Евгений Федоров

Стромынский тракт

© Фёдоров Е. С., 2015

© Митрушова Т. Е., иллюстрации, 2015

* * *

В дружной семье сов, которая жила в большом гнезде в лесу за Линией, любили всех птенцов, но особенно смышленого Совёнка. Поэтому птенцу разрешалось много чего делать. Он очень хотел стать хранителем Киржача, таким, как его прабабушка – белая сова на Гербе города. Папа и мама никогда не возражали, когда их сын читал до позднего вечера старые умные книги. Не ругали, если он летал на Кручу, чтобы встретиться с волшебным Камнем и узнать очередную легенду о городе. Единственное, что ему не разрешали, так это улетать одному далеко-далеко. Но Совёнку очень нравилось путешествовать, он не мог долго сидеть на одном месте.

Много раз птенец просил дядюшку Филина показать ему окрестности Киржача и соседние с ним земли. Интересно и любопытно ему было посмотреть с высоты птичьего полета на свой край. Летать над дорогами, которые уходили вдаль. Видеть реки и мосты, купола храмов, торговые ряды и крыши домов. Должен же он, как хранитель города, знать границы своих владений.

И вот однажды Филин засобирался в дорогу. Он решил всё-таки показать Совёнку землю киржачскую. Малыш давно так не радовался. Он высоко взлетал, ухал, делал кувырки и хлопал пёрышками крыльев. Это всё напоминало птичий танец радости.

Папа и мама отпустили его со спокойным сердцем, все-таки рядом был мудрый дядюшка. Уж он-то всегда подскажет как вести себя в любой ситуации и поможет в беде. «Пусть летит, – подумал папа. – Лишних знаний не бывает, да и старше становится Совенок с каждым днём, надо ему учиться принимать решения самостоятельно и поступать по-взрослому». На крыльцо попрощаться с путешественниками вылетела вся дружная семья. Они стали махать крылышками, как платочками.

Совенок немного загрустил, глядя, как мама волнуется за него. Расставания с родителями, братьями и сестренками для него всегда были связаны с переживаниями.

«Все будет хорошо, – подумал птенец. – Я узнаю много новых легенд и преданий о своем родном крае. Если потребуется, разгадаю все загадки и найду ответы на вопросы».

Филин и Совёнок взлетели и скрылись из виду. На горизонте были видны лишь две удаляющиеся белые точки.

Под крыльями птиц промелькнула Круча, прозрачная и чистая вода реки, где раскрывались кувшинки и купались ребятишки. Солнце затеяло игру с детьми. Оно отражалось в блестящих брызгах воды и заставляло их щуриться. Совёнку тоже захотелось поплескаться в тёплой воде, но его манило очередное приключение. «Как, всё же, красива земля, где мы живём», – умилённо подумал он. Впереди призывно шелестел листочками зеленый лес.

– Дядюшка, – спросил Совёнок, заметив внизу какие-то едва заметные линии, – что это за широкие борозды в лесу, которые прерываются и потом снова соединяются, будто дорога?

– Ты действительно видишь дорогу. Только очень старую. Она давно заросла травой, потому что по ней никто не ездит. Внизу людям незаметно, а сверху, как на ладони, всё видно. Смотри, как тянется она через поля, лес и даже речки. Дорожные мосты, правда, со временем разрушились и остались только одни старые опоры. С этой дорогой связано много преданий.

– А как дорога эта называлась?

– Это старинный Стромынский тракт. Раньше очень длинную дорогу люди называли трактом.

– Чудное название, непонятное, – проговорил птенец.

– В старину слово «стромить» означало – укреплять, делать надежнее. Многие главные грунтовые дороги «стромили», специально насыпали, трамбовали, чтобы земля была плотной. По такой дороге можно было ездить на телегах в любое время года. Рядом с дорогой было и село – Стромынь. Оно было большое, там построили монастырь и постоялый двор, где путники отдыхали.

– А эта дорога Стромынская далеко тянулась?

– Да. Эту дорогу более тысячи лет назад проложили из Суздаля – тогдашней столицы Руси – в Смоленские и Брянские земли через наш Киржач. Ездили по ней веками и торговый люд, и крестьяне. Великий Владимир Мономах этой дорогой совершал объезды своих владений. Шествовала на конях и военная дружина во главе с князьями. Одного князя ты точно должен знать.

