Алексей Калугин

Совершенно бесполезный девайс

«Уникальный, но совершенно бесполезный девайс.

Упаковка — нет.

Условие доставки — самовывоз.

Цена — договорная».

К объявлению пришпилена фотография — нечто крайне неопределённое, с трудом поддающееся описанию. Похоже на инсталляцию в стиле «индастриал» под пластиковым колпаком. Но красиво, чёрт побери. Приняв наконец решение, Марк скопировал объявление и переслал его Славику. Ответ пришёл быстрее, чем Марк успел достать банку колы из холодильника. «Берём!!!!!!!»

Устройство, получившее семь восклицательных знаков — максимальную оценку по шкале Славика, Марк нашёл на сайте «Кол об род», в разделе «Сделал сам». Здесь выставляли на продажу самодельные гаджеты. Как вполне утилитарные, так и абсолютно бесцельные. Как правило, они были выполнены в единственном экземпляре и цену имели чисто символическую. Смысл тусовки на «Колоброде» был не в том, чтобы дорого продать, а чтобы всех удивить. Поэтому название «совершенно бесполезный девайс» могло оказаться своеобразным рекламным ходом. Странным казалось, что человек, выставивший девайс на продажу, отключил все комментарии. То ли эту штуковину собрал законченный мизантроп, которому дела нет ни до кого вокруг, то ли автор отлично знал цену тому, что сделал, и не собирался дискутировать на эту тему. Впрочем, одно не исключало другого.

Безумные гении, выставлявшие свои творения на «Колоброде», зачастую сами не могли оценить новизну своих идей и оригинальность решений. А вот Марк со Славиком — могли. Поэтому они планомерно шерстили объявления о продажах не только на «Колоброде», но и ещё на пяти похожих сайтах. И, если что-то привлекало внимание, заставляло вдруг хоть на секунду замереть с приоткрытым от удивления ртом — покупали. Чтобы потом, дома, спокойно во всём разобраться. Если выяснялось, что идея на самом деле чего-то стоит, Марк со Славиком придавали ей законченную коммерческую форму. Документация направлялась в отдел новых разработок небольшой фирмы, с которой они сотрудничали на неформальной основе. Марк со Славиком получали свои комиссионные, а дипломированные инженеры из техотдела оформляли новое изделие как собственную разработку. Некоторые даже запускались в производство.

Разумеется, Марк со Славиком понимали, что поступают не самым благородным образом. Но Славик твёрдо придерживался мнения, что настоящий бизнес никогда и нигде не делается чистыми руками. Марк успокаивал совесть мыслями о том, что, когда их частная инициатива крепко встанет на ноги и начнёт приносить ощутимую прибыль, можно будет отдавать часть заработка на благотворительность. Например, поддерживать какую-нибудь экологическую программу. От безумных изобретателей ничего подобного не дождёшься — слишком зациклены на себе, да и бедны, как правило, — Марк сделает это за них. Один за всех.

Привычно почувствовав себя в ответе за судьбу планеты, Марк погладил пальцем мышку и кликнул по кнопке «Купить».

Почти тотчас же в почтовый ящик упало письмо.

«Вас заинтересовал наш девайс, выставленный на продажу на сайте „Колоброд“. Если это не дурацкая шутка и вы не передумали, предлагаем встретиться в нашем офисе, расположенном в пяти минутах езды от станции МЦК „Коптево“. Если вы все ещё не передумали, просим подтвердить ваш заказ и сообщить дату и время вашего визита».

Ниже прилагалась схема проезда.

Марка слегка насторожило слово «офис». Он даже поделился сомнениями со Славиком. На что тот ответил: «Фигня! Просто какой-то гик называет свою халупу офисом! Договаривайся на одиннадцать. В десять за тобой заеду».

Славик умел убеждать.

Отбросив последние сомнения, Марк подтвердил заказ.

* * *

На следующий день ровно в десять Славик позвонил и сказал, что уже ждёт Марка у подъезда. Без пятнадцати одиннадцать они были возле станции «Коптево».

Следуя полученной схеме, Славик проехал между двумя старыми четырёхэтажными домами из красного кирпича, в которых вроде как никто уже и не жил.

Свернул налево. Здесь асфальт кончился, и машину начало подбрасывать на ухабистой грунтовой дороге.

— Забрались куда-то к чёрту на рога, — недовольно процедил сквозь зубы Славик.

