Булычев Кир

Речной доктор

Кир Булычев

Речной доктор

(Повесть-сказка)

Там был родник. Вода в нем была целебная. Тысячу лет назад, а может, больше, росло у родника дерево. Люди думали, что в нем живет бог реки, которая брала начало от родника. Еще и сегодня не очень старые старики помнят, как со всей округи приходили сюда за водой с банками, бидонами, даже с ведрами. У родника был деревянный помост, а сам он обложен валунами.

Когда здесь начали строить новый район, пятиэтажные дома выстроились по откосу, а разбитые бетонные плиты, мусор, арматуру, мешки из под цемента — все, что не нужно, строители сбрасывали с откоса вниз и погребли родник.

Конечно же, сколько на родник ни сваливай мусора, он все равно пробьется. Только вода перестала быть целебной, потому что родник, сам того не желая, захватывал своим быстрым течением крошки штукатурки и цемента, ржавчины и краски. А раз овражек стал свалкой, то и люди, которые жили в новых домах, и не знали о целебном роднике, кидали в него ненужные вещи.

Часов в девять утра по пыльной улице микрорайона шел молодой человек, одетый просто и легко. Был он на первый взгляд обыкновенный, только если присмотреться, увидишь, что его волнистые волосы были какого-то странного зеленоватого оттенка.

Через плечо у молодого человека висела небольшая сумка из джинсовой ткани.

Молодой человек задержался возле сломанного тополя у шестого корпуса «б», достал из сумки рулон широкой синей ленты, перевязал ствол, отыскал поблизости палку и приспособил ее к деревцу.

Потом молодой человек дошел до последнего дома, за которым начинался спуск к свалке, и стоял там довольно долго, рассматривая наполненный мусором овражек и прослеживая взглядом, как между бетонными плитами, консервными банками и ломаной мебелью пробивается родник, как он вытекает из овражка, пропадает в ржавой трубе.

— Жуткое дело, — произнес молодой человек вслух и осторожно, видно, не желая замарать кроссовки, начал опускаться к роднику.

Со свалки на встречу ему прибужали две бродячие собаки. Они не испугались молодого человека. Но близко не подходили, сели рядом.

Молодой человек открыл сумку, вынул из нее небольшую штуковину, похожую на пистолет с дулом-раструбом. Потом сказал собакам:

— Я начинаю.

Собаки не возражали.

Молодой человек направил раструб на ближайшую к нему бетонную плиту и нажал на курок своего пистолета.

Из раструба вырвался широкий луч, невидимый под солнцем, но не совсем прозрачный. Если смотреть сбоку, то предметы за ним казались туманными и дрожащими.

Это и заметили Гарик Пальцев и Ксюша Маль, которые как раз спускались к роднику.

В том месте, где луч дотронулся до мусора, тот начал съеживаться, таять, словно был снежный.

Сильно пахло озоном. Стало теплее, со свалки доносилось шуршание и тихий скрежет. Когда самые большие плиты растворились и серый дымок над ними рассеялся, молодой человек подошел еще ближе. И начал осторожно убирать завал, часто включая и выключая свой пистолет, короткими выстрелами уничтожая то погрузившуюся в землю бутылку, то ржавую кастрюлю, то порванную шину.

Ребятам, которые смотрели на него сверху, не было страшно, и они хотели подойти поближе. Но молодой человек, не оборачиваясь, сказал им:

— Подождите, ближе нельзя, можно обжечься.

Минут через пять образовалась широкая неглубокая яма, по краям которой мусор спекся, словно края глиняной миски. А на дне ямы показались совсем старые бревна и остатки столбов, врытых в землю. Между ними были видны черная земля и песок.

Молодой человек спрятал пистолет в сумку и спустился к столбам. Там из углубления изливалась струя чистой воды.

Молодой человек вытаскивал из земли лишние предметы, освобождал горло родника.

— Теперь можно подойти? — спросила Ксюша Маль.

Откинув со лба тыльной стороной ладони прядь непослушных волос, он улыбнулся ребятам. Ксюша, которая была очень наблюдательной, заметила, что волосы молодого человека необыкновенного зеленоватого цвета.

— Вы что делаете? — спросил Гарик Пальцев.

— Разве вы еще не поняли? — удивился молодой человек. Он вытащил из земли согнутый лом и легко отбросил его в сторону, будто это был гвоздь.

— Вы чистите родник, — ответил Гарик.

Молодой человек отгребал ладонями грязь и землю, обнажая чистый песок. И на глазах родничок начал бить веселое, сильней, и вода ярче заблестела под солнцем.

— Вы речной доктор, — сказала Ксюша Маль.

— Правильно, — кивнул молодой человек. — Меня можно назвать речным доктором, а еще меня называют речным богом.

— Бога нет, — сказал Гарик.

— Правильно, — согласился молодой человек. — Но я есть.

— А кто вам разрешил? — спросил Гарик.

— Разве надо разрешение, чтобы лечить и делать добро?

— Не знаю, — ответил мальчик. — Но все всегда спрашивают разрешения.

— Если ждать, то река умрет. — сказал речной доктор.

— Почему вы раньше не пришли? — спросила Ксюша.

— У меня много дел, — произнес молодой человек. — Я прихожу точько тогда, когда совсем плохо. Бывают случаи, что люди сами понимают и исправляют свои ошибки.

Говоря так, речной доктор кончил чистить родник и, отвалив в стороны грязь, отыскал под ней вершины погрузившихся в землю серых валунов. Без заметного усилия он выкатил один за другим валуны и подвинул поближе к роднику, чтобы они его ограждали.

— Вы очень сильный, — сказала Ксюша. — А чем вам помочь?

— Я еще не знаю, — ответил речной доктор. — Но если у вас есть время, оставайтесь со мной. Мы пойдем вниз по течению и будем вместе работать.

— Давайте я домой сбегаю за лопатой, — предложил Гарик.

— Спасибо, не надо.

Молодой человек поднялся, отряхнул ладони от земли.

— Чего не хватает? — спросил он.

Ребята посмотрели на родник. Он выбивался из песка невысоким веселым фонтанчиком, разливаясь по светлому песку. Вокруг, как часовые, стояли серые валуны.

Ожидая ответа, речной доктор вынул из-за пояса широкий нож, точными и быстрыми ударами отсек гнилые верхушки торчащих из земли столбов, извлек из земли толстые доски, остругал их и положил на столбы. У родника образовался мостик.

— Ну что же вы молчите? — сказан речной доктор.

— А можно сделать еще красивее? — спросила Ксюша.

— Подскажи, — улыбнулся речной доктор и сунул руку в сумку.

— Не хватает травы.

Молодой человек извлек из сумки руку. Он раскрыл кулак — на ладони лежала кучка семян.

— Я знал, что ты так скажешь.

И он сказал эти слова так, что Ксюше стало приятно, что она угадала.

Речной доктор рассыпал семена по земле вокруг родника, потом зачерпнул ладонями воды из родника и полил семена.

— Помогайте мне, — попросил он.

Ребята тоже спустились к роднику и стали черпать ладонями воду и поливать вокруг. Вода была очень холодная.

— А пить можно? — спросила Ксюша.

— Нельзя. — сказал Гарик — Вода некипяченая.

— Можно, — ответил речной доктор. — Теперь можно. Эта вода выбивается из самой глубины Земли. Она проходит через подземные пещеры, пробивается сквозь залежи серебра и россыпи алмазов. Она собирает молекулы редких металлов. В ней нет ни одного вредного микроба. Люди знали, что она целебная.

Ксюша первой присела перед родником, набрала в ладошки хрустальной воды и выпила ее. Вода была холодной, даже зубы ломило, и немного газированной. В ней была свежесть и сладость.

Потом пил Гарик, и снова Ксюша.

— А когда Ксюша выпрямилась, напившись, она увидела, что вокруг родничка выросла густая зеленая трава. Откуда-то прискакал кузнечик, влез на травинку и принялся раскачиваться. Зажужжал шмель.

— Ну и трава у вас, — восхитился Гарик. — Такой не бывает.

— Такой не бывает, — согласился речной доктор. — Но она есть.

Гарик сорвал несколько травинок и понюхал. Они пахли травой.

И тут они услышали, как над их головами кто-то пискнул.

На кромке поросшей травой котловины, на оплавленной, спекшейся границе между свалкой и родником сидели два бродячих пса. Один молчал, а второй раскрывал рот, словно зевал, и от этого получался писк.

— Пошли отсюда! — пуганул псов Гарик.

— Почему? — удивился речной доктор. — Собакам тоже надо пить чистую волу. Идите сюда.

— Они грязные, — ответил Гарик. — У них блох много и микробов. На свалках живут.

— Они живут на свалках, — сказал речной доктор, — потому что люди, у которых они жили раньше, выгнали их из дома. А я с этим не согласен.

— Я тоже не согласна, — поддержала доктора Ксюша.

— Не буду я после них пить, — заявил Гарик.

Речной доктор засмеялся. У него были такие белые зубы, каких Ксюше еще не приходилось видеть. И он умел угадывать мысли. Потому что в ответ на мысль Ксюши сказал:

— Я всегда пью только настоящую, чистую воду.

Собаки спустились к роднику и стали пить. Они виляли хвостами и косились на людей, потому что привыкли им не верить.

А напившись, стали бегать вокруг и кататься по траве. Гарик хотел было погнать их прочь, чтобы не мяли траву, но, когда открыл рот, чтобы прикрикнуть на них, встретился со взглядом речного доктора. Тот словно спрашивал: неужели ты сейчас их прогонишь?

И Гарик вместо того, чтобы кричать на собак, ответил:

— Все это чепуха. Вы здесь немного почистили, а завтра все снова замусорят.

— Я надеялся, — сказал речной доктор, — что вы больше не позволите губить родник.

— А как же мы, скажите на милость, это сделаем? — спросил Гарик.

— Вы нам, может, свой пистолет оставите?

— Не знаю, — сказал речной доктор. — Честное слово, не знаю. Я думал, что у вас есть своя голова на плечах.

Он посмотрел наверх. Конечно, Гарик был в чем-то прав — весь склон до самых домов был такой же печальный и грязный, как родник до прихода речного доктора. И лужайка вокруг родника казалась маленькой и беззащитной.

— Моя работа, — сказал речной доктор, — это спасение рек. И я ничего не смогу поделать, пока я один.

Они помолчали. Мирно журчал родник. Собаки улеглись на траве.

