Юрий Иванович

Разъяренная Харон

Пролог

Громадный, цвета морской волны джип лихо затормозил возле детской площадки, чуть не проломив ограждающий ее хлипкий заборчик. Тотчас и сигнал клаксона прозвучал несколько раз, требовательно, излишне громко. На него тут же в окне второго этажа ближайшего дома показалось округлое женское личико. Ну и ладошка замелькала в понятном приветствии.

Стекло со стороны водителя опустилось, и оттуда высунулось мужское личико, про которые говорят: «Харя, сама себя шире!». Левая рука тоже показалась следом, демонстративно выставив напоказ дорогие часы. Мол, шевелись, красавица!

Красавица и зашевелилась, растопырив пальчики на ладошке и выпросив пять минут на окончательные сборы. Потом метнулась внутрь квартиры. Водитель снисходительно фыркнул, достал сигарету, прикурил и после парочки мощных затяжек выпустил целое облако дыма. Оно вкупе с выхлопами продолжающего работать двигателя медленно поплыло через детскую площадку, с которой три мамаши и так с ускорением своих чад уводили. Делать замечания наглому быку никто и не подумал – бесполезно.

А бык, имевший вполне приличное имя Станислав, не замечая вокруг ничего, с блаженной улыбкой уже мечтал о перспективах приближающегося вечера в снятой с ребятами на всю ночь сауне. Вчера поработали на славу – отжали у одного старого лоха его квартирку, так что шеф на сегодня дал выходной. Предстояла воистину чумовая гулянка, со всеми сопутствующими удовольствиями… да и вообще жизнь прекрасна.

Только Станислав об этом подумал, как рядом с открытым окном его джипа остановилась двухколесная тарахтелка, называемая чаще скутер. Восседающий на тарахтелке мужчина, не снимая с головы мотоциклетный шлем, радостно воскликнул:

– Стас! Вот ты мне как раз и нужен!

Бык подвигал бровями, вглядываясь в незнакомца, и выдал:

– Чего это? – тут же поправился на конкретику: – А ты кто такой?

– Знакомый твоего шефа. Он просил собрать для него кое-какую информацию. Вот, все здесь! – он протягивал небольшой конверт. – Скажешь, Виктор Савельевич передал.

Такое имя водитель джипа слышал не раз, но все равно кривился в сомнениях, не спеша принять послание:

– И что, срочно надо передать?

– Не к спеху, можно и завтра.

– Ладно, тогда давай! – и раскрытая ладонь-лопата протянулась наружу. – Передам…

Конверт не просто оказался вложен в требовательно подставленные пальцы, еще и рука Виктора Савельевича словно прилипла к чужой руке на несколько мгновений. Но этих мгновений хватило, чтобы Станислав кардинально преобразился. Вначале его тело вздрогнуло, словно в него искорка тока попала. Потом оно осунулось, словно теряя сознание, но еще через секунду опять шевельнулось и уставилось выпученными глазами в никуда.

Глядя на эти экзерсисы, мотоциклист заволновался:

– Эй? Ты как там?

Прежде чем отозваться, Станислав убрал руку с конвертом внутрь салона, а второй рукой стал ощупывать собственное кривящееся лицо. И только потом признался:

– Кошмар! Здесь так мерзко, что тошнота накатывает…

– Держаться! – строго скомандовал мужчина, назвавшийся Виктором Савельевичем. – И забирай скорее своего коллегу. Вдвоем легче осваиваться.

После чего он еще что-то вложил в подставленную ладонь. Именно это «что-то» водитель джипа прикрепил себе на шею, делая вид, что потирает ее. Поднял воротник легкой курточки, прикрывая диковинную штуковину: этакий овальный тубус, в котором вращалось два человеческих глаза. Штуковина словно присосалась к шее, закрепившись там. Ну и первого такого двуглаза Станислав прикрепил в районе пульса правой руки.

Затем он явно расслабился, признавая:

– Ну да, при двойном нашем управлении это тело уже не ощущается жуткой клоакой.

– Освоился? – получив на свой вопрос недовольный кивок, мотоциклист напутствовал: – Тогда желаю удачи! И осторожней там с шефом, та еще гнида. Ждем звонка!

Тут же развернул свой скутер и уехал.

А к джипу уже подбегала ярко раскрашенная девица, одетая вызывающе и крикливо. Она сразу сунулась к окошку водителя, пытаясь поцеловать своего кавалера, и была натурально шокирована, когда тот отпрянул от нее и начал поспешно закрывать окно. При этом не просто кривился с отвращением, а еще и словами добил окончательно:

– Пошла в бан, шмара подзаборная!

После чего джип излишне плавно, осторожно сдал назад, развернулся во дворе и чинно выехал на улицу. Со стороны создавалось впечатление, что водитель только-только научился ездить. Или он вообще дряхлый пенсионер, который ни за какие коврижки не нарушит правила дорожного движения.

Глядя вслед своему любовнику, девица ошарашенно прошептала:

– Стас! Какая муха тебя укусила?..

Через четверть часа джип въехал во внутренний двор обширного поместья. Закрывающий ворота охранник немало удивился:

– Чего это ты вернулся? – Он жутко завидовал остальным подельникам, которые сегодня гульнут на всю катушку, но открутиться от очередного дежурства не получилось бы при всем желании. – Твоя герла продинамила?

– Успею еще, – прибывший взмахнул конвертом. – Тут срочное сообщение для шефа, да и надо кое-что перетереть по делу…

Больше ничего не объясняя, он скрылся в доме. Охранник, поправляя на поясе кобуру с пистолетом, вернулся в будку привратника, где и принялся коротать время, перелистывая заграничные журналы с яркими картинками. При этом настолько увлекся, что лишь часа через два вспомнил о прибытии Станислава. Посмотрел через окошко на парадный вход дома и проворчал с некоторой завистью:

– Опять шеф этого бугая кониной угощает?.. Решили вдвоем расслабиться? Но тогда почему они шлюшек никаких не вызвали? Неужто друг друга… хе-хе!

Дальше он удивился еще больше. Потому что на крыльце показался сам шеф, волоча в руках две тяжеленные сумки. Вынес он их к джипу своего подручного и аккуратно опустил возле багажника. Следом за ним с еще бо́льшими сумками пер пыхтящий Станислав.

А шеф еще и охранника позвал, сопровождая свое распоряжение взмахом руки:

– Хорош спать! Давай сюда! Разомнись маленько, поноси барахлишко!

Минут за десять они втроем плотно заложили все свободное пространство в джипе сумками, чемоданами, какими-то свертками и пакетами. Несколько тщательно упакованных картин втиснули. Даже пассажирское место возле водителя заложили. Благо стекла затемненные, никому в глаза перегруженность машины бросаться не станет.

Уже чуть не лопаясь от любопытства, охранник все-таки не удержался от двусмысленного вопроса:

– А при разгрузке помогать не надо?

И сразу пожалел о своей неосторожности. Потому что нарвался на беспредметный ор и наезд по общей дисциплине:

– Пасть держи закрытой, пока тебя ни о чем не спрашивают! Или мозги совсем пропил, забыв основное правило: «Ничего не видел, ничего не слышал»? И вообще, чем ты там в привратницкой занимался все это время? Почему ни разу на обход не вышел?!

– Так это… вроде…

– А ну-ка глянем! – Шеф первым вошел в домик возле ворот и в раздражении смахнул на пол многочисленные журналы. – Правильно! Он на полуголых девок пялится, а за безопасностью моего дома кто будет смотреть?! Пушкин?! Совсем в последнее время обленились! Мышей ловить перестали! А если какая сволочь в дом полезет?.. Помашешь ей ручкой?.. Наверное, и пистолет без патронов носишь, чтобы не пораниться?

– Да как можно, кормилец?..

– Покажи! – Получив оружие, побагровевший от гнева кормилец проверил наличие патронов, щелкнул затвором, загоняя патрон в ствол, и без всякого предупреждения или видимой причины выстрелил три раза охраннику в грудь.

Тот так и умер, ничего толком не сообразив. Контрольный выстрел в голову выглядел излишней перестраховкой.

Тогда как шеф бросил пистолет под ноги убитого, вышел наружу, плотно прикрыл дверь мини-домика и быстренько раскрыл ворота настежь. Глянув, что на улице никого нет, бегом вернулся в дом. Через минуту оттуда уже выскочил только один Станислав, уселся в джип и не спеша выехал со двора. Еще пересекая линию ворот, мордоворот оглянулся, с удовлетворением зафиксировав полыхнувшее внутри дома пламя, видимое даже через двойные оконные стекла.

Шефа преступной группы, занимающейся откровенным грабежом собственности, не стало. Экспроприация накопленных им ценностей и денег тоже прошла великолепно. Дельтангам, подчинившим себе тело бандита, оставалось только наведаться в сауну и упокоить или «перепрофилировать» всех остальных перепившихся подельников Стаса. Возмездие неизбежно, как и торжество справедливости.

Глава 1

Всесильные лицемеры

На первый взгляд этот дом сильно отличался от других, ему подобных. Особенно на фоне соседских, расположенных на данном участке, в элитном районе Рублевки. Так уже давно никто не строил. Большой дом в виде куба, значимо устаревший по дизайну, довольно мрачный и тяжеловесный снаружи.

Зато изнутри объект поражал роскошью и удобствами даже избалованных нуворишей. Имелись поводы у любого знатока замереть от восторга и любоваться с отвисшей челюстью. Потому что каждая комната или широкий коридор были сродни Лувру или Эрмитажу. Или шокировала восточной роскошью.

К сожалению истинных искусствоведов, редко кто из посторонних людей, точнее крайне редко, попадал в этот дом. Кроме хозяина да его супруги, сюда иногда наведывалось всего несколько коллег хозяина, или, правильнее сказать, соратников по роду деятельности. Причем все они себя вполне обоснованно считали столпами общества и вполне реально считались теневыми правителями государства. А встречались они здесь очень, ну очень редко и по весьма уважительным причинам.

На этот раз их собралось всего четверо. Резко отличающиеся друг от друга внешне, они и мысленно порой именовали своих собеседников не совсем лестными, но зато меткими прозвищами. Да и так ли далеко по своему уровню интеллигентности ушли владельцы несоразмерных капиталов от уголовной мелочи? Вот и получалось, что за громадным круглым столом собрались Мордатый, Лысый, Усач и Скелет. Внешние признаки – они и на характер человека имеют определенное влияние.

Излишне тучный в теле Мордатый был ленив, нервничающий Лысый чрезмерно властен, физически крепкий и поджарый Усач обожал поучать и хвастаться, ну а худой Скелет считался непревзойденной язвой и любителем поёрничать. И хотя в личных беседах между собой эти теневые соправители всегда обращались друг к другу весьма уважительно и по имени-отчеству, суть от этого не менялась: в подсознании употреблялись именно прозвища.

