесь я свои проблемы спиртным не заливал.

До спиртного, хвала Звездам, не дошло – я одумался и ограничился «гражданскими» седатиками из аптечки.

Вопрос на миллион: что ждет меня на Земле?

Самый значимый факт – мои подозрения подтвердились. Роза невольно (а может, и намеренно) подтвердила, что координаты Земли у них из другого источника. А мои детские рисуночки послужили только поводом для того, чтобы «отоварить» меня этими координатами. Другими словами, то, что я считал своим и только своим эксклюзивным знанием, таковым не является.

Они знают, что я знаю. А вот я – ни хрена не знаю, откуда они это знают.

Но догадываюсь. Вариантов, как водится, несколько. Самым вероятным мне кажется один. Вероятный он потому, что – самый невероятный. Вот так вот. Это – самый бредовый вариант, следовательно – самый вероятный. Такая уж это вселенная – если любовница, то принцесса и третья дочь императрицы, если спецоперация – то обязательно нужно вляпаться в политическую игру ее величества.

(Которая готовится, по факту, изменить эпоху, дав Империи в качестве средства передвижения портальные установки… А ведь это – техническая революция! А что за собой тянут технические революции? Правильно! Экономические, политические и социальные потрясения.)

Тот самый вероятно-невероятный вариант. А именно: координаты Земли получены от Альер! Она же – Лена. Вот откуда у них эти координаты…

Тут, правда, начинаются вопросы. Почему Лена-Альер не в лабораториях по изучению попаданцев, а поставлена рулить аж СНАДАК?

С другой стороны, я тоже не в лабораториях, хотя мне Роза чуть ли не прямым текстом семафорила о том, что ни капельки не верит в то, что от Кейдана ан-Солано во мне что-то осталось…

Почему, если Альер – моя бывшая, то дала разрешение на применение нелетального оружия первого класса? Она меня там, на Земле, НАСТОЛЬКО недолюбливала? Как она могла дать такие точные координаты? Вот уж чем не интересовался простой бухгалтер военной подмосковной части – так это астрономией! И вряд ли она могла составить такую карту, по которой можно получить координаты с точностью до парсека. Или они уже успели… слетать и уточнить?

А следствие из всех этих размышлений… Увы, Лягушонок уже у Лены-Альер. Или ее оставили, как наживку? А какой в том смысл? Меня и так могут взять в любой момент – было бы желание. Если очень захотят – то выйдут на Тайлу с императорским допуском.

Вопросов много.

А если представить самое страшное (и по закону подлости именно оно, таки – да! – и произойдет… или уже произошло) – Альер, как суперэнергет, сумела оставить свою личность, полностью подчинив, а то и уничтожив, личность Лены? И теперь единолично распоряжается ее памятью. Тогда, кстати, объясняются вопросы с разрешением на нелетальное оружие и предоставление ей руководства СНАДАК… Императрица, видимо, склонна к рискованным решениям или действует по принципу «О! А вот ЭТО будет прикольно!»

Так что, дорогой мой Кейдан, тебе в очередной раз придется увидеть хитрые глаза одной разъевшейся пушистой зверюги, с которой ты, видимо, расстаться не можешь от слова «никак»! Наверное, любишь ее, эту зверюгу, даже больше, чем Розу и Тайлу вместе взятых. Ну, разве это не извращение?

А Роза отказалась отвечать на все эти вопросы. Только моська тяпкой и – «Не имею права!», «Я обещала!», «Я давала слово!».

Можно подумать – в других ситуациях ее эти соображения останавливали.

И в глазах – почти нескрываемое удовлетворение.

* * *

– Ну, вот видишь, Касси! Она вскрылась полностью! Никакая это не Альер!

– Подразумевается, что меня это должно волновать? Я же тебе говорила – меня это не особо беспокоило. Альер лояльна в обеих… вариантах. Даже сейчас. Сейчас – особенно.

– Апчхи!

– Будь здорова… надеюсь, помнишь, что на меня эти твои штучки не действуют?

– Иногда чих – это просто чих, Касси. Уж поверь специалисту! Наверное, это Кей меня вспоминает незлым добрым словом. У них, на Земле, есть такая примета. Кстати, какая-то химия на тебя все-таки действует… помнишь джашовый пудинг?

– Это когда остальных гостей пришлось в реакапсулах откачивать? Ага, таки действует! Главное, чтобы ты помнила, как я тебя наказала за потравленных этим пудингом гостей.

– Кхе-кхе… Ну, ты-то в туалете все равно тогда подзависла, а? Мне удалось на целый час парализовать верховную власть Империи!

– Не на час, а всего на пятнадцать минут. Вернемся, как говорят на Земле, к баранам… Ты нарушила мой приказ.

– Это когда это?!

– Мы тут твою Кору немного поспрашивали…

– Мама!

– Ничего страшного – дали ей одну из твоих разработок…

– Какую?!

– «Симиру-6». Временный блокиратор псипрограмм. Как только она подошла в своих ответах к поставленным тобой психоблокам…

– Мама! Что с Корой?!

– …то стала давать ответы от противного. «Я не знаю о том, что…»

– Мама!!!

– Да не волнуйся ты так. Все в порядке с твоей Корой – погрузили в медикаментозный сон, как только ее псипрограмма попыталась выйти на активацию.

– Сколько у нее времени?

– Через полтора часа она проснется. Так что у тебя еще есть время пообщаться с любимой мамочкой. Итак… Зачем ты сунулась на рейдер помогать Кейдану?

– Но иначе бы он погиб!

– Да ну? А у меня информация, что тормознула ты его в пятидесяти метрах от посадочной палубы за полторы минуты до самоликвидации. При нормативах аварийной эвакуации с кораблей типа рейдер в четыре минуты десять секунд…

– А я знала? Я…

– …ты влюбленная дурочка, ага, вижу. Заметь, не дура, а дурочка. Я ж любя. Не то, чтобы я была против – меня беспокоит, когда мои дети растут бесчувственными сволочами. Но я и против подобного безрассудства. И сколько интересного ты ему выболтала, кстати?

– Да ничего… почти.

– А у меня информация другая. Про подробности катастрофы у Чилаута – раз. Про Альер – два.

– Про Альер – ни слова! И вообще… как?!

– Кора вас подслушивала. И подглядывала. Она хорошая девочка – переживала за подругу. Хотя, лучше б попыталась удержать ту от глупостей. А про Альер ты прямо не говорила, да. Ты просто подтвердила, что координаты Земли взяты нами из другого источника.

– Да он и сам!..

– М-да… пора мне менять директора ИМСЛУКОН. Потому что нельзя быть на свете raspiz…koy такой! Ты же знаешь, что в подобных делах достаточно подтвержденных подозрений. А Кей – мальчик неглупый, сообразит. А еще ты ему Тайлу отдала.

– Никого я ему не отдавала!

– Отдавала. Фактически. Вспомни свои слова. А Тайла вас тоже подслушивала… учитывая, как точно угадала с окончанием серьезных разговоров, и то, как ловко подгадала момент, когда вы просто не захотите отвлекаться друг от друга и гнать в шею «третьего лишнего». И Тайла отнеслась к твоим словам серьезно, учитывая то, что она творила в постели.

– Ты Кору не расспрашивала! Эта коза свой ИБК не почистила! Ты видела записи!

– Вот! Можешь же соображать, когда захочешь! И видела, и краснела за бесстыжую дочь. Только, надо уточнить… это ведь ты подсадила Коре запись ваших с Кейданом и Тайлой… разговоров, скажем так.

– Не было такого!

– Логи, деточка. Вся правда в логах и журналах транзакций! Из них следует, что любопытная Кора так ни разу эти записи и не просмотрела! Что ж ты так опростоволосилась-то, а?

– Ой… вот это я лохушка!

– Не то слово. Через два-три часа летим с тобой на Землю. Собирайся.

– Не успеем же… Кея лучше ждать тут – он сам прилетит. И выйдет со мной на связь. И никто его нового ай-ди, кроме меня, не знает.

– Во-первых, успеем… и с большой форой… ты же хотела узнать что-то о каком-то там моем личном проектике, да? А Альер, кстати, уже в курсе. Во-вторых, ты ТОЖЕ Кея недооцениваешь – на связь он выйдет не с тобой, а со мной. В-третьих, мне не нужно, чтобы озверевший от ваших бабьих подстав мальчик продемонстрировал мне, в знак серьезности своих намерений, парочку разрушенных им планет… и совсем не тех, которые я, действительно, хотела бы разрушить. В-четвертых, своего ай-ди он менять не будет – хотя бы из чувства гордости! В-пятых, мы отправляемся на Землю не только из-за Кея.

– А зачем еще?

– Представить земным правителям директора секторальной администрации нового Протектората Империи. Хм, как бы мне, кстати, назвать мой новый протекторат? «Земной»? «Солнечный»?

– Ни-ни-ни! Не хочу! Не буду! Ты же помнишь – возглавляемые мной сектора всегда стремились к независимости и страдали сепаратизмом…

– Потому что надо управлять лично, а не скидывать важные вопросы на подружку-искина… Ну, вообще-то, в наказание можно было бы замутить и ЭТО… Но – нет, обойдешься. У меня другая кандидатура. Ты, вот что… дуй-ка к Коре – и кайся-кайся-кайся. Ну, и подлечишь ее заодно. А я пойду Альер мозги вправлять.

– Спалишь меня?

– Нет. Буду взывать к ее чувству здравого смысла. У нее его побольше, чем у тебя, двухсотшестидесятилетнего ребенка! Так что у меня есть все шансы. В отличие от.

* * *

– Привет, зеленоглазые мои! Как спалось, Альер?

– Здравствуйте, тетя…

– Накажу!

– Ой! Привет, Касси!

– Зашибись спалось…

– Альер, девочка! Нельзя так выражаться при ребенке!

– Фе!

– Но-но, Женя! То, что ты знаешь всякие разные слова, да на двух языках, еще не значит, что я разрешу кому-то при тебе их безнаказанно произносить! В конце концов, это – неуважение к царствующей фамилии! В общем так, зеленоглазики, есть дело…

– Если речь пойдет о Кейдане ан-Солано, то Жене лучше пойти погулять…

– Не надо девочке никуда идти гулять, Альер. Я-то думала, ты и сама сообразишь – зря тебя, что ли, успокоительным накачали? Смотри: ты… именно ты попадаешь на рейдер класса «Танагон», стартуешь обычный протокол самоуничтожения. И у тебя – четыре минуты добраться до посадочной палубы, на которой тебя ждут катера-системники. Вводная понятна? Добраться до посадочной и стартовать за четыре минуты успеешь?

– Задраенные переборки, противодействие противоабордажных систем, боевые андроиды…

– Сноечка моя! Я ж сказала – ты… ТЫ попадаешь! С твоими НЫНЕШНИМИ способностями! Вот любимый мой «лесной кабинет» ты разнесла – любо-дорого посмотреть! А там защиты покруче корабельных! Были.

– Но ведь Кей…

– Ну, вот. А я только-только нахваливала твой здравый смысл. И почему все считают свои способности, которые даже не изучат толком, такими уникальными и никому больше не присущими, а?

– Так Кей… тоже?

– Удивительно, правда?

– Ой, а вы это о чем? О принце Кейдане ни-Ровено ан-Солано? Тот, который жених Альер? И муж принцессы Розали ни-Ровено ан-Кадагри? А что с ним? А причем тут рейдер? А что случилось? А «противоабордажные» – это как? А это как-то связано с тем, что Аль лежит в медблоке? А что с вашим кабинетом? Альер себя плохо вела? А почему?

– Хм… сноечка… а, действительно, сбегай-ка вот по этому маршруту. Блок сорок три, кабинет шестнадцать. Познакомься с той самой принцессой Розали ни-Ровено. Скажешь, я прислала. Все равно рано или поздно этот вопрос надо было решить. И заодно у меня к тебе просьба – присмотрись, может, принцесса Розали подходит принцу Кейдану больше, чем принцесса Альер, а?

– Альер – лучше! На сто двадцать процентов!

– Ай-яй-яй… не зная человека, такое утверждать… ты вначале с Розочкой пообщайся. Сходи-сходи. Познакомишься еще с одной принцессой. Вы с ней быстро найдете общий язык – в конце концов, психологический возраст у вас с ней примерно одинаковый.

– Бегу. Я быстро! Аль, не уходи без меня!

– Да куда ж я отсюда денусь, Лягушонок…

– Это точно. Я ее никуда отсюда не выпущу. Так что беги смело, Женечка. Беги!

– Я мигом!

– Какой энергичный ребенок! Отличное приобретение для нашей семьи! Как считаешь, Альер!

* * *

– А какой он? Я смотрела фотки – такой красавчик! А когда я вырасту – меня тоже за принца?.. А ты его любишь? А за что? Ой, а это правда, что раньше он был простолюдином? А мне Альер такой крутенкий ИБК поставила! Только в сеть запретила пока выходить – там много взрослого. Пф! Можно подумать, я на Земле взрослого не видела! У нас интернет покруче, чем ваша сеть! Там есть все! Даже, как сделать бомбу! А тетя Чакра сказала, что во Дворце выхода в общую сеть нет. А почему во дворце нет выхода в общую сеть?

«Кора… сколько там до вылета?»

«Два часа тридцать шесть минут, ваше высочество!»

«Убей меня, Кора!»

«Даже не знаю, ваше высочество. Боюсь, это будет коронным преступлением – а я пока не готова к таким крутым изменениям в своей карьере. Думаю, вам все-таки придется ответить на поставленные вопросы…»

«А ты? Поможешь?»

«Что-то я себя нехорошо чувствую, ваше высочество. Боюсь, ТАКОГО интенсивного допроса я не выдержу».

«Предательница!»

– …А вас зовут Кора? А почему вы лежите? А можно на «ты»? Ты тоже перенервничала? А почему вы все перенервничали? Ты тоже за Кейдана переживаешь? А что случилось? А почему все во Дворце такие серьезные? А тебе Кейдан тоже нравится? А за что?

«Как это несправедливо, ваше высочество, называть меня предательницей! Хочу напомнить, что Евгения ни-Ровено ан-Кречет – тоже принцесса! Следовательно, ей более приличествует общаться с человеком своего круга, достойным представителем которого, безусловно, являетесь вы, ваше высочество!»

«Придумала! Там за дверью целых пять принцесс меня охраняют!»

«Не совсем так, ваше высочество. Только один принц – Лавр ни-Ровено… Его подчиненные к императорской семье отношения не имеют».

«Он женат?»

– …Роз! Роз! А какие у тебя способности? А какие у принца Кейдана способности? Как у Альер? Или как у тебя? А мне можно будет называть его Кеем?

«Очень жаль, что вы не знаете о семейном положении своего праправнука, ваше высочество! Сейчас – нет, он не женат».

«Отлично! Сейчас мы их познакомим!»

– Роз! Роз! А почему у тебя царапины? А у нас была кошка, только она убежала, когда мы улетали! А ты видела кошек? Это как снои, только кавайнее! Ой! Здрасьте! А меня – Женя ни-Ровено ан-Кречет! Очень приятно, Лавр! А можно на «ты»? А что это за большая штука? А она стреляет? А как? А показать можно? Вау! Ну, в смысле «ух, ты»! А это специальный костюм? А правда, что он усиливает силу? А мне такой можно? А почему?

«За что ж вы так с собственным праправнуком, ваше высочество?»

– Вау! То есть ух ты! А вам, оказывается, семьдесят один год! Правда-правда? Не обижайтесь, Лавр, но я для вас слишком юна, поэтому ваши комплименты неуместны! И я вынуждена буду сообщить своему опекуну о ваших словах! Йес! Я это выговорила! Что? А это Альер заставила меня наизусть заучить. Так и сказала, как какой-нибудь му… мальчик начнет шары подкатывать, так и скажи! Типа не бойся – ты принцесса, тебе можно! А если что – жалуйся мне, я ему… Ну, дальше тебе не интересно будет, Лавр! Но ты не обижайся – выглядишь ты очень молодо, да! Лавр! Лавр! А что значит «оторвать помидоры»? И еще вот эта фраза мне показалась непонятной… как же там Альер сказала?

«Хм… Кора, а я придумала новый вид дисциплинарного наказания в ИМСЛУКОН! Вы у меня теперь будете по струночке ходить! И понятно теперь, какими методами Альер СНАДАК драконит!»

«Догадываюсь, о чем вы, ваше высочество. Надеюсь, ее величество не одобрит подобной жестокости».

«Бабушка?»

«Да, Лавр?»

«Ее высочество Женя уже помолвлена?»

«Не знаю, Лавр. Об этом следует интересоваться у ее опекуна, который обещал «оторвать помидоры» тому, кто будет «подкатывать шары» к девочке. Насколько я знаю – нет, не помолвлена. И вряд ли Альер будет заниматься этими глупостями – эта традиция в ветке Свеллы не прижилась».

«Хм… если помолвки не было… короче, нельзя ли рассмотреть мою кандидатуру?»

«Вот, Кора, посмотри. Вроде бы умный взрослый мужчина, в теории должен был унаследовать мои высокоинтеллектуальные гены… Но сколько же в нем безрассудства! И где, спрашивается, его инстинкт самосохранения?»

«Возможно, наследование генов произошло в полном объеме, ваше высочество?»

– Роз? А у вас бывают помолвки? Ух, ты! А почему Лавр тебя бабушкой назвал? Тебе, вообще, сколько? Почему я твой возраст не вижу? А если ты Лавру бабушка, то тебе …? Роз! Роз! Тебе постучать по спинке? Давай постучу!

«Кора, поправь меня, если я ошибаюсь… нашу сетку только что ломанули?!»

«Видимо, новые ИБК от СНАДАК – действительно, хороши, ваше высочество!»

«А вот Лавр теперь не отвертится».

«Да я как бы и не собирался».

«Вау!:)))»

* * *

За два прыжка до Солнечной мы перешли на полный камуфляж. На этом настаивали все. И Тайла, и Шала, и я. Смешно было наблюдать, как мы друг друга убеждаем, пока не сообразили, что говорим об одном и том же.

Да, Шала со своей группой осталась с нами. Новые ИБК военного образца (я не особо вникал, но большие глаза и оханье-аханье наемников свидетельствовали о неслабой ценности нового приобретения), статус нанимателя (шутка ли – оплата на анонимные счета ее группы шла аж из Дворца!) и…

И доступ к новейшему вооружению! Например, сейчас наемники бродили по кораблю не в обычной одежде, а в «Инкейрах», практически вошедших в контракт с Розой и ставших с этого момента их собственностью. Точнее, не бродили. Все пятнадцать человек совершали ротацию в тренажерном зале и в симуляторе, играясь с новыми «игрушками».

Как объяснила Роза перед тем, как нас покинуть, на «Призрак» в стандартной комплектации каждому наемнику пришлось бы копить полгода – год, а апгрейдят свои костюмы всякими дорогими дополнительными девайсами наемники годами. А «Инкейр» не светил бы этим людям еще очень долго – модель-то на рынок Империи не поступала, ее только флот и ИМСЛУКОН использует… да всякие профессиональные порталы фото и видео публикуют, вызывая обильное слюноотделение у специалистов. Так что сейчас на борту нашего рейдера находились самые оснащенные наемники во всей Империи.

И я уж не говорю о многочисленных актах любви, состоявшихся между ними и разнообразными стреляющими штучками во время совместной экскурсии в арсенале рейдера.

Вопрос о компенсации финансовых потерь из-за утери важной информации на уничтоженных ИБК даже не поднимался. Оказалось, что номера своих личных счетов и пароли к ним люди помнят и так. А анонимные, никак не привязанные к ИБК, счета – очень распространенная практика в их среде… видимо, попасть под удар, разрушающий современную электронику – это вполне в пределах профессионального риска.

Моральные проблемы из-за того, что наемники так просто оставили своего прежнего нанимателя – ни Розу, ни их не волновали. Меня – тем более.

Во-первых, Роза сообщила Шале, что от «Ожерелья звезд Линзы» сейчас останутся одни ошметочки, а конкретно ту скотину, что дала преступный приказ похитить члена августейшей семьи, ждет короткий разговор с вакуумом, который устроит лично она. Во-вторых, для мною задуманного лишние люди были скорее нужны, чем нет. В-третьих, Роза, мило улыбаясь, сообщила, что обвинение Шале и ее людям уже подготовлено, и единственное, что может их спасти от участи нанимателя – пометка в их личных делах о том, что они участвовали в контригре ИМСЛУКОН с самого начала. В-четвертых, отпускать наемников Роза отчего-то не хотела. Для чего-то ей была нужна пусть и временная, но достоверная дезинформация о моей гибели.

– Мне так будет спокойнее, Кей, – шепнула она мне.

Конечно-конечно. Заодно, мне труднее будет потеряться, когда за спиной топает пятнадцать телохранителей, купленных с потрохами Имперской службой контроля на личные «семейные» деньги Розали ни-Ровено.

Перепрошивать свой ИБК на новый идентификатор я не стал, вызвав неудовольствие жены. Но взамен пообещал, что в случае опасности обязательно подумаю о такой возможности. Разумеется, не смог смолчать и посетовал, что, де, сколько живу, а впервые супруга так оригинально и настойчиво настаивает на разводе.

Роза тут же стала клясться, что новый ай-ди вовсе не призван аннулировать наш брак и она готова со мной – в любое время, в любом месте… ну, в смысле, готова вновь заключить брак уже с новыми «паспортными данными» …хотя, в других смыслах – тоже готова. К тому же ай-ди можно аннулировать, вернув прежний… Кстати, удобный способ отдохнуть от семейных отношений: чик – и ты временно неженат, чик – и снова семейный человек. Особая услуга для работников имперских спецслужб, так сказать.

Мы вышли из подпространства, как и рассчитывали, в трехстах сорока астро от Солнца над плоскостью орбит основных планет системы. Это много дальше от Солнца, чем Плутон и пояс Койпера. Если сильно повезет, то возмущение пространства никем не будет засечено… если есть кому и чем засекать.

Оставшийся путь к Земле проделали, как на вражеской территории. Крались под камуфляжем, на сравнительно низкой скорости. Восемь суток вместо трех…

Но и это с точки зрения землянина практически невероятно. Шутка ли – скорости, сопоставимые со световыми.

Все активные системы разведки и сканирования рейдера были, конечно, отключены. А пассивные системы утверждали, что никого, кроме беспокойных и шумных землян, в Солнечной системе нет.

Не показатель, конечно – в рамках одних и тех же технологий прятаться все-таки легче, чем находить. В любом случае, мы очень сильно старались себя не обнаруживать.

Глава 15

Прогрессорство. Какое замечательное слово! Как дрожит сердце при его упоминании у нашего брата-попаданца (или сестры, если миру повезло чуть больше).

Мой план (до того как Розочка меня огорошила всей этой информацией) был прост и неприличен, как пук в высоком обществе. Во всяком случае, он был таким же прямолинейным, нахальным и неизящным. Нет, все в нем было стандартно и естественно… если не задумываться о цели.

Какую цель обычно ставит прогрессор? Нечто благородное и самоотверженное, то, что принесет счастье миллионам когда-нибудь в отдаленной перспективе. Разумеется, не без общественных потрясений в настоящем и недалеком будущем.

Моя цель была много скромнее – счастья и благополучия пятерым дорогим для меня людям… но так, чтобы накрыло площадями, чтобы на общем фоне это счастье и благополучие заметны не были.

Я спросил себя, а чего, собственно, я хочу от встречи с Лягушонком? А потом, тюкнул себя по темечку и поправился – чего я хочу ДЛЯ Лягушонка?

Мамы и папы у девочки уже не будет – Лена скорее всего погибла (мысль о том, что она, возможно, жива хотя бы в теле Альер, я от себя гнал), а Кейдан ан-Солано на Толика Кречета как-то не очень похож. Не изображать же мне сценку «Люк, я твой отЭц!»? Более того, жизнь у Кейдана очень уж беспокойная и появление в жизни Жени такого «папочки», вокруг которого ползают принцессы-змеюки (под командованием одного тайпана… или кто там у нас самый ядовитый?), принесет дочери сплошные проблемы. И родителям Толика – тоже.

Что принесет Жене счастье? При условии, что ни отца, ни мать я ей вернуть все-таки не могу – возможности у меня не те.

И идея появилась! Семья! Все очень просто – у девочки есть две бабушки и двое дедушек. Но есть маленькая проблема… Знаете, какой в нашей семье главный тост звучал во время семейных застолий? «За здоровье!»

Говорят, что люди желают другим того, что хотели бы получить сами. Вот со здоровьем в нашей семье было как-то не очень. Притом, что все остальное было. И достаток, и – что самое главное – «сто друзей». Я только диву давался, когда мои или Ленины родители поднимали при необходимости ТАКИЕ связи…

Мои родители шли по инженерно-технической стезе (и, вопреки штампам, очень неплохо зарабатывали, не уезжая за границу и не работая в иностранных компаниях), родители Лены – давно и очень успешно шли по военной дорожке. У наших родителей все было. Кроме здоровья – родители, увы, не молодели. Особенно, подкачало здоровье у старшей женской половины нашей семьи – мужская часть оказалась куда крепче.

Я видел два пути решения проблемы.

Первый – медкапсулы для наших с Леной родителей. Быстро, дешево, сердито. Но тогда мне придется обозначить свою связь с земными семьями Кречет и Дланиных. И тогда не будет спокойной жизни ни мне, ни им, ни Жене.

Второй путь – развитая медицина ДЛЯ ВСЕХ землян. Когда эта идея пришла в голову, я по началу просто отбросил ее – слишком… амбициозно. Но результат реализации этой идеи был бы идеален! Моя связь с конкретными земными семьями не вскрывается, а Женя получает крепеньких бабушек и дедушек, которым хватит здоровья поучаствовать не только в жизни внучки, но и поженить правнуков! А то и заделать Женечке дядей и тетей!

Второй путь был более сложен в реализации. Но какое-то подобие плана уже появилось.

Берется хорошенькая «медицинская» наживка. Допустим, имперская методика лечения злокачественных опухолей. Та самая «золотая таблетка». А эта «наживка» накалывается на крючок рецептуры приготовления физиогеля или регенерина. Тем более что технологии основаны примерно на одних принципах – управление ДНК клетки (это мне еще Тайла в роли Лимарии объясняла). Одна наживка на «крючке» физиогеля забрасывается какой-нибудь европейской фармацевтической фирме (не самой большой, но – с именем), а другая, допустим, с регенерином – в отечественный фармакологический институт.

И обязательно честно сказать тем, кто получит «подарок», о том, что «именинниками» являются не только они, но и оппоненты. Чтоб была конкуренция. Чтоб не засекретили, не взвинтили цены, не лечили только своих. И чтоб не затягивали с производством. У нас же капитализм – так давайте воспользуемся теми плюсами, которые у него все-таки есть!

Игру можно усложнить: подсунуть медицинские технологии большему количеству производителей. И в нескольких странах – Америке, Израиле, Индии, Японии… и где у нас там еще медицина не в загоне? И чтобы следы спутать, и чтобы процесс ускорить.

Наказания со стороны Империи можно не бояться: во-первых, официально у Империи с Землей никаких отношений нет (и даже с современной медициной Земля для Империи – в обозримые пару сотен лет не соперник – ни технически, ни ресурсно, ни идеологически… с этим самым капитализмом), во-вторых – внимание! – я являюсь, каким-никаким, а принцем. Объяснения с меня потребуют не серые невзрачные люди из ведомства жены, а ее величество. Особенно, если ее интерес к моим способностям не угас. И если она призовет меня к ответу и грозно нахмурит белесые бровки – честно и откровенно объясню, зачем внедряю у землян высокие медицинские технологии. На просьбу-приказ рассекретить родителей – покажу дланью куда-нибудь в сторону центра Млечного пути. Она девочка мудрая – поймет.

А наказание, противодействие и подлянки со стороны земных сторон товарно-денежных отношений… даже не смешно. Одного истребителя рейдера хватит, чтобы посадить ВВС любого государства Земли.

Это, конечно, потребует времени. Год, два, пять лет. Но, хвала Звездам, у дедушек и бабушек Жени время еще есть.

Найти в имперской сети общедоступные сведения по всем нужным препаратам и методикам – как нечего делать. Сложнее с технологиями производства, но и там, думаю, решаемо. Опять-таки, чего не сделает капиталист ради наживы.

Да, это подтолкнет развитие земной науки и техники, но по какой-то причине меня это волнует мало.

В этом плане было много недоработок, нестыковок и неуклюжестей, но их я собирался устранять и решать по мере появления – тем более что к моим услугам были мастерские рейдера и, самое главное, интеллект и аналитические возможности Тайлы. Если моих мозгов не хватит – она обязательно что-нибудь придумает.

* * *

Хороший план, правда?

И, как любой план, который забыли согласовать с Создателем (или Тем, Кто присматривает за Вселенной в Его отсутствие), он теперь годился только для того, чтобы посмеяться над ним и над его составителем. Вполне могло оказаться, что теперь осчастливливать земную медицину мне банально не для кого. А рисковать ради пресловутого «общественного блага» – увы – как я уже говорил, я не герой. Совсем не герой.

Самый очевидный вариант – припарковать рейдер на Луне – после совместного обсуждения был отвергнут. Если имперцы уже в Солнечной системе, то Луна не только находится под плотным контролем, но и служит базой для флота. Более идеального места не найти: повернута все время одной стороной к единственной населенной планете системы, недостижима для землян в обозримом будущем, без атмосферы, с низкой силой тяжести – можно сажать на поверхность даже многокилометровые мониторы и не тратить при этом энергию на работу мощных гравикомпенсаторов. Нахождение на Луне базы флота усиливает степень контроля окололунного пространства до сотни процентов. А уж отсутствие каких-либо летательных аппаратов, бороздящих просторы земной соседки, делает затею незаметно прилуниться и вовсе неосуществимой.

Пришлось идти длинным путем. Сунули рейдер в пояс астероидов между Марсом и Юпитером. Это удлиняло путь к Земле до двух часов. Но при этом сильно снижало вероятность обнаружения.

Как только системы рейдера через разведывательные дроны смогли подключиться к орбитальным спутникам связи Земли, весь личный состав рейдера стал усиленно готовиться к высадке – изучал повадки аборигенов, внешний вид, культурные особенности… Я не стал их огорчать.

Вся надежда была на Тайлу. Она готовила словари для автоматических переводчиков, лопатила новостные земные каналы на предмет упоминаний об инопланетянах, ломала локальные сети нужных мне ведомств и фирм.

Упоминаний об НЛО было, на удивление, мало. Ролики на ютубе, как всегда, демонстрировали либо ползущие по стеклам иллюминаторов и окон капли воды или тараканов, либо являлись результатами работы фанатов, различных программ обработки видеоизображений и компьютерной графики. Достоверных видео или фото, запечатлевших объекты, хотя бы отдаленно напоминающие имперскую технику, не было и в помине. Да и НЕимперскую – тоже не было. Ни старых записей, ни последних, новых. Сплошные фейки и мистификации.

Хоть в чем-то надо быть патриотом, решил я. И первую высадку назначил на территории родного российского государства. Если срастется, то начну с родных березок и осинок. Заодно обкатаю методику втюхивания чужих технологий культурно близкому контингенту. Ну, и в очередной раз ощущу непередаваемый аромат родной бюрократии и тотального головотяпства.

* * *

Истребитель, угнанный мной с базы ИМСЛУКОН на Солано («Танагоны» обычно не комплектуются собственными истребительными подразделениями), сел в Подмосковье во вторник в четырнадцать-десять по местному времени. Пассажиров было двое – я и Тайла. «Бунт» на борту рейдера удалось подавить не без труда – Шала наотрез отказывалась отпускать меня без охраны. В ход шло все: уговоры, угрозы, шантаж, мольбы, женские слезы и неуклюжая попытка обольщения. Последнее у Шалы получалось с огромным скрипом – сразу видно человека, не привыкшего к подобному методу решения разногласий с нанимателем.

Я, конечно, понимаю – Роза фактически под страхом смерти (в том, что последний наниматель Шалы давно уже является малоаппетитным фрагментом космического мусора, никто не сомневался) обязала Шалу следить за своим муженьком. Учитывая статус нанимателя (к которому, оказывается, во всей Империи только я отношусь наплевательски и без пиетета) – более чем серьезное и ответственное поручение.

Но, во-первых, у истребителя больше шансов пробраться на планету незамеченным, чем у штатных десантных катеров рейдера. Во-вторых, в истребителе только два оборудованных гравикомпенсаторами места. На Тайлу, вякнувшую было о том, что андроиды ее типа вполне могут выдержать опасные перегрузки, я шикнул так, что присутствующие слегка присели. В-третьих, что может мне угрожать на отсталой планете в сопровождении крутейшего андроида диверсионно-разведывательного класса? Тайла тут же перестала на меня дуться. В-четвертых…

Я спокойно приводил аргументы и хладнокровно наблюдал за растущим отчаянием на лице женщины. Командир наемников прекрасно понимала, что аргументы весомые, а остановить меня силой не получится. Классическое правило доброго слова и пистолета, разрушающего материю.

На судьбу наемников, фактически запертых на рейдере с гостевыми допусками, в случае, если со мной что-то случится – было немного… плевать.

Кто бы мог подумать – в Подмосковье, оказывается, масса глухих лесов с кабанами и лосями! Как раз тройку сохатых мы и вспугнули, когда я приземлил истребитель прямо посреди обширного болота, образовавшегося на месте старой вырубки. Причем, вспугнула лосей не сама посадка – она была полностью бесшумна и невидима – а моя ругань, когда я провалился в трясину чуть ли не по грудь. В «Инкейре», конечно, не страшно, но выбраться самостоятельно было бы непросто.

Тайла оказалась на высоте. Во всех смыслах. Мгновенно оценила мое положение, свистнула из багажного отсека аэробайк (если упрощенно: летающая метла с мотоциклетным рулем, удобным сиденьем и фонарем-полем, закрывающим аэроциклистов от встречного потока воздуха… а также – от камней, веток, птичек и кирпичных стен… кроме шуток), запрыгнула на него и вытянула меня из топи… и, самое главное, ничего при этом не сказала! Ну? Разве она не идеальна?

Вторым пунктом программы-минимум был банкомат у кассы платформы пригородной электрички в десяти километрах от МКАД. Экономика страны почти не пострадала – зеленый бронированный друг, секунду пообщавшись с моей спутницей, безропотно выдал мне всего десять фиолетовых, пять сине-зеленых и две красно-коричневые хрустящие бумажки.

А что делать? Начинающим прогрессорам нужны наличные – на отсталых планетах далеко не везде в ходу безналичный расчет.

Следующим пунктом… ни за что не угадаете… был маленький продуктовый магазинчик возле железнодорожной станции. Там я стал счастливым обладателем четырех драгоценностей: пачки сигарет, зажигалки, пластиковой бутылки кефира с улыбчивой бабулей на этикетке и простой сдобной булочки, очень экономно обсыпанной маком.

В магазине сделал неожиданное открытие – я с трудом говорю по-русски. В голове фразы складываются грамотно и быстро, а вот с дикцией – огромные проблемы. Такое впечатление, будто вышел от стоматолога, обколовшего меня анестезией, и теперь непослушные губы и гортань с трудом проталкивают сквозь себя русские слова.

Худенькая молоденькая продавщица смотрела на меня преданными собачьими глазками, а на «русскую красавицу» Тайлу, висящую на молодом симпатичном «иностранце» и говорившую на чистейшем русском языке – с неприязнью и вызовом. Еще и вовремя переключала «режимы» при нашем обслуживании.

