Владимир Платонов

Испорченная охота

Часть 2

1

Вот уже второй день мы возюкались на геостационаре, пытаясь найти абсолютно безопасную, в отношении возможного столкновения с многочисленным летающим на орбите Земли мусором точку. Учитывая количество хлама на орбите, эта задача представлялась нам нетривиальной. Я уже подумывал над тем, чтобы отдать приказ по эскадре, и немного поработать космическими мусорщиками, собирая различный цветмет и редкоземельные элементы, так и норовящие нас чуть ли не ежеминутно нас протаранить. Никогда не думал, что в бескрайнем космическом пространстве может быть так тесно, и что за считанные десятилетия, человечество смогло так захламить низкие орбиты. Вот уже вторые сутки мы висим на низкой орбите нашей планеты. За это время мы, усилив группировку разведывательных зондов, уже фактически уже закончили полное сканирование поверхности нашей планеты, и теперь для нас уже не было тайн, скрываемых земной корой. Про расположение всяких секретных объектов, я уже молчу. Всё было отсканировано с точностью до десятой доли миллиметра. Получившие конкретное указание, специально выделенные ИИ, просеивали все доступные информационные сети в установлении местонахождения искомых объектов согласно представленного списка. Как же хорошо, что мы живём в век информационных технологий. Не дай бы Бог, если бы мы попали куда-нибудь в пятидесятые года, где вся информация хранилась на карточках. Тогда, поиск интересующих нас людей, оказался бы в разы сложнее. Казалось, всё шло по плану, но, тут в центральный пост вбежал Петрович.

— Володь!

— Петрович? Что случилось? — Перед глазами сразу встал мой сон…

— Володь, прошу, конечно, прощения, но…

— Что, «но»? — Я уже не выдержал.

— Володь! Разреши мне первым вытащить брата!

— В смысле? Ты же одинок! У тебя же нет родственников!?

— Это мой однополчанин, Володь, да и он нам потом поможет!

— В смысле?

— Он из Каскада. При штурме Тура- Бура, взрывом мины, ему оторвало ноги. Надеюсь, что он не потерял связи с сослуживцами.

— А причём тут брат?

— Я его тогда вынес. Сам был ранен, но его вытащил.

— Ты не рассказывал.

— А ты не спрашивал.

Я помолчал некоторое время, прокачивая информацию через свой имплант. Каскад…. Легенда советского спецназа… Как я мог отказать? — Нет проблем, Петрович, делай! У тебя приоритет. Но, ты до него хоть дозвонился?

— Спасибо, Володь! Дозвониться не смог. Уже целые сутки. Там совершенно не понятно, что у него с телефоном!

— Добро. Давай, только аккуратнее, без эксцессов! — Глядя на спешащего разведчика, я на всякий случай решил его предупредить. — Петрович! Только учти, маскировка по высшему разряду!

— Есть! Не подведу, командир!

Стартовавший через несколько минут в режиме полной маскировки шаттл, с максимальным ускорением устремился в сторону планеты.

Можайск. Ночь. Полчаса спустя.

— Точка определена. Касание через две минуты. Маскировка в норме, все системы работают. — Бубнеж ИИ совершенно не отвлекал задумавшегося Петровича, перед глазами которого мелькали сцены того, последнего боя, лишившего ног Ивана, и выбившего из обоймы его, штатного снайпера группы. — Есть касание. Точка назначения достигнута. Дальнейшие действия?

Петрович вскинулся. — Высота ожидания, сто метров. Режим хамелеон. Загрузка по запросу. Открыть аппарель. Я выхожу. — Аппарель медленно открылась, и Петрович выскочил наружу. Споткнувшись, он упал на колено, оперевшись рукой об землю. В голову пришло старое изречение из одного мультика — «Здравствуй, Земля!»

Поднявшись, Петрович огляделся. В нескольких сотнях метров, виднелись редкие огни нескольких пятиэтажек. Сверив направление с транслирующейся на сетчатку картой, Петрович встал, и направился к тёмному провалу подъезда одного из строений.

— «Так, четвёртый этаж… Поднимаясь по тёмной, провонявшей мочой лестнице, отвыкший от таких запахов Петрович, недовольно морщился.

— Ага, так, дверь слева. Опа!» — Увидев полуоткрытую дверь, Александр на рефлексах выхватил из подмышечной кобуры ИМП, приведя его к бою.

— «Что за…» — Петрович медленно, стволом ИМПа приоткрыл полуоткрытую дверь квартиры Ивана. Дозвониться до Ивана, Петрович так и не смог. Постоянные короткие гудки говорили либо о том, что телефон постоянно занят, либо отключен за неуплату. Аккуратно приоткрыв дверь, Александр проник в квартиру, и начал осторожно осматривать помещения. Поскольку, после того, как он обзавёлся имплантом, он неплохо начал видеть в темноте, то никаких проблем с ориентированием в тёмном пространстве запущенного жилья у него не возникало. Настороженно поводя по сторонам стволом импульсного пистолета, Петрович внимательно осматривал загаженную, наполненную неприятными запахами квартиру своего бывшего сослуживца. Когда, незадолго до своего похищения, он последний раз был у него в гостях, здесь было чисто, светло, гостей всегда встречала старенькая жизнерадостная Ванина мама, искренне радовавшаяся приходу друзей сына, которые несмотря ни на что, его не забывали.

— «Так, здесь тоже никого.» — Пробормотал про себя Петрович, оглядывая захламлённую грязной посудой, остатками еды, пустыми бутылками, и каким-то мусором грязную кухню. — «Что же тут произошло?»

Тут его внимание привлёк еле слышный скрип, донёсшийся со стороны дальней комнаты. Сторожко развернувшись в направление донёсшегося звука и стараясь не производить лишнего шума, он, отправился туда. Как он помнил, это была комната сослуживца. Пока он медленно подбирался к полуоткрытой двери, оттуда больше не донеслось ни единого звука. Притаившись у косяка, он быстро взглянул в полуоткрытый проём, из которого сильно воняло. Кроме разбросанных вещей и большого количества пустых бутылок в беспорядке валявшихся на полу, ничего увидеть не удалось. Но, там точно кто-то был, поскольку обострившимся до предела слухом, Петрович уловил еле слышное, с трудом сдерживаемое дыхание живого существа. Александр повернулся поудобнее, и в этот момент, растрескавшаяся паркетная плашка под правой ногой, предательски, и очень громко, скрипнула.

— «Твою мать!!!» — Матюкнулся про себя Петрович. И тут же расслышал негромкий щелчок взводимого курка.

Прижавшись спиной к простенку, он медленно переместился чуть в сторону от проёма.

— Иван! Ты тут? — С надеждой, негромко спросил Александр Петрович. Ответом ему было молчание.

— Вань, это я, Сашка! Сергеев! Ответь! — Из темноты комнаты, некоторое время по-прежнему не доносилось ни звука. Потом донеслось чуть слышное поскрипывание, и негромкий, хриплый голос, с натугой произнёс:

— Сергеев?.. А тут ты пиздишь, косой. Тот Сергеев, которого я знал, ещё зимой пропал. Да и не стал бы он так, аки тать в ночи подкрадываться. Шёл бы ты нах отсюда, пока я в тебе дырок не навертел.

— Вань, не чуди! Я это! Всё правильно, зимой я пропал. Да вот только сейчас нашёлся. К тебе поднялся, смотрю, темно, дверь нараспашку, срач кругом, Веры Алексеевны нет. Сам посуди, что я должен был подумать?

Иван некоторое время молчал. Потом послышалось чирканье спичкой по коробку, и тёмное пространство комнаты озарило неяркое, мерцающее пламя свечи.

— Ну что же, заходи, посмотрим, какой ты, «Сергеев». Только учти, чуть что не так, стреляю без предупреждения.

— Вань, ты только сразу, как меня увидишь, не стреляй. Я сейчас немного не так выгляжу, как ты меня в последний раз видел.

— Ты только резких движений не делай, и всё будет хорошо.

Петрович, всё ещё сжимавший в руке ИМП, убрал его обратно в кобуру, и, несколько раз медленно выдохнув, сказал:

— Вхожу, Вань!

Выставив пустые руки ладонями вперёд, он перешагнул порог. Войдя в комнату, наполненную неприятными запахами, он медленно повернулся лицом к Ивану, сидящему на постели с направленным на незваного гостя ТТ в руках, напряжённо пытающемуся рассмотреть вошедшего в неверном, мерцающем свете, который давал маленький огарок свечи, прилепленный к донышку старой консервной банки.

— Саша? Ты? — Пистолет в его руках задрожал, и выскользнув из вдруг ослабевших пальцев упал на одеяло. — Что, пора?

По заросшей до глаз щеке Ивана, скатилась слеза.

— Я это, я, Вань! — Петрович подошёл к плачущему Ивану. — Ты чего? Что случилось?

— Ты за мной? Пришло моё время? Ну и хорошо! — Иван вдруг посмотрел Александру прямо в глаза, и неожиданно улыбнулся. — Наконец то! Сколько уже можно мучиться.

— Ты это чего городишь то, боец? Совсем с глузду зъихав? Какое время? Ты что, на тот свет что ли собрался? — Петрович недоумённо посмотрел на своего безногого сослуживца. — Не спеши ты туда. Мы ещё с тобой повоюем. — Тут голос Петровича предательски дрогнул. — Ты лучше рассказывай, что случилось.

— Саша, но как же? — В голосе Ивана слышалось неподдельное недоумение. — Ты пропал, чёрт знает сколько времени назад, а теперь, пришёл, ночью, молодой, как тогда… — Тут он поперхнулся и закашлялся.

Петрович огляделся в поисках посуды, нашёл не очень грязный стакан, и со словами: — «Сейчас, воды принесу.»- встал и только хотел пойти на кухню, как перхающий Иван его остановил.

— Нет воды. Давно уже отключили. — Прокашлявшись, он внимательно посмотрел слезящимися глазами на друга. — У тебя курево есть?

Петрович достал из кармана пачку, и протянул её Ивану. Тот вытащил одну сигарету, и, сломав дрожащими руками одну спичку, прикурил, и некоторое время молчал, глядя в потолок и наслаждаясь ароматным табачным дымом. Потом опустил глаза, и требовательно спросил. — Так где ты был? Рассказывай всё.

— Да где был… — Все заранее заготовленные для этого разговора слова почему-то рассеялись, как дым. — На охоту мы зимой пошли…

— И как поохотились?

— Да никак. Испортили нам охоту то. Некоторые нехорошие личности. Вот, только недавно обратно до дома добрались. Да. — Петрович тяжело вздохнул, и, посмотрев на недоумевающего друга, начал свой рассказ, опуская подробности.

В процессе недолгого рассказа, Иван, глядя неверящими глазами на Сашу, несколько раз порывался его перебить, но, так ни разу и не решился.

— Ну, вот, как-то так. — Завершил своё повествование Александр. — Теперь твоя очередь докладывать, как докатился ты до жизни такой. Что у тебя за срач? Где Вера Алексеевна?

— Иван помрачнел. — Как докатился? Да просто. По наклонной плоскости. Он невесело усмехнулся. — Мама заболела. Инсульт. Как её три месяца назад скорая увезла, так и не знаю, что с ней сейчас. А что срач, так куда мне… Первое время соседка помогала, но недолго. Ей и без меня несладко приходится. Денег у меня нет. Что там той пенсии то? Так её ни на квартплату, ни на жизнь не хватит. Свет, воду, телефон, всё за неуплату отключили. Хорошо, хоть бомжи местные не дали с голоду сдохнуть. Я их жить пустил, а они меня время от времени на улицу к церкви вытаскивают, да милостыню просят. На пожрать и выпить хватает. Ненадолго. Потом опять. Только вот, последние два дня куда то пропали. А сам я чего могу? Да ничего. — Опустил глаза Иван.

— О-о. Да ты совсем сдался. Так не пойдёт, лейтенант! Отставить!

— Что отставить, Саш?! Устал я, понимаешь?! Кому я нужен? Пока мама была… — С надрывом начал говорить Иван, но голос его прервался, он вдруг весь как то потух, и, махнув рукой замолчал, уставившись повлажневшими глазами в стену.

— А нашим, чего не позвонил? Что, не помогли бы?

— Сначала, не хотел. Думал, что сам справлюсь. А потом… Зачем я им такой нужен.

— Дурак ты, Максимов. Как был, так и остался. Давай ка, собирайся. — И Петрович откинул нечто, своим видом совсем не напоминающее одеяло, мимолётно поморщившись от хлынувшего неприятного запаха.

— Куда? Зачем? Зачем я тебе?

— Вдвойне дурак. Ты чего же, думаешь, что я тебя так и оставлю?

— Нечего мне собирать.

— А документы, награды?

— Там, в коробке. — Махнул он рукой в сторону шкафа.

— Немного порывшись на полках, Петрович обнаружил искомую коробку, и, всучив её вместе с тэтэшником Ивану, не обращая внимания на его слабые попытки сопротивления завернул его в вонючее одеяло, после чего бесцеремонно закинул на плечо, и понёс на выход.

Понявший всю бессмысленность своего сопротивления Иван, вдруг спросил. — И далеко ты меня так собрался тащить?

— У меня машина внизу.

— А дальше куда?

— Дальше туда, где тебя отмоют, подлечат и ноги отрастят. Хватит, дурью маяться.

— Ноги, говоришь, отрастят? Что, там техника так далеко зашла? — С сарказмом спросил Иван.

— Техника там, так далеко зашла, что тебе и не снилось. Зря ты мне не веришь. — Петрович подпрыгнул, поудобнее укладывая сползшую за то время, пока он спускался по лестнице тушку и, выйдя из обшарпанных дверей подъезда во двор, направился в сторону давешнего пустыря.

— Ну, и где твоя машина? — Поинтересовался Иван, когда они продравшись сквозь негустые кусты, вышли почти в центр слабо освещённого призрачным лунным светом пустыря.

В этот момент в нескольких метрах перед ними стало открываться подсвеченное тусклым красным светом нутро шаттла. Извернувшись невероятным образом на плече нёсшего его товарища, Иван, впившись взглядом в проявляющуюся картину, и, негромко воскликнув совершенно обалдевшим голосом: — Так это всё правда?! — сомлел.

Петрович, дождавшись, пока аппарель опустится на приемлемый уровень, быстро заскочил внутрь, и отдал команду на взлёт. Закинув тушку сомлевшего Ивана в кресло, пристегнул привязные ремни, и прошёл в рубку. Он уже хотел отдать ИИ приказ о возвращении на линкор, но, какой-то отголосок, сидевший, как заноза, где-то на периферии сознания, наконец сформировался в полноценную мысль.

— Занять эшелон триста метров! Карту прилегающей местности вывести на экран. Подключиться к местной сети «интернет». Поиск по имени: Максимова Вера Алексеевна. Все доступные источники. — Загрузив ИИ челнока работой, Петрович прошёл в сторону «пищеблока». Взглянув мимоходом на всё ещё находящегося в отключке Ивана, он набрал номер заказа на панели пищевого синтезатора, достал из нутра звякнувшего о готовности заказа аппарата немаленькую ёмкость, и, резко выдохнув, влил в себя содержимое этой посуды. Когда он уже занюхивал выпитое рукавом, вдруг услышал тихий голос Ивана: — Что, командир, синьку то, в одну харю глушишь? А как же подчинённые?

Петрович хмыкнул, и, набрав на панели ещё раз ту же комбинацию, повернулся к Ивану. — О, гляньте- ка! Очухался?

— Вроде как. — Ответил жадно разглядывающий обстановку Иван. Потом перевёл взгляд на Петровича, и спросил. — А мы где?

— В челноке. Линкоры в атмосферу не ходят. — Тут Петрович в очередной раз поморщился от запаха, исходившего от друга, и добавил. — Давай ка скидывай с себя эти вонючие тряпки, и я тебя в душ закину. Хватит тут миазмы распространять.

— А…

— А это, после. — Перебил Ваньку Петрович. Никуда она от тебя не денется.

Иван начал стаскивать с себя грязные спревшие тряпки. — Куда это всё?

Петрович молча сгрёб все вонючие тряпки, завернул их в одеяло и запихнул в утилизатор. После чего, открыв гигиеническую кабину, запихнул туда офигевающего Ивана, и нажал на кнопку. — Ты это, посиди там минут пять, только переворачивайся время от времени. Мыла не надо. — Опередил он его следующий вопрос. — Тут без мыла.

Иван немного поёживался под колючими струями. Кожу несильно щипало, и немного пахло озоном. Тут дверь немного приоткрылась, и появилась рука, с каким-то прибором, немного смахивающим на компактную электробритву. — На ка вот. Побрей рожу лица. А то на человека не похож.

Взяв в руки прибор, Иван пытался понять, что с ним делать. Петрович, поняв его замешательство, подсказал. — Вот, там вот, сенсор нажми, и, не отпуская, води по лицу. Как обычной бритвой. Пока всё не сбреешь.

Иван, следуя немудрёным инструкциям друга, нажал на неприметную пластинку, и начал водить неощутимо жужжащим прибором по лицу. Как ни странно, ощущения именно бритья, он не испытывал. Но после одного-двух проходов этим прибором по лицу, оставалась только гладкая кожа, а лишние волосы отсутствовали напрочь. Как раз, когда он закончил бриться, закончилась и программа «душевой кабины». Иван постучался в дверь, и громко позвал. — Ау, Сашка, доставай меня отсюда! Всё!

Через несколько секунд, открывший дверь Петрович, критически осмотрел заметно посвежевшего сослуживца, и, со словами — Ну вот, хоть на человека стал похож! А то было, чудо-юдо. — вытащил того из кабины.

— Вот. Давай ка надевать. — Протянул он ему стандартный комплект одежды рядового состава ВКФ. — Так, обувь пока в сторону, а остальное, давай-ка надевай.

Подогнав за несколько минут удобную одежду и снова устроив Ивана на достаточно удобном кресле, Петрович вручил ему в руки ёмкость со специфически пахнущим содержимым и сказал. — Ну, за тебя!

Мужики выпили, занюхали рукавом, и тут Петрович, глядя на Ивана, засуетился. — Вань, ты же наверняка голодный! Сейчас, я соображу! Вот я дурень то…

— Да ладно, Саш, потом, не к спеху! — Разомлевший от стакана водки натощак Ванька пытался отмахнуться от Петровича, споро достававшего из невзрачного шкафчика вкусно пахнущую посуду.

— Ешь, давай. Пока так. Чем богаты.

— Вкусно! — Похвалил Иван стряпню с набитым ртом. — А это что, микроволновка? Упс… А как ты тогда оттуда холодную водку доставал?

— Это синтезатор. Пищевой.

— Синтеза-атор? — Протянул Иван. — А что он… — Тут его прервал голос корабельного ИИ.

— Поиск завершён! Есть стопроцентные совпадения с введёнными данными.

— Так, Вань, ты давай, кушай. А я пока делами займусь. — Петрович оставил Ивана и прошёл в рубку. Устроившись в ложементе, он начал просматривать полученные результаты. Изучив внимательно данные полученные с сервера ЗАГС, он облегчённо вздохнул, поскольку запись о смерти искомого объекта отсутствовала. Просмотрев ещё несколько файлов из местной больницы, он нашёл последнюю запись с историей болезни, где был неутешительный диагноз о частичном параличе в результате перенесённого инсульта. После стандартной госпитализации в двадцать один день, в связи с отсутствием дееспособных родственников, она была определена в местный дом престарелых, где и содержалась по сей день. Как следовало из доступных записей с сервера приюта, состояние её здоровья неуклонно ухудшалось. Александр закончил изучение данных, и задав ИИ координаты дома престарелых, вышел в салон.

— Вань, я твою маму нашёл. — Сказал он уже насытившемуся Ивану.

— Где она?! — Тот дёрнулся в кресле.

— Её парализовало после инсульта. А потом, они её сдали в дом престарелых.

— Саша! Помоги! Её надо оттуда забрать! Как они могли! Ведь у неё же есть я!!!

— Обычно могли. С формулировкой «Всвязи с отсутствием дееспособных родственников.»

Иван поник, но всё равно с надеждой смотрел на Петровича.

— Расслабься. Мы уже над этим приютом. — Сергеев успокаивающе похлопал Ивана по плечу. — Сейчас мы её заберём.

Петрович быстро прошёл в рубку и запустил процедуру сканирования находящегося под ними здания. Постепенно на экране стала появляться подробная схема помещений с отметками нахождения живых существ. Зная из полученной информации номер палаты и примерное её место расположения, Петрович без труда смог определить точное местонахождение Ваниной мамы. Не мудрствуя лукаво, он просто подогнал челнок с открытой аппарелью кормой прямо к окну на втором этаже, и, повозившись немного с запорами старых рам, смог открыть оконный проём. Иван с тревогой и с надеждой внимательно наблюдал со своего места за его действиями. Закончив с окном, Александр Петрович, быстро вернулся назад в челнок, на всякий случай захватил с собой входящий в обязательный комплект челнока малый реанимационный набор, после чего, быстро переместился на аппарель, и мягко спрыгнул внутрь восьмиместной палаты. Быстро осмотревшись, и сверившись со схемой, висящей перед глазами, он направился прямиком к нужной кровати. На полпути, его остановил тихий старческий голос, донёсшийся с одной из коек. — А что здесь происходит? Почему окно открыто? Вы кто?!!

Петрович, замерший при первых звуках чужого голоса, медленно повернулся. — Тихо, мать! Не видишь, Ангелы работают! Спи давай, и не мешай.

Проснувшаяся бабушка, в ответ на эти слова, начала мелко креститься и неуверенно так, с надеждой, спросила: — Так вы за нами?

На что, в конец офигевший Петрович буркнул: — Нет, мать. Сегодня только за одной. Остальных на днях заберём. — И, решив не терять времени, быстро добрался до нужной койки, убедился, что на ней лежит действительно Вера Алексеевна, быстро закрепил на ней реаниматор, затем подхватил её вместе с одеялом на руки, после чего не задерживаясь, ретировался на челнок.

Устроив безвольное тело мамы Ивана на заранее разложенном кресле, он не мешкая прикрыл окно, и, отдав приказ ИИ на срочное возвращение к месту базирования, вернулся к своим пассажирам. Закрыв рампу, челнок медленно отошёл от непотревоженного здания дома престарелых, и, бесшумно, фактически без разгона устремился ввысь.

Иван крепко держал лежащую рядом маму за руку, со слезами на глазах, до боли, всматриваясь в её, бывшее настолько родным, но сейчас кажущееся настолько незнакомым, бледное, осунувшееся лицо. Петрович посмотрел на него, вздохнул, и сходил к синтезатору.

— Вань. Вань! — Окликнул он выпавшего из реальности Ивана, не отводившего глаз от мамы.

Тот, вздрогнув, медленно поднял на Петровича наполненные слезами глаза.

— Саша, вы сможете ей помочь? Если это дорого, то меня не надо лечить! Вот только ей, Саш, помогите пожалуйста!

— На боец, выпей. — Сергеев протянул Ивану посуду. — Про деньги не думай. И успокойся. Там, всех вылечат. И тебя вылечат, и её. Тоже вылечат. Помнишь, кино? Так что выше нос, лейтенант! Уже всё хорошо.

Иван пристально посмотрел Петровичу в глаза, потом, как будто увидев там нечто, его полностью устроившее кивнул сам себе, и негромко выдохнув, залпом выпил принесённый Петровичем антистрессовый препарат. Занюхав рукавом, он посмотрел вокруг и спросил: — А курить тут…

— Можно. — Перебил его Александр. — Сейчас, пепельницу принесу.

Встав, Петрович отправился на кухню, включив по пути обзорный экран, находящийся в пассажирском отсеке. Когда он вернулся, то застал Ивана, завороженно смотрящим на большой экран.

— Саш! Так мы что, уже в космосе? — Уставился он на Петровича круглыми от удивления глазами. — А как же перегрузки, и вообще?!

— Ты чем меня слушал то? Я же тебе всё рассказал! Ты что, думал, что мы всё ещё на месте висим?

— Да нет… — Иван немного стушевался. — Но, я как то… Нет, это фантастика!

— Фантастика, фантастика. — Добродушно проворчал Петрович. — Сейчас, на линкор вернёмся, вот там будет настоящая фантастика.

— Саш, а можно Землю увидеть? Всю жизнь мечтал в космос слетать!

— Можно. — Петрович отдал мысленную команду ИИ на смену ракурса изображения, и на экране, с хорошим увеличением появилась ночная сторона нашей планеты, завораживающая своей красотой.

Минут через десять, Петрович бесцеремонно оторвал полностью поглощённого созерцанием открывшегося вида Ивана от экрана.

— Всё, хорош наслаждаться! Подходим уже. Через пару минут в ангар зайдём.

— Стыковка будет?

— Стыковка, это на МКС. У нас посадка будет. На внутреннем космодроме.

Надо было видеть округлившиеся при этих словах глаза Ивана. — Так какого же размера ваш корабль?

Петрович переключил экран на фронтальный вид. — Смотри! — Челнок как раз занырнул под маскировочные поля, и как песчинка скользил вдоль могучего корпуса космического левиафана к маленькому освещённому проёму причального ангара.

Переполненный свалившимися на него за вечер новыми впечатлениями, разум бедного Ивана при взгляде на экран всё таки дал сбой, и несчастный инвалид открыл рот и впал в ступор.

Получив сообщение о приближении нашей первой спасательной миссии, я решил лично поприсутствовать при встрече, тем более, что Петрович отправлялся за одним своим сослуживцем, а сейчас пришёл запрос на подготовку двух медкапсул. Про Ивана, наш бравый спасатель доложил, а вот про второго человека, ничего не упомянул. Михалыч с Алексеичем тоже не стали оставаться в стороне, и мы с ними почти одновременно вышли из лифтовых кабин.

— Здорово, мужики! — Я по очереди пожал им руки.

— Здравствуй, Володь! — Чуть не хором поздоровались явно замотанные деды.

— Как там у вас успехи?

— Пока нормально. — Михалыч устало потёр переносицу. — Да, кстати, мне сейчас от строительного комплекса поступил доклад.

— Что там у них?

— Да пока всё нормально. Единственно, что почти сразу полного развёртывания, как только начали копать, обнаружили множественные пустоты, как раз в интересующих нас местах.

— Так мы же сканировали всё?

— Вот это то и интересно. По показаниям сканеров, там сплошной монолит, даже странно. На самом деле, множественные пустоты, причём явно искуственного происхождения. Я на всякий случай, заморозил пока все работы, и приказал отправить десяток дроидов на разведку.

— Ну, и чего там?

— Пока ничего. Только начали. То, что осмотрели, очень похоже на помещения планетарной базы. По предварительным прикидкам, объёмы этих помещений, очень большие.

— А чьё это? Не разобрались ещё?

— Нет. Только начали. Никакого оборудования, мебели, вещей, не обнаружили. Пока только полностью пустой объём.

— Интересно как. Ткнули пальцем в карту, и вот вам сразу рояль.

— Рояль или не рояль, это мы ещё посмотрим. — Алексеич скептически посмотрел на меня. — Надо сначала понять, что это, и для чего создавалось.

— Это факт. — Поддержал его наш адмирал. — Хотя странно. При строительстве подобного рода сооружений, они вводятся в строй поэтапно, соответственно и оборудование устанавливается поэтапно, а тут пока вообще ничего нет. только полностью пустой объём.

— Ну, посмотрим. Скинь к ним дополнительные силы, для ускорения. А то провозимся до морковкина заговения.

— Уже. И ещё добавил им нормальный сканер.

— Добро. Надеюсь, что скоро тайное станет явным. — Я улыбнулся.

Деды тоже хмыкнули, и мы вышли на один из наших внутренних космодромов.

Тем временем, покрытый инеем шаттл уже продавил защитное поле, и, мягко коснувшись пола чуть просевшими под его весом опорами, замер на своём причальном месте. Пока прогревалась обшивка, к рампе довольно шустро подскочила пара дроидов с гравиносилками, и замерли рядом с выходом.

Глядя на начинающуюся вокруг челнока суету, я поинтересовался в пространство: — Интересно, кого он там ещё привёз?

— А я тебе говорил. — Алексеич повернулся ко мне. — Списки, это только списки. А общее количество надо умножать минимум втрое. А то и вчетверо. Готов поспорить на литр, что там его друг и какой нибудь его родственник.

— Даже спорить не буду. Наверняка.

Мы уже как раз подошли к челноку. Тут негромко вякнул предупреждающий сигнал, и под неяркие жёлтые вспышки стробоскопов, рампа начала открываться. Первым, по не опустившемуся до конца трапу из корабля выскочил Петрович. Дроиды были более дисциплинированы, и только дождавшись полного открытия проёма, вместе с носилками резво рванули внутрь.

— Здорово! Мужики! — Петрович весь прямо лучился радостью. — Вот мы и добрались.

— Здравствуй- здравствуй! Давай, докладывай, чего ты там начудил! — Михалыч строго посмотрел на довольного Петровича.

— Чего я начудил? — Удивлённо вопросил Петрович у адмирала. — Всё в порядке! Сгонял туда-обратно, не засветился. Всё хорошо.

Тут наши железные помощники провели мимо нас носилки. На одних, укрытый серебристой накидкой лежал ошарашенно озирающийся по сторонам всклокоченный мужик с дикими глазами, а на вторых, пожилая женщина с подключенным медблоком, а из-под накидки, торчал краешек больничного халата. Молча проводив глазами проследовавшую мимо нас процессию, мы переглянулись, и не сговариваясь отправили спасателя в медблок.

— Давай, Саша, дуй за ними. Они и так в полном акуе, а когда их дроиды в капсулы засовывать начнут, то вообще могут с катушек слететь. По дороге, хоть объясни, что к чему. — Выразил Алексеич нашу общую мысль. — Остальное, потом доложишь.

Петрович открыл было рот, потом махнул рукой, и быстрым шагом усвистел следом за процессией.

Посмотрев ему вслед, мы тоже потянулись по своим делам. Вдруг Михалыч резко остановился.

— Володь, есть новости с Луны! Ловите файл!

— Поймали…

— Ох ничего же себе, какой пердимонокль получается! — Потрясённо произнёс Алексеич.

Не успел Иван толком прийти в себя от ошеломившего его вида титанического, совершенно не укладывающегося в голове размера космического корабля, к которому подлетал их челнок, как вдруг, неведомо откуда, появилась пара металлических с виду чалдонов, и, хоть и аккуратно, но довольно бесцеремонно, подхватили его с кресла, и, полностью игнорируя слабые трепыхания, переложили на носилки, укрыв какой то шуршащей серебристой простынёй. Следом, на соседние носилки, так же аккуратно переложили его маму, и не задерживаясь, быстро потащили плавно скользящие носилки на выход. Вот мимо промелькнул Петрович, стоявший в компании каких то военных в незнакомой форме, огромный ангар, кабина лифта. Потом его шустро протащили по длинному коридору, и, наконец, ввезли в сверкающее ослепительной белизной помещение. Не успев толком осмотреться, он услышал знакомый голос: — Ну что, боец, вот ты и в медотсеке. Сейчас тебя с мамой подлечат, и пойдём знакомиться с товарищами.

— Прям таки и пойдём. — Хриплым от волнения голосом произнёс Иван, скептически покосившись на стоящего рядом Сергеева.

— Вот прям таки и пойдёте. Своими ногами. — Петрович пристально посмотрел на Ивана. — Запомни, Вань, такими вещами тут никто не шутит. Так что… О, вот и доктор.

В проём открывшейся переборки вошла красивая женщина в белом халате.

— Здравствуйте! Меня зовут Айри Райс. — Доброжелательно улыбнувшись, с почти неуловимым акцентом сказала она. — Файл я получила, можно приступать к процедурам. Александр, вы можете пока заняться своими делами. Я оповещу Вас об окончании лечения.

— Ну всё, Вань, ни пуха. Давай, ничего не бойся. Доктор своё дело знает. А я тебя потом встречу. — Петрович подмигнул немного мандражирующему Ивану, и вышел из помещения.

Райс быстро просмотрела данные медблока, закреплённого на Вере Алексеевне, нахмурилась, и отдав мысленную команду, в сопровождении дроида с носилками, быстрыми шагами направилась внутрь медблока, бросив на ходу: — Иван, мы начнём с твоей мамы. У неё очень плохие показатели. Подожди несколько минут.

Минут через пять, стоявший железным истуканом дроид внезапно зашевелился, и шустро втолкнул носилки с Иваном в открывшийся проём. В небольшом помещении, напоминавшим тамбур, он ненадолго остановился, подождал, пока их осветили какими то лучами, и, когда открылась дверь напротив, повёл носилки с Иваном в следующее, неярко освещённое помещение, заставленное непонятными столами, над одним из которых, тускло светилось золотое сияние. Дроид подвёл носилки к соседнему с освещённым столу, аккуратно переложил на него Ивана, и начал снимать с него одежду. Оглядевшись по сторонам, Ваня увидел подошедшую к нему Айри.

— Ну что, пациент, будем лечиться? — Улыбнувшись, спросила она его. — Кем вы были до ранения?

— Я служил в силах специального назначения.

— Вот и хорошо.

— Что хорошо?

— Всё будет хорошо. Не волнуйтесь. Вы ничего не почувствуете. — Ещё раз ослепительно улыбнувшись занервничавшему вдруг Ивану, докторша отдала мысленный приказ на активацию капсулы.

Перед глазами пациента мигнул голубой свет. Он моргнул, и удивлённо уставился на довольную и улыбающуюся Райс, непостижимым образом вдруг переместившуюся на другую сторону стола.

— Доктор, а что вы всё время улыбаетесь? — Несколько раздражённо решил поинтересоваться у неё Иван, которого уже начали доставать все эти недомолвки и непонятная возня вокруг него. — Вы же обещали, что будем лечиться, а сами тут фокусы показываете.

Райс убрала улыбку, и, строгим голосом уведомила пациента об успешном окончании лечения, поинтересовавшись при этом, не разучился ли он ещё ходить, что окончательно взбесило Ивана.

— Да как вам… — Начал он со всё более выплёскивающимся раздражением, и, тут Айри что-то сделала, и бывший инвалид громко ойкнул, и непроизвольно дёрнул ногой.

— «Ногой!?» — Иван резко приподнялся на локтях, и с изумлением и восторгом уставился на то, чего был лишён уже многие годы. Потом перевёл недоумевающий взгляд на врача, и запинаясь спросил: — Доктор… Но, как это?! Откуда? Это протезы? Вы волшебница?

— Нет Иван. Это не протезы. Теперь это ваши ноги. Самые настоящие. И я не волшебница. — Райс опять улыбнулась. — Наша техника и не такое позволяет. Давайте попробуем встать. Так, так, не спешите. — Находившийся рядом дроид успел поддержать пошатнувшегося Ивана.

— Аккуратнее, не спешите. Мышцы мы привели в тонус, а моторика движений быстро восстановится. Вам надо просто немного привыкнуть к вашему новому телу. — Добавила она, глядя на Ваню, делающего свои первые шаги после многолетнего перерыва.

Совершенно ошеломлённый Иван, так до конца и не поверивший в своё полное исцеление, уже без посторонней помощи всё увереннее топал по медотсеку. Наконец он сделал несколько энергичных приседаний, подпрыгнул, и повернулся к Айри.

— Как свои! — Восторжённо поведал он улыбающейся докторше о своих ощущениях. — А что теперь?

— Почему как свои? — Притворно обиделась Айри. — Поверьте, это действительно не протезы. А дальше, я бы порекомендовала вам потренироваться на тренажёре, восстановить навыки, развить моторику и полностью раскрыть все возможности вашего тела. Но, для начала, я бы посоветовала вам одеться. — Она тактично указала ему на аккуратно сложенные стопкой вещи, и снова улыбнулась.

Иван вдруг осознал, что стоит перед женщиной, пусть и доктором, в чём мать родила, и покраснев, как спелый помидор, бочком двинулся в сторону вещей, смущённо прикрыв рукой своё хозяйство. Немного поковырявшись с незнакомым одеянием, он наконец полностью облачился, и осмелев, спросил: — А как мама?

— С мамой всё хорошо. Лечение так же окончено, но вам наверное всё же лучше подождать её пробуждения в приёмном покое. Ей ведь тоже необходимо одеться. Александр Петрович будет там через несколько минут. Вашу маму я тоже провожу туда. Ей будет намного проще адаптироваться, в присутствии хорошо знакомых людей.

Иван молча кивнул, и, уже сделав несколько шагов по направлению к выходу, резко повернулся, и с чувством сказал: — Спасибо вам, Айри! Большое спасибо! — После чего вышел из медблока.

Найдя в приёмном отделении уютный диванчик, он присел на краешек, и попытался собрать в кучу разбегающиеся мысли.

— Вот ты где! — Услышал он через некоторое время весёлый голос Петровича. — Ну что, всё? Уже выписали?

— Ага! — Иван повернулся к вошедшему. — Даже и не записывали. Не успел моргнуть, и уже с ногами! Прямо мистика какая то!

— Моргнул он. — Хмыкнул Петрович. — Пока ты моргал, почти шесть часов прошло. Видать тебя по атомам собирали. Кстати, очень неплохо выглядишь. Лучше, чем тогда… Как ты себя чувствуешь?

— Отлично, как будто заново родился.

— Считай, что так и есть. Потом, в зеркало посмотришь, и убедишься. — ответил он удивлённому Ивану.

— Что ты имеешь ввиду? — Ошеломлённо спросил он, привстав с дивана и со всё возрастающим удивлением ощупывая своё лицо.

Тут, с тихим шелестом открылась дверь медотсека, и в помещение в сопровождении Айрис, вошла растерянная Вера Алексеевна.

— Мама?! — Ошеломлённо прошептал Иван непослушными губами, и рухнул обратно на диван.

— Ваня?! Саша!? — Лицо Веры Алексеевны выражало высшую степень замешательства. — Что случилось? Где мы?

— Всё хорошо, Вера Алексеевна! Уже всё хорошо. — Постарался успокоить взволнованную Ванину маму Петрович. — Давайте поблагодарим нашего доктора, и пойдёмте со мной. Я вам всё обязательно объясню.

— Да, Сашенька, конечно, пойдём. — Тут она увидела вставшего на ноги сына, и застыла в немом удивлении.

— Пойдёмте! Я всё объясню. — Петрович успел прервать новый шквал вопросов, и, благодарно кивнув докторше, взял растерянную Веру Алексеевну за руку увлекая её к выходу. Так и не пришедший в себя до конца Иван, молчаливым хвостиком поплёлся за ними…

Вливание новых членов в наш небольшой пока коллектив, прошло довольно гладко. После нескольких часов подробных разъяснений, Петрович привёл уже успокоившихся и немного адаптировавшихся Веру и Ивана знакомиться в кают-компанию. Приняли мы их более чем доброжелательно, и без лишних раздумий зачислили в команду. Вера, в прошлом работавшая врачом-терапевтом, очень впечатлилась достижениями инопланетной медицины, и выразила желание пройти обучение и остаться работать в нашем медицинском комплексе. Поскольку в ближайшее время у нас ожидался большой наплыв пациентов, то её устремление получило полное одобрение. Иван, которому Айрис ещё при первичном обследовании заложила в программу восстановления модификации, применявшиеся в империи для повышения эффективности действий бойцов штурмовых подразделений, был определён нами в группу к Эльс. Группа, это конечно очень громко сказано, поскольку, если не считать дроидов, то кроме самой Эльс, людей в ней больше не было.

Так, потихоньку, в различных заботах и хлопотах, незаметно пролетело две недели. Строительство лунной базы, благодаря внезапно обнаруженному подарку, оставленному для нас неизвестными доброжелателями уже подходило к концу. Основное оборудование уже было установлено и запущено в работу. Оставалось только закончить с внутренними интерьерами и рекреационной зоной. Не мудрствуя лукаво, всё необходимое для её функционирования, мы натаскали с Земли. Кроме этого «подарка», больше никаких сюрпризов в системе мы пока не обнаружили. Некоторые непонятки были на Марсе, но, их мы решили оставить на потом. Не смотря на всё совершенство имевшихся в избытке ИИ, мы не могли свалить на них всю работу. Многое приходилось делать самим, и поэтому рук катастрофически не хватало. Мы как раз закончили формирование первоочередного списка кандидатов для заполнения большей части вакантных должностей, необходимых для начала задуманной нами массовой эвакуации. Деды уже несколько раз успели слетать на Землю и встретиться с нужными людьми. Особо они про эти встречи не распространялись, но, судя по проскользнувшим в их суховатых докладах отголоскам эмоций, их внезапное появление произвело тихий фурор, и вдохновлённые их рассказами и показами отставники очень ответственно подошли к решению поставленных перед ними задач, и уже завтра мы планировали принять на борт наше первое пополнение. Предстояло сделать четыре рейса, что бы забрать их всех. Причём один рейс был запланирован на территорию Германии. Ели честно, то мы все не очень то и верили, что у Петровича с Руди, хоть что то получится, но, как оказалось, волновались мы совершенно зря, и немецкие товарищи нас не подвели.

— Ну что, товарищи, с почином? — Я обвёл взглядом наш пока небольшой коллектив, традиционно собравшийся в императорской кают-компании. — Все мы, славно потрудились, но завтра будет очень тяжёлый день. Так что, давайте ка сейчас все отдыхать.

2

Наступивший день вынес у нас весь мозг. Мы уже встретили и разгрузили два прилетевших с территории России челнока. Честно скажу, я хоть и не принимал непосредственного участия в разгрузке и распределении вновь прибывших, поддерживая свой статус кво, но всё таки вымотался не меньше, чем непосредственно принимавшие в этом участие ребята. Если честно, то до сегодняшнего дня, мне казалось, что все военнослужащие и прочие сотрудники, не взирая на возраст и приставку «бывшие», адекватно воспринимают команду «лишнего не брать», т. е. только документы и личные вещи. Но кто же знал, что сработает старый принцип, типа обещают, что всё дадут, а на деле, как всегда, всё своё ношу с собой. Это «всё своё» выразилось даже в коллекционном, как уверял владелец, двухведерном самоваре. Что уж тут говорить про остальные чемоданы, узелки и сумки, которые тащили в основном члены семей вновь мобилизованных. Даже не буду говорить о том, каких стоило нам трудов убедить их всё это добро добровольно спустить в утилизатор. Хотя, самовар, и кое что из действительных раритетов мы оставили в неприкосновенности и сгрузили на склад. А уж после того, как из капсул вышли первые пациенты, то начался полный дурдом. Хоть на настоящий момент, весь наш медкомплекс загудел как растревоженный улей, и хоть некоторый порядок там ещё сохранялся, но напряжение всё равно не спадало. А на подходе был уже третий шаттл, вёзший к нам немецких товарищей. Посмотрев на заходящую на посадку машину, я тяжело вздохнул, ожидая продолжения «банкета», и пошёл к туше транспортного челнока, ещё покрытой толстой шубой уже начавшего таять инея. Поскольку весь свободный личный состав был занят с уже прибывшим пополнением, то мне пришлось встречать этот шаттл в одно лицо, хотя, там, внутри, был Руди с Петровичем. Если честно, то немцы меня очень удивили. После того, как открылась аппарель, они организованно, чуть ли не строем, вышли из челнока и дисциплинированно выстроились чуть в стороне. Как ни странно, проблем с лишним багажом совершенно не возникло, даже наоборот, большинство прибывших были вообще без ничего. Проблемы были иного рода. После выхода основной массы вновь прибывших, на трапе проявился Петрович, а вот следом, я услышал нечто.

— Rudi! Kann du mir endlich erklären, was hier zum Teufel passiert? Und wohin diese eisernen Idioten uns schleppen?* — Требовательно, с властными интонациями вопрошал незнакомый мужчина.

*- Руди! Может ты мне наконец объяснишь, что здесь, черт возьми, происходит? И куда эти железные болваны нас тащат?

— Sorry Onkel Hans. So geschah es. War es nicht notwendig uns Folgen.* — Извиняющимся тоном ответил на его тираду Руди.

* Извините, Дядя Ганс. Так и случилось. Не надо было за нами идти.

Тут в проёме показались два дроида, волокущие двух вяло трепыхающихся немецких полицаев в их характерной форме. Посмотрев на незапланированных гостей полным удивления взглядом, Я поинтересовался у Петровича, как у старшего:

— Петрович, а это кто?

Тот скривился, как от дольки лимона, и начал рассказывать.

— Да это вообще, как анекдот какой-то получился. Мы уже практически погрузились, как дозорная пара дроидов доложила, что за Руди хвост. Он забегал домой, забрать личные вещи, и притащил за собой этих.

Петрович кивнул на отдельно стоящих под присмотром дроидов полицаев.

— Ну, мы их и прихватили с собой. Ну не гасить же их было в самом деле. — Он вопросительно посмотрел на меня.

— А Руди их знает?

— Ну да. Это его дядя. И тётя.

— В смысле?

— В смысле, родственники. По материнской линии. Родной дядя с женой. Они ещё с тех времён в полиции служат.

Я повнимательнее присмотрелся к этой паре. Да, действительно, мужик и баба. Только коротко стриженная и с грубыми, будто рубленными чертами лица. Немка, одно слово.

— Петрович, и чего с ними делать?

— А чего, родственников у них нет, насколько я понял. Может пригодятся?

Я хмыкнул.

— Может и пригодятся. Вообще то у нас служба внутреннего порядка хромает. Вот пусть и занимаются. Давай ка Петрович, объясни им всё тащи их в медотсек без очереди, и пусть начинают порядок наводить. Только сразу предупреди, что назад хода нет. Да, и ещё. Ты их по техническому коридору веди. А то страждущие порвут.

— Понял. — Петрович облегчённо вздохнул, и, зацепив по пути Руди, отправился следом за дроидами, аккуратно потащивших невольных пленников в сторону технического тоннеля.

Я же встал перед немного неровным строем немецких переселенцев, и толкнул небольшую речь:

— Hallo Kameraden! Freut sich, Sie an Bord unseres Schiffes! Soweit ich es verstehe, sind Sie bereits in groben Zügen informiert über die bevorstehende Arbeit? Ausgezeichnet! Jetzt beginnen wir, Ihre Unterkunft danach, in der Reihenfolge der Allgemeinen Warteschlange Sie benötigen, besuchen Sie unsere medizinische Komplex. Wenn es unter Euch gibt es Personen, die eine sofortige medizinische Hilfe, so bitte ich Sie, sich zu melden. Der Rest der Lage sein, um Ihre Gesundheit zu verbessern in den nächsten Tagen.*

* Здравствуйте товарищи! Рад Вас приветствовать на борту нашего корабля! Насколько я понимаю, Вас уже в общих чертах уведомили о предстоящей работе? Отлично! Сейчас мы начнём ваше размещение, после чего, в порядке общей очереди вам будет необходимо посетить наш медицинский комплекс. Если среди вас есть лица, нуждающиеся в немедленной медицинской помощи, то, прошу вас выйти вперёд. Остальные смогут поправить своё здоровье в течение ближайших суток.

После чего стоявшие передо мной люди загомонили, и вперёд вышли трое. Ещё двоих, просто вытолкали. Судя по их возрасту и виду, им точно требовалось срочное медицинское вмешательство.

— Ausgezeichnet! Diese Droiden verteilen Sie auf Treppenstufen und werden auf довльствие. So verbringen die medizinische Hilfe benötigen. Weiter, Sie löst die anderen der Reihe nach. Alles andere, nach dem Besuch des medizinischen Komplex. Fragen? Nicht? Dann beginnen.*

* — Отлично! Эти дроиды распределят вас по каютам и поставят на довольствие. Так же проводят нуждающихся в медицинской помощи. Далее, они будут вызывать остальных в порядке очереди. Всё остальное, после посещения медицинского комплекса. Вопросы есть? Нет? Тогда приступаем.

Появившиеся железные помощники привели с собой пяток носилок, на которые они аккуратно положили пятерых страдальцев, и споро отправили их в медотсек. Остальных они построили и повели размещаться. Глядя на этих, заинтересованно оглядывающихся по сторонам, пытающихся молодиться стариков, я испытывал невольное уважение к их стойкости. Как там классик сказал: Да, были богатыри… Не мы.

Последний шаттл, привёзший вместо ожидаемых двухсот четырёх человек двести семьдесят пять, мне тоже пришлось встречать самому. Правда под занавес подошёл Петрович, оставивший Руди разбираться с земляками, поскольку дроиды хорошо выполняли функции провожатых, а вот правильно ответить на вопросы и разъяснить ситуацию у них получалось не очень хорошо. Последний челнок сопровождал Иван, и, поскольку особо много вопросов у прибывших не возникло, он успел всё разъяснить им по дороге. Единственно, что поразило, так это то, что примерно тридцать процентов от вновь прибывших составляли молодые люди, последовавшие за своими дедушками и бабушками. Хотя, и это неплохо. Им будет намного легче адаптироваться в новой обстановке, что, в принципе и подтвердил один из пацанов лет семнадцати, сошедший на палубу с горящими глазами и сразу поинтересовавшийся у меня о наличии в обитаемой галактике Содружества, и, в частности, Аратанской империи. Пришлось его в этом вопросе немного огорчить, но, узнав, что он говорит с самим Императором Эридана, пацан воспрял духом, и, первым делом попросил установить ему нейросеть, и закачать инженерные базы по максимально возможному уровню, заявив, что хочет стать мусорщиком, чем поверг меня в шоковое состояние.

— Слушай, малой, насчёт нейросети, сразу скажу. Облом. Нет у нас такого. — Парень смотрел на меня неверящими глазами.

— Но как вы без нейросетей обходитесь?

— Да просто. Ты Ливадного читал?

— Это где про киборгов? Читал. Немного. Мне очень «Серв-батальон» понравился.

— Вот. У нас есть импланты. Базы тоже есть. Но единые, без уровней. И мусорщиком, равно как и ассенизатором, я тебе становиться не советую, с этим и дроиды справятся. А вот инженер, это вполне уважаемая профессия. — Я улыбнулся.

— Может у вас и сервмашины есть?

— Для тебя, найдём. — Уверил я его. — Как тебя к нам занесло?

— Ну, дед поехал. И я следом.

— А родители? Они же тебя искать будут!

— А что родители? Они работают. Всё деньги зарабатывают. Я им записку написал. Да ещё Иван ведь говорил, что можно будет их сюда забрать!

— Надо будет, заберём. Но сейчас то ведь волноваться будут?

— Не будут. Они меня к деду жить отправили, чтоб не мешал. А тут такое. И куда он без меня?

— Добро. Давай, боец, иди размещайся. Всё остальное, потом! — Я постарался прервать бесконечный поток вопросов уже пытающийся вырваться из пацана.

— Есть, товарищ Император! — Паренёк вытянулся по стойке смирно, и, просканировав меня напоследок своими серыми глазами убежал помогать деду.

— Да, хлебнём мы с этой молодёжью. — Пожаловался я подошедшему Петровичу.

— А кому сейчас легко? — Хмыкнул тот. — Михалыч смену просит. Порылся он там с новичками.

— Ивана отправь. Да и пацана этого с ним определи. Как там его зовут? — Добавил я, глядя на парня, уже пытающегося отковырнуть какой-то лючок на торсе невозмутимо стоящего дроида.

— Андрейка. Ну, то есть, Андрей. Только чего он то сделает?

— Петрович! Он, молодой, энергии через край. Пусть Ивану помогает. В ситуации он уже сориентировался, пусть Ивану помогает, а то ещё залезет куда.

— Добро, как скажешь. Ивану информацию скинул.

— Что у нас там с процессом?

— Ну, из девятисот пяти прибывших, уже обработали около четырёхсот человек. Если всё так же пойдёт, то часов за двадцать закончим. Учитывая уже накопленный опыт, предлагаю медкомплекс на лунной базе расширить минимум вдвое, иначе при массовом поступлении переселенцев, мы зашьёмся полностью. Когда спадёт поток, оборудование можно будет вывезти, но, боюсь, что это будет нескоро. С тем, что мы имеем, процесс грозит растянуться на очень долгое время.

— Увеличить о можно, но ненамного. Если мы будем форсировать эвакуацию, то точно привлечём к себе излишнее внимание. Такое количество пропавшего народа, точно не останется незамеченным. Надо будет потом посидеть и продумать тактику. Ну и стратегию до кучи, а то планировали одно, а получается совсем другое. Короче, полный завал…

Спокойно вздохнуть мы смогли только через сутки. Вспоминая прошедшие двадцать четыре часа, я временами невольно вздрагивал. Я даже не хочу говорить, насколько тяжело было организовать хоть какое-то подобие порядка при прохождении первичного «медосмотра». Особенно после того, как неосмотрительно назначенный в помощь Ивану Андрейка донёс до ожидающих приёма пациентов мысль о том, что им в голову будут вживлять имплант, который огого как сразу сделает из них терминаторов. Народ нешуточно возбухнул, никак не желая становиться киборгами, и пришлось им долго и упорно разъяснять, что никто не будет делать им трепанацию и ковыряться у них в мозгах. Всё успокоил возглас одной из бабушек, воскликнувшей при виде своей знакомой уже прошедшей процедуры: — Да пусть мне хоть что в голову засовывают, лишь бы опять стать двадцатилетней!

Да и отзывы внезапно помолодевших товарищей сыграли не последнюю роль. В общем, справились. Потом было небольшое общее собрание, некоторый, кхм… фуршет, и дальше, по мере активации имплантов, всё больше непоняток с дистанционным управлением разнообразной техникой и приборами. Лучше всего, конечно, да и самыми первыми, с новыми возможностями освоилась молодёжь, время от времени пытающаяся влезть туда, куда не надо, несмотря на сразу ограниченный для них доступ. Хакеры, блин, недоделанные. Как раз два часа назад дроиды отловили Андрейку с парой приятелей в трюме при попытке активации сервмашины. После серьёзного внушения, в приказном порядке они были препровождены в тренажёр, с загруженной программой по правилам обращения и управлению РТВ, где и находились до сих пор. А вот случайно прихваченные родственники Руди, пройдя через наш медицинский комплекс, наконец уяснили для себя, что случилось и где они находятся, и, достаточно легко смирившись с тем, что вернуться обратно в родной город уже не получится, без особых вопросов приняли наше предложение заняться внутренним порядком и безопасностью, и приступили к исполнению своих новых обязанностей с чисто немецкой педантичностью, так что, надеюсь, что в скором времени вместо бардака и неразберихи воцарившейся на нашем корабле после прибытия первой волны эвакуированных, тут наконец воцарится чисто немецкий ordnung.

С момента прибытия на борт первых переселенцев, минуло уже больше двух, очень богатых на события недель. И вот только сегодня, мне наконец удалось хоть немного выспаться. Наши челноки сделали ещё по несколько ходок, прежде чем смогли вывезти всех назначенных в первую волну. Последний раз мы еле успели вытащить оставшуюся группу немцев прямо из-под носа так некстати зашевелившихся спецслужб Германии. Ещё бы им не зашевелиться, когда из полицейского участка небольшого городка пропала почти половина персонала, да ещё и вместе с семьями. Да и информация по другим эвакуированным, по всей вероятности тоже не очень долго оставалась для них тайной. Хотя, чему тут удивляться? Германия, страна не очень большая, и учитывая стремление самих немцев к порядку, долго бы это секретом не осталось. Поэтому, на ближайшее время, все операции по изъятию людей с немецкой территории были полностью заморожены. Да и с нашей, хотя на настоящий момент пропажа изрядного количества пенсионеров, на первый взгляд, никого не заинтересовала, и пока всё было тихо. Но осторожность всё равно бы не помешала. Все рейсы прошли без особых эксцессов, и на настоящий момент, население нашего корабля составляло уже более трёх тысяч человек, с которыми не мешало бы разобраться, а то до сих пор сплошной бардак и раззвиздяйство. Но, по другому бы и не получилось, поскольку я уверен, что с теми силами, что у нас есть, организовать за несколько дней такую массу людей не возможно. Но мы всё равно, рук не опускали, и начали с того, что стали формировать из вновь прибывших некое подобие оперативного штаба, призванного на первых порах помочь нам с организационными вопросами, а в дальнейшем после нашего отбытия и полностью взять на себя функции координаторов нашего проекта в солнечной системе. На настоящий момент, мы готовились к переселению на нашу лунную базу. По последним докладам, она будет готова к приёму людей в ближайшие двое суток. Единственно, что не будет полностью готово к началу заселения, это рекреационная зона, для заполнения которой использовался обычный материал с Земли, и ему, в отличии от специальных генмодифицированных образцов использовавшихся для этих целей в Империи, нужно было больше времени для роста. Всё остальное уже было готово, и наши роботизированные строители наводили сейчас последний лоск. Благодаря нечаянно обнаруженному подарку неизвестных строителей, мы очень сильно сократили и время и ресурсы затраченные на возведение нашей первой в этой системе планетарной базы. По произведённым расчётам, наша новая база без особого стеснения сможет одновременно принять не менее тридцати тысяч населения, что превышало наш первоначальный проект в десять раз. Сейчас на Луне уже находилось полтора десятка человек, которые осваивались с управлением и контролем. Среди них был и «дядя» Ганс, возглавивший у нас службу внутренней безопасности. Когда он немного у нас освоился и перестал бузить, чему, кстати, очень помогли пройденные им совместно с супругой процедуры, то, посмотрев на нашу организацию, засучил рукава и начал наводить «орднунг». Это, кстати, с его подачи мы вывезли из Германии его сослуживцев и коллег пенсионного и пред пенсионного возраста. Не знаю, чем он смог их убедить, но они по-быстрому собрались вместе с семьями, и, прямо сразу после прибытия, с завидным энтузиазмом включились в работу, заодно подняв нам настроение и опускавшиеся уже руки, поскольку сами навести порядок мы толком и не сумели. За прошедшие две недели, они по максимуму воспользовались открывшимися им после установки и активации имплантов возможностями и вместе с подключившимися к ним ветеранами и наших и немецких спецслужб, проделали фантастический объём работы, и навели полный порядок, попутно составив полные списки вновь прибывших, с указанием профессий и наклонностей. Так же в процессе мы определились и с наиболее подходящими кандидатурами для постоянного персонала Лунной базы, которые останутся в системе после нашего отлёта. В общем, пока всё шло очень неплохо, оставалось только дождаться результатов от нашей разведки, посланной по имевшимся у нас координатам землеподобной планеты и на их основании определиться с нашими дальнейшими действиями.

— Точка назначения достигнута, отклонение минимально, время до входа в систему- десять стандартных часов.

Синтезированный голос корабельного ИИ словно бальзам пролился на порядком очумевшую от затянувшегося полёта Лис. Уже без малого две недели их тяжёлый крейсер целеустремлённо двигался к конечной цели, поставленной перед исследовательской экспедицией при отправлении с опорной станции. Отдав приказ ИИ на проведение детального сканирования окружающего пространства, она отправилась в уже порядком надоевший за время полёта тренажёрный зал, где в настоящий момент тренировались находящиеся у неё в подчинении бойцы. Зайдя в отсек, она вошла в виртуальное пространство тренажёра, где личный состав отрабатывал защиту периметра исследовательской базы от вторжения разнообразных тварей, и, немного послушав царящий в эфире отборный немецкий мат почти задавленных валом враждебной биомассы десантников, ехидно хмыкнула, и свернула программу.

— Scheiße! Ещё чуть и меня бы просто завалило этим смердящим мясом! — Буквально вывалившийся из имитационной капсулы Гюнтер разгерметизировал забрало, и с жадностью вдыхал казавшийся ему живительным воздух отсека. Тут он заметил улыбающуюся Лис, которая с некоторым интересом разглядывала ещё не отошедших от запредельных нагрузок бойцов.

