А. Н. Линдберг

Скандинавская ходьба и джоггинг против болезней. Практический курс естественного движения

Данная книга не является учебником по медицине. Все рекомендации должны быть согласованы с лечащим врачом.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Линдберг А. Н., 2014

© «Вектор», 2014

Скандинавская ходьба как физиологичный вид движения

Как мы все знаем, у жизненного уклада каждой эпохи были свои особенности. Научные открытия, технические новинки, общий уровень развития общества меняли жизнь каждого из нас постепенно, но, как казалось до некоторого момента, в лучшую сторону. Бытовое обслуживание становилось все менее хлопотным и трудоемким благодаря стиральным машинам, новым моющим средствам, строительным технологиям. Пища начала храниться дольше и в более подходящих для этого условиях, поскольку на каждой кухне появился холодильник, специальная упаковка для промышленного и домашнего употребления. Наши города и дома стали гигиеничнее благодаря открытию и началу массового производства антибиотиков. Наш труд стал легче благодаря компьютеру. Наконец, производимой на основе новых технологий пищи начало хватать на всех, потому что она подешевела и начала производиться в большом избытке.

Да, мир сильно изменился, а мы – вслед за ним. И по мере углубления этих изменений мы стали замечать, что ничто, как всегда, не идеально. Что у каждой медали есть обратная сторона и что, так сказать, медаль нашего нынешнего образа жизни тоже не без изъяна. В частности, высокие технологии забрали из жизни нашего тела очень важную для его нормального функционирования часть – физическую активность. С другой стороны, у идущего дальше общества запросы и потребности все растут. А значит, растет и число задач, которые нам нужно сделать за час, за день, за всю жизнь. И сейчас уже даже «облегченная» высокими технологиями работа отнимает у нас все больше не рабочего – личного времени. А стало быть, у нас, помимо необходимости, постепенно сокращаются и возможности. Возможности вернуть организму в более цивилизованном, более организованном виде хотя бы часть подвижности, которая ему нужна.

Да, будь мы заняты хоть немного меньше, мы бы наверняка реже ленились пробежаться поутру, сходить дважды в неделю на тренировку, начать питаться пищей более здоровой, но и требующей больше времени на приготовление… Если бы для каждой такой «акции» нам не требовалось сокращать время, выделенное для других, не менее важных, дел, физически здоровых среди нас сразу бы стало больше. Мы часто сожалеем, что со здоровьем и физическим развитием нельзя поступить так же, как с грязным бельем. То есть сложить в барабан, нажать «Пуск» и идти заниматься другими делами, пока технологии сделают все за нас.

Конечно, наука и медицина тоже чувствуют, чего мы ждем и хотим от них. Они настойчиво ищут то ли эликсир вечной молодости, то ли медицинский философский камень – лекарство ото всех болезней… Но пока ни то ни другое не найдено, мы остаемся со своей проблемой наедине. И вынуждены решать ее сами, без надежды получить путный совет хоть от кого-нибудь. На этой почве и вырастают мифы о вреде одного, пользе другого, недопустимости третьего… То нам поваренная соль не угодила, то клещи в подушке завелись. Мы виним в распространении ожирения и сахарного диабета и пищу, и наследственность, и лекарства, хотя ни одно из этих обвинений правильным не является.

В попытке примирить вечный дефицит времени с необходимостью двигаться чаще и активнее мы пытаемся придумать какой-нибудь такой вариант активности, чтобы «приобщить» к ней как можно большее число мышц. И чтобы, одновременно, это не требовало от нас ничего. То есть ни особых условий (спортклуба), ни особых навыков (техники, пластики движений), ни особых приспособлений (тренажеров, ковриков, гантелей). Конечно, мы были бы не против «блеснуть», если бы что-то из этого случайно оказалось представлено у нас, что называется, в лучшем виде. Но, увы, наше тщеславие (в данном случае – небесполезное) каждый раз сталкивается с непреодолимым препятствием – лимитом времени. И мы, разумеется, вновь и вновь откладываем поход куда-либо, кроме магазина, потому что в спортзал пока соберешься, пока доберешься, пока выберешься из него…

К нашему счастью, спорт в основе своей – вещь довольно простая и достаточно гибкая. Очень многие престижные его атрибуты были выдуманы именно из соображений престижа. И хотя четкую грань здесь провести непросто, с течением лет все мы начинаем понимать: самая дорогая одежда, самый модный в мире аксессуар и самый престижный атрибут для любого человека – это здоровье. А когда приходит это понимание, требования имиджа довольно быстро отходят на задний план. И мы охотно соглашаемся заниматься понемногу, но каждый день ради простой возможности делать это чаще, когда есть время и желание. Тогда-то мы и убеждаемся, что здоровье вовсе не требует готовиться к появлению в спортзале как к выходу на подиум. И что речь идет действительно об экономии на том, что нам не по карману. Только не по карману нам в данном случае не некоторые дорогостоящие атрибуты и услуги, а время – то, чего нам отпущено и так много и, как мы уже понимаем, так мало.

Все это прекрасно, но решение заниматься самостоятельно для новичка чревато многими последствиями. Ведь мы можем разобраться лишь в том, чем занимались ранее. А свою физическую активность мы никогда прежде наверняка не планировали. На этом пути возможно множество ошибок, иные из которых влекут за собой последствия по-настоящему печальные. А совета, как и было сказано, нам спросить не у кого. Таким образом, нам придется освоить новое тоже самим, не полагаясь ни на кого. Но на сей раз нам повезло – ведь мы не намерены сравнивать свои показатели с чьими-то, как это бывает при занятиях в группе. Да и активность, на которую мы нацелились, достаточно проста, чтобы не привести к травме.

Какие движения для нас естественны, а какие – нет

Чуть выше мы несколько раз повторили доселе незнакомое нам слово – «физиологичный». Интуитивно мы догадываемся, что оно может значить, – вероятно, «естественный», «оптимальный для организма». Однако когда мы говорим о более и менее естественных видах движения или спорта, возникает необходимость в некоторых пояснениях. Хотя бы в том смысле, что двигаться вообще для человека нормально. Так какое же движение может быть противоестественным?..

Физиологичные движения против обменных патологий

В действительности, наше тело приспособлено и к движению, и к физическим нагрузкам очень хорошо. Настолько хорошо, что, как мы уже, возможно, заметили, некоторые его внутренние механизмы попросту отказывают у каждого, кто вознамерится «поберечь себя». То есть попробовать провести большую часть жизни в каком-нибудь кресле – автомобильном, у камина, у телевизора… Говоря еще проще, в нашем организме имеется ряд систем (звеньев, входящих в обмен веществ), которые существуют и нормально функционируют только при одном условии и ради одной цели. Это условие и, одновременно, цель их существования – обеспечить телу повышенные затраты поступивших ресурсов. То есть обеспечить все расходы, которые оно понесет в период повышенных физических нагрузок. И все восстановительные меры, которые оно предпримет после них. А механизмы, о которых мы говорим, – это холестериновый обмен, тесно с ним связанный пуриновый (азотистый) обмен, обмен глюкозы.

Самое распространенное нарушение первого – это атеросклероз. Атеросклероз и его прямые следствия (инфаркт миокарда, инсульт) возникают потому, что холестерин по неким причинам начинает откладываться на стенках кровеносных сосудов в виде бляшек. Со временем бляшки твердеют, пропитываясь солями кальция, а их слой растет, сужая просвет сосуда. Рано или поздно либо «задеревеневший» сосуд лопается под напором крови сам, либо одно из телец в кровотоке рвется, зацепившись за нарост одной из бляшек.

Тогда возникает тромб большего или меньшего размера. А куда он направится, остается лишь гадать. Девяносто девять случаев атеросклероза заканчивается попаданием тромба либо в сосуды, снабжающие кровью само сердце (инфаркт), либо головной мозг (инсульт). Оба состояния иногда можно устранить, а иногда – нет. Это зависит от многих особенностей данного конкретного случая. Оттого атеросклероз является патологией с высоким числом летальных исходов при первом же осложнении. Что до второго такого же или похожего эпизода (повторный инфаркт или инсульт), то он будет смертельным почти наверняка. Скажем прямо, более трех инфарктов не пережил еще ни один пациент кардиологии.

Последствием второго расстройства является подагра. Что это такое, мы тоже знаем – наверняка впервые мы услышали о ней еще в детстве, от бабушки или дедушки, которые списывали на нее каждый хруст в костях. Подагрой называется отложение мочевой кислоты (продукта пуринового обмена) в суставах, в мочевыводящих путях и, нередко, в других органах. В норме мочевая кислота принадлежит к трем основным продуктам, которые должны фильтровать и выводить из крови почки, – к продуктам азотистого обмена. Эти продукты – креатинин, мочевина и собственно мочевая кислота. Образуются они в двух случаях – когда мы съели белок животного происхождения (мясо, рыба, яйца, субпродукты) или когда наши мышцы «поработали на славу». То есть когда мы занялись ручным трудом так активно, что наутро не можем пошевелить ни рукой, ни ногой.

Иными словами, продукты азотистого обмена образуются всегда, когда у нас в организме происходит распад белка. В данном случае не важно, где это происходит и по какой именно причине. Главные условия здесь – чтобы этого белка оказалось слишком много для усвоения тканями. Или чтобы он был уже «отработанным» – подлежащим только выведению, но не усвоению. Если в нашем организме имеет место первое, наша подагра связана с перееданием – с тем, что мы едим белка вдесятеро больше, чем нужно организму. А если второе, у нашей подагры причин может быть много. Возможно, мы неосторожно «сели» на уж слишком жесткую диету. Возможно, у нас имеется злокачественная опухоль или мы подверглись обширной травме, боремся с серьезной инфекцией, перенесли операцию, у нас просто отказывают почки…

Ну а третье нарушение – это, конечно, сахарный диабет. Быть может, мы наконец встретили заболевание, о котором слышим впервые? Не тут-то было – о диабете нам известно так же много, как и о предыдущих двух патологиях. Суть сахарного диабета в том, что при нем сахар, выделяющийся в кишечнике из пищи и попадающий в кровь, перестает усваиваться клетками тела. Чтобы клетки могли усвоить и расщепить глюкозу, необходим своего рода катализатор – гормон поджелудочной железы инсулин. Иногда инсулин перестает вырабатываться из-за унаследованного или приобретенного заболевания поджелудочной. Иногда (скажем, при раке поджелудочной) ее просто приходится удалить, и после этого наступает тот же диабет. Но более половины случаев сахарного диабета связаны с тем, что пациент годами ел пищу в количестве, которое не было оправдано расходом сахара в его теле даже на треть. Поджелудочная, все это время отчаянно пытавшаяся, что называется, куда-то деть поступающий в избытке сахар, просто износилась значительно раньше срока…

Как видим, три основные обменные патологии, возникающие при гиподинамии (сниженной физической активности), – и все три хорошо нам знакомы. Их названия постоянно у нас на слуху, продукты, предназначенные для употребления именно такими больными, имеются в любом супермаркете, каждый врач считает своим долгом напомнить нам о вероятности заболеть какой-то из них. И все потому, что число заболевших ими увеличивается год от года, в геометрической прогрессии.

Атеросклероз, сахарный диабет, подагра и рак – такова «четверка» лидеров в списке основных причин смерти наших современников. Безусловно, сами по себе эти патологии смертельными могут и не считаться. Допустим, диабет компенсируют инъекциями очищенного или вовсе искусственного инсулина десятками лет. Да и с подагрой можно прожить вполне себе долгую, счастливую жизнь. Смертельны рак и атеросклероз, но не диабет. Однако это если говорить о самой патологии и ее ближайших последствиях. Не забудем, что, если у нее имеются и долгосрочные, медицина уже не станет включать ее в список летальных. Ведь какая же она смертельная, если после постановки диагноза пациент проживет еще не менее 10 лет?..

Просто особенности медицинской статистики – это одно. А тот факт, что каждая из них в среднем сокращает жизнь больного на 15 лет, – это совсем другое. И потом, оставшееся даже долгое время мы проживем лишь с большим или меньшим комфортом. Говоря откровенно, наша жизнь может ничем не отличаться от жизни здорового индивида лишь внешне – для тех, кто не посвящен в тонкости нашего личного времяпрепровождения. Но различия непременно будут, и довольно существенные, – в быту их не заметить будет невозможно.

Это не повод отказываться от оптимистических аргументов вообще – это повод оценить реальность трезво, не впадая в крайности. Если пока у нас есть выбор между здоровьем и болезнью, нам явно следовало бы опасаться различных патологий ровно в такой степени, в которой они того стоят. Пока мы не больны сахарным диабетом, его нужно бояться, как огня, а не отмахиваться от этой угрозы с мыслью «Сейчас диабет уже не проблема, а образ жизни!». Да, во многом это правда, но во многом – и ложь. Ложь во благо, форма самоутешения для тех, у кого выбора уже нет. Если у нас он еще есть, к чему нам заранее гадать, хороша ли патология или плоха и какая в какой степени. Ведь здоровье в любом случае лучше!

Какое движение «правильное», а какое – нет?

Итак, мы повторили то, что и так знали – давно, едва ли не с первых лет жизни. А именно, что в нашем теле существуют механизмы, которые без подвижности и сами нормально существовать не смогут, и нам не дадут. К сожалению, в общем ходе развития медицинской мысли была такая эпоха – эпоха, в которой предполагалось, что наше тело стареет потому, что вроде бы изнашивается. То есть что старость и скорость ее наступления тесно связана с количеством выполненной телом физической работы.

Это предположение в свое время было крайне популярно. И ничего удивительного: позади остались столетия непосильного, изматывающего труда в окружении неуклюжих и громоздких механизмов. Столетия быта и работы, которые удерживали среднестатистические показатели жизни в пределах 50 лет, и никто ничего не мог с ними сделать. Но вдруг в распоряжении человека оказались новые, умные и не требующие ухода машины – множество приспособлений, сделавших жизнь в их окружении и легкой, и приятной. Само собой разумеется, что с приходом новых технологий человечество захотело отдохнуть с комфортом, а медицина – посмотреть, что из этого выйдет.

Да, в прежние времена полей для применения своих физических сил и ресурсов у каждого человека было хоть отбавляй. Во всяком случае, у каждого, кто не принадлежал к высшему сословию – дворянству рангом выше среднего. Быт был столь тяжел, что тогда на него списывалось все. Например, рак в свое время считался следствием полученной когда-то травмы (как правило, удара). И это мнение было распространено вплоть до середины XX в. Патологии сердца сплошь относились к «рабочим». Причем считалось, что им подвержены как легковесные бегуны (гонцы, пажи и пр.), так и люди с большой мышечной массой в сочетании с лишним весом – грузчики, кабатчики, рабочие и пр. То есть, как видим, люди с разным обменом веществ, условиями труда, рационом и способом расхода всего съеденного. Аналогично, тяжелому труду приписывали вину за частые случаи чахотки. Считалось, что ей подвержены все, кто более или менее часто дышит испарениями веществ, пылью, загрязненным иными элементами воздухом. К примеру, работники текстильных, литейных фабрик, кузниц и пр. А в действительности чахоткой назывался туберкулез легких – инфекционное заболевание, вызываемое палочкой Коха и ничем иным…

Сейчас позади долгий период совсем иной жизни – в комфортном кресле, у монитора, под кондиционером и при правильно распределенном освещении. Всю работу за нас делает компьютер, а наше дело – лишь клацать клавишами, направляя его, так сказать, усилия в нужное русло. У современного человека в течение дня работают глаза (нагрузка на них приходится нешуточная) и головной мозг (правда, его активность одинакова не всегда). И кроме того, работает та часть мышц, которая отвечает за осанку.

Мы часто ошибаемся, полагая, что теперь уже вообще не испытываем никакой нагрузки ни на одну группу мышц. Это не так – сам позвоночник не займет и не сохранит ни стоячее положение, ни сидячее. Для этого требуются мышечные усилия – хоть и незаметные нам. В данном случае – всех мышц спины, шеи, ягодиц, а также бицепсов бедра. То же, что мы думаем, верно по отношению только ко всем прочим группам – мышцам ног, помимо бицепсов бедра, рукам, передней части туловища (грудные, верхний и нижний пресс, косые мышцы живота). Кроме того, на спине тоже есть мышцы, не имеющие отношения к осанке. Мы говорим, конечно, о широчайших, придающих развитой спине атлета V-образные очертания.

Как видим, мышц, которые при нынешнем образе жизни не задействуются годами, в теле действительно больше. Но это не значит, что у нас вовсе не напрягается ни один мускул. Напротив, положение, в которое мы поставили свое тело, куда сложнее, чем кажется. Часть нашего тела вообще не выполняет никакой работы, кроме самой косвенной и легкой. А вторую мы «нагрузили» обязанностями весьма унылыми – однообразными во всех смыслах. Утром, по звонку будильника, они занимают вместе с нами «рабочее положение» – сокращенное, неизменное в течение часов, не минут. А расслабляются при этом позже нас самих, поскольку мы еще проводим некоторое время дома перед тем, как лечь спать. Естественно, в период праздности мы тоже лежим далеко не всегда – сидим почти в той же позе, что и на работе, только уже перед другим монитором.

Итак, в течение дня одни мышцы у нас постоянно расслаблены, другие – напряжены и нередко напряжены до предела. Ну, мы-то полагаем, что мышцы тела – ткань достаточно универсальная, чтобы выдержать любую работу, какую бы мы им ни задали. В целом мы думаем правильно – разово они справятся с тем и этим одинаково успешно. Но дело как раз в том, что в жизни мы задаем им всегда один тип работы. Один и тот же, на долгие часы, изо дня в день, годами. Это, согласимся, несколько иные условия существования – своего рода перебор, который явно не обойдется без «побочных эффектов».

Что это за эффекты, нам известно – ноющая боль в спине по вечерам, постепенно нарастающие хронические проблемы с суставами, которые обслуживают всегда больные мышцы. Это постоянный спазм и застой крови в напряженном волокне, который временами переходит в острую стадию. Впрочем, мы, как правило, принимаем это явление за растяжение, обострение радикулита, результат местного переохлаждения.

Ни одна из типичных версий в таких случаях неверна. Если мы обратимся с таким «просквозило» и «потянул спину» к массажисту, через несколько минут после сеанса к нам придет быстрое и полное облегчение. А через несколько часов в области самых сильных болей мы обнаружим огромную гематому – из крови, которая «застряла» в напряженном волокне, и сейчас высвободилась, поскольку спазм был снят массажем.

Нужно сказать, что даже если в нашей жизни статичная работа мышц чередуется с динамичной, у каждой из них есть свои особенности. Они не всегда так хороши, как хотелось бы. Потому не стоит думать, будто одно настолько уж лучше другого. Если мы, прочтя все сказанное еще раз, впредь станем избегать статичных поз любой ценой и «наляжем» на наклоны с приседаниями, мы быстро получим не самое приятное разнообразие былым спазмам. В частности, жгучие боли вместо ноющих, покраснение кожи над постоянно сокращающимся волокном, дурноту, головокружение, приступы тошноты.

Не нужно думать при этом, что у нас что-то с желудком, – эти явления будут тесно взаимосвязаны с нашим новым способом ежедневной эксплуатации мышц. В конце концов, у нас могут отказать почки и система обмена сахара, поскольку мышцы при каждом сокращении сжигают его в огромных количествах, и выделяют взамен в кровь такое же количество продуктов распада.

Так что все хорошо в меру. Статичные нагрузки обладают меньшим числом преимуществ, чем динамичные. Но это – только если брать в целом, подразумевая желание развить свои мышцы и систему взаимного координирования их усилий. Или, скажем, поднять их тонус, улучшить пластику и пр. В свою очередь, динамичное сокращение – сжатие мышц улучшает и ускоряет кровообращение на этом участке, облегчает работу сердцу и повышает тонус сосудов, проходящих внутри волокна.

Кардиологи часто называют развитые, упругие мышцы вторым сердцем, и нисколько не преувеличивают. Ведь непосредственно сердце у нас – одно на десятки метров протяженности сосудов. Причем сосудов, образующих сетку разветвленную, со множеством причудливых изгибов русла и других затрудняющих кровоток элементов. Само сердце от природы не в состоянии обеспечить качественный кровоток на всех участках «вверенной» ему системы сосудов. И это совершенно не зависит от возраста организма, скорости обмена веществ в нем, количества холестерина на стенках артерий… Вторую половину необходимой для здоровья сосудов работы либо выполнят мышцы, либо выполнить ее будет некому. И данное правило верно для всех возрастов – не только среднего и старшего.

Оттого ничего удивительного в наших возрастных проблемах с сердцем и сосудами нет. Тем более логично, что число страдающих ими в условиях современной гиподинамии все растет, течение имеющихся заболеваний становится все более тяжелым, да и формируются они все раньше. Ведь 30–35 лет – это еще вовсе не старость и даже, во многих отношениях, не зрелые годы. В любом случае запомним, что динамические нагрузки всегда действуют, и очень сильно, на целый ряд механизмов, общих для всего тела – не только одной или нескольких мышц. А статические могут обеспечить положительный эффект только отдельно взятым мышцам и их группам. В то же время их воздействие на системы, связывающие эту группу с остальным телом, положительным не бывает или бывает крайне редко, при весьма умелом использовании. Что мы имеем в виду? Сейчас поясним.

Как мы уже поняли, любые виды нагрузок при определенных обстоятельствах могут проявить и положительное, и отрицательное действие. Сплошной «негатив» одинаково легко получить как с тем, так и с другим. Организовать правильное чередование одного и другого, получить максимум положительного эффекта при минимуме отрицательного куда сложнее. Этим, собственно, и заняты большую часть времени все, кто разрабатывает оптимальные виды, графики тренировок, оборудование и экипировку для различных видов спорта. Факт тот, что статичные нагрузки на мышцу повышают, как и было сказано, скорость и силу ее сокращения. Как они влияют на кровообращение в этой мышце?

Конечно, в момент сжатия кровоток замедляется потому, что упругое волокно стискиваетсосуды, в нем проходящие. На некоторое время эта ситуация сохраняется, затем волокно расслабляется и норма кровообращения восстанавливается. Одновременно мышца забирает из крови некоторое количество сахара. Ее собственный запас глюкозы (в мышцах он присутствует в виде гликогена) только что был израсходован на это усилие. И она, конечно, тут же постарается пополнить его из крови. Взамен в кровь будут выделены продукты клеточного дыхания – все, что образовалось, когда мышца сжалась по нашему приказу и задержалась в этом положении на некоторое время.

Какие здесь могут быть важные моменты? На самом деле их немного – всего один, зато принципиальный. Если мы все поняли правильно (а это именно так), статичная нагрузка изменила состав нашей крови не слишком заметно, зато резко, внезапно. Ведь когда мы напрягли мышцу до предела и оставили в таком положении, от кровотока здесь ничего не зависело. Собственно, он в тот же миг сошел почти на нет и восстановился только после того, как мышца разжалась. Сама логика такой работы означает, что в промежутке между сокращением и расслаблением мышца просто не может получить что-либо из крови – она работает полностью на имеющемся в ее волокнах ресурсе. А начинает пополнять израсходованные запасы только уже в покое, когда вся работа выполнена.

Иными словами, и нужный ей сахар из крови был «взят» сразу, одной порцией, и результаты ее работы (продукты распада) выделились в нее единой порцией, все. Это не может не создавать известные «скачки» состава крови, пропорций различных компонентов, в ней имеющихся. Да, если речь идет об одной мышце или одном недолгом сокращении, существенных изменений состав крови не претерпит. Ну а если мы задействуем более обширную группу мышц, да еще крупных, да еще надолго? Очевидно, что масштабный скачок такого рода может оказаться куда более чувствительным для других органов. Например, тех, которые должны выводить из крови продукты распада, или тех, которые нуждаются в сахаре ничуть не меньше мышц. И согласимся, что в такой ситуации в нем едва ли можно найти много положительного, не правда ли?

Поэтому скачкообразные колебания состава крови, возникающие при статичной нагрузке, относятся к эффектам не локальным, а общим. Однако положительными их не назовешь – разве что в особых случаях, когда, скажем, сахар в крови необходимо понизить быстро и сильно. Такое желание может возникнуть, скажем, у больного сахарным диабетом – при ошибке в порции инсулина.

Динамичная работа мышц, естественно, снижает сахар крови и повышает концентрацию азотистых оснований более плавно. Однако при ней текущие потребности мышц полностью обеспечиваются кровотоком. Иными словами, результат, который мы с ними получим, напрямую зависит не только от состояния мышцы, которая сокращается, но и от состояния сердца, сосудов, обеспечивающих это сокращение.