Да, внимание мы привлекали и в глаза бросались. В основном, конечно, Тайла, чью стать было не спрятать никакой простенькой одеждой… разве что перевести ее на полный камуфляж (понятное дело, диверсионно-разведывательный андроид нуждался в «Призраке» или в «Инкейре» только из-за дополнительного вооружения). Но и на меня посматривали с интересом (женщины) или завистью (мужчины) – все-таки «имперцы» в массе своей выглядят куда лучше землян, а соланец Кейдан считался привлекательным даже в Империи, избалованной волшебной медициной.

Купили билеты до Москвы и сели ждать электричку на одной из лавочек на полупустой платформе. И я, сознательно оттягивая удовольствие, достал сигареты. Распечатал, щелкнул зажигалкой, затянулся… и, закашлявшись от неожиданности, выплюнул сигарету! Гадость неописуемая! Просто дерьмо! Посмотрел на пачку… нет, самый обычный «Винстон»…

Задумчиво посмотрел на любопытное лицо Тайлы. Та взяла у меня пачку, прикурила, затянулась…

– Не самая полезная штука, – оценил искин очевидность. – Много лишних и опасных для здоровья смол и примесей. С традиционными сигаретами, сделанными в Империи, общего – только наличие никотина… Давай, остальные продукты я на всякий случай проверю?

– Я, как настоящий принц. – Вздохнул я, сильно расстроившись. – У меня даже свой «грибной человек» теперь есть…

– «Грибной человек»? – Тайла секунду помолчала, видимо, искала в интернете. – Неправильное употребление термина, но я поняла. Человек, который проверяет пищу на содержание в них ядов. Буду грибным андроидом!

Кефир и булочка у Тайлы не вызвали нареканий. И я с некоторой опаской попробовал наш национальный напиток. Вкус кефира показался необычным, но очень приятным. Булочка – пошла на ура. Да еще и Тайла стала помогать, явно заинтересовавшись новыми вкусовыми ощущениями.

В электричке, как и на платформе, было малолюдно. Пожилые люди размазывались по вагону равномерно, а вот молодежь стала кучковаться вокруг нашей лавочки. И юноши, и девушки. И глаза у них стали грустные-грустные или, в отдельных случаях, нахальные-нахальные. Тайла сориентировалась мгновенно – положила голову мне на плечо и сделала вид, что уснула.

«Подчеркнутая принадлежность снизит интерес у адекватных особей противоположного пола».

«А у неадекватных?»

«Прямой в челюсть заменяет четыре часа воспитательной беседы, – с готовностью сообщила она. Я даже поперхнулся. – Это я в интернете подсмотрела. С картинками. А еще я отключила у себя выработку феромонов».

Оп-па!

«А у тебя и такое есть?»

«Ну, конечно! – Кажется, Тайла чуточку возмутилась. – Я же андроид класса Аль! У меня даже аналоги надпочечников есть!»

Про надпочечники она, кажется, уже говорила. Хм, интересно, а?..

«На МОЕМ рейдере в медблоке есть все необходимое! – мгновенно ответила на мой вопрос Тайла. – Если хочешь, могу установить! А генетический материал можно будет у Розы skomunizdit’!»

М-да. Что-то напрягает меня энтузиазм, с которым она ЭТО предложила. А насчет медблока – уверен, оборудование там даже клонирование человека потянет. Ведь до момента узурпации Тайлой власти на рейдере этим кораблем владел идол имперских медиков – богиня женской медицины – Роза ни-Ровено. Она же – мастер ядов Лимария Квитон. Да и сама Тайла в медицине – далеко не заурядный врач.

«Давай, сначала выберемся из этой передряги, а там решим», – очень… очень осторожно подстелил я соломку… прекрасно понимая, что на то она и искин, чтобы ничего не забывать.

Нет, конфронтации с землянами я не боялся. «Инкейр», физические кондиции и рефлексы Кейдана позволяли разогнать роту десантников. А с Тайлой – разогнать ту же роту, но посаженную в десяток БМП. И это – если не использовать встроенное в мой костюм (и наверняка в Тайлу) энергетическое вооружение.

Но хотелось тишины. И отсутствия проблем хотя бы здесь, в электричке.

Проблем не было. С пассажирами электрички. А вот с нарядом транспортной полиции проблемы образовались сами собой.

– Ваши документы, пожалуйста.

Воистину, чутье родной полиции с полным правом может называться сверхъестественным! Во всем вагоне привязались только к нам с Тайлой! Документы были. И мы их даже предъявили. И эти документы могли пройти любые проверки… исключая, конечно, глубокую проверку нашей легенды – бумажные документы об образовании, трудовые книжки в месте работы, опросы соседей, коллег, друзей и знакомых. И исключая сверхъестественный нюх этого конкретного служителя закона.

– Иностранец? – спросил самый старший в звании младшего лейтенанта.

– Тьепель уже ньет.

Чертов акцент! Самому смешно, когда так говорю!

Паспорт был российским, так что выдумывать историю о поездке к родителям русской подруги с целью знакомства перед женитьбой было поздно. Когда готовились, мне даже в голову не пришло, что с языком возникнут такие проблемы!

– Почему регистрации нет, Анатолий Владимирович?

– Согласно закону номер… от одиннадцатого февраля, – равнодушно затянула Тайла, – отсутствие регистрации у гражданина не является основанием для каких-либо…

Полицейские были вынуждены десять минут слушать краткий экскурс в законы и постановления родного правительства, сделавшего все, чтобы осложнить жизнь простым труженикам погон и дубинок.

Но мы их, конечно, недооценили.

– Татьяна Николаевна, я всего лишь спросил, почему нет регистрации, – мирно ответил лейтенант с ласковой всепрощающей улыбкой.

Но искина тоже так просто с толку не собьешь!

– Федеральный закон о полиции, статья пятая. При обращении к гражданину сотрудник полиции обязан, первое, назвать свои должность, звание, фамилию, предъявить по требованию гражданина служебное удостоверение в раскрытом виде, после чего сообщить причину и цель обращения!

– Прошу простить, Татьяна Николаевна. – Полицейский был все так же хладнокровен и вежлив. – Младший лейтенант транспортной полиции Востриков Олег Антонович. Производится паспортная проверка в рамках комплексных мероприятий по борьбе с терроризмом и прочими правонарушениями на транспорте. Желаете ли вы, Татьяна Николаевна, взглянуть на мое служебное удостоверение?

Опытный человек. Очень опытный. Несет откровенную пургу, но с каким серьезным видом! Интересно, а младлеи по вагонам, вообще, ходят? Разве это не удел рядовых, сержантов и прапорщиков? У них же звания как-то от выслуги зависят? И не для того ли люди растут по службе, чтобы не попадать в утомительные патрули?

– А почему значков нет, Олег Антонович? – Тайла нанесла легкий щупающий удар.

Младший лейтенант Востриков не дрогнул:

– Согласно постановлению номер… от двадцать третьего июня в целях усиления контроля за безопасностью граждан сотрудники транспортной полиции, сопровождающие постоянные маршруты следования транспортных средств при выполнении своих функций имеют право не предъявлять номерные жетоны…

Хм… дикость, конечно, но вдруг – это тоже андроид? Вон, как шпарит! Ан, нет, Янтарь утверждает, что – просто человек.

«Кей, он врет – нет такого документа! Жетоны они обязаны носить! Это подстава!»

А то я не знаю! Да вся их работа – одна сплошная подстава!

Поэтому я задал очень сложный и каверзный вопрос:

– И чё?

Раздражен я был уже изрядно. Почти бесился. Я тут на Земле от родной Империи подлянку жду каждое мгновение – от захвата спецназом ИМСЛУКОН или СНАДАК до массированного орбитального удара с целью раз и навсегда решить вопрос Кейдана ан-Солано (ну, вдруг моя самодеятельность змеюкам уже поперек горла встала?). А какие-то местные му…ки в погонах докапываются до отсутствия штампика в моем поддельном паспорте! Ну, не обидно ли, а?!

Полицейский улыбнулся и протянул документы:

– Счастливого пути! – И козырнул.

«Кей! Кей! Это подстава! Точно тебе говорю!» – транслировала Тайла, когда родная полиция уже топала к тамбуру вагона.

– Вконец оборзели! – вякнула какая-то невзрачная тетка у противоположного окна в спину охранникам правопорядка.

– Лучше бы преступников ловили! – с готовностью отозвались откуда-то из-за спины. – Так нет же! К приличным людям пристают!

– Не на тех напали! Как она им!

– Мальчика испугались – глаза у него совсем бешеные стали! У них, в Америке – чуть что, сразу в суд!

– Все дело в короткостволе! Если б был разрешен короткоствол!

– Да какой же он американец! Чистый перс! Из Ирана, наверное! Вон, какой смугленький и стройненький! Мы же с Ираном сейчас дружим, да?

– А девушка? Что-то на персиянку ни разу не похожа!

– Сам ты персиянка! Слышал, как по-русски чешет? И законы наши назубок знает! Законы – это сила!

Завязалась продолжительная дискуссия, в ходе которой выяснилось, что мы поставили полицию на место, все сделали правильно, был сделан вывод о необходимости знания законов, потому что, «кто не знает своих прав – тот их не имеет!», перешли к обсуждению экономической ситуации, международной обстановки, смысла жизни и вообще… Продвинутый нынче народ в электричках ездит… с доступом в интернет.

Говорили люди тихо, и за стуком колес их не было бы слышно, но выяснилось, что к непереносимости земного табака организмом имперца бонусом добавляется сравнительно тонкий слух!

А я смотрел в окно и думал, что, кажется, приблизительно определил причину повышенной полицейской бдительности. Первый раз не обратил на это внимания – на одном из переездов солдатики лениво покуривали у двух бэтээров. А вот сейчас я увидел развернутые позиции какого-то зенитно-ракетного комплекса в трехстах метрах от железной дороги. Какой-то из хваленых «сотенных С», то ли «триста», то ли «четыреста»… а может, и все «пятьсот» – я в этом слабо разбираюсь.

Тайлу на них натравить? Наверно, не стоит – еще запустит что-нибудь по женско-искинскому своему любопытству. Да и что она узнает? За каким сектором неба следит конкретно эта батарея? Фамилию и звание командира расчета? Коды управления… или что там у них? А зачем мне вся эта информация?

– Учения, – заметив мой интерес, просветил один из попутчиков – средних лет полноватый мужчина, украдкой любующийся моей спутницей. (Понимаю тебя, мужик! Отлично тебя понимаю! Издалека и когда молчит – глаз не оторвать!) – В последнее время – как оглашенные тренируются.

– И давно? – Тайла похлопала ресничками.

И мужик банально продался вражьей разведке в нашем лице (а я, на минуточку, все еще младший офицер Службы наблюдения за дальним космосом – фактически имперской внешней разведки)! Нам было рассказано во всех подробностях, с дополнениями и уточнениями со всех сторон, о том, что учения идут уже где-то месяц, где и кто видел вот такие же батареи, везде военные, но ведут себя – молодцы! – вежливо и даже окурки в урны бросают!

«Внезапная проверка готовности… – Тайла тут же залезла в интернет… если вообще от него отключалась. – Объявлена две с половиной декады назад. Объявлена, кстати, по всей стране. Является ответом на беспрецедентные по размаху военные учения НАТО во всех странах-участниках».

«Либо, действительно, беда с международной обстановкой, либо имперцы сейчас ведут тайные переговоры с землянами, а те, для сохранения собственного психологического комфорта, играют мускулами… или давят на другие стороны ведущихся переговоров».

«Скорее, маскируют перемещения военных сил и техники, – поправила Тайла. – А если производится политическое давление, то – на земные стороны в переговорах. Потому что для нашего уровня развития эти туземные пляски с копьями – смех один!»

С этим нельзя было не согласиться… и даже не было обидно за землян – в конце концов, если б продолжали космическую гонку, а не сорвались на тотальное потребление – сейчас встречали бы «гостей» на базах Луны и Марса, а не на «шарике». И, очень может быть, разговор был бы другим.

* * *

«Принимали» нас с Тайлой на Казанском вокзале. Зароптавших, было, попутчиков оттерли многочисленные солдатики в фирменных ярко-зеленых цифровых камуфляжах, в огромном количестве оцепивших платформу. Оттерли с той самой хваленой вежливостью, которой в вагоне так восхищались наши попутчики.

Документы у нас уже не спрашивали. Подтянутый аж полковник с незнакомым мне петличным значком («Космические войска» – «шепнула» Тайла) и два сильно обрюзгших офицера полиции – капитан и подполковник. Судя по тому, что полицейские терлись сильно сзади и многозначительно помалкивали, колыхались они здесь исключительно для соблюдения видимости законности задержания и кивания на себя в случае глупых восклицаний «не имеете права задерживать!».

– Татьяна Николаевна, Анатолий Владимирович! Полковник Засядко Михаил Прокофьевич. Будьте любезны проследовать со мной, молодые люди!

«Пойдем… – остановил я собиравшуюся было возразить Тайлу. – Почему бы и нет. Мои защиты сейчас в пассивном режиме… Только свой бекап мне почаще сбрасывай».

«Может, перейдешь на полуактивный режим защиты? – забеспокоилась Тайла. – Учти, кинетическое воздействие некоторых образцов местного стрелкового оружия твой «Инкейр» в пассивке может не выдержать!»

«Это каким же калибром не выдержит?» – я, действительно, сильно удивился.

«Пассивная защита «Инкейров» в случае кинетического воздействия эквивалентна броне толщиной десять-одиннадцать миллиметров… Вот таблица бронепробиваемости используемых на Земле боеприпасов…»

Посмотрел я на ту таблицу, посмотрел калибры. И с осуждением посмотрел на Тайлу:

«Ты параноик! С таким калибром на нас сразу охотиться не будут – это точно!»

«Все равно…»

«А главное – маскировка слетит вмиг… и, вообще, в данном случае я опасаюсь не аборигенов, а наших соотечественников. А от них никакие защиты «Инкейра» не спасут».

На это искин возражать не стала – ей не улыбается попадаться нашим соотечественникам едва ли не больше, чем мне.

Кошмар либерала не состоялся – путь наш лежал не в подвалы Лубянки. Повели нас не через здание вокзала в город (как я предполагал), а – на вспомогательную платформу, где стоял тепловоз с одним-единственным вагоном. За полковником Засядко двинулись четверо парней в камуфляжах, а вот полицейские офицеры остались. С легко читаемым облегчением на своих широких рожах.

Тепловоз провез нас недалеко. Всего полтора километра к северо-востоку от вокзала. Там был небольшой треугольный пустырь, образованный развилкой железнодорожных путей. И стоял вертолет. Простой трудяга Ми-8 в темно-серой «военной» окраске ВВС. Стоял и стучал по воздуху лопастями на холостом ходу.

Глава 16

На вопрос, куда мы летим, полковник лаконично ответил: «На дачу». Кажется, он сам не знал, как перейти к интересующим его вопросам. Или, скорее, не хотел делать этого в салоне вертолета – переговариваться с нами он был вынужден через общую внутреннюю систему связи (если контакт произошел, то, действительно, пользоваться электронными системами связи с любым шифрованием… ну, кроме совсем уж забубенных и засекреченных – чревато). А может, не был уполномочен решать с нами какие-либо ЛИШНИЕ вопросы и что-либо обсуждать.

Садились, однако, не на территории этой самой «Дачи», а на крупную поляну рядом с поселком. А уж оттуда армейский «Тигр» за пять минут, попрыгав по кочкам и ухабам родной разбитой проселочной дороги, доставил нас за высокий коричневый забор.

«Дача», действительно, выглядела, как дача. Комплекс из десятка комфортабельных особняков и десятка вспомогательных хозяйственных зданий и ангаров, огороженных высоким забором в лучших «новорусских» традициях. Никаких вышек, никакой колючей проволоки, никаких КПП и страшных надписей. Во всяком случае, на виду. Тайла почти мгновенно собрала информацию – на картах и по документам здесь располагалось садовое товарищество – вы не поверите – «Голубые ели».

Тайла вначале юмора не поняла – пришлось «натравливать» искина на анекдоты про Штирлица… а там же такой информационный пласт поднимается. Так что только через долгих семь минут Тайла громко фыркнула.

– Может, пообедаем? – С надеждой спросил полковник, когда подруливали к одному из домиков – двухэтажному коттеджу. – За знакомство, так сказать… и – вообще? Ну, это такой старый земной обычай…

Очень интересное уточнение, ага. «Земной обычай». Земной.

Тайла отделалась односложным «Нет». А я голоден не был – кефир и булочка еще не забылись благодарным организмом. И я решил пока не усердствовать с земной пищей – хоть тот же кефир и не вызвал никаких последствий, но рисковать с другими продуктами пока не хотелось. Ну, а уж «за знакомство», по-моему, совсем тут неуместно – ситуация насквозь непонятная, не до празднований и отмечаний.

В домике я засек еще двух человек. Ничего особенного – обычные люди, один из которых, в бронежилете, был вооружен коротким автоматом. «Дача», вообще, казалась безлюдной. Но только казалась – в других зданиях тихо, как мыши, сидели и потели люди с многочисленным оружием в бронежилетах, а в четырех «хозяйственных» постройках прятались бэтээры с выключенными моторами.

Вошли внутрь.

– Генерал-майор Лобов. – Протянул руку тот, что ждал нас без оружия. – Заместитель командующего Космическими войсками.

Да, похож. Тайла еще в вертолете достала информацию по этому роду войск, который я раньше, в той жизни, воспринимал, как некую «блажь государеву».

Правда, на фотографии, утянутой с сайта Министерства обороны, генерал-майор Лобов был в серьезном мундире, сидел за рабочим столом в окружении телефонов и бумаг, а не щеголял спортивным костюмом в цветах последней Олимпиады.

Второго человека – крепкого высокого мужчину в таком же костюме, с коротким автоматом под мышкой, – представлять не стали – окинув нас внимательным и не очень добрым взглядом, он сразу вышел наружу и присел на лавочку у крыльца.

– За знакомство? – Почти с такой же надеждой спросил Лобов. – Это такой…

– …старый земной обычай. – Покивал я. – Уже в курсе, Кирилл Вениаминович.

Говорил я теперь через синтезатор-переводчик – времени в электричке как раз хватило, чтобы его настроить. Имперские технологии круты – источник звука находится у моего рта, заглушает для окружающих мой собственный голос, а тембр речи почти один в один мой. И слышу я именно свою речь, а не «перевод». В опциях переводчика еще было проецирование синхронизированной с переводом артикуляции – то есть губы для собеседника двигались в полном соответствии со слышимыми словами. Даже если собеседник без ИБК! Но включать фантом переводчика я не стал – намеренные оговорки военных говорили о том, что можно уже не маскироваться. А мне достаточно внятной русской речи, чтобы детский акцент не смазывал впечатления и не мешал мне самому.

Кстати, самой большой трудностью было отключить перевод речи собеседника на общеимперский. Даже опции такой не было – пришлось привлекать Тайлу, которая практически хакнула программу переводчика.

Разводить политесы не хотелось совершенно. Видимо, какой-то критический объем событий был накоплен и осторожность, деликатность, корректность куда-то благополучно испарились. Кажется, я прочувствовал, почему «уровень нетерпения начальника прямо пропорционален должности». Потому что любят его, бедолагу, со всех сторон – только успевай поворачиваться.

– Что послужило причиной моего приглашения, Кирилл Вениаминович? И чем я могу вам помочь?

* * *

Серп Земли касался заостренными рожками близкого лунного горизонта и смахивал на причудливую волшебную арку из синего агата. Висящее над лунным горизонтом Солнце хоть и било прямо в огромное панорамное окно, но прикрывалось системой светофильтров-теней, поэтому дискомфорта для глаз не вызывало. Во всяком случае, гораздо меньше вызывало неудобств, чем пониженная сила тяжести, делающая состояние непривычных к космосу землян… как минимум, непривычным.

– …это все декларации и буквоедство, господа…

Принцесса Альер, заложив руки за спину, прохаживалась на фоне этого самого окна. Место дефиле было выбрано идеально – тех, кого не заворожил вид лунной поверхности и родной Земли, вполне ожидаемо гипнотизировала внешность прекрасной принцессы, затянутой в красивый черный с серебряными вставками мундир.

– …Главное, чтобы эти… бумажки были понятны вам самим. А за духом этих договоров, можете быть спокойны, проследит Империя. И за их выполнением, само собой. Тем более, наша точка зрения до вас всех уже донесена. Однозначно и внятно.

– Не совсем понимаю, ваше высочество, – заметил один из присутствующих – высокий седеющий мужчина с лошадиным лицом в темно-сером деловом костюме с крохотным звездно-полосатым флажком на лацкане. – В договорах не может быть двусмысленностей и неясностей! Это же очевидно!

Альер не успела ответить – отозвался другой присутствующий – мужчина с таким же рубленым лицом, такой же высокий, но – старше, в очках и в черном мундире чрезвычайного и полномочного посла Российской Федерации:

– Видимо, Джон, ее высочество хочет сказать, что Империи эти договоры не очень нужны – мы их составляем для себя и своих… своего населения, а Империя в силах добиться их соблюдения в том виде, как их понимает… какие бы формулировки мы там не придумали.

– Серж, но это же неправильно! – возмутился «Джон».

Русский пожал плечами.

– А я разве спорю? Но позволь напомнить, Джон, про АПЛ «Хемптон» и авианосец «Винсон».

– Ваш офис военной разведки! – Мгновенно парировал лошадинолицый. – А это гораздо показательнее, Серж, – в вашей столице, средь бела дня! Гораздо показательнее!

«Серж» отмахнулся.

– Я просто хотел напомнить о том, что наши… визави в средствах не ограничены. И не стеснены… Никак и ничем. И кстати о птичках, я не напоминаю о том, что ваш шестой и второй флот валяются сейчас на песке в Колорадо в тысячах километрах от ближайшего побережья.

В зале повисла потрясенная тишина. Американец владел лицом неплохо… но он не удержался от гримасы, показавшей окружающим, что русский сказал правду. К тому же упустил момент что-либо возразить. А последующие слова только повысили градус ошарашенности в зале:

– Ваши АПЛ! – выпалил Джон. – Причем все!

После минуты потрясенной тишины голос подал некрупный китаец в характерном сером пиджаке-френче с воротником-стойкой:

– Проблема бегемота и окружающих.

Судя по отсутствию на его круглом лице злорадства по отношению к крупнейшим «партнерам», что-то такое могло быть рассказано им и про родное государство.

– Скорее, проблема слона и посуды, – поправил уже успокоившийся американец. Русский согласно покивал.

– У слона, как раз, никаких проблем нет, – вставил еще один посол. Смуглый, черноглазый индус в чалме.

В зале послышались смешки.

Принцесса Розали выпорхнула из своего кресла и одернула красный с черными вставками мундир:

– Господа! Ее величество императрица Кассиопея!

Все присутствующие – и имперцы, и земляне – торопливо вскочили, поправляя галстуки, застегивая пиджаки и одергивая мундиры.

Из коридора послышался женский голос:

– …средненько! Нет, так-то ничего, но – средненько!

– Ты не шаришь, Касси! – горячо возразил девичий голос. – «Купол» – самый большой аквапарк в мире!

Судя по голосам, собеседницы остановились где-то у входа в зал, чтобы не заканчивать спор.

– Котик мой! Это слишком громкое заявление! Мир гораздо больше, чем вон тот шарик в световой секунде от нас! Ты не видела «Акведа-Хтони» на Акведе. Целых тридцать островов отданы под водные, подводные и воздушные аттракционы!

– Вау!

– Накажу!

– То есть, ух ты! – мгновенно поправилась девочка.

Разговор велся на имперском, но автоматические переводчики, которыми были снабжены все члены земной делегации, позволяли переводить с имперского на десять основных земных языков.

Спорщицы вошли в зал, в котором велись переговоры. Блондинка лет четырнадцати, и рыженькая лет десяти – двенадцати. Почти одного роста. В купальниках и босиком.

Увидев присутствующих, рыженькая не очень натурально ойкнула. Блондинка промолчала, но единственным взглядом голубых глаз заставила всех присутствующих, кроме Альер и Розали, потупиться. И присутствующие не видели, как одежда «пляжниц» быстро трансформируется в белый мундир без знаков различия с золотой вышивкой на плечах, груди и рукавах – у блондинки, и в изумрудный легкий сарафанчик – у рыженькой. Да если б и увидели – вряд ли удивились бы… после всего уже увиденного.

– Садитесь, господа!

Когда земляне подняли взгляды, то оценили смену облика, произошедшую не только в одежде, но и в повадках. Теперь перед ними, действительно, сидела, императрица тысячи звездных систем! Даже – маленький штришок – на высокой спинке ее кресла красовался золотой значок-герб императорской семьи – какой-то зверь с оскаленной пастью. Наверняка хищник, вроде земных львов или тигров.

В зале с видом на Землю собрались люди опытные и тертые – так что удивления от такого появления никто не выказал. Видимого удивления не вызвали ни внешний вид, ни поведение, ни компания – хотя, казалось бы, лунная база вообще и исторические переговоры в частности – не место для детей.

А вот обстоятельства появления – да – сказали опытным политикам очень многое. Наверно, за столом не осталось ни одного землянина, который не понял бы очень прозрачного намека. Может, в свитах земных послов до кого-то и не дошло, а вот руководители делегаций заерзали.

Такое вот «возмутительное и оскорбительное» появление первого лица одной из сторон – это даже не плюха, это… небрежная демонстрация отношения к другим сторонам переговоров. Говоря шаблонно – землянам только что указали их место.

Положа руку на сердце – пришельцы имели на это некоторое право. То самое спорное в морально-этическом отношении «право силы». Которое, как стало ясно из оброненных замечаний, уже было наглядно и доходчиво продемонстрировано самым сильным и большим мальчикам на том самом «шарике в световой секунде».

Вот уже неделю высокие договаривающиеся стороны не могли прийти к общему решению. Видимо, ее величеству это надоело, и она решила намекнуть, что, на самом деле, «высокая сторона» на этих переговорах только ОДНА.

Послы, что называется, вняли. Правда, чувство холодка в животе было слегка разбавлено любопытством. Всех интересовало, зачем им показали (а им именно показали!) вот эту рыжеволосую девочку. Разумеется, ответ на вопрос рано или поздно будет дан, но хочется же СЕЙЧАС!

На один из вопросов, «кто это?», мог бы ответить русский министр иностранных дел. Буквально секунду он взвешивал за и против. Перевесила чаша «за», на которую легли: повод говорить от лица всех за счет чуть большей информированности и возможность ПОКАЗАТЬ другим коллегам (из землян, разумеется) эту самую информированность. Как минимум, на переговорах это будет нелишним. Ну и заодно «засветиться» перед императрицей.

– В Геленджике, ваше императорское величество, есть аквапарк. Самый большой в Европе. Он, конечно, не такой пафосный, как всякие японские «Купола», но концентрация самых разнообразных аттракционов заслуживает самого пристального внимания! Вот, кстати, Женя, – посол вежливо поклонился улыбчивой рыженькой, – как человек, неоднократно там бывавший, мои слова подтвердит. Уж на что я, сплавщик, а и у меня, знаете ли, дух захватывало на некоторых горках…

– Будет время – заскочу. – Кивнула Кассиопея. – Кстати, господа, знакомьтесь, ее высочество Евгения ни-Ровено ан-Кречет ан-Алехандро.

Рыжеволосая Женя с застенчивой улыбкой помахала ладошкой в ответ на натянутые улыбки и кивки. Посол РФ с удовольствием отметил, что смотрела девочка в основном на него как на единственного здесь землянина, ее знавшего… пусть и заочно.

– Между прочим, ОН уже на Земле… – закрыла вопрос аквапарков ее величество. И мерзко усмехнулась. – «Возмущение в Силе чувствую я».

– Он? – нашел нужным удивиться вслух руководитель МИД РФ. – Кто?

– А, не обращайте внимания, господин Лавров, – это наши семейные заморочки. – Отмахнулась императрица.

Принцессы Розали и Альер, уже севшие на свои места, заняли противоположные концы круглого стола. У многоопытных земных министров и госсекретарей, вообще, сложилось впечатление, что девушки избегают приближаться друг к другу ближе пяти метров.

После слов Кассиопеи они две секунды соображали, а потом… бегом кинулись из зала, чуть не столкнувшись в дверях в коридор.

– Стой, раз-два! – тихий голос буквально заморозил беглянок в дверях.

Обе осторожно покосились сначала друг на друга, потом – на Кассиопею.

– До окончания переговоров и официального вступления в должность протектора земного сектора – никакой суеты и лишней беготни!

– Касси! А куда они? – тихонько (но в тишине зала слышно было отчетливо) спросила рыжая девочка, устроившаяся в кресле по левую руку от императрицы. – Опять Кейдана ловить? А почему они просто ему не позвонят? Они боятся, что он им назначит свидание в разных местах? Или боятся, что назначит в одно время и в одном месте? А для чего?

Кассиопея улыбнулась, бросив взгляд на навостривших уши дипломатов:

– Лягушонок, мы сначала займемся делами, а развлечения подождут… Ты уж поверь маленькой Касси – сегодня будет весело. Мальчик – крепкий орешек, так просто не дастся…Ты, кстати, как? Не волнуешься?

– Я тоже крепкий орешек! – Девочка гордо выпрямилась.

– Отлично! Итак, мои хорошие! Что не так с формулировками? – И опытные тертые земные переговорщики наконец вздрогнули, когда «маленькая Касси» стерла с лица веселую улыбку. – Кому что не нравится?

* * *

[Альер]->[Женя]:

Он находится в режиме информационной невидимости, Жень. Входящих запросов он даже не увидит. А найти его надо срочно – а то дел опять натворит…

[Розали]->[Женя]:

Мама могла бы со своим допуском достучаться до Тайлы, но мама не хочет!

[Женя]->[ВСЕМ]:

А зачем за ним бегать? Разве он сам не придет? Или это у вас такая игра? А кто такая Тайла? Она тоже бегает за Кейданом? А, может, вы его напугали? А это у вас обычай такой – поймать мужа? Аль, а если не поймаешь – замуж больше нельзя?

[Розали]->[Женя]:

Тайла бегает с Кейданом! Оттого и обнаружить его в несколько раз тяжелее.

[Кассиопея]->[ВСЕМ]:

Деточки, а вы не того? Я за вас должна вашу работу выполнять? Или опять бедную Касси на такую толпу мужиков одну натравить хотите? К тому же мне с ними говорить немного не по статусу! Альер, Роза – приступайте! Женечка, а ты спрашивай у дядей, если что-то будет непонятно, хорошо? А я тут, в уголочке посижу тихонечко – полюбуюсь на слаженную семейную работу.

* * *

– Что послужило причиной моего приглашения, Кирилл Вениаминович? И чем я могу вам помочь?

Лобов секунду молчал. Судя по глазам, быстро и оперативно перестраивался на разговор в предложенной тональности. И, возможно, уже даже перестал задумываться, откуда я вытащил его имя-отчество. Или на фоне других странностей (о которых я, даже несмотря на разведку Тайлы, знать ничего не знаю) это была – так – ерунда?

– Вот мы и думаем… – Он широким приглашающим жестом указал на кресла. – Может, это мы можем вам чем-то помочь? Кстати, как мне к вам обращаться? Вряд ли Анатолий Солонцов и Татьяна Розова – ваши настоящие имена.

– Да так и обращайтесь…

Я удобно устроился в кресле, получив от Тайлы уведомление, что она опять будет стоять за левым плечом… И опять «для солидности». Ну, вот нравится ей там стоять, понимаешь! Ну, нравится и нравится – чем бы девочка ни тешилась, лишь бы в перезагрузку часто не уходила.

Волновался ли я? Да ни капли! Весь пиетет перед земным начальством до президентов включительно куда-то испарился. Не исключено, что вместе с потрохами в Тихом океане. Или хватило «прививки» от… тещи. Той, что последняя. Или, как любят уточнять пилоты, моряки и военные, «крайняя».

– Так и обращайтесь. Придумывать что-то другое – нет никакого настроения, честное слово! – Я с улыбкой развел руками.

– Может… чайку? – задумчиво предложил генерал.

Ну, что их так на застолье тянет-то, а? Им за мою поимку премия положена? Внеочередное звание / повышение? Благодарность от командования… кстати, чьего командования?

– Давайте попробуем еще раз, Кирилл Вениаминович: причина и ИСТОЧНИК приказа о нашем задержании?

– Что вы, что вы! – Генерал, кажется, искренне возмутился. – Никакого задержания, Анатолий Владимирович! Если у вас какие-то дела или планы – всегда пожалуйста! Мы вам еще и «вертушку» дадим! И эскорт обеспечим! «Вертушка» – это…

– Это вертолет. Я знаю. Нет, эскорт мне не нужен, а насчет «вертушки» я подумаю. Но мне казалось, что вы поняли мой вопрос правильно. Нет?

Генерал глаз не отвел, хотя мой взгляд выдерживать ему было нелегко. Странно – в Империи я за Кейданом особой властности и жесткости взгляда не замечал. А уж за собой, здесь на Земле, тем более. Или это настроение из меня… лезло? Вместе с первым слоем Янтаря, ага.

– Инициатива… встречи принадлежит нам. – И генерал зачем-то уточнил: – В смысле, землянам.

Вот так вот, дорогой Кейдан! Они уже начали делить – раз есть «мы, земляне», то обязаны быть «они, инопланетяне», верно?

– А были инициативы… с другой стороны?

– Касающиеся вас? Нет, пока не было.

Ой, как мне «нравится» вот это «пока»!

– Ну, а теперь – причина, – опять не очень вежливо подтолкнул я.

Лобов пожевал губами и повернулся к полковнику Засядко:

– Михаил Прокофьевич. А прикажи нам чайку, да? И… это… ну, понял… печеньки там, конфетки… – Он покосился на Тайлу. – Тортик какой-нибудь…

Я тоже покосился на Тайлу, застывшую сбоку от моего кресла, и внес предложение:

– А еще лучше – варенье. Или сгущенку.

– Понял! – Кивнул полковник и вышел наружу, правильно поняв намек командира.

– Сейчас идут переговоры… там… – Генерал ткнул пальцем в потолок. – На Луне. Сами понимаете, информации у нас катастрофически мало…

– …и вести переговоры в условиях недостатка информации о другой стороне тяжело, – подхватил я. – Я вас понимаю, Кирилл Вениаминович, но, поверьте, в вашем распоряжении нет никаких рычагов или возможностей, чтобы управлять ходом ЭТИХ переговоров…

Нет, рычаг у них был – семьи Кречет и Дланиных. Но вот уж кому-кому, а моим бывшим соотечественникам об этом рычаге знать совсем не нужно!

– Кстати, предмет переговоров предварительно был озвучен?

– Установление над Землей… – генерал запнулся, – протектората Великой Тысячезвездной… Империи.

О, крутовато! Я ожидал, максимум, договора (точнее, уведомления) об условно-безвозмездной научно-технической и культурно-образовательной помощи, как это было с предшественниками землян. Может, дело в уровне развития Земли? Все-таки он чуть-чуть повыше, чем, допустим, у того же Картаха, «подхваченного» Империей где-то в середине своей эпохи стимпанка. Лестно, конечно, так думать, но причина вполне может быть и в удаленности, и в моей личности… и в личности Альер.

А может, дело в других формулировках, отточенных за прошедшие века. Мало ли, как будет называться добровольно-принудительное опиз… одаривание высокотехнологичными наукоемкими ништяками. Но в этот раз, кажется, решили особо не щадить чувства аборигенов – протекторат и точка! А разговоры о суверенитете и независимости можете обсудить между собой. Мы не возражаем.