Не успел он это сказать, как дорога упёрлась в старую железнодорожную колею. Рельсы — ржавые. Между шпалами росла высокая остролистная трава с желтоватыми метёлками соцветий.

— Вылезай! — Славик заглушил мотор. — Дальше — пешком!

Приятели переступили через три пары рельсов, пересекли узкую лесополосу и оказались у стен трёхэтажного здания, вроде тех, в каких прежде, в советские ещё времена, размещались ремесленные училища. Это была самая натуральная заброшка. Стёкла в окнах выбиты. Краска со стен содрана. На уровне первых двух этажей её заменяло граффити, даже не напоминающее работы Бэнкси. Крыльцо с выбитыми ступенями смотрело на Марка со Славиком тёмным, провалившимся ртом дверного проёма.

— Похоже, над нами глупо подшутили, — озвучил и без того очевидный вывод Славик. И, подумав, добавил: — А может, мы сами дураки.

— Вход с другой стороны, — сверившись со схемой, сообщил Марк.

— Ну-ну, — только и сказал Славик.

Пройдя по развалившейся на куски асфальтовой дорожке, сквозь разломы в которой проросла не только трава, но даже небольшие деревца, годящиеся для икебаны, приятели обогнули заброшку слева. Каково же было их удивление, когда, свернув за угол, они увидели добротную, новенькую металлическую дверь с глазком видеокамеры. Окна и стены по краям от двери и над нею выглядели так же устрашающе, как и на фасаде здания. Вдобавок жирные языки копоти над тремя крайними окнами второго этажа со всей определённостью свидетельствовали, что не так давно здесь был пожар.

— Я был неправ? — спросил Славик.

— Ты был неправ, — подтвердил Марк.

Он подошёл к двери и взглядом поискал кнопку звонка или домофон. Ни того ни другого ни на самой двери, ни возле неё не оказалось. Дверная ручка также отсутствовала.

Пожав плечами, Марк тихонько постучал в дверь согнутым пальцем.

— Чего надо? — тут же ответил резкий неприветливый голос, скрежещущий, как драчёвый напильник.

— Мы насчёт заказа, — глядя в камеру, ответил Марк.

Голос моментально сделался ласковым, бархатистым и певучим, как у Хулио Иглесиаса.

— Мои извинения. Не хотел быть невежливым, но, знаете, ходят тут всякие…

Дверь широко распахнулась. А может быть, просто исчезла.

На пороге прихожей, залитой ярким искусственным светом, стоял человек в тёмно-синем костюме с широкими лацканами и большими накладными карманами. Под пиджаком у него была надета совершено неуместная клетчатая рубашка, почему-то с поднятым воротником. Даже с учётом ботинок на высоких каблуках, роста в человеке едва бы набралось больше полутора метров. Хозяин стоял, широко раскинув руки в стороны. Возможно, жест призван был изобразить радушие. Хотя больше всего это походило на разминку перед распятием. Голова у человечка была круглая, совершенно лысая, с маленькими, будто приросшими к черепу ушами. Узкие бледные губы растянуло в стороны подобие улыбки. Глаза скрывались за старомодными тёмными очками в широкой чёрной пластиковой оправе.

Что и говорить, внешность у хозяина была неординарная. Кто другой уставился бы на такое чудо, уронив челюсть, но Марк со Славиком даже не моргнули лишний раз. Сказался богатый опыт общения с изобретателями.

— Рад! Безумно рад нашей встрече! — воскликнул человечек голосом провинциального конферансье. — Добро пожаловать в нашу скромную обитель! Он сделал полшага назад и широко взмахнул рукой, приглашая гостей войти.

Почему-то именно в этот момент Марка одолели сомнения. Он и сам не мог точно определить, что его смущает. Странный вид хозяина? Его голос? Очки, скрывающие глаза? Или же то, что за спиной у человечка не было ничего, кроме белой пустоты? А может, всё сразу? Но только Марк вдруг понял, что ему не хочется заходить внутрь.

Вроде и не боязно, а вот совсем не хочется.

— Ну, давай же!

Славик толкнул Марка в спину. Тот от неожиданности сделал два шага вперёд. И оказался в небольшой квадратной прихожей. Пустой, как выпитый стакан пива. Здесь не было ни окон, ни дверей. Только стены, пол и потолок. Марк оглянулся. Сзади был один Славик. В смысле — напарник был, а дверь, через которую они вошли, исчезла. За спиной у Славика теперь находилась ровная стена, покрытая гладким белым материалом, похожим на какой-то полимер.