– Ух-ух, я знаю, это – Юрий Долгорукий. Тот, кто Москву основал, – сообразил Совёнок, который читал умные книги и знал историю.

– Если следовать народной молве, князь Юрий Долгорукий ездил по этому тракту. Он приказывал заселять безлюдные места и укреплять поселения вдоль дороги, именно так и зарождались на Руси будущие города, в том числе и столица нашей Родины – Москва.

– А что, в те времена дорога была всего одна?

– В этом направлении – одна, она была как линия, вся прямая, без поворотов и развилок. Там, где были болота, мостили гать, то есть закладывали стволы деревьев и засыпали землей. Там где текла речка – строили мосты.

– Давай сделаем остановку, немного отдохнем, – предложил Совёнок. Его крылышки устали, перышки стал влажным и глаза от ветра слезились.

Они выбрали место на берегу реки, где были видны остовы, старые подпорки моста. Совёнок облюбовал корявую ветвистую иву, попил, набрав клювом из реки немного водицы. Только хотел закрыть глаза, чтобы подремать, как вдруг увидел что-то странное. Бугристый коричневый камушек шевелился как живой – пытался вылезти из воды, но корни старой ивы мешали ему.

Птенец всегда выручал тех, кому нужна помощь. Он с налету подтолкнул камушек и помог ему оказаться на берегу:

– Ты кто такой? – спросил он удивленно, обращаясь к странному существу.

– Отгадай загадку, – неожиданно заговорил камушек, – тогда скажу:

«Может жить она везде: и на суше, и в воде.

Панцирь – в клетку, как рубаха. Кто же это?»

– Черепаха, – сообразил немного удивленный таким обращением Совёнок.

И тут же из камушка показались голова и перепончатые лапы.

– Спасибо, что вытащил меня, Совёнок. Давно я здесь живого голоса не слышала. Дорога заросла, мост обрушился. Не увидела бы я света белого, застряла в омуте, если б не ты.

– Ух-ух, это ты, черепаха Тортилла! – отозвался удивленный птенец.

– Не помню, как зовут меня, может и так, – ответила дружелюбно черепаха. – И возраст свой не помню, старая я стала. Может сто лет, а может двести.

– Раз ты настоящий долгожитель, расскажи мне, черепаха, о здешних краях, пожалуйста!

– Конечно, совёнок. Живу я в «медном омуте», слышал? В памяти людей такая легенда сохранилась… В старину здесь завод стоял, где выпускали медную посуду. Стромынская дорога рядом проходила, через речку мост был построен. Через мост этот возили всё, что сделано было из меди.

А однажды люди, которые завидовали богатому хозяину заводу, подпилили у моста подпорки. Когда тяжелые обозы, груженые медью, проходили через него, мост и рухнул. Всё упало в воду. Вот и стали это место называть «медным омутом».

– Ух-ты, интересная история. А что ты ещё знаешь?

– Что знала – забыла. Тебе валун на дороге Стромынской больше расскажет, привет от меня передавай, мы давно с ним знакомы, а мне сейчас некогда, – проговорила черепаха и скрылась под водой, при этом громко булькнув.

– Ну что, отдохнул немного? Пора в дорогу, – услышал птенец голос Филина. Они расправили крылья и полетели над едва заметной старой дорогой.

– Дядюшка, а как все эти истории сохранились до наших времен?

– В нашем крае много важных событий связано с этим Стромынским трактом. Люди в старину рассказывали о них своим детям. А те – своим детям. Так и передавали из поколения в поколение.

Пролетев часть пути, заметили, что ветер стал собирать клочки туч в большую тучищу, небо потемнело. Решили птицы сделать еще одну остановку и начали снижаться.

– Ты знаешь, Совёнок, где лучше всего пережидать непогоду, когда путешествуешь? – спросил всезнающий дядюшка Филин.

– Думаю на дереве, среди ветвей, там безопасно.

– А вот и нет. Самое лучшее место – это пещера. Там не достанет ни дождь, ни ветер, ни холод.

