Кеннет Дж

Пощечина суки

Дж. Кеннет

Пощечина суки

Внимание!

Текст книги переведен исключительно с целью ознакомления, не для получения материальной выгоды. Любое коммерческое или иное использование кроме ознакомительного чтения запрещено.

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу запрещено.

Создатели перевода не несут ответственности за распространение его в сети.

Переводчики: Дарья Балобан (1-2 главы), Марина Леонович (4-5 главы), Екатерина Дерескова

Редакторы: Екатерина Дерескова (1-4), Евгения Мартыщенко (1-8), Танюша (9-14+эп.)

Обложка: Wolf A.

Вычитка: Надя

Специально для группы: Золочевская Ирина || Б. Б. Рейд

Глава 1

Я не верю в отношения, но я действительно верю в секс.

Почему, спросите Вы? Чёрт, я мог бы написать книгу. Руководство парня по финансовому, эмоциональному и деловому успеху. Но, честно говоря, зачем беспокоиться о книге, когда тезис сводится к четырём словам: «Нет свиданий. Просто секс».

Услышьте меня.

Отношения требуют времени, а когда вы пытаетесь построить бизнес, необходимо вкалывать каждый свободный час на работе. Поверьте мне. Через несколько месяцев после того, как я со своими друзьями запустили работу в «Блэквелл-Лион Безопасность», мы рвём задницу двадцать четыре часа семь дней в неделю. Служебные обязанности, встречи, создание солидной клиентской базы.

И наше стремление окупается сполна. Я клянусь вам, что наш список не был бы таким большим, как сейчас, если бы я тратил часть рабочего времени, отвечая на SMS от девушки, которая задавалась вопросом, почему я не отправлял ей каждые десять минут SMS сексуального содержания. Так что пропустите свидания и наблюдайте, как ваш бизнес процветает.

Кроме того, случайные интрижки не предполагают подарков или цветов. Выпить или поужинать, возможно; парень должен питаться в любом случае, верно? Не может быть такой вещи, как бесплатный обед, но Вы можете приблизиться к бесплатному сексу.

Но это эмоциональное преимущество, и это самое главное для меня. Не ходить на цыпочках, потому что у неё плохое настроение. Не чувствовать себя в ловушке, когда она хочет знать, почему игра в покер ночью была более привлекательна, чем просмотр последних мелодрам с участием в главной роли загорелого метросексуала спортивного телосложения. Не удивлюсь, если она спит с другим парнем, когда она не отвечает на SMS.

И, наверняка, не погружаться в глубокую, тёмную яму уныния, когда она расторгает вашу помолвку за две недели до свадьбы, потому что она не уверена, что любит вас, в конце концов.

И нет, я не жестокий. Уже нет.

Но я практичен.

Правда в том, что я люблю женщин. Как они смеются. Как они себя чувствуют. Как они пахнут.

Я останавливаюсь на том, чтобы сделать женщине приятно. На том, как заставить её сломаться в моих руках, чтобы затем она попросила больше.

Люблю их, да. Но я им не доверяю. И я больше не трахаюсь.

Не совсем так, в любом случае.

Так что вот так. Что и требовалось доказать.

Я не завожу отношения. Я предпочитаю интрижки. Я поставил перед собой задачу: подарить каждой женщине, которая разделяет мою постель, внеземное наслаждение всей её жизни.

Но это улица с односторонним движением, и я не вернусь.

Это мой образ жизни. Я отказался от отношений много лет назад.

Так что, когда я останавливаюсь перед Тимьяном, новым модным рестораном в престижном районе Остина Тэрритаун, и передаю камердинеру свои ключи, всё, что я ожидаю, является для меня обычным делом. Немного случайных заигрываний. Немного закусок. Сплошной кайф, слишком много ликёра. А затем быстро добраться обратно до своей квартиры, расположенной в деловом центре города, для некоторой работы в середине недели.

И что я получил вместо этого – её.

Глава 2

- Ну, тогда мне нужно сделать объявление. – Голос длинноногой брюнетки принадлежит женщине, привыкшей давать приказы. – Он должен быть уже здесь.

Ноги стоят передо мной у стойки хостеса, её спина повёрнута так, что всё, что я вижу – это масса каштановых волн, талия, достаточно маленькая для того, чтобы ухватиться, и задница, которая была сделана, чтобы заполнить юбку. Перед ней маленькая блондинка кладёт стопку меню, как спасательный круг, когда она грызёт нижнюю губу.

- Ну? – голос Ног больше требует, чем спрашивает.

Пока хостес объясняет Ногам, что ресторан действительно не предназначен для объявлений, я нетерпеливо смотрю на свои часы. Движение на Шестой Стрит было более загруженным, чем обычно, и я опаздываю на пять минут. Раздражающий фактор, учитывая то, что я привык к дисциплине, издержки моих военных дней. Я подпишусь под многими недостатками, но опоздания нет среди них.

Ноги, однако, собираются задержать меня ещё надолго, и я нахмурился. Когда я смотрю в сторону бара слева от меня, ища любую несопровождаемую женщину, которая могла бы быть Джей из приложения 2Nite. Но никто не сидит в одиночестве, выглядя так, как будто ждёт, чтобы «ПБ» присоединился к ней.

Это первый раз, когда я использую это приложение и его отличительная черта – потому что они все уникальны – это то, что все контакты являются анонимными, пока вы не встретитесь на свидании. Это всё ясно и понятно, но делает общение затруднительным. В конце концов, она действительно оставила своё имя, как Джей, на рабочем столе хостес? Потому что я буду чувствовать себя идиотом, если мне придётся называть себя «ПБ».

Опять же, мне повезёт, если у меня вообще будет возможность назвать себя, потому что Ноги тратят много времени, запугивая хостес тем, что ресторан закроют до того, как я смогу спросить о Джей или заказать столик.

- … кроме того, я уже говорила вам, что не знаю, как его зовут, - говорят Ноги, когда я снова настраиваюсь на их разговор. Суровый тон утихает, сменяясь расстройством и, я думаю, разочарованием.

Что касается хозяйки, она теперь выглядит ещё более измотанной.

- Всё, что я знаю, это то, что он работает в охранной компании ...

Динь, динь, динь. Люди, у нас есть победитель.

- … и он уже должен быть здесь.

- Джей, - уверенно говорю я, останавливаясь рядом с ней. – Я – Пирс Блэквелл. - Я достаю визитную карточку из своего портмоне и вручаю ей, когда она поворачивается ко мне лицом.

- Блэквелл-Лион Безопасность. ПБ, - добавляю, на всякий случай, если это не совсем понятно. – Я очень рад лично встретиться с вами.

И это, честно говоря, на сто процентов соответствует действительности. Потому что, хотя вид сзади может быть прекрасным, спереди, моя пара на вечер ещё более ошеломительна. Её тёмные волосы обрамляют бледное лицо с кожей, настолько прекрасной, что я заставляю себя не протянуть руку, чтобы погладить её по щеке. У неё широкий рот, который был предназначен для порочных вещей и тело, с красивыми округлыми формами, которое даёт представление человеку, что в его объятиях настоящая женщина.

- О. – её голос немного испуган, и её янтарные глаза широко раскрыты от удивления. Она сбавила строгий тон, который использовала при разговоре с хостес, и я вижу облегчение в её глазах. Думаю, ей показалось, что я собираюсь заступиться за неё, несмотря на то, что она не похожа на женщину, которую зачастую кидали.

И её явное облегчение, что я прибыл, говорит об уязвимости, о которой я бы не догадался, слушая её допрос хостес.

Честно говоря, мне нравится контраст. Это говорит о сильной личности внутри мягкого женского тела. Другими словами, женщина, которая знает, чего хочет от мужчины, но не боится позволить ему взять над ней контроль.

Я упоминал, что мне нравится держать всё под контролем?

Моя визитка всё ещё в её руке, и она бросает взгляд вниз, когда читает; её большой палец мягко потирает рельефную надпись, которое, я думаю, должно быть бессознательным движением, но всё же заставляет меня представить, как этот палец касается моей руки, моего рта… и других, гораздо более интересных мест.

Она поднимает голову. И в тот момент, когда наши глаза встречаются, я уверен, что вижу знакомую искру. Вид жара, который означает, что мы пропустим аперитив, быстро выпьем хочу-узнать-вас-поближе напиток, а затем едва ли сможем добраться в мою квартиру в целой одежде.

Я знаю, что женщинам нравится, как я выгляжу. Светло-песочные волосы, тело в отличной форме в свои тридцать четыре, благодаря военной подготовке и требованиям в моей нынешней работе, плюс голубые глаза, которые, как известно, получают комплименты от незнакомцев.

Так что румянец на её лице не удивляет меня. Но затем я моргаю, и будь я проклят, если этот огонь не исчезает, её глаза совершенно пустые. Как будто кто-то щёлкнул выключателем.

Какого чёрта?

Были у меня галлюцинации? Представил себе?

Или, может быть, она просто делает всё возможное, чтобы бороться с интенсивной, внутренней похотью.

Но почему она? Она приехала сюда сегодня вечером, желая того же, что и я. Одна ночь. Подходящее время. И абсолютно никаких обязательств.

Честно говоря, это не имеет никакого смысла. И прямо сейчас, единственное, в чём я уверен, это желание, которое я увидел на её лице, исчезло. Пуф. Как по волшебству.

Нет тепла. Нет огня.

Никакого чёртова интереса.

- Итак, ужин на двоих? – осведомилась хостес. – В зале придётся ждать примерно сорок пять минут, но в баре есть несколько свободных столов.

- Это будет замечательно, - говорю я, решив вернуть этот вечер в нужное русло. – Мы, вероятно, будем напитки с закусками. – Я смотрю на неё для подтверждения, но она нахмурилась над своим телефоном и не смотрит вверх, пока мы не садимся.

- Напитки здесь хорошие, - говорю я, когда хозяйка оставляет нас с меню в баре. – Я живу в центре города, поэтому много раз приезжал сюда с момента его открытия. Как насчёт тебя? Была здесь раньше?

Идеально ухоженная бровь выровнена таким образом, что я нахожу это невероятно сексуальным, несмотря на то, что она явно раздражена.

– Я только что приехала в город. Когда бы я успела?

- Справедливо. Верно подмечено. – Теперь я просто соглашаюсь, потому что, от куда бы я знал, когда она переехала в Остин? Я прочитал её профиль, и там не было ни единого слова о том, что она была новенькой в городе. Но мой единственный вариант – это прямо рассказать ей, что сегодняшний вечер – это перебор, а затем свалить отсюда.

Кроме того, я ещё не готов отказаться от неё. Потому что, несмотря на наше хреновое начало, есть кое-что интригующее в Джей. И я хорошо знаю, что я видел искру интереса в её глазах. Итак, помогите мне, я намереваюсь вернуть её. Потому что, эй, кто не любит вызов?

- Говоря о времени, - произносит она. – В сложившихся обстоятельствах я чувствую, что должна быть абсолютно честной.

- Дерзай.

- Дело в том, то мне не нравиться ждать, - говорит она. – Пунктуальность очень важна для меня.

- Для меня тоже. – Это правда, но я удивлён, что она начинает придираться не более, чем спустя пять минут. Тем не менее, мы нашли одну малюсенькую точку соприкосновения. – Я почти всегда приезжаю рано. Хотел бы свалить всё на пробки, но, честно говоря, мне давно надо было уехать из офиса.

Я озаряюсь своей самой очаровательной улыбкой. Она ещё никогда не подводила меня, и, к счастью, сегодня не исключение. Она немного расслабилась и откинулась на спинку стула, проследив пальцем по кожаному краю меню.

- Я рада слышать это. До сих пор вы казались неадекватным. Это не то отношение, к которому я привыкла.

Я тянусь через стол и беру её за руку. Она мягкая и тёплая, и мой член напрягается в ответ на новую волну похоти. Она может быть вспыльчивой и непостижимой, но она так же отчаянно уверена в себе, и это сочетание очень горячей штучки.

- Милая, - произношу я. – Я могу быть легкомысленным во многих вещах, но не в этом.

- Милая? – Она выдёргивает свою руку из моих, и я не мог бы обмякнуть быстрее, если бы она окунула меня в бочку с ледяной водой. – Более того, ты назвал меня Джей? Я имею ввиду, что? Мы начинаем, как хип-хоп группа?

- Мы могли бы, - я усмехнулся, пытаясь вернуть себе равновесие. – ПБ и Джей. Ты должна признать, что это работает.

Я смеюсь, потому что это действительно работает. И, какого чёрта, она вообще ворчит на меня? Если использование инициалов раздражает её так сильно, она должна была выбрать приложение, отличное от 2Nite.

- Зовите меня просто Джез, - говорит она. – Или Мисс Стюарт, если вы предпочитаете быть более официальным. – Она сидит сейчас прямо, и я думаю, что она не могла быть более официальной, даже, если бы старалась.

- Джез, - произношу я. – Мне это нравится.

- Это сокращённо от Джезибель, естественно. И, конечно, наши родители назвали мою сестру в аналогичной манере. – Она откидывается назад, явно ожидая ответа.

- Родители делают так, - говорю я, поскольку мне больше нечего добавить. Следует отметить, что разговоры о родителях, братьях и сёстрах, как правило, не присущи такого рода свиданиям.

Всё-таки, наверное, было правильно сказать это, потому что она начинает улыбаться, и эта улыбка, которая озаряет всё её лицо. И даже не смотря на то, что я не провожу полноценных ночей вместе – никогда – я не могу отделаться от мысли, что мне захотелось бы просыпаться рядом с такой милой улыбкой.

- Послушай, - говорит она, - я знаю, что могу показаться официальной и требовательной, и это может быть немного обескураживающим для некоторых людей. Просто я отношусь ко всему этому очень, очень серьёзно.

- Я понимаю. – Я имею ввиду то, что говорю. Ведь я знаю, что я хороший парень, но женщины должны быть осторожны с теми, к кому они идут домой.

- Я рада, что ты понимаешь, - говорит она, когда официант подходит принять у нас заказ.

Я отдаю официанту меню.

– Зависть Ангела. На скалах. А леди будет…?

- Содовая с лаймом. – Она встречается с моим взглядом, как только официант уходит. – Я хотела бы сохранить ясную голову.

Ладно, провоцирует или нет, но эта женщина невыносима.

– Честно говоря, в данный момент, думаю, надо было заказать двойной.

Её рот напрягается в неодобрении.

– Прекрасно. Но я надеюсь, что у тебя будет ясная голова, когда придёт время. Я ожидаю абсолютного внимания к деталям.

Я удерживаю её взгляд в течение десяти секунд. А потом – ведь в данный момент мне нечего терять – я медленно перемещаю взгляд вниз. Её обычно полные губы, теперь сжались в тонкую красную линию. Мягкий изгиб подбородка. Плавный наклон её шеи.

Верхняя пуговица её шёлковой блузки расстегнулась, и я вижу изгиб её груди, виднеющейся поверх её бледно-розового лифчика. Я останавливаюсь ровно настолько, чтобы представить себе её вкус прямо там. Ощущение её нежной кожи на моих губах. И как её властный, суровый голос смягчится, когда она будет извиваться подо мной и просить о большем.

Медленно я поднимаю глаза.

– Милая, - говорю я. – Для меня главное – это детали.

Я смотрю, довольный, как розовый цвет распространяется по её щекам. Она выдыхает, затем сглатывает.

– Верно. Что ж, это хорошо.

Я сдерживаю улыбку. Я не уверен, в какую игру мы играем, но нет никаких сомнений, что счёт в мою пользу.

Она вздыхает, и я могу сказать, что она пытается собраться с мыслями.

– Итак, если для тебя самое главное детали, то ты уже знаешь о моей проблеме.

Я откидываюсь назад, радуясь, когда официант возвращается с моим напитком, так как это даёт мне время подумать. Проблема? Единственная проблема, о которой упоминалось в её профиле, что она работала так много времени, что месяцами ничего не было. Я заверил её, что мог бы исправить это, и она быстро приняла мой ЗНС – что в 2Nite означает “Запрос На Свидание”.

- Ну, ты действуешь со скоростью сто миль в час, - говорю я, и она кивает, выглядя довольной, что я запомнил.

- И вся эта драма, с моей сестрой, добавляет целый, новый слой безумия.

- Твоя сестра?

Она смотрит на меня жёстко, и я сразу же жалею о сказанных словах.

- Я думала, что ты сделал свою домашнюю работу. – Вызов слышится в её голосе, но я почти этого не замечаю. Я слишком загипнотизирован тем, как сейчас её губы приблизились к соломинке её содовой.

Я сдвигаюсь, мои джинсы чувствуются слишком тесными. И честно говоря, какого чёрта? Поскольку я уже могу сказать, что эта женщина – плохая новость. Интригует - может быть. Проблематична - наверняка. Но и доставит слишком много хлопот.

Судя по всему, части меня, которые располагаются под столом, не столь разборчивы, однако. Но я собираюсь приписать это к общему желанию переспать с кем-нибудь, и не обязательно с Джез.

- Ну? – давит она.

- Ты всегда такая… – я замолкаю, обдумывая, как лучше сказать, о чём я думаю. Стервозная.

- Что?

- Это просто, очень похоже, исключительно, как собеседование на работу. Что выглядит, как перебор для одной ночи.

- Для одной ночи? О, нет. Я ищу кого-то, как минимум на три недели. После этого, мы можем решить, будут ли долгосрочные обязательства иметь смысл.

- Подожди. Что?

- Я была вместе с Ларри в течение пяти лет, - говорит она, что объясняет, почему ей было так неловко сегодня. Я предполагаю, что это её первый раз, когда она использует приложение для свиданий.

- Это довольно долгое время, - говорю я.

- Точно. И честно говоря, я предпочитаю постоянство, которое идёт с долгосрочным соглашением. С кем-то, кому смогу доверять, конечно. Вот что я буду оценивать при общении с тобой, конечно. При условии, что ты проконтролируешь и покажешь себя. В чём, откровенно говоря, я начинаю сомневаться.

Я вздрагиваю, вдруг представив коллегию Олимпийских судей в изножье моей кровати, когда я пытаюсь сделать двойной прокат в прыжке с сальто.

Я качаю головой, отгоняя эту мысль.

- Ладно. Хорошо. Давай вернёмся назад. – Я выпиваю до конца свой бурбон. – Теперь моя очередь назвать тебя неподготовленной. Потому что мой профиль кристально чист. Никаких долгосрочных отношений. – Я сверкаю снова своей очаровательной улыбкой. – Забыть о браке. Только знакомство на одну ночь.

- Это абсурдно. Ты на самом деле полагаешь, что я делаю это ради одной ночи? И ты думаешь, что было бы хорошо со мной? Что я хочу сделать это неоднократно? – Она жестом показывает на стол, как будто человек, угостивший тебя выпивкой – самая ужасная мука, которую можно себе вообразить. – Ты с ума сошёл?

- Мой психиатр так не думает.

Она встаёт, потом вешает свою сумочку через плечо. – Я хочу, чтобы твоя линия поведения была понятна. Это была пустая трата времени на этой неделе, когда мне и так есть, чем заняться.

- Джез… - я поднимаюсь и тянусь к ней, но она отступает назад. Я не знаю, почему хочу, чтобы она осталась, но это так.

Однако, она не даёт мне возможность убедить её.

- Спасибо за выпивку. – Она вздыхает, и я вижу, как она пытается успокоиться. – Я приношу извинения за недоразумение. Несмотря на всё, я думаю, что было бы… интересно работать с тобой.

И потом она разворачивается.

И уходит.

Что, чёрт возьми, только что произошло?

- Ещё? – спрашивает официант, когда я опускаюсь обратно на свой стул.

- Да. В этот раз двойной. Думаю, мне это нужно.

Я сижу там минуту, немного потрясён, и не уверен, почему. Я, чёрт возьми, не должен быть разочарован тем, что она ушла, иначе, наверняка, это было бы проблемой. Последнее, что мне нужно - это женщина, которая хочет вцепиться в меня.

И всё же, я неоднократно сидел в баре и выпивал в одиночку. Но никогда ещё свободное место напротив меня не казалось таким пустым.

Я вздыхаю, затем поднимаю напиток, и официант появляется передо мной. Я наслаждаюсь своим виски, интересно, если это тот алкоголь, который играет с моими мыслями. Заставляет меня думать, что, может быть, два свидания не будут концом света. Чёрт, может, даже три.

Потому что, правда в том, хоть я не совсем и понял её, я давно не развлекался с женщиной.

Мой телефон пищит, сигнализируя о входящем сообщении от 2Nite.

Я выхватываю его из моего кармана, уверенный в том, что это сообщение от Джез.

Но это не так.

О, оно от Джей, всё верно. Но когда я прочитал его, у меня появилось мрачное предчувствие внутри.

Жаль, что я пропустила наше свидание. Работа свалилась, и мне пришлось лететь в Даллас. Отложим на потом?

Джей

Я прочёл его дважды, просто, чтобы убедиться, что выпивка не заставляет меня галлюцинировать.

Но, нет. Послание очевидно. Джей – женщина, с которой я собирался встретиться здесь сегодня – не в Остине. Она находится в двухстах милях отсюда.

Это означает, что она не пришла.

Это означает, что Джез не Джей.

Это означает, что я не знаю, кто такая Джезибель Стюарт.

И я, чёрт возьми, не знаю, какого хрена мы потратили вечер, разговаривая ни о чём.

Глава 3

Я сижу в баре и кручу в руках свой напиток в течении пятнадцати минут, прежде чем меня поражает молнией, и я понимаю. И, да, возможно, мне стоило разобраться во всей этой неразберихе быстрее, но голова шла кругом. Вместо этого, я думал об этих нескончаемых ногах. Мягкой коже. Страстных проницательных глазах.

Не говоря уже о её губах, которые были созданы для греха и сарказма.

Да, я был сбит с толку. И более того, до меня это медленно доходило. Но я отдаю себе отчёт, прилагая усилия, в конце концов. И в тот момент, когда я наконец-таки осознал полный и абсолютный пиздец, который из себя представлял наш разговор, я вскочил со своего стула и направился к выходу.

Джез, конечно же, уже давно не было.

Чёрт.

Я возвращаюсь внутрь и сажусь на стул, который отставил. Мой разбавленный напиток всё ещё здесь, хотя официант собирался его убрать. Я практически зарычал на него, как альфа-лев, претендующий на последний кусок убитой газели, и он попятился, широко раскрыв глаза.

Я залпом допиваю свой напиток, а затем грызу лёд, когда задумчиво стучу своим телефоном.

Теперь, когда я вижу общую картину, реальный сценарий до боли очевиден. Я пришёл сюда, ожидая завести случайную интрижку. Она пришла в ожидании нанять несведущего телохранителя, который не появился.

Или появился?

Я хмурюсь, размышляя о совпадении. Он появился? Если говорить более конкретно, я появился?

Со стоном, я откидываюсь на спинку стула и делаю глубокий вдох. Потому что сейчас, к сожалению, я чую неладное.

Я вытаскиваю свой телефон, набираю домашний номер Керри, и жду, пока она ответит.

- Будто мне на работе тебя не хватает? – отвечает моя сестра.

- Тебе никогда не будет достаточно меня, и ты это знаешь.

Она фыркает.

– Серьёзно, что случилось? У меня наполняется ванна, и там меня ожидает сексуальный шотландский лорд, чтобы я к нему присоединилась.

- Предвкушение, - говорю я. – Делает всё это более сладостным. - У нашей матери была коллекция романов Барбары Картленд, которую моя младшая сестра обнаружила, когда ей было одиннадцать лет, а мне – двадцать один год. Она была сюрприз-это-ещё-не-менопауза ребёнком моих родителей, и поэтому, будучи ребёнком, она провела гораздо больше времени, слоняясь по дому, чем я. Мои родители были пожилые и работали, и в меньшей степени были склонны к её формированию, а я был на Ближнем Востоке, в своём первом туре, а не рядом, чтобы играть роль старшего брата.

Видимо, госпожа Картленд – это наркотик, потому что я уверен, что Керри уже прочла каждый роман из когда-либо написанных. Все их, то есть, за исключением тех, где выступают в главной роли бывшие герои спецназа. Она говорит, что представляет меня и что это, мягко говоря, слишком странно.

Тем более, вряд ли ты являешься образцом для героя романа, - сразу сострила она. А учитывая, что романтика требует больше связи, чем интрижка поздним вечером, она, вероятно, права.

Теперь она резко вздыхает.

– Что тебе нужно?

- Ты назначала встречу между мной и женщиной по имени Джезибель Стюарт?

- Подожди…что? – её голос становится пронзительным, заинтересованным, и я уверен, что она является виновницей всего этого бардака.

- Чёрт, Керри. Если ты запланировала встречу, тебе нужно было внести её в ежедневник. Это примерно также важно, как и твоя работа.

- Я знаю, как делать свою чёртову работу, и я не планировала эту встречу для тебя. Но…

- Кейден? Коннор? – я перечисляю имена своих партнёров.

- Никаких встреч. Ничего. Ноль. Теперь ты прекратишь нести чушь и скажешь мне, что происходит?

- Ты за компьютером?