Славик наконец-то позволил себе удивиться.

— Как вы это делаете? — спросил он у низкорослого.

— Новая технология, — ответил тот.

— Понимаю, что новая, — усмехнулся Славик. — Я спрашиваю: как?

— Это не имеет отношения к предмету нашей встречи.

— Меня зовут Вячеслав, — представился Славик. — Моего коллегу — Марк.

— Броу, — назвал себя коротышка.

— Это ваш никнейм? — Славик понимающе улыбнулся.

— Можно и так сказать. Прошу, следуйте за мной.

Плавной скользящей походкой дворецкого, сопровождающего гостей в покои господина, Броу пересёк прихожую и приложил ладонь к стене. Как и следовало ожидать, в стене открылся проход.

Сделав несколько шагов, гости оказались в коридоре, настолько длинном, что конец его не просто терялся где-то вдали, а превращался в исчезающую точку. Интерьер коридора был выдержан всё в том же минималистском стиле. По левую руку тянулась бесконечная белая стена, на которой через равные интервалы висели прозрачные овальные бирки с выписанными золотом номерами. Это могли быть указатели невидимых дверей. Или что-то совершенно иное. Противоположная стена была полностью застеклена. Через неё открывался роскошный вид на типичный английский сад с узкими гравийными дорожками, петляющими среди аккуратно подстриженных лужаек, цветочных клумб, кустов и декоративных прудиков. В саду ярко светило солнце, порхали бабочки и благоухали цветы. Наверное, ещё и птицы щебетали, только через стекло их не было слышно.

Броу шёл впереди. Славик и Марк в трёх шагах позади него.

— Слушай, давай уйдём, — шепнул Марк, дёргая напарника за локоть. — Ну его нафиг, этот девайс! Мне здесь не нравится.

— Ты в своём уме? — прошипел Славик. — Ещё не понял, с кем мы имеем дело? Это тебе не фрики интернетовские, а серьёзные ребята. Мы впервые, может быть, на настоящую золотую жилу наткнулись. А ты хочешь всё бросить и уйти? Вот просто так, бросить и уйти?

— Посмотри на уши этого недомерка, — совсем тихо прошептал Марк.

Славик склонил голову к плечу, стараясь получше разглядеть уши степенно шествующего впереди Броу.

— А что с ними не так? Уши как уши.

— Они вытянуты назад и заострены на концах.

— Да, есть малёк, — нехотя согласился Славик.

— И тебя это не настораживает?

— А, я понял! — Славик страшно вытаращил глаза. — Это вампир! Ведёт нас в свое логово! Чтобы там, под покровом ночи, пустить нам кровь! Поэтому в его доме нет настоящих окон! Но ты забыл — он стоял в дверном проёме и не сгорел на солнце.

Марк скроил недовольную физиономию. Ему не нравилось несерьёзное отношение напарника к тому, что он говорил.

Шагавший впереди Броу неожиданно остановился и повернулся к гостям.

— Дорогой Марк, вы совершенно правы! — отчётливо и громко, можно даже сказать, торжественно произнёс он. — У моих ушей действительно необычная форма. Но я не вампир.

Марк удивлённо разинул рот. Славик, глядя на него, усмехнулся. Марк был уверен: он говорил настолько тихо, что Броу не мог его услышать. Славику, похоже, было всё равно. Броу приложил ладонь к стене под биркой с номером 234 и указал рукой на открывшийся проход.

За дверью находилась огромная студия, поделённая на секции раздвижными стенками, пластиковыми щитами и стендами, на которых разноцветными маркерами были нарисованы загадочные схемы и написаны ещё более непонятные формулы, имеющие отношение не то к физике, не то к химии, а может, так и вовсе к биологии. Под высоким, как в спортивном зале, потолком тянулись серебристые вентиляционные короба, причудливо изогнутые трубы и блестящие стальные балки, по которым бегали роликовые автокары с подвешенными на них экранами. Ниже индустриального декора сползали по чёрным витым кабелям ослепительно-яркие светильники с огромными круглыми рефлекторами.

Увидев всё это, визитёры замерли на пороге. Марк тихо охнул. А Славик сказал:

— Чего я не могу понять, так это какого лешего вы полезли на «Колоброд»?

— Скоро поймёте, — ответил Броу. — Прошу, следуйте за мной.

Хозяин, а следом за ним и гости двинулись по лабиринту из временных стен, ширм и перегородок. Едва ли не в каждом углу стоял стол, чертёжная доска или висел большой плоский экран. Только людей не было видно. Ни одного человека.