С одной стороны, это – то, что надо. Ведь, как и было сказано, здоровые, развитые мышцы очень помогают сердцу выполнять его работу – обеспечивают здоровье сердца и сосудов. Стало быть, поддерживая в форме одно, мы почти без труда сможем продлить молодость другого на пару десятков лет. И это, согласимся, приятно. Особенно если учесть, что мышцы тренировать, конечно, не столь уж просто, но явно проще, чем восстанавливать работу сердца или сосудов.

Говоря откровенно, сердечно-сосудистая система устроена так, что ее восстановление и в наше время возможно лишь до совместимого с жизнью минимума – не больше. Лучших результатов медицине пока добиться не удалось, несмотря на все новейшие разработки в сфере кардиологии. И мы можем не сомневаться, что работа данной системы после серьезного сбоя будет не просто оставлять лучшего – ее и работой можно будет назвать с большой натяжкой. К тому же в подавляющем большинстве случаев такие эпизоды повторяются в течение трех – пяти ближайших лет, если не раньше. И если первый эпизод отказа сердца либо сосудов заканчивается смертью лишь в трети случаев, уже второй летален чуть ли не при любых обстоятельствах. Как уже было сказано, выжившие после третьего инфаркта или инсульта больные – это большая медицинская редкость, восьмое чудо света.

То ли дело мышцы, способные восстановиться после самых масштабных травм, обладающие почти неограниченным ресурсом к росту, способные поглотить за несколько минут без остатка столько сахара, сколько содержится в суточном рационе не склонного к перееданию индивида! Эта ткань весьма податлива к тренингу, ее можно моделировать и развивать, как душа пожелает. Если мы ждем от мышц лишь помощи в поддержании здоровья всего тела, они нам ее окажут, и будет она очень весомой. А потребуют они в обмен на свою, так сказать, поддержку, совсем немного – час внимания к ним в день, и то внимания отнюдь не запредельного. Сравним: лечение сердца, если уж оно понадобится, займет у нас добрую половину каждого последующего дня жизни. Независимо от того, сколько нам будет еще отпущено, это время мы только и будем, что отдыхать после пустяковой активности, постоянно следить за ритмом, пульсом, графиком приема лекарств…

Ну а в чем здесь сложность, мы понимаем: даже при вполне работоспособных мышцах нашим занятиям может помешать банальное плохое состояние сердца или сосудов. Притом не обязательно прилегающих к мышце – здесь будет довольно и коронарных артерий, забитых холестерином, или ведущей, что называется, в эту сторону ветви, «скованной» участком тромбоза. Например, если у нас имеется хотя бы варикозное расширение вен, мы уже сильно рискуем. Особенно если создаем нагрузку именно на волокна, окружающие участок с узлами. Когда от одного такого узла оторвется даже небольшой сгусток, в свободном «плавании» он быстро вырастет до размеров эмбола – плавучего тромба, способного перекрыть любую вену или артерию тела. В том числе одну из жизненно важных – легочную (мгновенная смерть), коронарную (мгновенная смерть), сердечную (инфаркт миокарда), мозговую (инсульт с различными последствиями).

Иными словами, для занятий динамическими нагрузками нам обязательно нужно значительно лучшее состояние сердечно-сосудистой системы. Значительно лучшее, чем мы даже ожидаем – не то что имеем. Если мы таковым не обладаем, к ним нужно подходить с большой осторожностью – они могут плохо кончиться. И в этом ракурсе не требующие столь активного участия сердца статичные упражнения, согласимся, выглядят более привлекательными.

Какие виды движения наиболее органичны для нас?

Ну, частично мы уже дали ответ на этот вопрос. Если выбирать между статической и динамической нагрузкой, то, конечно, для нас органичнее динамика. Ведь как мы помним, в природе видов деятельности, требующих статичного напряжения мышц, очень мало – все похожие виды тренинга или работы изобрело человеческое общество. Что же касается самих видов подвижности, то с момента, когда человек выпрямил спину, превратившись из четвероногого в двуногое, у него в этом смысле выбора не осталось.

Самым распространенным видом физической активности, которому мы все еще вынуждены предаваться чаще, чем любому другому, всегда была и остается ходьба и ее варианты – быстрая ходьба, бег. Не приходится сомневаться, что от быстроты ног жизнь древнего человека зависела куда больше, чем от его смекалки. Это правило действительно и по сей день. Правда, сейчас речь идет именно о жизни все реже – как правило, утрата способности ходить создает массу бытовых проблем, но угрозы для жизни уже не представляет.

В любом случае мы можем не иметь ни малейшего представления о том, как выглядит современное оборудование для спортзала. Мы можем себе позволить за всю жизнь ни разу не поднять предмета весом более 15 кг. Однако что такое ходьба, бег и как их используют для поддержания хорошей формы, сейчас, как и в прошлом, знает каждый. А потому первое, что приходит нам на ум при упоминании слова «спорт», – это пробежка в ближайшем парке поутру. Вариантами могут выступать беговая дорожка и, кто еще о них помнит, упражнения из очень популярной в советское время утренней зарядки.

Хорошо, что мы вспомнили про пробежку. Но ее недостатки очевидны даже для стороннего взгляда – их легко заметить до того, как мы начнем бегать сами. Во-первых, да, по отношению к любому шагу быстрее прогулочного следует применять все, что мы сказали выше об особенностях динамических нагрузок. Не стоит думать, что если ходьба и бег для нас естественны, то они и дадутся нам так уж легко. Со спиной и ногами у нас к этому моменту могут быть проблемы весьма серьезные, способные превратить каждый наш шаг в пытку.

Во-вторых, разве, как и было сказано выше, мы сейчас проводим на ногах недостаточно времени? До сих пор его, как мы заметили, вполне хватало для появления варикозного расширения, хронических мышечных спазмов и отеков, остеохондроза, мозолей и прочих сомнительных «радостей» прямохождения. А значит, очевидно, что точно такая же, только более высокая нагрузка на те же мышцы здоровья может и не прибавить.

В-третьих, не забудем, что речь идет о довольно значительной, высокой нагрузке на сердечно-сосудистую систему. К примеру, при ишемической болезни сердца и после перенесенных инфаркта, инсульта бег пациентам не рекомендован раз и навсегда – максимум, длительные прогулки. Он не исключен вовсе – в частности, для бывших спортсменов, обладателей (несмотря на печальный эпизод) тренированных мышц и/или сердечно-сосудистой системы. У таких людей к быстрому развитию ишемии и ее последствий приводит как раз внезапное уменьшение подвижности, а не ее увеличение. Потому такому пациенту кардиолог наверняка посоветует вернуться к прежнему графику тренировок как можно скорее. Но если спортивное прошлое – это не про нас, нам уже точно не бегать, а ходить, и ходить не спеша.

Наконец, в-четвертых, ходьба и бег как один из видов динамической нагрузки обладает своим собственным, частным недостатком. А именно, тем, что он создает крайне неравномерную нагрузку на различные группы мышц. Мы можем сколько угодно раз повторить вслед за физиологами, что в ходьбе и беге участвуют все мышцы тела. Вообще, это действительно так. Но в то же время и не так, как мы представляем себе смысл этого оборота. Физиология имеет в виду, что ходьба или бег являются процессом сложным – в особенности с точки зрения координации. Иными словами, что такое простое и привычное с виду движение «на своих двоих» требует от коры нашего головного мозга работы куда более напряженной, чем самая «заковыристая» головоломка на свете.

Для сохранения равновесия тела вообще при любом движении кора традиционно использует силу мышц. Те из них, которые совершают само движение, становятся основными – на них приходится наибольшее усилие, на них сильнее всего действуют законы гравитации, сопротивления воздуха и пр. И для того, чтобы все эти противоположные векторы не потянули за собой все наше тело (как в невесомости), их влияние компенсирует ряд других мышц – компенсаторов. На мышцы, компенсирующие законы физики, приходится лишь часть работы – по крайней мере, на них не давит вес предмета, который мы перемещаем в пространстве. Прилагаемое ими усилие составляет в среднем около трети усилия, приложенного основными мышцами.

Оттого технически физиология права – положение нашего тела в пространстве, взаимную координацию его частей, способность принимать сложные позы может обеспечить только слаженная работа всех мышц туловища. Но на все мышцы туловища при этом не опирается вес тела вместе с одеждой – только инерция, гравитация, сопротивление воздуха вокруг. А вот мышцы поясницы и ног получают при ходьбе и беге «по полной программе», включая необходимость частично амортизировать толчки, которые испытывают скелетные кости.

Потому тот факт, что при беге мы размахиваем руками, еще не означает, что руки при этом получат хотя бы четверть нагрузки, выполненной ногами. В сумме же это означает то, что мы и сказали: ходьба и бег относятся к числу нагрузок динамических, но достаточно однобоких, создающих для различных мышечных групп неравные условия. А значит, ожидать от таких занятий более или менее равномерного развития различных мышечных групп тоже не приходится.

Скандинавская ходьба – усовершенствованный вид движения

Итак, выше мы установили несколько очень важных истин. Во-первых, что разные виды активности влияют на наш организм и проходящие в нем химические реакции по-разному. Во-вторых, что они создают и разные эффекты для самих подвергаемых тренингу мышц. В-третьих, что у каждого вида активности есть свои положительные и отрицательные моменты – есть обязательно, независимо ни от чего. В-четвертых, что нам, по возможности, следует научиться максимально уменьшать вероятность отрицательных последствий, увеличивая вероятность положительных. То есть что между статичными и динамичными нагрузками нам, в идеале, хорошо бы держать баланс и не стремиться стать приверженцами только одних или других. И что, в-пятых, если нам все это удастся, мы получим одновременно как раз ту «органичность» и «физиологичность», которую искали с самого начала.

Ну, как и было сказано, части статических нагрузок на определенные группы мышц нам все равно не избежать – по крайней мере, до тех пор, пока мы можем и должны подолгу сохранять вертикальное положение туловища. Эта статика в нашей жизни неизбежна. И хотя страдают от нее не все мышцы тела, те, которые страдают, «попадают под раздачу» прямохождения весьма основательно. Само собой, все это ни в коем случае не является поводом наотрез отказываться от прогулок или пробежек. В целом именно бег является одной из наиболее универсальных форм динамических нагрузок, именуемых еще аэробными, поскольку при них, напомним, скорость кровотока успевает снабжать ткани кислородом. Правда, им обычно рекомендуют предварять более, так сказать, предметную тренировку – статичную, силовую, называемую также анаэробной, поскольку при ней мышца сокращается на собственных ресурсах, без участия кровотока.

Считается (как видим, не без оснований), что именно таково оптимальное сочетание, позволяющее избежать некоторых «шероховатостей», заложенных в самом беге. Но бывают и другие случаи. Например, когда аэробика в наши планы входит, а тяжелый тренинг на наращивание мышечной массы – нет. Иными словами, когда мы хотим просто поддержать хорошую форму и быстрый обмен веществ, но вовсе не намерены превращаться ради этого в «гору мяса».

Причин отказаться от анаэробных нагрузок раз и навсегда у нас может быть немало, и все они, как правило, разнятся. Они могут быть нам противопоказаны – при наличии патологии почек, расстройстве координации, системных поражениях суставов, например. Мы можем просто как бы не видеть себя в образе тяжелоатлета. Нам может быть поздно делать такие попытки – скажем, если мы находимся в возрасте старше 50 лет. В любом из этих случаев нам придется поискать другие способы задать работу всем мышцам тела, не прибегая к помощи тренажеров.

Что это за спорт – скандинавская ходьба?

Вообще, ее изобрели вовсе не жители региона, указанного в названии нового вида спорта, – не только они. Хотя, как мы понимаем, жителям северных стран и Заполярья действительно приходится прибегать к особым техникам передвижения в пространстве довольно часто. Факт тот, что скандинавской ходьбой (ее называют также финской и северной) изначально занимались профессиональные лыжники всего мира. Она выросла из способа поддержания лыжником/биатлонистом/альпинистом хорошей физической формы в межсезонье – в периоды, когда не проводятся ни международные, ни местные соревнования.

Спортсмен остается спортсменом. И ему всегда необходимо тренироваться по методу, максимально приближенному к особенностям его вида спорта. То есть лыжник вполне может пробежаться в обычных кроссовках и без палок. Но сделать это хотя бы с палками с его стороны будет все же куда разумнее. Ведь движения тела бегуна очень мало похожи на движения, которые производит тело лыжника, несущегося по склону. Безусловно, в данном случае чем спортсмен ближе к своей, так сказать, стихии, тем лучше.

И вот, в периоды, когда эта самая стихия была им относительно труднодоступна, лыжники – выходцы из стран с любым климатом, кроме холодного, придумали новый метод тренировок. А именно, ходьбу по асфальту и в обычной обуви, но с лыжными палками в руках. Точнее, с этого все начиналось на заре XX века, и тогда этот вид спорта выглядел в точности так, как мы и описали. То есть как более или менее быстрая ходьба (по возможностям пациента), но при активном участии лыжных палок. Наибольшую популярность метод получил именно в Финляндии – отсюда и его основное название.

Впрочем, в других странах мира различные варианты ходьбы с опорой и одновременно отягощением для рук традиционно использовались в реабилитационных центрах. Например, советские программы по восстановлению после инсульта часто включали терренкур – ходьбу с лыжными палками вместо ходунков, костылей, трости. В самом деле – чем нам пара костылей не те же самые палки для ходьбы?.. В такой восстановительной физкультуре нуждались пациенты с повреждениями позвоночника и головного мозга, с нарушенной функциональностью конечностей или те, кто вовсе их потерял. Так что в известном смысле лыжники лишь совместили довольно древнюю практику использования опоры как тренировочного снаряда, «подогнав» ее под особенности своего вида спорта.

Так или иначе, к середине XX столетия в Финляндии ходьбой с палками уже увлекалась довольно значительная часть населения. Иными словами, людей, не имевших отношения ни к лыжному, ни зачастую вообще ни к какому спорту. Появились первые систематизированные описания этой ходьбы для непрофессионалов, стали развиваться отдельные техники, предназначенные для различных целей и отдельных возрастных групп. Первую попытку рассказать всему миру о зарождающемся виде спорта предприняло одно американское издание, и было это еще в конце 80-х. А к концу 90-х финская компания, занимавшаяся производством промышленных материалов, разработала и выпустила первые отдельные палки для скандинавской ходьбы. Именно проведенная ею масштабная рекламная кампания, призванная сделать новую экипировку популярной, окончательно закрепила в Западной Европе название «северная ходьба». При этом оказалось, что американское представление о новом виде спорта существенно отличается от финского и европейского.

Виды скандинавской ходьбы в настоящее время

Теперь скандинавская ходьба является самостоятельным направлением, которое иные считают разновидностью фитнеса, иные – разновидностью спортивной ходьбы. Что позволило ей стать столь популярной среди непрофессионалов? Ответ на этот вопрос – лыжные палки. Как уже было сказано, у ходьбы или бега есть общая способность создавать серьезную нагрузку на мышцы ног, почти никак не затрагивая при этом верхнюю половину туловища. В определенном смысле это составляет проблему для каждого, кто хочет развивать свое тело равномерно, чтобы не выглядеть обычным или даже дистрофичным туловищем, «поставленным» на ноги настоящего древнегреческого титана. Скандинавская ходьба, благодаря участию палок, в значительной степени уменьшает эту разницу, снижает нагрузку на ноги и позвоночный столб во время ходьбы, сообщает более значительную, чем обычно, нагрузку и мышцам рук. В особенности если мы выбрали тяжелые палки или привнесли что-нибудь свое. К примеру, надели для прогулки утяжелители, обычно применяемые для занятий фитнесом.

Потенциал новой техники давать лучший результат по равномерности развития и участия мышц и сделал его таким популярным. Хотя, справедливости ради, отметим, что моделирующий пропорции тела потенциал у скандинавской ходьбы все равно заметно сужен. Тем более если сравнивать с отдельными видами фитнеса или, скажем, бодибилдингом.

Основные нагрузки, которые получает тело занимающегося скандинавской ходьбой, все равно остаются нагрузками от ходьбы. Мы переносим на них часть веса при шаге – в определенной точке его амплитуды. Безусловно, «помощь» палок здесь требует заметного участия предплечий, плеч и их мышц. Но в ней по-прежнему не участвуют мышцы грудной клетки, того же пресса живота или, скажем, середины спины.

Более того, как раз мышцы середины спины и косые мышцы живота (они образуют наш бок на промежутке между окончанием ребер и бедренным суставом) в обычной ходьбе задействуются полнее, чем в ходьбе с палками. Ведь их прямое назначение – осуществлять наклоны верхней части туловища вбок, а также (если мы не наклоняемся) поддерживать его ровное положение при ходьбе и беге. Разумеется, в случае со скандинавской ходьбой верхняя половина туловища балансирует без их, так сказать, вмешательства, поскольку с каждого бока у нас появляется добавочная опора на палку.

Нужно сказать, что американский вариант этого вида спорта и сейчас выглядит иначе, чем в других странах мира. Во всяком случае, во всем, что касается взгляда на экипировку. В Соединенных Штатах Америки на скандинавскую ходьбу сильнее повлиял не столько лыжный спорт, сколько альпинизм. И это очень заметно, если сравнить американский подход с европейским. Например, палки, выпускаемые американскими компаниями, традиционно тяжелее, толще, прочнее и лыжных, и используемых в стране происхождения скандинавской ходьбы. Финская экипировка более схожа с оригинальными лыжными палками – более легкими, иногда не имеющими даже ремня для фиксации на руке. Естественно, из-за более легкого веса им не требуются и такие широкие рукояти.

Помимо прочего, для США типично предъявлять более высокие требования к скорости ходьбы, графику тренировок, начальной физической форме занимающегося. А также к ряду других элементов техники, заметно влияющих на скорость, с которой начинающий спортсмен сможет улучшить свою физическую форму. То есть в самом общем виде, американский вариант, оставаясь доступным каждому, проявляет явную тенденцию к увеличению нагрузок и, следовательно, улучшению результатов. Если еще проще, в этой стране скандинавская ходьба изначально оказалась более похожей на профессиональный спорт, чем на любительское развлечение или реабилитационную технику.

Какое направление предпочесть?

Какой путь выбрать лично нам, вопрос хороший. Но праздным он точно не является, ведь от него будет зависеть и процесс тренировок, и тем более их итог. В нашу страну пришел западноевропейский – финский вариант ходьбы. Однако палки мы, конечно, можем купить любые – как потяжелее, так и полегче, как складные, так и с фиксированной высотой. В этом нас никто не ограничивает – в особенности если мы намерены заниматься сами, без участия инструктора. Разумеется, представитель определенной школы постарается преподать нам тот способ, которому обучен сам. Но истинный профи наверняка не станет настаивать слишком строго, даже если мы предпочтем другое направление. Тем более на начальном этапе. Ведь наше мнение в конечном счете всегда остается решающим.

Профессионалы всех видов спорта, включая фитнес и бодибилдинг, наверняка посоветовали бы нам ориентироваться на состояние нашего здоровья к моменту начала тренировок. Кстати, нельзя не отметить, что истинное положение дел в организме вообще разумнее всего выяснить до начала систематических занятий чем-либо, а не в их процессе. Даже если субъективно мы не замечаем за собой никаких тревожных симптомов, нам нужно понимать, что мы можем ошибаться.

Во-первых, многие патологии сами по себе протекают долгое время бессимптомно или с минимальными, почти незаметными проявлениями. Во-вторых, даже при наличии беспокоящих нас признаков мы явно не обладаем достаточным запасом медицинских знаний, чтобы заниматься самодиагностикой. В лучшем случае наша догадка будет близкой к диагнозу, который поставит и врач. Это, конечно, сделает честь нашей наблюдательности. Однако не стоит забывать, что даже в таком случае мы не сможем самостоятельно определить, в какой стадии развития находится наша патология, какие ее осложнения у нас уже имеются и насколько они выражены. Для ответа на эти вопросы всегда требуется длительное, подробное, точное обследование. То есть обследование с участием высокотехнологичного оборудования и, естественно, специалиста, способного правильно читать полученные результаты. Ни того ни другого у нас в домашних условиях наверняка не найдется – эту технику после не получится сложить в кладовую за ненадобностью.

В-третьих, в подавляющем большинстве случаев мы субъективно чувствуем совсем не то, что есть на самом деле. Почему так, не может объяснить ни один врач – для медицины данный феномен находится за гранью понимания уже сколько веков подряд. Скорее всего, мы не обращаем внимания на многие весьма значимые детали, проводим не те параллели, не видим массы взаимосвязей, принимаем за случайность слишком много закономерностей. Да, а также обладаем просто патологической склонностью «глушить» самые диагностически важные признаки с помощью временно облегчающих наше состояние лекарств…

Словом, мы не обладаем не только знаниями, но и зачастую личными качествами, необходимыми для убедительного исполнения обязанностей врача. А между тем неадекватное представление о состоянии собственного здоровья (оно нам весьма свойственно) в случае смены образа жизни может кончиться плохо. У любых перемен имеется общее свойство заострять и усугублять имеющиеся у нас проблемы со здоровьем – притом как душевным, так и физическим. Стресс на то и стресс, чтобы сделать малозаметное явным, заставить скрытую (иногда – скрытую очень тщательно) проблему выплыть наружу. Положим, имеющиеся у каждого незначительные или душевные сложности это даже помогает решить. Ведь организм в необычных обстоятельствах вообще склонен мобилизовать все внутренние ресурсы для выполнения новых задач. Но тут все зависит от того, является ли то, что мы приняли за «неурядицу», действительно единичным нарушением, или за ним стоит нечто более масштабное.

Собственно, таков корень большинства положительных эффектов, которые мы получаем, побывав в турпоходе, в кратковременном отпуске, сменив место жительства или условия проживания… У коры нашего головного мозга есть свойство вырабатывать типичные реакции на привычные события и постоянство окружающих условий. Когда что-то из этого меняется (в особенности меняется заметно и быстро), она, образно говоря, теряется – не знает, чего ей ожидать дальше. Основной задачей коры является обеспечить выживание организма в любых ситуациях, какие бы ни наступили. Потому она при таких переменах всегда стремится предусмотреть самые разные варианты дальнейших событий. И конечно, активизирует с этой целью все имеющиеся в организме защитные ресурсы. Этим объясняется как исчезновение наших мелких недомоганий на некоторое время после произошедшего сдвига, так и их постепенное возвращение по мере того, как он уходит все дальше в прошлое.

На практике все это означает, что, прежде чем приступать к тренировкам (особенно групповым или активным), нам будет как никогда уместно пройти ряд профилактическихобследований на предмет хотя бы самых распространенных в нашем возрасте заболеваний. Или, по крайней мере, заболеваний, которые мы можем у себя заподозрить по тем или иным причинам. Именно для оценки наших перспектив в каком-либо виде спорта особенно значимы сахарный диабет, остеохондроз, артроз суставов, подагра, врожденные и приобретенные расстройства работы ЦНС (центральной нервной системы). А также патологии сердца, свертываемости крови, строения или развития костей и мышц.

Что касается проблем с сосудами и кровообращением, то они появляются у иных из нас уже в возрасте до 25 лет. После 30 лет они имеются у подавляющего большинства жителей земли. Такие явления, как варикозное расширение или атеросклероз сосудов, будут у нас неизбежно. Оттого судить здесь необходимо по стадии развития патологии – выраженности ее симптомов.

Все, что еще позволяет (по оценке врача!) выдерживать нашему телу и пораженному участку нагрузку выше средней и перепады нагрузок, противопоказанием к спорту не считается. Что до системных (масштабных – таких, как дефекты костной массы) и врожденных аномалий, то при них показан далеко не каждый вид спорта и уровень нагрузок. Тем не менее, пока мы способны передвигаться самостоятельно, без помощи различных приспособлений, скандинавской ходьбой нам тоже заниматься разрешено. Тем не менее при наличии/выявлении каких бы то ни было заболеваний темп, график и вид нагрузок нам необходимо с врачом обсуждать втрое подробнее, чем с инструктором.

Общие показания нам, наверное, уже ясны – чем мы старше и чем больше у нас проблем (даже мелких), тем более плавно нужно начинать, тем более легкий вариант ходьбы нужно выбрать. Кроме того, не забудем: наши «огрехи» состояния здоровья могут быть локальными – не общими. В таких случаях ни мы, ни врач заболеванием их не сочтем. А это, в свою очередь, создаст большой соблазн сделать вид, что их вовсе не существует. По принципу, а вдруг они сами «выправятся» под влиянием стресса и с началом изменений в нашем обмене веществ. Разумеется, с некоторыми из них так и случится. Но мы можем не сомневаться, что не со всеми. В частности, такого никогда не происходит с местными нарушениями работы суставов.