— Командир в отсеке! — Крикнул он и попытался встать по стойке смирно.

— Отставить! — Лис махнула рукой пытавшимся подняться с пола десантникам. — Отдыхайте. На ближайшее время тренировки пока отменяются. Скоро начнётся настоящее дело. Примерно через десять часов мы войдём в искомую систему. Так что приводите себя в порядок и будем готовиться к предстоящей высадке на планету.

Окинув напоследок личный состав сочувствующим взглядом, она отправилась в центральный пост корабля.

Посидев ещё несколько минут и немного придя в себя, Гюнтер, покряхтывая поднялся и оглядел свою измученную последней тренировкой команду.

— Давайте камрады, поднимайтесь, и в раздевалку. Там броню скинем, а после душа, думаю что совсем полегчает. Дальше по желанию можно будет воспользоваться капсулой. Десять минут, и снова как огурцы.

— Ох… Скажи мне кто на Земле, что меня тут так будут мучить, то хрен бы я на те сборы пошёл. — С трудом разгибаясь, прокряхтел здоровяк Шульц, работавший в той жизни докером. — Я в порту за самую паршивую смену так не выматывался, как тут за сорок минут. А потом, после работы, с устатку пару пива, и домой, к жене под бок. Вот только где теперь та жена. Эх… — Тяжело вздохнув, Шульц махнул рукой, и потащился в раздевалку.

— Это да. Где теперь та жизнь… Хорошо хоть сервоприводы работают, а то мы бы и до раздевалки не дошли. — Хмыкнул поднявшийся следом Йохан.

— Не знаю, как вам, а мне тут нравится. — Догнал их Хельмут. — Я после Ирака из госпиталей почти не вылезал, ничего наши врачи сделать не могли. А тут за два часа всё вылечили, да ещё и лет двадцать пять сбросили. Даже после тренажёра, кроме усталости, больше ничего не чувствую. Ничего не болит! Последний раз я себя так ещё до армии чувствовал.

— Тебе хорошо. У тебя ни жены, ни детей. — Гюнтер опять вздохнул. — А как там мои сейчас? Небось похоронили уже…

— Чего уж тут хорошего, что один. — Хмыкнул Хельмут. — Хотя, в этой ситуации, наверное и хорошо. А ты особо не расстраивайся. Вольдемар насчёт семей обещал что нибудь придумать. Он тогда ещё, перед отбытием говорил, что всё зависит от того, что мы тут обнаружим. А он не похож на тех, кто обещает понапрасну.

— Твои бы слова… Ладно, хватит стонать. Приводим себя в порядок, и в отсек, готовиться к высадке. — Гюнтер деактивировал броню и начал по частям засовывать её в предназначенный для её хранения специальный отсек.

— Вы, как хотите, а я попользую сегодня капсулу. — Молчавший до этого Эрик ужом выскользнул из нижней части бронекостюма и уже скидывал пропитавшийся потом комбез. — Там и кроме лечения полно функций. Почему бы не воспользоваться, тем более бесплатно.

Народ громко заржал.

— Эрик, да ты уже и так, как Майкл Джексон, мы тебя скоро узнавать после капсулы перестанем! — Задыхаясь от смеха прохрипел Хельмут. — Ты уже себе всё по три раза переделал! Осталось только дружку твоему пластическую операцию сделать!

— Ха ха ха! — Глядя на покрасневшего, как рак Эрика, он сполз на пол и закатился в очередном приступе смеха. — Ты уже и там успел!

— Да ну вас! — Глядя на загибающихся от смеха парней, Эрик не выдержал, и тоже заржал.

При непрерывном тщательном сканировании окружающего пространства, кроме обнаружившейся на исходе третьего часа движения отметки исследовательского комплекса, больше ничего подозрительного обнаружено не было. Подтянувшая свой уровень Фрейли, как самый опытный пилот назначенная в этот рейд командиром крейсера, все вновь поступавшие данные активного сканирования пространства, но вокруг было пусто. Пока отсутствовали даже малейшие следы, которые могли указывать на присутствие в системе посторонних. Кроме обнаруженной станции, безжизненным куском металла висящей на высокой орбите искомой планеты, больше ничего не намекало на то, что кто-то вообще посещал эту систему. Вокруг царило чёрное безмолвие, лишь немного разбавленное призрачными точками звёзд, и потихоньку разгорающимся по мере приближения центральным светилом системы. С такого расстояния, даже оно, если смотреть невооруженным взглядом, почти ничем не отличалось от своих соседей. Может было только чуть ярче. Разглядывая на экране воссозданное ИИ по данным сканера вероятное изображение планеты, Фрейли с трудом подавляла волнение, прекрасно понимая, какая это величайшая редкость и ценность — планета полностью готовая к заселению. На её памяти, находка такой планеты была лишь однажды, очень и очень давно. Да и то, в тот раз восторженные крики очень быстро стихли, и всё, что относилось к этому открытию, очень быстро засекретили так, что никто даже толком и не успел понять причины. Да и координаты этой вновь открытой планеты так и не появились в навигационных справочниках. Какая то мутная была история.

Со входом в систему, в показаниях сканеров ничего не изменилось. Никаких следов разумной деятельности так и не было обнаружено. По результатам поверхностного сканирования астероидных полей, в избытке имевшихся вблизи окраинных планет, можно было сказать, что им достался настоящий клондайк, по сию пору находящийся в первозданном виде. По мере приближения к цели их путешествия, на экране отображалось всё больше и больше информации по интересующей их планете, которая полностью подтверждала первоначальные данные, полученные от почивших в бозе работорговцев. Все попытки установить связь с висящей на орбите станцией не увенчались успехом. Комплекс молчал, совершенно не реагируя на усилия предпринимаемые разведчиками, и только на сканерах была видна очень слабая энергетическая активность отслеживающаяся в единственном сегменте станции, где располагалась энергетическая установка, что позволяло предположить, что после полного расхода активного вещества и остатков энергии из накопителей, станция «уснула» и перешла в режим ожидания, отключив все энергопотребители.

После выхода на заданную орбиту, Фрейли запарковала корабль на минимально возможной дистанции от молчащей станции, и сразу отправила на разведку ремонтно-восстановительный комплекс. Отдав необходимые распоряжения, в почти полной тишине центрального поста, нарушаемой лишь шелестом вентиляторов системы жизнеобеспечения, она поудобнее устроилась в ложементе, и ожидая доклада по результатам работы комплекса, вызвала на обзорник масштабированное изображение раскинувшейся перед крейсером планеты, с головой погрузившись в созерцание раскрывшегося перед ней великолепия. Там действительно было на что полюбоваться. На стороне планеты, обращённой к крейсеру, как раз занимался рассвет, и эта завораживающая картина в буквальном смысле притягивала к себе взгляд. Внезапно всё волшебство момента грубо разрушил входящий вызовов ИИ ремонтного комплекса:

— Осмотр объекта закончен. Общий уровень повреждений объекта оценивается в семьдесят шесть процентов. Дальнейшая эксплуатация объекта не возможна. Восстановление объекта считаю нецелесообразным. Рекомендую извлечение управляющего модуля ИИ объекта и информационных накопителей. Ожидаю указаний.

Раздражённая таким бесцеремонным вторжением Фрейлис негромко выругалась, и раздражённо ответила: — Рекомендации принимаются. Исполняй и назови сроки.

— Исполняю. Потребуется не меньше двух стандартных часов для завершения работ. — Уведомил её ИИ, и отключился.

Фрейли опять посмотрела на обзорный экран, но наваждение уже ушло, поэтому, подключившись к виртуальному каналу управления, она покинула рубку и отправилась в кают-компанию. Втащив из синтезатора чашку кофе, к которому она пристрастилась после появления землян, присела на удобный диванчик, и задумалась. В том, что станция окончательно сдохла, ни у кого сомнений не было. Удачей уже было то, что уцелел ИИ с периферией и массивы накопленной информации. Сама железка им совершенно не была нужна, так ка на борту имелся более совершенный исследовательский комплекс, который уже готовился к развёртыванию, а сохранившаяся информация была способна в разы сократить предварительную разведку планеты. Так что оставалось дождаться доставки накопителей на борт, расшифровать данные и поставить задачу новому комплексу уже с учётом имеющихся сведений.

Поскольку, для выполнения большинства наших задумок в жизнь, нам остро не хватало человека, не понаслышке знакомого с принципами ведения бизнеса в России, я решил привлечь к своим делам одного своего хорошего знакомого соседа по даче, в своё время очень неплохо плававшего по штормовым волнам свободного рынка. Единственно, что вот уже третий день я никак не мог до него дозвониться, поскольку абонент был не абонент, и, когда меня это достало до кишок, отдал приказ ИИ ответственному за контроль над перехваченными линиями связи на детальное отслеживание заданного мобильного номера. По сформированному через некоторое время отчёту, входило, что буквально чуть меньше двух суток назад, этот номер внезапно покинул обычный ареал обитания, и, переместившись на три с лишним сотни километров, пропал из зоны охвата стационарных вышек связи. Учитывая то, что сам аппарат отключили ещё в самом начале пути, то потом, по всей вероятности, его или экранировали, или разбили, поскольку извлечение аккумулятора из айфона фактически равнозначно его уничтожению. Хотя, могла просто в ноль разрядиться батарея. Но всё равно, странно это как-то, поскольку все, нужные нам номера время от времени контролировались, и ранее ничего подобного за Генкиным номером не водилось. Ещё через несколько минут, ИИ, задействовав нашу орбитальную группировку, доложил:

— Искомая сигнатура обнаружена, район обозначен.

Появившаяся в уголке иконка входящего сообщения привлекла моё внимание. Открыв файл, я получил достаточно подробную картинку происходящего, где Генкина сигнатура была чуть выделена зелёным цветом. Судя по её расположению, он находился ниже уровня земли, по всей вероятности в подвале какого-то здания, поскольку компьютер нарисовал вокруг прозрачные контуры строения. Кроме него, там же присутствовали ещё шесть не опознанных отметок, подсвеченных красным, с пометкой о высокой вероятности наличия у них предметов, опознанных ИИ как оружие. Совместив обнаруженную точку с имеющейся картой местности, выяснилось, что это место полностью совпадает с небольшой заброшенной деревушкой в Воронежской области. Внезапно, одна из сигнатур замигала, и ИИ тут же прокомментировал:

— Входящий вызов на мобильное устройство. Вызов отслежен, абонент определён. Есть подтверждение контактов абонента с отслеживаемым номером.

Замигала ещё одна иконка, и, открыв файл, я просмотрел данные по соединениям.

— Так… Все входящие… Первое соединение четыре минуты, второе двадцать секунд, на остальные Гена не брал трубку, и потом вообще отключил телефон. ИИ! Данные по соединениям этих двух активных номеров.

Почти сразу пришёл ещё один файл. Просмотрев его и наложив время контактов на происходившие почти двое суток назад события, я удовлетворённо хмыкнул. Получалось, что было два контакта за сутки до исчезновения Генки, потом за час, далее через несколько минут после начала движения, и далее, по прибытии в эту деревеньку. В принципе, всё уже более менее понятно. Осталось только уточнить детали, но это можно сделать уже на месте.

— ИИ! Полностью отсканировать место исходящего вызова, отслеживать абонента и окружение, если оно есть. Иван!

— Да, командир!

— Как там у тебя ребята? Пообтёрлись?

— Ну, в общих чертах. До Имперских стандартов пока не дотягивают, но по сравнению с земной подготовкой, небо и земля.

— Вот и отлично. Готовь группу из десяти человек. Надо тут прогуляться в одно место.

— Есть! Через пять минут будем готовы.

— Добро, скидываю тебе данные по диспозиции. — Следом я вызвал адмирала. — Михалыч!

— Здесь Михалыч, что случилось?

— Через десять минут, мне нужен десантный бот и два штурмовика в прикрытие.

— Будет. В подробности посвятишь?

— А то ж. Пилоты хоть поднатаскались?

— Учатся. Отправлю с вами Эльс, и Андрейку.

— Пацана?

— Этот пацан всем нашим профессионалам нос утёр уже не единожды. Талант у него к пилотированию.

— Ну, как скажешь. Давай, десять минут.

— Есть!

Пока разговаривали с адмиралом, я уже успел выйти в нужный ангар, в котором уже строились не так давно пополнившие наше десантно-штурмовое подразделение бойцы.

— Андрей, данные посмотрел?

— Так точно, картина в общих чертах понятна. Подробности на подлёте рассмотрим.

— Добро. На ка вот ещё тебе, информацию к размышлению. — Я сбросил ему данные сканирования второй точки, в которой находился вероятный заказчик.

На несколько секунд он подвис, обрабатывая полученные данные, посмотрел на меня, и сказал:

— А вот тут уже немного посерьёзнее будет. Мы с чем пойдём?

— Мы пойдём на десантно-штурмовом боте с полной загрузкой, и два штурмовика в прикрытии.

— Тогда без проблем. Но может быть небольшой фейерверк. Насколько я понял, там заложники, так что брать будем с земли?

— Правильно понял. Так что будем работать в штурмовой броне. О, бот готов. Давайте, грузитесь, и готовьтесь.

— Есть! — Он повернулся к парням и, переключившись на частоту отделения, махнул им рукой, после чего они бегом проследовали на погрузку.

Я связался с готовившимися к вылету Эльс и Андреем, раздал ЦУ и проинструктировав их на предмет максимально возможной скрытности проводимой операции, поднялся по аппарели в готовый к взлёту шаттл. Немного повозившись, с помощью уже готовых к бою десантников, я влез в бронескафандр, и прошёл к пилотскому ложементу. На обзорном экране в кабине уже присутствовала хитрая Нафанина рожица, которого я решил привлечь к пилотированию челнока. Получив сигналы готовности от нашего сопровождения, я запросил разрешения на вылет, и, дождавшись полного открытия тяжёлых внешних створов ангара, наша группа, аккуратно продавив защитное поле с ускорением пошла в сторону планеты.

В отличии от некоторых, я первый раз решил посетить Землю, всё как-то перекладывая это дело на плечи остальных, и теперь с интересом наблюдал быстро приближающуюся ночную сторону планеты. В атмосферу, мы, в отличии от земных спускаемых аппаратов благодаря антигравам вошли фактически без спецэффектов. Так, на мгновение еле-еле засветился контур защитного поля и корпус челнока чуть вздрогнул, и всё. Подключившись к виртуальному пространству шаттла, я с интересом «оглядывался» по сторонам. Сканеры работали в активном режиме и выдавали массу интересной информации. Система обнаружения ПВО нас не видела, и все её объекты отмеченные сканерами были окрашены в пассивный синий цвет. Группа ходко шла на достаточно большой высоте, и точка назначения, подсвеченная жёлтым цветом быстро приближалась. Зависнув на двадцати километрах прямо над точкой, Нафаня просканировал всю прилегающую территорию и передал данные на импланты. Кроме интересующих нас лиц и двух автомобилей во дворе стоящего на окраине дома, где они находились, во всей округе больше не было ни души. Два объекта сидели в машине, вероятно выполняя роль охранения, остальные находились в единственной комнате небольшого домика. Судя по засветке, топили печь. Сигнатура Геннадия так и находилась ниже уровня земли, скорее всего в подполе. После короткого совещания, бойцы быстро определились с планом действий, и высадившись на огороде со стороны небольшого леска, двое из них сразу отправились в обход дома, который загораживал нас от наблюдателей сидевших во дворе, а остальные, рассредоточившись, взяли на прицел находящихся в доме, благо возможности импульсных автоматов, которыми были вооружены бойцы позволяли без проблем вести огонь прямо сквозь стены каркасно-щитового домика, в котором находился противник. Распределив цели, и получив подтверждение о готовности, Иван скомандовал:

— Начинаем на счёт три. Раз, два…

— Имы коротко взрыкнули, от домика полетели щепки, и несколько бойцов, прикрывая друг друга проникли внутрь. Быстро осмотрев усыпанное щепой помещение, заполненное дымом из развороченной печи, они доложились:

— Чисто! Пять двухсотых, один трёхсотый. Заложник не пострадал.

— Заложника выводим и в бот, трёхсотого на улицу, посмотрим, что за птица.

Мимо нас Иваном ребята протащили избитого до полусмерти, окровавленного Генку, следом из двери выкинули стонущую тушку бандита кавказской наружности с развороченным очередью Има тазом. Разгерметизировав забрало я подсветил себе встроенным в цевьё автомата фонариком, пытаясь рассмотреть перекошенное лицо заросшее до глаз чёрной неопрятной бородой.

— Не жилец. — Констатировал вышедший следом за вылетевшим телом один из бойцов.

Стекленеющий взгляд выкаченных глаз и пробежавшая по тушке затихающая судорога, только подтвердили его слова.

— Остальные такие же? — Уточнил я у побывавших в доме бойцов.

— Они самые. — Кивнул с ответ стоявши поближе. — Никак не успокоятся.

Помолчав, я посмотрел на начинающие разгораться в доме угли, вылетевшие из разбитой печи. Потом перевёл взгляд на тело.

— Закиньте это обратно. — Потом посмотрел на два силуэта в машине. — И этих туда же. И грузимся.

Бойцы споро покидали дрова в топку, и быстрым шагом отправились к челноку. Посмотрев на разгорающееся пламя ещё несколько секунд, я последовал за ними.

— «Блин! Как же мне всё это дорого то! Успел уже отвыкнуть от всего этого дерьма за то время, пока болтался по галактике, и тут опять…»

Генка с пристёгнутым реаниматором лежал на разложенном кресле. Жизни его уже ничего не угрожало, здоровье поправим. А вот за то, что они с ним сделали, им придётся ответить. Просто так, спускать я никому и ничего не собирался. Хватит. Доспускались.

— Возвращаемся на корабль. — Сообщил я смотревшим на меня десантникам. — Раненого сдадим, личный состав дополним, и на второй адрес.

— Нафаня, взлетаем, пока не разгорелось! А то спалимся. — Приказал я домовёнку, устраиваясь в ложементе.

Обратный полёт прошёл без каких-либо приключений, мы почти сразу вышли на орбиту, и пару раз благополучно увернувшись от разнообразного летающего хлама, совершили посадку на внутреннем космодроме. Вызванные на подлёте дроиды, сразу после посадки утащили бесчувственного Гену в медкомплекс, а к нам подошёл Петрович, и, поинтересовавшись тем, как всё прошло, напросился с нами посетить второй адрес. Для второго похода в «гости», мы привлекли ещё одно отделение десанта, и, соответственно, пришлось брать ещё один бот, на который взяли двух пилотов из последнего пополнения. Как сказала Эльс, на истребителе в бой им ещё рано, а вот на шаттле будет в самый раз. Тем более, оба в прошлом были вертолётчиками и не раз принимали участие в боевых действиях. Так что огнём поддержат, если что. Самое главное, чтобы не промахнулись. Пока мы были в гостях, озадаченный мной ИИ привлёк к разведке второй точки разведывательный зонд, и прямо с низкой орбиты детально отсканировал саму цель и прилегающую местность. Здесь всё было намного сложнее, поскольку в доме находилось более двух десятков вооружённых людей, около восьми заложников, пять собак, и сам дом, имевший очень мощные каменные стены был больше похож на дот, чем на жильё. Ко всему прочему, за высоким каменным забором по внутреннему периметру передвигались часовые, и в самом доме было полно оружия и взрывчатки. Тут, с кондачка всё не решишь. Устраивать полноценный штурм укреплённой позиции, не хотелось бы, поскольку могли пострадать заложники, и мы устроили небольшой «совет в филях». Самым разумным, было предложение влепить туда пару ракет с мощной боевой частью, и забыть об этой проблеме, но, поскольку здание находилось хоть и на окраине небольшого населённого пункта в горах, всё равно существовала большая вероятность зацепить взрывной волной посторонних, да и заложников было немного жалко. После недолгого совещания, перебрав все возможные варианты, мне вдруг вспомнились обстоятельства нашего похищения, и я поинтересовался у Петровича:

— Саш, а ты ведь помнишь, как нас пираты тогда из парализаторов приложили? Может у нас есть что-нибудь подобное на вооружении?

— Ты имеешь в виду парализаторы? — Вопросительно посмотрел на меня Петрович, и увидев, как я согласно кивнул, продолжил: — В принципе, есть. Но есть одно «НО». Они работают только на открытом пространстве. Любая, даже самая незначительная преграда, значительно ослабляет напряжённость поля, а в нашем случае, через сталь и бетон, они будут вообще бесполезны. Я тут поковырялся в информационных базах, и выяснил, что наши десантные боты оборудованы стационарными станнерами, применяющимися при высадке на планеты для не летальной расчистки периметра выгрузки. Но, хоть они и в разы мощнее, ограничения у них всё те же. По предварительным расчётам, существенного урона находящимся в интересующем нас строении импульс не принесёт. Скорее всего, только насторожит.

— А если сразу несколько импульсов?

— Тогда все, кто попадёт под удар на открытой местности, умрут. И смысл использовать не летальное оружие?

— Они и так умрут. Я не об их здоровье пекусь. Перед нами сейчас стоит задача беспрепятственного проникновения внутрь дома. Вот, смотри. — Я развернул голограмму объекта. — Собаки и часовые на открытой местности, выключаются с первого импульса, но, судя по имеющимся данным, внутри мы имеем ещё минимум четверых наблюдателей. Двое на чердаке, и двое возле окон. Крыша металлическая, на окнах имеются решётки. Насколько я тебя понял, то полную дозу с первого импульса они не получат, только какую-то часть. Правильно? — Петрович кивнул. — И если мы продолжим серию, то с каждого последующего импульса, они будут набирать свою дозу. Какое ослабление излучения рассчитывает для них ИИ?

— До двадцати пяти процентов от начальной мощности для тех, кто на чердаке, и до пятнадцати тем, кто внутри…

— Вот. Пять — шесть импульсов, и они отвалятся. А дальше у нас полная свобода действий по внешнему периметру. Остальные чухнутся только тогда, когда мы будем уже внутри. Первым делом отсекаем от злодеев подвал со взрывчаткой и заложниками, остальных зачищаем. Хотя, есть смысл главарей взять живыми, да немного по расспрашивать. Хоть их контакты мы и отследили, но некоторые дополнения, нам бы не помешали.

— Тогда предлагаю следующее. Сразу по прилёту, вешаем один бот над периметром, и работаем станнером по максимуму. Далее, высаживаемся сразу по месту, аккуратно срезаем резаком петли и замок, входим в дом, и далее работаем парализаторами. Работать будем парами. Один боец с парализатором, второй с ИМом, для подстраховки. Мало ли что.

— Принимается. Только что бы до начала работы максимально устранить все риски, берём под контроль систему видеонаблюдения, и систему охраны, если таковая имеется. Для чего перед началом операции, нам нужно будет использовать капсулу с нанопылью из разведывательно-диверсионного комплекта.

— Разумно. — Согласился со мной Петрович. — Тогда и резак не понадобится.

— В смысле?

— Так нанопыль замок секунд за двадцать вообще без шума сожрёт. Надо только ей целеуказание правильно выдать.

— Ох ничего же себе! А что она ещё может? — Я лихорадочно запустил поиск по информбазам по запросу о возможностях этих нанодиверсантов.

— Да она много чего может. — Петрович на секунду подвис, по всей вероятности тоже активировав поиск информации и вдруг выдал с офигевшим видом. — Нам в принципе, и станнеры не понадобятся.

— Это факт. — Очумело пробормотал я, распаковав наконец информпакет с описанием возможностей нанопыли.

Вот это мы лоханулись. Ладно я, учитывая количество обрабатываемой информации и решаемых проблем, только пробежался по верхушкам доступной информации, посвящённой возможностям имеющейся у нас техники, но Петрович, к ведомству которого напрямую относилось данное оборудование, при планировании даже и не вспомнил об этом универсальном средстве, которому в пределах Земных технологий фактически не могло быть никакого противодействия. Нам достаточно было просто распылить контейнер с наномашинами над интересовавшим нас объектом, и через некоторое время просто прийти и собрать все ништяки, вообще не заморачиваясь с планированием штурма и возможных боевых действий.

— Петрович, а ты помнишь, что завещал нам великий Ленин? — Вкрадчиво начал я.

— Да он много чего завещал. — Подозрительно глядя на меня ответил тот. — Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что надо учиться, учиться, и ещё раз учиться, чтобы знать возможности вверенной тебе техники, а не использовать высокотехнологичное оборудование заместо лома и кувалды.

— Володь, да тут столько всего много навалилось, что я так, только всё просмотрел, ну и по мере надобности подучиваю. Вот, как сейчас. — Попытался оправдаться он. — Ведь разобрались?

— Угу, разобрались. Только после того, как я про эту пыль вспомнил. А должен был ты предложить. Так что не тормози, а учись.

— Есть учиться. А сейчас что делаем?

— Давай менять начало не будем. Отрабатываем парализаторами, контейнер распыляем прямо над крышей, задаём программу, ждём результата и дальше по обстановке.

— А зачем станнер?

— Так быстрее получится, да и ребят потренируем. Мало ли когда пригодится. Группы готовы?

— Да, все уже в сборе. Ждут только приказ.

— Добро, командуй погрузку, и по дороге загрузи всем план операции.

— Есть! — Петрович отправился раздавать команды, а я сразу прошёл в свой бот, которым управлял Нафаня.

Погрузка много времени не заняла, и через семь минут, два наших бота уже вылетели в сторону планеты. Устроившись в ложементе, я в который уже раз во все глаза завороженно разглядывал стремительно приближающуюся родную планету. Кажется, в многократно изученном изображении уже давно не может быть ничего нового, но каждый раз, когда я смотрел на землю, находились какие-либо штрихи не замеченные ранее. До рассвета оставалось ещё три с лишним часа, и хоть нам этого времени было более, чем достаточно, излишне возиться не стоило. Через десять минут после вылета, мы уже зависли над искомой точкой, и второй челнок, зависнув в паре десятков метров над крышей здания, накрыл периметр маскировочным полем и быстрой серией импульсов разрядил накопители находящегося в нижней полусфере станнера. Всё пространство под маск. полем на несколько мгновений залило призрачное бледно-зелёное свечение, и когда оно угасло, на обзорном экране были видны беспорядочно валяющиеся тела охраны, поголовно накрытой парализатором. И почти сразу после залпа, в считанных метрах над крышей раскрылся выпущенный из бота контейнер с нанопылью, которая густым облаком, видимым только на экране, на короткое время окутала обречённый дом, почти сразу полностью всосавшись внутрь строения. Через несколько минут, всё было кончено. За исключением заложников и одного бандита, которого мы определили как главаря, остальные, помеченные, как цели атаки, были гарантированно мертвы. Бойцы, быстро высадившиеся на своих индивидуальных антигравах прямо во двор, без помех проникли в дом, успокоив при этом зашевелившегося главаря из парализатора, и, без проблем взломав ведущую в подвал дверь, уже выносили обнаруженных там заложников, а я, выйдя из приземлившегося около уже открытых кем-то из бойцов ворот, поджидал обследовавшего особняк Петровича. Площадка перед воротами была совсем небольшой, и места на ней только-только хватало только для одного челнока, поэтому, пришлось загружать корабли по очереди. Заложников уже всех загрузили в мой бот, и как раз последним тащили главного, когда поступил вызов от Петровича.

— Володь, спустись в подвал. Мы тут кое что интересное нашли. Лови картинку.

— Ох, ничегож себе! — Я даже присвистнул от удивления, увидев изображение. — Иду!

Войдя в дом через действительно бронированную дверь и оценив по пути толщину стен, я спустился в подвал. Сам подвал, находящийся под домом, меня не очень то и впечатлил. Подвал, как подвал, ящики с консервами перемежались с ящиками с оружием, патронами, отдельно был сложен штабель из ящиков со взрывчаткой. В дальнем углу была выгородка с решёткой, в которой содержались заложники, откуда ощутимо пованивало, а вот в углу за ящиками со взрывчаткой, была ещё одна открытая дверь, за которой тянулся вырубленный в скале, на которой стоял дом, неширокий проход, в глубине которого виднелись отблески мощных фонарей, куда я и направился.

— Петрович! Вы в этой кишке, что ли?

— Угу, в ней самой. — Хихикнул он. — Иди сюда, только пригибайся, в проходе потолок неровный.

— Уже пригибаюсь. — Ответил я, треснувшись шлемом об выступ на потолке.

Через два десятка метров, я вышел в небольшую, квадратов в пятьдесят, нерукотворную пещерку, наполовину заваленную непонятным барахлом, где увидел Петровича с парой десантников, ворошащих какие-то тюки.

— И где оно? — Спросил я Сашку, оглядываясь по сторонам.

— Да везде. — Ответил тот. — Всё битком деньгами забито.

Включив встроенное в броню внешнее освещение, я пригляделся к тюкам, оказавшимися ни чем иным, как челночными сумками, раскрыл несколько из них, и вторично офигел. Все сумки были забиты деньгами. Причём в самых разнообразных валютах. Даже, наверное иенами. Ну, или юанями, хрен их разберёшь, иероглифы и иероглифы.

— Очуметь! Сколько же их тут?! — Невольно воскликнул я.

— Это ещё не всё. Вон, в углу, золото в ящиках. Слитки, правда немного, остальное украшения.

Я подошёл к указанной Петровичем горке ящиков, посмотрел на тускло блеснувший в свете фонарей благородный металл, хмыкнул, и повторил: — Очуметь!

— Чего делать будем, Володь?

Я смотрел на добро, и даже не пытался бороться с душащей меня жабой.

— Саш, предложения следующие. Всех спасённых на один челнок, отправляем с парой сопровождающих наверх, они там очень быстро разгружаются, и, прихватив с собой транспортный бот для тяжёлого вооружения, так же очень быстро возвращаются. Мы же, за это время вытягиваем всё это добро наверх, по прибытию загружаем в транспорт и отваливаем.

— А оружие?

— А зачем оно нам? В принципе, для образца можно конечно, что-то прихватить, но…

— И чего, так и оставим?

— Зачем оставим? Здесь и в подвале, оставим по паре плазменных гранат, и всё. Заодно и хвосты приберём. Надо только со двора все тушки в дом затащить.

— Рванёт знатно. Там одной взрывчатки с полтонны. Местных побьёт.

— Сильно не побьёт. Подвал глубокий, основная волна вверх пойдёт. Если так оставить, то преемники этим уродам быстро найдутся, а если вывозить, ни времени, ни желания нет.

— Добро. — Петрович опять подвис на полсекунды, отдавая приказ по мыслесвязи. — Всё, Нафаня пошёл. Ориентировочное прибытие транспорта, семнадцать минут. Пока будем грузить, и челнок вернётся.

— Про маскировку напомнил?

— Обижаешь…

— Ну, тогда не будем терять времени.

Мы подхватили по одному баулу, и, пригнувшись, направились в основной подвал, где уже подтянувшиеся туда бойцы переняли у нас эстафету, и споро, выстроившись цепочкой, перетащили всё добро во двор, где и загрузили в прибывший к тому времени транспорт. После прибытия второго челнока, Петрович самолично, не доверив сие действо никому, заложил и активировал в подвале плазменные гранаты, поставив задержку в десять минут, и, выскочив из дома во двор, отдал команду на отлёт. Закладка сработала уже тогда, когда мы были уже почти на орбите. На экране, специально настроенном на это место, внезапно сверкнула яркая вспышка, и было видно кольцевую ударную волну, разошедшуюся от эпицентра, а всю округу накрыла плотная шапка дыма. На экране угадывалась огромная воронка, возникшая на месте подрыва, и скрывшая все следы нашего пребывания в этом месте.

Наше возвращение на линкор прошло настолько буднично, что можно было бы подумать, что мы всю свою сознательную жизнь только и занимались тем, что летали в космосе, хотя, если не брать в расчёт нас с Петровичем, у остальных это только второй, по настоящему боевой вылет. Вот точно говорят, что человек, это такое удивительное существо, которое очень хорошо приспосабливается к среде обитания. То, что вчера казалось невозможной фантастикой, сегодня уже событие обыденное и совершенно ничем не примечательное.

Что и продемонстрировали наши непринуждённо переговаривавшиеся бойцы, уверенно сходящие по открывшейся аппарели на плиты внутреннего космодрома. Я даже пихнул локтём Петровича.

— Саш, смотри, совсем освоились, как будто всю жизнь в космосе прожили.

— Угу. Как с улыбайки на лётку сходят. А этого куда? — Спросил он провожая взглядом утащенного дроидами главного бандоса.

— Этого пока на губу. Пообщаешься с ним?

— Без проблем. Как раз ещё двоих ребят возьму. Они из Пашкиного ведомства, заодно и навыки освежат. Он нам потом нужен?

— Да нет. Потрошите, и за борт.

— Добро. Пойду тогда в порядок себя приведу, и через часок начнём. — Констатировал Петрович, и отправился в сторону жилых палуб.

Я, озадачившись в этот момент просмотром двух вновь поступивших сообщений, просто кивнул ему вслед, и, подумав, отправился следом, просматривая по дороге списки наличного состава. Такие новости надо обдумывать очень обстоятельно. Первое из сообщений, касающееся завершения работ на Луне, было ожидаемо, и, поскольку секретом не являлось, было автоматически растиражировано всему нач. составу. А вот со вторым, было интереснее. Это был отчёт от нашей экспедиции, посланной по имевшимся у нас координатам кислородной планеты, и судя по быстро пролистанной информации, там всё было просто отлично. Теперь мне требовалось некоторое время для детального изучения немаленького отчёта, и лучшего места для этой работы, кроме моей каюты в природе не существовало. Осмысление полученной информации заняло у меня больше двух часов, после чего, сформировав список уточняющих вопросов, и отправив сообщение по гиперсвязи, я сотворил в синтезаторе небольшую ёмкость с коньяком, закурил, и, поудобнее устроившись в подстроившемся под меня кресле, крепко задумался. Но только я сделал маленький глоток…

— Слушаю… — Немного раздражённо буркнул я на вызов мысленно ткнув замигавшую иконку.

— Володь, извини если не вовремя, но тут твой друг в себя пришёл. Ты бы подошёл, объяснил ему обстановку, пока он с глузду не зъихал. — Донёсся до меня виноватый голос Петровича.

— Иду. — Я прервал связь, и с сожалением отставив ёмкость с янтарным напитком в сторону, поднялся с кресла.

Через десять минут я уже разглядывал приведённого в порядок и заметно помолодевшего Генку, который, в свою очередь ошалело пялился на меня во все глаза и в крайней степени изумления открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыбина.

— А…. Ваа… алодь! Ты, что ли?! Ты же пропал!!! — Через пару минут наконец смог выдать он.

— Пропал, да вот нашёлся. — Улыбнувшись ответил я. — Да я это, я! Успокойся. Всё в порядке!

Но Геннадий успокаиваться никак не хотел.

— А где мы?! Что это?! — Обеспокоенно оглядев белоснежный приёмный покой, поинтересовался недавний заложник, и указав пальцем на стоящего чуть в стороне Петровича, добавил почти шепотом. — Он сказал, что мы в космосе, на корабле. Но ведь ТАКИХ кораблей не бывает!

— Бывают Гена, бывают. — Я отдал ИИ медотсека команду, и почти тут же, одна из стен медотсека превратилась в огромный экран, на котором появилась завораживающая панорама Земли со стремительно наступающим утром.

Генка, посмотрев на открывшийся вид, так и осел с открытым ртом, не отводя полубезумного взгляда от экрана. Переглянувшись с Петровичем, я вздохнул, и найдя взглядом синтезатор, отдал мысленную команду на изготовление порции проверенного лекарства. Забрав из звякнувшего устройства небольшую, грамм на триста ёмкость, я сунул её в руку находящемуся в ступоре Генке, и приказал: — Выпей! — На что он машинально поднёс посуду ко рту и начал бездумно поглощать содержимое, проливая при этом изрядную часть жидкости на себя. На пятом или шестом глотке, его глаза стали проясняться, он вдруг поперхнулся, и, прокашлявшись вдруг скривился, как от незрелого лимона. Потом понюхал стакан, и осмысленным голосом выдал:

— Что же вы черти делаете! Я ведь уже три месяца, как пить бросил! — Потом ещё раз понюхал ёмкость, и со словами — «А пошло оно всё!» — залпом допил остатки и поинтересовался насчёт «закусить».

Глядя на выходящего из ступора пациента, мы не смогли удержаться от смеха, и подхватив его под руки, отправились ко мне. Пока мы шли, Геннадий всё ещё ошарашенно оглядывался по сторонам, и когда мы вышли из лифта на императорской палубе уже осмысленно спросил: — Так это всё правда?

— Что правда? — Я подтвердил доступ, и толстая переборка бесшумно ушла в стену, открывая доступ в мою каюту.

— То, что мы на космическом корабле. — Наш невольный гость с интересом осматривался в моих апартаментах.

— Правда Гена, правда. Ты проходи вон, к столу, присаживайся. Сейчас я еду закажу.

Мы с Петровичем расположились за столом напротив гостя, а бесшумно появившийся из своей ниши бытовой дроид уже начал накрывать на стол. Хоть слегка уже захмелевший Генка и таращился на обслуживающий нас механизм с явной опаской, но держался он уже поувереннее.

— Саш, кстати, а что там с этим абреком?

— Да нормально всё. Что знал, рассказал. Имен много назвал. Много чего интересного. Я же тебе файл сбросил.

— Видел. Но не смотрел ещё. Вы его хоть отпихнули подальше? А то будет вокруг корабля летать.

— Обижаешь! — Петрович ухмыльнулся. — Он теперь на землю летит. Пусть полюбуется напоследок.

— В смысле полюбуется? Вы его что, на шаттле отправили?

— Что мы, совсем, что ли? Мы его в малый пустотный контейнер засунули, и с ускорением в сторону планеты отправили. Контейнер где-то на час рассчитан, так ему с запасом хватит. Сейчас, подожди… Вот, есть!

Изображение на включенном экране показывающем Землю чуть сместилось, потом скачком приблизилось, и на фоне ставшей вдруг огромной Земли мы увидели полутораметровый прозрачный шарообразный контейнер со скрюченной человеческой фигуркой внутри. Судя по бледному сиянию начавшему охватывать контейнер, он уже начал входить в плотные слои атмосферы.

— А кто там? — Спросил Гена, разглядывая во все глаза открывшуюся картину.

— Там тот, кто тебя заказал.

— Сгорит? — Будничным тоном поинтересовался он, глядя на охваченный уже самым настоящим огнём шар.

— А куда он денется! — Хмыкнул Петрович.

Я разлил водку по стаканам, и обратился к мужикам, увлечённо разглядывающим удаляющийся клубок огня. — Ну что! Давайте за нового космонавта выпьем!

3

После нескольких традиционных тостов, и лёгкого, ни о чём разговора, всё ещё немного ошарашенный происходящими событиями Гена вдруг, как бы очнувшись, внимательно посмотрел на нас с Петровичем и спросил:

— Слушай, а откуда всё это?

— Что Это? — Я даже немного опешил от резкой смены темы.

— Ну, всё, это! — Он неопределённо помахал перед собой руками.

— Это… — Я скосил глаз на Петровича. — Эхо войны.

— Какой войны? — В недоумении переспросил Генка.

— Это долгая история, но мы никуда и не спешим. Так что слушай. — Я прокашлялся, и, вспомнив вступление к «Звёздным войнам», трагически начал вещать: — Давным-давно, в одной очень далёкой галактике…

Рассказывал я довольно долго, лишь изредка прерываясь, чтобы промочить горло. Поначалу, наш гость слушал меня со скептическим видом, но по мере подключения в качестве иллюстраций видеоряда, весь его скептицизм куда то пропал, и вскоре на его лице ясно читалось ошеломление пополам с восторгом.

— Вот так ты здесь и очутился. — Закончил я повествование описанием наших недавних подвигов.

— Очуметь! — Геннадий отряс головой. Просто фантастика! Я про похожие приключения прочёл несколько книжек. Но тут ведь всё настоящее! Постой! Ты говорил, что Татьяна с тобой! Она тут?

— Нет. Ты невнимательно слушал, я же рассказывал, что она осталась присматривать за станцией, ну и вообще. — Я не стал открывать ненужные в этот момент подробности.

— Я думал, что ты пошутил. — Он недоумённо пожал плечами. — Просто Татьяна и станция… Она ведь фантастику вообще никогда не любила.

— Тут, Гена, уже не фантастика. Тут жизнь. Как там в «Матрице» говорили? «Welcome to the real world?»

— Угу. — Он задумчиво покивал головой. — Слушай, а что может этот имплант? Я так понял, что мне его тоже установили?

— Установили. А может он многое. Судя по времени, он у тебя уже должен скоро полностью развернуться и активироваться. Посмотришь всё в файле. — Я на секунду подвис, просматривая входящее сообщение, и поднялся. — Ладно, давай пока у меня отдыхай, а мы с Петровичем пойдём делами заниматься.

— А вы куда?

— На кудыкину гору.

— Не, ну серьёзно!

— Всё вот тебе надо. — Я неодобрительно покачал головой. — Ладно. Секрета тут нет. Через десять минут паркуемся на Лунной орбите. Надо базу проверить, и начинать потихоньку туда народ с корабля переселять. Так что забот будет полон рот.

— Мы что, уже на Луну прилетели? Очуметь! А может я с вами?

— Не может. Потом всё посмотришь. Лучше ложись, отдыхай, и имплантом занимайся. С ним тоже всё не так просто. — Отдав ЦУ, я обернулся к Сашке, и приглашающе мотнув головой, пошёл к выходу.

А Михалыча я сейчас точно тресну чем-нибудь. Журналист хренов! Дожил до седых мудей, а ума, как у пацана. Надо же было додуматься такую херню на ютуб выложить! Ей богу, пришибу!

К тому времени, как я добрался до центрального поста, наш корабль уже завис на высокой орбите над нашей лунной базой. Несколько минут, меняя разрешение, я специально всматривался невооружённым взглядом в изображение поверхности выведенное на обзорный экран, но так и не смог увидеть ни одного признака того, что могло указывать на какую-либо рукотворную деятельность в этом районе обратной стороны. Защита работала выше всяких похвал. Удовлетворённо хмыкнув, я подключил фильтр, и перед моим взором медленно проявилась картинка во всей красе отражающая реальное положение вещей. Вдруг нарисованное ИИ изображение стало тускнеть, и на раскинувшейся внизу поверхности под истаивающим маскировочным полем стали проступать реальные контуры базы. Я недоумённо огляделся. Весь персонал ЦП, готовясь к предстоящим событиям, сосредоточенно занимался своими делами, не выказывая ни малейшего беспокойства. Посмотрев ещё раз на экран, я не утерпел, и вызвал Михалыча.

— Лёнь! Что происходит? Что с маскировкой?

— Снимаем. Пока, она больше не нужна, зачем тратить лишнюю энергию?

— В смысле не нужна? А как же спутник?

— Этот что ли? — Изображение скакнуло, и на экране появился небольшой аппарат, беззвучно летевший в безвоздушном пространстве. — Так он испортился. Больше ничего никому не передаёт.

— А если вдруг опять заработает?

— Нет. Точно не заработает. Мы ему три дня назад, энергоблок аккуратно прострелили. Он после этого двое суток на аккумуляторах тянул, а вчера окончательно сдох. Энергоактивности ноль.

— Теперь на Земле дёргаться начнут.

— Вряд ли. Они все два дня пытались дистанционно проблему решить, да не вышло. — В голосе Михалыча послышался смешок. — Да и подстрелили мы его на видимой стороне. Так что спишут всё на микрометеорит.

Я негромко буркнул: — Подведёшь ты нас всех под монастырь.

— Не волнуйся, Володь, окололунное пространство мы сейчас полностью контролируем, так что неожиданностей не будет. Система контроля полностью автоматизирована, и при нынешнем уровне развития земных технологий, врасплох на застать невозможно. Да и судя по последним данным, в сторону Луны никто пока ничего запускать не планирует.

— Угу. Особенно после твоих последних художеств. В интернете такое брожение началось, что скоро сюда не один спутник запустят, а целый флот.

— Да ну, побурлят и перестанут. Первый раз, что ли? Да и не поверил никто. — Немного неуверенно, как мне показалось, ответил адмирал.

— Ладно, с этим позже разберёмся. Ты с поверхностью связывался? Когда высаживаться будем?

— Да хоть сейчас. В принципе, всё готово. Основной персонал базы сформирован, оповещён, так что давай команду, и начинаем.

— Даю. Пусть начинают погрузку. Дальше по готовности, согласно плана. Я их ждать не буду, пожалуй. Ты со мной?

— А как-же. Петрович? — Он вопросительно посмотрел на меня.

— Он уже внизу, в ангаре. Так что, пошли.

— Две минуты. Сейчас, ЦУ раздам, и догоню.

Михалыч впал в прострацию, раздавая указания, а я отправился на внутренний космодром.

Для переправки людей, мы планировали использовать два десятка транспортных шаттлов, собранных нами со всей эскадры, каждый из которых свободно вмещал до трёхсот человек с личными вещами. Сильно спешить мы не собирались, и первой партией отправляли на планетоид только постоянный персонал, дав им на размещение и адаптацию два-три дня, после чего, перевезти остальных, число которых за последнее время изрядно увеличилось. Как мы и опасались, количество вытащенных с Земли людей начинало увеличиваться в геометрической прогрессии. Уже находящиеся у нас люди просили забрать с собой родственников, знакомых, затем к ним подключались вновь прибывшие, и так по нарастающей. Как раз перед тем, как забрать Геннадия, не обращая внимания на поднявшееся недовольство, я, своим волевым приказом временно заморозил эвакуационные мероприятия до особого, так сказать распоряжения, поскольку наш линкор стал напоминать не военный корабль, а ковчег, где на одного военного уже приходилось по десятку гражданских. Да и на планете, когда счёт пропавших перевалил за десяток тысяч, потихоньку начался тихий кипеж, а тут ещё и Михалыч подсуетился…

Мы уже заходили на посадку на раскинувшийся под защитой комбинированного силового поля космодром лунной базы, как со стороны ложемента послышались сдавленные матюки пилота, а на экране я вдруг ясно увидел начавшие стремительно разворачиваться в боевое положение батареи ПКО, мирно дремавшие до этого момента под поверхностью. Быстро подключившись к виртуальному пространству челнока, я услышал монотонный бубнёж защитного ИИ базы:

— Неизвестный корабль, вы вторглись в закрытое пространство транзитной базы Империи Эридан. Приказываю вам немедленно прекратить движение и предоставить действительные коды для опознания. В противном случае вы будете уничтожены. Повторяю…

— Михалыч, чего за нафиг? — Я пихнул в бок напрягшегося адмирала.

Тут прямо по курсу прошла ясно видимая очередь разрядившейся лазерной батареи ПКО нехилого калибра. Наш челнок остановился настолько резко, что система компенсации не смогла до конца погасить внезапно возникшую перегрузку, и я чуть не вылетел из кресла, а из пилотского ложемента уже во весь голос донёсся поток отборного армейского мата.

— Что происходит?! — Я не отрываясь смотрел на покрывшегося испариной Михалыча.

— Сам не понимаю! — Ошарашенно ответил тот. — ИИ базы не принимает мой код доступа.

— Как такое может быть?

— Не понимаю…

— Интересно, а мои коды ещё действуют? — Недолго думая, я перенаправил канал связи с базой на себя и передал ИИ свои коды доступа. Через пару томительных секунд, события кардинально изменились.

— Доступ подтверждён, посадка разрешена, коридор сближения по векторам… — Я не стал дальше заморачиваться, и перенаправил канал пилоту.

Ещё через пару секунд пришёл вызов с базы и на экране появился взволнованный Ганс.

— Товарищ адмирал, что же вы не предупредили, что с вами и товарищ император прибудет, мы бы…

Михалыч взорвался: — Вы чего там творите, паскудники! Совсем уже страх потеряли?!

— Прошу прощения, мы хотели учения провести по ПКО, ведь…

Со стороны Петровича донеслось сдавленное хихиканье.

— Да провались ты со своими учениями дрыном косматым, против шерсти волосатым, трижды злоепахучим продрыном вдоль и поперек с присвистом через тридцать семь гробов в центр мирового равновесия! — Вдруг выдал красный как рак Михалыч в ответ на объяснения главы СБ базы. — Чуть до инфаркта не довели! Сейчас я до вас доберусь!

Пока суть да дело, наш шаттл как раз совершил посадку на внешнем, прикрытом силовыми полями космодроме базы. Наш разъярённый адмирал, не дав аппарели раскрыться до конца, как пробка из бутылки вылетел наружу, и, проигнорировав стоящий тут же транспортёр, понёсся вприпрыжку в сторону открывающихся шлюзовых ворот устраивать разнос. Проводив взглядом уносящегося в даль Михалыча, мы с Петровичем переглянулись и дружно заржав, не спеша вышли на шершавое покрытие лётного поля.

— Смех смехом, а меня всё-таки тряхануло. — Заметил Петрович, разглядывая густо испещрённую точками звёзд чернеющую пустоту, отделённую от нас лишь слабо мерцающей плёнкой силового поля. — Я уж подумал, что интеллект этот с ума сошёл. Оказывается, не интеллект.

— А я, почему то с самого начала уверен был, что это Ганс нашего Михалыча подъебнул. Лёнька его в последнее время своими вводными да придирками заколебал. Да и чуйка молчала. Хотя, после обстрела я тоже немного напрягся. — Ответил я ему, в свою очередь тоже разглядывая сияющие огоньки звёзд.

— Красотища то какая. Сколько уже на эти звёзды смотрю, и всё равно, как в первый раз. — Александр опустил голову, и осмотрелся. — О, едут!

Я оторвался от созерцания искрящейся бездны и посмотрел на приближающийся транспортёр, в котором обретший нормальный цвет лица Михалыч весьма эмоционально что-то выговаривал сидевшему с понурым видом пунцовому Гансу.

— Вот он, красавец! — Михалыч выпрыгнул из машины, и подошёл к нам.

— Устроил тут, понимаешь, учения! — Махнул он рукой в сторону подходившего немца.

— Здравия желаю, товарищи! — Поприветствовал нас подошедший Ганс.

Здравствуй, «дядя» Ганс, здравствуй. — Я пожал протянутую руку. И, с трудом сдерживая смех, с сердитым видом спросил: — Давай, рассказывай, почто ты нас сбить хотел.

— Да не хотел я вас сбивать. Если бы Леонид меня предупредил, что вы будете на борту, я ни в коем случае ничего бы не проводил. Я думал, что в шаттле только товарищ адмирал, ну и решил показать ему уровень нашей готовности.

Я хмыкнул. — А как вы код доступа заблокировали? Это же априори невозможно.

— Так мы перевели систему обороны в учебный режим…

— Понял. Можно дальше не продолжать. В этом режиме можно задавать любые вводные. Только вот в следующий раз предупреждайте.

— Есть! Понял.

— Ну, раз понял, то давай хвастайся хозяйством. Адмирал тут уже бывал, а мы с генералом, в первый раз.

— Прошу! — Ганс отошёл чуть в сторону и указал рукой на транспортёр. — С чего начнём?

— С начала однако. — Улыбнулся я. — Давай сперва в зону прибытия, потом в жилую, а дальше посмотрим…

Я стоял босиком на шелковистой зелёной траве и блаженно жмурясь подставлял лицо ласковым лучам солнца. Лёгкий, почти незаметный ветерок нёс с собой запах свежести, луговых трав…

— Морем пахнет! — Сказал я вслух.

— Морскую воду брали в самой чистой части Атлантического океана. — Похвастался Ганс, обломав мне весь кайф.

Открыв глаза, я вздохнул, и укоризненно посмотрел на своего провожатого. — Ладно, пошли жилые модули смотреть.

План базы, я конечно видел, и трёхмерную модель тоже. Но в реальности, всё, что меня окружало, конечно, впечатляло намного сильнее. Во первых, из-за размаха. Нам в наследство достался самый настоящий подземный город. Пусть пустой, без оборудования, без инфраструктуры, но, если честно, то, что мы планировали соорудить на Луне до обнаружения этого артефакта, не шло ни в какое сравнение с тем, что есть у нас сейчас. В этой тридцатикилометровой подлунной полости было возведено всё, что нужно для нормального функционирования полноценного поселения. Нам оставалось только заполнить уже имеющийся объём оборудованием, произвести отделку, обеспечить всё это энергией, и можно заселяться. Причём основной жилой уровень находится в рекреационной зоне. Вернее, немного не так. Сама эта зона и является основным жилым уровнем. Малая часть жилых модулей находится на служебных уровнях, и, скорее всего, предназначена для проживания дежурной смены на время несения вахты. По крайней мере, мы решили так и сделать.

Основные жилые модули представляли из себя настоящие многоквартирные дома, размещённые по примерно половине периметра жилого сектора, отдельно стоящие «таунхаусы», некоторое количество индивидуальных домов, расположенных ближе к зоне отдыха, которая органично совмещала в себе подборку различных климатических зон. В общем, если не обращать внимания на то, что всё это располагается под поверхностью Луны, то можно смело убеждать себя в том, что ты находишься в настоящем курортном городке, со всеми сопутствующими атрибутами. В общем, здорово. Представляю себе изумление первых поселенцев, которые вот-вот должны начать сюда прибывать.

— Что, Петрович, понравилось? — Спросил я находившегося в лёгком обалдении от увиденного генерала.

— Не то слово. У меня вообще ощущение, что мы сейчас где-нибудь на курорте находимся. Я раньше думал, что после Станции, меня уже ничем удивить невозможно, но вот это, — он обвёл рукой лежащий перед нами пейзаж, — вообще фантастика.

— Угу. Фантастика. Ты результаты сканирования Луны внимательно смотрел?

— Ну, смотрел. А что? — Тут глаза у Петровича расширились, и. замерев на секунду, он офигевшим голосом выдал. — Так ты что, думаешь, что все остальные полости, которые мы обнаружили, это…

— Тоже самое. И эта ещё не самая большая. Даже совсем небольшая.

— Очуметь! И что теперь делать?

— Думаю, что пока ничего. Особенно в свете очень скорого заселения нашей вновь открытой планеты. Нам ещё с обеспечением этого, — я кивнул головой в сторону города, — повозиться придётся. Люди ведь иногда и кушать хотят. На первое время расходники у нас есть, а дальше надо что-то делать. В любом случае, придётся контору на Земле открывать, и оттуда все компоненты тащить. Иначе не навозишься.

— Тут ты прав. Гену там посадишь?

— Думаю, его. Только подучить надо, да и попривыкнуть к новой реальности, чтоб не напортачил чего.

— Тогда долго его тут держать нельзя. Как он потом своё отсутствие объяснять будет?

— Придумаем что-нибудь. Если что, базы данных подправим, скажет, что на отдых летал.

— А паспорт спросят? Визы там…

— Что мы, визу тут не сделаем? — Я хмыкнул. — В крайнем случае, паспорт и потерять можно. Пусть по базам авиакомпаний пробивают. Ты кстати, бандитов всех отследил? Кто про него в курсе был?

— Что смогли отследили. Все контакты. Сейчас они все под наблюдением. У них там кипеж был после тех событий. Сейчас вроде притихли. Чистить будем?

— Придётся.

— От них концы ещё к арабам идут. Правда я сомневаюсь, что им про нашего друга хоть что-то известно.

— Может и не известно, но сам знаешь. Лучше пере, чем недо…

— Согласен. Там заодно и отрофеиться можно неплохо. Когда начнём?

— Давай наверное сейчас с переселением народов закончим, как раз они немного успокоятся, а мы за это время посидим покумекаем, и дней через пять начнём.

— Добро. Тогда отдам приказ на проведение детального сканирования мест их обитания и полного контроля всех передвижений.

— Ну что, пойдём себе по домику присмотрим? — Я открыл перед собой 3Д схему жилой зоны.

— Лёньку ждать будем?

— Зачем? Ты на схему посмотри. Этот хитрый адмирал, пользуясь служебным положением, уже захапал себе неплохой домик с видом на море.

— Вот ведь хомяк! Везде успел.

Я хмыкнул. — Хомяк не хомяк, а о быте думает. Да. Петрович, а что вы решили с семьями? Будете забирать? Возможности есть, условия появились…

— Михалыч точно будет забирать. Алексеич скорее всего тоже. Спрошу у него, как связываться будем. А мне с Сергеичем забирать некого.

— В смысле, некого? Павел то, я знаю, один жил. А твоя жена?

— Да она мне уже давно не жена. И жили вместе только по тому, что по старости лет съезжать некуда было. Ты думаешь, чего я в лесу постоянно пропадал? — Петрович вздохнул, и махнул рукой. — Ладно, не бери в голову. Ты мне лучше, вот что скажи. Помнишь, что мы немцам, которых тогда у пиратов отбили, насчёт семей обещали?

— Помню, конечно. Обещали, что-нибудь придумать. И придумаем. Сейчас, утихнет шум немного, и будем заниматься. Ты адреса то хоть у них взял?

— Я нет. У Руди всё есть.

— Руди посылать нельзя. Он и так в последний раз засветился. Поговори с Гансом на эту тему, он точно сможет помочь. Кстати, он там ещё кого-то забрать хочет, кого в прошлый раз вытащить не успели. Пусть всё скоординирует, и разом всех заберём.

— Сделаю. Ты-то своих будешь забирать?

— Да надо бы. Только, наверное, немного позже. Как здесь заканчивать будем. Хотя… Подумаю, в общем. Без своей не хотелось бы… Надо, в общем, самому на Землю слетать на несколько дней. Посмотрю, что там к чему, и там же и решу. Ладно, хватит о грустном, пошли лучше первый транспорт встречать. Заходят уже. — Завершил я разговор, просмотрев содержание последнего сообщения.

— Здравствуйте товарищи! Добро пожаловать на первую постоянную базу Империи основанную в Солнечной системе! — Поприветствовал я первых прибывших поселенцев, согласившихся стать постоянным персоналом нашей лунной базы. Встречали мы их прямо у трапа, и поэтому многие из вновь прибывших немного нервничали, чувствуя себя не очень уютно, недоверчиво поглядывая на едва видимый купол силового поля, эфемерно отделяющий их от великой пустоты. Но глядя на встречающих, без всякой опаски стоящих перед ними к концу моей короткой речи стали выглядеть немного бодрее, без суеты занимая место в транспортёрах доставлявших их в транзитную зону, где их встречал начальник нашей СБ с несколькими прибывшими ранее сотрудниками, регистрировал, и распределял по жилым секторам, согласно занимаемой должности. Учитывая то, что прибывшие составляют постоянный персонал базы, им предоставлялось право выбора места расселения, чего остальные, транзитные пассажиры будут лишены. Но самым интересным моментом во всём этом действе, конечно являлся момент прибытия народа в жилой сектор. Такого обалдения на их лицах я не видел ни раза с тех пор, как мы сами первый раз попали в рекреационную зону нашей Станции. Нет, схемы базы, с почти всеми подробностями имелись у всех, поскольку поскольку им предстояло тут жить и работать, но эти схемы были именно с «почти всеми» подробностями, а самое интересное мы оставили им на потом, как некоторый сюрприз, действие которого и наблюдали сейчас во всей красе. А что, море казалось бескрайним, солнышко припекало, ласковый ветерок обдувал застывших в изумлении на берегу полноводной реки людей смотрящих во все глаза на красивый приморский городок…

Вот и прошла уже неделя с момента прибытия первых постоянных поселенцев. Уже второй день производилась постепенное перемещение основной массы превративших наш линкор в ковчег людей на Луну. Что бы избежать уже испытанного нами бардака, переселение происходило мелкими партиями. Да и активировавшиеся импланты изрядно способствовали сохранению порядка. В первую очередь, на базу переправлялись семьи с детьми, и далее просто по алфавиту. Вернее сказать, назначенный ответственный за это дело ИИ по одному ему ведомым параметрам собирал очередную группу пассажиров, уведомлял их о месте и времени сообщением по внутренней сети, и в назначенное время, собранный народ отправлялся к месту назначения. Закончить мы рассчитывали примерно за пять — шесть дней, после чего, я планировал, оставив в системе эскадру, вернуться обратно Станцию, и вплотную заняться разведанной планетой, подготовив и отправив к ней полноценную экспедицию, да и кое какие дела на территории почившей в бозе Империи, тоже требовали моего внимания. Наш лунный городок вовсю уже ожил, на пляжах и в зонах отдыха у людей уже появились облюбованные местечки, многочисленные кафе и ресторанчики активно посещались несмотря на то, что меню что в их пищевых синтезаторах, что в тех, что находились в жилых помещениях, совершенно не отличались, и народ потихоньку начинал задаваться вопросом: — «А что же дальше?». Справедливо полагая, что их вытащили с Земли не только за тем, что бы устроить им локальный коммунизм на отдельно взятой подлунной базе.