Вскоре гости почувствовали, что в помещении невыносимо жарко и душно. Не как в парилке, но близко к тому. Марк тыльной стороной ладони стёр выступивший на лбу пот. Славик двумя пальцами оттянул воротник.

— А что, вентиляция не работает? — спросил он.

— Мы любим тепло, — не оборачиваясь, ответил Броу.

Захотелось намекнуть, что тепло и духота — не одно и то же, но Славик решил не развивать эту тему. Им ведь здесь не жить и не работать — какое-то время можно и потерпеть.

Наконец за очередной ширмой они увидели большой полукруглый стол на тонких ножках. На столе стояли двухлитровая бутылка колы, стопка пластиковых стаканчиков и большая двуручная чаша — вылитый античный килик, до краёв заполненная жёлтыми, похожими на мохнатых гусениц, кукурузными палочками.

Ровно посередине прямого края стола сидел человек, очень похожий на Броу. Такого же маленького роста, лысый, круглоголовый, со странно невыразительными чертами лица и оттянутыми назад заострёнными ушами. Глаза его прикрывали большие солнцезащитные очки в оправе тёмно-синего цвета с серебристой искрой, с жёлтой молнией над носом. Костюм его был того же покроя, что у Броу, только ярко-малинового цвета. Под ним — гипюровая рубашка с кружевным жабо. На шее — толстая золотая цепь.

— Знакомьтесь, Флим, — представил коллегу Броу.

Тот неумело изобразил улыбку и помахал ладонью.

Клиенты и Броу разместились вдоль скруглённой стороны стола.

— Сразу к делу? — предложил Славик.

— Да! Конечно! Разумеется! — трижды хлопнул ладонями по столу Флим.

— Они насчет девайса, который мы выставили на «Колоброде», — уточнил Броу.

— Хотите купить? — спросил Флим.

— Если сойдёмся в цене, — уклончиво ответил Славик.

— Непременно сойдёмся! — заверил его Флим. — Номер изделия?

— Триста сорок шесть, — отчеканил Броу.

— Сейчас принесу!

Флим легко поднялся на ноги и скрылся за перегородкой. Он вернулся через пару минут с не очень большим предметом, который держал обеими руками, словно боялся выронить.

— Ну вот! Триста сорок шестой!

Флим не очень-то осторожно грохнул предмет на стол, сделал шаг назад, чуть развёл руки в стороны и встряхнул кончиками пальцев. Смотрите, мол, оценивайте.

Славик и Марк подались вперёд. В реале устройство производило ещё более сильное впечатление, чем на фотографии. Наблюдать за тем, как двигаются отдельные детальки и перемигиваются огоньки, было всё равно, что смотреть, как горит огонь, падает снег или течёт вода. Глаз не отведёшь! Казалось, устройство воплощало в себе всё неведомое и непознанное, что только есть в мире. И, может быть, в нём заключался ответ на самую главную загадку бытия. Которую никто пока не смог не то что разгадать, но даже чётко и понятно сформулировать.

Марк с трудом оторвал взгляд от устройства, откинулся назад и похлопал напарника по плечу, чтобы и тот очнулся.

— Ну как? — спросил Броу.

— Мы берём! — вскинул голову Славик.

— Секундочку! — поднял руку более рассудительный Марк. — Прежде всего, объясните, что это такое?

— Как и было сказано в объявлении, это совершенно бесполезный девайс, — ответил Флим.

— Понятно, — с невероятно серьёзным выражением лица Марк повернул устройство, чтобы взглянуть на него с другой стороны. — Но для чего он предназначен?

Флим и Броу загадочно переглянулись.

— Мы не можем вам это объяснить, — сказал Броу.

— Почему?

— Вы всё равно не поймёте.

— А, — Марк обиженно наклонил голову. — То есть вы считаете нас…

— Вовсе нет, — перебил его Флим. — На этой планете не найдётся ни одного человека, который смог бы понять принцип работы нашего устройства.

— То есть оно имеет какое-то практическое применение, но его нельзя использовать по прямому назначению? — уточнил Марк.

— Лучше бы даже я не сформулировал, — улыбнулся Броу.

— Мы берём эту штуковину! — вновь уверенно заявил Славик. — Я дам вам за неё пятьсот рублей!

Броу и Флим синхронно разинули рты.