Они увидели сверху рядом со Стромынским трактом небольшую гору, поросшую кустарником и травой. Глазастый Совёнок заприметил и огромный валун, что лежал рядом с дорогой. Когда спустились ниже, Филин решил осмотреть пещеру, а любопытный птенец полетел прямо к валуну. Вспомнил про своё недавнее знакомство с живым камушком у «медного омута».

– Здравствуйте, уважаемый Валун. Вам черепаха прислала привет, – очень вежливо произнёс Совёнок и аккуратно приземлился рядышком.

Валун долго молчал, а потом, словно проснувшись, вздохнул и тяжело проговорил:

– Спасибо за весточку. Мне приятно. Долго я здесь проспал. Никто мимо не проезжает, не слышно конского топота, скучно, дорога заросла. Я ведь раньше на берегу реки лежал, там и с черепахой познакомился. Панцирь у неё на спине уж очень на камушек похож.

– А как Вы сюда попали?

– Когда Стромынский тракт прокладывали, большие камни расставляли вдоль дороги. На них железным остриём выбивали слова для путников, куда дорога ведёт. Раньше-то указателей не было. Тебе знакомы былины русские? В них писали о подвигах богатырей. Часто бывало, что стоят они на перепутье и не знают, куда повернуть. А на камнях написано было, куда ехать и зачем. Вот они себе маршрут и выбирали.

– Это: «налево пойдешь – коня потеряешь, направо пойдешь – золото найдешь?», – догадался Совёнок.

– Да. На мне тоже слова выбиты. Прочти, если читать умеешь.

Совёнок подлетел с другой стороны валуна.

Чувствовалось, что каменная громада пролежала здесь много лет – нижняя часть вся в землю вошла, выбитые на нём слова немного поросли мхом, но прочесть удалось: «Прямо пойдешь – до Москвы дойдешь, налево пойдешь – клад найдешь, направо пойдешь – разбойников встретишь!

– Ничего себе маршруты! И что, правда, в здешних местах разбойники шалили?

– Помнишь былину про страшного соловья-разбойника, который громко свистел и народ пугал? Его только богатырь Илья Муромец и смог победить. Здесь, на этой дороге, разбойники тоже много беды людям принесли. Дорожные лиходеи грабили, отнимали товары, деньги.

– И что есть легенда про них?

– Исстари народная молва идёт, – загадочно произнес валун, – что рядом с дорогой было немало безлюдных мест. Одно из них называли Берлюковская пустынь. В придорожных лесных дебрях в то время укрывалась шайка разбойников с атаманом по имени Берлюк. Люди рассказывают, что любой боялся ехать по Стромынскому тракту. А если ехал, то молился Богу, чтобы не ограбили. Точно как в поговорке: «Не помолившись Богу, не езди в дорогу». Многие торговые люди даже духовные завещания оставляли на случай смерти от руки разбойников. Грозные времена были. Народ стал ставить чёрные столбики возле дороги, как бы предупреждая путников об опасности.

– Ух-ты, так получается, что имя атамана разбойничьей шайки Берлюка закрепилось за этим местом и осталось в истории края, – догадался Совёнок. – Интересно, а куда они награбленное прятали?

– Такое место тоже есть. Ты прочитал на мне, если налево от дороги повернуть «в лесную глушь попадешь – клад найдешь»? Зовется это лесное урочище – Буяны. Так вот, по преданию хранятся там спрятанные буянами-разбойниками награбленные сокровища.

– И что, клад кто-то нашёл?

– Многие люди искали в Буяновом лесу сокровища. Говорили о местных крестьянах, которые встречали таинственные норы в земле и шалаши. Если верить молве, то были и счастливцы, которые неожиданно разбогатели. Да и не так давно, по слухам, на стромынской дороге, в дорожных канавах, будто монеты находили которые грабители потеряли.

– Ух, вот бы мне найти сокровища и подарить волшебному Камню на Круче.

– Мы дружили с ним много лет назад, – обрадовалась каменная глыба. – Большие камни все друг друга знают. Увидишь – поклон от меня передавай.

Попрощались они, и полетел Совёнок к дядюшке Филину в пещеру погоду ненастную переждать.