Да и удобней так, не запутаешься в истинных именах и отчествах, которые не раз в течение жизни менялись в угоду обстоятельствам или политической конъюнктуре.

Ход встречи выглядел в угоду местным традициям. Хозяин встретил гостей, перекидываясь с ними ничего не значащими репликами или вежливо интересуясь здоровьем. Затем они все четверо прошли в зал с круглым столом, где и расселись с должным комфортом. Прислуги не было, так что все приготовленные на столе блюда или закуски следовало накладывать самому. Как и наливать все, что душа пожелает или позволит здоровье.

Фактически в доме никого не было, даже хозяйка отсутствовала. Ну и вся охрана прибывших так и оставалась возле дома в автомобилях. Хозяин полностью доверял электронным системам охраны и слежения, нити которых сходились на его персональный пульт управления и в случае чего давали нужные картинки на несколько настенных экранов.

Соратники расселись, сразу чуток перекусили, слегка выпили, произнося тост за самое святое и ценное «За здоровье!», да и с ходу приступили к обсуждениям. И инициировал их всегда спешащий Лысый:

– Переедание вредно, господа. Поэтому сразу переходим к делу. Зачем ты нас собрал? – это он спрашивал хозяина дома, Мордатого, который с сомнением и вожделением обнюхивал толстенную сигару. Курить ему хотелось страшно, но запрет по этому поводу от врачей звучал более чем категорично: «Нельзя!»

На этот вопрос успел ответить Скелет:

– Да понятно зачем. Хочет нас ошарашить какими-то неприятностями. Или испугать грядущими убытками.

Мордатый с сожалением отложил сигару и дернул плечами:

– Необязательно пугать… Или чем-то вас шокировать. Тем более что убытки нам по умолчанию не светят. Но и хорошие новости есть, можно и порадоваться… Расскажешь ты?

Это он к Усачу повернулся. И тот энергично кивнул, запил съестное хорошей дозой шампанского и заговорил с напором:

– Новости не просто хорошие, а отличные! Особенно с точки зрения моей… хе-хе, любви к цветным. Наши заокеанские коллеги наконец-то пустили в дело новый штамм бесплодия, паразитирующий только на чернокожих африканцах. Штамм основан на вирусе Эбола и также содержится в вакцинах против той же Эболы. Так что можно смело утверждать: в течение пяти-шести ближайших лет рождаемость у негров сойдет к нулю. Уже сейчас рождаются в большинстве только мертвые креатуры.

Лысый нервно развел руками:

– Как же так?! Это же полный кретинизм! Негры никогда и нигде не мешали ни нам, ни нашим коллегам. Чего это именно на них вдруг пала карающая длань Судьбы? Давно ведь решено, что наибольшее зло и гипотетическую угрозу несут китайцы, именно их следовало стерилизовать в первую очередь. Так с какой стати такое изменение планов?

– Не надо напоминать очевидное! – поморщился Усач. – И какие ко мне претензии? Как по мне, то я бы и первых, и вторых чем-то покруче Эболы и СПИДа прижал. Так чтобы их вообще в мире не стало через два года. Но… Не так просто благоустраивать нашу планету, пользуясь чисто мирными средствами. Со стерилизацией азиатов у «яйцеголовых» возникли некоторые трудности, слава богу, что решаемые в ближайшее время. А вот с нашими чернокожими друзьями появилась некая срочность в решении проблемы…

– Они сами потребовали приоритета? – с ехидством перебил его Скелет.

– Хе! Скорей наоборот, – ухмыльнулся обладатель встопорщившихся усов. – Среди них тоже в последнее время кучка нуворишей образовалась, зажрались со своими миллиардами и все норовят в наши структуры пролезть. Причем очень интенсивно пролезть, крайне нагло, ни с чем и ни с кем не считаясь. Так что вполне обоснованно возникли подозрения, что возможна в скором будущем утечка некоторых наших секретов. Вот и решили форсировать данную акцию, усиливая ее эффективность ликвидацией нескольких особо рьяных и особо «загорелых» конкурентов.

Повисла пауза, во время которой столпы общества переваривали факт исчезновения целой расы с лица Земли. Схожесть во взглядах выразилась в понимающих улыбках, когда высказался Скелет:

– Господа! Мне уже легче дышится… Хотя я и не расист.

Выпили. Тост прозвучал все тот же: «А мы чтобы были здоровы!»

– Есть еще хорошие новости? – забарабанил пальцами по столу Лысый. – Или сразу переходим к плохим?

Не спеша отвечать, Мордатый вначале опять с вожделением понюхал сигару:

– Нельзя сказать, что новости плохие. Они скорей… очень неприятные. В том плане, что наши службы сработали из рук вон плохо. И одну важную информацию – о творящихся у нас под самым носом делах – они банально профукали. Поэтому обидней втройне, что подсказка пришла со стороны наших заокеанских товарищей.

– Их аналитики на отборе новостей работают лучше, – признал Скелет.

– Черта с два! – рубанул рукой по столу Усач. – Просто надо здешним лентяям головы открутить, вот и наши аналитики зашевелятся!

– Кому надо, открутим, – с ленцой пообещал хозяин дома и продолжил: – Не факт, конечно, что скинутая нам информация действительно стоящая. Подобных феноменов зафиксировано достаточно, и все они после исследований оказались пустышками. Или гениальными придумками пройдошных аферистов. Но данный случай проверить надо. Слишком уж все загадочно и мистично выглядит. Да и самое главное – это суть информации. А касается она…

– Да не тяни уже! – вспылил Лысый, прерывая артистическую паузу. – Не на школьном утреннике выступаешь перед пионерами!

На эту реплику улыбнулись все четверо сотрапезников. Потому что хорошо помнили, кем был их растолстевший товарищ в далекой юности: комсомольским вожаком, отвечающим за художественную самодеятельность.

Но и сам бывший комсорг не обиделся, продолжив после паузы:

– …а касается она той грани человеческого бытия, которую мы давно пытаемся разгадать. Конкретно омоложения.

Тут уже все слушатели затаили дыхание от предвкушения и вожделения.

Вроде ведь все у них было. Да и судьбами миллионов людей они распоряжались в меру своего извращенного желания. А чего у них не было – то могли купить.

И только одно не покупалось: здоровье. Увы!

Или молодость, в ином варианте решения проблемы.

Хотя в частностях неограниченная власть и любые средства позволяли поставить в угоду собственным организмам всю мощь здравоохранения государств, заставить на себя работать и творить лучшие медицинские светила Земли, да правильно воспользоваться природными, натуральными лекарствами планеты.

Лучшие врачи, травники, экстрасенсы – все они работали на сильных мира сего, не имея отказа ни в чем. И результат того стоил: столпы общества стояли крепко на ногах и вполне обоснованно намеревались прожить не менее сотни лет. Но… Увы… И ах!..

Тела не желали оздоравливаться до идеального состояния, некоторые болезни прогрессировали, и такое состояние, как банальная старость, все больше и чаще заставляло отказываться от маленьких жизненных радостей. Один не мог уже курить, имея хроническую обструктивную болезнь легких. Второму врачи запретили употреблять спиртные напитки из-за повышенного давления. У третьего, несмотря на крепкую структуру и молодцеватый вид, пропало полностью либидо. Ну и четвертый жутко страдал последние годы из-за артроза.

Поэтому все, что касалось здоровья, они выслушивали с утроенным вниманием. Пусть даже речь шла о несусветной мистике, о полоумном знахаре или о лечебных полюсах геомагнитной энергии.

Мордатый рассказывал обстоятельно, излагал красиво, на мелочи не распылялся, зато ничего из главного не упускал.

В некоем небольшом городе Заволжья началась замятня между бывшими главарями нескольких ОПГ (организованная преступная группировка). Причем крайне жестокая замятня, с уничтожением не только глав, но и всех их подельников, порой даже с семьями и со всеми телохранителями. Причина взаимной бойни, как удалось выяснить по явным фактам и косвенным признакам, – омоложение некоторых лиц, весьма уважаемых и ценимых в теневом обществе.

Также стало известно еще о нескольких гражданах, которые якобы весьма и весьма помолодели. О них, в частности, доложил в Москву полковник Рюкилов, начальник тамошней полиции.

А затем в городе случилось чудо: два пациента, долгое время находившиеся в коме, вдруг пришли в себя, встали на ноги, заявили о себе на весь мир с помощью вездесущей прессы, теле– и радиовещания. И все бы ничего, если бы эти две особи просто хвалили излечивших их врачей или помогавшую им колдунью. Так они еще и сами вдруг объявили себя медиумами, которые способны выводить из комы иных пострадавших!

Но при этом утверждали, что их силы целителей действенны лишь в пределах города. Мол, если кто желает спасти умирающих пациентов, то везите их к нам. Ну и ко всему, добавляли недавние коматозники, мы совершенно не гарантируем восстановления прежней памяти. Что все вкупе сразу вызвало здоровый скепсис у врачей и у большинства здравомыслящего населения. Ведь лежащие в коме люди практически нетранспортабельны.

– Там еще много несуразностей и нестыковок, – приступил Мордатый к подведению итогов своего рассказа. – Этих «потеряшек», бомжа и древнюю старушку, опознали все-таки, но толку с этого ноль, они сами не признают ни дальних родственников, ни дальних знакомых. А близких у них и нет, как оказалось. То есть по всем признакам они явно какие-то аферисты. Даже имена себе взяли новые, не признавая свои старые. Зовут их теперь волхв Ярослав и ведунья Дарья… Ха! Они бы себя еще древнеславянскими богами провозгласили, дубины стоеросовые! – Мордатый от души рассмеялся и продолжил, сразу став серьезным: – Тем не менее выглядят они на удивление хорошо, как на свой возраст и пережитый кризис комы. Это пока официальная точка зрения.

Соратники переглянулись, но первым уточнил Скелет:

– И есть им поверившие? Точнее, наивные родственники, собирающиеся везти в тот город бесчувственные тушки?

– Никто им в этом плане не верит, естественно. Только вот беда делает людей беспробудно тупыми, и они порой хватаются за соломинку. Так что, не афишируя это, в город собираются сразу несколько семей, желающих поставить на ноги своих дорогих родственников. Деньги у них есть, не последние от себя отрывают.

Усач вернул разговор в главное русло:

– Понимаю, эти коматозники тоже как-то попадают в круг омолодившихся. Но что дальше? Какая там взаимосвязь и каковы наши последующие шаги? И что в этом больше всего насторожило наших заокеанских друзей?