— Признаться, мы рассчитывали на иную цену, — вяло пролепетал Броу.

— Я вижу перед собой пластиковую коробку, набитую непонято чем, — Славик щёлкнул ногтем по выпуклому боку устройства.

— Единственное, что с ним можно сделать, — это подарить другу на день рождения, а друг пускай сам думает, какое найти ему применение. То есть ваш девайс можно провести по линии дурацких подарков. Да, признаю, сделано изящненько. Я бы даже сказал, со вкусом. Но всё равно больше пятихатки это не стоит.

Броу и Флим вновь переглянулись. Лица их при этом были серьёзными до предела. Казалось, они мысленно обменивались мнениями по какому-то очень важному вопросу.

— Господа, — негромко произнёс Флим минуты через две, когда предполагаемое телепатическое совещание закончилось. — Мы готовы раскрыть вам истинное назначение этого устройства. Но только при условии, что вы дадите слово хранить всё услышанное в тайне.

— Мы обещаем, — не раздумывая согласился за обоих Славик.

— Хорошо, — Флим сел и положил руки на стол. — Устройство, которое вы перед собой видите, — это сингулярный преобразователь с функцией возврата дублирующего тора.

Тишина. Клиенты сосредоточенно думали. Хозяева ждали.

— Мне это ни о чём не говорит, — признался наконец Марк.

— Об этом мы и предупреждали. Вашего уровня знаний недостаточно для того, чтобы понять назначение этого устройства. А ваши технологии недостаточно продвинуты, чтобы использовать его по прямому назначению.

Марк нервно сглотнул. До него вроде бы начал доходить смысл происходящего.

— Вы сами собрали это устройство?

— Нет, — качнул головой Броу. — Мы его… позаимствовали.

— Могу я спросить где?

— Да какая разница, — расплылся в улыбке Флим. — Главное, что на всей Земле вы не найдёте второго такого девайса.

— Вы нам дадите сертификат, подтверждающий это? — спросил Славик.

— Зачем вам сертификат? Устройство само за себя говорит! Вы только посмотрите! — Флим подцепил девайс за край и поставил на ребро. — Смотрите сами! Ни единого шва!

Схватив устройство, Славик с Марком принялись вертеть его со стороны на сторону. Флим был прав — на внешнем пластиковом кожухе не было ни одного шва.

— Как же тогда вся начинка оказалась внутри? — спросил Марк.

— Технология пространственного выверта. — Броу обхватил запястье правой руки пальцами левой. Затем, резко дёрнув руку вниз, протащил кисть сквозь раздвинувшиеся пальцы. Марк со Славиком от неожиданности синхронно вздрогнули. — Сначала оно снаружи, а в следующий момент — уже внутри.

— И никаких швов, — добавил Флим. — Очень удобная, скажу я вам, штука. Но вы на Земле до этого ещё не додумались.

— Мы не додумались? — озадаченно буркнул Марк. — Тогда кто же вы?

— Мы — вуреры, — произнёс Броу так, будто это всё объясняло.

— Вуреры, — повторил Славик. — Это какая-то раса?

— Не просто раса, а образ жизни, — пафосно возвестил Флим. — Мы странствуем среди звёзд и налаживаем взаимовыгодные контакты с представителями обитаемых планет.

— Что-то вроде цыган, — кивнул Славик.

Флим недовольно скривил губы.

— Лучше сказать — коммивояжёры.

Славик постучал пальцами по верхней крышке сингулярного преобразователя.

— Честно говоря, верится с трудом, — задумчиво протянул он.

— Ну а как вам это?

Броу снял очки. Его глаза были значительно больше обычных человеческих и совершенно круглые, как у птицы. Маленький чёрный зрачок терялся в центре серебристой радужки, занимающей всю видимую часть глазного яблока.

Марк откинулся на спинку кресла, вцепился руками в подлокотники и заскрёб ногтями по пластику. Всё складывалось одно к одному. Странный дом, снаружи выглядящий, как заброшка. Коридор, уходящий в бесконечность. Голографический сад за оком. Жара и духота в помещении — они непривычны к нашему климату! Неизвестное устройство в пластиковой оболочке без швов. А теперь ещё и эти глазищи… Глупо отрицать очевидное: Флим и Броу — инопланетяне.

Прежде чем Марк нашёл, что сказать, слово взял Славик.

— То есть вы хотите сказать, что прилетели…

— Мы не прилетели, — перебил его Броу. Он надел очки и снова выглядел почти как человек. — Мы путешествуем иным способом.