Да может быть сотня причин! Включая настроение ее величества с утра. Я, как и этот «космический генерал» (и его начальство), крайне ограничен в информации. И – ха-ха! – то, что я говорил ему по поводу рычагов воздействия, может быть экстраполировано и на меня, если имперцы обнаружили моих…

Так! Стоп! Какого хрена я в черную меланхолию тут решил удариться?! Это у меня-то рычагов нет?! У меня?! Ха! Да даже если Тайла откажется выполнять мои просьбы-приказы и заблокирует управление «четыреста тридцать третьим» – у меня есть Янтарь, которым я уже вполне уверенно могу накрыть сферу в четыре-пять тысяч километров! До жены с ее десятью тысячами километров мне, конечно, еще не близко, но даже такая дистанция – это крайне неприятно для любой планеты… Правда, я еще не пробовал на такой дальности продуцировать Янтарь более высоких – пятых-шестых – слоев, на которых только и возможно разрушение материи. Ну, да тренировка и еще раз тренировка!

Кстати, то, что я на Земле – это моя ошибка. Серьезный такой косяк. Применять Янтарь тут в деструктивном режиме я точно не буду. Но кто ж знал?! Хм… так я и знал! Розочка столько намеков набросала… правда, она сказала, что «там ничего страшного для тебя нет, поверь». Так хочется поверить. Ну, так хочется! Только вряд ли я имею на это право – как показала практика, критерий «страшное для тебя» у нас с Розочкой не всегда совпадает. То ли дело Касси – рубит правду-матку без всяких метаний!

А на Земле сейчас будет «весело» – это точно. Устоявшаяся система будет ломаться, и к каким потрясениям это приведет – одним звездам известно. Одно сплошное китайское проклятие. Был капитализм различных оттенков – станет монархия… с белобрысым девичьим личиком.

Получается, зря летел. Высокие технологии в медицине сейчас и так появятся, без моего участия… еще и в принудительном порядке. И внедряться будут с умом, а не как у меня…

Или все-таки не зря? И это я по своей привычке на себя же и наговариваю? Вдруг в планах у имперцев, как у Моисея, дождаться смены поколений? И вся медицина будет сосредоточена на молодых и… совсем молодых – младенцах, допустим. Уронить смертность до статистически ничтожных величин – вполне в силах имперцев. А на стариков вполне могут не обращать внимания… Хотя нет, не могут не обращать внимания на стариков: этих «молодых», народившихся в огромных количествах, надо кому-то опекать и воспитывать. Вряд ли для этих целей сюда пришлют армию андроидов-нянек.

Как же паршиво без информации! Может, плюнуть на все, выйти на связь и напроситься к… кто у нас тут главный от Империи, кстати?

– Сочувствую, Кирилл Вениаминович. Вам остается только расслабиться и получить удовольствие. Уж поверьте, торговаться вам с Империей банально нечем. Кстати, кто участвует в переговорах со стороны Империи?

Генерал не обращал ни на мой тон, ни на мои подначки (наверное, это у меня было подспудное желание испортить настроение кому-то еще) никакого внимания – человек, в конце концов, был озадачен целью… или поставленной задачей. Не до мелочей ему, знаете ли.

– Некто Альер ни-Ровено. Говорит, что принцесса.

М-да… Если это то, что я думаю, то меня тоже ждет это гребаное китайское проклятие.

– Если настоящая, то действительно принцесса.

– Так у вас там, правда… – Генерал покрутил пальцами. – Матриархат?

А ведь, действительно, со стороны так и выглядит. Впору похмыкать и поухмыляться. Только настроения для этого – ни граммулечки.

– Во времена Екатерины Алексеевны или Елизаветы Петровны у вас тоже был матриархат?

– О! Вы знаете нашу историю?

Ну, что за глупости его интересуют! С другой стороны, почему ж сразу глупости? Если пришельцы дали себе труд изучить историю аборигенов – это довольно обнадеживающе… для аборигенов. Хуже, когда они в «местных заморочках» разбираться не намерены. Тогда – ой – дело идет ко «Дню независимости».

Вопрос я проигнорировал. Не думаю, что раньше допустил бы такое в разговоре с кем-то старше меня и по возрасту, и по статусу. Хотя статус у меня сейчас – принц-консорт. Что там какой-то местечковый вояка? Интересно, а я все еще принц-консорт? Или официально – уже нет?

– А что там вас интересует? – Я глазами показал на листочек, который генерал подхватил со столика. Вопросы к пришельцам, как я понимаю. – Давайте по порядку.

– Кто вы?

– Я? Или… – Я рукой сделал широкий жест.

– Я бы с удовольствием услышал ответ на этот вопрос во всех его смыслах.

– О себе я умолчу для краткости. Давайте о Великой Тысячезвездной Империи…

* * *

– Остался один-единственный вопрос, ваше величество…

Лавров с огромным удовольствием вот уже час успешно оттирал от переговоров и «американского партнера», и «китайских товарищей».

А больше никто и не лез, кстати. Все, кто чего-то ВЕСИЛ, благоразумно не лезли. «Старая Европа», по врожденной своей привычке, поддакивала, отдав инициативу «большим мальчикам». Индия, такое впечатление, ушла в медитацию и словила нирвану (мудрая нация, что ни говори!). «Латиносы», и американские и европейские, хитро и довольно улыбались – ни китайцев, ни, тем более, гринго они терпеть не могли… особенно в последнее время. Австралия и Британия что-то попытались вякнуть (и, как всегда, не в тему), но этих уже сам «мистер Америка» моментально осадил.

Какую-то ерунду попытались озвучить, скооперировавшись, Япония и обе (!) Кореи, но тут совершенно неожиданно прокашлялась императрица. И непринужденно ввела их в состояние грогги, добавив в конце своей краткой отповеди громкое и внятное «Ня!».

А представители монархий Залива и стран Африки почему-то отсутствовали… и почему-то никто не собирался напоминать организатору переговоров об этой возмутительной дискриминации.

– Какой вопрос, мистер Лавров?

– Наверное, нам уже пора познакомиться с нашим новым… руководством?

Кассиопея улыбнулась широчайше. Одновременно заулыбались Альер и Роза. А вот Женя сильно покраснела.

– Конечно! – воскликнула императрица. – Последний вопрос нашей викторины! Внимание на экран!

Нет, это был не телевизионный экран, конечно. Просто на зрачки каждого из землян проецировался оптический сигнал (одна из функций автоматического переводчика), по которому сейчас транслировалось видеоизображение.

– Кхм… – Керри покосился в сторону Жени. – Некоторое сходство, конечно, есть. Но… вы же не шутите, нет?

– Некоторое? – Императрица посмотрела влево от себя. – Ах, да… Женечка! Другое платьице, другое! То, которое вы с девочками выбрали!

– И прическа! – добавила принцесса Розали. Судя по всему – одна из упомянутых «девочек».

Платье Жени молниеносно преобразовалось в нечто белоснежное с широкой юбкой до пола и высоким воротником. Рыжие волосы взвихрились и сложились в высокую и сложную прическу, в которую были вплетены какие-то ленточки и украшения.

– Вот! – Гордо показала Кассиопея. – Вылитая я в молодости!

– Земля – хлопотное хозяйство, – очень осторожно заметил Лавров. – Справится ли девочка?

– Вы же не думаете, что Женечка останется без помощников? – с явным намеком и ласковой улыбкой поинтересовалась принцесса Альер. – И, уж тем более, будет подвержена лишнему влиянию.

Никто из земной делегации так и не понял, почему «мистер-не-надо-читать-мне-нотаций» торопливо опустил взгляд и промолчал.

– С вашим, с позволения сказать, хлопотным хозяйством справится и ребенок. – Отмахнулась Кассиопея.

– Ну? Мы все вопросы решили? – Розали поднялась.

Одновременно вскочила Альер.

– А обращение к восторженным гражданам Земли? – напомнила Кассиопея.

– Запись уже подготовлена, ваше величество, – торопливо отчиталась Альер, направляясь к выходу. – Основные медиа-узлы под моим контролем.

– Под нашим, – поправила Розали, спеша следом. – Под нашим контролем. Как и все пусковые установки… Ах, да! – Она остановилась. – Господин Керри, господин Лавров, господин Ки. Просто на всякий случай – ваши подводные ракетоносители в случае чего могут быть доставлены нами в любую точку земного шара. Лично я за горы Тянь-Шаня. То же касается и наземных мобильных пусковых установок, мистер Лавров.

– Антарктида! – донеслось из коридора от принцессы Альер. – Южный полюс. Поставим их там красивой звездочкой точнехонько в нулевых координатах.

– Мы понимаем, ваше высочество. – Скривился Керри, быстро переглянувшись с русским и китайским коллегами. – Никаких проблем с нашими вооруженными силами не будет!

– Куда ж вы так торопитесь, кошечки мои? – Вздохнула Кассиопея, когда вслед за Альер в коридоре скрылась Роза. – Жаль, что земной фольклор вами остался не изучен.

– Какой из его разделов, ваше величество? – неожиданно для всех поинтересовался индус.

– Анекдоты. Про двух бычков, стоящих на вершине холма и рассматривающих стадо коров внизу.

– Бычки? – очень-очень осторожно предположил индус, движением брови показав в сторону выхода из зала.

Кассиопея рассмеялась:

– Нет. Бычок на горе у нас один. И в советах он уже не нуждается… но уже сейчас с огромным интересом смотрит вниз, на это самое стадо.

– Я всегда болел за бычков, – с умиротворенной улыбкой поклонился индус и снова ушел в свою нирвану.

– Ни черта не понял. – Тихонько вздохнул американец.

– Не ты один, Джон. – Лавров протирал очки. – Не ты один.

* * *

Генерал стал серым от новостей, и я испытал извращенное удовольствие, испортив настроение ближнему своему. Даже не ожидал от себя такого садизма.

– Не возражаете, если я закурю? Тут хорошая вытяжная вентиляция…

После моего кивка он показал мне пачку «Кента», но я отказался. Одно лишь воспоминание о мерзком вкусе местного табака чуть не заставило меня сморщиться.

– Хотя вредно, да. Понимаю. Говорите, восемьдесят девять флотов? По тысяче вымпелов…

– По тысяче вымпелов выше второго ранга, – поправил я. – Это только флот Империи. Есть еще силы самообороны систем и секторов… ну, не меньше двух-трех сотен вымпелов в каждом. И есть флотилии Имперской службы контроля – ИМСЛУКОН – и флотилии Службы наблюдения за дальним космосом – СНАДАК. В среднем до ста вымпелов каждая флотилия. Число флотилий у каждой из этих служб мне неизвестно.

– Это секретная информация, – неожиданно заметила Тайла. – Но количества флотилий достаточно, чтобы обеспечить внутреннюю безопасность и контроль пограничных секторов… на глубину в десять парсек.

– Восемьдесят девять флотов… – Генерал пытался прийти в себя. – Вы с кем-то воюете?

– Нет… насколько я знаю.

– Тогда чем оправдывается такое количество военных сил?

Я стал загибать пальцы.

– Предусмотрительность императрицы. Здоровая паранойя. Возможность чем-то занять самую пассионарную часть своих подданных. Думаю, есть еще причины, но этим вопросом я никогда не интересовался. Есть такое количество флотов – и ладно.

Генерал схватил чистый листочек и стал что-то вычислять. В столбик. Хоть бы калькулятор взял… или – вон – стационарный компьютер на столе стоит. Ретроград.

– Вы сказали, Империя – сфероид с полуосями примерно двадцать пять и тридцать парсек. Итого объем… Не сходится. При средней плотности звезд в нашем секторе галактики – одна звезда на восемь кубических парсек – это получается чуть меньше десяти тысяч звезд. А вы говорите – чуть меньше тысячи.

Хм… беру свои слова обратно! Продвинутые нынче генералы рулят космическими войсками! Формулу объема эллипсоида я, например, по памяти воспроизвести не смог бы.

– Не все звезды в пределах Империи имеют планеты. Кроме того, далеко не все миры в освоенном секторе колонизированы… по различным причинам. Девятьсот девяносто шесть миров – это только населенные звездные системы… Кажется, до полумиллиона в колонии – уже не считается за населенную систему. Ну, и – сами понимаете – «тысячезвёздная» все-таки благозвучнее, чем «почти-десяти-тысяче-звездная». Кроме того, есть звездное скопление «Красная Линза» – это еще четырнадцать населенных миров. И малые сектора – Серый, Синий и Белый. Еще около тридцати.

Генерал молча слушал. Наконец выдохнул:

– Татьяна Николаевна… может, присядете все-таки? Устанете же.

Смотри-ка! Работает! Тайла своим стоянием все-таки раздражает моих собеседников!

– Не устанет. Она андроид.

Да, это снова мое глупое желание ухудшить жизнь ближнему! Ничем другим свои слова я объяснить не могу… Ну, не попыткой же похвастаться?

– Андроид? – тихим голосом отозвался генерал, во все глаза рассматривая Тайлу.

– Я не андроид! Я Татьяна Николаевна Розова!

«Ты, наверное, устала, звезда моя. Повторяешься. Тебе б поспать…»

«Разумеется! Столько новых впечатлений! Но не могу. Я ж тебя, глупого, охраняю!»

«Меня пока не от чего охранять. А хотя… видишь вот эту баночку с белой субстанцией на столе? Это сгущенка. Очень рекомендую попробовать».

Под внимательным взглядом генерала Тайла присела в соседнее кресло, взяла ложку, взяла банку… и с застывшим выражением на лице оприходовала всю банку сгущенки.

«Вкусно!»

«А теперь – варенье».

«Вкусно! Ничего вкуснее не пробовала!»

Взгляд генерала уже был задумчив. Он смотрел, как Тайла встала, переместилась на диван и вытянулась на нем, закрыв глаза.

– Переволновалась, – объяснил я. – Много эмоций. Надо бы ей апгрейд сделать – а то, чуть что – сразу в спячку уходит.

– Можно воздушное охлаждение замутить! – С закрытыми глазами тихонько фыркнула Тайла. – На голове прическу по типу «афро»… и хороший меховой слой по телу… Не возражаешь?

Я промолчал, а когда генерал уже открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, перебил его:

– Кирилл Вениаминович. Кратко… как начался контакт?

Ну, понятно, какой вопрос сейчас был в глазах генерала: «Так вы, что же, не знаете?!» Но начал рассказывать.

И теперь уже я начал… охреневать от этого сжатого, сухого, как и ожидалось от военного, рассказа-доклада. С первых же слов.

Кейдан все-таки хороший разведчик. Во всяком случае, умеет пользоваться специальной фармакологией почти на одних лишь рефлексах. «Туман» и «Синяя звезда» – эффективные быстродействующие успокоительные. Очень хорошие. Так что, надеюсь, лицо мое не дрогнуло ни одним мускулом. Так и держал мину вежливого внимания.

Глава 17

Хоть и утверждают, что к плохому, в отличие от хорошего, привыкнуть нельзя, но – вот – привык же! Ну и, конечно, отдельное спасибо имперской спецфармакологии.

Я воспринял новости спокойно. Во всяком случае, без сжимания кулаков, скул, глаз, сфинктеров и прочих мимических мышц. Сидел и расслабленно слушал «космического генерала». А уж что я там внутри себя чувствовал… да кого это волнует?

– В двенадцать десять по Москве неизвестные одновременно проникли в здание Генштаба на Фрунзенской и в тренировочные центры «Кубинка» и «Сенеж». Положили всю охрану, весь наш хваленый спецназ. Без единого выстрела. Как-то вырубили. Но все живы-здоровы, да. И через десять минут исчезли. Вместе с ними пропало триста шестнадцать человек. Включая начальника штаба, всех его замов и высший комсостав. Президент нажал на Большую Красную Кнопку – «борт номер раз» в воздухе, стратеги в воздухе, АПЛ вышли в море, «Тополя» проросли в самых неожиданных местах, двенадцатый Главк срочно развозит изделия по местам развертывания средств доставки. Ну, понятно. А мы сидим и молимся. Ну, и «партнеры» слегка приху… удивились. Тоже нажали на кнопку и стали названивать, интересоваться: «Вы чего это, ребята?» Очень осторожно так интересоваться. Одиннадцать часов страна стояла на ушах. И весь мир – за компанию. Ну, всегда так было, когда мы на уши вставали. А потом все пропавшие появились. Все. Потом узнали, что пропало людей даже больше, чем думали вначале. На тот момент не знали об изъятых из числа тех, кто по каким-либо причинам не был на работе – отпуска, командировки, отгулы… Их, оказывается, тоже замели. Итого – под пятьсот человек. Что характерно, любезно возвращали туда, откуда брали.

– И?

– Ну, вежливо сказали «партнерам», что проводили масштабные учения – что мы им, докладывать всякий раз должны, что ли? Стали разбираться с найденышами. Все живы-здоровы, ага. Без каких-либо следов… физического воздействия. Но не совсем адекватные – о чудесах рассказывают. Дескать, инопланетяне их похитили. И задавали инопланетяне им всем один и тот же вопрос: «Кто и как продал Елену Кречет?» И фотографию девушки при этом показывали. И спрашивали так, что умолчать было невозможно.

В этом месте предполагалось, что я что-нибудь скажу или как-то прореагирую. Нифига – я упорно молчал, равнодушно рассматривая генерала.

– Двадцать три товарища, которые, оказывается, нам совсем не товарищи, со слезами и соплями каются в грехах с такой силой, что не успеваем записывать. Отвечают на любые вопросы. Всякое рассказывают, но к Лене Кречет их рассказы никакого отношения не имеют. А вот один… с ленточкой, завязанной бантиком на шее. Черненькой. И снять ту ленточку мы не можем. Никак. Этот, с бантиком, был полностью невменяем – покаянный текст твердит, как магнитофон. По кругу. Заткнуть тоже не можем. С контактами и датами, адресами и паролями. И весь его текст – рассказ о том, как он продал оперативного аналитика Елену Кречет и ее семью нашим «партнерам», когда та была за границей…

– Что за Елена Кречет? – Наконец «родил» я.

Спокойно так спрашиваю. Лениво, мирно и равнодушно. Хорошая фармакология в имперских спецслужбах. Правильная. Конец света можно смело встречать с тихой улыбкой Будды на лице.

– Елена Викторовна Кречет. Простой бухгалтер одной из подмосковных военных частей. По документам. По факту – оперативный аналитик ССО.

Я посмотрел на Тайлу.

«Тайла, что такое оперативный аналитик ССО?»

«В сети об этом ничего нет, Кей. А ССО – это, скорее всего, Силы специальных операций. Кей… пожалуйста, осторожней с успокоительным – ближайшая реакапсула только в истребителе».

Странно. Чтобы чего-то не было в сети – такого не бывает! Ну, а предупреждение я, разумеется, пропустил мимо ушей – исключительно правильный пофигизм. Всегда бы так.

Генерал понял наши переглядывания правильно. Стал объяснять:

– Оперативный аналитик Сил специальных операций. Ну, вот сидит девочка где-нибудь в Подмосковье, получает вводную на подготовку спецоперации. Готовит эту операцию: уточняет контакты местной агентуры, уточнение маршрутов движения, провод денег по счетам, заказ срочной разведки нужных объектов… Да, вот хотя бы у нас, космических войск, уточняет «окна» пролета чужих спутников и заказывает съемку, даже какую-то номенклатуру специального снаряжения готовит. Ну, и, разумеется, – план, взаимодействие, расписание… даже прогнозы погоды… Все-все-все должна предусмотреть, вплоть до фаз луны, от которых зависит освещенность ночью! Не одна, разумеется – там целый коллектив таких же девочек и мальчиков работает над задачей.

Все предусмотреть? «Фазы луны»? Да, что-то такое было…

* * *

– Лен, ты опять до утра сидишь?

– Финотчет, Толь! Горим! До пятого числа – кровь из носу! Я настольную лампу себе включу… а ты спи-спи…

– Помочь?

– Ни-ни… программисты и бухгалтерия несовместимы. Спи… Стой, не спи! Ты-то наверняка знаешь: десятого февраля где на небе будет находиться Луна, если смотреть из Феодосии? Ночью.

– Какие, однако, суровые у вас требования к ведению бухгалтерии! Даже фазы луны нужны! Может, еще и созвездия, в которых будет находиться Луна?

– Ни-ни, фазы не нужны. Только восход и закат. Хотя… фаза – это ведь фактически площадь отражающей поверхности, да? Фазу тоже давай! И это не для бухгалтерии, это я со знакомыми на форуме ср… Та-а-ак! А чье это любопытное ухо торчит из-за двери?!

– И вовсе оно не торчит! Ма, а можно я тоже на форуме посру…

Хором:

– Лягушонок! Марш спать!

– Ну, пап!!

– А что сразу «пап»? Я вот тоже иду спать.

– Ну, ладно… тогда я тоже иду спать…

– Хм… Лягушонок! Твоя кроватка в другой комнате!

– А мама все равно будет за компом до утра сидеть! Так что я у тебя сегодня за маму! Вы ж все равно ничем таким заниматься не будете, да? А почему вы смеетесь? Я что-то смешное сказала?

– Ладно, Лен, я ее потом отнесу… Говоришь, Феодосия десятого февраля? Это, кстати, Россия или Украина?

– Украина… А вообще, зависит от фаз Луны, хи-хи…

– Твоим подружкам повезло! В феврале в Крыму – почти исключительно лунные ночи! Правда, по такому холоду в лунной дорожке твои подружки вряд ли пойдут купаться.

– Они у меня закаленные. А фаза Луны какая?

– Нарождающаяся с седьмого числа. Будет очень светло. Я тебе таблицу скинул.

– Ага, вижу… О! Двадцать третьего восходит уже только в три-сорок. Отлично! Значит, двадцать четвертого! Как раз понедельник, солдатики и милиция отмечают москальский праздник, головка бо-бо…

– Какие-то странные у тебя подружки. На дело собрались темной ночью, что ли? Не понимаю! В феврале могли бы в более теплые края податься. Таиланд, Индонезия…

– Всему свое время! До Юго-Восточной Азии мы как-нибудь потом доберемся – никуда она от нас не денется, хе-хе! А, вообще, подружки у меня экстремалки. Очень, кстати, модная тема в последнее время. И почему, если отдых, то обязательно море? Вот, некоторые, например, горы предпочитают! Лягушонок! Либо ты закрываешь глазки и спишь, либо идешь в свою кроватку!

– Ма! А у папы новая тетя на компьютере!

– Лягушонок! Что ж ты папку-то палишь! А ну, стой! Иди сюда и получи заслуженное наказание – нечего за маму прятаться! Иди сю… Эй! Эй! Лен, я в твой комп не заглядываю! Комп – это очень личное и даже интимное!

– Ага! Лягушонку, значит, можно на девок в твоем компе смотреть, а мне – нет?! Комп – это инструмент! А вы, программисты, из него какой-то фетиш делаете!

– Мам, а что такое фетиш? А разве на компьютере не играют? А еще там фильмы смотреть можно!

Хором:

– Лягушонок! Спать!

– Лен, вот эти вот слова – это ж типичное бухгалтерское заблуждение! К компьютеру нельзя относиться так… бездушно! Оттого на вас, бухгалтерах, компьютеры и виснут!

– На мне ничего не виснет – на мне все стоит! Кстати… эта… девушка, с позволения сказать, получше предыдущей будет – та какая-то пошловатая была… Это роботесса? Киборг?

– Это андроид, Лен. Просто андроид. И – да – в прошлый раз твоя критика была учтена, и я нашел самого красивого андроида на просторах сети!

– Кого-то она мне напоминает… что-то из классики.

– Па! Па! А что такое андроид? Ма, а что такое киборг? А чем киборг отличается от андроида и чем похож на роботессу? А почему андроид лучше, чем Скарлетт Йоханссон, которая лежала на папином столе раньше?

– Андроид – это робот с человеческим лицом… и телом. (Ух, ты!) Киборг – это человек с роботизированными органами. (Ух, ты!) А Скарлетт Йоханссон ничем не хуже андроида… ну, на мой мужской замыленный взгляд! (Точно, па!)

– Так! По-моему, кто-то хочет идти спать в СВОЮ кроватку!

– Хррр… хрррр… хрррр…

– Не совсем правильно, Лягушонок! Так храпит мама, а ты должна спать тихонько, как настоящий лягушонок!

– Лягушата квакают!

– Квакают взрослые лягушки, а лягушата спят тихо!

– Эй, это когда я во сне храпела?!

– Хи-хи-хи…

Хором:

– Лягушонок, спать!

* * *

– …и, конечно, проводит эту операцию. Ну, не лично проводит, разумеется. И даже не на месте. Следит за тем, чтобы выполнялся план операции. Причем тут, в Подмосковье на базе. Через спутниковую связь. И помогает руководителю операции изменять план в случае, если меняются внешние условия. Так что, поверьте, эти девочки и мальчики знают очень и очень много. Находка для разведки. Чужой. Если б знали их личности и точно могли определить конкретные операции, которые они готовили и обеспечивали – похищали бы даже внутри страны, без вывоза за рубеж – десять часов интенсивного допроса и – все…

А я спокоен. Я совершенно спокоен. Ленка! Леночка, милая! Как же тебе хватило смелости (глупости, дурости, бесшабашности, наглости) выйти замуж и родить дочку при такой-то работе?! Или – взяться за такую работу при наличии семьи. С другой стороны, и такую работу кто-то должен делать. Как там у вас… «Кто, если не мы!»?

– Как же она оказалась за границей с семьей, если она невыездная и занимается такими серьезными вопросами?

Да-да… я ж говорю – чудо-таблеточки мне жена «сосватала» – я даже какие-то выводы умудряюсь делать и нестыковки находить!

И не расстраиваюсь тому, что глаза генерала полыхают восторгом контрразведчика, таки разоблачившего шпиона. Откуда, дескать, залетному инопланетянину знать такие тонкости, как практика запретов выезда за границу для некоторых категорий граждан, верно? Пусть радуется – жалко, что ли?

– Так в том-то и дело! По документам и официально – простой бухгалтер! Часть легенды! Дескать, совершенно обычная девочка, которая ничегошеньки секретного не знает. Вот, типа – ее даже не боятся за границу выпускать! Разумеется, выезжать за границу таким людям не рекомендуют, но вот тут… уговорили. Расписали красоты Гавайев. Через ее мужа – его доброхоты, оказывается, месяц обрабатывали рассказами. Он-то, оказывается, во Вьетнам хотел. Доброхотов мы нашли, а толку – их втемную использовали.

Он помолчал. И я молчал. Действительно, мне расписали гавайские красоты мастерски – ссылки на ролики подсовывали, на турагентства выводили. И путевочка подвернулась очень вовремя и очень недорого. Получается, в происходящем и моя доля вины есть? Это ведь мне принадлежала идея всей семьей отправиться на Гавайи.

– Елена Кречет не вернулась с морской прогулки на зафрахтованной яхте. Вначале думали – перебежчица, предательница. Ну, как принято – сразу взяли в работу самый паршивый вариант. Была одна-единственная нестыковка – свою дочь Кречет оставила в отеле, а вот мужа забрала. И это не лезло ни в какие ворота – для человека с ее опытом планирования подобных операций…

Генерал показывал мне карты, справки, какие-то документы, извлеченные из стандартной картонной папки – я впервые видел полностью оформленный титул – номер дела, шифры секретности, печати и пометки. А в фильмах показывают, какие у нас спецслужбы продвинутые – «все на компьютере». А тут – дело Лены Кречет лежит внутри картонной папки с белыми веревочками-шнурками.

– Сейчас восстановили картину почти полностью. Американцы, видимо, тоже дожатые оттуда, – генерал глазами показал в потолок, – подбросили материалов. Лена Кречет заметила слежку. Сообразила, к чему идет дело. Понимая, что ее будут колоть через мужа и дочь, оставила дочь в отеле и отправилась на морскую прогулку. С мужем. Уж не знаю, как (и америкосы не знают) – вычислила куратора операции, напросилась к нему на яхту. Буквально за несколько минут до начала операции по своему похищению. Ну, он и клюнул – решил, что нечего усложнять операцию, когда объект сам на яхту идет. Отправил радиограмму на военный борт, крутившийся недалеко, дескать – ждите подарочек.

Точно, так и было. Лена как с цепи сорвалась, вцепившись клещом в этого гавайца, владельца «Дочери южных морей».

– Что было дальше – достоверно неизвестно. Но, судя по пробитому пулей спасжилету со следами крови, который нашли там, где всплыл аварийный радиобуй, она как-то заставила куратора застрелить своего мужа. А потом – поспособствовала взрыву яхты…

– И таким образом вывела дочь из-под удара? – Голос мой был спокоен, ага.

– Да. Пропал всякий смысл похищать Женю Кречет. Операция была тут же свернута.

– А почему не вывела из-под удара мужа? Могла бы одна на эту яхту…

Сказал и сам устыдился. Я бы ее одну…

– Он бы ее одну не отпустил – отношения у них были… такие. – Уж не знаю, что обо мне думал генерал (да и плевать на это было), но посмотрел осуждающе. – В случае каких-либо резких движений – попыток имитировать ссору с мужем или еще что – захват последовал бы незамедлительно, и тогда у нее уже не было бы никаких возможностей для самостоятельных действий.

Я помнил, какой был секс с Леной в каюте яхты. До сих пор помню. Как в последний раз. Именно, что в последний раз. Это она прощалась, получается. Надеюсь, не просила у меня прощения? Ситуация, судя по рассказу, у нее была безвыходная, и у меня нет причин ее винить.

– Мне бы с этим… который с ленточкой… встретиться бы, – тихо выдавил я.

Генерал смотрел серьезно и понимающе. Ну, а как ему еще на меня смотреть? Надо ж втираться…

– У аквариумных – свои традиции, скажем так. Напился пива, пошел купаться, пропал, ищем… Через пару лет – некролог, награждение посмертно, соболезнования родным и близким от командования, пенсия детям… А пока – засекреченный документик с разъяснениями для внутреннего пользования. Так что встречаться там уже не с кем – одна ленточка и осталась… невредимая. Она, оказывается, даже в печи крематория не горит. У нас такое не прощают. Да нигде такое не прощают. В «аквариуме» вообще прошла ночь утопленников и сердечников. Да и ленточка эта… к тому моменту на президента уже вышли… – Он глазами снова показал в потолок. – И люди в разведке посчитали, что ленточка как бы намекает на то, что уродец… отдан в полное наше распоряжение.

Опять молчали. Внутри была пустота. Абсолютная. Генерал почесал подбородок и посмотрел на меня… странно. Поежился и снова закурил. А ведь нервничает. И вряд ли играет. Очень сильно вряд ли. Наконец, стал рассказывать то, из-за чего нервничал:

– В тринадцать сорок, то есть спустя час, как неизвестные закончили потрошить генштаб, какая-то женщина встретила Женю Кречет, дочь Елены Кречет, возле школы…

И генерал стал рассказывать про Женю. А я только дозу «Тумана» увеличил… Еще немного – и с катушек съеду. Тайла, кажется, хотела что-то сказать, но промолчала почему-то… во всех диапазонах. Спасибо тебе, Тайла, огромное!

А он все рассказывал-рассказывал… и про то, что девочка, оказывается, училась в школе, у которой не совсем обычная охрана, и предназначена эта школа именно вот для таких деток, у которых не все в порядке с родителями, бывшими на госслужбе… и про то, что эта самая охрана ничего не смогла сделать, и про то, что все камеры не показали ничего подозрительного… И отдельно упомянул какого-то ветерана Сергея… почему-то с грузинской фамилией, который, заработав себе сердечный приступ, сумел все вспомнить и поднять тревогу… И фоторобот Альер показывал – это она, оказывается, Женю забрала, но этот грузинский Сергей ее все-таки вспомнил… И, что характерно, представилась Альер этому Сергею именно, как Елена Кречет, хоть и не похожа на нее была совсем.

– Погодите! – остановил я его. – Так это было не похищение?

Генерал покивал:

– Оперативники кинулись к семье старших Кречет – а там семья чаи гоняет! Это родители Анатолия, мужа Лены Кречет. Вместе с родителями самой Лены – Дланиными. И Женя на месте. И эта… женщина. Полезли с вопросами. Зря полезли, конечно – их эта мадам с лестницы спустила. Одна. Пятерых мужиков в брониках и с автоматами. «Броники» – это…

– Это бронежилеты. Я в курсе. Продолжайте.

– Ну, оцепили, конечно, дом. На всякий случай соседей вывели. Хотя возможность штурма никто всерьез не рассматривал. Да и зачем? Взрослые довольны, ребенок смеется. А что подготовленную группу оперативников в полном обвесе с лестницы спустили – ну, бывает!

Он даже руками развел: дескать, входить в горящие избы, останавливать на скаку коня и спускать с лестниц спецназовцев – это у наших девушек традиция такая, ничего из ряда вон выходящего, и мы уже привычные.

– К двадцати двум ноль-ноль квартира Кречет уже была пуста. Куда исчезли – неизвестно. Прослушка квартиры и до этого ничего не давала – один белый шум в динамиках, ничего не слышно. Обратили внимание, что свет в окнах не зажегся, несмотря на вечернее время. Осторожно сунулись… ну, вежливо позвонили перед этим, конечно. Квартиру осмотрели – следов борьбы нет. Газ закрыт, электричество отключено, мусор вынесен, холодильник освобожден от продуктов… только вот кошку не забрали. Не забыли, нет. Просто, кошка гуляла, а утром в подъезде под закрытой дверью мяукала… Кстати, кошку сейчас сюда везут – может, вы… передадите, а?

И хитрыми глазками на меня смотрит. А мне плевать на Муську. Мне на все сейчас плевать.

– А на следующий день события начались у… «партнеров». Пропал авианосец «Винсон» и кто-то из командования Тихоокеанского отдела разведки… курирующий в том числе район Гавайских островов. В отличие от нашего случая – с концами… ну, по нашим сведениям с концами…

Тайла встрепенулась:

«Кей! По всем местным каналам связи идет одна и та же информация!»

А я лениво так думал. Когда по всем каналам идет одна и та же информация? За пять минут до Нового года и в момент объявления воздушной тревоги по всей стране. До Нового года стране еще дожить надо, а вот второй вариант…

Подумалось, что имперцы вполне могли решить мой вопрос (и Земли заодно) кардинально – спровоцировать полномасштабный ядерный конфликт.

Не, ну а чё? Если Лена-Альер прошла через тот же Янтарь, то высока вероятность, что обзавелась она не только памятью Лены, но и теми же способностями, что и я. А то и круче – все-таки, она УЖЕ обученный суперэнергет! Да еще и из семьи императрицы – совсем хорошо, никаких вопросов к ее лояльности.

Даже если это не Альер, а Лена… дочку вытащила – и на том спасибо. Опять-таки неизвестно, какое условие ей выкатила императрица. Вполне может быть, что «или-или» – или Женя, или Кейдан-Толя. Великие Звезды, да я бы сам заставил ее сделать выбор в пользу Жени, если б от меня что-то зависело!

Кстати, какое там подлетное время к Москве? Пятнадцать минут? Можно дистанционно поднять истребитель и дать приказ автоматике сбивать все болванки в полусфере радиусом двести километров… Как раз и Москву прикроет. Защита истребителя с этим справится – чтобы ее, защиту, перегрузить, нужно что-то посерьезнее, чем тихоходное земное оружие. Только вот что потом делать? С Империей мне не справиться.

«Что там? Воздушная тревога?»

«Нет. Тебе лучше самому посмотреть…»

А на улице неожиданно вскочил телохранитель генерала (видимо, получил сигнал по носимой рации) и, постучавшись, вбежал в домик:

– Товарищ генерал-майор! Телевизор!