- Да, у меня в ванной имеется компьютер, - я практически слышу, как она закатывает глаза. – Что тебе нужно?

- Я хочу получить некоторые сведения об этой женщине. Джезибель…

- Стюарт. Да, знаю. Ты сказал. Для этого мне не нужен компьютер. Она из Феникса, но последние десять лет жила в Лос-Анджелесе. Впрочем, она сейчас в Техасе. Её сестра снимается в кино. И зачем я тебе всё это рассказываю?

- Ты уже в сети? Откуда ты всё это знаешь?

- Хм, возможно, потому что у меня есть жизнь и я читаю другие вещи, помимо журналов «Боевое оружие» и «Безопасность».

- И «Мелочь пузатая», - добавляю я сухо. – Я никогда не пропускаю Снупи в воскресной газете.

- Её сестра Делайла Стюарт, - продолжает она, игнорируя меня. – А Джезибель её менеджер. Поэтому они нанимают нас? Из-за всех этих преследований, которые начались после того, как Делайла изменила Левилу с Гаретом Тоддом?

- Не совсем. – Я понятия не имею кто такой Левил, но я знаком с Гаретом Тоддом. В основном потому, что всё своё свободное время я не тратил на изучение своих журналов, несмотря на то, что думает моя сестра. Мне также нравятся любые фильмы с большим количеством трупов и, хотя бы одной офигительной погоней, а Тодд снялся в трёх последних моих любимых фильмах.

Как правило, я бы предпочёл засунуть бамбук под ногти, чем читать, обсуждать или думать о голливудских сплетнях. Но теперь, когда Керри подняла эту тему, я вспомнил разговор, состоявшийся некоторое время назад.

Моя пара продолжала бубнить о какой-то бывшей малолетней актрисе, которая недавно взлетела до уровня суперзвезды, как взрослая. Сначала она была любима фанатами. Не только из-за её прорывной роли, но и потому, что она встречалась с солистом популярной рок-группы. Такой группы, чьи песни отправляют девочек-подростков в судорожные припадки, а взрослых женщин тайно скупать запрещённые биографии в продуктовом магазине в очереди на кассу.

По-видимому, роман актрисы и певца исчерпал себя на страницах жёлтых газет, но по мнению двух издательств они являлись приторно-сладкой влиятельной парочкой, на которых все ровнялись.

А потом актриса была удостоена роли в большом кинопроекте вместе с Гаретом Тоддом. Когда появилась новость, что она переспала с Тоддом – таким образом, разбив сердце певца – она сразу же перешла от любимицы Америки до бездушной гарпии, которая уничтожает жизни мужчин. Она всё ещё была на первых страницах развлекательных журналов, но теперь это было потому, что её оскорбляли и ненавидели женщины во всём мире, все они принимали разрыв музыканта слишком близко к сердцу.

Насколько мне известно, угроз против неё не было, но учитывая сарказм моей подруги, когда она пересказала целую мыльную оперу, не удивлюсь, что угрозы были.

Моя пара закончила рассказ, говоря, что актриса получила то, что заслужила. Судя по всему, её уволили из какой-то крупной кинофраншизы, и она была практически изгоем в поиске новой работы.

Как я уже сказал, мыльная опера.

В то время имя актрисы ничего не значило для меня. Теперь, я уверен, что это была Делайла Стюарт.

Прежде, чем я получу шанс попросить Керри о более подробной информации, она выдаёт.

– Это будет здорово. Бьюсь об заклад, у Делайлы вся защита идёт насмарку. И если бы мы занялись её делами, то смогли бы получить больше работы в индустрии развлечений. В Остине есть так много всего в кинематографии и музыке, и даже при всех разногласиях, рекомендация от Делайлы была бы на вес золота. Мы вполне могли заткнуть дыры, оставленные Тальботом, понимаешь?

Я понимал. Блэквелл-Лион по-прежнему являлся относительно новым бизнесом, и когда я с ребятами прекратил деятельность нашей старой фирмы, мы ожидали постоянного потока контрактов с Реджинальдом Тальботом, миллиардером из силиконовой долины, который перевёз свою семью и бизнес в Остин около десяти лет назад. Но через пять месяцев после того, как Блэквелл-Лион открыл свои двери, Тальбот решил уйти в отставку, продал весь свой бизнес какой-то огромной корпорации и оправился с женой на Средиземное море.

Другими словами, пока он работает над своим загаром, я и мои партнёры делаем всё, чтобы восполнить пробел в нашей клиентской базе.

- Так что же случилось? – спрашивает Керри. – Ты встречался с ней? Как?

- Не имеет значения, - произношу я, потому что, как только Керри узнает настоящую историю, я никогда не узнаю, чем всё закончиться. – Прямо сейчас, мне нужно выяснить, где она остановилась. – Я эксперт по вопросам безопасности, а не частный детектив. Но с годами, я собрал определённый объём ресурсов. – Позвони Гордо и скажи, что у меня есть срочная работа.

- Пожалуйста, было бы не плохо.

- Пожалуйста.

- Ну, раз ты так хорошо попросил…

- Керри, - в моём голосе слышится предупреждение.

- Я просто прикалывалась. Мне не нужно звонить Гордо. Делайла остановилась в «Фиолетовой Короне». Так что ставлю на то, что Джезибель тоже там.

- Откуда ты это знаешь? – спрашиваю я, мысленно подсчитав, сколько времени потребуется, чтобы добраться туда. «Фиолетовая Корона» – это высококлассный бутик-отель в центре Остина. И, удобно, всего в нескольких милях от «Тимьяна».

- Твиттер. Кто-то в отеле сфотографировал её и разместил фото. Хештег Делайла Стюарт.

Я хмурюсь.

– Когда это было опубликовано? Есть другие фото?

Очевидно, она сейчас за компьютером, потому что слышу, как она нажимает на клавиши.

– Хм, пост выложили около пятнадцати минут назад. И у него есть пару десятков лайков. – Там больше разговоров. – Но я не вижу больше никаких постов. Хотя много ретвитов. Зачем?

Я игнорирую вопрос.

– Я перезвоню тебе позже. – Я оставил пятьдесят баксов на столе, и уже на пути к парковке.

- Пирс, - настаивает она, когда я отдаю свой билет камердинеру. – Что происходит?

- Ничего, я надеюсь.

- Но…

Я повесил трубку, затем мои пальцы стучат по стойке камердинера. Мне нужна моя машина быстрее, ведь с каждой секундой боль в животе стягивает всё сильнее.

Возможно, у меня нет полной картины, но я знаю достаточно.

Я знаю, что Джез пришла в «Тимьян», потому что хотела нанять охрану.

Я знаю, что она упоминала свою сестру в нашем разговоре.

Я знаю, что Делайлу всё ещё оскорбляют фанаты.

И я знаю, что её местоположение теперь известно.

Назовите меня параноиком, но это меня совсем не радует.

Глава 4

– Мне нужно, чтобы вы соединили меня с номером Джезибель Стюарт. – Я мчусь по пятой улице в сторону бульвара Ламар, мой телефон подключён к аудиосистеме Range Rover.

Надеюсь, мне не о чем беспокоиться. Конечно, нынешняя производственная компания обеспечила безопасность Делайлы. Но, если так, то почему Джезибель хочет нанять меня? Или, скорее, почему она хотела нанять парня, который должен был появиться вместо меня?

Я не знаю, и на данный момент мне всё равно. Итог, Джез может подумать, что я полный некомпетентный придурок, но я не могу уйти, пока не буду уверен, что она и её сестра в безопасности.

– Извините, сэр, но никто из них не зарегистрирован здесь. – Девушка не кажется достаточно взрослой, чтобы законно пить, и я знаю, что испортил её день. Но лучше её, чем Джезибель.

– Отлично, – говорю я, добавляя немного очарования своему голосу. – Именно так вы и должны были ответить. Я прослежу, и ваш менеджер узнает, что вы застряли с протоколом.

Я замолкаю на достаточное время, чтобы позволить ей сказать, что она понятия не имеет, о чём я говорю. Когда она не отвечает, я знаю, что угадал: Джез и Делайла – гости, руководство полностью осведомлено, и персоналу приказано защищать их личную жизнь, несмотря ни на что.

– Я из рекламного отдела студии. Джезибель ждёт моего звонка.

– Но я не должна её ни с кем соединять.

– Нет, это не так, – говорю я. – И я благодарю вас за то, что вы так старательны. Полагаю, вы были проинформированы о звонке в протоколе?

– Эм…

– Мои извинения, вы должны были быть полностью осведомлены. Очевидно, мы должны пробиться к Стюартам, даже, если они отключили свои сотовые телефоны. Значит, вы просто ставите меня на удержание, затем позвоните наверх. Скажите Джезибель, что Пирс Блэквелл должен поговорить с ней. ПБ, – добавляю я. – Обязательно скажите ей, что это ПБ. И скажите ей, что это важно.

Я почти уверен, что моё имя ни о чём не скажет Джез. Но я надеюсь, что она поднимет трубку из чистого любопытства.

– Но…

– Это обычная процедура, – настаиваю я, поворачивая на Ламар, и направляюсь в сторону моста. – Как только Мисс Стюарт согласится, вам просто нужно будет соединить этот звонок.

– О. Хорошо. Подождите, пожалуйста.

Фоновая музыка начинает играть, и я мысленно даю себе пять.

Однако моя радость быстро утихает, так как время удержания продолжается. Я подъезжаю к мосту. Я на мосту. Теперь я застрял на светофоре. Я смотрю вправо на луну, отражающуюся от поверхности реки, которую мы, местные жители, называем Городским озером, пока около десяти лет назад город не переименовал её в озеро Леди Берд. Это заброшенный участок реки Колорадо, и почему мы просто не называем это одной из маленьких загадок жизни.

Мой взгляд скользит до низких, холмистых возвышенностей на южной стороне реки. Я ничего не вижу с этого ракурса, но я знаю, что там находится «Фиолетовая корона». И Джезибель.

Когда я переезжаю через мост и возвращаюсь на Бартон-Спрингс-Роуд, мой звонок всё ещё находится на удержании, и думаю, что Джез дала мне от ворот поворот, и я никогда не смогу дозвониться до неё.

Я уже собираюсь завершить вызов, повторно набрать номер и повторить попытку, когда клерк возвращается на линию.

– Я сейчас вас соединю, – говорит она, прежде чем я могу спросить, что же всё-таки произошло.

А потом я слышу голос Джез.

– Как ты меня нашёл? Если на то пошло, почему ты звонишь? Я что-то оставила в баре?

– Я в трёх минутах езды от твоего отеля. Я собираюсь остановиться за отелем и припарковаться около служебного входа. Чёрный Range Rover. Собери свои вещи. Возьми свою сестру и встреть меня там.

– В случае, если это ускользнуло от твоего внимания, мы с тобой не работаем вместе.

– Если ты всегда такая сварливая, я буду считать это хорошим знаком. Но сейчас тебе нужно доверять мне. Я перевезу вас в другое место.

– Доверять тебе? Я даже не знаю тебя. В этом отношении, я почти уверена, что ты мне не нравишься.

– Почти уверена? Рад узнать, что есть небольшой шанс, и я могу помочь тебе.

– Пирс…

– И, может быть, я тебе не нравлюсь, но ты мне доверяешь, – продолжаю я. – Если бы ты этого не делала, то не ответила бы на мой звонок. Поэтому я уверен, что ты изучила меня. Зашла на мой сайт. Погуглила мою компанию, мою квалификацию.

Она ничего не говорит, что я воспринимаю, как подтверждение.

– Где Делайла? – спрашиваю я, осторожно, чтобы моя победная улыбка не была слышна в моём голосе.

– Я думала, ты ничего не знаешь о моей сестре?

– Я схватываю на лету. И я знаю, что кто-то твитнул ваш отель.

– Дерьмо.

Её тон даёт понять, что она не знала.

– У вас должна быть какая-то настройка для таких оповещений, – мягко говорю я.

– Есть… или была, – она в очередной раз матерится. – Просто в последнее время в интернете было так много всего о Делайле, что мой телефон разрывался. Теперь наш агент по рекламе просматривает его каждую ночь и отправляет мне информацию по электронной почте каждое утро.

– Послушай, «Корона» - отличный маленький отель, но для вас там небезопасно. Возьми свою сестру, встреть меня, и позволь отвезти вас в безопасное место.

– Почему это вообще твоя проблема?

А это, я думаю, очень хороший вопрос. И я не уверен, как на него ответить. Главным образом потому, что настоящий ответ – она заполнила все мои мысли, и не о помощи ей я думаю, совершенно неприемлемо – это то, что я не хочу признавать. Гораздо меньше.

Вместо этого я выдаю честную ложь. Кое-что правда, но не моя причина.

– Потому что я думаю, что у нас с тобой есть что-то общее, – говорю я.

– Я искренне сомневаюсь в этом.

– У меня есть младшая сестра, – говорю я. – И я бы перевернул небо и землю, чтобы убедиться, что с ней ничего плохого не случилось.

Мгновение она ничего не говорит. Затем произносит очень тихо.

– Её здесь нет. Сегодня вечером у них была поздняя съёмка. Один из парней, работающих в безопасности, везёт её обратно. Но она написала мне несколько минут назад. Они близко.

Я добрался до «Короны». Отель низкий и вытянутый, имеющий форму U, в интерьере которого размещён популярный и открытый бар под открытым небом, окружающий бассейн.

Все номера имеют патио, с видом на бассейн или на зелёную зону. Стойка администратора находится на возвышенности, прямо в зоне бара. Я предполагаю, что Делайла ошиблась, выйдя в своё патио или встав перед окном, а фанат сфотографировал её из бара.

Стойка администратора также находилась прямо у главного входа в отель, к которой можно добраться по короткой крытой дорожке, проходящей впереди бара до двери в конце одного из зубцов U. Это означает, что любой, кто приходит в отель, должен пройти мимо бара. Что хорошо для улучшения бизнеса. Но это не здорово для конфиденциальности или безопасности.

Когда я медленно продвигаюсь вперёд, вижу, что бар переполненный. Это всегда было популярным местом, но прямо сейчас здесь настолько переполнено, что это похоже на версию «Ад Данте».

Я надеюсь, что здесь организован действительно удивительный вечер «Счастливого часа» в среду вечером, и это объясняет толпу. Но я думаю, что некоторые из этих людей пришли не за напитками, а для развлечения. И, судя по всему, Делайла – это гвоздь программы.

– Напиши своей сестре. Попроси водителя отвезти её к чёрному входу.

– Слишком поздно, – говорит она. – Она сказала, что они только что подъехали.

Разумеется, чёрный автомобиль Lincoln Town Car остановился прямо перед стойкой администратора. Портье, должно быть, узнал автомобиль, потому что он выбежал, чтобы открыть заднюю дверь. Водитель выходит и начинает крутиться около пассажирской стороны.

Я не вижу, кто в машине, но толпа в баре имеет чёткое представление, и как только дверь открывается, толпа встаёт. Я опустил окна своей машины, свист и крики: «сука», «шлюха» и «Левил заслуживает лучшего» - звучат громко и ясно.

Я включил передачу и ударил по педали газа, выехал вперёд, когда толпа начинает бросать гнилые помидоры. А полдюжины камер мигают, освещая эту сцену.

Помидоры забрызгали весь тротуар, а Делайла нырнула обратно в машину, захлопнув за собой дверь, когда в стороне от машины взорвался град небольших красных бомб.

Я подвожу Rover, чтобы с визгом остановиться рядом с Lincoln.

– Что происходит? – восклицает Джезибель, её голос звучит через громкоговорители.

Я не потрудился ответить. Я выхожу из машины и открываю левую пассажирскую дверь Lincoln. Делайла, выглядя молодо и напугано, уклонилась от меня. Я протягиваю руку.

– Я с Джез. Давай.

Она колеблется, и я думаю, что мне придётся залезть в машину и насильно вытащить её, когда голос Джез бьёт из громкоговорителей Range Rover.

– Делай, что он говорит, Дел, я иду.

Сразу же, Делайла бросается ко мне. Я хватаю её за руку и притягиваю к себе, а затем сажаю её на заднее сиденье Range Rover.

– Эй! – говорит парень из службы безопасности, укрепляя моё мнение о нём, как о некомпетентном придурке.

Со стороны отеля, около Lincoln группа женщин движется вперёд, их глаза наполнены гневом, которого я не понимаю, но, конечно, не могу отрицать.

– Сука!

– Левил был слишком хорош для тебя!

– Как ты могла причинить ему боль?

– Шлюха!

Они приближаются, и я возвращаюсь к водительскому месту, крича, чтобы Джез встретила нас у служебного входа.

Но, как только я собираюсь сесть в машину, она прорывается через дверь отеля, а затем останавливается, всего в нескольких футах от взбешённой толпы. Дерьмо.

Её телефон около уха, и я слышу её крик:

– Делайла! – в стерео – с тротуара в нескольких ярдах, и через опущенное окно моего Range Rover.

– Джез! – закричала Делайла. – Пожалуйста, мистер!

Я колебался только секунду, обдумывая, будет ли быстрее добраться до неё в Rover или пробежаться по тротуару.

Я помчался.

Сначала толпу она не интересует, но потом кто-то окликает Джезибель, и они массово двигаются к ней, выкрикивая вопросы о Делайле. Всплеск яростной энергии прорывается сквозь меня – они не трогают её – и я подталкиваю себя, чтобы быстрее добраться до неё, начинаю свободно дышать, только когда я, наконец, хватаю её протянутую руку.

– Пойдём, – приказываю, хотя нет необходимости. Она прямо рядом со мной, и мы бежим к машине вместе, пальцы сцеплены, а молодые женщины цепляются за мой пиджак, кричат проклятия и задают вопросы, и ругаются, что Делайла заплатит за то, как сильно она обидела их сладкого, замечательного Левила.

– Внутрь, – говорю я, открывая дверь, чтобы она могла встать позади меня и быть рядом со своей сестрой. Я хлопаю дверью, сажусь в машину и, сжигая резину, возвращаюсь на улицу.

Я не останавливаюсь, пока мы не уезжаем достаточно далеко от отеля. Затем я сворачиваю на одну из парковок в парке Зилькер, заглушаю двигатель и расслабляюсь, мои глаза немедленно направляются к зеркалу заднего вида. К ней.

Женщины находятся рядом друг с другом, Джез обнимает Делайлу, которая прижалась к ней, тихо плача. Через мгновение Джез поднимает глаза и встречается с моим взглядом в зеркале заднего вида.

- Спасибо, - говорит она.

И я смотрю в сторону, грудь сжимается от волнения. Я говорю себе, что думаю только о Керри. Поставив себя на место Джез, и сопереживая о том, как она теперь себя чувствует, что её сестра в безопасности.

Конечно, это неправда, что я чувствую потрясение от благодарности этой женщины. Этот мягкий, благодарный взгляд от женщины, которая, я знаю, сильна и компетентна, но всё же она нуждалась во мне. И гордость проходит сквозь меня за неё.

За неё.

Потому что дело не в работе. Речь идёт о самой женщине. И это не то, что я чувствовал в течение долгого времени.

Честно говоря, это не то, что я хочу чувствовать вообще.

Внезапно, огромный салон моего Range Rover вызывает у меня приступ клаустрофобии. Я хватаю ручку и открываю дверь, затем выхожу, закрывая её за собой. Им нужна конфиденциальность. И мне нужно пространство.

Но через несколько минут я услышал, как дверь открылась, затем захлопнулась. Я прислонился к передней части Rover, глядя в сторону футбольного поля и реки. Моя квартира находится на другой стороне, и с этой точки обзора, я вижу, как моё здание слилось с горизонтом в центре Остина.

Дом.

– Прекрасный вид, – говорит Джез, расслабляясь рядом со мной.

– Ты первый раз в Остине?

Я всё ещё смотрю на городские огни, но вижу её боковым зрением. То, как она поворачивается ко мне, её голова слегка наклоняется, как будто я запутанная головоломка, которую она должна разгадать.

– Почему ты был в «Тимьяне»? Не для того, чтобы встретиться со мной.

– Свидание вслепую, – говорю я, поворачиваясь к ней. – Роковое совпадение. – Я кивнул в сторону машины. – Мы должны написать об этом. Это может быть один из тех дурацких романтических фильмов. Твоя сестра могла бы сыграть главную роль.

Сразу же её выражение лица меняется, и она обнимает себя, словно ей холодно. Сейчас март, а это Остин, так что в воздухе почти нет холода. Несмотря на это, я снимаю пиджак и накидываю ей на плечи. Она быстро улыбается мне, выглядя застенчивой и уязвимой одновременно.

– Я начинаю задаваться вопросом, будет ли что-нибудь, чтобы сыграть.

– О чём ты говоришь?

На мгновение, я думаю, что она ответит. Затем стена воздвигается между нами, и она просто качает головой.

– Ничего. Неважно.

– Джез…

– Честно говоря, это не твоя проблема. – Она отталкивается от машины. – Я очень ценю твою помощь, правда. Но со мной всё будет хорошо. Когда ты отвезешь нас обратно, ты, вероятно, должен высадить нас у служебного входа.

– Мы не вернёмся, – говорю я.

– Извини?

– Сейчас здесь проходит Юго-западный фестиваль, – говорю я ей, имея в виду хорошо организованную конференцию и фестиваль Остина. – Мы говорим о фанатах, репортёрах, и обо всей подобной белиберде. Все они в городе. И «Фиолетовая Корона» небезопасна. Ты думаешь, что фотографы будут держаться подальше от этого бара только потому, что вы хорошо их попросите?

– Ты прав, – говорит она, удивляя меня. – Я позабочусь об этом завтра.

– Как насчёт того, чтобы мы позаботились об этом сегодня?

Её губы сжаты.

– Я ценю то, что ты сделал, – говорит она. – Но я не нанимала тебя. Мне нужна фирма, которая сможет обеспечить долгосрочные отношения, а не разовые.

– Сегодняшнее действие обернулось для вас наилучшим образом, – говорю я с кривой усмешкой. – Но для того, чтобы прояснить ситуацию, в работе, я за долгосрочные отношения.

– Значит, это ваша личная жизнь ограничена?

Что-то в том, как она говорит, ударяет меня в живот. Как будто она разгадала меня и дошла до сути.

– Да, – говорю я. – Раньше я обжёгся. Это слишком сложно для меня.

Она кивает.

– Ну, я не думаю, что это важно. Мы не в отношениях, у нас не будет интрижки на одну ночь, а у меня уже есть новая команда безопасности, подобранная до конца съёмки.

– Во главе с тем парнем, который не появился в «Тимьяне»?

– Вообще-то, да.

Я киваю.

– Кажется надёжным и основательным. Хороший выбор.

– Студия проверила его, – говорит она жёстко. – Они просто ошиблись, когда устроили встречу. Завтра он прилетит.

– И Ларри?

Она нахмурила брови.

– А что насчёт Ларри?

– Он твой бывший глава безопасности, не так ли? Тот, с которым вы были в течение пяти лет? – Я кручу пальцем рядом с головой. – Я перекрутил наш разговор в своей голове. Теперь я понимаю, кого у вас нет.

– Что насчёт него?

– Он одобряет вашего нового парня?

– Я… я не знаю. – Она вздыхает и смотрит вниз на землю. – Он умер более года назад. Пьяный водитель в Ньюпорт-Бич.

Моя кровь замирает во мне – эта история слишком знакома.

– Ларри? – говорю я. – Лоуренс Пайпер? Полковник Лоуренс Пайпер?

Её глаза расширились.

– Ты знал его?

– Я провёл шесть месяцев под его командованием. Я ходил на его похороны, – добавляю я.

– Ты был в спецназе.

Я киваю. Мне не нравится говорить о моей службе в спецвойсках. Я не жалею об этом – у меня есть моя работа и мои навыки, которые я освоил в армии, но то, что я видел, может преследовать человека. И я давно научился закрываться от боли.

– Думаю, Ларри хотел бы, чтобы я убедился, что ты в безопасности, – говорю я сейчас. – Чтобы вытащил тебя из «Короны». – Прядь волос упала на её губы, и я смахиваю её, не задумываясь, удивлённый тем, что почувствовал, как сквозь меня проходит электрический разряд, когда мои пальцы задевают её щёку.

Она тоже это чувствует. Я уверен в этом. Я слышу её вздох. Я вижу, как она отводит взгляд, затем делает шаг назад. Она останавливается, плотнее запахивая куртку вокруг себя. Когда она снова поднимает глаза, то уже закрылась от меня.

– Мы никогда не найдём комнату. Фестиваль, помнишь? И все наши вещи в «Короне».

– Другими словами, если я смогу достать вам ваши вещи и найти для вас комнату, вы переедите в другую гостиницу без возражений?

– Ну, чёрт возьми, – говорит она. – Я согласна.

Я борюсь с самодовольной усмешкой.

– Бросаешься прямо в огонь.

Её губы сжаты, но на этот раз это не от раздражения, а потому, что она пытается сдержать улыбку. И это усилие заставляет её разрумяниться, придавая ей сияние, которое одновременно и сексуальное, и медовое… и действительно не то направление, в котором мои мысли должны путешествовать.

Через секунду она собралась.