— Вопрос не принципиальный, — Славик тряхнул головой. — Значит, вы прибыли на Землю только затем, чтобы продать нам этот свой преобразователь?

— Именно так, — наклонил голову Броу.

— В ваших обменниках принимают рубли?

— На вырученные деньги мы закупим на Земле товары, которые сможем удачно перепродать где-нибудь в другом месте.

— Например?

— Мы с Флимом только продаём. Выбором товаров занимаются наши коллеги.

— Тогда вот ещё какой вопросец, — Славик щёлкнул ногтем по стенке преобразователя. — Зачем вы притащили на Землю устройство, которое не имеет тут никакого практического применения? Неужели нельзя было найти что-нибудь по-настоящему интересное и полезное?

— Дело в том, что на Земле мы впервые. Ваш технологический уровень был нам неизвестен. Поэтому мы выбирали товары наугад. Исходя из того, что пользуется спросом в других уголках Галактики, где нам уже довелось побывать. Транспортировка груза обходится недёшево, поэтому мы не можем тащить назад всё, что привезли с собой.

— Значит, у вас есть и другие устройства?

— Да, но все они того же класса, что и преобразователь.

— И вы готовы их продать?

— Разумеется. Если договоримся о цене.

— Сколько хотите за преобразователь?

Вуреры запросили сто двадцать тысяч.

Славик готов был заплатить тридцать.

Вуреры очень неохотно снижали цену. В результате продолжительных торгов сошлись на восьмидесяти пяти. Пока Флим вставлял банковскую карточку в ридер и переводил оговорённую сумму на свой счёт, Славик, как опытный игрок в покер, старательно делал вид, что всё ещё сомневается в правильности принятого решения. Хотя на самом-то деле он был чрезвычайно доволен сделкой.

В отличие от парочки закомплексованных вуреров, приторговывающих своими девайсами в Интернете, они с Марком, имея в руках инопланетное устройство, могли запросто заявиться… Да хоть в то же НАСА! И восемьдесят пять тысяч, которые они заплатили за преобразователь, вскоре покажутся жалкой мелочью, которую людям с их положением в обществе даже на чай давать неприлично.

Марк уложил девайс в предусмотрительно захваченный с собой пластиковый пакет с рекламой собачьего корма. Вуреры проводили клиентов до выхода. Распрощались почти как старые друзья. Марк и Славик, весьма довольные собой, поспешили к месту, где оставили машину.

Флим и Броу вернулись в коридор, за стеклянной стеной которого цвёл иллюзорный сад.

— Не перестаю удивляться простодушию землян, — сказал Флим. — Они покупают, сами не зная что.

— Нам повезло с этой планетой, — согласился Броу. — Отчёты, поступающие с других территорий, чрезвычайно радуют.

— Сколько ещё у нас сегодня покупателей?

— Пятеро.

— Красота! — Флим довольно потёр руки.

Броу приложил ладонь к стене под биркой с номером 123. В помещении пахло горячим оловом и канифолью. За длинными рабочими столами сидели вьетнамцы-нелегалы. У каждого в руке паяльник. Рядом — пластиковое ведёрко со всевозможным мусором: разломанные платы, сгоревшие ёлочные гирлянды, часовые колёсики, маленькие шестерёнки, пружинки и рычажки. Ловкими пальцами рабочие быстро закрепляли случайно попавшиеся под руку детали в отверстиях и пазах на пластиковой станине, что-то сгибали, припаивали и передавали заготовки своим соседям. Те придавали хаосу лоск — укладывали меж деталек несколько тоненьких проводков с подключёнными к ним светодиодами, после чего прятали в самом низу маленькую плоскую батарейку. На следующем этапе собранное устройство заключалось в пластиковый кожух.

Очень старательный работник, в руках которого оказывались все собранные устройства, промазывал швы пластиковых коробок прозрачным веществом из автоматического дозатора. Швы исчезали. И доселе безымянное устройство становилось сингулярным преобразователем с функцией возврата дублирующего тора.

— Что бы сказали эти два милых парня, Марк и Вячеслав, если бы им стало известно, что единственным нашим ноу-хау является молекулярный клей, а все прочие составляющие купленного ими совершенно бесполезного девайса найдены на ближайшей московской свалке?

Флим покачал головой, как будто и в самом деле был этим озабочен.

— Они бы не поверили, — сказал Броу.

Content

Алексей Калугин
Совершенно бесполезный девайс