Нам нужно помнить, что естественное старение суставов напрямую связано с угнетением и отказом системы воспроизводства – по каким бы причинам он ни наступил. Проще говоря, болеть и хрустеть, утрачивать подвижность наши суставы должны начать только после 45 лет. Если же мы заметили нечто подобное раньше, у нас проблема, так сказать, противоестественная – не связанная с прожитыми годами. Игнорировать такой хруст, боли, припухание, снижение подвижности не следует ни при каких обстоятельствах, и тем более в преддверии начала активных занятий спортом. Причин у суставных болей может быть много, но их несложно разгадать по картине поражения и, если можно так выразиться, степени ее системности. Что это значит? Сейчас объясним доступно.

У большинства жителей земли к 30 годам уже имеются явные боли в суставах ног (колени, голеностопный сустав), а также таза и в поясничном отделе позвоночника. Не меньше распространен и шейно-грудной остеохондроз. Но в указанных хрустах и болях нет ничего удивительного. Как мы и сказали выше, эти части опорно-двигательного аппарата выдерживают буквально все нагрузки, связанные с нашим прямохождением.

Если все наши проблемы начались и пока остановились на одном суставе (одно колено, локоть, запястье и пр.), это тоже, вероятнее всего, не страшно. В таком случае в нашей жизни, судя по всему, имеется просто постоянно действующий фактор, который создает перегрузку именно на этот сустав или область скелета. Например, в силу привычки подолгу носить тяжести в одной руке. Такие факторы устранимы, в принципе, в любом возрасте, но могут потребовать, в зависимости от него, большего или меньшего количества усилий.

Если у нас появились проблемы не с крупными опорными, а мелкими суставами (пальцы ног и рук, ключицы, сочленения грудной клетки), дела обстоят куда серьезнее. Это наверняка либо подагра, либо артроз, либо (встречается чуть реже) специфичная форма какого-нибудь аутоиммунного процесса. Например, амилоидоза или даже волчанки. В таком случае наше новое увлечение делу не поможет. С другой стороны, оно и не ухудшит состояние задетых суставов само по себе. Но процесс занятий в пытку наверняка превратит. А вот когда причиной поражения сустава является уже имеющаяся хроническая перегрузка, ее увеличение положительного результата, естественно, не даст. Она его дать просто не может – ни при каких обстоятельствах. Оттого, если у нас имеется локальное нарушение или поражение, для начала нам следует установить его причину. Скажем, объективно оценить состояние позвоночника, нашу нынешнюю осанку, перевесить сумку на другое плечо или начать носить ее в другой руке.

Если мы обсудим меры по возвращению костей нашего скелета в нормальное положение с ортопедом, тем лучше. Он наверняка и сам потребует от нас перейти на более низкий каблук (особенно это касается женщин), пропишет специальные стельки или вообще обувь, упражнения, массаж. Кроме того, патологии осанки или положения костей наверняка потребуют от нас ношения корсета, других фиксаторов и поддержек постоянно. Перед каждой же тренировкой нам обязательно нужно будет надевать дополнительную поддержку или фиксатор на «скрипящее» сочленение – например, напульсник, налокотник, наколенник.

Возможно, улучшение мышечного развития, которое наступит в результате тренировок, вскоре позволит нашим костям занять правильное положение и более не смещаться. Но этот процесс потребует и времени, и дополнительных мер в промежутке между тренировками. А пока, без дополнительной поддержки пострадавших участков опорно-двигательного аппарата мы лишь нанесем им еще большие травмы, и рискуем вызвать необратимые изменения на данном участке.

Готовимся к первому самостоятельному занятию

Как мы уже увидели и сами, скандинавская ходьба – это достаточно просто. Достаточно для того, чтобы, если мы не видим надобности советоваться с кем-то, кроме врача, начать заниматься ею самостоятельно. Не стоит думать, что записаться в группу – это всегда «профессионально», «правильно», что это говорит о серьезности наших намерений больше, чем чьих-либо других. Или что постараться освоить методику без инструктора – это «баловство» и «пустая трата времени». В действительности, очень многие виды спорта, возникшие в течение последних 50 лет, изначально создавались как способ поддержания хорошей формы для каждого человека и на каждый день.

Во многих отношениях инструктор по фитнесу или по скандинавской ходьбе – это оксюморон. Целый ряд современных видов спорта подразумевает всего один инструктаж – быстрый, ограниченный консультацией, как использовать тот единственный снаряд, который нужен для тренировки. А некоторые не подразумевают даже его, поскольку к любому сертифицированному спортивному оборудованию прилагается инструкция на языке страны, в которую его привезли для продажи.

Так что, если мы метим в олимпийскую сборную, нам, конечно, потребуется самый серьезный подход – и инструктор, и самостоятельная напряженная работа, и масса новых знаний. Но в таком случае нам и заниматься нужно начинать смолоду – зрелые годы позволят нам войти разве что в одну из категорий паралимпийцев… А в остальном нам для успешного развития только и нужно, что умеренное волевое усилие, способность к самодисциплине и усвоению нового, внимание к себе. Все прочее в данном случае легко восполнить если не из одного источника, так из другого.

К тому же у очень большого числа людей имеются выраженные трудности с поиском «общего языка» с окружающими. В особенности когда мы и собеседник изначально используем разную терминологию. Инструктор – это профессиональный спортсмен, который при планировании любой тренировки видит перед собой только высоты, которые нам могут быть и не нужны. К примеру, победы и международное «золото», громкие титулы, звание заслуженного мастера и пр. При этом он совершенно не обязательно будет слушать и, главное, слышать, что говорим ему о своих, частных проблемах или целях мы.

Хороший спортсмен в любом случае постарается «выжать» максимум из нас, как он сделал бы это с самим собой. И мы можем не сомневаться, что, если мы потребуем объяснений, почему нам нужно делать так, а не иначе, мы в ответ услышим… Нет, мы услышим не то, о чем подумали. Это будут слова, которых просто не знаем, – терминология из области спорта, с которой мы, в отличие от спортсмена, и не могли быть знакомы, потому что никогда раньше ею не интересовались. А если ко всем этим «трудностям перевода» еще добавится необходимость постоянного морального и физического соревнования с другими членами группы, ситуация и впрямь способна выйти из-под контроля.

Словом, в этом вопросе нам нужно полностью полагаться на знание своей натуры. Если мы знаем за собой такие «грешки», как неорганизованность, лень, невнимание к мелочам, нам, несомненно, не стоит тратить время на занятия в одиночку. Здесь дело будет вовсе не в дефиците знаний или сложностях техники, а в том, что мы едва ли окажемся способны самостоятельно соблюдать график занятий. А также следить за своими действиями, держать нужный темп и уровень нагрузки, менять его, когда это нужно сделать, а не «по зову сердца».

Если же мы привыкли принимать решения самостоятельно, если мы для себя являемся начальником и строгим, и справедливым, понукания инструктора нам не нужны, и будут лишь мешать. Просто, коль уж мы избрали самостоятельный путь, нам желательно не забывать, что новые знания никогда не помешают. Зато их отсутствие в данном случае может откровенно навредить. И что самостоятельная работа сама собой подразумевает наше желание сравняться в знаниях по данному вопросу с любым инструктором. Только с той разницей, что применять их мы будем всего на одном «подопытном» – на себе.

Самые распространенные ошибки, которые не стоит допускать

Как уже было сказано, полное здравие – это дар вообще редкий. А с течением лет вероятность сохранить его, даже если он был дан нам с рождения, дополнительно снижается. Увы, такова жизнь. Подавляющее большинство людей начинает отмечать у себя незначительные (или кажущиеся таковыми), но явно патологические изменения в организме уже к 30 годам. И очень небольшое их число может похвастаться по-прежнему чистой больничной карточкой после 40-летнего порога. А скольким из нас «везет» заполучить серьезную патологию еще до 20-летия!..

Несмотря на все эти закономерности, в нашем обществе еще сохранился определенный процент людей, которые задумываются об улучшении своей физической формы прежде, чем она ухудшится уж слишком заметно. И приступают к действию, едва обнаружат первые, пока незначительные, признаки старения организма. Этот подход не зависит от возраста – время изменить свою жизнь к лучшему может наступить как в 30 лет, так и в 60. Факт тот, что при наличии лишь незначительных изменений мы можем позволить себе все что угодно – любое время тренировки, любую сложность рельефа под ногами, любую скорость ходьбы и ширину шага.

Безусловно, широта возможностей – вещь приятная. Приятная настолько, что она способна вскружить нам голову, что называется, с первых шагов. Иными словами, что над нами нависла первая угроза – типичных ошибок здорового, целеустремленного и полного сил новичка. Не стоит думать, что мы уже готовы совершить их первыми – до нас их совершали миллионы, и всегда с одинаковыми плачевными результатами.

Остановимся на стартовой черте прежде, чем ее пересечь, – из-за дефицита специальных знаний мы наверняка сейчас уйдем с головой в чрезмерные, напряженные и совершенно никому не нужные нагрузки. Это действительно не нужно ни нам, ни нашему телу – не каждый темп работы мускулами полезен как для нас, так и для них. Скажем более: обычно график тренировок и уровень активности можно выстроить и так, чтобы остановить всякое развитие системы обмена веществ и мышц на корню, на долгие годы вперед. Звучит пугающе, не правда ли? Так вот, чтобы после не жаловаться в течение нескольких лет на их «непонятную» стагнацию, освоим для начала несколько правил, которые лучше не нарушать ни при каких индивидуальных потребностях. Итак:

1. Если от спортивного прошлого нас отделяет более 5 лет обычной, не переполненной активностью жизни, обмен веществ у нас наверняка протекает медленнее, чем положено в наши годы. Кроме того, тонус наших мышц снижен настолько, что это заметно даже окружающим – не то что нам. Безусловно, часть мышц при этом еще и хронически больна. В частности, это обязательно относится к мышцам, отвечающим за осанку – всему массиву спины от ягодиц до затылка, самим мышцам ягодиц и таза, бицепсам бедра. У представительниц прекрасного пола, надевающих каблук выше 3,5 см чаще 3 раз в неделю, та же проблема имеется и с икроножными мышцами.

В любом случае, если у нас наблюдаются регулярные ноющие, тянущие боли в мышцах, не связанные с их травмой, если у нас были или есть эпизоды острого спазма, «прострела», перед началом занятий нам необходимо пройти курс массажа проблемных в смысле хронического спазма зон. Ждать все положенные по стандарту 10 сеансов не обязательно – так и жизнь пройдет, а мы не заметим… Однако нам обязательно нужно пройти два сеанса: первый, после которого боли пройдут, но несколько дней будут держаться обширные, болезненные при прикосновении гематомы. А также второй, который нужно назначить на время после рассасывания этих гематом. Как правило, высвободившаяся кровь рассасывается в периоде до трех дней. Ей можно помочь в том путем легких растираний или местных аппликаций гепариновой мази. Быстрее снять остаточное воспаление в волокне, сопровождавшее спазм, помогут теплые компрессы, прогревание с помощью грелки. Любительский массаж в данном случае проводить не стоит – лучше довериться профессионалу.

2. Из-за сниженного тонуса и хронических патологий волокна первые 2 недели занятий мы вообще можем считать «вступлением» – почти холостой нагрузкой, от которой не следует ожидать ничего, кроме восстановления способности мышц к слаженному, ритмичному сокращению. Не следует давать им в это время нагрузку силовую – заставлять не только двигаться, но и напрягаться больше необходимого. Говоря еще проще, с нашей стороны будет весьма разумно начать занятия с легких палок для скандинавской ходьбы. А еще лучше – вообще с обычных лыжных. Через месяц более тяжелые «конструкции», положенные по американскому стандарту, из магазинов не исчезнут. Так что, обзавестись ими мы успеем всегда. Главное – не торопить события.

3. Не стоит браться за все сразу и в другом смысле – надевать в течение 2 начальных недель утяжелители, одежду с большим весом, недостаточно эластичную, препятствующую свободному движению. А также упирать палки в асфальт с большей силой, чем обычно, в расчете увеличить нагрузку на мышцы рук, создавая эффект «подтягивания» руками к опоре при каждом шаге. Тем более не следует начинать ходить по пересеченной местности, по скользкой дороге, в гору, под уклон… Чем ровнее будут наши первые маршруты, тем лучше. В этом периоде нам необходимо брать один (умеренный или средний) темп в начале тренировки, и соблюдать его до ее конца, без изменений.

4. С первых же шагов нам нужно начинать тщательно следить за особенностями (точнее, неровностями) амплитуды движения всех конечностей. Если мы присмотримся повнимательнее, мы быстро обнаружим, что правая и левая половины туловища движутся у нас при шаге совершенно по-разному. Наверняка у нас будет также более или менее выраженный «диссонанс» между ритмом движения одинаковых мышц справа и слева. Причем мышц как конечностей, так и корпуса. Это нормально для большинства людей, хотя у каждого проявляется не одинаково – их работу координируют разные полушария, а они у нас привыкли выполнять разные обязанности. По тем же причинам мы умеем писать лишь одной рукой, а не двумя. Да и многие другие виды специфичных работ мы выполняем всегда одной и той же конечностью, не полагаясь на вторую и, как правило, даже не привлекая ее к труду.

В случае со скандинавской ходьбой, как и с другими видами спорта, эта разница лишь помешает нам развиваться дальше. Работающая успешнее половина туловища начнет развиваться все быстрее, и различие начнет усугубляться. Оттого даже если оно объясняется чем-то другим (давней травмой, нынешней проблемой с одним из суставов), манеру движения правой и левой половины туловища придется привести к единому знаменателю. Если причина диссонанса заложена в разной работе полушарий, нам нужно ориентироваться на «образец». То есть ту конечность или часть туловища, что быстрее привыкает к нагрузке, проще справляется с различными задачами, меньше устает. Если причина носит физиологический характер (было или есть повреждение/заболевание), возможно, нам будет разумнее «подогнать» работу здоровой конечности под текущий потенциал больной. Со временем более слабая конечность как бы попробует сравняться со здоровой сама, но произойдет это только со временем. А сейчас ждать от нее рекордов бесполезно и опасно ухудшением ее состояния. «Синхронизация» пойдет тем быстрее, чем тщательнее мы будем соблюдать одинаковый ритм и амплитуду движения на протяжении всей тренировки.

5. После каждой тренировки нам обязательно необходимо разминать и растягивать поработавшие особенно активно мышцы. Нужно помнить, что скандинавская ходьба в конечном счете остается ходьбой – более интенсивной, с нагрузкой на руки и усовершенствованным балансом позвоночника, но все же ходьбой. А ходим мы не только по спортивному маршруту, но и на работу, на работе… В сущности, мышцы, отвечающие за осанку, остаются в напряжении все время, пока мы не спим или вообще не лежим – когда мы сидим, убираем в квартире, готовим пищу и пр.

Этот эффект удвоенной нагрузки обязательно нужно компенсировать. Сразу после «прогулки» – сесть на пол, выпрямить сложенные вместе ноги, лечь на них, постаравшись коснуться колен подбородком и «полежать» в таком положении не менее 30 сек. Можно также потянуться руками, стараясь достать кончиками пальцев до пальцев стопы. Нам не помешает обзавестись и массажером – хотя бы самым простым. С его помощью осуществлять легкое растирание уставших мышц будет значительно проще. Спустя не менее трех часов после тренировки можно расслабиться в теплой ванне.

6. Давать нагрузку на мышцы, в которых явно нарастает застой крови и спазм, категорически запрещено. Симптомы мы знаем: в течение нескольких дней в одной из мышц тела нарастает постоянная ноющая боль, которая ослабевает, не исчезая полностью, только в покое, когда мы займем определенное положение туловища. Ноющая боль усиливается как при попытке напрячь мышцу, так и при простом растяжении ее волокна. При нажатии пальцем в эту область боль возрастает резко, становится жгучей. Под пальцами мы чувствуем отчетливое уплотнение. Спустя период «созревания» процесса нас, наконец, «скручивает» острый спазм. При нем наиболее острая боль может ощущаться совсем не там, где был начальный очаг, но в очаге ощущения явно от него не уменьшатся и не спадут… Дальнейшее движение задетой мышцей невозможно – при каждой такой попытке «прострел» повторяется, и так, что от него буквально перехватывает дыхание. Пораженная итоговым спазмом область принимает вынужденное, неподвижное положение, нуждается в фиксации и полном покое. Если что-то из этого невозможно, мы сами начинаем остро нуждаться в сильных обезболивающих…

Так вот, если при наличии признаков нарастающего спазма мы попытаемся еще и пройти маршрут, все дальнейшее настигнет нас в его начале. А даже если нет, толку от такого занятия не будет никакого – сплошной вред. Потому если мы чувствуем нечто подобное, нам нужно сначала сделать то, что сделал бы массажист, – снять спазм, позволить крови покинуть область застоя. Для этого ноющий, более плотный на ощупь участок нужно размять массажером или, если нам так больше нравится, пальцами. И сделать это тщательнее, чем мы бы вымешивали тесто. Едва ли данная процедура подарит нам приятные ощущения в процессе. Тем не менее массаж нужно продолжать до тех пор, пока острая жгучая боль не притупится до чешущейся или, в идеале, вовсе не сменится ощущением прохлады. Уже после ночи отдыха в мышце при работе мы будем чувствовать лишь давно позабытую легкость. Но спустя три – пять часов после тренировки ее все же лучше вновь слегка помассировать ладонью и потянуть, особенно если после массажа на расслабление спазма осталась, и пока не сошла, крупная гематома.

Подбираем экипировку

Надеемся, мы запомнили перечисленные только что правила и пообещали себе не проверять на практике, что будет от их нарушения. В таком случае сориентируемся в самих принципах подбора палок и другого оборудования, которое может нам понадобиться:

1. Как уже было сказано выше, наши первые палки мало чем будут отличаться от лыжных – в особенности во всем, что касается их веса. Пока это требование соблюдается, остальные детали конструкции можно выбирать на наше усмотрение.

2. Особое внимание следует уделить толщине рукояти и способу ее фиксации на руке. Рукоять лучше брать по форме и размеру ладони. Такую, на которой пальцы сомкнутся, чуть касаясь ногтями ладони, и ни больше ни меньше. Оба торца рукояти должны находиться за пределами пальцев, а не посередине кулака. Напомним, что наличие ремня или, тем более, перчатки не является обязательным требованием к палкам. Но нам самим лучше учесть, что рукоять в любом случае будет слегка шероховатой – чтобы по ней не скользила даже потная ладонь. А работа с такой рукоятью легко натирает непривычную руку, приводя к появлению болезненных и некрасивых мозолей.

Оттого если говорить об оптимальных решениях, то нам лучше выбрать палки с перчатками вместо ремня – особенно если перчаток отдельно у нас нет. Но эти перчатки должны быть мягкими и подходить под нашу руку в точности – облегать кисть изначально или за счет возможности регулирования их размера. Внутри перчатки не должно быть грубых швов, а также их антонима – слишком толстой и мягкой подкладки из поролона. Если палок с нужными перчатками мы так и не нашли, следует купить оптимально подходящие палки, а перчатки поискать отдельно. В таких случаях ремень тоже не обязателен – беспалые перчатки, предназначенные специально для занятий спортом, обеспечат более чем надежный хват рукояти и без его «помощи». А одно плюс другое совместно может значительно затруднить задачу просто надежного удержания палки в руке. Словом, наш снаряд не так тяжел, да и тренируемся мы не на горном склоне, где палка при малейшей неосторожности может покинуть нас безвозвратно. Так что эти нагромождения фиксаторов смотрятся, конечно, эффектно. Но большего, чем защита от трения, нам пока не требуется;

3. Палки для скандинавской ходьбы, в отличие от лыжных, бывают телескопическими и одноразмерными – как альпеншток. Какие выбрать нам, вопрос хороший. Специалисты считают, что телескопические палки менее желательны почти в любом случае. Их высоту подобрать ничуть не проще, чем высоту цельных, ведь все 3 выдвижных их сектора имеют длину примерно одинаковую. А значит, хотя бы один из вариантов в сложенном или разложенном виде должен просто совпасть с нужной нам высотой. Возможностей для более тонкого регулирования такие палки дают не больше обычных. Потому подходят они лишь для одного случая – когда одну и ту же пару планирует использовать несколько человек разного роста. Например, родители и дети.

Оптимальную для нашего роста высоту палок специалисты предлагают высчитать по формуле. Нужно сказать, что учитывает она не только рост, но и интенсивность нагрузки, для которой мы намерены использовать именно этот снаряд. В самом общем виде, палки для скандинавской ходьбы всегда будут короче лыжных. Ну а в частности, если мы относимся к числу новичков и не чувствуем в себе готовности к прогулке в темпе выше среднего, чтобы получить искомую высоту палок, нам необходимо измерить наш рост и умножить его на 0,66. Полученный результат можно округлять в большую или меньшую сторону, если это округление не превышает 3 см. К примеру, если наш рост достаточно высок и составляет 175 см, то его умножение на 0,66 даст длину палки, равную 115,5 см. Это значит, что нам подойдут палки длиной 115 см.

Если мы здоровы и уверены в себе настолько, чтобы сразу же надеяться на шаг быстрее среднего (такой, которым мы спешим на работу), нам лучше умножать наш рост на 0,68 – чтобы выбрать палки повыше прежних. Наконец, профессионалы этого вида спорта умножают свой рост и вовсе на 0,70 – они легких путей уже давно не ищут. Большая высота палки уменьшает нашу возможность перенести на нее часть веса в определенной точке амплитуды при шаге. А также вынуждает сокращать шаг, поскольку сокращается расстояние для замаха самой палкой. Проще говоря, чем выше палка, тем большую нагрузку испытают наши ноги, плечи и спина.

4. Для ходьбы по асфальту, плитке, другим видам искусственного покрытия дорог лучше использовать прилагаемый в комплекте резиновый наконечник. Он обеспечит смягчение удара при шаге – защитит сустав кисти от перегрузок. Да и администрация парка, на декоративном покрытии дорожек которого наша прогулка не оставит ни следов от шипа, ни трещин, будет довольна нашим выбором. Что касается естественного грунта, гравия, камня, снега и льда, то для ходьбы по ним предназначен классический для лыжных палок шип – закаленный, из твердого сплава металлов, устойчивый к износу. Когда этот шип начнет болтаться хотя бы на одной из палок, его потребуется заменить – хоть и вместе со всей палкой. Потеря шипа означает конец тренировки – с палками разной длины ходить в темпе выше прогулочного все равно нельзя. Использовать ли другую классическую для лыж принадлежность – пластиковые ободки над нижним концом палки, это дело наше. В оригинале этот элемент улучшает ходьбу с палками по снегу – особенно глубокому. Так что в лыжном спорте он обязателен, а нам может понадобиться только для зимних прогулок и преодоления весьма сложных участков грунта. Допустим, болот и заливных лугов, проселочных дорог в период проливных дождей и пр.

Как видим, и впрямь ничего сложного – разве что формула для подбора палок по росту. А все прочее – это только вопросы личного удобства. Что касается выбора обуви, то специальная обувь для занятий скандинавской ходьбой существует и продается. Тем не менее никакой насущной необходимости в ее приобретении нет. Заниматься каким бы то ни было видом спорта нужно в спортивной обуви, но никак не на каблуке, в обуви с узким носком, на тяжелой и жесткой резиновой/полиуретановой подошве. Ряд видов спорта действительно привносит в конструкцию обуви свою специфику – как, например, у футбольных бутсов, «чешек», пуантов и пр. Однако никакие особые элементы обуви для ходьбы не свойственны – подойдут обычные кроссовки, в которых мы с удовольствием отправились бы в турпоход или на пикник. Правда, даже при такой демократичности подхода нам не помешает учесть, что:

5. Наличие супинаторов (жестких пластиковых вставок) посередине подошвы кроссовок означает, что они будут лучше поддерживать свод стопы. Иными словами, что они снимут с фасции (основная мышца, формирующая свод стопы) часть совершенно ей не нужных нагрузок. Это качество очень полезно не только при уже имеющемся плоскостопии – оно просто неоценимо для тех, кто хочет избежать этой весьма неприятной патологии. Нагрузки на фасцию и связочный аппарат стопы при равномерном шаге не так высоки, как при беге или прыжках. Однако здесь все зависит от темпа, в котором мы идем, и, разумеется, количества преодоленных километров. Словом, модель с таким супинатором (он имеется не во всех кроссовках) обычно выглядит более предпочтительной по сравнению с другими.

6. Для занятий скандинавской ходьбой лучше всего подойдет подошва с небольшим расширением книзу – при взгляде на обувь сверху мы будем видеть контур самой подошвы. Кроме того, крайне желательно, чтобы этот контур имел форму восьмерки – отчетливо расширялся на пятке и носке, но сужался к середине стопы, в месте расположения супинаторов. Такая подошва наиболее устойчива при шаге – в том числе на поворотах трассы, на неровных поверхностях и т. д.