– Ну да, как бы все должно быть под контролем, – скривился хозяин дома. – Да только самое главное не сходится. А именно: после доклада полковника Рюкилова в город были посланы лучшие агенты наших шавок в определенных органах. Полковник обязывался их встретить, ввести в курс дела и обеспечить плотную работу с «омоложенными». Все агенты – специалисты высокой квалификации, на раз разоблачающие любого обманщика. Но…

– Не встретил? – резко прервал начавшуюся паузу Лысый.

– Встретил, – скривился докладчик, словно после лимона. – Работа началась, фигуранты попали в плотную разработку, и все стало ясно: работают аферисты. А те, кто омолодился, якобы ухайдакали массу денег на пластические операции по подтяжке, шлифованию, ботоксу и так далее. Вроде все ясно и понятно…

Словно извиняясь перед остальными, он вновь ухватил сигару и с блаженством втянул в себя ее запах. Черты лица расслабились, голос сразу стал спокойным и уравновешенным:

– Только вот кое-кто из, скажем так, самого «верха» наших коллег этим объяснениям не поверил. И причина довольно проста: агенты не спешат возвращаться по домам. Утверждают, что надо еще проверить и перепроверить не только всю цепочку «омоложенных», но и дела зверски убитых авторитетов, а напоследок выяснить все о лицах, вводящих нас в заблуждение. Вот и насторожились аналитики. Даже прямо заявили: что агенты, что тот же полковник Рюкилов работают под принуждением.

– А если нет? – Скелет в сомнении массировал левый локоть.

– А если да? – в тон ему ответил Мордатый. – Если в том городе действительно пытаются скрыть от нас самую желанную нам информацию?

– Кто на такое способен?! – вспылил Лысый, подпрыгивая всем телом на стуле. – Мы ведь всех прижали намертво!

– Всех или не всех… Могла появиться новая, совсем неучтенная нами сила. Пусть и мистического происхождения. Следовательно, рассуждать и спорить о правдивости или лживости будем потом. А сейчас предлагаю напрячь все наши силы и объявить этот город в Заволжье на особом положении.

– Однако! – возмутился Скелет. – Никакой гарантии, что будет какая-то польза, а вот средств уйдет на чрезвычайные меры – немерено!

– Плевать на деньги! – решительно заявил Усач. – Мы любое количество потраченного золота вернем моментально. А вот если тайна все-таки существует и она вдруг уплывет за океан, то мы себе никогда этого не простим! Не то что локти, шеи кусать будем!

Три пары глаз сосредоточились на Лысом. А тот покрутил в руках рюмку с водкой и признался:

– За возможность блаженно расслабиться под коньячок я из десятка таких городов готов пустыню сделать. Так что без сомнений: вводим режим особого положения.

После этого Скелет пожал плечами:

– Ладно, я тоже в деле. Но попомните мое пророчество: мы еще пожалеем, что так рьяно заинтересовались этим драным городом и этими ушлыми аферистами.

Глава 2

Первый контакт

Пару дней созданный из другого мира экран так и мерцал напрасно. Спровоцированный хитрым Змеем запуск не сразу привел к ожидаемой связи с иным миром, который назывался Харсмеллон. Сам Змей, которого «где-то там» называли шаманом Айто, больше не появлялся, а техники с той стороны, видимо, не справлялись с наладкой.

Лишь в начале третьего дня появился звук, а затем и смутное изображение человеческой фигуры. И скорей только по голосу удалось догадаться, что на связь вышла Харон. Потому что только она могла кричать настолько угрожающе и авторитарно:

– Эй, воришка! Где ты там?.. Покажись на глаза мои! – требовала она одно и то же минуты три. Правда, делала она это разными плохими словами, и не все они переводились на русский язык: – Лашпек! Отзовись хотя бы! Или ты уже стал ничего не соображающим рабом?

Роман Ландер не спешил отзываться, оставаясь со своими соратниками в прихожей и переговариваясь с ними шепотом:

– Есть смысл с ней общаться? – сомневался он. – Ведь ничего кроме ругани мы от нее не услышим.

– Не забывай про требования вернуть щепки, – напомнила Зинаида.

– В любом случае конструктивного диалога не получится. Так не лучше ли дождаться нормальной работы экрана? И уже тогда получать дельную информацию и учебные программы с Харсмеллона?

– А мне кажется, что поговорить надо, – настаивал на своем мнении дельтанг Никиты Трофимовича Шенгаута. Слышать он мог все, а вот свое мнение доносил ментальным способом: – Вряд ли перевозчица сумеет нанести тебе вред, орудуя оттуда, иначе давно нанесла бы…

– Забыл про посланных ею пигмеев? – фыркнул Роман. – Или она их послала ко мне с дарами в виде платинового багра?

Харон и в самом деле посылала своих помощников-коротышек для однозначного убийства Ландера. Первый раз выручило особое умение дельтанга видеть сокрытого каким-то магическим полем пигмея. Второй раз людей спас явившийся из другого мира Змей. Итог этих схваток: Харон осталась всего с одной парой помощников, а люди получили в виде трофеев чуть ли не десяток килограммов платины.

Только вот про убийственную остроту багра, да и про тяжесть громадного весла забывать не стоило:

– Вдруг она сможет метнуть очередной багор сквозь экран? – опасался Ландер. – Да и веслом своим может рискнуть ради моего упокоения. Вон как разоряется…

Несравненная Харон в самом деле не снижала громкость своего рева:

– Да что ты прячешься, как жалкий червяк?! Выходи для разговора! Будь мужчиной! Или ты сменил свое прозвище? И теперь не мистер Рубка, а миссис Губка? Ха-ха-ха!

– Странно, – больше всех удивлялся Жора Шалавин. – Откуда она узнала твое прозвище? Неужели кто-то из нас проболтался?

– Почему кто-то из вас? – тут же среагировала Зинаида Стрельникова. – Только ты один и мог проболтаться. Поэтому подходи к экрану и спрашивай конкретно: «Чего надо, коза скандальная?»

– И спрошу! – Убивающий всех своей непосредственностью и деловитостью Шалавин двинулся в светлицу.

Еле его удержали на месте. Зина держала Георгия Сергеевича за рукав, а Роман – за пояс брюк. Пошутить они над другом детства любили, но рисковать его тушкой не собирались. Правда, в их маленькой компании толпилась и еще одна посторонняя особь. Гостья из Москвы, нынешняя владетельница корпорации «Логотранс» Элла Витальевна Яровая. Наследница, так сказать, того самого, недавно умершего господина Шенгаута. Она тоже не всегда воспринимала выходки своего временного сотрудника с восторгом. Порой вообще глаза закатывала и не знала, как реагировать на разные эскапады и нелогичные штучки. Но она же больше всех верила в непрошибаемость Шалавина и в его странную везучесть в самых невероятных ситуациях.

Потому и потребовала:

– Отпустите его! Пусть начинает разговор и хотя бы выяснит, чего этой крикливой бабенке надо? Дескать, он секретарь-референт, который должен предварительно оговорить протокол предстоящей встречи. Действуйте, Георгий Сергеевич, мы верим в вас!

К тому моменту и Шенгаут настоятельно посоветовал:

– В самом деле, пусть хотя бы начнет диалог. Он человек посторонний, Харон на него кидаться с обвинениями не станет.

Так что остановить бьющего копытом товарища уже было почти невозможно. Хотя для того же Ландера и не составляло больших сложностей просто прикрикнуть на друга. Никуда бы тот после этого не рвался, как бы ему ни льстила прекрасная Эллочка Яровая.

Но мистер Рубка неожиданно согласился:

– Почему бы и нет? Только ты, Жорик, близко к экрану не подходи и держи перед собой вот эту гладильную доску. На всякий случай…

– Ты хочешь меня опозорить? – попытался гордо расправить плечи самый великий Делавар поселка, а с недавнего времени (в его представлении, естественно) и всей Москвы. – В этот исторический момент, при первом контакте с инопланетными…

– Заткнись, а? – без всякого пиетета оборвал его Роман. – И слушай здесь! Говоришь с ней вежливо, но твердо. И сразу пытаешься торговаться: мол, каждая минута господина Ландера стоит огромных денег. И вам, сударыня, придется раскошелиться. Ну и дальше в порядке нарастающего бреда. Короче! Ты умеешь, у тебя и в самом деле получится. Держи доску… Пошел!

Тот тяжело вздохнул, да и выдвинулся, держа перед собой доску в сложенном виде. Остановился метров за пять перед умолкшим экраном, прокашлялся и выдал:

– Земляне приветствуют тебя, несравненная Харон!

Размытая тень на мерцающем экране метнулась в стороны, словно всматриваясь в изображение:

– Эй, ты кто?

– Представитель человеческой цивилизации! – после такого пафосного представления из прихожей зашикали с досадой. Но переговорщик и не думал прислушиваться к негодующему шипению: – И я рад, что именно мне выпала великая честь… получить с тебя плату за предстоящие переговоры с мистером Рубкой!

– Ты чего мелешь, букашка? – В голосе перевозчицы слышалась нарастающая ярость. – Да ты же будущий дельтанг! Скорей всего, уже сегодня им станешь! И я тебя лично раздавлю своей пяткой! Ничтожество! Отрыжка червячных экскрементов!..

Она добрую минуту ругалась, требуя именно от Ландера немедленно встать перед экраном. При этом иначе чем грабителем своего обидчика не называла. Но сама и примолкла, когда попыталась расслышать негромкий голос Шалавина. Тот как заведенный твердил одно и то же:

– Если вы не прекратите оскорбления, несравненная Харон, наш особый отряд будет вынужден реквизировать у вас лодь вместе с веслом. После чего вы перейдете в категорию «безработная Харон» и с вами вообще никто общаться не станет. Итак, повторяю: если вы не прекратите…

Скорей всего, угрозы не напугали перевозчицу, а насмешили ее. Но кричать она перестала, как и ругаться, перейдя на тон вполне спокойный и рассудительный:

– Уговорил, кандидат в покойнички, с помеченными глазками. Скоро мы с тобой отдельно пообщаемся и в иной обстановке. А пока я готова говорить с твоим… кхе, кхе, кем он тебе доводится?

– Его должность – верховный президент всего земного сообщества! Точнее общества Справедливости!

– Мм?.. Кхе! Кхе! – Кажется, Харон еле удержалась от смеха. – Ты ведь видишь, что я не ругаюсь и даже не угрожаю?.. Так зачем откровенную ахинею несешь?.. К тому же мне несложно выявить ложь в словах любого собеседника. Ну и по поводу ваших отношений: обычно счастливчики, получившие в свои руки дельтангов, делятся этим секретом лишь с самыми ближайшими родственниками.