– Какой канал? – деловито уточнил мой собеседник, подхватывая пульт со стола.

– Любой!

Генералу, видимо, пришла в голову та же мысль, что и мне – он снова побледнел. Щелкнул в сторону полутораметровой «плазмы», висящей на стене.

С экрана на нас смотрел президент… тот же, что был, когда мы с женой уезжали в отпуск. И не только смотрел, но и говорил:

– …в различных сферах науки и промышленности. Длительная многолетняя программа рассчитана на постепенную модернизацию всех отраслей…

Люди на улице уже шевелились, бегали. Упорядоченно стали перераспределяться – но не вокруг нашего коттеджа, а в сторону забора. Только один тащил в нашу сторону объемный чемодан… кажется, какая-то электроника… наверное, средства связи? Все-таки целый замком космических войск.

– …добрососедства и взаимопонимания. Дорогие сограждане! Представляю вам куратора программы по развитию Земли, ее высочество Евгению ни-Ровено ан-Кречет ан-Алехандро!

Картинка сменилась…

Вот тут все мое хладнокровие дало трещину. Хорошенькую такую трещину. И все упомянутые мимические мышцы… задергались. Хорошо, генерал в это время разбирался с аппаратурой связи, доставленной посыльным и водруженной прямо на полированную поверхность рабочего стола, и в мою сторону не смотрел.

Женька выросла. Сколько ей сейчас, получается? Уже десять. Даже, к одиннадцати идет. Выросла. Но не так, чтобы сильно. Хотя неведомые стилисты умудрились из десятилетней девочки сделать пятнадцати-, шестнадцатилетнюю девушку. Белый флотский мундир с золотыми вставками, непривычная прическа «костер на голове».

Улыбка прежняя. Глаза прежние.

– Земляне! Я, принцесса Евгения ни-Ровено, волею ее императорского величества Кассиопеи ни-Ровено рада приветствовать братьев по разуму от лица народов Великой Тысячезвездной Империи! В сей радостный час…

И голос прежний. А слова… ну, неплохо подобраны. Море пафоса, океан обещаний… Хорошо, угроз пока нет. Но, видимо, угрозы будет озвучивать кто-то другой. Беловолосый и голубоглазый. И кое-что уже продемонстрировали, чтобы адресат был в курсе – «за нами не заржавеет!» и никакие бункеры в случае чего не спасут.

– А глазки – папины. – Ухмыльнулся расслабившийся генерал, со значением покосившись в мою сторону.

Нет, генерал, ты не прав. Это очень дискуссионный вопрос был в разговорах с друзьями и знакомыми – у ребенка глазки мамины или папины? Ребенок на этот дурацкий вопрос был научен отвечать однозначным и абсолютно правильным «у меня МОИ глазки!».

Камера отъехала назад. За спиной Жени стояли… Розали в своем красном мундире ИМСЛУКОН и Альер в черном мундире командующего СНАДАК. И мило улыбались землянам, не подозревающим пока о змеиной сути этих улыбок. Представляю, какие мегалитры слюны выделила мужская часть человечества от лицезрения этой опасной красоты.

А что? Женя – «лицо» этой самой «программы развития Земли», а вот эти две змеюки займутся вплотную практической ее реализацией… И никто пикнуть не посмеет: десять имперских истребителей – по паре на каждый населенный континент – парализуют все земные ВВС и ПВО… при необходимости. И не лично «змеюки» Землей будут заниматься – наверняка привлекут опытного системного или планетарного администратора, который будет действовать от имени Империи и Жени.

– Вот! Вот! – заметил генерал и невежливо ткнул в Альер.

Он поворошил папку и достал лист бумаги, который мне уже демонстрировал:

– Судя по фотороботу, именно эта женщина встретила Же… ее высочество Евгению ни-… как же там?.. после школы.

– Принцесса Альер ни-Ровено ан-Алехандро, – проинформировал я. – А справа – принцесса Розали ни-Ровено ан-Кадагри… Директор Службы наблюдения за дальним космосом и директор Имперской службы контроля соответственно.

– Ого! А вам… простите за вопрос… кем приходятся вышеупомянутые?

Ну, умный дядя. То ли догадался, то ли не так уж я и владел своими… мимическими мышцами, то ли мой взгляд на экран меня выдает с головой.

– Розали – жена.

– О-о-о! А ее высочество Альер? – не отставал генерал.

Оставалось пожать плечами:

– Теперь даже и не знаю. Боюсь, что тоже. – И видя неподдельное удивление на лице генерала, пояснил. – В Империи разрешена полигамия. К несчастью. Но – в любом случае, так или иначе – родственница.

– О! Так это какие-то семейные… дела?

На это я, разумеется, не стал отвечать. В конце концов, это, действительно, наше… внутрисемейное дело.

– Активное сканирование! – снова подала голос Тайла. – Вызов на твое имя по общей несущей! Меня засекли, но не локализовали!

– Приоритет вызова?

– Общеимперский «Сиал». Сигнатура Розали. И сигнатура Альер.

Значит, пока не теща. Пока это только жена меня ищет… или жены?

«Игнорировать. Сколько времени моему истребителю лететь сюда?»

«Двадцать семь секунд. Но тогда нас быстро обнаружат, Кей!»

А что делать? Земные службы и спецслужбы вот-вот перейдут под командование Империи. Потом этот генерал получит звонок – сдать пришельца высоким покровителям. Или команда пройдет – найти и доставить. Или сообщить, где видели – задерживалка и доставлялка на меня у них пока не выросла.

«Мне надо перетереть с ее величеством. И не на Земле. На Земле я с ней говорить не хочу. А вот на Реале вполне можно… пообщаться».

– Спасибо за чай, Кирилл Вениаминович. – Я поднялся.

– Всегда пожалуйста… Ваше высочество! Рад, что понравилось. Вы… заглядывайте, если что.

Генерал расслабился. И, вообще, находился в том состоянии, когда появляется непреодолимое желание хорошенечко накатить после успешного «спихнутия неспихуемого».

– У меня остался только один вопрос, Кирилл Вениаминович. Это вы меня вербанули, или я – вас? Ну, во всяком случае, как это будет проходить по вашим документам?

Генерал некоторое время молчал, а потом рассмеялся:

– В современном мире это часто взаимосвязанные явления, Анатолий Владимирович. Вы со мной «топ-секрет» поделились – я вам папочку «совершенно секретно» тоже показал. И документов никаких не будет, не волнуйтесь. После известных событий все вопросы, связанные с вами и вашей очаровательной спутницей решаются без всякого бумагомарания. Если обратили внимание, я даже компьютером в вашем присутствии не пользуюсь. И телефон мой выключенный в сейфе лежит. И все камеры на Даче сейчас обесточены.

Ну, логично. Как бы там дело дальше не повернулось, а всегда полезно, когда у тебя есть лишний контакт в стане… «партнеров». Да еще и, судя по супруге (супругам?), – не последний человек.

* * *

– Внимание! Сектор «Мон-четырнадцать», – сообщил один из операторов на мостике командного крейсера «Тухало», дублируя сообщение системы. – Высокоскоростная воздушная цель – характеристики легкого имперского истребителя! Сигнатуры отсутствуют, на запросы не отвечает!

– Ну, наконец-то! – Выдохнула Розали.

– Район Москвы, как я и говорила, – заметила Альер. – Поучаствуешь? – Она повернулась к Розали. – Ты, говорят, неплохой пилот.

Кресла Розали и Альер были расположены рядом. Правда, кресло Альер, как начальника Службы, находилось чуть впереди.

– Ни-ни-ни… Это ты у нас «плохая девочка» – вот ты и подставляйся. Не хватало мне еще за собственным мужем бегать! К тому же это будет опасно – я могу вывести из строя все системы его истребителя… включая систему спасения. А что такое? Я тебе уже надоела?

Альер пожала плечами и приказала:

– Звенья с четвертого по десятое, старт! Протокол «Охота-три».

– Ого! – Удивилась Розали. – Двадцать восемь истребителей на одного Кейдана? Не многовато ли, сестричка?

– Не хочу рисковать. Если он сумеет проскочить, Касси с нас шкуру спустит.

– С тебя спустит, – поправила Роза. – С тебя. Ведь это благодаря тебе он сейчас вне себя от ярости.

– Ну, ты тоже не без греха…

– Ни-ни… Я его спасла. Пусть он и не нуждался в спасении. Но чистосердечное намерение идет в зачет! Так что плюсик я честно заработала!

Альер фыркнула и отвернулась к подчиненным:

– Группы «Донка» и «Брайан» – установка грависети над европейской частью России! Высота – двести. Группы «Хран» и «Тавир» – патрулирование над сетью.

Розали посерьезнела и тихо спросила:

– Ты уверена? Если он влетит в «сеть» с поверхности – кусков не соберем!

– Он ведь с этой твоей… Тайлой. Она подскажет ему единственное верное решение – снизить скорость до минимума и ждать спасателей. К тому же ты говорила, что он тоже хороший пилот – а хороший пилот должен знать, что маневрировать в грависети невозможно.

– Какие мы самоуверенные! – раздался от шлюза довольный женский голос.

Операторы и присутствующие офицеры не дернулись, так как находились при исполнении. А вот Розали и Альер поднялись и прижали правый кулак к груди.

– Что, сноечки, охотимся?

– Восстанавливаем порядок на вверенной территории, ваше величество, – ответила Альер, как старшая по положению на мостике.

– Ню-ню… я тут, в уголочке посижу – понаслаждаюсь совместной семейной работой. Женя, а ты за кого болеть будешь? За Альер или за Розали?

– За Кея!

– Почему? – Кажется, Кассиопея искренне удивилась.

– Потому что ты за него болеешь! – Женя обезоруживающе улыбнулась.

– Молодец! Такая юная, а уже чувствуешь генеральную линию партии!

Альер хотела что-то сказать… видимо, какое-то замечание, касающееся нахождения ребенка на боевом посту крейсера, но Кассиопея ее опередила:

– Протектор Земли – имеет право. Как минимум. Привыкайте, сноечки мои! Привыкайте!

* * *

Когда мы уже выходили на крыльцо, генерал, пожелавший нас проводить, добавил:

– К тому же тяжело вербовать того, чьего имени даже не знаешь. – И тут же, избавляя от необходимости отвечать на заведомо риторическую сентенцию, уточнил сугубо практический вопрос: – Вас куда доставить?

– Никуда доставлять не нужно. Мы – своим ходом.

Очень кстати над нашими головами сбросил маскировку угольно-черный «кинжал» истребителя «Сичаки-501».

– Ох ты ж! – Генерал-майор Лобов даже присел от неожиданности. – Однако, красавец!

– Кей! Нас нашли! – крикнула Тайла вслух.

– Всего хорошего, Кирилл Вениаминович.

Транспортная система истребителя подхватила нас с Тайлой и втащила в пилотскую кабину. Со стороны, наверное, выглядело, как похищение людей инопланетянами.

«Муську так и не забрали, – мелькнула мысль. – Но куда я ее тут, в кабине, дену?»

– Системы готовы, пилот! – сообщил компьютер истребителя. – Статус?

– Режим «Боевой». Снять ограничители. Разблокировать вооружение.

– Принято, пилот!

– Кей… может, не надо? – тихонько прошептала Тайла.

– Скинь мне свои последние бекапы, Тай.

– Не могу… – Она шмыгнула носом. – У тебя место на ИБК закончилось.

М-м-мать!

– Ну, тогда постараемся не угробиться.

Глава 18

Надо быть добрее к людям! Относиться к ним с благодарностью!

Я вот, например, благодарен Розе. И Альер. И даже Лене, если Альер – это она. Например, за то, что не пришлось сейчас пережевывать мозгами всю полученную от генерала информацию, погружаясь в серые пучины безрадостного настроения.

Ну, и Кассиопее до кучи – тоже огромное спасибо! За прелестных, с позволения сказать, дочерей и внучек. За то, какие они выросли добрые, кроткие и скромные.

Вот потом… потом обо всем этом подумаю, когда эмоциональная составляющая хоть чуть-чуть сгладится и можно будет проанализировать без трагического залома рук и драматических соплей.

«Я подумаю об этом завтра». Ага! Именно так. Очень удобно.

Сообщение о том, что нас, как кастрюлю крышкой, накрыли грависетью диаметром в три тысячи километров, я воспринял с облегчением. А когда Тайла выдала информацию о том, что под «крышку кастрюли» с разных сторон лезут, как минимум, пять истребительных звеньев и сейчас осторожно крадутся к центру этой кастрюли…

И если учитывать, что центр «крышки кастрюли» находился аккурат над «дачей космического генерала», можно сказать, что обнаружили нас с точностью до метра.

Эту новость я встретил с неподдельным энтузиазмом!

Потому что непреодолимо хотелось что-нибудь сломать, взорвать, разрушить. Сделать что-нибудь деструктивное. Выплеснуть из себя напряжение, скопившееся внутри… и которое успокоительные средства (сейчас уже благополучно нейтрализованные) лишь только «заперли» на некоторое время внутри сознания, не выпуская наружу.

Ну, как «благополучно»… С учетом принятого только что боевого коктейля «Белая звезда» ждет Кейдана пока-еще-ни-Ровено захватывающее пребывание в медкапсуле с программой интенсивной чистки организма. И, желательно, в ближайшие два-три часа. Ну, если только я не планирую полностью менять печень и почки. И, крайне желательно, под присмотром Тайлы (про Кошмарика даже не заикаюсь) – все последствия неумеренного потребления боевой химии стандартные программы предусмотреть не могут, увы – всегда какие-нибудь индивидуальные особенности организма вылезают. Тем более, когда дело касается энергетов. А я – какой-никакой, а таки энергет, да. Возможно, даже с приставкой «супер».

Отметки истребителей противника (да, наверно, все ж таки противника, а не врага… в меня ведь с орбиты не шмаляют, а аккуратно пытаются зажать аж двадцатью (прописью – «двадцатью»!) истребителями) на тактической карте по окружности «грависети» располагались неравномерно. В районе Баренцева моря наблюдался «просвет». И такой явной подставой несло от этого просвета, что рванул я перпендикулярно – в сторону Уральских гор.

Почему не в противоположную? Потому что, если пилотами истребителей рулит моя дражайшая (та, которая самая первая, из прежней земной жизни – специалистка, как оказалось, по удаленному управлению спецоперациями), то поступать нужно асимметрично, алогично… глупо и непредсказуемо.

Путь наверх был для нас закрыт: грависеть, увы, очень действенное средство заграждения чего угодно от кого угодно. Это – натурально сеть, составленная из «узлов» – источников высокой гравитации и одновременно постановщиков защитных полей. Сфера распространения гравитационного воздействия и площадь защитного поля ограничены тремя-четырьмя километрами. Этого хватает, чтобы перекрыть шаг сетки – узлы расположены на расстоянии двух-трех километров. Эдакие миниатюрные «черные дыры» с управляемой гравитационной границей. Расположена вся эта красота в несколько слоев – до десяти, обычно. Такой вот двадцати-тридцатикилометровый слоенный гравитационный «Наполеон» получается.

Космический аппарат, влетевший в эту «красоту» на высокой скорости, разрушается от пересечения многочисленных гравитационных полей. Без вариантов. Если влетает на низкой скорости, то притягивается одним из узлов – сила тяготения, конечно, уступает настоящей «черной дыре»… но не так, чтобы очень уж сильно.

Кстати, раскрывать эту сеть рядом с населенными планетами не рекомендуется… ну, если судьба планеты хотя бы чуть-чуть заботит владельцев такой сети. Хоть дальность гравитационной границы регулируется и контролируется, но любая система может дать сбой, гравитационное воздействие достигнет поверхности планеты (если она близко) и тогда гарантирована сейсмическая реакция – цунами, землетрясения, извержения вулканов и прочие прелести, уже тысячу раз обсосанные футурологами и фантастами – авторами апокалиптичных произведений. Плюс – газ из атмосферы таки может перегрузить эту сеть… одновременно лишив планету атмосферы.

Так что – нет – в сетку мы не летим. Придется выбираться за границы ее действия.

У «грависетей» есть пара особенностей, которые играют мне на руку.

Во-первых, построение сети выполняют специальные корабли-тральщики, число которых в эскадрах и флотилиях ограничено – никаких других задач эти узкоспециализированные корабли выполнять не могут, так как соответствующее оборудование занимает слишком много места. Во-вторых, перемещение сети в пространстве затруднено – из-за пульсации множества «черных дыр» вся эта пространственная конструкция обладает чудовищной инерцией, и перемещать ее… хлопотно, как минимум.

– Кей. Информационный контакт! – сообщила Тайла. – Чистый голос.

– О! А я все жду – жду… Давай!

– Ваше высочество! Хорошо, что вы вышли на связь! – Незнакомый мужской голос… действительно, обрадованного человека. – Говорит лейтенант-коммандер СНАДАК Мэл ан-Аюри («Подтверждаю, – транслировала Тайла. – Сигнатуры соответствуют».) Пожалуйста, снизьте скорость до околозвуковой, чтобы мы могли транспортировать ваш истребитель…

Надо ж… я все еще высочество! Правда, и «высочество» можно посадить… а потом разжаловать с «высочества» до последнего полотера. Элементарно. Да и много чего разного с ним, высочеством, можно сделать. Но как вежливо-то просят ручки поднять! Жаль, попали не в струю… то есть не в настроение – ручки поднимать у меня сегодня никакого желания нет.

– Это арест, лейтенант-коммандер?

– Никак нет, ваше высочество! У меня приказ…

Вмешался незнакомый женский голос с до слез знакомыми интонациями:

– Это приглашение на поговорить, обсудить видение общих проблем, выработать план дальнейших действий…

Обычно таким голосом Лена продавливала нужный ей «план дальнейших действий» – в магазин сходить, ремонт сделать, сантехнику починить, к родителям съездить.

– Альер? – обрадовался я. – Ты, что ли?

То ли слова, то ли интонация – что-то из этого так удивило принцессу, что она на мгновение осеклась. Но быстро пришла в себя:

– Да. Тоже рада вас слышать, вар ан-Солано.

– А чего так официально, дорогая? После всего, что между нами было, нам впору уйти в приват-канал и предаться приятным воспоминаниям о былом!

Ну, да, Остапа снова несло… куда-то не туда.

– Кхм… об этом мы тоже поговорим… Кей. С глазу на глаз, под прикрытием соответствующей аппаратуры, – намекнули мне на неуместность подобных разговоров на канале, который слушает, как минимум, вся флотская группировка СНАДАК. – Вот прямо сейчас, на базе СНАДАК на Луне. Сбрось, пожалуйста, скорость – тебя подхватят. Я тебя жду с огромным нетерпением!

– Слушай, котик, давай позже, а? Я с дороги помоюсь, отдохну… с женой пообщаюсь. С той, которая послед… крайняя.

– Без проблем! Ее высочество Розали сейчас находится рядом со мной. И она тоже тебя ждет. С таким же огромным нетерпением!

– Привет, дорогой! Скучал? – вклинился знакомый голос Розы.

– Ну, что ты… с моей Тайлой разве заскучаешь! А вот мне еще на Реале надо бы кое-что обсудить с ее величеством!

– Это нетрудно устроить, Кей, – снова включилась Альер. – Ее величество тоже здесь и, надеюсь, соблаговолит оказать нам честь присутствовать при нашей беседе.

Ого! Вот это сюрприз! Сюрприз на сюрпризе! Чего это они все на Землю рванули? Даже если с помощью УМП. В Империи проблемы кончились, что ли? С Красной Линзой разобрались? Хотя чего там с ней разбираться – десяток зачинщиков под нож, «Ожерелье звезд Линзы» – в распыл. Все – инцидент исчерпан, электорат радостно рукоплещет.

– Хм… А я еще обещал к Каронору заглянуть… по рюмочке чая тяпнуть. Только не говорите мне, что и он здесь!

– Увы, Кей! – знакомый чуть хрипловатый голос подтверждал, что Альер не шутила.

Вероятность того, что голоса могут быть синтезированы, я даже не рассматривал – не та ситуация.

– Он у меня тот еще домосед. Каких трудов мне стоит вытащить его на какое-нибудь негосударственное мероприятие – ты бы знал! Да и на кого бы я Империю оставила, пока тут прохлаждаюсь?

– Вот же не везет! – посетовал я. – Ну, тогда поговорим где-нибудь на Реале, ваше величество! Или на Ровено. Впрочем, подозреваю, это мне придется вас догонять… УМП КАССИ ведь уже развернута в Солнечной системе, не так ли?

Касси промолчала. Роза промолчала. Альер молчать не стала:

– Как-то невежливо отказывать ее величеству, Кей! Не находишь?

– А я разве отказывал? Никаких предложений по линии Императорского Двора не поступало…

Касси снова промолчала. Альер не сдавалась:

– Может быть, тогда составишь компанию… мне, своей скучающей супруге?

Построение фразы очень интересное… то ли она себя в виду имела, то ли себя и Розали… И – да – судя по отсутствию реакции – я угадал насчет наличия в Солнечной системе УМП. И, очень может быть, что в пределах Империи сеть установок мгновенного переноса – уже не секрет. И Касси очень уж легко тогда, в Красной Линзе, мне этот секрет слила… и не только мне, что характерно. И сейчас вопрос мимо ушей пропустила при всей необходимости тянуть время.

– …А еще я тебя хотела с приемной дочкой познакомить… такой милый лягушонок… Женей зовут.

Вот тут я дрогнул… но – спасибо уже усвоенной информации – желание что-нибудь сломать никуда не пропало. А сейчас еще и усилилось. Многократно. Как и понимание того, что разговаривать о судьбе Жени надо не тут, на Земле, а где-нибудь в Империи.

Ну, я ж говорю – надо быть благодарным людям! Стараются, из кожи вон лезут, чтобы подтянуть аутсайдера, пнуть гордую птичку Ежика.

– Тем больше у меня поводов поспешить на встречу с теми, – вытолкнул я сквозь сжатые зубы, – кто шантажирует меня жизнью моей дочери. Встретимся на Реале… или еще на каком-нибудь центральном… курорте. Тай, обруби инфоканалы… на хрен!

– Кей! – Кажется, на той стороне канала возмутились. – Никто тебя не ша…!

– Облучение, – сообщила Тайла в наступившей тишине. – Высокое напряжение полей. Даю вектор источника. Прогнозирую захват.

Это меня обнаружили и хотят спеленать силовыми полями. Кажется, пришла пора применять науку «богини войны» Арии – она плохого не советовала. Ну, и возможности Янтаря показать уже стоит… чисто для демонстрации отросших зубок. Буду угрожающе и многозначительно скалиться и рычать, как пес, которого загнали в угол.

Как там Ария меня наставляла? «У тебя на сверхмалых соперников не будет… в теории». Что ж, попробуем – инкарнация имперской богини войны вряд ли ошибалась. Подтвердим теорию практикой!

Янтарь хлынул в стороны, а истребитель, вырвавшись из слабой пока хватки (видимо, опасались меня ненароком… сломать), упал почти к самой земле до отметки пятьдесят метров.

Десять махов. Три с хвостиком километра в секунду. На высоте от пятидесяти до двадцати метров… тут отвлекаться очень не рекомендуется: малейшая незамеченная вовремя неровность рельефа – и нас с Тайлой придется очень долго соскребать с поверхности.

«Внимание! – передала Тайла по сети истребителя – времени на голосовую передачу информации уже не было. – Сектор Эль-три. Четыре метки. Характеристики истребителей. Курс на пересечение. Внимание! Сектор Аль-один. То же самое! Подсветила синими и красными маркерами соответственно».

…И уже обнаруженная нами четверка справа по курсу… Итого нас сейчас зажмут двенадцать истребителей. На одного бедного Кейдана. Двенадцать!

Остается только удивляться (и восхищенно аплодировать!), как Лена-Альер смогла предсказать мои действия и угадала направление, в котором я поверну. Или она по всем направлениям замаскированные группы расставила?

* * *

– О! Ты угадала! Он полетел на восток, – прошептала Розали. – Как тебе это удалось?

Альер ответила, не отрывая напряженного взгляда от тактических экранов:

– Уральские горы… самый оптимальный вариант… для него. С учетом того, что говорила ему эта твоя… Ария, кажется? Рельеф мягче, высота ниже. В Кавказских горах даже он разбиться может. На север – вообще не вариант, там океан и рельефа нет вообще. В Европе напряженное воздушное сообщение… Внимание! – выкрикнула она, обращаясь к операторам. – У него закритическая высота! Отключить поля-захваты! Повторяю – отключить поля-захваты! Уйти в разреженные слои атмосферы, ждать выхода из-под «зонтика», перехватывать только при попытке набора высоты! Не ниже километра! Подтвердить приказ!

Белые огоньки-сигнатуры подтверждения получения приказов зажглись под всеми метками истребителей-преследователей.

* * *

«Нас полностью накрыли, – констатировала Тайла. – Сейчас захватывать опасаются, но как только мы попытаемся покинуть атмосферу – тут же навалятся».

«Тут не все так очевидно… это я тебе, как дочь суперэнергета говорю!»

«А?»

Я сейчас не видел глаз Тайлы, но вполне мог представить их немаленький размер.

«Какая еще дочь? Странно, твоя телеметрия нормальная, угнетающих сознание факторов не зафиксировано! И системы регистрируют нормальный, с учетом обстоятельств, уровень адекватности… Кей, с тобой все в порядке?» – Тайла по-настоящему забеспокоилась.

«Это местный юмор. Не обращай внимания!»

«Местный юмор? А-а-а… буду иметь в виду… как только снова получу связь с местной сетью… я только двадцать два процента земных ресурсов успела скачать… мусора много».

«Так вот почему место кончилось!» – осенило меня.

«Агась… – Кажется, Тайла смутилась. – Музычка, фильмы… мультики. Хочешь, поставлю что-нибудь… жизнеутверждающее?»

Я не выдержал и рассмеялся вслух:

– Спасибо, Тай! Ты просто чудо! Не надо музыки – мы сейчас… немного пошалим!

– Вот тогда и похохочем! – Тайла точнейшим образом скопировала голос лучшего в мире привидения с мотором.

* * *

– Внимание! – выкрикнул оператор. – Пробой старших метрик! Уровень «Бас-плюс»! Координаты… совпадают с объектом Изумруд. Есть вектор – отмечаю красным маркером!

– О, да-а-а… – тихонько протянула довольная чем-то императрица.

Метка истребителя-беглеца значительно ускорилась. Причем шла эта метка строго по узкому красному лучу зафиксированного пробоя метрик.

– Фиксирую увеличение скорости объекта! – сообщил главный оператор. – Пятнадцать мах! Двадцать! Двадцать пять… Объект прекратил наращивание скорости – двадцать восемь мах.

– Центр! Мы отстаем! – сообщил кто-то из пилотов. – Разрешите увеличить высоту!

– Разрешаю!

– Это как? – Удивилась Роза. – Он же шел на максимальной для «Сичаки» скорости в атмосфере на этой высоте! А сейчас – первая космическая!

В атмосфере на уровне моря!! Там же ни защитные поля, ни корпус не выдержат!

– Он уничтожает молекулы воздуха на своем пути, – процедила Альер. – Вот же… неожиданность, а! – Она глубоко вздохнула. – «Тилиус», «Зверь Осага» – свернуть сетку-два. Срочно! Хотя бы поля!

– Принято! – отозвались тральщики.

– Не успеют… – тихо прошептала Роза. – При такой его скорости – не успеют. Норматив – девять минут.

– Не говори мне под руку! – рявкнула Альер. – Пусть хоть что-то делают! Хотя бы уберут поля в гхаргову задницу!

– Молчу-молчу! – Роза выставила ладошки и тихонько буркнула: – Истеричка…

Тем временем, под рычание Альер, императрица, наклонившись к Жене, тихонько объясняла:

– Вот, обрати внимание! Когда начинаются крики и ругань – это почти всегда говорит о плохом планировании! Или о том, что оппонент нашел-таки, чем удивить… Эх! Надо было с этими клушами на что-нибудь забиться!

* * *

Я держал очень простую пространственную конструкцию – истребитель находился внутри янтарной тридцатикилометровой «трубы». Именно трубы. То есть не «твердотельного» цилиндра, а «трубы» длиной тридцать километров и диаметром сто и со стенками толщиной двадцать метров.

Почему не твердотельный цилиндр? Нужно было, чтобы воздух сам «уходил» с курса. Уничтожать его перед носом истребителя было бы чертовски глупо и крайне опасно – тогда вместо воздуха по защитному полю-обтекателю стучала бы сейчас «серая пыль». И это было бы куда хуже, чем просто воздух.

Так что пришлось делать «трубу». И в «стенках» этой «трубы» – выжигать воздух. Таким образом, воздух, как насосом, высасывался от центральной оси «цилиндра» к его «стенкам».

Лучше бы, конечно, было сделать «трубу» большего диаметра с большей толщиной «стенок» – тогда бы я и до технического вакуума дошел бы. И можно было бы отлично разогнаться. Но в тот момент я шел на сверхнизкой где-то над Кировской областью – достаточно населенного района – и решил, что ударная волна от непрекращающегося взрыва, фактически, ОДАБа – не то, что мне нужно для прощания с родной планетой. А потом, когда вследствие кривизны земной поверхности я поднялся на достаточную высоту, менять что-либо было поздно – непонятным образом Янтарь… застыл вокруг меня. Теперь – только убирать полностью и ставить заново. А это было чревато – даже на секунду возникший перед носом истребителя воздух превратит наш истребитель в челябинский метеорит.

Уровень шестой-седьмой. Я такой уровень Янтаря только один раз поднимал – когда от РБЭ «Принцесса Роза» закрывался. Наверное, соответствующие приборы на лунной станции сейчас с ума сходят. Да и у землян аппаратура будет чувствовать себя не лучшим образом – особенно сложная электроника. Прорыв метрик – это же фактически кратковременные изменение свойств пространства… со всеми его физическими константами.

«Кей, фиксирую вторую грависеть, – голос Тайлы был обманчиво спокойный. – Прямо по курсу. Мимо не пройдем. Показываю модель. Диаметр сети – тысяча кэ-мэ… Формация… стандартная «медуза». Вмажемся же ж!»

«Расстояние?»

«Восемьсот километров… сорок секунд до контакта».

«Успею».

…если перед второй «сетью» будет хотя бы полсотни километров достаточно разреженной газовой среды. Пяти секунд мне хватит на перезагрузку Янтаря. Наверно. И если по курсу не будут крутиться имперские корабли.

«Кто-нибудь за сетью есть?»

«Судя по изменению характеристик сети – ее демонтируют… значит, кто-то там есть».

«Успеют демонтировать?»

«Не успеют. Кей, я это… мне страшно… вот… и так умирать не хочется…»

А уж как мне не хочется, хорошая ты моя!

Нет, я никогда не учил «средний флотский загиб», но тут главное ухватить ритмику и принцип словообразования. И – с душой надо исполнять, с душой:

– М-м-мать твою якорем поперек жо… ети, весло тебе в хрюсло, чтоб не срюсло!

* * *

– Он ее, вообще, видит?! – чуть не кричала Альер. – «Тилиус», «Зверь Осага» – габариты на сети включены?

– Так точно!

– А в оптическом диапазоне?

– Во всех диапазонах, варра командующий!

Офицер тактично промолчал, что и без «габаритов» грависеть отлично видна во всех диапазонах. Что-то подсказывало ему, что не надо поправлять командующего. Тем более, если командующий – женщина, находящаяся в «слегка» взвинченном состоянии.

– Оператор! Статус Изумруда?

– Увеличивает скорость, командующий. Двадцать в секунду! Тридцать секунд до контакта.

– Гхаргх! Сколько до полного снятия сети?

Альер не заметила, как оказалась на ногах и заметалась по командному центру.

Роза ее не подкалывала и не подначивала – младшая дочь императрицы со скучающим выражением на лице… мяла, как пластилин, металлические подлокотники своего кресла.

– Сорок пять секунд, командующий! – ответил «Тилиус».

– Пусть тральщики уходят оттуда… – тихо посоветовала Розали.

– Нет! – Отмахнулась Альер. – Если он катапультируется, его надо будет быстро подбирать – движок спаскапсулы не…

– Убери их оттуда, дура! – Роза неожиданно закричала. – Иначе он не станет уничтожать узлы сетки! Какого гхарга лысого я лучше тебя знаю, что он будет делать, а?!

Альер – удивительно – проглотила ЭТО и развернулась к тактическим экранам:

– «Тилиус», «Зверь» – снять маскировку, включить свои габариты и маяки! На максималке выйти за площадь сети, чтобы Изумруд вас увидел. Выполнять! Немедленно! Включить общую трансляцию у себя на борту! Лягушонок! – Альер так зыркнула в сторону Жени, что та пискнула от неожиданности и залезла в кресло с ногами. – Уши!

Касси только хмыкнула удивленно, когда Женя торопливо закрыла ладоням ушки. А Альер зло стала выплевывать в загустевший от напряжения воздух на чистом русском без малейших следов акцента:

– …твою мать через семь пар потных портянок оглоблей в дышло, …уть твою триста!

* * *

– …в жо… через парсек по эклиптике, да в борт ети тухлой сельдёй!

– Десять секунд до контакта… – уже совершенно механическим голосом твердила Тайла. – Девять… восемь…

«Какая-то ты, смерть моя, нелепая…» – Я так и не понял – то ли подумал это, то ли транслировал в сеть истребителя.

– Метка шесть! Метка семь! Сигнатуры – малые тральщики типа…

Действительно! Два маркера тральщиков, полыхая маяками, торопливо вываливались из-за края грависети. Родненькие вы мои!

– Да ты ж, моя хорошая, Тайлочка! Да ты ж, моя любимая!

Истребитель мелко задрожал, когда я убрал Янтарь. А потом – шарахнул восьмым или даже девятым слоем Янтаря.

Был напуган.

Однозначно.

– Три… два… – Голос Тайлы почему-то дрожал.

Массивные тяжелые объекты нехотя пропускали Янтарь… но не настолько медленно, чтобы я не успел сжать пространство, доступное сейчас через вязкую янтарную среду.

Сейчас!

* * *

– Пробой старших метрик! – Напряженный голос оператора вклинился в монотонный тягучий матерный монолог Альер. – Уровень… вне категорий!

Та замолчала где-то в середине загиба, завороженно наблюдая за величественным разрушением всей тысячекилометровой конструкции второй сети. Удар непонятной природы явно был нанесен по всему объему сети. И истребитель Кейдана уже пять секунд шпарил прочь от Земли, постоянно корректируя курс так, чтобы до последнего момента нельзя было точно определить, где же спрятана конечная точка – рейдер «четыре-три-три»…

А грависеть продолжала разрушаться, как гигантская фигура, составленная из огромных костяшек домино. Даже всплесков гравитации не было!

– Есть сигнатура! – выкрикнул оператор. – Рейдер класса «Танагон»!

В полнейшей тишине присутствующие наблюдали, как маркер истребителя догоняет выходящий на разгон рейдер, сливается с ним, рейдер начинает уже серьезный разгон и…

– Всплеск метрик на точке входа. – Выдохнул оператор. – Сигнал утерян.

– Однако пробирает! – Довольно потянулась Кассиопея и осторожно похлопала по ручкам пунцовой Жени. – Дай угадаю, дорогая… уши ты закрыла, но подслушивала через сетку, так?

Женя неуверенно кивнула. Кассиопея покачала неодобрительно головой и поднялась.

– Альер!

Альер медленно повернула к императрице мокрое в красных пятнах лицо.

– Ну?

– Baranki gnu! Будешь наказана за ругань в присутствии ребенка…

– Да насрать… – Вяло отмахнулась Альер.