— А что дальше? — спросила Ксюша.

— Дальше мы пойдем вниз по течению, — ответил речной доктор. — И посмотрим, чем мы можем помочь реке. Вы со мной?

— Конечно, мы с вами, — сказала Ксюша.

Выбравшись из свалки, ручеек пробирался, почти невидимый, среди поломанных кустов к дороге и пропадал в ржавой трубе.

Речной доктор то и дело наклонялся, подбирая из воды бутылки, банки, пластиковые пакеты, кирпичи, но не кидал в сторону, а прятал в карман своей сумки. И все эти вещи пропадали там, как спички. Гарик даже заглянул в этот карман, но ничего не увидел.

— Они нам пригодятся, — объяснил речной доктор.

— Вы и целый дом туда положить сможете? — спросил Гарик.

— Нет, дом не поместится, — засмеялся речной доктор. Вроде бы он на все вопросы отвечал и ничего не скрывал, но все равно был окружен тайной, и все это чувствовали. Даже собаки, что бежали за людьми, вели себя тихо.

Речной доктор не спешил, но делал все так быстро и ловко, что трудно было уследить за его руками. Вот ему чем-то не понравились кусты, росшие у ручейка: он расправил их ветви, очистил землю под корнями — и кусты распрямились. Проплешины между кустов и по берегу ручейка, залитые мазутом и какой-то краской, он двумя движениями очистил и засеял травой, а лужу, в которую разливался ручеек перед трубой, засыпал песком. Песок достал из кармана сумки, куда раньше кидал мусор.

Речной доктор объяснил:

— Вы, наверное, знаете, что стекло и кирпич, бетон и штукатурку делают из песка, гравия и прочих таких же простых вещей. А я все умею возвращать в первоначальный вид. Никакой тайны.

Гарик кивнул. А Ксюша подумала: конечно, нет никакой тайны в том, что стекло делают из песка. Но есть большая тайна в том, как стекло снова превратить в песок.

Они остановились перед трубой.

Речной доктор наклонился и заглянул внутрь. Труба была не очень большая, с полметра диаметром. Внутри были видны какие-то наросты, из воды вылезали черные горбы.

— Надо почистить, — сказал речной доктор.

Гарик понял, что доктору не пролезть в трубу, и предложил:

— Погодите, я разденусь и все сделаю.

Молодой человек внимательно поглядел на Гарика, положил жесткую ладонь на его рыжие, торчком волосы и сказал:

— Спасибо, Гарик. Ксюша подумала: я ни разу Гарика по имени не называла. А доктор знает его имя.

Речной доктор протянул сумку Гарику:

— Встречай меня на той стороне.

Потом мгновенно скинул рубашку, кроссовки, носки, отдал Ксюше.

Из кармана джинсов речной доктор вытащил плоскую серебряную коробочку, махнул рукой, чтобы все остальные перебирались через насыпь, и влез в дыру.

Гарик с Ксюшей и собаки ждали доктора у выхода из трубы. Что-то он задерживался. Вода из трубы текла темная, мутная и с каждой секундой становилась грязнее. Гарик заглянул внутрь, но там было совсем темно. Тут же ему пришлось отпрыгнуть от трубы — из нее полезла темно-серая скользкая масса, ухнула в бурую воду ручейка и перекрыла ему путь.

А вслед за грязью из трубы выполз веселый и жутко измазанный речной доктор. Он широко улыбался, только зубы и белки глаз были такие же ослепительно белые, как раньше.

Речной доктор, видно, устал. Он сел на берег ручья, перевел дух и попросил:

— Гарик, дай сумку.

Тот протянул ему сумку. Речной доктор вытащил оттуда пистолет, велел ребятам отойти в сторону и выжег громадную кучу грязи, перекрывавшую ручеек.

Ксюша заглянула в трубу. Она была изнутри гладкая, блестящая, будто посеребренная, и по ней текла прозрачная вода.

Речной доктор вымылся под струей воды, вытекавшей из трубы.

— Дайте мне свой пистолет, — сказал Гарик. — Там дальше железная тачка валяется.

— Нельзя. — сказал речной доктор. — Тут нужна осторожность. Если захочешь, я возьму тебя в ученики.

— А мне можно в ученики? — спросила Ксюша.

— Конечно!

Речной доктор оделся. Пришлось задержаться, чтобы посеять траву на берегах ручейка.

Странно, подумала Ксюша, мы прошли от трубы метров сто, а ручеек уже стал шире. Почему это?

— А потому, — ответил речнол доктор, — что по дороге в ручеек влились еще два родника, вы их не заметили, они на дне, я их расчистил. Вот и третий.

Но это был не родник, а приток. Тоненький, словно струйка из чайника. Струя была белесой, и молочная муть расплывалась по ручейку.

— Посмотрим, — сказал речной доктор и легко взбежал по склону, поросшему лебедой и лопухами, усеянному бутылками и банками — следами пиршеств, которые там закатывали соседние жители.

Бежать пришлось недалеко. Струйка воды выбивалась из-под горы белого порошка, что был свален возле большой теплицы.

— Это удобрения, — заметил Гарик.

— Я с тобой согласен, — сказал речной доктор. — Но это не значит, что их надо спускать в реку.

— Только их не надо уничтожать, — попросила Ксюша, увидев, что речной доктор хочет достать свой пистолет. — Они полезные.

— Химические удобрения редко бывают полезными, — пояснил речной доктор. — Но если ты настаиваешь, мы их подвинем.

Он выставил вперед руки и дотронулся до груды удобрений. Груда медленно и послушно отползла на два метра. Речной доктор нахмурился, видно, ему было тяжело, а собаки принялись прыгать и лаять — им это понравилось.

На примятой траве осталась белая пыль. Речной доктор достал пистолет и сказал Ксюше:

— Не бойся.

Он расширил луч настолько, что тот стал похож на конус, и буквально им сдул пыль с травы. И тогда Ксюша увидела место, откуда выбивался родничок, — трава там была мокрая, земля тоже мокрая.

— Это что вы здесь хулиганите? — услышали они пронзительный голос:

От дверей теплицы к ним бежала грузная женщина в синем халате. Она размахивала лейкой.

— А что случилось? — спросил ее молодой человек. Он широко улыбался и совсем не испугался крика.

— Что я, не вижу, что ли? Не вижу, да?

— Что вы видите? — спросил речной доктор.

— Ты удобрения крадешь, а мне отвечать?

— Это неправда, — сказал речной доктор. — И вы это отлично знаете.

— Знаю. А где удобрения?

— Вон там.

— Но они здесь были?

— Не знаю, — ответил речной доктор. — Я знаю только, что все у вас цело, ничего не пропало.

Грузная женщина растерялась. Никто ничего не крал, но подвинул, а так не бывает.

Тогда Гарик решил все объяснить.

— Ваши удобрения, — сказал он, — завалили родник. А этот родник впадает в ручей. Он размывал удобрения, понятно?

Женщина не стала слушать Гарика. Она подошла к груде удобрений и стала ее рассматривать, словно куст роз.

Молодой человек молча показал ребятам рукой, что надо уходить, и они поспешили прочь. А женщина все не понимала, зачем было двигать гору удобрений. И только когда они уже вернулись к ручейку, то услышали сверху крик:

— Чтоб ноги вашей тут не было!

Как приятно вернуться к ручейку! Он зажурчал, заблестел под солнцем. Гарик встал над ним — одна нога на правом берегу, другая — на левом.

— Я гигант! — закричал он.

— Уже десять часов, — сказал речной доктор. — Вам, наверное, домой пора.

— Нет! — сразу закричали Ксюша и Гарик. — Мы совершенно свободные.

— У нас каникулы, — объяснила Ксюша. — Мы в пятый класс перешли.

— Ну ладно, — согласился речной доктор, — пошли дальше. Устанете, скажете мне.

— Мы не устанем.

Они шли по берегу прозрачного ручейка целый километр. По обе стороны тянулся кустарник, за ним огороды. Время от времени речной доктор останавливался, уничтожал мусор, укреплял берег, подсыпал на дно песок.

За заводом ручеек нырнул в лес. Лес был пригородный, истоптанный, замусоренный, весь порезанный дорожками и тропинками. Но июньская листва и трава еще были свежими, птицы пели весело, солнце грело, но не пекло.

На полянке стояли столы на вкопанных в землю столбах, а вокруг скамейки для отдыха. Речной доктор сказал:

— Привал. Легкий завтрак.

Он сел на скамейку, раскрыл свою бездонную сумку и вытащил оттуда большую бутылку с молоком, батон и высыпал на расстеленную газету кучу белой черешни.

— Молоко с черешней нельзя, — сказал Гарик.

Речной доктор улыбнулся и расставил на столе белые чашки.

— Черешня мытая, — сказал он.

Затем вынул из сумки круг толстой колбасы, половину порезал кружочками, а половину разделил на две части и отдал собакам.

Завтрак был вкусным. Ксюша спросила:

— А вы где живете?

— В разных местах. — ответил речной доктор.

— Я думаю, что вы инопланетный пришелец, — сказал Гарик.

— Почему, — спросил доктор, — если человек работает, то все вокруг думают, что он приехал издалека? Или даже с другой планеты?

Ребята не знали почему, поэтому доктору не ответили.

Сам доктор выпил чашку молока, и пока его друзья ели, обошел полянку, собрал с нее все бумажки и банки и даже залечил кем-то подрубленное дерево. Но Ксюша с Гариком уже привыкли к тому, что речной доктор все время занят, и не обращали на него внимания.

Подкрепившись, пошли дальше.

Ручеек уже стал таким широким, что через него не перешагнешь, надо перепрыгивать.

И тут они увидели на берегу рыболова. Самого настоящего.

Рыболов был на вид младше Гарика и Ксюши, лет восьми. Вместо удочки он держал в руке палку с веревкой.

— Как ловится? — спросил речной доктор.

— Не знаю, — ответил рыболов.

Он вытащил свою удочку из воды. На конце веревки был согнутый гвоздик. Без всякой приманки.

— Так ты ничего не поймаешь, — сказал Гарик. — Где червяк?

Мальчик снова опустил веревку в воду и замер, глядя в воду.

— Чудак, — удивился Гарик. — Откуда здесь быть рыбе?

— Правильно. — согласился речной доктор. — Рыбы здесь нет. Но обязательно должна быть.

Из сумки он вынул банку, в ней было много мальков.