– Так примерно и у нас получилось, – словно диктор телевидения, пафосно, торжественно вещал Шалавин. – Господин Ландер собрал сейчас вокруг себя всех представителей своей династии, вождей присягнувших ему кланов и всех великих политиков нашей цивилизации, которые поддерживают его безоговорочно. Вот они его и избрали верховным президентом нашей планеты.

– Избрали?.. Кланы?..

– Зря удивляешься, несравненная Харон. Например, все мои многочисленные родственники, все подданные моего клана боготворят господина Ландера и готовы только по одному его жесту смести любое препятствие на пути.

Повисла пауза, во время которой зрители в прихожей закрыли глаза ладошками и старались громко не стонать. Тогда как Харон кряхтела и фыркала, пребывая в каких-то сомнениях. Потом до нее что-то дошло:

– Ага! Ты говоришь чистую правду, но такого не может быть однозначно! Уж я-то немного в курсе творящихся на Земле безобразий… Исходя из этого, ты – величайший лгун, который сам верит во все сказанное.

– Ваше право, верить мне или нет, но для меня сказанное незыблемо! – ревностно провозгласил Жора и громко ударил гладильной доской об пол. Получилось впечатляюще, словно он ударил массивным скипетром или каким-то боевым посохом, на худой конец. И хорошо, что качество изображения не позволяло из иного мира рассмотреть предмет в руках переговорщика.

Но уж перевозчицу такая рьяность явно озадачила. Она-то ведь и представить не могла, что Жора говорит чистую правду: что он, что его мама, сестра и племянники обожали Ландера и почитали его за ангела во плоти. Особенно после чудесного возвращения документов на родной дом.

– Странно… И вопреки всему… Но так и быть, я готова переговорить с этим главным грабит…

– …с верховным президентом!

– Пусть будет… верховным. Где он? Мне с ним надо срочно поговорить.

– Какова тема предстоящего разговора и сколько времени он займет?

– Эй ты! Человек-говорун! – Видно было, что представительница из иного мира еле сдерживается. – Не испытывай моего терпения, зови сюда господина Ландера!

На эту реакцию прошелестело обсуждение в прихожей:

– Если она до сих пор еще Жору не убила, то и тебе ничего не сделает, – стала заверять Зинаида. – Выходи смело, пока наш представитель не договорился до избрания тебя на пост премьера нашей Галактики.

«Но лучше всего встань за плечом у Шалавина, – посоветовал Трофимыч. – Если что, доску в его руках не жалко… Хе-хе!»

Старому цинику только уже на ходу пошла угроза:

«Лучше я тобой прикроюсь, ты все равно уже умер!» – после чего Ландер вошел в комнату, встал сбоку от друга и вначале поздоровался:

– Приветствую тебя, несравненная Харон! – В повисшей паузе ответа не прозвучало, и он продолжил: – Но если мы с тобой перейдем на ругань да начнем друг друга запугивать, диалога не получится. Так что давай конкретно, по-деловому.

По звенящему голосу ощущалось, что спокойствие даме дается с трудом:

– Смертный, умоляю тебя, озвучь хотя бы одну угрозу в мой адрес. А? Тогда и я пообещаю с тобой разговаривать как с равным.

– Легко! И сразу две! Первая: мне твою лодь разобрать, что старую табуретку сломать. И вторая: не слишком ли ты себе много позволяешь, раздаривая «цельных» дельтангов направо и налево? Ну и в нагрузку: станешь сильно размахивать своим веслом, так и его конфискуем как незаконное оружие негуманного свойства.

Прежде чем дать оценку прозвучавшим угрозам, Харон хмыкнула несколько раз, а потом стала рассуждать словно вслух:

– В голове не укладывается, как это вы сумели узнать о моем подарке?.. Вроде бы Лысый не болтун… Неужели техники что-то подслушали и раньше меня успели с вами пообщаться?.. Но вот касаться святой лоди или весла, даже в своих фантазиях, я бы не советовала. Это вам не по плечу…

– Вот завтра и проверишь, – наставлял Ландер. – Мы тебе поставим метку краской на борту лоди. Увидишь – хорошо думай. А если и дальше станешь брать глоткой и грубой силой, то мы с топором заявимся. Или сразу со взрывчаткой!

То ли перевозчица поверила, то ли в самом деле решила сменить тон, но больше к угрозам и крикам она при общении не прибегала. А перешла к вопросам:

– К вам представитель нашего мира наведывался?

– Это такой змеевидный шаман Айто?.. Имели честь познакомиться…

– Ого! Даже имя его узнали?.. Но это неважно. Мне тут техники подсказывают, что для четкой отладки информатория шаману Айто надо еще раз к вам на короткое время наведаться. Примете в гости нашего специалиста?

– Да мы его вроде ни разу не прогоняли…

– Вот и хорошо! Теперь о делах-претензиях. Так как именно ты убил моих помощников, то должен подобрать мне новых. Причем срочно, в течение двух ваших суток. И проследи: нужны самые сильные особи их вида.

– Куда доставить? – растерялся Роман. – И почему «должен»?

– Потому, что такие в нашем мире законы. Победившая сторона способствует восстановлению работоспособности потерпевшей стороны. По поводу оплаты помощникам и всего остального я уже сама с ними утрясу…

– Стоп, стоп! – занервничал Ландер. – И как ты себе это представляешь? Я должен лететь в Африку и выискивать в джунглях пигмеев?

– Они сами заявятся к тебе толпой после объявления в интернете. Только и скажешь, что нужны две лучшие особи для работы у несравненной Харон. Тебе только останется выбрать самых крепких амбалов.

– Пф!.. Если это так просто… А как они к тебе переправятся?

– Еще проще: ты вручишь в руки им рабочие инструменты – багры.

Оба переговорщика, стоящие перед экраном, многозначительно переглянулись, и Шалавин, словно в сомнении, протянул:

– Вообще-то багры – честно заработанные трофеи моего друга. А так как платина у нас очень дорогая, то переплавленная в маленькие монеты, она нам, как говорится, много-много радости принесла…

Перевозчица не поверила. А скорей всего, имела какую-то связь с орудиями труда своих помощников. Потому что грубо заявила:

– Не свисти, смертный! Да и радости у вас и без моей платины будет полные штаны. Потому что за пигмеев я вам выплачу по их весу золотыми монетами. Причем можете выбирать: уникальные монеты мира Харсмеллон или древние монеты Земли.

Само собой, что дельтанги на теле Ландера, да и он сам сразу поняли разницу. Уникальные монеты иного мира могут быть дороже, зато сразу привлекут невероятное внимание к продавцам. А свои, родные монетки можно распродать-раздарить без проблем и с большой пользой.

Один только Шалавин ничего толком не соображал по простоте своей душевной:

– Ух, как здорово! Монеты иного мира! Ура! Берем! Мы на них втройне заработаем!

И это выкрикивал человек, ни разу в жизни своей вообще ни одной древней монеты в руках не державший. Да и к настоящему золоту он прикоснулся впервые лишь во время акта собственного бракосочетания. О каких-то знаниях нумизматики в его голове вообще речи не шло. Зато так загорелся… что чуть гладильную доску не уронил.

Мистер Рубка успокоил друга, похлопывая его по плечу:

– Жора, не делайте мне больно вашими эмоциями. У нас и так все под контролем, тем более что древние монеты из каких-нибудь сокровищ – это не просто журавль в руках, а целый мясокомбинат, полный колбас и полуфабрикатов. Именно поэтому…

– Ты бы поспешил дать объявление для пигмеев, – оборвала его советом перевозчица. – Ну и давай как-то решать с оплатой за щепки от лоди и от моего весла. Чего ты хочешь и сколько?

– Триста! – резко выкрикнул донельзя довольный Шалавин и тут же грозно добавил: – Каждому!

Это уже вывело мистера Рубку из себя, и он с ехидным комментарием стал подталкивать друга в сторону прихожей:

– Уважь, выполни просьбу, там уже Стрелочка заждалась с утюгом. Доска ей срочно нужна.

Жора послушно кивнул и вышел из комнаты. Тогда как Харон уже въедливо интересовалась:

– Сумма выкупа назначена, осталось только выяснить: чего триста?

– Мне кажется, в этом вопросе спешка не нужна, – пустился Ландер в рассуждения. – Ведь и без щепок этих путешествие твое по реке проходит на «отлично». Поэтому откладываем решение этой проблемы на день-другой. Да и с товарищами надо посоветоваться, они не меньше меня заинтересованы в развитии и процветании земной цивилизации.

– Хорошо, – покладисто согласилась дама из потустороннего мира. – Заодно и времени у тебя будет немного посидеть возле информатория да изучить законы нашего мира. Как только появятся пигмеи, коснись экрана округлым наконечником багра. До встречи!

После чего смутное, мерцающее изображение на экране исчезло, вновь сменившись бликами, снежком и отсветами плохой настройки. Зинаида тут же закрыла его плотными шторами, ну и вся компания собралась на кухне, чтобы обсудить состоявшиеся переговоры. Для этого Ландер захватил еще нескольких дельтангов из общей стены, выстроенной на комоде и прикрытой прозрачной марлей. Большинство дельтангов «работало» оперативниками, но и здесь оставалось около полусотни особей. Не рассказывать же им потом свои выводы отдельно?

Так что на руках у Романа прилипло несколько спарок из числа старых знакомых. Та же Тахти, Цветанка и Света с Мариной. Женские особи вообще редко работали с преступниками, подавляя их волю и копаясь в их никчемных делишках. Если их и брали, то лишь для общего баланса, чтобы впоследствии тело казненного не выглядело слишком молодым или слишком старым. Да и подобрать женское тело для постоянного внедрения в полноценную жизнь оказалось весьма сложно. Все-таки оголтелых преступниц оказалось намного меньше, чем преступников мужского рода. Вот и остались многие дельтанги «без работы». Пока.

Попутно с первыми обсуждениями и делом занялись. Та же Зинаида Стрельникова деловито раскрыла ноутбук и составила нужное объявление для папуасов. При этом откровенно посмеивалась:

– Не верю, что получится кого-то заманить! Где Африка и где мы? Я даже о цирке с артистами-пигмеями ни разу не слышала.

– Да и с какой такой радости они согласятся стать помощниками у Харон? – недоумевал Роман Ландер. – Насколько мы успели рассмотреть, перевозчица относится к коротышкам хуже, чем к рабам. Правда, куда-то их отпускает после очистки лоди…

– Могу только предположить, – вставил свое мнение старик Шенгаут. – Что у пигмеев есть какие-то легенды. Может, Харон у них святая покровительница? И ей только свистнуть надо, чтобы самые сильные воины прибежали под ее крылышко?