Наутро снова отправились в путь. Летели долго над старым, заросшим травой Стромынским трактом. Впереди показался огромный город. Дорога привела их в стольный град Москву.

Полетели они над красивой Москвой и увидели улицу, которая по прямой линии соединялась со старой Стромынской дорогой. Другим концом она вела на Красную площадь. Совёнок прочел на табличке: «Стромынка».

– Эта улица до сих пор так называется, – сказал Филин. – Здесь дома старинные стоят. Видишь – богадельня, там раньше бедных людей лечили, – и показал крылом на один из домов, – а вот и первая в столице фабрика. Сюда шёлк из Киржача возили, одежду всякую господам шили.

– Дядюшка, а почему названия у соседних улиц такие необычные?

– По Стромынке ездили в сторону Киржача на соколиную охоту, поэтому со старины сохранились названия улиц – Сокольническая, Охотничья, Лосиная.

– Получается, что Стромынская дорога шла от самой Москвы до Киржача? – проговорил сообразительный Совёнок.

– Да, до Киржача и ещё дальше, – ответил Филин. – Кстати, мы уже долго летим, ты не утомился?

– Нет, дядюшка, – поспешил ответить Совёнок. – Так далеко я еще никогда не летал, но мне очень интересно.

– И всё же нам пора возвращаться назад, а я тебе по пути ещё истории про дорогу эту расскажу.

Помахали крыльями птицы стольному граду, да и повернули домой, к Киржачу.

С дядюшкиными рассказами путь обещал быть лёгким. Совёнок внимательно слушал Филина. Запомнилась ему ещё одна легенда.

Давным-давно шло по этой стромынской дороге народное войско, кто пешим, кто на конях. Собрался народ освободить Москву от врага. Из каждой семьи, что жила вдоль тракта, шёл отец помогать воинам и брал с собой старшего сына. Защитили они тогда в сражении и Москву, и Отечество своё от неприятеля. Киржачские мужики тогда первыми в народное ополчение записались. Вот общими усилиями и согнали чужую армию с земли русской…

Летят они себе, летят в чистом небе. Солнце греет пёрышки, обдувает свежий ветерок. Вдруг в глаза птенцу попал солнечный лучик.

– Дядюшка, а что это поблёскивает у дороги, уж не сокровища ли это разбойников? – спросил птенец.

– Давай подлетим и посмотрим.

Покружил Совёнок, покружил над обочиной, сокровищ не нашёл, заметил лишь на пригорке в высокой траве неведомый ржавый предмет, и отражалось в его стальных боках-рожках солнце. Опустился птенец совсем низко и клюнул его. Неожиданно, словно по-волшебству, железяка ржавая ожила и говорит:

– Кто я? Ну-ка, отгадай загадку:

«Кована я и горбата,

В том совсем не виновата.

На ногах коня – подмога

Я железная…»

– Подкова, – сразу отгадал Совёнок. – Как здорово, что мы Вас нашли! Расскажите нам, путешественникам, о себе и о местах здешних.

– И то верно, много я чего знаю. Вот послушай, мой маленький любопытный друг. Недалеко от стромынской дороги было раньше село одно, там впервые в России открыли «коновальню». Так назывался дом особый, где начали коням на копыта подковы из металла надевать. Железо дорого стоило. Потеряет, бывало, конь подкову, а те, кто находил, считали это хорошей приметой. Из находки этой мастера могли несколько гвоздей сделать, но чаще всего те, кто находил, прибивали её над дверью в доме. Она счастье приносила. Так и повелось исстари до наших времен. Во всех домах, что стояли вдоль тракта, по старинному поверью, такие подковы висели.

– А почему считалось, что счастье они приносили?

– Конь всегда был верным другом человека. Машин тогда не было, ездили на лошадях, люди в кибитках дорожных передвигались, товары на телегах возили, воины в седле сидели. Как ни крути, а конь встарь главным помощником был. А подкова его – символ удачи, благополучия и защита от врагов.

– А можно мы с дядюшкой Вас заберем домой и закрепим над гнездом? – вежливо попросил Совёнок. – Вы будете нас от всякого несчастья оберегать.