Опрокинул банку, и мальки серебряными стрелками разбежались в разные стороны.

— Вот здорово! — обрадовался Гарик — К будущему году рыбки подрастут, а этот рыболов как раз червяка выкопает.

— Так долго ждать не надо, — сказал речной доктор. — Смотри.

Мальки уже подросли. Одни из них обкусывали стебли водорослей, другие закапывались в тину на дне.

— Как все у вас быстро получается, — удивилась Ксюша.

— Надо спешить, — сказал речной доктор.

— Эй! — раздался крик.

Они обернулись. Мальчик с палкой-удочкой прыгал на берегу, а на конце веревки блестела серебряная рыбка.

— Ой-ой-ой! — закричал мальчик и, размахивая палкой, побежал прочь. Он сам не верил в свое счастье.

Речной доктор рассмеялся.

— А вам не жалко рыбу? — спросила Ксюша. — Я думала, что вы все охраняете.

— Если человек поймает рыбку, ничего страшного для реки нет, — объяснил речной доктор. — Я не выношу рыболовов с сетями, динамитом и другими варварскими приспособлениями.

Они пошли дальше по берегу ручья.

Некоторые из рыбок, уже подросшие, плыли рядом с ними.

Через полчаса ручеек слился с другим, который вытекал из чащи. Только наш ручей был чистым, а влившийся в него — мутным.

— Друзья мои, — попросил речной доктор. — подождите меня здесь. Я скоро вернусь. Только никуда не уходите.

Ребята согласились. Они решили отдохнуть на берегу под ивой, а собаки сели вокруг, словно их охраняли.

Солнце пригревало, и Ксюша незаметно для себя задремала.

Проснулась она от веселого голоса речного доктора.

— Подъем! — крикнул он. — Все в порядке.

Ксюша и Гарик посмотрели на ручейки. Они были совершенно чистыми.

— А что там было? — спросила Ксюша.

— Пустяки, — ответил речной доктор. — Совсем пустяки по сравнению с тем, что нам предстоит.

Он пошел вперед, и Ксюша так никогда и не узнала, что доктор делал в лесу.

А что предстояло, друзья речного доктора не знали и знать не хотели. Они были твердо уверены, что речной доктор все может.

Постепенно ручей превратился в речку. А лес вокруг стал густым и диким.

— Надо искупаться. — обрадовался Гарик.

— Сейчас будет широкое место, — сказал речной доктор. — Тут должны жить бобры. Если они не будут возражать, искупаемся возле их плотины.

Но, к сожалению, искупаться не пришлось. Кто-то разрушил бобровую плотину, и вода утекла через прорыв. Речной доктор огорчился.

— Кому это понадобилось? — спросил он сам у, себя. Потом тихо свистнул и прислушался.

Никто не ответил на свист.

— Вы бобров зовете? — спросил Гарик.

— Их здесь нет, — ответил доктор.

Рыжая собака вдруг начала бегать по берегу у плотины, вынюхивать что-то на земле, подняла голову и тявкнула.

Вторая подбежала к ней, и обе поспешили вдоль берега.

— Пошли! — позвал Гарик.

Собаки уводили людей все дальше от реки.

— Какие странные бобры, — прошептала Ксюша, — я и не знала, что они уходят так далеко от воды.

— Если твой дом разрушили, то надо искать другую речку, — сказал Гарик.

Впереди послышались голоса.

Собаки выбежали на прогалину.

Там была старая вырубка, стояли толстые пни, между ними росла высокая трава. На пнях сидели люди и мирно беседовали, передавая друг другу бутылку. Их было трое. Они были очень довольны собой. И ясно почему: на четвертом пне лежали два убитых бобра.

— Ой! — воскликнула Ксюша. — Убили!

Браконьеры обернулись, хотели вскочить, бежать. Но сообразили, что против них только молодой человек и двое детей.

— Валяйте отсюда, — сказал толстый браконьер, Он протянул руку к ружью, прислоненному к тонкой елочке.

Ксюша и Гарик замерли, глядя на речного доктора. А спутники толстяка, молодые парни, громко засмеялись.

— Вы преступники, — спокойно сказал речной доктор. — Отдайте мне бобров и уходите из леса… Я не хочу вас больше видеть.

Браконьеры покатились от смеха.

— Во дает! — закричал самый молодой из них и присосавшись к бутылке, запрокинул голову.

— Если хочешь жить, — посоветовал толстый браконьер, взяв ружье и делая шаг к речному доктору, — то сейчас отсюда у бежишь и детишек возьмешь. И обо всем забудешь.

— А если не убегу? — спросил речной доктор.

— Тогда твои детишки останутся сиротками, — ответил толстяк, его спутники расхохотались еще сильнее.

— Вы мне противны, — сказал речной доктор. И спокойно пошел к толстому браконьеру.

— Назад! — закричал тот, но сам отступил.

— Учтите, — сказал речной доктор, — я вас всех запомнил.

— Убью! — заревел медведем толстяк.

— Погоди, — остановил его молодой друг. — Я его без пули проучу так, что забудет, как в лес ходить.

Он поднял с земли тяжелый сук и двинулся к речному доктору.

Обе собаки, рыча, кинулись на него.

Сук засвистел в воздухе.

Одна из собак увернулась, а вторая не успела, с жалким визгом взлетела вверх и упала возле пня. А молодой браконьер, продолжая размахивать суком, уже подошел к речному доктору. Еще мгновение — и ударит!

— Беги! — крикнул Гарик.

Но речной доктор никуда не убежал. Движения его были такими быстрыми, что никто и не увидел, как он сумел выхватить сук у браконьера, перехватить его руку и так рвануть, что браконьер перевернулся, ноги его мелькнули в воздухе.

Второй молодой браконьер как стоял с бутылкой в руке, так и остался стоять, а толстяк бормотал:

— Сейчас стрельну! Вот сейчас стрельну!

— Ты не стрельнешь, — сказал речной доктор. — Потому что ты мерзавец, а все мерзавцы трусы. Ты думал, что втроем вы побьете и выгоните нас, поэтому и махал ружьем. Теперь ты уже думаешь, как бы убежать, но сохранить добычу. А ну, отдавай ружье!

— Стрельну! — повторил толстяк, отступая.

Но речной доктор шел к нему, протянув вперед руку.

И тогда толстяк, больше от страха, чем от злости, все же выстрелил.

Выстрел был оглушительным. Речной доктор пошатнулся.

Молодой браконьер кинул в сторону бутылку и бросился бежать. Толстяк стоял и смотрел на ружье. Но это продолжалось не больше секунды. Речной доктор прыгнул вперед, выхватил ружье из руки браконьера и, взяв за ствол, так ударил прикладом о пень, что ружье разлетелось на куски. Толстяк силился что-то сказать, но связных слов у него не получалось. Только — а-а, а-бы, бы-вы…

— Ой! — Закричала Ксюша.

Она увидела, что речной доктор поднял руку к груди и по белой рубашке расплывается пятно крови. Кровь сочится между пальцами.

— Ты его убил! — закричала Ксюша. И от злости к этому толстому браконьеру весь страх у нее прошел.

Она кинулась на него и начала колотить кулаками в живот.

Та собака, что осталась цела, пришла Ксюше на помощь и вцепилась браконьеру в брюки.

Гарик подобрал сук, который потерял молодой браконьер, с трудом поволок его за собой, стараясь поднять его и ударить врага.

— Отойдите, — тихо приказал речной доктор ребятам и собаке. — Я с ним сам поговорю так, что он больше никогда в жизни не посмеет прийти в лес.

Слова звучали тихо, но так, что слышно их было в самом дальнем конце леса. И от этих слов толстый браконьер завыл и понесся прочь, спотыкаясь о корни и пни.

Речной доктор подошел к оставшемуся браконьеру, рывком поднял его с земли и кинул вслед толстяку, словно это была ватная кукла. Тот захромал за своими друзьями.

— Скорей, — сказала Ксюша. — скорей пошли в город. Вам надо в больницу.

— Я вылечусь сам, — ответил речной доктор. — Разве вы забыли, что наш родник целебный? Только у меня к вам, друзья, просьба. Донесите до воды собаку, ей тоже нужна помощь.

Сам речной доктор взял бобров, ребята понесли собаку.

Прежде чем заняться своей раной, речной доктор положил у самой воды мертвых бобров, потом показал ребятам, как надо положить рядом собаку, открыл сумку, вытащил из нее розовую губку, окунул в воду и принялся протирать разбитую голову собаки. Собака застонала и речной доктор попросил:

— Потерпи Рыжик. Сейчас все пройдет.

Погладил собаку по спине и приказал:

— Спать!

И собака послушно заснула.

— Теперь, — сказал он ребятам. — займемся мною.

Он скинул рубашку и протер розовой губкой свою грудь. Выжал губку в речке, и вода стала красной. Но кровь перестала идти, и речной доктор сказал Гарику, который стоял рядом и не знал, чем бы помочь:

— Мое счастье, что ружье у него было заряжено дробью, а не пулей. Он меня мог убить.

— Я его выслежу, — пообещал Гарик. — Он не уйдет безнаказанным.

— Его выдадут собственные дружки. — сказал речной доктор — Они так перепугались, что побегут доносить на него, чтобы самим под суд не попасть.

— Можно я вашу рубашку выстираю? — спросила Ксюша.

— Спасибо. — ответил речной доктор. — А то мне надо заняться бобрами.

— Вы будете шкуры снимать? — удивился Гарик.

— Еще чего, — улыбнулся доктор. — Я постараюсь их оживить. Их убили совсем недавно, и есть надежда, что бобры не совсем погибли.

И пока Ксюша стирала рубашку речного доктора, он вынул из сумки небольшой шприц и ампулу с голубой жидкостью. Набрал жидкость в шприц и сделал бобрам уколы. Потом протер их губкой, смоченной водой из речки. Но бобры не шевелились.

Тем временем проснулся Рыжик. Видно, он совсем забыл, что с ним случилось, потому что казался очень веселым и бодрым.

Он подошел к речному доктору, который пытался оживить бобров, посмотрел, склонив голову и подняв одно ухо, и вдруг оглушительно залаял.

И тут — ну прямо чудо! — один из бобров открыл глаз, сжался от страха и боком-боком сполз в воду. Второй за ним.

И вот они, высунув наружу из воды плоские морды, быстро поплыли к дальнему берегу.