– Этот свист еще надо услышать, – заметила Яровая, которая слышала дельтангов, касаясь руки Ландера. – Сомневаюсь, что дикие племена пользуются интернетом и отслеживают все подобные объявления.

Остальные тоже сомневались, но объявление в мировую паутину связи ушло:

«Срочно! Требуются два самых сильных папуаса для работы помощниками у несравненной Харон. Требования и оплата стандартные». Ну и номер мобильного телефона, а также адрес дома госпожи Стрельниковой.

Затем обсудили свой заработок, единогласно признав, что обмен золотых монет на платиновые багры более чем выгодный. Пигмеи весили под пятьдесят килограммов каждый, тогда как багор не дотягивал по весу и до семи килограммов.

– Только вот мне не понравилось, что Жора ляпнул по поводу иномирских монет, – напомнила Зинаида. – Как бы их нам теперь насильно не навязали. Потому что ты про земные сокровища уже позже сказал, а вот подтверждения не последовало. Харон сразу перевела разговор на другое.

– Ничего, окончательно еще договор ничем не скреплялся, – хмыкнул Роман. – При обмене на пигмеев придем к нужному консенсусу. А вот цену за щепки надо хорошо продумать, не подпуская недоумков к переговорам.

– Сам ты недоумок! – очень спокойно возразил Жора Шалавин. – Лучше меня все равно никто из вас торговаться не умеет. И монеты иного мира гораздо ценней, чем нашего. А за щепки я максимум выторговал, что вам и не снилось. Нас ведь много, правда? И если каждому достанется тех же триста монет? Да мы любое правительство купим с потрохами!

Пока его друзья закатывали глаза и тяжело вздыхали, не удержалась от ёрничества красотка Яровая:

– Георгий Сергеевич, вы великолепны в знании арифметики. Нас около двухсот (считая дельтангов), и если каждый получит по триста сундуков золотых монет…

– Вот! Как раз о сундуках я и думал, когда кричал «Каждому!», – обрадовался Жора, а потом несколько минут с обиженным видом наблюдал, как его друзья и Элла Яровая откровенно ржут над его последней фразой. А может, и не только над последней?

Веселье прервал звонок на мобильный телефон. Ландер переговорил с невидимым собеседником, заверил в полной готовности доставить нужную помощь и стал распоряжаться:

– Сейчас все быстренько хватаем по десятку дельтангов и отправляемся в город. Слишком большая группа подозрительных лиц прибыла, и надо ими заняться вплотную. Есть подозрения, что это прибыли какие-то независимые эксперты, откомандированные неизвестными нам силами. Поспешим!

Фактически вся власть в городе уже была взята под контроль с помощью дельтангов. Как и силовые ведомства работали на ОС (Общество Справедливости). Да и теневые структуры оказались под жестким надзором. Практически все оставшиеся в живых бандиты уже имели иное сознание или как минимум подвергались интенсивному исправлению собственного сознания. Работа шла с невероятной интенсивностью. Жаль только, что после задействования резерва свободных спарок для оперативной работы больше не было. Ландеру предстояло вновь наведаться к лоди и набрать очередную сотню спарок зеленоватого оттенка.

Но сейчас все четверо ринулись в город. Надо было разнести оставшихся дельтангов в руки уже подчиненных общему делу людей. Неожиданное прибытие подозрительных людей вызвало спешку. А спешка чаще всего провоцирует ошибки. И не все ошибки впоследствии можно исправить.

Глава 3

Семья – ячейка общества

Еще два дня назад Светлана была полностью готова к побегу. Отобрала, упаковала вещи для себя и для детей, насобирала продуктов на первое время и с особой тщательностью продумала, куда она отправится и где сумеет надолго спрятаться. Ведь если спрятаться не удастся и деградирующий муж-урод ее отыщет, то однозначно убьет. И ее убьет, и детей не пощадит. Потому что в последние месяцы он не раз выкрикивал в пьяном угаре, что эти дети не его, а нагуляны на стороне.

Только и оставалось так подобрать время, чтобы моральный ублюдок спохватился не ранее чем через восемь-девять часов. За это время можно отъехать далеко, а там и свернуть в намеченное, весьма и весьма глухое место.

Сожалеть про десять утраченных, самых лучших лет жизни было поздно и бессмысленно. Виноватой Светлана считала себя, и только себя. Потому что все вокруг твердили ей перед свадьбой: «Очнись! С кем ты решила связаться?! Это редкостный ублюдок!» Ни родителей не послушала, ни лучших подруг, ни друзей со знакомыми. Очень уж льстило внимание одного из самых богатых и крутых парней района. Да и как было приятно проехаться на шикарной иномарке! Блеснуть дорогущими подарками. Затмить броскими нарядами. Изумительная кожаная обувь и сумочки. Редкие сигареты. Заграничная выпивка.

Ну и самое главное – молодая, завидной красоты девушка ни капельки не сомневалась в своих женских чарах:

«Надо будет, и он все сделает по мановению моего пальчика!»

Вначале все так и выглядело. Внешне. Потому что стыдно было признаваться тем же родителям, что муж ночует дома в лучшем случае раз в неделю. И что все больше и больше выглядит как злобный маньяк, чаще напивается и может поднять руку на свою жену. Все время казалось: вот-вот он поймет, остепенится, обретет солидность и начнет жить ради семьи.

Не остепенился. И даже рождение двух детей не привело к улучшению отношений. Скорей наоборот. Этот моральный урод вообще перестал скрывать свои загулы в обществе ночных бабочек. Дошло до того, что и жену заразил несколько раз венерическими заболеваниями. Слава господу, что хоть сифилис в дом не принес да СПИД как-то миновал.

Но жить с ним стало невыносимо. Последней каплей, переполнившей чашу терпения, оказалась угроза прибить детей, которые якобы на него даже не похожи. В пьяном угаре эта нелюдь была способна на любое преступление. Ну и ко всему прочему слишком привык он к полной безнаказанности, которая ему сопутствовала в его бандитских делах. Все у него было куплено и схвачено, даже пожаловаться некуда. Один выход оставался: спрятаться где-то и пересидеть года два, желательно все три, не привлекая к себе внимания.

И сегодня такой момент для отъезда настал. Ублюдок заявился утром, в стельку пьяный, да так и проковылял в спальню. Спал почти до шестнадцати часов, а потом отозвался на звонок мобильного:

– Алле!.. Да, Саныч, выспался! – Затаив дыхание, Светлана подслушивала из коридора. – Конечно, не забыл, днюха – это святое!.. Ага… А цыпочек сколько?.. О! Здорово! Через час буду!.. Еще чего?! Чтобы я свою курицу волок в такой розариум? Издеваешься?.. Ха-ха! Ну, до встречи!..

Светлана мышкой метнулась к плите, делая спешно вид, что возле нее и находилась все время. Еле сдержала себя от содрогания, когда муж ввалился в кухню, на ходу давая команду:

– Сделай мне кофие! Самое крепкое, крепкое! – и уже из туалета проорал: – И где это твои короеды шляются?

– Они еще в садике… Сейчас за ними пойду.

– В садике? Или эти вы…дки со своими папашами гуляют у речки?

– Миша! – Она хоть и боялась до дрожи этого типа с красной рожей, но не могла промолчать: – Ну как ты так можешь на своих детей говорить?

– Пасть закрой! Вот сделаю анализ ДНК, и если он совпадет на сто процентов – поверю, что это мои… А так… Знаю я вас, сучек, перед любым кобелем ноги раздвигаете!

Выхлебав приготовленный для него кофе, муж и не подумал принять душ или хотя бы толком умыться. Напялил на себя костюмчик подороже, полил себе на голову одеколона, да и отправился к выходу, на ходу приговаривая:

– Увижу на улице, среди мужиков, ноги переломаю! М-да… А у меня на работе важное совещание, задержусь…

Это он так говорил, когда знал, что вернется не раньше утра.

Значит, благоприятный момент для побега наступил.

Светлана заметалась по дому, снося собранные вещи в автомобиль и укладывая их максимально компактно. Будь она сама, ушла бы, в чем стояла, но ради детей готова была вынести буквально все. Не забыла и о денежных средствах, благо запасалась ими заранее.

Потом сбегала в детский садик, забрала детей. Плотно их накормила, подхватила горшок, а детям вручила их маленькие рюкзаки с игрушками и повела их к машине. На ходу приговаривала, стараясь успокоить в первую очередь себя:

– Мы поедем далеко-далеко! И там будет много-много всего интересного. И сюда мы больше не вернемся…

В следующий момент ее словно парализовало, и она надолго лишилась дара речи: в открытых воротах гаража возвышался неожиданно вернувшийся муж. Он стоял пошатываясь, порой разглаживая пятерней волосы на голове и каждый раз кривясь, когда принюхивался к ладони. При тщательном рассмотрении всего его вида и выражения на лице получалось, что он как минимум в шоке и не знает, что ему делать.

Старший сын шести лет понимал гораздо больше своей сестры. Поэтому относился к отцу с ужасом и ненавистью. Скорей всего, он прекрасно осознавал, куда мать собралась и почему они домой больше не вернутся. Да и сам этого желал со всей искренностью своей детской души.

Четырехлетняя дочь все еще пребывала в комфортной зоне непонимания творящегося вокруг зла. А потому все еще питала к отцу какие-то чувства, тут же прорвавшиеся наружу. Вырваться из цепкой материнской ладони она не смогла, зато живо и радостно затараторила:

– Папа, папа! А мы с мамой уезжаем! Далеко-далеко! Хочешь с нами поехать?

Теперь уже Михаил усиленно растирал виски, пытаясь сообразить:

– Что-то я не припомню, чтобы ты куда-то собиралась… Света, а это зачем? – Он только сейчас заметил по максимуму загруженную машину. – Мы что, разводимся?

Женщину все-таки пробрала волна страха, и она задрожала. Потому что услужливая фантазия живо нарисовала картинки предстоящего кровопролития. Поэтому она только и смогла из себя выдавить с огромным трудом:

– Меня можешь убить, но детей не трогай! Они ни в чем не виноваты…

После чего она покачнулась и стала терять сознание: нервная система не выдержала. Руки разжались, выпуская ладошки детей, и женщина обессиленно оперлась спиной на стенку. Почти упала, но муж все-таки успел подхватить ее, присаживаясь на табуретку возле инструментального стола и придерживая жену на коленях:

– Ты чего?.. Тебе плохо?.. Вызвать срочно врача?..

Это прозвучало настолько сочувственно, насколько и нереально, что Светлана пришла в себя не хуже чем от стакана холодной воды, выплеснутой в лицо. И расширившимися до предела глазами принялась осматривать лицо склонившегося над ней мужчины.