Мы за эту неделю тоже на месте не сидели, а занимались разными полезными делами. Помня про обещание данное немецким камрадам, я озадачил Ганса вопросом эвакуации к нам на базу семей безвинно похищенных немцев. Единственно, что тут возникала дилемма в том, что ребят пираты утащили почти за полгода до нас, и на Земле прошёл уже немалый срок. Как там их семьи, что там происходит, мы толком и не знали, просто отслеживая их перемещения с помощью спецсредств. По нашим данным, некоторые супруги, оставшиеся внезапно без кормильцев, уже обзавелись новыми, а у некоторых этот процесс был пока в процессе. Так что дело это было тонкое и деликатное, спешки не терпело, и, учитывая требующееся сохранение тайны, очень небыстрое. Дядя Ганс этим занимался, но, о непосредственной эвакуации речи пока не шло. Петрович на днях получал люлей. Правда не особо сильных, но от гордого звания «ангела» был напрочь отстранён. А чего, нефиг, в нарушение прямого распоряжения на запрет каких бы то ни было активных действий на поверхности, производить массовую эвакуацию того самого дома престарелых, откуда он тогда вытащил Ванину маму. Ну и что, что обещал? Мог бы хоть предупредить, что-нибудь обязательно бы придумали. А так, несколько дней в прессе только и обсасывали поголовное исчезновение старческого контингента в полном составе. К каким бы то ни было определённым выводам следствие хоть и не пришло, но в правящих кругах, как нам стало известно из информации, добытой у пиратов, имелись осведомлённые личности, и, как показало пристальное наблюдение, среди них возникло нездоровое шевеление, вызванное внезапной потерей контакта с работорговцами и слишком явными исчезновениями людей в больших количествах. Каких либо жёстких мер в отношении них мы пока не планировали, но, скорее всего, придётся что либо предпринимать, пока они не успели максимально осложнить нам жизнь.

— Володь, привет! Ты сканы просил. — Проявился в вирте предварительно вежливо постучавшийся Михалыч.

— ? Сканы чего? — Я оторвался от изучения данных по будущей колонии и вопросительно посмотрел на гостя. — А! Блин! Совсем из реальности выпал! Сделали?

— Давно уже. Только ты повесил себе статус «не беспокоить», и соответственно переслать я их тебе не смог.

— Упс. Извини. Тут по колонии массив пришёл. Совсем порылся.

— Интересное что то есть?

— Ага. Ребята базу уже отстроили, живут внизу, ведут активное изучение. Пока никаких проблем не выявили. Вообще. Мир просто идеален для заселения.

— Не, так не бывает. Что, вообще никаких отклонений?

— Вообще никаких. По предварительным данным, просто эталон.

— Странно всё это. Не может такого быть. Каждая такая планета развивается самостоятельно, и полного совпадения по всем параметрам быть просто не может.

— Вот и я про то же. Скорее всего, это результат терраформирования. Причём очень давнего. Очень. — Я выделил голосом. — Я их заставил проверить всё по максимуму.

— Нашли чего? — Прищурился Михалыч.

— Пока нет. Есть там пара аномальных зон, но так, на грани…

— А что не так? — Перебил меня адмирал.

— Да в том то всё и дело, что всё так. Просто проследили закономерность, что в определённых местах, всё слишком так. Есть некоторые отклонения на грани погрешности сканеров, но пока ничего определённого сообщить не могут. Организовывали выход в эти точки, ничего не обнаружили. Вроде всё в порядке, но есть вот такое чувство, что не всё там чисто.

Михалыч задумчиво покивал головой. — Что то есть, что то есть… Интересно, а кто мог произвести терраформирование? Империя?

— Вряд ли. Слишком много времени прошло с тех пор, что даже следов никаких не осталось, за исключением полного совпадения биосферы с эталоном… Ладно, пусть пока смотрят. Приказ на формирование полноценной экспедиции я отправил, народ у нас есть, надо начинать набирать личный состав потихоньку. Через пару недель на верфях как раз закончат ремонт грузопассажирского лайнера, тут мы фактически закончим, и можно будет уже вплотную заниматься насущными проблемами. А то застряли здесь в системе слишком надолго.

— Зато народ набрали, частично подготовили. Программу максимум выполнили. Даже перевыполнили…

— Это факт. Петрович там как? Осознаёт?

— Дуется, как мышь на крупу. — Хмыкнул Михалыч. — Но осознаёт.

— Это хорошо. Пусть дуется. Зато потом один не накосячит.

— Ты решил его всё-таки оставить? — удивлённо спросил Михалыч, выделив слово «его».

— Ну да, а чего извращаться то? Сашка во всех делах в курсе, командир толковый, а что бы не косячил, я Ганса настропалю. Пусть присмотрит. А вообще, кто бы говорил.

— А я чего? Так, только кино америкосам отправили, и всё… Да ты ведь и сам в курсе был.

— Постфактум в курсе я был, а тут и твоё кино, и он ещё. Ладно, давай пока. Потом пообщаемся. — Недовольно пробурчал я, и Михалыч рассосался.

Позанимавшись немного анализом данных, я вспомнил про пересланные адмиралом сканы поверхности.

— Блин, совсем запустили хозяйство! — Негромко бурчал я про себя, разглядывая детальные снимки своей дачи. — Нас нет, и никому не надо. Не хотел ведь раньше времени своими делами заниматься, но, однако, придётся.

Вывалившись из виртуала в реальность, заказал себе кофе, закурил, и глядя на сканы заброшенного участка вызвал Михалыча: — Лёнь, устроишь мне сегодня вечером высадку?

— Сканы просмотрел? — С пониманием спросил он.

— Ты как будто мысли читаешь. Тоже смотрел?

— Смотрел. Всё бурьяном поросло.

— Вот и я про то же. Надо порядок навести.

— Сделаем.

Два часа ночи по Москве. Поверхность.

— Эх… Детки, детки… — Вздохнул я про себя, стоя почти по самый пейджер в засохшей траве и с грустью глядя на царящее вокруг запустение…

Взгрустнуть, конечно, было из-за чего. На снимках с орбиты, вид был поприличнее. Так запустить дачу меньше, чем за год, это надо постараться. Или они вообще сюда не ездили? — Надо заказать схему их перемещений за это время, посмотреть, чем они занимались. — Подумал я, глядя на свой сиротливо стоящий одной стороной на клумбе диско 3, покрытый слоем годовалой грязи.

Мерса не было. Хотя оно и правильно. Документы моя оставила в машине, когда меня провожала, а ключи в замке торчали. А от моего, доки и ключи, я по привычке утащил с собой, а второй ключ, они фиг найдут. Он в квартире заныкан. Морочиться, видать, не стали, так тут его и бросили, типа памятника. Оно и к лучшему. Я, когда собирался, сканы просмотрел по быстрому, и ключ с доками прихватил с собой. Дойдя по негромко похрустывающему высохшему бурьяну до входных дверей, подёргал за ручку.

— Хорошо, хоть дверь закрыть додумались. — Проворчал я для порядка, и пошёл за сарай за лестницей. Поскольку мы с супругой время от времени умудрялись забывать ключи от дачи, понадеявшись друг на друга, то после пары поездок туда-обратно, сделали комплект запасных, и определили им укромное местечко на веранде, на всякий, так сказать, пожарный случай, куда я сейчас, достав приставную лестницу и полез. Заначка оказалась на месте, и через несколько минут я уже зашёл в дом. Электричество, как ни странно, присутствовало, свет зажегся, и если не считать нежилой атмосферы, царящей в доме, можно смело заявить, что я вернулся.

Через полчаса, когда дом уже немного прогрелся, я, вытащив из заначки в сарае поллитру и банку тушёнки, устроил себе нехитрый холостяцкий ужин на даче, и под негромкое бормотание неоплаченного триколора под рюмку, предавался невесёлым размышлениям. За жизнь. От которых меня отвлёк входящий вызов.

— Здорово, Михалыч. Как дела? — Ответил я вызывавшему меня адмиралу.

— Да всё так же. — Удивлённо отозвался тот. — Час только, как виделись. У тебя то что? Всё в порядке?

— По большому счёту, всё в норме. Немного мы с тобой размер лужайки не рассчитали, так что пришлось с трёх метров спрыгивать. А так всё хорошо.

— Чего там, с дачей то?

— Ну, не считая некоторого бардака и раззвиздяйства, стоит. Только запущено здесь всё.

— Что, не приезжали?

— Да кто их знает, я с ними ещё не связывался. Ночь же. Но, похоже, что не было их. Заросло всё, да мусора полно нанесло. А так всё в норме. Даже удивительно, что антифриз в толчок залили.

— И чего делать собираешься?

— Да пока ничего. Утром попробую машину поднять, да буду уже по ходу думать, что дальше. Прибраться бы тут надо. Нехорошо такой бардак оставлять. — Тут мне в голову пришла умная мысль. — Слушай, Михалыч, ты бы заслал мне пару дроидов. Одного бытового, в доме прибрать, и садово-огородного, ну, типа тех, что у нас в рекреационных зонах работают. Он бы участок быстренько в порядок привёл.

— Да без проблем. Не запалимся?

— С чего? Тут сейчас нет никого. Зима на носу. Пусть ночью поработают. Им тут делов то…

— Добро, отправлю. Тебе их когда отправлять?

— Да хоть сейчас. Как раз, пока приму, задачи раздам, а на следующую ночь пусть начинают.

— Ну, тогда встречай через полчасика.

— Только ты их на транспортном шаттле отправляй. И пилота предупреди, что бы он их гравилучом сгружал. А то боюсь, если мы их сбрасывать с высоты будут, что бы не повредились.

— Да чего им будет? Они же железные.

— Михалыч!

— Не вопрос. Сгрузим. Ещё пожелания будут? На сон грядущий…

— Пока всё.

— Тогда до связи.

— Давай, до связи. Хотя, погоди!

— Что ещё?

— Зашли мне нала. Карточки то пока не везде принимают.

— Много заслать?

— Да нет наверное. Много не надо. Кил десять. На первое время хватит, а там в банкомате сниму.

— Без проблем. С дроидами и передам. До связи.

— Давай, пока.

Отключившись, выпил ещё одну стопку, закурил, и накинув свой старый бушлат, пошёл на крыльцо дожидаться заказанной посылки.

Устроившись на своём любимом месте на ступеньках, я пристроился поудобнее, и погрузился в воспоминания о жизни до тех событий, в буквальном смысле полностью изменивших нашу жизнь. Правда глубоко погрузиться мне не удалось, поскольку посылка отправленная нашим адмиралом прибыла немного раньше обещанного получаса, и запрос ии прибывшего шаттла безжалостно вырвал меня из блаженной полудрёмы. Поскольку Михалыч отправил ко мне челнок без живого пилота, всё общение свелось к процедуре взаимной идентификации, после чего из проявившегося в ночном воздухе проёма грузовой аппарели, повисшего на высоте не менее трёх метров сначала вылетел небольшой контейнер, потом оттуда выпрыгнул бытовой дроид, почти бесшумно приземлившийся в центре лужайки, а следом за ним из люка вывалился вполне узнаваемый агрегат для ухода за садом, удививший меня тем, что резко оттормозившись в полуметре от поверхности, спокойно завис в воздухе. Автопилот тут же доложился об исполнении, и не дожидаясь подтверждения о получении груза, почти мгновенно растворился в тёмном небе.

Заморгала иконка входящего вызова. — Ну что, нормально всё получил?

— Вроде нормально. Вот только способ выгрузки меня несколько того… Шокировал однако.

— Да чего им будет? Я же говорил, что они железные, а у огородника ещё и встроенный антиграв. Так что не о чем беспокоиться.

— Тебе виднее. — Ответил я, подходя к застывшим на месте приземления механизьмам.

— Тебе перевод передали?

— Нет ещё. — Я с подозрением посмотрел на лежащий рядом с дроидом контейнер. — Тут ящик какой то привезли. Там что?

— Деньги там.

— Деньги? — Я снова посмотрел на небольшой кофр. — Я же всего десятку тебя просил отправить.

— Ну я тебе десятку и отправил. Ну, если точно, то там десять сто пятьдесят. Что мне их, по граммам что ли взвешивать? Больше, не меньше.

У меня начали закрадываться смутные подозрения. — Михалыч, так ты сколько денег отправил?

— Ну ты просил десять кил. Десять и отправил. Ну, с маленьким хвостиком. — Несколько недоумевающе ответил тот.

Меня аж смех разобрал. Я сначала начал потихоньку про себя похихикивать, но не выдержал и заржал в полный голос.

— Чего ты ржешь то? Что не так?

— Да нормально всё. — Успокоил я его, а про себя подумал, что действительно глупо было просить прислать десять тысяч, когда в трюме этих денег несколько тонн просто валяется.

— Ну, раз нормально, тогда до связи — Обиженно завершил разговор Михалыч и отключился.

— До связи. — Машинально ответил я в пустоту и обратился к так и стоявшим всё это время как истуканы дроидам. — Так. Теперь с вами…

Андроида я загнал в дом, отведя ему угол под лестницей, наказав дожидаться распоряжений, а огородника отправил до утра в сарай, в компанию к косилкам и лопатам с граблями. Сам же, притащив пару вёдер воды на утро, отправился спать, поскольку истину, что «утро вечера мудренее», пока никто не отменил, и на ночь глядя выдавать им ЦУ совершенно неблагодарное занятие.

Утро у меня началось со вселенского облома, случившегося при попытке приготовить чашечку кофе в кофеварке. Не успел я залить в неё воды, как она потекла изо всех щелей. Трохи поматерившись вполголоса на неких раззвиздяев, которые забыли слить из неё зимой воду, только хотел зажечь плиту, чтобы сварить бодрящего утреннего напитка в ковшике, как тут же выяснилось, что газа в баллоне ноль. Кран раззвиздяи оказывается тоже не закрыли. Уже пошёл в сарай за инструментом, что бы перекинуть баллон из обогревателя на плиту, но тут мне улыбнулась удача. Нашёл на полке маленькую туристическую плитку с баллончиком газа, которую мне давным-давно подарили на день рождения, и с тех пор за ненадобностью, она так и лежала в сарае. Распаковав позабытый подарок, покрутил его в руках, достаточно быстро разобравшись, что куда вставлять, и «вуаля!» через десять минут уже имел в руках долгожданный кофе. Однако правильно я делал, что хранил все невостребованные подарки, а не передаривал их или, тем паче, не выбрасывал. Мало ли когда они могли бы пригодиться. Вот, как сейчас. В принципе, сейчас, для того, чтобы проснуться, кофе мне был в общем то совершенно не нужен, поскольку мой перестроенный организм с учётом наличия импланта и всей сопутствующей периферии совершенно не нуждался в каком-либо дополнительном допинге, но вот психологически, я испытывал некоторый дискомфорт. Ну, я думаю, что у каждого человека есть свои слабости. Вот и я, прихватив с собой старый дачный ноут, чашку кофе и закурив сигарету, отправился на веранду совершать свой привычный утренний моцион. Присев в своё любимое кресло, я отпил пару глотков ароматного напитка из чашки, закурил, включил ноутбук, и попытался выйти в интернет. Угу. Тут вам не там. После пяти минут возни с ноутом, и попытке выжать что-либо путное из 3G модема, пытавшегося поймать сеть, я, плюнув на это дело законнектился к нашей спутниковой сети, благо коммуникатор, позволяющий связаться с орбитой из любой точки планеты, я прихватить не забыл. Скорость соединения была на уровне, как и скорость восприятия, благодаря импланту. Быстро просмотрев основные новости в сети, я всё таки решил приступить к раздаче ЦУ вновь прибывшим механизмам. Но в результате меня постигло некоторое разочарование выбором моделей. Вернее, недовыбором. С садово-огородным дроидом всё было в порядке. Получив указания, он живо отсканировал весь участок, и с энтузиазмом приступил к исполнению, а вот с бытовым агрегатом, я, признаюсь, лоханулся. Ну не предназначен он для уборки помещений имеющимся в наличии инвентарём. Так что пришлось обучать его пользованию архаичным по его мнению пылесосом. Причём он мне так и заявил, что — «К сожалению, в наборе его программ отсутствует софт, позволяющий использовать такую архаичную технику». Ну, ничего, руки и ноги у него есть, показал ему на собственном примере, что надо делать, и дело потихоньку пошло. Мелкие вещи потом из мешка достану. Пусть занимается, а вот мне пора заняться средством передвижения. Пока возился с дроидом, основательно севший аккумулятор Дискавери успел немного подзарядиться. Хорошо, что я, пока объяснял электронному садоводу его задачу, между делом успел открыть машину и поставить акб на зарядку, благо небольшое любительское зарядное устройство имелось в наличии, как и удлинитель в розетку. Проверив на всякий случай уровень масла в моторе и глянув на наличие всяких жидкостей, я отключил от сети зарядное устройство, забрался в машину и повернул ключ в замке зажигания. Лэнд Ровер завёлся фактически с пол оборота, как будто и не простоял здесь покинутый почти целый год. Бодренько зажужжал компрессор накачивая воздух в пневмосистему, и машинка начала уверенно выравнивать опустившуюся за долгое время простоя подвеску.

— Помыть бы его ещё… — Подумалось мне, когда я вылез наружу и посмотрел на свой автомобиль покрытый толстым слоем мусора и грязи. Посмотрев на усердно работающего на участке дроида, я смахнул веником разнообразную труху с лобового стекла, и, открыв ворота, выехал с участка, не забыв закрыть за собой всё обратно на замок. А то мало ли кто заглянет и увидит то, что не надо…

4

Несмотря на почти годичный простой, дискавери резво катился по дачному посёлку, а я с интересом крутил головой по сторонам, отмечая произошедшие за время моего отсутствия изменения. Вот, наконец то асфальт на центральной аллее положили, ям теперь нет. С одной стороны хорошо, а с другой… Только что навстречу пролетел какой-то придурошный на шахид мобиле. Раньше по ямам пытались летать только полные отморозки, теперь, по асфальту, по всей вероятности, лётчиков станет намного больше, что тоже не айс, поскольку летом и дети на великах катаются, и вообще народа много ходит. Как бы не посбивали кого.

«О, вот и магазинчик на въезде достроился, причём уже работает», машинально отметил я про себя проезжая мимо открытой торговой точки. Но не успел я повернуть к выезду с участков, как мне пришлось удивиться ещё раз.

— «Блин, а это ещё что?» — Уже в голос воскликнул я, притирая машину к обочине не доехав до непонятно откуда взявшегося закрытого шлагбаума метров десять. Рядом с ним стоял вагончик с охраной, и, наверняка можно было сходить и попросить, но светиться мне категорически не хотелось. Одно дело проехавшая машина, а второе, пропавший я, внезапно появившийся из ниоткуда. Наверняка после нашего исчезновения в районе, а то и во всей области был неслабый кипеж, отголоски которого могли аукнуться и сейчас. Пока я таким образом размышлял, имплант уже успел отсканировать свежеустановленный девайс и определить наличие у него внутри нехитрого управляющего «электронного мозга», срабатывающего на открытие либо от сигнала приёмного устройства для специальных карточек, которые надо к нему прикладывать, либо от импульса получаемого по радиоканалу. На взлом устройства импланту потребовалось меньше секунды, и сгенерировав радиосигнал, я провёл предварительное испытание. Перегораживающая проезд полосатая палка послушно поднялась, и постояв вертикально положенное время, опустилась в прежнее положение. Отличненько, теперь можно и ехать дальше. Подъехав вплотную к считывателю, я открыл окно, сделал вид, что приложил к нему карточку, одновременно отправив импульс на открытие, после чего не спеша проехал в освободившийся проём.

— «Твою дивизию!» — Пока я крутил головой налево — направо, выезжая на трассу, пропустил немаленькую такую колдоёбину, влетев в неё правой стороной. Чуть язык не прикусил приложившись головой об среднюю стойку, и с мыслью — «Трындец дискам по ходу», съехал на обочину. Диски, как и резина, к счастью, выдержали, больше вроде ничего не отвалилось, и загрузившись обратно за руль, я с грустью посмотрел на лунный пейзаж, который кто то по недоразумению обозвал «трассой федерального значения».

— «Да, тут вам не там. Это вам не идеально ровное покрытие имперских объектов». — Думал я глядя на неспешно переваливающихся на ямах и погрымкивающих деталями подвески остальных участников движения двигавшихся мимо меня по замысловатым траекториям. Перекурив, завёл мотор, двинул селектор коробки на «Д», и потихоньку вырулил на дорогу, стараясь объехать особо глубокие ямы. Машину конечно жалко, но ехать надо.

В общем, пока доехал до мойки, слова все закончились, а плеваться в машине я не стал. Отстояв короткую, в две машины всего очередь, загнал авто на помывку, заказав полный комплекс, и, что бы не ждать окончания работ слоняясь бесцельно по улице, отправился в небольшое кафе по соседству с мойкой, дабы пропустить внеочередную чашечку кофе. Поданный кофе на моё удивление оказался совсем неплох, по крайней мере не хуже, чем тот, который мы получали из синтезатора, и сорок минут, понадобившиеся мойщикам для приведения в порядок моего авто под просмотр круглосуточного новостного канала пролетели незаметно. Забрав сверкающий чистотой автомобиль, заехал в ближайший супермаркет, и, уже расплачиваясь за приобретённый товар на кассе, получил входящее сообщение от садовода — огородника о вторжении посторонних в закрытый периметр. Получивший перед моим отъездом недвусмысленные инструкции дроид мельком успел отснять незваных гостей и затихарился за сараем, прикинувшись ветошью и контролируя ситуацию с помощью встроенных сенсоров. Опознать по полученной информации пришельцев не получилось, но вошедшие через открывшуюся калитку нежданные посетители на дачных воров никак не тянули, тем более, что у них наверняка имелись ключи, поскольку калитку я точно закрыл перед отъездом… Быстро закинув покупки в багажник, запрыгнул за руль, и, негромко матерясь, на максимально возможной скорости ломанулся на дачу. Судя по поступающим данным, в дом они пока ещё не ходили и бытового дроида не спалили, но, на всякий пожарный, я отослал ему команду закрыть внутреннюю задвижку на металлической двери, что бы максимально затруднить доступ посторонних в дом.

Наверняка все слышали старую поговорку «Больше скорость — меньше ям», могу точно сказать, что в большей своей части она верна. Трясёт действительно меньше, но вот ям от этого меньше не становится. Боюсь, что на состоянии машины, такая быстрая езда по кочкам, сказывается не лучшим образом, да и на управляемости, кстати, тоже. Ускоренное восприятие, полученное вместе с имплантом, чуть не сыграло со мной злую шутку. Возможности любой техники конечны, а с учётом состояния дорожного покрытия, конец этих возможностей оказался намного ближе, чем хотелось бы. Правда благодаря тому же восприятию я в конце концов успел выдернуть летящий боком автомобиль из под встречной фуры, но глаза водилы, в лоб которому я летел, я буду помнить ещё долго. Причиной такой поспешности явилось то, что гости очень настойчиво хотели попасть в дом, и уже ходили по участку присматриваясь к окнам. Стёкол было жалко, поэтому я решил поспешить, за что чуть не поплатился. Притормозив на повороте в товарищество, я проскочил мимо незакрытого шлагбаума и шустро свернул в сторону дачи. Вот ведь только совсем недавно возмущался любителями быстрой езды по посёлку, а тут сам пролетел по центральной улице как пуля, ладно, хорошо хоть по дороге никто не попался. Оттормозившись перед ответвлением к дому, повернул, и тут же опять вдавил тормозную педаль в пол, поскольку проезд загораживали две брошенные прямо посередине дороги машины. Вроде как новый рекстон, и потрёпанный пежо 206. Замка, закрытого мной перед отъездом на ключ, на калитке не было.

Выйдя из машины, я сначала дёрнулся было к калитке, но тут слух мой уловил интересный разговор. Прислушавшись, я решил не спешить, и немного послушать, что бы хоть немного понять кто это, что это и зачем это…

— … и вообще, что тут происходит?! Дверь заблокирована, на участке явно кто то был. То, что это ржавое корыто от ворот забрали, это, конечно, хорошо, но зачем начали участок облагораживать? — С истеричными нотками раздражённо вопрошал противный женский голос.

— Ну, наверное это хозяева приезжали, забрали машину, немного прибрались на участке, товарный, так сказать вид придали. — Извиняющимся тоном отвечала ей другая тётка.

— Товарный вид наводили!? Вы что, цену поднять хотите?! Мы вам уже сказали, что больше двух, ни в коем случае не дадим! Мы и так за эти развалины переплачиваем, да и с документами у вас ещё не всё в порядке. Так что даже и не рассчитывайте!!

— Нет — нет! С ценой мы уже договорились, а насчёт двери я сейчас же перезвоню хозяевам, и всё выясню!

— Так звоните быстрее, а то как это получается, приехали…

Как раз на этих словах я не выдержал, и зашёл на участок. Внимательно посмотрев на незваных гостей, я улыбнулся и негромко произнёс: — Здравствуйте! Вы что-то хотели?

Стоящая рядом с крыльцом троица на некоторое время примолкла, таращась на меня во все глаза, и стервозная тётка, смерив меня злобным взглядом недовольно поморщилась, и произнесла в пространство: — Тут у вас бомжи такие? Врываются без стука, и вообще…

Про вообще, она не разъяснила, отвернувшись с умным видом в сторону, а вторая тётка, по всей видимости риэлтор, мельком глянув на меня, поспешила её успокоить: — Ну что вы, какой же это бомж? Очень приличный молодой человек, по всей видимости из охраны, ведь я же вам говорила, что участок оборудован сигнализацией.

После чего повернулась ко мне: — Вы ведь из охраны, верно? Спасибо, что подошли, но у нас всё в порядке. Хозяева предупреждали вашего начальника, что мы приедем смотреть участок.

Я немного помолчал, собираясь с мыслями, хмыкнул, и ответил: — Во первых, я не из охраны, к вашему сожалению. Во вторых, я никого не предупреждал о том, что вы сюда приедете. И в третьих, мне очень интересно, с какой это стати, вы решили продать МОЮ дачу?

Надо было видеть выражение их лиц, которые после моих слов захлестнула буря эмоций. И когда через некоторое время к ним вернулся дар речи, выпученные глазки типа покупательницы сразу показались мне цветочками. Когда же незваные гости немного успокоились и дело дошло до предоставления документальных подтверждений, то стоявший в сторонке и не участвующий в разговоре муж противной дамочки вдруг зашевелился, и подхватив её под локоток, целенаправленно потащил к выходу, повторяя:

— Пойдём, дорогая, нам тут не место.

На что я не преминул ответить им вдогонку:

— Идите, идите. Халява обломилась.

Дамочка попыталась что то вякнуть в ответ, но после чувствительного рывка своего муженька пробкой вылетела с участка. Проводив глазами покинувшую нас парочку, я обратил свой взор на впившуюся в меня злобным взглядом риэлторшу.

— Ну вот, покупатели ваши нас покинули, вам тоже пора. Да, и ключи пожалуйста. — Протянул я открытую ладонь.

— Да что б вам провалиться! Откуда вы только свалились на мою голову! И ключи я не отдам! Не вы давали, не вам и забирать.

— И откуда в таком хрупком существе столько первородной злобы? — Тут на меня что-то накатило, окружающий пейзаж поголубел, и я рявкнул: — Ключи! — Нет, вот так: — КЛЮЧИ!

Наверное, переборщил, поскольку глазки у дамы выпучились, и, содрогнувшись всем своим невеликим телом она аж отшатнулась, и, достав трясущимися ручонками связку ключей из недр своей сумки не глядя сунула их мне в руку, после чего начала пятиться к калитке, но наткнувшись на ступеньку, навернулась, в результате чего на участке осталась лишь нижняя половина тела, нервно сучащая худыми ногами, а всё остальное вывалилось за пределы забора, придавленное посередине подпружиненной калиткой. Немного подёргавшись, ноги споро всосались в проём, после некоторой возни послышался частый топот, квакнула сигнализация, и буквально через мгновение, под рёв слабенького мотора пыжик с буксом стартовал вниз по улице.

— Фуу мля… — Буркнул я втянув носом воздух и поморщился. Хорошо хоть быстро свалила, не успев отравить своими миазмами весь посёлок. Открыв половинку ворот, я с удивлением увидел всё ещё стоящий около калитки рекстон покупателей. Хотя, чего удивляться, выехать он никак не мог, поскольку оставался зажатым между моей машиной и пежо, а после резкого старта последнего, пассажиры корейского типа джипа вероятно впали в прострацию. Открыв ворота полностью, я опять на них посмотрел, но они как сидели, уставившись на шлейф пыли, так и сидели. Вздохнув, я подошёл к водительской двери, поводил рукой перед лобовым — ноль внимания. После чего постучал согнутым пальцем в водительское стекло. Эти оба два аж подпрыгнули, и со страхом уставились на меня. Усмехнувшись, я покачал головой, и пальцем показал сидевшей за рулём тётке, что бы открыла стекло. Та очень аккуратно покрутила ручку, приоткрыв стекло буквально на сантиметр.

— Уважаемая, не могли бы вы передвинуть свой красивый автомобиль вперёд, метров на десять. Я хотел бы машину во двор загнать.

— Но вы нас заперли! Мы не можем выехать!

— Я вообще то вас вперёд прошу проехать, а моя машина сзади вас стоит. И, кстати, вы могли бы проехать по улице вперёд, в конце сверните налево, и через соседнюю улицу спокойно сможете выехать на дорогу, что бы задом не сдавать.

— Дамочка некоторое время молча смотрела на меня, потом видать сказанное дошло, и она, сказав «спасибо», запустила мотор и медленно поехала вниз по улице.

Да уж, подумалось мне, вот так и подмётки прямо на ходу срежут. Не зря я сюда поспешил, прямо как подсказало что-то. Промедли я недельку другую, и весь этот фарс мог обернуться весьма солидными неприятностями. Нет, отжать у меня дачу у них бы точно не получилось, поскольку по закону, для оформления наследства, требуется не меньше пяти лет, а то и поболе. Точнее, через пять лет можно только подать на право наследования, и после этого ещё год надо ждать. Но всё равно, если бы эта стервоза успела отдать деньги, то она бы раздула нехилый скандал, даже несмотря на то, что сделка изначально была незаконной, о чём она точно знала. Почему и сумма была смешной. Почти втрое меньше, чем всё это стоило на самом деле. Ну да ладно, Бог с ними. Всё, что не делается, всё к лучшему. Не став долго рассусоливать, я загнал машину на уже прибранную парковку, закрыл ворота, дал разрешение дроиду на продолжение работ на участке, и ухватив пакеты, потащил их в дом, связавшись на ходу с Михалычем.

— Привет, Лёнь. Как там у вас наверху?

— Всё в порядке. Работаем. У тебя то что? Что произошло?

— Подсматриваете?

— Ну а как же. Протоколы безопасности ещё никто не отменял.

— Хорошо хоть не подслушиваете. — Я хихикнул. — Да в норме уже всё. Хотели без меня, меня же и женить. Вернее, дачу продать. Да ещё и за бесценок.

— Это кто же такой умный то нашёлся? — Откровенно удивившись поинтересовался адмирал.

— Да вот и самому интересно, хотя некоторые мысли есть. — Немного рассеянно ответил я, и тут же очень эмоционально добавил: — Твою мать!

— Что!?

— Сходил в магазин, а холодильник не включил. На улицу что ли всё выкладывать, пока нахолодится?

— Может тебе синтезатор прислать? В него всё и выложишь. — Хихикнул адмирал.

— Нет, спасибо. Я же сюда не навсегда, таскай потом этот шкаф туда — сюда. Ты лучше отследи тех личностей, которые отсюда только уехали, и, при возможности послушай их телефоны. Да, и посмотри, что с моим номером. Его по всей вероятности заблокировали через полгода, но вряд ли пока кому отдали. Если есть возможность, надо его восстановить.

— Без проблем. Этих мы уже отслеживаем, а насчёт твоего номера я сейчас народ озадачу. Дальше то ты куда собрался?

— В Москву. Сейчас, поесть сготовлю, пообедаю, и двину. Как раз движение немного рассосётся, а то в пробках совершенно никакого желания стоять нет.

— Может, тебя подкинуть?

— Нет. Прокачусь.

— Добро… Ну, тогда до связи. — Михалыч отключился.

Пока суд да дело, еды сготовил, пообедал, после чего проверил пылесос после уборки, и достав оттуда некоторое количество мелких вещей, в которых дроид не признал ничего ценного, внёс ему некоторые уточнения к поставленной задаче, уже успело стемнеть. Вроде только выпроводил несостоявшихся покупателей, немного поковырялся, а уже стемнело. Наскоро подключившись к сети, глянул на пробки, и начал собираться в Москву. Как раз в этот момент мой старый мобильник негромко пискнул, и, взяв его в руки, я с удовлетворение отметил, что он зарегистрировался в сети. Попробовал проверить баланс на счёте. Пришедшая следом смска приятно порадовала. Михалыч к делу подошёл основательно, в ближайшее время без связи точно не останусь. Пока грелась машина, я открыл ворота, и пошёл посмотреть, чем так занят садовый дроид, увлечённо жужжавший за домом. Похрустев стриженной травой, я зашёл за дом, и прифигел. Мда, однако он очень буквально воспринял команду привести участок в порядок, поскольку после тотальной уборки мусора и переросшей травы, в буквальном смысле принялся за ландшафтный дизайн. Посмотрев на частично перерытый участок, я в конце концов махнул на него рукой, и пошёл к машине. Пусть занимается, всё равно ему делать больше нечего, а так глядишь, в кои то веки участок ровный будет…

Уже проехав Посад, я посмотрел на часы, и грустно вздохнул. Всего какой-то год назад преодоление ста километров за час, для меня было очень неплохим результатом. Но сейчас, когда за это время можно было без проблем долететь до Луны и обратно, да ещё и с перекуром, такое медленное передвижение несколько раздражало. Ничего, ещё минут сорок, и доеду до дома. Хотя… Я достал телефон и набрал домашний номер. После нескольких гудков, трубку подняла сноха:

— Слушаю. Алё!.. Вас не слышно, перезвоните.

Негромко хмыкнув, я сунул телефон обратно в нишу под пепельницу, и немного подумав, связался с адмиралом.

— На связи, Володь.

— Михалыч, у меня небольшая проблема. Срочно нужны чистые документы.

— Хмм. Не вопрос, сделаем. А что случилось?

— Да в принципе ничего страшного, единственно, что квартирка оказалась занята, что мы в общем то и ожидали, но только вот в свете последних событий, хотелось бы для начала разобраться в происходящем. А на ночь глядя, я этим заниматься точно не буду.

— Ну и устройся в любой гостинице. Деньги же есть?

— Деньги то есть. Не хочу своими документами светить. Сейчас всё сразу в единую базу уходит, а в «отель на час» точно не хочу. Не хватало ещё каких ни будь мандавошек подхватить.

Адмирал проржался, и обнадёжил: — Добро, сейчас присмотрим тихое местечко по дороге, я тебе координаты скину, там посылку и примешь.

Свернув через пяток километров с дороги, согласно полученным координатам, я остановился на краю заросшего бурьяном поля, и пока ждал посылку, успел выкурить пару сигарет. Получив сигнал, прошёл метров двадцать по пашне к приоткрытой аппарели зависшего над полем челнока, получил из рук пилота запечатанный конверт, и, вернувшись в машину с интересом стал рассматривать, что же мне там сварганили.

Хм, вроде всё нормально, и фамилию всего на пару букв изменили, и отчество не сильно отличается. Про качество исполнения, говорить не буду, оно было на высоте, да и по всем базам, этот паспорт наверняка проходил. Делов то. По гостиницам я особо привередничать не стал, и поселился в ближайшей, наиболее приличной. В «Космосе». Даже как то символично. Оплатил «люкс» на трое суток, заселился, причём портье на меня посмотрел с некоторым подозрением, поскольку багаж у меня кроме небольшой сумки отсутствовал, как класс. Оценив его взгляд, я улыбнулся, и немного расстроенным голосом поведал о неожиданной ссоре с женой, после которой решил взять небольшой тайм аут на два — три дня, авось всё устаканится, и можно будет вернуться домой, либо наоборот, придётся остаться их постояльцем надолго. Участливо выслушав мой монолог, молодой человек сочувственно улыбнулся, протянул мне ключи и пожелал приятного времяпровождения. Первым делом я осмотрел доставшийся мне номер, и подумав, что ничего так, уютненько, на пару дней точно сойдёт, отправился в лобби, пропустить стаканчик на сон грядущий…

Утро у меня началось с входящего вызова от Михалыча, который не преминул мне донести радостную весть о том, что один из вчерашних фигурантов, а именно объект «риэлтор» имел с утра телефонный контакт со старшенькими. Запись разговора прилагалась. Больше ничего интересного пока не было. Прослушав запись, где вчерашняя особа истерично и не очень цензурно отказалась от дальнейшего сотрудничества, указав уже бывшим клиентам пеший эротический маршрут, которым им настоятельно предлагалось проследовать, я мстительно улыбнулся, и прикинул примерный план действий на сегодня. Первым пунктом в нём, как ни странно стоял поход в магазинчик на первом этаже гостинице и приобретение предметов первой необходимости, которыми я совершенно напрасно решил пренебречь при отъезде с дачи.

Наконец закончив с первым пунктом, я забрал машину с парковки у отеля, и пока она грелась, залез в сеть и раскрыв виртуальную карту своего района потратил некоторое время на выбор места встречи со старшенькими. В квартиру идти мне почему-то категорически не хотелось, на улице встречу назначать… Нет, не солидно как-то… Время как раз уже к обеду подходит, наверное самый хороший вариант, встретиться где-нибудь в тихом ресторанчике. И как раз совсем недалеко от дома, я такой знал. Единственно, что нашёл его на картах Яндекса, на всякий случай позвонил и забронировал столик в тихом уголке. Теперь осталось набрать ребятам, и убедить их туда прийти.

Телефонные переговоры прошли довольно успешно, хотя некоторый элемент обалдения с их стороны конечно присутствовал. Зато они наконец то нашли объяснение истеричным воплям перепуганной до усрачки риэлторши. Уговаривать их долго не пришлось, и мы договорились встретиться в указанном мной ресторане через час. Пришли они без малой, и после недолгих приветствий и искренних, крепких объятий со старшеньким, мы уселись за стол. Тему нашей пропажи и дальнейшего моего появления, я обсуждать не стал. Просто ноу коментс. Так получилось, и мы в этом случае были бессильны. В общем, отбился. Хорошо хоть до допроса с пристрастием не дошло. На вопрос, где мама, ответил просто. На Мёртвом море. Принимает омолаживающие ванны. Да. Так получилось. Да. Обязательно приедет. Но позже. Почемму так хорошо выгляжу? Так я только оттуда. Очень хорошие процедуры. Нет, пока только экспериментальные, но как только, так сразу. Обязательно скажу.

— А вот про дачу, забудьте. Не смогли сохранить, так не трогайте вообще.

— Володь, так мы не хотели продавать, но вот так сложилось. У нас же бизнес, ну и…

— Бизнес у вас. А дача тут причём? Да и по закону, вам ещё минимум пять лет ждать надо, а вы… Эх, что тут говорить! — Махнул я рукой. — Что, вы без этих двух миллионов жить бы не смогли? Тем более половина Маше должна достаться.

— Ну, с Машей мы бы разобрались. Потом. Она сказала, что ей ничего не надо.

— Знаю я вас. Не надо ей. Ладно, посидите, сейчас приду.

Я вышел из — за стола и пошёл в машину, где была заначка из адмиральской посылки. Взяв непрозрачный полиэтиленовый пакет, положил в него четыре пачки пятитысячных, потом подумал, и добавил ещё столько же. После чего аккуратно его завернул, убрал заначку, и, закрыв машину, вернулся в зал. Сев за стол, положил свёрток на середину стола, и вздохнув, сказал.

— Вот вам на бедность. Здесь четыре миллиона. Раз уж жить без этих денег не сможете. Так, помолчите! — Прервал я попытавшегося что-то сказать сыночку. — В квартире пока живите. Надо будет освободить, я предупрежу заранее. Надеюсь, что её продавать вы ещё не надумали? — Я пристально посмотрел на искренне отнекивающихся детей, и продолжил: — Тогда давайте так сделаем. Документы от недвижимости ведь все у вас? Давай ка тогда друг мой, слетай быстренько до дома, и привези их все мне. Так, на всякий случай.

— Да я выпил уже, может все вместе заедем?

— Нет. Возьми такси. Деньги то ведь есть? — Я кивнул на лежащий на столе свёрток.

Они уехали вместе, не забыв прихватить пакетик.

— Угу, как всегда, мы с Тамарой ходим парой. — отметил я про себя и налил себе ещё одну порцию очень неплохого коньяка, которого как раз хватило на двадцать минут неторопливого ожидания. Документы мне занёс сыночка. Сноха больше не появилась. Быстро просмотрев содержимое папки, я положил её на стол, и разлил оставшийся коньяк по бокалам.

— Ну что, на посошок?

— Нет Вов, понимаешь, меня там…

— Понимаю. Я протянул ему руку. Бывай. Номер знаешь, звони если чего.

Ну, вот и встретились. Вот и поговорили. Да. Грустно с одной стороны, хотя, в принципе, чего-то похожего я и ожидал. Ну, ничего, прорвёмся, хотя, чувствую, от своей я огребу по первое число…

Коньяк я всё-таки допил, поскольку особо торопиться было некуда, и порывшись в контактах телефона, нашёл номер младшенькой, и, немного подумав, нажал клавишу вызова.

— Привет, радость моя! — Ответил я на неуверенное «алё».

— Вов? Ты? — Послышался в трубке недоверчивый голос.

— Угу. А ты что, думала, что привидение?

— А..

— Об этом не по телефону. — Перебил я её. — Вы где?

— Мы поехали стройку смотреть.

— Минут сорок там будете?

— Будем, конечно. Мы только добрались.

— Отлично! Скоро буду, дождитесь меня.

— Ладно, а…

— Маш, ну потерпи.

Счёт уже принесли, так что быстро посмотрев на итоговую цифру, я достал из кармана деньги, и положив их под пепельницу, быстро вышел из заведения. Пока шёл до машины, задействовал в меню импланта функцию «Очищение организма» и за руль сел уже трезвый, как стекло. Уже тронувшись с места, вспомнил, что точного места строительства я так и не узнал, только примерный район, поэтому связавшись с ИИ отвечающим за мониторинг земной поверхности, дал ему задание отследить точное местоположение абонента с нужным мне номером. На удивление, ответ пришёл через несколько секунд, и на виртуальной карте местности обозначилась точка означающая искомый объект. В пояснении сообщалось, что местоположение отслеживается в реальном времени с точностью до десяти сантиметров. Ну вот и ладненько. На этот раз хоть адмирала не дёргал. У него небось и так дел хватает. Выскочив на Ярославку, полез в карман за сигаретами, с удивлением обнаружив, что кроме одной, в пачке больше ничего нет. Пока высматривал палатку или какой-нибудь круглосуточный магазинчик, машина негромко блямкнула, и сообщила, что бензина осталось на сорок километров, подтвердив это сообщение загоревшейся лампочкой в конце шкалы стрелки показывающей уровень топлива в баке.

— «Ну вот, заодно и заправлюсь», — подумалось мне и я стал высматривать логотип заправки ВР, которая должна была вот-вот появиться по правой стороне.

Отстоя очередь из двух машин, кое как подъехал к своей колонке, еле протиснувшись мимо раскоряченной мазды, открыл крышку бака, и, сказав заправщику волшебную фразу «95й альтимейт до полного», пошёл ко входу в здание магазина. Как раз, водички какой возьму, пока заправляют, а то похмелья хоть и нет, но сушняк всё-таки присутствует. Пока входил в проём отвлёкся, оглянувшись на машину, и чуть не сбил какого-то мужика, выходящего на улицу.

— Ой! Прошу прощения! — Я помог ему отлипнуть от косяка автоматической двери.

— Аккуратнее же надо! — Мужик ошалело тряс головой. Видать неплохо приложился об железяку. Разглядев его повнимательнее, я развернул его лицом к себе.

— Макс! Едрить твою в качель! Ты что ли!

— Володь! Ёшкин кот! Ты откуда тут?

— Ты не поверишь! Но я за бензином. Это ты что ли свою мазду раскорячил? Еле объехал.

— Чего это сразу раскорячил? — Он посмотрел на стоящую раком машину. — Вроде нормально припарковался.

— Короче ты это, давай отъезжай, и где-нибудь тут приткнись. Я сейчас расплачусь, и подойду.

Я подтолкнул Максима в сторону мазды, а сам прошёл к кассе. Тётка как раз назвала номер моей колонки. Уже отдав ей деньги за бензин, вспомнил про воду, и извинившись, быстро метнулся к ближайшему стеллажу с минералкой. Если честно, то встрече с Максом я очень обрадовался. Мы с ним познакомились, когда я ещё работал водителем в одной импортной компании. Он там был сисадмином. Близко мы с ним сошлись где-то на второй месяц моей трудовой деятельности, когда мы переезжали в новый офис. Тогда в прорыв кинули меня и двух админов. А остальной персонал, после того, как кое как собрал свои вещи и сдал их перевозчикам, на новом месте больше не появлялся. Вот мы с двумя сисадминами за двое суток и подняли весь офис. Сначала я помогал им с серваками и сетью, потом они мне с мебелью и коробками. Сколько мы там пива с пиццами уничтожили, не сосчитать. А Макс, персонаж вообще колоритный. До этой импортной конторы, он работал в другой импортной, но логистической. Сначала простым админом, а после того, как там прошли кадровые пертурбации, стал старшим. И когда новый начальник службы безопасности обходя помещения, обнаружил немаленький бокс, заваленный списанной оргтехникой, Макс получил свистюлей за беспорядок, и на робкое лопотание, что мол, это же подотчёт, ему дали десять тысяч рублей и предписание, освободить помещение в три дня. Десять косых, они с напарником пропили в первый день, а на следующий, им пришла в голову гениальная идея, дать объяву в Авито. ру, о продаже почти за бесценок немеряного количества оргтехники б\у. На третий день, у него, фигурально выражаясь, и появилась новая мазда 3, права, путёвка на Бали, небольшая премия от начальства, и так, трохи денег на жизнь, а весь хлам на трёх фурах уехал куда то в сторону регионов, и вскорости, кто-то отчитался о компьютеризации нескольких школ в каком-то далёком районе нашей необъятной Родины. На радостях, эти компьютерные гении, пустились в небольшой запой. Ну как же не обмыть новый автомобиль? В оконцовке, свежеполученные права отобрали, и, когда мы с ним познакомились, трёхлетняя Маздайка, с пробегом около тысячи километров, так и стояла у него под окном, так как после первого лишения, они умудрились обмыть и свежевосстановленные права. Так что вид Максима на машине, навевал на некоторые оптимистичные мысли. Рассчитавшись, я отъехал от колонки, и, припарковавшись рядом со стоящей на парковке Маздой, подошёл к курящему на границе АЗС Максиму.

— Ну, лады, Макс, Давай! Я тебе наберу на днях.

— Давай, Володь! Так что, работу мне не искать?

— Ну я же тебе сказал уже.

— Замётано! Тогда на созвоне.

Посвятив последние десять минут ни к чему не обязывающему дружескому трёпу, я выяснил, что Максим в настоящее время без работы, расстался с очередной своей пассией, и находится в активном поиске и того и другого, и на моё невинное предложение поработать в иностранной компании с выездом к месту работы за пределы РФ отнёсся с энтузиазмом. А что? Я его даже ни в чём не обманул. Хи хи. Будет сюрприз.

Покружив немного по запутанным улочкам частного сектора под Мытищами, я наконец нашёл искомый дачный посёлок, в котором младшенькие умудрились прикупить неплохой участок, и теперь, насколько я понял, достраивали небольшой домик, собираясь по окончании строительства в нём поселиться на ПМЖ. На въезде в посёлок был установлен аналогичный нашему, дачному шлагбаум, и я совершенно не морочась, уже испробованным ранее способом взломал систему управления, и притормозив на секунду, без проблем проехал на территорию. Тут уже было проще, и направив автомобиль к ясно видимой отметке на наложенной на реальную местность карте, через пару минут подъехал к нужному мне участку. Поставив машину чуть в отдалении, вылез, потянулся, всё-таки отвык за последнее время сидеть за рулём, и пошёл потихоньку в сторону развернувшегося строительства. На участке, всё в принципе было нормально. Зять что-то активно объяснял невзрачному мужичку, наверное прорабу, Мария сидя на корточках возилась с так и норовящей сбежать малой, поправляя ей одежду. Я постоял немного в сторонке, дождавшись пока Саша закончит разговор со строителями, и не спеша направился к ним. Первой меня, как ни странно заметила Дарья. Поглядев в мою сторону, она вдруг замерла, присмотрелась, и с громким криком — «Дедушка!», побежала ко мне. Подхватив на руки вцепившуюся в меня как клещ внучку, я поцеловал её в щёчку, и понёс к родителям.

— Дедушка, а ты к нам надолго? Дедушка, а где бабушка? А когда она приедет?

— Ненадолго, внученька, а бабушка пока далеко, но скоро приедет.

Я добрался до родителей, и крепко пожав руку зятю, поцеловал Марью в щёку.

— Да, Вов, а что с бабушкой? — Вслед за дочкой пристально глядя на меня спросила Маша.

— С бабушкой всё отлично. Жива, абсолютно здорова. Но пока приехать не сможет.

— Вов, а куда вы все пропали? Тут знаешь, что было?…

— Представляю. Маш, мы в этом, честно не виноваты. И, давай об этом немного позже. Без лишних ушей. У вас то как? Стройка смотрю вовсю идёт. Бизнес процветает? — Обратился я к Сашке.

— Да так помаленьку, заключили договоры с китайцами, мы разрабатываем разную электронику, они воплощают наши требования в железе.

— А почему именно с китайцами? — Спросил я, в принципе уже зная ответ.

— А с кем ещё? Сейчас всё самое современное производство в юго-восточной Азии. В Китае дешевле всего.

— А качество?

— Ну, мы с нормальным предприятием сотрудничаем. Брак бывает конечно, но в очень терпимых количествах.

Я внимательно посмотрел на зятя. — Саш, а если, к примеру, тебе придёт более выгодное предложение, и, например на более высоком технологическом уровне, то ты как на это отреагируешь?

Он хмыкнул. — Вряд ли можно найти что-либо более выгодное. Тем более с более свежими технологиями. Я этот вариант почти год просчитывал. — Он немного подумал, и добавил. — Нет. Не реально.

— А что такое реальность? — Я улыбнулся. — Ладно, вы тут надолго ещё? А то Машу, я смотрю, любопытство просто на части рвёт.

— Да нет. В принципе, уже всё закончили. Мы только тебя и ждали. — Ответила дочка, а Сашка отошёл опять к строителям. Наверное последние ЦУ решил отдать перед отъездом.

— Вов, а ты как-то помолодел, да и похудел. — Заметила Манька, пока Сашка прощался со строителями.

Я улыбнулся. — Есть немного. Ты ещё маму не видела.

— Так где же вы всё таки были?

— Почему были? Мы и сейчас там.

— Где там?

— Там, Маша. Помнишь, как в песне? Там за облаками, там там тарам… Ну, и так далее.

— Не помню я такую песню.

— Ну да. Она старая.

— А почему за облаками? — Она с подозрением посмотрела на меня.

— Ну, так песня такая. Маш, а ребята тебе что-нибудь про дачу говорили?

— Да особо ничего. Просто спросили, буду я туда ездить, или нет.

— И всё?

— Всё. А что?

— Да нет, ничего, нормально всё. А ты так и не ездила?

— Нет, мы с Сашей всё хотели, как-нибудь съездить, но то одно, то другое… Послезавтра вот, на отдых едем.

Тут Сашка подошёл. — Кис, ну, я освободился. Забирай Дарью, и поедем. — После чего обратился ко мне. — Вов, ну, дальше к нам заедем, или у тебя планы?

— Планы есть. — Я внимательно посмотрел на зятя. — Давай может заедем, где потише, посидим, поговорим. Хотя, можно и к вам. И ещё. Саш, вы послезавтра на отдых планируете?

— Машка уже сказала?

— Угу. Может отмените?

— Вов, да как отменим? Уже всё проплачено, билеты на руках. Дело даже не в деньгах. Мы и на отдых и по работе мне надо. Вон, даже Дарью с собой не берём.

— Саш, ты не забыл, что я тебе говорил, про более выгодный контракт?

— Да нет.

— Но всерьёз не воспринял. Так?

— Ну, Володь, без обид, конечно, но…

Я его прервал. — А ведь я не пошутил. Есть одна ну очень интересная тема, по сравнению с которой, все твои китайцы нервно курят очень далеко в сторонке.

Саша некоторое время молча сверлил меня взглядом. — Ну допустим. Оборонка?

— Не совсем. Но тема очень стоящая. Такого, поверь, ты ещё не встречал.

— Ну а при чём тут отпуск и китайцы? Одно другому ведь не мешает?

— Отпуск тут совершенно ни при чём, просто я предлагаю вам провести его не там, где вы планировали, ну а китайцы на этом празднике жизни совершенно точно будут лишними.

— А что это за место? Там искупаться то хоть есть где?

— Найдётся.

— А что нужно для переговоров?

— Вы.

Саша засмеялся. — Мы, это понятно, я имел в виду документы, реквизиты, визы, билеты…

— Возьми конечно, как без этого, с визами вопрос на месте решим, а билеты у меня есть. О, вот и Маша подошла.

Мы молча подошли к машинам, и Саша вдруг неожиданно выдал.

— Кис, мы скорее всего в Китай не поедем.

— Зая, как не поедем? — Манька ошарашенно уставилась на мужа. — Но как же! Мы же хотели мебель посмотреть, и вообще… И тебе ведь по работе надо!

— Володя сделал мне очень интересное предложение. Мы съездим с ним, там и отдохнём. — Он повернулся ко мне. — Вов, там хорошую мебель есть где купить?

— Найдём. Там много, чего есть.

— Нет, Вов. Давайте вы своими делами потом займётесь! А мы сначала, как и планировали, в Кита…

— Маш, ты маму увидеть хочешь? Или после Китая? — перебил я её на полуслове.

Она, бедная, аж поперхнулась и закашлялась.

— И не смотри на меня так. Саш, — я повернулся к зятю, — вы ведь без малой собирались ехать?

— Да, мы думали её с моей мамой оставить. А что, какие-то проблемы?

— Абсолютно никаких. Только в этот раз никого оставлять не будем. Бабушка, — тут я про себя ухмыльнулся, — И так по внучкам соскучилась, чуть не плачет. А с вашим туром знаете, что сделаем?

Ребята вопросительно посмотрели на меня.

— Мы его подарим Мише с Наташей, мотивируя это тем, что у тебя проблемы по работе, и поехать ты не сможешь, а поскольку он на двоих, то Лизавету предложите забрать к себе, пусть с сестрой пообщается, и вообще. Давай, ка Саш с тобой этот вопрос обсудим отдельно, как всё это преподнести. Но только про меня им ни слова. Вообще. Стоимость путёвок, я тебе компенсирую.

— Да нет проблем, Володь. Ничего компенсировать не надо. Поехали лучше к нам, поговорим. Только почему ты ничего ребятам рассказать не хочешь? — Саша изрядно заинтересовался моим предложением.

— Что хотел им рассказать, я уже рассказал. А что до остального… Рано им ещё. — Я вздохнул. — Ладно, поехали, обсудим детали.

Все переговоры прошли как по маслу. Ну и что, что предложение неожиданно? Зато, учитывая стоимость тура, оно очень даже оказалось востребовано. Тем более, что помимо пяти звёзд и программы «всё включено», Сашка уже успел внести нехилый аванс в ту фирму, у которой они собирались приобретать мебель. И после недолгих уговоров условились, что на следующий день Маша с утра поедет в турфирму и переоформит все документы вместе с билетами на старшеньких, и что к вечеру они привезут им Лизавету, а заодно заберут бумаги.

Вечером следующего дня, припарковав машину на соседней, от моего дома улице, прямо у въезда в гаражи, я стал ждать следующую цель моего вояжа. Ждать долго не пришлось, так как отслеженный нашим вездесущим ИИ, то ли Пежо, то ли Аутлендер буквально через десять минут нарисовался на повороте, и не спеша заехал на территорию гаражного кооператива. Подождав пять минут, я отправился следом за ним. Провернув снова трюк с автоматическим шлагбаумом, я без проблем въехал на территорию и свернув в первый же проезд направился к знакомому гаражу. Приехал я вовремя. Нужный пюгеот уже заезжал в гараж. Проехав чуть дальше и в три приёма развернувшись, я заглушил мотор, вылез из машины и пошёл к открытым воротам гаража.

— Василич, привет! — Поприветствовал я вылезающего из машины дядьку.

— Здорово! — Пыхтящий Василич повернулся ко мне. — Ёшш!.. Володь! Ты что ли!

— Я, Василич. Собственной персоной.

— Ну, как же это! Я уж вас похоронил!

— Рановато ты нас хоронишь. Живы пока все. — И добавил про себя — «почти все»…

— А что же вы, ни ответа, ни привета столько времени? Хоть бы весточку подали. Подожди! — Прервал он меня, и полез на полки в заначку. — Ты не за рулём?

— Да доставай, чего уж там.

Василий достал из-за коробок на средней полке початую бутылку «Бакарди», и пару пластиковых стаканов.

— Колы нет. Забыл купить. — Извиняющимся тоном сообщил Василич.

— Да ладно, и так сойдёт. Как у вас тут дела? — Поинтересовался я.

— У нас то что, всё по-старому. Вы то куда пропали? Что случилось?

— Наливай давай. Про нас в двух словах и не расскажешь.

Василич разлил по половинке, чокнулись, выпили, я занюхал сигаретой. Всё-таки чистый ром несколько противная штука. С колой, лучше бы пошёл. Как будто услышав мои мысли, Василич закопошился, и полез в машину.

— Сейчас, подожди, тут где-то было… А! Вот, нашёл! — И он достал откуда то залежавшийся сникерс. — Внучкам покупал, да так и завалялся. — Извиняющимся тоном объяснил он общую занюханность шоколадного батончика.

— Да пойдёт. — Я сорвал с шоколадки шуршащую обёртку, и разломив батончик на несколько частей, использовал обёртку вместо подложки.

— О, так лучше. — Промямлил пережёвывающий шоколадку Василий.

— Угу. — Я последовал его примеру.