7. Следует помнить, что у каждого материала для подошвы есть свои преимущества и недостатки. Наиболее универсальной для изготовления спортивной обуви считается пена – легкая по весу и податливая к сгибанию, с высокими амортизирующими свойствами. Из-за очень низкой устойчивости к механическим воздействиям (в ней легко оставить след даже ногтем) снизу ее обычно покрывают слоем резины. Действительно, подошва из пены оптимальна для большинства профессионалов большого спорта. И все же это не касается тех же футболистов, танцоров и др. А также нас, простых смертных, в случае, если у нас имеются патологии коленного или голеностопного сустава. Такие заболевания, как артроз, к примеру, делают сустав крайне неустойчивым. А подошва из пены очень легко позволяет стопе подворачиваться внутри обуви и внутрь, и наружу… На то она и мягкая – в нашем случае подчас уж слишком мягкая. Оттого при наличии патологий суставов не исключено, что мы будем чувствовать себя увереннее на более тяжелой и жесткой резиновой подошве.

8. Для ходьбы вообще и скандинавской ходьбы в частности идеальны кроссовки с небольшим (не более 0,5 см) подъемом на пятке. Иными словами, обувь, в которой высота пятки больше высоты носка. Именно такая модель является абсолютным показанием для представительниц прекрасного пола. Наличие молочных желез обязывает дам чуть откидывать корпус назад для поддержания равновесия. И без известного подъема на пятке шаг у них действительно становится слишком тяжелым, неподходящим для быстрой ходьбы. У мужчин эта закономерность выражена меньше – их центр тяжести ближе к перпендикуляру по отношению к поверхности земли. Однако даже в их случае не стоит забывать, что залогом быстрого старта у бегунов являются специальные «каблуки» – треугольные подставки, которые подкладывают им под пятки на стартовой линии.

Ну и, конечно, нам было бы неплохо следить за тем, чтобы поверхность подошвы наших кроссовок держала хорошее сцепление с поверхностью, по которой мы идем. В том числе если она мокрая или скользкая. Старая, стертая подошва нехороша тем, что на некоторых современных покрытиях она «без предупреждения» приобретает свойства лыж. Это может оказаться очень некстати, если на пути нам встретились мраморные, гранитные ступеньки, мокрая обычная плитка для мостовой, участок обледенения. Тогда мы рискуем отправиться из этой точки прямо в ближайшую травматологию – на лечение перелома или иных повреждений, получаемых в результате неожиданного «сальто-мортале».

Составляем план тренировки

На самом деле, нам вполне может и не понадобиться половина того, что обычно понимают под словом «план». Речь не идет о более или менее длинном списке пунктов, который внушает ужас и наводит уныние одним своим видом – не то что попыткой воплотить написанное в жизнь. Просто у графика и техники спортивных тренировок имеются свои, выведенные чисто практическим путем оптимальные правила. Если угодно, это своеобразные контрольные точки, без которых мы либо не добьемся результата вовсе, либо добьемся результатов сплошь отрицательных. Наконец (и это – самый оптимистический вариант), без них может получиться и так, что мы будем ждать исполнения своих желаний вдвое дольше тех, кто начал вместе с нами, но уже в процессе принял более осмысленные решения.

Итак, мы помним, что скандинавская ходьба относится к аэробным нагрузкам. На практике это означает, что у нее есть ряд особенностей, отличающих ее от нагрузок анаэробных. Разницу между динамикой и статикой мы более в расчет брать не будем, поскольку, как и было сказано, целенаправленные занятия спортом всегда подразумевают динамические нагрузки. Статика – это то, что выходит у нас как бы ненароком в обычной жизни. От нее никуда не деться, она вездесуща. Потому наличие статических нагрузок в жизни тех же мышц, которые работают у нас и на тренировке, просто нужно учитывать. В частности, регулярно принимать меры на расслабление и восстановление нормы кровотока в них. А сами особенности аэробики таковы:

1. Она позволяет ускорить общий кровоток и сердцебиение (пульс) на несколько порядков по отношению к обычной их скорости. По сути, это означает, что аэробные нагрузки наиболее эффективны как средство ускорения обмена веществ во всем организме, начиная с уровня одной клетки и заканчивая целым органом либо тканью.

2. В отличие от анаэробных нагрузок, речь идет о постепенном, плавном, зато в итоге более значительном и длительном ускорении метаболизма.

3. Еще одно принципиальное отличие аэробных нагрузок от любых других – свойство активнее всего расходовать в период занятий запасы сахара и других питательных веществ именно из кровотока, а не из резервных тканей организма. К примеру, мышц, жировой прослойки и пр.

4. Предыдущий момент означает, что эффект снижения веса при аэробных нагрузках достигается не столько за счет их способности «сжигать» жировые запасы, сколько за счет ускорения обмена веществ во всех тканях тела. Вопреки распространенному сейчас заблуждению, запасы лишнего жира в организме быстрее и сильнее уничтожают анаэробные нагрузки – например, бодибилдинг. Но у таких видов спорта нет другого очень важного компонента – способности обеспечить и быстрое выведение жидкости из жировых тканей. Кроме того, в случае с «тяжелыми» видами спорта соотношение между графиком приема пищи, ее количеством и временем тренировки приходится регулировать на основе более сложных правил. Например, с учетом пиков метаболизма (усвоения питательных веществ и обновления тканей тела) и катаболизма (распада и выведения уже имеющихся в организме элементов, клеток, продуктов жизнедеятельности).

5. Положительное влияние аэробики на водно-солевой обмен (особенно при таких масштабных и резких изменениях, как попытка сбросить лишний вес) объясняется тем же. То есть их свойством ускорять кровоток, что вызывает, разумеется, и общее повышение температуры тела. Как мы, возможно, знаем, повышение температуры тканей (допустим, при воспалении) тоже объясняется активным притоком к ним крови. Пока мы говорим об инфекции, ускоренное кровообращение необходимо иммунной защите для обеспечения, так сказать, бесперебойной поставки лейкоцитов к месту инвазии. Ведь лейкоциты – это тельца, вырабатываемые костным мозгом и распространяемые с кровотоком.

В других же случаях ускорение кровотока тоже вызывает повышение температуры тканей, только связано это не с инфекцией. Но при любом сценарии высокая температура тканей влечет за собой ускоренное потоотделение – отсюда и более быстрое выведение жидкости из организма. Поскольку сейчас мы говорим не о болезни, а о механизме, который мы запустили сами, намеренно, нам нужно понимать, что полезен он не всегда. Например, он может представлять угрозу, если запасы жидкости в организме у нас и так невелики. Скажем, мы и без спорта очень худы или нам больше 60 лет. А также если мы одновременно с тренировками перешли на бессолевую диету (дефицит хлористого натрия вызывает неспособность тканей удерживать воду).

Слишком много жидкости можно потерять, занимаясь в жаркое время года или в чересчур теплой, плохо вентилируемой одежде. В то же время, как мы сказали чуть выше, ускоренное выведение жидкости с потом заметно снизит нагрузку на почки и систему кровообращения во всех случаях, когда у нас наблюдается ее явный избыток. Такое случается, скажем, при лишнем весе, отказе почек, врожденных нарушениях водно-солевого регулирования и замедленном обмене веществ. Чуть реже подобное состояние наступает при разовом избыточном употреблении жидкости. Правда, тогда и оно само носит временный характер.

6. Обмен веществ при аэробных нагрузках ускоряется сильнее, чем при анаэробных. И происходит это более плавно, без «скачков». Эти две особенности действия аэробики порождают третью – способность полученного «ускорения» сохраняться дольше уже по окончании тренировки. Иными словами, регулярные занятия аэробикой в любой ее форме хороши тем, что с их помощью можно создать эффект как бы постоянного стимулирования метаболизма. Как мы уже знаем, метаболизм и его скорость – это показатели, принципиально важные для всего организма. Ведь именно они отвечают за то, как быстро усвоятся поступившие в организм питательные вещества и сколько биохимических «ошибок» при этом случится. А также какой процент основных элементов рациона (белков, жиров, углеводов) будет употреблен, а какой – образует новые жировые отложения. Не говоря уже о том, что скорость обменных процессов – это скорость, с которой обновляются клетки любых тканей нашего тела. Проще говоря, что замедленный обмен веществ – это и есть старость и что быстрый характерен, наоборот, для молодости…

Едва ли в приведенных различиях так уж много сложных мест, чтобы понять их мог только профессионал. Тем не менее повторим особенно важные моменты, которые нам нужно усвоить раз и навсегда. Во-первых, что к началу тренировки в нашей крови всегда должно быть достаточное количество самого главного элемента рациона – сахара, глюкозы. Иными словами, что перед тренировкой обязательно нужно съесть нормальную для нас, но не избыточную порцию пищи. Идеальный вариант – сделать это за один-полтора часа до начала занятия, чтобы дать время сахару выделиться из поглощенных продуктов в кровь. Это очень важно, в том числе при ожирении. Важно тем, что с первого же шага наши мышцы начнут требовать сахар не из жировых масс – они просто не успеют расщепить их с такой скоростью, чтобы выделить из них достаточное количество глюкозы.

Мышцы сперва потребуют все запасы сахара, имеющиеся в крови. Затем, когда его уровень в крови начнет стремительно падать, очередь дойдет до гликогена из печени и самих же мышц, где он, по идее, имеется всегда. По его исчерпании нам придется неизбежно остановиться, поскольку «продолжение банкета» окажется невозможным – в мышцах начнет нарастать дрожь, голова закружится, к горлу подступит тошнота. К этому времени мы порядком подустанем, да и продуктов распада к нему у нас в кровотоке будет уже значительно больше, чем чего-либо полезного. Эту точку очень важно уметь «поймать» своевременно – не позже и не раньше, чем она наступит. В среднем у людей, занимающихся аэробикой в оптимальном темпе, она приходится на 40–45-ю минуту от начала тренировки, если посередине не было перерыва.

Во-вторых, постараемся усвоить, так сказать, накрепко, что суть и смысл аэробных нагрузок заключается в постепенном нарастании темпа обменных процессов. Именно постепенного потому, что только такой ритм даст нам возможность получить главные полезные его эффекты – длительное сохранение ускоренного метаболизма, чуть повышенной температуры тела. Мы должны понимать, как это важно, потому, что, в сущности, почти вся способность аэробики улучшать показатели здоровья, приводить мышцы в тонус, избавлять от лишних жировых запасов обусловлена именно этими свойствами. Без постепенно нарастающего и способного сохраняться на некоторое время ускорения метаболизма аэробика как вид тренинга могла бы, максимум, поддерживать в форме сердце и сосуды. Но не более того. А означает все это, что, раз уж мы выбрали такой тип нагрузок, нам нужно добиваться от них именно этого действия всеми доступными способами.

Тренировочные приемы и законы

А теперь непосредственно о способах. Профессионалы уверены, что правильный подбор методов и техники тренировки – это и есть весь спорт. То есть это вся физическая форма и все здоровье, которые мы получим со своим новым увлечением. Вопрос лишь в том, какие из них правильны для нас. Тут все зависит от сочетания множества факторов. А именно, набора имеющихся у нас заболеваний, текущей весовой категории, фактов из нашего прошлого. В частности, занимались ли мы ранее спортом, каким именно, насколько долго и серьезно. А также были ли у нас травмы, патологии, и насколько мы сейчас свободны от их долгосрочных последствий.

В данном разделе мы определимся лишь в том, как можно и нужно тренироваться индивиду с нормальным весом (плюс-минус до 3 кг веса от того, что следует считать нормой для нас). Кроме того, у этого индивида не должно быть системных, масштабных патологий, хотя допускается любое число мелких «огрехов». Например, хронические инфекции (кроме гангрены тканей конечностей), локализованные остеохондрозы, радикулиты, артриты (но не подагра). У него также может быть чуть повышен сахар и артериальное давление, иметься склонность к более быстрому развитию атеросклероза, чем хотел бы его кардиолог. При этом у него пока, представим, нет ни диабета, ни ишемической болезни сердца, ни варикозного расширения вен в стадии выше 4 (трофические изменения кожи лодыжек, онемение стоп, крупные узлы). Само собой, наш условный индивид, намеренный использовать эту программу, не должен страдать мочекаменной и желчнокаменной болезнью в острой стадии. А также поражениями костей – остеомиелитом, остеопорозом, наследственными дефектами формирования костной массы, раком костного мозга.

Если мы пока выглядим так, как описано, данная методика нам подойдет. Если имеются отклонения, перед началом занятий нам лучше посоветоваться с лечащим врачом. Как-никак осложнения от неправильно подобранной, чрезмерной нагрузки могут оказаться серьезнее, чем мы ожидаем. Не время льстить себе, что мы еще «хорошо сохранились», – мы можем заблуждаться на сей счет. В конце концов, более высокие нагрузки нам не противопоказаны насовсем. Просто в ряде случаев ими разумнее продолжить, чем начать с них, – вот и вся премудрость.

При составлении собственной программы нам придется всегда ориентироваться на несколько законов, общих для всех видов нагрузок – как аэробных, так и анаэробных. Далее мы будем формулировать сам закон, приводить пример его действия вообще, а после – применять его в соответствии с нашей нынешней ситуацией.

Закон первый

Он гласит, что развивается всегда только тот навык, который мы развиваем. То есть у нас, к примеру, могут быть превосходно развиты мышцы ног. Допустим, если мы регулярно посещаем тренажерный зал или занятия по фитнесу с целью поддержания их формы. При этом столь, казалось бы, простые задачи, как пробежка на беговой дорожке, приседания со штангой или езда на велосипеде наверняка вызовут у нас затруднения.

Это будет новая форма, по сути, тех же нагрузок на ту же группу мышц. Если она и впрямь для нас непривычна (мы не используем приседания и бег для поддержания формы ног), мы ощутим большую усталость от того же объема затраченных усилий, и результат получим тоже другой. Некоторое время наши мышцы будут реагировать на другую технику тренировки ускоренным ростом, улучшением координации и всех показателей тонуса. И получим мы все это, повторимся, даже при сохранении прежнего объема нагрузок.

В нашем случае достойная (или хотя бы пристойная) физическая форма мышц ног и таза не означает, что из нас так сразу получатся такие уж хорошие ходоки. Более того, уже с первых шагов с палками, в непривычной для нас спортивной одежде и обуви мы быстро убедимся, что и ходить толком не умеем. Ноги с руками по разным сторонам туловища не захотят двигаться в едином ритме, одна нога и/или рука непременно будет пытаться замахнуться шире другой… Это никуда не годится – так суставы проще вывихнуть, чем разработать. Потому с первых шагов нам придется начать применять закон – развить то, что нам нужно развить. В данном случае – технику ходьбы в таком виде, в каком она существовала без тесной, облегающей, неудобной, во многом противоестественной одежды. И обуви, которую мы носим обычно, повинуясь требованиям общества.

Применение первого закона

Техника скандинавской ходьбы ничем, кроме наличия палок, от обычной не отличается. Правая или левая нога делает свободный, достаточно, но не чрезмерно широкий шаг вперед, рука с этой же стороны туловища движется синхронно с нею, в одном направлении. Корпус шагающего человека обычно чуть подается вперед – тем больше, чем быстрее он идет. Однако спину при этом нужно держать прямо, не сутулить плечи – этот небольшой наклон на «устремление к новым горизонтам» изменяет только положение поясничных позвонков, но никак не шеи и груди. Руки с палками нужно чуть отвести в стороны – как мы делаем, чтобы не «чиркать» руками о бока туловища при обычной ходьбе. Например, как показано на рисунке 1.

Рис. 1

Нужно помнить о плавном перекате стопы с пятки на носок. Увы, большая часть современной обуви (как мужской, так и женской) кроится и шьется по такой колодке, что стопа просто не в состоянии двигаться в ней при шаге так, как ей назначено природой. Неудивительно, что после перехода на спортивную обувь перекат или толчок носком выглядит у многих неловким, скованным, неполноценным. Причем даже без плоскостопия, вальгусной деформации и других выраженных дефектов положения костей стопы. Если стопы болят, не слушаются, их подвижность уменьшается пропорционально нашим усилиям ее увеличить, перед каждой тренировкой и после каждого возвращения домой с работы стопу нужно тщательно разминать, потягивать пальцы, вращать ею.

При каждом шаге наш корпус также должен чуть разворачиваться вбок – вправо или влево, в точном соответствии ритму шага, следом за рукой. Мы увидим, как чуть подается вперед плечо со стороны той ноги, что мы выносим вперед. Этот разворот тоже, по сути дела, осуществляет поясница – мышцы, обслуживающие тазобедренный сустав. Возьмем палки и сделаем несколько широких шагов уже с ними, «шагая» ими одновременно с ногами. Руки в локтях сильно сгибать при работе ими не следует. Вернее, не следует этим злоупотреблять, особенно на ровной дороге. Тем более плохо, если нас к этому вынуждает высота палок – значит, они для нас велики и нужны палки пониже. А если нас вдруг начнет непреодолимо «тянуть» вперед и вниз, вынуждая горбиться при ходьбе, палки слишком низкие. Ну, или, как вариант, у нас уже имеется нарушение осанки. Идем мы, стало быть, как обычно, и просто только сейчас заметили, что здоровым людям несвойственно такое положение позвоночника при ходьбе.

Вообще, у первых шагов с палками имеются распространенные ошибки – то, что в жизни никакой проблемы не составляет, но в занятиях спортивных может заметно повлиять на результат. Или, подчас, просто проявляется сильнее под влиянием нагрузок. В нашем случае речь идет прежде всего о:

сгибании локтя руки в конечной точке, где остановилась передняя или задняя палка. Движение рукой с палкой в ней всегда нужно делать полное – на весь доступный нам замах. Не нужно постоянно держать локти согнутыми, ведь наша задача сейчас – разработать не только мышцы ног, но и плеч. А неполная амплитуда движения их мышц и самого сустава, согласимся, значительно облегчает им работу. Держать поднимаемый вес как можно ближе к телу нужно, если мы разгружаем товарные вагоны. Но если мы собрались как следует поработать палками, тактика должна быть противоположной;

манере сильно подаваться вперед для более легкого шага. Идти нужно, как и было сказано выше, с прямым позвоночником. Не следует сутулиться при ходьбе. Так мы рискуем получить вместо улучшения формы и «скрип» в пояснице, поскольку в таком положении ее мышцы и остаются в напряжении, и при этом оказываются сильно растянуты. То же самое касается мышц, окружающих весь позвоночный столб до лопаток. Что до положения костей в шейно-плечевом отделе, то оно в результате этой ошибки станет просто аномальным. И если мы не заработаем себе шейный остеохондроз уже за две недели упорствования в своем заблуждении, это будет поистине удивительно;

манере двигаться, при которой вынесенную вперед палку мы будем ставить перед собой, а не сбоку туловища. Технически такая странность движения руки (если мы привыкли и в жизни махать руками наискосок, перед собой, а не вдоль бока) означает, что у нас проблемы с подвижностью в тазу. Вероятно, из-за плохого состояния мышц и самих сочленений. В таком случае при ходьбе мы просто помогаем себе переставлять ноги за счет инерции от взмаха рук. Ведь в норме при шаге бедро чуть разворачивается в месте крепления суставу, при этом смещаются и крестцовые кости. Есть вероятность, что у нас они сами по себе к этому уже неспособны. Или способны в меньшей степени, чем положено при здоровье. Проверим гипотезу – попробуем перестать изображать ветряную мельницу и начнем следить, чтобы руки двигались параллельно туловищу, а не наискосок. Возвращать нормальную амплитуду взмахам руки и движению костей таза лучше в обычной жизни. Но продолжать это благородное дело следует и на тренировке. Не то мы, не ровен час, еще зацепимся за одну из палок, которую сами себе же подставим под ноги.

Закон второй

Он гласит, что в ответ на любые изменения окружающей действительности и ее условий организм попытается приспособиться к этим условиям – адаптироваться к ним. Именно способность тела к адаптации позволяет ему выполнить такие задачи, как увеличить скорость и силу мышечной реакции, увеличить массу самой мышцы, изменить обмен веществ в ней и во всем организме. Однако нужно обязательно помнить, что адаптация – процесс всегда ограниченный. То есть что, если некие условия уже успешно запустили ее, рано или поздно организм приспособится к ним полностью – адаптация будет завершена.

Конечно, меняющиеся с определенной частотой условия в теории делают процесс адаптации чуть ли не бесконечным. Но на практике (по отношению к возможностям нашего организма) это не совсем так. И границы наших возможностей по части приспособления к нагрузкам отражает третий закон, который мы рассмотрим далее. Сейчас же нам важно понять, что на начальном этапе тренировок для нас одинаково эффективными будут практически любые нагрузки, тяжесть которых превышает текущие возможности наших мышц.

На практике это выражается во внешнем парадоксе. А именно, в том, что как при регулярных прогулках умеренным шагом, так и при пробежках в довольно-таки интенсивном темпе мы в первые две-три недели получим совершено одинаковый результат. То есть что нам не нужно и, собственно, нельзя бросаться с места в карьер. Не нужно потому, что улучшения от этого быстрее не наступят. А нельзя потому, что спустя месяц дадут о себе знать долгосрочные последствия нашего просчета. И мы можем не сомневаться, что положительных среди них не будет…

Применение второго закона

Определимся, постаравшись не допустить ошибки, в том, какая нагрузка сейчас для нас не мала и не велика, а как раз достаточна. У скандинавской ходьбы в этом отношении имеются свои особенности. Прежде всего, не забудем, что это ходьба – вид упражнений, при которых основную часть работы выполняют мышцы ног. А они, как мы помним, даже при современном малоподвижном образе жизни сохраняют относительно неплохую работоспособность. Ладно, хотя бы намек на тонус… В конце концов, их мы используем для передвижения по-прежнему часто, хотя и «на коротких дистанциях». Что и позволяет им оставаться способными носить наш вес.

Вторая особенность скандинавской ходьбы в том, что она остается для ног полностью привычным видом движения. То есть что это упражнение, лишенное таких формальных отличий, какие имеются между ходьбой и бегом, ходьбой и шагом с высоким подъемом стопы (ходьба по ступеням, которую имитирует степ-аэробика). Палки здесь вынуждают двигаться в необычной амплитуде и с непривычной нагрузкой одни руки – ног это почти не касается.

Что все это значит для нас? Конечно, что у нас появились сложности. Как нам превратить привычное до мелочей действие в новый для организма фактор, который запустит его приспособленческие механизмы? Да еще и в условиях, когда двойное и тройное увеличение нагрузки может обойтись нам дороже, чем мы думали? На самом деле, выход очевиден: если мы не можем сделать упражнение более тяжелым, остается сделать его более длительным.

В результате мы получим схему первого этапа, которая будет выглядеть так: мы идем только с палками, без дополнительных отягощений, по дороге, лишенной каких-то особых препятствий (крутые склоны и повороты, камни, другое). Скорость шага лучше стараться держать чуть быстрее среднего – как будто мы еще не безнадежно опоздали, но уже поторапливаемся. Такая интенсивность оптимальна для большинства современных людей.

При этом мы внимательно следим за амплитудой движения всех частей тела, которые у нас должны двигаться. Мы сосредоточенны, следим за ритмом движений конечностей и даже дыхания (или диафрагма нам – не та же мышца, одна из участниц тренинга?). Все показатели от шага к шагу у нас должны быть одинаковыми – амплитуда движений частей тела, ширина шагов, темп на каждом промежутке дистанции, темп в начале и конце маршрута.

Пока нам рано делать перерывы или преодолевать разные участки дороги с разной скоростью. Оттого позаботимся о такой мелочи, как отсутствие серьезных препятствий на пути, которые заставят нас замедлить шаг или вовсе остановиться. Например, если мы занимаемся в городских условиях, таковыми могут стать светофоры, проезжая часть, тупики между домами, участки, где ведется строительство. Нам нельзя останавливаться, чтобы завязать шнурки, поправить носки или шарф… Так что все элементы экипировки нужно подогнать и подобрать тщательно, еще до начала работы.

Что касается времени, выделенного на прогулку, то для здорового, хотя и не приверженного спорту индивида она должна составлять не менее 20 мин. Повторимся, без перерыва и других эпизодов замедления скорости. Повторим и еще один общий для всех видов аэробики нюанс: ритм дыхания должен совпадать с ритмом шагов, не сбиваться, не задерживаться. Он может и должен учащаться от начала тренировки к ее середине, но не далее. Вторая половина нашего занятия должна проходить при чуть более частом и глубоком, чем обычно, но уже неизменном сокращении диафрагмы.