Но если сын отошел в сторону, хмуро глядя на неожиданную сценку, то дочь не просто взобралась на соседний табурет, но еще и на шею отцу бросилась со слезными причитаниями:

– Папа, папочка! Ты только не ругай маму и не бей ее! Она хорошая!

– Хм… Так никто и не сомневается, что она хорошая, – каким-то странным тоном пробормотал мужчина, уже второй рукой поддерживая чуть не упавшую дочурку. – Только ей надо, наверное, немножко полежать, отдохнуть… Давайте, детки, вы идите следом, а я отнесу мамочку на кровать. Договорились?

Дети с разной степенью доверия на лице кивнули, а Михаил уже подхватил жену на руки и понес к спальне. Правда, по пути он несколько странно замедлялся, осматривался и раздумывал. Словно давно тут не был или не узнавал привычную обстановку. Но в спальню зашел уверенно, как и положил супругу прямо на покрывало. Потом чуточку отстранился, шумно выдохнул и неожиданно признался:

– Господи, Светуля, какая же ты красавица! – но тут же спохватился, совсем не к месту засмущался и стал расспрашивать: – Как ты себя чувствуешь? Может, надо какое лекарство? Или воды? Или все-таки вызовем врача?

Она на эти вопросы только часто помотала головой. А когда слова стали повторяться, неожиданно каким-то жалобным голосом спросила:

– Миша, что с тобой? Ты словно… другой стал.

Взгляд мужа стал каким-то отстраненным, словно в себя ушедшим, и только через минуту последовал ответ:

– Наверное, ты права… Я изменился… Надоели эти пьянки, это ворье вокруг и эти мерзкие рожи… И я подумал, что у меня есть ты, наши детки… И меня словно молнией ударило! Да так ударило, что забываться стал… Часть каких-то событий совершенно не могу вспомнить… К примеру, кто на меня столько гадостного одеколона вылил?

– Ты сам и вылил! – поразилась Светлана. И рискнула: – Шел к какому-то Санычу на день рождения.

– А-а-а, вроде припоминаю. Та еще гнида этот Саныч… Хотя, может, и его какая молния исправит, а?

– Ты о чем?

– Неважно. Главное, что наша с тобой жизнь становится совершенно иной. Ты меня простишь за прежние грехи?

– А ты их помнишь?

– Кое-что… к сожалению…

– А чьи дети, не забыл? – спросила, и сердце замерло в груди.

– Да что за маразм! Конечно, мои! – Михаил стоял на коленях перед кроватью, и складывалось впечатление, что он опасается или стесняется обнять собственную жену. То же самое подметила и малышня, нарезающая круги вокруг родителей:

– Папа, а почему ты маму не целуешь? – прощебетала девчушка. – Ты ее не любишь?

– Он ее больше пугает, чем любит, – выдал чье-то взрослое высказывание шестилетний пацаненок. Но сделал это, находясь как можно дальше от отца.

Михаил на это вначале крякнул, потом наклонился в сторону и как-то слишком неумело поцеловал стоящую рядом дочурку в лобик. Ее первую и заверил:

– И вас обожаю, и маму. Ну как можно не любить такие сокровища? – после чего вновь наклонился к жене: – Светлана… Света! Ты только не вздумай никуда уезжать, хорошо? А лучше приготовь солянку, она у тебя шикарно получается. И вообще… У нас с этой минуты все будет по-другому, поверь. Просто дождись меня и сама все увидишь…

– Ты все-таки уходишь? – Ей неожиданно захотелось, чтобы он никогда, даже на минуту не уходил, а все время оставался рядом. Страшно захотелось, до резкой боли в груди.

– Не ухожу. А выхожу ненадолго по весьма важному делу. Мне надо разделаться со своими прежними заморочками и чуточку помочь новым товарищам.

– Новым? Это каким?

– Да не столько новым, как старым, только решившим тоже изменить свою жизнь к лучшему. Увидишь вскоре. В общем, я побежал! А вы тут ведите себя хорошо! – перед тем как встать, нежно поцеловал супруге пальчики руки и уже на ходу конкретно детям посоветовал: – Слушайтесь мамочку, она у вас лучшая во всем мире.

Когда уходил, не составило труда заметить, что и походка у него стала иной, более мягкой и в то же время несколько неуверенной. И спину он держал несколько иначе, и подбородок излишне задирал кверху. Это все дополнительно к странному поведению, диковинным словам и невероятному отношению к семье.

Так что выводы в голове у женщины сформировались однозначные:

«Подменили! – Причем, как подменили, когда и на кого именно, думать совершенно не хотелось: – Ну и ладно! Пусть так и будет! Лишь бы он к детям ласково относился да меня не обижал. А-а… а солянку я ему сварю! Немедленно! Да такую солянку сотворю, что он пальчики облизывать будет… Мм?.. Мои?..»

Вот с этими спирающими дыхание мыслями Светлана и устремилась на кухню.

Глава 4

Адаптация

Кардинальное вмешательство дельтангов в жизнь города и его окрестностей создавало не только гигантские организационные или аналитические проблемы. Следовало как можно быстрей решить этические и моральные вопросы.

Например, захват тел под полный контроль с последующим освоением там новой души навсегда вроде как и оправдан, если речь идет о преступниках, заслуживших смертную казнь. А если личности лишь частично заблудшие, так сказать? И в них еще остаются, присутствуют желание и реальная возможность исправиться? Ведь почему люди идут порой на то или иное преступление? Не всегда это случается по их воле, чаще плохой поступок совершается по итогам сложившихся обстоятельств, из-за неадекватного окружения или трагической случайности. Ну и не последнюю роль играет неизбежность наказания за совершаемые грехи. Если человек знает, что возмездие неминуемо, он никогда не полезет в карман ближнего, не ограбит дальнего и уж тем более мысли не допустит у себя в сознании об убийстве другого человека.

Мало того, если раскаявшийся индивидуум лично наблюдает за расплатой, постигающей иных преступников, и даже косвенно участвует в их наказании, он чаще всего становится яростным приверженцем правильного, честного образа жизни. Да настолько меняется при этом, что превращается иногда в воинствующего фанатика высшей справедливости. Особенно если у него в душе теплится вера в истинное чудо и он по характеру склонен к мистической составляющей.

Таких фанатов и покаявшихся личностей много появилось в первые же дни воздействия. Например, дельтанг подчинял второстепенного представителя уголовного мира. Затем в течение парочки часов выяснял всю его подноготную, раскапывал совершенные грехи, проверял цепочки взаимосвязей и сотрудничества с иными преступниками. Ну и выяснялось, что данный индивидуум тяжких преступлений не совершал, подлостей не творил, активного воровства избегал, психологически иных людей не терроризировал. И ко всему вышесказанному мечтал как можно быстрей выбраться из засасывающего омута злодеяний.

Что с такими делать?

Во время первых операций воздействия было подмечено: в большинстве случаев взятая под полный контроль личность после момента освобождения толком ничего и не помнит. И несколько минут, а то и часов, действует словно робот, выполняя вложенные ему в сознание приказы даже после эвакуации дельтанга. Но чем больше происходило воздействий, тем больше накапливалось случаев соучастия в событиях. То есть своей воли отстраненный от тела хозяин не имел, зато все прекрасно помнил и осознавал, что с ним происходит.

Тогда попробовали с помощью глубокого гипноза стирать последние воспоминания. Вроде помогало, но частично. Ну и не казнить же всех подряд за мелкие, а правильнее сказать, за любые преступления? И захватывать подобные тела на постоянное жительство, практически уничтожая сознание бывшего владельца, тоже считалось явно негуманным. И как быть?

Выход подсказали сами «пострадавшие». Оказалось, что во время воздействия (если сознание имеет возможность наблюдения за всем со стороны) эмоции и ощущения никуда не деваются, и подневольную дельтангу личность накрывает всеобъемлющим ужасом. Ведь это воистину наказание господне, когда все органы управления собственным телом становятся тебе неподвластны, когда твой рот издает не контролируемые тобой звуки, а глаза смотрят совсем в иную, не подвластную твоим желаниям сторону. Ты куда-то идешь и совершаешь нечто кошмарное. И самое жуткое, что довлеет над тобой, – это четкое понимание, что это все навсегда!

С ума никто не сходил, но нервных истерик и даже припадков в виде эпилепсии хватало. И по всем меркам той же гуманности, только такого вот наказания за уже совершенные преступления вполне достаточно для стопроцентного исправления.

Вот и стали дельтанги использовать этот метод. Вначале полное подчинение и глубокая проверка памяти реципиента. Не всегда она оказывалась полноценной, порой многие фрагменты жизни или поступков не просматривались при всем желании. И тем более быстро это сделать не получалось. Но в любом случае картинка личности вырисовывалась весьма и весьма верная. И уже на этом основании велись дальнейшие действия.

А именно: сознание захваченного тела целенаправленно пробуждалось, и его заставляли в полной мере ощутить весь ужас с ним происходящего. А когда все дела оказывались завершены и предстояло расставание с дельтангом, реципиенту вбивалась в сознание аксиома:

«Будешь и дальше якшаться с преступниками или заниматься воровством – твое сознание сотрут! А твоим телом станут пользоваться более достойные индивидуумы. Ну и если ты осмелишься раскрыть эту тайну посторонним – перед уничтожением будешь наказан переносом в мир мертвых! И учитывай, подобная борьба за справедливость начата по всему миру, спрятаться не удастся при всем желании».

Естественно, переносом «на тот свет» только пугали, потому что подобное изначально казалось нереальным. Но подвергшиеся воздействию люди истово верили в услышанную аксиому. Настолько истово, что могло дойти до крайностей. Потому что поведение людей, вставших на путь праведной жизни, изменилось бы крайне резко, что в свою очередь могло спровоцировать неуместное внимание со стороны деструктивных сил цивилизации, да и со стороны тех же уголовных элементов. А это могло привести к смерти не только всей команды, которая образовалась вокруг Романа Ландера, но и всех живых существ, которые окажутся поблизости.

Ведь сообщества и единения, процветающие за счет несправедливостей, весьма и весьма живучи. За тысячелетия цивилизации они научились видоизменяться, выживать в любых условиях и при любых политических диктатурах, адаптироваться при любом виде правления. И если эта гидра почувствует опасность для себя, она безжалостно отрубит от своего образования не только хвост и какие-нибудь конечности, но и нескольких голов лишится без раздумий, лишь бы сохранить центральный корпус или основной позвоночный ствол.

Именно поэтому личностям, изменившим свое мировоззрение, внушали и банальные постулаты общей конспирации и маскировки в повседневной жизни:

«Постарайся вести себя, как прежде. Образ жизни меняй постепенно, не спеша. Все изменения во взглядах, коль они станут заметны, объясняй негативными примерами тех бандитов, кто плохо кончил. Ну и в случае форс-мажорных обстоятельств сразу связывайся со своим куратором. И всегда помни: помощь придет обязательно!»