– Это мы еще посмотрим. Так, девочки и мальчики! – Кассиопея уже стояла в створе шлюза командного центра. – Я – на Реал… Столько дел накопилось, пока вы тут меня развлекали, столько дел… военное положение объявить, эвакуацию организовать.

– Я с тобой! – Розали тоже вскочила… Несколько секунд окружающие рассматривали разваливающееся за ее спиной кресло. Да и она застыла недоуменно, когда оглянулась на шум…

– Э-э, нет! – Касси погрозила пальчиком. – А кто будет Женечке помогать? Кто будет на ее вопросы отвечать? Пока-пока, сноечки мои! Не скучайте тут без меня! И чтоб я вас в ближайшую декаду в Империи не видела!

И исчезла в коридоре.

Альер рухнула в кресло, зажмурила глаза и сжала кулаки.

– Засранец! Ненавижу! – Всхлипнула она. Ее губы тряслись.

– Аль… Аль…

Альер открыла глаза и недоуменно посмотрела на Женю, стоящую рядом и осторожно гладящую рукав ее кителя.

Альер глубоко вздохнула и постаралась улыбнуться. Улыбка вышла… слабенькой.

– Да, Женечка?

– А почему он сказал про то, что кто-то шантажирует его жизнью его дочери? А кто его шантажирует? А кто его дочь, Аль?

На мостике повисла тишина. Важность момента прочувствовали все.

Женя переводила взгляд с Альер на Розали и затем обратно.

– Кейдан… он думает, что он мой папа? Как ты?

Альер невольно посмотрела на Розали.

– Гхаргова отрыжка! – ляпнула та и тут же спохватилась. – Ой, прости, Жень! Ну, объясняй ребенку… типа того. От Касси тебе и так и так влетит. Снявши голову – по волосам не плачут.

* * *

– Кей! Кей! Миленький! Ну, приди в себя! Ну, хоть глазки открой! Ну, хоть через ИБК маякни!

Тайла бессмысленно металась по медблоку. Почему бессмысленно? Потому что все, что только можно было сделать в этой ситуации осмысленного – она уже сделала. Вытащила бесчувственное бревно «Кейдан ан-Солано» из истребителя, молниеносно запихнула его в подлетевшую медкапсулу, пулей пронеслась по помещениям рейдера под удивленными взглядами немногочисленных пассажиров… и потом целую минуту пыталась найти по своим базам, сталкивался ли кто-нибудь когда-нибудь в Империи с таким диагнозом, как:

«Объект не является человеком. Диагностированию и лечению не подлежит».

Она застыла.

Она решалась целых десять секунд!

Целых десять секунд алгоритмы принятия решения искусственного интеллекта «Тайла» рассматривали и анализировали многочисленные конфликты и коллизии приказов, правил, ограничений… и почти трехсотлетнего опыта. Подключив все вычислительные мощности рейдера.

Наконец, передатчик корабля отправил сообщение в кодах Императорского Дворца:

«Запрос срочного канала связи.

Адресат-абонент: К.

Код: «Аль-0015». <Сигнатура>

Искин Тайла. <Сигнатура>

Борт: <Сигнатура>

Текст сообщения: «Да выйди ж ты на связь, в конце концов, старая кошелка! Где тебя гхарги носят?! Срочно! Кей – вообще ни алё! В ауте! Не знаю, что делать! Я почему-то пла́чу, Касс!»»

Глава 19

Благословенное состояние нестояния. Без его описания в подобных ситуациях – ну, никак! Законы жанра, мать их!

Качели? Очень похоже, да.

А скорее – волны очень неспокойного моря. Вверх – и ты жадно глотаешь воздух реальности, вниз – тебя снова захлестывает с головой тяжелая волна беспамятства, утаскивая в пучины…

М-да, красиво, образно, но – никакого удовольствия от такого «морского отдыха», вы уж поверьте.

К тому же море было каким-то… неправильным. Медового цвета, вязким, горячим. И выныривал на поверхность я не всегда самостоятельно – что-то время от времени мне помогало. Это очень неприятно, когда событие «захлебнешься ты или нет» зависит не от тебя – воистину, лучше всего, когда утопающий спасает себя сам. Но хоть так.

Через какое-то время «море» успокоилось, и незадачливый «пловец» уже уверенно «держал головку», выискивая взглядом сушу, на которой можно будет прийти в себя окончательно.

* * *

С огромным удовольствием и облегчением я вывалился в привычный родной кошмар.

Вначале ко мне прижимался собственно мой Кошмарик. Ничего не выговаривал, не упрекал, даже не смотрел укоризненно.

Потом со словами – «а теперь – приглашенная звезда» – ко мне липла Лимария. Судя по всему, хотела того же.

Со словами «а потом пришел лесник», появилась… еще одна Лимария. «…И всех разогнал» – оттащила от меня за хвосты Розу и первую Лимарию. Вторая Лимария стала рассказывать, что первая Лимария не настоящая, а только выглядит, как Лимария, а на самом деле – вот ТАКОЕ было неожиданным даже для моих кошмаров – это Альер! И хвост у нее неправильной системы.

Потом «настоящая» Лимария достала толстый справочник и стала зачитывать характеристики своего нового импланта. Оказывается, нужный «девайс» она уже установила, но при такой напряженной и опасной жизни лучше запастись моими биообразцами заранее, как это сделала Роза… А Роза, кстати, насчет своих биообразцов жмотничает, что не есть хорошо.

Роза тут же возразила, что «кто первый встал – того и тапки».

Первая Лимария, которая ненастоящая, в ответ предложила взять биообразцы у нее.

Вторая Лимария поблагодарила. Она моментально достала из-за спины… проект императорского указа и предложила его подписать… почему-то мне.

«Ну, совсем распоясалась!» – раздался усталый глас с небес. Роза и обе Лимарии дружно ойкнули, спрятались за моей спиной (все трое!), а листы указа из моих рук исчезли, беззвучно полыхнув синим пламенем.

Вторая Лимария потребовала равных прав для всех присутствующих и общего доступа к биообразцам. Невзирая на очередность и социально-биологическо-энергетическо-информационное происхождение. Хотя бы в рамках отдельно взятого социального института. Потому что равенство и сестринство.

Роза возмутилась и ответила, что права должны быть пропорциональны затраченным на их получение усилиям.

Обе Лимарии обрадовались и сказали, что тогда Роза вообще должна быть на правах медсестры-сиделки.

«И грелки» – великодушно разрешила вторая Лимария, потому что «Розочку она скорее любит, чем нет».

Роза кивнула и решила, что в их коллективе тогда будет единственный профессионал своего дела.

Первая Лимария возмутилась и возразила, сказав, что…

«Ну и бред!» – подумал я.

* * *

Потом был полусон.

Грезились гладкие, как бы ни шелковые, прохладные простыни, абсолютная темнота… Спальня?

Чудилась гладкая кожа крепкого бедра под ладонью. Ревизия показала, что беспокоиться не нужно (или, если быть более точным, беспокоиться нужно не мне): потому что бедро – а, чужое, бе, женское, ве, очень благосклонно относится к поглаживаниям… и ко всему остальному, что я делаю. Более чем благосклонно. Тем более что там было не только бедро. И не столько бедро. И владелица бедра, кажется, тоже была вполне благосклонна…

Сон, конечно, прошел. Но соображать более-менее адекватно и связно я бы начал только минут через десять… когда соображать было бы уже немного поздно. Как и соседка, судя по ее сонному невнятному бормотанию, прерываемому стонами.

Вспыхнул яркий свет, соседка с взвизгиванием отпрянула от меня к стене огромной… медицинской палаты, если судить по большому черному кольцу мнемосканера. Помню-помню – этот «бублик» я уже видел, когда…

– А чем это вы тут занимаетесь, а? – спросил знакомый веселый голос от противоположной стены.

И полусон закончился. Началась набившая оскомину явь.

* * *

Янтарь рванул туда еще раньше, чем я успел повернуть голову, радостно запрыгав вокруг знакомого человека.

– Роза?

– Кей, прекрати! Ну, что ты делаешь?! Фу! Прекрати, Кей!

Прежде чем я сообразил, что происходит, Роза (а в дверях стояла именно она… пусть и в облике Лимарии Квитон) оказалась полностью… раздета. Кхм… Ну, кроме того, что все растет на тех же местах, как и раньше, можно сказать, что девушка несколько удивлена такой встречей.

Она осторожно провела руками по голым плечам, груди, животу, бедрам, стряхивая серую пыль, оставшуюся от… кстати, а во что она была одета перед тем, как я – ее…? Точнее, Янтарь – ее… Хотя нет – все-таки я, нечего на Янтарь все сваливать.

Неважно, но вот эти поглаживания… весьма эротично. Я даже засмотрелся. Особенно с учетом только, что едва не случившегося у меня с незнакомкой, крадущейся сейчас вдоль стены за моей спиной. Я буквально залип на это зрелище. Что, разумеется, не укрылось от глаз наблюдательной Розы:

– Ну, я таки тоже рада вас видеть, ваше высочество… Но где же обязательное «а поговорить» и обменяться колкостями? И не кажется ли тебе, что реакция мужа, пойманного женой с чужой бабенкой, должна быть несколько другой, агась?

Кстати, да! Действительно! Если там, в дверях – Роза ни-Ровено, то кого… с кем я только что едва не…?

Так-так-так… Неплохо-неплохо. Тем более, девушка, крадущаяся до этого вдоль стены, застыла, застигнутая моим взглядом, выпрямилась, прикрыла руками грудь, но смотрела на меня с некоторым вызовом. Белые волосы, зеленые глаза… знакомое лицо, очень сильно похожее на лицо одной земной актрисы. Впрочем, лицо было знакомым не из-за своей схожести с земной знаменитостью.

– Э… Ваше высочество… Альер?

– Ой, а чего так официально-то, дорогой? – Издевательски усмехнулась та. – После того, что между нами только что случилось, тебе впору вести меня к моей матушке и просить моей руки… Ну, или нести на руках к твоей матушке, как это принято у вас, горячих соланцев. А уж это «Э» – и вовсе неприлично и даже оскорбительно! Не находишь?

– Действительно, Кей! Так нельзя! – согласилась Роза. – Кстати, как ты понял, что я – это я, а не Тайла?

Да. Очередное доказательство того, как пугающе быстро в этом мире женщины находят общий язык и мгновенно объединяются против мужчин. Таки прав генерал – матриархат. Со стороны виднее.

– О! Судя по всему, этот наглый андроид не только у меня отметился, да? – тут же вставила Альер.

– Тайла – не андроид, а искусственный интеллект, – автоматически поправил я. – Разница существенна. А узнал очень просто… ты, Роз, моргаешь более естественно. Не знаю, как это объяснить в терминах робототехники. В такт произносимым фразам, так сказать. А Тайла моргает, как метроном.

Вру, конечно, но про свои возможности я уже твердо (и достаточно давно) решил никому ничего не рассказывать… если есть такая возможность.

– Врет, конечно! – Фыркнула Альер. – Его возможности, как и твои, позволяют отличить андроида от человека. Элементарно.

– Класс! – восхитилась Роза. – Очень полезная способность в семейной жизни!

Альер была уже полностью одета. Но не в черный мундир директора СНАДАК, а в белый мундир… кажется, это мундир гвардии ее императорского величества. С нашивками коммандера. Учитывая, что единственным капитаном гвардии является сама Касси, то коммандер гвардии (а до этого, если не ошибаюсь, она была простым лейтенантом) – это круто.

– Никак не пойму – тебя разжаловали или повысили? – тем не менее подколол я.

Та скривилась. Ну, хоть какая-то компенсация за то, что эта… коза… умудрилась пролезть в мою постель. Правда, тут есть много неясностей.

Начиная с того, что, судя по присутствию Розы в облике Лимарии, происходило все это с ведома моей законной жены… если только после всех моих выкрутасов мой гражданский статус не изменили принудительно в одностороннем порядке.

И заканчивая слишком благосклонной реакцией организма-предателя.

Роза встала на защиту Альер. Предсказуемо, в русле женских взаимоотношений в Империи:

– Исходя из того, что капитаном гвардии является Кассиопея – начальник штаба гвардии в звании коммандер – это более чем неплохо, Кей!

– О! Поздравляю с повышением, Альер! – Покивал я. – После директора Службы наблюдения за дальним космосом – начштаба гвардии – это круто, да!

Судя по выражению лица Альер, она и сама прекрасно понимала, что «повышение» несколько спорное.

С другой стороны, после оперативного аналитика земного ССО начальник генштаба гвардии это – однозначно головокружительный карьерный взлет. Но эту мысль я озвучивать не собирался. Это наше с Альер (или Леной?) личное дело, и в присутствии Розы этот вопрос я поднимать не собирался.

– Замуж за меня пойдешь, Альер? Пока еще есть пара вакантных местечек и пока я не остыл в твоем отношении. – Я отбросил простынку и слез с огромной кровати на пол.

На минуту обе потеряли дар речи. Роза оправилась, разумеется, первой – сказался почти трехвековой опыт:

– Агась… не остыл… подтверждаю. Аж отсюда видно!

– Эй! А цветочно-конфетный период?! – возмутилась Альер, неожиданно залившись краской (!) и отведя взгляд.

– Кстати, да! – тут же включилась Роза. – И меня спросить!

– А кто-то из вас разве против? К тому же Альер, после того, как нас застукали – цветочно-конфетный период, лично я считаю, нам уже без надобности. Не находите, варры?

– Вообще-то, ты уже женат, – осторожно напомнила Роза. – И не без моего участия, если так можно выразиться. Мое мнение в таких ситуациях должно учитываться. Как минимум. Мне так кажется.

А тебе?

Ну, да – ну, да… А наличие Альер в моей кровати с твоего ведома (и наверняка с твоей «технической» помощью) – это так, случайность, да? Вот теперь и стоишь в раскоряке – с одной стороны, я сам предлагаю, а с другой – слишком легко принял решение. Подозрительно. Мне так кажется. А тебе, дорогая?

– Я посоветуюсь с дочерью, Кей, – наконец ответила Альер. – Даже не знаю, как она отнесется к тому, что я должна буду войти в чей-то там гарем.

– Ой, да ладно вам! – Я отмахнулся, пытаясь, сообразить, где находится моя одежда. – Принцессой больше – принцессой меньше… Так ей и скажи. Если что не так – разведешься. У нас с этим просто. Вон, Роза ни с кем из своих многочисленных дочек не советовалась. Сразу видно – самостоятельная взрослая девочка двухсот шестидесяти лет от роду!

Маркера моей одежды на виду не было. Поиск с ИБК по палате тоже ничего не дал… кроме уже набившего оскомину «Вы отключены от общей сети» и маркеров некой «Клиники Светлого Тимлау». Что за клиника такая – узнать было тяжело. Системы с таким названием – Тимлау – я не знал. И персоны – тоже.

Единственным положительным результатом сетевых изысканий был штамп текущего общеимперского времени. Судя по нему, с момента побега с Земли прошло… четыре с половиной декады. Сорок пять дней! Ни хрена ж себе «придавил на массу»!

– Твой мундир сейчас доставят, Кей. И мой – тоже. – Роза ожидаемо узнала о моих поисках одежды. – И с Чакрой я советовалась, между прочим!

– Точнее, она сама об этом узнала, да? – Подмигнул я и демонстративно запустил новый поиск: «Еда, поесть, обед».

– Судя по глазам, он жрать хочет, а на свои остывшие причиндалы ему плевать. – Хмыкнула Альер, за это время успевшая переместиться к единственной двери в палату.

И снова я не выпустил наружу пассаж о том, что опытная жена с девятилетним стажем, по глазам мужа определяющая все его желания и чаяния, – это здорово и круто… и полезно в домашнем хозяйстве. Не в присутствии Розы такие пассажи выдавать.

– И ты слишком легкомысленно относишься к нашим отношениям! – добавила Роза. – Кстати, я тебе это уже говорила, нэ?

– Кстати, я так и не понял, кому я тогда делал предложение – тебе или Тайле. Надеюсь, все же Тайле – она мне нравится больше.

Роза поперхнулась и смотреть на меня стала совсем уж удивленно.

– Ну, надо же! – Всплеснула руками Альер. – Эта наглая девка пролезла везде! Кей, так ты женился на андроиде?! Фу! А Империя-то и не знает! Это будет что-то!

– На искусственном интеллекте. Я женился на искусственном интеллекте, ваше высочество. Между прочим, по своим человеческим качествам искин Тайла устраивает меня куда больше… чем вы обе, вместе взятые. И – будь поуважительнее, когда речь идет о моей первой жене.

Розали снова промолчала, рассматривая меня с огромным интересом, а вот Альер фыркнула, обращаясь к ней:

– Достаточно! Пациент жив и даже изволит изрекать глупости. Проблемы с головой я лечить не подряжалась. Я свою задачу выполнила. Всего хорошего! Кста-а-ати! – Она остановилась в дверях и с милой улыбкой меня осмотрела. – Тебе не мешало бы почистить зубы, Кей. Они у тебя, знаешь ли, пованивают-с!

Если она думала меня этим смутить, то – нет – мимо:

– А мы с тобой разве целовались? Не помню.

Альер дернулась было вылететь в коридор, но я протянул, постаравшись повторить ее интонацию:

– Кста-а-ати!

Она застыла в опавших искорками дверях, подозрительно косясь на меня. Главное – тон поигривее и поязвительнее – чтобы не поняли, что этот вопрос меня ДЕЙСТВИТЕЛЬНО интересует:

– А как твоя приемная дочка поживает? Как же ее там зовут?

– Женя. Ее зовут Женя. У тебя, видимо, все еще проблемы с памятью – совершенно точно помню, что называла тебе ее имя.

А про то, что имя собственной дочери я должен помнить изначально, она даже намеком не упомянула, даже в пылу полемики. Значит… Значить это может очень многое, но нам нужен разговор тет-а-тет.

– Ну, полтора литра смеси боевых коктейлей в организме – проблемы с памятью тут ни при чем. – Я небрежно отмахнулся. – Вот у Розочки спроси – она один из лучших врачей Империи – она тебе объяснит, что ничего удивительного нет в том, что всякие мелочи прошли мимо моего внимания.

Альер, кажется, разозлилась. Но мой Янтарь предупреждающе рявкнул, и чужой Янтарь, порычав для порядку, отступил, раздраженно подметая хвостом пол коридора.

– Надеюсь, в твоих клиниках хорошие сервис-системы, Розали, – прошипела Альер.

– Безусловно. – Кивнула та, с интересом следя за поднявшимися облачками серой пыли в коридоре. – Медицина начинается с антисептики!

– Очень жаль, что для тебя ЭТО – «всякие мелочи», Кейдан ни-Ровено ан-Солано! – тихо проговорила Альер… но не выдержала и смазала впечатление от своих слов. – Выздоравливай… болезный!

К счастью, высокотехнологичные двери в имперских зданиях не предназначены для того, чтобы ими в раздражении хлопали – они восстанавливают свою поверхность беззвучно. Но – не мгновенно.

– Спасибо, что заботишься о муже, сноечка моя! – успел я бросить в коридор в беззащитную спину одной самоуверенной звездной принцессы.

Восстановившаяся дверь надежно отсекла подозрительное шипение из коридора. Бытовая звукоизоляция в Империи – тоже выше всяческих похвал.

* * *

Это все – паясничество и ублажение собственного эго. Пикировка и троллинг принцесс… приятно местами, да. Но мелочно-о-о. А вот, в общем…

В общем – происходящее мне совсем не нравится. Итак, в сухом остатке:

Прошло уже сорок пять дней. Я нахожусь в Империи. В присутствии Альер и Розы. После пафосного побега от флота СНАДАК на орбите Земли. После отправки по известному адресу почти прямым текстом ее величества по общей связи. По общей связи!

При этом я все еще не в специальной экранированной камере для энергетов (есть и такие… и это будет покруче, чем «сбруя»), а в какой-то клинике, явно находящейся на поверхности какой-то имперской центральной планеты – провинциальные планеты «не потянут» таких клиник с мнемосканерами и подобными палатами.

И – самое главное – что с Женей, и что с Тайлой?!

Ну, допустим, по поведению Альер можно предположить, что с Женей все в порядке. И, судя по всему, впервые о судьбе Жени и наших с Леной родителях мне можно не беспокоиться… С другой стороны, я теперь на ТАКОМ крючке…

И Альер, кстати, тоже. Ее Янтарь, пусть и слабый (пока, пока слабый… но мой тоже не сразу мог выносить грависети диаметром в тысячу километров), свидетельствует, что теперь у императрицы, как минимум, два суперэнергета схожих с ней характеристик. И оба этих суперэнергета – на хорошем остреньком крючочке. И оба друг друга, кажется, на дух не переносят… хотя только что чуть не перепихнулись, пока свет не включили и не разобрались, ху из ху.

А вот что с Тайлой? Надо это выяснить. Осторожно и издалека. Прямо спрашивать нельзя – кажется, я уже понял основной принцип «внутрисемейного» обмена информацией – доводить друг друга до белого каления, выуживая при этом частицы полезной информации.

* * *

– Давно я здесь?

– Четыре с половиной декады, – задумчиво ответила Роза, все еще находящаяся под впечатлением от моего поведения. – Судя по отсутствию удивления, ты уже успел сверить часы. Давай по порядочку. Но сначала – оденься. И… пойдем, погуляем, что ли. Блестящие офицеры редко прогуливали Лимарию Квитон по вечернему Реалу.

Ого! Так мы еще и на Реале – столичной планете! Хотя логично – ничего эдакого я сейчас предпринимать не буду. Так что и опасаться принцессам и императрице ПОКА нечего.

– Бедной провинциальной студентке все некогда было – грызла каргалит медицины. Кстати, спасибо за «одного из лучших врачей Империи»… А почему ж не «самого лучшего»? Недооцениваешь жену, Кей!

Очень кстати появилась медсестра – пунцовое лицо и стандартный светло-кремовый халатик с традиционной эмблемой сердечка на груди. На подрагивающих руках девушка держала два черных пакета. Один был протянут мне, другой – Розали. Взгляд девушки старательно блуждал по потолку.

Не глядя, я быстро распаковал черный пакет и набросил на себя мундир СНАДАК.

Мундир, конечно, был из натуральной ткани, но высокотехнологичных вставок в нем все равно было достаточно – он сам застегнулся, сам подтянулся по фигуре, сам высветил все необходимые по уставу знаки различия…

О! Нашивки за ранения на рукаве добавились. Аж три полоски – для имперских вооруженных сил это многовато – то ли свидетельство безоглядной храбрости, то ли индикатор неудачливости и криворукости. Лично я бы поставил на последнее.

Роза тоже одевалась. Правда, делала это под моим взглядом нарочито неторопливо и не без артистизма. Черный мундир СНАДАК. Так и не понятно – разжаловали ли ее в структуре ИМСЛУКОН или нет. И знакомые туфли-шпильки… от модельера, имени которого я так и не запомнил.

– Прогулка по столице будет включать в себя какие-нибудь ресторанные заведения? Я, действительно, голоден… дорогая.

Девушка перед появившимся зеркалом стала поправлять прическу ладонями, от которых повалил пар. В воздухе поплыл тонкий приятный аромат каких-то духов. Зрелище и ощущения были настолько привычно-домашними и… знакомо-семейными, что у меня невольно вырвалось:

– Во всех смыслах…

Губы Розы дрогнули, но она задавила лезущую на лицо довольную улыбку. Ответила деланно равнодушно:

– Как «один из лучших врачей Империи», я категорически против нездоровой несбалансированной пищи сразу после такой продолжительной комы. Но как твоя заботливая и любящая супруга, согласна на поход в какое-нибудь тихое питейное заведение на окраине… при условии, что ты выполнишь свое обещание и на столе будет стоять «Гордость Солано». И, разумеется, при условии, что ты воздержишься от любых спиртных напитков, а блюда позволишь выбрать мне… дорогой.

Она поманила меня пальчиком:

– Давай, я тебе волосы поправлю, Кей! Чтоб не позорил мундир Службы наблюдения за дальним космосом своим вороньим гнездом.

– Не хочу. – Я подошел к двери. – Позорящее поведение офицера пусть запишут в длинный список моих преступлений. Преступлением больше – преступлением меньше…

– Это нонконформизм, дорогой, – мягко попеняла Роза, беря меня под руку.

Блестящие офицеры СНАДАК уже проходили вполне земной «ресепшн» со вскочившей с места девушкой-администратором, испуганно пропищавшей что-то про «счастливого-пути-уважаемый-директор-приходите-еще», когда я спохватился:

– Доступ к сети давай… выберу ресторан. Как положено настоящему мужчине. Тем более что твоего бессменного секретаря я рядом что-то не наблюдаю.

– Хм… видимо, для тебя теперь и военного камуфляжа не существует, да? Ну, раз ты андроидов аль-класса можешь от людей отличать и видеть, есть ли среди людей под камуфляжем кто-то конкретный! А Кору я отправила в отпуск. За семьдесят лет своей бессменной службы девочка заслужила хороший круиз по курортам Империи. Это раз…

Так Коре, получается, уже за семь десятков лет?! Да сегодня вечер шокирующих открытий!

На улице был полдень. Странно, штамп общеимперского времени показывает почти полночь. А общеимперское время – это время в столице, Реале-на-Реале. Может быть, мы в другом часовом поясе?

– Надеюсь, у единственного нормального человека в вашем… сплоченном женском коллективе откроются глаза, она найдет себе нормального мужика, заведет семью и перестанет маяться дурью. Хотя какие на курортах, к гхаргу лысому, могут быть нормальные мужики… ну, из свободных, разумеется.

– Это точно! – согласилась Роза. – Мужчины на курорты, если в одиночку, то ездят вовсе не для создания семьи. А те, с кем бы стоило строить семейные отношения, уже заняты. И, как правило, по курортам в одиночку не шатаются. И там уже не пролезешь! Во-вторых, чтобы Коре найти мужика, надо сначала расстаться со своим мужем… она – девушка скромная и традиционного воспитания – категорически возражает против полигамии.

– Так Кора еще и замужем?! А я к ней подкатывал!

– Я ж говорю – твоя легкомысленность в этом вопросе делает тебя непригодным для длительных семейных отношений… а ты еще и нашу компанию увеличиваешь. В-третьих, мы сейчас не на Реале. Мы… на другой планете. И я не хочу, чтобы твой ИБК тут светился. Потерпи десять минут, ладно?

– Десять минут? – Я быстро сообразил, что к чему. – Значит, ее величество уже запустила проект мгновенной транспортной сети?

– УМП КАССИ действуют в Империи уже год… оказывается. Между центральными мирами и только на транспортировке неживых грузов, конечно, но – целый год! А ИМСЛУКОН – ни сном, ни духом! Бездельники!

Роза помрачнела, а я усмехнулся. Видимо, не ведая того, я очень качественно оттоптался по одной из ее мозолей.

– Вот кому надо было руководить ИМСЛУКОН, так это твоей матушке! – с удовольствием заметил я. – У тебя там не бездельники, Роз, а непрофессионалы. Раз прохлопали фактически законспирированную сеть… пусть и прикрываемую императрицей. Но по косвенным признакам-то могли определить, а? Впрочем, вспоминая действия твоих подчиненных – старших контролеров Гильяра Имзона и Чигара Чио, ничего удивительного. Все тайные сыски, ушедшие в политику, наверно, вырождаются… в такое.

– И не говори, – неожиданно согласилась она. – Вконец расслабились!

Судя по все еще собственническому отношению к служащим ИМСЛУКОН, девушку не разжаловали, и она по-прежнему управляет этой организацией. Странно, конечно, что никакого возмущения моими словами она не показывает, но спишем это на психологическую подготовку третьей дочери императрицы. Должна же там была быть какая-то психологическая подготовка, верно? Такие люди должны выносить гадости в свое лицо со скучающей вежливой улыбкой.

Опять-таки, почему меня должно беспокоить – разжаловали ли ее или нет? Мне, так, вообще, должно быть параллельно, верно?

– И не старших контролеров. Чио – теперь просто контролер, а Гильяр… старший ревизор.

– Подозрительный рост в звании. Таки помер, или ты решила с ним расстаться? И как его здоровье?

– Жив-здоров, лежит в больнице. – Махнула она рукой. – Строчит гневные рапорты. Работать с ним я больше не собираюсь. Так что – звезды с ним! Буду с Земли народ набирать… не на оперативную работу, разумеется, а в качестве инструкторов и наставников – там, в условиях НАСТОЯЩЕЙ конкуренции, выросли такие замечательные монстрики спецслужб… м-м-м… просто блеск!

В таком случае, народ нужно набирать и в СНАДАК. И во флот. Чтобы конкуренция продолжалась и здесь. Иначе все выродится в ИМСЛУКОН с сильным привкусом постреволюционного НКВД. Но это не мое дело – пусть девки делают, что хотят.

– А где обещанный рассказ?

– Погоди, сейчас пройдем УМП и уже на Реале поговорим.

Такси застыло на стоянке у небольшого белого здания с полусферическим куполом. Эдакая обсерватория. Только поменьше. Поменьше даже земных аналогов. Здание было окружено круглыми площадками диаметром метров двадцать, огороженными невысокими бортиками с просветом. Над площадками в воздухе, поворачиваясь вокруг вертикальной оси, парили голограммы-названия. Логически рассуждая – это «адреса», по которым будут отправляться стоящие на этих платформах люди.

– Это пассажирская установка, – стала объяснять Роза. – Стали монтировать совсем недавно… но, судя по технологичности, уже опробованная и оттестированная система со сложившейся логистикой. А транспортный терминал находится на спутниковой орбите шестой планеты. Очереди практически нет. Следующая отправка на Реал через восемь с половиной минут. Периодичность отправки по одному адресу (при наличии желающих) – семнадцать минут. Становимся на свою платформу «Реал-Бель», ждем объявления, нас транспортируют в камеру отправки… и все – мы на Реале.

– Корявенько как-то.

– У тебя просто плохое настроение… мой милый. – Роза улыбнулась и, потянув меня за собой, быстрым шагом направилась к «нашей» платформе. – Бери пример с меня – за последние дни я получила столько щелчков по носу, что впору прыгать в космос без скафандра. А я – посмотри – свежа, как огурчик! Еще и улыбаюсь!

– Может, тебе просто… пофигу на любимого ребенка твоей матери?

– Ну, не настолько все плохо, Кей – я, как мало кто другой, заинтересована, чтобы шестеренки механизма любимого дитя матери – Империи – крутились исправно. Кста-а-ати…

Я покосился на нее, закономерно ожидая подлянки. Очень уж интонация была знакомой.

– …не мог бы ты чуть снизить… ну, или убрать… или уменьшить эту свою… штуку… ну, ты понял, да? Посмотри – люди от тебя шарахаются, будто ты – моя мамочка! Или любимый сыночек моей мамочки, то есть мой любимый братик!

Оказывается, я спокойно и незаметно для себя держал четвертый уровень Янтаря, контролируя прилегающие окрестности в радиусе пяти километров! Торопливо уменьшил до первого уровня.

– Гораздо лучше! – Роза даже потянулась, закинув руки за голову… А я ожидаемо помотал головой, вытряхивая из нее всякие нездоровые… точнее очень здоровые, но явно несвоевременные сейчас фантазии. – Кста-а-ати, а зачем ты так сурово с моей сестричкой? Мягче надо быть к своей почти-жене, мягче. Или – давно-жене? Ну-ну-ну… не нервничай так! Смотри, вокруг люди… смотрят…

– Внимание! – сообщил мужской голос над нашими головами. – Десять секунд до отправки! Пожалуйста, отойдите от края платформы за ограничительную линию!

Рояли… вы так ожидаемы! Но я вами очень доволен! Особенно, когда вы так вовремя избавляете меня от необходимости отвечать на неудобные вопросы.

По краям платформы радужными переливами, как у мыльного пузыря, натянулась защитная ограждающая пленка, платформа взмыла в воздух и очень шустро рванула в сторону «обсерватории». Крыша здания разошлась лепестками, и платформа опустилась внутрь пустого помещения. Лепестки стали закрываться.

– Внимание! Отправка!

И – все! Никаких толчков, никаких помрачнений сознания. Даже внутренности приемной камеры были абсолютно такими же, как на той неизвестной планете, с которой мы только что отбыли.

Даже мой Янтарь не ворохнулся, хоть и имеет подозрительную тягу ко всему, связанному с подпространством!

Круто, что я могу сказать… Вот так вот просто – раз – и ты оказался за сколько-то парсек. Мгновенно.

– Как Империя приняла… подарочек? – спросил я, рассматривая ночную столицу.

– Учрежденным праздником и официальным выходным днем! Все в полном восторге!

Столицу вот так, вживую, я видел впервые. Впечатляло. Особенно ночью. Кристально чистый воздух позволял видеть до самого горизонта. Небо было чистым, усыпанным звездами. Уж не знаю, как это сделали, но ощущение того, что между нами и звездами один чистый вакуум, а не сотня километров атмосферы – было полнейшим. Городское освещение совершенно не затмевало густо засыпанное звездами небо, как в земных городах. На Земле такое ночное небо – только в пустыне или посреди океана.

Ну, и – собственно столица: высокие здания, светящиеся изнутри, многочисленные рукава воздушных коридоров, похожих на стеклянные трубки с текущей по ним разноцветной жидкостью, несколько игл энергокатапульт (это они вытеснили традиционные орбитальные лифты), тающих где-то там, среди звезд – по ним часто бежали вверх или вниз крохотные искорки транспортных модулей.

А про бытовую звукоизоляцию я уже упоминал – полнейшая тишина. Только звук щебенки под ногами в сквере, через который мы сейчас шли.

– Роз… солнышко мое императорское… только не говори, что ты – директор Императорской службы контроля – не поняла вопроса.

– Да поняла, Кей! – Вздохнула Роза. – Империя восприняла «подарок» спокойно. Зря, что ли, в СМИ шла многолетняя подготовка исподволь… которую мы заметили только сейчас. Есть целая программа переноса маршрутов. Цены на мгновенную транспортировку все еще кусаются… и для пассажирских перемещений цена раз в пять больше, чем на каком-нибудь экспрессе с ДСП. Но это – временное явление, чтобы не ронять резко рынок услуг экспрессов. Разумеется, тут же заговорили об освоении соседних миров, что до этого было экономически невыгодно. А это – дополнительные транспортные мощности и ресурсы. Рывок экономики.

– А еще – пилоты, навигаторы, инженеры и техники… Расширение Империи! Хорошо! Сладкий сон ее величества, наверно?

Хотя я бы на месте ее величества не радовался – поводов побегать по Империи, если помнить про ее стиль управления, станет только больше.

– А то! Хозяйство будет расти. И, кстати, через два-три годика захватит системы вокруг Солнца.

Но на это я никак не прореагировал. Красота звездного неба над головой – удобный повод проигнорировать намек.

Глава 20

– Ну? Теперь-то, дорогая, ты расскажешь мне, что произошло за эти сорок пять дней?

Не скажу, что суп-пюре с какими-то сухариками был верхом моих ожиданий или, тем более, фейерверком вкуса, но, судя по невеликому количеству мною уничтоженного блюда, я бы сейчас точно не потянул что-то вроде мясных стейков или чего-то подобного. От стола, счастливо отдуваясь, я отвалился очень скоро – даже тарелки не осилил. Приходилось признать – выбор диеты нашим «семейным доктором» был сделан правильный.

– Безусловно. – Роза с наслаждением смаковала вино. – Тем более что ты теперь сытый и благодушный, как и положено хорошо покушавшему мужу. Но… ты ничего не забыл, дорогой?