— Спасибо. Рыжик, — поблагодарил речной доктор. — Это называется шоковая терапия. Ты их так перепугал, что бобры ожили.

Рыжик завилял хвостом.

— Возьмите, — сказала Ксюша, протягивая рубашку речному доктору.

— Только она мокрая.

— Большое спасибо. — Речной доктор натянул рубашку. — Она на мне быстро высохнет. Тем более что нам предстоит починить плотину. Бобры еще слабые, а вода в речке упала.

Бобры поняли что люди не желают им зла, и стали подтаскивать к плотине сучья, которые разбросали браконьеры, когда спускали волу из бобрового затона, чтобы их отыскать.

— Ну вот, — обрадовался речной доктор, когда плотина была восстановлена, — теперь вода поднимется, и я надеюсь, что хозяева плотины ее быстро достроят.

Они пошли дальше. Через полчаса путешественники отыскали в речке глубокое место и искупались. А потом речной доктор вытащил из сумки флягу с каким-то кисловатым, терпким соком. Все выпили по глотку, только собаки пить не стали. От сока сразу пропала усталость и даже жара перестала мучить. Ребята готовы были шагать до вечера без остановки.

Но шагать без остановки не пришлось. Вскоре они вышли к тому месту, где речка протекала под мостом. А по нему проходила железная дорога.

За много лет под мостом и по его сторонам накопилось в воде много мусора. То из поезда что-то кинут, то прохожий бросит бутылку или банку с моста. Тут пришлось остановиться и поработать.

Лес кончился. Речка дальше виляла по полю. Но посевы не доходили до самой реки — по обе ее стороны росли ивы.

В одном месте, недалеко от деревни, были мостки. На мостках стояла женщина и стирала белье. Речной доктор остановился, вздохнул и сказал:

— Вот с такими людьми труднее всего.

— А что она делает? — спросил Гарик.

— Она стирает белье с мылом, которое вредно для воды.

Женщина, видно, почувствовала, что разговор идет о ней. Выпрямилась и спросила:

— Что вы на меня глядите?

— Вы только не сердитесь, — попросила Ксюша. — Но вы стираете белье, а мыло губит рыбу.

— Какая у нас рыба. — засмеялась женщина. — Старики говорят, здесь раньше рыба водилась. Теперь только лягушки.

— Вы не правы, — сказала Ксюша. — Ваша речка — самая чистая в мире. Она начинается от целебного родника, и вода в ней особенная.

— Что-то я не замечала.

— Вы не замечали, — ответила Ксюша, — потому что мы речку очистили только сегодня. И рыба в ней будет.

И как будто услышав слова девочки, из воды выпрыгнула рыбина размером с ее руку. По речке пошли широкие круги.

— Видели? — спросила Ксюша.

— Ой, — крикнула женщина, — отроду не видела!

— Теперь так всегда будет. — сказала Ксюша. — Только, пожалуйста, не стирайте здесь с мылом. Вы дома постирайте, а тут полошите.

Женщина смотрела вниз, где у мостков резвились рыбки.

— Чудеса. — удивлялась сна — И кто это сделал?

— Вот он, речной доктор.

— Давно пора было речкой заняться. — сказала женщина, собирая белье в корзину. — А ты спроси у своего доктора, может он сказать нашему председателю, чтобы лесок не рубил?

— Я ему обязательно скажу. — пообещала Ксюша и побежала вслед за речным доктором.

Когда догнала его, доктор сказал, не дожидаясь, пока Ксюша начнет рассказывать:

— Спасибо тебе, но лесу я помочь, к сожалению, не смогу. Я только речками командую.

— У вас есть лесной доктор? — спросил Гарик.

— Есть, но он занят. Ему очень трудно…

Вскоре они увидели впереди высокие трубы завода и много низких корпусов.

— Вот наш враг, — показал на них речной доктор.

И хотя на вид завод был совершенно обыкновенный и даже трубы его дымили несильно, ребята сразу догадались, что имеет в виду речной доктор.

— Он в нашу речку вредные вещества сливает, — догадался Гарик.

— Сейчас увидите, — ответил речной доктор.

Речка была еще совсем чистая, трава по берегам зеленая, но с каждым шагом Ксюше становилось все страшнее. Ей даже казалось, что она издали видит, как вода меняет цвет там, у завода.

Ксюша не ошиблась.

Завод сам к речке не подходил. Он расположился на высоком берегу. Между его высоким бетонным забором и рекой тянулись какие-то склады, у самой воды было несколько огородиков, рядами сбегали к реке кустики картошки.

Между двумя огородами улеглась толстая труба. Она нависала над речкой, и из нее лениво изливался поток бурого цвета. И видно было, как жижа расплывается в прозрачной воде, вытесняет ее, смешивается с ней, — и дальше, вниз, текла уже не вода, а жидкость, которой нет названия.

Они остановились возле трубы.

Ксюша увидела, как несколько рыбок, которые плыли за ними сверху, засуетились возле границы между водой и жидкостью и поспешили обратно.

— Доктор! — сказала Ксюша в ужасе. — Скорее закройте трубу.

— А дальше что? — спросил речной доктор. — Они ее тут же откроют.

— Все равно что-то надо сделать, — попросил Гарик. — А то зачем мы очистили речку?

— И в самом деле — зачем? — задумчиво ответил речной доктор.

Ксюша увидела, как одна из рыбок, видно, рассеянная, нечаянно вплыла в зараженную часть реки и тут же перевернулась брюшком вверх. И ее понесло вниз по течению.

— Что? — раздался голос. — Не нравится вам наша речка?

Голос принадлежал старичку, маленькому, скрюченному, в широкополой соломенной шляпе, который стоял, опершись о лопату, посреди огорода.

— Не то слово, — ответил речной доктор. — И неужели вам все равно?

— Нам не все равно, — сказал старичок. — Только нас никто не спрашивает.

— Разве они не видят? — спросила Ксюша, показывая на завод.

— Они штрафы платят, — объяснил старичок. — Им лучше штраф заплатить, чем безобразие прекратить. У них премии за план. Штраф государство платит, а премия — себе в карман.

— И все молчат? — спросил Гарик.

— Почему все? Есть у нас один, он даже в газете написал.

— И что?

— Уволили его с завода.

— И он сдался? — спросила Ксюша.

— Он не сдался. Он глупый, он думает, что-то можно изменить.

— А где он?

— Вон там, у входа стоит.

Старичок показал вверх. В ворота выходили и входили люди, а возле ворот стояла маленькая фигурка с белым плакатиком.

— Пошли посмотрим, — предложил речной доктор.

Они поднялись вдоль трубы наверх, прошли вдоль бетонного забора и оказались у ворот.

Человек, на которого показал старичок, держал прикрепленный к палке плакат. На плакате было написано:

«ПРЕКРАТИТЕ ГУБИТЬ ПРИРОДУ!»

Люди шли мимо, некоторые улыбались, некоторые останавливались, некоторые укоризненно качали головой.

— Здравствуйте, — сказала Ксюша. — Вы хотите спасти нашу речку?

Мужчина ответил:

— Да, я буду здесь стоять, пока не спасу речку.

— Значит, вы наш союзник, — обрадовался Гарик. — Только мы не стоим, а идем. Мы сегодня уже много километров прошли и всю речку очистили.

— Мне приятно с вами познакомиться, — сказал речной доктор. — Мы в самом деле хотим очистить речку, чтобы люди в ней могли купаться, пить из нее воду и ловить рыбу.

— Боюсь, что ничего не получится, — сказал мужчина. — Меня зовут Петр Ванечкин. Я раньше здесь работал. Но я очень устал. Никто не обращает на меня внимания.

— Но почему? — удивилась Ксюша. — Ведь все видят.

Тут из ворот выбежал очень худой человек.

— Освободите проход! — закричал он на Петра Ванечкина. — Вы мешаете нормальной работе. Я милицию вызову.

— Вызывай, Кузькин, — сказал Ванечкин.

— Эй! — крикнул Кузькин проходившим мимо рабочим. — Помогите мне его выгнать.

Но рабочие только засмеялись.

Кузькин начал толкать Ванечкина, старался вырвать у него плакат. Это ему почти удалось, но в последний момент Гарик подхватил плакат и отбежал с ним в сторону.

Кузькин хотел бежать за Гариком, но его остановил речной доктор.

— Кузькин? — спросил он. — Тимофей Викторович? Главный технолог?

— Я самый, — ответил Кузькин.

— Вот с вами я и хотел поговорить, — сказал речной доктор. — Ваш завод сбрасывает в речку отравляющие вещества. Я очень прошу вас прекратить это делать.

— Еще вас мне не хватало. — рассердился Кузькин. — С минуты на минуту Лодзинский из управления приедет. А мы тут безобразие допускаем. Что, если с ним телевидение будет?

— Не надо ждать, пока будет телевидение, — попросил речной доктор. — Сейчас же прекратите сбрасывать отраву.

— Производство остановить, да? — закричал Кузькин. — Народ оставить без ценной продукции? Вы, не знаю, как нас зовут, типичный диверсант и вредитель. А ну, покажите документы!

— Ах, Кузькин, Кузькин, — сказал печально речной доктор. — Я же знаю, почему вы так сердитесь. Вы же экономите на очистных сооружениях и за эту экономию премию получаете.

— Это точно, — подтвердил один из рабочих, стоявших вокруг.

— Есть уже шесть постановлений прекратить производство на заводе. А вы с директором их прячете.

— Мы не прячем! — возразил Кузькин. — Мы о рабочих заботимся. Если производство остановим, то они зарплату не получат.

— Кузькин, я вас предупредил, — сказал речной доктор. — Я с обманщиками и вредителями природы шутить не люблю. Чтобы немедленно прекратить сброс в речку вредных веществ. Вы меня слышите?

— Может, вы, инспектор? — спросил Кузькин. — Тогда инспекция у нас уже работала. У меня документ есть, что выбросы завода в пределах нормы. И штрафы, как положено, мы все заплатили.

— Я не хочу смотреть на ваши бумажки, — сказал речной доктор. — Бумажками речку не спасти. К таким, как вы и ваш директор, у меня нет жалости. Вы не только убиваете речку, вы убиваете всех людей. Не сегодня, так завтра.

— Товарищи трудящиеся! — завопил Кузькин. — Вы его слышите? Он хочет остановить наше замечательное производство. Вы не получите зарплату и премию! Ваши дети будут голодные!