Кроме этих, иных наущений тоже хватало. Причем в каждом случае подход делался индивидуальный, ибо нет в мире людей с одинаковыми характерами и с одинаковой психологической устойчивостью. Кого-то следовало больше припугнуть, кого-то, наоборот, увлечь красивой сказкой, кого-то дополнительно заинтересовать возможностью заняться любимым делом, а кому-то достаточно было знать о неминуемости наказания. Ну и мистикой оперировали с размахом, чего уж там. Тут вполне подходила поговорка: «Будучи у колодца, да не напиться?»

Что говорить и как именно преподносить сказку-мистику, продумали и сформулировали сами дельтанги, когда собирались единой компанией между трофейными баграми и щепками от легендарной лоди и весла. Все у них грамотно в этом плане получилось, логично. Тот же Ландер или его друзья ничего не отыскали плохого в программе, которую назвали адаптацией.

Вот так и сложилось, что после воздействия очень многие преступники прошли адаптацию и тем самым пополнили собой стремительно растущие ряды радетелей за справедливость. А это в свою очередь привело к тому, что очень быстро в городе и в его окрестностях нити власти стали сосредотачиваться в руках людей честных или рьяно вставших на путь улучшения всего общества. Ну и центральные фигуры преступного мира, первоначально уничтожаемые, но впоследствии взятые под полный контроль, так и остались на самых узловых постах, государственных должностях и перекрестках теневых структур.

Так действовать оказалось гораздо эффективнее и более скрытно.

Но именно с этими крупными фигурами оказалось сложней всего. Если руководители ОПГ просчитывались на раз и подвергались полному воздействию, то с ними и проблем было меньше. Потому что привыкли они к существованию «в тени». Там только и следовало, что аккуратно и кропотливо поработать с родственниками и ближайшим окружением.

С крупными чиновниками уже возникали серьезные проблемы. Ведь те постоянно находились на виду, и сотни людей фиксировали каждое сказанное ими слово. Учитывая, что не все фрагменты памяти подлежали просмотру, приходилось фильтровать каждую фразу и перепроверять каждый совершаемый поступок. Что уже само по себе получалось странным и непонятным. Хорошо, что была принята на вооружение политика испуга. Мол:

«Вокруг творится полный беспредел, а потому я совершенно выбит из колеи и не знаю, что мне делать!» То есть при подобном раскладе для любого чиновника лучше всего затаиться и занять выжидательную позицию. И если он при этом ляпнет что-то не то, к этому относятся с пониманием.

Довольно яркий пример в этом плане представлял собой полковник Рюкилов Глеб Владимирович. Не так давно присланный из Москвы, он изначально хотел как можно скорей оставить пост начальника полиции захолустного для него города. А потому со всеми присущими ему талантами сыщика и аналитика умудрился докопаться чуть ли не до самой истины. По крайней мере, сумел вычислить главных фигурантов, которых он отнес сразу к двум категориям происшествий: омоложение и зачистка уголовных элементов. Мало того, успел не только своими действиями спасти прибывшую из Москвы комиссию от разжалования, но в дальнейшем дозвониться и до неких особо важных лиц, кои уже могли считаться приближенными истинных правителей государства.

Ну и что удалось инкриминировать полковнику после плотной работы с ним сразу парочки дельтангов?

А ничего такого, что тянуло бы на стирание личности! Конечно, карьерист. Конечно, излишне рьяный почитатель столицы и столичного образа жизни. Конечно, несколько раз брал немалые взятки, но! Брал только в том случае, когда и так правовая система в любом случае отпустила бы крупных спекулянтов или аферистов на волю. Только тем пришлось бы заплатить чуть больше в прокуратуре и суде. Зато в остальной своей работе являлся человеком вполне честным, если вообще не принципиальным, и никогда не шел на сговор с уголовниками, запятнавшими себя кровью или еще каким беспределом. За что его и убрали в свое время из Москвы.

Иначе говоря, полковник Рюкилов после адаптации влился в ряды самых рьяных и искренних сторонников начавшихся преобразований. А учитывая его талант оперативника и его организационные способности, такой союзник ценился гораздо больше, чем на вес золота.

Мало того, Глеб Владимирович, когда понял всю суть и глубину борьбы за справедливость, сразу отбросил какие-либо сомнения и в течение одного дня перевез в город все свое семейство. Хотя раньше и слушать жену не хотел, утверждающую, что она и дети должны быть с ним рядом.

Также Рюкилов оказался бесценным кадром в плане первого контакта с прибывающими в город смотрящими, бдящими и следящими. Он прекрасно знал, кто прибывает, от кого именно, чего он стоит, и при первой же встрече навешивал на незваных гостей нужное для воздействия количество дельтангов. После чего контролировать внимание со стороны, быть в курсе опасной заинтересованности сильных мира сего, координировать свои встречные действия и давать соответствующие отчеты получалось проще простого.

По примеру начальника полиции было произведено воздействие и на прочие ключевые фигуры города. Бо́льшая часть из них после адаптации стали сторонниками борьбы за справедливость, часть была уничтожена в личностном плане, и в их телах навсегда поселились соответствующие, тщательно подбираемые по характеру и по возрасту дельтанги. Ну и мизерную часть этих фигур, да и то в самом начале, сгоряча банально казнили. В тот момент это казалось самым естественным, потому что преступники заслужили сразу на десяток смертных казней.

Да и в их невероятно «грязных» оболочках никто оставаться долго не хотел. Это уже потом, после всеобщего мозгового штурма, придумали и сумели реализовать термин «очистка». Вся суть этой очистки заключалась в резком омоложении тела лет на пятнадцать, а потом такое же резкое старение лет на десять. После такого процесса телесная оболочка становилась на удивление чистой и вполне приемлемой для постоянного проживания в ней. Точнее не проживания, а полнокровного жизненного существования. Иначе говоря, похищенный из загробного мира дельтанг получал вторую жизнь в родной цивилизации.

Таких преобразованных личностей становилось в городе и его окрестностях все больше. Еще больше вокруг них разрасталось число сторонников, прошедших адаптацию. А это позволяло оперативно реагировать на любую ситуацию, отслеживая любую опасность.

Казалось бы…

Глава 5

Чреватая мягкотелость

Спешка ни к чему хорошему не приводит. Но, наверное, только ею и можно было оправдать грубое упущение, которое совершил Ландер во время последней операции внедрения. Там-то они успели: заподозренных людей выследили, дельтангов на них загрузили и общую ситуацию взяли под контроль. А вот одну частность упустили. И что хуже всего, не сразу заметили свое упущение.

Только вернувшись в дом Зинаиды Стрельниковой, считавшийся однозначно штаб-квартирой команды, была обнаружена неприятная пропажа. И то тревогу подняла дельтанг Тахти, когда Роман ее укладывал в небольшую совсем кучку остающихся спарок. Финка обеспокоенно поинтересовалась:

«А где Цветанка? Что-то ее не слышно…»

Будучи на теле человека, дельтанги могли вполне свободно общаться в ментальном плане между собой. Но если кто-то «молчал», то его не слышали остальные. Ну а сам носитель тоже не умел позиционировать присосавшиеся к его коже инородные тела, если они не давали о себе знать. Тем более когда их несколько, а то и десяток с лишним.

То есть, если кто и падал, отлипнув от кожи, это оставалось незаметным. И будь экстренная ситуация, отлетающий дельтанг только и мог в последнее мгновение, что возопить о помощи, сигнализируя на ментальном плане о своей беде. Цветанка же исчезла беззвучно и для всех незаметно. Да и не попадал Ландер в какую-нибудь драку, потасовку или на пробежку с полосой препятствий.

А потому сразу же началось обсуждение на тему:

– И где она? Потерялась? Или…

Дело в том, что совершить банальный побег из команды соратников той же Цветанке было бы архисложно. Конечно, она могла отцепиться от носителя в любом месте, после чего, дождавшись первого же любопытного человека, взять его под контроль при первом же касании. Ну а дальше уже дело техники: пользуйся захваченным индивидуумом в меру своей фантазии.

Вся беда была в том, что фантазии у помершей болгарки были те еще!

Ну и самая главная опасность для дельтанга, как успели выяснить, это не случайный наступивший на него каблук. И даже автомобильное колесо могло оказаться несмертельным. Опаснее всех оказались собаки. Они каким-то своим особым чутьем замечали двуглазов и бросались к ним со странной агрессивностью. Точнее, со странным желанием немедленно погрызть сей диковинный двуглазый овальный предмет. И острые собачьи зубы не оставляли никаких шансов на выживание.

Именно так однажды и погиб один из дельтангов, случайно оброненный во время одной из самых первых операций. Тогда устраняли главаря ОПГ и в суматохе общей эвакуации с места событий уронили не успевшего подать сигнал соратника. И откуда там только собака взялась буквально через пять минут? И вроде маленькая, ничем не примечательная дворняжка! Но когда спохватились и вернулись за пропажей, от десятисантиметрового овала остались лишь кусочки изжеванной прозрачной кожи.

Выводы были сделаны. Суть опасности доведена до всех. Ну и стало понятно, что на животных воздействие не распространяется.

И вот сейчас пропала Цветанка. Рискнула и все-таки сбежала?

После недолгого обсуждения обозначили место и время возможного побега: солидная такая детская площадка. На одной из скамеек Роман Ландер присаживался минут на десять, поджидая прохода нужного человека. В тот момент там ни мамаш с детьми не было, ни иных посторонних. Ну и самое важное, площадка было огорожена весьма высоким заборчиком: его там просто ни одна собака не перепрыгнет. Но вот с того самого времени уже прошло более двух часов. Лежит ли до сих пор строптивая дельтанг на скамейке? Или валяется под ней?

Бросились на поиски. И сразу поняли, что опоздали. На детской площадке и в ее окрестностях роился народ, что-то выясняли полицейские, стояло и плакало несколько женщин. Причина переполоха выяснилась быстро: пропала девочка шести лет. Причем ребенка характеризовали как спокойного, к пакостям и баловству непривычного. Как обычно, мать привела дочь на площадку, а сама тут же заболталась с иными мамашами, будучи совершенно уверенной в безопасности ребенка.

Другие дети рассказали, что девочка что-то такое нашла под одной из скамеек (той самой, где сидел некоторое время Ландер!). После чего перестала играть с подружками и просто некоторое время бродила возле игрушечного домика. Вроде и вошла в него пару раз, чем никого особо не удивила. А вот как покинула площадку, никто и не заметил. Спохватились поздно: девочка успела куда-то спрятаться или слишком далеко уйти.