Помимо прочего, постараемся не упускать из виду свойство адаптации заканчиваться. Иными словами, будем менять интенсивность нагрузок не реже одного раза в месяц. Это усредненный показатель – у многих из нас адаптационные механизмы могут срабатывать быстрее или медленнее, чем указано. Судить об окончании, так сказать, полезного периода развития и начале стагнации можно по ходу тренировки и ощущениям на следующий день после нее.

Процесс должен даваться нам всегда с усилием: мы занимаемся спортом, а не совершаем променад на свежем воздухе. После занятий мы должны уставать, и уставать хоть не смертельно, но, если можно так выразиться, прилично. Когда мы наберемся опыта и знаний, мы начнем замечать и другие нюансы. Например, что усталость, не выходящая за пределы наиболее активно поработавших мышц, – это хорошо. А вот тренироваться до вечной вялости, сонливости, не проходящих мышечных болей, головокружения – это явно не то, чего мы искали.

Мы можем также научиться определять по ряду косвенных признаков, насколько эффективно наша тренировка ускорила обмен веществ. К примеру, понятно, что у человека, чей физический труд эффективен и достаточен, пищеварение всегда в норме, да и аппетит – тоже. Потребности мышц в период развития и роста особенно высоки по части белков животного происхождения и холестерина – компонента животного жира. Аналогично тому, как в период нагрузок самым потребляемым веществом для них является сахар. Оттого мы должны понимать не только, что растительный рацион несовместим вообще ни с каким видом спорта. Нам также должно быть ясно, что масштабы восстановления и компенсации в мышцах прямо пропорциональны нашему желанию съесть кусок мяса, отставив в сторону салат. И выпить чашку бульона вместо чашки чая.

Еще проще, чем сильнее нам хочется есть, чем быстрее, успешнее перевариваются поглощенные продукты, тем активнее процесс регенерации в мышцах. Если это – едва ли не первый случай, когда мы едим шашлык и жаркое безо всяких признаков несварения, мы можем поздравить себя с первым позитивным изменением в нашем теле. В частности, с нормализацией пищеварения до той скорости, которую мы уже не чаяли увидеть в этой жизни. К слову, оптимальной едой перед тренировкой для нас теперь вполне может стать фаст-фуд. По сути, блюда наподобие гамбургера, доширака и др. относятся к идеальным, очень даже богатым источникам углеводов. Притом не всегда даже простых – в них довольно высок процент и сложных.

Ранее мы ругали эти продукты в унисон со всеми диетологами, потому что в упор отказывались понять и принять одну простую истину. А именно, что злейший враг нашей фигуры – вовсе не хот-дог, а мы сами. Теперь мы можем лично убедиться, что злоупотребление им в промежутке между тренировками сказывается на нашей фигуре значительно меньше, чем ранее. А съеденный за один час до занятия, он буквально уходит в никуда – рассасывается, словно мы им и не лакомились.

Закон третий

Как и было обещано, он заключается в том, что рано или поздно наше тело откажется адаптироваться к нагрузкам еще лучше. Это явление в спорте называется плато – состоянием, после которого, как бы мы ни разнообразили и ни увеличивали нагрузку, результат наших усилий будет нулевым. Такое плато бывает как временным, текущим, так и постоянным, не позволяющим нам заниматься этим видом спорта дальше с положительным результатом.

Временного плато можно достичь к концу любой тренировки, если мы рассчитали нагрузку совершенно неправильно. Если мы совершили чуть меньшую ошибку, оно будет достигнуто за несколько занятий подряд, проведенных по одному и тому же принципу. Тогда мы получим состояние перетренированности – дрожи и боли в мышцах, резкой утраты ими способности к сокращению. К горлу у нас подступит тошнота, в ушах появится шум, начнутся спазмы в желудке. Эффект перетренированности у разных людей проявляется тоже индивидуально. Но нам важно знать о нем, что речь идет, по сути, о простом самоотравлении организма продуктами распада. Такое происходит всегда, когда мышцы работали слишком долгое время со слишком низкой нагрузкой.

Положительного результата при таком тренинге мы не получим – сверхкомпенсация мышц при нем не запустится, и скорость обмена веществ не увеличится, потому что мы не предоставили механизму адаптации достаточную новизну условий. Но поскольку мышцы худо-бедно сокращались, да еще дольше обычного, они выделят в кровь типичный для них набор – метан, креатинин, мочевину, молочную кислоту, мочевую кислоту. Иными словами, получится, что продуктов распада в кровь выделится больше, чем обычно, а скорость их выведения останется прежней, – отсюда и эффект. Нужно сказать, что достигнуть перетренированности в первый месяц занятий практически невозможно – ни при какой технике. А вот в дальнейшем, по мере улучшения формы, эта угроза будет нависать над нами чуть ли не каждый раз, когда мы будем слишком «затягивать» период, проведенный на одних и тех же нагрузках.

В самом общем виде, больше всего состояние перетренированности напоминает период латентного течения гриппа. Вспомним: мы в это время чувствуем себя плохо – суставы ломит, одолевает постоянная сонливость, голова тяжелая, сил нет даже на выполнение обычных действий, конечности не слушаются. Загвоздка одна – определить конкретную причину недомогания или место, где у нас болит больше всего, мы пока не в состоянии. Вот примерно так же мы почувствуем себя и при перетренированности. Причем эти ощущения отнюдь не ограничиваются несколькими часами после тренировки – они сохраняются сутками, занимая вообще весь промежуток между занятиями.

Заниматься в этом состоянии невозможно – нас будет тошнить при одной мысли о грядущей тренировке. И ни о какой пользе от нашего волевого усилия (вдруг мы решим себя заставить) речи тоже быть не может. Если уж у нас так вышло, нам придется сделать перерыв до полного исчезновения симптомов, плюс еще три – пять дней полного покоя. Это время лучше всего посвятить работе над ошибками – прописать себе значительно более короткую (сократить прежнее время тренировки, как минимум, на треть) и более активную нагрузку. Скажем, поставить себе скорость ходьбы, граничащую с бегом. Или, если мы занимаемся уже более полугода и чувствуем себя искушенными ходоками, попробовать надеть-таки на все конечности по утяжелителю для фитнеса.

Что касается отказа приспособленческого механизма вообще, то речь идет о явлении сложном, настигающем всех профессиональных спортсменов на пике карьеры. Как правило, он «пытается догнать» идущего к вершинам мастерства профессионала и раньше – причем неоднократно. В сущности, в число звезд мирового спорта и попадают лишь те, кому удалось «обмануть», преодолеть это самое плато большее число раз – большее, чем кому-то другому. Ведь каждый раз, когда мы находим новый способ «удивить» собственную систему адаптации и заставить ее развиваться дальше, мы получаем лучший, чем прежде, результат. А в профессиональном спорте, где очень силен каждый наш соперник, нам просто необходимо ухитриться обойти по достигнутым результатам их всех…

Применение третьего закона

Словом, из всего сказанного нам нужно запомнить, что механизм адаптации тела реагирует только на нечто новое для него – новый тип нагрузок, новую скорость, новые условия. Мы не сможем эффективно заниматься по одному и тому же плану не то что всю жизнь – больше одного месяца. Кстати, как правило, у спортсменов, не достигших 50-летнего возраста, на полное приспособление к текущим условиям вообще уходит не более двух недель. Иными словами, нам придется следить за откликом нашего организма на тренинг очень внимательно. Как и было сказано, если мы упустим момент окончания этого отклика, дальше мы будем не заниматься спортом, а буквально развлекаться непонятно чем.

При этом наше развлечение будет носить отнюдь не безобидный характер, просто так, без причины отравляя продуктами распада печень, почки, головной мозг… Продукты распада особенно опасны для коры головного мозга и почек – они вызывают их постепенную, но весьма заметную дегенерацию и отказ. А главным последствием их действия на ткани мышц станет остановка их развития – полная и, как правило, длительная, затрагивающая не один год.

Нервные ткани, как мы заметили по реакции коры, весьма чувствительны к действию азотистых оснований. А какой полноценной работы можно ждать от мышцы, нервные окончания которой не посылают в нее из коры и не передают в обратном направлении ни единого импульса?.. Мы, конечно, утрируем – хотя бы основные сигналы продолжают поступать в обоих направлениях, иначе нас бы парализовало. Но факт тот, что для продолжения развития мышц в нормальном темпе такой некачественной работы со стороны нейронов будет маловато. А значит, ожидаемого роста мы на таких методах явно не получим.

Итак, нагрузку нам придется менять и разнообразить. И чем дальше, тем сильнее. Впрочем, если мы не метим в олимпийскую сборную, нам может подойти и другой вариант – с длительными перерывами в тренировках (не менее двух месяцев). Обычно он подходит большинству любителей, занимающихся скандинавской ходьбой для того, чтобы обеспечить телу хотя бы минимальную активность в наше «сидячее» время. В такой «отпуск» нужно уходить сразу после того, как мы поймем, что сейчас нам придется повысить нагрузки куда больше, чем нам бы хотелось. Периоды активных занятий могут перемежаться одним-двумя месяцами перерыва. Хотя для профессионала такой график непозволителен, любителю он поможет замедлить процесс постоянного повышения нагрузок. И, как результат, приближения к профессиональному уровню, которого он, быть может, и не рассчитывал добиваться.

Если говорить о методах варьирования нагрузки, то их существует несколько.

1. Первый мы описали выше, и заключается он в непрерывной работе в одинаковом темпе в течение всей тренировки. Этот вариант идеален для начального этапа, особенно если ничего более серьезного из наших мышц пока «выжать» не удастся. Такой метод даст нашей кровеносной системе начальный «толчок» – стимул к повышению активности тех сосудов, что уже имеются в ее распоряжении. А также к улучшению работы легочной диафрагмы и сердечной мышцы.

2. Второй и в общем-то все последующие методы лучше пробовать в периоде, когда наше сердце и сосуды уже способны хоть на какие-то «свершения» посерьезнее подъема от входа до дверей лифта. Во всяком случае, в качестве следующего шага нам, несомненно, разумнее всего чуть сократить время тренировки, но вдвое увеличить ее темп – перейти почти на бег, использовать отягощения. Например, надеть уже упомянутые утяжелители для фитнеса (для начала 0,5 кг будет вполне достаточно), рюкзак с весом не менее 8 кг или попробовать освоить крутые подъемы по склонам вместо ровной дороги. Это значительно приблизит наши аэробные упражнения к анаэробным, но суть не в том. Главное, что с таким подходом мы добьемся дальнейшего развития системы обмена веществ. В частности, мы стимулируем клетки наших мышц перерабатывать сахар и кислород быстрее – ведь темп увеличится до предела, за которым мышце останется только работать, как в тренажерном зале. Говоря еще проще, мы подойдем к черте, за которой заканчивается аэробная нагрузка, и начнется силовая. И постараемся притом эту черту не переступить. А сделать это будет хорошо потому, что работающие в таком режиме сердце и мышцы достигнут взаимной «договоренности». А именно, в ответ на растущие потребности мышц кровеносная система в их волокнах начнет развиваться – появятся новые ответвления капилляров, уже существующая сетка значительно разрастется во всех направлениях волокна.

3. Третий вариант стимулирования механизма адаптации заключается в использовании переменной нагрузки. Например, мы можем начать занятие как обычно, плавно повысив скорость ходьбы до максимума. А затем вдруг сбавить шаг и 3–5 минут идти, словно мы гуляем, а не занимаемся спортом. После этого скорость нужно вновь начать наращивать до запланированного пика и продержать этот темп еще 3–5 минут.

4. Четвертый вариант является приспособленным под аэробику методом из тяжелой атлетики. У бодибилдеров, штангистов и других тяжелоатлетов существует понятие сверхтяжелого тренинга – когда спортсмен берет вес, который, как он знает, его мышцы больше 2 раз поднять не смогут. Затем с этим весом он выполняет столько подъемов, сколько сможет выполнить рабочая мышца, с той скоростью, с которой получится. Смысл метода в том, чтобы максимально развить разовую способность мышцы к сокращению – ее не столько выносливость, сколько силу. Нужно сказать, что сверхтяжелый тренинг, помимо прочего, очень помогает «сдвинуться» с той мертвой точки, которую мы выше назвали плато. Нас во всем этом касается немногое – то, что периодические попытки «выжать» из рабочей мышцы максимум очень помогают организму держаться всегда «настороже». То есть ожидать крутых перемен в тактике тренинга в любой момент. Как мы понимаем, это затрагивает механизм адаптации весьма чувствительно – даже напрямую. А нам только это и нужно. Стало быть, запомним, что в легкой атлетике сверхтяжелая тренировка – это когда за 10 минут до ее окончания мы внезапно и сильно увеличиваем темп работы. Притом, что все предыдущее время мы провели в обычном для нас, не допускающем никаких поблажек ритме, нам нужно постараться пройти последние 100 м дистанции настолько быстро, насколько мы способны. И работать при этом палками, образно говоря, с таким остервенением, словно земля или асфальт под ногами насолили нам давно и крепко.

Скандинавская ходьба с различными целями

Что нам следует понимать под «различными целями»? Ведь ясно, что бесцельно с палками по маршруту не пробежишься – такое в голову, наверное, не придет ни одному здоровому человеку. Да и какие различия тут могут быть? Разве не каждый, кто занимается каким-либо спортом по доброй воле, а не по принуждению, хочет поддержать и улучшить здоровье, сохранить молодость и красоту?..

Да, конечно, и цели и средства их достижения роднят многих любителей и профессионалов физической активности. И все же разными они и могут быть, и бывают довольно часто. Начнем с того, что не все из нас желают заняться спортом при отличной медицинской истории – то есть ее отсутствии. Скольких интересуют перспективы в различных видах спорта при наличии уже диагностированных патологий!.. Это ли не особая цель – повлиять на развитие довольно специфичного процесса, не имеющего со здоровьем ничего общего?

И потом, даже будучи пока здоровы, мы часто хотим более или менее определенных вещей. Скажем, когда мы желаем в основном сбросить лишний вес – это одно. А когда нуждаемся в таких «частностях», как выровнять пропорции плеч и таза, улучшить вид всех мышц или отдельных их групп, – это, согласимся, совсем другое. А еще большее число начинающих вообще не может определить свои ожидания точнее, чем «хочу стать бодрее, энергичнее и здоровее». Пожелания, конечно, превосходны, но все три ограничены довольно общими, абстрактными сферами. Ведь постоянная апатия, лень и все, что еще мы обычно именуем хандрой, может иметь корни самые разные. Допустим, начиная от типа темперамента, заданного при рождении, до серьезного психического или физического заболевания, которое лечится чем угодно, кроме спорта.

Так что внешне желающие одного и того же новички в спорте обычно ставят на передний план только одну цель из общего списка. А остальное – как получится. И вот эти главные задачи часто разнятся. Не учитывать, чего мы хотим в первую очередь, – такая же серьезная ошибка, как и хотеть всего сразу или, например, представлять искомый результат уж слишком туманно. Нам нужно знать, зачем мы вышли на свой первый маршрут, – нужно для того, чтобы знать, что делать всю дорогу от старта до финиша. Ведь если и исходные условия, и конечная цель у всех разная, маловероятно, чтобы ко всем результатам вел один и тот же путь.

Итак, начнем со случаев, когда чего-то хотим именно мы. То есть когда наше волеизъявление является свободным, а не вынужденным, навязанным болезнью. Иными словами, со случаев, когда мы вроде бы и не больны ничем, но и здоровыми не выглядим, поскольку у нашей фигуры имеются явные косметические недостатки. Что это может быть? Конечно, в первую очередь мы все подумали о лишнем весе и его варианте – ожирении. Да, лишний вес сейчас превращается в проблему почти такого же масштаба, как рак и СПИД. Правда, его взаимосвязь с другими патологиями (в том числе летальными) так и не была доказана со всей четкостью. Многие пункты в списке под названием «Вред ожирения» являются неподтвержденными гипотезами. С другой стороны, реакцию общества на постепенное увеличение числа полных людей тоже здоровой не назовешь. Каждый спортсмен скажет нам, что весовая категория, в которой у индивида вовсе отсутствует подкожная жировая прослойка, опасна для жизни ничуть не меньше веса свыше 100 кг. А между тем сколькие из нас теперь видят «икону стиля» именно в такой фигуре – одинаково лишенной как жировой, так и мышечной массы!

Собственно говоря, врожденная склонность к худобе тоже встречается не столь уж редко. И речь идет о такой же особенности метаболизма, как и в случае со склонностью к набору лишнего веса. Скажем больше: если любое из этих отклонений носит врожденный характер, оно доставляет своему обладателю одинаково много хлопот – независимо от того, к чему именно мы склонны. Так что не стоит думать, будто в наше время все жаждут исключительно похудеть. Процент людей, желающих увеличить объем своих «скудных телес» если не за счет жира, то хоть за счет мышц, и в наше время довольно высок.

Третий вариант «правок», которые мы хотели бы привнести в свою внешность за счет спорта, – это выравнивание отдельных пропорций. К примеру, соотношения объема груди и объема бедер, улучшения вида талии/торса (часто – за счет увеличения диаметра ягодичных мышц и ширины плеч). Мужчины чаще всего хотят увеличить объем и детализацию мышц всего плечевого пояса, груди и рук. Женщин, традиционно, куда больше беспокоит форма ягодиц и мышц ног. Впрочем, уже на втором месте стоят девушки и женщины с от природы «пышными» формами в нижней части туловища. Притом нередко за счет именно особенностей телосложения и пропорций, а не лишних килограммов. Такие начинающие спортсменки вполне могут поставить на первый план цель развить, подобно мужчинам, мышцы плечевого пояса и грудной клетки.

К сожалению, особые пожелания по развитию любых мышц туловища как были, так и остаются по сей день большой редкостью. Мы недооцениваем их роль в общем восприятии красоты тела. И еще чаще просто не понимаем, насколько от их развития зависит здоровье этого самого тела, начиная от безупречного пищеварения без газов и заканчивая идеальной осанкой. Но чего бы мы ни хотели по части «исправлений и дополнений» к своим пропорциям, мы должны понимать, что уже обратились не к тому виду спорта…

Тренировки для улучшения формы ног

Откуда такая однозначность суждения, понятно без слов – скандинавская ходьба заставляет участвовать в работе мышцы не только ног, но и плеч. Однако меру этого участия мы должны оценивать здраво: если у нас в этой области имеется достаточный хотя бы для работы палками объем мышц, большего скандинавская ходьба нам не даст. В лучшем случае мы получим более подтянутый вид того, что имеем. Но даже для достижения этого слабого эффекта нам придется еще потрудиться – в том числе головой.

Разберемся, какого именно улучшения мы хотим – увеличения мышечной массы, ее детализации (чтобы каждое волокно проступало под кожей как можно отчетливее) или упругого вида мышц. В целом детализация и более упругий вид – это не одно и то же. Зато оба эффекта достигаются одним методом – регулярной нагрузкой, которая претендует на периодическое разнообразие. Одним словом, для улучшения внешнего вида и работоспособности волокон нам будет вполне достаточно применить законы, описанные выше, не забыв о существовании ни одного из них. А вот наращивание мышечной массы – процесс совсем другой, требующий особых решений.

Прежде всего, напомним, что первые две недели занятий у всех и каждого начинающего должны проходить одинаково – независимо от поставленных целей. В этом периоде основная задача у нас всегда одна – научиться ходить с палками. То есть без типичных ошибок, равномерно и подолгу, с безупречной «синхронизацией» движения различных частей туловища. Если мы уже занялись этим благородным делом, мы наверняка заметили, что правильная техника движения палок (полное выпрямление рук) требует от нас необычно широкого шага. Тут есть чему обучиться едва ли не с нуля, не так ли?..

Не нужно давать себе на начальном этапе совсем уж ничтожную нагрузку. Конечно, необходимость постоянно следить за своими движениями может существенно замедлять общий темп ходьбы. Но по мере того, как она будет уменьшаться, скорость шага нужно начинать увеличивать. Иными словами, перед тем, как ставить своим мышцам задачи посложнее, нам нужно сперва убедиться, что их выдержат сердце, легочная диафрагма, сосуды. Мы ведь понимаем, чем нам важно «мнение» этих органов по поводу нашего замысла?..

На такие рутинные «развлечения» у нас может уйти куда больше 2 недель, но явно не меньше. К сожалению, события здесь торопить ни в коем случае нельзя, несмотря на все наше нетерпение и мысленные мольбы «поскорее бы уже!». Рано или поздно ноги и руки у нас начнут-таки «вымахивать» единый, четкий, словно у часовых стрелок, ритм синхронно со всем телом. И мы при этом сможем себе позволить уже довольно длинную дистанцию (не менее 1,5 км), довольно быстрым шагом, не сбиваясь с глубокого, чуть учащенного дыхания. Когда-нибудь этот момент наступит – над ним требуется просто немножко поработать. И вот тогда мы сможем наконец оценить в зеркале нынешнее состояние мышц и подумать, как сделать их больше, если по-прежнему сочтем это необходимым.

Опять-таки, с технической точки зрения хитрость здесь невелика. После минувшего периода чистой, так сказать, аэробики нам потребуется привнести в наши занятия силовые элементы. Следует обязательно оговорить отдельно, что мышечная масса в целом у разных людей формируется с разной скоростью и успехом. Иначе говоря, что существуют люди, способные прибавить несколько сантиметров окружности бицепса за одну тренировку. И люди, составляющие полную противоположность им – неспособные достичь сколько-нибудь значимого результата, несмотря на месяцы грамотного тренинга и тщательно продуманного рациона.

Мы свободно можем относиться к числу тех, чьи мышцы растут вширь словно сами, с пугающей скоростью. Или тех, кому мощных ног не видать как своих ушей, что бы ни было для этого сделано. У каждого человека среди волокон одной мышцы имеются те, что отвечают за силу ее разового сокращения – поперечнополосатые волокна. А также те, что отвечают за ее выносливость – способность сократиться несколько раз подряд с одинаковой силой. Эти волокна называются продольнополосатыми. Первый вид волокон дает мышце тот самый объем – налитые мощью, упругие формы. А второй объема ей не сообщит ни при каком развитии. Зато он сделает рельеф волокна тонким, филигранным, словно он вырезан резцом скульптора.

Так вот, пропорция двух видов волокна в мышцах у каждого из нас разнится. Она наследуется от родителей и в дальнейшем не изменяется. Но именно от нее и зависит общая способность наших мышц наращивать массу. Мы можем определить свой тип мышечной, так сказать, конституции по некоторым косвенным признакам. Если мы всегда были склонны к худобе, если пропорции нашего тела вытянуты в длину скорее, чем в ширину, если аэробика всегда давалась нам лучше работы с тяжелыми весами, у нас, вероятнее всего, преобладают продольнополосатые волокна. Людей с таким типом сложения еще зовут жилистыми. А в моменты, когда они проявляют свою бесконечную выносливость «во всей красе» – еще и двужильными.

Если же мы рано начали проявлять склонность к полноте, обладаем широкими плечами и вообще внешне «тяжелы в кости», наша ситуация может оказаться обратной. Вероятно, мы замечали и ранее, что мышцы у нас никогда маленькими и не выглядели – даже в период полного сибаритства и прощания с какой бы то ни было физической активностью. Если поднять штангу с полным весом на грифе нам всегда было проще, чем «нарезать» пару кругов по кольцу стадиона, нам стоит ожидать проблем скорее с уменьшением объема ног, чем с его увеличением.

Словом, нам нужно быть готовыми к тому, что простая или даже усложненная намеренно скандинавская ходьба не поможет нашим ногам обрести более мускулистый вид – только более подтянутый. Или что мы, напротив, будем утолщаться в области ног пугающе быстро и безо всяких усилий. Иногда (довольно часто) это попросту не зависит ни от вида спорта, ни от техники тренировок, вот и все. Но попробовать все же можно – мы от этого ничего не потеряем. Чтобы выяснить, какой сценарий нас ждет, тоже понадобится известный интервал времени. В данном случае тот самый месяц, который мы уже «зарезервировали», чтобы дать сердечно-сосудистой системе время привыкнуть к новому темпу.

Ну а теперь предположим, что ноги у нас стремительно обретают подтянутый вид, однако расти сами, судя по всему, не собираются. Как же нам привнести в аэробику силовой элемент? Совершенно очевидно, что нам придется попотеть больше прежнего. Придумаем себе значительные отягощения. Утяжелители для фитнеса здесь не подойдут, поскольку вес тех, что можно закрепить на конечности (запястье или лодыжке), никогда не превышает 3 кг. Их никогда не делают тяжелее, так как далее они перестанут крепиться, начнут натирать…

Так что сами по себе они не повредят – особенно если в числе областей, поставленных в очередь на увеличение массы. находятся и руки. Однако руки и ноги – конечности разные не только в смысле особенностей их назначения, но и степени минимального развития их мышц. Мы имеем в виду, что работоспособность мышц, позволяющих переносить нам сумки с продуктами (до 15 кг), всегда будет меньшей, чем работоспособность мышц, постоянно вынужденных переносить вес тела (до 100 кг и даже выше). Эта разница существует в любом случае – как у тяжелоатлетов, так и у страдающих дистрофией, если их заболевание пока позволяет им передвигаться самостоятельно.