– Хорошо. Превосходно. Ты победил. Но ты никогда не найдёшь комнату. Это безумие.

– Можем ли мы поспорить? – Теперь я играю с огнём. Но я ничего не могу с этим поделать. Я хочу почувствовать тепло, даже, рискуя быть сожжённым.

Её глаза сузились.

– Каковы ставки?

– Я думал, что ты была со мной на свидании вслепую, ранее вечером. Давай сделаем это официально. Поужинай со мной завтра.

Одна бровь поднимается так, как может быть только у неё.

– Когда ты думал, что мы были на свидании, мы выпивали.

– Достаточно справедливо, – говорю я. – Напитки и закуски. По рукам?

– Договорились, – говорит она. – Но тебе не выиграть.

– Смотри сюда. – Я вытаскиваю свой телефон, надеясь, что моя уверенность не испариться, а затем набираю друга, с которым я не разговаривал годами. – Райан Хантер, – говорю я ей. – Раньше он владел собственным бизнесом в сфере безопасности, но теперь он является начальником службы безопасности для Stark International, – продолжаю я, ссылаясь на огромный международный конгломерат, принадлежащий бывшему теннисисту, который стал миллиардером-предпринимателем, Дэмиену Старку.

– И как это поможет?

– Новый отель «Звёздный огонь» на Конгресс-Авеню является отелем Старка. Поэтому, если управление держит номер, я на девяносто процентов уверен, что Райан забронирует его для меня.

Он отвечает на четвёртом гудке, и после некоторой быстрой болтовни я перехожу к делу. – В идеале – это люкс, – говорю я после объяснения ситуации. – Но я был бы благодарен за всё, что ты мог бы раздобыть.

– Подожди, – говорит он, а затем оставляет меня висеть на линии. – Есть, – говорит он, когда возвращается. – Спроси у Луиса, когда доберёшься. Он заберёт их.

– Я у тебя в долгу.

– Я это запомню.

Я посмеиваюсь, а потом вешаю трубку. Большая часть бизнеса безопасности работает на продаваемых услугах. Сегодня эта практика хорошо сработала для меня – и для Джез, которая смотрит на меня с любопытством.

Я вспыхиваю победоносной улыбкой.

– Никогда не играй против казино.

– Пойдём, – говорит она, и, хотя её голос суровый, я слышу юмор за этим.

Как и было обещано, Луис хорошо позаботился о Дел и Джез, предоставляя им псевдонимы для регистрации, номер на этаже с закрытым ключом доступа и план этажа, состоящий из двух спален, которые соединяются с противоположных сторон огромной гостиной.

– Надеюсь, это подходит? – спрашивает Луис.

– Это здорово, – уверяет его Джез.

– Так что, всё готово, – говорю я после ухода Луиса. Он пообещал лично действовать в качестве связующего звена с «Короной», чтобы организовать доставку вещей обеих женщин. – Завтра вечером. Я заберу тебя в восемь.

– Я встречусь с тобой у Тимьяна, – говорит она, потом невинно улыбается.

– Справедливо. Но никакой содовой с лаймом.

– Договорились, – говорит она.

– Вам двоим нужно пожать друг другу руки, – говорит Делайла, идя в спальню, которую она заняла.

Раньше я не видел её, но легко можно понять, почему она была известна. В восемнадцать лет у неё есть зрелость, из-за которой она кажется старше… Но также в её образе жизни присутствует и наивность, которую тоже просто хочется защищать.

Она ниже ростом, чем её сестра, и стройнее. Cлишком худая, по крайней мере, на мой вкус.

У неё классически красивое лицо, но веснушки придают ей располагающую к ней особенность. Она полна смеха, несмотря на преследование фанатами, и легко понять, кто является более серьёзной из сестёр.

– Ещё раз, спасибо, – говорит мне Делайла – что, должно быть, уже в тысячный раз. – За спасение и за номер.

– Не за что, ещё раз, – говорю я, и она усмехается.

– Он был хорош, не так ли? – говорит она Джез.

– Властный и высокомерный, – говорит Джез, смотря на меня. – Но, да. Он был хорош.

Я улыбаюсь, больше доволен комплиментом, чем должен был.

– Конечно, он также засранец, – добавляет она, заставляя Делайлу рассмеяться.

– Смотри, или я сделаю ещё одну ставку. Думаю, мы оба знаем твой послужной список.

– Я дрожу от ужаса.

Голова Делайлы поворачивается из стороны в сторону, её глаза широко раскрыты, когда она смотрит на нас обоих, как на теннисную игру. – Итак, завтра, верно? Я просто посижу здесь.

– Ты обязательно будешь здесь, – говорит Джез. – Завтра не опаздывай на съёмку. Поэтому не повторяй сегодняшний вечер. – Она взглянула на часы. – У тебя встреча назначена на пять часов утра. Я разбужу тебя в четыре. Иди. – Она кивнула в сторону спальни.

Делайла смотрит на меня, её выражение лица раздражённое.

– Она забывает, что прошло уже пять лет с тех пор, когда мне было тринадцать.

– Ты забываешь, какая ты сука, когда не выспишься.

От этого, Делайла замолкает, подняв руку, чтобы пальцем указать на Джез.

– Я слышала это.

– Я пойду, пойду. – Делайла останавливается у двери своей комнаты. – Ещё раз спасибо, Пирс. За всё.

– Рад служить, – говорю я. И затем она закрывает дверь, и я остаюсь наедине с Джез, и эта роскошная комната кажется слишком маленькой.

Я прочищаю горло.

– Я тоже должен позволить тебе поспать.

Она кивает.

– Да. Уже поздно.

– До завтра, – говорю я.

– До завтра. – Она подходит ко мне, и моё сердце стучит в ожидании её прикосновения, а затем от обиды, когда я понимаю, что всё, что она делает, это идёт к двери.

– Запри за мной, – приказываю я.

– Конечно.

Затем я выхожу в коридор, а она улыбается, и дверь закрывается перед моим лицом.

И мне кажется, что это конец.

Хотя нет. Я увижу её завтра.

И тут я понимаю, что я сделал ошибку с этой ставкой. Я должен был закрыть рот.

Я должен был просто уйти.

Потому что Джезибель Стюарт – это женщина, которая забирается под вашу кожу.

Но я не из тех мужчин, которые позволяют это.

Глава 5

– Это мой любимый кадр, – говорит Кэрри, держа планшет так, чтобы Коннор мог увидеть, на что она смотрит. Затем она поворачивает его ко мне, как будто я был каким-то дополнением. – Мне нравится всё, кроме тебя и Делайлы. Вы оба получились немного расплывчатыми.

– Отлично, – говорю я, откидываясь назад на столешницу в комнате отдыха, и потягивая вторую чашку послеобеденного кофе. После рассмотрения чертежей, подготовленных для предстоящей работы, мне нужен кофеин. – Это твой способ быть любезной со своим старшим братом.

Изображение из «Короны», где показано, как Делайла и я спешим из лимузина в мой Range Rover.

– Снимок был сделан в движении, – говорит Коннор, широко улыбаясь. – И с кинозвездой. Я не знаю, Блэквелл. Это может стать началом твоей новой карьеры.

– Неа, – говорит моя сестра Коннору. – Это у тебя внешность кинозвезды.

– Эй. – Я прижал руки к груди, притворяясь обиженным. – А я что? Корм для собак?

Она опускает планшет и серьёзно смотрит на меня.

– Да, – говорит она. – Если подумать, ты очень горяч, даже, если ты мой брат. Всё из-за твоих глаз. У тебя томный взгляд.

Коннор фыркает у холодильника.

– Я серьёзно, – говорит моя сестра. – Я имею в виду, у него есть тело – спасибо дяде Сэму – и крепкий подбородок. Дополнительные очки, кстати, за щетину.

– Я стараюсь.

– Но эти светло-голубые глаза, так и манят найти себе пару на ночь. Я имею в виду, в основном, он получил то, что должна была получить я. Ублюдок.

У моей сестры тёмные волосы и карие глаза, и она чертовски хорошо знает, что она потрясающая.

– Но ты, – продолжает она, глядя на Коннора, – в тебе есть что-то таинственное. Это очень горячо.

– Ты просто хочешь переспать со мной, – дразнит Коннор.

– Плавали – знаем, – говорит она легкомысленно.

Как всегда, когда упоминается их интрижка, я смотрю на них обоих, ища признаки того, что их недолговечные отношения помешают и ударят по бизнесу. Но они оба выглядят прекрасно, двигаясь дальше. И хотя это меня удивляет – Кэрри была влюблена в Коннора с тринадцати лет, когда я приехал с ним и Кейденом домой, пока мы были в увольнении – я также знаю, что разница в четырнадцать лет не устраивает Коннора.

Поскольку они не поговорили со мной, после того, как расстались, я не знаю всех подробностей. Но я знаю, что они остались друзьями.

Это хорошо работает для бизнеса, потому что моя сестра делает выдающуюся работу в качестве нашего офис-менеджера, роль, которую она взяла на себя после того, как призналась мне, что ей было скучно на её предыдущей работе в качестве помощника юриста. Теперь, она управляет офисом, а в остальное время ходит на учёбу для её MBA[1].

Она снова поднимает планшет.

– Есть ещё десятки фотографий, подобных этой. Возможно, сотни. Хотите увидеть?

– Нет, – твердо говорю я, поскольку Коннор говорит. – Чёрт, да.

– Хорошо, – произносит она, опуская планшет с ухмылкой. – Я покажу Коннору позже, когда Кейден будет здесь, чтобы увидеть твой позор.

– Вот почему ты моя любимая сестра. Ты так заботишься обо мне.

– Я потрясающая, - пропела она. – Но серьёзно, из твоих пятнадцати минут славы, мы можем извлечь выгоду.

Кейден проскальзывает в комнату, затем прислоняется к стене, скрестив руки.

– Ну, и что мне нужно услышать. Что сделал наш мистер Блэквелл?

Кэрри передаёт ему планшет, а затем даёт ему краткое описание прошлой ночи – по крайней мере, её версию. Кейден слушает, забавляет то, что его выражение почти такое же, как и у Коннора. Я полагаю, что этого следовало ожидать. Они идентичные близнецы. Но сейчас их легко отличить друг от друга. Кейден носит шрам над левым глазом – травма, из-за которой он был уволен три года назад, несмотря на то, что намеревался остаться в игре до выхода на пенсию.

Он всё ещё выполняет оперативную работу в Блэквелл-Лион, но в основном он является лицом нашей организации. И он чертовски хорош в этом. “ Шрам заставляет меня выглядеть жёстким”, – часто говорит он. – “И это основное требование, когда я прошу людей доверить мне их жизни”.

Он передаёт планшет обратно Кэрри.

– Итак, весь этот репортаж привлёк много новых дел.

– Не много, – говорит она. – Но сегодня я, должно быть, получила не менее полудюжины звонков. Предполагаю, люди думают, что, если Пирс будет присматривать за Делайлой, тогда он также сможет присматривать и за ними.

– Она наняла нас? – спросил Кейден, который был очень похож на сразу-переходящего-к-делу Кейдена.

– Нет, – говорю я. – Это было одноразово.

– Ты никогда не говорил мне, как ты их встретил, – говорит Кэрри.

– Я встретил Джезибель в «Тимьяне». Нас обоих продинамили.

– Ммм.

– Я могу сказать, что она мне не поверила. Я смогу смириться с этим.

– После всей этой хорошей работы и она не наняла тебя? – спрашивает Коннор. – Ты что, какой-то благодетель?

– Неа. – Мои навыки в этой области не секрет. Разработка новых дел – это специальность Кейдена. – Но, учитывая все обстоятельства, я думаю, что всё в порядке. – Я указываю на Кэрри. – Разве она не говорила, что телефон не замолкает весь день? Я выполнил свою работу.

Я стараюсь не подавать вида. Ничего здесь удивительного, просто примитивное поведение людей.

Но по правде? По правде говоря, я действительно хочу эту работу. Потому что без неё, сегодня вечером будет последний раз, когда я увижу Джезибель Стюарт. И этот маленький факт совсем не помогает мне.

– Ладно, хватит о моём брате. Мы собираемся провести эту встречу или нет?

Коннор кивает в сторону круглого стола посреди комнаты отдыха, Кэрри ставит миску с мармеладками – её личной слабостью – и мы начинаем наше обычное совещание по четвергам, где просматриваем все текущие задания и пробегаемся по бюджету.

Кэрри как раз находится в процессе предоставления нам плохих новостей о том, сколько будет стоить наша модернизация брандмауэра, когда электрический звонок сигнализирует о том, что кто-то вошёл в приёмную.

– И это тоже в бюджете, – говорит Кэрри, пока поднимается. – Я офис-менеджер, а не администратор. Нам нужно нанять кого-то, срочно.

Она исчезает за дверью, проходя короткое расстояние до стойки регистрации. Я слышу, как она разговаривает с кем-то, но не могу разобрать слов. Не то, чтобы я действительно пытаюсь. У нас появилось несколько посетителей, но большинство клиентов приходит через рефералов. Обычно, когда кто-то заходит в парадную дверь, это потому, что они доставляют пакет или бросают листовки нового ресторана на вынос.

Поэтому я не удивляюсь, когда Кэрри быстро возвращается. Но я удивлен тем, кого я вижу с ней.

Джезибель.

Глава 6

- Верно, - говорит Керри, смотря между мной и Джез. – Итак, Коннор? Не могли бы вы с Кейденом пройти со мной в архив? У меня возникли проблемы… хм… с перезагрузкой сервера?

Она уходит, и они оба следуют за ней, но прежде три пары любопытных глаз смотрят на меня. Однако, я не могу удовлетворить их интерес. Дело в том, что мне тоже любопытно.

Я жестом приглашаю её к столу.

– Мармеладку?

- Хм, конечно, - она садится и вытаскивает одну, розового цвета.

- Я ошибался, - говорю я. – Я бы никогда не подумал, что ты такая сладкая.

Она держит конфету двумя пальцами.

– Ты думаешь, что я недостаточно женственная для розового?

- Едва ли, - произношу я. Я занимаю место рядом с ней, и моё колено прикасается к её, когда сажусь. – Просто я не думаю, что дело в тебе.

- Это факт?

Я протягиваю к ней руку, мои пальцы ласкают её кожу, когда я выхватываю розовую конфету из её рук, а затем кладу себе в рот.

– Сладкая, - говорю я, когда её брови поднимаются.

- А я не сладкая?

- Я этого не говорил.

Она смотрит на меня с интересом, когда я достаю чёрную конфету из миски.

– Но ты тоже можешь получить кайф. Не говоря о твоём послужном списке. – Я кладу конфету в рот и посасываю её некоторое время, с удовлетворением отмечая, как она немного начинает ёрзать на стуле. И то, как она избегает смотреть мне в глаза. – И правда в том, что думаю я никогда не буду наслаждаться чёрными, но каждый раз, когда я пробую, я понимаю, что не могу достаточно насытиться ими.

- О, - сглатывает она, когда облизывает губы. – Я всегда предполагала, что они на любителя.

- Нет ничего плохого в этом, не так ли?

Она удерживает мой взгляд.

– Нет. Полагаю, что нет.

- Может быть, сегодня вечером я закажу для тебя рюмку Самбуки. Пьянящая, как мармеладка.

Её улыбка мерцает, затем исчезает.

- Ладно, бурбон. Или вино. – Мои шутки не оживляют её улыбку, и я откидываюсь назад в своём кресле. – Хорошо, скажи мне правду. Где мой шутник сбился с пути?

Я, очевидно, удивил её, и она засмеялась. Джез прижимает пальцы к губам, качая головой.

– Извини. Нет, всё в порядке. И смешно.

- Я слышу «но».

- Мы не будем сегодня пить, - говорит она.

Эти слова, как удар в живот, но я держу себя в руках.

– Не проблема, - произношу я. – Мы можем перейти непосредственно к сексу.

Она поднимает бровь, и на мгновение, я думаю, что это признак неодобрения. Но затем я вижу, как в её глазах мерцает веселье, прежде, чем она наклоняет голову и сосредотачивается на миске с желе.

Она достаёт две пятнистые жёлтые конфеты.

– Это ты. Попкорн-желе. Сладкий, солёный и очень непредсказуемый.

Я наклоняю голову.

– Это звучит удивительно похоже на комплимент. Но этого не может быть. – Я откидываюсь в кресле, положив голову на переплетённые сзади ладони. – Потому что, если бы это был комплимент, ты бы не отменила наше свидание. Помнишь, свидание, которое я выиграл? Думаю, что мы столкнулись здесь с довольно серьёзным нарушением правил.

Я мысленно съёживаюсь. С такими глупыми шутками, неудивительно, что она меня динамит. И хотя я испытываю соблазн показать свои навыки зарабатывания денег, я не уверен, что готов был открыть все свои карты прямо сейчас.

- Многообещающий комплимент, - говорит она. – Я отменяю наше свидание, потому что хочу нанять тебя. Я имею в виду, для защиты Делайлы. Ну, не только тебя. Всех твоих людей в случае необходимости.

- О, - я встаю и направляюсь к кофеварке, в основном потому, что не хочу, чтобы она видела выражение моего лица. Честно говоря, я не совсем уверен, что она увидит на нём. Разочарование по поводу сегодняшнего вечера? Восторг по поводу работы? Удивление от того, что она предложила? Особенно, если учесть, что у неё уже был кое-кто на примете…

- Почему? – спрашиваю я, развернувшись к ней. – Я думал, что компания уже наняла кое-кого.

- Да, они сделали это.

- А судя по твоему выражению лица, я предполагаю, что они согласились на замену, потому что ты повесила на них финансовые расходы.

- Мы платёжеспособны, мистер Блэквелл. Если ты, конечно, переживаешь об этом.

- Не сомневался в этом даже ни на секунду. Кофе? – я хватаю кружку и протягиваю её. Она качает головой, и я ставлю кружку обратно в шкаф. – Ларри, - произношу я, а когда снова разворачиваюсь к ней, вижу по её выражению лица, что моё предположение верно. – Это из-за Ларри.

Её плечи поднимаются и опускаются.

– Он тебя обучил, - говорит она. Как будто этого объяснения достаточно. – Я ничего не знаю о людях, которых наняла компания.

- Ты также многого не знаешь обо мне.

- Как ты сказал, я сделала домашнее задание. И прошлой ночью я видела тебя в действии. И ты прав.

- Как обычно, - замечаю я. – В чём я прав сейчас?

- Когда ты вчера позвонил мне в номер, помнишь? Ты сказал, чтобы я тебе доверяла. – Она наклоняет голову, в её глазах вызов. – Ты был прав. Я согласна. И Делайла тоже.

Мне нравится, как звучат эти слова больше, чем хочу признать.

- А, если я скажу, что у нас всё расписание занято? Что мы обслуживаем наших клиентов в полную силу прямо сейчас, и у нас нет ресурсов, чтобы взять ещё кого-нибудь?

Она встаёт и подходит к стойке, затем облокачивается на неё, и невозмутимо смотрит на меня.

– Это то, что ты собираешься мне сказать?

Я не должен, чёрт возьми. Чёрт, я даже не должен думать об отказе от этой работы, особенно, когда всего лишь пятнадцать минут назад я стоял в этой комнате, желая, чтобы эта работа была моей, и я смог снова её увидеть.

И вот она здесь, предлагает мне этот лакомый кусочек. Я должен просигналить в проклятый гудок и дать понять Керри и парням, что у нас намечается новый клиент, и рассказать им, что мы собираемся это отпраздновать, заплатив часть долга и привести в порядок наши финансы.

Я должен, но теперь, когда она здесь, а я столкнулся с той самой реальностью, что и желал, я не могу выразить весь восторг, не говоря уже даже о словах. Потому что эта женщина уже пробралась под мою кожу, а соблазн иметь её в своей постели – чертовски велик. Как, чёрт возьми, я должен работать с ней бок о бок и не касаться её?

А что, если я не удержусь? Что, если я нарушу все свои правила и позволю себе поддаться этому ходячему, говорящему искушению по имени Джезибель?

Либо она даст мне пощёчину – в этом случае я испорчу наши рабочие отношения прямо здесь – или же она растает в моих руках.

Хорошее в этом моменте то, что это «может быть». Но я боюсь, что однажды Джезибель окажется в моей постели, и я не захочу, чтобы она её покидала.

И это то осложнение, которое мне действительно не нужно в моей жизни.

- Пирс?

- Да, верно, - я вздыхаю. – Извини, но мы действительно все заняты.

Её бёдра покачиваются, пока она подходит ко мне в два шага. Джезибель использует обе руки, чтобы схватить меня за воротник, затем приближается, и её губы касаются моего уха, когда она шепчет.

– Лжец.

Слово проходит сквозь меня, заставляя мой член напрячься. И да, заставляя меня бороться с желанием запустить мои пальцы в её волосы, удерживая голову на месте, и поцеловать её до беспамятства.

Я упоминал, что нахожу властность чрезвычайно сексуальной?

И она, либо сделала свою домашнюю работу…, либо очень хороший игрок в покер.

Честно говоря, женщина, которая может блефовать – чертовски сексуальна.

Она отходит на несколько шагов назад, и уголки её губ опустились в недовольстве.

– Послушай, я знаю, что наша первая встреча была слегка необычной. Я имею в виду, что подумала о тебе, как о некомпетентной заднице.

- Если ты пытаешься уговорить меня заняться этой работой, то не совсем хорошо с этим справилась.

Её губы сжимаются.

– Я пытаюсь сказать, что поменяла своё мнение.

Я делаю шаг в её сторону, и мои глаза встречаются с её.

– Так ты не думаешь обо мне, как о некомпетентной заднице?

Она стоит рядом со стулом, а её рука сжимается за спиной. Её глаза не покидают моих. – Ты всё-таки задница, – говорит она. Её голос немного хриплый. Немного. Едва ли бы вы заметили, если не обратили бы внимания на это.

Я обратил внимание.

Я подошёл ещё на один шаг ближе.

– Но?

Она облизывает губы, и будь я проклят, если не желаю эти губы.

– Но я думаю, что ты компетентная задница.

- Ты права. Я такой.

Я стою перед ней всего лишь в нескольких сантиметрах. Я чувствую запах её духов, тонкий ванильный аромат. Я чувствую её тепло. Я вижу, как её блузка поднимается и опускается в то время, как она часто дышит.

Это мой шанс.

Я могу скользнуть рукой ей за шею, удерживая на месте. Я могу обрушиться на её губы своими губами и притянуть её тело к своему. Я могу потерять себя в её мягкости, и ощутить, как мой член становится жёстким от прикосновений к её изгибам.

Это было бы слишком просто, заманить её поближе. Претендовать на её губы. Мой язык требовательный и жёсткий, когда мы поддадимся одному дикому, страстному поцелую, который лишит нас воздуха, как и секс.

Я мог бы запросто сделать это.

Я мог бы… но не стал.

Вместо этого я засовываю руки в карманы своих брюк. Я отворачиваюсь и смотрю на стол. И затем глубоко вздыхаю.

- Пирс?

- Пойдём, выпьем.

- Выпьем, - повторяет она, её голос унылый. – Я не думаю, что это хорошая…

- Уже почти пять. У меня был долгий день. И мы можем поговорить о расписании Делайлы, о ваших проблемах, характере работы. И всё такое.

- Итак, это деловая встреча. – В её словах нет интонации. Как будто она специально пытается лишить их эмоций. И в результате, я понятия не имею, ощущает она облегчение или разочарование.

- В паре кварталов отсюда есть бар. На Шестой. Мой друг владеет им, так что мы сможем забронировать столик, даже, во время Южного фестиваля.

На мгновение она замолкает, явно задумавшись. Наконец, она кивает.

– Тогда хорошо. Показывай дорогу.

Керри работает за компьютером в приёмной, её брови поднимаются, когда мы выходим из зала совещаний.

- Мы вернёмся через несколько часов, - говорю я ей. – Можешь составить стандартный клиентский договор и оставить его на моём столе? Мисс Стюарт, возможно, захочет просмотреть его, когда мы вернёмся.

- Конечно, сэр, – её тон вполне профессиональный, но я хорошо знаю свою сестру и могу сказать, что она умирает от желания задать мне тысячу вопросов.

Я открываю дверь для Джез и направляю её дальше в сторону лифта, прежде, чем Керри не справится с любопытством, нарушая протокол, и не начнёт засыпать нас вопросами.

Мы ждём лифт, когда Джез произносит.

– Твой секретарь кажется…

- Что?

- Компетентной, - говорит она, хотя, очевидно, это не то, что она собиралась сказать.

Я рассматриваю её с любопытством.

– Правда? – Керри компетентна, однако, это не та атмосфера, которую она показывала с того момента, как вошла Джез. Наоборот, я бы сказал, что её главной эмоцией было необузданное любопытство.

- На самом деле, да. Но я собиралась сказать, что она показалась мне любопытной. – Двери лифта открываются, и она заходит, затем поворачивается ко мне лицом. – Это из-за меня или тебя?

- Из-за обоих, я предполагаю. Из-за тебя – благодаря твоей сестре. Из-за меня – потому что это привычка моей сестры - совать нос в мои дела.

- Твоя сестра…ой. Так это семейный бизнес?