– Я очень тяжелая, ты меня даже не поднимешь. В горне на сильном огне ковал меня силач-кузнец, конь булатный на своих копытах меня носил, а на коне сидел богатырь из былины русской. Но открою я тебе свою тайну, Совёнок: я – не простая подкова, а волшебная. Вот, скажу сейчас слово заветное, в Киржаче у вас дома окажемся мы в одно мгновение.

Только успели подумать Совёнок и дядюшка Филин о доме родном – очутились на крыльце своего гнезда, а рядом лежала тяжелая подкова.

Спал в эту ночь Совёнок крепко. Во сне видел булатного коня, на котором сидел богатырь былинный. Взмыл в небо тот конь, словно птица. Серебряные копыта светятся на солнце. А крылья сказочные несут вдаль, где Совёнка ждут новые приключения и легенды старого Киржача.

Исторический комментарий для родителей

Стромынская дорога (Стромынский тракт, Стромынка), о которой идёт повествование – одна из старейших сухопутных дорог Центральной России. Возникла более тысячи лет назад в Древней Руси, когда существовали удельные княжества. Окончательно сложилась уже в XII–XIII веке. Использовалась как для торговых, так и для военных целей.

В настоящее время отрезки старой транспортной артерии можно встретить едва заметными дорожными «следами» и боковыми канавами. Дорога эта видна лишь с высоты птичьего полета: заросла травой, кустарником и подлеском, обрушены мосты, которые соединяли некогда известную в истории края дорогу. Особенно хорошо её видно в пойме реки Шерна села Филипповское, через которое насквозь проходил тракт в сторону деревни Мележа.

Начинался тракт от Красной площади в Москве и шёл по улицам Никольской, Лубянке, Мясницкой через пригороды с Красным селом, Преображенским и Черкизовым. Далее по древним уездам – Московскому, Покровскому через Киржач на дорогу в Суздаль и Владимир. История Стромынской дороги помнит имя суздальского князя Юрия Долгорукова, который основал Москву. Чтобы добраться сухопутным путем из столицы княжества Суздаля до пограничной крепости, которую в последствие назвали Москвой, «стромили» и укрепляли эту дорогу. Именно Юрий Долгорукий приказал заселять эти безлюдные места и укреплять тракт.

История про Медный омут в нашей сказке основана на реальных событиях. Промышленник Кольчугин (основатель производства в г. Кольчугине в 19 веке), решивший открыть очередной свой завод, вступил в конфликт с местные жителями-ткачами из Мележей, и те подпилили подпорки моста через Шерну в Филипповском. Обозы, нагруженные комплектующими для производства, рухнули в воду. С той поры это место так и называют – «Медный омут».

В Ногинском районе есть Берлюковская пустынь, где действительно орудовали придорожные разбойники во главе с атаманом Берлюком (17–18 век). По легендам, награбленное лиходеи-буяны прятали в киржачской глухомани, в лесном урочище Буяны. Именно поэтому стояли в тех местах на Стромынке большие валуны и черные столбики – сигналы о возможной опасности.

Прошло время, и стромынская дорога потеряла своё влияние. Были проложены Владимирский тракт и другие важные дороги на Москву.

О старинной и важной российской дороге нам сегодня напоминает деревня Стромынь по пути из Киржача в Москву, улочка в Суздале и, конечно, небольшая московская дорога Стромынка, которая начинается от столичного метро Сокольники и заканчивается у реки Яуза. Именно на ней находится известная пожарная смотровая каланча, изображенная на обложке этой сказки.

Что касается наличия в наших водоёмах черепах, то это возможно. Болотная (европейская) черепаха имеет обширный ареал и распространена в южной, восточной и центральной Европе. На севере черепаха распространена до границ Прибалтики, северной Белоруссии, в России – от Республики Крым до Владимирской и Ярославской области.

В доледниковое время на территории Европы вид был распространён гораздо шире, в некоторых местах сохранились остаточные реликтовые популяции. Известны находки болотной черепахи и в более северных широтах за пределами естественного ареала. Это, вероятно, объясняется завозом её человеком. Возможно, именно такую черепаху и видели жители села Ильинское на реке Киржач.

Content

Евгений Федоров
Стромынский тракт