Рабочие молчали. Конечно, некоторым было все равно, какая река — грязная или чистая. Другим было жалко речку. Но не настолько, чтобы из-за нее оставаться без работы.

— Хватит, надоело! — заявил речной доктор. — Я пошел.

И он быстро пошел вниз, к тому месту, где из трубы лилась отрава.

— Только без этого! — испугался Кузькин.

Он вытащил из кармана свисток и засвистел.

Из ворот выглянул пожилой вахтер.

— Взять его! — крикнул Кузькин, показывая на речного доктора. — Он без документов.

Вахтер неуверенно пошел за речным доктором.

Но речной доктор был не один. Рядом с ним шагали Ксюша и Гарик, а следом шел Петр Ванечкин с плакатом. В отдалении шли несколько рабочих, которым было интересно поглядеть, чем все это кончится.

Кузькин догнал речного доктора у самой реки.

Речной доктор ждал его.

— Я сейчас… Я сейчас… — Кузькин задыхался от бега и ярости. — Ты только тронь!

Но речной доктор ничего не стал делать с трубой. Вместо этого он ловко схватил Кузькина, поднял его в воздух, и тот на глазах у всех превратился в худую длинную щуку.

— Попробуй сам, — сказал речной доктор и кинул Кузькина в воду недалеко от трубы.

Все так растерялись, что стояли с разинутыми ртами. Только Ксюша и Гарик не удивились.

Щука заметалась в грязной воде, выпрыгнула, выпучив белые глаза, и отчаянно поплыла вверх, к чистой воде. Она разевала рот, била хвостом, потом поплыла к берегу, видно, хотела упросить речного доктора, чтобы он ее вернул в человеческий облик.

Речной доктор стоял на берегу, сложив руки на груди, и ничего не делал.

Зато Рыжик вдруг кинулся в воду, догнал Кузькина, который неловко пытался уйти от собаки в глубину, схватил главного технолога зубами за хвост и выволок на берег. Так, держа за хвост, притащил к речному доктору и кинул на траву у его ног.

— Ну что? — спросил речной доктор у щуки. — Хотите еще плавать или начнете думать?

Щука закрутилась у ног речного доктора. Рыжик зарычал и хотел было снова схватить технолога, но тот превратился в человека и собаке пришлось отойти.

Кузькин кашлял, хлопал глазами. Все стояли вокруг и молчали.

Наконец Кузькин пришил в себя и сказал:

— Я буду жаловаться!

— На что? — спросил речной доктор.

— Я буду жаловаться, что вы меня схватили при исполнении служебных обязанностей и чуть не погубили. Пытались погубить!

— Каким образом?

— Сами знаете!

— Теперь вы поняли, каково рыбам в такой воде?

— Я не рыба! Я главный технолог.

— Послушайте. Кузькин, вы мне надоели. Если вы будете и дальше сопротивляться, то я вас заставлю эту воду пить.

Тут не выдержали нервы у зрителей.

— Ну это слишком! — раздались голоса из толпы.

— У него же дети есть!

— Все-таки живой человек!

Кузькин сразу осмелел.

— Все будете свидетелями! — сказал он. — Мы его засудим.

— Вы, по-моему, ничего не поняли, — пояснил речной доктор. — Я сюда пришел не развлекаться, а спасти речку. Для этого мне нужно, чтобы речку перестали травить. Разве это так сложно понять?

— Хулиган. — ответил Кузькин.

Тут он весь подобрался, как тигр перед прыжком, и кинулся вверх по склону, к воротам, куда как раз въезжала «Волга».

— Из управления едут, — сказал Ванечкин.

— Странный человек, — удивился речной доктор. — Я такого просто не встречал. Он совсем не испугался, что я превратил его в щуку. Об этом сразу забыл.

— Он у нас такой, — сказал один из зрителей.

Видно было, как Кузькин подбежал к машине. Из нее вышел человек.

— А вот и директор побежал, — заметил Ванечкин. — Только учтите если вам станет плохо, если на вас будут гонения, я с вами!

— Может, бог с ней, с речкой? — спросил один из рабочих. — Она уж лет десять как отравленная. Ничего, живем.

Но разговор кончить не удалось, потому что с горы спешил вниз Кузькин с солидным подкреплением. С директором и Лодзинским из управления.

— Вот он! — кричал Кузькин. — Он, себе позволяет…

— Так, — сказал директор, подходя первым. — Кузькин утверждает, что вы здесь фокусы показываете, людей превращаете в рыб, чтобы испугать наших трудящихся. Так вот, отвечу вам со всей ответственностью — нас не запугаете!

— Попрошу документы, — потребовал Лодзинский из управления, — Если вы общественность, вам надо действовать через положенные каналы. У вас есть разрешение на демонстрацию фокусов?

— По-моему, они безнадежные, — сказал речной доктор.

— Совершенно безнадежные, — согласился Ванечкин.

— Может, их тоже в рыб превратить? — спросил речной доктор. — Пускай дышат тем, что в реку спускают.

— Попрошу без фокусов, — сказал Лодзинский, но на всякий случай отступил подальше.

— Начнем, как всегда, с Кузькина. — Речной доктор поднял руку.

Но Кузькин припустился в гору с такой скоростью, что обогнал собственный визг.

— Тогда ваша очередь, товарищ директор. — сказал речной доктор.

— Милиция! — закричал директор, — Нас превращают!

И тоже побежал наверх. За ним Лодзинский из управления.

А из трубы все текла и текла страшная жижа.

— Надо остановить производство, — сказал Ванечкин. — Они не выполняют указаний санинспекции.

— А как остановить? — спросил речной доктор.

— Технологию надо менять.

— К сожалению, этого я не умею. — ответил речной доктор. — Я специалист по речкам, а не по заводам.

— Или надо сделать замкнутый цикл, — посоветовал один из рабочих.

— Как? — спросил речной доктор.

— Чтобы ничего с завода не выливалось.

— А потом? Они его опять разомкнут?

— Пока они будут размыкать. — сказал Ванечкин, — я до Москвы дойду! Мы их остановим.

— Я попробую, — согласился речной доктор.

Он наморщил лоб, уставился на трубу и принялся что-то бормотать.

От речного доктора исходило такое напряжение, что у окружающих из пальцев посыпались искры.

И вдруг у всех на глазах труба начала двигаться. Она двигалась, как огромная змея: голова, из которой хлестала жижа, приподнялась и обернулась к заводу. Она поднималась, волоча за собой длинное тело, а грязный поток, выливаясь, потек по огороду, отчего молодые кусты картошки начали съеживаться и вянуть.

— Стой! Стой! — закричал старичок-огородник. — Меня-то за что?

— Я исправлю. — ответил речной доктор. — Зато все теперь видят, что значит отрава, которую выпускает в речку ваш завод.

Тем временем голова трубы добралась до бетонного забора, проломила его я исчезла на заводском дворе.

— А что там будет? — спросил кто-то из рабочих.

— Сейчас увидите. Над забором поднималось большое здание заводоуправления. И все увидели, как труба начала подниматься по стенке здания, добралась до окна на втором этаже. Разлетелись стекла — голова трубы исчезла в комнате.

— Что там? — спросила Ксюша.

— Там кабинет директора, — ответил Ванечкин.

Целую минуту ничего не происходило. Видно было только, как труба все втягивается и втягивается в окно.

А потом в здании начали раскрываться окна и из окон принялись выпрыгивать люди.

Труба уже полностью уползла со склона.

— Что дальше будет? — снова спросила Ксюша.

— Наш конец трубы, — сказал речной доктор. — отыскал уже второй конец, в который собиралась с завода эта жижа. Теперь жижа будет течь по кругу. Я правильно понял, что такое замкнутый цикл?

— Нет, неправильно. — вздохнул Ванечкин. — Вы плохо знаете технологию. Ведь в трубе останется только та жижа, которая там была. А новая?

Из ворот выбежали измазанные директор, Кузькин и Лодзинский из управления. Они попрыгали в машину, но шофер открыл дверь и из машины убежал.

Директор, Кузькин и Лодзинский принялись бегать за шофером.

— Я думаю. — сказал речной доктор, — что с такой трубой этот завод работать не сможет.

— Это точно. — согласился Ванечкин. — Через час весь завод зальет. Придется им останавливать производство.

Он протянул руку речному доктору, попрощался с ним и сказал:

— Я поехал в Москву. Пока они будут разбираться, успею что-нибудь сделать.

Наконец Кузькин поймал шофера, втроем они затолкали его в машину и уехали.

— Вы бы уходили. — посоветовал один из рабочих речному доктору. — Они сейчас милицию вызовут. Вам придется отвечать за хулиганство.

Речной доктор словно его не слышал. Он смотрел, как одна за другой переставали дымить трубы завода.

— Ой! — воскликнул старичок огородник. — Вы только поглядите!

Они обернулись к реке. Вода в ней поднялась.

Темная жижа исчезла — уплыла вниз по течению. И вся река была прозрачна, как горный ручей. Сверху приплыли рыбы и резвились в воде. На дне был виден каждый камешек.

А на берегах реки ниже по течению, на берегах голых и серых, на глазах вылезала из земли трава.

— Слушай, — предложил один рабочий другому. — Давай покупаемся?

Все рабочие начали раздеваться и тут же прыгали с берега в воду.

— Лучше, чем в Черном море! — закричал один из них.

— Спасибо, речной доктор! — закричал другой.

— Мне не надо вашей благодарности, — сказал речной доктор. — Я прошу об одном: не давайте трубе снова выливаться в эту реку. Это же ваша вода!

— Не учи, сами понимаем! — послышалось в ответ.

— Пойдем дальше, — сказал речной доктор. — Меня не оставляет беспокойство. А что, если у Ванечкина ничего не получится?

Ребята не знали, получится у Ванечкина или нет.

Они хотели уйти, но их остановил старичок-огородник. Он напомнил речному доктору, что тот обещал вылечить его картошку. И речной доктор сделал это без труда. За одну минуту. Рабочие еще не успели из реки вылезти.

Когда речной доктор, Гарик, Ксюша и собаки пошли дальше вниз вдоль прозрачной реки, рабочие кричали им, что они будут помогать реке. И еще советовали уходить поскорее…

Скоро завод остался позади.

За ним начинался большой заводской поселок. В нем были пятиэтажные дома, но больше одноэтажных домиков.

У поселка река была перегорожена дамбой, чтобы получился пруд.

