Игорь Каплан

СТРАШНЫЙ БОГ

Малый боевой крейсер «Викинг» дрейфовал на окраине системы желтого карлика и не подавал никаких признаков жизни. В нынешнем своем состоянии он напоминал, скорее, огромный кусок метала, чем, собственно, крейсер. Корпус почернел и местами оплавился, обшивка лоскутами свисала с него, как плохо наклеенные обои. Ионный двигатель — сердце корабля — вырванный с корнем плавал тут же, удерживаемый на небольшом расстоянии от корабля чудом уцелевшими кабелями.

Вокруг крейсера были во множестве разбросаны остатки того, что еще недавно было эскадрой империи сулов. Обломки звездолетов плавали не спеша безжизненными глыбами, величественно проворачиваясь, будто подставляли свои бока далекой звезде, которая все равно не могла их согреть. Мусор, вылетевший в открытый космос, когда корпуса кораблей раскалывались, как лесные орехи. Да, сейчас это был просто мусор, хотя еще совсем недавно он был для кого-то мебелью, посудой, любимыми вещами… Мало ли слов можно придумать для всего того, что со временем мы называем лишь одним — мусором? Полупрозрачные облака, образованные освободившимся от сковывающих его резервуаров топливом, струились между обломками светло-серой дымкой, как утренний туман, между деревьями. Редкие тела в скафандрах выглядели здесь, будто хлебные крошки на плотно заставленном едой столе.

Лишь небольшая часть последствий сражения была видна невооруженному глазу. Большинство обломков было скрыто тенью нависшего над полем битвы огромного газового гиганта, опоясанного, будто широким обручем, поясом, состоящим из кусков льда, пыли и осколков скал. Там флот сулов тоже потерял несколько кораблей, пытавшихся укрыться от разящего огня и в результате раздавленных ледяными скалами, казавшимися издали вполне безобидными.

В «Викинге» царила гробовая тишина. Лишь в командном отсеке слабо горело аварийное освещение. На центральном экране, занимавшем все пространство над огромным последней модели пультом, можно было видеть и остатки флотилии сулов, и часть газового гиганта с его поясом, с этой точки казавшимся лишь тонким обручем на теле огромной планеты. Слабые лучи звезды, пробивавшиеся из-под нижнего края гиганта, добавляли всей картине какое-то сюрреалистическое очарование. Но красотой этой некому было наслаждаться. Единственный, кто бы мог это сделать, находился сейчас на месте первого пилота. Это был гуманоид, в странной униформе, украшенной белыми и синими чередующимися полосами. Тело его лежало на пульте управления безжизненной куклой, правая рука, как тряпка, свисала вниз, едва не доставая до пола. Все указывало на то, что в этом теле больше не теплится искра жизни.

* * *

Два офицера армии сулов стояли, понурив головы, посреди большой комнаты, перед средних размеров столом, сделанным из стекла с мелкими вкраплениями какого-то голубого с красными прожилками метала. Личный кабинет командора на его флагмане был обставлен весьма аскетично.

Как и существо, покинутое ими в «Викинге», офицеры были гуманоидами. Единственное, чем они от него отличались, так это небольшим ростом, непропорционально большой головой и кожей цвета молодой листвы. У каждого на поясе висело по плазменному бластеру с одной стороны и небольшому, но эффективному парализатору с другой.

Выглядели оба изрядно потрепанными. Этому впечатлению способствовали перевязанная голова одного из них и огромный синяк на пол лица у другого. Хотя, если быть точным, то синяком это назвать было нельзя, так как на светло-зеленой коже гуманоида расплывающееся пятно было скорее коричневым с легким серым оттенком, чем синим.

С другой стороны от стола из стороны в сторону нервно расхаживал командор флотилии сулов. Он сосредоточенно молчал, как и его не смевшие поднять головы подчиненные. В конце концов, он остановился и повернулся лицом к офицерам:

— Вас зачем послали на планету? — грозно спросил он.