Так что не стоит удивляться, если утяжелители на руках дадут нам несравнимо лучший результат, чем пара таких же, надетых одновременно и на ноги. Просто одним конечностям они создают более заметную нагрузку, чем другим. Ногам осложнит жизнь только несравнимо больший груз – весом начиная от 10 кг. Эти килограммы можно сложить в рюкзак. Для тренировок лучше выбрать модель, которую получится подогнать на спине поплотнее – скажем, с добавочной поперечной шлеей на груди или животе. Это нужно для того, чтобы при ходьбе с любой скоростью рюкзак не раскачивался из стороны в сторону, нарушая движения тела, которые мы только синхронизировали.

Кстати, добавочный вес на плечах вовсе не означает, что теперь нам можно ходить медленнее. Напротив, темп придется увеличить, приблизив его к бегу настолько, насколько это возможно. Разумеется, в таком темпе мы далеко не уйдем – умрем если не на финише, то по дороге обратно к старту. Иными словами, маршрут, предназначенный для ходьбы быстрой и с отягощениями, придется сократить до 1 км. Впоследствии, когда нам потребуется нечто более существенное (из-за способности адаптации заканчиваться этот момент наступит), лучше увеличить вес на плечах.

Каждый раз нам необходимо увеличивать вес не менее чем на 1 кг. А вот увеличения длины маршрута разумнее избегать до последнего – ведь смысл силовых нагрузок как раз не в длительности работы, а в ее интенсивности. Если уж на то пошло (вернее, к тому идет), займемся туризмом – наметим себе трассу на крутом склоне или проложим ее по пересеченной в другом смысле слова местности. К слову, у различных сугубо спортивных отягощений имеется неплохой природный аналог, идеально подходящий для тренировки конечностей. Аналог этот – ходьба в воде.

Если в пределах нашей досягаемости имеется такая прелесть, как крупный водоем (море, озеро, река), нам самое время воспользоваться преимуществами места жительства полнее. К примеру, зайти в воду по колено и пройти километр без рюкзака вообще или всего полкилометра – с ним. Для такой прогулки нам потребуются шипы на концах палок – резиновые смягчители придется снять. Только не стоит рисковать жизнью в шторм, при сильном волнении, намечать себе маршрут по скользким прибрежным валунам. Тем более неразумно тренироваться в теплое время года, вышагивая по самому солнцепеку. Если на дворе лето, значительно удачнее будет выбрать время с таким расчетом, чтобы в шесть утра мы уже принимали душ после пробежки. Ведь на берегу водоема наверняка тени будет не так много, как на дорожке парка… А такие развлечения уже весьма небезопасны для сердца: нагрузка, вызванная работой мышц, совпадет с повышением температуры тела, что, конечно, удачным сочетанием не является.

Тренировки для похудения

Ох, уж эта печальная классика наших дней!.. Брюшко, целлюлит, узкие, всегда уныло опущенные из-за остеохондроза плечи и массивная из-за отложений нижняя часть туловища – таковы типичные линии силуэта почти половины наших современников. В особенности тех из них, кто перешагнул 35-летний порог. А еще точнее, переехал его в офисном кресле с ножками на колесиках. Как и было сказано, обмен веществ замедляется с возрастом у всех людей без исключения. К тому же мы должны понимать, что годы снижают и нашу общую подвижность. Более ответственная должность с большей занятостью, учащение заболеваний и/или «недомоганий», отбивающих всякую охоту шевелиться, растущее число социальных обязательств даже в промежутках, которые мы могли бы посвятить себе…

Словом, мы наверняка замечали все это и за собой. В таких случаях мы часто просто вынуждены списывать все наши проблемы со здоровьем и фигурой на консерванты, фаст-фуд и ухудшение экологии. А что нам еще остается, если на выходных нужно успеть и к родителям съездить, и сами побыть родителями для своих детей, и машину отдать на техосмотр? Выкроить полчаса для простой прогулки или даже тренировки в клубе при таком графике выглядит более фантастичным, чем встретить дракона за ближайшим поворотом дороги. Тем более если наш энтузиазм в этом вопросе дополнительно гаснет из-за несварения желудка, хруста в суставах, ноющей боли в шее, под лопатками и в пояснице…

Да, выход нам, казалось бы, известен давно. Но под грузом проблем со стороны общественной жизни и здоровья мы постепенно перестаем верить, что это действительно единственное возможное решение. Более того, постоянные стрессы и недомогания часто вообще убивают в нас доверие к таким методам оздоровления, как физические нагрузки. Ведь поначалу, после первых нескольких тренировок мы часто чувствуем себя хуже прежнего – хуже, а не лучше.

В общем, мы, как всегда, хотим все «как по волшебству» – чтобы кто-то взмахнул палочкой и у нас сразу решились накопившиеся проблемы. Постепенные изменения и необходимость потрудиться ради их наступления удручают нас, людей и без того тонущих в омуте неприятностей разного калибра. Оттого даже при стремительном увеличении числа толстяков мы считаем себя «упитанными», «склонными к полноте», «в теле» до последнего. То есть до момента, когда исправить весь комплекс нарушений нашего метаболизма уже отнюдь не просто.

Поэтому для начала нам совершенно необходимо запомнить одну не спортивную, а медицинскую истину. А именно: если лишний вес у нас постоянно имеется в том или ином количестве более пяти лет кряду, прежде чем заниматься каким бы то ни было видом физической активности, нам обязательно необходимо пройти анализ крови на сахарный диабет. Дело не в том, что при диабете все мы полнеем. Во-первых, это не так. И очень многие диабетики в свое время успевали постоять на вершине мирового спорта – постоять в отличной форме, с пропорциями и линиями тела, которым позавидовали бы многие здоровые. Вегетарианцев среди известных спортсменов нет, а диабетиков – предостаточно. Ну а во-вторых, смысл взаимосвязи лишнего веса с приобретенным (инсулиннезависимым) сахарным диабетом в том, что жировые клетки выделяют вещества, блокирующие активность гормона инсулина.

Выразимся понятнее: в известном смысле и при определенных обстоятельствах может случиться так, что длительное присутствие в нашем организме больших жировых масс может само по себе запустить развитие сахарного диабета. А диабет, о котором мы даже не подозреваем (инсулиннезависимая его форма очень скрытна по части симптомов), в случае внезапного перепада активности может представлять угрозу для жизни. Проблема в том, что всем тканям тела диабетика сахара и так недостаточно – даже несмотря на то, что его уровень в крови зашкаливает за все мыслимые пределы. Сахар усваивается только в присутствии катализатора реакции – инсулина. Нет инсулина – сахар не усвоится ни одной клеткой тела, включая кору головного мозга.

Оттого при малейшей попытке активного движения мы упадем сперва в обморок, после – в кому. А выведут ли нас из нее своевременно, вопрос хороший. Конечно, это рано или поздно все равно случилось бы – хоть диабет развивается и исподволь, но он развивается. Но если мы, будучи диабетиками, попробуем стать еще и спортсменами без инъекций инсулина и специальной диеты, этот сценарий попросту неизбежен. И ждать его нужно уже в течение первого получаса от начала тренировки.

Иными словами, до этого лучше не доводить. Диабетикам спорт показан, а не противопоказан. Просто с такой патологией подходить к вопросу нагрузок нужно совсем иначе. И избавляться от лишних килограммов – тоже. Таким образом, сейчас мы рассмотрим лишь меры, пригодные, так сказать, к употреблению лишь теми, у кого есть лишний вес, могут быть или не быть связанные с избыточной массой тела проблемы с суставами и кровообращением в ногах. Но точно не теми, у кого сахар крови превышает 8 ммоль/л. Напомним, без консультации с флебологом нельзя заниматься чем-либо и тем, у кого под кожей ног видны не просто синие «черви» и «звездочки», а явные варикозные узлы.

Скандинавская ходьба по всем показателям является отличным решением проблем замедленного обмена веществ. Кроме того, она помогает решить небольшие проблемы с сахаром (пороговая цифра указана выше) и кровообращением. Она показана и при сахарном диабете, но это показание касается лишь опытных в компенсации пациентов. Если наши проблемы не продвинулись дальше этого, наше новое увлечение обещает нам прекрасные перспективы попрощаться с ними в периоде до полугода. Осталось лишь выяснить, как лучше и быстрее этого добиться.

Мы опять столкнемся с проблемой. Как и было сказано только что, мышцы без сахара работать не будут. И если мы думаем, что сможем их заставить, мы ошибаемся. Механизм выделения сахара из пищи срабатывает быстро. А вот чтобы выделить его путем расщепления жировых тканей (искомое решение), потребуется время. Скорость расщепления жиров у каждого индивида разнится. Угадать ее непросто, да и зависит она от многих нюансов. Например, от текущей скорости обмена веществ, активности того же инсулина, активности жировых клеток на его подавление, основного типа мышечных волокон тела и пр. Но измерять или угадывать ее нам и не нужно. От нас требуется лишь запомнить раз и навсегда, что организм никогда не использует механизм расщепления жиров для покрытия нужд, возникающих у мышц при нагрузках. Он слишком медленный, телу об этом прекрасно известно, вот оно его и не использует.

Если этот момент понятен, мы можем догадаться также и чем он так важен для нас. Типичная для всех новичков, поставивших себе целью похудение, ошибка заключается в непонимании этого момента. Начинающему известны две вещи. Первая заключается в утверждении, что работающие под нагрузкой мышцы сжигают углеводы или, как еще принято выражаться, калории из пищи. А вторая – что набирают вес лишь те, кто ест больше пищи, чем расходует. Оба утверждения в основе своей верны. Но факт тот, что два правильных в остальном утверждения в мозгу начинающего мастера скандинавской ходьбы обычно рождают третье, и совершенно неправильное.

Разумеется, мы говорим о выводе, что для более быстрого и успешного снижения веса заниматься лучше на голодный желудок. Безусловно, наевшись перед самой тренировкой, да еще и до отвала, далеко мы не уйдем – с этим не поспоришь. Однако это еще не значит, что на голодный желудок мы уйдем многим дальше. Тем более если тренируемся мы ранним утром – читай, после шести-девяти часов, прошедших с момента последнего приема пищи (за ужином, вчера).

Сахар в крови в периоде от ужина до завтрака достигает критически низких отметок решительно у всех, включая диабетиков. Кстати, именно потому у больных диабетом имеется отдельное понятие о ночной гипогликемии – явлении, при котором к утру диабетик может не подняться с постели из-за критически низкого сахара и инсулина. Такое естественное для здоровых людей явление, как полноценный ночной отдых, для диабетиков оборачивается необходимостью ежевечернее принимать дополнительные меры. Например, съедать чуть больше пищи, колоть выверенную отдельно порцию «медленного» инсулина, назначать себе еще один прием пищи буквально посреди ночи…

Не будем вдаваться в уж слишком подробные «живописания» жизни с диабетом – пока нас он не коснулся, нам и знать о ней ничего не нужно. Тем не менее, пока мы здоровы, нам не грех перенять некоторые полезные привычки, которые вырабатываются почему-то у больных чаще, чем у здоровых. К примеру, возьмем себе за правило относиться к потребностям мышц и ЦНС в сахаре с чуть большим уважением. Конечно, все мы помним эпоху, когда диетология «клеймила» углеводы как могла, часто нарушая рамки приличий… С другой стороны, когда-то была и эпоха таких же нападок на холестерин. Помнится, в те времена канцерогенные, опасные для жизни препараты на подавление холестерина прописывали не как сейчас – пациентам, которые и так имеют шансов умереть больше, чем выжить. Тогда их всерьез предлагали начинать принимать еще чуть ли не в детстве и юношестве. Причем предлагали врачи – не дилетанты из смежных областей! А прекратилось это безумие только после того, как в судебном порядке было доказано несколько фактов инвалидности детей, выросших на крайне популярной в те времена низкохолестериновой диете.

Иными словами, наука тоже может ошибаться. И может даже проверять на нас, представителях общественности, свои новые теории – словно мы им подопытные кролики с теми же правами и обязанностями. Но поскольку в силу наличия разума наши права все же от природы шире, чем у лабораторных животных, нам не стоит верить абсолютно всему, что в те или иные времена говорила и еще скажет наука. Углеводы как компонент рациона вредны ничуть не больше витаминов, микроэлементов и пр. Вопрос лишь в том, чем мы буквально объедаемся, превышая все физиологические пределы и рамки. Если вместо углеводов мы начнем поглощать килограммами клетчатку, через месяц мы «загремим» в гастроэнтерологию с язвой одновременно и желудка, и кишечника. Ведь клетчатка не безобидна – она травмирует своими жесткими волокнами слизистые оболочки пищеварительных органов, соскабливая (в прямом смысле слова) с них слизь. По сути, единственный барьер, ограждающий их от прямого контакта с кислотой и щелочью пищеварительного сока.

Точно так же и с витаминами, и с минералами: их дефицит ничего хорошего нам не принесет. Но гипервитаминоз, мы можем поверить, штука еще менее приятная. Главным образом тем, что дефицит витаминов можно «поправить» в течение пары недель. А последствия их профицита иногда не удается устранить в течение долгих месяцев.

Так что белки, жиры и углеводы нам исключать из рациона нельзя. Тем более будет крайне несвоевременно создавать их дефицит – переходить на весьма скудный «по всем статьям» или вегетарианский рацион. Опять-таки, вегетарианство, конечно, идея неплохая… Была бы неплохой, если бы для строительства тканей человеческого тела не подходили только и исключительно продукты животного, а не растительного происхождения. Такой вкуснятиной, как бананы, соя и спаржа, очень приятно разнообразить свой стол. Однако превращать их в основной элемент питания нелепо – наше тело не предназначено и не рассчитано на питание одной «травой» всю жизнь. Потому мы и сказали выше, что диабетики среди знаменитостей мирового спорта есть, а вегетарианцев – нет и быть не может. Наши мышцы не смогут восстановиться без мяса, рыбы и жиров животного происхождения. Ведь если для работы им нужен наш «враг № 1» сахар, то для строительства новых клеток после работы им нужны наши «враги № 2 и № 3». А именно, животные белки и холестерин.

Да-да, мы не привыкли слышать об этих элементах что-то хорошее. Мы не привыкли, чтобы о них упоминали как о жизненно важных, незаменимых, полезных… Но с этими заблуждениями действительно нужно попрощаться каждому, кто понял главное – что вредит нашей фигуре лишь наша лень, низкая подвижность. Все прочее (ну, за исключением ядов) после исчезновения этого самого вредного заблуждения враз становится и вкусным, и полезным, и необходимым. Так что, если мы намерены и дальше жить не покидая пределов кресла или кровати, нам совершенно обязательно продолжать держаться перечисленных мифов. Ведь чем точнее мы будем им следовать, тем дольше проживем – кое-как, не без хандры и недомоганий, но проживем. Но если мы с точно такой же твердостью вознамерились избавиться от того самого главного препятствия, они нам больше не пригодятся – только навредят. А значит, чем быстрее мы оставим их в прошлом, тем будет лучше для нас.

Итак, при желании похудеть нам нужно начать с перемен в питании, а не в нагрузках. Но начать совсем не так, как мы наверняка уже наметили. Если в наших планах не значилась ни одна жесткая диета, это будет удивительно… Ну, значилась она или нет, сейчас уже неважно – наши планы поменялись. Если мы займемся изучением темы правильного питания вплотную, мы поймем, что речь идет о самостоятельной отрасли знания – целой науке, на освоение которой требуется не один год. Это, конечно, слишком долго, и нам явно не помешает совет, с чего можно начать, чтобы продвинуться к цели быстрее. То есть элементарные меры, которые не навредят и помогут сбросить вес большинству начинающих спортсменов. Меры, которые после можно изменить, дополнить, отменить… Но сделать все это не в ущерб здоровью. К счастью для нас, таковые существуют, хотя мы наверняка пока с ними не знакомы. Итак, займем место ушедших в прошлое заблуждений более полезными знаниями.

1. Наверняка наш лишний вес на 90 % образован избыточным потреблением углеводов. Да, сами по себе они никому не враги. Но мы оказались в состоянии войны с ними потому, что сами не умеем контролировать свои голодные позывы, соблюдать меру и баланс. Причиной переедания может стать также начинающийся сахарный диабет – патология, при которой клетки тела останутся голодными, сколько бы мы ни съели. В любом случае самый быстрый вариант избавления от лишних килограммов, который не нарушит работу наших мышц, – это безуглеводная диета. Основу ее составляет куриное или вообще птичье постное мясо (грудка, не филе) и рисовая каша. Солить или не солить курицу с рисом – это дело наше. Но вообще лучше соблюсти золотую середину – подсолить. В качестве приправы можно использовать любые специи – ограничений нет.

Более долгий путь – поиск баланса между количеством съеденного и количеством израсходованного на тренировке. Скажем прямо, на деле этот путь является единственным. Во-первых, на куриной грудке всю жизнь прожить нельзя, да и своей личной меры по другим продуктам на ней мы так и не узнаем. А значит, каждый раз, когда мы будем хоть на время возвращаться к углеводам, мы будем рисковать новым витком набора веса. Во-вторых же, есть одна проблема: спорт помогает направлять основные компоненты рациона на естественные нужды, а не на строительство жировых отложений. Однако нагрузки в этом плане не всесильны – между количеством съеденного и количеством израсходованного все равно должен существовать баланс. Мы имеем в виду, что лишений вес можно набрать даже при очень тяжелом тренинге. Говоря еще проще, даже среди профессиональных спортсменов существуют люди с лишним весом – например, борцы сумо, штангисты.

Да, они-то делают это нарочно – чтобы вес их тела превышал большинство усилий противника (или очень тяжелой штанги), прилагаемых к этому телу извне. То есть они набирают вес, чтобы сделать тело устойчивее и тяжелее. Мы же можем это сделать случайно, по привычке и незнанию. Оттого простая мера вроде «безуглеводки» может стать лишь первым шагом, пригодным для быстрого снижения веса, если он довольно велик. А далее нам придется заняться-таки вопросами посложнее.

2. Первый из этих вопросов посложнее заключается в том, что у человека, который занимается спортом, обмен веществ в течение одного цикла от тренировки до тренировки протекает с разной скоростью. Нам нужно запомнить, что максимальная скорость нужной нам (восстановительной) части метаболизма наступает не сразу после занятия, а спустя 15–20 мин после него. Обычно этот пик регенеративных процессов в мышцах длится около получаса. Он называется нутрициальным окном – промежутком, в котором ни грамма из съеденной пищи не попадет в жировые запасы. Иными словами, все, что будет к этому моменту находиться в организме в готовом к употреблению клетками виде, будет поглощено ими без остатка. Мы можем догадаться, чем так хорошо нутрициальное окно, не правда ли? По сути, если бы мы каждый раз назначали прием пищи на этот промежуток, мы могли бы ни в чем себе не отказывать за столом и не полнеть при этом ни на грамм…

На деле нутрициальное окно наступает только после активной тренировки. В покое добиться его появления невозможно, как невозможно ускорить обмен веществ в организме. Но у нас оно теперь будет – нужно лишь высчитать время его наступления и длительности точнее приведенных усредненных рамок. И разумеется, позаботиться о том, чтобы к моменту наступления этого метаболического пика пища была уже переварена, как минимум, наполовину – чтобы все успело усвоиться. В это время можно позволить себе съесть довольно много – так сказать, не стесняясь. В том числе жирного, жареного, мучного, сдобного… Тем не менее с нашей стороны будет весьма разумно не съедать более 300 г пищи за один прием вообще никогда – в том числе в нутрициальном окне.

Естественно, появление у нас пиков метаболизма автоматически означает, что будут и его спады. Да, после месяца регулярных и грамотно спланированных тренировок обмен веществ у нас перестанет снижаться до той отметки, которую мы имели вначале пути. То есть в основное время обмен веществ у нас будет быстрее, чем был раньше, – в том числе в промежутке между занятиями. Это безусловный плюс, но он не избавит нас от периодов наиболее медленного обмена для нас, так сказать, теперешних.

Само по себе это нормально – повышения без понижения не бывает. И сами эти периоды не слишком нам навредят. Напротив, их наступление означает, что тело готово к новым нагрузкам. Просто с нашей стороны было бы крайне неразумно назначать на это время фуршеты и другие застолья – вот и все. А чтобы знать, когда от приглашения лучше уклониться, нам нужно знать, когда примерно наступит период метаболической «спячки». Примерно он наступает спустя 22–26 часов с момента начала регенерации мышц, поврежденных нагрузками. Как видим, около суток… Потому-то большинство спортсменов и соблюдает график тренировок через 1 день – он соответствует естественному биологическому ритму тела. Опять-таки, у людей с быстрым или медленным обменом веществ приведенное время может различаться на несколько часов.

3. Запомним и постараемся более не нарушать правило, упомянутое вскользь выше. А именно, что более 300 г пищи (общий вес всех блюд в приеме) за один раз поглощать нельзя никому – ни худым, ни полным, ни страдающим ожирением. Точнее, если мы относимся к числу последних, за 1 раз нельзя съедать больше 200 г пищи… Но у нас есть и хорошая новость – даже две. Первая состоит в том, что таких микроскопических порций за день можно съесть шесть-семь (правда, больше не стоит). А вторая – в том, что никаких явных ограничений по содержанию тех или иных продуктов при этом соблюдать не требуется.

Иными словами, эти 200 г могут быть образованы жареными ребрышками под острым соусом, жарким, заливным, котлетами и вообще чем душа пожелает – хоть салатом из капусты с огурцом. Единственное, нам, как и всем, было бы крайне желательно учесть типичное для людей нашего века преобладание простых углеводов в рационе. Если мы заменим их другими продуктами хотя бы наполовину, мы от этого только выиграем, но уж точно не проиграем. Других ограничений здесь нет.

Если нам интересен общий смысл замены 3 больших приемов пищи 6 маленькими, то он вполне прозрачен – мы могли бы догадаться сами. Дело в том, что наша пищеварительная система и, следовательно, система обмена веществ в течение дня работают с неравномерной нагрузкой. В основное время суток они увеличивают темп работы, только если мы занимаемся физическим трудом – даже не умственным. Основным стимулом к работе для них являются приемы пищи. Притом, чем больше пищи поступает, чем более она разнородна по составу, тем с большим напряжением будут работать органы, отвечающие за ее скорейшее расщепление и усвоение.

Как видим, выработанная у нас с детства привычка к трехразовому питанию огромными порциями не так полезна, как нас уверяли. Она создает периоды перегрузок для желудка, поджелудочной железы, желчного пузыря, двенадцатиперстной кишки и, кстати, других отделов кишечника. А также для печени (распределяет животные и растительные жиры), сердца и сосудов, которые по мере поступления элементов в кровь стремятся поскорее доставить их «по адресу». Довольно много органов, не правда ли? Собственно, мы перечислили чуть ли не все содержимое брюшной полости – кроме селезенки и почек. А в полости грудной клетки не упомянули лишь легкие. И у всех этих органов периоды полного «затишья» в работе чередуются с периодами «рабского труда».

Такие сложности мы создаем им каждый день. Да еще нередко смеем разнообразить этот «экстрим» рюмочкой спиртного, маринадами (высокая концентрация уксуса), смесями разнородных жиров (к примеру, маргарином), консервантами… Многоразовое питание стабилизирует хотя бы нагрузку на пищеварительную и обменную систему. Но если мы начнем соблюдать меру и в только что названных аспектах (компоненты с опасными свойствами), тем лучше для нас.

4. Примем за аксиому, что мы можем не есть, если и правда не хотим, хоть сутками. Но что за один-полтора часа до тренировки мы должны либо поесть, либо отменить тренировку – третьего не дано. В третьем случае занятие мы провалим – через 15–20 мин (в зависимости от темпа нагрузок) нам придется присесть на ближайший бордюр или пенек. И не двигаться с места, пока какой-нибудь сердобольный прохожий не принесет нам, незадачливым экспериментаторам, стакан очень сладкого напитка – чая, сока, кофе и пр. Если желающих не найдется, у нас есть риск доковылять до дома, опираясь на палки, лишь спустя не менее получаса отдыха. На том тренировка и будет завершена, как обещано.