Видно, устроили его давно, когда еще не было завода. А теперь он превратился в большой вонючий отстойник — ни одна травинка не росла по его берегам, ни одно дерево не подступало близко. Только зеленая тина пышно покачивалась у берегов.

Прозрачная вода речки вливалась в пруд, и видно было, что в верхней его части вода начинает светлеть и очищаться.

— Давайте посмотрим. — сказала Ксюша, которая немного устала, — как этот пруд сам по себе очистится.

— Нет, — не согласился Гарик. — Надо уходить. Ты же слышала, что они милицию позовут.

— Мы ничего плохого не сделали.

— Как не сделали? — возразил Гарик, — Все-таки целый завод остановили. И директора испачкали, и Кузькина в щуку превращали.

Он говорил «мы», считая, что они все делают вместе с речным доктором. Он вообще думал попроситься к доктору в ученики. Это интереснее, чем ходить в школу.

Речной доктор вроде бы их не слышал. Он осмотрел пруд и сказал:

— Ждать, пока он сам очистится, нельзя. Там на дне скопилось столько вредных веществ, что пруд и за месяц не промыть. Придется действовать.

— А милиция? — спросил Гарик.

— Будем рисковать. Может, они не догадаются сюда за нами прийти.

Речной доктор быстро пошел вдоль пруда, остановился возле дамбы, сквозь которую по бетонному желобу протекала серая речка, потом посмотрел вниз по течению.

— Эй! — крикнул он тоненькой девушке в больших очках и противогазе, которая шла по голому берегу реки, читая журнал. — Отойдите от реки, сейчас я воду спускать буду!

— Что вы сказали? — спросила девушка. Голос сквозь маску звучал глухо.

Речной доктор показал ей рукой, что надо отойти.

Девушка не стала спорить. Продолжая читать, пошла вверх по склону.

— Приготовились, спускаем пруд! — сказал речной доктор.

И направил свой пистолет на дамбу, в ней образовался прорыв, сквозь который с плеском и стоном понеслась вниз вода, заливая серые берега. А серая жидкость в пруду стала понижаться, обнажая такое же серое дно.

Девушка, увидев, что началось наводнение, перестала читать и поспешила к речному доктору.

— Что вы делаете? — спросила она. — И без вас дышать нечем!

— Я хочу, чтобы вы сняли противогаз.

— Это невозможно. — ответила девушка. — У нас в поселке все ходят в противогазах. Даже спят в противогазах. Товарищ Кузькин сказал, что у нас самые лучшие в мире противогазы.

— Зачем же вы все это терпите? — удивился речной доктор.

— А мы не терпим, мы привыкли, — сказала девушка. — Я даже хожу гулять на берег. Если в противогазе, то не очень противно.

— Нельзя! — вдруг закричал речной доктор. — Нельзя привыкать! Вы не смеете привыкать к грязи и ничтожеству! Вы перестанете быть людьми, если разрешите губить природу. Неужели вы не знаете, что человек — это только маленькая часть природы?

— Зачем же кричать? — удивилась девушка. — Я и так все слышу Я с вами совершенно согласна. Но мы ничего не можем поделать. И если вы спустите воду из нашего пруда, то завтра его снова наполнят такой же гадостью.

— А вы посмотрите! — воскликнула Ксюша — Вы посмотрите, какая вода в речке.

И только тут девушка увидела, что вместо серой грязи в пруд вливается прозрачный поток.

— Как? — удивилась она. — Неужели так может быть?

Она побежала к домам и стала кричать:

— Мама! Тетя Дуся! Галя, Валя, Маля! Идите сюда! Здесь чистая вода!

А в пруду воды оставалось все меньше и все больше серого ила.

— Эх, — сказал речной доктор, — не думал я, что придется сегодня так много работать.

Он направил широкий луч на серую массу на дне, и она начала исчезать Ее было так много, что воздух согрелся, и Ксюша с Гариком отбежали от берега, собаки за ними. Такая стояла у пруда жара.

Серая тина, серый ил, серый камень, в который превратилась за годы грязь на дне, исчезали. Речной доктор спешил.

Над прудом стоял пар, потому что речка приносила чистую воду и вода спешила наполнить углубления на дне.

Вскоре речной доктор скрылся за губами пара.

А от поселка бежали люди, все в противогазах. Они боялись подойти к пруду и спешили туда, где в него вливалась прозрачная вода.

Ксюша не знала, сколько прошло времени. Наверное, не очень много

— у речного доктора пистолет мощный.

У ее ног плескалась прозрачная вода, и кипела она уже только у дамбы.

Раздался гудок. От поселка неслись две машины — «Волга» и милицейский газик. Они остановились недалеко от пруда.

Первым выскочил Кузькин. За ним вылезли директор завода и Лодзинский из управления. Из газика вышли милиционеры и в изумлении глядели на неузнаваемый пруд.

Речного доктора они не видели, потому что он был скрыт в клубах пара, но Ксюшу с Гариком Кузькин увидел сразу.

— Вот они! — закричал он. — Его сообщники. Они одна компания.

Клубы пара рассеивались. Стало видно, что на разрушенной дамбе стоит молодой человек с сумкой через плечо. В руках у него ничего не было.

— Держи его! — с этим криком директор побежал к речному доктору. За ним Кузькин и Лодзинский. Правда, Кузькин и Лодзинский отстали — они не хотели, чтобы их превращали в рыб.

Речной доктор стоял неподвижно. Он не смотрел на директора, он осматривал бывший пруд и был доволен. По очищенной земле текла прозрачная река.

Директор остановился возле речного доктора и сказал:

— Сдавайся, хулиган!

— Я никуда не убегаю, — ответил речной доктор.

Подошли два милиционера. Лейтенант и сержант.

— Что вы тут делаете? — спросил лейтенант.

— Разве не видно? — удивился речной доктор. — Я очистил ваш пруд.

— И правда очистил, — удивился сержант.

— А завод вы остановили? — спросил лейтенант.

— Его давно нужно было остановить. Это не завод, а убийца, — ответил речной доктор.

— Вам придется пройти с нами, — сказал лейтенант.

— Осторожнее! — предупредил Кузькин издали. — А то он вас в рыбу превратит.

— Я ничего не делаю из хулиганства, — сказал речной доктор. — Я вообще очень серьезный. И думаю, что лучше вам меня не задерживать, потому что я еще не кончил мою работу.

Тут к ним стали подходить жители поселка. Они снимали противогазы. Первой к речному доктору подошла девушка с книжкой. Без противогаза она оказалась очень красивой, только бледной.

— Большое спасибо, — поблагодарила она. — Вы сделали очень хорошее дело.

— Спасибо! — говорили другие жители поселка.

— Не задерживайтесь! — посоветовал лейтенант. И взял речного доктора за локоть.

Жители поселка стали шуметь и требовать, чтобы доктора отпустили.

— А мы его не обижаем, — успокоил сержант. — Вы нас тоже должны понять. К нам поступила жалоба, что этот человек остановил целый завод. И тут непонятно, что делал. Мы разберемся, и если товарищ ни в чем не виноват, проверим документы и отпустим.

— Они правы, — согласился речной доктор. — Они на работе. Я пойду с ними и скоро вернусь.

Он снял с плеча сумку и передал ее Гарику.

— У нас еще осталось много работы, — сказал он. — Увидимся ниже по течению. У заповедника. Понял?

Милиционеры повели речного доктора к своему газику.

А Кузькин побежал за ними следом. Он кричал:

— Сообщников возьмите! Пока они на свободе, я не могу спать спокойно.

Но лейтенант только отмахнулся, а сержант обернулся и спросил:

— Вы дорогу домой найдете?

— Найдем, — ответила Ксюша.

Речной доктор, садясь в газик, улыбнулся им и подмигнул.

Машины уехали. Жители поселка разбрелись по берегу. Они любовались речкой и с удовольствием дышали свежим воздухом. Возле ребят остались только девушка, которую звали Милой, и ее тетя Дуся.

— Пошли к нам, — пригласила тетя Дуся. — Он вам кем приходится?

— Он наш друг, — ответила Ксюша.

— Небось далеко от дома вас увел?

— Нет, недалеко, — быстро ответил Гарик. Он не хотел, чтобы взрослые начали суетиться, если узнают, как далеко отсюда он живет.

— Мы пойдем вниз по реке, — поддержала Ксюша. — Речной доктор будет нас там ждать.

— Ой, боюсь, не скоро он придет, — сказала тетя Дуся. — Для нас он хороший человек, а завод все-таки без спросу остановил.

— Мы пошли, — сказал Гарик.

— Нет, — сказала Мила. — Я вас одних не отпущу. Хотите идти вниз по реке, пойдете со мной.

Гарик с Ксюшей переглянулись.

— Ладно. — согласился Гарик.

Все-таки лучше идти с девушкой, чем совсем одним.

— А то заходите, пообедайте, — снова позвала тетя Дуся.

Но Гарик ее уже не слушал. Он понимал, что теперь, раз речного доктора нет, спасателем реки придется быть ему самому.

Он сунул, не глядя, руку в сумку, и тут же его пальцы нащупали ворох семян. Гарик вытащил пригоршню семян и побежал по берегу вокруг пруда, раскидывая семена. Добежал до прорыва в дамбе и не знал, что делать дальше — как засеять дальний берег пруда. Но внезапно налетел сильный порыв ветра, его пальцы сами разжались, и семена понеслись на тот берег, ровненько ложась на землю, — и всюду вокруг пруда начала подниматься зеленая трава.

А жители поселка, которые гуляли по берегу, начали хлопать в ладоши и смеяться — это было как фокус, как во сне.

Ребята с Милой пошли дальше, вниз по реке.

За ними побежали собаки, которые куда-то убегали, пока речной доктор лечил пруд.

— Кто он такой? — спросила Мила. — Он такой красивый и веселый.

— Он речной доктор, — ответил Гарик.

— А может быть, он речной бог, — добавила Ксюша, — хотя, конечно, никаких богов не бывает.

— Я думаю, что он биолог, — сказала девушка Мила. — И очень талантливый.

Чем дальше они спускались по реке, тем удивительнее было видеть, как она на глазах возрождалась. Если бы речной доктор был рядом, он объяснил бы друзьям, что сама вода, чистая и целебная, может лечить природу. Вот уже без помощи Гарика трава начала сама пробираться на берегах, распрямлялись пожелтевшие раньше времени и пожухлые листья кустов. Мальки, приплывшие сверху, сверкали среди водорослей, а невесть откуда приползшие раки уже рыли норы под берегом. Стрекозы носились над водой гонялись за мушками, синицы за стрекозами. А лишние, мертвые предметы старались исчезнуть с глаз. Ксюша собственными глазами видела, как ржавая кастрюля, которая валялась в тине, как только ее промыло чистой водой, принялась быстро погружаться в песок, с глаз долой…

Солнце уже перевалило зенит, и ребята, и собаки устали.