- Не в том смысле, - говорю я. – Керри начала работать на нас, когда разочаровалась в своей предыдущей работе. А так, как она сестра, то не слишком большая заноза в заднице.

- Ты старше её.

- На десять лет, - отвечаю я. – Ей двадцать четыре.

Джез кивает.

– Я на девять лет старше Дел. Так что, вот так. – Она улыбается мне, и я поражён тем, насколько мне нравиться видеть её улыбку. – У нас, у обоих, есть младшие сёстры, с которыми мы работаем.

Лифт плавно останавливается на первом этаже, и я держу руку на двери, открывая её.

– С таким количеством общего, в конечном итоге, я могу тебе понравиться.

Она поглаживает мою руку, когда проходит мимо меня.

– Ты мне нравишься, - произносит она, а её мягкие слова просто убивают меня.

Я хочу её. Это практически всё, о чём я могу думать. Поскольку есть что-то особенное в Джезибель Стюарт. Что-то язвительное. Что-то смешное. Что-то сексуальное.

Иногда, даже немного стервозное.

Я не очень хорошо её знаю, но я уже видел, что она непростая и лояльная, умная и преданная.

Она многогранна, и да поможет мне Бог, я очень хочу постичь все эти грани.

И это опасный путь для такого человека, как я.

Глава 7

- Пирс?

Это не её голос, но её рука сжала мой локоть, что вытягивает меня из моих мыслей.

Мы сейчас на улице, стоим на юго-восточном углу Шестой и Конгресс, недалеко от моего офиса.

- Извини. Я задумался. – О ней. – Об охране. Перевозке. И всём таком.

- Рада знать, что ты в теме. Но каким образом?

- Поверни направо, - говорю я, указывая в том направлении. – Мы просто спустимся вниз на пару кварталов.

Шестая Стрит в Остине, что и Бурбон-Стрит в Новом Орлеане. Только чище и лучше, и без стрип-клубов. И, как правило, без рвоты после пьянок на улице. Впрочем, во время SXSW-фестиваля, различия между двумя улицами минимальны, и даже ранее, уже есть группы студентов колледжа, движущихся по переполненным тротуарам.

Фестиваль не ограничивается одним местом – на самом деле большая его часть проходит на участке от Шестой Стрит до других площадок и шатров со спектаклями, расположенных около реки. Но Остин недаром назван Столицей Живых Выступлений в Мире, и, даже, когда в нём не проходит фестиваль, то здесь полно живых выступлений. Особенно в центре города.

The Fix находился в нескольких кварталах от моего офиса, достаточно легко добраться, даже в такой толпе, и я предполагаю, что он будет переполнен, так как в его главной комнате расположена сцена. Конечно, я смогу увидеть играющую группу через окно, и толпу людей с фестивальными браслетами на руках, ожидающих того, чтобы войти внутрь.

- Может быть, нам стоит пойти в другое место, - говорит она, нахмурившись.

- Верь мне, - я беру её за руку, чтобы провести к дверям, а потом ощущаю себя подростком, когда она не отстраняется.

- Извини, - произносит охранник. – У нас очередь. А у тебя нет браслета.

- Передай Тайри, что это Пирс Блэквелл. Мы здесь не ради концерта. Я хочу отвести леди в заднюю часть бара.

Парень молодой, худой и бледный – он либо вампир, либо провёл слишком много времени в общежитие университета – и он максимально использует свою власть около двери. Он не торопится, глядя на нас сверху вниз, затем вытаскивает из кармана пиджака рацию и подаёт сигнал Тайри. На какое-то мгновение, я думаю о том, что моего друга может не оказаться на месте, и в этом случае, мне придётся найти какое-нибудь другое место, чтобы занять Джез, где мы сможем устроиться, несмотря на безумие фестиваля.

Но потом я вижу через стекло, как он приближается, огромный, как медведь, чья борода и золотая серьга в ухе придают ему пиратский вид. Сегодня он одет в синюю с короткими рукавами футболку, с логотипом заведения, а когда он выходит на улицу и дотягивается, чтобы пожать мне руку, синие чернила татуировки на его мускулистых руках выделяются на фоне смуглой кожи.

- Уже неделю тебя не видел, - произносит он, сопровождая нас с Джез внутрь. – Где ты был?

- Избегал толпы, - признаю я. – Но я подумал, что Джез должна увидеть часть фестиваля. И она не может посетить Остин, не приняв решение.

Его зубы засверкали, когда он улыбнулся.

– Верно. Приятно познакомиться, Джез, - произносит он, и его голос достаточно громкий, чтобы можно было его услышать из-за R&B-группы. – Я Тайри. Зови меня Тай. Я владею этой свалкой.

- Едва ли, - говорит она, оглядываясь вокруг. – Это великолепно.

- У него есть потенциал, - признается он. А для меня он добавляет. – Реставрация и ремонт надирают мне задницу. Но я сделаю это.

- Мы с Таем вместе служили, - говорю я ей. – Прямо перед тем, как он променял свою форму на фартук бармена.

- И хренову кучу долгов, - добавляет он. – Однако, на этой неделе мы в плюсе. Так что дела идут в гору. Вы здесь ради концерта?

Я качаю головой.

– Только ради атмосферы. Мы с Джез должны поговорить. Я думал отвести её в заднюю часть бара.

- Ты знаешь дорогу, мой друг. Передай красавчику, что я сказал, чтобы он хорошо к тебе относился.

Он ухмыльнулся, и я знаю, что он имел в виду нового бармена, студента из университета, чьё имя я не помню.

- Он милый, - говорит Джез. Её губы находятся слишком близко к моему уху, я знаю, что это только для того, чтобы ей не пришлось кричать, но её близость плохо сказывается на моём пульсе. – Мне он нравится.

- Только не переходи ему дорогу, - произношу я, и она смеётся.

- Я запомню.

Мы занимаем единственный пустой стол и заказываем два бокала бурбона.

– Так о чём ты хочешь поговорить? – спрашивает она, после того, как приносят наши напитки, и она сделала первый глоток. – Или ты просто хотел, чтобы я напилась?

- Ты бы меньше думала обо мне, если бы я имел в виду последнее?

Она колебалась всего секунду, потом покачала головой.

– Нет, - произнесла она, таким низким, страстным голосом, который посылал волны жара по моей коже. – Но мы оба знаем, что это плохая идея.

- Ты можешь быть удивлена, как много плохих идей оказались очень, очень хорошими.

Её улыбка меркнет, и она смотрит на свой напиток, а её палец проходит по ободку бокала.

- Джез?

- Извини, - она медленно поднимает голову, слегка качая ей. – Просто мы здесь из-за плохой идеи, которая была просто плохой.

Мне понадобилась секунда, чтобы проанализировать её комментарий, но когда я это сделал, то произнёс.

– Левил.

- Ты знаком со всей историей? Его и Делайлы?

- Вчера не был. Но сегодня у меня есть основная интернет-версия скандала.

- Скандал, - произносит она, заставляя данное слово звучать также резко, как проклятье. – Подросток должен иметь возможность совершить несколько ошибок в своей любовной жизни, но, когда это всё случилось, ей пришлось разыгрывать таблоиды и социальные сети.

- Левилу примерно столько же, сколько и ей, верно?

Она кивает.

– Он на год старше Дел. Они начали встречаться, когда ей было семнадцать. Они снялись вместе в фильме – он главный солист для «Следующего Левила».

- Это рок-группа, которая выиграла это телешоу, верно?

- Именно. А когда группа прославилась, они были повсюду какое-то время, особенно Левил и барабанщик. У них есть фильмы, телешоу, и так далее.

- Это не было в зоне моей видимости, - признаю я. – Но я смутно помню, что слышал о нём и его группе.

- Если ты не мёртв, то слышал о них. Они были очень популярны. И продолжают быть, на самом деле, но уже в пределах разумного. Но эти первые пару лет… - она замолкает, качая головой. – Во всяком случае, Дел и Левил встретились, когда он действительно был популярным, и мир увлёкся ими. Как романом столетия. Это было безумие – особенно, когда ей исполнилось восемнадцать, и публика начала оказывать давление на них, чтобы они обручились.

- Давление?

- В основном фанаты в социальных сетях, - объясняет она. – Но даже ведущие шоу поднимали этот вопрос. Это было безумием. И я думаю, это было слишком для Дел. Она обожала Левила – и до сих пор любит – но, когда она отправилась на встречу, и Гаррет Тодд был её партнёром по съёмкам…

Я киваю.

– Я читал. Звучало так, будто он её соблазнил.

- Он это сделал. Чёрт, он признался во многом. И это продлилось недолго – Гаррет бросил её. Но она всё ещё та, которую осуждают, потому что она разбила сердце Левила, - её голос повышается, и она делает глубокий вдох, очевидно, пытаясь обуздать свои эмоции. – Как я уже сказала, ей только восемнадцать, а весь мир знает о её личных делах.

- Это должно быть ужасно. Даже мне не нравится, когда моя сестра влезает в мою личную жизнь.

Как я и надеялся, это заставляет её улыбнуться.

– Да, это предыстория. А какова твоя роль во всём этом, ты…

- Думаю, я понял это прошлой ночью.

- Сумасшедшие фанаты? Да, они часть этого. Но всё остальное касается моей сестры, - я должен выглядеть растерянным, потому что она продолжает. – Левил приезжает сюда во вторник. Должно быть, он выступает на фестивале.

- И ты думаешь, что Делайла захочет его увидеть?

- Да. Она страдает. Эти двое вместе были взрывоопасными. Кроме того, если бы это была я, то я бы это сделала. Если бы я причинила боль человеку, которого люблю? Если бы я хотела хотя бы попытаться всё объяснить и извиниться? Да, я бы уже бросилась туда.

- Они не общались с тех пор…

- Только по телефону. Она проплакала два дня.

- Бедный ребенок. Какой ужас, - я провожу рукой по волосам, обдумывая. – Мы можем её пригласить на его концерт. Провести за кулисы.

Она качает головой.

– Нет-нет, ты не можешь. Ничего подобного, что может быть слито. Прямо сейчас скандал начинает утихать – то, что произошло прошлой ночью ничего, по сравнению с тем, что было. Но, если она пойдёт туда – если она его увидит и произойдёт утечка – он разразится снова. Дел снова будут осуждать в прессе. Преследовать на съёмочной площадке.

Джез подаёт сигнал о следующем напитке, и она встревожена.

– Слушай, здесь не может быть никакого скандала, даже намёка на него. Мы можем контролировать её общение с фанатами, чтобы держать его на минимуме, но, если скандал снова разразится – если то, что случилось прошлой ночью, произойдёт в более глобальном масштабе – то моя сестра довольно многое потеряет.

Я откидываюсь назад, удивлённый таким смелым заявлением.

- Я серьёзно, - произносит она, явно видя моё замешательство. – Компания уже лишила её одной работы – она должна была играть ведущую роль в популярном телесериале. И это было бы огромным выигрышем в плане денег и её влияния в киноиндустрии. Но когда разразился скандал, то её обошли стороной.

- Но у неё есть контракт, - продолжила Джез, произнося слова неконтролированно. – И её поставили в такую ситуацию. Фильм маленький и не имеет бюджета, но даже так, они просто ждут случая, чтобы избавиться от неё. И, если скандал снова разразится, у них будет оправдание. Я не должна была этого знать, но мне рассказал друг, который работает в исполнительных органах. Адвокаты уже довольно много говорили о том, что, если хаос возобновится, то её смогут уволить, при этом, не нарушая договора.

- Но она в середине съёмок.

Джез качает головой.

– Нет. Мы только начали. Они легко могут уволить её и привлечь кого-нибудь другого.

Я знаю, что сказать, и она должна это осознать, потому что продолжает. – Вот поэтому ты мне нужен. Это основные параметры работы. Ты защищаешь мою сестру от фанатов, да. Но в основном ты защищаешь её от самой себя. И, если ты облажаешься – если ты потеряешь её, и она ускользнёт, чтобы встретиться с Левилом или попадёт в какой-нибудь фанатский бунт – я уволю твою задницу так быстро, что у тебя голова пойдёт кругом.

Я изучаю её, и легко могу понять, что она полностью серьёзна.

– А я было подумал, что мы стали друзьями.

- Ваши способности меня впечатлили, мистер Блэквелл. Из того, что я видела до сих пор, вы и ваша компания соответствуете всем требованиям. Надеюсь, я не надеру вам зад в среду утром.

- Что в среду?

- Остин – это часть съёмок, которые длятся всего неделю. Потом мы возвращаемся обратно в Лос-Анжелес. Всё остальное находится на натуральных съёмочных площадках и в студии.

- Я вижу. – Сейчас четверг, и я больше разочарован, чем должен быть, узнав, что она уезжает меньше, чем через неделю.

- Итак, это достаточно много, - говорит она, когда официантка подаёт следующую выпивку. – Охрана типичной подростковой знаменитости. Плюс гнев и скандал.

- Я тебя прикрою.

- Хорошо, - произносит она, поднимая свой напиток. – Потому что, если ты всё испортишь, обещаю, это всё плохо кончится.

Я тоже поднимаю свой бокал, затем вытягиваю руку, чтобы «чокнуться». Как только она дотрагивается своим бокалом до моего, я делаю глоток, затем опускаю его обратно на стол, изучая её.

- Что?

- Ты не такая жестокая, какой притворяешься, Джезибель Стюарт.

Она удивлённо поднимает брови, и опускает взгляд. Я сказал эти слова, чтобы поддразнить её, но ясно, что попал прямо в цель.

Когда она снова смотрит на меня, в её взгляде мелькает жестокость.

– Я, - начинает она. – Раньше я не была – чёрт, я не хотела быть такой. Но эта работа, жизнь… - Она пожимает плечами. – Только не играй со мной, хорошо?

Я хочу потянуться через стол и взять её за руку. Я хочу притянуть её в свои объятия, держать её и сказать, что не могу понять всех демонов, с которыми ей пришлось сражаться на протяжении многих лет, но я убью всех, кто приблизится к ней сейчас. Я хочу сказать ей, что буду оберегать её, чего бы мне это не стоило.

Но я знаю, что это всплеск эмоций, который возникает во мне, из-за женщины, а не из-за работы, поэтому я отодвигаю это всё назад. Сдерживайся. И всё, что я произношу.

– Я и не мечтал об этом.

Она допивает свой напиток и тяжело вздыхает. – Поэтому я считаю, что эта работа не так сексуальна, как та, что вы обычно делаете. Защита государственных законодателей или кого-то там ещё.

- Это достаточно сексуально, - я забираю бокал из её рук и подношу его к своим губам.

- О, - произносит она, пока её взгляд сосредоточен на моих губах, наблюдая, как я забираю последний кусочек льда. Потом я протягиваю ей руку. Там тепло, за исключением холода на пальцах, где она прикасалась к стеклу, и я борюсь с желанием поцеловать эти пальцы, чтобы согреть их.

Она прочищает горло, а затем вытаскивает свою руку из моей и кладёт её на колени.

– Так, хм, что ещё ты делаешь?

- Много основной защиты, как ты и сказала. И так как Остин является столицей, ты права насчёт обеспечения безопасности политических деятелей. И мы работаем со многими актёрами. Обычно не с такими звёздами, как Дел, но мы обеспечивали защиту для некоторых лауреатов премии Грэмми, которые выступали в Long Center и Bass Concert Hall

- Были клиенты-подростки?

- Несколько. Около года назад одна особо запомнилась. Я всё ещё работал в своей старой фирме, но взялся за эту работу в одиночку, неофициально.

- Что случилось?

Я глубоко вдохнул и подумал о Лизе.

– Красивая девушка. Шампанское. Море развлечений. И очень умная. Получила полную стипендию в университете, - говорю я, ссылаясь на Техасский университет, престижное, щедро-финансируемое учреждение, которое помогало сформировать культуру Остина.

- Ей было девятнадцать, и сталкер обратил на неё своё внимание, - это случай, о котором я предпочитаю не вспоминать, и я делаю большой глоток, позволяя бурбону обжигать моё горло, когда всплывают воспоминания.

- Что случилось?

- Он напал на неё – ей повезло. Удалось избежать смерти, но он порезал ей лицо. Глубокие порезы зазубренным ножом. А потом он дал понять, что собирается закончить работу.

- Она наняла тебя?

- Она. Точнее, её отец, - наём – относительный термин. Я познакомился с Лизой через Керри, которая встретила её в тренажёрном зале Грегори, где они обе занимались на велотренажёрах. Поскольку ни у Лизы, ни у её отца не было денег, чтобы оплатить мои услуги, я взялся за это дело в качестве бартера, в обмен на то, что её отец выполнит кое-какую работу в кабинете, в моей квартире.

- Что случилось?

- Сталкер снова попытался, - я начинаю поднимать свой бокал, затем возвращаю его обратно. – Он мёртв.

- Ты убил его.

Я останавливаюсь, а затем наклоняю голову в знак согласия. Если честно, его смерть до сих пор преследует меня. Не то, что я убил его – я бы сделал это снова – а то, что увидел в его глазах. Я много чего видел, когда находился на службе, но не думаю, что я действительно верил во зло, пока не посмотрел в лицо этого человека.

Джез наблюдает за мной, и я знаю, что она может ощутить всю тяжесть, которую мы прояснили в нашей беседе. Она ничего не говорит, но тянется и берёт меня за руку. Мой инстинкт заключается в том, чтобы отстраниться, но вместо этого я не шевелюсь, удивлённый тем, насколько её прикосновение успокаивает.

Но это длится всего лишь мгновение. Затем я осторожно отстраняюсь.

– Извини.

- Нет, это…

- Я не ожидаю, что убью кого-нибудь на этой работе, - говорю я, намеренно пытаясь добавить легкомысленности. – Если, конечно, продюсер не мудак. Тогда мы можем обсудить премию.

Неуверенная улыбка касается её губ.

– Достаточно справедливо, - она наклоняет голову, глядя на меня. – Итак, наверное, ты понимаешь клиентов-подростков. И это звучит так, как будто ты также хорош в работе с защитой клиентов из мира развлечений.

- Абсолютно, - говорю я, оценивая поддразнивание в её голосе. – Но у меня есть такое ощущение, что это будет моим любимым заданием.

- Из-за моей сестры?

Я встречаюсь с её взглядом, и тяжесть, которая висела в воздухе, наконец, полностью исчезает, сменяясь чем-то не менее опасным.

– Нет.

Несколько минут мы просто смотрим друг на друга, на её щеках появляется слабый розовый румянец. Затем она допивает свой напиток и тянется за небольшим кошельком в портмоне-стиле, который она оставила на столе. Она скользит ремешком по руке, а потом неловко улыбается.

– Наверное, нам пора. Бьюсь об заклад, что твоя сестра уже подготовила контракт.

- Конечно, - я поднимаюсь, немного разочарованный. Не знаю почему – это не было так, как если бы это было свидание. Как будто мы собирались покинуть бар и отправиться вниз по Шестой Стрит, заскакивая в разные места, чтобы выпить и потанцевать, её тело близко прижималось бы к моему в толпе.

Этого не произойдёт. Но пока мы сидим здесь, я могу лелеять свои фантазии. И я ненавижу, что Джез бросила реальность мне в лицо.

Она в трёх шагах от нашего столика, и она оглядывается назад.

– Идёшь?

Тогда я понимаю, что она тоже взволнована. Она не думала платить, и сейчас она выглядела, как кролик, который смотрит на охотника.

Но этот кролик выглядел так, как будто она была рада быть съеденной.

По крайней мере, дело не только во мне.

Я бросаю сотню на стол – я знаю, что официантка, Мелани, изо всех сил пытается заработать на своё обучение – и следую за Джез к выходу на главную площадь.

Бар оживает вместе с улицей. И как в моей фантазии, толпа толкает нас ближе друг к другу. Я беру её за руку, якобы, чтобы довести до двери, но на самом деле потому, что хочу просто прикоснуться к ней, и к тому времени, как мы достигаем выхода и выходим в прохладный ночной воздух, я тяжело дышу, и капельки пота стекают по задней части моей шеи. Не от стремления выбраться оттуда, а от усилий борьбы с желанием, чтобы остаться.

Она всё ещё держит меня за руку, и когда я смотрю вниз и вижу наши переплетённые руки, вот и всё. Всё кончено. Я произношу молчаливую молитву и поднимаю голову, чтобы увидеть её лицо, и там отражается столько тепла, что это почти добивает меня.

- Пирс, - произносит она, но я просто притягиваю её к себе.

- Пошли, - говорю я, призывая её идти по улице быстрее, чем должен, так как она на каблуках, но я не могу больше ждать. И когда мы спустились на два квартала ниже по улице, я потянул её в служебный переулок около своего офиса и прижал к стене, поймав в клетку своих рук.

- Извини, - произношу я. – Но я должен. – Я скольжу пальцами в эти густые тёмные волосы, удерживая её голову неподвижно, и утверждаю её рот своим.

Это, наверное, самый удивительный и пугающий момент в моей жизни. Джез, мягкая и тёплая в моих руках, сопоставима страху, что она оттолкнёт меня и ударит по лицу.

Но она не делает этого. Вместо этого, её губы раскрываются, и она наклоняется в поцелуе, её рот такой же горячий и дикий, как и мой. Одна рука обхватывает меня за шею, притягивая ближе, а другая прижимается к моей спине, заставляя изогнуться.

Я твёрдый, как сталь, и она берёт на себя весь мой контроль, чтобы не положить руки на разрез её юбки и не сорвать с неё эту проклятую вещь. Я хочу проскользнуть к ней между ног, и ощутить её желание. Я хочу склонить голову и припасть к её груди. Я хочу её раздеть и трахнуть, пока она не взорвётся в моих руках, а потом будет умолять меня сделать это снова.

Но я не могу, и поэтому этот поцелуй – этот единственный дикий поцелуй в грязном переулке – это наша замена чистым простыням и дикому сексу, и я просовываю свой язык глубже, максимально используя его. Она на вкус, как бурбон и секс, и когда наши языки воюют, а зубы сталкиваются, я боюсь, что это так дико и так бешено, что мы собираемся пустить кровь.

Но мне всё равно. Всё, что я хочу, так это – этот момент. Я хочу только её.

Она практически тает напротив меня, и я теряю рассудок. Мои мысли сводятся к основным, примитивным потребностям, так что я едва могу выдержать это.

Моя квартира находится всего в нескольких кварталах. Я могу выйти на улицу. Поймать такси и отвезти её домой.

Это был бы смелый шаг. Но с другой стороны, так целовать её в переулке.

Но, конечно, мы не можем.

- Джез, - произношу я, с сожалением разрывая поцелуй. Она открывает глаза, и каким-то чудом я становлюсь ещё твёрже, когда вижу, как дикое, очевидное желание мелькает в её взгляде.

- Мы не можем, - шепчет она, и хотя слова, как нож режут меня, но знаю, что они были неизбежны.

- Знаю.

Она хмурится.

– Тогда почему…?

- Потому что я никогда не сплю с клиентами, - говорю я, молча проклиная своё собственное строгое правило. – Но я должен был попробовать тебя – только раз – прежде чем мы подпишем контракт.

Глава 8

Любой, кто когда-либо говорил, что наблюдать за процессом съёмок фильма – захватывающее зрелище – проклятый лжец. Это интересно первые пятнадцать минут, когда вы только приехали, а команда занята настройкой света или одеванием героев, или делая всё возможное для съёмочной команды.

Потом вы видите, как много людей сидят без дела, которые вовлечены в процесс. Сидят, ждут и молчат. И это дубль за дублем.

Я уверен, что это всё увлекательно, если ты состоишь в актёрском составе или съёмочной команде. Но, что насчёт наблюдателя? Честно говоря, это скучно.

И всё же я здесь. Не потому, что существует реальная угроза для Делайлы – это закрытое помещение с собственной охранной – а потому, что она – ответственность «Блэквелл-Лион» и это моя смена, и я должен понять её рутину, если собираюсь выполнять свою работу.

Так что я сижу, смотрю и учусь. Я видел три дубля текущего эпизода Делайлы, и, хотя я мало что знаю об актёрском мастерстве, должен сказать, что впечатлён её игрой. Это напряжённый эпизод, и ей удалось выбить меня из колеи все те три раза, что она проигрывала его.

Но не более того, это также интересно, как и выглядит, поскольку весь эпизод длится менее четырёх минут, а я сижу здесь почти три часа, я бы сказал, что доход от инвестиций низкий.

- Ты проделываешь это каждый день? – спрашиваю я Джез, когда она подошла к моему стулу между дублями. Это складной стул в режиссёрском стиле с брезентовым сиденьем и спинкой. Хотя на нём нет моего имени.

- Захватывает, не так ли? – сухо произносит она, и меня в очередной раз поражает, насколько мне нравится эта женщина. Мы хорошо ладим, она и я.

- Так же весело, словно смотреть, как растёт трава.

- Наблюдать за сценами драк – это весело, - говорит она. – Особенно, когда придут двойники-каскадёры.

- Вот это совсем другое дело, - произношу я, готовый удержаться за это небольшое волнение. – Когда же они снимают это?