Если мы используем половинчатую меру (выпьем сладкий напиток вместо приема пищи, возьмем термос с ним в дорогу), тренировку наш уровень сахара, может, и «протянет». Но, как и говорилось выше, для восстановления после нагрузки мышцам нужны белки и холестерин – то, чего в соке и чае нет. А ведь именно регенерация, да еще с некоторым приростом массы, является основой всего, что мы искали в спорте. То есть длительного ускорения обмена веществ, улучшения распределения компонентов пищи, формы, внешнего вида мышц, нашего самочувствия. Так что, если мы не ели перед тренировкой, это уже нельзя назвать самым разумным решением в нашей жизни. Но если мы не поедим и после нее, лучше бы нам вообще оставить эту затею с ходьбой и обратиться к методам далай-лам. В частности, к медитации, которая, в отличие от спорта, идеально сочетается со строгим вегетарианством и даже полным голоданием.

5. Как мы, наверное, и сами догадываемся, наш рацион не только избыточен по углеводам, но и недостаточен по элементам, о которых мы сейчас слышим немногим реже. Речь идет, конечно, о витаминах, минералах, микроэлементах. Их можно купить в виде растворимых таблеток, капсул, стандартных таблеток в оболочке. Но можно обратиться и к растительным, полностью натуральным комплексам в отделе БАДов в аптеке. У вторых, на деле, недостатков куда больше, чем мы привыкли думать. Например, мы должны понимать, что состав и пропорция веществ может быть разной даже у растений одного вида. Для этого достаточно, чтобы они просто выросли в разных условиях. А в каких условиях росли те из них, что вошли в состав средства, неведомо никому, кроме наемного работника, который их собрал.

И потом, посторонних примесей в растительном препарате всегда больше, чем в полностью синтетическом. Ведь лабораторный синтез на то и изобретен, чтобы в его результате получалось всего одно вещество, зато в химически чистом виде. Примеси в исходном веществе промышленная химия не приемлет – они могут испортить оборудование и конечный продукт. А в природе они являются делом нормальным. И их присутствия в естественной среде избежать невозможно. Так что они гарантированно будут как в самих растениях, так и в смеси, из них изготовленной. Конечно, возникает вопрос, что это за вещества. А соль как раз в том, что никто этого не знает – на сей раз включая даже упомянутого выше сборщика растений.

Так что, при всей любви к натуральным продуктам, нам иногда явно имеет смысл не доходить в ней до фанатизма. Будет лучше, если мы выберем растворимую или жидкую форму приема: водные и спиртовые растворы органичнее для нашей пищеварительной системы, да и усваиваются они быстрее. Не стоит покупать комплексы, предназначенные для редкого приема – реже одного раза в двое суток. Обычно такой график рекомендуют к средствам, концентрация элементов в которых превышает суточную норму в разы. Подобные препараты потенциально опасны передозировкой и, следовательно, гипервитаминозом. Но они производятся потому, что являются идеальным средством для быстрого устранения острых дефицитов. К тому же именно редкий прием таблеток – это то, что так необходимо больным язвой желудка и кишечника. Если мы не страдаем ни тем ни другим, нам они принесут лишь сложности и риски. Потому лучше выбрать средство, содержащее суточные и меньшие дозы – чтобы принимать по одной таблетке один раз в день или два и не забивать себе голову новой проблемой.

Что же до подхода к самим тренировкам, то в случае со снижением веса нам полноценная отдача от аэробных нагрузок важнее бонусов, даруемых нагрузками силовыми. Отличие от предыдущего случая, при котором мы, напомним, хотели набрать вес (только мышечный, а не жировой), очевидно. Если мы и впрямь основательно полны, мы можем даже пойти на такой эксперимент, как ежедневные тренировки, но тренировки не слишком тяжелые. То есть никакого рюкзака и утяжелителей – только мы и палки. Однако идти придется быстрымшагом. А после этой почти пробежки выполнить еще несколько упражнений из комплекса, который мы подробно опишем ниже, при беседе о тренировках для людей с больным сердцем или сосудами.

Для одного раза трех упражнений из этого раздела на наш выбор будет довольно. Кстати, вот чем мы и впрямь можем себе помочь, так это выбором более тяжелых палок – как раз умеренное отягощение, усиливающее аэробный эффект. Прогулку нужно намечать длительную – не менее чем на один час ходьбы. Темп работы сердца должен нарастать постепенно. Но когда он достигнет пика, нашей задачей будет продержать это пик как можно дольше – за счет поддержания темпа, разумеется.

Не стоит делать в этой тренировке перерывы. Если так уж хочется или нужно, лучше попробовать метод переменных нагрузок. То есть, например, начать по нарастающей: продержать пиковую активность три минуты, затем – сбавить темп наполовину и держать его в течение двух минут. После этого нам нужно вновь попытаться достигнуть пика, и на сей раз как можно быстрее. При таком подходе можно поставить еще один перепад на вторую половину тренировки, но не на ее последние 10 минут. Зато вот эти упражнения из серии «чтобы дожать мышцы» позволительно выполнять уже в среднем темпе – чуть медленнее максимума, на который мы способны в данный момент. Если мы рискнем тренироваться ежедневно, финальные упражнения нужно выполнять не на каждой тренировке, а через одну. Каждые два раза набор выбранных упражнений нужно менять полностью. Или, как минимум, менять одно из них.

Скандинавская ходьба при различных заболеваниях

Да, к сожалению, далеко не все мы приходим к идее поддержания здоровья в период, пока оно у нас еще есть. Ведь в это счастливое время мы если чем и болели, то либо в легкой форме, либо нашу проблему удалось устранить довольно быстро. А долгосрочные последствия у нас наверняка еще либо не наступили, либо, если они подразумевают старший возраст, просто не успели сказаться.

Так или иначе, до некоторого времени большинство из нас не принимает всерьез информацию о случаях, когда медицина не может помочь больному ровно ничем. Что существуют люди, которые родились здоровыми (ситуации с врожденными патологиями мы пока оставим), но после заболели, обратились к врачу, а тот развел в ответ руками. Да, мы вроде бы и понимаем, что такое бывает, и можем даже знать некоторых таких пациентов. Но к себе мы этот случай даже не то что не применяем – не можем применить, поскольку сами, лично никогда еще не оказывались в положении тяжело, безнадежно больных. Отсутствие собственного опыта болезни, которую нельзя ни вылечить, ни отменить, заставляет нас относиться к ее угрозе беспечнее, чем нужно бы. Мы отмахиваемся от предупреждений потому, что здоровым в старости еще никто не остался, потому что все мы от чего-нибудь да умрем, потому что, раз так, зачем нам переживать о неизбежном раньше срока…

На самом деле, доля здравого смысла в приведенных отговорках есть: и впрямь, здоровье со старостью совместимо лишь в единичных, крайне редких случаях. И мы действительно наверняка умрем не от старости, а от какой-нибудь патологии или, по крайней мере, от ее осложнений, если она сама не смертельна. Однако в этой логике недостает всего одного, зато принципиально важного пункта. А именно, что наше нежелание переживать о грядущих проблемах загодя само приближает их наступление. Что в результате они и приходят к нам в точности так, как мы подумали – раньше времени. Иными словами, что в данном случае мы рискуем сами себе нагадать – вернее, угадать.

Словом, человек рождается обычно здоровым. И еще некоторый период жизни проходит у него в этом состоянии. В течение некоторого времени здоровье является для нас единственным состоянием тела, которое мы знаем. Потому нам и не приходит в голову, что оно может отказать. Сравним: разве часто мы думаем о таких вещах, как возможность остаться без глаза или одной конечности?.. Разумеется, нет, поскольку они были у нас с рождения. Мы привыкли, что они есть, настолько, что это кажется нам само собой разумеющимся. И не применяем к себе идею, что когда-нибудь мы спустим ноги утром с кровати, а встать на них не сможем.

Точно таким же образом у многих получается, что вспоминают они о своем здоровье, только когда его не вернешь уже никакими средствами. И когда единственное, что больной еще может сделать, заключается в попытке хотя бы незначительно, ненадолго сдержать развитие патологии. Естественно, спорт помогает отнюдь не от всего. Его оздоровительный эффект ограничен мелкими отклонениями от нормы – начальной стадией и основой грядущего полновесного заболевания. Даже устранение этой начальной стадии не всегда позволяет избегать патологии, что едва не началась, всю оставшуюся жизнь. В том числе если мы продолжаем заниматься спортом постоянно и грамотно.

С течением лет то, что уже раз исчезло или почти исчезло, возвращается довольно часто – каждый прожитый год увеличивает эту вероятность в геометрической прогрессии. Но нередки и случаи, когда нависшая над нами, но обнаруженная своевременно угроза более нас не беспокоит до самой смерти. Вернется или не вернется небольшое отклонение, зависит от множества факторов. И наши собственные решения не всегда находятся в списке самых значимых из них. Так что этап, на котором мы спохватились, не всегда позволяет нам выиграть у «опоздавших» единожды и навсегда. Вполне вероятно, многие из тех, кто начал с попыток лишь сдержать развитие проблемы, через некоторое время смогут похвастаться лучшим состоянием, чем те, кто начинал еще здоровым или почти здоровым.

При любом сочетании начальных целей и мотивов настоящее затруднение составляют случаи, когда активность нам показана, но в то же время и противопоказана. То есть когда наша патология или набор патологий сперва «выросли» из долгих лет неподвижности, а теперь сами же вынуждают нас продлевать и сохранять ее – мешают движению. Не стоит думать, будто любительский спорт подходит всем и всегда. И что железного здоровья и молодости требуют только олимпийские рекорды. На самом деле это не так. Иным людям двигаться активнее, чем в быту, действительно уже нельзя – независимо от темпа, графика и времени года. А потому и скандинавская ходьба, даже преподанная в виде самой легкой и приятной прогулки на свете, безопасна не при каждом заболевании. Хоть сколько у нее общего с терренкуром (видом реабилитации после инфаркта миокарда и инсульта), нам нужно помнить, что ею противопоказано заниматься при:

высоком диастолическом давлении, то есть давлении, превышающем 115 мм рт. ст.;

наличии аневризм сердечной мышцы или аорты. Нужно добавить, что аневризма является одним из последствий инфаркта миокарда. И представляет собой участок некроза мышцы, который после заместился (зарос) соединительной, неспособной к сокращению тканью. Диагноз «аневризма» может поставить только кардиолог. В некоторых случаях аневризма несовместима с жизнью, и тогда ее лечат хирургическим путем. Но обычно она позволяет жить дальше, вызывая в качестве осложнения лишь шумы в сердце и более-менее контролируемые аритмии. В таких случаях ее оставляют, поскольку операции на сердце всегда были и остаются фактором еще большего риска;

выраженных (более 98 %) стенозах аорты – вызванных как развитым атеросклерозом, так и другими причинами. К примеру, участками рубцевания, послеоперационными швами, спазмами, прочими аномалиями структуры стенок или работы системы нейрогормональной регуляции тела;

острых инфекциях тканей с любым местом расположения и размером очага;

не поддающихся медикаментозному регулированию, находящихся в стадии обострения аритмиях любого типа и этиологии.

Скандинавской ходьбой также нельзя заниматься в течение, как минимум, четырех-пяти дней после:

обострения тромбоза глубоких вен, легочной и другой эмболии;

инфаркта миокарда и инсульта, даже если мы, что называется, легко отделались.

Помимо всего прочего, учтем, что у нашего вида спорта имеется ряд относительных противопоказаний. Иными словами, ситуаций, в которых перед началом каждой тренировки нам придется провести ряд измерений (самостоятельных или, что бывает чаще, лабораторных) и/или проконсультироваться с лечащим врачом. А только после – делать выводы, можно ли нам заниматься сегодня. Относительные противопоказания – это случай, когда вероятность стать неплохим спортсменом у нас еще сохраняется и сделать такую попытку было бы желательно. Однако заниматься нам можно не во всякое время, не при каждой стадии развития или обострения нашей проблемы. В числе относительных противопоказаний к занятиям скандинавской ходьбой значатся:

приобретенная или врожденная мерцательная аритмия, тахикардия, брадикардия всех видов, находящаяся в стадии учащения приступов или ритма. А также, как было сказано, любые аритмии, которые не удается снять привычными для нас средствами;

приступы и эпизоды легочной гипертензии;

атеросклероз, не осложненный или осложненный ишемической болезнью сердца;

эпизод инсульта или инфаркта миокарда, отделенный от начала тренировок промежутком более одной недели;

анемии различной этиологии – в том числе гемолитические, вызванные нарушением работы печени, почек, селезенки;

нарушения со стороны почек – почечная недостаточность в хронической и острой стадии (отказ);

патологии или устойчивое нарушение функций щитовидной железы – тиреоидиты различного происхождения;

нескомпенсированный или даже латентный сахарный диабет, предиабет;

умеренный или периодический стеноз аорты либо коронарных артерий – к примеру, вызываемый не их патологией, а отклонениями работы ЦНС;

психические, неврологические расстройства и нарушения системы нейрогуморального регулирования, находящиеся в стадии обострения, неконтролируемые, не поддающиеся купированию с помощью привычных для нас средств;

тромбофлебит, геморрой, варикозное расширение вен в периоде обострения.

Как видим, на поверку у нас оказалось довольно много пунктов, и все они разные. Это непохоже на полностью безвредную методику оздоровления, не правда ли? И в самом деле, нам нужно запомнить, что главной задачей любой тренировки в любом виде спорта является сообщить мышцам тела стрессовую нагрузку. Ведь только физический стресс способен запустить механизмы адаптации – если угодно, самозащиты тела. Часть этих механизмов связана с работой иммунитета, часть – с обменом веществ, часть – с эндокринной системой. В сущности, оздоровление нам может дать лишь успешный запуск всех этих каскадных реакций, и ничто иное. Проблема здесь в том, что при уже развитой патологии организм и задетые ею системы зачастую не могут более выдержать даже нагрузки самой тривиальной – минимума необходимого для продолжения жизнедеятельности. Так о каком добавочном стрессе здесь вообще может идти речь?..

На самом деле, может, и подчас о достаточно большом. Как мы и сказали выше, нагрузка, которая запустит адаптацию у того или иного пациента, может быть разной. Кому-то для этого мало и 3 км подъема по вертикальному склону с тяжеленным грузом на плечах. А кому-то будет достаточно 3 прогулок в неделю с палками, взятыми просто наперевес, даже не для активной работы ими. Все дело в уровне тренированности организма спортсмена на этапе начала занятий. Потому путь к активной жизни закрыт, конечно, для многих больных. Но ведь и само представление об активности вообще и достаточной активности в частности может быть для каждого разным. Если врач рекомендует нам тот или иной уровень нагрузки, его действительно стоит послушаться. Но это вовсе не означает, что спустя уже пару месяцев он же не посоветует нам увеличить ее вдвое…

Скандинавская ходьба для диабетиков

Как уже было сказано выше, скандинавская ходьба считается одним из самых подходящих при данной патологии видом нагрузок. Показание одинаково прямо относится как к инсулинозависимому (врожденному, наследственному) диабету I типа, так и к инсулиннезависимому (приобретенному) диабету II типа. Само по себе это не удивляет. Ведь во времена, когда инсулин не умели ни выделять, ни очищать, ни готовить из него инъекционный препарат, диабетики только, так сказать, и выживали на физических нагрузках. В те не столь далекие времена больному сахарным диабетом могли прописать лишь особую схему питания да нагрузки перед каждым приемом пищи. Конечно, сами по себе эти два метода обладали недостаточной эффективностью. Потому с унаследованным диабетом пациенты обычно умирали вскоре (в течение недель) после его проявления. Что же до больных инсулиннезависимой формой, то им с момента отказа поджелудочной, как правило, не удавалось прожить более пяти лет.

Проблем у сахарного диабета куда больше, чем может показаться. Если бы дело было только в неспособности организма усвоить выделенный из пищи сахар, нагрузки, возможно, помогали бы при нем лучше. Они действительно значительно улучшают отклик организма на инсулин и глюкозу – увеличивают способность клеток захватывать это вещество. Но без инъекций стороннего инсулина такой «фокус» может дать результат только при инсулиннезависимом диабете. То есть форме, при которой толика собственного гормона еще вырабатывается поджелудочной и, следовательно, находится в крови. Для пациентов, в крови которых собственный инсулин никогда и не появлялся (из-за наследственного дефекта их поджелудочная неспособна к его синтезу), разницы между низкой и высокой активностью нет никакой.

Без инсулина сахар в крови стремительно растет. Все бы ничего, но молекулы сахара, как мы понимаем, имеют кристаллическую структуру. Если нам когда-нибудь приходилось взбивать в кулинарных целях яйцо с сахаром, мы наверняка замечали, что сахар разрушает белок и сам по себе, без помощи венчиков миксера. Уж таково его свойство – какие бы то ни было белки несовместимы с глюкозой. К сожалению, у наших сосудов как раз имеется прослойка, полностью образованная белком. Этот белок называется коллагеном, и назначение его в стенке сосуда заключается в поддержании ее упругости. Вполне возможно, что мы слышали название «коллаген» и раньше, в связи со старением кожи.

Действительно, коллаген (а также схожий с ним эластин) является одним из универсальных «белков упругости» тела. Иными словами, он имеется во всех тканях, для которых эластичность и упругость – главные функциональные качества. А это кожа, связочный аппарат любого сустава и его хрящ, глазное яблоко, стенки сосудов, часть соединительных тканей. Так вот, если наша кровь становится слаще день ото дня, дальнейший ход событий предсказать несложно. Как мы знаем, часть веществ из крови, хотя и не сами ее тельца, постоянно просачивается сквозь стенку сосуда в ткани, которые он питает. Проще говоря, очевидно, что стенка сосуда – это не полностью «глухая» перегородка. Она проницаема в обе стороны всегда, даже без травмы.

Просто при травме разрыв образуется такой большой, что в окружающие ткани попадают и ее крупные тельца – эритроциты, тромбоциты, лейкоциты. А в обычном состоянии тельца сквозь «зазоры» между клетками проникнуть не могут. Зато для сахара это не проблема – как и для витаминов, и других веществ, которые постоянно попадают в клетки из кровотока. Избыточный сахар, разумеется, начинает разрушать коллагеновый слой – основу эластичности стенки. В результате стенка сосуда становится жесткой и в то же время хрупкой, ломкой. На такой стенке с особой охотой крепятся атеросклеротические бляшки. А кроме того, она, как мы понимаем, становится весьма подвержена разрывам вместо былой пульсации. Допустим, под напором крови или при других воздействиях.

Особое свойство сахара крови заключается в том, что он «предпочитает» скапливаться в капиллярной крови быстрее, чем в артериальной или венозной. Впрочем, опять ничего удивительного: в норме он и должен устремляться туда, где находятся основные его «потребители» – клетки тканей. Но при сахарном диабете это все приводит к очень быстрому разрушению капилляров. Оттого при этом заболевании у пациентов снижается регенеративный и защитный потенциал кожных покровов, особенно конечностей. А также постепенно, но неотвратимо нарушается работа всех органов, зависящих от капиллярного кровоснабжения. А среди них паренхима почки, глазная сетчатка, печень, селезенка.

Иные из этих органов просто активно потребляют содержимое крови, как сетчатка. Но большинство обладает весьма разветвленной системой капилляров потому, что в их задачу входит фильтрация крови от продуктов распада (азотистые основания, как у почек, или отжившие свое тельца крови, как у селезенки). А та же печень, допустим, не только фильтрует кровь, но и обогащает ее взамен рядом витаминов, холестерином, красителем билирубином и пр.

Для нас же все это означает, что сахарный диабет разрушает не только клетки за счет их постоянного голодания. Он существенно осложняет существование сосудов тела (особенно капилляров) и органов, явно зависящих от капиллярного кровообращения. Третий пункт, который нам следует подчеркнуть особо, это способность сахарного диабета ускорять развитие атеросклероза. Причем как за счет нарушения работы печени, так и за счет изменения свойств сосудистых стенок в худшую сторону.

Заметим, что если с самым первым пунктом успешно позволяет справиться и простая компенсация инъекциями инсулина, то ее положительного влияния на остальные процессы добиться куда сложнее. Ведь по целому ряду причин средний показатель уровня сахара в крови диабетика постоянно остается повышенным по отношению к здоровой норме. Тут дело и в особенностях действия различных видов инсулина, и в наличии пусть слабого, но эффекта привыкания к инъекционному препарату, и в сопутствующих нарушениях, которые прогрессируют с течением времени у каждого диабетика. Потому, в сущности, единственной труднодостижимой и одновременно самой главной целью любой тактики компенсации диабета является поддержание уровня сахара как можно ближе к здоровым показателям.

Почему многим больным за всю жизнь так и не удается овладеть искусством сдерживания уровня сахара, вопрос интересный и сложный. Но медицина считает, что в этом деле главную роль играет как раз не сам инсулин вместе с его видом, происхождением и сроком действия. Только комбинированием «короткого» и «долгого» инсулина, переходом с очищенного животного на полностью искусственный его вариант проблему, по-видимому, и впрямь не решить.

Почему мы так думаем? Все очень просто: потому, что инсулин дает ответ лишь на одну часть вопроса. А именно, могут клетки тела больного вообще усвоить сахар или нет. Эта сторона компенсации не может стимулировать клетки к более активному поглощению сахара, а разрушенные молекулы коллагена – к замещению новыми, целыми. Говоря еще проще, компенсация инъекциями инсулина дает клеткам возможность питаться нормально, полноценно. Однако зачем бы им использовать полученную возможность, если у них нет поля для расхода компонентов пищи?..

Как видим, когда медицина наших дней, подобно медицине прошлого, продолжает настойчиво советовать диабетикам повышенную физическую активность, она знает, что говорит. Мы сказали выше, что длительная низкая подвижность сама по себе является самой короткой дорогой к сахарному диабету. И чем больше мы при ней переедаем, тем сильнее особенности жировых клеток как ткани сокращают для нас этот путь. Свойство жировых клеток выделять вещества, защищающие их от расщепления другими веществами, естественно – оно свойственно им от природы. То есть его невозможно обойти иным путем, кроме как не накапливать избыточную массу жира в организме – поддерживать нормальную пропорцию одних веществ и других. Добиться этого можно лишь одним способом. А именно, уравновесив количество поступающих питательных веществ с количеством расходуемых. Это правило остается в силе и при сахарном диабете. С той только разницей, что при его наличии у нашего организма уже отказал и сам механизм усвоения питательных веществ – не то что желание клеток их усваивать.

Конечно, нам самое время помочь вводимому инсулину, чем мы только можем. На деле мы можем не так уж мало. Главное здесь – понять, что на сей раз нам неизбежного не избежать никакими ухищрениями, комбинациями и диетой. Диабет – это не тот случай, который получится «обойти» на привычной для нас малоподвижности плюс строгий подсчет хлебных единиц. Гречка тоннами и другие «эксклюзивные» разработки для диабетиков не должны вводить нас в заблуждение, будто хоть одна из них поможет нам сохранить хотя бы видимость здоровья даже на ближайшую «пятилетку» от начала заболевания. Сахар без хорошо развитых, находящихся в тонусе мышц нам все равно не сдержать. А значит, он быстро «приберет к рукам» если не нашу печень, то почки, а если не почки, то зрение или, к примеру, сердце. Готовы ли мы выбрать и есть ли здесь выбор?..

Мы уже говорили выше и готовы с охотой повторить, что главными потребителями сахара крови являются нейроны всей ЦНС (не только головного, но и спинного мозга), а также мышцы. Причем именно потребности последних, а не коры или позвоночного столба являются рекордными для организма. По части аппетита на глюкозу с мышцами не сравнится даже самая развитая в мире кора. Другое дело, что она чувствительнее мышц к перепадам уровня сахара… Но в данном случае нам это не интересно. А вот тот факт, что упомянутый кулинарный интерес мышц еще и возрастает в зависимости от степени их развития и интенсивности нагрузок, куда ближе к нашей нынешней проблеме. Точнее, к ее эффективному решению. Выразим эту взаимосвязь предельно просто: если у нас нет или почти нет мышц, сахар у нас будет всегда высоким – по крайней мере, пока мы не перейдем на «птичьи» порции, и те из гречки или овса. Если мышцы у нас есть, и развиты они хорошо, снизить сахар как угодно быстро для нас станет минутным делом – достаточно 10 отжиманий с собственным весом от пола. Разница очевидна, не так ли?

В таком случае нам осталось лишь распределить нагрузки так, чтобы наши мышцы начали поглощать сахар интенсивнее, в бóльших объемах, чем прежде. Однако если у нас диабет, в вопросе равномерности, с которой они это делают, нам нужно проявить максимальную осторожность. Дело в том, что мы ведь давно питаемся по специальному графику: подсчитываем хлебные единицы, следим, чтобы прием пищи совпадал с максимальной активностью инсулина, а число хлебных единиц – с дозой инъекции. Иными словами, мы направили все усилия на то, чтобы в нашей крови просто не мог появиться лишний сахар. Его там всегда ровно столько, сколько нам, по идее, требуется. И столько же инсулина, чтобы этот сахар усвоился.