— Произвести разведку на предмет возможной колонизации, — ответил офицер с перевязанной головой, которую он так и не поднял, не смея взглянуть на командора.

— И что вам удалось выяснить?

Тот же офицер начал было отвечать, но командор прервал его, громко стукнув кулаком по столу:

— На меня смотреть, когда я вас спрашиваю!

Оба офицера мгновенно подняли головы. В их глазах застыл ужас.

— Ну? — нетерпеливо бросил командор.

На этот раз слово взял второй офицер:

— Мы обнаружили, что цивилизация, живущая на планете, крайне отсталая и колонизация пройдет без каких либо затруднений.

— И на чем основывались ваши выводы?

— На основе уровня развития науки и техники на планете. Возможное сопротивление не представило бы для нас особых проблем, так как максимум чем бы могли ответить нам аборигены — это примитивным ядерным оружием. Причем, средства для его доставки у них весьма ограничены.

— Та-ак, — протянул командор, нервно постукивая пальцами по крышке стола. — А кому пришла в голову идея притащить на корабль этих двоих? И для чего?

Голос снова подал офицер с перевязанной головой:

— Мы посчитали, что если наглядно продемонстрировать им всю мощь нашего флота, то можно будет обойтись без ненужного сопротивления со стороны обитателей планеты. Для этого мы и выбрали нескольких туземцев из того поселения, где проводилась разведка. Нам показалось это удачной идеей. Так как, если бы удалось убедить их, то они бы помогли нам убедить и остальное население планеты в неразумности сопротивления.

— И как? Убедили?

Командор в упор посмотрел на офицера и тот снова опустил голову.

— И почему, — продолжил командор, — вы их не остановили, когда все началось, хотелось бы мне знать?

— Мы пытались, — пробормотал второй офицер и тут же скривился, машинально дотронувшись до заплывшей стороны лица.

— Это совершенно дикая раса, которой абсолютно чужда логика, — снова заговорил первый офицер. — Когда я пытался воззвать к их благоразумию, обращая внимание на покровительство нам богини Су, а также, ввиду нашего явного военного превосходства, один из аборигенов ударил меня статуей богини по голове и заявил, что всем нам сейчас вместе с нашей богиней наступит полный пи… — он попытался подобрать нужное слово, но безуспешно. — Я не смогу повторить то, что произнес это абориген, а наш языковой анализатор так и не сумел подобрать нужного эквивалента к большинству их слов. Слишком примитивный язык.

— А когда я хотел применить парализатор, — нервно всхлипнул второй, — один из них вырвал его у меня из рук и заявил, что если я еще что-то достану, то он засунет мне это что-то… — он покраснел и еще раз громко всхлипнул, так и не закончив фразы.

— Мы еле унесли оттуда ноги, — тихо добавил первый офицер.

Командор обессилено упал в кресло и закрыл большую зеленую голову руками.

— И где вы прикажете мне сейчас взять новый флот?

* * *

Крейсер командора — все, что осталось от некогда могучей армады — с каждой секундой все дальше и дальше удалялся от системы желтого карлика. Гипердвигатель не работал, так как еще не все повреждения были устранены, и судно двигалось лишь на тяговых двигателях с черепашьей для него скоростью. Командор сидел за столом и в который уже раз просматривал запись, сделанную камерами «Викинга». Глядя на то, как два аборигена на экране неуклюже обращаются с пультом управления, он все силился понять, каким образом всего несколько человек такой отсталой расы смогли разнести в пух и прах его эскадру. Расы, столь примитивной, что они даже и не помышляют о межзвездных перелетах. Расы, язык которой так беден, что для описания всего многообразия современных приборов, которыми командный отсек «Викинга» был начинен гуще, чем булка изюмом, им хватило всего двух слов «загогулина» и «хреновина». Анализатор речи так и не смог найти адекватный перевод этих терминов.