- Их здесь нет, - у неё появляется намёк на улыбку. – Это было в фильме, из которого её уволили. А тут глубокие чувства и эмоции, - Джез похлопывает меня по плечу. – Наслаждайся.

- Куда ты сейчас собралась?

- Возвращаюсь в гостиницу. Я не могу поймать здесь хороший сигнал, а у меня запланирован видеозвонок с агентом Делайлы, затем с её публицистом, а потом с бухгалтером. Мне повезёт, если я переживу этот день и моя голова не взорвётся. Ты в порядке?

Я хочу сказать, что было лучше, если бы она осталась. Я едва видел её с тех пор, как приехал сюда и, пока я здесь работаю, по правде говоря, я скучал по ней прошлой ночью.

После того, как мы вернулись в мой офис и закончили оформление документов, я планировал отправиться в отель вместе с ней. Но Джез закрылась от меня.

– Дел уже спряталась в своей комнате, и этаж находится под защитой, верно?

- Верно, - признался я. И это было всё хорошо и здорово, но я знал, что настоящая причина заключалась в том, что она хотела немного времени, чтобы привести свои мысли в порядок. И как бы я не сожалел о расстоянии, должен был признать, что, вероятно, это было правильным решением.

- Хорошо, - произношу я. – Мы с Дел встретимся с тобой в отеле после съёмок.

Она уходит, и, поскольку актёры и съёмочная группа растягивают съёмки на целый день, я обосновываюсь здесь ещё на девять душераздирающих часов.

К счастью, я прождал всего лишь час, прежде чем появилась Делайла и уселась на пол возле моего стула. – Я так измотана, - говорит она. – Но у меня есть сорок пять минут, пока мы не начнём снова, - она протягивает мне завернутый сэндвич. – Хочешь? Начальство заставляет меня питаться салатом.

Судя по её тону, можно подумать, что они заставляют её есть кашу. На ней надеты джинсы-скинни и футболка с надписью Keep Austin Weird. Её влажные волосы были собраны сзади в хвост, и она была без макияжа. Полагаю, что она приняла душ в своём трейлере, прежде чем выйти наружу. Предположительно, после обеда запланирован следующий сеанс по прическе и макияжу.

В целом, она выглядит так, будто может быть первокурсницей Техасского университета, и она, по крайней мере, такая же, как и любая местная девушка из Остина. Дел скрещивает ноги, и снимает крышку с контейнера её салата. – Я голодна. Сегодня вечером, когда мы вернёмся в отель, я собираюсь поесть, - она смотрит на меня. – Что насчёт тебя? Останешься на ужин? Думаю, нам нужно заказать картошку фри. Что-то вроде чипсов.

- Никакого салата и квиноа сегодня вечером?

Она сморщивает нос. – Не выдавай меня, ладно? У меня будет достаточно тяжелое время, когда я вернусь в Лос-Анджелес, и мой тренер надерёт мне зад. Но пока я здесь, я ем, когда могу. Кроме того, я полностью одета в этом фильме. Никаких любовных сцен. Никакого душа. Никаких замедленных кадров меня в бикини, бегущей по пляжу. Честно говоря, приятно просто играть, понимаешь?

- Не совсем, - признаю я. – Но поверю тебе на слово.

Дел улыбается, и тогда-то я действительно могу увидеть её звёздную мощь. Она яркая, фотогеничная и освещает съёмочную площадку.

- Она тебе нравится, не так ли?

- Кто? – спрашиваю я, хотя прекрасно знаю, о ком она говорит. И как у собаки Павлова, мой пульс ускоряется при упоминании Джез.

- Моя сестра. Знаешь, не такая уж она и сучка.

- Уверен, что нет, - усмехаюсь я, заставляя Дел смеяться.

- Ладно, хорошо. Может и так. Но она тебе всё равно нравится.

- Да, - признаю я. – Нравится.

- Хорошо, - она звучит самодовольно. – И чтобы ты знал, у Джез есть причины.

- Я не думаю, что она – сука, - произношу я, хотя не упоминаю, что был свидетелем её действительно стервозных моментов. – Но каковы её причины?

- Это тупая книга, конечно.

Я нахмурился. – Что за тупая книга?

- Это откровенная книга, которую написал мой старый телохранитель.

- Ларри? – это не может быть правдой.

- О, нет. Парень, который пришёл после. Симпсон. Этот ублюдок. Он назвал книгу «Стюарты Беверли-Хиллз». Это была полнейшая чушь – одна из тех вещей, которую они опубликовали очень быстро, чтобы вклиниться во весь этот скандал со мной, Левилом и Гарретом – но он написал в ней довольно дермовые вещи о Джезибель.

Она приподнимает плечо. – Они стали очень близки, если ты понимаешь, что я имею в виду. Так что теперь она осторожна. Вот почему с тех пор, как она уволила его, у нас была череда «арендуемых» телохранителей. Однако, трудно по-настоящему узнать парней, которые следят за тобой, понимаешь? – её слова настолько быстро слетают с её губ, что мне становится интересно, это от того, что она актриса и использует сценарий, который берёт с книги.

- Во всяком случае, - продолжает она, прежде, чем я успеваю вставить хоть слово, - иногда она становится стервозной, но это только потому, что Джез защищает нас.

Я сжимаю деревянные подлокотники так крепко, что наверняка оставлю вмятины. И клянусь, если этот мудак Симпсон находился бы сейчас на съёмочной площадке, он был бы покойником.

- В любом случае, - говорит она, вставая и отряхивая пыль со своих джинс. – Я просто подумала, что ты должен знать. На случай, если она кажется, ну, холодной.

- Я просто работаю на неё, Дел. Ничего не происходит.

- Конечно, нет, - отвечает она, но прямо сейчас я сомневаюсь в её актёрских способностях, потому что она не выглядит убедительной.

Как только она направляется к трейлеру, чтобы нанести макияж для следующей сцены, я достаю телефон, открываю веб-браузер, нахожу электронную версию книги и устраиваюсь, чтобы почитать.

Сразу же, моя кровь начинает закипать. Он рассказывает о том, как умерли их родители, и как Джез стала главой семьи и менеджером Дел, которая уже была на вершине, поскольку начала свою карьеру в возрасте шести лет. Он подробно рассказывает о свиданиях Дел, о том, как она познакомилась с Левилом, и о её взаимоотношениях с фанатами. Он описывает споры между Дел и Джез. Раскрывает их разговоры, их привычки, подробности их личной жизни.

Это не страшно, но агрессивно, как дерьмо. Он рассказывает всему миру о тех вещах, которые могут знать только самые близкие люди.

Другими словами, он предал их доверие.

Ублюдок.

Я закончил прочтение книги примерно за час до того, как Дел завершает съёмки, и это хорошо, потому что это даёт мне шанс остыть перед тем, как мы сядем в Рендж Ровер и отправимся в гостиницу.

- Я заказала немного еды, - говорит Джез, когда мы заходим в номер. Она указывает на обилие еды, находящейся на столе в обеденном зале, и Дел визжит и хлопает в ладоши.

- Это для меня, - говорит Дел, забирая всю корзинку с картошкой. – Я собираюсь пойти объедаться в свою комнату и смотреть ужасное реалити-шоу, - она мне улыбается, и я не могу отделаться от мысли, что она оставляет нас наедине специально. А не для того, чтобы мы могли поговорить о работе.

- Эй, - говорю я, после того, как Дел уходит. – Как прошёл твой день?

Джез прижимает свои пальцы к вискам. – Безумно.

- Ужасно безумно?

- Нет, - отвечает она. – Просто слегка безумно, - она смотрит краем глаза на стол. – Мы собираемся обсуждать дела, так это значит, что ты всё ещё при исполнении служебных обязанностей?

- Если ты спрашиваешь о том, смогу ли я выпить этого вина, то думаю, что смогу позволить это.

- Хорошо. Потому что я не собираюсь пить одна, а я нуждаюсь в одном бокале, - Джез передаёт мне бутылку и штопор. – Я не подумала попросить официанта открыть её. Справишься с этим?

Я беру бутылку и открываю вино, затем каждому наливаю по бокалу. – Кейден написал мне сообщение, когда мы подъезжали. Он проверил охрану с персоналом, а остальные двое гостей с этого этажа съехали утром. «Блэквелл-Лион» теперь занимает эти номера до четверга. Это означает, что никто из наших сотрудников и персонала отеля не смогут получить доступ к этому этажу. А что касается безопасности, то это очень хорошо.

- Серьёзно? Это всё выходит за рамки.

- Ничего не выходит за рамки, если это защищает вас. А Кейден – чёртов переговорщик. Вы не обнаружите никакого сюрприза в своём номере – ни от нас, ни от отеля.

- Если бы оплата за эти номера удержала бы Дел от того, чтобы она оказалась в центре той потасовки, которую ты видел той ночью, я бы с радостью заплатила за них.

- Я знаю, - я сажусь на диван, а затем указываю на место рядом с собой. – Ты уже многократно доказала, что готова принести в жертву ради своей сестры.

- Я могу, - говорит Джез, без колебаний садясь возле меня. На ней надета белая футболка с V-образным вырезом и серая юбка, сшитая из какого-то эластичного материала. Её ноги обнажены, и мне кажется, что это обычная одежда Джезибель для работы-на-дому. Всё ещё профессиональный, но не такой строгий, как костюм, в который она была одета сегодня утром на съёмочной площадке.

- Не то, чтобы я думала об этом, как о жертве, - продолжает она. – Это просто…

Она резко останавливается и поворачивается, чтобы посмотреть на меня, нахмурившись. – Я многократно доказывала. Это то, что ты сказал.

- Да.

На мгновение она замолкает, и хмурит свои брови, как будто она пыталась решить сложную математическую задачу. Затем всё исчезает, и она произносит. – Блядь, - так тихо, что я почти не слышу её. Она ставит свой бокал на стол, поднимается, затем поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

- Ты прочёл книгу, - слова звучат, как обвинение, и Джез не уточняет, какую книгу. Очевидно, она знает, что ей этого не нужно делать. – Дел не должна была тебе об этом говорить, - продолжает она, не дожидаясь ответа.

- Я прочитал её сегодня, - признаю я. – И я думаю, что Дел пыталась помочь.

- Помочь? – её брови поднимаются. – Как помочь?

- Помочь мне, - уточняю я. – Она поняла, что я хочу узнать тебя получше.

- Великолепно. Просто отлично. Потому что эта книга, безусловно, отличный способ сделать это. Блядь, - повторяет она, и на этот раз я её прекрасно слышу.

- Он был мудаком, - говорю я. Джез отвернулась от меня, но я осторожно беру её за локоть и побуждаю её повернуться ко мне. – Симпсон был мудаком, который предал твоё доверие.

- Разве это не правда? – она просовывает пальцы в свои волосы, подняв их, прежде чем позволяет им упасть обратно, волнами вокруг её лица. Я знаю, жест образовался из-за разочарования, но взгляд чертовски сексуальный, и это всё, что я могу сделать, чтобы не притянуть её ближе к себе.

- Хочешь поговорить об этом?

Она пожимает плечами, затем направляется к столу и вытаскивает из керамической чаши тортилью. Она опускает её в сальсу, а затем кусает. Я предполагаю, что это её способ сказать «нет», поэтому я удивлён, что Джез несёт чипсы и сальсу на диван, и кладёт их на журнальный столик. Она снова садится, на этот раз подгибая одну ногу под себя, чтобы не соприкоснуться со мной.

- У меня не было охраны, - произносит Джез. – Я так привыкла доверять кому-то, что просто опустила свои стены.

- Ларри, - говорю я, и она кивает.

- Он был, как отец для меня. Это было легко, понимаешь? А потом он вышел в отставку и переехал в округ Ориндж, а я наняла Симпсона. И я предполагала, что могу ему доверять, - она облизала губы, затем отпила вино. – Я подпустила его слишком близко.

Я киваю. Я уже это понял.

- А потом, когда вышла книга… - её голос ломается, и я беру её за руку. Я не уверен, что должен делать, но сейчас мне нужно прикоснуться к ней не только ради неё, но и ради себя. – Я хотела бы пойти к Ларри поплакаться, но произошёл несчастный случай – его уже не было в живых. И… - Джез прерывается, она явно собирается с мыслями. – И я подумала, что, по крайней мере, он не увидит моего унижения.

- Джез…

- Я пожаловалась ему. Симпсону, я имею в виду, - она резко рассмеялась. – Разве это не отличный способ опавдаться? Я потеряла контроль. Я разглагольствовала и кричала, и, по-моему, бросила в него книгу, - она закрывает глаза и делает глубокий вдох. Я сжимаю её руку, и когда она сжимает её в ответ, то смотрит на меня с благодарностью.

- Он сказал, что поскольку в книге всё было правдой, то я ничего не смогу с этим поделать. А потом… - Джез задерживает дыхание. – А потом он сказал, что мне повезло, что он не рассказал о том, какой паршивой я была в постели.

Она издаёт звук, как будто задыхается и подскакивает на ноги, её рука касается рта. Я встаю позади неё, положив руки ей на плечи.

– Если я когда-нибудь встречусь с ним, клянусь, что закопаю его. Он не заслуживает дышать тем же воздухом, что и ты.

Её плечи начинают дрожать, и я разворачиваю её к себе, чтобы она могла прижаться к моей груди и поплакать, пока я держу её в своих объятиях.

- Прости, - говорит она через некоторое время, когда отстраняется. – И о, парень, у тебя вся рубашка мокрая.

- Она высохнет.

На её лице появляется мимолётная улыбка.

– Ты… непредсказуемый.

- Я? – я прокручиваю в голове, сказанное ею. – В хорошем или плохом смысле?

- В хорошем, - она проводит пальцами под глазами, вытирая слёзы. Затем кивает, как будто успокаивая себя. – Да, в хорошем. Хотя, какого чёрта, я рассказала тебе об всём этом, я не понимаю.

- Потому что я поднял эту тему, - предлагаю я. – Потому что тебе нужно было с кем-то поговорить. Потому что вся та херня, что произошла из-за Симпсона, является частью той цены, что тебе пришлось заплатить за популярность, так же, как и та неразбериха, с которой мы столкнулись в «Короне» прошлой ночью.

- Всё верно, - произносит она. – И всё-таки чертовски несправедливо.

Я беру её за руку и настоятельно призываю вернуться обратно на диван.

– Ложись, - говорю я, и когда она это делает, я кладу её ноги на свои колени. Её ногти на ногах покрашены в бледно-розовый цвет, и похоже, что она ни дня не ходила без педикюра. И когда я потираю своим большим пальцем её ступню, она откидывает голову назад и стонет.

Я хочу услышать этот стон ещё раз… и не из-за массажа ног.

- Почему несправедливо? – спрашиваю я. – Я имею в виду, кроме очевидного.

- Ничего. Я даже не должна… Эй, - огрызается она, когда я убираю руку от её ног.

- Скажи правду, - произношу я. – Или никакого массажа.

Она хмурится, но кивает. Затем наклоняет голову и закрывает глаза.

– Ты прочитал книгу, чтобы узнать, что произошло. Наши родители погибли в аварии, и вместо того, чтобы начать своё обучение в колледже, я стала менеджером Дел. Я никому больше не доверяла, а моя мама занималась этим уже много лет, так что я вроде как была в курсе дела. И я знала, что мама хотела бы этого. К тому же, я люблю свою сестру. И я сделала это.

- Но?

- Но у меня никогда не было возможности понять, чем же я на самом деле хотела бы заниматься. И всё, что я знаю, так это то, что мне не нравится эта жизнь. Мне не нравится жить в Лос-Анджелесе. Мне не нравится быть в центре внимания.

Она открывает глаза и пожимает плечами. – Вот и всё. Это мой секрет.

- Почему бы тебе не остановиться?

- Я хотела бы, но только после того, как Дел будет готова. Во многих отношениях она зрелая, но также она всегда находилась под защитой. Оставить её сейчас равносильно катастрофе.

- Она может удивить тебя.

- Возможно. Но это не тот риск, на который я готова пойти. Она слишком важна для меня.

- Значит, у тебя есть план, - говорю я, убирая руку с её ступни и двигаясь вверх, массируя её икру.

- Это потрясающе… ты нанят. И да, у меня есть план. А до тех пор я буду просто мириться с этим, и жить с этой драмой.

- Ты сможешь справиться, - я почти не обращаю внимания на свои слова. Вместо этого, я быстро погружаюсь в эти ощущения. Гладкость её кожи. Жар её тела.

- И это сводит с ума, - продолжает она. – Потому что насколько я ненавижу всё это, Дел всё это нравится. Она преуспевает в этой жизни. Даже скандал не беспокоит её. Она просто хочет сниматься в кино.

- А как же ты? Чего хочешь ты?

Она садится, а затем убирает с моих ног свои и подгибает их под себя, как будто вопрос вызвал у неё неудобство.

– Честно говоря, я не знаю.

Её голос тихий, почти, как шёпот. Но я слышу правду в её словах, и я хочу притянуть её в свои объятия, чтобы прижать близко к себе.

- Нет? Даже никакой мелочи? – дразню я её. – Тёмного шоколада с морской солью? Или чипсов? Мира во всём мире?

- Честно говоря, прямо сейчас я хочу…

- Чего?

Она вздыхает.

– Принять душ и заползти в постель. Это был долгий день.

Её слова резанули меня. Я не понимал, как сильно хочу остаться, пока она не вырвала эту возможность у меня.

– Конечно, - отвечаю я. – Разумеется. Я встаю. – Я дам тебе отдохнуть. Завтра будет вечерняя съёмка, верно? Я позвоню тебе с утра, и мы обсудим время и технику безопасности. Тем временем, - добавляю я, пока направляюсь к двери, - ты знаешь протокол. Не покидай этот этаж, не оповестив меня. Я собираюсь остановиться в номере, в конце коридора.

- Пирс?

Я колеблюсь, моя рука на ручке двери.

– Да?

- Я соврала.

Я поворачиваюсь, что-то в её голосе распаляет мои чувства и заставляет мой член затвердеть.

– Правда?

Она встаёт, затем делает шаг ко мне.

– Я не хочу спать.

Я делаю соответствующий шаг к ней.

– Нет? Тогда чего ты хочешь?

Я слышу дрожь в её дыхании. Потом смотрю, как она приближается ко мне ещё на один шаг. Потом ещё на один и ещё, пока не оказывается лишь в нескольких дюймах от меня. Она смотрит мне в глаза, и её взгляд ни на секунду не колеблется.

– Я хочу, чтобы ты поцеловал меня, - произносит она.

Её слова воспламеняют меня, и я должен спрятать свои руки в карманы, чтобы не притянуть её в свои объятия. И это просто убивает меня, я должен сказать то, что должен.

– Я же говорил. Я не сплю с клиентами. А ты не спишь с тем, кому платишь, помнишь?

- Я не прошу тебя, - она подходит ближе, и я чувствую её аромат ванили. И это не хорошо, потому что прямо сейчас я хочу поглотить её. – Я просто хочу поцелуй.

- Джез…

- Сюда, - произносит она, прижимая указательный палец к уголку своего рта. – Только один маленький поцелуй.

Её взгляд сосредоточен на моих глазах, и я бы поклялся, что она обладает сверхспособностями, потому что у меня нет сил сопротивляться. Мне остаётся только наклониться, и мои губы нежно задевают уголок её рта.

- Достаточно? – спрашиваю я.

- Да, - произносит она, но качает головой. А её глаза говорят мне, что она хочет большего.

Я отклоняюсь, а мой пульс ускоряется, когда я смотрю на неё. Её губы приоткрыты. Веки отяжелели. Волосы взъерошены.

Её грудь поднимается и опускается с каждым вдохом, и я уверен, что она так же возбуждена, как и я. Она сглатывает, и я смотрю, как двигается её горло, борясь с желанием наклониться и поцеловать эту маленькую ямочку в основании шеи.

Я позволил своему взгляду опуститься вниз, заметив, как отяжелели её груди и напряглись соски, под тонким материалом её лифчика и футболки. Футболка подшита вокруг талии, но не заправлена, и я знаю, что, если протяну свою руку, то смогу прикоснуться к её животу и почувствовать, как её мышцы напрягаются во время вздоха.

А, если я опущусь ещё ниже…

Ну, я не могу не задаться вопросом, что она носит под этой юбкой. Стринги, представляю я, или же вообще ничего не одето, потому что материал сильно облегает её бёдра и ноги. И, если я просуну руку между её ног, будет ли она влажной?

Думаю, я бы хотел этого, и от этой мысли я становлюсь твёрже.

Я должен уйти… я знаю это. Но когда доходило до дела, я никогда не мог следовать правилам. А иногда, правильные поступки часто переоценивают.

- Джез, - прошептал я, а затем не оставляю ей времени на ответ. Потому что, чёрт возьми, я не могу рисковать, если она откажется. Поэтому я припал к её губам, заявляя на них права и прижимая её к себе. На вкус она, как вино и грех, и мне хочется утолить жажду. Опьянённый её прикосновением. Её вкусом.

- Поцелуи, - пробормотал я, держа её подбородок, пока смотрю вглубь её глаз. - Это то, что ты хочешь? Вроде этого? – спрашиваю я, скользя своими губами по её. – Или же вроде этого? – требую я, проводя линию поцелуев по её шее к мягкому углублению на её ключице.

Она дрожит от моих прикосновений, и единственный звук, который она издаёт – это мягкий с придыханием ответ.

– Да.

- Джез, - прошептал я, но её имя было приглушено, когда я прижался губами к её груди над бюстгальтером и футболкой. Она выгибает спину, плечи опираются на стену позади неё, угол её тела даёт мне лучший доступ. Но я хочу попробовать её, а не футболку, и я задираю её, открывая белый хлопковый бюстгальтер.

Он без подкладки, и твёрдые соски просвечиваются через тонкую ткань. Я опускаю рот на один из её сосков и сосу, а затем использую зубы, дразня её. Она вскрикивает, а затем хнычет, когда я отступаю, отпуская её.

Но я не могу отпустить её так легко. Напротив, я всё ещё хочу ощутить её кожу, и я зубами ухватываюсь за край бюстгальтера и дергаю его, освобождая грудь.

Она задыхается, её пальцы скользят в мои волосы, когда Джез прижимает меня ближе к себе, направляя мой рот к своей груди, и я дразню языком её сосок, пока не ощущаю дрожь, и я знаю, что нет никакого способа – никакого – что она кончит до тех пор, пока я не попробую её сладкую киску.

Она хнычет, когда я отстраняюсь, а затем дую на её влажную грудь.

– Пожалуйста, - умоляет она, когда я провожу линию из поцелуев над её бюстгальтером. – Пирс, пожалуйста.

- Шшшш, - я убираю свой рот от её кожи на достаточно долгое время, чтобы произнести одну команду. – Ни слова, - приказываю я, пока тянусь к поясу её юбки. Это тянущаяся ткань, но я не опускаю её по бёдрам. Вместо этого, я поднимаю юбку к её талии, и прижимаю руку к внутренней стороне бедра, медленно скользя пальцами вверх.

Она дрожит, и её тихие звуки сводят меня с ума, и я чертовски твёрд, что даже больно. Но сейчас меня волнуют только прикосновения к ней. Я хочу почувствовать её, горячую и гладкую на моих пальцах, и я так близок.

В основном, я хочу попробовать её. Щёлкнуть своим языком по её клитору. Сосать, целовать и дразнить, пока она не взорвётся около моего рта.

Только поцелуи, как мы и говорили.

Но это самый интимный поцелуй.

Медленно, я поднимаю пальцы. На ней надеты едва прикрывающие стринги, и я нетерпеливо дергаю их вниз, обнажая её гладкую кожу. И в то же время я продолжаю целовать её, опускаясь всё ниже и ниже, пока не заканчивается юбка и не остаётся только её плоть, такая гладкая, мягкая и прекрасная.

- Пожалуйста, - умоляет меня Джез, когда я опускаю свои губы на киску. Когда мой язык находит её клитор. Когда мои пальцы проникают внутрь неё вместе с интимными поцелуями, мой язык кружит по ней. Мои губы мучают её.

Её бедра начинают двигаться, Джез объезжает мой рот, её руки в моих волосах, направляют меня. И я становлюсь всё твёрже и твёрже, когда слышу необузданные, страстные звуки. И всё, что я хочу сделать, это заставить её кончить. Заставить её взорваться.

Знать, что я тот, кто отправил её через край.

- Да! – стонет она, её тело дрожит, а её киска сжимается вокруг моих пальцев.

Я уже на коленях, но сейчас её ноги подкашиваются, и она падает на пол, потянув меня за собой.

Мои руки на ней. Касаясь её. Поглаживая её. Слушая её тихие звуки, её бормотание.

– Я не могу насытиться тобой, - и это правда. Я попробовал её… теперь я хочу заявить на неё свои права. Сначала быстро и решительно, затем нежно. Ласково. Я хочу почувствовать, как она распадается на миллион частей, и я хочу находиться глубоко внутри неё, чтобы её тело плотно сжимало мой член, когда я кончу.

- Прекрасно, - говорит она. – Потому что я тоже хочу большего.