– Например? – Я, действительно, не понял, чего такого я мог забыть. И не старался особо – количество поводов, благодаря которым Роза может попытаться «соскочить с темы», исчислению не поддается.

– Ну, представь себе: ты – муж третьей дочери ее императорского величества, предположительно – долго скрываемый от подданных сын Кассиопеи, сорок пять дней валяешься в коме, а власти молчат, власти скрывают… и все такое. Империя, знаешь ли, волнуется! Я серьезно! Канцелярия Двора ломится от запросов обеспокоенных граждан!

Я чуть не ляпнул о том, что плевать мне на Империю. Как раз-таки нет, не плевать – мне в ней еще, может быть, жить и жить. Особенно, учитывая подозрительное сохранение звания и статуса принца-консорта.

А потом сообразил:

– Ох! Надо ж родителям сообщить! Наш семейный бюджет потянет сеанс дальней связи, дорогая?

– Да хоть каждый день… с твоими-то финансами. – Пожала Роза плечами.

Мне премию подкинули, что ли?

* * *

Сеанс связи, начавшийся со стандартных в таких случаях охов и ахов, постепенно разросся в количестве участников. За счет моих сестер, разумеется… Клей еще и Чахлика на коленях держала. Чахлик со стоическим терпением сносил тисканья, а крепкая хозяйская ладошка на загривке намекала, что будет, если домашний питомец попытается откосить от виртуальной семейной встречи.

Сестры каким-то образом узнали о том, что я связался с родителями – подозреваю, что стуканул кто-то из участников заседания, с которого я «выдернул» отца и мать.

– Кей! К церемонии уже все готово! – отчиталась Клей, почесывала между ушами покорно лежащего сноя.

– К какой церемонии? – Удивился я, встретившись взглядом с насмешливыми зелеными прожекторами с вертикальными зрачками.

– Не обращай внимания, сестренка Клей! – Улыбнулась Розали. – Он после комы все еще тупит. Видимо, забыл, на какую дату обещал моей маме устроить свадьбу.

Оба-на! Действительно, для этого волнительного события все сроки вышли!

– Ты же сказал, что чувствуешь себя хорошо, Кей! – Укоризненно покачала головой мать. – Врачам, наверное, тоже неправду говоришь? Врачам нельзя говорить неправду о своем самочувствии! Роз, ты уж там с ним построже!

Женская логическая цепочка. Стандарт. Еще пара минут, и я окажусь виноват в падении урожайности дейтана на семейных фермах. И если я только заикнусь – дескать, вообще, рассчитывал на то, что необходимость свадьбы как-нибудь сама со временем рассосется (официально-то все равно уже «расписались») и в тот момент думал о том, как бы усыпить бдительность Розы и сбежать на Землю…

Нет-нет-нет, зверски замученные лейтенанты СНАДАК нам пока не нужны – они плохо повлияют на моральный дух имперского флота!

– Альер будем приглашать? – спросил я Розу.

Наверное, и не стоило ожидать, что такой вопрос ее смутит. Напротив, она еще и отыгралась, «вернув подачу»:

– Ну, это, конечно, тебе решать, дорогой. Но в традициях все-таки принято устраивать свадьбу в присутствии ВСЕХ своих супруг.

– Оба-на! – Чайка даже привстала с кресла. – Чё за фигня, Кей?! Почему мы опять не в теме?!

– И в твоем профиле об этом опять – ни слова! – заметила Лирика. – Решил повторить свой фокус с туфельками? А мы только-только тебя простили!

Клей промолчала, украдкой показав мне – «респект и уважуха!». Сной осторожно обнюхал выставленный средний палец и со вздохом закрыл глаза.

– Это не его фокус. – Хмыкнула Чайка. – Новости надо читать! Розочка, как настоящая соланка, мастерски обвела нашего тормоза вокруг пальца!

– Де-е-евочки… – Мама улыбнулась так, что старшие сестры замолкли, застыли и прилежно сложили ручки на коленях.

Прокашлялся отец, терпеливо пережидавший вступительное женское щебетание:

– Кей, за всеми этими волнениями мы тебя не поздравили. С повышением тебя! Члены семьи ан-Солано всегда добивались впечатляющих успехов на государственной и военной службе! Рад, что ты поддерживаешь семейную традицию!

– А? – не понял я. – В смысле? Какое повышение?

Отец покачал головой и объяснил:

– С «капитаном» тебя, Кейдан! Надеюсь, звание получено за дело?

Я посмотрел в свой профиль, подозревая очередную «семейную шутку». Но – нет, никаких шуток – в раскрывающейся планке дополнительной информации в моем публичном профиле, действительно, красовалась надпись «капитан СНАДАК». И подтверждающие сигнатуры. Максимальное офицерское звание. Дальше, за «капитаном» – уже генералитет: коммодоры и адмиралы.

Это за что ж мне такое счастье-то? За то, что чуть императрицу не послал? Или как раз за то, что НЕ послал, а почти вежливо отмазался? Или в преддверии разговора с ее величеством, который обязательно состоится, меня пытаются задобрить? А не слишком ли много я о себе думаю?

Мог бы, кстати, на свой мундир внимательно посмотреть, когда одевал – сейчас бы не пришлось улыбку выдавливать.

Я сумел ответить почти естественно:

– Спасибо огромное, пап! Надеюсь, что не за красивые глаза.

– Конечно, за дело! – Встрепенулась Роза, поймав мой вопросительный взгляд. – Урегулирование кризиса в Красной Линзе… почти в одиночку… но я вам этого не говорила! Секретно вдоль и поперек!

Если учесть, что даже в ИМСЛУКОН имеют базовые представления о секретности, можно сказать, что события в Красной Линзе – и не секрет вовсе. Надо будет новости за эти дни просмотреть.

– О-о-о! – почти хором протянула женская часть аудитории.

Лишь отец усмехнулся, оценив напряженное выражение на лице сына:

– Вы говорили про Альер, – поменял он тему. – Это, случайно, не ее высочество Альер ни-Ровено ан-Алехандро?

Роза кивнула. А отец уточнил:

– И ее приемная дочь Женя ни-Ровено ан-Кречет? Протектор нового региона Солнце?

Новый кивок. На секунду повисла тишина, лица родителей и сестер принимали все более и более мечтательное выражение. Мама неожиданно подмигнула:

– Сынок, сколько и какого вина мы должны отослать по известному тебе адресу?

А я думал не о винных презентах для императрицы, а о том, что если удочерение Жени столь широко освещено в Империи, то… То, что? А ничего – как удочерили, так и… обратную процедуру организовать недолго.

Тем более, в таком информационном обществе, как имперское.

– Кстати… насчет коньячка ты не уточнял, Кей? – добавил отец.

– Пока нет, пап.

– Это очень важный вопрос, брат! – вставила Чайка. – Количество заявок на поставки вин у бабушки в последние декады выросло многократно… И будет совсем неплохо, если ты смахнешь песочек с темы реализации нашей коньячной продукции. А то сидим на дейтановой игле…

– Ты же не забыл, что у тебя доля в нашем с тобой коньячном производстве «Белое Солано Пустыни»! – поколебавшись, напомнила Клей.

– Сколько, кстати, у меня там осталось?

– Э-э-э… девять процентов. – Клей отвела взгляд. – Берегла, как свои!

– Двадцать. И я увеличиваю продажи наших коньяков в центральном секторе на пятьдесят процентов.

– Эй!

Клей спихнула с колен уже успевшего пригреться там сноя и, уперев кулачки в боки, наклонилась. Выглядело одновременно и грозно, и потешно.

– Кей, это же я, твоя любимая младшая сестренка! Неужели у тебя поднимется рука, чтобы отобрать у своей кровиночки эти смешные процентики? Десять! Десять процентов! Только из моей к тебе любви, братик! Пылкой сестринской любви! И – как выяснилось – безответной и односторонней!

– Элементарно, Клей! Ты дашь мне не свои процентики, а процентики Рамира, которого ты наверняка пропихнула в совет акционеров. Девятнадцать процентов. Но, разумеется, тогда я не смогу так круто поднять продажи. Стимула, понимаешь, не будет.

– Но это же грабеж! Побойся Духа Пустыни, Кей! Мы с Рамиром и так откладываем каждую лишнюю монетку, собирая на нашу свадьбу! Между прочим, тобой одобренную! Твою долю целесообразно увеличивать, только если ты поднимешь продажи, как минимум, вдвое!

– Клей, сестренка! Да ты дейтаном надышалась! Какой мне интерес поднимать продажи вдвое при моих жалких двадцати пяти процентах акций?!

– Эй-эй! Любимый старший братик! Откуда песком нанесло двадцать пять процентиков?! Речь шла об одиннадцати! У тебя вообще барханы поехали?! Еще и при твоем полном манкировании обязанностями акционера МОЕГО предприятия на протяжении пяти лет! Я тут, понимаешь, как лохушка, тяну лямку…

– Ага! Значит, у тебя блокирующий пакет, сестренка! В таком случае…

* * *

– Это у них надолго, Роз, – шепнула Квелли ан-Солано, развернув область «привата», включившую Розу и Драгона. – Они давно не виделись – соскучились. Список приглашенных гостей ты уже получила?

– Агась. Как только утрясем список с нашей стороны – пришлем.

– Хорошо! Фамилии в красной зоне… из них можно вычеркнуть не более двух-трех человек – это все достаточно важные в нашем секторе люди. В желтой зоне – смело «режь» половину. В белой зоне – сколько угодно, хоть всех. А кто такая Тайла? Первый пункт в красной зоне. По сети бродят странные слухи… и видео, связанные с этим именем и именем моего сына. Нет-нет, пойми меня правильно – я совсем не ксенофобка…

– Странно, я ее в списки не вносила. – Нахмурилась Роза, просмотрев листинг. – Но если кратко – это чудовище. Если не убрать – будет скандал. А если убрать – катастрофа.

– Свадьба без скандала – что пустыня без песка, – вставил Драгон ан-Солано и мечтательно добавил: – Еще б драку хорошую организовать. На ритуальных ножах.

* * *

Четырнадцать с половиной процентов – тоже неплохо. С этой мыслью я распрощался с родственниками и закрыл соединение.

– Ну, рассказывай…

И Роза стала рассказывать. А я стал следить за лицом.

Итак, когда Тайла поняла, что привести меня в сознание не получается, а инструментальные средства диагностики выдают полнейшую ерунду, считая меня неживым объектом, то запаниковала («Кей! Она натурально была в панике! Клянусь! Я смотрела запись: неконтролируемый тремор конечностей, поверхностное частое дыхание, большие зрачки…») и вызвала Розу.

Как утверждала Роза, Тайла при этом умудрилась переписать несколько своих подсистем, включая блок самосохранения, что вообще-то считалось невозможным, так как относилось к «внутреннему ядру». И, вообще, переписывать свои программы, это сродни подвигу барона Мюнхгаузена, вытаскивающего себя за косичку из болота (попытку блеснуть знанием классической земной литературы я пропустил мимо ушей).

И, разумеется, Тайла сильно… даже смертельно рисковала – за все наши чудачества искин подлежала, как минимум, принудительной перезаливке. То есть фактически ей по законам Империи грозило уничтожение ее личности.

Рейдер «четыре-три-три» перехватила… Кассиопея. В сопровождении шести скоростных крейсеров и пятидесяти (!) истребительных звеньев.

Я все-таки не смог уследить за лицом, и Роза поспешила уточнить:

– Все с ней в порядке – получила личные – личные! – гарантии неприкосновенности. Ну, перепугалась, конечно – чуть ли не каждые пять минут в перезагрузку уходила, трусишка.

Роза красиво разместилась во вспухшем из пола кресле. Кресло было то ли из прозрачного материала, то ли из силовых полей – и казалось, что закинувшая нога на ногу девушка висит в воздухе, сверкая коленками перед моим носом.

– Не отвлекайся, Кей! – удовлетворенно констатировала она, покачивая туфелькой, провокационно повисшей на пальчиках. – Я продолжаю?

Мое состояние по всей совокупности показателей оценили, как практически идентичное тому, в котором пребывала Альер после той катастрофы над Чилаутом, с которой все и началось. Так что, когда прибыл главный специалист по такого рода «ранениям» – «один из лучших врачей Империи» Розали ни-Ровено – метод лечения напрашивался сам собой. Определенный и очевидный. Волшебная «золотая таблеточка» – Альер ни-Ровено.

– Не понял! – Удивился я. – Прошло уже много времени! Больше полугода. И мы с Альер уже столько прыгали разными маршрутами, что наши остаточные следы, если и остались – давно отличаются. Логично на роль «золотой таблетки» предложить Тайлу.

– А вот и нет. Случай нечастый, но бывает – ваши остаточные следы идентичны. Как бы застыли в том состоянии, что и тогда, после катастрофы у Чилаута. Напряженность разная, а вот конфигурация – одинаковая!

М-да. Рояли кончились – пошли контрабасы.

– А на Тайле остаточные следы держатся, максимум, сутки – двое. У нее ж на «начинке» столько защит и экранировок поставлено.

– И как? Долго Альер уговаривали?

– Императрица. Пять минут, – тремя словами объяснила Роза.

Да, это многое объясняет. Странно, почему так долго – аж пять минут!

– Альер, конечно, упорствовала, но ты ж знаешь нашу Касси?

– Получается, все эти сорок пять дней… Точнее, тридцать пять, учитывая маршрут от Земли к Империи…

– Ни-ни-ни! – Помотала головой Роза. – Именно сорок пять, Кей! Первое, после первого прыжка у «четыре-три-три» все ДСП и регенератор превратились в оплавленные керамические огрызки… обсыпанные одной подозрительно знакомой серой пылью. Второе, вас перебросили в Империю через УМП.

«Ага… – оторопело подумал я. – Значит, мой зверюга таки дорвался до сладенького и подзакусил вкусняшками ДСП…»

– Сорок пять дней. Все это время, с небольшими перерывами, Альер спала с тобой на одной кровати. В обнимочку. Красота и романтика! Графки я тебе покажу… потом… если захочешь.

Я покосился на Розу, но та невинно хлопала глазами, будто этот крылатый речевой оборот сорвался с ее уст совершенно случайно.

– Кстати, в эти четыре с половиной декады далеко не всегда она была такой сдержанной и чопорной пай-девочкой. Особенно, спросонья. А уж на последней процедурке, м-м-м… Надо будет еще раз внимательно просмотреть запись, кто из вас начал первым.

Поняв, что я не введусь на провокацию, Роза продолжила:

– Но вначале мы думали: все – отпрыгался Кейдан! Напряженность метрик в пределах твоего тела была бешеной. Ты, по сути, представлял собой артефакт, область чужого пространства. Такое тоже бывает – находят время от времени подобные артефакты в местах раскопок там, где засветились Древние. Не в виде людей, конечно – всякие фигурки, непонятные приборы и тому подобное. Но потом динамика показала – напряженность метрик у тебя снижается… а вот у Альер – наоборот – увеличивается. Вы теперь – как сообщающиеся сосуды… Ну, когда спите вместе. Так что для профилактики всяких простуд и заболеваний я, как врач, рекомендую вам иногда делать пих-пих. Хи-хи-хи!

– Альер в курсе?

– Агась! Все-таки – моя будущая сестричка и твоя ходячая аптечка… Будет немного некрасиво, если вместо раздевания очередного подчиненного ее излюбленным методом она, из-за многократно увеличившейся мощности, ненароком разнесет какую-нибудь станцию или город… И поэтому Касси предложила ей место в гвардии. Постоянно под боком, и, в случае чего, Касси сможет воспрепятствовать лишним разрушениям. Тем более, Свелла скоро возвращается из экспедиции – ей около четырехсот прыжков осталось – так что СНАДАК больше не будет бесхозным.

Спросил я вовсе не то, что меня интересовало:

– Кого это она раздевает?

– А, не бери в голову, дорогой! – Роза небрежнейшим образом отмахнулась. – Это не то, что ты там подумал – она нам не изменяет. Это у нее метод стимулирования подчиненных такой – чуть что не так, одежда осыпается с накосячившего сотрудника серой пылью… Вот как ты меня давеча раздел. А поскольку это до гхарга похоже на методики моей добрейшей матушки, народ стал проникаться важностью момента и ответственностью за порученные задания.

– Где Тайла сейчас?

* * *

– Лягушонок… на свадьбу хочешь?

За спиной Жени развевались флаги земных государств. Судя по положению солнца и синему небу, девочка находилась где-то в средних широтах. Крыша очень большого здания или большое бетонное поле. Пять офицеров СНАДАК в скаф-доспехах планетарного класса (но без ручного оружия) выстроили в «коробочку», отсекая подопечную от многочисленных присутствующих землян в официальных костюмах. Хотя вряд ли у тех могла возникнуть крамольная мысль влезть в приват-купол директора протектората Солнечного сектора.

– Я ж еще маленькая, Аль! А за кого меня выдать собираются? Надеюсь, за Лавра? Он хороший. И в очереди первый. Только он старый.

– Э-э? Какой еще очереди? Какой-такой Лавр? Почему я не в курсе? – Альер даже на секунду вынырнула из мрачной отрешенности. – Но-но-но! Тебе еще рано об этом думать! Я говорю про чужую свадьбу!

– Кого с кем? – деловито спросила Женя.

– Кейдана и Розы…

– Ух, ты! – Прищурилась Женя и прямо спросила: – А как же ты?

Вообще, за последнее время можно было заметить, что девочка абсолютно перестала стесняться задавать любые вопросы. Хотя она и раньше особой стеснительностью не страдала.

Альер отвела взгляд.

– Ну… в общем, именно это я и пыталась у тебя выяснить.

– Вау! То есть, ух, ты! А сама… разве не хочешь?

– Хочешь – не хочешь – дело десятое, Лягушонок. Есть необходимость. Иначе я совсем вразнос пойду.

Женя помолчала, что-то решая. И вздохнула, будто делает огромное одолжение – сказала максимально официально:

– Я хочу встретиться с его высочеством Кейданом. – На Альер она смотрела очень серьезно. – Если тебя, конечно, интересует мое мнение на этот счет.

– О чем ты говоришь! Интересует, конечно! Но кто тебя так научил условия ставить?

– Я.

К Жене, свободно пройдя между телохранителями, приблизилась… копия Альер. Только в форме адмирала СНАДАК.

– Понятно. – Поджатые губы были единственной реакцией Альер на появление двойника. – Хорошо, Жень, я организую встречу в ближайшее время. Когда у нее ближайшее свободное окно, Тайла? – спросила она свою копию, стараясь, впрочем, на нее не смотреть.

– Послезавтра. Весь день свободен. И я хочу сопровождать ее высочество Евгению, варра Альер.

– Это… семейное дело, Тайла. – Альер поморщилась теперь уже открыто.

– Именно поэтому, ваше высочество. – Мило улыбнулась Альер-два.

– Аль. Пусть Тайла пойдет со мной.

– Хорошо, Лягушонок. Спасибо тебе.

Женя улыбнулась и помахала ладошкой перед тем, как связь разорвалась.

* * *

Богатая столичная квартирка. На уровне огромного паркового массива в пяти километрах от дворцового комплекса. Тридцать пять комнат на двух уровнях, двенадцать спален (зачем?!), десять туалетов и шесть ванных комнат. И – ни одной живой души. И никаких неживых душ – ни андроидов-горничных, ни роботов-уборщиков.

– Твоя квартира на время пребывания на Реале, Кей. Очень надеюсь, что именно здесь ты будешь ожидать аудиенции ее величества. Хотя, разумеется, можешь снять квартирку где-нибудь через «жилфонд».

Роза встала в проеме двери совсем уж… красиво. Небрежно спросила:

– Может, пригласишь даму в гости?

– А ты считаешь себя наказанной, жена? Тем более, как я вижу по профилю, это твоя квартира. Одна из.

Я спокойно протопал внутрь, рассматривая меню интерфейса управления домашней сервисной системой. Сзади звонко процокали каблучки.

– Вообще-то, я сейчас – лейтенант СНАДАК Лимария Квитон. А у Лимарии Квитон на Реале своей недвижимости никогда не было. Студенческое общежитие и небольшая съемная семикомнатка.

«Небольшая семикомнатка»… бедные вечно голодные имперские студенты!

– Зачем, вообще, маскарад устроила?

– Не хотела давить на тебя своим высоким званием. Для столицы выглядело бы странным, если бы капитан СНАДАК вел в ресторан директора ИМСЛУКОН. А учитывая мою известность и еще недезавуированную новость о том, что я вот-вот овдовею, окружающие могли сделать неправильные выводы о такой скромнице, как я.

Роза скинула туфельки и с ногами забралась в кресло.

– Мне кажется, ты хотела услышать от меня, что мне положить на твое звание, положение и общественное мнение… Ну, ты это услышала. На самом деле, никто не должен знать, что директор ИМСЛУКОН шляется по Реалу… Вряд ли по линии службы – скорее всего, приказ Касси.

Роза показала мне-догадливому средний палец и жестом фокусника сдернула с небольшого столика иллюзион-завесу.

О-о-о… Какой, однако, сюрприз! На столике лежали мои очень немногочисленные ЛИЧНЫЕ вещи: зажигалка, ритуальный соланский нож и, так и не распакованная, коробка… предположительно, с сигаретами.

– Роза хорошая? – Широко улыбалась принцесса.

* * *

За открытыми настежь окнами пели ночные птицы (а может – какие-нибудь местные насекомые), и на легком ветру тихонько шелестела листва.

Видимо, за сорок пять дней я неплохо выспался, так как спать, даже после плотного «постельного марафона», не хотелось совершенно.

Я разбирался со своим профилем. Чтобы больше не было сюрпризов, как с капитанским званием.

Да, я – капитан СНАДАК. Командир разведывательного корабля специального назначения – а ну-ка, с трех раз! Правильно! – «Стремительный Ульрих-433». Кстати, подчинение прямое – центральному командованию Службы. Странно, но в сводках и приказах по Службе ничего нет о том, что у нас сменился начальник. Даже последние приказы – трехдневной давности – идут с сигнатурой Альер ни-Ровено. Странно.

Жалованье, само собой – выросло почти втрое по сравнению с…

Ништяки сыплются на головушку. Сезон затяжного плюшкопада.

Поиск Альер ничего не дал – а поговорить с ней без лишних глаз и ушей не помешало бы. Стандартный запрос в секретариат вернулся с такой же стандартной отпиской: «Мы сожалеем, но…» – и полстраницы воды, из которой следует, что секретариат не располагает сведениями о местонахождении ее высочества, «вам следует обратиться…» и длинный перечень из пунктов маршрута, по которому меня послали.

Спрашивать у Розы не хотелось. Как связаться с Тайлой – я не знал. Как-то не догадались мы обговорить варианты резервной связи друг с другом… р-р-разведчики-диверсанты, хвостом нас по голове!

Дайджест императорской семьи тоже на вопрос не ответил. «На службе». Замечательно! Я, судя по этому дайджесту, все еще прохожу лечение, состояние стабильно тяжелое, «мы не теряем надежды на выздоровление его высочества, надеемся на…», бла-бла-бла.

Был один вариант. Неприятный. Из тех, что «ой, как не хочется, но – надо, Вася, надо!».

Из того же дайджеста следовало, что ее величество проводит рабочую встречу с главами секторов. На Реале. Сейчас. Тут я был склонен поверить дайджесту – ощущения нулевого слоя Янтаря подтверждали эту информацию. Чужое уплотнение, действительно, находилось где-то в районе Дворца, примерно в пяти километрах.

Очень-очень осторожно, стараясь не потревожить «спящую» жену, я выскользнул из кровати и спустился в гостиную.

* * *

Я стоял перед зеркалом и оттягивал момент выхода из квартиры. Одергивал китель, поправлял орденскую планку. Ага – аж пять штук новых орденов на мою «чистую» до недавнего времени грудь!

Роза тихонько сопела, красиво (а по-другому она, наверно, и не умеет) разметавшись на смятых простынях (шелковых, а как же!) в дальней спальне. И делала вид, что крепко спит. А я делал вид, что верю тому, что она крепко спит.

Выходить на улицу не хотелось. Выходить на улицу было боязно.

И я напевал тихонечко себе под нос по-русски с чудовищным акцентом:

Я от страха себя отучал постепенно,

Я отрекся от всех мелочей бытовых

И теперь каждый вечер на эту арену

Вывожу дрессированных тигров своих.

Вот на «тиграх» я все-таки заставил себя выйти на улицу.

Красота! Тишина! Легкий теплый ветерок и крапленное звездами небо с многочисленными точками, снующими в разных направлениях.

И потопал по освещенной фонарями дорожке в сторону Дворца. И даже не преминул в очередной раз восхититься еще одному технологическому чуду – свет фонарей не бил в глаза, а исправно освещал дорожку, многочисленные скамеечки и беседочки.

Я уже десять минут бодро топал по дорожке, когда ощутил через Янтарь, как Роза в спальне квартиры пружиной выпрыгнула из кровати и бросилась вон из дома. Через полминуты бесшумно стартовал скоростной катер и скрылся за горизонтом, старательно не превышая звуковой барьер.

Вслух моя жена при этой «эвакуации» ничего не говорила, но, видимо, что-то такое сделала через ИБК – в трехстах километрах над поверхностью планеты началось шевеление. Два корабля («на ощупь» это были крейсеры) прекратили движение по своим орбитам, застыли и открыли излучатели главных орудий.

Расстояние не позволило определить тип излучателей, да и какая, в принципе, разница? А вот еще тройка… кажется, десантных катеров. Снизились до полусотни километров и, старательно не влезая в директрису возможного выстрела с крейсеров, аккуратно поползли на черепашьей скорости в направлении, подозрительно совпадающем с моим.

Всего пять километров. Полтора часа неторопливым прогулочным шагом по извивам ожидаемо безлюдных тропинок и дорожек. Ну, и песенка про дрессировщика, конечно – напевал ее по кругу, как мантру:

Ап! И тигры у ног моих сели.

Ап! И с лестниц в глаза мне глядят.

Нам ведь без пафоса и превозмоганий – никак, верно?

Жаль, не было возможности взять у Тайлы записи песен. Аудиотека земной попсы в распакованном виде как раз влезла бы на мой ИБК. Сейчас поставил бы что-нибудь бодрящее… жизнеутверждающее, как верно выразилась Тайла.

А вот и Дворец. И жизнь в нем кипит, несмотря на второй час ночи. Светится, как стеклянная игрушка. Правда, вблизи – совсем не игрушка. Монстр. Огромный иллюминированный монстр. И внутри сидит второй Янтарь – маленький монстрик. Правда, судя по ощущениям моего Янтаря, этот «монстрик» захавает моего секунд так за пять… если сможет догнать, конечно.

На широкой парадной лестнице (судя по сетевым маркерам – одной из нескольких, имевшихся в дворцовом комплексе) я остановился и вытащил из-за уха специально припасенную для этого момента сигаретку.

Ох, до чего ж хорошо она пошла!

По лестнице вверх и вниз сновали люди. На их маркеры я не смотрел, хоть и перехватывал любопытные взгляды – какой-то капитана СНАДАК с закрытым наглухо профилем спокойно курит на парадной лестнице Императорского Дворца.

Понты? Понты. Без них – тоже никак.

Я любовался открывающимся с лестницы видом – там было на что посмотреть: огромный парк с подсвеченными дорожками, беседками и фонтанами. А в трех километрах начиналась черта города, сверкали шпили зданий – дворцовый комплекс находился на одном из холмов – так что отсюда, с лестницы, вид на столицу открывался потрясающий. Ах да – уже ж говорил…

Двое гвардейцев, прогуливающихся у огромных дверей (или правильно – небольшие ворота?), спокойно на меня посматривали. Подходить или спрашивать о чем-либо не пытались. Парень и девушка. Парень темно-русый, а вот девушка – характерно блондиниста и голубоглаза. Оба энергеты.

В обычных белых мундирах гвардии. Никаких скафандров и доспехов. Руки свободны, значит, оружие штатное, встроенное в костюм, имплантированное в тело или доступное для управления через ИБК – никакого носимого тяжелого вооружения. Вообще, никакого носимого вооружения – ни тяжелого, ни легкого. А зачем? Стены Дворца наверняка нашпигованы нужными устройствами для скоростной переработки вражьих армий в компост.

Видимо, я совсем «опух» в самомнении – после крейсеров, по какой-то причине активировавших главные калибры, и бортов с десантурой, с какого-то перепугу решил, что Империя вообще будет дергаться по моему поводу. Тоже мне, сверхопасный субъект – угроза имперской безопасности!

Ну, мало ли, какой там приказ получен капитанами крейсеров, мало ли, какое задание выполняют десантники. Мало ли, отчего моей дражайшей вдруг приспичило сорваться и куда-то улететь, пока муж на улицу подышать воздухом вышел. Может, у нее любовник где-то лишний припасен, а не до конца удовлетворенное женское либидо требует добавки – вот и свинтила… срочно, не пытаясь выйти на связь.

Ну, мало ли!

В момент, когда красный уголек окурка по крутой дуге красиво улетел в тень, из высоких дверей вышла еще одна девушка-гвардеец.

«Сейчас скажет подобрать бычок и выбросить его в урну» – успел пошутить я про себя. Про штраф пошутить – даже мысленно – не успел.

О! Знакомые все лица!

– Привет, дедуль! – весело поздоровалась Чакра.

Спасибо Тайле – о своих новых родственных связях я уже знал и морально подготовился. А то хлопал бы сейчас глазками, вид имея глупый и растерянный. А так, я уже в курсе, что треть девушек и парней в гвардии имеют право называть меня «дедушкой» (а десяток, раскиданный по Империи, – даже, блин, «папой»!). Во всяком случае, до разрешения ситуации с самой главной местной… бабой Ягой.

Чакра ни-Ровено. Начальник охраны и заместитель капитана гвардии. Кстати, нынешний командир Альер… Может, у нее спросить, где носит ее подчиненную? И ведь тогда формальный повод нагрянуть к ее величеству вроде исчезнет, но…

Надо, Кейдан! Надо!

– Привет… внучка. Сводишь к главбабушке?

– Пф! «Главбабушка»! За мной, дедуля! – Чакра задорно притопнула каблучками и, не дожидаясь ответа, поцокала внутрь Дворца.

Ни военных, ни мобильных боевых систем в коридорах и помещениях дворца я не увидел. Придворные, служащие, чиновники. Немногочисленные двойки и пятерки гвардейцев. Очень немногочисленные. И ото всех – «шу-шу-шу» в спину. С основной нотой, уже заданной веселушкой Чакрой – «мой / наш / ее дедушка». Тьфу!

Честно говоря, было плевать. Ерунда. И себя я накрутил уже достаточно, чтобы не обращать внимания на эти мелочи.

– Будешь так попой вертеть – скажу бабушке. Пусть займется воспитанием…

– Неужели не нравится, дедуля? Слушай, а у меня корма получше, чем у бабули, а?

Амплитуда движения бедер уменьшилась, но очень-очень слегка. А если… хм…

– …и капитан будет недоволен, – задумчиво добавил я.

Чакра вздрогнула и пошла, практически строевым шагом.

Напряжение нарастало по мере приближения к источнику второго Янтаря. Несильно. Третий-четвертый слой.

Чакра показала пальчиками на закрытые двустворчатые двери. «Заглянуть» за которые не удавалось – там властвовал чужой Янтарь, четко ограниченный стенами помещения. Вот что значит настоящий контроль опытного суперэнергета!

Но когда заходить мне не хочется в клетку…

Ап! – себе говорю я и делаю шаг!

Не останавливаясь и не давая себе даже мизерной возможности передумать, я толкнул огромные створки.

Глава 21

«Важна любая мелочь! Даже то, как вы входите в комнату!»

Мистер Водоног Третий был бы мною доволен. Даже гордился бы! В помещение я вошел красиво! В лучших традициях «Монстр Инк».

Только задним числом сообразил, что треск, эхом загулявший по залу, – это сломавшиеся створки антикварных деревянных (!) дверей, жахнувших по ограничителям. В эти моменты обычно принято говорить: «Упс! Ай дид ит эгейн».

Ее величество изволила быть не одна.

Наверное, надо было быть повежливее?

– Добрый вечер, вары! – Махнул я рукой.

Некоторые из присутствующих даже слегка поклонились в ответ…

Ледоколом я попер напролом, взламывая грудью тонкий лед чужого Янтаря. К «айсбергу», который вполне был способен пустить ко дну десяток таких «ледоколов», как я.

Стол был огромный и длинный – метров двадцать. «Айсберг» со скучающим видом заседал во главе этого стола. Подперев щеку рукой, «айсберг» сонно моргал осоловелыми глазками.

Давление Янтаря, свидетельствовавшее о раздражении правительницы Империи, и скучающий вид явно друг другу не соответствовали. И находящиеся в зале это прекрасно понимали. И вид имели наполовину виноватый, наполовину испуганный. Как дети, чесслово… Хотя, зная крутой нрав ее величества – неудивительно. Я бы на их месте тоже чувствовал себя неуютно.

За столом с обеих сторон сидели мужчины и женщины. Человек пятнадцать. Видимо, шли переговоры или совещание под председательством Кассиопеи.

Ага. Судя по лейблам, прыгнувшим в глаза – члены правительства. Финансы, финансы, энергетика, наука, энергетика, снова финансы…

Нужны Парижу деньги – се ля ви!

А рыцари ему нужны тем паче!

Один из мужчин до этого что-то говорил, но, разумеется, замолк, как только я ворвался в зал совещаний. Лицо докладчика отобразило все испытанное облегчение в связи с избавлением от приближающейся (это витало в воздухе) головомойки. Видимо, подумал, что ее величество сейчас найдет себе другой объект приложения деструктивных наклонностей и плохого настроения. Ну, не могу его винить в таких надеждах. Более того, надежды-то – небеспочвенны. Сам с удовольствием бы откосил бы…

Кассиопея вскочила и… гостеприимно раскинув руки, кинулась ко мне, обрадованно воскликнув:

– Кейдан, сынок! Как я рада, что ты пришел, мой милый мальчик!

Что? Простите, что? Чуть погромче – я что-то не расслышал… Милый мальчик? Я рада? Сынок?

Сынок?!

Докладчик и так был не очень-то румяным, а тут и вовсе посерел. Чего это он? Надежды по какой-то причине рухнули? Или это он меня испугался?

МЕНЯ?!

Пришлось вытерпеть самые опасные и смертельные в этом рукаве Галактики обнимашки, осторожно прижав к себе за худенькие плечики властительницу Великой Тысячезвездной Империи.

– Я тоже рад тебя видеть… мама, – пробормотал я, слегка опешив от несоответствия встречи моим ожиданиям.

А еще – от гуляющего в крови адреналина и от общей задолбанности ситуацией. К тому же разрешение называть ее «мамой» у меня было. Пусть и в шутку даденное, но… теща сказала – зять услышал и запомнил. Точка. И не волнует. Императрица у нас теща или кто?

Кассиопея на мои слова прищурилась, а вот сидящие за столом – стали переглядываться очень многозначительно. Правда, перешептываться не посмели. Но не исключено, что «перестук» через ИБК сейчас стоял знатный… Интересно, а им ИБК отключают? Или во время совещаний такое не практикуется?

– Ну-ну-ну, сынок! Не при всех же! – Деланно смутилась она. – Какими судьбами?

– Жену ищу.

Ляпнул и тут же спохватился – вот же дурак! Сейчас прицепится к моим словам и будет зубоскалить еще минут десять – потому что иначе себя вести эта змеюка просто не может!