— Где он будет нас ждать? — спросила Ксюша у Гарика.

— Ниже по течению. — ответил Гарик — У заповедника.

Разумеется, он тоже не знал, где встретит речного доктора, но верил в то, что доктор умнее и сильнее всех, даже милиционеров. И если сказал, что надо идти вниз по реке, значит, надо идти. Теперь Гарик был главным. У него была сумка. Он стал если не доктором, то речным санитаром.

Мила, конечно, этого не могла понять. Она речного доктора совсем не знала, хотя он ей очень понравился. Поэтому она беспокоилась о нем совсем иначе.

— Может пойти в милицию? — спросила она. — Мы попросим отдать нам доктора на поруки. Если нужно, я весь наш поселок подниму. Ведь люди ему очень благодарны.

— Подожди, — сказал Гарик. — Я уверен, он сам освободится.

По правому берегу, где они шли, начались дачи. Потом пионерский лагерь. Множество ребят бежали к реке. Они радовались чистой воде и хотели купаться. Но вожатая не пускала их в речку.

— Нельзя! — повторяла вожатая. — Вы же знаете, что река отравлена.

— Но она чистая! — кричали пионеры.

— Это только кажется, что чистая. Мы не знаем, какие вещества в ней растворены.

— Никаких веществ. — подходя, сказал Гарик. — Я вам это гарантирую.

— Мальчик! — воскликнула вожатая. — Откуда ты можешь знать?! Пока санитарный врач не разрешит, я не могу рисковать здоровьем детей.

Собаки словно поняли, о чем идет спор, побежали к воде, подняли столб хрустальных брызг и поплыли от берега.

Ксюша подобрала сарафан и вошла в воду.

— Девочка! Прекрати немедленно! — испугалась вожатая.

Ксюша засмеялась и бухнулась в воду. Было жарко, сарафан быстро высохнет.

И тогда дети кинулись в реку.

— Не волнуйтесь, — успокоила Мила вожатую. — Я точно знаю, что река очищена. Завод перестал работать. Его закрыли.

— Вы уверены? — спросила вожатая. — Ваши дети неорганизованные, а за моих я отвечаю.

— Вы лучше сами искупайтесь, — посоветовал Гарик. — Смотрите, какая жарища.

— Купаться я не буду. — сказала вожатая. — Но мой долг идти в воду, чтобы с детьми чего-нибудь не случилось. К счастью, я в купальнике.

Она сбросила платье и осторожно вошла в воду. Сначала по щиколотки, потом по колени. Вода весело плескалась у ее ног, заманивая вглубь. И тут вожатая не выдержала. Она взвизгнула, зажмурилась и нырнула, отчего поднялся фонтан брызг.

На середине реки показалась ее, голова. Голова крутилась во все стороны, и вожатая кричала:

— Далеко не отплывать! Не нырять! Не окунаться!

Но все ныряли, отплывали и окунались.

— Ксюша! — позвал Гарик. — Нам надо спешить. Вылезай.

Ксюша с сожалением вылезла из воды. И они пошли дальше.

Ниже лагеря снова начался лес. Лес был молоденький, сосновый. Саженцы росли прямыми рядами. Там в речку впадала другая речушка. Путники остановились, размышляя, как через нее перебраться. Речушка была узкой, но глубокой.

Гарик увидел, что шагах в ста выше по течению через речушку перекинуто бревно.

Они подошли к бревну. К нему вела тропинка. Рядом с тропинкой была вывеска, прибитая к столбу:

«Ивановское лесничество. Заповедник. Сосновый питомник»

Гарик первым перешел речку по бревну.

Бревно было тонкое, оно качалось, поэтому переходить было трудно.

— Осторожнее! — сказал Гарик Ксюше. Он встал на берегу и протянул руку, чтобы Ксюше было за что схватиться.

Ксюша легко перебежала по бревну, но в последний момент потеряла равновесие и Гарик еле успел схватить ее за руку.

Последней пошла Мила.

Она сделала первый шаг, испугалась.

— Ой, я сейчас упаду.

И как только решила, что сейчас упадет, ноги ее ослабли, она отчаянно замахала руками. Гарик бросился к ней на помощь, но сам чуть не рухнул в воду.

Так вот, быстро махая руками, словно хотела взлететь в небо, Мила ухнула в речку.

На секунду она скрылась под водой.

И тут же вода вскипела, словно Мила там встретилась с крокодилом и вступила с ним в смертельную схватку. Гарик с Ксюшей замерли от удивления, а собаки принялись носиться вдоль берега и отчаянно лаять.

Из под воды показались две головы.

Одна принадлежала Миле, а вторая — другой девушке, которой раньше не было.

Обе головы отфыркивались, мигали, отплевывались.

Четыре руки молотили по поверхности воды, и казалось, что узенькая речка вот-вот выплеснется на берег.

Правда, девушкам ничего не угрожало — они вынырнули как раз в двух шагах от большой ивы, росшей на берегу.

Через минуту обе девушки были на берегу.

Обе тряслись от пережитого страха, обе обняли с разных сторон ствол ивы.

Тогда ребята смогли их рассмотреть.

Впрочем, Милу рассматривать не было нужды — она не изменилась, только промокла, и ее пышные черные волосы распрямились. Зато вторая девушка их удивила.

Во-первых, тем, что она была очень бледной, во-вторых, тем, что у нее были зеленоватые прямые волосы, точно такого же оттенка, как у речного доктора. Но и это не самое удивительное: девушка была одета в купальный костюм зеленого цвета, составленный из чешуек, которые переливались перламутровым блеском.

Девушка перевела дух и сказала низким хрипловатым голосом:

— Я думала, что умру от страха.

— А я почти умерла, — отозвалась Мила.

— Ну а зачем же вы падаете людям на голову? — спросила зеленая девушка.

— Я не знала, что вы сидите под мостиком. — сказала Мила. — К тому же я нечаянно упала.

— Я не сидела под мостиком. — обиделась зеленая девушка. — Что мне там делать? Я плыла.

— Что-то мы вас не видели, — сказал недоверчиво Гарик.

— А как вы могли меня увидеть, если я плыла под водой?

— Вы подводная пловчиха?

— Это неважно, — ответила зеленая девушка. — До свидания.

И она повернулась, чтобы снова войти в воду.

Но тут же обернулась, и лицо ее было испуганным, словно она увидела привидение.

— Где ты это взял? — спросила она, указывая на сумку, которая висела через плечо Гарика.

— Мне речной доктор дал, — сказал Гарик.

— Речной доктор? А, конечно, он себя так называет. Но где он сам?

— Вы его знаете? — спросил Гарик.

— Знаю, знаю! Не увиливай от ответа, мальчик. Ты украл эту сумку?

— Как вам не стыдно! — возмутилась Мила. — Речной доктор дал Гарику эту сумку. При мне. Гарик ему помогает.

— Значит, случилось что-то страшное! — воскликнула зеленая девушка. — Только не скрывайте от меня всей правды! Он никогда бы не расстался с сумкой. Что с ним, умоляю, что с ним? Его убили?

Ксюша поняла, что девушка в самом деле очень испугана и переживает. Может, она его сестра? У них волосы одного цвета.

— Ничего страшного, — Ксюша постаралась успокоить зеленую девушку. — Речной доктор попал в милицию. Но он скоро оттуда уйдет, мы договорились, что подождем его.

— В милицию? Разве он совершил что-то ужасное? Нет, не скрывайте от меня ничего. Лучше страшная правда, чем жалкая ложь.

И тогда Ксюша, конечно, очень коротко рассказала зеленой девушке, как они познакомились с речным доктором, как путешествовали по реке и что случилось на заводе, а потом на пруду.

Зеленая девушка выслушала рассказ, не перебивая, только кивала и иногда вздыхала. А когда Ксюша поведала ей, как речного доктора арестовали, на глазах у нее показались слезы, сорвались с длинных ресниц и покатились по щекам. И Ксюша поняла, что слезы у девушки тоже зеленые. Хотя, может быть, на ее лицо падала тень от листвы.

— И он сказал, чтобы вы его ждали? — спросила она наконец.

— Он сказал, чтобы мы пошли вниз по реке. — ответил Гарик.

— А где, в каком месте вы должны встретиться?

— У заповедника.

— Значит, здесь. — сказала зеленая девушка. — Я очень обеспокоена.

— Почему вы о нем беспокоитесь? — спросила Мила. Ей девушка не очень понравилась. Мила понимала, что девушка знакома с речным доктором, а Миле доктор очень понравился. И она немного ревновала. Тем более, она полагала, что зеленой девушке не стоило таиться под бревном, пугать Милу.

— Мы с ним родственники, — ответила девушка.

— А я думал, что он инопланетный пришелец. — сказал Гарик.

— Не говори глупостей, — попросила зеленая девушка. — И отдай сумку. Тебе рано еще до нее дотрагиваться.

— Речной доктор мне ее дал, ему я ее и отдам, — не согласился Гарик. — А вас я не знаю и не знаю, где вы были, когда мы сражались на реке и в лесу.

— Гарик прав. — сказала Мила, которой зеленая девушка совсем разонравилась. — У нас нет оснований вам доверять.

Но Ксюша так не думала. Она понимала, что зеленая девушка говорит правду. Конечно, она похожа на речного доктора.

— А кто вы такая? — спросила Ксюша. Но не строго спросила, не сердито, а по-дружески.

— Я здешняя русалка, — ответила зеленая девушка. — Разве не понятно?

— Совершенно не понятно, — сказала Мила.

— И вообще вы на русалку совершенно не похожая, — сказал Гарик, который не хотел отдавать сумку случайным встречным.

— А вы раньше видели много русалок? — спросила зеленая девушка.

— Видел, — угрюмо ответил Гарик. — На картинках видел. И оперу по телевизору показывали. Где ваш хвост?

— Ах, какая наивность. — сказала русалка. — Я убеждена, что ты ни одной русалки в жизни не видел.

— Это неважно. — сказала Мила. — Я тоже не видела русалки, а также не видела драконов, гномов и леших. И вообще я в эти сказки не верю.