Она расстёгивает мою рубашку, покрывая поцелуями мою грудь. Она начинает целовать её всё ниже и ниже, пока мой жёсткий член становится ещё твёрже в джинсах, что это причиняет боль. Её ладонь прижимается ко мне через джинсы, и я откидываюсь назад, пытаясь успокоить своё дыхание. И когда она расстёгивает ширинку, это ощущается так чертовски удивительно, что я чуть не кончил в тот момент.

Она меняет своё положение, и я знаю, что она собирается вытащить мой член и взять его в свой горячий маленький ротик, который похож на кусочек рая. Только этого недостаточно. Чёрт возьми, этого просто недостаточно.

Я протягиваю руку и обхватываю её лицо. В её глазах мелькает замешательство.

– Больше, - говорю я.

Она облизывает свои губы, выглядя так соблазнительно.

– У нас обоих есть правила.

- Я думаю, мы настолько сильно нарушили эти правила, что они теперь покруче любых морских узлов.

Она прикусывает нижнюю губу, а я усмехаюсь.

- Женщина, слова, - говорю я. – Я не могу винить тебя в этом.

- Пирс…

- Уволь меня.

Её глаза широко раскрываются.

– Что?

- Я хочу тебя. Я отчаянно хочу находиться внутри тебя, - я провожу подушечкой большого пальца по её губам. – Так уволь меня, а после того, как ты будешь лежать ласковой и истощённой в кровати, сможешь опять меня нанять.

Её глаза ещё больше раскрываются, и я не могу понять, о чём она думает. Я задерживаю дыхание. Я выхожу за рамки, я это знаю. Но будь я проклят, если не хочу этого больше, чем что-либо в последнее время.

Через мгновение её лицо проясняется, и я уверен, что она скажет мне, что я мудак. Что мы не должны этого делать, и мы, чёрт возьми, не должны нарушать наши правила. Она скажет мне отправиться домой, принять холодный душ и увидеться с ней утром.

Вместо этого она произносит.

– Ты уволен.

Глава 9

Ты уволен.

Не думаю, что когда-либо слышал такие волшебные слова.

Такие слова, которые подарили мне свободу. Они открывают всевозможные прекрасные, упаднические, интимные возможности.

Такие слова, которые будоражат мою кровь и делают меня твердым.

Звук её голоса едва утихает, когда я поднимаю её руки над головой, запястья скрещены, и моя рука удерживает их на месте. Футболка задрана, бюстгальтер перекручен. Юбка сбилась вокруг талии, а трусики висят на одной лодыжке.

Она выглядит дикой, готовой и очень красивой.

Я всё ещё, в основном, одет, но мне всё равно, и из-за того, как она меня умоляет, ей видимо тоже.

– Сейчас, – требует Джез. – Пирс, пожалуйста. Сейчас.

Я отпускаю её запястья, чтобы расстегнуть свои джинсы, и только тогда понимаю, что у меня нет с собой презервативов. Что иронично, так как я всегда пользуюсь ими.

– Я тоже, – отвечает она, когда я сообщаю ей об этом. – Я чиста и на таблетках.

– Я сдавал анализы, – говорю я ей. – И тоже чист. Ты мне доверяешь?

Я смотрю ей в глаза, когда она отвечает, и будь я проклят, если её тихое искреннее «Да» не самый сексуальный звук, который я слышал когда-либо.

– Прекрасно, – говорю я. – Потому что я больше не могу ждать.

– Я тоже, – она притягивает меня к себе и обрушивается на мой рот с такой интенсивностью, что делает этот поцелуй чертовски охренительным.

– Детка, – говорю я. – Не думаю, что смогу действовать медленно.

– И не надо, – умоляет она. – Не смей медлить.

Я имел в виду то, что сказал. Я не смог бы не торопиться, даже если бы захотел. Я хотел её с тех пор, как увидел в «Тимьяне», а сейчас, когда она полуголая и подо мной, я не могу сдержаться. Во всяком случае, не в этот раз.

Я расслабляю свою руку у неё между ног, поглаживая. Открывая её.

Она выгибается, встречая мои движения, тело гибкое, горячее и готовое для меня.

Она гладкая и красивая, и я расслабляюсь над ней, затем дразню её киску головкой члена, просто чтобы сделать нас обоих немного сумасшедшими.

Но Джез отказывается от всего этого, протягивая руку вниз, где обхватывает мой член и подводит меня к своему центру.

– Сейчас, – требует она. – Чёрт, Пирс, я хочу, чтобы ты был внутри меня, – и её слова так горячи и отчаянны, что я не могу больше сдерживаться. Не могу даже успокоиться. И я проникаю в неё. Один раз, второй. С каждым разом всё глубже, пока не оказываюсь так глубоко, что, кажется, я смогу потерять себя.

Я вдалбливаюсь в неё, удерживая свой вес на руках, её бедра приподнимаются, встречая меня. А её глаза… её глаза не покидают мои.

Я близок, чертовски близок, но я ещё не готов кончить.

– Кончай, – произношу я на вдохе. – Оседлай меня.

С руками на её талии я переворачиваю нас, и это так сексуально смотрится, когда она скачет на моём члене, что я могу долго не продержаться.

– Раздевайся, – приказываю я, мельком глядя на её одежду, пока скольжу рукой между наших тел и дразню её клитор пальцем. – Вот так, – произношу я, когда её сердцевина сжимается вокруг меня, усиливая её приближающееся освобождение.

Она срывает футболку и бюстгальтер, затем через голову стаскивает юбку. Она теперь полностью освобождена, а я до сих пор одет, кроме моей открытой ширинки, это так чертовски сексуально, и я точно знаю, что в скором времени не выдержу всего этого.

– Ну же, – призываю я. – Кончи со мной.

– Да, – говорит она, пока я ласкаю её. – О Боже, да! Не останавливайся.

Но мне и не хочется останавливаться, и я продолжаю играть с её киской, пока Джез объезжает меня – и то, как кричит, когда кончает и плотно сжимается вокруг моего члена – я опустошаюсь внутри неё, оргазм проходит сквозь меня с силой приливной волны.

А потом, когда я выдохся, она падает на меня сверху, её грудь прижимается к моей рубашке, губы задевают кожу чуть выше воротника.

Я беру её за подбородок и целую долго и глубоко.

– Детка, – говорю я, пока мы пытаемся восстановить дыхание. – Ты ощущаешься как рай.

– Смешной. Мне показалось, что это был ты.

Я усмехаюсь, затем выскальзываю из неё.

– Иди сюда, – произношу я, когда поднимаю её. Она обвивается вокруг меня, голая и мягкая, и я несу её в спальню, только сейчас понимая, как нам повезло, что Дел не решила выйти из своей спальни, чтобы перекусить.

Я кладу Джез на кровать, раздеваюсь и располагаюсь рядом с ней. Она уничтожила меня, но в отличие от моих обычных встреч, я не намерен уходить. Наоборот, я хочу остаться. Я хочу лежать рядом с ней. Что прямо сейчас говорит мне кое-что о том, как я отношусь к этой женщине. Потому что я не тот парень, который будет любезничать.

Очевидно, что только с Джезибель.

Она тёплая, а её задница прижимается к моему члену, и, несмотря на то что я истощен, я хочу её снова.

Я могу подождать. Мне слишком хорошо просто держать её в своих объятиях.

Я знаю, что мне надо уйти. Надо встать и отправиться в свой номер. Заварить себе чашку кофе. Сделать хоть что-нибудь.

Но я не могу пересилить себя, и чем дольше я остаюсь здесь, тем больше погружаюсь в сон.

– Пирс?

Звук моего имени выдергивает меня из этого состояния.

– Прости. Я сожалею. Я не хотел задремать, – я сажусь, сонный и смущенный, пиная себя за то, что не выбрался отсюда раньше. – Не буду тебе мешать, – произношу я, принимая вертикальное положение и садясь на край кровати, спиной к ней, пытаясь найти свою одежду в темноте.

– Нет-нет, подожди.

Что-то в её тоне беспокоит меня, но когда я поворачиваюсь к ней лицом, то не могу прочитать её выражение.

– Джезибель? Детка, в чем дело?

– Ты ведь не… ты ведь не встречаешься с кем-то ещё, да? Я ведь не буду любовницей?

Я почти рассмеялся. Я настолько далек от привязанностей, что даже сам себе удивляюсь. По крайней мере, пока не встретил Джез, я был не против этого. Сейчас… ну, я не собираюсь всерьёз задаваться вопросом, но не могу отрицать, что она заставила меня пересмотреть мой на-одну-ночь образ жизни. Потому что я определенно могу выдержать две ночи с этой женщиной. Честно говоря, три – было бы лучше.

– Пирс? – в её глазах читается беспокойство, и я понимаю, что мое колебание заставило её усомниться.

– Нет, – поспешно говорю я. – Отнюдь нет.

– Оу, – облегчение в её голосе явно ощутимо. – Хорошо. Я имею в виду, я предполагала, что ты ни с кем не встречаешься. Потому что ты сказал, что у тебя было свидание вслепую в ту ночь, когда мы встретились. Полагаю, что Керри подставила тебя.

– Не совсем, – слова вылетают автоматически, и мне становится интересно, какого хрена я творю. Просто скажи «Да». Просто согласись и покончи с этим, потому что, какое это имеет значение?

– Не совсем свидание вслепую? Или не совсем Керри?

– Это было не свидание вслепую. И Керри тут ни при чем. – Идиот. Я идиот, который не может контролировать слова, вылетающие из его рта.

Вот только не я. Не совсем. Потому что, к лучшему или к худшему, я не хочу сдерживаться с этой женщиной. Это для меня новая территория… но нельзя отрицать то, что я чувствую.

– Не свидание вслепую, – размышляет она. – Но ты не знал, как она выглядит и… О! Инициалы. Я где–то читала об этом. Это новое приложение, – она, улыбаясь, смотрит на меня, и к счастью, её это забавляет. – Ты перепутал меня с девушкой на одну ночь?

– Это была огромная ошибка, – говорю я, припадая к её губам в поцелуе. – Потому что, ты – нечто большее.

Ещё раз слышу свои слова и не могу поверить в то, что говорю.

В то же время, я не могу отрицать то, что они верны.

Дел ошиблась… Джез не сука, она ведьма. И каким-то образом она меня полностью очаровала.

– Так почему же у тебя нет девушки? – спрашивает она.

– Жалуешься?

– Едва ли. Мне просто любопытно, – она сдвигается, чтобы сесть в постели, прикрывая грудь простыней, что кажется мне настоящей трагедией.

Я снова ложусь, рука над моей головой. Я думаю проигнорировать вопрос. Сменить тему или, ещё лучше, отвлечь её, привлекая к себе и беря её снова, жёстко и быстро.

Но вся проблема заключается в заклинании, которое она произнесла. Я хочу поговорить с ней. Вообще-то я хочу остаться с ней в постели и поговорить о моём прошлом. Серьёзно, это какая-то чертовщина.

– Итак? – давит она. – Ты собираешься сказать мне не лезть не в своё дело?

– Нет, – говорю я и умудряюсь прикусить свой язык, чтобы не сказать, что собираюсь сделать это её делом. – Просто привожу свои мысли в порядок.

Она включает лампу на прикроватной тумбочке, затем сползает с кровати, и я наслаждаюсь видом её голой спины, исчезающей в гостиной. Затем я любуюсь ещё более прекрасный видом спереди, когда Джез возвращается с двумя бокалами вина.

– Просто к сведению, – произношу я. – Хождение обнажённой, как правило, не способствует разговору. На будущее.

Она передаёт мне бокал, когда сажусь, опираясь на спинку кровати, а затем отставляю в сторону на столике. Джез забирается обратно и оборачивает простынь вокруг себя.

– Принято к сведению. О чём ты там говорил? О твоём жалком недостатке подруги или жены?

Я качаю головой, забавляясь, потом отпиваю вина, до сих пор не зная с чего начать. Наконец, сразу перехожу к делу.

– Я выжил в армии, – говорю я. – Но не пережил помолвку.

– Что случилось?

– Я любил её. Думал, что и она меня тоже любит. А потом, за три часа до свадьбы, сказала мне, что не может через это пройти. Что она меня не любит. Что она не уверена, любила ли меня вообще когда-нибудь.

Она сжимает мою руку.

– Стерва. О, Пирс. Мне так жаль.

– Всё кончено, – я пожимаю плечами, как будто это было неважно, хотя, на самом деле, это значило всё. Я встречаюсь с её взглядом. – Но я не строю отношения.

Её брови поднимаются.

– Ты смотришь на меня так, как будто это проблема. Это не так.

– Правильно, – говорю я, и хотя это именно то, что я хотел бы услышать, слова сильно задели меня.

– Я пробуду здесь всего несколько дней, помнишь? И пока Дел не будет готова начать управлять своей собственной профессиональной жизнью, я полностью сосредоточена на ней, а не на отношениях, или на свиданиях, или на чём-либо ещё.

Намёк на улыбку расцветает на её лице, когда она показывает между нами.

– Я ни о чём не жалею, но я не застенчивая девушка, которая была внезапно околдована твоим волшебным, мистическим членом.

– Это довольно впечатляюще, не так ли?

– Я не собираюсь ничего говорить, чтобы твоё эго не раздулось, – говорит она. – Так что насчёт тех женщин из приложения? Разве они не ищут отношений?

– Это не такое приложение. К тому же, чтобы внести ясность. Это всего лишь на одну ночь.

– Серьёзно? Как наёмник.

– Это срабатывало для меня до сих пор, – но даже когда я это произношу, не могу отделаться от ощущения, что моя кирпичная стена «одной ночи» вот-вот обрушится.

– Хм.

– Ты не одобряешь.

– Напротив, это довольно умно, – она ложится на спину, затем опирается на локоть. – Может быть, я должна следовать твоему примеру.

Я нахмурился, не понимая.

– О чём ты говоришь?

Она вытянулась, её голова теперь на подушке так, что она смотрит в потолок.

– Это просто хороший способ не оставаться одному, верно?

– Конечно, – отвечаю я на автомате. Но это ложь. Я всегда одинок с этими женщинами. И насколько мне ненавистно признавать это, находясь рядом с Джез – касаясь её, разговаривая с ней – только так я чувствую себя дома.

На мгновение мы оба замолкаем. Потом она садится и притягивает колени к груди, обхватывая их руками.

– Мы чересчур расчувствовались. Итак, вот о чём я подумала. О завтрашнем дне, я имею в виду. Завтра у нас с Дел на целый день запланирован спа-салон, а потом в семь она должна быть на съёмочной площадке для ночных съёмок.

– Верно, – говорю я, разочаровываясь больше, чем должен был, тем, что не увижу её днем. – И я буду здесь к шести, чтобы забрать вас обеих.

– Ну, да. Я имею в виду, если у тебя не будет времени в течение дня.

– Конечно, будет. Это рабочий день с полной занятостью, помнишь? Но если ты предлагаешь мне сделать педикюр, то я пасс. Но Коннор планировал быть завтра с Дел до пяти вечера. Может быть, ему понравиться массаж лица.

– Очень смешно. Нет, я просто подумала.

– О чём?

– Дел. Как ей было бы весело провести день в спа-салоне с кем-то, кто больше подходит её возрасту.

– Угу.

– Верно, – произносит она, а потом глотает. – Ты говорил, что Керри двадцать четыре года, да?

– Керри? Да.

– Это близко. Думаешь, она справится с этим?

– День спа с кинозвездой, которая также имеет чёрное чувство юмора? Да, думаю, она будет в деле, – я прилагаю все усилия, чтобы не предвидеть, куда это может всё завести. Но я вижу длинный, ленивый день, находясь в постели с Джез, пока Коннор наблюдает за девочками в спа-салоне.

– И я думаю, что, может быть, ты и я могли бы…

– Да.

– … отправиться в Остин, – заканчивает она.

Я выпрямляюсь.

– Подожди. Что?

Она хмуриться.

– Что, по-твоему, я собиралась сказать?

– Ничего. Нарды. Что-то вроде этого.

Её смех наполняет комнату музыкой.

– Ну, я думаю, нарды могут быть в списке. Но я только однажды была в Остине, и надеялась, что ты покажешь мне его.

Это звучит удивительно похоже на свидание. И пока я с энтузиазмом был в деле, находясь голым и в постели, идея свидания вызывает хор в моей голове, повторяющий «Опасность, Уилл Робинсон»[2] .

Потому что я не вступаю в отношения. Я не делаю этого.

Но почему-то, когда я рядом с Джез, я должен постоянно напоминать себе об этом.

Опять же, она упомянула, что уезжает менее чем через неделю. И я не вижу никаких реальных признаков того, что она подразумевает что-то большее, чем просто провести день вместе.

Но я хочу сделать это.

Вообще-то больше, чем следовало бы.

– Пирс? – спрашивает она, хмурясь. – Я не думаю, что это очень сложный вопрос. Ты…

– Я в деле, – говорю я, потому что будь я проклят, если позволю кому-нибудь другому показать ей город. – Просто подумай о том, куда бы ты хотела пойти.

– Великолепно. Прекрасно, – она глубоко вздыхает, а потом зевает.

Я сползаю с кровати и осматриваю комнату, ища штаны.

– Я позволю тебе поспать. Отправлю сообщение Керри и Коннору, а завтра, после того как отвезём их в спа, мы с тобой отправимся в город.

– Хорошо, – говорит она, но я слышу колебания в её голосе.

– Проблемы?

– Просто завтра в шесть часов я снова тебя найму. Я подумала, что до тех пор, пока ты не получишь зарплату…

– Вы просите меня спать здесь, Мисс Стюарт?

Она садится, позволяя простыни упасть.

– На самом деле, Мистер Блэквелл, я вовсе не прошу тебя спать.

Глава 10

– Это место удивительное, – говорит мне Джез, смотря на игрушечного птеродактиля, свисающего с потолка. – Эти блинчики потрясающие. У меня никогда раньше не было ничего мишурного.

– Никогда?

– Я вела уединенную жизнь, – ответила она невозмутимым голосом.

Я смеюсь и удерживаю чашку для добавки кофе, когда мимо проходит наш официант. Мы на Юг Конгресс в кафе «Магнолия», в моём любимом заведении в Остине, уступающему только оригинальному кафе «Магнолия» на другой стороне реки. Оно имеет непринуждённую атмосферу, весомую репутацию и еду, ради которой готов свернуть со своего пути.

В данном случае, это совсем не так. Мы не только в паре километров от отеля «Звёздный огонь», но мы также в южной части торгового района SoCo. А так как Джез сказала мне, что хочет сегодня купить сувенир для Дел, я подумал, что мы потратим немного времени на рассматривание витрин на обратном пути к реке.

– Нам повезло, что мы попали сюда, – произнёс я. – Это место обычно забито по субботам, особенно во время фестиваля, – я оглядываюсь, – оно переполнено, но не слишком.

– Просто ещё нет десяти, – отвечает она. – Всякий, кто задержался здесь допоздна, скорее всего, всё ещё спит, – Джез прикусила губу, смотря на меня сквозь ресницы. – Знаю, что я всё ещё спала бы после моей бурной ночи, если бы мне не надо было выставить свою сестру за дверь.

– Это так? – спрашиваю я, когда её нога потирает мою через всю кабинку. – Если ты устала, мы всегда можем вернуться в отель и провести время в постели, пока наши сёстры наслаждаются в спа.

– Заманчиво, но нет, – она делает глоток кофе, и мне становится тяжело просто наблюдать за её губами на этой белой керамической чашке. – Ты обещал мне день, – она ставит кофе, не сводя с меня глаз. – Я с нетерпением жду того, что ты задумал.

– Ты, Джезибель Стюарт, искушаешь меня.

– Может быть, немного, – произносит она, убирая ногу. – Но я могу быть хорошей, – она опускает вилку и облокачивается. Ей удалось съесть половину стопки блинов. Что, учитывая их размер, впечатляет. – Расскажи мне об этом месте. Как ты его нашёл?

– Я прихожу сюда с детства. Я всегда получал удовольствие от таблички «Извините, мы открыты», а когда Керри была маленькой, я дразнил её, сказав, что всё это заведение было частью временнóй деформации.

– Из-за надписи, что они открыты 24/8?

– Она никогда мне не верила, – сказал я. – Моя сестра слишком цинична.

Джез рассмеялась.

– Да, она выглядела довольно цинично сегодня утром, когда прыгала туда-сюда и радовалась дню в спа-салоне.

– Она хорошо скрывает свой цинизм, – ответил я, и Джез бросает в меня салфетку.

– Когда ты собираешься рассказать мне о плане на сегодняшний день?

– Никогда, – говорю я. – Тебе просто придется довериться мне и быть рядом. Думаешь, сможешь с этим справиться?

Она скрещивает руки и прищуривается.

– Нет, – отвечает она. Но её улыбка говорит «Да».

Через полчаса она уже прикупила три сувенирные футболки от «Прима Дора», местного магазинчика по соседству с «Магнолией», вместе с пятью пачками вульгарных салфеток для коктейлей.

– Дел любит вещи такого рода, – поясняет она, когда мы идём рука об руку, её сумка с покупками в моей свободной руке. – Куда теперь?

– Теперь мы будем гулять.

– Мне нравится здесь, – говорит она, когда мы прошли ещё несколько кварталов. – Определенно модно, но это красочно и весело, и всё кажется местным. О…

Она останавливается на углу и указывает на Allen’s Boots.

– Это то, что мне нужно, – её улыбка огромная, когда она поворачивается ко мне. – Ковбойские сапоги, когда я вернусь в Лос-Анджелес. Аутентичны, не находишь?

– Кто я такой, чтобы спорить? – отвечаю я, мы переходим улицу и входим внутрь. В отличие от некоторых магазинов на Юг Конгресс, Allen’s Boots находился в этом месте целую вечность, и парни знают, как делать свою работу… даже если ей придётся сказать, что будет лучше выбросить их, если она сломает эти красные сапоги, которые сама же и выбрала. Однако она настаивала на том, чтобы носить их до конца нашей прогулки.

– Они мне нравятся, – сказала она, выставив ногу, как только мы опять вернулись на улицу под солнце. Она делает своего рода шаг-прыжок, затем опирается на меня, когда смеется. – Я видела это в одном фильме. Ну, не совсем это. Но какой-то танцевальный шаг.

– Мы начнём с двух шагов, и давай ты проработаешь их по пути.

– Ты знаешь как?

– Мне удавалось пару раз.

– Покажи мне, – настаивает она, беря меня за руки, как будто мы вальсируем.

Я смеюсь и отхожу.

– Доверься мне. Лучше, если я не буду учить тебя на публике. Мои навыки не так хороши.

– Напротив, – говорит она, проводя рукой по моей футболке и останавливаясь чуть ниже пояса. – Я думаю, что твои навыки превосходны.

– Джез…

Я склоняюсь к тому, чтобы пропустить остальную часть экскурсии и научить её нескольким горизонтальным танцевальным шагам. Но она просто смеётся и отпрыгивает назад.

– Позже, – шепчет она. – Обещаешь?

– О, да, – уверяю я её.

Она берёт меня за руку, и мы снова идём по улице, разговариваем обо всём и ни о чём. О безделушках в витринах, о проходящих мимо покупателях. О погоде. Книгах. Даже об ирландской поэзии, хотя, как мы дошли до этой темы, понятия не имею.

Когда я спрашиваю, Джез пожимает плечами, смеётся и хватает меня за руку, выглядя более беззаботно, чем я когда-либо видел её. И прямо тогда я думаю, что нет ничего, чего бы я хотел так сильно, как держать её в таком состоянии всегда.

Опасная мысль… но почему–то она не так страшна, как должна быть.

– Спасибо, – говорит она позже, когда мы останавливаемся возле Lucy In Disguise with Diamonds[3], и с парой спортивных прикольных солнцезащитных очков в стиле ретро. – Мне это было необходимо.

– Ну а кому не нужны неоновые солнцезащитные очки?

– Точно подмечено, – говорит она. – Но я не об этом. Серьёзно, – добавляет она, положив руки на мои плечи и поднявшись на цыпочки, чтобы нежно меня поцеловать. – Спасибо.

Она начинает отстраняться, но я обхватываю её голову и притягиваю ближе, углубляя поцелуй, пока она не стонет. И я ощущаю отголоски по всему моему телу.

– Куда теперь? – шепчет она.

– Ну, у меня распланирован целый день. После SoCo, я думал арендовать катамаран и провести час или около того на реке. Затем, мы могли бы пообедать в одном из грузовиков на Бартон–Спрингс–Роуд, после отправиться в Южный Остин и осмотреть Уайлдфлауэр Центр, прежде чем вернуться в центр для счастливого часа суши.

– Это звучит потрясающе.

– Или же мы могли пропустить всё это, и я мог бы показать тебе свой любимый вид на реку.

– Где это?

– В моей квартире.

Её глаза почти незаметно расширяются.

– Итак, я предполагаю, что вид города – это эвфемизм?

– Может быть, – признаю я. – Знаю, ты говорила, что хочешь день для себя. Но, Джез…

– Заткнись, Пирс, – произносит она, заставляя замолчать, прикладывая пальцы к моим губам. – И пошли. Не хотелось бы упустить исключительный вид.

Глава 11

Это великолепный мартовский день. Послеобеденное солнце сверкает, отражаясь в реке. Деревья зеленеют, на некоторых из них даже начинают набухать почки.