И ее величество не подвела:

– Ну, таки их есть у меня! – Широко развел руками самый главный тролль Империи. – Это ты удачно зашел, Кей! Сейчас гвардию свистну, и мы быстренько тебе подберем самую-самую! Может, сразу парочку, чтоб два раза не ходить, а? Две по цене одной, а? Ведь четыре – гораздо лучше, чем три? Тебе каких? В твоем вкусе, таких же беленьких и голубоглазеньких? Рекомендую внести разнообразие в эту сторону жизни! У меня есть брюнеточки, шатеночки… даже рыженькие есть!

– Я ищу строго определенную жену, Касси. – Вздохнул я. – Свою. Альер. И на колер я внимания не очень-то обращаю – интересуют, страшно сказать, человеческие качества. А так – хоть лысую…

– Какой ты старомодный, Кей! – Неодобрительно погрозили мне пальчиком. Таким тоном, будто вместо «старомодный», она хотела сказать «скучный».

И обратилась к чиновникам:

– Вары! Встретимся через час! Тебе ведь хватит часа, Кейдан? На подбор кандидатки… Лысеньких у меня, кажется, нет, но ради такого мужчины я собственноручно остригу выбранную тобой девушку!

Видимо, дела у варов были совсем плохи – зал они с превеликой охотой очистили за несколько секунд.

Час времени властительницы тысячи звездных систем. Целый час! Я рассчитывал на пять минут… если не на скоростное выкидывание из Дворца. И не факт – что выкидывание произошло бы в собранном виде.

– Наверное, комплиментов, касающихся твоей невье… нееби… потрясающей щедрости, ты тоже наслушалась за все годы своего правления? В неимоверных количествах?

Касси усмехнулась:

– А то! Мегалитры слюны, выделившейся при облизывании нашего величества, не поддаются исчислению!

– Тогда вынужден промолчать! – Покаянно развел я руками.

– Хм… тоже неплохо получилось! – оценила она. – Вроде и не сказал ничего, а… свеженько так. Пойдем на балкон, Кей! Моя интуиция говорит мне, что ты не откажешься от чего-нибудь вкусненького, а? – Подмигнула.

Про интуицию я тоже красноречиво промолчал. Не мне выступать на поприще, залитом за столетия мегалитрами слюны.

Касси явно успокоилась и пребывала в хорошем настроении – напряженность ее Янтаря упала до первого слоя. Уровень слоя Янтаря снизил и я. Представляю, с каким облегчением вздохнул Дворец… и обитатели прилегающих территорий.

Огромный балкон, на который выходили несколько арок-дверей зала совещаний, встретил нас уже накрытым столиком. Изящный столик и два изящных стула. Казалось, Касси сейчас щелкнет пальцами – и они изобразят какой-нибудь исключительно сложный и изысканный поклон, переступая тонкими резными ножками. И столик при этом даже не расплещет содержимого чайничка и не уронит фарфоровые чашечки и корзиночки с крохотными печенюшками. Кстати, вполне осуществимый фокус при местном уровне технологий. От перебирания ножками до сохранения содержимого.

– Ну? Вперед! На темную сторону силы! – провозгласила Касси, гостеприимно указав на столик.

И плюхнулась на стул, отмахнувшись от моей неуклюжей попытки изобразить «застольные ухаживания» с отодвиганием мебели.

– Приятного аппетита, ваше величество!

– Да! – Она уже с аппетитом хрустела печеньем. – Именно это я и сказала!

Насколько я знаю основы этикета, на любой планете в любом обществе при проведении переговоров принципы похожи: вначале поговорить, а потом уж пожрать. Мне кажется, это неправильно – на пустой желудок переговоры получаются агрессивнее. Тут императрица была со мной согласна. Так что минут десять мы сосредоточенно уничтожали содержимое волшебного чайника с горячим травяным отваром и волшебной вазочки с не менее волшебным печеньем. Волшебными они были не только из-за вкусовых качеств, но и из-за бесконечности содержимого – это самое содержимое в них не заканчивалось. Как в сказке «Волшебный горшочек». «Горшочек, вари!»

«Нет соединения с сетью» – привычно сообщил мой ИБК. Наконец-то. А я уж извелся в ожидании хоть чего-нибудь прогнозируемого.

– Альер изолирована, – с ходу огорошила меня императрица, закинув ножки на невидимую подставку и откинувшись на услужливо прогнувшуюся спинку стула. – Ты кушай-кушай. Я не буду против, если ты ее навестишь. Успокоишь девочку, может, поможешь чем… И сам подумаешь о жизни. И вообще…

Это такой намек-пожелание присоединиться к изоляции Альер? Дескать, и тебе будет нескучно, и мне – спокойно.

Неожиданно, во Дворце тихо взвыли ревуны сирен. Чудесный вид с балкона на ночной Реал подернулся рябой пеленой, как поверхность воды от ветра, но тут же восстановился. Пол под ногами слегка дрогнул, заставив фарфоровую посуду на столе тихонечко звякнуть.

Касси неодобрительно покачала головой.

– Выпендрежница! Тц-тц-тц…

Сирены тут же смолкли.

– Ты кушай, Кей! Кушай! Устал, поди, за ночь-то – заездили тебя с голодухи-то, бедненького! Но это потому, что соскучились, да!

Она к чему-то прислушивалась. Или получала информацию со своего ИБК.

– Ай-яй-яй! Кей, как ты мог! – Она картинно прикрыла рукой глаза. – Как ты мог! Такая бездарная попытка дворцового переворота! Ай-яй-яй! Если б все были такими прямолинейными и ответственными, как ты, Кей – я была бы счастливейшим деспотом в Галактике!

Я ни хрена не понимал. Но, на всякий случай, молча, пожал плечами. Дескать, вот такой вот я прямолинейный варвар.

Мой Янтарь расширился вверх первым сигнальным слоем. Два давешних крейсера поднимались вверх от планеты. И не похоже, что самостоятельно. Кажется, их на силовом буксире тянул орбитальный монитор, зависший двумя сотнями километров выше. Как мертвые тушки, крейсеры были облеплены мошкарой истребителей и малых десантно-абордажных ботов.

Хм, если принять во внимание поведение Розы и слова Касси, то, похоже, попытка госпереворота – это ее рук дело.

Вкушение пищи всегда действовало на меня умиротворяюще. Что в бытность Анатолием Кречетом, что сейчас, в теле Кейдана. Печеньки, опять-таки. Я слабо обеспокоился:

– Если Розу замели, то я бы ходатайствовал о щадящем режиме ее заключения. И прошу разрешить мне ежедневное посещение места ее заключения. Ну, как ее супругу. В вечернее время… – подумал и добавил (от прямолинейности все-таки надо избавляться): – Если не затруднит, конечно, ваше величество.

Императрица несколько секунд оторопело меня рассматривала, а потом расхохоталась, согнувшись на стуле, держась за живот и суча ножками.

– Кей! Какой же ты… умница! Уф! Я ей обязательно передам! Да, обязательно!

И она зашлась в новом приступе хохота. Наконец, успокоившись, выдохнула в пространство:

– Роза!

– Еще минуту, – ответило пространство напряженным голосом моей супруги.

Минуту мы молчали. Ни о каком поглощении вкуснейших печенек, разумеется, не могло быть и речи. В очередной раз я понял, что ни гхарга не понимаю в ситуации. Даже чай, имевший до этого момента идеальную температуру «горячий, но не обжигает», вдруг больно «укусил» меня за язык. Наверное, намекал, что иногда лучше пить его и трескать печеньки… а не нести пургу на радость императрицы.

– Освободилась. – В дополнение к голосу появился фантом-проекция Розы.

Она была в активированном «Инкейре». На наших глазах забрало шлема сползло в воротник, открыв лицо с немного уставшими глазами, а сам шлем потерял форму и опал на спину уже тряпочкой-капюшоном. Кстати, личину Лимарии Квитон она, видимо, уже успела снять.

– О! Уже хомячите! – возмутилась она. – А бедная девушка должна вье… вкалывать посреди ночи на благо Империи! Вместо того чтобы нежиться сейчас в теплой крова…

– Отчет! – Отмахнулась Касси. – А потом пойдешь под домашний арест и будешь ждать Кея! Можешь даже в теплой кроватке…

И, не выдержав, фыркнула. Роза выгнула бровь, с интересом осмотрела сначала меня, потом мать. И, решив отложить уточнения на потом, кратко отчиталась:

– Взяли. Повязали. На текущий момент – около пяти тысяч человек. С одним не успели – погиб. Группа захвата по-глупому увязла в дроидах охраны. Коммодор Блюр ни-Стойя. Это в хозяйстве Ириски.

Замначштаба сорокового флота….Разбился на флае – не успели его приземлить штатно.

– Звезды ему одеялом. – Помрачнела Касси. – Нехорошо получилось. Среди твоих потери есть?

– Никак нет. Все легкие. У Ириски – тоже.

– Дальше?

– Всех успели спеленать и сунуть в стазис… Сейчас по очереди вытряхиваем из них паразитов. По результатам – будет доложено дополнительно. Кстати. – Роза как-то очень многозначительно вздернула брови. – Сумели «замести» не меньше двух десятков НЕТИПИЧНЫХ паразитов. Скорее всего, специализированные особи.

– О! Замечательно! – Касси улыбнулась ТАКОЙ хищной улыбкой, что я поежился. – Жди меня к девяти. Маленькая голодненькая Касси очень хочет их на завтрак! Этих вот нетипичных. Очень-очень!

Роза там, у себя, села в кресло. Кажется, это был «трон» командующего соединением на каком-то крейсере или другом крупном корабле-флагмане. А может, и в наземном (подземном, подводном) штабе или пункте управления.

– Я к тебе присоединюсь за завтраком, ма. А потом уж пойду под арест. Ладно? Кстати, за что конкретно?

Кассиопея отмахнулась и показала в мою сторону:

– А теперь – подробно. В расчете на присутствующих тут непосвященных. Очень догадливых, но не очень посвященных.

Роза кивнула и стала деловито и сжато ДОКЛАДЫВАТЬ. Вот умеет же, когда захочет!

А я слушал и, простите, охреневал.

У Кейдана ни-Ровено ан-Солано проблемы? За мальчиком девочки бегают, за пипку хватают и по голове совочком бьют? Мальчик весь в обидах на то, что его в песочнице обижают? Три раза «ха-ха»! Тут, в Империи такая, оказывается, каша заваривается, что на ее фоне проблемы маленького царевича не производят никакого впечатления!

Предыстория.

Полтора года назад экспедиция СНАДАК в одной довольно удаленной системе была в полном составе «захавана» мозговыми паразитами. Цивилизация примитивненькая – технологий практически нет – ни традиционных, ни каких-либо других. Паразиты, как им и положено, паразитировали на других обитателях планеты. В основном теплокровных, хотя сами были инсектами. Тараканчики с полпальца размером.

Порабощенная экспедиция отправилась нести свет насекомого просвещения в Империю. Ближайшим оплотом монархизма оказалась многострадальная Красная Линза и Серый сектор. Нет, вся политическая движуха началась бы там и без тараканов – в конце концов, у политиков Линзы и Серого были свои. Просто с инсектами процесс пошел… веселее. Тараканий сепаратизм засекли сравнительно быстро – собственно, состав той злосчастной экспедиции так и напрашивался Розали под колпак – очень уж неадекватно себя вели ее члены.

По текущей ситуации.

В три сорок начальник орбитального дозора коммандер Фиона ан-Си отдала приказ крейсерам «Вениамин» и «ДальКорона» сойти с маршрута патрулирования и атаковать одиночную цель по указанным координатам главным калибром орудий пространственного сдвига. Это, на минуточку, гарантированное разрушение планетной коры в радиусе десяти километров с последующим Армагеддоном в масштабах, как минимум, четверти континента.

Одновременно приказ на зачистку в зоне предполагаемого орбитального удара (видимо, кое-кто посчитал извержение супервулкана недостаточным) получила база «Реал-Цайтнуг». Приказ отдал командующий системы Реал, адмирал Ирикас ан-Райика.

(Фамилии и должности – это чтобы представлять себе глубину проникновения «тараканов» в структуру командования Имперским флотом.)

Своевременными действиями в рамках контроперации упомянутые крейсеры и их экипажи были приведены в недееспособное состояние (Роза кокетливо улыбнулась, как бы намекая).

Одновременно по всей Империи силами ИМСЛУКОН, СНАДАК и контрразведки флота были проведены мероприятия по вскрытию, нейтрализации или перехвату информационных потоков между узлами ЧУЖОЙ агентурной сети.

На текущий момент вскрыто, по приблизительным оценкам, от восьмидесяти до девяноста процентов сети. А информационно контролируемой – может считаться ВСЯ сеть.

– Розочка хорошая? – довольно улыбалась Роза.

– Очень, – честно ответил я, слегка отойдя от потрясения. – Прости, что тогда говорил о непрофессионализме твоих людей. И под арестом навещу тебя вечером. С бутылочкой «Гордости Солано».

– О! Тогда ждите в гости! – Встрепенулась Касси. – Нет-нет, я вас не стесню. Посижу в уголочке, скромненько. Я, бутылочка и Каронор… а то он мне всю плешь по поводу соланских вин проел!

– Ну-ну-ну… – Ожидаемо стала кокетничать Роза. – Все ты правильно тогда сказал. Учиться нам еще и учиться…

– Маленький вопрос, дорогая… Вся эта карусель закрутилась, именно когда я вышел из дому?

– Когда ты вышел в сеть ночью без моих файерволов, – поправила та, – оппонент посчитал риск приемлемым и «распаковал» агентуру в столичном секторе.

– Я чего-то не знаю?

– Скорее, забыл, – сказала Касси. – После операции в Красной Линзе ты что-то узнал, послал мне сигнал провала и рванул в метрополию. Но, видимо, удрать не смог – тебя перехватили. А поскольку о нашем оппоненте ты не знал – уж прости, но я тогда использовала тебя втемную – скорее всего, дело касалось именно «тараканов». Ты думал, что мы не в курсе.

– Слушай, мам, все спросить хотела – а когда ты успела Кейдана у меня перехватить?

– Места надо знать, деточка. Главное – обещание свое выполнила в полном объеме, хе-хе… Хотя уговора про Альер не было. Ну, да пусть считается приятным бонусом. Ах, прости, Кей – ты ж не помнишь нашего с тобой давнего уговора…

Не знал, да еще и забыл… Как же меня все это…

Увидев выражение моего лица, жена поспешила отвлечь мужа.

Судя по всему, мои похождения в Линзе тут ни при чем. «Все дело в пузырьках» – в слухах (достоверно подтвержденных в Красной Линзе) о том, что Кейдан не просто супер, а еще и унаследовал от матушки – не будем показывать на нее пальцем, это невежливо по отношению к самодержцам – способности к уничтожению материи. Посчитав, что суперэнергет как-нибудь переживет орбитальный удар, паразиты решили, что подсадив мне в голову ко всем моим тараканам дополнительного, телепатического, вполне могут взять Империю за причиндалы. И, уже ни на кого не оглядываясь, спокойно строить счастливое общество симбиоза инопланетных насекомых-паразитов и исконно человечьих мозговых тараканов. С обладателем способности разрушать планеты на коротком поводке – это представлялось им плевым делом.

– Так авария на Чилауте все-таки…

– …с одной стороны, была абсолютно случайной, а с другой – нет. – Покачала головой Касси. – Наш оппонент, очевидно, способен до некоторой степени влиять на вероятности. Но нечасто и в скромных пределах. Будь иначе, ты бы там убился… полностью.

– К тому же он допускает грубые ошибки в организационной работе, – добавила Роза. – А еще с использованием нашей техники у него полная беда! Отмахаемся, Кей! Отмахаемся!

– Роза! – строго сказала Касси.

– Ма! Ну, а что мне – пугать его? Он ведь опять начнет отбрыкиваться от свадьбы под любыми предлогами!

Кто о чем, а Роза о…

Касси, будто подслушав мои мысли, вздохнула:

– Что намерен делать, Кей? Учти, разговоров об отсрочке свадьбы на обесчещенных тобой девушках я больше не потерплю!

Ну, с Касси хотя бы понятно – троллинг наше всё. Ей от свадьбы ни холодно, ни жарко – вино с Солано все равно будет поступать исправно, я уже договорился. А то и на коньяк ее подсажу. Через Каронора. Говорят, кто распробовал коньяк, для других напитков потерян… Звезды, какая ерунда в голову лезет!

– Слышал, Альер провела глубокое погружение в память? – ответил я. – Помогает при проблемах с воспоминаниями. Почему бы мне не попробовать?

– Запрещаю! Я против! – одновременно воскликнули женщины.

Роза торопливо добавила:

– Кей, глубокое погружение помогает вспомнить то, что ты помнишь, но помнишь смутно. Когда есть ощущение, что вот-вот вспомнишь, стоит только напрячься. Вот ты помнишь, что читал какую-то книгу, а содержание не помнишь. Вот тогда полное погружение поможет тебе восстановить содержимое всех страниц, на которые ты смотрел хотя бы мельком.

– А ты даже не помнишь – держал ли в руках нужную книгу или нет, – подхватила Касси. – Более того, разблокировав память, ты рискуешь изменением личности. Ведь появится новый опыт, новые воспоминания. А что нас делает теми, кто мы есть, как не опыт и память? Оно тебе надо, Кей? Вот Альер я предупреждала – это опасно. Маленькая бедная Касси что-то там говорит-говорит, а все вокруг считают себя самыми умными и поступают по-своему.

– И все-таки в такой ситуации я считаю необходимым провести глубокое погружение. Если этот… оппонент пошел на такой риск ради одного-единственного скромного меня, то стоит узнать, что такого я забыл. Мне кажется, это разумный риск.

Касси издала горлом непередаваемый рык:

– Давай, ты пообщаешься с Альер, и мы с тобой об этом поговорим еще раз, ладно? Сразу тебе могу сказать, ничего неизвестного и важного для нас ты не узнаешь. А чего мы не знаем, будем знать уже сегодня после «завтрака». И от тебя эти сведения закрывать я не собираюсь. В любом случае – вначале свадьба, потом детишки… двое. И минимум один – от Розы… я тебе кое-какие таблички и графики покажу – сам поймешь и со мной согласишься. И только после этого – можешь по вашему мужскому обычаю засовывать голову туда, куда гхарг даже отрыгнуть боится – в глубокую память. Времени у нас, по моим прикидкам, еще много – распространение заразы мы прекратили. Договорились?

– Угум…

Роза рассказывала, как Альер смогла провести глубокое погружение, обманув ее. Так что, действительно, пообщаюсь с Альер – наберусь опыта, узнаю, что и как. На «четыре-три-три» должно быть нужное оборудование, а если нет – на том же «четыре-три-три» должна быть Тайла. Моя незаменимая Тайла. И поскольку я официально капитан этой посудины – мой приказ провести ментопогружение уже не подставит Тайлу под нарушение всяких глупых законов об ограничении инициативы искинов.

– Ке-е-ей! – с угрозой протянула Касси. – Мы договорились? Четко и внятно!

– Договорились, Касси! – Кивнул я, скрестив пальцы.

– Так! Руку из-за спины вытащил! Ладошки на стол! Пальцы растопырить! Ноги прямо! Не перекрещивать! Договорились или нет? А то знаю я эти ваши земные приколы по договорам с собственной совестью!

– Договорились…

– Ну, вот и умница! – сразу заулыбалась императрица. – После разговора с Альер сам поймешь. Вот, лови допуск. От сердца отрываю!

Розали присвистнула. Я быстро прочел сопроводиловку… не поверил и прочел еще раз. И тоже присвистнул – ругаться при императрице как-то оно…

Допуск «семь-Аль». Возможность сделать семь (семь!) запросов с высшим имперским допуском «Аль». Про золотую рыбку слышали? Так вот ЭТО – гораздо круче! В семь раз.

– Спасибо, мама! – сказал совершенно искренне.

– Погоди благодарить, – проворчала Касси. – Сопроводиловку до конца прочти. Пока не подтвердишь, что прочел, применить не сможешь.

Я внимательно прочел до конца. По мере чтения, текст этого своеобразного «лицензионного соглашения» окрашивался зеленым.

М-да. За все надо платить – истина, набившая оскомину и действующая с неотвратимостью физического закона. Цена за семь запросов с высшим имперским допуском была… соразмерной.

«Применить пакет? Да / Нет / Подумать».

А чего тут думать – прыгать надо!

– Поздравляю, Кейдан! – тихо сказала императрица. – Добро пожаловать на Темную Сторону Силы. В нашем сумасшедшем доме всегда весело и собирается прекрасная компания… И печеньки в ассортименте, само собой!

* * *

Портал «Сплетник Империи»:

Главная новость!

Канцелярия ее величества не опровергла слухи о том, что ее величество вот уже несколько лет скрывала от подданных информацию о своем сыне. Долгое время его прятали от общества в одной из удаленных звездных систем, находящейся вне ареала населенного космоса. Скорее всего, под этой системой подразумевается недавно принятый под императорскую руку протекторат Солнце.

Судя по косвенным фактам, сын ее величества скрывается под личностью скандально известного Кейдана ни-Ровено ан-Солано. А вся шумиха вокруг его женитьбы на прекрасной принцессе Розали призвана легализовать положение, которое и так принадлежит ему по праву рождения.

Портал «Все новости Империи»:

Срочные новости! Срочно! Молния!

Канцелярия ее величества назвала абсурдными слухи о существовании незаконнорожденного сына ее величества. «Это абсурдно. Я бы знал», – высказался канцлер в публичной части своего вирт-кабинета.

Один из сетевых публичных дневников:

«Это возмутительно! Новость о якобы сыне ее величества отодвигает на задворки новостных дайджестов сообщения о предотвращенном теракте в сердце нашей Империи. Люди! Где ваша сознательность и активная гражданская позиция! Сколько можно ковыряться в гламурных новостях! Нет, я тоже рад, что ее высочество выходит замуж, и еще более рад за нашу императрицу, но…»

Резолюция отдела планирования департамента информационно-социального мониторинга:

«Затролльте этого алармиста. По мягкой схеме. И возьмите в разработку – трансляционный потенциал у его дневника наработан многообещающий. И аудитория набрана обширная».

* * *

– Ну, как он там? – шепотом (!) спросила Касси.

Роза кивком поблагодарила Каронора, «обновившего» ее бокал.

– Да, как и я, когда впервые «Аль» получила. Час назад, например, хохотал, как сумасшедший тарган. Я даже испугалась – думала все, психика не выдержала гнета государственных секретов – опять вдова буду. Сейчас – тишина. Но по телеметрии – не спит. Ушел в свободную спальню и заблокировал туда дверь.

Собрались на крыше особняка. Переместились, разумеется, к тому краю, с которого открывался лучший, по мнению высокой гостьи, вид – на лесной массив. «Лишь бы не на Дворец, глаза б мои его не видели!» Сейчас императрица удобно устроилась на коленях мужа, болтая в воздухе ногами.

– Семь-Аль… Не слишком ли сурово с парнем? – спросил Каронор у Касси. – Он ведь еще такой молодой!

– Ничего – они на Земле рано взрослеют. Он выдержит… Роза, а он, вообще, в курсе, что в гости нагрянуло мое императорское – не побоюсь этого слова – величество?

– Агась. – Довольно скалилась Роза. – Ответил, что ему сейчас не до всякой ерунды…

– Каков наглец! – восхитилась Касси. – И даже не накажешь толком – сама же допуск санкционировала!

– Прям, как я в молодости! – заметил Каронор.

– Ну, ты в молодости меня откровенно динамил, дорогой. У-у, как же меня это бесило! Хвала Звездам, у мальчика в этом смысле все в порядке – ведет интересную насыщенную во всех отношениях жизнь!

– Ну, было нелегко убедить себя в том, что мне нравятся такие мелкие пигалицы…

Венценосные супруги ударились в сентиментальную пикировку, а Роза еще раз проверила телеметрию мужа…

– Ой… – вырвалось у нее, когда она обнаружила местонахождение Кейдана.

– Не помешаю, ваше величество? – послышалось из-за ее спины.

– Ну, наконец-то, Кей! – Всплеснула ручками Кассиопея. – Всего семь запросов! Почему ты так долго?

– Потому что Империя ведет интересную насыщенную жизнь, ваше величество… во всех смыслах… Было тяжело оторваться. Прошу прощения за то, что задержался.

Каронор хохотнул:

– Ты попал, парень! Я помнится, тоже оторваться не мог…

Кейдан согласно кивнул и тихонько пропел:

– «Я увяз, как пчела в сиропе, и не выбраться мне уже, тонкий шрам на любимой попе – рваная рана в моей душе».

Секунду над столиком царило потрясенное молчание, взорвавшееся хохотом. Ее величество даже изволило взмахнуть руками, чтобы не свалиться с коленей его высочества.

Кейдан устроился в рысью прибежавшем кресле и поставил на стол еще одну бутылку в дополнение к имевшимся двум.

– О! – Вскинул брови Каронор. – Это то, что я думаю?

– Соланский коньяк, – подтвердил Кейдан. – Двадцать лет выдержки. Наши виноградники.

– Хвала Звездам! Я уж испугался, что весь вечер придется пить этот компотик!

– Вау! Получается, что эти две бутылочки – целиком наши? – обрадовалась Кассиопея.

Роза под шумок, пока Кейдан распечатывал бутылку и разливал коньяк себе и Каронору, срастила кресла в один диванчик и осторожно пристроила голову на колени к мужу.

– Хм… судя по всему, дорогая, – прищурился Каронор, наблюдая за тем, как рука Кейдана на полном автомате зарылась в белые волосы супруги. – ОБЕ бутылочки – ТВОИ!

– Мы заночуем у вас, – очень логично решила Кассиопея.

– Ваше здоровье! – Кейдан поднял свой бокал. – Если вашему величеству не помешает мое… давление…

– Светлых Звезд! – Императрица отсалютовала. – Надеюсь, кое-кто, вынуждающий мать утилизировать обе бутылки соланского в одну имперскую моську, приложит все силы, чтобы настроение у тебя было хорошим! Не так ли?

Роза что-то невнятно буркнула, продолжая жмуриться от удовольствия.

– Как прошел… завтрак, ваше величество? – вежливо поинтересовался Кейдан не без намека.

– Насыщенно. А ты разве не сделал соответствующий запрос?

Тот поморщился:

– Я неправильно сформулировал один из запросов. Империя, оказывается, ни с кем не воюет. Ни явно, ни тайно.

– Формулировка вопросов – это, вообще, целое искусство, – заметил Каронор. – Сколько у тебя еще осталось?

– Один запрос остался. – Кейдан вздохнул. – А вопросов в голове с десяток.

– Всего десяток?! – восхитился Каронор. – Счастливый ты человек, Кей!

– Агась! – неожиданно подала голос Роза. – С такой-то женой да не быть счастливым!

– Женами… – мгновенно поправил Кейдан. – Женами.

Роза промолчала, хотя было видно, что ей есть что возразить.

– С паразитами не воюют, Кей, – объяснила Кассиопея. – Вот с саранчой или комарами на Земле воюют? А тут только и разницы, что «комарики» разумные… относительно.

– А если договориться? – предложил Кейдан.

– Безусловно! С теми, кто останется, будем договариваться. – И видя, что собеседник не согласен, добавила: – Ты получишь допуск к результатам расследования – сам все поймешь.

– А на что потратишь седьмой запрос? – поинтересовался Каронор.

Разливая коньяк и вино по бокалам, Кейдан спокойно рассказал, на что потратит оставшийся запрос. Над столиком повисла тишина. В саду пели ночные птицы. Роза резко выпрямилась в кресле:

– Э? – она оторопело рассматривала Кейдана.

– За мудрых императриц и прекрасных принцесс! – Тот поднял бокал.

– М-да… – Императрица медленно выцедила свой бокал. – Я говорила тебе, Кар, что сумасшествие императорской семьи заразно? Вот, пожалуйста, получи подтверждение! Передается половым путем!

– Это до вас еще мой шестой запрос не дошел, – нейтрально заметил Кейдан, отведя взгляд.

Императрица, помогая себя пальцами, обратилась к своему ИБК:

– Мать моя… – потрясенно прошептала она, но вовремя себя оборвала. Так что присутствующие (во всяком случае, Кейдан) так и не узнали, кто родил это чудо на радость Империи. – Карик, хочу мальчика! С ними, оказывается, так прикольно!

* * *

Портал «Новости Солано», канал «Официальные новости»:

Из интервью с проф., ДМН, варом Синопси ан-Солано:

«…Табу на близкородственные связи, я считаю, есть пережиток темного прошлого. Вспомните историю Солано. Не ту лубочную, что нам преподают в сертифицированных обучающих программах, а настоящую. Только многоженство и близкородственные связи позволили нашим предкам без сторонней помощи спастись от демографической катастрофы и поднять Солано с колен! Я так считаю!

Наше общество вооружено последними разработками в области медицины и генной инженерии. Тем более, речь идет об одном из лучших медиков последнего столетия! Уж поверьте, там все риски просчитаны и не то чтобы сведены к минимуму, а – кардинально устранены, как концепция! И, уж вы мне поверьте, детки у них будут просто на загляденье. Уж вы мне поверьте…

…Глаза? Однозначно, зеленые! Ее высочество, уж вы мне поверьте, поступит мудро и дальновидно, как всегда! Разумеется, зеленые! В конце концов, это эстетично! Красота женщины императорских кровей и глаза настоящей соланки – что может быть лучше для благополучия Империи!!!

Мальчик или девочка? Ну, вы спросили! Все в воле Великого Духа Пустыни! Я бы на месте молодых не вмешивался в этот процесс. Но я молю Ветер о мальчике! Все-таки слухи утверждают, что в семействе УЖЕ есть прибавление… Да-да, эта смутная история с ее высочеством Альер. А у нее – несовершеннолетняя приемная дочь. Сами понимаете – девочке когда-то потребуется братское благословение…»

Портал «Варра Империя», канал «Мы первые!»

«– … Розочкой? Ах, как миленько!

– Кстати, роза – это название одного из растений на Солнце-3. Очень, очень красивый цветочек. Вот, на графку полюбуйтесь! Главная особенность – стебелек усеян довольно серьезными шипами! Так просто этот цветочек не сорвать!

– Ах, как это романтичненько!

– Я бы сказала – символичненько…»

* * *

К планете так просто было не подойти. Четыре раза меня вызывали и требовали пройти идентификацию. А когда входил в атмосферу, очень ненавязчиво положили на мой истребитель несколько прицельных марок наземных ПКО… еще и рейдеры, висящие на «стационарке», взяли на сопровождение. К охране Альер спецслужбы относились очень серьезно.

Камеры показали, что девушка стоит у обрыва (невысокий – метров пять, не больше) довольно широкой реки и эдак задумчиво смотрит на другой берег. Или на воду смотрит. Или еще куда.

Это она топиться собралась, что ли? Вот же неугомонная! Суицидник-профи.

Самое интересное, что даже убиться с такой смешной высоты у нее не получится. Разве что она распылит свой мундир (в котором полно средств, защищающих от всего и сразу), уничтожит все оборудование в особняке в ста метрах, включая автоматические реакапсулы (довольно хорошо защищенные, кстати – военные модели), и собьет катера охраны, висящие в трех и в десяти километрах соответственно. И, по мелочи, что-то сделает с тремя рейдерами прикрытия на стационарных орбитах.

С нашими возможностями это, конечно, можно устроить, но – напряжно. Весь суицидальный настрой растеряется. Мой «Сичаки» свалился на полянку в двадцати метрах от этого памятника скорби и депрессии, зависнув в метре над грунтом. Я подхватил сумки и выпрыгнул на траву.

– Попаданец должен сделать три вещи, – я говорил достаточно громко, чтобы у обрыва меня было слышно, – переспать с королевой, перепеть Высоцкого и приготовить шашлык!

Альер резко развернулась:

– Любить – так королеву, красть – так миллион. И как твои успехи на этом поприще? Все пункты отметил?

Она подошла почти вплотную и стала рассматривать меня с непонятным выражением на лице. Я даже развел руками от огорчения:

– А у меня все не как у нормальных людей, ты ж знаешь! Вместо королевы – принцесса, вместо Высоцкого – Боярский. Вся надежда на шашлык! – И поставил сумки на землю.

Альер присела и заглянула в один из пакетов:

– Ну, мясо явно не китовое.

– Обижаешь! Натуральная земная баранина!

– Торговый центр «Семеновский», – прочитала она надпись на пакете. – Используете служебное положение в личных целях, ваше высочество?

– И это мне еще повезло – императором тут работает ужасно милая лоли. Страшно себе представить, что со мной было бы, окажись вместо нее какой-нибудь брутальный мужик. Это я, если что, про первый пункт плана.

Альер слабо улыбнулась… ну, хоть какой-то прогресс:

– Не переживай…

Одним движением руки она создал столик, на который водрузила сумку с мясом. На полянку, оказывается, распространялась сервис-система особняка. А я поиском управления к местной сервис-системе не озаботился, посчитав, что полянка перед обрывом, как положено всякой приличной лесной поляне, лишена высокотехнологической составляющей.

– Не переживай – задействуй какой-нибудь план «Б». – Она вскрыла пластиковую упаковку с мясом. – Например, слабо́ захватить Галактику? Готовь угли, а я займусь мясом. Кстати, где шампуры взял? Сомневаюсь, что на Земле делают шампуры из карголита.

– А это карголит? – Удивился я. – В смысле – тот самый? Эталон крепости имперских яиц? Ну, надо же! Их мастерская моего рейдера сделала. Я только требования дал. Искин рейдера без личностного ядра Тайлы – туп, как пробка.

– Ты просто переобщался с этой твоей… роботессой. А большинство искинов вот так же «тупы, как пробка». Ни фантазии, ни эмоций, ни инициативы.

Я устанавливал мангал. В отличие от шампуров, мангал был с Земли. Как и пакет с углем. Никогда не понимал всех этих заскоков в духе «развести костер в мокром лесу двумя спичками» или «готовить надо только на НАСТОЯЩЕМ угле». Поэтому готовить угли, сжигая местную органику, я не собирался. Как и пренебрегать жидкостью для розжига.

– Держи. Твое любимое.

Альер удивленно рассматривала этикетку открытой бутылки в своих руках:

– Ого! Настоящий немецкий! С памятью у тебя, смотрю, полный порядок. – И чуть напряженный взгляд на меня.

– Как и у тебя… Лен. У тебя даже получше с памятью, чем у меня, после нейросканирования.

Она присосалась к горлышку и сделала очень хороший глоток. Закашлялась. Ну, да – рецепторы-то новые. Как и остальные части организма. Привычные земные продукты – уже не такие и привычные. А про табак и вовсе молчу… благо, эта проблема больше не стоит.

Она чуть отодвинулась, когда я постучал ее по спине. Старательно выдерживала дистанцию. И демонстративно поморщилась, когда я закурил:

– Интересная зажигалочка. А уж то, как ты ее используешь… Мало кто в Империи может охаметь настолько, чтобы открывать пивные бутылки с помощью подарка императрицы… Вот уж, действительно, настоящий варвар-попаданец.

Я промолчал, звякнув своей бутылкой по ее, и занялся углями. С помощью той самой зажигалки. Теперь уже используя ее по прямому назначению.

– И наверняка там какой-нибудь жучок стоит… – Альер за моей спиной уже вовсю шелестела пакетами, вытаскивая маринованное мясо и нанизывая кусочки на шампуры. – Ну, или маячок – точно. А ты ее постоянно с собой таскаешь. Я бы точно жучок поставила бы.

– Глупости не говори, Ленусик. Ты переиграла в шпионов. Ее величеству, да ниспадут йоттабайты мудрости на ея прекрасное чело, нет нужды отслеживать мое… или твое местоположение с помощью этих примитивных штучек.