— Ну так рассказывай, что с вами случилось?

— Василич, пока не могу. Засекретили всё.

— А подписку брали?

— Да не одну. Замучали.

Василич посерьёзнел. — Тогда конечно. Дело серьёзное. Я в своё время тоже, столько этих бумажек понаподписывал… Гостайна, это серьёзно. — Заключил он, и разлил ещё. — Машенька так переживала. Думал руки на себя наложит. Но, Бог миловал. Давай, что бы всё было хорошо!

— Погоди, а старшенькие что, не переживали?

— Да переживали, но… А!.. Махнул он рукой. Давай! — Протянул он стаканчик.

Выпили ещё по одной, потом ещё… За жизнь поговорили… И мне стало обидно за него. Так, для сведения, Василич, это первый муж моей жены. Соответственно, отец её детей. Когда я пришёл в семью, они с Татьяной были уже в разводе, и соответственно, мне было очень интересно познакомиться с её бывшим супругом, учитывая, что у них общие дети. Первое знакомство прошло очень неплохо, Василич оказался мужиком очень даже вменяемым. Мы неплохо тогда с ним посидели, посмотрели друг на друга, расставили все точки над «i», и далее, за пятнадцать лет знакомства поддерживали очень хорошие отношения. В свое время, Василий был при должности, при хорошем окладе, обзавёлся молодой женой… А вот за год до описываемых событий начались некоторые пертурбации в Московском правительстве, пришёл оленевод, и Василича торжественно проводили на пенсию. Поскольку чиновником он был ещё советской закалки, и для него на первом месте было дело, то особых накоплений он не имел, а пенсия, хоть и немаленькая по сегодняшним меркам, былого уровня жизни обеспечить не могла. Молодая жена, начала потихоньку отстраняться, а дети… Маша своего отношения не изменила. А Миша, хоть и взял отца на работу к себе на склад, как оказалось, через некоторое время начал проявлять недовольство его нерасторопностью, и вообще. Хотя зарплату ему они платили напополам с Машенькой, которая отдавала деньги просто так, только для того, чтобы помочь отцу, чтобы он не чувствовал себя ненужным. Это всё было год назад, а сейчас всё стало только хуже.

— Это вас всё твоя охота довела. — Философски заметил Василич, доедая последний кусок сникерса. — Вот не поехали бы вы в тот раз, и ничего бы не было.

Я потряс головой, включаясь обратно в реальность. — В смысле?

— Ну, я к чему? Не поехали бы на охоту, никуда бы не попали…

— Куда попали? — Удивился я.

— Ну, в неприятности. Говорил я тебе тогда, зачем тебе это ружьё, охота эта. Опасное это дело.

— Так у тебя у самого четыреста десятая «Сайга» дома в шкафу уже лет пятнадцать стоит!

— Стоит! Ноя за пятнадцать лет её из шкафа ни разу не доставал, а ты то на охоту, то в карьер…

— Так нахрена она тогда тебе вообще то нужна! Ржой небось вся покрылась за столько то времени!

— Пусть будет. Мало ли что. А ржой она не покрылась, не наговаривай. Я её два раза в год в мастерскую вожу. Почистить и смазать. Оружие, оно уход любит.

Тут я и припух. — А сам то чего? Без рук? Ты же служил.

— Нет, я по первости конечно полез, почистил там, смазал, но вот потом затвор неправильно собрал, чего-то там заклинило, вот и отвёз. Да и потом, зачем вещь портить. Пусть специалисты занимаются.

— А патроны в магазин пихать если что, тоже к специалистам поедешь?

— Что я, совсем что ли без рук? Да и патронов нет. У тех, что были, срок годности закончился, а больше я не покупал… Танюшка против была. — Он заметно погрустнел.

— И чего. Что против? Моя вон тоже, всё время бурчала. И что? Нам с ней этот ствол жизнь спас. А если бы патронов не было?

Василич промолчал, потом посмотрел на опустевшую бутылку, и сказал. — Ну чего, пошли, что ли. У меня больше нет.

— Пошли. У меня тоже пусто.

Пока Михалыч заметно хромая запирал гараж, я запустил «протрезвин» и полез в машину за минералкой.

— Ты чего в машину то полез? Оставляй тут, меня подопрёшь, а утром заберёшь.

— Не, оставлять не буду. — Я залез в машину, и вытащив из банки таблетку жевачки, продемонстрировал её Василичу, и сунул её в рот, демонстративно разжевал и сказал. — У меня тут таблетка есть. «Протрезвин». Разжевал одну, и как стекло через минуту. Только сушняк давит после неё. — Я заглотил нормально так воды из бутылки.

— А ещё есть? — Он недоверчиво посмотрел на меня.

— Нет, только одна. Их только в серию запускают, так что страшный дефицит. И вообще, Василич, я сейчас к Маше еду. Поедешь? Чего тебе дома то сидеть? Танюшка твоя, сам говорил, вроде как в командировку на три недели умотала, завтра выходной… Залезай давай! — В приказном порядке пресёк я его колебания.

— Да я чего, поедем, конечно. — Прокряхтел Василич залезая на переднее сиденье Дискавери.

— Вась, слушай, а ты фильм смотрел, «Всё будет хорошо» со Збруевым?

— Со Збруевым то? А, конечно смотрел. А что?

— А помнишь, как он там всем советовал? «Подними правую руку в верх, потом резко опусти её, и скажи: А пошло оно!»

— Ну помню, а к чему ты?

— Ты бы мог так сделать?

Василий задумался. — Даже не знаю. Но, знаешь, иногда так хочется!

К Маше с Сашей мы добрались минут за тридцать, и как только подъехали, я достал телефон, и набрал Сашин номер.

— Алё! Саш, привет ещё раз! Я подъехал. Вы собрались? Отлично, выходите. Да, жду внизу.

— Мы к ним не пойдём? — Василич посмотрел на меня.

— Нет, они сами минут через десять спустятся. Пошли, свежим воздухом пока подышим. — Свежим, воздух в подмосковных Мытищах мог назвать только неисправимый оптимист, но, на деле, он был конечно почище, чем в Москве.

— Володь, а Татьяна то когда приедет? — Поинтересовался Василич выбравшись из внедорожника и прикурив сигарету.

— Да скоро увидитесь. Соскучился, что ли? — Подначил я его.

— Слушай, если честно, то да. Только не обижайся. — Поспешил добавить он.

— Да я и не обижаюсь. С чего? — Я пожал плечами. — Надо было сразу обижаться на то, что вы два десятка лет вместе прожили, а сейчас то чего?

Василич смущённо покряхтел, и всё-таки спросил. — Володь, а с ней точно всё в порядке?

— Ты мне что, не веришь, что ли? Всё у неё хорошо. Скоро увидитесь, поговорите.

Тут из подъезда вышли младшенькие во главе с Дарьей, тащившей свою любимую игрушечную лошадку, которая только ещё завидев меня, сразу спросила: — Дедушка, а мы правда полетим на самолёте?!

— Правда внученька, правда.

— Ура, я люблю на самолёте летать! — И тут увидев Василича, вышедшего из-за машины, сонва завопила: — Дедушка Вася!!! — И с разбегу кинулась ему в объятья.

— Деда Вова, а дед Вася с нами поедет?

— С нами, радость моя, с нами.

— Ура! У меня теперь опять два дедушки!

— Пап, привет! — Манька обняла и поцеловала отца. Подошедший Сашка тоже поздоровался, назвав Василича по имени-отчеству, после чего вопросительно посмотрел на меня.

Я успокаивающе кивнул, и открыв багажник закинул в него небольшой чемодан.

Отставшую Лизавету, мы обнаружили уже после того, как я закрыл багажник.

— А Лиза где?

— Да она с нами шла, только что здесь была! — Маша встревоженно огляделась.

— Из подъезда она не выходила.

Сашка быстрыми шагами дошёл до железной двери закрытой на магнитный замок, и приложив ключ-таблетку к считывателю открыл её настежь. За ней и обнаружилась готовая зареветь Лиза.

— У нас кнопка на открытие барахлит. — Пояснил Саша, успокаивая всхлипывающую племянницу.

— Лизунь, здравствуй! Ой, ну хватит уже носом хлюпать!

Лиза молча подошла ко мне и обняла. Постояв так немного, я взял её на руки, и посадил на заднее сиденье, где она снова меня обняла, и тихо сказала: — Я знала, что ты вернёшься. Мы ведь к бабушке?

— К бабушке, солнышко. — Ответил я ей, усаживая поудобнее, и пристёгивая ремнём безопасности.

Дашку Маша посадила на руки.

— Ну чего, поехали! — Приглашающе махнул я рукой Сашке с Васильичем, и полез за руль.

У Василича с Сашей возникла некоторая неразбериха, в результате чего Василич устроился сзади, рядом с дочкой и внучками, а Сашка залез вперёд. Я включил передачу, и машина плавно выехала со двора. Тут опомнился Василич.

— Володь, а куда мы едем?

— В аэропорт.

— Так Маша мне звонила, они же только завтра должны улететь.

— Вась, планы несколько поменялись, так что летим сегодня.

— А как я обратно?

— На машине и уедешь.

— Так я же того…

— Я тебе тоже таблетку дам. Есть у меня ещё.

— Ну, ты хоть бы предупредил! Хорошо хоть права с собой взял.

— Да нормально всё будет, не переживай. — И я подмигнул недоумённо смотрящему на меня Сашке.

Пока я выруливал из Мытищ, ориентируясь по маршруту, проложенному по виртуальной карте к месту посадки грузового челнока ожидающегося с минуты на минуту по предварительной договорённости с Михалычем, Сашка с удивлением оглядывался по сторонам, и когда я наконец свернул на глухую дорогу ведущую куда то в дебри, с удивлением спросил.

— Володь, а мы куда едем? В аэропорт вроде в другую сторону.

— Да пробка там. — Поморщившись от очередной колдобины нехотя ответил я. — Сейчас, ещё метров триста…

Через триста метров мы выехали на довольно большую прогалину свободную от деревьев.

— Ну вот, я же говорил! — Облегчённо сказал я направляя машину к стоящему под маскировочным полем челноку.

— Вов, куда ты нас завёз? — Встревоженно спросила Маша, и вдруг замолкла, увидев стремительно протаивающий из ничего грузовой ангар челнока, в который я не останавливаясь, с ходу загнал Лэнд-Ровер.

Аппарель стремительно закрылась, и пилот, получив команду на взлёт сразу же начал набор высоты.

5

Некоторое время, мы просто молча сидели в машине, потом я выключил двигатель, и открыл свою дверь. В царящей тишине, открывшийся замок громко щёлкнул, и выбравшись из машины, я повернулся к ошарашенно смотрящим на меня пассажирам. — Ну, чего сидим, кого ждём? Или так всю дорогу в машине сидеть будете?

Сидящий впереди Сашка сглотнул, потом спросил. — Вов, а что это было?

— В смысле? А, это? — Обвёл я взглядом окружающий нас в полумраке аварийного освещения ангар, и отдавая мысленную команду на активацию основного освещения. — Это малый десантный транспорт. Предназначен для перемещения личного состава отделения со средствами усиления. Хватит там сидеть, тут и поинтереснее места есть. — Добавил я открыв заднюю дверь и забрав наружу Дашеньку.

Народ потихоньку зашевелился, и начал вылезать из машины. Дашка, уже поставленная на пол, с интересом осмотрелась, и выдала: — Дедушка, а какой интересный самолёт! И машина с нами летит? Только почему окошек нет? В самолётах всегда есть окошки!

Я рассмеялся. — Найдём мы тебе окошки. Они в пассажирском отделении есть, а тут грузовое, только для машинки. Давай, бери папу с мамой, и пошли.

— Володь, ты бы хоть предупредил! — Василич уже выбрался, и достав из кармана измятую пачку сигарет нервно теребил её в руках. Потом посмотрел на неё, и быстро спрятал в карман.

Я хмыкнул. — Если бы я предупредил, вы бы не поехали. Особенно ты.

— Вов, может объяснишь всё-таки, что происходит? — Ко мне подошла Маша, держа за руку Лизавету.

— Объясню. Только пошли в соседний отсек, там немного покомфортнее, да и есть на что присесть. А то отец вон, переволновался, еле на ногах стоит.

Я подошёл к переборке, отделяющей нас от обитаемого отсека, и по мысленной команде, часть переборки раздалась в стороны, открывая нам проход.

— Рассаживайтесь, гости дорогие! — Указал я на удобные кресла заинтересованно осматривающемуся народу.

Посмотреть было на что. Покинув ангар, мы попали в довольно просторный холл, достаточный для комфортного размещения пары десятков человек. Помимо двух рядов удобных кресел, разделённых широким проходом, так же присутствовала небольшая столовая с уже привычным синтезатором, а по другому борту находилась раздевалка вкупе с душевыми и прочими «удобствами». Отсек управления был отделён ещё одной переборкой, закрытой в настоящий момент.

— Может чай, кофе? — Спросил я рассевшихся ребят. — Малым могу предложить сок.

— Может чай подождёт? — Спросил Саша, выразив мнение всех невольных гостей. — Вов, ты обещал всё объяснить. Мы сейчас где?

— Очень своевременный вопрос. — Заметил я, одновременно включая обзорные экраны, и выводя на них изображение с камер передней и задней полусферы. — Мы сейчас в космосе.

Все ошарашенно уставились на голоэкраны, особенно на изображение с камер заднего обзора, на котором постепенно уменьшаясь в размерах, удалялся голубой шар родной планеты.

— Вов, ну хватит нас разыгрывать! — Скептически посмотрев на меня, нервно сказала Маша. — Какой космос!

— Обычный, Маш. Туда ещё космонавты летают. Изредка. Спутники там разные…

— Вов, ты ведь не шутишь? — Заметно побледневший Василич как-то оплыл в кресле, с трудом втягивая воздух.

— Вась, ты чего? — Я подскочил к нему.

— Да вот, что-то прихватило. Я таблетки из машины не взял.

Василич выглядел действительно нехорошо. Он заметно побледнел, и тяжело дыша держался за правой рукой за грудь.

— Пап, что с тобой! — Маша подскочила к отцу и схватила его за руку. — Вов! Ну сделай же что-нибудь!

— Да сейчас, не нервничайте, всё будет хорошо! — Ответил я ей доставая аптечку со встроенным кибердиагностом.

— Подвинься! — Я потеснил Марью, и наклонив Василичу голову чуть в сторону, приложил ему небольшую коробочку к шее.

Экран устройства засветился, аппарат издал несколько мелодичных звуков и начал выводить информацию о состоянии пациента. Насколько я понял, ничего страшного не случилось, просто на фоне последних событий, Василий заметно перенервничал, у него скакануло давление, да и сердце на этом фоне дало сбой. После введения дозы рекомендованных препаратов, состояние пациента значительно улучшилось, однако учитывая общую изношенность организма, прибор настоятельно рекомендовал посещение медицинского центра в срочном порядке.

— Василич, ну ты как? — Спросил я порозовевшего родственника.

Тот немного покряхтел, поудобнее устраиваясь в кресле, и хрипло ответил. — Да вроде получше. Дай только водички, а то в горле совсем пересохло.

Напоив пациента, я вручил ему лечебную коробочку со словами: — На вот тебе личного доктора. Пусть пока у тебя будет. Если вдруг запищит, то просто приложи к открытой части тела, он тебя подлечит, пока до врачей не доберёмся.

— Да в карман положи. — Подсказал я растеряно крутящему в руках кибердока Васильевичу.

— А как он узнает, что меня вдруг лечить надо?

— Так он тебе при диагностике нано зонды в кровь ввёл. Теперь, пока настройки не сбросишь, он на тебя завязан. — Как о само собой разумеющемся просто ответил я.

Маша недоверчиво посмотрела на меня, и обратилась к отцу: — Пап, правда лучше?

Василич понаклонял голову в разные стороны, потом встал, потоптался, и, как будто удивляясь самому себе, задумчиво сказал: — Знаешь, даже колено болеть перестало. Вов, а это что, тоже экспериментальная разработка?

Я улыбнулся. — Нет, Вась. Это уже хрен знает сколько столетий в серии. Подожди, вот скоро до нормальной медицины доберёмся, там мы тебя основательно подлечим.

Василич прошёлся туда-сюда по отсеку, зашёл в столовую, осмотрелся, и поинтересовался: — Володь, а тут что, что-то типа кают-компании? Столы, стулья… А где приборы, посуда? Как у вас тут с питанием? Сколько нам ещё лететь?

— Лететь минут сорок ещё. Если проголодались, милости прошу, поработаю сегодня для вас фокусником. — Я улыбнулся.

— А что в меню? — Василич после лечения раздухарился. Даже Маша с Сашей смотрели на него с удивлением, ну а я не стал им говорить, что применённый кибердок являлся имуществом армейским, а что там у них намешано в боевых коктейлях, я, честно, даже без понятия.

— Да, в принципе, всё, что хочешь. — Я даже не покривил душой, поскольку рецепты для синтезаторов до сих пор собирались по всей планете. — Иди сюда, смотри, вот кнопка вызова меню, вот подразделы, разбивка по ареалам, разделение по видам… — За пару минут я обучил Василия обращению с синтезатор, в результате чего, через несколько минут он с полным подносом устроился за ближайшим столиком.

Втянув носом источавшийся блюдами аромат, он на мгновение блаженно зажмурился, и посмотрев на остальных, удивлённо спросил: — Что вы застыли то, как неродные?

Малым всё было по барабану, они испросили по порции мороженого, после чего устроившись за отдельным столом, погрузились в тающее лакомство. Саша с Машей удивлённо переглянулись, после чего с недоумением посмотрели на меня.

— Что? Присоединяйтесь!

— Вов, да мы перед отъездом только поели. Ты лучше расскажи, что это за устройство? — Сашка показал на синтезатор.

— Устройство? Да это пищевой синтезатор. Стандартный. Идёт в комплекте ко всем видам транспортных единиц за исключением истребителей и штурмовиков. Они комплектуются сухпаем, так сказать. В различных вариациях сие устройство присутствует в повседневном быту по всей Империи. Вещь надёжная и очень полезная. При отсутствии специальных составов без проблем использует любую органику. Единственно, что в зависимости от состава органических соединений, расход биомассы может существенно отличаться в ту или другую сторону.

— То есть, то, что из него выходит, это не приготовлено?

— Как не приготовлено? Вон, посмотри на Васильича, аж за ушами хрустит, как наворачивает. Всё натуральное, никакой химозы.

Тут Вася налил из полученной ёмкости грамм сто водки, и со вкусом её употребил. Однако я не сказал ему самого интересного про врученный ему прибор. Не успели эти сто грамм провалиться в желудок, как кибердиагност требовательно запищал. Василич, как раз закусив солёным грибочком последнюю порцию, вытащил его из кармана, и приложил к запястью, после чего убрал обратно. Закусил, и налил опять. Только выпил, прибор опять запищал…

Пока мы с Сашей обсуждали достоинства синтезатора, Василич закончил трапезу, и поднявшись из-за стола с подносом спросил: — А посуду куда?

Показал ему утилизатор, попутно объяснив, что это такое, после чего, по причине присутствия малых в отсеке, пошли в ангар перекурить. Сашка хоть и не курящий, отправился с нами.

— Володь, а водка у тебя тут какая то неправильная. Сколько выпил, а всё ни в одном глазу. Хотя заходила хорошо, как настоящая.

— Так она настоящая и есть. Только ты не забывай, что ты на лечении.

— То-то я и смотрю, только выпью, а этот твой доктор пищит, только выпью, а он опять… Бесполезный перевод продукта, короче…

Мы с Сашей засмеялись. — Подожди, Вась, вот курс лечения пройдёшь, потом и выпьешь. Если захочешь. О! Всё, завязываем курить, пошли посмотрим на корабль, думаю вам интересно будет.

Пока мы шли обратно, Сашка опять задал мне мучавший его вопрос. — Вов, а всё-таки, что всё это значит?

— Ты ещё не понял?

— То, что здесь кругом инопланетные технологии, я уже понял. Такого у нас даже и в разработках быть не может, но вот откуда это всё?

— Терпение, друг мой, просто терпение. Сейчас, прибудем ко мне на флагман, устроимся, сядем все по нормальному, и я вам всё расскажу в располагающей обстановке. А пока смотри на экран.

На экране разворачивалась завораживающая картина подхода скорлупки к левиафану. Шаттл сбавил ход до минимума, и на экране всё тянулась и тянулась панорама борта линкора, казавшегося бесконечным. Наконец пилот совершил незамысловатый манёвр, и шаттл полетел прямо в тёмный борт корабля, в котором прямо по курсу мерцала крохотная искорка стремительно увеличивающаяся в размерах по мере сближения обоих кораблей. У ребят с непривычки перехватило дух, поскольку поначалу казалось, что корабль собрался протаранить кажущийся несокрушимым монолитом борт огромного корабля, но по мере приближения, крохотная искорка превращалась во всё более увеличивающийся проём, во много раз превосходящий размеры приближающегося к нему кораблика. Когда шаттл, медленно, почти крадучись продавил призрачную плёнку защитного поля и совершил мягкую посадку на внутреннем космодроме, народ, как мне показалось, разом облегчённо выдохнул.

— Вот это да! — Сашка повернулся ко мне, оторвавшись от экрана. — Вов, что ЭТО!?

— Это флагман Империи Эридан, линкор Имперского класса…

Тут неожиданно распахнулась переборка, отделяющая нас от отсека управления, где нарисовался пилот по полной форме, который кинув руку к виску, чётко доложил: — Товарищ Император! Мы прибыли на флагманский корабль!

— Благодарю за службу, лейтенант! — Поблагодарил я пилота, и обратился к своим гостям. — Ну, что-ж, добро пожаловать на борт, прошу следовать за мной.

Переборка в грузовой отсек открылась, и я, взяв старшую внучку за руку, пошёл на выход. По пути достав из багажника чемодан, вручил его заранее вызванному дроиду и первый сошёл на палубу императорского ангара. Императорский ангар, сам по себе, роскошью не блистал, и отличался от остальных только тем, что находился фактически в Императорском секторе, и, кроме транспортных средств обслуживавших непосредственно императора, в нём больше никто не парковался. По крайней мере в нормальных условиях. Но при возникновении не дай конечно Бог, аварийной ситуации, он мог использоваться так же, как и остальные внутренние космодромы.

Сойдя на палубу, я посмотрел по сторонам, и не найдя встречающих, вызвал в ангар старшего техника, отвечающего за исправность многочисленных механизмов. Пока он добирался, я поджидал озирающихся по сторонам ребят спускающихся по аппарели.

— Володь, а где же тут искупаться? — Немного нервно спросил Саша.

— Ну, тут пока только в ванной. А вот на Лунной базе и море найдётся.

— На Лунной базе? Вы что, и на Луне уже море выкопали!? — Широко раскрыв от удивления глаза, спросила Марья.

— Машенька, если у них есть ТАКИЕ корабли, то морю на Луне я совсем не удивлюсь. — Философски заметил спокойный, как танк Василич. Всё-таки боевая химия, вещь очень сильная. Не знаю, что там ему кибердок вколол, но выглядел Василий сейчас на все сто, даже хромать перестал.

— Да Вов, теперь понятно о каком уровне технологий ты говорил. — Сашка с интересом осматривался по сторонам, уделив пристальное внимание поднёсшему чемодан андроиду и подскочившему к нам транспортёру.

— Получше, чем у китайцев? — Спросил я.

Сашка хмыкнул и молча улыбнулся.

— Так, ребят, давайте грузитесь на транспорт, сейчас поедем размещаться. — Тут появился старший техник, а следом за ним подскочили на транспортёре Михалыч с Петровичем. Мы все перездоровались, и первым делом я озадачил техника: — Петро Миколаевич, пойдём, покажу.

Мы подошли к аппарели, и я указал ему на виднеющийся в глубине ангара Диско. — Вот, принимай аппарат!

— Тю, лэнд ровер. И шо я с ним делать буду?

— Загони его к себе, озадачь ремкомплекс, думаю, что он с ним без проблем разберётся.

— А шо с ним?

— Да, в принципе, ничего. Пусть проверят. Ключи в замке.

— Добре. Поглядим. — Миколаич почесал затылок, и пошёл принимать технику.

— А вы чего? Тут Император прибывает, а вас днём с огнём… Чего вы там опять мутите?

— А почему сразу мутим? — Они переглянулись. — Даже ни в одном глазу.

— Угу. На глаза бы на свои посмотрели. Ладно, сейчас ребят размещу, и всё расскажете. И нечего переглядываться! Я вас насквозь вижу!

— Да мы чего, ничего серьёзного, так, одну штуку обсуждаем. Ты подходи, как освободишься, может чего подскажешь. — Михалыч пихнул локтём Петровича, и оседлав свой транспортёр, они отправились к выходу из ангара, а я вернулся к своим.

— Блин, не представил вас. Совсем из головы выскочило. Ладно, потом как устроитесь… Ну что, все расселись? — Я оглядел семейство. — Ну, тогда вперёд.

И мы отправились ко входу в мой сектор.

— Вов, а почему этот лётчик назвал тебя «товарищ Император»?

Я хмыкнул. — Ну, во первых не лётчик, а пилот. Во вторых, товарищ, это обращение, а Император, это должность.

Она с удивлением посмотрела на меня. — Так ты чего, Императором тут работаешь? — И засмеялась, одновременно теребя Сашку. — Саш, ты слышал? Вовка тут оказывается Императором работает, ха-ха, вот умора то!

— И ничего смешного, кстати, по имперским законам, оскорбление, и всякое там глумление над Императорской особой, на нехилый срок на каторге тянет. Так что над этим лучше не стебаться, тем более при посторонних. — Обломил я её веселье.

— Да я ничего, просто как-то необычно! Только что был просто Вовка, и вдруг раз! И Император. Прям как в сказке.

— Сказки Маша, разные бывают. Иногда весёлые, а иногда не очень. Совсем не очень… Ладно, приехали, дальше пока ножками. — И не дожидаясь полной остановки транспортёра, спрыгнул на палубу и активировал транспортную кабину, приветливо раздвинувшую перед нами створки своих дверей.

— Заходите внутрь. — Я приглашающе махнул ребятам рукой, и первый шагнул в ярко освещённое пространство. Когда все поместились в кабине, двери сомкнулись, и повинуясь мысленному приказу мы вознеслись в Императорский сектор. После почти часовой экскурсии по сектору, мы остановились на краю парка, находящегося в центре сектора, и, присев на удобные кресла в уютной беседке, я подвёл черту под сегодняшними событиями.

— Так, молодёжь! На сегодня, программа закончилась. Время уже позднее, так что давайте, отдыхайте. Прислуга вас проводит. — Я указал на стоящих чуть в отдалении дроидов. — И поселит. Кстати, вам выпала великая честь, поселиться в личном секторе Императора, так что проникнитесь, и отстаньте пока от меня со всеми вопросами. Завтра, тихо мирно, сядем, поговорим. Там всё и узнаете. Пока отдыхайте. Дашка вон уже спит сидя, да и Василич вон, тоже устал, хоть и хорохорится.

— Вов, а наш чемодан?

— Уже в покоях. Всё, идите устраивайтесь, а мы с Васей вас покидаем.

— А папу куда? — Поинтересовалась Маня.

— Папа отдохнёт в медцентре. Заодно подлечится, и к утру будет, как новенький. — Я встал, и прихватив с собой Василича, отправился в медотсек, предупредив заодно персонал о том, что у них будет поздний пациент. В медблоке нас встретила сама Айри, и приняв с рук на руки Василича, увела его в недра стерильно-белого помещения. Я же отправился к дедам, посмотреть, что за новую каверзу они там задумали. Те сидели у Петровича, и вяло переругивались. Накал страстей видать уже сошёл на нет, а вот его отголоски время от времени ещё проскакивали. При моём появлении, они, как по команде замолкли, и сделали вид, что всё хорошо. Я поздоровался, и пройдя в помещение, уселся в первое попавшееся свободное кресло.

— Ну что, соколы, докладайте, по какой причине такой срач до небес устроили, что аж в коридоре слышно было.

— Спорщики переглянулись, и начали говорить строго одновременно что-то по типу: «Да это он, а я…», после чего резко замолчали, и Михалыч поинтересовался. — А как это нас в коридоре слышно было? Тут же переборки звуконепроницаемые.

— Это просто у вас слух плохой. Давайте, колитесь, что удумали. — Я сходил до волшебного шкафчика, и сделав себе кофе, устроился поудобнее в кресле и приготовился слушать.

Михалыч немного помолчал, переглянулся с Петровичем, и осторожно начал: — Володь, помнишь мы тогда с тобой про Сирию говорили?

— Помню. Я думаю и ты помнишь, что я тебе ответил? — Я пристально посмотрел на адмирала.

Тот взгляд выдержал.

— Такое не забывается, так что, конечно, помню. Но тут ситуация другая. На нас вообще никаким боком не подумают!

Я промолчал, ожидая продолжения, которое последовало почти незамедлительно.

— Помнишь, зимой над Челябинском метеорит рванул?

Я кажется понял ход их мыслей. — То есть вы имеете в виду взять какой-нибудь астероид и запустить в сторону Вашингтона? — Я аж поперхнулся.

— Ну нет. Вашингтон пусть живёт. А вот флот их уж очень удобно расположился. Если им прямо в центр ордера этот астероид положить, то их всех сдует нафиг.

— А я тебе говорю, что воздушный подрыв надо делать! Не положишь ты его с такой точностью! — Вдруг вклинился в разговор молчавший то этого момента Петрович.

Тут я не выдержал, и откровенно заржал. — Вон оно чё, Михалыч. Вот вы чего разосрались то!!! — Сползая под стол, только и смог простонать я.

Эти два деятеля, сначала недоумённо смотрели на мои конвульсии, потом переглянулись и обиженно надулись, как два хомяка. Сам не понимаю, чего меня на смех пробило, вроде надо было их построить, и отбить всякую охоту к будущим подобным эскападам, так нет… Что-то не даёт. Вот смотрю я на этих великовозрастных детей, и понимаю, что вот не могут они спокойно жить, пока американцам хорошо, тем более имея под рукой такие возможности.

— Чего надулись то, как мыши на крупу? — Отсмеявшись и вытирая слёзы спросил я, глядя на обиженных мужиков.

— А чего ты смеёшься то? Мы тут серьёзное дело предлагаем, немного амеров окоротить, а ты тут… — Петрович в сердцах махнул рукой.

— Вот ты, Петрович, скажи, ну чего вам всё неймётся. Вот нафига вам эти пиндосы сдались? Вам чего, без них заняться нечем? У нас с ними война, что ли? — При слове «война», деды как-то оживились.

— Володь, а может правда? Войну им объявить? Нет, не прямо так сразу, а как-нибудь технично, что бы они сами нарвались. — Вкрадчиво поинтересовался Михалыч.

— Ох и беда с вами, а? С кем вы там воевать собрались? Уже небось подсчитали, за сколько мы их армию в пыль превратим, если всю эскадру к земле стянем?

— Примерно за три часа сорок минут, ну и примерно четыре дня на наземную операцию, плюс-минус шесть часов.

— И дальше что? Что они там, в Америке, все конченные? Какой процент мирного населения под нож пустите?

— Процентов семьдесят. А причём тут, конченные или не конченные? Это же американцы!

— И что в итоге? Полный бардак по всей планете? Мужики, пора уже перестать делить людей на американцев и там вообще. Вот в Империи, сколько планет, государств, и даже не национальностей, а рас? Дофига? И что, кто-то их делил? Нет. Все они были гражданами Империи. И тут, надо воевать не с американцами, а с их правительством, с идеологией наконец. Зачем простых граждан то убивать? Михалыч, да и ты, Петрович, вы на Гитлера совершенно не похожи.

Деды сидели молча и смотрели в пол. Потом Петрович поднял голову, и посмотрел на меня. Так мы сейчас и не предлагаем мирное население бомбить. А по флоту врезать, самое то! Зачем они мирных Сирийцев убивают?

Бин, как же они мне дороги! И ведь не успокоятся! Я молча прикурил сигарету, затянулся, и с грустью посмотрел на синтезатор. Потом спросил. — И что вы там уже насчитали? Давайте, показывайте.

— Саш, давай ка, выведи наши выкладки, а я сейчас. — Михалыч отошёл к волшебному шкафчику, а Петрович развернул голоэкран.

Пока я просматривал их расчёты, вернулся Михалыч, и поставил на стол три прозрачных ёмкости с янтарным напитком. Я принюхался к источаемому ими аромату и согласно кивнул. Хороший коньяк в настоящий момент оказался очень кстати.

— Сами считали? — Поинтересовался я, потянувшись за коньяком.

— Ну да, ещё полуинтеллект привлекали. Вроде всё нормально получается.

— Нормально… Нафаня! — Позвал я домовёнка.

Через пару секунд на экране нарисовалось изображение домовёнка. — Звали, мой Император? — Забавно поклонился он.

— Звали, друг мой. Что скажешь про эти вычисления? — я кивнул на экран.

Домовёнок почесал затылок, повернулся к нам спиной, и сделал вид, что изучает испещрившие экран формулы, после чего достал из воздуха веник с совком, быстро смахнул всё в совок, и вытряхнул мусор за пределы экрана.

— Эй, стой! — Дёрнулся Михалыч к голограмме! — Что же ты творишь то, ирод…

— Да не нервничайте, папаша, если потом захотите, я вам всю эту филькину грамоту обратно верну. — домовёнок презрительно скривился.

— Филькина, говоришь? — Я усмехнулся. И что, не попали бы никуда?

— Ну, в планету то может быть и попали. Бы. Но не факт. Очень много переменных не учтено, масса мала, скорость и угол вхождения очень велики, и запуск они планировали, чуть не от марсианской орбиты. Не, в планету не попали бы.

— Да что он несёт! Да я все данные из навигационного блока брал, да… — Михалыч разошёлся.

Короче, только после получаса криков и взаимных обвинений, пошёл конструктив. В итоге, мы остановились на таком варианте: Берём астероид, с высоким содержанием металлов, цепляем его к корвету, закрываем маскировочными полями, и по заранее рассчитанной траектории, корвет начинает его разгонять. В расчётной точке, примерно равной половине расстояния до Луны, корвет освобождает груз и отваливает в сторону. Дальше тело продолжает лететь само. Учитывая возможное влияние случайных факторов, подрыв решили делать всё-таки воздушный, для чего я предложил использовать обычную боеголовку от тяжёлой ракеты космос-поверхность, установленную внутри астероида. Ударной волны от её подрыва с лихвой хватит для нанесения критических повреждений кораблям, классифицированных как цели.

— Ладно, счетоводы, оставляю вам Нафаню, вот вместе с ним и досчитывайте. А я пожалуй, вас покину. Устал я немного.

— Володь, слушай, а если боеголовка не сработает? Ну, сигнал вдруг не дойдёт? — Догнал меня прямо в дверях вопрос Михалыча, который так и остался сторонником точечного удара.

— Ну, чтоб точно дошло, то продублируйте. Как там раньше в военной технике было? Двойной, а то и тройной запас прочности. Короче, сами разбирайтесь! А я спать пошёл. — Если бы я знал тогда, к чему приведут мои последние слова, то…

Когда пришёл к себе, решил посидеть на свежем воздухе, и завернул в парк, с удивлением обнаружив на берегу пруда Сашу, просто сидевшего и смотревшего на струящуюся воду.

— Что, не спится? — Я присел рядом, на шелковистую травку.

Он вздрогнул от неожиданности, взглянул на меня, вздохнул, и ответил: — Уснёшь тут. И так, всё будто во сне, вот вроде совсем недавно вышли из дома, и уже в космосе. Линкоры, империи, роботы всякие… Просто голова кругом идёт. Сначала, даже и не понял, что происходит просто не верил, думал шутка какая, розыгрыш, а когда с этими дроидами в номер пошли…

— В апартаменты. Это не номер, это ваши апартаменты в личном секторе Императора. — Машинально поправил я его.

— Да какая разница. — Устало сказал он. Я хотел ему возразить, но не стал.

Саша тем временем продолжил: — Пока дошли пока устроились… Вот тут и накатило. Встал в прихожей, как в ступор какой впал. А Маше всё так, как и надо. Она эту горничную в оборот взяла, и давай пытать, где, что, зачем. Особенно в ванной. Детей накормила, с синтезатором этим за пять минут разобралась, проще микроволновки, говорит… А я всё как во сне. Детей уложили, сами легли, а ко мне сон не идёт. Вышел вот, пошёл сюда посидеть… Сижу вот на травке, на воду смотрю, и ведь понимаю какой-то частью, что это реальность, а вот остальная часть кричит, что так не может быть.

— Ничего, Саш. Скоро это пройдёт. Не ты первый… Тут и похлеще случаи бывали. Слушай, раз уж всё равно не спишь, давай-ка я тебя к медикам отправлю. Заодно и здоровье поправим.

— Да я особо то и не жалуюсь. — Покосился на меня Сашка.

— Во-во, потом вообще жаловаться не будешь. Сейчас, подтверждение запрошу, а то поздно уже.

Айри ответила фактически сразу. Как я и ожидал, отдыхать она ещё и не собиралась, занимаясь с Василичем. На мой вопрос об ещё одном пациенте, ответила положительно, и отключившись, я толкнул Сашу плечом. — Пошли, спортсмен, нас уже ждут.

Он удивлённо вытаращился на меня. — Так ты же связаться хотел!

— Уже связался. Мыслесвязь, знаете ли, штука такая очень незаметная. Да Саша, да. Как там у классика? «О сколько нам открытий чудных?», привыкай.

— С вами точно с ума сойдёшь! — Проворчал зять, поднимаясь с травы.

Пока добирались до медотсека он всё пытал меня о предстоящих процедурах.

— Саш, да там просто всё. Ты когда-нибудь томографию, или что-нибудь типа этого делал?

— Ну конечно, и не раз.

— У нас всё проще. Ляжешь на кушетку, сделают тебе диагностику, и всё. Остальное потом доктор расскажет, если вопросы появятся.

— И всё?

— Всё предельно просто, и совершенно безболезненно.

— Пока шли, Саша немного ожил, и с интересом осматривался, из редка задавая вопросы по заинтересовавшим его деталям. В медблоке, он засмотрелся на встречавшую нас Айри, и, как мне показалось, забыл, зачем сюда пришёл, безропотно исполняя все её указания. Я, сдав очередного пациента, наконец отправился к себе и завалился спать.

Разбудил меня, как ни странно, входящий от Михалыча.

— Вот вам не спится то! — Проворчал я спросонья. — Что там у вас?

— Так мы и не ложились. Всё подготовили, астероид приволокли, тут недалеко совсем, как раз подходящий пролетал. Стройкомплекс уже всё замуровал, с тройной гарантией, Нафаня заканчивает уже траекторию просчитывать. Когда запускать будем?

— Эк вас зацепило то. — Пробурчал я просыпаясь. И подумав, добавил. — Да давайте по темноте. Меньше вероятность визуального обнаружения.

— Ага, часов через шесть. Как раз успеем всё закончить, и перепроверить.

— Через шесть? Слушай… — Я посмотрел на время. — Вот ничего себе я даванул! Ладно, занимайтесь тогда, я попозже подойду.

Вскочив с кровати, начал по-быстрому приводить себя в порядок, связавшись на ходу с Айри. Как оказалось, пациенты уже несколько часов, как покинули медотсек в сопровождении вызванного из моего сектора дроида. Каких-либо особых проблем не возникло, всё прошло штатно, все довольны. Быстро завершив утренние процедуры, я покинул свои покои, и сразу услышал звонкий детский смех, доносившийся из парка. Прислушавшись, я сразу отправился туда. Первым делом я увидел малых, с энтузиазмом играющих в догонялки с парой мелких домовых, и следом взрослых, собравшихся в беседке, и внимательно слушающих Нафаню, что-то им вещающего с важным видом. Тут до меня донёсся взрыв смеха, как раз со стороны взрослых, и я выйдя из-за кустов, направился к ним.

— О, вот и их Императорское величество соизволило почтить нас своим вниманием! Как Вам почивалось, мой Государь? — Склонившись передо мной в почтительном поклоне, выдал домовёнок.

— Почивалось нам неплохо. А ты прекращай кривляться, и докладывай, чем это вы тут занимаетесь?

— Слушаюсь и повинуюсь, о великий…

— Я сказал, прекращай кривляться! — Подбавив металла в голос, рыкнул я.

— Ну вот! Всё испортил. Я тут как раз твоим гостям рассказывал историю Империи.

— Ага. И показывал. В лицах, причём исполняя роль придворного шута. Кстати, с добрым утром.

— Вов, уже вечер скоро! — Улыбаясь ответил мне изрядно постройневший и помолодевший Василич.

— Кому как. — Улыбнулся я. — Я вот проснулся, у меня как раз утро. — Как отдохнули? Взглянул я на Сашу?

— Замечательно. Как будто заново родился! Давно так хорошо себя не чувствовал, у вас тут медицина реально творит чудеса. — Бросив взгляд на Василича, ответил он.

— Это факт. Надо Машеньку сегодня туда отправить.

— Да она уже интересовалась. Но решила тебя дождаться.

— Отведу, чего уж там. Ладно, я смотрю, у вас тут всё хорошо. Пусть тогда Нафаня ликбез продолжит, а я пока позанимаюсь делами, и немного попозже к вам присоединюсь.

Освободившись через пару часов и прихватив с собой Петровича вместе с адмиралом, я решил устроить небольшой приём и собрал весь народ в малой гостиной Императорского сектора. Когда все собрались, представил им дедов, толкнул коротенькую приветственную речь, и предложил откушать, что Бог послал. Короче, попытался придать толику официоза обычным семейным посиделкам. Важности встрече, добавляли одетые в цвета императорского дома прислуживавшие за столом дроиды. Когда гости насытились, и настало время для разговора, ради которого мы все здесь и собрались. Припахав в очередной раз Нафаню, у которого, как оказалось, был настоящий талант общения с детьми, для присмотра за малыми, радостно умчавшимися вслед за домовым в сторону срочно организованной детской комнаты, все вышли из-за общего стола, и рассевшись в живописном беспорядке в просторной гостиной, и ожидающе уставились на меня.

Помолчав, я пихнул адмирала в бок. — Ну чего, Михалыч, давай, рассказывай.

— А я то чего? — Уставился на меня он.

— Так кто эту охоту то организовывал? Давай, с самого начала и по порядку!

Разговор у нас получился достаточно познавательным. Увлекательный рассказ, обильно сдобренным иллюстрациями и видеорядом, с нашими комментариями все слушали, чуть ли не открыв рот. Особенно их поразила церемония прощания с телом последнего Императора, и поведение реликвий… Наверное, только сейчас они поняли, что всё, что происходит намного серьёзнее, чем просто костюмированная игра в императора и подданных. Закончив уже наш рассказ, поскольку в процессе повествования, я подключился к Михалычу, да и Петрович тоже отметился, я просто сказал: — В общем, вот такие вот дела, ребята и девчата. Поскольку вы все имеете непосредственное отношение к правящему дому, то помогать везти этот воз придётся и вам. И мы на вас рассчитываем.

— Да уж, мужики… — Васильич выглядел несколько обескураженным. — Как у вас тут всё… — Он помолчал. — Мы то чем сможем вам помочь?

— Вась, найдём чем. Людей у нас, сам знаешь, не хватает… По большому счёту, тех, кого вытащили, не хватит даже персонал опорной станции укомплектовать… А ведь у нас направлений, где нужны люди, уйма. Ты вот, управленцем сможешь неплохим быть. Не засовывать же тебя в техники или в пилоты… Есть тут одна задумка у меня. На Земле нам по любому какая никакая, а база нужна. Не всё же время народ воровать. Попробуем потихоньку легализоваться, не раскрывая своё инкогнито. Саша, вон, например, возглавит, тебя на админресурс кинем, на коммерцию, у меня тоже кандидат есть. Производственников подберём… — Я помолчал.

— Володь, ты чего задумал? — Удивлённо посмотрел на меня Петрович, с которым своей задумкой я не поделился.

— Петрович, есть у меня задумка. Создать в тихом месте простое НИИ с собственным производством, и подрезать подмётки Сколкову с его нанотанками.

— Сожрут. И не подавятся. — Уверенно заключил Михалыч.

— Зубы обломают. — Возразил я. — Начнём потихоньку, сразу светить прорывами не будем, и потихоньку — помаленьку на ноги встанем, нужные связи заведём, и потом сами, кого надо сожрём. Ты наши возможности и без меня знаешь. У нас уже сейчас столько материалов накоплено, что можно раза три весь шарик на уши поставить. Только пока незачем.

— Можем. Только кто тебе на ноги встать даст?

— Дадут. Вот смотри, к примеру, решил вдруг молодой предприниматель, обидевшись на своих китайских партнёров, сам заняться разработкой и производством всякого электронного хлама, набрал такую же молодёжь, после вузов, и устроил собственный НПЦ. Кто к нему полезет? Посмотрят поначалу, похихикают, пусть, мол бабло своё сливает… Ой, не прогорел сразу, фигню какую не то умудрились сделать? Да пусть барахтается… А когда до серьёзного дойдёт, уже поздно будет. Они зубки покажут, а мы им кувалдой… Промеж глаз.

— Я, в принципе, о чём-то похожем уже думал. Единственно, что производство хотели в Китай вынести. У нас просто таких мощностей фактически нет, а к тому, что есть, не подступишься. — Саша потёр ладонью затылок. — так что, если я вдруг начну мутить с НПЦ, то никто и не удивится. Единственно, что если я начну разворачивать производство, то вопросы могут возникнуть…

— А если ты закупишь оборудование в той же КНР? А что у тебя будет стоять, это уже другой вопрос.

— Тут надо думать. Столько денег у меня нет. Брать кредит? Вряд ли кто мне столько даст…

— Решим. Самое главное начать. Напрягу Гену, пусть думает. У него концы неплохие. Даст наводку, а дальше раскрутим.

— Что за Гена? — Поинтересовался Саша?

— Да есть тут у меня один финансовый гений. Он сейчас на Лунной базе. Доберёмся, я вас познакомлю. Думаю, всё решим.

Тут Михалыч посмотрел на меня и постучал по запястью левой руки.

— Чего? — Я непонимающе взглянул на него, и тут же понял. — Всё, всё, сейчас идём. Саш, не хочешь поприсутствовать при одном знаменательном событии? — Спросил я у Сашки, отличавшегося особой «любовью» к штатам.

— Без проблем! — Откликнулся тот. — А что надо делать?

— Да ничего не надо, но, думаю, что тебе будет интересно. Да, заодно и Машеньку в медцентр отведём.

— Вов, а что с собой брать? — Спросила Маша.

— Радость моя, ты же не в двадцатку на госпитализацию! — Я улыбнулся. — Бери только себя. Остальное там есть. Сашка что, не рассказывал? Что, только показывал? — Я рассмеялся, вогнав Маньку в краску.

— Вов, ну что ты в самом деле? — Сашка тоже покраснел.

— Да ладно вам, ребят, свои все. — Я по-доброму улыбнулся. — Давайте, собирайтесь, и пошли. Василич, на тебе внучки. Нафаня тебе поможет. Вы вроде уже подружились.

— Да я уже понял. А что у вас там такое интересное?

— Ну пока рассказывать не буду… Если хочешь, то можешь поприсутствовать. Думаю, Нафаня и один справится.

— Василич немного подумал, и изрёк: — Пожалуй поприсутствую. Уж что-то у вас вид такой, заговорщицкий.

— Ну, тогда пошли. Нафаня, малых уложишь. — Я дополнил указание по мыслесвязи.

— Без проблем. Я бы рекомендовал показать детей майору Райс. Я конечно не диагност, но, на лицо все последствия плохой экологической ситуации. — Так же мыслесвязью ответил мне домовёнок.

Не доверять ему, повода не было, тем более, и сам собирался отправить малых на профилактику, поэтому, тут же приняв решение, известил Машу с Сашей.

— Маш, давай-ка девчонок с тобой отправим. Пусть заодно и их посмотрят. Лишним точно не будет. Домовёнок с вами побудет, что бы им не скучно было. Давайте-ка, принцессы, собирайтесь. Пойдёте с Нафаней, поиграете в доктора. — обратился я к малым, возюкающимся с виртуальным домовёнком.

И мы всей компанией пошли к выходу из сектора. По дороге связался с Айри, обрисовал ситуацию. Райс темой прониклась, и когда мы сдавали ей пациентов, заговорщицки мне подмигнула. Однако на выходе мы точно получим принцесс в самом лучшем смысле этого слова.

Пока мы шли в центральный пост, я пользуясь тем, что мы замыкали нашу небольшую процессию, тихонько поинтересовался у Петровича: — Саш, слушай, а вы просчитали реакцию на обнаружение объекта со стороны наземных служб наблюдения? Не шарахнут они ядрён-батоном с перепугу, а то вы астероид то подобрали совсем немаленький?

— Да не будет там никакой реакции. Мы всё рассчитали. В момент запуска, точка старта будет полностью в мёртвой зоне для всех средств визуального наблюдения, находящихся на орбите, а с Земли пусть попробуют разглядеть чёрную кошку в чёрной комнате. — Коротко хохотнул он. — Расстыковка произойдёт уже после ухода нужной нам стороны планеты в тень. А дальше, пара часов, и уже будет поздно. Скорее всего, с Землю смогут засечь объект только после входа его в плотные слои, и времени на какую-либо адекватную реакцию, у них просто не останется.

— Дай то Бог. Не по себе мне как-то. Какая то мысль крутится, будто забыл что-то, и никак её ухватить не могу.

Пока мы таким образом негромко переговаривались, незаметно добрались до рубки. Посторонних никого, кроме дежурной смены, погружённой в виртуал не было, и, подключив для наших гостей обзорные экраны, в результате чего, и так неяркое освещение окончательно погасло, и нас со всех сторон окружила первородная тьма, искрящаяся яркими огоньками звёзд. Непривычные к таким трансформациям Василич и Сашка не на шутку напряглись, и придвинулись поближе ко мне.

— Да расслабьтесь! — Я постарался немного их ободрить. — Всё в порядке, мы ещё не в открытом космосе, эта так функция полного присутствия так работает.

— А чего тогда так холодом тянет? — Шёпотом спросил Василич?

— Сейчас перестанет. Просто система жизнеобеспечения приводит температуру в норму.

— Реально жутковато. Если бы не пол под ногами, то точно бы решил, что нас в пространство выбросило.

— Пол говоришь? — Я ухмыльнулся, и отправил ещё один приказ. — Держитесь за меня покрепче.

— Да ладно, что мы дети, что ли! — Только и успел сказать Саша, как они оба вцепились в меня с двух сторон.

Пол под ногами пропал, и хоть ноги и ощущали твёрдый пол, глаза говорили о том, что под ногами разверзлась настоящая звёздная бездна.

— Да отпустите вы меня! — Со смехом сказал я, пытаясь оторвать их от себя. — Потопайте по полу. Иллюзия это вокруг. Просто иллюзия!

Смех да и только. Хотя, если вспомнить, как Кузя мне устроил похожую шутку на станции, то до сих пор, как вспомню, так дрожь пробирает. Правда там он не постепенно, как я, подключал экраны, а рубанул разом. Я тогда чуть не… Ну, в общем страшно было.

— Ну чего вы к одному месту примёрзли? Давайте, походите, потопайте. Ну вот. Так лучше? Блин, пойдёмте-ка я вас в кресла усажу. — Утащил я так толком и не пришедших в себя ребят к ближайшим ложементам.

— Всё шутишь, Володь? — Донёсся до меня голос Михалыча, видневшегося призрачным силуэтом на фоне звёзд. — Смотри, так и до инфаркта довести недолго.

— Да ладно тебе, ты же нормально это дело перенёс? — Ответил я адмиралу, на котором провёл первый эксперимент.

— Как тебе сказать. Но к медикам я тогда сходил всё же. На всякий случай…

Следующие несколько минут прошли фактически в полном молчании, поскольку все, задействованные в операции использовали только мыслесвязь, что на порядок сокращало время, требуемое оперативного реагирования на ситуацию. Но вот, поток докладов иссяк, все участники доложились об окончании предстартовых проверок и полной готовности. Фрегат с буксируемым в силовом захвате астероидом вышел на исходную и управляющий им ИИ запросил разрешение на «старт». Михалыч обернулся ко мне, но я пожав плечами, дал ему понять, что, типа, сам придумал, сам и исполняй. Переглянувшись с Петровичем, наш адмирал вздохнул, и отдал короткую команду: — Начали!

Видимый только на экране, в виде компьютерной реконструкции фрегат, с покоящимся в захвате огромным булыжником, плавно стронулся с места, и со всё более нарастающим ускорением отправился в сторону ничего не подозревающей планеты. Некоторое время мы все с интересом смотрели на то, как он всё больше удалялся от линкора, непрерывно наращивая скорость. Через некоторое время, мы увидели, как астероид отделился от малого корабля, и отправился в самостоятельное путешествие в один конец.

— Ну вот и всё. Первый этап прошёл успешно. Камень на траектории, ускорение в норме, пока никаких накладок нет. — Доложился адмирал, и добавил: — Теперь пару часов можно отдохнуть. А дальше будет самое интересное.

— А что интересное? — Поинтересовался Василич. — Я так ничего и не понял.

— Вась, ты про Тунгусский метеорит слышал? — Поинтересовался я у более-менее освоившегося в окружении звёзд Василия.

— Ну, спрашиваешь! Кто же про него не слышал? Феномен!

— Вот, это хорошо! А тот, что ты сейчас видел, считай, его младший брат…

— Только он будет Сирийским! — Перебил меня Михалыч.

— В смысле? Сирийским? Вы его куда отправили то? — Ошарашенно спросил Вася.

— Куда-куда, к побережью Сирии. Там американцы уж очень удачно флот свой в кучу собрали. Вот и получат. Гром небесный. Мстительно проговорил Михалыч.

Василич нервно сглотнул. — Вы чего, совсем, что ли? Там же народу то сколько?

— Какой там народ? Американцы? Да они, если ты не знаешь, столько…

— Наши там! — Перебил его Василий. — Наш же флот туда пришёл!

— Тю, так наши то где стоят! Миль сто двадцать. До них и не достанет! Не должно, по крайней мере.

— Должно, не должно… — Василич вылез из ложемента.

— Вась, ты чего, финал досматривать не будешь? — Я удивился.

— Почему не буду? — Он удивился. — Лёнька же сказал, что только через два часа всё самое интересное начнётся. Пойду, удобства посещу, ну и перекусить наверное успею.

Я хмыкнул. — Здравая идея. Пойдём, провожу. Я бы тоже, пожалуй перекусил.

— И я с вами! — Подал голос Саша, выбравшись из кресла.

— Вы с нами? — Я поинтересовался у задумавшихся вдруг о чём-то дедов?

— Да нет, вы идите, мы тут пока побудем. — Рассеянно ответил Михалыч пристально глядя на в пространство перед собой.

6

Мы привередничать не стали, и добравшись до ближайшей «столовки» расположенной совсем недалеко от мостика, оккупировали один из столов.

— Михалыч, ты точно всё посчитал? — поинтересовался я у нашего адмирала, пока ребята отошли к синтезатору за едой.

— Да нормально всё. — Как-то неуверенно ответил тот. — Нафаня считал, а он не ошибётся.

— Не ошибётся в чём? — Вкрадчиво спросил я. — Он Вам что считал?

— Ну, траекторию он считал. Промаха не будет. — Не заметив подвоха ответил Михалыч.

— А ещё, что он считал? — Кажется я уже начал понимать, что эти два мстителя учудили.

— Ну, примерное воздействие на корабли…

— А примерное воздействие ударной волны на окружающую местность, в частности на водную среду он не считал? Там ведь достаточно густонаселённый район.

— Так взрыв то в воздухе будет. Причём тут вода? — Непонимающе спросил меня адмирал.

Тут как раз пришли ребята с подносами, взяв немного еды и для меня.

— Прошу прощения. — Я встал. — Надо срочно отлучиться. Приятного вам аппетита. Как закончите, обратитесь к любому встречному, и они вас проводят в рубку, если заблудитесь.

— Да тут близко, да и дорогу мы запомнили. — Саша посмотрел на меня. — А что случилось? Остынет же всё.

— Ничего страшного. Утилизатор всё примет. А мне по неотложным делам надо. Не до еды пока.

Пока я быстрым шагом шёл обратно на мостик, связался с Нафаней, и озадачил его расчётом воздействия ударной волны на окружающую среду, и, совершенно не удивился тому, что две минуты тому назад, точно такой же запрос он получил от адмирала, так что уже в принципе был готов предварительный анализ, и полученные данные, откровенно говоря, не радовали. Мало того, что наш флот подвергался серьёзной угрозе связанной с прохождением ударной волны, так ко всему прочему, ожидавшееся после подрыва астероида цунами вполне могло натворить немало бед на не ожидающих ничего подобного кораблях нашего флота.

Когда я вошёл в рубку, то успел застать немую сцену из серии «что делать?». Оба наших старых кхм… молча стояли и смотрели друг на друга с ошарашенным видом. Полюбовавшись с пару секунд интересной картиной, я тихонько подошёл к ним и спросил: — Ну что? Посчитали? Результаты посмотрели? И как?

— Да мы как-то на Нафаню положились. Посмотрели, всё сходится, ошибок нет. Ну и…

— Ну и… — Передразнил я адмирала. — Ты Нафане задачу какую задал?

— Так посчитать траекторию… Но…

— С траекторией, всё хорошо. Только вот ты мне скажи, ты то здесь для чего? Просто адмиралом называться? Погоны носить? А думать то, кто будет за вас? Нафаня? Так ему это не положено. Ты ему какую задачу поставил, ту он тебе и выполнил. А о последствиях думать тебе. Он этому ещё не обучен. Ну вы, блин, даёте!

— И чего теперь делать?

— Это вы у меня спрашиваете?!

— Виноват! Пока у нас всего два варианты выхода из этой ситуации: ликвидация объекта путём подрыва, и попытка остановить объект при помощи фрегата. При втором варианте есть возможность срыва объекта с силового захвата и его входа в атмосферу по неконтролируемой траектории. Вот убрать бы наш флот оттуда, хоть миль на пятьдесят к северу…

— Ну так убери. Кто тебе не даёт? — С небольшим раздражением спросил я его, предварительно рассчитав наиболее безопасную точку для перебазирования нашего флота с помощью всё того же Нафани.

— А… — Тут стоявший рядом Петрович, видать что-то донёс до Михалыча через мыслесвязь, после чего, вдруг покрасневший, как варёный рак адмирал закрыл рот, и повернувшись ко мне, встал по стойке смирно, и доложил: — Разрешите выполнять?

— Выполняйте! — Я прошёл вглубь мостика, и присел в свободное кресло. — А я, с вашего позволения поприсутствую.

Первым делом, Михалыч, насколько я понял, решил озадачить Нафаню расчётом безопасной для кораблей флота точки, что ему удалось почти моментально, поскольку несколькими минутами ранее, домовёнок уже рассчитал эти данные для меня, и нисколько не смущаясь, передал все расчёты адмиралу. Получив координаты, Михалыч воодушевился, и они уже совместно с Петровичем разработали не особо хитрый план по перемещению кораблей из точки «а» в точку «б». Недолго думая, они прошерстили наши данные по перехватам, и, обнаружив в немаленьком списке основной шифрованный спутниковый канал штаба ВМФ, с привлечением домовёнка и флотского опыта бывшего кап. три, составили срочную шифрограмму якобы от главкома ВМФ с указанием особой важности данного сообщения, которое не долго думая и отправили.