У здорового индивида всегда имеется известный запас глюкозы и в печени, и в мышцах, и в самой крови. Мы же стараемся его не создавать – по крайней мере, в мышцах и печени. Сахар крови у нас повышен, не глядя ни на какие ухищрения, но это еще не гарантия ни от чего. Ведь как раз из кровотока он уйдет при работе мышц быстрее всего – тем более если у них нет собственных запасов гликогена. В здоровом организме резкое снижение уровня сахара вскоре выравнится за счет одного из резервов (скажем, свой гликоген спешно расщепит печень). У нас же этого не случится, и сразу по двум причинам. Во-первых, потому, что у нас в крови может не оказаться достаточно инсулина для этой даже появившейся откуда-то порции сахара. А во-вторых, у нас уменьшены или отсутствуют сами «долгосрочные» его запасы.

Таким образом, для нас перетрудиться может быть столь же опасно, как и, так сказать, недотрудиться. А стало быть, такие методы, как переменная нагрузка или внезапные скачки активности нам применять ни в коем случае не следует. Конечно, как и все диабетики, мы наверняка берем с собой в дорогу и шприц, и яблоко, и конфеты, и даже ломоть ржаного хлеба. Но понятно, что при ином перепаде нагрузок нам бы скорее подошел порядочный кусок торта «наполеон», чем эти жалкие (по отношению к нашим истинным потребностям) 5 г простых углеводов… Это означает, что наши занятия всегда должны проходить по следующим правилам:

на тренировку с собой лучше взять две порции инсулина – «короткую» и «длинную». А также увеличенное количество пищи на случай ошибки и внезапного приступа гипогликемии, что за нею последует. Безусловно, у нас, как и всегда, должен быть при себе паспорт диабетика;

наращивать темп всегда нужно плавно, постепенно. Это касается как уровня нагрузок в пределах одной тренировки, так и уровня нагрузок в целом. Иными словами, аэробная тренировка в среднем темпе даст нам лучший фон по сахару, чем силовая, короткая нагрузка;

если мы видим необходимость (все ту же – насущную) увеличить свою мышечную массу, силовые нагрузки тоже должны содержать элементы аэробики. То есть средний темп сокращений, работу не слишком долгую и с очень ограниченным числом мышц. Кроме того, из типичной схемы анаэробных нагрузок желательно совсем убрать 15 минут предварительного «разогрева» на беговой дорожке;

сугубо аэробные тренировки не стоит растягивать во времени, даже при всей их плавности. Взамен мы можем попробовать заниматься недолго (15–20 минут), но каждый день или даже дважды в день.

Скандинавская ходьба при сердечно-сосудистых патологиях

Вот и настал для нас момент убедиться, что, если мы посчитали диабет серьезным препятствием для спорта, мы поспешили с выводами… Патологии сердца и/или сосудов, каковы бы они ни были (их на свете существует много), сочетаются с тренировками крайне плохо – буквально хуже любых других. А все потому, что сердечно-сосудистая система реагирует на увеличение активности и раньше остальных систем, и сильнее них. Можно сказать, что в любом виде спорта почти весь объем работы делят между собой чуть ли не на равных мышцы и сосуды с сердцем. То, что остается эндокринной системе и пр., – это так, мелочи. Как мы уже поняли, помимо прочего существуют виды спорта, делающие «акцент» на сердце или на мышцы. Первый вариант – это аэробика, а второй – тяжелая атлетика.

Вне всяких сомнений, сердечно-сосудистые патологии – это как раз то, с чем великими спортсменами нам уже не стать. Пеле, страдавший наследственным сахарным диабетом, сумел занять почетное место в мировом спорте, а мы не сможем. Прежде чем выяснять границы своих возможностей, свыкнемся с неизбежностью. С той, что они в любом случае у нас невелики и мы на каждом шагу будем сталкиваться с допустимым лимитом. Как правило, лимитом жестким.

Даже шаг, близкий к бегу, для нас может навсегда остаться недостижимой мечтой. Людям, страдающим болезнями сердца и сосудов, как никому сложно заниматься в группах, со специалистом, не владеющим спецификой вопроса на уровне опытного кардиолога. Так что сейчас нам, как никогда, уместно рассчитывать на занятия в одиночку, по своим правилам. А при выборе правил всегда помнить, что мы балансируем между двумя противоположно направленными векторами. Стрелка первого указывает на тот факт, что регулярные нагрузки стимулируют сердце и сосуды восстанавливаться, укреплять собственные ткани, выращивать новые клетки взамен удаленных или поврежденных. А стрелка второго – на то, что при нагрузках всегда где тонко, там и рвется. Где тонко лично у нас, мы уже знаем – успели заметить. Осталось лишь привести к равновесию силу, направленную на разрушение, с текущей способностью разрушаемых тканей ей сопротивляться.

А в таких рамках начинать так сразу и с ходьбы нам, конечно, не стоит – даже при самой легкой проблеме, выбранных палках и маршруте. Лучше начать с комплекса, на который мы сослались выше, пообещав его предоставить. Речь идет о наборе упражнений на растяжку различных мышц и их групп, но не только. Профессионалы скандинавской ходьбы давно уже придумали ряд разнообразных упражнений с палками, позволяющих здоровым спортсменам предварительно разогреть мышцы перед «забегом». Больным же он позволяет подойти к этапу самой ходьбы более плавно. И, что особенно важно для нас теперь, контролировать в этом подготовительном периоде состояние сердца куда точнее, чем это возможно «на ходу».

Комплекс для этой самой растяжки и разминки включает набор из восьми упражнений. Коль мы занимаемся сами, мы можем выбрать любые четыре – какие больше понравятся и подойдут лично нам. Впоследствии набор можно изменить и увеличить – опять-таки по желанию и в меру возможности. Принцип выполнения каждого упражнения один и тот же, и изменять его могут только страдающие сердечно-сосудистыми заболеваниями. Заключается он в том, что каждое выбранное движение нужно повторить 12–14 (в любом случае не более 20) раз подряд, затем постоять в покое 30 секунд, затем – перейти к следующему упражнению. В течение первого месяца от начала занятий выполнение всех 4 выбранных упражнений пациентом с патологией сердечно-сосудистой системы означает конец тренировки. Остальные группы занимающихся могут, в зависимости от личных планов, использовать эти комплексы как для подготовки к основной нагрузке, так и в качестве «довеска», призванного умеренно перегрузить мышцы – так, чтобы не привыкали к хорошему. Итак:

1. Поставим обе палки прямо перед собой, не сводя рук перед грудью. Отойдем от палок на полшага, не отпуская рукоятей, так, чтобы локти оказались согнуты под прямым углом или около того. Поставим ноги вместе, сделаем, не отпуская палок, 10–12 глубоких приседаний до пола, как показано на рисунке 2. В идеале локти должны распрямиться при этом полностью.

Рис. 2

2. Поставим палки прямо перед собой, не сводя рук перед грудью – просто сбоку от туловища, как при ходьбе. Отступим, не выпуская рукоятей, на длину запястий, чтобы локти оказались согнуты под прямым углом, как в предыдущем примере. А теперь, прочно опираясь о палки, сделаем мах одной выпрямленной ногой назад, за спину (см. рис. 3). Амплитуда (как высоко мы задерем ногу вверх) может быть любой, какую нам позволит гибкость. Необходимо сделать не менее семи махов каждой ногой подряд, поочередно.

Рис. 3

3. Возьмем обе палки двумя руками. Расстояние между кистями должно соответствовать ширине плеч. Расставим на ширину плеч и прямые ноги. Поднимем палки на прямых в локте руках над головой. А потом выполним по 7–10 наклонов рук с палками в каждый бок – вправо и влево, как показано на рисунке 4. Это упражнение превосходно разминает мышцы и сустав плеча. Главное в нем – не сгибать руки в локтях при движении.

Рис. 4

4. Заведем палки за спину снизу и перехватим их там обеими руками на ширине туловища – так, чтобы вышло, будто мы взялись снизу за перила иди парапет. А теперь оттолкнемся от этого условного парапета, как показано на рисунке 5, стараясь поднять палки прямыми в локтях руками как можно выше к лопаткам. Повторим не менее 10 раз.

Рис. 5

5. Прочно воткнем палки в землю перед собой, возьмемся руками за рукояти и отступим на длину нашего запястья. Расставим ноги на ширину плеч, чуть согнем их в коленях и выпрямим позвоночник так, как мы представляем себе идеальную осанку. А затем, не выпуская палок, наклонимся туловищем как можно ниже к земле, стремясь сохранить до последнего положение и рук, и спины, и ног (см. рис. 6). Это упражнение позволяет сделать растяжку мышц тазобедренного сустава, развивает гибкость самого сустава и его связок. Одновременно оно позволяет потянуть мышцы плеч и создает нагрузку на середину спины.

Рис. 6

6. Еще одно универсальное для всех мышц середины туловища, хоть и «стоячее» упражнение. Нам нужно прочно воткнуть одну или обе палки в землю перед собой, взяв их в одну руку. После чего отступить от полученной опоры на длину запястья, прочно взяться одной (любой) рукой за рукоять, другую оставить свободной. Ногу со стороны свободной руки нужно согнуть в колене назад и поднять настолько, чтобы ее можно было схватить кистью за пальцы стопы (см. рис. 7).

Рис. 7

Упражнение можно выполнять в двух вариантах – на выбор или по очереди. Первый заключается в том, чтобы потянуть только бицепс бедра, стараясь максимально приблизить нажатием руки пятку к ягодице. Второй же позволяет хорошо потянуть мышцы тазобедренного сустава и верхнюю часть мышц бедра. В таком случае нам придется изрядно потрудиться мышцами середины туловища, балансируя ими для сохранения равновесия. Правда, для этой более масштабной работы нам придется сделать попытку поднять согнутую назад ногу рукой как можно выше вверх. Естественно, корпус при этом будет наклоняться вперед, так что нам придется все сильнее опираться на палку. Потому второй вариант рекомендован только при хорошей координации движений и если мы уверены в устойчивом положении палки. Повторить нужно не менее семи раз подряд, с каждой парой рука – нога.

7. Поставим обе палки прямо перед собой, отступим только одной (!) ногой на наш обычный шаг, не отпуская рукоятей. Вторую оставим там, где она была, – около самой палки. Поставим носок этой ноги на кольцо на конце палки. Затем, сохраняя прямое положение этой ноги, согнем в колене ту, которой сделали шаг назад (см. рис. 8). Должно получиться приседание на одной ноге. Слишком глубоко при этом садиться не следует – из такого положения можно и упасть, и не встать. Максимум глубины приседа – до точки параллельно полу. С каждой ногой нужно повторить не менее пяти раз.

Рис. 8

8. Поставим одну палку прямо перед собой, возьмемся за рукоять. Поставим свободную руку на пояс. Сделаем одной ногой (со стороны руки на поясе) широкий шаг назад, согнув ту, что осталась на месте, в колене под прямым углом (см. рис. 9). В итоге у нас должен получиться классический выпад из уроков школьной физкультуры или фехтования. Сделаем, не выпуская палки, несколько пружинящих движений туловищем вниз, чтобы потянуть мышцы обеих ног, затем сменим ногу. Повторить нужно не менее семи раз с каждой ногой.

Рис. 9

Джоггинг – физиологичный заменитель скандинавской ходьбы

Все сказанное выше, конечно, прекрасно, но жизнь – явление многогранное, со множеством вариантов и сочетаний. Среди них имеются и такие, при которых мы можем заниматься, но только сидя (паралич, ампутация нижних конечностей, деформирующий артроз). Или, как при тех же сердечно-сосудистых, ходить – сколько угодно, но бегать – только понемногу. И т. д. и т. п. – список болезней, известных медицине, и сам по себе довольно внушителен. А их возможных сочетаний еще больше.

Так что случаи, когда мы находимся в достаточно хорошей форме, чтобы бегать, но недостаточно хорошей, чтобы бегать быстро, на свете не столь уж редки и явно не исключительны. Возникает вопрос: что же нам делать, если подвижности хочется, а такие ее варианты, как широкий шаг (синхронный с движением палок, он почти всегда сам получается широким) или, тем более, полноценный бег – это уже не для нас? Да, у скандинавской ходьбы есть ряд недостатков, и мы говорили о них выше. Они особенно чувствительно затрагивают больных, страдающих системными и далеко зашедшими поражениями суставов, а также сердечно-сосудистыми и мышечными патологиями. В таких случаях необходимость двигаться для сдерживания проблемы и в то же время невозможность это сделать, начинает казаться злой шуткой судьбы и большой несправедливостью.

В таких обстоятельствах нам, как никогда, важно помнить, что у нас имеется уникальная для нашей планеты мыслящая формация – кора головного мозга. И что ее ресурсы можно применить для решения самых разных задач – в том числе этой. Рассудим сами: если мы не можем бежать галопом, почему бы нам не перейти на аллюр или, в конце концов, рысь?

Пусть нас не оскорбляет это сравнение с парнокопытными: а разве наши ноги не выполняют все те же самые движения и еще некоторые посложнее в придачу?.. Мы не шутим: бег трусцой, как и терренкур, из которого «выросла» скандинавская ходьба, с давних (советских) времен считается одним из основных методов движения. Основных для тех, кто не может ходить широким шагом «от бедра», не может использовать ни лыжные, ни иные палки из-за серьезных проблем с верхними конечностями, не может бежать в силу того, что эта нагрузка тоже превысит возможности его сердца или суставов нижних конечностей.

Бег трусцой, или джоггинг, как его модно называть теперь, идеально подходит для решения тех же задач и в тех же обстоятельствах, что и описанные выше статичные гимнастические комплексы. Кстати, их бывает очень удобно и приятно сочетать – выйдет не хуже сочетания со скандинавской ходьбой. Проще говоря, трусца как вид бега задает работу мышцам ног, сердечно-сосудистой системе, эндокринной системе. В то же время она, как и статичные упражнения, почти не содержит риска вызвать на каком-то этапе тренировки перегрузку вместо нагрузки – заставляет тело работать с постоянной, а не нарастающей скоростью.

При этом у нее есть и свои преимущества. Первое из них заключается в этой, как бы, тряской манере движения всего тела, создающей вибрацию во многих тканях верхней части туловища. Как мы, наверное, знаем, вибрация, конечно, не всегда хорошо сочетается с мочевыми, почечными, желчными камнями, а также склонностью к тромбозам. Однако она отлично расслабляет ткани, на которые действует, – на то в мире и продается такое количество вибрирующих массажеров и виброакустических приборов наподобие «Витафона». Их популярность, напомним, очень высока и не снижается с течением лет. Если мы думаем, что это просто так, мы ошибаемся – они действуют, хотя границы их эффективности нужно осознавать здраво.

Второе же преимущество джоггинга в том, что он не требует более или менее значимой амплитуды движения ни от одной мышцы или сустава. Как мы понимаем, для суставов и мышц, находящихся в определенных (довольно глубоких) стадиях поражения, это может подчас означать вообще возможность или невозможность выполнить то, чего мы от них требуем. И хотя тряская манера бега чуть повышает нагрузку на колени и голеностопный сустав, различия в этом плане между нею и той же скандинавской ходьбой не так велики, как может показаться.

Пусть при ходьбе с палками опора на них переносит часть нагрузки на плечи. Но она же одновременно и увеличивает ее, вынуждая тазобедренный сустав вращаться в более широкой амплитуде – чтобы синхронизировать шаг и замах длинной палкой. А потому одно «облегчение» здесь компенсируется одним, так сказать, «осложнением». Бегать трусцой не следует в течение двух недель после инфаркта миокарда и инсульта, при обострении тромбофлебита, при тромбофилии. А также при обострении мочекаменной и желчнокаменной болезни, поражениях суставов и наличии в нашем организме других формаций, которые могут сместиться, оторваться, лопнуть при вибрации. Например, из их числа подвижные органы (особенно такому дефекту подвержены почки), кисты, аппендицит.

Вообще, навыком тряского бега, как и обычного, мы инстинктивно владеем с детства. Однако нам точно не помешает уточнить некоторые детали – вернее, освежить их в памяти. Шаг в джоггинге всегда делается короткий – короче, чем в беге и даже ходьбе. В скандинавской ходьбе нам было очень важно отработать нормальную амплитуду движения стопы при шаге – перекат с пятки на носок. Если бы мы занялись спринтом или другим быстрым бегом, мы бы узнали, что идеальное поведение стопы в этом виде спорта – способность спортсмена пробежать всю дистанцию, ни разу не коснувшись беговой дорожки пяткой. Фактически быстрый бег, как мы и говорили выше, является бегом на носках. Ведь «завал» корпуса назад с чрезмерной опорой на пятку поможет нам быстрее попятиться или упасть, но явно не продвинуться вперед.

Так вот, для обеспечения «вибропробежки» нам нужно выработать вообще третье положение стопы – полное. То есть манеру при каждом шаге ставить на поверхность всю стопу одновременно – без акцентов на носок или пятку. Известно, что мнения некоторых специалистов по данному вопросу расходятся. Одни считают, что бег маленькими шажками по технике не должен отличаться от обычного. То есть что джоггинг – это тоже бег на носках, как в спринте. Другие возражают, отмечая, что основное преимущество джоггинга (тряска) при беге на цыпочках значительно снижается – удар стопы о землю амортизирует ее свод. И, рассуждая с точки зрения именно выраженности вибрации, указывают на необходимость ступать скорее на пятку, чем на другие части стопы.

Третьи же, тоже будучи профессионалами, не новичками, досадливо морщатся на оба мнения, поскольку понимают, что обе техники могут обернуться для начинающего бегуна большими проблемами. Или что довольно часто один из описанных вариантов просто недопустимо применять по медицинским показаниям. Например, очевидно, что здоровый человек если и начнет свой путь в спорте именно с джоггинга, то надолго в нем не задержится. Не задержится, потому что вскоре перейдет на обычный бег или более полноценно развивающие виды тренинга. Если он здоров, нагрузки быстро дадут ему почувствовать и уверенность, и силу, которую он захочет использовать с толком. А длительное увлечение тряским бегом характерно для обладателей серьезных заболеваний, которым недоступно иное.

Таким образом, мысль специалистов из третьей группы заключается в том, что джоггинг – это маловато для молодых и здоровых. Он должен оставлять и, как правило, оставляет у них чувство неудовлетворенности нагрузкой – недостаточной усталости. Возможно, бег на цыпочках – это как раз то, что нужно для таких случаев. Икроножные мышцы после 20 минут такой пробежки на следующий день будут «выть» голоднее волка в зимнем лесу… Но в остальном сама специфика этого вида спорта требует оставить его нагрузкой, доступной каждому – при любом состоянии здоровья и в любом возрасте. А ведь как раз возраст и болезни (а еще, конечно, неудобная, зато красивая обувь) вызывают у нас различные деформации свода стопы и отдельных ее суставов. У кого с годами выворачивается внутрь первая фаланга большого пальца (вальгусная деформация), у кого – появляется пяточная шпора, у кого – развивается подагра и ее осложнение, именуемое подагрическим артритом.

Факт тот, что в таких случаях мы при всем желании не сможем перенести вес на задетый участок стопы. К тому же нужно помнить, что из-за короткого шага вес тела при джоггинге всегда падает на одну ногу – ту, которой мы только что переступили и уперлись в землю. Это нам не семимильные замахи ногой и рукой, которые требуют отточенной техники переката при скандинавской ходьбе… Так что, взвесив все «за» и «против», мы, пожалуй, не прогадаем, если согласимся со всеми, кто рекомендует «приземление» на всю стопу, а не на отдельные ее части. В противном случае, как бы при изначально хорошо сохранившемся аппарате стопы нам не обнаружить через месяц «новинку», которая аж никак не вяжется с оздоровлением. Например, воспаление в суставе, растяжение связок, подошвенный фасциит или другую похожую неприятность.

Кроссовки для занятий джоггингом можно выбрать любые – на мягкой и легкой пене или с резиновой подошвой, если нам хотелось бы увеличить эффект вибрации. Однако подъем напятке лучше оставить обязательным требованием. Плоская пятка значительно затруднит наш бег и вынудит сделать то, чего мы только что пообещали избегать, – подъема на носок, чтобы корпус не откидывался назад. Учитывая специфику шага (вес тела полностью падает на опорную стопу), лучше выбрать обувь с супинаторами – для поддержки свода стопы и профилактики плоскостопия.

Напомним, что при любом беге, включая джоггинг, руки нужно сгибать в локтях под прямым углом, и следить, чтобы они двигались вдоль боков туловища. Если мы начнем изображать вентилятор, это затруднит нашему телу координацию при поступательном движении. И к тому же вызовет недоумение со стороны окружающих.

Отметим, что джоггинг является техникой бега как бы на полусогнутых ногах. То есть при толчке ногу, конечно, нужно выпрямлять полностью. Но приземляться на другую нужно мягко, чуть согнув ее коленный сустав и спружинив им. Если мы будем бегать, используя ноги как ходули или костыли, вскоре нам придется обзавестись настоящими костылями из-за прогрессирующего артроза коленных суставов. Остается добавить, что заниматься этим видом бега можно, в общем, сколько угодно. Но при сахарном диабете мы бы посоветовали то же, что и раньше, – 20 минут равномерной пробежки в умеренном темпе, но два-четыре раза в день. А мерилом достаточности нагрузки при сердечно-сосудистых патологиях должна стать частотапульса. В большинстве случаев показания по нему ограничиваются 110 ударами/мин. Такую нагрузку обеспечивает средний темп бега по ровной дороге, длительностью не более 15 минут.

Если по ряду причин пульс у нас растет, грозя превысить допустимые показатели, на «пороговом» значении нам следует перейти на постепенно замедляющийся шаг. Если мы страдаем аритмией того или иного типа, то при ее появлении остановиться нужно немедленно. Затем сесть в ближайшем подходящем для этого месте (лучше не на землю, чтобы было проще подняться). Тренировка на этом моменте должна закончиться. Но даже возвращаться домой нам следует лишь после полного возвращения ритма в норму. Больные сахарным диабетом обязательно должны брать с собой на тренировку глюкометр, шприц с дозой инсулина, яблоко, ломоть черного хлеба и порцию кондитерских изделий. У них всегда должен быть с собой паспорт диабетика. При сердечно-сосудистых заболеваниях у нас при себе должны быть:

привычные средства для снятия симптомов нашей патологии;

вода для восполнения запасов жидкости и, если придется, приема лекарственных средств;

прибор для измерения частоты пульса. Вероятно, нам уже известно, что один из самых удобных вариантов этого прибора на тренировке – электронные часы с такой опцией;

импровизированная карточка – аналог паспорта диабетика. На ней должна быть указана вся информация, которая поможет случайным прохожим сориентироваться быстрее при ухудшении нашего состояния. В частности, средства, которые мы принимаем, номера телефонов родных и лечащего врача, наш диагноз.

Слово в заключение

Мы знаем, что спорт, особенно профессиональный, не столь уж физиологичен. Если угодно, многое в нем больше вредит, чем восстанавливает или улучшает… Так что, решили мы верно – активность «на каждый день» органичнее значительных нагрузок, но два-три раза в неделю. Осталось лишь выбрать, чем заняться и как организовать все оптимальным образом – в особенности если наше здоровье к этому времени уже далеко не безупречно. Словом, узнать много нового, но нового, в котором будет очень мало сложных, требующих особых разъяснений моментов.

Думайте, взвешивайте, выбирайте и двигайтесь.

Content

А. Н. Линдберг
Скандинавская ходьба и джоггинг против болезней. Практический курс естественного движения

Скандинавская ходьба как физиологичный вид движения

Какие движения для нас естественны, а какие – нет

Физиологичные движения против обменных патологий

Какое движение «правильное», а какое – нет?

Какие виды движения наиболее органичны для нас?

Скандинавская ходьба – усовершенствованный вид движения

Что это за спорт – скандинавская ходьба?

Виды скандинавской ходьбы в настоящее время

Какое направление предпочесть?

Готовимся к первому самостоятельному занятию

Самые распространенные ошибки, которые не стоит допускать

Подбираем экипировку

Составляем план тренировки

Тренировочные приемы и законы

Закон первый

Применение первого закона

Закон второй

Применение второго закона

Закон третий

Применение третьего закона

Скандинавская ходьба с различными целями

Тренировки для улучшения формы ног

Тренировки для похудения

Скандинавская ходьба при различных заболеваниях

Скандинавская ходьба для диабетиков

Скандинавская ходьба при сердечно-сосудистых патологиях

Джоггинг – физиологичный заменитель скандинавской ходьбы

Слово в заключение