Это действительно прекрасный вид.

Однако, ничто из этого не сравнится с красотой Джезибель.

Мы находимся в моей гостиной, и она стоит у окна, которое выходит на балкон и открывает живописный вид на реку. Но это именно та женщина, от вида которой действительно захватывает дух.

Она уже сняла обувь, но теперь я хочу покончить с остальной её одеждой, и встаю позади неё, решив сделать это.

– Закрой глаза, - говорю я, удовлетворенный тем, что она следует моей просьбе. – Руки вверх, - и снова она подчиняется, а её готовность довериться мне так же сильно заводит, как и её нежная кожа и восхитительный аромат.

Я хватаю за край рубашки и снимаю её через голову. Она немного хнычет, но не возражает.

- Далее джинсы, - произношу я, снимая с неё бюстгальтер и отбрасывая его в сторону. – Сними их для меня. Трусики тоже.

Окна слегка тонированы, защищая от солнца, и в это время дня присутствует небольшое отражение. Она поднимает глаза и встречается с моими в стекле. Я жду её протеста, но она ничего не говорит. Затем просто расстёгивает молнию и избавляется от штанов, её трусики скользят вниз вместе с джинсовой тканью.

Потом она встаёт, глядя на дикую часть Остина, руки на боках, ноги слегка расставлены.

Я стою позади неё, но в окне вижу, что её соски напряжены, и она прикусывает свою нижнюю губу.

- Это возбуждает тебя, - говорю я, и когда она кивает, то выдыхаю с облегчением. Потому что, будь я проклят, если это меня также не возбуждает.

- Это мой любимый вид, - произношу я. – Ни город. Ни деревья. Ни река. Но ты, стоящая передо мной, со сверкающей кожей, когда твоё тело отражается в окне. Потому что, честно говоря, как что-то вообще может быть прекрасней?

- Лжец, - говорит она, её губы изогнулись в улыбке. – Красивые слова, но они – ложь. Как это может быть твоим любимым видом, если ты никогда раньше его не видел?

Я подхожу ближе к ней сзади и обхватываю её грудь, затем опускаю одну руку между её бедер. Она мокрая – чертовски мокрая – и всё, о чём я могу думать, что она моя.

- Я видел его раньше. Не конкретно, но саму мысль. Мысль о тебе. Невинная красавица, стоящая передо мной, обнажённая и желающая меня, - я перемещаю свою руку от её груди ко лбу так, чтобы отклонить голову Джез назад, удлиняя её шею. Она дрожит, но не двигается. – Скажи, что ты хочешь меня.

- Да. Так сильно.

Я отпускаю её, и она вздрагивает, но так и остаётся стоять, опираясь назад на меня, так что я поддерживаю её, а она мне доверяет, чтобы оставаться в вертикальном положении.

Одна из моих рук всё ещё у неё между ног, и я дразню и поглаживаю её, пока она не начинает извиваться напротив меня, такая горячая и готовая.

– Раздевайся, - требует она.

- Всё, что леди пожелает, - говорю я, когда тороплюсь раздеться.

- Ты серьезно?

Я наклоняю голову, интересно, что она имеет в виду.

– Испытай меня.

Она скользит в мои объятия, избавляя меня от оставшейся одежды, а затем набрасывается в страстном поцелуе, который одновременно удивляет и возбуждает меня.

– Джез, детка, - произношу я, когда отстраняюсь, задыхаясь. Но она не даёт мне передышки. Её рука скользит между нашими телами, и она поглаживает меня, делая ещё более твёрдым, чем я мог себе представить, посылая дикий жар, который проходит сквозь меня.

- Сейчас, - говорю я. – Проклятье, Джез, мне нужно быть внутри тебя.

- На каком мы этаже? – в её вопросе слышится безумная нотка.

- На двадцать седьмом.

- Кто-нибудь может нас увидеть?

- Не знаю. Я так не думаю.

- Окно, - умоляет она. – Пожалуйста, возьми меня у окна.

Чёрт, да, я сделаю это.

- Руки на стекло, - приказываю я. – Нагнись.

Она выполняет это, а взгляд её такой страстный, что я едва не кончаю. Но я хочу быть внутри неё. Я хочу быть с ней. С ней. Не только из-за секса, но и из-за самой Джез. И когда я двигаюсь позади неё – когда я вставляю свой член глубоко в её горячую, мокрую киску – я не могу не задаться вопросом, что же это может означать.

Но сейчас я слишком возбуждён. Слишком погряз в страсти. Слишком погряз в волнах удовольствия, накрывающих меня.

Более того, я слишком погряз в Джез.

И когда она взрывается в моих руках – когда она выкрикивает моё имя и так сильно дрожит, что её ноги подгибаются – я ощущаю себя самым могущественным человеком на Земле.

Мы опустились на ковер, и я решаю подняться, чтобы очистить нас и принести халаты. Затем я открываю дверь и веду её на балкон, устраивая Джез на большом шезлонге, прежде чем вернуться внутрь за двумя стаканами бурбона.

Я ухаживаю за ней – и это не то, что я обычно делаю.

Но это кажется правильным. Отличным даже.

И когда она улыбается мне, пока я передаю ей стакан, это также ощущается как будто всё на своих местах.

- Мне нравится это, - говорит она до того, как я успеваю принять близко к сердцу эти заблудшие, одомашненные мысли, проносящиеся в моей голове. – Здесь кажется, будто ты становишься ближе к небу. Словно живёшь в городе, но можешь сбежать от него в любой момент.

- Это так, - произношу я. – Однажды я хотел бы иметь дом, но только если он будет а таком же месте. И там был бы довольно большой сад. А у меня нет так много времени, чтобы заниматься им.

- Ты мог бы кого-нибудь нанять.

Я качаю головой.

– Это не то же самое. Есть что-то первобытное и личное в плане сада. Что? – спрашиваю я, замечая её удивленный взгляд.

- Дело в том, что я всегда считала так же. Я хочу сад, но у меня его нет по тем же причинам. Нет времени, чтобы заниматься им, и я не хочу, чтобы кто-нибудь ещё ухаживал за тем, что принадлежит мне.

Я киваю и думаю о том, как много у нас общего, и как это неожиданно.

Она вздыхает и делает глоток бурбона.

– Это были великолепные несколько дней, - говорит она. – И, честно говоря, в последнее время мне было не до веселья, - продолжает она. – Так что спасибо.

- Из-за скандала?

- Да. Но ещё задолго до него.

Я поворачиваюсь к ней, вспоминая нашу беседу прошлой ночью.

– Ты живёшь в тени Дел.

Она ощетинилась.

– Я люблю свою сестру.

- А я и не говорю, что нет. Но ты должна жить своей жизнью. Что произойдёт, когда она готова будет управлять сама своей карьерой?

- Это не твоя проблема, - её слова резки и болезненно правдивы.

Больно, потому что я хочу помочь. Я хочу притянуть её в свои объятия, крепко прижать к себе и помочь в этом разобраться.

И будь я проклят, если бы мне было известно, где я сделал этот поворот, но я сделал его. И теперь я накренился к чему-то более значимому с этой женщиной, чего я не совсем понимаю. Всё, что я знаю, так это то, что всё это ощущается правильным, и что я не готов спустить всё на тормоза.

- Это моя проблема, - отвечаю я ей. – Не знаю, почему или как, или если ты позволишь мне помочь. Но, чёрт возьми, Джез, ты забралась мне под кожу. И я не могу уйти. Не сейчас. Даже не попробовав.

Она сжимает губы, широко раскрыв глаза, очевидно, борется со слезами. Но затем Джез подскакивает со стула и спешит внутрь.

Я даю ей минутку и следую за ней. Она на кухне, кран включён, её руки сжимают столешницу.

- Эй, - я кладу ей руку на плечо, сопротивляясь желанию развернуть её и притянуть к себе, хотя это именно то, где я хочу, чтобы Джез находилась. – Поговори со мной.

- Я разберусь с этим, - говорит она больше раковине, чем мне. – Я сделаю это, - добавляет она, поворачиваясь ко мне лицом. – Дело в том, что иногда мне хочется передать всё это кому-нибудь другому. Что я могу просто всё отпустить и уйти. Понимаешь?

- Понимаю, - отвечаю я и беру её за руку. – Пойдём со мной.

Джез с любопытством смотрит на меня, но она не протестует, когда я веду её в свою спальню.

- Я не могу помочь с Дел, - говорю я. – По крайней мере, без кое-какого поиска или нескольких десятков телефонных звонков. Но насчёт того, чтобы передать это ещё кое-кому… у меня есть несколько идей.

Я смотрю на неё. На её лице появляется заинтересованность. Намёк на нервозность.

– Что ты имеешь в виду? – наконец-то спрашивает она.

- Ты доверяешь мне?

- Я…

Она колеблется, и в этот момент затишья мне кажется, как будто земля уходит из-под ног. И блядь, я хочу пнуть себя, потому что я не должен был западать на неё так сильно, так быстро. Я знаю об этом лучше всех.

Но какого чёрта, да? Потому что всё, что здесь происходит – быстротечно. И через несколько дней она улетит в Лос-Анджелес, а я вернусь к приложению 2Nite, и моя жизнь войдёт в прежнее русло.

Пока же, у меня есть Джез.

И когда она кивает и говорит:

– Конечно, я доверяю тебе, - всё снова кажется нормальным.

- Сядь на кровать, - приказываю я, и когда она подчиняется, я иду к своему шкафу.

- Что именно ты делаешь? – её голос удивлён, но насторожен.

- Заставляю тебя переложить всё на кого-нибудь другого. Закрой глаза. Сейчас, - добавляю я, когда она колеблется.

Джез прищуривается, но потом подчиняется – и затем немного вскрикивает, когда я надеваю на неё маску для сна, затягиваю её, чтобы убедиться, что она ничего не сможет увидеть.

- Пирс, я не…

- Тише. Ты отдаешь себя. Ты отпускаешь. Ты ставишь меня во главе. Это сделка. И я обещаю, что тебе понравится.

Она облизывает губы, и я задерживаю дыхание, боясь, что она пойдёт на попятную. Но потом Джез кивает.

- Хорошо. Теперь ложись на спину и подними руки над головой, запястья вместе, - я уверен, что она собирается запротестовать, поэтому я удивлен, что Джез выполняет это без всяких вопросов.

Я сажусь на кровать рядом с ней, затем связываю её запястья старым галстуком. На спинке кровати есть выступ, и так как у меня нет лучшего варианта, я отключаю свой будильник и наматываю удлинительный шнур, хотя петля галстука практично привязывает её запястья к изголовью кровати.

- Пирс…

- Да, детка?

- Я не знаю, - произносит она. – Полагаю, я просто хотела узнать, что ты ответишь.

- Так. Теперь расслабься. Просто дыши.

- Что ты планируешь сделать?

- Милая, я заставлю тебя кончить.

- Оу.

Я улыбаюсь, видя, как её тело напрягается только от предложения, а затем я устраиваюсь для тщательного изучения этой женщины. Я покрываю поцелуями каждый её дюйм. Я смазываю свои руки и массирую её грудь. Я сосу её соски. Я прокладываю поцелуями путь вверх по её ногам. И постоянно говорю ей, как она прекрасна.

Я теряю над собой контроль, пока доставляю ей удовольствие. Наблюдая за тем, как её кожа покрывается мурашками от прикосновений. Видя, как она дышит. Я хочу знать всё, и я теряюсь в Джезибель.

И только когда она начинает извиваться и хныкать, умоляя о моём прикосновении, я осторожно перемещаю пальцы между её бёдер, а затем перестаю двигаться, когда она пытается потереться напротив меня.

– О, нет. Это должен сделать я, - говорю я, а потом задаюсь целью возвести её на абсолютную высоту блаженства.

И поскольку она кричит, когда кончает, думаю, что проделал чертовски хорошую работу.

Я удерживаю её тело, когда оно содрогается в последних конвульсиях оргазма, затем очень аккуратно снимаю маску и развязываю руки.

Сразу же она сворачивается в клубок возле меня, потом глубоко вздыхает.

– Это было невероятно.

- Оргазм или избавление?

- Это вопрос с подвохом, - произносит она, открывая глаза. – Я кончила так сильно, потому что отпустила.

- Послушай себя, - дразнюсь я. – Моя лучшая ученица.Ц протягивает руку, чтобы ударить меня по груди, но я перехватываю её запястье и целую его. – Если ты можешь сделать это в постели, - говорю я. – Ты сможешь сделать это и в жизни.

- Крышесносно кончить?

- Передать часть контроля.

Думаю, я доказал свою точку зрения, но она просто качает головой, а затем опирается на локоть. – Ты забываешь одну вещь. Я доверяю тебе.

Глава 12

Я доверяю тебе.

Слова проходят сквозь меня, тёплые и приятные – и достаточно жуткие, чтобы я отбросил их в сторону. Дело не во мне. Дело в ней. Дело в Дел. Речь идёт о поиске агента, менеджера или партнёра – человека, который сможет разделить бремя с Джезибель до тех пор, пока Дел не будет готова взять его на себя.

И это именно то, о чём я ей говорю.

- Моё мнение остаётся неизменным, - произносит она. – Мне не нужно спать с ними, чтобы доверять. И после того, что случилось с Симпсоном…

Она еле уловимо пожимает плечами, а затем перемещается на кровати так, что опирается на свои колени.

– Но вы, сэр, слишком серьезно относитесь к моей проблеме. Я всё улажу. Ну а пока, нам нужно возвращаться.

Джез кивает в сторону часов, и я тихо проклинаю всё. Я полностью потерялся во времени. Нам нужно вернуться в отель всего лишь через полчаса.

– Ты плохо влияешь на меня, - говорю я.

- Это чувство полностью взаимно.

К счастью, моя квартира находится всего лишь в нескольких кварталах от «Звёздного огня», и уже вскоре я отдаю свои ключи камердинеру и веду Джез в лифт, чтобы сэкономить пятнадцать минут.

Она использует свой ключ для доступа на этаж, и через несколько минут мы заходим в её люкс, держась за руки – только, чтобы найти Керри, сидящей за столом и смотрящей прямо на нас.

Её брови поднимаются, и я вижу, как на её лице мелькает улыбка, прежде чем смениться покерфейсом.

- Ты рано, - произношу, отпуская руку Джез. – Где Дел?

- Напомни мне никогда не становиться кинозвездой, - говорит она. – Твоё расписание полностью тебе не принадлежит.

- Керри…

- Она на съёмочной площадке. Коннор забрал её. Сказал, что ты сможешь сменить его, когда вернёшься.

- Съёмочная площадка?

- Продюсеры позвонили, пока мы были в сауне. Думаю, они хотели начать пораньше или что-то типа того, - она делает глоток воды из бутылки и смотрит на меня. – Можешь ли ты отвезти меня домой, прежде чем уйдёшь? У меня на сегодня есть планы, но нет машины.

- Конечно. Бери свои вещи, - я обращаюсь к Джез, пока Керри начинает засовывать журналы и пару сланцев в сумку. – Ты?

Она качает головой.

– Мне нужно здесь разобраться с некоторыми делами и сделать пару звонков в Лос-Анджелес, - она тянется к моей руке, смотрит на Керри, затем убирает её обратно. – Однако, я увижу тебя позже. Когда привезёшь Дел домой.

- Да, увидишь, - говорю я. Затем приближаюсь, понижая голос, чтобы только Джез смогла меня расслышать. – Ты сможешь снова меня уволить сегодня вечером.

- Договорились.

- Я готова, - произносит Керри.

- Подожди. Я хочу взять бутылку с водой, - мой телефон издаёт сигнал, когда я направляюсь к холодильнику на небольшой кухне. Я достаю его и кладу на столешницу, смотря на уведомление блокирующего экрана, открываю бутылку с водой и долго пью.

Джей из 2Nite отправила вам сообщение: Вернулась в город. Попробуем ещё раз сегодня вечером?

Я собираюсь отклонить его, когда Керри зовёт меня, чтобы я принёс бутылку и ей тоже. Я хватаю одну из холодильника и возвращаюсь к двери, а затем бросаю её сестре.

– Готова?

- Пошли.

Я машу Джез, борясь с желанием поцеловать её на прощание. Не потому, что это будет непрофессионально, а потому, что моя сестра будет бесконечно напоминать мне об этом.

Моя жертва не окупается, потому что первое, что говорит моя сестра, когда мы попадаем в мой Рэндж Ровер.

– Она тебе нравится.

- Конечно, нравится. Она милая. Умная. Компетентная.

- Это не то, что я имела в виду, и ты это знаешь. Ты запал на неё.

- Нет, я не запал, - вру я, потому что не хочу влазить в это с моей сестрой прямо сейчас.

- Всё в порядке, если да.

- Керри…

- Я просто говорю, что это было бы хорошо, вот и всё. Хочу сказать, я знаю, всё, что произошло с Марджи, травмировало тебя, но я беспокоюсь о тебе. Мама с папой тоже переживают. Они просто никогда не говорят тебе об этом. Или, если они и сделают это, то будут ждать Дня Благодарения или Рождества.

Наши родители уехали в Неваду пять лет назад, и хотя мы остаёмся на связи, телефонные звонки имеют склонность скрывать скелеты в шкафу. Но мои родители более чем счастливы вмешаться, когда мы отмечаем праздники вместе.

Я удерживаю руки на руле и смотрю на дорогу.

– Как я уже сказал, я в порядке.

- Возможно. Но однажды ты поймёшь, что только Марджи была сучкой, а не всё женское население. Я имею в виду, некоторые из нас на самом деле верны, понимаешь? И я люблю тебя, вот и всё.

Я вздыхаю.

– Я тоже тебя люблю, - я заколебался, и на мгновение задумался, чтобы всё рассказать и позволить ей помочь мне разобраться в этом беспорядке эмоций, крутящихся в моей голове.

Но потом звонит её телефон, и момент упущен.

- Эй, - говорит Керри. – В чём дело? – пауза, а потом. – Конечно, я передам ему. Пока.

- Что случилось?

- Ты оставил свой телефон в отеле. Джез позвонила Коннору, чтобы ты не волновался, когда не найдёшь его.

- О, хорошо. Спасибо.

- И, видимо, Лиза пыталась связаться с тобой, - добавляет она. – Когда твой личный и рабочий телефоны были перенаправлены на голосовую почту, она позвонила Коннору. Лиза в городе и хочет встретиться с тобой за ужином. Она сказала Коннору, что у неё есть новости. И он передал, что прикроет тебя на съёмочной площадке.

- Новости, - я слегка нахмурился, учитывая, что у меня нет никаких идей. – Я как раз рассказал Джез о ней. Она спрашивала о нашей работе.

- Ты рассказал ей о Лизе и сталкере? Рассказал, что случилось?

Я понимаю удивление в её голосе; я нечасто делюсь тем, что убил человека.

– Я рассказал ей.

- Как я и сказала, - говорит она самодовольно. – Ты запал на неё.

На этот раз я не собираюсь это отрицать.

Я использую телефон Керри, чтобы перезвонить Лизе, а затем высаживаю сестру, прежде чем вернуться домой, чтобы переодеться. Всё это занимает около часа, но мне всё-таки удаётся приехать вовремя, чтобы встретиться с Лизой. Она уже ожидает, встает и обнимает меня, как только я добираюсь до столика на четверых возле входа в ресторан.

- Я так рада, что ты смог прийти. Знаю, что надо было предупредить заранее, но я только сегодня появилась в городе. Мы приехали повидаться с папой.

- Как дела у твоего отца? – спрашиваю я. Я не разговаривал с её отцом несколько месяцев. Всё, что я знаю, это то, что он живёт сейчас в Саладо, маленьком городке, примерно в сорока пяти минутах от Остина.

- Замечательно, - отвечает она. – Он много времени уделяет ремонтам, так что бизнес набирает обороты. Он использует твою рекомендацию на сайте, который я сделала для него.

- Хорошо. Для этого всё и было, - я делаю глоток воды, затем обращаю внимание на бутылку шампанского, охлаждающегося в соседнем ведерке. – Мы празднуем?

Она кивает, похоже, Лиза собирается обрадовать меня новостями.

– Но ты должен подождать, пока… О! Дерек!

Я поворачиваюсь и вижу высокого, кучерявого мужчину, сканирующего ресторан. Он улыбается и спешит к нам, затем целует Лизу в щеку. И я с одобрением замечаю, что он совсем не вздрагивает, когда целует её прямо в неровный шрам, в это напоминание о нападении.

- Это Дерек – мой жених.

- Лиза, это замечательно. Поздравляю вас обоих. Дерек, приятно познакомиться, - я протягиваю руку, довольный тем, что у него хорошая, крепкая хватка.

- Милая, мама только что мне перезвонила. Я собираюсь выйти, чтобы перехватить её, и позволю тебе спросить Пирса. Хорошо?

Она кивает, и он пожимает руку мне снова.ц

– Прошу прощения, но моя мама ушла на пенсию на Тайване, и связаться с ней может быть непросто. Я скоро вернусь.

Лиза ждёт, пока он не отходит на достаточное расстояние, а затем говорит.

– Я знаю, что это немного странно, но ты согласишься стать нашим шафером?

Я сижу в своём кресле, шокированный и польщённый.

– Лиза, ты уверена? Это Дерек?

Она кивает.

– Я бы не вышла замуж, если бы не ты. А лучшая подруга Дерека – девушка, так что она будет моей подружкой. Ты не против? Свадьба в июне.

- Конечно. Я польщён.

Она откинулась назад с явным облегчением.

– О, Слава Богу. Папа будет так рад. Как насчёт тебя? Есть кто-нибудь, с кем ты встречаешься?

- Вообще-то, - начинаю я. – Есть женщина…

- Пирс.

Мы с Лизой оборачиваемся в одно и то же время, и пока она выглядит совершенно смущённой злой женщиной, преследующей нас, у меня внезапно вспыхивает осознание.

Мой телефон. Мой чертов телефон.

- Это Джей? – спрашивает Джез. Её руки скрещены на груди, когда она кивает в сторону Лизы, но её яростный взгляд ни на секунду не покидает меня. – Это та женщина, ради которой ты оставил меня, чтобы трахнуть? Как ты мог? Я думала, что мы… Чёрт.

Глаза Лизы широко открыты, и я думаю, что она собирается спросить меня, что происходит. Вместо этого, её взгляд смещается и она кричит. – Дерек!

- Я не смог дозвониться маме, чтобы пройти через это, говорит он, спеша вперед. Он хмурится, глядя на Джез. – Что происходит?

- Садись, - говорю я Джез, когда Дерек садится напротив того места, где она стоит.

Её глаза вспыхивают в неповиновении. А затем, когда она смотрит на Дерека, в них отражается смущение.

- Это Лиза, - мягко говорю я, указывая на неё и Дерека по очереди. – А это Дерек. Её жених.

- Оу, - краска сходит с её лица. – О Боже. Мне очень жаль. Мне… Мне нужно…

Она не удосуживается завершить предложение. Просто разворачивается и направляется к выходу.

- Простите, - говорю я паре. – Мне нужно прояснить небольшое недоразумение.

Я спешу за ней, наконец, догоняя её на тротуаре за пределами ресторана.

- Прости, - произносит она. – Мне жаль и мне стыдно, и я действительно хотела бы, чтобы ты вернулся внутрь, чтобы я могла почувствовать себя идиоткой в одиночестве.

- Тебе не нужно чувствовать себя идиоткой.

Она поднимает бровь, и я смеюсь.

– Ладно, может быть, и надо. Потому что ты идиотка, если думаешь, что через пять секунд после того как я тебя оставил, я пойду к какой-то неизвестной девушке из приложения.

Погрузившись в сумочку, она достаёт мой телефон и передаёт его мне.

– Я пошла его забрать, а сообщение мелькнуло на экране блокировки.

- Я бы удалил его, - сказал я. – Даже не ответил.

- Я такая глупая.

Я беру её за руки.

– Пошли внутрь. У нас есть свободное место. Присоединяйся к нам за ужином.

- Почему ты не сказал мне, что у тебя есть планы на ужин? Ты сказал, что поедешь на съемочную площадку.

Объясняю про звонок, и она хмурится.

– Вселенная сговорилась против меня.

- Или это сговор, чтобы ты поужинала со мной. Серьёзно. Присоединяйся к нам.

Но её невозможно переубедить.

– Нет, правда. Мне нужно просто побыть одной.

- Ладно, - я мысленно пробегаюсь по завтрашнему графику. – Кейден завтра на борту. Он отвезёт Дел на воскресное утреннее ток-шоу, а потом на съёмочную площадку. Я тоже зайду и мы поговорим.

- Всё нормально. Завтра, вскоре после полудня, у нас съёмка. Увидимся на съёмочной площадке.

Я останавливаюсь, находя больше смысла в этих словах, чем кажется: Она не хочет, чтобы я приходил.

- Джез, - произношу я, испытывая нежелательный всплеск паники. – Ты понимаешь, что сегодня был просто ужин с другом? Верно?

Она кивает.

– Я знаю. Я понимаю. И не расстроена из-за этого.

- Тогда что?