Отслеживая все их телодвижения, я только качал головой, и после отправки «телеграммы», поинтересовался: — Мужики, а вы канал то перехватили? А то ведь флотские и подтверждение запросить могут, прочитав то, что вы им отправили…

После моего вопроса, они замкнули этот канал связи на себя, и мы стали ждать реакции моряков на принятую ими вводную.

Тут я ещё раз подумал, и спросил: — Лёнь, слушай, а какой порядок приёма и дальнейшего хранения подобных шифрограмм?

— Да обычный, принимают, расшифровывают, заносят в журнал время, подшивают и на хранение…

— О! Палимся! — Тут как раз пришёл запрос на подтверждение ранее отправленного приказа. — Слушайте, а у вас нет случайно какого-нибудь особого грифа секретности, ну там, типа по прочтении сразу съесть, ну или сжечь… И соответственно, никуда не заносить?

Михалыч задумался, и Петрович пришёл ему на помощь. — Есть такие. У нас точно были. Надеюсь, что на флоте категории секретности не отличаются. Сейчас попробуем.

Попробовали. Пришёл новый запрос на подтверждение, но уже другим шифром. Поскольку аналогов ему у нас не было, пришлось подключать к расшифровке Нафаню. Кого подпряг он, не знаю, но через долгих две минуты времени и пару килограммов сгоревших нервов, результат был получен, и ответное сообщение отправлено. Ещё через пять минут торжествующий Михалыч сообщил, что на кораблях началось активное движение, и ещё через пять минут флот, набирая полный ход направился в сторону отправленных им координат.

— Успеют уйти? — Поинтересовался я у адмирала, как у наиболее разбирающегося в этом вопросе.

— Должны! Времени у них, конечно в обрез, но должны.

А в это время, угольно-чёрный астероид продолжал свой неумолимое движение к ничего не подозревающей планете. Тут как раз подошли перекусившие ребята, и, лишь чуть замявшись на пороге открытой по моему указанию переборки, довольно смело проследовали по так и проецирующему панораму нижней полусферы полу. Разместившись на тех же ложементах, они немного осмотрелись, и Василич спросил: — Ну, как тут у вас? А то Володька убежал, и даже не поел.

Деды переглянулись, и Петрович пожав плечами ответил: — Да нормально всё. Рабочие моменты.

Про инцидент мы пока больше не вспоминали. Вася с Сашей интересовались всякой всячиной, я им объяснял по мере возможностей, демонстрировал некоторые функции импланта, рассказывал про примерные действия при начале активации данного девайса. Сашке уже не терпелось самому поковыряться в настройках и лично оценить открывающиеся возможности, которые он давал. Но, разговоры-разговорами, а железячка то летит, и вот настал волнующий момент входа запущенного нами нерукотворного объекта в атмосферу. Вот, огромная каменюка чуть только коснулась верхних, самых разряженных границ атмосферы, окутавшись нежным, фактически незаметным невооружённым глазом сиянием, которое, по мере погружения нашего космического тела в более плотные слои становилось всё более и более явственным, постепенно превращаясь яркое пламя, обтекающее астероид со всех сторон.

— О, проснулись! — Вдруг воскликнул Михалыч, получивший сообщение от информационного отдела о панике, начавшейся после обнаружения неизвестного космического тела уже вторгнувшегося в пределы атмосферы. — А ты говорил, что жахнут! Всё проспали, на. Напрочь!

Хорошо видимый в отличном разрешении, окутанный огнём астероид, оставляющий за собой жирный дымный след, яркой звездой бесшумно нёсся по ночному небу, и если бы я не знал, каким должен быть финал, я бы наверное просто любовался такой сюрреалистичной картиной. Завороженные открывшейся картиной мужики не отрываясь, как загипнотизированные смотрели на разворачивающееся действо.

— Четыре минуты до цели! — Доложился внимательно отслеживающий весь поток данных адмирал. Полёт нормальный! Чего это они там зашевелились?

— Кто у тебя там шевелится? — Поинтересовался я.

— Эсминец ПВО. Активировал систему наведения. — На соседнем фрагменте экрана появилось увеличенное изображение вышеупомянутого корабля.

— Сбить может хотят? — Хмыкнул я.

— Расчехляются. Готовят комплекс к стрельбе.

Я внимательно всматривался в изображение на экране, а в груди всё больше росло беспокойство. Что-то не то. Что-то шло не так! Причину зародившегося чувства я определить не мог. — Михалыч, как там наши?! Успели отойти?

— Им бы ещё минут пятнадцать хода! Немного не успевают! Надеюсь, что их сильно не зацепит. О! Наблюдаю пуск зенитных ракет! Они всё-таки решили отстреляться! Хрен вот им! Это ни разу не боинг!

— Адмирал! Подрыв при контакте! — Чисто интуитивно, я понял, что нужно сделать.

— Так ведь он не долетел ещё до точки! Как…

Тут я увидел, как еле заметные чёрточки зенитных ракет воткнулись в пламя, окружающее несущий смерть небесный камень, глаза у меня заволокло голубое сияние, и рявкнул так, что наверное оглушил всех присутствующих. — Подрыв мать вашу! Это приказ!

На экране полыхнуло нестерпимо белым светом, основательно приглушенным сработавшими светофильтрами.

— Приказ выполнен! Объект уничтожен. — Прошелестел у меня в голове бестелесный голос домовёнка.

На долгие несколько минут на мостике воцарилась звенящая тишина, казалось, что даже все многочисленные механизмы, обеспечивающие боеспособность и жизнеобеспечение центрального поста, замерли в нерешительности. Через некоторое время народ начал оживать и потихоньку шевелиться, не отрывая взгляда от экрана, на котором продолжало расползаться громадное облако, образовавшееся после ослепительной вспышки.

Михалыч прокашлялся, и неуверенно спросил: — Мужики, а что это было?

— Это у тебя надо спросить, родной. — Я оторвал взгляд от экрана и посмотрел на побледневшего адмирала. — Нафаня, данные по параметрам взрыва и обстановку.

Вид на экране начал изменяться, и на месте густого дымного облака напрочь перекрывшее визуальное наблюдение нужного нам участка, стало проступать призрачное, смоделированное по показаниям многочисленных сканеров, изображение земной поверхности, обретавшее с каждой секундой всё более заметную плотность. Американского флота, на поверхности моря, как такового, больше не было. Разбросанные по акватории, перевёрнутые, изломанные ударной волной корпуса, многочисленные пожары на оставшихся на плаву кораблях, вызванные по всей вероятности осколками разнесённого чудовищным взрывом астероида, окутанный то ли дымом, то ли паром самый крупный корабль эскадры, тот самый пресловутый авианосец, на котором начинался нешуточный пожар, уже опасно накренился, явно собираясь показать всему миру своё самое интимное место, всегда скрытое многометровой толщей воды…

Посмотрев на остолбеневшего Михалыча, завороженно смотрящего на экран, я приказал домовёнку отследить местоположение и состояние нашей эскадры, шедшей полным ходом к заданной точке до последнего момента перед взрывом. Тут же рядом развернулся ещё один экран, на котором стали проступать контуры наших кораблей, в некотором беспорядке разбросанных по поверхности воды. В их виде присутствовала некоторая потрёпанность, но каких-либо фатальных повреждений, на мой дилетантский взгляд не имелось. Поскольку они успели дойти до серьёзных глубин, небольшое цунами, вызванное ударной волной, особых неудобств им не доставило, а воздушная волна вряд ли смогла нанести им большой ущерб, учитывая немалое расстояние от эпицентра. Адмирал впился в появившееся изображение взглядом, и что-то нервно бормотал себе под нос шевеля губами. Я прислушался.

— Один, два, три… — Вот он опять сбился, подошёл поближе, и начал помогать себе рукой, тыкая пальцем по очереди в изображение каждого корабля, протыкая голограмму пальцем насквозь. Побормотав ещё не много, он с перевёл дух, и повернувшись к нам, с облегчением выдал: — Все!

— А вы там чего рванули то? — Обеспокоенно поинтересовался севший на краешек ложемента Василич. — Не атомную бомбу случаем?

— Да нет, вроде. Хотя, это надо у этих вон спросить! — Я кивнул на дедов. — Что они там взорвали!

— Нафаня, ну что там с расчётами? — Поинтересовался у домовёнка, подозрительно долго тянущего с окончательным ответом по параметрам подрыва. — Чего ты там тянешь?

— Я уже давно всё просчитал. Мне нужны были уточнения, поскольку имеющиеся результаты значительно отличаются от расчётных.

— В смысле? — Несколько опешил я. — Ты что, просчитался?

— Никак нет. Произвожу уточнение исходных параметров. Пытаюсь понять, что могло спровоцировать такой выброс энергии?

— Ты уже можешь оценить мощность взрыва? Может американцы применили ракеты с термоядерными, либо какими-либо аналогичными боеголовками?

— Судя по анализу произошедшего, их ракеты вообще никак не повлияли на объект, разрушившись практически мгновенно при соприкосновении с плазмой, окружавшей объект на тот момент. Аномалия произошла после дистанционного подрыва, и мощность взрыва оказалась больше расчётной в три целых и шесть десятых раза. Причины, вызвавшие такой мощный выброс, мной пока не обнаружены, равно как и причины повлёкшие за собой незначительное изменение траектории.

— И сколько там рвануло?

— По предварительным оценкам мощность составила по меньшей мере тридцать шесть целых и шесть десятых мегатонны.

— Радиоактивное заражение местности?

— Не превышает естественного фона.

— Спасибо, Нафаня. Промониторь пожалуйста ещё последствия по окружающей среде. — Поблагодарил я домовёнка, и повернулся к дедам. — Нусс, теперь вы мне всё-таки скажите! ЧТО. ВЫ. ТАМ. ВЗОРВАЛИ?!

— Да ничего мы не взрывали! Лишнего. Как решили тогда, так и отправили.

— Что вы отправили? Давайте с подробностями. — Кое какие подозрения на то, что они отправили, у меня уже появились, но мне хотелось добиться признания от самих «виновников». Отправив сообщение домовёнку, в каком направлении копать, я ждал результатов его расследования.

Секунд через двадцать, получив сообщение от Нафани, я приказал ему озвучить результаты по громкой связи.

— Причины повлёкшие за собой увеличение мощности взрыва и изменения траектории установлены. При опросе строительного комплекса, участвовавшего в установке в тело астероида боеголовки ракеты космос-поверхность, выявлено прямое вмешательство в ход работ. По непосредственному указанию адмирала количество установленных боеголовок было увеличено до трёх единиц. Мотивация решения отсутствует. Все работы были произведены после окончания расчётов траектории и вероятного воздействия. Оставшиеся шестьдесят процентов от мощности, по всей вероятности составило вещество входившее в состав тела, частично вступившее в реакцию при подрыве основного заряда.

На мостике опять воцарилась тишина. Потом Михалыч прокашлялся, и заявил: — Володь, так ты сам же говорил о трёхкратном резервировании!

Я вздохнул, и напомнил адмиралу о том, что разговор шёл о возможном непрохождении сигнала и сбоях связи, добавив о том, что мне в это не верилось, но продублировать линии связи я лишним на тот момент не считал, и сказал ему о том, что и подумать не мог, что кому-то придёт в голову утроить заряд после окончания всех расчётов, не уведомив об этом ответственного за это ИИ, и что этот кто то будет потом строить из себя невинную овечку, делая вид, что не имеет никакого понятия о причинах произошедшего, и что если они думают, что это просто так сойдёт им с рук, то они в этом очень глубоко ошибаются… Пресекая возможные возражения и оправдания, я так же им пояснил, что мне лично, совершенно безразлична судьба постигшая уничтоженный флот, и что бы с ним было, если бы этот заряд рванул на высоте менее одного километра над центром ордера, к чему всё и шло после внесения ими изменений в массу астероида, но вот мне очень интересно, думали ли они о последствиях подрыва заряда такой силы, которые неизбежно бы коснулись остальных, которые неамериканцы, людей, населяющих соседние страны?

— Что-то мне подсказывает, что получив импланты, обложившись искинами, и прочей вычислительной техникой, вы, оба два, вообще разучились думать. Вы хоть характеристики зарядов смотрели, когда упаковывали их в эту каменюку?

— Смотрели. Если хочешь, могу их тебе наизусть процитировать. — Обиженный разносом Петрович с вызовом посмотрел на меня.

Я хмыкнул. — Если хочешь, я тебе сейчас материалы двадцатого партсъезда процитирую. Полностью… Удивил, блин. Так вот, если ты их наизусть помнишь, то какого…уя, ты туда вместо одной, ТРИ боеголовки засунул? Тебе что, дести мегатонн мало было? Или ты ещё решил ту же Сирию заодно с америкосами утопить? «Там наши, как же, надо помочь!» — передразнил я его. — Не надо было мне влезать, посмотрел бы, что бы ты сейчас пел! Нет, ну ведь надо же, два старых мудака, с опытом, мля, нет, вы только вслушайтесь, с ОПЫТОМ боевых действий, и такую хню сотворили. Слов на вас нет.

Пока я переводил дух, деды стояли молча, как два нашкодивших первоклассника, красные, как раки, и не отрывали глаз от палубы.

Просмотрев полученные от Нафани данные о пострадавших в результате кактаклизьмы прилегающих территориях, я немного успокоился. Основная волна пришлась на Израиль, находившийся прямо по курсу движения уничтоженного нами «небесного странника». Остальным почти ничего не досталось. Да и в Израиле ничего особо страшного не произошло, благодаря своевременному подрыву боеприпаса. Так, смыло немного песка с пустынного побережья, и всё. Если там кто и пострадал, то в волне истерии, поднявшейся в мировой прессе через некоторое время после события, об этом ничего не было слышно…

— Ладно, вредители! — Обратился к понурым диверсантам. — Объявляю вам устный строгий выговор с занесением… Если хоть раз ещё подобное повторится. Приступайте к своим непосредственным обязанностям. Надеюсь, что вам больше никакой флот не мешает? Нет? Тогда давайте, завершаем здесь свои дела и двигаемся к Лунной базе. — Хмыкнул я под конец.

Деды молча и незаметно рассосались. Наверное, поближе к кухне и подальше от меня, а я повернулся к сидевшим, как мыши ребятам, и спросил: Ну что, пошли, шоу уже закончилось. Может и принцессы в медотсеке уже готовы?

Василич с Сашкой молча поднялись, и уже когда выходили из рубки, Саша спросил: — Володь, и часто тут у вас такое?

— Да нет, Саш, нечасто. Но бывает. — Я помолчал. — Понимаешь, у них вот какая- то первобытная ненависть к американцам. Многие их не любят, а вот они именно ненавидят… И когда доходит до реального дела, иногда просто перестают думать.

Сашка ничего не ответил. Просто покачал головой, погрузившись в свои мысли. А вот Васильич заметил: — Сколько же там народу то, того…

— Это не народ. Это американцы, как деды скажут. — Возразил я. Они, поди тоже не считают, сколько папуасов прибили походя. И когда Союз разваливали, тоже наших людей совершенно не жалели…

— Да я их не жалею. Нет, я просто до сих пор представить не могу. Вот только что был их флот, сильные корабли, даже авианосец, и тут раз, и всех, как мух.

— Это мы, Вась, ещё самые слабые боеголовки использовали, что бы остальным людям не навредить… Если в погребах наших покопаться, там можно такого найти, что… — Я замолк, совершенно не желая пугать своих спутников, ещё мыслящих категориями планеты Земля, и связался с медотсеком. Айри доложилась, что малые уже закончили проведение всех процедур, а вот Машенька задержится ещё примерно на час. Посоветовавшись с ребятами, я решил девчонок забрать, а Марью потом встретит Саша в сопровождении Нафани, на случай, если заблудится.

Получение юных гениев, прошло успешно. С их слов, всё прошло просто отлично! Тётя Айри поиграла с ними в доктора, но только совсем недолго. Сначала положила их на кроватку, а потом сказала, что за ними пришли дедушки с папой, и что они ещё поиграют в другой раз. Когда Райс вывела нам девочек, то фактически никаких изменений заметно не было. Разве что Дарья стала выглядеть немного поупитаннее. Принцессы, они принцессы и есть. Тем более, в таком юном возрасте. Почему гении? Элементарно. Импланты. И этим всё сказано. Если они, не дай бог пойдут в Земную школу, что скорее всего и случится, они, в принципе, при желании смогут закончить курс обучения уже в первом классе. Алиса Селезнёва, по сравнению с ними, боюсь окажется серой посредственностью, так что надо будет что-то придумывать. Надеюсь, что «бабушка» решит. Кстати, бабушке я пока ничего не сообщал, и запретил это делать всем остальным, причастным к моим семейным делам. Пусть будет сюрприз. Тем временем, пока мы добрались до моего сектора, наш линкор под управлением получившего нужное количество ЦУ Михалыча, уже завершил разгон, и был фактически в получасе хода от догонявшей нас по своей орбите Луны.

— Ну что, ребята и девчата! Давайте потихоньку собирайтесь. Наш круизный лайнер прибывает по расписанию. — Пошутил я, доведя до их сведения полученную информацию. Тут Василич стал щуриться.

— Володь, у меня что-то с глазами. — Пожаловался он мне. — То всё нормально, то расплываться начинает, а иногда, прямо как в бинокле так, раз!.. И опять нормально.

— Вась, это нормально. У тебя видать имплант активироваться начал. В ушах ещё не трещало? — Василич посмотрел на меня с недоумением.

— У меня уже трещало. — Сообщил Саша. — И зрение тоже сбоило. Но теперь всё в норме. Всё, как ты и говорил. Только иконок пока не видно.

— Ой! — Василий схватился за уши. Потом убрал руки и покрутил головой. — У меня тоже трещало.

— Ну, это совсем ненадолго, две — три секунды. Больше не будет. — Успокоил его я. — Вам самое главное потом, как иконки появятся, сразу открыть файл самообучения. Он распакуется, установится, и вы всё будете знать по своим имплантам. Два — три дня, полностью адаптируетесь, и будете интуитивно пользоваться всеми новыми возможностями так, как будто с ними родились.

Вася посмотрел на меня с недоверием, поскольку в своей земной жизни со всякими компьютерами, и тому подобной техникой, дружил не очень.

— Вась, поверь, это проще смартфона. Мало того, что распаковав файл, ты будешь знать, что ты можешь, ты будешь ещё знать и то, как этим пользоваться. И, поверь мне, уже этого не забудешь. — Он скептически пожал плечами, на что я просто улыбнулся, и включил обзорники, на которых огромная Луна занимала фактически всё свободное пространство экранов. Ребята молча, с жадностью вглядывались в максимально детализированное изображение. И только Василий через несколько минут спросил: — Володь! А Американцы на Луне были?

— Что? — Я на секунду замялся. — Американцы? Слушай, я даже не интересовался этим вопросом… Как-то не до них было. Сейчас у адмирала спрошу, он то точно должен знать.

— Леонид Михайлович, ответь мне на один вопрос. — Связался я с ещё не отошедшим после недавнего разноса адмиралом.

— Слушаю! — Буркнул тот в ответ.

— Ты мне вот что скажи. Когда Луну сканировали, там американцев не видели?

— Что? Какие тут американцы? Чего им здесь делать то? — Недоумённо вопросил Михалыч.

— Да нет, ты не понял. Не сейчас. Меня тут ребята спрашивают, высаживались ли они тогда на Луну или нет.

— А-а. Тогда… — Немного расслабившись протянул тот. — Да пень их знает. Мы же их специально не искали. Вот то, что луноход наш нашли, это знаю, факт. А этих… Подожди, сейчас по архивам посмотрю, что наши зонды на поверхности обнаружили. Я тебе файл сброшу.

Отключившись, я повернулся к Васе. — Сейчас, данные перепроверит, и если что найдёт, сбросит мне информацию. Ты пока не спросил, мне на них было как-то фиолетово, а сейчас и самому интересно стало. Причём мы это можем реально выяснить.

Пока суд да дело, линкор уже вышел на парковочную орбиту над нашей базой, и уже фактически завершил последние эволюции, зависнув прямо над заданной точкой. На голоэкране теперь отображался неподвижный участок поверхности, с немаленьким кратером в центре изображения.

— Вот и прибыли. — Сообщил я своим спутникам. Сейчас пойдём в ангар, в челнок и на базу.

Ребята с интересом рассматривали детализированный Лунный пейзаж.

— Вов, а где база? — Поинтересовался Сашка, оторвавшись от картинки.

— Вот, тут, прямо под нами. — Для наглядности я ткнул пальцем прямо в центр экрана.

Саша с некоторым недоумением присмотрелся к обозначенной точке. — Так тут ничего нет.

Я внутренне усмехнулся. — То, что ты ничего не видишь, совершенно не значит, что там ничего нет. Маскировка. Тут иногда и спутники летают. Ответил ему я, и тут же поправился. — Вернее, летали. Вот, смотри. — Я запустил компьютерную реконструкцию, и на экране из ничего вдруг стали проступать контуры лунного космодрома.

Пока гости с жадностью разглядывали открывшийся вид, я связался с Айри, и уточнил время окончания процедур для нашей красавицы, после чего бесцеремонно оторвав ребят от созерцания, предложил им собираться на выход, прихватив по пути девчонок.

— Володь, а Маша как же? — Поинтересовался Василич.

— Мы её по пути захватим. Она освободится через пятнадцать минут. Хватит рассусоливать, насмотритесь ещё. Я вам потом пешую прогулку по поверхности организую.

Тут мне пришло входящее сообщение от Михалыча с файлами сканирования Лунной поверхности. Посмотрев на объём, заморачиваться я не стал, и отправил все данные Нафане, с низким приоритетом и заданием отследить все искусственные объекты, обнаруженные на поверхности с указанием координат, и переслать мне финальный результат.

Забрав внучек из парка, где они игрались с домовёнком, мы направились на внутренний космодром, прихватив по пути ждавшую нас в холле медотсека довольную Машенцию, которая всю дорогу до челнока восторженно рассказывала нам, как ей понравился уровень местной медицины. И только когда мы уже поднялись на борт, она вдруг вспомнила про вещи.

— Вов, а чемодан вы не взяли? — встревоженно спросила она.

— А зачем он тебе? — Я вопросительно поднял брови. — Пусть тут валяется.

— Ну там ведь документы, вещи… — Нерешительно продолжила Маша.

— Документы тебе здесь не понадобятся, а вещи… — Я скептически осмотрел её с ног до головы. — Вещи тебе, боюсь уже не подойдут. На базе потом в магазин зайдёшь, подберёшь, что тебе понадобится.

— А деньги? Они тоже в каюте остались.

— Пусть лежат. Потом пригодятся, когда вернётесь. — Я устроился в подстроившемся под мою фигуру кресле, и добавил: — Давайте пристёгивайтесь, уже отправляемся.

Экраны я включать не стал, получая всю информацию напрямую, поэтому, когда через несколько минут посадочные опоры нашего шаттла совершенно незаметно коснулись покрытия лунного космодрома, после моего сообщения о том, что мы уже прибыли и можно отстёгиваться, мои спутники выразили совершенно искреннее удивление, посчитав моё сообщение шуткой, так как считали, что мы всё ещё находимся в ангаре линкора, поскольку за всё время полёта, не почувствовали ровным счётом ничего.

— Пошли, пошли! — Улыбнулся я, и встав с кресла подошёл к открывающейся аппарели, через которую пробивался яркий свет Солнца, приглушенный защитным полем до привычного нам спектра.

Пока они отстёгивались и выбирались из удобных ложементов, проём уже полностью открылся, и я вышел на шершавое покрытие лётного поля, вызвав по мыслесвязи диспетчера и запросив свободный транспортёр. Ошарашенный народ дойдя до середины аппарели, скопом остановился, ошеломлённо оглядываясь по сторонам не решаясь сделать ещё несколько шагов и ступить на поверхность.

— Да не бойтесь вы! Всё в порядке. Вся территория закрыта защитным полем, так что дышать тут можно. Тем более вы и так уже вышли из корабля. — Я засмеялся.

— Смешно тебе. — Василич ступил на плиты космодрома следом за легко спрыгнувшим с аппарели Сашкой. — А поле не того… не лопнет? Спросил он с сомнением оглядывая чуть мерцающий пузырь силового поля.

— Не лопнет. Сейчас по крайней мере. — Я оглянулся на подъехавший транспорт, который еле слышно шурша шинами остановился у меня за спиной. — Ну что, поедем? Или может пройдёмся?

Маша с восторженно разглядывающими звёзды девочками предпочла транспорт, а мы с мужиками пошли пешком, решив немного размяться.

— Дедушка!!! Это правда море! — Лиза смотрела на меня широко открытыми глазами. — Меня мама и папа обещали отвезти!

— Правда, радость моя, правда. — Я легонько потрепал её густые шелковистые волосы. — Вот тебе и обещанное море.

— А купаться можно? — Лизавета хитренько посмотрела на меня.

— Всё можно. Но только сначала надо устроиться. Да и купальные принадлежности заиметь. Так что давайте-ка пойдём устраиваться, потом пройдёмся по магазинам, а дальше будет видно. — Я подтолкнул застывших в ступоре ребят. — Ну чего вы вылупились? Моря не видели?

— Вов, мне это мерещится? — Негромко спросила меня Маша, не отрывая взгляда от раскинувшегося пейзажа.

— Нет. — Усмехнувшись ответил я. — Это всё совершенно реально. Я же Сашке обещал, что будет где искупаться, так что ни одним словом не соврал. И, кстати, прошу учесть, что вода тут у нас из самой чистой части Атлантического океана. Свежайшая.

— Уму непостижимо. — Василич неверяще покачал головой. — Уж чего-чего не ожидал здесь увидеть, так это такого…

Да, после транзитных залов Лунной станции, во многом похожих на уже привычное внутреннее пространство линкора, жилой сектор с его просторами оказал на моих подопечных шокирующее воздействие. Что, в принципе, совсем не сказалось на малых, с удивлением взиравших на застывших в крайнем удивлении взрослых. Внучки, к слову, так до конца и не поняли, где они находятся, да и для детей, по большому счёту не бывает невозможного, а все чудеса, буде они случаются, являются по большей части обыденным действом, поскольку мышление у них пока незашоренное и стереотипами не обременено.

— Володь, но как такое возможно! — Василич всё никак не мог свыкнуться с окружающей действительностью. — Это же сколько здесь… Нет, ну…

— Не мучайся ты так, Вась. Тут полость более двадцати километров в диаметре. Да, энергопотребление очень немаленькое. Кстати, по мере прогрева окружающей породы, уровень нагрузки на энергоустановки понемногу падает. Все остальные затраты в пределах разумного. Зато психологически, для проживающих здесь людей, такая обстановка очень полезна. Замкнутое пространство фактически никак не ощущается. Просто небольшой курортный городок. Плюс несколько жилых кварталов в средней полосе. Надоест жить у моря, можно переселиться в лесок, в степь…

— Да нет, я всё понимаю, но просто такое использование огромных площадей… Вон, наши на МКС…

— Империя может себе такое позволить. — Перебил я его на полуслове. — Тем более, как ты мог уже заметить, у нас полёт в космос совсем не является чем-либо исключительным, по сравнению с Землёй. Мне например, более экзотической уже кажется высадка на планету, чем нахождение на орбите. Да, не спорю, такие условия могут быть созданы далеко не везде и не всегда, но, если есть возможность, то пуркуа бы не па?

— Да это понятно… но всё равно, как-то…

— Угу. Разрыв шаблона. Но боюсь, что старая жизнь для тебя уже закончилась, так что привыкай, Василий, мыслить уже новыми категориями.

— Привыкаю. Только вот как-то не очень получается. — Буркнул Василич осматриваясь.

Поскольку до моего дома, где я планировал всех разместить, было довольно далеко, то мы воспользовались местным транспортом, очень похожим на земной микроавтобус с закрытым комфортабельным салоном, который домчал нас до места всего за каких-нибудь десять минут. Впрочем «домчал», это конечно громко сказано, поскольку в жилой зоне скорость транспортных средств была ограничена максимумом в восемьдесят километров в час по открытым дорогам, и не более тридцати непосредственно в жилом секторе. Во избежание, так сказать.

После «устройства» в моём особняке, и получаса охов, ахов и неподдельного интереса к обустройству жилого дома, вызванного тем, что этот дом был отстроен по чисто имперскому проекту, и немного удивлял своими непривычными интерьерами и планировкой, я отправил гостей в город, на предмет обзаведения предметами первой необходимости и пополнения гардероба, а сам занялся накопившимися текущими делами, требующими моего личного участия. Ради приличия хочу сказать, что всё, что им могло бы потребоваться, можно было бы получить прямо у меня в жилище, но я счёл, что побывать на экскурсии им будет совсем неплохо, и, связавшись с «дядей» Гансом, попросил у него сопровождающего, с лёгким сердцем отправив народ знакомиться со станцией.

Входящий вызов от Ганса вынудил меня вывалиться из виртуального пространства, куда я, пристроившись в очень удобном кресле, стоявшем в гостиной, погрузился немного поработать. После недолгих взаимных приветствий, «дядя» сообщил, что мои уже затарились всем необходимым, осмотрели немногочисленные достопримечательности, успели искупаться, и теперь, полные новых впечатлений, устроившись в небольшом кафе на набережной, поинтересовались у сопровождающего, не соблаговолю ли я присоединиться к их небольшой компании. Тихонько вздохнув, я посмотрел на изрядно уменьшившийся список необходимых дел, заметив краем глаза моргающую иконку от домовёнка, и попросив передать, что присоединюсь к ребятам через четверть часа, отправился в душ. Пока ополаскивался, успел просмотреть полученный от Нафани файл, после чего негромко хмыкнув, вызвал транспорт.

Посидели очень приятственно, выбрав из предлагаемого меню лёгкие закуски и немного терпкого абхазского вина, очень хорошо сочетающегося с тёплым летним вечером на берегу моря. Ребята с восхищением делились полученными от похода в город и купания впечатлениями, единогласно отмечая, что море совершенно не отличается от настоящего, и что если не вспоминать про Луну, то можно смело заявить, что мы находимся где-нибудь в небольшом курортном городке на южном берегу Крыма. Поболтав немного на разные отвлечённые темы, касавшиеся жизни в Империи в период её расцвета, я вспомнил о присланном Нафаней файле, и развернув над столом голоэкран, вывел на него полученные от домовёнка изображения.

— Вот, касательно ваших вопросов по посещению Луны землянами. Смотрите, что у нас есть. — Я запустил снимки интересующих нас объектов в режиме слайд-шоу. Все притихли, и внимательно смотрели на экран. Только иногда, слышались возгласы типа: — Ой, наш луноход! — Или. — А это точно наша! Вон, флаг СССР! Наверное «Луна» какая то!

Через некоторое время, Василич воскликнул: — Вот! Вроде «Аполлон»… Только почему он вместе с возвратной ступенью?.. Ничего не понимаю!

Я всмотрелся повнимательнее в изображение, и хмыкнул: — Что-то здесь не то, однако… Но, по крайней мере на Луне он присутствует. Давайте вот что сделаем. Поскольку я вам прогулку по поверхности предлагал, то совместим приятное с полезным. Завтра не торопясь соберёмся и смотаемся на экскурсию по местам, так сказать, боевой славы. Заодно и посмотрим вблизи на все эти артефакты.

— А это не опасно? — Поинтересовался перестраховщик Василич.

— Не думаю. Возьмём гравиплатформу, и прокатимся. Луноход посмотрим. Легенда всё-таки.

— Ага! Давайте сначала к луноходу! Я его ещё в детстве на ВДНХ видел, на выставке! Ну, вернее, копию… — С энтузиазмом поддержал меня Саша.

— Да без проблем. Тем более, как я понял, Михалыч его уже осматривал. А потом к аполлону смотаемся. Прикоснёмся, так сказать, к тайне.

— А что с луноходом случилось? — Выказал неподдельную заинтересованность Сашка.

— Ну, я не особо интересовался, но там, вроде как привод на крышке вышел из строя. Она закрылась, и всё, больше не открылась. А поскольку солнечные батареи все под ней, то энергия кончилась, и он встал… Техпомощь так и не прислали.

— А починить его можно?

— Можно, только зачем? На Земле небось и аппаратуры такой не осталось, что бы им управлять… Хотя, поговорю с Михалычем. Он любит всякой фигнёй заниматься…

— Чем фигнёй заниматься, лучше его в музей какой отдать. Ведь живая легенда! — Василич осуждающе посмотрел на нас с Сашей. — Зачем вещь портить?

— Вась, а кто тебе сказал, что мы чего то портить собрались? — Я удивлённо посмотрел на него. — А вот насчёт музея, мысль очень здравая. Надо будет подумать…

Мы ещё немного посидели, поговорили о развитии космонавтики во времена оные, и посмотрев на клюющих носом малых, я спросил:

— Ну что, ребят, до дома? Утро вечера мудренее!

— Василич, ты клаустрофобией не страдаешь? — Поинтересовался я у Василия, запихивая его в пустотный скафандр.

— Да вроде нет. Я же танкистом был. А там сам знаешь, тесно.

— Ну, танк по сравнению со скафандром, это как президентский люкс сравнить с матрасом в теплотрассе. Хотя, что у космонавта в скафандре что у танкиста в танке, главная заповедь одна. — Со смехом изрёк я, замыкая шейное кольцо.

— Ты вот без своих подъ… колок, никак не можешь! — Вася негромко пыхтя устраивался внутри облегающего пространства. — Тут хоть насколько воздуха то хватит?

— Ну, если не… — Я посмотрел на него, и проглотив очередную подколку продолжил: — Ну, где-то на тридцать шесть часов на основном патроне. И ещё столько же на запасном. Нам хватит с избытком. Ты, главное, не волнуйся. Техника надёжная, отработана столетиями, так что всё будет в порядке. — завершил я свою тираду, и водрузив ему на голову шлем, зафиксировал его в кольце, одновременно активировав все системы жизнеобеспечения.

— Вов, а как тут со связью? — Поинтересовался Сашка, стоя со шлемом в руках.

— Ну, частичная активация имплантов у вас уже прошла, так что зайдёте в меню периферийных устройств, выберете управляющий модуль скафа, ну и активируете связь и системы жизнеобеспечения… — Я посмотрел на недоумённо смотрящего на нас Васю. — Блин, Василич то не слышит. Сейчас, я ему всё сам включу.

Саша, помня мои инструкции, надел на себя шлем, и немного повозившись, сам его зафиксировал, после чего ненадолго замер, разбираясь с системами скафандра, но, довольно быстро разобравшись, запустил все необходимые системы, включая модуль связи, после чего мы быстро всё перепроверили, и отправились к верхнему шлюзу, ведущему на поверхность. По дороге я ещё раз напомнил им про фактическое отсутствие привычной нам силы тяжести и о соблюдении необходимых мер безопасности, озвученных мной ещё до начала нашей прогулки. Маша с нами ожидаемо не пошла, отговорившись тем, что ей не хочется оставлять малых без присмотра, Василич пытался вильнуть в сторону, но этот номер у него не прошёл, и теперь мы втроём шли к точке выхода на поверхность Луны расположенной на самом верхнем ярусе нашей базы. В небольшом ангаре перед шлюзом мы расположились в удобных креслах ожидающей нас гравиплатформы, рассчитанных на человека в скафандре, и в сопровождении двух дроидов охраны, взятых на всякий случай, выплыли наружу.

— Ой! Володь! У меня скафандр надулся! — Раздался у меня в шлеме взволнованный голос Василия сразу после того, как мы преодолели призрачную плёнку защитного поля.

— Вась, у всех надулся! — Успокоил я своего спутника, повернувшись к нему всем телом. — тут же безвоздушное пространство. Так и должно быть. Сейчас ещё и сила тяжести почти пропадёт. Вот! Пропала. Ты теперь весишь раз в шесть меньше, чем обычно. Стой! Да куда же тебя понесло то!

Успев поймать некстати оттолкнувшегося от кресла Василича, я водрузил его на место, пристегнув имеющимся ремнём безопасности.

— Говорил же, аккуратнее надо! Рассчитывай усилие при любом движении. Потом, до места доберёмся, там и попрыгаешь.

— А легко то как! — В каждом Васином слове сквозила эйфория. — Я теперь прямо как пёрышко!

— Пёрышко, пёрышко. — Пробурчал я. Ты лучше сядь поудобнее. Сейчас разгоняться будем.

Наша платформа поднялась метров на восемьсот над поверхностью, и, встав на заложенный заранее курс, начала плавно разгоняться, отчего нас основательно вдавило в кресла.

На достаточно большой высоте, в безвоздушном пространстве, скорость фактически не ощущалась, и разогнавшееся до нескольких тысяч километров в час, наше транспортное средство, по ощущениям, просто неслышно скользило над погружённой во тьму, поверхностью планетоида. Показавшийся вдруг вдали терминатор, мы пересекли почти мгновенно. Вот, только что мы смотрели на ясно очерченную границу между светом и тьмой, и вдруг раз, и мы уже вылетели в освещённое яркими лучами Солнца пространство. Моментально сработавшие светофильтры надёжно оградили нас от яростного излучения безжалостного, в отсутствии атмосферы родного светила. И сразу же, при ослепительном свете Солнца, при взгляде на ярко освещённую поверхность Луны проносящуюся под нами, стала чувствоваться огромная скорость, с которой перемещалась наша гравиплатформа.

— Смотри на звёзды! — Посоветовал я отшатнувшемуся от борта Василичу, который посмотрев вниз, и не на шутку испугавшись, резко отшатнулся от борта. — Там красиво и спокойно!

Вася непроизвольно сглотнул, и поинтересовался. — С какой же мы скоростью летим, что всё сливается?

— С хорошей, Вась. Если страшно, то просто не смотри. — Не вдаваясь в подробности, ответил я. Лучше ему не знать, что с такой скоростью, на Земле и истребители пока не летают. Да и в ближайшем будущем не будут.

Саша, кстати, с интересом разглядывал проносившиеся под нами пейзажи, совершенно не испытывая ни малейшего дискомфорта. Про дроидов промолчу. Им вообще, похоже, всё было по барабану. Везут, и ладно.

Ещё через несколько минут, наш транспорт сбросил скорость, и, заложив небольшой вираж плавно опустился на поверхность, застыв как вкопанный буквально в нескольких метрах от навечно застывшего матово-серебристого аппарата, чужеродно смотрящегося на фоне окружающего ландшафта, в чём-то похожего на краба. Или на большой ночной горшок на колёсиках. Хотя, если честно, на краба он был похож больше.

— О, мужики, прибыли! — Сообщил я народу, сверив полученные данные с имевшейся у меня схемой расположения искомых объектов. — Позвольте представить! Луноход-два. — Немного театрально указал я перчаткой скафандра на застрявший в окружавшем небольшой кратер вале породы рукотворный объект.

Ребята, как по команде повернулись в указанную сторону, и с минуту послушно разглядывали застывшую много лет назад, с нелепо приоткрытой крышкой приборного отсека машину.

— Вылезать уже можно? — Поинтересовался первым оправившийся от наваждения Саша.

— Даже нужно! — Я отстегнул страховочный ремень, и, показав пример, первым вылетел через борт. — Только аккуратнее! Помните, что я вам говорил про пониженную силу тяжести!

Угу. Что об стенку горох. Если Василий, уже наученный горьким опытом, полученным ещё в начале нашей поездки, когда он чуть не вылетел из кресла аккурат в начале набора скорости выбирался аккуратно, то Сашка, отстегнувшись, с силой оттолкнулся от платформы, и, совершив немыслимый кульбит, улетел на несколько метров в сторону, свалившись боком на поверхность.

— Саша, ты как? Аккуратнее, так твою так! Силы тяжести хоть и нет, но масса то никуда не делась! Можно ведь и рёбра переломать! — С чувством обратился я к нему. Хотя, я, конечно, утрировал. Хитрые скафандры с лихвой компенсировали такие выходки, не позволяя находящемуся в них человеку получить какие-либо травмы при столкновении с препятствиями. Предел у них, конечно был. Но достигнуть его в наших условиях, было нереально.

— Да всё нормально! — Отозвался новоявленный каскадёр. — Даже ничего не почувствовал. Просто немного не рассчитал. В следующий раз буду аккуратнее. А вообще, захватывающие ощущения! — Добавил он поднимаясь на ноги из небольшого облака повисшей над поверхностью, и не спешащей опадать пыли, висевшей на одном месте.

Я тем временем аккуратно прилунился, выпрыгнув из нашего транспорта, и подойдя подпрыгивающим шагом к луноходу пошевелил заклинившую крышку. — О, точно в отчёте написали. Цепанул породы, и при принудительном закрытии засыпал всю батарею. Да ещё крупные куски в механизм открывания попали. Почему он раскрыться и не смог. Вернее, сначала закрыться… — Добавил я, рассматривая заклинившее устройство.

— Володь, ты бы всё-таки поаккуратнее! — Отреагировал подошедший Василич на мои манипуляции с механизьмом. — Это ведь всё-таки история!

— Да чего ему будет то? Техника военная! — Пробормотал я, пытаясь выковырнуть лезвием входящего в комплект скафа немаленького тесака кусок породы, застрявший в приводе. — Во, есть!

Камешек, мешавший движению крышки вылетел, и достаточно тяжёлая деталь плавно опустилась на корпус лунохода…

— Вов, а возможно его отремонтировать? — Поинтересовался подошедший Сашка.

— Да можно. — Ответил я, открывая вручную верхнюю панель, выводя её в рабочее положение. — Ну вот, теперь хоть на луноход похож! — Добавил я, до конца откинув крышку приборного отсека.

— Ничего не сломал? — Вася прямо весь испереживался за легендарный механизьм.

— Василич, ты прям как наседка над цыплёнком. Что ему будет то? Сколько лет тут сломанный стоит, и ничего. — Я рукавом скафа за несколько раз смахнул засыпавшую батареи пыль, краем глаза заметив, как Саша ковыряет пальцем странно знакомый мне нарост на одном из манипуляторов.

— Саша! Это же бур! Не суй туда палец! Обратно не вытащишь! Только резать! — Окликнул я внимательно осматривающего безжизненные манипуляторы неподвижного механизма зятя.

— Да я и не совал туда ничего! — Откликнулся тот, отдёрнув руку. — Так, просто посмотрел. А откуда ты знаешь, что потом не вытащить?

Я усмехнулся. — Да помню, как-то в детстве водили нас на экскурсию, так тётка ещё рассказывала про чела из приёмной комиссии, решившего проверить, правда ли то, что из этого устройства ничего нельзя вытащить обратно. Он туда сунул палец, и всё. Обратно никак. Можно только дальше проталкивать. А палец ведь не отстёгивается! — Я рассмеялся. — Так что из-за него пришлось загубить дорогостоящий узел.

— Интересно, а как они это сделали?

Ответить я не успел.

— Вов! — Отвлёк меня возглас Василича указывавшего на загоревшиеся на борту аппарата сигнальные огни. — Что это!?

— Однако, питание пошло. — Ответил я, одновременно сканируя объект. — Я же солнечную батарею привёл в рабочее положение.

— И что, заработает? — Спросил Сашка, пробуя потолкать увязший в грунте луноход.

— Вряд ли. — Скептически ответил я, рассматривая проявившуюся энергетическую активность. — Батареи заряд не берут. Аппаратуре напруги не хватает, да и не оживёт она. Замёрзло всё к едреней фене. Тепловой источник давно сдох, подогрева нет, а химическим аккумуляторам, равно как и древней электронике нужна определённая температура для нормальной работы. Помнишь, Вась, как мы пытались замороженный аккумулятор зарядить на твоём форде? Два часа маялись, и ноль эмоций, пока в тепло не занесли и он за сутки не оттаял.

— Помню, как не помнить, чуть всё тогда себе не отморозил. — Мне показалось, что Василича аж передёрнуло, после того, как он вспомнил про это дело.

— А я тебе говорил тогда, что нефиг около машины на морозе скакать и шариками звенеть. Сидел бы у меня в тепле, пока подзарядить пытались. Или надо было сразу новый АКБ покупать, а не мёрзнуть. Кстати, я твой потом, когда он оттаял, зарядил, так он ещё два года у Татьяны на машине отпахал.

— Так это ты всё, типа «давай зарядим, поработает ещё»!

— Ну правильно, я же видел, что тебя жаба душит, новый покупать, вот и пробовал, хотя сразу тебе сказал, что если надо срочно, то вариант только один. Через магазин.

— Ой! Да ладно тебе всякую фигню вспоминать! Ты лучше скажи, что с ним, — он указал рукой на раритет, — делать будем?

— В смысле? А зачем нам с ним чего-то делать? — Я просмотрел данные от сканеров. — Хм… Очуметь… На электронику питалово пошло. В обход аккумуляторов. Ну, предки! Умели технику делать!

— Чего пошло? — Недоумённо спросил Василич. — Чего ты там высмотрел?

Я негромко чертыхнулся про себя, и, связавшись с управляющими блоками Васиного и Сашиного скафов, активировал у них функцию активного сканирования с выводом визуальной информации на лицевой экран, заодно объяснив им, что они видят.

— Так какой же тут запас прочности!? — Поинтересовался после осознания появившейся на прозрачном забрале картинки, имевший серьёзное техническое образование Василий.

— Однако солидный. Но, боюсь, что чуда не произойдёт. Фотоэлементы мощности необходимой не дают. Время, как говорится, сточило ударный механизм… Треть ячеек нефункциональны. Да и не рассчитывались они на прямое запитывание всей начинки… Или рассчитывались? — Пытаясь отыскать информацию в сети ответил я.

— Вов, а его починить можно? — Поинтересовался Сашка, старательно сметающий остатки грунта с поверхности теплообменника аппарата.

— Думаю, что да. Проблемы это не составит. Только для чего?

— А прикинь, как круто будет, если он на связь с ЦУПом выйдет? То-то шума будет!

Я хмыкнул. — Шума там и так хватает… Хотя, если припрячь Михалыча, то может, что и выйдет. У него опыт уже есть. Правда амерский марсоход он пока так и не собрал. Он у него до сих пор в трюме в куче валяется. Попробую Полищука напрячь. Он, хоть и прижимистый хохол, но, думаю, что на советскую технику немного ресурсов потратит. Сейчас, транспорт закажу.

Связавшись по короткому с базой, и выдав ЦУ по эвакуации лунохода на линкор, я повернулся к своим спутникам, обсуждавшим незначительное повышение мощности выдаваемой фотоэлементами солнечной батареи допотопного гравицапа, и поинтересовался: — Ну что, дожидаемся эвакуации аппарата и на базу, или оставляем луноход в покое, и двигаем к Аполлону?

На что ожидаемо получил ответ, что, мол, луноход они уже посмотрели, и потом на корабле рассмотрят поподробнее, а вот американскую технику ещё не видели, и очень даже заинтересованы рассмотреть её поближе. Ещё через пять минут мы покинули отчаянно пытающийся заработать советский агрегат, и, загрузившись на платформу, отправились в сторону легенды, вызвавшей в своё время множество ожесточённых споров на планете Земля.

7

Я как раз заканчивал накачку Геннадия последними, перед отправкой его на Землю инструкциями, как меня на секунду отвлёк входящий вызов. Скосив глаза на заморгавшую иконку и определив абонента, я сбросил соединение, отправив одновременно сообщение о том, что я занят, и продолжил раздачу ЦУ. Мы как раз уже были в лифте, направляясь к основному внутреннему космодрому, где Генку с командой уже ожидал подготовленный к вылету челнок. Время отдыха и адаптации закончилось, и теперь ребятам предстояла нелёгкая миссия по легализации имевшихся у нас финансовых средств, необходимых для успешного финансирования уже зарегистрированного научно-производственного центра.

Проводив новоявленного коммерческого директора до стоящего в готовности шаттла, я поприветствовал стоящий возле открытой аппарели народ, и хлопнув на прощание Гену по плечу, пожелал всем удачи. Пятёрка отбывающих подтянулась, встав по стойке смирно, и отдав честь по Имперским стандартам, организованно проследовала на посадку. Еле слышно взвизгнув приводами, аппарель закрылась, и, где-то через минуту кораблик бесшумно приподнялся над полом, втянул посадочные опоры, и плавно продавив защитное поле, устремился в сторону планеты. Я проводил взглядом моментально укрывшийся маскировочным полем челнок, и постояв ещё немного у неспешно закрывающегося массивными бронеплитами проёма, глядя на холодную звёздную россыпь, связался с вызывавшим меня стармехом.

— Здравствуй Миколаич, вызывал?

— Здравия желаю! Есть такое дело. У меня всё готово. — Отозвался тот почти сразу.

— Кхм… Что именно? — Я не сразу врубился, что он имеет в виду. Дискавери вроде уже перебрали весь по болтику…

— Дак луноход то тот, что давече притащили. Всё, готов! Как новенький! Куда его дальше то девать?

— Что, уже? — Удивлённо спросил я, поскольку адмирал ещё так и не собрал разобранный ради интереса, в наглую умыкнутый с Марса американский аппарат.

— Да чего там возиться то? Техника наша, советская. Простая, как автомат Калашникова.

— Сейчас, подойду. — Я направился к лифту.

— Добре! Жду. — Петро отключился.

Переместившись на техническую палубу, где находились основные ремонтные и производственные мощности нашего линкора, я сразу натолкнулся на встречавшего меня «Деда» стоящего рядом с блестящим луноходом. Как только я вышел из лифта, и поздоровался с механиком, гравицап шустро проехался вперёд-назад, развернулся в разные стороны, открыл закрыл крышку, пошевелил манипуляторами, после чего откатился в центр ангара и замер.

— Вот, товарищ Император. Принимай аппарат! — Указал на свеже-отполированный луноход довольный Полищук. — Полностью исправен.

Я подошёл к стармеху, поздоровался, и, обойдя кругом сверкающую механизьму поинтересовался: — Функционал полностью восстановили?

— А як же. Даже немного усовершенствовали.

— Сильно? — Я потрогал пальцем блестящий бок агрегата.

— Да не. Не очень. Кинематика вся родная осталась, только профилактику провели, ну и так, по мелочи изношенные детали заменили. Накопители новые установили. Родные то в полную негодность за столько лет пришли, электронику посовременнее поставили, приёмо-передающую аппаратуру помощнее, программное обеспечение опять же, чтоб опять в воронку не свалился, да и остальное по мелочи. — Улыбнулся механик. — Если что, то он даже телеметрию правильную выдаст. Все частоты подогнали. Ну и наши добавили.

Я хмыкнул. — Частоты, говоришь? Добро. Выношу тебе благодарность от собственного лица! А насчёт того, что с ним дальше делать… Знаю, кто ему применение найдёт.

— Михалыч! Есть минутка? — Вызвал я адмирала. — Зайди на техническую палубу. Тут по твоему профилю дело есть. Да, важное. На сто миллионов. Давай, жду! — Закончив разговор, посмотрел на Петра: — Минут через пять специалист подойдёт. Он тут недалеко был.

— Добре. — Пётр немного помолчал, и спросил: — Командир, а что с американским модулем решили? Может, это… похороним хоть? А то как-то нехорошо получается…

— Может и того… похороним. — В тон «деду» ответил я. — Но не сейчас. У них там и так хороший склеп получился. Надёжный. Если учесть, сколько он стоит, то вообще, считай, предел мечтаний. Венец, так сказать, американской мечты. И не смотри на меня так. — Заметив возмущённый взгляд механика я подпустил в голос чуток холода.

— Да я ничего. Не по человечьи как-то.

— Угу. Они там полвека сидят. А у янкесов, всё хорошо. Фильмы героические снимают, победы в лунной гонке празднуют, а про то, что случилось, как и про то, что следующим бортом тела вывезти можно было, до сих пор никто не вспоминает. И всем им на это насрать. С высокой колокольни. О, вот и Михалыч подошёл! Здравия желаю, тащ адмирал! — С энтузиазмом поприветствовал я нашего комфлота, вошедшего в ангар.

— И Вам не болеть! — Ответил Михалыч, настороженно покосившись на вставшего по стойке смирно Петро, не отдавшего честь по причине отсутствия головного убора. — Что случилось?

Я хмыкнул. — Пока ничего страшного. Но, может.

— Не понял? — Адмирал несколько напрягся.

— Да нормально всё. Расслабься. Дело тут есть. Как раз по твоему профилю.

— ?! — Вскинув брови изобразил немое удивление Михалыч, недоумённо переводя взгляд с меня на Петра.

— Вот! Смотри! — Указал я на луноход. — Работает. Петро восстановил полный функционал, и плюс кое какие плюшки от нас.

Торопов, покосившись на меня, обошёл вокруг сверкающего свежей полировкой аппарата, понаблюдал, немного вздрогнув от неожиданности за его эволюциями по палубе ангара, похлопал по надписи СССР на крутом боку, и покивав каким-то своим мыслям, спросил: — А я то тут, с какого боку? Если хочешь, то марсоход тоже можем Петру поручить. У меня всё руки до него никак не доходят. Правда и не нужен он пока, но если…

— Лёнь! Я тебя не узнаю! — С удивлением посмотрев на адмирала, констатировал я. — То ты феерическую хрень по каналу марсохода на Землю отправляешь, то стоя рядом с сенсацией… Вернее, с СЕНСАЦИЕЙ, хочешь в сторону свалить. Я же тебе русским языком сказал, что аппарат полностью сохранил весь прежний функционал. Весь! Включая все частоты, коды и пароли для связи с центром! Ну, или что там у них было…

— И ты предлагаешь… — Михалыч заметно оживился.

— Настаиваю! — Облегчённо выдал я. — Только «Аполлон» обыграть не забудь! И, перед началом премьеры, всё-таки не забудь ознакомить меня с содержанием. Хоть буду знать, чего ты там отчебучишь.

— Премьеры, говоришь! — Бывший кап три новым взглядом посмотрел на луноход. — Ознакомлю. Что ж не ознакомить… Я им такую, млять, премьеру устрою, что ого-го! Холливуд ихний ещё долго в сторонке курить будет!

При последних словах адмирала, я аж закашлялся. — Михалыч, ты только нас не спали.

— Не боись, Володь! Прорвёмся! — «Успокоил» меня адмирал, и взяв в оборот до сей поры безмолвно стоявшего меха, увлёк того к аппарату.

Посмотрев на увлёкшийся безмолвным обсуждении личный состав, я посчитал себя лишним на этом празднике жизни, и тихонько свалил с технической палубы в ангар, где отдав команду «Вольно» вытянувшемуся передо мной личному составу в лице одного механика и десятка андроидов, неспешно осмотрелся и рассосался в сторону своих апартаментов. В принципе, фактически все неотложные дела в системе мы переделали, текучку переложили на остающихся, так что задерживаться здесь далее, мне уже не имело никакого смысла и можно было по плану начинать потихоньку двигать в сторону дома. Ну, то есть, Станции. Да и внучки уже замучили меня требованиями типа: — Дедушка! А когда мы поедем к бабушке!? — За прошедшие дни они уже успели набегаться и по линкору и по лунной базе и теперь им не терпелось получить обещанную встречу. Да и время потихоньку начинало поджимать, поскольку ребят с малыми я выдернул на определённое время, ну, пусть, можно будет неделю — другую выгадать разнообразными отговорками, но рисковать совершенно не хотелось. Хорошо хоть, установив в Солнечной системе малую станцию гиперсвязи, проблем с этой самой связью мы не имели, и все входящие звонки на мобильные телефоны могли переадресовываться абоненту вне зависимости от того, находится он в системе или нет. Если что, то можно будет отбояриться. Тем более, что старшенькие проявляли завидное беспокойство о Лизавете, отзваниваясь ей на телефон минимум один раз в день. Похвально конечно, но если что, назвиздим им по телефону с три короба. Связавшись с лунной базой, уточнил обстановку, и предупредив о визите заказал себе перемещение ближайшим шаттлом. Вахтенный, правда порывался выделить мне корабль вне расписания, но я отказался, поскольку подождать всего час до ближайшего рейса счёл для себя совершенно не затруднительным. Нечего лишний раз ресурс тратить, тем более, ничего срочного пока не намечалось.

Успев за час переварить гору входящей информации, и уже спускаясь на лётную палубу, как-то невзначай задумался о том, что же будет, когда пределы нашей Империи разрастутся хотя бы до сотой части от довоенной… Меня уже сейчас потихоньку начало доставать то, что без моего решения либо утверждения, в нашем, в принципе небольшом совсем коллективе не происходило фактически ничего, не считая конечно совсем уж мелочей, ну и выходок некоторых адмиралов. Я и так справлялся только благодаря дополнительным возможностям предоставленным мне имплантом, учитывая, что большинство вопросов возникающих на точке нашего постоянного базирования, иначе говоря Станции, решалось в пределах компетенции находившихся там членов Императорского совета, да и то, хоть бюрократический аппарат всё более расширялся, то и дело приходилось отправлять им кучу ЦУ и согласований. Кажется, мы немного опростоволосились при подборе кандидатов на переселение, сделав упор на бойцов, разведку и сб. Надо бы ещё пополнить личный состав управленцами и провести опрос среди личного состава на предмет предоставления рекомендаций. Сделав себе в ежедневнике заметку по этому поводу, сбросил оформленные в официальный запрос пожелания в виртуальное пространство сформированного на днях постоянного контрольного центра возглавляемого «дядей» Гансом. Ответ на моё пожелание не заставил себя ждать, несмотря на раннее время. У меня, кстати, иногда складывалось впечатление, что Ганс вообще никогда не спит, поскольку он находился на связи в любое время дня и ночи. Поначалу он ещё иногда кобенился, но потом, осознав грандиозность и важность поставленной задачи увлёкся, и перестав вспоминать тот жёсткий захват и насильственное перемещение его на орбиту, полностью включился в работу, отдавая себя порученному ему делу без остатка. В ответе, мною полученном, он сообщал, что в принципе предвидел поднятые мною проблемы, и имел смелость разработать встречные предложения с перечнем мероприятий и списком пригодных лиц достойных перемещения, включая краткие характеристики, которые требуют моего одобрения. Опять! Одобрения! Млять! А сами, опять нифига не могут! Переформулировал «пожелания» с упором «на его усмотрение» и отправил ему по новой, назначив его ответственным за результат с подтверждением новых полномочий. Пусть привыкает к самостоятельной работе, не то задёргает, согласовывая каждую кандидатуру. Надеюсь, всю Германию он не утащит. Шутка.

Поскольку после подтверждения о принятии информации, за те пятнадцать минут, что потребовались мне для перемещения на базу и короткой поездки до ворот центрального ядра возражений не последовало, то, думаю он принял «пожелание» к исполнению.

— «Нас утро встречает прохладой!..» — Поёжившись, пробормотал я, активируя подогрев комбеза при входе в жилую зону лунной станции. По внутренним часам, было всего лишь четыре часа утра, и климатическая установка рекреационной зоны имитировала прохладное летнее утро со всеми сопутствующими признаками типа росы и так далее. Немного подумав, я отправил восвояси поданный мне открытый транспортёр, одновременно вызвав закрытый экипаж. Подогрев одежды, это конечно круто, не спорю, но, хоть и ехать всего ничего, всё равно хочется элементарного комфорта, который включает в себя и отапливаемый салон с микроклиматом. Так что пяток минут можно и подождать.

Добравшись до дома, и тихонько добравшись до кабинета, стараясь не шуметь что бы не разбудить обитателей, с удивлением узнал, что Сашка уже с час как усвистел, и в настоящий момент, позанимавшись сорок пять минут в тренажерном комплексе, совершает заплыв в тёплой, по сравнению с окружающем воздухом, воде. Он и раньше никогда не брезговал занятиями в тренажерном зале, всегда поддерживая себя в форме, а тут, учитывая возможности наших тренажеров, видать вошел во вкус. Единственно, меня удивило столь раннее время пробуждения. Хотя, учитывая вышедший на полную мощность имплант, который ко всему прочему ещё и следил за состоянием здоровья носителя, это было вполне объяснимо. Посмотрев на всё это дело, я немного подумал, и рванул следом за зятем на берег, решив для себя, что немного водных процедур здоровью не помешают.