Скорее всего, подумал командор, все дело в их божестве, которое они постоянно призывали на помощь в течение всего боя. Оно оказалось гораздо сильнее богини Су. Командор покосился на стоявшую справа на столе маленькую статую божества и вздохнул. «Как же они его называли?» — постарался припомнить командор… Нет, не удается. Что-то неразборчивое. Даже анализатор речи не смог предложить ничего подходящего. Очень примитивный язык. Только концовка фразы — «мать» — была слышна отчетливо. Но перевод этой части ничего не дал, очевидно, только фраза целиком способна была вызвать магическое действие.

Да, от планеты, хранимой таким страшным богом, с помощью которого два полуграмотных дикаря смогли разметать целую флотилию, лучше держаться подальше.

* * *

Дверь в отсек управления «Викинга» со скрежетом отошла в сторону, и на пороге появился гуманоид в такой же униформе, как и тот, что лежал ничком в кресле первого пилота. Он еле держался на ногах и почти не мог передвигаться, не опираясь руками на переборки отсека, столы, кресла и все прочее, что попадалось у него на пути. Одежда на нем была разорвана, все лицо в крови. Собрав последние силы, он кое-как добрался до кресла второго пилота и со стоном буквально рухнул в него. Переведя дух, он не сильно ткнул кулаком лежащего на пульте управления товарища:

— Михалыч, ты там как? Живой, а?

Слабое шевеление обозначило, что тот, кого назвали «Михалычем», не смотря ни на что, был еще жив. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Михалыч приподнял голову и уставился красными воспаленными глазами на товарища. Постепенно в его взгляде начало проступать некое подобие сознания:

— А… Сеня? — и Михалыч вновь уронил голову на пульт.

Неизвестно откуда Сеня достал бутылку пива и посмотрел по сторонам. Выступающий справа рычаг оказался вполне подходящим и Сеня, приставив к нему крышку «Балтики» коротко хлопнул по ней рукой. Крышка отскочила, и мягкая белая пена показалась из горлышка, лишь несколькими каплями скользнув вниз по бутылке. Сеня удовлетворенно крякнул. Рычаг при этом ушел вниз, корпус «Викинга» слегка дрогнул, и зеленая молния плазменного дезинтегратора сверкнула на дисплее. Никем не замеченная, она устремилась в сторону медленно удалявшейся от газового гиганта мерцающей точки.

Сеня сделал несколько глотков и снова толкнул кулаком Михалыча, протянув початую «Балтику» ему. Тот мгновенно присосался к бутылке и его кадык медленно задвигался в такт исчезающей прямо на глазах жидкости. Было хорошо видно, как с каждым глотком в тело Михалыч возвращается жизнь. Опустошив сосуд, он с сожалением отбросил его в сторону, медленно перевел дух и огляделся.

— Сеня, чё вчера было-то? Ты хоть что-нибудь помнишь?

— Не Михалыч, как отрезало. Похоже, вломились после вчерашнего в какой-то парк аттракционов. Во, видишь, симулятор вроде.

— А нахрена нам симулятор? Я этими цацками сроду не баловался.

— А кто же тебя знает? Чего не сделаешь по пьяни? Сам же виноват.

— Кто?! Я?! — возмутился Михалыч.

— Ну, ни я же! Кто весь вечер кричал: «Водка без пива — деньги на ветер»… Вот и допились до зеленых человечков.

— Точно. Я их тоже помню. Сеня, это что же — белая горячка? — с ужасом в голосе спросил Михалыч.

Сеня лишь неопределенно, но с надеждой пожал плечами. Михалыч схватился обеими руками за голову и начал медленно раскачиваться из стороны в сторону.

— Господи, меня моя дома точно убьет. Чтобы я еще хоть раз согласился идти с тобой, Сеня, праздновать день ВДВ…

Content

Игорь Каплан
СТРАШНЫЙ БОГ