Но она не говорит, оставив дыру в моём животе и ощущение того, что я что-то потерял и без понятия, как это вернуть обратно.

Глава 13

Я приезжаю до смешного рано на съёмочную площадку в воскресенье и вышагиваю по трейлеру Дел, когда она и Джез приезжают. Они заходят в середине разговора, и Джез замирает, увидев меня.

Я прекращаю нарезать круги от крошечного дивана до крошечной кухни.

– Джез, нам нужно поговорить.

- О Боже, - произносит Дел. – Я опаздываю на макияж.

Когда она выскакивает, я ближе подхожу к Джез.

– Пожалуйста, детка, - говорю я. – Скажи мне, что происходит. Расскажи, что вчера случилось. Поскольку я понимаю, почему ты была расстроена, когда всё неправильно поняла. Но когда мы разобрались…

- Но мы этого не сделали, - перебивает она меня. – Вот, что я поняла. Мы вообще ничего не выяснили.

Я вдруг почувствовал холод. Как будто кто-то окунул меня в чан с ледяной водой.

– О чем ты говоришь?

- Я не ожидала этого, - произносит она, передвигаясь, чтобы присесть на диван. Её голова опущена, лоб прижимается к кончикам пальцев.

- Чего?

Она смотрит на меня, и я вижу слёзы в её глазах.

– Тебя, - одинокая слеза скатывается по её щеке. – Я не ожидала тебя.

В мгновение ока я рядом с ней, обнял её и притянул ближе к себе. Моё дыхание перехватывает, потому что слова, которые она произносит, это слова, которые растут во мне. Слова, которые я не хотел детально рассматривать. Но теперь… ну, может быть теперь, мне стоит это сделать.

- Расскажи мне, - тихо говорю я. – Расскажи мне, что ты имеешь в виду.

- Я поняла прошлой ночью, когда увидела это глупое уведомление в телефоне. Было такое чувство, будто меня выпотрошили, - она садится прямо, выбираясь из моих объятий. Я понимаю, что это для того, чтобы иметь возможность смотреть на меня, но потеря контакта ощущается так же болезненно, как и удар по яйцам.

- Я слишком много чувствую к тебе, - продолжает она. – И я знаю, что ты не ищешь отношений, но когда я с тобой…

Она прерывается и качает головой, как будто пытается вернуть мысли на место.

– Я хочу большего, - просто говорит она. – Больше тебя. Больше времени. Больше всего. Я хочу позволить тому, чтобы это не было между нами, расти, и увидеть, что произойдёт дальше.

Волна облегчения, проходящая сквозь меня, настолько сильна, что я удивлен, что она не сбивает меня с ног.

Знаю, я должен сказать, что хочу того же. Что хочу, чтобы это всё сработало. Как бы долго это не продолжалось.

Я должен сказать ей, что она вернула меня к жизни. Что она - чудо и настоящий сюрприз, до того неожиданный, что мне не хочется её больше никуда отпускать.

Я должен сказать ей, что мы каким-то образом справимся с этим. Я знаю, что это может сработать, потому что у меня внутри – в моём сердце – она уже часть меня.

Я должен сказать всё это. Вместо этого, я говорю.

– У нас есть ещё три дня.

Мгновение она просто смотрит на меня, и я хочу пнуть себя, что был таким жалким неудачником. Я хочу забрать свои слова обратно и сказать ей правду. Но слова не идут. Я так долго говорил, что не завожу отношений, что теперь не могу заставить себя произнести эти слова. А если я ошибаюсь насчет неё? Насчет нас?

Что, если я подпущу её ближе, а она оторвёт мне яйца? Что, если мне понадобятся эти три дня, чтобы во всём разобраться?

- Ты прав, - говорит она, вставая с дивана. – У нас есть ещё три дня. И это здорово, - она пробегает пальцами по волосам. – Да. Мне, эм, нужно встретиться с командой продюсеров. Думаю, это займёт некоторое время. Так что, увидимся в гостинице. Я имею в виду, когда ты привезёшь Делайлу.

Я стою и дотрагиваюсь до неё с облегчением, когда моя рука находит её.

– Джез, пожалуйста. Я не имею в виду…

Но она высвобождает свои пальцы.

– Нет, всё в порядке. Ты прав. Это было весело и у нас есть ещё три дня. Я просто…

Она пожимает плечами. Затем наклоняется вперед и слегка целует меня.

– Всё хорошо, правда. Увидимся вечером. И это то, что мы имеем. Это действительно забавно. Просто здорово так, как есть. Но мне действительно пора идти, - добавляет она, проверяя часы.

Потом она практически вылетает из трейлера, а я опускаюсь на диван.

Забавно.

Какое ужасное слово.

Я всё ещё сидел там, даже спустя тридцать минут, удивляясь, как мне удалось превратить всё лучшее, что когда-либо случалось со мной, в полное и абсолютное дерьмо за каких-то десять минут. Честно говоря, у меня, должно быть, какая-то редкая сила разрушения, потому что, я думаю, это грёбанный показатель.

И может быть – может быть – если бы я не продолжал напоминать себе, как сильно я не хотел начинать отношения, то я бы ухватился за этот шанс и цеплялся бы так крепко, что она никогда бы не смогла уйти.

К чёрту.

Я встаю. Может быть, я облажался несколько минут назад, но я могу исправить это сейчас. Я не совсем знаю как, но уверен, что унижение и искренность – и чертовски хороший ужин – вероятно, поспособствуют этому.

Я как раз собираюсь пойти найти её и начать часть по унижению, когда дверь трейлера распахивается и Делайла влетает, её глаза налиты кровью.

- Дел, что происходит? Джез в порядке?

Она кивает.

– Она в порядке. Она пошла куда-то с продюсерами.

- Значит, её нет на съёмочной площадке?

Она качает головой, и я проклинаю упущенную возможность.

– Тогда в чём дело? – спрашиваю я.

- Они закрывают нас. Вот и всё. Мы только что завершили съёмки в Остине.

Я снова сажусь.

– О чём, чёрт возьми, ты говоришь?

- Они только что объявили об этом, как только отсняли финальную сцену. Они переделали сценарий. Всё, что должно было произойти под дубом или снаружи каменного дома, будет в кафе. Мы снимаем эти сцены в Лос-Анджелесе.

- Лос-Анджелес, - произношу я, как будто я никогда раньше не слышал о нём. – Когда?

- Улетаем завтра. Съёмки начинаются снова во вторник.

- Так много для трёх дней, - пробормотал я. – Блядь.

- Пожалуйста, Пирс. Ты должен мне помочь.

Я смотрю на неё и понимаю, что её беспокоит не только сокращение съёмок фильма.

- Что случилось?

- Левил уже здесь. В городе, я имею в виду. Он остановился в «Дрискилл», - добавляет она, упоминая исторический отель через дорогу от моего офиса и всего в нескольких кварталах от «Звёздного огня». – Мне нужно с ним увидеться. Пожалуйста, помоги мне попасть к нему.

- Ты ненормальная?

Она моргает, и слёзы стекают по её лицу.

– Пожалуйста. Неужели ты не понимаешь? Мне нужно с ним увидеться. Он должен знать, что мне жаль и что я люблю его, но я совершила глупость. Может быть, он и не простит меня, но я должна ему сказать, что люблю его, что всегда любила. И что, даже если мы не вместе, я всё равно хочу быть его другом и никогда не хотела причинять ему боль.

- Дел…

- Нет, пожалуйста. Я знаю, что это риск. И я знаю, что он, может быть, меня оттолкнёт и скажет своим людям не впускать меня, но я должна попытаться. Я справлюсь с болью, Пирс, я действительно справлюсь. Но я не переживу, зная, что могла упустить что-то хорошее. И я действительно не смогу пережить, зная, что обидела того, кого люблю, и не попыталась это исправить, понимаешь?

Я вздыхаю. Потому что, чёрт возьми, я прекрасно всё понимаю.

И я знаю, что у этого ребёнка намного больше смелости, чем у меня.

- Если это окажется в социальных сетях, твоя сестра убьёт нас обоих, - говорю я, а в ответ она обнимает меня и целует в щеку.

- Спасибо, спасибо. Ты самый лучший. Я так рада, что ты и моя сестра…

- Ну же. Если мы собираемся это сделать, мы должны выдвигаться. Мы даже не знаем, в отеле ли он сейчас?

- Он там. Он всегда отсиживается в отеле за пару дней до концерта. Иногда он приглашает прессу или несколько поклонников, но никогда не выходит. Он может пойти на вечеринки после, но никогда раньше концерта.

- Это облегчает его поиск. Что насчет доступа? Если ты позвонишь, он скажет в каком номере? Позволит тебе поговорить с ним? Другими словами, проблема сводится только к тому, как доставить тебя к нему? Или у нас есть элемент неожиданности?

- Эм, я думаю, это как вроде операции ЦРУ, - говорит она, и я смеюсь.

- Тогда всё в порядке. Позволь мне сделать несколько звонков.

Час спустя я обзвонил полудюжину мест, поговорил почти со всеми, кого я когда-либо встречал в Остине, и сумел найти посредника в отеле, который связал меня с менеджером группы, женщиной по имени Анисса.

- Мы с Левилом дружим уже много лет, - говорит Анисса. – И я была рядом во время драмы с Дел. Не знаю, захочет ли Левил её видеть, но думаю, что должен это сделать. Но я смогу хотя бы провести тебя в номер.

Что касается меня, это такой же хороший результат, на который я мог надеяться, и поэтому мы с Дел отправляемся в центр города.

Я оставляю машину около офиса, и мы направляемся через улицу, следуя инструкциям Аниссы, чтобы добраться до служебного входа, который использовала группа, чтобы избежать встречи с прессой.

Анисса там, чтобы встретиться с нами, вместе со связующим звеном в отеле, с которым я говорил ранее.

– Большое спасибо, - говорит ей Дел. – Рада снова тебя видеть. Но я не доставлю тебе неприятностей, правда?

Анисса пренебрежительно взмахивает рукой.

– Если он зол, то справится с этим. Как уже говорила, я знаю его очень давно. Поверь мне, когда я так говорю, то это так и есть.

Мы следуем за ней через лабиринт служебных коридоров к грузовому лифту, а затем, наконец, к двери номера Левила.

- Готова? – спрашивает Анисса.

Дел кивает, но прежде чем Анисса сможет завести её в номер, я тяну за рукав Дел.

– Ты уверена в этом? Если этот визит засветится в социальных сетях, то это может привести к тому, что скандал разразится снова, особенно, если это не закончится хорошо. И если это произойдёт, тебя могут выкинуть из фильма. Не говоря уже о том, как будет зла твоя сестра.

- Я понимаю, - говорит она. – Но иногда приходится рисковать, понимаешь?

- Тогда всё в порядке, - я отпускаю её руку, а затем отступаю. – Я буду здесь. И, Дел? – добавляю я, когда она пересекает порог. – Удачи.

Тридцать минут спустя, я вышагиваю по коридору, пытаясь решить, хорошо или плохо то, что она находится там так долго. Возможно, она до сих пор унижается. Или, может быть, он впал в ярость.

Но, надеюсь, они помирились и общаются. Честно говоря, мне нравится думать, что хотя бы одна из женщин Стюарт покинет город в хорошем настроении.

Боже, я подонок.

Я позволил Джез поверить, что между нами что-то было, потому что оно и было. Но потом, когда дело дошло до финала, я закрылся и заткнулся.

У меня даже не хватает смелости восемнадцатилетней.

И прямо здесь и сейчас я решаю, что собираюсь исправить это.

Потому что, чёрт возьми, думаю, я влюбился в Джезибель Стюарт. И в прошлый раз она знала это.

Глава 14

Джезибель стоит прямо за дверью, когда мы входим в номер, и она смотрит на нас обоих, пока держит в руках свой телефон.

– Что это, чёрт возьми? – требует она, проталкивая телефон между нами.

Я смотрю вниз и вижу изображение Делайлы и Левила, обнимающихся друг с другом, и Левил целует её в висок.

Это опубликовано на странице Левила в Инстаграмме, надпись гласит «Люблю эту девчонку». #ДелайлаСтюарт #ПоПрежнемуДрузья #ОнаВсегдаМеняПоддерживает #УМеняЕстьОна #ОстинТехас #НетНенависти #МыСделалиЭто

- Мы помирились, - говорит она. – Теперь всё хорошо. И Джейсон – новый барабанщик – сфоткал нас. Левил сказал, что если он запостит это фото, то фанаты успокоятся, - она берёт телефон у Джез и начинает нажимать и прокручивать, чёрт возьми, намного быстрее, чем я смогу справиться с этим на своём телефоне.

Через мгновение она смотрит на нас и улыбается.

– Думаю, он был прав. Всё, что я вижу, это смайлы «большой палец вверх». Ничего страшного и ничего значимого нет. В любом случае, пока нет.

- Это здорово, - произношу я. – Это сработало.

- Но, может быть, и нет, - голос Джез жёсткий, и я знаю, что мне придётся удвоить извинения, с которыми я сюда пришёл.

- Ой, да ладно, Джез, - начинает Делайла, но Джез просто качает головой, останавливая Дел.

- Давай же, - говорит она, указывая на комнату Дел. – Пожалуйста. Я рада, что это сработало с фанатами. И я рада, что вы с Левилом помирились. Но сейчас я хочу поговорить с Пирсом.

Дел смотрит на меня, и я вижу солидарность на её лице. Если я захочу, чтобы она осталась, она меня не бросит.

- Иди, - говорю я. – Я разберусь с этим.

Она тащит ноги, но уходит, крепко закрывая за собой дверь. И как только дверь захлопывается, Джез набрасывается на меня.

- Какого хрена? – огрызается она. – Я имею в виду, серьезно. Какого. Хрена?

Я поднимаю руку, пытаясь успокоить её и сделать перерыв, чтобы вставить слово. Но она ничего не хочет слушать.

- Я же тебе ясно сказала, что доверяю тебе свою сестру. И ты обещал. Мало того, что ты заключил контракт. И вот как ты выполняешь свои обязательства? Серьезно? Это могло выйти из-под контроля. Это могло полностью уничтожить её.

- Но это не так, - наконец-то умудряюсь сказать я.

Теперь настала её очередь попытаться вставить слово, но я поднял руку.

– Нет, - говорю, шагая к ней. Это опасно, честно говоря, потому что сейчас она выглядит готовой отпинать мой зад. – Тем, что уничтожало её, было осознание того, что она никогда по-настоящему не извинялась перед ним. То, что он не знал, как она себя чувствовала.

Я пытаюсь сделать глубокий вдох, но это тяжело. У меня пересохло во рту от волнения.

– И как только я понял это, - продолжаю я. – То понял, что должен помочь ей.

- Как альтруистично, - огрызается она. – Почему?

Я смотрю на неё. В этих глазах теперь пылает гнев. В глазах, которые раньше смотрели на меня с теплом. И страстью. И юмором.

- Из-за тебя, - просто говорю я. – Потому что это то, что уничтожает меня.

Она отворачивается, глядя вниз, чтобы я не увидел её лица.

– Не надо, - шепчет она. – Даже не начинай.

Я слышу уязвимость в её голосе, и знаю, что должен остановиться. Но не могу. Я должен заставить её понять. Потому что у меня пустота внутри без неё, а я так отчаянно желаю, чтобы меня заполнили.

- Просто уйди, - говорит она. – Пожалуйста.

- Я не могу, - я делаю шаг ближе. – Джез, всё, что ты вчера сказала…

Она прерывает меня с жестокой насмешкой.

– Как глупо было открыть тебе своё сердце?

- Джез, пожалуйста.

- Я доверилась тебе. Доверила своё тело. Свои секреты. Свою сестру и её карьеру. Я думала, что ты стоишь этого.

- Я. Мы. Но я облажался.

- Чёрт возьми, ты сделал это, - говорит она с хрипотцой в голосе, и я знаю, что она находится на грани слёз.

Я подхожу ближе. Стою сейчас прямо перед ней, и я должен заставить себя удерживать свои руки вдоль тела, когда всё, что мне хочется сделать, это прикоснуться к ней. Успокоить её.

- Я позволил своему прошлому встать на пути, - признаюсь я. – Я подумал о Марджи и о том, что она ранила меня. О том, как она бросила меня. Но я не должен был думать о ней. Это должна была быть именно ты. Только ты.

- Тогда почему этого не было?

- Потому что, я - мудак.

Она поднимает голову, выражение её лица настороженное. – Продолжай.

- Потому, что я испугался.

Она хмурится.

– Из-за чего?

- Из-за тебя. Из-за всего. Из-за того, что ты заставляла меня чувствовать.

Она облизывает губы, гнев в глазах начинает тускнеть.

– И как я заставляла тебя чувствовать?

- Как будто у меня есть шанс «Навечно», - я затаил дыхание. – Как будто я влюбляюсь в тебя. И я думаю, что я тоже тебе не безразличен.

Я слышу, как у неё перехватило дыхание.

– Пирс, я…

- Нет, позволь мне закончить. Джез, это было быстро… безумно быстро. И, может быть, мы оба ошибаемся, но я так не думаю. Я хочу потратить время и разобраться в этом. Более того, я хочу, чтобы это сработало. В основном, я хочу, чтобы мы остались.

Слеза стекает по её щеке, и я тянусь и осторожно убираю её.

– Я испугался и причинил тебе боль. И мне так жаль. Пожалуйста, Джез. Пожалуйста, скажи, что прощаешь меня.

Она облизывает губы и слегка шмыгает носом.

– Ты выбрал неудачное время. У нас даже нет этих трёх дней. Завтра я уезжаю в Лос-Анджелес.

Я ничего не могу поделать; я рассмеялся.

Её бровь выгнулась.

– Это смешно?

- Это замечательно, - говорю я. – Потому что ты не сказала мне исчезнуть. Ты всего лишь сказала, что уезжаешь. И детка, это просто география. Мы сможем разобраться с географией.

Она ничего не говорит, поэтому я подхожу ближе, а затем обнимаю её за талию.

– Переезжайте сюда. Ты и Дел. Ты сказала, что хочешь уехать из Лос-Анджелеса, верно? Так перебирайся сюда. Сними дом. Купи квартиру. Живи со мной. Но дай этому шанс. Дел не неизвестная актриса. Она может жить там, где захочет.

- Она захочет жить в Лос-Анджелесе, - говорит Джез, и я снова улыбаюсь.

- И она достаточно взрослая, чтобы жить там одна, - отвечаю я. – Есть такое крутое изобретение, которое называется «Интернет». Текстовые сообщения, видеозвонки и всевозможные волшебные вещи. И эти металлические трубы, которые летают по небу и доставят нас в Лос-Анджелес всего за четыре часа.

Она игриво ударяет меня по плечу.

- Ты не должна злиться, знаешь ли.

Она прищуривается.

– Может быть, я больше и не злюсь.

- Серьезно? – я целую её в подбородок. – Я очень рад это слышать. Конечно, у меня припасено ещё много извинений, - я оборачиваю руки вокруг её талии, а затем скольжу ими вверх, прихватив футболку.

- Ты причинил мне боль.

- Знаю, - отвечаю я, а затем нежно прикусываю мочку её уха.

Её тело дрожит под моими руками, а её дыхание сбивается.

– Я думаю, что тебе нужно приложить больше усилий, чтобы извиниться.

Я отступаю, чтобы аккуратно стянуть её футболку через голову.

– Милая, я собираюсь провести остаток ночи, извиняясь всеми возможными способами.

Я целую вдоль её ключицы, а затем над шикарной грудью.

- Достаточно? – дразнюсь я. – Я прощен?

Она наклоняет голову и прижимает палец к своим губам, скрывая предательскую улыбку.

– Даже близко нет.

- В таком случае, - произношу я, процеловывая свой путь вниз по её животу, всё ниже и ниже к её раю. – Мне просто придётся немного постараться…

Эпилог

Восемь месяцев спустя.

Я стою в смокинге под сводом виноградной лозы в конце белого льняного подиума. Небо надо мной окрашено в идеальный синий цвет. За мной Тихий океан простирается до бесконечности.

С того места, где я стою в нескольких ярдах от обрыва, я не могу видеть как волны разбиваются о берег. Но я слышу рёв океана и глубоко дышу, позволяя звукам и морскому воздуху успокоить мои нервы, когда начинает играть музыка, и гости передо мной поднимаются со своих белых раскладных стульев.

Я смотрю в проход, и только когда я вижу её, моё дыхание снова становится лёгким. Она идёт в такт с музыкой, держа цветы перед собой, выглядя более красивой, чем когда-либо прежде.

Я кладу свою руку в карман и ощущаю пальцами маленькое сокровище, которое положил туда. Талисман, который, надеюсь, успокоит мои нервы.

Она подходит всё ближе и ближе, пока не оказывается почти передо мной. Она смотрит прямо на меня, затем отходит в сторону, улыбаясь так широко, что вокруг её глаз образуются морщинки.

Теперь она стоит напротив меня, и мы как две книжные подставки по обе стороны от Делайлы и Левила, которые сейчас держатся за руки, их глаза сосредоточены на человеке, который держит в руках Библию, зачитывая их обеты.

Каждый из них говорит «Да», и гости начинают аплодировать. И когда Левил и Делайла целуются, режиссёр, стоящий слева, выходит из-за камеры и кричит.

– Снято!

Левил смеётся и обнимает за плечо Делайлу, когда та наклоняется к нему.

– Одна из моих любимых сцен, - поддразнивает она, и он наклоняется, чтобы слегка поцеловать её.

Они не начали снова встречаться, но возобновили крепкую дружбу, и их фанаты, и студия ждут продолжение их любит-не-любит драмы. Фильм на самом деле собирался извлечь выгоду из их возобновившейся дружбы, и Дел попросила нас с Джез стать дополнением в этом фильме. Предположительно, просто ради удовольствия, но также для того, чтобы мы с Джез смогли устроить себе длинные выходные в Лос-Анджелесе.

За последние несколько месяцев мы проводили меньше времени в Калифорнии и больше в Техасе. Сначала Джез летала туда-сюда почти еженедельно, чтобы работать над основным управлением карьеры Дел. Но Дел захватила бразды правления, как в процессе принятия своих решений, так и в подборе персонала, чтобы заменить её.

- Ты скучаешь по этому? – спрашиваю я, когда беру Джез за руку и увожу её от толпы. – По Голливуду? По океану? По Калифорнийскому движению? По обработке материала?

- Я скучаю по океану, - говорит она. – И я скучаю по Дел. Но, - добавляет она, по мере того, как скользит в мои объятия. – Я очень довольна своим взаимовыгодным обменом.

- Ты имеешь в виду, дом и сад, - уточняю я, говоря про дом в центре Остина, который мы купили в прошлом месяце, и в который мы уже вложили много денег, пота и сил.

- Совершенно верно, - произносит она, а затем приподнимается на носочки, чтобы поцеловать меня. – Что ещё я могу иметь в виду?

Я усмехаюсь, отступаю на шаг, всё ещё сжимая её руку.

– Пошли со мной. Я хочу кое-что тебе показать.

Я отвожу её обратно под арку. Рядом Дел, Левил и Анисса беседуют с Кейденом, Коннором и Керри, они всё ещё думают, что прилетели сюда из-за моего дебюта.

Однако, это только часть этого.

- Что? – спрашивает Джез, осматривая декорацию. – Если ты показываешь мне съёмочную площадку, то я её уже видела.

- Но ты ещё не видела это, - говорю я, опускаясь на одно колено и держа в руке кольцо, которое прожигало дыру в моём кармане.

Джез задыхается, её пальцы касаются рта, и я не уверен, сдерживает ли она слезы или смех. А может, она просто в шоке.

- Не думаю, что смогу найти более совершенное место для предложения, - произношу я. – И поскольку наши друзья и сёстры здесь, я никогда не узнаю, чем всё закончится, если ты остановишь меня. Но я должен рискнуть. Потому что я люблю тебя, Джез. Думаю, я полюбил тебя с первого взгляда. Я люблю твой сарказм и твою страсть, твою теплоту и твоё чувство юмора. Ты для меня всё. Ты - моя душа.

Она моргает, и, хотя в её глазах стоят слёзы, её лицо светится.

- Я никогда не думал, что снова скажу это. Я никогда не думал, что захочу это сделать. Но, Джезибель Стюарт, я не хочу прожить ни минуты не зная, станешь ли ты моей женой. Детка, ты выйдешь за меня замуж?

Моё сердце так сильно колотится в груди, что я не слышу её ответа. Но я слышу аплодисменты и посвистывания. И когда Джез поднимает меня на ноги – когда она обнимает меня за шею и целует крепко и глубоко – тогда я точно знаю её ответ.

Это “Да”.

И когда целую её, окружённую нашими друзьями и семьёй, я не могу поверить в то, как мне повезло.

Конец

Примечания

1

пер. Master of Business Administration - программа подготовки менеджеров среднего и высшего управленческого звена для эффективной работы в бизнесе

2

из сериала «Затерянные в космосе» 1965–1968гг.

3

Магазин с маскарадными костюмами, бижутерией, очками, париками и другой атрибутикой

Content

Кеннет Дж Пощечина суки

Дж. Кеннет  Пощечина суки

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог

Конец

Примечания