Ополоснувшись после солёной морской воды в имевшемся в обязательном порядке на пляже душе, мы с Сашей сидели в ближайшей прибрежной кафешке, и с удовольствием пили вкуснейший свежесотворённый кофе.

— Саш, ну что, Геннадий с командой отбыл. Я думаю, что через две — три недели они уже завершат легализацию некоторых средств для нашего предприятия. Так что потихоньку начинай готовиться к началу развёртывания производственных и исследовательских мощностей. Думаю, что что для начала развернём исследовательский центр, запатентуем тройку другую новых технологий, и начнём, помолясь, внедрять их в жизнь.

— Резонно. Согласен, что научно-исследовательский комплекс надо разворачивать в первую очередь. Только вот как обставить грядущие «открытия»? На кого их записывать?

— Ну, Гена получил ЦУ по поиску молодых и перспективных дарований. Кого-то в тёмную сыграем, кого- то, глядишь, и посвятим в тему.

— Втёмную… Учитывая запланированный размах предприятия, в тёмную их играть вряд ли получится…

— На первых порах получится. А дальше будем посмотреть. На их поведение. В конце концов, контакты с правительством по любому наводить придётся. Не совсем же идиоты там сидят. Через какое-то время по любому подвох заподозрить должны.

— И что мы им скажем?

— Что что. Сначала про молодые дарования сказку расскажем, а потом… Потом, на Самого выходить придётся… И вообще! Давай решать проблемы по мере их поступления. Лет пять у нас в запасе есть, и их надо прожить. Мало ли, что ещё случится.

— А что может случится? — Саша удивлённо посмотрел на меня. — Ты думаешь война будет?

— Про войну не беспокойся. Придавим в зародыше. Всё отслеживается. Я так, в общем. Предчувствие у меня какое-то есть… Будет что-то… Я не Ванга! — Предвосхитил я Сашкин вопрос. — Точно не скажу. Так, на уровне подсознания что-то…

Я помолчал, и закурив сигарету, от чего некурящий Саша почти незаметно поморщился, продолжил: — Но, как бы то ни было, дальше действуем по ранее озвученному плану. И сегодня отбываем на Станцию.

— Ну наконец то! — Облегчённо выдохнул зять. — Девчонки уже всю плешь проели, бабушку хотят!

Я усмехнулся. — Все бабушку хотят. И я в том числе.

Сашка некоторое время непонимающе смотрел на меня, но наконец паззл у него в голове сложился и он понимающе расхохотался.

— Ну что, Петрович! Бывай, до скорого! — Попрощался я с остающемся в системе за главного Александром. — Если что, звони!

— Ни пуха вам! — Отозвался Петрович. — Скатертью дорожка!

— К чёрту! — Ответил я на ритуальное пожелание, и обратился к Михалычу. — Давай, товарищ адмирал, командуй.

Тот посмотрев на Петровича присутствовавшего у нас на мостике в виде голограммы, отдал ему честь и скомандовал: — Всему экипажу! Занять свои места и приготовиться к гиперпространственному переходу! Отсчёт пошёл!

Петрович отключился, а перед нашим линкором замерцала видимая только в компьютерной реконструкции точка перехода. Пройдя незримную границу, линкор неслышно погрузился подпространственное ничто и все обзорники заполнила серая муть перехода…

Обратный переход прошёл вообще незаметно, только внутренней сети корабля прошло сообщение от вахтенного офицера о том, что корабль вернулся в нормальную метрику пространства, угроз не обнаружено, опознавание произведено, и нас с нетерпением ждут на Станции. Честно признаюсь, момент обратного перехода я бессовестно проспал, поскольку мы немного засиделись с Василичем в парке моего личного пространства, где я объяснял нервничающему Василию в меру своего разумения теорию гиперпространства. Ну и естественно, для лучшей усвояимости новой информации, мы немного усугубили, ну и… В общем, проспал, поэтому входящий вызов вырвал меня из объятий Морфея.

— Володь! Ты меня слышишь?!

— Да слышу, слышу! Чего орать то! — Я даже потряс тяжёлой от сна… Нет, точно от сна, головой. — Здравствуй, Танюшечка! Как тут у Вас дела?

— Дела у нас все в норме. Ты почему не отвечал?!

— Как не отвечал? Я тебе сразу ответил, как вызов пришёл. — Ответил я пытаясь проснуться, и отправил заказ на кофе.

— Да вы уже полчаса, как в системе! Я всё ждала, что ты меня вызовешь, потом сама запрос отправила, а от тебя пять минут ни ответа, ни привета!

— Ну, сбой наверное по связи был. Мало ли, что там, в гипере могло случиться!

— Это у тебя наверное сбой! Леонид Михайлович сразу на связь вышел! Никаких проблем не было!

Поднявшись с постели, я залпом выпил чашку заказанного кофе. В голове понемногу начало проясняться.

— Сбой, не сбой! Спал я! И вообще! Хватит меня строить! Через четыре часа прибываем. Так что приходи встречать!

Татьяна ничего не ответила, но я почувствовал исходящее от неё недовольство, и ответил ей тем же и отключился.

Пока проснулся, умылся, немного подумав, посетил медблок, приводя себя в порядок, то, сё, линкор уже ошвартовался на парковочной орбите возле Станции.

— Ну что, ребята, вот мы и прибыли. Мой шаттл уже готов, так что давайте собирайтесь, и за мной.

— Деда, а бабушка тут? — Лизавета, тут как тут.

— Тут, тут. Скоро увидишь. Собирайтесь.

— Так мы уже давно собрались. — Ответила за всех Маша. — Нам и собирать то особо нечего.

Все остальные согласно кивнули.

— Ну, тогда пошли. — И мы отправились в сторону Императорского ангара.

Через двадцать минут, наш челнок коснулся опорами палубы отдельного ангара, которым я пользовался впервые. После минуты, потребовавшейся на прогрев обшивки и атмосферы помещения, в ангар вошла Татьяна, и, встав напротив аппарели с недовольным лицом ожидала моего выхода.

— Ну-ну. Хмурься. — С некоторым злорадством подумал я, и подозвав мелких к обзорнику, кивнул им на одинокую фигурку жены. — А вот и бабушка.

— Все некоторое время внимательно вглядывались в экран, после чего Дарья решительно заявила: — Нет! Это молодая тётя не наша бабушка! Бабушка старая!

— А вот и нет! — Протестующе выкрикнула Лиза. — Это наша бабушка! Только она теперь молодая!

В это время аппарель открылась, и малые вихрем выметнулись наружу оглашая пространство ангара оглушительным воплем: БАБУШКА!!!

А я в это время злорадно наблюдал застывшую в немом удивлении с раскрытым ртом Татьяну, которая совершенно не понимала, что происходит.

Старая неиспользуемая лаборатория. ЦУП. Королёв. Подмосковье.

— Ух! — облегчённо выдохнул Сергей, сгрузив с тележки последний блок какого-то раритетного пульта, извлечённого по непонятной прихоти начальства из самого дальнего угла заброшенного склада, на котором хранилось давно списанное устаревшее оборудование. — Давай Колян, протри его от пыли, а то Львович опять орать будет.

— Ща, протру. — Колян, смахнув со лба рукавом своей замызганной синей спецовки пот, прополоскал уже порядком грязную тряпку в ведре с мутной водой, небрежно её отжал, и поводив по поверхности покрытой многолетней пылью тумбы, неаккуратно бросил её обратно в ведро, обрызгав стоящего рядом Серёгу.

— Ты чё! Совсем охренел, что ли? — Тот отпрыгнул от расползающейся на полу лужи как чёрт от ладана. — Теперь ещё и полы мыть заставят! Вытирай давай! Нам ещё всю эту рухлядь в кучу собирать.

Негромко переругиваясь, двое молодых парней, совсем недавно устроившиеся техниками в легендарный ЦУП в подмосковном Королёве, начали собирать древний агрегат, просто складывая отдельные детали друг на друга, как кубики. Сильно ломать голову не приходилось, тем более, в довесок к «кубикам» как оказалось, прилагался и комплект крепёжных деталей, упакованный в пакет из потемневшей от времени плотной бумаги, перевязанный крепкой ещё бечёвкой, которую пришлось пережечь зажигалкой. А обнаруженная там-же схема сборки и подключения, нарисованная от руки неизвестным доброжелателем, вообще превратила процесс в развлечение.

— Стой! Куда ты сетевой провод пихаешь! Смотри! Тут же значок есть. Сто двадцать семь вольт! Пожгём всё нахрен! Да его вообще, только в конце включать надо!

— Да ладно, чего пожгём то?! Да во всех приборах встроенные стабилизаторы стоят. Им пофиг, сколько там. Сто двадцать семь или двести двадцать. Накрайняк пред сгорит. Делов то.

— Какой стабилизатор, Колян! Ты на дату посмотри! Одна тысяча девятьсот шестьдесят девятый! Какие тогда стабилизаторы встроенные были? Сгорит всё нахрен, а нас потом платить заставят.

— А чё делать то? Слышь, Серый, а это сколько этой хрени лет то уже? Упс… — Николай заметил подошедшего начальника.

— Ну, здравствуйте молодые люди как тут у вас дела? — Илья Львович внимательно осмотрел раскоряченный в процессе работ агрегат, после чего перевёл взгляд на притихших ребят. — Вы правы, Сергей. Подключать питание от нынешней сети категорически не рекомендуется. Только через специальный трансформатор. Мы сейчас с Николаем сходим на склад. Я подскажу, где он лежит. И, пожалуй, отвечу на его вопрос. Этой, как вы выразились хрени, уже без малого сорок пять лет и вообще-то этот прибор является дублирующим комплексом дистанционного управления космических аппаратов серии «Луноход». В работе он был совсем недолго, только в порядке проверки функциональности, и остальное время находился в резерве, на случай непредвиденного отказа основного центра управления в Крыму. Вот как-то так. Ладно, Николай, пойдёмте со мной. Времени у нас осталось немного, к вечеру надо всё закончить и проверить.

Проводив взглядом Николая, плетущегося с пришибленным видом следом за начальством, Сергей взглянул на допотопный агрегат уже совсем другими глазами. Немного повозившись, он подравнял почти собранные блоки, потом уныло провёл пальцем по грязным разводам, украшавшим поверхность аппаратуры после Колькиной «помывки» и вздохнув, принялся наводить марафет.

К приходу пыхтящего напарника, приволокшего с негромкими матюками тяжеленный трансформатор, он уже заканчивал подключение немаленького количества разнообразных жгутов, часто сверяясь с имевшейся схемой. Благо на каждом имелась специальная бирка с условными обозначениями.

— Мля!!! Ты чего, чудила творишь! — Серёга громко матерясь скакал на одной ноге, поджав вторую конечность, отдавленную не вовремя отпущенным Колькой монстроподобным трансформатором.

— Да я всё здоровье по дороге оставил, пока эту хрень допёр! Сам попробуй, потаскай такую дуру! — Виновато оправдывался тот. — До сих пор все поджилки трясутся!

— Да ну тебя! — Обидевшийся Сергей махнул в сердцах рукой, и негромко бурча, похромал в курилку. Коля, немного потоптавшись вокруг уроненного агрегата, достал из кармана мятую пачку, вытащил сигарету и виновато пошёл следом за ним.

— Так, вроде всё. Давай, проверяем всё по схеме, и потом дадим питание. — Сергей снова залез в мешанину проводов. — Угу, этот на месте, этот тоже… Вот! Последний остался. Но гнезда в кабельканале для него нет… Куда же он шёл?

Возившиеся в узком промежутке между отодвинутым насколько хватало длины кабелей оборудованием и стеной ребята вновь прошляпили внезапно подошедшего начальника.

— Уже заканчиваете? — Илья Львович взглянул на часы. — Молодцы! Вовремя управились. Что у вас там за проблема?

— Уф! — Громко пыхтя, Серёга извернулся в паутине проводов, и вытащил из-под себя руку с зажатым в кулаке разъёмом. — Вот, Илья Львович! Последний остался. Остальные все по схеме подключили, а для этого розетка отсутствует. Я три раза всё проверил, остальное всё правильно, этот один остался.

— Ну-ка, ну-ка, дайка его поближе, ага. Это подключение к каналу связи. В принципе, он нам сейчас и не нужен. Связываться нам не с кем, а на функционал в целом, он совершенно не влияет. И странно, что разъёма нет. Хотя, могли и убрать за ненадобностью. Раньше, он там немного правее основного короба был. Отдельно.

Сергей покряхтывая развернулся, и опять скрылся в узкой щели. Через минуту там что то затрещало, хрустнуло, и донёсся его торжествующий голос: — Всё, нашёл! Его какая то сволочь фанеркой забила. А потом видать закрасили. Сейчас, вставлю… Всё, готово! Положено подключить, значит подключим! — Пробормотал он выбираясь из щели на белый свет.

— Ну что, всё готово? — Начальник взглянул на согласно кивнувшего Серёгу. — Тогда включаем!

Он в определённом порядке пощёлкал тумблерами, но ничего не произошло. Попробовал ещё раз, и удручённо констатировал: — Странно. На склад мы всё сдавали в рабочем состоянии. Сам проверял.

Сергей с подозрением покосился на Кольку, и пихнув его локтем в бок ехидно поинтересовался: — Коль, а ты питание то подключил? — И, посмотрев на тяжело вздохнувшего Коляна, снова полезшего в узкую щель, поинтересовался у шефа: — Илья Львович, а зачем его вообще подключать? Кому он нужен?

Тот немного помолчал, но всё-таки ответил. — Насколько я понял, вроде какой-то фильм хотят снимать про эру начала освоения Луны. Просили сделать всё по-настоящему. Люди серьёзные, платят очень хорошо. А нам даже делать ничего не надо. Всё есть, только вот и осталось, пыль вытереть, да в розетку включить! — последние слова он произнёс чуть громче, поскольку Колян дал-таки питание, и оборудование негромко запищав, расцвело разноцветными огоньками. Где то внутри зашелестели вентиляторы, защёлкали разнообразные реле, центральный экран моргнув засветился, и по нему побежали мельтешащие точки помех.

— Фантастика! — Негромко выдохнул Сергей. — Сколько лет прошло, а всё работает!

— А ты думал! — Довольно улыбнувшись, ответил начальник. Раньше всё на совесть делали!

Серёга восхищённо смотрел на ожившие пульты, и тут его внимание привлек тревожно заморгавший красный сигнал сопровождаемый негромким тревожным звуком зуммера.

— А что это такое? — Поинтересовался Сергей у шефа указав на моргающую лампочку.

— Это? — Илья Львович посмотрел на пульт. — Это оповещение о потере связи с основным комплексом управления. Ну, с тем, который в Крыму. — Он перещёлкнул пару тумблеров, и сигнал погас. — Там уже ничего не осталось, и это как раз одна из причин, почему эти киношники обратились к нам.

— А это что? — Внимание техника привлекла ещё одна внезапно заморгавшая лампочка, засветившаяся через несколько секунд ровным изумрудным светом.

— Это… Кхм… — Илья Львович прокашлялся. — Странно… Она вообще не должна была включиться… — Он пощёлкал переключателями, но огонёк погаснув на мгновение, снова загорелся ровным светом.

— Да нет, не может такого быть. — Дёрнув щекой пробормотал шеф ошарашенно уставившись на заработавший вдруг самописец, который вдруг начал вычерчивать кривые на разлинованном листе. — Да откуда мог взяться сигнал?!

Окончательно его добило еле различимое изображение, внезапно начавшее проявляться из помех на центральном экране. В груди вдруг защемило, ноги подогнулись, и если бы не стул, вовремя подставленный расторопным техником, он бы точно упал на пол. Не узнать появившуюся на экране картинку было невозможно. Уж этот ландшафт, сотни раз виденный им в молодости, он никогда ни с чем не спутает. Стоявший рядом Сергей тоже смотрел на экран разинув рот, а наконец вылезший из щели Колян недоумённо спросил: — Мля! Это чё, Луна что ли?!

Тут экран вдруг моргнул и покрылся густой рябью помех. Илья Львович вздрогнув, потянулся рукой к пульту, но не успел он нажать на кнопку, как изображение вдруг вернулось в ещё более хорошем качестве.

— Сергей, голубчик, будь так любезен, нажми пожалуйста вот ту штучку… Да, да, вот эту… Давай, влево. Так, хватит! Теперь немного подождём.

Через три- четыре секунды, изображение чуть дёрнулось, и плавно сместившись влево, резко остановилось.

— Это невероятно! — Хрипло произнёс шеф. — Этого не может быть…

— Чего не может быть? — Недоумённо спросил Сергей, оторвав взгляд от экрана.

— Этого! — Илья Львович указал на экран. — На этот экран выводится изображение с камеры Лунохода. А он давно уже мёртв! Но оно есть. И связь есть двусторонняя. Поверни теперь пожалуйста ту же штучку, только вправо.

Когда через несколько секунд изображение сместилось вправо, Илья Львович потряс головой, словно пытаясь сбросить наваждение, и повторил ещё раз: — Невероятно.

— Так вы что, думаете, что это с лунохода показывают? — Удивлённо спросил Серёга. — Круто! Вот раньше технику делали! Столько лет прошло, а всё работает.

— Это невозможно. Но… — Он немного подумал, и решительно вытащил из кармана телефон. Порывшись в телефонной книге, нашёл нужный номер и нажал кнопку вызова.

— Герман? Здравствуй ещё раз. Что?… Нет, я в старом корпусе. В нашей бывшей лаборатории… Да, всё собрали… Работает… — Он покосился на экран. — Нет, надо, что бы ты лично это проверил… Настаиваю… Давай быстрее… Сам всё увидишь… Жду.

Нажав отбой, он убрал трубку в карман, и придвинув стул поближе к пульту, решительно протянул руку к управлению луноходом. Внимательно рассмотрев изображение, Илья Львович уверенно нажал режим движения «вперёд», и подержав несколько секунд, вернул в положение «стоп». Картинка послушно сдвинулась. Откинувшись на спинку стула, он вытер со лба внезапно выступивший пот, глубоко вздохнул, и покачав головой, пробормотал про себя: — Нет, не может быть, просто фантастика какая то…

Притихшие техники недоумённо переглянулись, после чего Сергей негромко поинтересовался: — Илья Львович, что случилось?

Начальник усмехнулся, и хмыкнув, ответил. — Кроме того, что аппарат, который я сорок лет назад самолично загнал в кратер, где он и накрылся медным тазом, перестав работать, спустя столько времени функционирует, как ни в чём ни бывало, больше ничего не случилось.

— И чего, вон у американцев, какая то штука на Марсе уже больше десяти лет работает, и ничего. Хотя думали, что его только на месяц хватит. Чем наш то хуже?

Илья Львович посмотрев на Серёгу, только покачал головой.

— А может это эти, с Марса помогли? Ну, которые из СССР? — Предположил Колян. Увидев непонимающие взгляды, поспешно добавил. — Ну, эти, которые газоном марсоход у амеров уволокли. Вы чего, ролик не смотрели?

— Что за ролик? — Сергей удивлённо посмотрел на Колю. — Не видел. Правда слышал что то похожее.

— Так его удалили почти сразу. И часа на ютубе не провисел. А я успел скачать — похвастался он — его на разных ресурсах потом выкладывали, но везде в конце концов потёрли. Там ещё в описании указано, что это последняя передача марсохода, и слили его после взлома сервера насы.

— Дашь потом посмотреть. — Серёга пихнул приятеля в бок.

— Да на, смотри! — Колян достал смартфон. — У меня всё с собой.

Ролик, хмыкая, пересмотрели раза три, после чего Колька включил ещё один, прокомментировав его так: — Этот раньше выложили. Тоже, типа с сервера украли. Его потом вместе с этим потёрли. Тоже везде.

— А когда, говоришь, он появился? — Поинтересовался Илья Львович у Николая. Получив ответ, он задумался, что то прикинул, и заключил. — Марсоход то как раз в это время у них и пропал. И скафандры на видео очень похожи на те, что в то время разрабатывались под марсианскую программу… Вот только чтобы газики на Марсе использовать, такого точно не помню. В них же веса, как в танке…

В это время в коридоре послышались торопливые шаги. — Ау! Илья, ты тут?

— О, вот и Герман! — Встрепенулся Илья Львович. — Тут мы, тут! Заходи!

В кабинет заскочил невысокий живчик с обширной лысиной в компании пожилого представительного мужчины с густой, полностью седой шевелюрой.

Увидев вошедших, Илья встал со стула, и сделав несколько шагов навстречу вошедшим, радостно воскликнул: — Андрей! Сколько лет, сколько зим! Вот не ожидал тебя сегодня увидеть! Каким ветром к нам?

— Попутным, Илья! Здравствуй! — Они обнялись. — Вот, Герман пригласил поучаствовать в качестве консультанта у киношников. А тут ты позвонил, вот и решили вместе по местам боевой славы пройтись. Рассказывай, что тут у вас?

— У нас вот! — Илья обвёл широким жестом подключенное оборудование. — Сами смотрите.

— Молодцы, что вовремя успели! — Герман осмотрел работающий комплекс. — О, а картинку откуда взяли? — Он удивлённо посмотрел на Илью Львовича. — Да ещё и на старый экран…

— Картинка то какая чёткая! Не то что в наше время! — Андрей подошёл к пульту и подвигал органы управления. — Сколько тут штанов просижено было… — осёкся он на полуслове, увидев задёргавшееся в такт поданных им команд изображение.

— Вы чего, его интерактивным сделали? — Удивлённо спросил он. Потом осмотрел пульты, заглянул за них, и не увидев ничего лишнего, спросил: — А как?

Илья посмотрел на коллег, и устало вздохнув, ответил: — Мы, ничего не делали. Только принесли оборудование, собрали, подключили, дали питание, и всё. Ты вот сюда посмотри! — Он ткнул пальцем в индикатор качества сигнала. Все три горят. Редко такое бывало. Сначала помехи были, потом потихоньку проявляться начало, потом опять помехи, и дальше вот такое качество. И, тем более, на наши сигналы откликается. — Посмотрев на скептически настроенных гостей, он добавил: — Сюда ещё посмотрите. Телеметрия вовсю идёт! Жаль только, что чернила все пересохли.

Герман внимательно посмотрел на бегающие по медленно ползущей бумаге перья самописцев, несколько раз нервно моргнул, потом тряхнул головой, и, как и ранее Илья мотнув головой, повернулся и неверяще сказал: — Нет. Не может быть.

После нескольких минут горячих споров, ещё минут двадцать мучали пульты, заставляя изображение исполнять немыслимые эволюции задаваемые упраляющими импульсами, после чего, стрельнув по сигарете у ребят, задымили прямо в помещении.

— Андрей! Ну ты же понимаешь, что это невозможно! — Глубоко затянувшись дешёвым табаком, Герман с непривычки закашлялся. — Кхе-кхе. Чёрт! Но я ведь вижу это своими собственными глазами! — Он подошёл вплотную к экрану и внимательно в него уставился. — Подожди, а это что такое?

Все трое внимательно вгляделись в угол экрана, куда указал Герман.

— Это что-то очень похоже на посадочную опору. — Через несколько мгновений промолвил Илья. — Но не нашу. Андрей, давай ка вперёд помалу, и чуть доверни вправо. Чёрт, ну почему мы не сделали на этой машине поворотную камеру? Ещё, ещё вправо!.. Так! Давай вперёд!

Изображение послушно поползло вперёд, и, вдруг, резко поднялось, как будто машина наехала на небольшой пригорок. Непонятный объект мелькнул на экране, и ушёл под нижний край, а в фокусе оказалось звёздное небо.

Герман взволнованно воскликнул: — Стой! Назад по малу!

Когда изображение стабилизировалось, все замерли, внимательно глядя на экран.

— Мать моя женщина! — Прошептал Андрей. — Я не я буду, если это не «Аполлон».

— Он! Точно! — Герман вытер внезапно вспотевший лоб.

— Только какого хрена он тут торчит с взлётной ступенью?! — Ошарашенно спросил у всех Илья…

— Охренеть… — Протянул Герман. — Давай ка, Андрей, вперёд помалу. Только горку объедь.

Через пятнадцать минут манипуляций, когда изображение «Аполлона» настолько приблизилось, что уже не влезало в рамки монитора, Андрей, внимательно вглядывавшийся в картинку, вдруг ткнул пальцем в скальный выступ немного левее корабля. — Смотрите, а это что?

— Давай ка фокусом поиграй! — Илья пристально всматривался в заинтересовавший Андрея участок лунной поверхности, медленно приближающийся по мере изменения фокусного расстояния камеры. Вот в уже стало можно различить отчётливый силуэт привалившегося спиной к скале человека в скафандре, ещё немного, и в кадре оказалось нашитое на рукав чётко различимое изображение звёздно-полосатого флага.

Некоторое время все ошеломлённо молчали разглядывая картинку. Только Колян вдруг потрясённо выдал: — Ну никуяж себе!

— И что мы со всем этим будем делать? — Глядя прямо перед собой поинтересовался Илья Львович, нарушив царившую в лаборатории тишину, лишь изредка нарушаемую тихим шуршанием сухих перьев самописцев по разлинованной бумаге и негромким пощёлкиванием каких-то реле в недрах аппаратуры.

После недолгого молчания, Герман прокашлялся, и встав со стула неторопливо прошёлся вдоль стены. Повернувшись к растерянно сидевшим у экрана людям, он хмыкнул, и произнёс: — А пень его знает, что с этим делать. Самое умное, это сделать вид, что мы ничего не видели, ничего не знаем, и что никакого ожившего лунохода не существует. Иначе мы влезем в такие дебри, что я даже и представить не смею. И ещё очень большой вопрос имеется: Что именно там ожило? В то, что это наша старая машина, я не верю! Это просто НЕ ВОЗМОЖНО! А вот кто и для чего организовал всё это, — Герман нервно ткнул пальцем в экран, — я не знаю.

— Интересно, и как они это организовали? — Ехидно поинтересовался у него молчавший до сей поры Андрей. — Ты же видел сам, что сигнал идёт оттуда. — Он энергично ткнул пальцем в потолок. — И не просто изображение, но и вся телеметрия, все команды проходят. Связь двусторонняя. Все системы тестируются, мы даже собственный манипулятор в камере видели. Так вот я могу тебе со всей ответственностью заявить, что это именно тот манипулятор. Со всеми царапинами и заусенцами. Тот!

— Ну, ты же взрослый человек! — Герман укоризненно посмотрел на Андрея. — И ты прекрасно знаешь, что мы туда запустили. Не могло оно само через столько лет ожить! Не-мо-гло! — По слогам повторил он. — И второй вопрос. Как машина попала в американский район? Там же два лаптя по карте от её последней точки. Вот, посмотри, какие координаты он сейчас выдаёт, посмотри. И ещё, расскажи мне, как он может их передавать, если навигация на нём накрылась раньше, чем он съехал с платформы!!!

— Да хрен с ней с навигацией! — Не выдержал Илья и вскочил со стула. — Хрен с ним, с ресурсом! Да мне всё равно, кто его восстановил! Ты мне лучше скажи, что со снимками делать будем? Вот с этими! — Тыча в экран пальцем, Илья Львович надвигался на Германа. — Это же бомба! Похлеще атомной!

— А ты уверен, что это всё настоящее, а не липа? Специально тебе подсунутая?!

— Да кто мне её подсовывать будет! Да если бы пацан заглушку не выломал и разъём к каналу не подключил, то мы бы и не знали ничего! Я бы даже заморачиваться с этим не стал. Мы же просто декорацию для съёмок готовили! Не более того.

— Какую заглушку? — Удивлённо спросил Герман.

— Обычную. Вот смотри. — Илья протянул ему пластиковую заглушку. — Ей чёрт знает когда ещё разъём заглушили, во избежание лишних помех, и сверху фанеркой забили, за ненадобностью.

Герман покрутил в руках экранированную пробку, сунул нос в щель между стеной и аппаратурой, хмыкнул, и посмотрев на техников поинтересовался: — И с какой целью вы разломали стену? Нет гнезда, и ладно. Зачем подключали.

Сергей негромко шмыгнул носом, и не чувствуя за собой никакой вины, не задумываясь ответил: — Если есть разъём, значит его положено подключить. Гнезда не было, это да. Но Илья Львович сказал, что оно должно быть там. Я его поискал и нашёл.

— Руки бы тебе… — Начал кипятиться Герман, но тут его прервала довольно громкая трель телефонного звонка. Зачертыхавшись, он выудил трубку откуда то из недр лежавшего на незадействованном пульте пальто, и нажав на кнопку ответа поднёс аппарат к уху, и раздражённо ответил.

— Слушаю!.. Да, я… Ой, здравствуйте Николай Петрович! Извините, не узнал… Нет, я сейчас не у себя… В старом корпусе, проверяю, как идёт подготовка к будущим съёмкам… Да, всё отлично! Всё собрано, подключено, решаем вопрос с мебелью… Ну, что бы антураж там и всё такое… Сигнал? Нет, не в курсе… Какой? Откуда?!.. Да, конечно! По крайней мере сдавали в рабочем состоянии… Да! Проверим немедленно!.. Обязательно сразу доложу! — Вытерев рукавом обильно выступивший на лбу пот, он плюхнулся на ближайший стул.

Все присутствующие внимательно смотрели на него.

— Это пипец! — Герман достал из кармана платок, и нервными движениями стал протирать вспотевшую лысину.

— Что за пипец?! — Илья Львович встревоженно смотрел на своего приятеля. — Да не молчи ты! Кто звонил?

— Сам! — Герман показал пальцем на потолок.

— И что? — Илья прищурился. — Да не тяни ты кота за яйца!

Недовольно поморщившись, Герман исподлобья посмотрел на Львовича, и, собравшись с духом, ответил: — В центре слежения, сигнал перехватили. Оттуда. — Он кивнул головой в сторону светящегося экрана. Отследили, расшифровали. Долго офигевали. Почти сутки. Тут Сам вспомнил, что мы тут аппаратуру собрали. Приказал проверить. Млять!

— Подожди, подожди, как сутки? Сигнал когда появился? — Ухватился за главное Андрей.

— Чуть больше суток. Сначала не придали ему значения, потом решили проверить. А как расшифровали, так и оху… — Герман не договорил, и махнул рукой. — Короче, хрен с ними. А вот мы встряли, и, кажется, по полной программе. Теперь заколебут.

— И чего теперь делать? — Удручённо спросил сидевший в углу на ящиках Сергей.

— Да ничего. Сказали проверить, значит будем проверять.

— Так мы типа уже того, проверили. — Подал голос из угла Колян.

— Поспешность нужна при ловле блох. Успеем ещё доложить. Давайте лучше повнимательнее аполлон рассмотрим, пока возможность есть. Всё-таки интересно, почему они не смогли вернуться. — Андрей придвинул кресло к пульту. — А то скоро тут народа будет, не протолкнуться.

— Вон оно чего, Петрович… — Устало протянул откинувшись на спинку стула Андрей. Вот где собака то у них порылась.

Народ кучно сгрудился у него за спиной, с жадностью разглядывая максимально приближенное изображение развороченного бока.

— Видать при посадке их поволокло боком, и они напоролись на этот скальный выступ. Причём очень неудачно напоролись, повредив при этом баки с горючим, и, по всей вероятности и разгонный двигатель. Шансов вернуться у них не было. И, насколько я понял, взлететь даже и не пытались.

— Андрей Сергеевич, а можно изображение назад вернуть? Там следы какие-то непонятные были. — Попросил Сергей оператора.

— Следы? Какие? — Андрей удивлённо посмотрел на техника. — Что-то я ничего не заметил.

— Ну, похожие, как у нашего лунохода, но только немного вроде пошире, и чуть другие.

— Хм. Сейчас глянем. — Поколдовав немного над пультом, Андрей вернул прежний размер изображения — Где ты увидел?

— Вот там, за скалой. Надо немного вправо повернуть.

Через минуту, все уже разглядывали новый след обнаружившийся чуть в стороне от потерпевшего аварию корабля. Сейчас, задействовав для получения лучшего ракурса поверхности нижние камеры, новоявленные исследователи увидели много интересного. Помимо случайно замеченной Сергеем колеи, обнаружилось много следов, очень напоминавших рубчатые отпечатки ботинок скафандра, которые шли по направлению как от колеи, так и в обратном направлении. Покатавшись немного по прилегающей территории, и, рассмотрев как следует поверхность, заметно уставший от управления аппаратом Андрей, наконец отвалился от пульта и устало сказал: — Ну, вроде всё понятно. — Колея, это наверняка след от использования американской лунной машинки. Как же она называлась то… Вроде эл эр вэ… Да, точно лрв. Смею предположить, что здесь имело место посещение места крушения кем-то из последующих экспедиций. Судя по следам, они, вероятно, всё осмотрели, задокументировали, и убрались восвояси… И, имея в наличии такой чёткий след, думаю, что мы без проблем сможем найти место посадки ещё одной экспедиции.

— Но как же так! Если они тут были, то почему же они бросили своих?! — Возмутился Сергей. — Они же могли забрать их на Землю, и там по человечески похоронить!

Илья Львович с улыбкой посмотрел на парня, и покачав головой сказал: — Серёжа, того что мы все сейчас здесь узнали, не существует. И про это никто, кроме очень ограниченного круга лиц в НАСА, и скорее всего считанных представителей тогдашнего правительства США, никогда не слышал. У них ведь всё, что тогда улетело, потом вернулось на Землю. Так что и забирать, по их логике тем, кто посетил когда-то это место, было нечего. Так, посмотрели, сфотографировали для отчёта, и сразу обо всём этом забыли. И я уверен, что в официальных отчётах, об этом посещении, ни слова.

— Странная у них логика. — С неожиданной злостью заявил Сергей. — Суки они!

— Это факт. — Подтвердил Герман, и порывшись в кармане, достал телефон. — Однако, что-то мы отвлеклись. Пора доклад делать. Но не успел он нажать на кнопку, как аппарат зазвонил.

— Да, слушаю… Да, Николай Петрович, всё подтвердилось. Оборудование работает отлично. Сигнал устойчивый… Да, картинка есть… Чёткая… Что на ней? Лучше Вам самому на это посмотреть… Нет, по телефону говорить не буду… Нет, не мальчишество… Это просто БОМБА… Ждём!

8

Утро следующего дня. Интересное место…

— Здравствуйте, Николай Петрович. Что у вас там такого срочного случилось, что вы весь секретариат на уши поставили? Какие-то проблемы с предстоящим запуском? И, пожалуйста доложите коротко, а то сами знаете, со временем у меня не очень.

— Здравствуйте! Товарищ Президент! У нас там такое… — Николай Петрович закашлялся, и развязав трясущимися руками непослушные завязки принесённой папки, выложил документы на стол. — Прошу прощения, очень сильно волнуюсь. Вот, посмотрите сами.

— Ну, и что тут у вас?

На некоторое время в кабинете установилась тишина, нарушаемая лишь негромким шуршанием перебираемых листов документов и фотографий.

— Что это? — Быстро просмотрев представленные документы, поинтересовался Президент. — Что это за ахинея?

— Это не ахинея, товарищ Президент. Это задокументированный факт. — Вытерев платком пот со лба твёрдо заявил глава Роскосмоса. — Мы проверяли эту информацию почти двое суток, и сейчас, я со всей ответственностью могу заявить, что это реально! Информация и изображения подлинны.

— И что, вы готовы утверждать, что после более чем сорокалетнего пребывания лунохода два на Луне, после всех поломок, считавшийся полностью утраченным аппарат вышел на связь, да ещё и передал вам эти фотографии?… Нет это нонсенс какой-то! Этого просто не может быть! Вы что, ещё верите в чудеса? — Резко подавшись вперёд, жёстко спросил Президент пристально взглянув на Николая Петровича.

— Да, готов! После расшифровки полученного сигнала, мы задействовали для проверки старый комплекс управления, ещё с тех самых пор хранившийся на наших складах. Далее, после получения подтверждения от научной группы, развернувшей и использовавшей комплекс, мной были задействованы специалисты, которым удалось оцифровать аналоговый сигнал, получаемый старым оборудованием, и переписать все полученные данные на DVD диск. HD качества конечно достигнуть не удалось, но и то, что получилось, определённо внушает уважение. Вот, посмотрите пожалуйста! — Николай подал Президенту извлечённый из папки диск.

Скептически посмотрев на раскрасневшегося главу Роскосмоса, Президент покрутил в руках поданный конверт, негромко хмыкнул, и вставил носитель в дисковод стоящего на столе ноутбука.

— А это что такое? — Щёлкнув несколько раз беспроводной мышкой, Президент развернул ноутбук и кивнул на экран. — Вы сможете это как-то объяснить?

Суетливо водрузив на нос извлечённые из внутреннего кармана очки, Николай Петрович быстро взглянул на экран. — Насколько я могу судить, это стандартный скафандр использовавшийся в НАСА в лунной программе. Вот и обозначения на рукаве отчётливо видны.

— Скафандр? Просто скафандр?

— Ну, судя по положению этого скафандра, можно с уверенностью сказать, что внутри скафандра находится… — Николай Петрович запнулся. — Вернее, находился… Кхм… То есть, в настоящий момент, находится тело астронавта. Вот, обратите внимание на согнутые в коленях ноги. Пустой скафандр так расположить точно не получится. Жаль, конечно, что светофильтр на шлеме опущен, и мы не можем увидеть лица, но то, что он не пустой, это совершенно точно.

— То есть, вы хотите сказать, что одна из американских экспедиций потерпела аварию?

— Да, товарищ Президент! Именно так. Как вы можете видеть на остальных снимках, в дополнение к этому снимку имеется неразделённый лунный модуль, получивший фатальные повреждения при посадке, а так же во тут, тут, тут и тут, — Николай Петрович пощёлкал клавишами ноутбука, — имеются явные следы посещения последующими американскими экспедициями места гибели этих астронавтов. Вот отчётливые следы от их ровера. Множественные следы от ботинок, вот, тут, тут, тут свидетельствуют о том, что они здесь всё детально задокументировали, и, просто уехали.

— То есть, Николай Петрович, вы хотите сказать, что американцы побывав на месте катастрофы, всё осмотрели, и потом просто уехали?

— Да, товарищ Президент! Просто уехали. Всё задокументировали, и просто уехали, даже не попытавшись эвакуировать тела погибших. И, судя по тому, что об этих событиях до настоящего времени никому не было известно, то это всё было засекречено по высшему разряду.

— Да, это всё очень на них похоже… — Президент побарабанил пальцами по столу, после чего пристально посмотрел на главу Роскосмоса. — Если всё это соответствует действительности, то вы правы. Это настоящая бомба. Вот только у меня всё равно остаётся один вопрос. Как вы можете объяснить возобновление работы лунохода два после сорока с лишним лет молчания?!

— Глава Роскосмоса немного помолчал собираясь с мыслями, после чего уверенно заявил. — Ничем, кроме вмешательства внешних сил, объяснить это невозможно.

— Что?! — Опешил президент. — Что вы имеете ввиду?

— Именно то, что сказал. — В очередной раз протерев вспотевший лоб платком ответил Николай Петрович.

— Потрудитесь объяснить. — Президент откинулся на спинку кресла. — Что вы подразумеваете под «внешними силами»?

— А что тут объяснять? — Николай недоумённо воззрился на Президента. — Кто ещё может восстановить аппарат, вышедший почти полвека назад из строя на Луне, да так, что его характеристики почти не уступают современным требованиям? Да одно качество картинки говорит само за себя! Мы сравнили изображения полученные в период первоначального функционирования аппарата, и те, что были получены сейчас. Это просто небо и земля! Качество картинки не в пример лучше! А время передачи?! При таком качестве, оно должно быть в два — три раза больше! Ан нет! Задержка сократилась почти в два раза. А телеметрия? Судя по полученным данным, ёмкость аккумуляторов упала до сорока процентов от номинала, количество активных фотоэлементов сократилось на тридцать четыре процента, соответственно автономность машины должна уменьшиться, но практика показала, что эти данные, не более, чем просто цифры. Аппарат функционирует отлично, не испытывая ни малейшего недостатка в питании. И ещё. Изначально, для обеспечения бесперебойной связи с ЦУПом, в так называемом экипаже лунохода по штатному расписанию была предусмотрена должность оператора направленной антенны, который отвечал за её ориентацию. Теперь же, при полном отсутствии данного оператора, уровень сигнала остаётся фактически неизменным вне зависимости от положения машины относительно Земли. И ещё. Если раньше сигнал шёл на приёмные антенны космической связи, то теперь мы получаем его через спутники-ретрансляторы, что само по себе невозможно, поскольку во времена оные, такие спутники просто не существовали.

— Николай Петрович, — Президент немного помолчал, после чего вкрадчиво продолжил, — а вы уверены, что вы получаете сигнал именно с лунохода?

— Уверен, товарищ Президент. — Глава Роскосмоса усмехнулся. — Это мы проверили в первую очередь. Не доверяя полностью аппаратным средствам, мы задействовали входящий в оснащение наших обсерваторий мощный лазерный излучатель. Как вы наверное знаете, луноход был оборудован специальным уголковым отражателем. Так вот, при подсветке полученных от аппарата текущих координат, мы получили уверенный отражённый сигнал полностью совпадающий с полученными ранее, что фактически напрямую подтверждает новое местоположение машины. Так что у меня нет никаких сомнений, что мы имеем дело именно с нашим луноходом.

— Да, странно всё это… — Президент нервно усмехнулся. — Николай Петрович, а вы видели занимательные ролики, якобы скачанные со взломанных серверов НАСА? Может быть это ОНИ?

Николай на некоторое время задумался, после чего неуверенно ответил: — Ну, это бы многое объяснило… Но то, что мы совершенно ничего не знаем об этой программе… Да и ГАЗ 69 на Марсе… Такой вес… Зачем? — Тут он отвлёкся на внезапно завибрировавший смартфон.

— Вы позволите? — Он вопросительно посмотрел на Президента.

— Да, конечно, отвечайте. — Президент помассировал виски.

— Благодарю. — Николай Петрович нажал клавишу ответа, и поднёс аппарат к уху. — Да… Что случилось?… Что?… Вы чего, совсем там?… Нет, не пришло… А, вот. Сейчас просмотрю. Всё, отбой.

— Что случилось? — Немного рассеяно спросил глава государства, погрузившийся в размышления.

— Да, там… Херня какая то… — Не сдержавшись ответил Николай Петрович. — Сейчас посмотрим.

Открыв полученный файл, глава Роскосмоса впал в ступор. — Нет, точно херня. Да что это за…

— Что там такое? — Поинтересовался встрепенувшийся Президент. — Новая информация?

Николай нервно хихикнул, и протянул смартфон Президенту. — Вот, последние полученные кадры. Не. Не может быть… — Произнёс впавший в ступор Николай Петрович.

— Дай те ка взгляну, — Президент вырвал смартфон из рук вцепившегося в него Николая и впился взглядом в экран.

— Офуеть! — Ошеломлённо произнёс он разглядывая запечатлённую на экране фигуру в залатанном скафандре, увенчанную шлемом с красной звездой и надписью СССР, протиравшую линзу камеры лунохода.

После довольно долго продолжавшегося молчания воцарившегося в кабинете на время просмотра сенсационного изображения, Президент прокашлялся, и, извинившись перед собеседником, — Извините, Николай Петрович, что-то в горле пересохло, — соединился с секретарём и попросил принести воды. Выпив залпом почти полный стакан прохладной минералки, облегчённо выдохнул, и, утерев губы салфеткой, негромко поинтересовался у главы Роскосмоса:

— Доступ посторонних к этим данным ограничили?

— Так точно! — Глава Роскосмоса быстро кивнул. — Сразу же, как только убедились, что это не фальшивка, наши секретчики доложились по команде. При входе в корпус поставили дополнительный пост охраны, полностью взяли под контроль внешний периметр. Так же ещё добавили охрану у дверей лаборатории. В настоящий момент своими силами монтируем системы наблюдения и оповещения. Ну, и взяли подписки о неразглашении у всех причастных. Вот, посмотрите пожалуйста, я составил полный список. — Достав из папки непрозрачный файл, он передал документы главе государства.

Тот бегло просмотрел несколько извлечённых из файла страниц, покивал головой в такт каким-то своим мыслям, и, удивлённо хмыкнув, поинтересовался: — А техники то там, с какого бока очутились?

— Техники? — Удивлённо спросил Николай Петрович, и, тут же буквально на секунду зависнув, сам себе ответил. — А, это те техники, которые занимались сборкой и подключением аппаратуры. Очень, знаете-ли способные ребята. Они как раз присутствовали во время проверки, ну и… Мы их… Я решил, что взять с них подписку не помешает.

— Резонно. — Президент согласно кивнул. — Подписки, это правильно… Ладно, на этом мы пожалуй на сегодня закончим. — Он встал из-за стола, и подошёл к собеседнику.

— Да, Николай Петрович, на прощанье ещё раз Вам напоминаю, что всю вновь поступающую информацию необходимо тщательно документировать, вплоть до особого распоряжения, и, если вдруг будет что-либо интересное, докладывайте пожалуйста лично мне.

Николай Петрович энергично пожал протянутую ему руку, и с готовностью выпалил. — Так точно! Товарищ президент! Буду докладывать лично вам! В любое время дня и ночи!

— Ну, совсем ночью не надо. — Еле заметно улыбнулся глава государства. — Только если произойдёт что-либо, уж совсем, экстраординарное.

Проводив гостя, задумавшийся Президент немного прошёлся по кабинету, после чего, приняв решение, быстро подошёл к столу, и набрав номер директора ФАПСИ, сразу после приветствия, пригласил его срочно прибыть в Кремль.

Лунная база. Примерно в то же время.

— Здравствуй, Ганс! — Петрович крепко пожал руку вызвавшему его в Центр контроля немцу. — Ну, что у вас тут хорошего? Дела, как я понял, пошли?

— Здравствуй, Петрович! — По-русски, с почти неощущаемым акцентом ответил ему бывший полицай. — Пошли. Как у вас говорят, «движуха пошла».

— Поверили? — Петрович хмыкнул. — Кто бы сомневался. Михалыча ведь задумка. Помнишь, как тогда америкосы засуетились, после того его ролика? Ему надо было не во флот идти, а на режиссёрский факультет тогда поступать. Великим бы человеком сейчас стал.

Ганс вежливо улыбнулся на генеральскую эскападу, и ответил: — Поверили. Сначала пытались проверить в меру своих возможностей, но после получения отражения от аппарата, вроде как успокоились, и начали принимать меры по обеспечению секретности.

— Ну, раз секретить начали, то, скорее всего, поверили. Хотя, не факт. В моё время, помню, секретили всё, что ни попадя.

— Ещё, сегодня глава Роскосмоса встречался с президентом по этому вопросу. — Ганс вежливо наклонил голову.

— И? — Генерал недоверчиво вытаращился на «дядю» Ганса.

— Мы как раз к этому времени подкинули им заранее заготовленную заставку. Надо было видеть их лица. Посмотришь в записи? — Ганс лукаво взглянул на Петровича.

— Давай! — Заинтересовавшийся Петрович плюхнулся в ближайшее кресло, перед которым почти мгновенно развернулся голоэкран. Просмотрев запись, он ещё некоторое время весело хмыкал, после чего выдал. — Вот их попёрло то!

— Это ещё не всё. — Ответил ему посерьёзневший Ганс. — В настоящий момент ваш Президент уже начал встречу с прибывшим директором ФАПСИ. Включить?

— Давай, конечно, с удовольствием посмотрю. — Согласно кивнул Петрович, и внимательно уставился на экран, где уже развернулась прямая трансляция из кабинета Президента РФ.

— Хмм… — Петрович с удивлением покачал головой. — Вон они чего удумали. Архивы НАСЫ хлопнуть решили…. Как ты думаешь, смогут? — Он вопросительно посмотрел на немца.

— Смогут, наверное… — Задумчиво ответил тот. — Вот только засекут их. В НАСА с компьютерной безопасностью всё нормально. Взломать смогут, а скачать им ничего не дадут. И, скорее всего, отследят. Да и нет этих документов в электронном виде. Максимум, что они найдут, это ссылку на архивное дело с пометкой высшего уровня секретности.

— Странно. Американцы же вроде помешанные на полной компьютеризации. У них на серверах, чего хочешь найти можно!

— Всё, да не всё.

— А сами документы тогда где? — Петрович вопросительно воззрился на Ганса. — Думаешь, уничтожили?

— Нет. Уничтожать их они бы точно не стали. Убирая хвосты, уничтожить могли только какие-нибудь косвенные данные, содержащие любые намёки на это дело. Основной массив наверняка пылится где-нибудь на архивной полке. Может даже в так называемом «президентском» архиве, который никто и никогда не видел…

— Н-да… Жаль, конечно. Документальные подтверждения, да ещё честно стыренные с той стороны нам бы точно не помешали. — Петрович легко поднялся с кресла, и прошёлся по свободному пространству контрольного поста. — Слушай, Ганс, мы же сможем определить, где хранятся все эти отчёты?

— В принципе, сможем, без особых проблем. Переориентируем часть нанопыли в том районе на поиск нужной информации. Только зачем? Или ты хочешь устроить небольшую операцию по изъятию документации?

— Да нет. Наверное… — Несколько неуверенно ответил Петрович, скривив бровь. — Просто самому стало интересно, где они лежат, и что всё-таки там написано.

— Ну, если хочешь, давай перенаправим наномашины. Думаю, что поиск особо много времени не займёт, поскольку все помещения Белого дома нами давно отсканированы. Запустим поиск, найдём, откопируем, а здесь уже по полученным данным воссоздадим абсолютно идентичные копии.

— Тогда решили, отправляй запрос в службу мониторинга. Пусть ищут. — Решился Петрович. — И, это, Ганс, скажи им, пусть уж тогда весь архив копируют. Посмотрим, что у них там за скелеты в шкафу.

— Интересная идея. — Согласно кивнул Ганс через несколько секунд. — Запрос отправил. В ближайшее время приступят к исполнению.

— И ещё, думаю, что нашим надо помочь со взломом. Вызови сюда кого-нибудь из наших хакеров. А то не люблю я к ним ходить. Развели у себя бардак, понимаешь, и отговариваются тем, что это у них творческий рабочий беспорядок.

— Вадима вызвал. Через пять минут подойдёт. Помочь то не проблема. Только что они там найдут? Ведь того, что им нужно, там нет. — Удивлённо спросил «дядя» Ганс у Петровича.

— Да есть у меня одна задумка. — Хитро взглянул на немца генерал. — Они там очень хитро один ролик заныкали, сразу выложить в сеть мы тогда не успели, а потом не стали морочиться. Да и Сам, — он показал взглядом на потолок, — тогда разворчался…

— Ты имеешь в виду тот самый ролик? — Ганс выделил голосом слово «тот». — А не слишком ли это будет?

— А по-моему совсем в тему. Особенно после сегодняшнего «втирания очков». — Петрович весело рассмеялся.

— Как ты сказал? «Втирания очков»? Интересное выражение. — Улыбнулся Ганс. — Докладывать будем?

— Доложим, конечно! Как не докласть. — Петрович весело посмотрел на немца. — Но потом. Зато со всеми подробностями.

Тут дверь контрольного центра отошла в сторону, и в помещение заскочил взъерошенный пацан лет семнадцати на вид. Заметив в глубине стоящих отцов-командиров, он направился в их сторону.

— Привет начальству! — Парень улыбаясь сделал невнятный жест возле виска, как бы намекая на отдатие чести. — Чего звали?

— Здравствуй, Вадим. — Чуть поморщившись, сдержанно поздоровался с вновь прибывшим Ганс. — Требуется твоя помощь.

— Не вопрос, сделаем! Хакнуть кого-то хотите? Это мы мигом. — Жизнерадостно отозвался Вадим.

Тут Петрович не выдержал. — Вадим! Вот сколько тебе лет? Ведь взрослый мужик! А ведёшь себя, как пацан сопливый! Одно раззвиздяйство в голове. — И подумав, добавил. — И бардак! Может хватит придуриваться? Тебя же сюда не за баб потрындеть вызвали. Дело серьёзное предстоит.

Вадим поперхнулся, негромко кашлянул, и укоризненно посмотрев на генерала, неожиданно серьёзно ответил. — Лет мне, товарищ генерал уже тридцать восемь. А веду я себя так, потому, что в душе, я ещё молодой. В отличии от некоторых.

Посмотрев на опешившее от такой наглости начальство, он продолжил.

— Что у вас за такое серьёзное дело, что вы решили оторвать меня от трудов насущных? — Поинтересовался он у генерала, и, чуть наклонив голову к левому плечу, внимательно посмотрел на присутствующих.

— Молодой он ещё… Ишь ты… Каждый раз, одно и то же. — Проворчал Петрович, и начал объяснять ситуацию. — Ты в курсе, что сегодня наши собираются взламывать сервер НАСА…

— Наши? — С удивлением в голосе перебил его Вадим. — Чего там ломать то? Они у нас и так, как открытая книга. Полный контроль, делай, что хочешь.

— Так, капитан! Прекращай перебивать старших по званию! Сначала дослушай, а потом перебивай. — В интонациях Петровича послышались явные отголоски командного голоса. — Говоря «наши», я имел ввиду подданных Российской Федерации, а именно сотрудников ФАПСИ, которые по указанию сам знаешь кого начали поиск запрошенной сверху информации. Так понятнее?

— Так точно, товарищ генерал. Я в курсе этой информации. И так же я в курсе, что запрошенная информация на указанном источнике отсутствует. Что от меня конкретно требуется?

— От вас, товарищ капитан, требуется аппаратное прикрытие взлома. Причём прикрыть их надо так, чтобы взлом засекли. Но. При этом необходимо обеспечить успешный съём данных, и перевести стрелки на какую-нибудь МИ-6, либо Моссад. Пусть потом между собой грызутся.

— Задачу понял. Сделаем. Вот только в виду отсутствия искомой информации, их работа может непозволительно затянуться… Возможны накладки.

— Вадим, ну не мне тебя учить. Сделай так, чтобы они сразу наткнулись на предназначенную для них информацию из закрытого раздела, успели её скачать, и прикрывай лавочку. А потом запутай следы, и достоверно выведи их на одну из обозначенных генералом организаций.

— И какую информацию вы для них приготовили? Стойте, стойте! — Он выставил перед собой ладонь и плотоядно улыбнулся. — Дайте-ка я угадаю, это ведь, точно, тот ролик от адмирала!

— Прямо в точку, догадливый ты наш! — Поморщился Петрович. — Сможешь?

— Без проблем! — С энтузиазмом ответил айтишник. — Сделаем в лучшем виде! Представляю себе их ро… лица после просмотра!

— Как ты думаешь, поверят? — Прищурившись поинтересовался генерал.

— А то! Я же его сам рисовал! Да ещё на таком оборудовании! У пиндосов вон, мозги до сих пор раком стоят, сколько экспертиз было, и ни одна «признаков подделки сигнала» не выявила. Вот на Земле кипеш то начнётся! — Вадим мечтательно закатил глаза. — Ладно, я пошёл работать. Упс… Разрешите идти, товарищ генерал?!

— Иди уж, вечно молодой, вечно пьяный! — Тяжело вздохнув, Петрович махнул рукой в сторону выхода, и негромко добавил: — Ты бы ещё шапку красную одел…

Проводив взглядом вышедшего капитана, он повернулся к немцу. — И вот каждый раз так.

— Я думаю, что пройдёт. Сам посуди, столько лет быть прикованным к постели, а тут раз, и на тебе, новое здоровье, новые возможности. Эйфория. Да и гормоны играют. В таком то возрасте.

— Да ему лет то уже…

— Тело то молодое, вот ребячество и прёт изо всех щелей. Пройдёт. — Утвердительно кивнув в подтверждение своих слов, Ганс сменил тему. — Как ты на счёт пообедать? Пока есть время?

— Не откажусь, пожалуй. — Петрович прислушался к своему организму. — Пошли, что ли?

Где-то в глубоких недрах одной, очень интересной организации.

— Слушай, и как мы тут будем искать это «что-нибудь»? Тут же объёмы, похоже, даже не терабайтами меряются…

— Да хрен его знает. Давай смотреть в закрытых секциях. Насколько я понял, эта информация строго секретна, и вряд ли будет лежать в общих разделах.

— Да понятно всё. Только тут и закрытых разделов полно. Если каждый вскрывать, то всей нашей жизни не хватит, а времени у нас в обрез. Что там с активностью?

— Да тихо пока… Даже странно, как будто нас и не видят. Но всё равно, давайте в темпе, не расслабляться!

Какое-то время спустя.

— Вот, командир, ещё один вскрыл. Мы там что ищем то?

— Отчёты, доклады… Закрытые. Датированные серединой-концом шестидесятых… Бля! Всё, сворачиваемся! Теперь нас точно засекли!

— Ещё пять сек! Заканчиваю загрузку!

— Хорош возиться! Руби!!!

Ещё какое-то время спустя.

— Чего ты там столько вошкался? Чуть не погорели из-за тебя! Скопировал файлы и на выход. Давай, проверься по-быстрому, хвост нам там не прищемили?

— Да там ещё видео было, веса немеряного. В самый обрез успел, хорошо хоть, что сегодня скорость сумасшедшая была. Насчёт хвоста я смотрел уже. Вроде чисто ушли, после третьего зеркала уже чисто было.

— Добро. Иначе скандал будет до небес, а с коннектом ты прав, сегодня повезло. Ну-ка, что там за ролик ты качнул? Небось порнуху, каким-нибудь большим боссом заныканную? Попробуй проиграть, посмотрим.

— Ща, поставлю, только из архива вытащу, ага, процесс пошёл… А видяху эту, искалка по меткам нашла, как и документы. Что-то там про середину шестидесятых вроде… Во, пошло.

………..

— Чего это за херня? Фантастика что ли? Сделай-ка звук по громче…

— Вот, командир, смотри, что пишут в описании. Это «Последняя запись, полученная с марсохода Куриосити». Тут ещё рапорта, доклады, вот ещё заключение экспертизы… Да не одной… Похоже, что-то ценное попалось. Думаю, что вряд ли они бы херню всякую так секретили.

— Да тихо ты! И так не слышно ничего… Охереть!!!

Лунная база.

Проверив ещё раз трассировку американцев, упёршуюся прямо в отметки киберотдела МИ-6, Вадим довольно ухмыльнулся, и, потянувшись, поднялся с удобного кресла, так полюбившегося ему для работы. Скользнув быстрым взглядом по дублировавшему картинку голоэкрану, он вызвал Петровича. Тот отозвался не сразу, спросив сонным голосом.

— Слушаю, капитан.

— Товарищ генерал! Задание выполнено! Ролик ушёл, стрелки переведены на МИ-6. За нашими, я подчистил.

— Отлично, Вадим! Выношу тебе благодарность, от собственного лица. Чего они там делают? Не смотрели ещё?

— Уже смотрят. Только до конца ещё не врубились. Сейчас, ещё документы прочитают, и тогда начнётся…

— Добро. Доложишь потом по результатам. Конец связи.

— Есть доложить!

Отдел кибернетической безопасности НАСА.

— Мать твою! Мэттью! Что это было?! — Верещавший фальцетом Барнс, недавно назначенный старшим дежурной смены влетел в машинный зал, застёгивая на ходу штаны. — Что происходит?!