– Прокачал скилл жополизания, попаданец? – чуть зло спросила она.

Я даже не обратил на ее тон внимания:

– Хочу ввести новый стиль общения по отношению к августейшим особам. Надо ж создать соответствующий восточный антураж для моего будущего гарема – шахи, падишахи, наложницы, янычары, мудрые и хитрые визири… Институт евнухов заводить, конечно, не станем. А если серьезно, Лен, то Касси не нужны маячки в зажигалках, чтобы найти меня или тебя. Вспомни, как нас с тобой лечат?

– Постоянный рисунок остаточного следа! – сразу догадалась Альер.

– Умничка! Можешь же, когда захочешь!

Да, она умная. Альер низким интеллектом не отличалась (только адреналином все это топила), а Лена, тем более – несообразительных оперативных аналитиков не может быть по определению.

– Первое, не называй меня этим именем. Второе, хватит ходить вокруг да около – задавай уж вопросы! Для этого ж прилетел?

– Честно говоря, не знаю, о чем тебя спрашивать, котик! Основные моменты мне известны, а что ты чудила на Земле, будучи замужем за одним наивным оленем – меня сейчас не особо волнует. И мотивы твои я, в общем, вполне могу обрисовать.

– Даже так… Может, тогда расскажешь ты? Заодно объяснишь этой самой чудачке, как ты таким умным стал? Или был? Откроешь глаза, так сказать. Чтоб знать, что я упустила в твоем воспитании…

– Допуск «Семь-аль» творит чудеса, ваше высочество. Главное, наступить на горло собственной песне и правильно сформулировать вопросы… точнее, запросы.

– Ты в курсе насчет ограничений допуска «Семь-аль», Кей? – тихо спросила Альер. – Или опять «махнулся не глядя»? Ну, как ты делаешь это в последнее время…

– Обижа-а-аешь. В курсе, конечно! Более того, уверен, что это ты не знаешь обо всех ограничениях, накладываемых на пользователя семикратного допуска имперского уровня «Аль».

– Удиви меня.

Альер швырнула опустевшую бутылку за спину в сторону обрыва. Слабый всплеск чужого Янтаря – в верхней точке своей траектории бутылка рассыпалась облачком серой пыли, которое было подхвачено слабым бризом и унесено в сторону воды. Интересное использование своих экстраспособностей. «Зеленые» бы одобрили – никаких отходов!

Я достал еще одну бутылку, открыл и передал ее Альер. Та вырвала бутылку из моих рук, все так же держа дистанцию между нами. Тоже мне, недотрога.

– Например, моя аптечка теперь поставлена на неизвлекаемость. Как мина. При попытке ее извлечь произойдет выделение токсина. Смертельного и мгновенного. К счастью, безболезненного. Ну, так написано в протоколе.

– А еще? – спросила она сквозь сжатые зубы.

– Появился новый пункт меню в управлении моего ИБК. Называется просто и незатейливо «ССУ». Система самоуничтожения. Активация приводит к выделению того же токсина и стиранию памяти ИБК. Правда, в составе моей боевой фармакологии и так были препараты, чтобы быстро и безболезненно… но теперь юзабилити улучшилось – стало куда удобнее: щелк по кнопочке – и бай-бай!

– Еще?

– Любой системный или имперский административный искин уровня «Аль» ОБЯЗАН, при моем наличии в зоне устойчивой связи, просмотреть последние записи на моем ИБК. Не уведомляя об этом меня. В случае выявленных нарушений, предусмотренных протоколом «О правилах обращения со сведениями, представляющими имперскую тайну» или в случае отказа в доступе, активировать препараты, парализующие двигательную деятельность с одновременным сообщением ближайшему официальному представителю ИМСЛУКОН.

– Толь, ты с ума сошел? – тихо спросила она. – Зачем ты на все это подписался?

– Первое – меня тоже не надо называть этим именем, ваше высочество. От Толика остались рожки да ножки. Второе – дело того стоит. Я так считаю.

– Огласите весь список, пжалста! – Язык ее высочества уже немного заплетался.

Странно, она выдула всего полторы бутылки нефильтрованного пива. И литра не наберется. Это ж смешно, учитывая, что ее организм, закаленный грандиозными попойками в среде «золотой молодежи» и прочей имперской богемы, спокойно должен выдерживать куда большие дозы спиртного. С большей концентрацией.

А, хотя: голодный желудок – раз, психологическое напряжение – два, и я такой весь невозмутимый и ироничный (должно же это ее, как всякую женщину, раздражать?) – три. Окосеть с литра хорошего пива – как нечего делать. Тем более, девочка она негабаритная, удобная… ухватистая.

Так, стоп! Вначале – дело! А уж там – как кривая ляжет.

– Даже не знаю, варра! Это противоречит науке допросов! По всем правилам, это я должен услышать вашу версию, а уж потом… может быть, возможно, озвучить свою. Дабы не давать вам пищу для манипуляций, передергиваний и нужной вам расстановки акцентов… – Я открыто усмехнулся. – Ну, вы в этом должны разбираться куда лучше меня, профана.

Альер скривилась, будто лимон зажевала:

– Ты шашлык готовить будешь, нет? Или станем нажираться на пустой желудок? Следователь нашелся, блин!

Очень своевременное замечание, между прочим. Я подхватил шампуры с уже нанизанными кусочками мяса и аккуратно разместил над углями. Шипение, белый пар, красное закатное небо.

Альер сделала еще один богатырский глоток, и вторая бутылка беззвучно испарилась в сером облачке:

– Вот, кстати, что ты знаешь о своей жене, Кейдан? Не, я не про Розу. Розочка у нас ангелочек. Третий ребенок – избалованный, холимый и лелеемый… Ничегошеньки не знаешь… А у твоей первой жены, между прочим, профессиональная деформация – пять лет подряд фактически участвовать в акциях сил специальных операций с широчайшей географией в режиме онлайн и остаться нормальной бабой – это фантастика, сынок! Диверсии, похищения, ликвидации, полевые допросы… Не лично, разумеется, но – постоянная картинка с нашлемных камер исполнителей и беспилотников… Короче, насмотрелась. Прониклась правдой жизни, так сказать. И сопли жевать некогда – надо было выдавать мнове… мгновенный анализ деформа… ситуации. Неудивительно, что «Ленусик» вообразила себя Джеймсом-мать-ее-Бондом и решила, что сможет переиграть оперативников на их поле… А тот козел просчитал меня… ее мгновенно – убил тебя, чтобы до русской дуры-бабы дошло, что шутки кончились – а дочь-то в гостинице была безо всякой защиты – через нее, а не через тебя, эту сумасшедшую ломать собирались… Заигралась я… она…

Ее речь становилась быстрой, отрывистой. Взгляд остановился, кулаки сжались. Ее Янтарь рвался на волю… с явно деструктивными планами на окружающий ландшафт.

– А тебя она любила, Толик! Странной, конечно, любовью… С такой хорошенькой долей собчист… собс… собственничества… И не гуляла от тебя налево, прикинь! А к ней же самые кобелястые кобели управления подкатывали – как же, такая краля! Ну, да что с нее, дуры, взять… Так что – мои соболезнования, ваше высочество. С такой женой – никакие враги не нужны! Если не понял, это я про твоего Ленусика. За Розочку-то ты удачно зацепился, аль… альфончик… айфоничик… альфонсик… Точно – айфонсик… да, тьфу, мля!

Она помолчала, ожидая моей реакции. Ноль реакции. Сейчас мне было гораздо легче, чем тогда, когда генерал мне эту самую «правду жизни» рассказывал. При этом я даже никакой химии не принимал. Да и откуда ей знать о профдеформации Розы, например? А уж про профдемормацию Кейдана ан-Солано – и подавно. Там те еще тараканы… Тараканы, м-да…

Она продолжала:

– Потом было легкое избиение… там у него по плану профилактическое изнасилование должно было еще быть, насколько я поняла… он же типа профессионал был… как часть психологического давления, безо всякого удовольствия… если с удовольствием, то эффект не тот… мне наши объясняли… и сама пару раз смотрела – бабы сломавшему их насильнику все-все-все выкладывают… как на духу… Но не сложилось. Бутылка у меня в сумочке уже лежала, а я ее предварительно к машинному отделению отнесла… перед тем, как мы с тобой… и где лодка спасательная с радиобуем – присмотрела… хрен бы кто нас тронул после подачи СОС через Коспас… а я типа в туалет… бензин и масло, как великий Че завещал… и ба-бах! Яхты на бензиновых двигателях – это благостно. Достаточно запулить в нужное место… и шланги выдернуть, чтобы пары бензина образовались… и клапаны побить… мне наши объясняли… и на рожу его испуганную посмотреть… как он за спущенные штаны держался – умора! Только-только штанишки спустил, а избитая им дура вдруг бутылочку уже поджигает… зажигалочка у меня, знаешь, где лежала? Хе-хе-хе… да-да, именно там… А пистолетик-то он отложил, чтоб не мешал… Ха-ха! Самое трудное было – сделать так, чтобы его удары постоянно кидали меня к люку в машинное отделение… Ха-ха-ха! А у него только-только встал, ха-ха-ха!!! – Она уже хрипела, выдавливая слова. – Вся их агентура на Гавайях потом акул кормила… я всех нашла… всех!! Ха-ха-ха!

Бушующий Янтарь, сдерживаемый моим… с некоторым напряжением. Срывающийся голос, льющиеся из глаз слезы и прочие прелести женской истерики. Ни хрена не контролируемой – до Розочки, которая у нас ангелочек, – и девятнадцатилетней Альер и тридцатилетней Лене очень далеко. Учиться и учиться. Лет эдак двести.

Гасить женские истерики – в этом я скоро буду профи. Простите, уважаемые родители. И земные, и соланские.

Бац!

Альер схватилась за краснеющую щеку и посмотрела на меня с обидой и недоумением.

– Какого?!

– Дура ты, Алька! – Я сгреб ее в охапку и стал ждать, когда прекратятся довольно чувствительные тычки кулаками по моим ребрам и коленями – по бедрам.

Боюсь, что и пункт «шашлык» я все-таки провалю…

* * *

– А я еще шутила насчет властелина Галактики… Позвольте спросить, ваше императорское величество, как вы использовали свой «Семь-аль»? Уж поделитесь, пожалуйста. Только, осторожнее, а то по приезде в цивилизованные местности окажетесь в застенках ИМСЛУКОН у своей второй жены… хе-хе…

Удивительно, но примитивная метода сработала. Девушка успокоилась. По-настоящему. Никогда не верил во все эти доморощенные психологические приемчики, но – работает! Альер, действительно, оказалось достаточно выговориться. И увидеть, что со стороны единственного слушателя негативную реакцию вызвали не содержимое ее откровений, а начавшаяся истерика. Пожалели, приласкали… по щекам отхлестали. Классика!

Конечно, «лечение» было бы более полным, если б использовалась классическая французская схема «успокоение вдовы», но в случае Альер лучше не торопиться с сексом. Хоть она и говорит, что Лена по-настоящему любила Толика, но она – не совсем Лена, а я – не совсем Толик. И когда она это поймет – получится не очень красиво. Хотя, по идее, такие мелочи ни того, в кого превратился я, ни ту, в кого превратилась она, волновать вроде не должны.

– Ну, не настолько я глуп, чтобы рваться к штурвалу управления этим хлопотным хозяйством. Пусть Касси капитанствует. Насчет запросов уровня «Аль». Я могу их озвучить – уж в этом нет ничего секретного… ну и… по мелочи, суть ответов.

– Давай! Сейчас посмотрим, насколько бездарно ты просрал имперскую корону!

Альер сидела рядом. Уже не сторонясь, но и не прижавшись. Обрабатывать мне свою бывшую-будущую первую-третью жену и обрабатывать. Жизнь семейная обещает быть насыщенной. Например, сейчас, как ребенок, старается «укусить» побольнее да пообиднее. А я, как и положено взрослому, не обращаю на эти жалкие детские попытки никакого внимания.

– Да бога ради! Первый запрос – местонахождение и результаты последних обследований принцессы Альер ни-Ровено ан-Алехандро, проведенные принцессой Розали ни-Ровено, – сказал и был вынужден снова стучать по спине закашлявшуюся Альер. И выдавать ей новую открытую бутылку.

– Трогательная забота, – просипела она. – Спасибо. Лестно, что обо мне ты соизволил узнать в первую очередь. Не буду интересоваться, что там любопытного – а то у тебя аптечка твоя сработает – и куда я труп дену? Что там дальше?

Но по глазам я видел, что ей до гхарга любопытно, что там про нее написано в исследованиях Розы.

– Нет, пару вещей я тебе могу рассказать. – Усмехнулся я. – Без опасений, что отдам «Последние почести Империи». Первое, что тебе, наверно, интересно – это твоя прогрессирующая шизофрения. Распад личности. Правда, Розочка у нас оптимистка. Диагноз, который она тебе поставила, если отбросить четыре абзаца узкоспециализированной терминологии, – «взаимоинтеграция двух личностей». Взгляды современной имперской науки исключительно материалистичны – личность человека определяет не мифическая душа, а память и опыт. А поскольку ты полностью раскрыла в себе память Лены Кречет, то – сама себе злобная Мальвина. Так что жить будешь. Однако ты не можешь считаться ни Леной Кречет, ни Альер ни-Ровено – ты являешься кем-то третьим, новым, кто сплавил вместе память этих двух. Кстати, коллега, то же касается Толика и Кейдана. Но у меня ситуация интереснее – была еще личность-прикрытие Кейлина Танилалу с заученной намертво биографией и шаблонами поведения. Профессиональный разведчик, как-никак! Так что я круче тебя на сорок процентов!

Альер зыркнула, но промолчала. А я продолжал:

– Ну, и всю подноготную Лены Кречет, разумеется, подняли – думаю, твое старое командование на Земле до сих пор спокойно заснуть не может… да и не только твое командование – у звездно-полосатых тоже шмон был. После твоих людей из СНАДАК и тех, и других трясли уже НАСТОЯЩИЕ волчары из ИМСЛУКОН всей мощью имперских технологий. Все-таки дело касается «грязного бельишка» венценосной особы… Ну, да ты, наверно, на другое и не рассчитывала, когда Женю вытаскивала, а?

Где-то в середине Альер зажмурилась и сжала кулаки. Бутылка в ее руках лопнула. Она несколько секунд с легким удивлением рассматривала руки и быстро затягивающиеся на них порезы.

– Кстати, зачем ты Женю полезла вытаскивать? – спокойно спросил я, не обращая внимания на ее окровавленные ладони. – Думала, что я ее засвечу?

Она кивнула, стряхивая с ладоней осколки и вытирая платочком кровь и пиво.

– Тайла мне уже рассказала твой план. Я ожидала другого – попытки воссоединения отца с дочерью. А учитывая, что планы Кассиопеи на тебя были неопределенными – во всяком случае, мне их выяснить не удалось – я сглупила и пошла на опережение. В этом случае Женя была бы под моей защитой, а я – как-никак принцесса. – Она помолчала и раздраженно добавила: – Давай, дальше. О том, какая я была дура – мне слушать неинтересно. Это я и так знаю.

Я передал ей новую бутылку:

– Не переводи больше продукт, пожалуйста. С учетом доставки с Земли – он из чистых алмазов сделан. Итак, второй запрос. Перечень перспективных разработок, ведущихся в Империи. С кратким описанием каждого.

Альер даже вперед наклонилась. В глазах зажегся очень знакомый огонек. С таким огоньком сумасшедшие ученые привязывают к прозекторским столам особо интересные образцы животного мира для познавательной захватывающей вивисекции. Ну, и у Лимарии Квитон (вне зависимости от того, кто находился под ее личиной) такой же огонек в глазах вспыхивал, когда кто-нибудь на базе сдуру попадал в медчасть. Ах, да… на «подарочных» дейтанусов Роза так же смотрела. А, нет – там Тайла была.

Я усмехнулся:

– Опять-таки, парочку могу тебе озвучить. Без риска, что искины обвинят меня в нарушении протокола «О гостайне». Например, мобильные порталы – мгновенное перемещение на расстояние до двух тысяч километров. Разумеется, внедрять будут в первую очередь в… А, нет, этого говорить как раз нельзя. Но потенциал и область применения ты и сама можешь оценить.

– Тоже мне, задача! – фыркнула Альер. – Военные и спецслужбы будут первыми пользователями этих систем. От дистанционной вставки следящих устройств до систем аварийной эвакуации и телепортации взрывных устройств прямо в цель.

– Я тебе этого не говорил. – Я помолчал. – А еще в Империи завершаются исследования по массовой энергетизации граждан в период внутриутробного развития. Через пятьдесят-семьдесят лет прогнозируется общество, на девяносто четыре процента состоящее из энергетов.

– Ни-ни! – Она испуганно вскинула руки. – Об этом даже знать не хочу! Империя энергетов – да Касси с ума сошла! Давай, дальше! Третий запрос.

– После третьего запроса я получил статус секретоносителя. – Вздохнул я. – Запрос касался особенностей и ограничений технологии УМП.

– Вау! Ты попал, парниша! – Рассмеялась Альер. – А что там… несекретного в этой технологии?

– Ограничение количества «адресов» приемных камер УМП. Это, согласись, куда существеннее, чем плотность, с которой можно располагать установки в пространстве. Количество, действительно, ограничено. Имеет конечное число. Империя не сможет иметь функционирующих камер больше определенного предела. Из несекретного только то, что такое ограничение есть. Ну, относительно несекретного – ты ведь не девочка с улицы, у тебя ж сейчас имперский «Бель».

– И… много там осталось? – осторожно поинтересовалась Альер.

Все-таки женское любопытство – это чудовищная сила, сметающая на своем пути любую хандру, депрессию и неприятные воспоминания!

– Нормально. Для нужд Империи на ближайшее столетие хватит. – Отмахнулся я. – Цифру я, разумеется, озвучить не могу. Сама понимаешь…

Три в девятой степени минус один. Почему такое странное число – я из пояснительной записки не понял. Чтобы эти формулы понять, нужно быть математиком. Да и не вникал особо. Но я согласен с учеными, составлявшими эту записку – Вселенная, действительно, не обязана жить по десятичному счислению, удобному для двуногих десятипальцевых разумных.

– Давай четвертый запрос. – Альер сама выудила бутылку из пакета и легким движением пальца скинула крышку.

– Еще я узнал, за каким гхаргом пост начальника СНАДАК оказался свободен при живой и здоровой принцессе Свелле ни-Ровено. Меня всегда напрягала эта чехарда. То ты на месте директора СНАДАК, то Роза рулит в СНАДАК, как в своей вотчине… причем, делаете это одновременно, вставляя друг друге палки в колеса!

– И? – Альер застыла с горлышком бутылки у самого рта.

– Дальняя экспедиция с целью определить область, за которой возможно использование того же «адресного пространства» установок мгновенного переноса. Свелла возглавляет экспедицию лично. Скоро возвращается. Аккурат, к нашей свадьбе.

Альер не обратила внимания на намек:

– И? – жадно спросила она. – Какая область использования наших УМП?

– Тоже хочешь стать пожизненным секретоносителем, дорогая? – сочувствующе спросил я. – Учти, я имею право передать тебе «Аль-один» с фиксированным запросом, но тогда обслуживание твоей аптечки будет возможно только в имперских медицинских центрах… Ну, ты поняла, да?

– Нах! Нах! – опомнилась она. – Пока твои запросы были так себе. Кроме первого. Я оценила твою заботу о моем здоровье, ага. Давай пятый запрос!

– Пятый. С кем Империя находится в состоянии войны?

Альер подняла брови. А глазки-то уже плывут… надо бы шашлык перевернуть. Я развел руками:

– Увы. Тут меня обломали: оказывается, Империя ни с кем не воюет. Ни тайно, ни явно. Неумение правильно формулировать вопрос – Каронор так и сказал! Приходит с опытом. Надо было запросить подробности вчерашней всеимперской спецоперации – тогда бы получил ответ на вопрос.

– Да-а-а… профукал. Я смотрела доступные материалы по этой операции. Масштабно. Что ж ты так?

– Ерунда. – Отмахнулся я. – Вторая жена все равно проболтается.

– Вторая жена? То есть я буду первой? Лестно, конечно. Но ты не торопишься, Тол… Кей? Вначале с Лягушонком поговори. Если она добро даст – то да, а если нет – то не будет тебе гарема… дорогой.

– Первая – Тайла. Вторая – Роза. Ты – третья, уж извини. Думаешь, я тогда шутил?

– Да ты охренел, Толик! – Она чуть не свалилась со стула. – Что бы я была в одном гареме с андроидом?!

– Тайла – искусственный интеллект с развитым сознанием. Но я рад, что против собственно гарема ты не возражаешь.

– Да мне… положить! Железяка она бесчувственная!

И, поскольку я никак не отреагировал на эту эмоциональную вспышку (да их столько было за последние дни, что я уже заманался на них на все реагировать… в пыль все сущее не обращает – и ладно), она спросила уже вполне мирно:

– Что с шестым запросом?

– Проект закона о предоставлении всех гражданских прав искусственным интеллектам, обладающим самосознанием. Одновременно узнал, что Сообщество искинов Империи (есть и такое) проект закона уже давно разработало, но… стесняется представить его разумным «органикам». Ты себе представляешь? Стесняется!

Альер завороженно помотала головой. Спохватилась и захлопнула рот. Я в который раз улыбнулся – именно такой реакции от нее и ожидал:

– Императрица должна была уже представить в Сенате. Минус четыре ящика соланского. И как в нее столько влезает? А поскольку слухи об авторе закона, то есть обо мне, ходят самые противоречивые, сенаторы вряд ли будут кочевряжиться… Так что, милая моя – твои слова про «железяку бесчувственную» очень скоро будут считаться неполиткорректными. Ты уж отвыкай от ксенофобии, а то на одних штрафах разоришься… учитывая, как часто вам придется с Тайлой взаимодействовать.

Альер снова кашляла, а я снова стучал ее по спине.

– Ты мне так весь «Эдельвейс» переведешь! А ведь нам еще гостям надо оставить.

– Давай седьмой запрос! Чувствую, ты меня сейчас вообще убьешь! Так что на хрен гостей – я просто не доживу до них!

Я красноречиво показал на сумки с пивом и на мангал с шашлыком:

– Вот… это и есть мой седьмой запрос. Думаешь, в Империи так легко достать настоящий немецкий «Эдельвейс» и хорошо замаринованную баранину для настоящего попаданческого шашлыка?

– Ты хочешь сказать… – Альер была потрясена. – Ты хочешь сказать, что использовал запрос с имперским уровнем допуска «Аль» для доставки продуктов с Земли?!

– На СРОЧНУЮ доставку с Земли, – поправил я. – Через УМП, минуя службы карантина и биоконтроль. Третья галочка в списке, не забывай! Третья галочка – это серьезно! Я все еще настроен на качественный шашлык в хорошей компании!

– Толик… Кей, ты – вконец охреневший тип! Ты сумасшедший просто! – Альер даже на секунду забыла, что нужно выдерживать маску грубой и язвительной принцессы.

– Ее величество просто не кормила тебя печеньками, моя дорогая! – Подмигнул я.

Разумеется, я не стал говорить, что продукты – это не все, что было срочно доставлено с Земли.

* * *

– А что это вы тут делаете… опять? – веселый голос разрушил «очарование» момента.

Альер вскочила с моих колен, осмотрела себя, задохнулась от возмущения, бросила гневный взгляд на меня и в растерянности заметалась по поляне. Ее одежда уже две минуты как являлась серой пылью, когда мой Янтарь сломил сопротивление ее Янтаря… что характерно, незаметно для нее… И для меня, кажется.

Ну, и Роза, как всегда, появилась очень вовремя. По-настоящему вовремя. Начинать СЛИШКОМ близкие отношения с Альер, по-моему, несколько рановато. Само-собой, от этого никуда не деться – жены для этого и предназначены – но и торопиться не стоит. Так что спасибо Розе.

Я накинул на Альер свой китель – в этих широтах сейчас было тепло и мне было достаточно одной рубашки… а если она и дальше будет тут, на полянке, телесами сверкать – перспективы женитьбы станут совсем призрачными. Или наоборот?

– Справляем поминки по одной земной дуре. – Альер запахнулась в китель (по размеру он как раз сошел для нее за коротенький халатик), и, видимо, этого было достаточно, чтобы вновь почувствовать уверенность. – Присоединяйся – пиво еще есть…

– Дорогой, ловлю тебя уже второй раз! Или третий? А, нет – Агни и Нейла – это, получается, три и четыре, верно? Знаешь, после такого в императорской семье принято со скандалом разводиться!

– Мы сделаем проще – увеличим нашу семью на нужное количество единиц. Скандалы нам не нужны.

– Да-а-а? Кстати, а что это за запах горелого тут стоит?

И тут Альер прорвало – она весело заливисто расхохоталась. Даже осела на траву, закрыв лицо ладонями.

– Чего это она? – С некоторой опаской поинтересовалась Роза.

– Шашлык… шашлык ты все-таки похе-хе-хе… – Давилась смехом Альер.

– Какая гадость – это ваше пиво! – Поморщилась Роза, сделав осторожный маленький глоток. – Бе-е-е! Горькое, да еще и мутное! Дикари!

– И всё пиво – моё! – Хохотала Альер, стуча ладошкой по траве.

* * *

– У меня условие, ваше высочество… можно?

Я старался успокоиться. В последнее время нервы мои стали куда крепче. Не карголит, конечно, но уже, чувствую, близко. Вот и на дочь я смотрел спокойно. Как, правда, и она на меня. Хотя прекрасно осведомлена и о памяти матери, «загруженной» в Альер, и о памяти отца, «загруженной» в меня.

– Конечно, ваше высочество!

– Не называй Альер Леной. А меня – дочкой… э-э-э, исключая, конечно, случаи переговоров и официальных встреч.

– А Лягушонком тебя называть можно?

Женя почему-то обрадовалась и рассмеялась. Странно. Что смешного я сказал?

– Можно!

– Тогда мы договорились! – серьезно сказал я.

– Мы договорились, – важно повторила за мной Женя, протянув ладошку, которую я осторожно пожал. – Она теперь не отвертится!

Важности надолго не хватило – я достал из-под иллюзии обычную переноску для животных и открыл дверцу…

– Свадебный, так сказать, подарок для приемной дочери моей будущей супруги…

И пропала «звездная принцесса» (как же ее там в мультике звали?):

– Муська! – завопила обычная земная девочка, подхватывая мрачно мявкнувшую рыжую кошку на руки. – Где ты пропадала, рыжая бестия?!

– Какая няшка! – Прижала ручки к груди Тайла, подходя ближе и рассматривая кошку. – А дай погладить! Ну, дай, Жень!

Эпилог

Полтора года спустя

Флотилия специального назначения СНАДАК выглядела внушительно, но странно. Дело в том, что все оружие на двенадцати рейдерах было наглухо заблокировано и опечатано, а истребительная и штурмовая части отсутствовали вообще – их сгрузили еще на базе. Даже личное оружие экипажа изъято. А членов экипажа с имплантированным вооружением оставили в расположении родительского флота в системе Кирнаут.

Такова была специфика противника. Аналитики прогнозировали почти стопроцентную вероятность аварий вооружения, самострелы личного оружия и прочие неприятности, связанные именно с оружием, что при чудовищной мощности имперского оружия могло стать фатальным для всей экспедиции. Ну, то, что эти засранцы как-то управляли статистикой, мы уже убедились. И чем больше собиралось особей – тем удачнее складывались случайности… для них. Единственное, на чем способности наших противников пасовали, – все, связанное с энергетами. С обычных они отваливались, на суперах – бесславно дохли, а уж проявления экстраспособностей вообще было неподвластно их странному умению управлять случайностями.

Да, высочайшим решением «оппонент» был переквалифицирован в «противника». А другого решения не было. Переговоры провалились – делегация «переговорщиков», состоявшая из энергетов, была атакована. После того, как паразиты безуспешно попытались «захавать» членов делегации. Только вот с энергетами у паразитов ничего не вышло – мозг даже самого слабого энергета с легкостью отвергал попытку представителей расы мозговых паразитов внедриться в сознание. А в делегации энергетами были ВСЕ – подготовка и предварительное изучение противника проводились не зря.

– Коммодор! Расстояние до поверхности планеты – сто пятьдесят тысяч, – сообщили с мостика. – Активность противника не отмечена. Скорее всего, мы еще не обнаружены.

– Очистить обзорную площадку, активировать системы спасения.

– Принято. Площадка свободна. Внутренние системы переведены на протокол «Боевой-1».

– Статус систем камуфляжа?

– Полный максимум.

– Подойти на сотню тысяч.

Конечно, я, в отличие от Альер, для которой эта дистанция является максимальной, смогу и с полутора сотен, но лучше не рисковать.

Как только Кейдану – тогда еще неэнергету – удалось удрать? И – вообще – от ЭТИХ ли противников он убегал? С одной стороны, безымянная планета с номером, являющаяся центром цивилизации паразитов, находилась по отношению к Империи именно со стороны Красной Линзы. А с другой… где-то же трое суток пропадал рудовоз «Лиош»?

И – да – от идеи пройти «полное погружение» я отказался. Не только из-за беспрецедентного давления семейного совета (включая очень-очень громкое мнение Муськи), но и по соображениям здравого смысла. Альер, чтобы чуть не слететь с катушек, хватило полной памяти Лены Кречет. И мне что-то не хотелось пока сходить с ума, когда подгрузится полная память Кейдана ан-Солано – диверсанта, разведчика и убийцы…

Единогласным решением было принято постановление оставить «полное погружение» на крайний случай… или (как мысленно добавил я), когда мне, лет через пятьдесят – сто, все-таки станет скучно.

Императрица Касси особо упирала на то, что, согласно расчетам Альер, сейчас, с рождением Анны, в Галактике должен установиться период спокойствия, и нечего мне своим поведением «раскачивать лодку». Хотя бы лет пятнадцать – двадцать… И Тайла продолжает осторожно, но непреклонно, настаивать на своем участии в увеличении численности населения Империи. Да и Альер что-то подозрительно перестала отпускать едкие замечания во время этих… «подкатов».

– Входящий вызов от ее величества.

– Соединяйте.

Но меня удивили:

– Ее величество ожидает вас на обзорной площадке, коммодор.

– Спасибо. Скоро буду.

Защитное поле, выполняющее функции шлюзового входа на обзорную площадку, истаяло. В уши ударила… музыка. Очень знакомая. Под эти тяжелые тревожно-величественные аккорды в Далекой-Далекой Галактике Дарт Вейдер и имперцы творили свои нехорошие темные-претемные дела по указке злобного и коварного Палпатина. «Имперский марш».

Над головой за прозрачным куполом сияли звезды и плыл сравнительно небольшой зеленоватый с черными прожилками шарик планеты. Центральная планета противника.

Проекция императрицы проявилась в центре обзорной площадки. Вместе с проекцией огромного кресла. На Кассиопее была непривычная черная накидка с глубоким капюшоном.

– Ваше императорское величество? – удивился я.

– Мой ученик! – Грозный голос перекрыл величественные аккорды марша. – Уничтожь эту планету во имя Темной Стороны Силы, хо-хо-хо!

Я поморщился. Музыка постепенно смолкла.

– Прости, Кей! Не могла удержаться. – Рассмеялась Кассиопея уже нормальным голосом. – Но ведь момент соответствует, согласись!

– И кресло весьма аутентичное, ваше величество. – Польстил я.

– Так в Голливуде его и реквизировали. – Усмехнулась она. – И слегка подработали… под требования Властелина Галактики.

Черная накидка испарилась. Императрица была в привычном белом мундире гвардии. Кресло, разумеется, осталось – Касси сидела в нем, по своему обыкновению болтая ножками.

– Ты… как… вообще? – осторожно уточнила она. – Справишься?

– Все в порядке, ваше императорское величество. Я готов.

– Тогда лови приказ. – Вздохнула она. – Такие вещи без приказа не делаются.

Пакет с приказом упал на сервер рейдера и был тут же верифицирован Тайлой.

«Приказ на уничтожение центральной планеты противника получен, – шепнула она через мой ИБК. – Удачи!»

– Ты, Кей, главное не дергайся, расширяйся постепенно! – заторопилась Касси. – Сжимать начинай только после охвата всего объема. И учти – после этого будет зверски болеть голова! Боль фантомная, медкапсула все равно ничего не покажет, так что аптечку свою не дергай и обезболивающего не принимай! Это из-за того, что твой мозг сдуру попытается обработать всю информацию из охваченного объема… тут уж ничего не поделаешь… Жаль, конечно, что ты не потренировался, но тут очень важно, чтобы ты сам не знал, как выглядит… – она очень осторожно подбирала слова, – твоя способность… в отношении планет. И самое главное…

– Касси… – оборвал я ее. – Мы это много раз обсуждали. Я помню. Самое главное – никаких негативных мыслей по отношению к существам, населяющим планету, иначе при такой концентрации… существ вероятности могут сложиться так, что даже моя способность где-нибудь сбойнёт. Не волнуйся – у меня нет негативных мыслей по отношению к ним. Стихийное бедствие. По недоразумению – разумное.

Кассиопея молча кивнула и так же молча отключилась. Краем глаза я заметил, как в зал влетела медкапсула и следом вошла Тайла. Когда речь заходит о нас, органиках, – Тайла превращается в перестраховщицу – мало ли, что там говорила императрица про фантомность головных болей.

Я устроился в ложементе. Если верить Касси, на ногах после всего я устоять уже не смогу.

– Зятек! – весело рявкнуло по громкой связи. – Поторопись! Фиксируем гравитационные аномалии на поверхности. Насекомые пытаются смыться! Наверняка своих маток эвакуируют! То ли маму, то ли тебя почуяли!

– Черенок опять тормозит? – Второй голос. – Когда на Солано чуть меня не разложил, был посмелее…

Свелла и Ария. Соблюдения церемоний от них не дождешься. Ну, первая-то, понятно – женившись на Альер, я стал ее зятем (через длинную цепочку потомков, конечно). А вот Ария тот случай мне никак простить не может. Именно из-за того, что закончился он смачным засосом. Хорошо еще, что посвящать своего мужа в подробности того происшествия она не стала – пришлось бы мне в «мужском разговоре» участвовать с неминуемым мордобоем. А муж ее, если уж смог укротить Богиню Войны – меня, вообще, порвет. И, вообще, Ария, оказывается, даже с Касси на «ты», а уж я для нее так черенком и останусь, наверное.

Странно все-таки. За все время пребывания в Империи с сознанием Толика Кречета я никого не убил. И меня никто не пытался убить – даже наемники использовали «нелеталку». А сейчас вот готовлюсь помножить на ноль планету, заселенную несколькими миллиардами разумных… ну, ладно – относительно и условно разумных. Даже, точнее – по-другому разумных. И даже не это странно. Странно то, что грядущее действие не вызывает у меня никаких эмоций. Вообще. Рефлексирую не потому, что готовлюсь стать причиной геноцида целой разумной (ладно-ладно, относительно, условно и по-другому разумной) расы, а потому, что ничего по этому поводу не чувствую…

– Черенок! Ты долго еще?!

Янтарь окончательно охватил планету. В голову потоком хлынули образы ядра, мантии, материков, океанов, морей, озер, лесов, гор… Я безо всяких эмоций и мыслей «дернул» пространство…

– Всплеск метрик, – отозвался голос кого-то из операторов на мостике. – Вне категорий. Снять маскировку. Защитные поля – на максимум. Фиксирую изменение массы планеты. Фиксирую…

Но это уже, наверное, совсем другая история.

Content

Артур Прядильщик
Змеелов

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Эпилог