— А в то, что обыкновенный человек может очистить пруд, который вы, люди, загубили, в это вы поверить можете? — рассердилась русалка.

Мила ничего не ответила, а Гарик сказал:

— Все равно вы сумку не получите.

Русалка вздохнула. Она не знала, что делать дальше. Друзья у речного доктора оказались очень упрямые.

И тут ей вдруг пришла в голову тревожная мысль.

— Скажите. — спросила она. — А он давно в милиции?

— Уже час, наверное, — ответила Мила — Мы с тех пор далеко отошли.

— Час? И вы молчали?

— А что мы должны были говорить? — удивилась Мила.

— Неужели вы не понимаете, что ему нельзя так долго находиться далеко от реки? Он не может жить далеко от реки! Неужели вы ничего не поняли? Где эта милиция?

— Она в городе, за поселком.

— Так бегите туда!

— Я же говорила, что нужно бежать. — сказала Мила.

— Нет, — ответил Гарик. — Я верю речному доктору. Он мне приказал, чтобы я ждал его на реке.

Конечно, Гарику было страшно, не случилось ли чего с доктором. Но он верил в него. И хотел его слушаться. Бывает так в жизни: ты человек непослушный, никто тебе не указ. А вдруг встречаешь в жизни человека, которого хочется слушаться. Так вот и случилось с Гариком, который вообще-то был человеком непослушным.

— Ну как мне вам доказать! — чуть не плакала русалка.

— Пошли в милицию, — согласилась Мила. — Я пойду.

— А если они тебя не послушаются? — спросила Ксюша.

— Конечно, не послушаются. — подтвердил Гарик.

И тут он подумал о пистолете. Ведь есть пистолет, который способен разрушить целую дамбу, в одну секунду расплавить бетонную плиту. Неужели ему не под силу разломать стену отделения милиции?

Гарик чуть было не закричал: «Эврика!» Но сдержался. Эти женщины перепугаются. Начнут отговаривать, скажут, что это уже война, а воевать у нас нельзя. Что сам в милицию угодишь.

Значит, надо ничем не выдать своего решения, затаиться. И если речной доктор сам не придет, надо тихонько сбежать, добраться до милиции, подождать, пока никого не будет рядом, прицелиться в стенку — и доктор будет на свободе!

— Я знаю, кого позвать на помощь, — сказала русалка. — Он нам подскажет. Идите за мной!

Русалка нырнула в речку и поплыла вниз, туда, где речка вливалась в главную реку. Остальные поспешили по берегу за ней.

— Ой! — воскликнула русалка, увидев, какая прозрачная, чистая вода в реке. — Он спас реку!

— А вы не знали? — спросила Ксюша.

— Нет, я сегодня здесь не была. И вообще старалась сюда не заплывать — так и отравиться можно.

— Вы живете в этой маленькой речушке? — спросила Ксюша.

— Не совсем так, — ответила русалка. — Я живу в лесном озере, иногда в доме лесника.

Русалка ничего больше не стала рассказывать. Сунула в рот два пальца и оглушительно засвистела. Гарик даже позавидовал: ни один мальчишка в их микрорайоне не умел так свистеть.

— Подождем немного, — сказала русалка, выбираясь из воды и усаживаясь на берегу хрустальной реки.

— Скажите, кто все-таки речной доктор? — спросила Мила.

— Это сложный вопрос, — ответила русалка.

В этот момент послышался шум мотора и на берег выкатил мотоцикл. На мотоцикле сидел молодой мужчина с белыми выгоревшими волосами и с такой же бородкой. Он был одет в форму лесника — у него была зеленая фуражка со скрещенными дубовыми листочками спереди, зеленая куртка и форменные брюки.

— Ты меня звала, Нюша? — спросил он, останавливая мотоцикл.

Русалка вскочила и подбежала к нему.

— Случилось несчастье! — воскликнула она. — Речной доктор попал в милицию. Его посадят в тюрьму.

— За что? — спросил лесник.

— Неужели ты не понимаешь?

Русалка обернулась к реке. Лесник тоже посмотрел на реку и обрадовался.

— Неужели он спас нашу реку? А я не верил, что ему это удастся.

— Мишенька! — сказала русалка — Я же тебе говорила, что доктор не может жить вдали от реки. Это очень опасно. Но ему никто не поверит. К тому же… к тому же у него нет никаких документов.

— Но что мы можем сделать?

— Ты должен ехать в милицию и выручить его. Ты же лесник. Скажешь, что доктор ничего плохого не сделал. Что он спас реку и принес огромную пользу!

— Мы тоже можем это подтвердить! — сказала Мила.

И ребята начали уговаривать лесника. Даже собаки прыгали вокруг, но не лаяли.

— Хорошо, — согласился Мишенька. — Я поеду, только не знаю, что из этого получится. Наверное, директор завода и этот вредитель природы Кузькин на него уже написали жалобу.

— Они и привели милицию, — подтвердила Ксюша.

— Хорошо, ждите здесь, — сказал лесник Мишенька — А ты, Нюша, не вылезай на солнце, перегреешься.

— Я поеду с вами. — предложил Гарик.

— Зачем? Ты отдыхай.

— Нет. — сказал Гарик. — Мне надо отдать речному доктору сумку. И вообще я могу вам пригодиться.

Если другие способы освободить доктора не помогут, Гарик расскажет леснику про пистолет. Все-таки лесник мужчина, он пистолета не испугается.

— Ладно, садись сзади, — согласился лесник.

Он развернул мотоцикл, и они помчались по тропинке вдоль молодых сосновых посадок.

Гарик держался руками за лесника. Мотоцикл так тарахтел, что разговаривать было нельзя. Главное, думал Гарик, не потерять сумку.

Через несколько минут тропинка влилась в лесную дорогу.

Лесник повернул направо, к поселку.

Но проехали они совсем немного. Впереди показалась черная точка. Она быстро увеличивалась, и стало ясно, что это второй мотоцикл, который едет навстречу.

Мотоциклы встретились и разминулись. И Гарик принялся стучать кулаком в спину леснику.

— Обратно! — кричал он. — Обратно! Это он!

Гарик успел разглядеть, что встречный мотоцикл был синим с желтым, милицейским. С коляской. За рулем сидел сержант, который арестовал речного доктора на дамбе, а в коляске — речной доктор.

Лесник и сам сообразил, кого они встретили. Развернул мотоцикл и поехал обратно. Милицейский мотоцикл съехал на обочину и остановился.

Речной доктор с трудом выбрался из коляски.

Гарик первым добежал до него. Он был так рад, что никак не мог найти слова, чтобы выразить свою радость. Стал стаскивать с плеча ремень сумки и говорил:

— Вот, там все в порядке… там все в порядке… я ничего не потерял.

Речной доктор обнял Гарика за плечи и прижал к себе.

Лесник сказал сержанту:

— А мы к вам ехали. Просить за него.

— Зря, — сказал сержант. — Не отпустили бы его. Официальное обвинение. Большой убыток промышленности. Конечно, по суду, я думаю, его бы оправдали — общественность бы вступилась. Но сам понимаешь — документов у него нету…

— Так почему же ты его привез? — спросил лесник.

— А я, Миша, — сказал сержант, — свой долг служебный нарушил. Мне он сказал, что ему без реки долго не прожить — такая у него конституция. И я ему поверил. Другие не понимают, не поверили. А я поверил. И знаешь, почему поверил? Я же на этой речке родился, рыбу ловил, купался. За эту речку, как за родную сестру, переживал. Я этому человеку должен в ноги поклониться, а не в тюрьму его сажать. Понял это, дождался, как все на обед пошли, открыл камеру, посадил его на мотоцикл, остальное ты знаешь.

— Ты правильно сделал, — похвалил лесник. — Спасибо тебе. Пилипенко.

— Не стоит благодарности, — сказал сержант.

Он пожал руку речному доктору и сказал:

— Вы уж о нас не забывайте. Приезжайте. Может, ваша помощь понадобится. Если какие неприятности, сразу ко мне.

— А тебе неприятности будут? — спросил лесник.

— Не знаю и не думаю. — ответил сержант Пилипенко. — Документов у гражданина не имеется, так что вроде его и не было. И товарищ лейтенант очень ему сочувствовал.

И сержант умчался на своем мотоцикле бороться с преступностью.

— Вы поезжайте обратно, — попросил Гарик. — Я пешком дойду. Речному доктору надо скорее в речку.

— Ничего. — сказал Мишенька. — Мы все уместимся. Вы, товарищ доктор, покрепче держите мальчика. А я осторожно поведу. Вам как, не дурно?

— Я дотерплю, — сказал речной доктор.

Они поехали обратно. Лесник вел мотоцикл осторожно. Гарику было тесно — его сжали двое мужчин. Но он, конечно, не жаловался.

— Сержант — молодец! — крикнул он.

— Обыкновенный человек, — отозвался лесник. — Голова своя на плечах есть.

— Жалко, если его накажут, — сказал Гарик.

— Он об этом жалеть не будет, — сказал лесник. — Он прав, а это самое главное. Речной доктор спас реку, сержант спас доктора. Если мы друг о друге будем думать, все будет нормально…

Потом они все пообедали в доме лесника. После обеда взрослые долго разговаривали, речной доктор с лесником обсуждали, как чистить реку вниз по течению. А ребята легли спать.

Они проснулись, когда солнце уже садилось. Попрощались с доктором, русалкой Милой. Речной доктор обещал Гарику, что обязательно возьмет его к себе в ученики. Только не сейчас, а после шестого класса.

Потом лесник Мишенька отвез ребят домой, в микрорайон Космонавтов. Он ехал медленно, чтобы собаки, бежавшие следом, не отстали.

Они вместе спустились вниз к роднику.

Кто-то, уже расчистил среди свалки широкую дорожку к роднику. Молодые ребята начали оттаскивать в сторону бетонные плиты и мусор. У родника стоят целая очередь людей с ведрами, мисками и бидонами. Все набирали воду из родника и несли домой. Никто не толкался, не шумел, все были веселые.

Вокруг родника была широкая зеленая лужайка. А пенсионер Ложкин уже установил там большую вывеску:

«Вода целебная. Сорить, курить и безобразничать запрещено».

Но никому и в голову не приходило сорить, курить и безобразничать.

Content

Булычев Кир Речной доктор

Кир Булычев Речной доктор (Повесть-сказка)