— Проникновение, Фред. — Ловко стучащий по клавишам Мэт даже не повернул голову к раздражённому начальству, внимательно вглядываясь в мониторы. — Давно такого не видел.

— Чего такого ты не видел? — Раздражённо поинтересовался у него старший смены, с громким пыхтением устраиваясь в своём кресле.

— Они раздавили нашу защиту так же легко, как танк давит карточный домик. Сделали все свои дела, совершенно не обращая внимания на моё противодействие, потом забрали добычу, и спокойно свалили.

— Ты смог их отследить? — Барнс наконец то устроился на рабочем месте, и введя личные пароли, просматривал поступающую информацию.

— С этим всё ОК. Хотя они очень хитро пытались путать следы. Вот смотри. — Он вывел на экран результаты трассировки.

— Китайцы? — Удивлённо спросил Фред. — Хотя нет… Точно нет… Вот! Это русские!

— Я тоже сначала так подумал. — Хмыкнул айтишник. — Все следы ведут к иванам.

— Да вот же, смотри! И вот, и вот! — Отдышавшийся начальник выделил важные, по его мнению данные.

— Угу. Только теперь посмотри вот сюда, сюда, и, вуаля! — Мэт удовлетворённо откинулся на спинку кресла. — Как тебе результат? Адрес подсказать?

— Не надо. Сам найду. — Угрюмо буркнул Фред, недовольный тем, что повёлся на уловку неизвестных хакеров, и со скоростью хорошего пулемёта простучал по клавиатуре. — Вот и адресок. Интересно, что тут у нас? Фак! Лимонники! Что им то у нас понадобилось?

— Вот это. — Выделил обозначение взломанной информации Мэт. — Они немного пошарили по серверам, скорее всего для отвода глаз, но целенаправленно забрали только это.

— Булл шит! — Барнс проверил уровень секретности. — Это же высший уровень! Теперь нас точно уволят!

— Может обойдётся? — Мэт покосился на шефа. — По крайней мере мы смогли их отследить.

— Боюсь, что это мало поможет. — Вздохнул Барнс. — Давай готовь доклад. Эх. Не вовремя меня припёрло.

— Это ведь можно и не указывать. — Неуверенно предложил Мэттью.

— Не поможет. Видеонаблюдение никто не отменял. Будет ещё хуже.

— Ты прав, Фред. Но даже если бы мы были вдвоём, нам бы это не помогло. Тут и весь отдел в полном составе ничего бы не сделал.

Недра одной, очень интересной организации.

— Ну чего, все файлы вскрыл? — Просмотрев последнее видео, старший повернулся к напарнику.

— Угум. — Не отрываясь от просмотра свежестянутых документов буркнул тот в пространство. — Слушай, кажется тут всё очень серьёзно. Все доки с пометкой «Top secret», куча подписок от сотрудников, списки причастных… Ты что-нибудь слышал об этом нашем проекте?

— Первый раз слышу… Хотя, лет несколько назад, у америкосов проходил по ТВ какой-то бред про непонятных инопланетян… Там, типа, порталы разные, база на Марсе…

— «Звёздные врата», что ли? — Скептически хмыкнул напарник. — Так это сериал был. Я даже несколько серий смотрел.

— Нет, точно не сериал. Надо в сети порыться. — Старший немного помолчал, и сморщившись, как от зубной боли, полу утвердительно добавил. — Надо шефу докладывать. И отчёт писать. Вот только, что докладывать? Ума не приложу.

— Что есть, то и доложим. Добыча есть, а что это и зачем, пусть начальство разбирается. У него голова большая.

Старший негромко хихикнул, и набрав короткий номер на внутреннем телефоне, после короткого ожидания негромко сказал в трубку: — Товарищ генерал, есть улов…

Лунная база Империи.

— Да! Слушаю! — Входящий вызов вырвал Петровича из приятной послеобеденной дрёмы.

— Товарищ генерал! Это Вадим. У нас наметился прогресс.

— Вадим… А, капитан… Что случилось?

— Пока ничего. Примерно через десять минут состоится передача известных вам данных интересующему вас лицу.

— А попроще нельзя, капитан? — Петрович резко сел на кровати.

Мыслесвязь донесла негромкий, но явный смешок. — Если проще, то директор ФАПСИ въехал в Кремль. Хотя, можно потом и в записи просмотреть.

— Через пять минут буду в центральном посту. Подтягивайся туда. — Петрович резко сел на кровати. — Гансу доложил?

— Так точно товарищ генерал! Он уже на месте.

Москва, Кремль, кабинет…

— Здравия желаю, товарищ президент! — Поздоровался директор ФАПСИ входя в помещение.

— Здравствуйте… Ну что, как успехи? Как я понимаю, всё прошло хорошо?

— Так точно! Всё прошло нормально. Информация есть. Правда, не совсем та, которую вы запросили, но тем не менее…

— Что, тем не менее? — Президент недоумевающе посмотрел на директора. — Я не понял.

— Прошу прощения. — Директор агентства прокашлялся. — По запрошенной Вами информации, могу пояснить следующее. По результатам расшифровки добытого массива данных, могу с уверенностью сказать, что запрошенная Вами информация в электронном виде отсутствует. От слова совсем. При поиске, под заданные нами параметры подходила только лишь одна ссылка на архивное дело, которое, по всей видимости, находится в некоем закрытом хранилище. Вся информация проходит со строго ограниченным доступом и под грифом «совершенно секретно». Где это хранилище, и что там хранится, нам остаётся лишь догадываться. Но, разбирая полученные документы, мы наткнулись на одну интересную папку с документами, косвенно подтверждающими известные Вам видеозаписи. Хотите ознакомиться? — Дождавшись подтверждающего кивка, Директор положил на стол тонкую папку. — Вот здесь все полученные документы в электронном виде и заключение наших специалистов.

Пожевав губами, Президент исподлобья взглянул на директора, и, положив руку на закрытую папку, негромко спросил. — Что здесь?

— Разрешите? — Директор сам открыл папку, и, достав из неё несколько сброшюрованных листков и простую флэшку, положил всё перед Президентом. — На этом чипе заинтересовавшие нас материалы, включая электронные копии подтверждающих документов, включая отчёты нескольких экспертиз, проведённых американцами. А это, краткий обзор полученных данных, и отчёт о краткой проверке подлинности проведённой нашими специалистами.

Президент хмыкнул, и взял в руки подшивку. — Ну, посмотрим, что вы там наловили…

Там же. Тридцать минут спустя.

— Да нет. Это маразм какой-то. — Президент отбросил мышку, и откинувшись на спинку кресло устало помассировал виски. — Вы сами то этому верите?

— Совершенно с Вами согласен. — Директор ФАПСИ поёрзал в кресле и, устроившись поудобнее продолжил. — Однако все сопутствующие документы говорят ровно об обратном. Да и не стали бы американцы тратить такие средства на проведение такого количества дорогостоящих экспертиз.

Президент молча покачал головой.

— И уровень секретности тоже говорит о том, что всё это не совсем маразм… Да и то что нам известно по этому марсоходу из открытых источников, позволяет сделать вывод, что в этом что то есть.

— Да что там может… — Президент вдруг замер. — Подождите, а о чём говорили эти двое в самом конце записи? Там как раз помехи пошли, и было уже совсем неразборчиво…

— В конце? — Директор наморщил лоб, стараясь вспомнить нужный фрагмент. — Да, там совсем неразборчиво… Надо посмотреть распечатку, там есть полная расшифровка видео!

На некоторое время в кабинете воцарилась относительная тишина, нарушаемая лишь шуршанием бумаги и невнятными междометиями.

— Вот, нашёл! — Директор уткнул палец в нужную строку. — Судя по смыслу, они смогли отправить в сторону Луны малый корабль, надеясь связаться с Землёй и получить помощь. Вот, смотрите, ключевые слова: малой, луны, связаться, помощь, только туда…

— Вот тебе бабушка и «Юрьев день»… — Совершенно не к месту, рассеяно сказал президент погружённый в свои мысли. — Значит до Луны они уже добрались.

— И луноход, похоже, это их работа. — Побарабанив пальцами по столу, сделал вывод Директор. — Что теперь будем делать?

Президент немного помолчал, собираясь с мыслями, и распорядился: — Поступим следующим образом. Все материалы ещё раз перепроверить, и подготовить по ним общую справку. Без подробностей. Через три дня доложите на внеочередном заседании совета безопасности. Соберёмся в урезанном составе.

— Есть! Понял! — Директор поднялся с кресла. — Разрешите идти?

— Идите! — Президент проводил взглядом вышедшего в дверь Директора, и подвинув поближе ноутбук с замершими кадрами видеозаписи, запустил воспроизведение с самого начала, внимательно всматриваясь в возникшее на экране изображение одетых в потрёпанные скафандры с надписями СССР двух человек, неспешно копающихся в куче разнообразного хлама, сваленного почти посередине огромного, полутёмного помещения…

Где-то в недрах Луны.

Проводив взглядом покинувшее пределы голоэкрана изображение директора ФАПСИ, Петрович озадаченно хмыкнул, и свернув голограмму внимательно вглядывающегося в экран ноутбука Президента, покосился на неожиданно задумчивого командира Лунной базы, комфортно устроившегося в соседнем кресле.

— Ну, как впечатления, партнёр? Что-то мне подсказывает, что мы несколько, ммм… переборщили. — Глядя перед собой, негромко спросил генерал.

Немного поворочавшись в кресле, Ганс повернулся к собеседнику, и так же негромко ответил.

— Совбез, это серьёзно, Петрович… Если честно, то я даже не ожидал, что всё дойдёт до такого… — Он неопределённо покрутил перед собой рукой. — Даже если мы сейчас попытаемся дать обратный ход и представить всё, что произошло неумной шуткой, то, боюсь, это их уже не остановит.

— Угу… — Согласно кивнул Петрович, и кивнув на свёрнутый экран добавил. — Эк его проняло то. От такой заманухи они уже не откажутся. Чего теперь делать то будем? Притихнем на время, или продолжим этот спектакль?

— Разрешите, товарищи командиры? — Молчавший до этого времени айтишник встал со своего места и подошёл поближе к начальству, которое в свою очередь вопросительно уставилось на него.

— Говори, Вадим. — Доброжелательно кивнул ему Ганс. — Есть идеи?

— Идеи есть. — «Вечно молодой» плотоядно улыбнулся. — Тем более, что у нас в запасе вагон времени. В настоящий момент, вряд ли кто сможет быстро отправить какую-либо экспедицию на Луну. Про Марс, я вообще молчу. Так что на заседании совбеза, дальше разговора о намерениях и, возможно, выработки новой стратегии развития космической программы, дело вряд ли зайдёт. И сколько лет может пройти до начала реальных действий, ведомо только Бездне.

— Ты прав. На Марс они только в двадцать третьем собираются, да и то пока под вопросом. — Перебил его Петрович. — Но вот до Луны могут и намного раньше добраться. Тем более китайцы вроде как очень высокую активность проявляют по этому поводу. Вроде даже через год — два даже собирались сюда что-то запустить.

— Максимум, что луноход, да и то под вопросом. А людей они сюда очень ещё не скоро зашлют, если вообще… Вот. — Вадим чуть помолчал, и сосредоточившись, продолжил. — Я вот что хотел сказать. Думаю, что всё-таки надо Землю под свою руку брать, хоть товарищ Император и против…

— Да ты чего буробишь то! — Вскинулся тут же Петрович переглянувшись с ошарашенным Гансом, и тут же продолжил. — У тебя что, спермотоксикоз начался? Или моча в голову ударила? Так сходи в туалет!

— Да чего вы взъелись то? Я совсем не то хотел сказать! — Опешивший от столь стремительного наезда Вадим выставил перед собой открытые ладони. — Дайте хоть договорить то!

— Ты говори, да не заговаривайся. — раздраженно пробурчал генерал. — Что ты там ещё надумал?

— Так вот. — Продолжил свою речь Вадим, благоразумно отойдя от начальства на пару шагов. — Я говорил о том, что товарищ Император хоть и против активного вмешательства в Земные дела, но, насколько я понял, не видит ничего плохого в пассивном вмешательстве, что и подразумевают под собой его последние действия по легализации некоторых наших технологий посредством создания НИИ и опытного производства.

— Что? Причём тут наши ролики и будущая шарага? — Генерал недоумённо посмотрел на айтишника.

Вадим хмыкнул. — А вам, товарищи командиры, не кажется, что запущенные в производство технологии вполне могут подстегнуть прогресс в космической отрасли? И, ускорить формирование будущей экспедиции?

— И что? Это дело не одного года. И даже не двух. — Петрович внимательно смотрел на Вадима. — Тем более, спешить никто не будет, чтобы не засветиться.

— Даже если и не спешить, всё равно, после выхода первой же прорывной технологии, этой, как вы сказали «шарагой» заинтересуются все, кому не лень. Включая спецслужбы. И по любому придётся выходить на контакт с властными структурами, точнее с Самим. — Вадим показал глазами на потолок.

— Ты думаешь, что ты один такой умный? — Генерал хмыкнул. — Это уже давно всё просчитано. И люди нужные по этому вопросу работают. Впрочем, и ты обязан об этом знать, поскольку отвечаешь за их информационное обеспечение. К чему ты всё это ведёшь, то?

— Я предлагаю подтолкнуть развитие технологий и космической программы в частности, и для этого как раз можно использовать наш спектакль.

— И как? — Петрович с Гансом непонимающе переглянулись.

— А кто сказал, что найденный сотрудниками наркомата Берии объект для перемещения был один?

— Ты предлагаешь подсунуть им «ещё один» объект? — Ганс прищурившись посмотрел на капитана.

— Можно и с небольшой инфраструктурой. — Пожал плечами Вадим.

— Но для чего? — Петрович в крайнем недоумении воззрился на айтишника.

— А, вот смотрите сами. Вот Вы, товарищ генерал, в своё время сами служили в одном интересном подразделении, которое занималось отловом «гостей» посещавших нашу любимую планету только с одной, известной вам целью. Отловом «живого товара». Других целей вышеупомянутые «гости» не преследовали, если не брать в расчёт банальное пополнение запасов в виде воды, и некоторого количества продовольствия. Наш… Кхм. Точнее, Президент России, в свое время служил в одном очень непростом ведомстве, наименование которого вы, товарищ генерал, наверняка знаете. Есть ли у нас какие-либо гарантии того, что он может не знать о сути «гостей» время от времени посещавших планету? — Вадим вопросительно посмотрел на очень внимательно слушающее его речь начальство, и сам себе ответил. — Никаких. Соответственно априори, каждый «гость» для них, самое меньшее, это «не друг». Если не сказать больше. Далее. Президент наверняка в курсе, что с территории России, да и не только России, за последнее время пропали десятки тысяч человек. Причём некоторые вместе с семьями. Позвольте спросить, а что при возможном контакте может подумать Президент, имея информацию о прежних посещениях нашей планеты пресловутыми «гостями»?

— Так мы же этих людоловов извели под корень! Да и Сергеич сейчас их гнёзда добивает по всей окраине Империи. — Эмоционально воскликнул генерал.

— Только ты это Президенту забыл доложить. — С лёгким сарказмом осадил его Ганс. — Он по сию пору оперирует имеющейся в его распоряжении информацией. И, как ты сам мог видеть по отчётам, негласное расследование идёт полным ходом. Единственно, что их удивляет, это возраст подавляющего большинства «похищенных». Я кажется уже догадываюсь, к чему нас подводит капитан.

Петрович задумался. — Я тоже понял, что он хочет сказать. Если мы выйдем на Президента и откроем ему нынешнее положение вещей, то его первая ассоциация будет о вышедших из подполья работорговцах.

— В точку! — Воскликнул Вадим. — И я предлагаю дать ему информацию об Империи ДО контакта. Объём данных и их наполнение тоже необходимо согласовать, равно как и технические вопросы.

— Добро! Основную идею я понял, но решение этого вопроса не в нашей компетенции. — Петрович оглядел подчинённых тяжёлым взглядом. — Я подготовлю подробный отчёт, присовокуплю к нему наши выводы, и сегодня же отправлю Императору. Дальше, как прикажут.

9

Три дня спустя. Кремль, заседание Совбеза.

— Присаживайтесь товарищи! — Президент обвёл взглядом присутствующих, среди которых не было ни одного случайного человека. — Повод, по которому я всех вас сегодня собрал, несколько не тривиальный. Я бы сказал, что он очень нетривиальный. Открыть заседание я попрошу директора ФАПСИ. Он выступит с докладом по существу…

Тут речь Президента прервал его секретарь, торопливо подошедший к шефу, и что-то прошептавший ему на ухо. Застыв на несколько секунд, Президент встрепенулся, на мгновение зажмурился, и, приняв решение, продолжил свою речь.

— Да. Он выступит с докладом по существу вопроса, и даст необходимые комментарии к представленным материалам. И, я вынужден ненадолго вас покинуть. Ничего не случилось! — Предвосхитил он могущие возникнуть вопросы, и выходя быстрым шагом из кабинета, добавил: — Всё в порядке, я к вам скоро присоединюсь.

Покинув зал заседаний, он с немым вопросом посмотрел на секретаря.

— Всё у Вас на столе. — Правильно интерпретировав обращённый на него взгляд, ответил тот.

Не говоря ни слова, Президент стремительно отправился в нужном направлении. Через несколько минут, буквально ворвавшись в свой кабинет, он на несколько секунд замер, буквально впившись взглядом в потрёпанную архивную папку с многочисленными надписями на обложке, лежавшую у него на столе, и, преодолев усилием воли нетерпение, неторопливо устроился в кресле, с некоторым трепетом пододвинув к себе Тайну.

Три дня до описываемых событий.

Лунная база Империи.

— Отчёт отправлен. — Зависший на несколько секунд Петрович посмотрел на подчинённых. — теперь хотелось бы выслушать Ваши предложения по способу подачи материала. На случай, если вдруг придёт добро на проведение операции.

Вадим кашлянул, и ответил. — С подачей материала всё просто. С помощью людей, имеющих представление о ходе делопроизводства шестидесятилетней давности, формируем архивное дело с информацией представленной полунамёками, как бы являющейся малой частью отдельного массива. Туда же помещаем более-менее точные координаты подготовленной нами захоронки. Прячем папку в закрытом архиве, под массой несвязанных документов. Далее, наполняем захоронку, и ждём, пока найдут. Желательно, что бы всё вскрылось к грядущему совещанию. Как бы так.

— Как ты подкинешь эту папку, я не спрашиваю. Но ведь до совещания осталось всего три дня! Как ты успеешь сделать эту самую «захоронку»? Её ведь ещё и замаскировать надо успеть, а после получения документов, к этим координатам будет привлечено всё возможное внимание соответствующих органов.

— Подкинуть? Элементарно. — Вадим с улыбкой обвёл взглядом начальство. — Мы не будем ничего подкидывать. Просто с помощью наномашин переработаем любой материал уже имеющийся в архиве. А с захоронкой, я думаю, проблем тоже не возникнет.

На развернувшемся перед присутствующими голоэкране появилась панорама незнакомой местности. Изображение немного погуляло вправо-влево, после чего выделенный квадрат рывком увеличился, явив зрителям достаточно большой холм торчавший посреди явного болота.

— Вот, смотрите. — Холм мгновенно укрупнился, и на экране отобразилось реконструированное компьютером изображение пустот внутри холма.

— Что это? — Внимательно вглядываясь в картинку на экране, поинтересовался Петрович.

— Чья то временная база. — Тут же ответил Вадим. — Находится в зауралье. Была построена не менее трёх тысяч лет тому назад. По архитектуре, очень похожа на Имперскую. Сохранность очень хорошая. Наполнение — ноль. Такое ощущение, что после постройки, больше не использовалась. Судя по величине ангара и прилегающим помещениям, способна принять десантный бот с полным обеспечением. Сам Бог велел использовать её в качестве захоронки. Используя малый строительный комплекс, все работы произведем менее, чем за стандартные сутки. Никакой комар носа не подточит. Поместим внутрь древний десантный бот, заполним складские помещения, и, вуаля!

— А с энергообеспечением? — Поинтересовался Ганс. — Мёртвое железо им ничем не поможет, а запитать своими силами они ничего не смогут. Слишком разные виды энергии.

— Предлагаю оставить незагруженные топливные ячейки и НЗ в энергонакопителях челнока. База пусть остаётся пустая, как есть. Смогут запустить реактор корабля, следом запустят и всё остальное.

— И как они его смогут запустить? — Петрович язвительно хмыкнул. — Императору вот просто повезло, что шаттл оказался непростой. А тут как? Могут не поверить.

— Есть у меня одна идейка! — Весело заявил Вадим. — Интересно будет.

— А как ты хочешь им информацию слить? — Поинтересовался Ганс. — Русскую прошивку в бортовой недоИИ зальёшь?

— Вот если дадут добро на проведение, тогда скажу. — Ехидно ответил айтишник. — А пока ноухау.

— Слышь, хаухау, Владимир только что запросил дополнительную информацию по этому вопросу, и я ему скинул все твои идеи. Так что готовься. Если сразу не послал, то скорее всего, добро будет. — Проворчал Петрович. — И ещё. Он сказал, что мы Михалыча затмили, и если лажанёмся, то выдаст нам всем орден Сутулова. С закруткой… На спине.

Кремль, заседание Совбеза.

Проводив удивлёнными взглядами стремительно покинувшего зал заседаний Президента, все присутствующие не сговариваясь с немым вопросом уставились на застывшего возле своего кресла директора ФАПСИ. В ответ на обращённые к нему вопросительные взгляды, тот недоуменно пожал плечами, и покачав отрицательно головой, сказал:

— Знаю не больше вашего, товарищи. — И после секундной заминки, добавил. — Ну, что же, пожалуй начнём. Для начала, попрошу всех присутствующих ознакомиться с документами, находящимися в лежащих перед вами папках. После чего посмотрим немного видео, и я буду готов ответить на возникшие у вас вопросы. В меру своей компетенции, конечно.

На некоторое время, в зале воцарилась хрупкая тишина, время от времени нарушающаяся лишь шуршанием просматриваемых документов, да недоверчивым, а порой и возмущённым хмыканием участников заседания.

— Да нет, это чушь какая то! — Один из участников заседания раздраженно откинул от себя раскрытую папку, улетевшую почти на середину огромного стола, за которым расположились приглашённые. — Этого не может быть только по тому, что такого не может быть никогда!

— Сдержаннее, сдержаннее, товарищи! — Ведущий заседание укоризненно посмотрел на присутствующих. — Вы только начали знакомиться с материалами, и уже такая негативная реакция. Боюсь даже представить, что же последует после просмотра видеодокументов.

Директор взял в руки пульт, и нажал несколько кнопок. С лёгким шелестом опустился скрытый до этого момента экран, освещение плавно угасло, а на белом полотне появилось изображение первых кадров переданных внезапно заработавшим луноходом…

Там же, два часа спустя.

— Я ещё раз вам ответственно заявляю, что это всё полнейшая чушь! — Полноватый участник заседания вскочил с места, и, чуть ли не брызжа слюной тыкал зажатой в руке одноразовой ручкой в сторону ведущего заседание. — Ну что вы все, как дети, право слово! Какой к чёрту луноход, какая к дьяволу база! И где?! На Марсе?! Пятьдесят лет назад?! Да мы и сейчас на это не способны!.. Чушь! Нонсенс!

— Спокойнее, коллеги! Спокойнее! — С трудом сохраняющий спокойное выражение лица директор, в очередной раз попытался призвать к порядку разбушевавшегося участника. — Причём тут пятьдесят лет назад?!

— Разрешите, я объясню. — Ещё один участник заседания, подошёл к ведущему и, неприязненно покосившись на закусившего удила живчика, взял пульт управления. Нажав несколько кнопок, он вызвал на экран нужное изображение, и остановив его на требуемом месте обратился к оппоненту. — Как я понимаю, с самого начала отрицая очевидное, вы наплевательски отнеслись к предоставленному материалу, и, соответственно, упустили из вида несколько немаловажных деталей, фактически объясняющих всё. Вот, смотрите, и, главное, слушайте. Да, слышно плохо, но у вас, как и у всех имеется полная расшифровка видео, которую вы, ничтоже сумняшись отбросили в самом начале заседания. Так что прислушайтесь к тому, о чём говорится на экране. — Он нажал кнопку воспроизведения, вернув к жизни перевёрнутое изображение двух человек в допотопных скафандрах, ковырявшихся в большой куче хлама, расположенной почти по центру плохо освещённого помещения, схожего размерами с немаленьким ангаром, а акустическая система донесла глухой, исковерканный помехами, но всё-таки разборчивый голос.

— … Что, дядя Миша… Уже сто лет дядя Миша….. Я, тебе, Петро, уже который раз говорю! Нет нам пути назад!

— Но, дядя… Товарищ капитан! Вы же ведь как-то сюда прилетели?! Вон он, корабль, в соседнем ангаре стоит! Может всё-таки сможем на нём обратно улететь?!

— Не сможем!.. С тех пор, как командир погиб, он теперь никому больше не подчиняется. Сколько раз уже пробовали, но никому доступа он не дал. Тебя ведь… проверяли на… — Изображение рывком приблизилось к камере. — Вот, млять! Опять дерьмо притащили! Кроме аккумуляторов и взять с этого хлама нечего. Раньше хоть детали какие, платы разные можно было к нашей технике присобачить, а тут чёрт и что. Ничего подходящего! Что у нас тут? А, опять американцы… — Изображение задрожало. — Снова дерьмо… Ничего нужного, если только вон, мелочёвку с платы выпаять, может умники и подберут чего…

— Дядя Миша! Так почему командир то погиб? У нас же ванны есть! Положили бы его туда, и… Вон, третьего дня, Женька из машины на полном ходу выпал, поломался весь, так меньше суток прошло, и он как новенький!

— Угу. Хорошо вам, молодым да ранним! Ты то уже тут родился, знаешь всё, а мы тогда только прилетели… из зоопарка….. кто бы знал… ванны. Это же не наша техника. Если бы не эта машина, что… выдаёт… давно бы с голоду… Мы вон, и с этим… разобраться не… Ссу… — Изображение дёрнулось, и покрылось помехами.

— Вот, на мой взгляд, самый важный отрывок видеозаписи. — Инициатор повторного просмотра взял стакан с минералкой, и отпив глоток продолжил. — В нём имеются практически все ключевые слова звукозаписи, как-то: — Корабль, чужая техника, нет доступа, гибель командира. Да, и обратите внимание на фразы «родился здесь», «сто лет дядя Миша», «поломался», «ванны», «меньше суток», «как новенький» и так далее.

— И что вы хотите этим сказать? — Уже не так уверенно, как раньше, поинтересовался скептически настроенный участник совещания. — Что это меняет?

— Всё. — Отрезал его оппонент. — Сразу отметаются все вопросы по теме «могли или не могли», «как они выжили» и опять же, так далее. Стоит только вопрос о подлинности данных фрагментов. И, я…

— Вопрос по подлинности, на настоящий момент, фактически снят. — Незаметно вошедший в зал совещаний Президент лёгкой походкой прошёл к своему креслу. — Только что поступили материалы из наших архивов, косвенно подтверждающие подлинность имеющейся информации. Так же я считаю, что целесообразно прервать настоящее заседание и взять некоторый тайм аут, как для осмысления полученной информации, так и для дальнейшей проверки вновь поступивших данных. О дате следующего заседания вам сообщат дополнительно. У кого-то имеются вопросы?

— Товарищ президент! Прошу прощения, но не могли бы Вы прояснить один вопрос! — Приподнял руку оппонент скептика.

— Если только один! — Немного недовольно разрешил Президент.

— Всего один! — Поспешил уверить проситель опешив от своей наглости. — Во всей этой информации, очень большое сомнение вызывает момент с уничтожением спутника Марса при случайной, как утверждает один из персонажей, активации системы обороны Марсианской станции. Но никто из нас об этом не слышал, хотя это ведь довольно значительное событие в рамках нашей солнечной системы!

Президент несколько секунд помолчал, пристально глядя на собеседника, после чего, нехотя ответил: — Деймос действительно сейчас существует только в виде осколков. Это уже подтверждено. По согласованию, эта информация была засекречена. Во всём мире. Сейчас у нас есть объяснение случившемуся, и, я очень надеюсь, что все присутствующие понимают, как степень секретности предоставленных материалов, так и степень ответственности за разглашение оных. Ещё вопросы есть? Нет? Тогда всего хорошего, и, до встречи.

Где-то в недрах естественного? спутника Земли…

— Кх-хм. — Негромкое покашливание Петровича нарушило кратковременную тишину воцарившуюся в полумраке просторного объёма центрального поста лунной базы после окончания трансляции заседания совбеза.

Чуть вздрогнувший от резкого постороннего звука задумавшийся Ганс перевёл взгляд с изображения опустевшего зала заседаний на сидевшего в стороне генерала и ехидно поинтересовался:

— Что, Александр, в горле пересохло?

— Пересохнет тут. — Петрович рывком встал с кресла, и слегка размявшись, продолжил прерванный ранее разговор. — И всё-таки, я считаю, что Вадим перемудрил. Вряд ли ОН туда сам полезет. Что ему, больше делать нечего? Да и вообще, не кажется ли вам, что мы всё это зря затеяли? По моему скромному мнению, то, что сейчас происходит уже давно вышло за пределы простой шутки…

— А ты до сих пор всё это воспринимал как шутку? — Удивлённо посмотрел на него немец. — Я думал, что после того, как мы запустили луноход, все уже поняли, что шутки закончились, и начались серьёзные дела, иначе, зачем это всё?

Петрович промолчал, и, не дождавшись от него ответа, Ганс продолжил.

— А вот в том, что Вадим перемудрил, я с тобой согласен. — Он повернулся к айтишнику. — Ты уверен, что всё сработает?

— Не извольте беспокоиться! — Улыбнулся тот в ответ. — У меня всё просчитано!

Неделя спустя. Резиденция Президента РФ.

— Товарищ Президент! — Негромкий голос секретаря вернул задумавшегося главу государства в реальность.

— Что? — Встрепенувшись, он посмотрел на поданную папку.

— Вы просили незамедлительно докладывать по результатам, буде таковые появятся. — Секретарь подал папку в руки шефа, и почти шепотом добавил. — Это по тому самому делу.

— А в кратце? — Президент открыл твёрдую обложку в кожаном переплёте и вопросительно посмотрел на помощника.

— Нашли. — Коротко ответил тот, и уловив пожелание начальства, бесшумно испарился.

Быстро просмотрев вложенную распечатку, Президент включил лежащий на столе ноутбук, вставил в разъём обнаруженную в папке флешку, и, дождавшись загрузки файла запустил воспроизведение.

Час спустя. Там же.

— На ближайшие три дня, отменить все запланированные встречи, все поездки перенести на более поздний срок.

— Чем объяснить отмену? — Невозмутимо поинтересовался конспектирующий полученные указания секретарь.

— Да чем угодно. — Президент на секунду задумался. — Да скажите всем, что я заболел! Пусть, порадуются.

— Есть! — Коротко ответил помощник.

— Да, и ещё. О моей отлучке, никому ни слова. Через сколько будет готов борт?

— Через час. Машина уже подана.

Двенадцать часов спустя. Зауралье, где-то над глухой тайгой.

Сидя на жестком, слегка вибрирующем кресле военного вертолёта, Президент разглядывал проносящееся где-то внизу бескрайнее зелёное море заповедной тайги и негромко хмыкая, прокручивал в уме кадры из присланного накануне видеофайла. Перед глазами так и стояло изображение довольно большого, несмотря на непривычные рубленные формы, явно космического корабля неизвестной принадлежности. И хоть члены экспедиции и смогли вскрыть случайно обнаруженный вход в древний бункер, проникнуть в корабль своими силами они не смогли. Требовалось серьёзное оборудование, и перед президентом встал вопрос о перемещении находки в более подходящее место. Но прежде чем дать разрешение на извлечение артефакта из бункера, что наверняка повлекло бы за собой разрушение последнего, он решил, что не может не посмотреть на эту небывальщину своими глазами.

Вот среди плотного зелёного ковра мелькнул небольшой просвет, тональность турбин изменилась, и вертолёт заложив вираж начал заходить на посадку.

Благодаря мастерству военных лётчиков, посадка на свободной от зарослей прогалине, только-только позволяющей приткнуться тяжёлой машине, прошла совершенно буднично, и не успел Президент с сопровождающими пригнувшись под не остановившими своё вращение лопастями отбежать на безопасное расстояние, как турбины взревели, и камуфлированная туша вертолёта резко взмыла в небо. Прикрыв ладонью глаза от ураганного ветра нагоняемого вращающимися лопастями, глава государства проводил взглядом стремительно удаляющуюся боевую машину, и повернулся к подошедшим.

— Здравствуйте, товарищи! — Поздоровался он с встречающими его руководителями экспедиции.

— Здравия желаем, товарищ Президент! — По-военному поприветствовали его подошедшие. — Как добрались?

— Нормально добрались. — Президент неопределённо взмахнул рукой. — Ну, рассказывайте, что у вас тут хорошего.

Древний бункер. Два часа спустя.

— Да, серьёзно у вас тут всё. — Президент оглядел солидную поляну, почти полностью закрытую маскировочной сетью натянутой между растущими по краям деревьями. — Что, беспокоят?

— Да особо нет. — Безопасник пожал плечами. — Маскировка больше от американцев. У них тут спутник раз в сутки пролетает. Меньше знают, лучше спят.

— Это точно. — С усмешкой подтвердил Президент, и кивнув в сторону разрытой дыры в склоне довольно большого холма в которую уходило несколько кабелей от приглушённо тарахтящего дизель-генератора, поинтересовался: — Вход, я так понимаю, там?

— Так точно! — Подтвердил полковник. — Желаете осмотреть?

— Желаю! — Президент улыбнулся. — Иначе, зачем я сюда столько добирался?

Там же. Час спустя.

— Вот ты какой… — Президент смотрел на возвышающийся перед ним матовый, угольно чёрный, не дающий ни единого блика угловатый борт древнего корабля, словно явившегося из глубины веков. — Так говорите, ничего его не берёт?

— Всё перепробовали. — Руководитель экспедиции развёл руками. — Газорез бессилен, болгарка не берёт, алмазный бур тоже.

— А люк нашли? — Президент внимательно всматривался в монолитную, не имеющую ни единого видимого шва матовую броню.

— Студенты нашли. Кажется.

— Кажется? — Глава государства удивлённо повернулся к профессору. — Так кажется, или нашли?

— Кажется нашли. — Не растерялся тот, и достав обычную лупу на металлической ручке подошёл вплотную к кораблю. — Вот, посмотрите сюда, пожалуйста. Если смотреть через увеличительное стекло, то можно рассмотреть очень тонкую линию. Вот тут. Да, это она. А если проследить по всей длине, то с некоторой уверенностью можно утверждать, что перед нами закрытый проём.

Профессор очертил лазерной указкой контур предполагаемого проёма. Глава государства кивнув каким-то своим мыслям поцарапал ногтем гладкую обшивку в месте нахождения предполагаемого шва, и ничего не почувствовав, обратил внимание на небольшой участок поверхности, оказавшийся чуть светлее остального покрытия. — Профессор, мне кажется, или тут какое-то пятно?

— Ааа! Вы тоже заметили? — Радостно воскликнул руководитель экспедиции. — Это отличие видно только с очень близкого расстояния, и то, если смотреть под небольшим углом. Мы это пятно обнаружили не сразу, и, если честно, то у меня нет никаких мыслей по этому поводу. Вот, наши молодые коллеги предположили, что это часть системы доступа, но вот как она работает, если это так, никто не знает. Ребята даже пробовали руку туда прикладывать.

Профессор рассмеялся.

Президент тоже улыбнулся. — Да, на сканер отпечатков это точно непохоже. Хотя… — Он примерился, и приложив к метке открытую ладонь, продолжил. — По расположению, место очень удобное.

— И на ощупь приятное. — Он пошевелил ладонью по поверхности. И только собрался убрать руку, как пятно под ней коротко вспыхнуло зеленоватым светом.

— Твою мать! Профессор! Что это было! — Президент резко отдёрнул руку, ощутив мгновенное тепло от вспышки.

— Н-не з-знаю! — Учёный энергично затряс головой и попятившись добавил. — Такого никогда не было!

Некоторое время ничего не происходило, но в какой-то момент, пятно вдруг тускло засветилось, и по нему быстро пробежал непонятый текст, обозначенный совершенно незнакомыми символами, после чего пятно осветилось внутренним светом, массивная плита обшивки с негромким шипением выдвинулась наружу, и скользнув вниз, превратилась в своеобразный трап, а во мраке проёма вдруг начал разгораться неяркий красноватый свет.

Лунная база Империи. Это же время.

— А я говорю, не полезет! — Петрович в запале аж пристукнул кулаком по подлокотнику.

— Товарищ генерал! Ну как не полезет! У меня всё просчитано! И психоматрица давно выведена! — Вадим устало возразил начальнику. — Полезет как миленький. Раз уж он в подводную лодку залез, то…

— Да хватит вам спорить! Лучше на экран посмотрите. — Вмешался Ганс. — Саша, кажется ты не прав.

Спорщики притихли и уставились на голограмму, а Вадим негромко заметил: — Надо было на интерес спорить!

Тайга. Бункер.

— Офуеть! — Негромкий возглас кого-то из сотрудников разорвал установившуюся после неожиданной активации корабля тишину, и отошедший от короткого ступора народ резко засуетился.

Предусмотрительно оттеснённые охраной в сторону Президент с профессором молча смотрели на резко возросшую активность мечущихся с каким-то оборудованием сотрудников, и только после того, как один из проникших внутрь корабля спокойно вышел наружу, глава государства громко спросил: — Ну, что там?

— Всё в порядке. Уровень радиации в норме, кислород в норме. Есть закрытые помещения, с похожей системой авторизации, но у нас доступа нет. — После чего помолчал, и с надеждой продолжил. — Товарищ Президент, а может вы там руку приложите?

— Я тебе сейчас так приложу! Совсем что ли уже… — Начал было безопасник, но Президент его прервал: — Там точно безопасно, товарищ…

— Валентин я… Извините, Меркулов! Да нет тут ничего!

— Ну, если ничего нет, товарищ Меркулов, тогда показывайте! — Решительно отодвинув охрану в сторону, глава государства с некоторой опаской поднялся на борт космического корабля. Осмотревшись в отсеке, он подошёл к Валентину, стоявшему у глухой переборки и поинтересовался. — Ну, куда прикладывать?

— Вот, товарищ Президент, кажется сюда. — Он указал на ясно видимую окружность.

— Ну что, давайте попробуем. — Президент осторожно приложил открытую ладонь к матовой поверхности. Несколько секунд ничего не происходило, затем сверкнула знакомая вспышка, и ничего не произошло. Посмотрев на напрягшегося начальника охраны, глава государства хмыкнул: — Чего-то не фурычит.

— Наверное всё-таки время. — Профессор пожал плечами, и не успел он продолжить, как тусклое красноватое освещение начало медленно разгораться до вполне привычного человеческому глазу спектра.

— О, свет включился. — Валентин восхищённо посмотрел на стоящего с несколько ошеломлённым видом главу государства, смотрящего на ещё один терминал доступа, появившийся на глухой переборке за спиной молодого учёного.

— Ну ка подвиньтесь! — Заинтригованный Президент решительно подошёл к появившемуся терминалу и приложил к нему ладонь.

В этот раз ждать не пришлось, и как только рука коснулась терминала, часть переборки стремительно отошла в сторону, открыв взору ещё одно помещение, меньшее по размеру, но более насыщенное разнообразными устройствами. Встрепенувшийся безопасник стремительно закрыл главу государства своим телом, и первым прошёл в открывшийся проём. Быстро осмотревшись, он отступил в сторону, пропуская остальных в новый отсек. Президент и сопровождающие заинтересованно осматривались. Это помещение выгодно отличалось от фактически пустого первого отсека как наличием массивных кресел по бокам от неширокого прохода так и легко угадывающейся пилотской кабиной, заполненной непонятным оборудованием. Восхищённый находкой Валентин быстро осмотревшись, громко воскликнул: — Ох, ничего себе! Надо ребят с оборудованием звать! — И получив подтверждающий кивок профессора выбежал наружу.

Ошеломлённый открывающимися перспективами Президент прошёл вперёд и с огромным интересом осматривал несколько чужеродный интерьер пилотской кабины, ощупывая материал обивки кресел, потрогал консоли с тёмными экранами, и невзначай оперевшись ладонью о полукруглый выступ на центральной консоли повернулся к профессору увлечённо рассматривающему непонятный прибор и не заметил неяркого свечения на мгновение мелькнувшего внутри полусферы.

— Скажите, профессор, сможем мы разобраться с этой чудо техникой?

Профессор несколько замялся, увлечённый изучением прибора, повернулся к главе государства, и удивлённо раскрыв глаза, ответил неожиданно хриплым голосом. — Кажется, мы уже разобрались.

Проследив за его ошеломлённым взглядом, Президент резко развернулся, и, увидев ожившие экраны с бегущими по ним непонятными символами, бросился к выходу, где в последний момент успел увидеть стремительно закрывшую выход плиту обшивки.

Борт неизвестного корабля.

Разом побледневший Президент утерев рукавом недешёвой камуфляжной куртки холодный пот со лба после нескольких минут бесплодных попыток выбраться из замурованного челнока развернулся спиной к обшивке и сполз по стенке на пол и устало прикрыл глаза.

— «Замуровали демоны!» — Пришла на ум мысль из снятого давным-давно кинофильма. Ещё раз утерев, вернее больше размазав обильно выступивший на лице холодный пот, почувствовав, что его кто-то тормошит, он потряс головой и с усилием поднял веки.

— Товарищ Президент! — Начальник охраны ещё раз настойчиво потряс его за плечо. — Уф! Ну, наконец-то! Товарищ Президент! С Вами всё нормально?!

— Нормально, полковник. — Он тяжело вздохнул. — Вот ведь попали то! И дёрнул меня… Что там происходит?

— Пока всё тихо, без изменений.

— Хоть это радует. — Президент опёрся на поданную полковником руку и тяжело поднялся с пола. — Надо всё-таки попытаться как-то отсюда выбраться. У вас воды случайно не найдётся?

— Воды, к сожалению, нет. Вот только если это… — Полковник потряс извлечённой из-за пазухи плоской флягой.

— Что это? — Выделив ЭТО, поинтересовался Президент.

— Так это, антистрессовый препарат. — несколько смущённо ответил безопасник. — Коньяк.

— Дайте! — Не терпящим возражений тоном потребовал глава государства, и протянул руку.

— Армянский! — Уточнил полковник, и отвинтив пробку подал ёмкость с ароматной жидкостью Президенту.

Тот недоверчиво принюхался к источающему аромат горлышку, и на несколько секунд присосался к фляге.

— Ух, хорошо пошло! — Глава государства вздрогнул, и по-простому занюхав рукавом вернул флягу владельцу.

— А то-ж! Первейшее средство при стрессе! — Полковник тщательно завернул крышку, и спрятал ёмкость за пазуху.

— А сам? — Президент вопросительно взглянул на безопасника.

— Я уже. — Смущенно отозвался тот. И уловив немой вопрос тут же добавил: — А профессору и так хорошо.

— В смысле? — Удивился Президент.

— Он там от приборов не отходит. Чуть их не облизывает. Совсем похоже двинулся.

Тут, как бы в подтверждение его слов из обитаемого отсека раздался громкий голос профессора: — Товарищи! Идите скорее сюда! Тут такое!

Президент с полковником недоумённо переглянулись, и не сговариваясь, быстрым шагом отправились на голос.

— Что случилось?! — На подходе к кабине поинтересовался Президент, и тут же увидев ожившие экраны, присмотревшись, осёкся. — Ну ничего себе.

Некоторое время, на них ничего, кроме беспорядочной суеты не происходило. Около корабля как ошпаренные бегали сотрудники экспедиции, в меру своих сил пытающиеся помочь попавшему в западню начальству, кто-то подтаскивал разнообразное оборудование, но через несколько минут всё резко изменилось. Неяркий свет скудно освещающий нутро бункера внезапно моргнул, с потолка посыпалась какая то труха, и персонал, с тревогой поглядывая наверх начал отбегать подальше от корабля. На чётко видимом на экранах потолке вдруг образовалась стремительно расширяющаяся трещина, через которую было ясно видно закатное небо, и изображение вдруг слегка вздрогнуло, чуть качнулось, и начало быстро проваливаться куда то вниз, открывая взорам невольных наблюдателей всю широту вечернего неба…

Древний бункер.

Никита, наконец то собравший новейший плазменный резак, и кое-как погрузив его на подходящую тележку только собрался подтащить его поближе к доисторическому кораблю, как вдруг по полу прошла короткая дрожь, моргнуло тусклое освещение, разгоревшееся почти сразу после того, как закрылся открытый президентом проход в борту инопланетной машины, и под надсадный скрип неведомых механизмов с казавшегося монолитным потолка начал сыпаться разнообразный мусор. Остановившись на полпути, он с тревогой посмотрел на верх и увидел всё более расширяющуюся трещину, пересёкшую потолок по всей длине. Посмотрев на коллег замерших в тревожном ожидании, он решил во что бы это ни стало добраться до корабля, но когда здоровенный куст вместе с пронизанным корнями комом земли упал в полуметре от него, Никита плюнув на всё последовал примеру коллег и отбежал под прикрытие казавшихся надёжными стен. Тем временем, расширившись фактически до стен, движение потолка прекратилось, и корабль чуть покачнувшись завис в воздухе, втянув в корпус мощные опоры. Повисев пару секунд, он начал стремительно подниматься вверх, и когда ошалевшие от увиденного сотрудники экспедиции бросились к проёму, они успели увидеть поднявшийся уже на несколько сот метров корабль, который вдруг несколько раз мигнул, и подёрнувшись помехами растворился в вечернем небе. Ещё несколько секунд человеческий взгляд мог наблюдать образовавшееся на месте корабля еле заметное размазанное пятно, но потом пропало и оно.

Борт неизвестного корабля. Х.З. где.

— Просто фантастика! — Возглас профессора прервал затянувшееся молчание воцарившееся с момента старта. — Они смогли победить гравитацию!

— Кто ОНИ, профессор?! — Оторвавшись от экрана недоумённо поинтересовался Президент.

— Те, кто создал этот корабль! — Удивлённо посмотрев на главу государства профессор пожал плечами. — Мы, к сожалению, этого не умеем.

— Вас заботит только это? — С сарказмом поинтересовался Президент. — А то, куда мы летим, как я понимаю вас совершенно не волнует?

— Вы просто не понимаете, насколько это важно! — Возмущённо ответил руководитель экспедиции. — Если мы сможем раскрыть этот секрет, то…

— Да хрен с ней, с этой гравитацией, док! — В разговор влез молчавший до этого полковник. — Мне, если честно, извините за выражение, просто насрать на все эти ваши законы физики! Меня больше волнует, куда нас завезёт это древнее корыто, и что нам делать дальше! Мне совсем не хочется куковать на Марсе, как те бедолаги, которых туда отправил незабвенный товарищ Берия!

— А с чего вы взяли, что мы полетим на Марс, полковник? — Вкрадчиво поинтересовался учёный, внимательно вглядываясь в россыпь дисплеев, развёрнутую в кабине.

— Как с чего?! — Вскинулся полковник. — Вы ведь тоже смотрели то видео…

— Видео то, я смотрел. — Отрезал профессор. — Очень познавательно, знаете ли. Но я бы не стал утверждать, что мы сейчас летим по тому же маршруту.

— В смысле? — Живо поинтересовался Президент. — С чего вы это взяли?

— Просто я, в отличии от некоторых, не пил втихаря коньяк, а внимательно изучал имеющееся на борту оборудование. И на основании своих наблюдений, могу совершенно точно сказать, что мы летим на Луну. — Профессор уничижительно посмотрел на безопасника.

— А я то что? Я то тут при чём? — Недоумевающий полковник посмотрел на президента и уловив безмолвный намёк вытащил из-за пазухи заветную фляжку. — Вот, док, я просто думал, что вам не надо!

— Думал он! — Профессор ловко отвернул пробку, жадно присосался к фляге, и оторвавшись, констатировал. — Ух! А неплохой.

Глядя на происходящее, Президент громко рассмеялся, и хлопнув по ноге безапеляционно заявил, подражая киногерою: — Ну вы, блин, даёте! — После чего отсмеявшись, серьёзно поинтересовался: — Ладно, шутки в сторону. Ответьте пожалуйста, с чего вы взяли, что мы летим именно на Луну, и что на делать дальше?

Профессор немного помолчал, наслаждаясь послевкусием от действительно неплохого коньяка, и ответил: — Отвечая на первый вопрос, я прошу вас взглянуть вас вот сюда… Ничего не напоминает?

Док указал рукой на самый большой дисплей, на котором при детальном рассмотрении можно было увидеть схематичную поверхность планеты, метку их корабля, и должную изображать маршрут прерывистую линию, утыкающуюся незамысловатой синусоидой в ближайшую отметку, выглядящую как небольшая окружность. — Насколько я понимаю, наш корабль, стартовав с планеты, — он указал на большой полукруг, — по этой траектории должен прилететь вот сюда. — Он ткнул пальцем в экран, в результате чего там поменялся масштаб, и маленький, до тычка, шарик вдруг разросся, и на нём появилась отметка конечного пункта.

— О, тач-скрин! — Ошеломлённо пробормотал профессор, и немного поигравшись с изменением масштаба продолжил: — А что до ответа на второй вопрос, то я могу только посоветовать вам занять кресла, расслабиться и получать удовольствие от полёта. Когда ещё нам доведётся увидеть нашу планету с такого ракурса! — Он указал на открывшуюся панораму планеты необычайно реалистично передаваемую исправно работающими экранами.

Президент с полковником переглянулись, и расселись по имеющимся в достатке креслам. А севший слишком далеко полковник в конце концов пересел поближе, чтобы видеть выводимое на обзорные экраны изображение.

Лунная база Империи.

— Ну ты и голова! — Петрович восхищённо посмотрел на Вадима. — Всё как по нотам прошло! Только вот попутчики, по-моему нам незачем.

— Тащ генерал, а вы думали, что он туда один полезет? — Удивлённо посмотрел на командира Вадим. — Я считаю, огромным везением то, что всего двое сопровождающих…

— Ну да, ну да… — Задумчиво проговорил Петрович. — Надо теперь что-то со встречей думать. Через сколько говоришь, они сядут?

— Через полчасика ждём. Вернее, через тридцать две минуты. — Поправился айтишник. — А какую встречу вы имеете ввиду?

— Ну как же! Ведь целый Президент прибывает! Надо что-то торжественное изобразить! Почётный караул там к примеру. Из дроидов!

— Саша, не горячись! — Вступил в разговор Ганс. — Какой почётный караул?!

— Ну как же! Ведь президент! — Петрович недоумённо посмотрел на немца.

— Президент чего? — Подняв брови Ганс посмотрел на Петровича.

— Ну, как чего?! России!

— И что? — Ганс снисходительно усмехнулся. — Ты его звал? И куда он прибывает? На базу ИМПЕРИИ! Галактической! Ты подумай получше.

На лице генерала отчётливо отобразился весь мыслительный процесс, происходящий внутри черепной коробки выразившийся одним восклицанием: — Мля! И чего теперь делать?!

— Горячку не пори, а с остальным разберёмся. — Ганс покивал головой. — Не обидим, встретим, но правильно, как по статусу полагается.

Борт неопознанного корабля. Где-то в Космосе.

— Полковник, у тебя там ещё чего-нибудь осталось? — Спросил Президент с намёком на заветную флягу.

Тот потряс извлечённую на свет ёмкость, и утвердительно кивнул. — Есть трохи. Будете?

Президент молча протянул руку, и взболтнув над ухом флягу, откручивая пробку заметил. — Если не налегать, то на пару заходов хватит. — После чего коротко приложился к горлышку и передал ёмкость дальше.

Народ по очереди причастился, и внимательно глядя на экран безопасник поинтересовался у профессора: — Док, как думаешь, нам ещё далеко?

Тот немного помолчал, посмотрел на часы, на дисплей отображающий местоположение, и более менее уверенно заявил: — Минут через десять прибудем. Успеем ещё по одной пропустить.

— Док, ты что, расстояние рюмками считаешь? — Громко рассмеялся полковник. — А если бы у меня больше было?!

— Да ну вас! — Профессор сделал вид, что обиделся. — Вам бы только глаз залить! Давай, доставай!

Президент хмыкнул, и приняв протянутую фляжку сказал импровизированный тост: — Ну, что бы у нас всё было, и ничего нам за это не было!

Там же десять минут спустя.

Все присутствующие на борту с некоторой тревогой следили за манёврами заходящего на посадку корабля. Судя по изображению, место посадки было выбрано посередине огромного пустынного кратера зияющего уродливым пятном на серебристой поверхности естественного спутника блестящей в ярких лучах светила.

— Мля, и что мы тут делать будем?! — С присущей ему прямотой спросил полковник. — Интересно…

Договорить он не успел, поскольку окружающий пейзаж резко изменился, и на экранах появился натуральный космодром разительно отличающийся от первоначального пейзажа. Вся поверхность вдруг оказалась затянута в однородное покрытие ВПП, чуть вдалеке от места вероятной посадки корабля стояло несколько аппаратов отдалённо похожих на их корабль. А «небо» над посадочным полем окрасилось лёгким зеленоватым оттенком.

— Ничего не понимаю! — Президент недоумевающе посмотрел на невольных спутников. — Что это было?!

— Ммм. — Док пожевал губами. — Я так думаю, что это какая то разновидность маскировки. Причём очень качественной. И что-то мне подсказывает, что мы прибыли. — Задумчиво проговорил он, внимательно смотря на чуть дрогнувшее и застывшее изображение на экране.

— И что, никакой шлюз не… Твою мать!!! — Полковник резко шарахнувшись назад запнулся об кресло и растянулся в проходе. — Что происходит!!!

— Что случилось?! — Подскочил Президент.

— Там!!! Это!!! — Безопасник в крайнем возбуждении показывал пальцем в проём.

— Что!!! — Проф с Президентом аж подпрыгнули и повернулись в сторону проёма.

— Там! Люк! Открылся!!! — Воздух!!!

Профессор удивлённо посмотрел на сидящего в проходе полковника, и выглянув в проход резюмировал: — Люк открыт. Воздух есть.

— Как это? — Президент удивлённо посмотрел на дока. — На Луне ведь воздуха нет!

— На Луне может и нет, а тут есть. — Подошедший к проёму профессор выглянул наружу. — Что-то мне подсказывает, что нас приглашают прогуляться.

Там же. Десять минут спустя.

— Профессор, вы можете это как-то объяснить? — Поинтересовался Президент, стоя на твёрдом покрытии лётного поля и разглядывая во все глаза зеленоватое сияние над головой.

— Максимум, что я могу утверждать, — док прокашлялся, — только то, что мы видим перед собой неизвестную науке… я имею ввиду, нашей науке, разновидность силового поля, являющуюся одновременно как прекрасной маскировкой, так и изолирующей плёнкой отлично задерживающей атмосферу. Большего, без детальных исследований я сказать не смогу. — Док на несколько секунд примолк и тихо продолжил: — Да и гравитация… Впрочем, боюсь, что даже проведя детальные исследования, я всё равно не смогу ответить на ваш вопрос.

— Ну и на… Кхм, я имел ввиду, зачем нам тогда такая наука, которая не может ответить на простейший вопрос? — Посмеиваясь, поинтересовался Президент у внимательно разглядывающего звёздное небо профессора.

Увлечённый профессор, не заметив сарказма ненадолго отвлёкся от раскинувшегося над головой вида, и повернувшись к в пол-оборота к вопрошающему ответил: — Может сейчас, для вас, этот вопрос и простейший, но готов побиться об заклад, что несколько часов назад вы и в самых сокровенных мыслях не имели подобного вопроса. Равно как и я даже не мог предположить, что подобное сочетание вообще может быть возможно.

— Полноте, профессор! Неужели вы никогда даже не предполагали возможности такого силового поля? — Президент примиряюще развёл руками.

Док ненадолго задумался, и хмыкнув, ответил: — А представьте себе, предполагал! — Полюбовавшись несколько секунд на ошарашенное лицо президента, продолжил. — Несколько лет тому назад, ко мне внук пристал с похожим вопросом. — Он ещё раз хмыкнул. — Он тогда в Wing Commander играл. Если точно, то в последнюю версию, называлась она, если мне память не изменяет, кажется, «Prophecy»… Так он там в одной видеозаставке увидел похожее силовое поле, и потом долго меня этим делом донимал… Ха! Компьютерная игра! Понимаете, игра! Но вот как-то знаково получается… Игра с говорящим названием, и вот, реальность… — Док кивком указал на зеленоватое свечение раскинувшееся над головой.

— Н-да… Вы считаете, что это знак? — Поинтересовался глава государства. — Название да, в нынешних обстоятельствах действительно… Как бы точнее сказать… говорящее… Но я бы всё-таки не стал соотносить его с настоящим моментом… Тут точно что-то другое, а некоторые совпадения так, вторичны…

— Пусть и вторичны. — Легко согласился с Президентом профессор. — Но, согласитесь, одно дело узнать об этом из придуманной игры, а вот увидеть это воочию…

Тут их заумный диалог прервал полковник, разглядевший непонятное движение у дальней от них стены кратера. — Товарищи, осмелюсь вас прервать! Но, если мне не изменяет зрение, там, — он указал рукой, — что-то движется в нашу сторону!

10

Командный центр Лунной базы Империи.

— Командир! — Вадим отвлёк Петровича от созерцания голоэкрана, на который в реальном времени проецировалась картинка с внешнего космодрома базы, до сих пор поражающая зрителя своей реальностью.

— А?! Что? — Генерал встрепенулся и резко повернулся к айтишнику. — Что случилось?!

— Зафиксирован входящий вызов на спутниковый телефон Президента. — Коротко доложился тот. — Что делаем?

Петрович некоторое время, пока до него не дошёл смысл доложенной информации непонимающе смотрел на капитана, после чего живо спросил: — Разве сюда сигнал доходит?

— Никак нет. Зона покрытия спутника жёстко ориентирована на поверхность. Но: — Тут он широко улыбнулся, и с явной хитринкой продолжил: — Но при желании, сигнал может и дойти!

— А давай! — Генерал осклабился. — Посмотрим на их реакцию! Ганс, ты не против?

— Нет, не против. — С совершенно серьёзным видом заявил начальник СБ станции. — Мне тоже интересно.

Тоже время. Внешний космодром лунной базы.

— Как-то прохладно здесь. — Президент поплотнее запахнул тёплую куртку. — Поначалу вроде не заметно было, а сейчас что-то пробрало.

— Градусов пятнадцать, не больше. — Профессор громко выдохнул, широко открыв рот. — Пар от дыхания еле заметен, но всё-таки есть. По всей вероятности, это силовое поле способно не только удерживать атмосферу, но и отсекать космический холод.

— Это факт. Но всё равно, как-то не по себе. Как подумаю о том, что это поле невзначай раз, и исчезнет, так сразу мандраж начинается. — Полковник поёжился, и чуть помолчав поинтересовался: — Интересно, а мы сейчас на какой части Луны находимся?

Профессор мельком окинул величественную панораму звёздного неба, и почти сразу ответил: — Думаю, что где-то на обратной стороне, поскольку только оттуда совершенно не видна панорама Земли.

— Я так и думал… — Рассеяно ответил безопасник, не отвлекаясь от созерцания бездонной глубины космоса над головой. — Как же оно завораживает! С Земли такого никогда не увидеть.

— А вы знаете, — после недолгого молчания вдруг продолжил полковник, — я ведь в детстве бредил космосом! Мечтал стать космонавтом, слетать на Луну, на Марс, к другим планетам…

— В детстве! — Прервал его Президент. — В детстве мы все…

Тут внезапно зазвонивший в кармане спутниковый телефон прервал его на полуслове. После того, как глава оставшегося на Земле государства аккуратно достал его наружу, все дружно уставились на ярко светящийся экран громко трезвонящего аппарата.

Президент приподняв брови вопросительно посмотрел на недоумённо пожавшего плечами профессора, нажал кнопку ответа, и поднеся умолкнувший аппарат к уху, громко и чётко произнёс: — Слушаю.

…

— К сожалению, я сейчас очень занят.

…

— Уверен, что этот вопрос вы сможете решить и без меня.

…

— Нет. Сегодня я точно не смогу присутствовать.

…

— Пока не знаю. Попытайтесь проявить больше самостоятельности в этом вопросе.

…

— Вот когда вернусь, тогда и проверю.

…

— До связи!

— Фух! — Президент нажал «отбой», и держа телефон перед собой, недоумённо посмотрел на спутников. — Не понял.

— Что именно? — Поинтересовался полковник, оторвавшись от изучения приземистого восьми колёсного транспортного средства, как раз остановившегося перед ними.

— Именно то, почему тут работает телефон! — Несколько импульсивно ответил Президент. — Насколько я знаю, именно эта связь работает исключительно в пределах атмосферы.

— А что вас удивляет? — Ответил ему уже забравшийся на удобное сиденье поданного транспорта Профессор. — После того, что мы уже увидели, это должно волновать нас менее всего остального. Я не удивлюсь тому, что и вы сможете сделать ответный звонок.

— Точно! — Президент посмотрел на значок наличия сети. — Связь вроде есть. Давайте попробуем, чем чёрт не шутит!

— Разрешите, сначала я! — Протянув руку к телефону, попросил зам по безопасности. — Я считаю, что первым делом необходимо успокоить наших коллег, а то они наверное уже с ума сходят.

Президент немного подумал, и решительно вложил трубку в руку полковника. — Думаю, вы правы! Остальное может подождать. Только предупредите их, что бы до прояснения ситуации, никому ни слова. Никому!

— Так точно! Товарищ Президент! — По уставному ответил безопасник, и, набрав по памяти длинный номер, нажал клавишу вызова.

Древняя база в Зауралье.

После отлёта раритетного космического корабля, на восстановившей свой функционал базе царила тихая паника вкупе с полной растерянностью. С одной стороны, вроде бы всё хорошо, ожившие механизмы древней базы внезапно обрели полную функциональность, и обещали множество невероятных открытий, но с другой стороны, внезапно активировавшийся найденный здесь корабль, начавший выполнять свою, неизвестно кем составленную, и заложенную в него программу унёс с собой в неизвестность всё руководство. И ладно бы только руководителей экспедиции, так нет же! Он прихватил с собой ещё и первое лицо государства! И что теперь прикажете делать? Да и вдруг проснувшиеся после старта механизмы древнего комплекса отнюдь не добавляли спокойствия. Не успели ещё сомкнуться створки раскрывшегося раковиной купола, как ожили необнаруженные доселе механизмы древней базы, и из скрытых до сей поры помещений нежданно-негаданно полезли разнообразные механизмы, которые совершенно игнорируя находящихся внутри людей занялись своими, прописанными неведомой людям программой, делами, занимаясь профилактикой оборудования, уборкой помещения, изрядно замусоренного в результате взлёта космического корабля. Часть механизмов, не обращая ни на что внимания, выскочила наружу, и принялась стахановскими темпами очищать наружные поверхности строений от нанесённых за тысячелетия отложений и разнообразной растительности наросшей за всё время пребывания комплекса в забвении. Не на шутку перепуганные люди вначале робко жались к стенам, но после того, как несколько чужих механизмов решили приняться за дорогостоящую аппаратуру доставленную экспедицией для исследования, ответственный за техническое обеспечение экспедиции не выдержал, и распихав с матерным рёвом роботов, пытающихся утилизировать ненужный, по их машинному мнению хлам, громко приказал всем присутствующим внутри помещения людям хватать всё оборудование и выносить добро наружу, подальше от загребущих манипуляторов нежданных механических вандалов.

— Чего застыли! Ну-ка давайте! Выносите всё наружу, так вашу так! — Вспомнив свою армейскую службу, во весь голос командовал бывший прапорщик. — Давай-давай! Взяли!

Что самое интересное, отпихиваемые поначалу с опаской механизмы, казалось теряли всякий интерес к оборудованию, обозначенному людьми своей собственностью, но небольшая часть приборов и кабелей всё-таки успела бесследно исчезнуть где-то в недрах проснувшейся базы.

Наконец основательно перенервничавшие и замотанные члены экспедиции собрались все вместе, и устало расположившись на беспорядочно сваленных ящиках с оборудованием вяло переговаривались, одновременно наблюдая за ударным трудом механизмов, успевших к этому времени очистить не менее трети наружной поверхности древнего комплекса.

Негромко ворчавший зампотех всё никак не мог успокоиться, и с ворохом бумажных листов крутился возле сваленного в кучу оборудования, пытаясь оценить потери, одновременно пресекая лишние, на его взгляд разговоры между сотрудниками.

— Что делать, что будет… Разберёмся! — Ворчал бывший прапор. — Всему своё время!

И тут, будто в ответ на его раздражённое бурчание, пронзительно зазвенел закреплённый на поясе телефон. Вздрогнув от неожиданности, он неловко отцепил трубку от ремня, и мельком взглянув на высветившийся на экране незнакомый номер, ответил: — Слушаю!

И, спустя несколько секунд, с выражением глубокого изумления спросил у неведомого собеседника: — Товарищ полковник! Это действительно ВЫ?! Но, как же это…

Внешний космодром Лунной базы Империи.

— Ну что, полковник, успокоили своих людей? — Поинтересовался президент у вернувшего аппарат безопасника.

— Так точно. У них всё в порядке. Единственно, что немного напрягает, это активировавшиеся одновременно с нашим отлётом разнообразные механизмы той базы, но, судя по отчёту заместителя руководителя по технической части, никаких агрессивных действий в отношении находящегося там персонала они не проявляют, так что если не считать нашего внезапного отлёта и потери некоторой части оборудования, у них там всё нормально. Панику удалось пресечь. После небольшого отдыха, личный состав будет готов к дальнейшей работе. — Зам по безопасности покосился на профессора, который успел переговорить со своим помощником.

— Ну что же! Раз у нас пока всё в порядке, предлагаю воспользоваться предоставленным нам транспортом, и посмотреть, что же ждёт нас впереди. — Президент подошёл вплотную к машине, и с улыбкой спросил у давно устроившегося на ней профессора: — Ну, как устроились?

— Нормально! С достаточным комфортом. Не Роллс-Ройс конечно, но очень даже неплохо. — С некоторой толикой юмора ответил ему руководитель экспедиции.

— Ну, тогда занимаем места, и вперёд! — президент молодцевато запрыгнул на свободное место.

Как только все нечаянные «попаданцы» заняли свои места, машина без всяких команд шустро развернулась, и резво покатила через идеально ровное поле.

Командный центр Лунной базы Империи.

Проводив взглядом быстро перемещающийся по обширному полю внешнего космодрома транспортёр, несущий нечаянных гостей к неизведанному, Петрович отвлёкся от голоэкрана, транслирующего обстановку в реальном времени, и поинтересовался в пространство:

— Ну и как мы их всё-таки встречать будем?

— Наверное, стоит показаться. — Ганс слегка пожал плечами. — можно конечно, обойтись только дроидами, не светя людей, но, по моему мнению, это не совсем правильно, тем более, нам от них кое что надо.

— Думаешь, стоит показать им всю базу? — Генерал задумчиво размял шею. — Не много им на первый раз будет?

— Думаю, что не много. — Уверенно ответил ему немец, внутренне придя к окончательному решению. — Прямых указаний о формате встречи у нас нет, и, поскольку всё оставлено на наше усмотрение, считаю, что контакт необходимо отработать по полной программе.

— Хмм… В принципе, ничего не имею против. — Чуть подумав, Александр резким движением вскочил с ложемента, и размяв быстрыми движениями засидевшееся тело, подвёл итог: — Тогда чего сидим, кого ждём?! Пошли встречать!

Внешний шлюз космодрома. Нечаянные попаданцы.

Со всё возрастающим беспокойством невольные гости оседлавшие жёсткие сиденья неведанной машины, каждой своей деталью выдающей своё неземное происхождение, смотрели на стремительно приближающуюся монолитную стену, к которой их вела воля неизвестного существа осуществляющего контроль над передвижениями их транспортного средства. И с каждым ударом сердца, их тревога становилась всё сильнее, поскольку несущая их машина и не думала тормозить. Казалось, что кто-то неизвестный, осуществляющий управление транспортом, решил банально размазать их о несокрушимое препятствие. Кажется, вот ещё миг, и всё, столкновение неизбежно! Но тут, вцепившиеся в поручни пассажиры с огромным облегчением почувствовали, что стремительный бег машины в какое-то мгновение резко замедлился, а в казавшейся монолитом стене почти мгновенно открылся внушительный проём затянутый уже знакомой зеленоватой плёнкой силового поля. Уже прилично сбавивший ход транспортёр, аккуратно продавил мерцающее поле, оставившее на коже у пассажиров чувство лёгкой щекотки, и не спеша покатил по длинному, хорошо освещённому туннелю.

Вот ещё одни массивные гермоворота, открывшиеся так же незаметно, как и предыдущие, и они оказались в огромном, тускло освещённом зале. Впрочем, сразу после их прибытия, приглушённое, до поры освещение стало понемногу разгораться, и через несколько секунд достигло нормального, по человеческим меркам уровня. Зарулив на размеченную непонятными значками площадку, машина остановилась рядом с похожими друг на друга, как близнецы собратьями. Ошеломлённые быстрой сменой обстановки путешественники ещё несколько минут сидели на своих местах, ожидая возможного продолжения поездки, но, успев за эти минуты спокойно осмотреться, пришли к выводу, что по всей вероятности, они уже прибыли к месту назначения.

— Вроде куда то приехали! — Президент аккуратно слез с замершего на стоянке транспортёра.

— Это точно. — Привстав на месте, профессор с любопытством оглядывал открывающийся с высоты импровизированного помоста вид.

— Судя по всему, это ещё не конечная точка нашего путешествия. Скорее всего похоже на пункт пересадки, а вон там, — он махнул рукой куда то в сторону, — что-то похожее на лифты. Нам скорее всего надо как раз туда.

Тут будто в подтверждение его слов, на полу вдруг появились жёлтые огоньки, складывающиеся в бегущую дорожку однозначно указывающие направление как раз туда, куда указал профессор.

— Вы как в воду глядели! — Президент в весёлом недоумении покачал головой. — Ну что, пойдём, раз приглашают?

— А у нас есть варианты? — Хмыкнул безопасник, оглядев освещённое полусферическое помещение добавил. — Конечно пойдём. Да, и честно говоря, я бы с удовольствием воспользовался некоторыми благами цивилизации, каковые, надеюсь тут где-нибудь имеются, а то тут слишком уж чисто, и ни одного тёмного угла…

— Ну вы блин, даёте! — Президент негромко рассмеялся, направляясь в указанную сторону. — Рекомендую всё-таки потерпеть, пока не встретим хоть кого ни будь.

Распахнувшиеся при их приближении двери одного из устройств очень похожего на кабину лифта, особого удивления уже не вызвали, лишь укрепили давно возникшие у них подозрения в том, что при очевидном отсутствии кого бы то ни было, все их передвижения отслеживаются самым тщательным образом. Поэтому, гости удивились лишь тогда, когда бесшумно сомкнувшиеся у них за спиной створки через несколько секунд так же бесшумно растворились, явив их взгляду уже совершенно другое помещение. Недоумённо переглянувшись, путешественники после секундного замешательства всё-таки вышли наружу. Новое помещение было больше всего похоже на зал ожидания какого-нибудь суперсовременного аэропорта. Те же стойки регистрации, многочисленные кресла, сгруппированные вокруг небольших столиков, безмолвные, на сей момент, информационные табло…

Как ни странно, встречающих первым заметил именно профессор, в отличие от остальных внимательно смотревший по сторонам. Обнаружив двух несомненных гуманоидов, облачённых в незнакомую униформу, которые мирно стояли чуть в стороне, ожидая, пока на них обратят внимание, он чувствительно треснул локтем по рёбрам находившегося рядом безопасника, который в свою очередь оживлённо переговаривался с Президентом, обсуждая достопримечательности нового помещения. Прервавшись на полуслове, тот с недовольным видом повернулся к профессору. Не дожидаясь, пока то выскажет ему всё, что он о нём думает, профессор указал взглядом повернувшемуся к нему с недовольным видом полковнику на встречающих и хрипло произнёс:

— Товарищи! Прошу внимания! — Дождавшись, пока увлёкшийся осмотром зала Президент обратит на него внимание, он продолжил: — Нас встречают!

Президент резко повернувшись в указанную сторону, несколько мгновений пристально рассматривал встречающую их пару, после чего незаметно подобрался, и не выказывая ни малейшего волнения громко, тщательно выговаривая буквы, поприветствовал рассматривающих их с изрядным любопытством именно людей: — Здравствуйте!

Тот из встречающих, что был чуть повыше, негромко хмыкнул, и совершенно обыденно ответив на приветствие: — И вам не хворать! — тут же на чистейшем русском языке поинтересовался: — Чем обязаны нашей встрече?

Слегка опешивший от такого ответа Президент сначала запнулся, после чего недоумённо изогнул бровь, и спросил: — Но, позвольте! Там… Это… Корабль, полёт… Хмм… Мы, нам… так неожиданно…

Тут он растерянно замолк, и с немым вопросом посмотрел на спутников, словно ища поддержки.

Тут второй гуманоид ободряюще улыбнулся, и указав в сторону ближайшего столика, с еле уловимым акцентом предложил: — Давайте товарищи присядем, в ногах, как у вас говорят, правды нет! — Потом внимательно посмотрел на нежданных гостей, и уточнил: — Или вам больше импонирует обращение «господа»?

Чуть замешкавшись, Президент ответил: — Думаю, что в такой ситуации лучше «товарищи». Оно нам всё-таки ближе.

— Как скажете. — «Дядя» Ганс подошёл к столику, и поинтересовался: — Чай, кофе, или может, что покрепче?

Немного ошарашенные форматом встречи попаданцы переглянулись, и Президент высказал общее мнение: — Наверное лучше начнём с кофе.

Пока гости устраивались за указанным столом, Петрович, игравший роль одного из «гуманоидов», отправив по сети заказ, исподволь разглядывал троих, ставших невольными гостями людей. И если и Президент, и заместитель профессора чувствовали себя немного не в своей тарелке, пытаясь понять и осознать окружающую обстановку, то являющийся руководителем исследовательской экспедиции проф выглядел совершенно счастливым, словно попал в долгожданный рай для настоящего исследователя. Он с восторгом оглядывался вокруг, пошкрябал ногтем пластиковую столешницу, потёр между пальцев обивку кресла, и обратив внимание на теряющийся в вышине потолок, восхищённо застыл с открытым ртом. Остальные, обратив внимание на замершего учёного, невольно проследили направление его взгляда, и тоже удивлённо запрокинули головы, выпав на некоторое время из реальности.

Пока они разглядывали незамеченный ранее вид, бесшумно подошедший симпатичный андроид «женского пола» споро расставил на столике заказанный кофе и причитающееся к нему приложение в виде сливок, сахара и прочих причиндалов, нужных для правильного кофепития. Закончив сервировку, робот отошёл чуть в сторону, и замер в ожидании новых распоряжений.

— Фантастика! — Пробормотал профессор первым отошедший от шока, опустил глаза и невольно вздрогнул, узрев стоящего с подносом в руках дроида.

— Кофе подан. — Указал на накрытый стол Ганс. — Прошу.

— Благодарю! — Проф неуверенно кивнул головой, и помявшись спросил:

— Я так понимаю, что это просто транслируемое изображение? — Он указал рукой куда то вверх.

— Правильно понимаете. — Ободряюще кивнул ему Петрович. — Что Вас так удивило?

— Но вот этот, как я понимаю космический корабль? — Он вопросительно посмотрел на обоих гуманоидов. — Это тоже, просто изображение?

— Ну, в какой-то мере, да. — Хмыкнул Александр. — Здесь вы видите его изображение в реальном времени.

— То есть, вы хотите сказать, что в настоящее время он находится там, прямо над нами? — Профессор вновь обратил свой взор к так потрясшему его изображению огромного, матово-чёрного корабля вокруг которого вились еле заметные искорки малых судов.

— Ну да! Трансляция ведь идёт в реальном времени… — Улыбнулся Петрович, и добавил. — Товарищи, кофе остывает.

— Да, конечно… — сбитый с мысли профессор подхватил стоящую перед ним чашечку, и с удовольствием вдохнул бодрящий аромат свежесваренного кофе.

Пытающийся охранять невозмутимый вид Президент оторвавшись от созерцания великой пустоты с еле заметным интересом мазнул взглядом по стоящему рядом роботу, и взяв в руки исходящую ароматным паром чашку поинтересовался: — А почему мы тогда не видели этот корабль пока находились на космодроме?

Ганс улыбнулся, и лукаво посмотрев на Президента, ответил: — Вы его и сейчас не увидите, если снова окажетесь на поверхности. Маскировку никто не отменял.

— Это наверное из той же серии, что и маскировка лётного поля? — Оторвавшись от пристального разглядывания дроида, полу утвердительно выдал полковник. — Если честно, то нам всем было немного не по себе, когда мы подлетали к поверхности.

— Да, это одного… Поля ягоды. — Гуманоид хмыкнул, и тут же продолжил. — Ну что, давайте знакомиться?

Двое суток спустя. Лунная база.

Прибрежный бульвар рекреационной зоны.

Удобно устроившись в шезлонге, и с удовольствием потягивая вкусное холодное пиво, Президент с наслаждением вдыхал пахнущий морем воздух, свежий ветерок ласково обдувал разогретую солнцем кожу, а чуть слышный шум прибоя незаметно убаюкивал нервную систему расшатанную неординарными событиями произошедшими за последние двое суток. Но несмотря на умиротворяющую атмосферу, царящую на берегу рукотворного моря, он напряженно анализировал неожиданно свалившуюся на него новую информацию. Ещё каких-нибудь двое суток назад, до поездки к месту раскопок, всё было ясно и понятно. Была Россия, и были все остальные. Была планета Земля, и, где-то там, далеко-далеко были загадочные инопланетяне, изредка, хотя с этим можно было и поспорить, посещавшие родную планету. В том, что эти загадочные пришельцы существуют, Президент был уверен, поскольку в силу своего положения, он имел достоверную и неопровержимую информацию, собранную ещё в советское время одним засекреченным отделом, занимавшимся именно охотой за появлявшимися время от времени незваными гостями. Причём эти «гости» занимались целенаправленными похищениями людей. Полноценного контакта достигнуть так и не удалось, но множество материальных свидетельств, начиная от предметов экипировки и обломков сбитых кораблей, до собственно самих злодеев, иногда достававшихся спецслужбе в живом виде, полноценно свидетельствовали о роде занятий этих «посетителей». Учитывая беспрецедентную активность американских спецслужб вовсю хозяйничавших в советских архивах и целенаправленно уничтожавших любую информацию касающуюся контактов СССР с внеземными цивилизациями, можно было с большой долей уверенности утверждать, что имеют устоявшиеся отношения с пришельцами, и о чём они с ними договорились, можно было только гадать. И если бы не те, чудом уцелевшие во время беспредела девяностых крохи… Кстати, именно об этом он тогда прямо спросил встретивших их гуманоидов. На что один из них, представившийся, как Александр, прямо ответил, что мол, да, проблема такая существовала. Но, после некоторых, не так давно произошедших событий, на данный момент полностью исчерпана, и что он может дать гарантии, что теперь ни один житель Земли не будет насильно вывезен с родной планеты. А на закономерный вопрос — А как же мы? — Ответил просто: — Вы туда сами залезли.

Тут Президент хмыкнул про себя. Ага, сами. Интересно только, почему корабль активировался только в моём присутствии…

На осторожно заданный вопрос о недавней пропаже большого количества людей, отмеченных в некоторых странах включая Россию, хозяева базы ответили на удивление прямо: — Да, мы вывезли некоторое количество желающих. Но именно желающих.

А на завуалированное недоверие отреагировали очень неожиданно, предложив лично пообщаться с «эвакуированными», как они выразились людьми, предупредив при этом, что на настоящий момент они уже являются гражданами их галактической Империи. Так Президент и оказался в рекреационной зоне этой, полностью выходящей за рамки понимания обычного человека, лунной базы Империи, где на настоящий момент проживала часть покинувших свою планету Землян.

Припомнив своё первое впечатление от внезапно открывшегося за распахнутыми створками шлюза огромного свободного пространства, Президент в очередной раз хмыкнул, и размяв несколькими поворотами головы затёкшую шею, поставил на стоящий рядом столик опустевший бокал и плавным, стремительным движением встал с шезлонга. С удовольствием потянулся, и, окинув взглядом немногочисленных соседей, уже почти не реагирующих на его присутствие, и уже решительно пошёл к воде, намереваясь совершить ещё один заплыв, как боковым зрением заметил Александра, неспешно подходящего к пляжу.

— Ну, как самочувствие? — Александр просто лучился доброжелательностью.

— Знаете, отлично! — Президент неопределённо пожал плечами. — Если честно, то даже и не припомню, когда я себя так хорошо чувствовал.

— Вот, а вы не хотели пройти наше восстановительное лечение. — Укоризненно заметил Петрович. — Надеюсь, что сейчас вы не разочарованы.

— Ни в коей мере. — Президент испытующе взглянул на стоящего перед ним человека. — Хотя, по сию пору сомневаюсь в целесообразности установки этого вашего «импланта».

— Ну, думаю, что сомневаться вы будете ровно до момента его выхода на полную мощность. — Ехидно улыбнулся собеседник. — Я уверен, что вы оцените его преимущества.

— Мм… И ещё один вопрос. — Президент резко посерьёзнел и пристально посмотрел на Александра. — Вы уже связывались с Императором?

— Да. — Просто ответил Петрович. — Буквально несколько минут назад. Я вас побеспокоил как раз по этому поводу.

— И что он ответил? — Президент отчаянно пытался выглядеть невозмутимым, и только сузившиеся от внутреннего напряжения глаза выдавали его волнение.

— Расслабьтесь! Для вас сделано исключение. — Собеседник прочитавший его эмоции, как раскрытую книгу, ободряюще улыбнулся. — Вам дозволено вернуться обратно на Землю.

Президент расслабленно выдохнул, и несколько раз нервно моргнув, поинтересовался: — И когда мы можем вернуться?

— В любое время. — Пожал плечами Александр. — За вами закрепили тот же шаттл, на котором вы сюда прибыли.

Президент с некоторым сожалением оглядел панораму уже привычного ему городка, и без всяких сомнений заявил: — Тогда я хотел бы отправиться прямо сейчас.

— Без проблем, но только собирайтесь не торопясь. Нам нужно некоторое время, чтобы вернуть ваших спутников с поверхности. По моим сведениям, они там несколько увлеклись с осмотром местных достопримечательностей. — Александр весело рассмеялся, и в ответ на недоумённый взгляд президента добавил. — Не знаю, что его так заинтересовало, но Профессор по всей вероятности решил разобрать до винтика аварийный «Аполлон», а полковник ему помогает. Так что придётся немного их подождать.

— И как долго они там собираются возиться?

— Думаю, что через три-четыре часа мы сможем их оттуда вытащить. — Александр в задумчивости покивал головой. — Информацию мы до них довели, но они попросили ещё немного времени. Как только закончат, я свами свяжусь.

Кивнув на прощание, инопланетянин развернулся и отправился по своим делам, оставив Президента наедине со своими мыслями. Проводив взглядом скрывшуюся за углом фигуру, он глубоко вздохнул, и подумав, присел обратно на шезлонг, поскольку купаться уже совершенно расхотелось. Устроившись поудобнее, Президент с удивлением покосился на появившийся на столике запотевший бокал с янтарной жидкостью накрытый белой шапкой медленно оседающей пены, заинтересованно покрутил головой, и обнаружив отходящего дроида с подносом в руках неопределённо хмыкнул.

Глядя на волны, неторопливо бегущие по кажущейся бескрайней водной глади, Президент вспомнил свою первую встречу с «эвакуированными» гражданами, произошедшую как раз на этом самом бульваре…

Его конечно узнали, и вокруг потихоньку стали собираться обычные люди. Молодые, красивые, в меру загорелые… Президент смотрел на них и никак не мог понять, что же в них неправильно. Вроде всё на месте, но вот режет глаз какой-то диссонанс. Потом он понял. Глаза. Глаза людей, проживших долгую и непростую жизнь… В силу своей должности, Президент имел доступ к разнообразной информации, и когда в стране в большом количестве начали пропадать люди, эти данные после тщательной обработки были доведены до сведения Президента. Помнится, тогда он очень удивился, когда увидел показатель обозначающий средний возраст пропавших. Шестьдесят четыре года. Он помнил несколько сотен «обнесённых» домов престарелых расположенных по всей стране, из которых бесследно исчезли тысячи заведомо обречённых стариков. Обеспокоенных обывателей, обнаруживших пропажу своих престарелых родственников выкладывавших в соцсетях обнаруженные записки нисколько не объясняющие произошедшее… И вот он стоял перед ними, и всё происходящее с ним казалось странным сном. Помнится, он начал расспрашивать собравшийся народ, и наслушался немало горьких слов обращённых как к нему лично, так и к управляемой им стране. Очень тяжёлый получился тогда разговор. И очень познавательный. Именно после той встречи, он поинтересовался у хозяев базы об уровне их медицины, и тогда же ему было предложено познакомиться с ней на практике.

Лунная база Империи.

Двое суток до описываемых событий.

— Ну как, товарищ Президент, убедились? — Александр участливо поинтересовался у гостя, всё ещё находящегося под впечатлением недавно прошедшей встречи.

— Уж убедился. — Президент с сомнением покачал головой. — Но всё равно, не верю, что за такое короткое время, вы смогли вернуть им всем молодость и здоровье.

— Ну, молодость вернуть, на мой взгляд проблематично. — Скептически хмыкнув ответил ему Ганс. — Молодость, это не только молодое и здоровое тело. Молодость, это несколько иное состояние… Кстати, предлагаю попробовать самому. Заодно и оцените.

— Хм. Заманчиво конечно, но, пожалуй откажусь. — Президент с сожалением покачал головой. — боюсь, что если я появлюсь на публике сильно помолодевшим, меня никто не воспримет всерьёз.

— А как происходит процесс? — Вдруг влез в разговор внимательно прислушивавшийся профессор. — И насколько долго по времени?

— Как именно происходит, я, если честно знаю только в общих чертах. — Ганс с сожалением развёл руками. — Не специалист. А что касается времени, то на первый раз, не более трёх часов. Я имею в виду, если без радикального омоложения и каких-либо кардинальных изменений в организме, так, только здоровье подправить. И для пациента всё происходит абсолютно безболезненно, он этого даже не замечает.

— Три часа?! — Ошарашенный профессор застыл с видом крайнего изумления. — Мм. А можно мне это увидеть?

— Без проблем. Можете даже сами попробовать. — Ганс переглянулся с согласно кивнувшим Петровичем. — Если хотите, то давайте пройдём. Тут совсем близко.

— Конечно хотим! — Засуетившийся проф обежал глазами своих спутников, и не услышав ни от кого отказа, закончил. — Мы готовы прямо сейчас.

Через несколько минут, быстро собравшиеся гости уже осматривали небольшой, всего на четыре места, медцентр городка.

— А где же оборудование? — Быстро осмотрев сверкавшее чистотой просторное помещение поинтересовался профессор.

— Всё здесь. — Весело хмыкнул Петрович. — А что вы ожидали увидеть?

— Ну как же? Регенерационные камеры, ну, или капсулы, на худой конец — Недоумённо протянул профессор.

— Камер, к сожалению, у нас нет. — Недоумённо пожал плечами Петрович. — Можем предложить только капсулы.

— Так где они? — Проф обвёл взглядом залитый ярким светом зал.

— Так вот же! — Скромно стоящая позади посетителей молоденькая докторша прошла в зал и указала на ближайшее к ним устройство, ошибочно принятое профессором за необычный топчан… — Вот, регенерационная капсула последнего поколения.

— А где же… Впрочем, неважно. Когда это можно опробовать? — Профессор с удивлением рассматривал невзрачное устройство.

Петрович вопросительно посмотрел на докторшу. — Анна Николаевна?

— Если товарищи не против, то это можно сделать прямо сейчас. С кого начнём? — Доктор вопросительно посмотрела на гостей.

Не успел профессор открыть рот, как стоящий чуть в стороне полковник быстро поднял руку и громко спросил: — Доктор, а у вас спину лечат?

— Ну да. — Докторша чуть замешкалась. — Лечат. У нас, к вашему сведению, всё лечат.

— Тогда можно, я первый? — Безопасник смело шагнул вперёд. — Что надо делать?

— Ну, проходите! — Анна Николаевна показала рукой на ближайшую капсулу. — Пожалуйста раздевайтесь, и ложитесь вот сюда.

Быстро скинувший верхнюю одежду полковник немного замешкался взявшись за резинку интимной части туалета, и вопросительно посмотрел на доктора.

— Снимайте, снимайте, не стесняйтесь. — Она ободряюще улыбнулась засмущавшемуся Полковнику. — Ложитесь вот сюда, так. Расслабьтесь, больно не будет. Закройте глаза… Молодец.

Докторша коснулась сенсора на панели управления, и капсулу затянуло силовое поле.

— И что дальше? — Внимательно наблюдавший за её действиями профессор с трудом удержался, чтобы не потрогать радужную плёнку куполом накрывшую невзрачную лежанку вместе с полковником.

— Дальше? Анализ состояния пациента, выявление отклонений от генетической нормы. — Анна Николаевна подошла к ожившим панелям выводящим визуальную информацию. — Это самый долгий процесс. Затем приведение организма к норме, и всё.

Профессор внимательно смотрел на изменяющиеся изображения выведенные на панель.

— Я так понимаю, всё происходит в автоматическом режиме?

— Почти всё. Процессы автоматизированы. Но кое что приходится делать и мне. — Она улыбнулась. — Иначе зачем я тут?

— И как же вы управляете процессом? — Проф поискал глазам возможные органы управления.

— Мысленно. — Докторша постучала пальцем по голове, и видя непонимание в глазах собеседника пояснила. — У меня, как и у всех, установлен имплант.

— Аа… — Профессор повернулся к Александру, изобразив руками непонятную фигуру.

— Нет, профессор. — Жёстко ответил Петрович на его мычание. — Это только для граждан Империи. Вы процедуру проходить будете?

Тот суетливо задёргал руками, и метнувшись к ближайшей капсуле начал быстро раздеваться. Стянув с себя последний предмет одежды, он бочком взобрался на мягкое ложе, и решительно заявил: — Я готов!

Доктор взглянула на руководство, и уловив еле заметный одобрительный кивок, коснулась сенсора активации, после чего удалилась на своё рабочее место, где устроилась в удобном кресле и прикрыв глаза занялась контролем происходящих процессов.

Президент с несколько обескураженным видом растерянно рассматривал мерцающие коконы силовых полей укрывшие капсулы с его спутниками.

— А это не опасно? — Чуть обеспокоенно поинтересовался он у генерала. — Вдруг питание пропадёт, мало ли что…

— Ну, это вряд ли. — Ободряюще отозвался Петрович. — Тут вам не там. Даже если и пропадёт, вся аппаратура будет работать на автономных накопителях. Очень долго.

Президент согласно покивал головой, и немного подумав, спросил: — Александр, а скажите пожалуйста, что такое этот ваш «имплант»?

— Имплант? — Петрович на мгновение задумался. — Даже не знаю, как Вам попроще объяснить…

Генерал ненадолго замолчал, глядя расфокусированным взглядом сквозь своего притихшего собеседника и, вдруг встрепенувшись через несколько секунд, продолжил, как ни в чём не бывало.

— В нашем случае, это квазиживое образование, можно сказать, венец биотехнологий Империи, которое после имплантации становится неотъемлемой частью живого организма, и несёт в себе множество полезных функций изрядно облегчающих его существование.

— Мм?! — Президент непонимающе уставился на своего визави.

— Н-да, что-то там в описании намудрили. — Петрович негромко хмыкнул. — Наверное я лучше своими словами объясню. Вы ведь представляете себе, что такое смартфон?

— Ну да, конечно. — С недоуменным видом кивнул Президент. — У нас это очень распространённое устройство. Я думаю, что ими пользуется подавляющее большинство населения нашей планеты, и я, кстати, тоже не являюсь исключением.

— Очень хорошо. Фактически, имплант в какой-то мере является очень дальним потомком этого девайса, только имея в разы больший функционал.

— И что же он дает своему обладателю? Делает его сверхсуществом? — С плохо замаскированным сарказмом поинтересовался глава земного государства у представителя галактической Империи.

— Ну, по сравнению с обычным жителем слаборазвитой планеты, можно сказать, что да. — Парировал Петрович сарказм собеседника. — Имплант позволяет наиболее полно раскрыть возможности человеческого организма, заботится о здоровье реципиента, позволяет работать с огромными массивами информации, обеспечивает качественной связью… В общем, в двух словах обо всём не расскажешь. Если Вас заинтересовала эта тема, то можете поискать всё в нашей сети. Эти данные находятся в свободном доступе.

— Да… Интересно, какие ощущения испытывает человек живя с калькулятором в голове? — С явно читаемой смешинкой во взгляде спросил Президент своего собеседника. — Наверное сам чувствует себя счётной машиной?

Весело хмыкнув, генерал неожиданно серьёзно ответил: — Вы не поверите, но я сейчас совершенно не представляю, как можно жить без этого, как вы выразились, «калькулятора». Интересно, что бы вы сказали, если бы у вас на планете скорость прохождения информации внезапно стала бы как в эпоху Ивана Грозного?

— Ммм… Это было бы как минимум неприятно. — Задумчиво ответил Президент внимательно глядя на собеседника. — Как я понял, данное устройство может быть установлено только гражданам Империи.

— Да, таковы правила. — Петрович развёл руками.

— Но в любых правилах могут быть некоторые исключения. — Задумчиво добавил Ганс, коротко переглянувшись с генералом.

Прибрежный бульвар рекреационной зоны.

Внезапно раздавшийся в голове мелодичный звук, и заморгавший на периферии зрения значок входящего сообщения, заставили вздрогнуть задумавшегося Президента. Негромко чертыхнувшись на неожиданно пришедшее сообщение, он уже более менее привычным мысленным усилием ткнул в мигающий значок и быстро прочитав пришедшее сообщение, свернул открывшееся окно.

— Да, пора собираться. — Подумал он про себя, и потянувшись легко поднялся с удобного шезлонга. Уже через пятнадцать минут, быстро собрав нехитрый багаж, незаметно накопившийся за время пребывания в гостях, Президент с некоторым сожалением покинул уютный дом, предоставленный ему хозяевами на время пребывания на станции, и отправился к ближайшей стоянке местного «такси». Ещё через двадцать минут, он уже входил в памятный ему по первой встрече с хозяевами станции транзитный зал.

Его спутники вместе с провожавшим их Александром уже расположились на том же самом месте, и сервирующий стол андроид выставлял на него явно не чай.

— Здравствуйте, товарищи! — Поприветствовал собравшихся Президент.

— Здравствуйте, товарищ Президент! — Чуть не хором ответили ему подчиненные, а Александр ограничился вежливым кивком.

— Нам тут хозяева отвальную организовали! — Жизнерадостно оповестил Профессор указывая на накрытый стол. — Присоединитесь?

Президент мельком взглянул на доброжелательно улыбнувшегося Александра, и еле слышно хмыкнув, ответил: — Ну, куда же я денусь? Присоединюсь конечно.

Проф подхватил со стола бутылку коньяка и сноровисто разлив ароматный напиток объявил короткий тост:

— Ну, тогда первую за встречу! — И коротко чокнувшись с остальными, залпом выпил содержимое бокала…

11

Через час, отправив слегка захмелевших спутников устраиваться в челноке, Президент задержался возле трапа с провожающим гостей Александром.

— Прямо чудеса! — Прислушавшись к себе удивленно пробормотал Президент. — Как будто бы и не выпивал, и никаких последствий! Лишь чуть сушит, и всё!

— Ну, можно было сразу задействовать эту функцию, — пожал плечами Петрович — но тогда никакого удовольствия.

— Теперь понятно, зачем нужны эти импланты! — Улыбнувшись проговорил Президент. — У нас в стране им точно гарантирован бешеный спрос. Да пожалуй и во всём мире…

— Ну, вы уж пожалуйста не рекламируйте наши изделия. — Генерал негромко хмыкнул. — Исключение пока сделано только для Вас. А остальные узнают обо всём в свое время. Если оно конечно наступит.

— Ну, это я так, в шутку. — Извиняющимся тоном ответил ему Президент. — Я всё прекрасно понимаю, да и мои спутники, — он качнул головой в сторону находящихся в шаттле людей, — Тоже всё понимают. Всё будем секретить по высшему уровню.

— Это хорошо, что вы всё понимаете. — Пожав на прощание протянутую руку Александр не преминул напомнить: — И всё-таки, будьте предельно аккуратны, используя наши информационные базы.

Двадцать минут спустя. Борт челнока.

— Будьте аккуратны, будьте аккуратны… — Чуть слышно пробурчал Президент себе под нос. — Да тут самому страшно.

— А, что? — Встрепенулся сидящий от него через два кресла безопасник. — Что случилось?

— Да всё нормально! — Президент чуть замешкавшись поспешил убрать виртуальное окно, в котором отображалось содержимое папки с простым названием «ГОСДЕП». После чего вспомнив, что кроме него это изображение никому не видно, чертыхнулся, и с неудовольствием покосившись на Полковника, добавил: — Можно ещё минут пятнадцать подремать, пока прибудем.

— Сморило немного, после обеда… — Извиняющимся тоном произнёс тот, протирая глаза тыльной стороной ладони, и бросив взгляд на обзорный экран, с энтузиазмом выдал: — О, точно! Скоро в атмосферу войдём!

Взглянув на зашевелившегося Профессора, Президент едва заметно поморщился, прикрыл глаза и развернув виртуальный интерфейс, вывел на него прямую трансляцию с видеодатчиков шаттла, наслаждаясь эффектом полного присутствия.

Практически то же время.

Древняя база в Зауралье.

— Ну чего ты там? Совсем заснул? — Завхоз пихнул притихшего начмеда. — Чего ты там возишься?

— Тихо ты! — Буркнул тот, отмахнувшись локтем. — Стынет. Надо подождать немного, пока реакция пройдёт!

— Реакция у него… Реакция, это не эрекция! — Завхоз громко засмеялся. — Опять полчаса ждать? Разливай давай! В нутре перемешается.

Начмед укоризненно покосился на шутника, и обречённо вздохнув, вытащил на свет накрытый крышкой котелок.

— На! Утроба! — Сняв крышку, он аккуратно разлил прозрачную жидкость по стоящим перед ними алюминиевым кружкам. — Пей!

— О! Вот это дело! — Бывший прапор споро подхватил кружку с резко пахнущим содержимым, и с недоумением посмотрев на собутыльника, удивлённо спросил: — А тебе чего? Особое приглашение нужно?

Тот скривился, и дёрнув щекой медленно, будто раздумывая, взял кружку. Удивлённо посмотрев на приятеля, Завхоз легонько стукнул кружкой о кружку, и буркнув что-то вроде «ну, будем», залпом влил в себя разведённый спирт.

— Тёплый, зараза! — Сморщившись, как после лимона хрипло заключил он, занюхивая выпитое толстым шматком сала на тонком ломтике хлеба.

Начмед хмыкнул, вздохнул, и выцедив несколькими большими глотками содержимое кружки, чуть поморщился, и немного подышав в кулак, неожиданно сказал: Ты бы знал, как мне этот спирт за всю мою жизнь осточертел… Водки бы…

— Да гдеж я тебе её возьму? — Удивлённый таким заявлением завхоз чуть не поперхнулся «бутербродом». — Мы же последнюю ещё позавчера допили, в аккурат, как «эти», — он кивнул головой на восстановленный бункер, — купол свой натянули.

— Последнюю, ты разлил. — Укоризненно ответил ему собеседник. — В аккурат, как с перепугу ломанулся не пойми куда, так последние две бутылки и расколотил.

— И чего спрашивается ломился? — Начмед задрал голову вверх, и глядя на еле заметное мерцание продолжил. — Сидим вот, всё хорошо, и даже гнус куда то пропал. И вообще, долго нам тут ещё торчать?

— А я почём знаю? — Пожав плечами ответил ему бывший прапорщик. — Как последний раз товарищ полковник отзвонился, приказал ждать на месте. Типа скоро будут.

— Скоро, это понятие растяжимое. — С философским видом проговорил его собеседник. — У нас еды то насколько осталось?

— Еды? — Прапорщик вдруг замер прислушиваясь к своим ощущениям. — Ты ничего не заметил?

— Да вроде нет, а что случилось? — Заозирался начмед встревоженный вопросом.

— Вроде земля вздрогнула. — Завхоз топнул ногой по напоминающему бетон покрытию.

— Показалось?

— Да нет. — Прапор внимательно уставился на бесшумно раскрывающийся купол древнего сооружения. — Не показалось.

Там же. Борт челнока.

— Ничего себе! — Профессор потрясенно оглядывал ярко освещённое пространство ангара. — Чудеса прямо какие то! Мы точно вернулись в то же место?

— Да вроде да. — Пожал плечами полковник, и осмотревшись по сторонам спросил: — А что Вас так смущает?

— Такой резкий контраст. Чистота, порядок…

— Там и снаружи многое изменилось. — Заметил стоящий чуть позади них Президент. — Я успел краем глаза заметить, пока мы заходили на посадку.

— Да вроде там всё так же, как и было… — Неуверенно проговорил полковник. — Тот же холм, болото… правда в самый последний момент что то мелькнуло, но я не рассмотрел.

— Вот именно, что что то мелькнуло. — Хмыкнул Президент. — Насколько я понял, весь периметр теперь накрыт маскировочным полем.

— Да ладно! — чуть не в один голос недоверчиво воскликнули его спутники.

— Сейчас всё и узнаем. — Президент решительно шагнул вперёд, и заметив нерешительность коллег по несчастью, ехидно добавил: — Ну, что замерли?

Там же. Периметр.

После внезапного прибытия корабля, весь личный состав экспедиции не сговариваясь сгрудился напротив закрытых ворот древней базы. Надо отметить, что по окончанию ударного субботника, одновременно с активацией защитного купола доступ во внутренние помещения базы был полностью закрыт для всех членов экспедиции без исключения. И если накрывший периметр силовой купол пропускал их без ограничений, то сама база была для них полностью закрыта. Поначалу, люди встревожились, резонно опасаясь, что и купол перестанет их пропускать, и некоторая часть пессимистов начала потихоньку перетаскивать добро на небольшую полянку прямо на краю обширного болота, что окружало древнее сооружение, но убедившись за несколько часов в том, что доступ им никто ограничивать не собирается, они с облегчением перебрались обратно, попутно отметив, что если до появления купола рядом с базой и так почти не было разнообразных кровососущих насекомых, то после появления защиты они пропали вообще.

По прошествии некоторого времени, когда самые нетерпеливые уже начали беспокойно крутить головами, створка малого шлюза с негромким шипением резко вышла наружу и плавно отошла в сторону, явив страждущим ярко освещённое, хорошо заметное в ранних сумерках пятно прохода. Первым наружу вышел Президент, а следом за ним и профессор с замом по безопасности. Пройдя несколько шагов, вернувшиеся не сговариваясь остановились, и с недоумением оглядели напряженных, стоящих молча людей, пристально вглядывающихся в группу людей, остановившихся перед ними.

— Полковник! Что это с ними? — Немного встревоженно поинтересовался Президент.

— Не знаю. — Тот слегка пожал плечами, и вглядываясь во встречающих, добавил: — Сейчас разберёмся!

— Прапорщик! — Выцепив взглядом завхоза, громко скомандовал полковник. — Ко мне!

Стоявший в первых рядах бывший прапорщик встрепенулся, услышав знакомый голос, и на ходу приводя одежду в порядок протиснулся вперёд.

— Товарищ полковник? — Немного робко отрапортовал он своему начальнику.

Полковник подозрительно вгляделся в небритое лицо завхоза, принюхался, и на глазах наливаясь начальственным гневом, елейным голосом поинтересовался:

— И что у вас тут за бардак, товарищ прапорщик?! Что у вас тут происходит?

Прапорщик попытался чт- то вякнуть в ответ, но не преуспел.

— Да ты б…ь себя в зеркале видел? — Голос полковника становился всё громче. — Да от тебя б…ь перегаром за версту несёт! Да я…

— Подождите, товарищ полковник! — Президент придержал разошедшегося полковника за локоть. — Давайте немного отложим разнос. Людей тоже понять можно. Не каждый день такое случается.

Немного оживший после отповеди завхозу народ явственно расслабился, кое где послышались ехидные смешки и короткие реплики про выпитую в одну харю водку.

— Товарищи! — Обратился он к собравшимся. — Уже всё в порядке, мы вернулись. Живые и здоровые. Подробностей, увы, рассказать вам мы не сможем. Вы люди в большинстве своём уже зрелые, так что должны понимать, что всё что здесь случилось, относится к строжайшей государственной тайне. Строжайшей. Так что пока можете расходиться, и заниматься своими делами. Всё, что вам будет необходимо узнать, мы расскажем позже, на общем собрании.

Люди зашевелились, но расходится не торопились. Президент вопросительно посмотрел на собравшихся: — Что-то ещё?

Раздалось смущённое покашливание, и один из молодых сотрудников, вытянув вверх руку, после согласного кивка Президента запинаясь спросил:

— Прошу прощения, гос… прошу прощения, товарищ Президент, скажите, а Контакт… кхм… Был?

— Контакт? — Немного удивленно переспросил Президент.

— Что… А, контакт… — Президент прищурив один глаз внимательно посмотрел на спрашивающего. Потом немного подумал, и решительно ответил: — Был.

Примерно то же время.

Лунная база Империи.

Последив за благополучным прибытием гостей на Землю, Внимательно наблюдающие за ним генерал и «дядя» Ганс чуть ли не одновременно облегчённо выдохнули, и отключив трансляцию, некоторое время просто молча сидели в уютных креслах.

— Ну вот, вроде и всё. — Петрович покосился на Ганса, и приглашающе кивнув, вышел из виртуального пространства.

Открыл глаза, оглядел слабо освещённое пространство центрального поста базы, машинально отметив нескольких сотрудников из дежурной смены удобно устроившихся на своих ложементах, после чего с удовольствием, до хруста в суставах потянулся, со вкусом зевнул, и посмотрев на своего зама, зашевелившегося в соседнем кресле несколько удручённо отметил:

— Ганс, слушай, вот вроде ничего особо не делали, а состояние у меня сейчас такое, будто пару вагонов с углём разгрузил. Да и вообще, что-то муторно мне.

Немец немного помолчал, не открывая глаз, покачал головой в такт каким-то своим мыслям, встряхнулся, и ответил:

— Может тебе в медцентр сходить? Воспользуешься капсулой, тонус поднимешь…

— Да я оттуда и так не вылезаю. Чуть не через день хожу. Медички уже хихикать начали, тоже про тонус намекали. — Генерал хмыкнул. — Только вот с тонусом у меня всё в порядке. Зайца в поле загоняю, ну или всю санчасть. Тут психическое что-то. Муторно вот, и всё.

— Психологическое. — Машинально поправил его собеседник.

— Да какая разница! — Петрович вяло махнул рукой. — Психическое, психологическое… Устал я. Иногда кажется, что лучше действительно просто вагоны разгружать. Вот, помню, когда срочную ещё проходил, так нам для кочегарки…

— Устал, так сходи в отпуск! — Хмыкнул Ганс. — В чём проблема? Вон, все пляжи мира к твоим услугам! Море, солнце, свежий воздух! Женщин полно.

— Да нафиг мне это море! Я и у нас то последнее время купаться почти перестал… — Петрович ненадолго замолк, и вдруг резко повернувшись всем телом к приятелю, с некоторым волнением спросил: — А ты думаешь что меня отпустят?

— Почему нет? Ты что, раб на галерах? — Ганс с недоумением уставился на генерала. — Отпуск всем положен, я об условиях работы ещё в самом начале поинтересовался.

— Вот, блин, натура твоя немецкая! — То ли осуждающе, то ли восхищённо воскликнул Петрович. — Я об этом вообще не задумывался…

— Так задумайся! Благо со связью у нас всё в порядке. Не думаю, что Император тебе откажет в такой малости. А куда поедешь?

— Да я бы к нам куда-нибудь. В среднюю полосу. С ружьём бы по лесу побродил, как раз первый снег уже выпал… Очень, знаешь ли умиротворяет. — Задумчиво ответил Александр, одновременно формируя запрос вышестоящему начальству. — Отправил!

— Что отправил? — Не понял сразу Ганс. — А, всё. Теперь иди собирайся. Дел у нас сейчас срочных нет, так что я тут и один справлюсь.

— Да чего мне собирать то? Голому собраться, сам знаешь! — Генерал отвлёкся на входящее сообщение, и глупо хихикнув сообщил: — Разрешил!

— А я тебе говорил! — Дядя Ганс укоризненно покачал головой. — Так куда поедешь?

— В Переславль! Владимир предложил его дачей воспользоваться, заодно и посмотреть, что там и как. — Петрович с явным энтузиазмом вскочил с кресла. — Пойду по-быстрому кое-что соберу, и вперёд! Время как раз к вечеру.

— Давай, собирай! — Ганс тоже поднялся. — Шаттл я тебе зарезервировал, так что подходи в транзитную зону, я тебя там подожду.

Покинув помещение, Петрович споро умотал в сторону жилой зоны, а Ганс не торопясь пошёл к лифтовому холлу, раздумывая на ходу уже о своём предстоящем отпуске, и исчезающе малом шансе отправиться туда без жены…

Опорная станция.

Как же быстро всё-таки летит время! Вот, кажется, только прилетели, только-только прошла эпическая, не побоюсь этого слова, встреча, а уже пролетел целый месяц, густо насыщенный событиями. Отпуск у ребят потихоньку заканчивался и уже пора было улетать обратно на Землю. Нормального отдыха, кроме как у мелкой и женской части нашего семейства как такового не получилось. Сашка бегло изучив станцию и немного облетав систему, открыл для себя профессора. И пропадая большую часть времени на лабораторных уровнях, готовил широкую номенклатуру адаптированных уникальных технологий возможных для воспроизведения в условиях нашей родной планеты. Я тоже не сидел без дела, занимаясь координацией подготовки экспедиции на вновь открытую планету, и ещё совместно с Кузьмой, Сергеичем и Алексеичем вдумчиво разбирались с остатками пиратской вольницы в близлежащих секторах готовя потихоньку почву для легализации и вывода в свет меня, как императора. Какое-то время отнимали и внутрисемейные дела, поскольку внучки оставлять меня в покое явно не собирались. Некоторое количество нервных клеток съела авантюра оставшихся в Солнечной системе Петровича с Гансом. Пусть она и увенчалась успехом, но, однако всё же совершенно бесследно не прошла. Единственно, радовало то, что у Геннадия с командой всё шло, как по маслу. Хотя это в принципе удивления не вызывало. Ещё бы! Попробовали бы они облажаться, имея в своём распоряжении такие финансовые и информационные ресурсы! Как и планировалось, им без особого труда удалось совершенно легально выкупить в Переславском районе Ярославской области нехилое количество незанятой земли свободного назначения на никому не известное, только открытое ООО, с ни о чём не говорящим непосвящённым названием «Эридан», умудрившись не только не поссориться ни с кем из власть предержащих региона, а наоборот, завели там немало полезных знакомств, значительно укрепившихся после частичного ремонта дороги за счёт компании, по удивительному стечению обстоятельств пришедшемуся на участок трассы доходящий в аккурат до нашего дачного посёлка. Учитывая привлечение «продвинутого» ремонтно-строительного комплекса, качество дорожно-строительных работ зашкаливало, и впечатлившиеся результатом чиновники, распилив под это дело изрядный кусок бюджетных средств, дали начинаниям вновь открывшегося «ООО» зелёный свет. Нет, без заноса конвертов заинтересованным лицам конечно не обошлось, но проведённые дорожные работы помогли серьёзно поднять градус доверия к внезапно появившимся предпринимателям, и получение разрешений на строительство научно-производственного центра прошло без каких бы то ни было затруднений. Так что пока перспективы развития нашего наукограда более чем радужные, а если ещё учесть то, что Президент страны уже относительно в курсе происходящего, то в обозримом будущем особых проблем на горизонте не ожидалось…

Замигавший на периферии значок входящего вызова отвлёк меня от накативших воспоминаний.

— Да Саш, говори. — Я развернул визуализацию.

— Здравствуй, Володь! — Судя по транслируемому изображению, Саша находился в лабораториях профа. — Я тебе скидывал на утверждение файл с перспективными разработками. Не смотрел?

— Просмотрел. Всё вроде ОК, за исключением нескольких позиций.

— Что именно? — Зять удивлённо вскинул брови. — Вроде мы ничего лишнего не запланировали. Да и профессор всё перепроверил…

— Хмм… — Я чуть замешкался. — Понимаешь, Саш, для профа, все ваши наработки, по сути очень давно прошедший день, поэтому он исходит из того, что обнародование некоторых технологий для Империи в настоящий момент полностью безопасно. Но в нашем случае речь ведь идёт не только о безопасности Империи. Не надо забывать и о безопасности страны, в которой мы решили открыть производство.

— Что ты имеешь в виду? — Александр явно не разделял моих опасений.

— Что я имею… Ну вот, смотри: — Я развернул перед собой присланный мне файл. — Самым первым пунктом я бы поставил антиграв.

— И что с ним не так? — Немного нервно поинтересовался Саша. — Мы же никому не собираемся передавать технологии! Только готовые изделия!

— И готовых изделий достаточно! — Я вздохнул. — Антиграв, это штука такая, не очень сложная, и только отсутствие элементарных, в принципе, знаний о строении вселенной, отделяет земных учёных эпохального в их случае открытия. И теперь представь, что будет, если действующий образец «готового», как ты говоришь изделия попадёт в руки тех же американцев? Через сколько у них будет готов первый рабочий образец?

— Ну, тут же всё зависит… — Неуверенно начал фразу собеседник, но я его прервал.

— Зависит от того, насколько быстро они успеют разобрать и оттестировать изделие! И тут же получат в подарок технологию. Что дальше будет, надо объяснить?

— Не надо. Догадываюсь… — Мрачно ответил зять. — И что, теперь эту позицию вычёркивать?

— Ну, совсем вычёркивать, я думаю, излишне… Но перевести в раздел «для ограниченного пользования», думаю, стоит. Равно как и некоторые виды компактных накопителей, ну и остальное, так по мелочи, равно как и продумать, как придать передаваемым технологиям эффект «неизвлекаемости». Я твой файл уже просмотрел и немного подкорректировал, так что лови его обратно с моими рекомендациями.

Сашка на мгновение замер, просматривая принятый файл.

— Не так уж всё и страшно. — Заключил он после изучения внесённых мной изменений. — Жаль конечно, что ты такие ограничения на антиграв наложил… И на накопители… Но это ведь, я так понимаю, временно?

— Надеюсь, что так. — Я чуть помолчал. — Но если немного всё упростить с накопителями, то мы вполне сможем заткнуть за пояс американского «Остапа» с его «Теслой». Есть у профа похожие технологии. Но там весь вопрос упирается в зарядные станции. Без них, может получится такой же большой пшик… Расскажи, что вы там со стройкой решили? Так понимаю, что использование строительного комплекса вы нормально залегендировали?

— Ну, в общем да. В полной мере задействовали маскировку, и в настоящее время он работает только при возведении подземных уровней и инфраструктуры. На поверхности сейчас проводятся только подготовительные работы, и потихонечку готовим нулевой уровень.

— Нулевой? А кто задействован?

— Пока только местные силы. Учитывая общий уровень безработицы, желающих хоть отбавляй. После первой зарплаты, у нас уже настоящий конкурс на одно место образовался… Даже не думал, что у нас в стране такая задница. Основная масса желающих по возрасту далеко за сорок, и готовы даже за минимальную оплату работать…

— Да уж, мля… довели страну… Саш, то, что все местные, это очень хорошо! Учитывая то, что всё производство у нас будет в этом же районе, это поможет сохранить секретность. Да и дополнительные бонусы этому поспособствуют.

— Бонусы?.. — Саша кажется удивился.

— ?! — Тут уже удивился я сам. — Ну ты же планируешь какие-то социальные программы?

— Ну, премию там… За хорошую работу. — Он недоумённо посмотрел на меня. — Но как это поможет с секретностью?

— Премия, никак. Но вот если ты наберёшь весь персонал из местных жителей, обеспечишь им постоянную работу с достойной зарплатой, приложишь к ней приличное жильё, полную социальную защищённость, будешь к ним относиться, как к людям, а не как к быдлу, то они на тебя чуть не молиться будут! Без исключений, конечно никуда, но это уже работа службы безопасности.

— Ты имеешь в виду набрать из местных постоянный персонал НПЦ?

— Имею. Введу. — Я хмыкнул. — А из кого ты собрался этот персонал набирать? Из инопланетян? Учти, что при Союзе, в Переславле было много промышленных предприятий. Да и люди там живут отнюдь не плохие. Тем более тебе в любом случае придётся всех переучивать. Так почему бы не задействовать их в наших проектах?

— Как-то не рассматривал этот вопрос под таким углом… — Сашка задумался. — Я рассчитывал пригласить специалистов со всей страны… Но, тут ты прав. Их в любом случае придётся переучивать.

— Пригласить узконаправленных специалистов, да. С этим согласен. Нам нужны гении, на которых можно повесить основную массу «изобретений». Но остальной персонал?

— ОК. Продумаю этот вопрос. Закину данные нашим счетоводам. Пусть посчитают. А ты не думаешь, что работающие у нас превратятся в отдельную касту? И все остальные…

— Нет. Я думаю о том, что при воплощении наших проектов в жизнь, нам не хватит наличного населения всего Переславского района, и придётся добирать народ с остальных районов. Учитывай ещё и то, что мы будем привлекать людей и к нашей программе колонизации. Данные по ней я тебе скидывал. Плюс персонал ВКФ…

— На космос их точно не хватит.

— Их нет. Тут мы работаем по всей стране, включая закордонье. Но для этого проекта будем использовать местных…

— Да нет проблем. Но поначалу в любом случае будет разброд, поскольку…

— Так ты начинай работать сразу со всем районом! Думай о них как о своих потенциальных работниках! И не разделяй на своих и чужих… Начни с медицины, жилья, развивайте инфраструктуру, отремонтируйте дорожную сеть! Вся администрация твоя будет!

— Конечно моя! Они же весь бюджет попилят! Ни копейки не вложив!

— А тебе завидно?!

— Да нет! Наверное… Но, как-то неправильно…

— По началу много будет, что неправильно. Но тут все карты тебе в руки! Занимайся! И сделай, как правильно!..

Москва, Кремль, кабинет…

Content

Владимир Платонов
Испорченная охота
Часть 2

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11