Пришлось и Роману со всей своей командой подключаться к поискам.

Заплаканная девочка отыскалась через час после этого на автобусной станции. Как она там оказалась, она не помнила. Зато нашлись две старушки, заметившие, как с дитем вроде как разговаривал молодой парень. Похоже, что девочка его сама как-то вовлекла в диалог. Впоследствии еще один свидетель видел, как этот парень целеустремленно двигался к автобусным кассам.

На этом довольные полицейские и счастливая мамаша прекратили все поиски. Да и откуда им было знать подноготную происходящего? А вот мистер Рубка был вынужден задействовать для поиска уже всех возможных для этого людей. Что сторонников направил по следам парня, что союзников, прошедших адаптацию, что лиц, находящихся под воздействием.

В чем сравнительно повезло, так это в национальности Цветанки. Все-таки она была болгаркой. А там в последнее время совершенно перестали учить русский язык. Это при ментальном общении могут общаться разумные хоть с разных галактик, а вот, попав в иное тело, дельтанг мог говорить губами этого тела только на тех языках, которые знает.

Поэтому кассирша хорошо запомнила парня, говорившего с жутким акцентом при покупке билета. Да и сам адрес места своего назначения он написал на бумажке. Затем быстро уехал на автобусе, отправившемся уже через пять минут после покупки билета.

Время утекало как вода сквозь пальцы, но по маршруту и к конечной цели автобуса устремилось сразу несколько автомобилей. И даже чудом успели к моменту высадки пассажиров на конечной станции, на противоположной оконечности города. Увы, нужного парня среди выходящих людей не оказалось!

Осталась надежда, что его след отыщется по маршруту движения автобуса. Да и нескольких попутчиков тщательно опросили, выясняя, где мог выйти интересующий всех парень. Опрос совпал с находками иных следопытов. Парень вышел на предпоследней остановке. Тут же сел в первое же такси и уехал в неизвестном направлении. С нарастающей паникой бросились искать обозначенное такси. И было от чего паниковать: след практически терялся в неизвестности.

Каково же было удивление, когда через полчаса таксист сам вернулся к той же остановке, и в салоне у него сидел… находящийся в поиске парень. Ошарашены и даже обозлены оказались оба. Причем рассказ таксиста выглядел очень колоритно, особенно если убрать из него слова обсценной лексики:

– Ну везу я его, везу… блин! И тут он вдруг на меня уставился и спрашивает: «А куда это мы едем?» Ну думаю… точно наркоша какой-то обдолбанный! Напоминаю ему, ты ведь заказ сделал: «На Каменку!» Забыл, что ли? А он мне, словно издеваясь: «Каменка? Чего я там забыл?» И смотрит на меня как баран на новые ворота. Ну я его сразу и спрашиваю: «А деньги у тебя есть?!» Он по карманам хлоп, хлоп, и фикус там пророс семиметровый! И тут же вопить начал, что его обокрали. Ну я его сюда обратно и привез разбираться… Потому как мой коллега видел и слышал, как клиент адрес давал.

Совсем не смешно все выглядело.

Да и сам парень мало что мог добавить:

– Словно из сна какого-то кошмарного вынырнул и никак понять не мог, куда это я так долго еду. Присмотрелся, вроде в такси. Легкая музыка играет. Сам поразился: что со мной? И вроде ничего подозрительного не пил, наркотик мне подсунуть не могли, а спиртное я очень редко употребляю. Начал спрашивать, нарвался на крики от этого мордатого таксиста…

Дальнейшие выяснения и длительный опрос показали: денег у парня было чуть более сорока тысяч рублей. Что для него являлось внушительной суммой, заработанной за два месяца. Как с девочкой заговорил, тоже вспомнил: та поманила его к себе ручкой и промямлила: «Дядя, смотри, что у меня есть!» Дальше – полный туман в сознании, только изредка перемежающийся смутными образами.

Наверное, само расставание с такой большой суммой денег отложилось на островке памяти молодого человека. Потому что все-таки вспомнил: деньги он отдал женщине, которая сидела в автобусе рядом с ним. После чего в сознании зарубцевалась одна-единственная мысль: «Сейчас выхожу и еду на такси в Каменку!»

Иначе говоря, все прекрасно знавшая Цветанка очень грамотно использовала данные дельтангам способности. Продавила гипнозом своего временного носителя на определенное действие, отвлекая возможную погоню, а сама сменила носителя, попутно обеспечивая себя деньгами.

Ту самую женщину отыскать не удалось.

Даже составить ее портрет не получилось. Оперативный поиск по горячим следам зашел в тупик. Где искать подлую беглянку, даже специалисты не могли подсказать. Да и как давать ориентировку в полицейские участки? На кого? По каким мотивам преступления? Разве что во всеуслышание открыть самую главную тайну: сам факт существования дельтангов?

Вновь вернувшись в штаб-квартиру, Роман инициировал общее обсуждение на тему:

– Что случится, если Цветанка заявит о нас во всеуслышание? И сделает ли она это?

Важные вопросы. И если не будет на них верного ответа, то вся команда может оказаться под угрозой тотального уничтожения. Причем самого жестокого уничтожения, максимум которого предположил Никита Трофимович Шенгаут:

«Если власть имущие бонзы о нас узнают, то не пожалеют для города и его окрестностей атомную бомбу. А то и десять атомных бомб!»

И это предположение не показалось вздорным или нереальным. Несмотря на свою честность и невероятную тягу к справедливости, все собравшиеся люди и дельтанги прекрасно осознавали глубину опасной тяги к власти. Также они знали не понаслышке о тех мразях, которые целеустремленно рвутся к беспредельной власти, и понимали, что упомянутые мрази пойдут на любое преступление против цивилизации, лишь бы их первенство на властном Олимпе не пошатнулось.

А потому прозвучало вполне резонное предложение:

«Надо немедленно перебраться в иное место! Как можно дальше отсюда. Еще лучше расселиться в разные стороны, как можно дальше друг от друга, незаметно организовывая новые центры нашего тотального влияния».

– А может, все-таки подождать с немедленной эвакуацией? – сомневалась больше всех Зинаида. – Ведь вот-вот заработает информаторий, и мы можем получить важную информацию. Вдруг там будет подсказка, как быстро отыскать Цветанку в любом уголке нашей планеты?

Естественно, что как хозяйка дома она и мысли не допускала, чтобы покинуть свою «крепость». И ее поддержала Тахти, дельтанг родом из Финляндии:

– Мне тоже кажется, что пускаться сломя голову в бега не стоит. Все-таки я больше всех общалась со сбежавшей коллегой и могу вполне ручаться за ее резко возросшее чувство самосохранения. Да и понимает она прекрасно, что нас не уничтожить всех быстро и единым махом. А вот построить лично для себя безбедную и рациональную жизнь она сумеет великолепно.

– Если опять не пустится во все тяжкие, – досадовал Ландер. – Или, глядя на нас, не пустится в авантюру мщения и преобразования всего окружающего по ее понятиям. А подобное сотворить в одиночку ни у какого дельтанга не получится. Будь он хоть семи пядей во лбу.

– Ну да, тех, кто ее пристрелил в воде, она со свету сведет, – согласилась Тахти. – Обязательно! Скорей всего, мы и беглянку нашу отыщем где-то именно там, внедрив в окружение ее обидчиков или в них самих десяток наших оперативников…

– Отличная идея! – поддержал ее Трофимыч.

– …Но во всем остальном сбежавшая подруга постарается вести себя крайне осторожно, – продолжала финка. – Она мне не раз повторяла, что мечтает найти порядочного мужа и жить как все, тихо и незаметно. Нарожать детей, во всем слушаться своего любимого и все свободное время тратить на вышивку. Денег, о месте захоронения которых она знает, ей хватит на десять жизней и еще правнукам останется.

– Что-то мне не верится в такие благостные поступки этой стервы! – с недоверием фыркнула Зинаида, подпавшая в свое время под краткое и весьма агрессивное воздействие болгарки. – Ко всему прочему логика, планирование или дальнее предвидение этой аферистке не присущи.

– Не скажи, – тяжело вздохнул Роман. – Сбежала она от нас очень и очень вдумчиво. Да и дальше действовала непредсказуемо, оставив нас с носом. Так что вполне может остепениться и жить тихо, не привлекая к себе постороннего внимания. Ну и не станет же она сама для себя рыть могилу, рассказывая о нас? Ее потом тоже очень скоро вычислят и уничтожат.

На это крыть было нечем. Потому что к данному моменту никто из команды не смог предложить дельного выхода в плане полной маскировки дельтанга на теле носителя. Все-таки двуглаз выглядел довольно большим, прятать его приходилось со всем тщанием от посторонних взглядов. А как спрятать лучше и куда, чтобы даже при тщательном осмотре не нашли, придумать не удавалось.

Лучше всего, казалось бы, проглотить дельтанга. Особенно в том случае, если воздействие состоялось навсегда. А там он уже присосется к стенкам пищевода и проживет новую, полноценную жизнь в новом теле. Казалось бы, проще не бывает. И хорошо, что в команде оказалось много врачей, заставивших провести должные эксперименты вначале.

Вот тогда и выяснилось, что уже сама слюна довольно ощутимо начинает разъедать оболочку дельтанга, а уж желудочный сок сразу причиняет ощущения, сравнимые с ожогом от утюга. Иначе говоря, самый простой способ «спрятаться в теле» не подходил категорически.

Тогда нашлось двое добровольцев, согласных проверить на себе попытку укрыться под кожей. То есть в удобном месте тела, где минимальное количество кровеносных сосудов, делался надрез, и двуглаз зашивался внутрь. По первым признакам операция прошла успешно. Но вот уже на второй день добровольцы признались в странных ощущениях. Появлялись иногда головокружения, подкатывала тошнота, стали подрагивать конечности. Что-то было и в таком способе не так. Пока шел только пятый день и велись наблюдения, но что будет дальше, никто из врачей предвидеть не решался.

В плане тотальной маскировки часто вспоминали визит в дом не то шамана, не то царя с длинным именем Кочилькараданно. Этот лысый типус, пусть и весьма сходный с человеком, носил на голове венок из шести дельтангов и скорее хвастался этим, чем пытался скрыть. К сожалению, гость являлся лишь один раз и лишь для попыток убедить землян включить информаторий.

Зато второй гость, смотрящийся как змей (за что и получил прозвище Змей), но являющийся знаменитым (в ином мире, конечно) шаманом Айто, свои дельтанги прятал. Если вообще имел их на теле. И хоть он весьма подленько затолкал Романа Григорьевича Ландера на иномирский экран, ему все равно доверяли больше. Потому что он до того помог спастись от пробравшегося в дом пигмея. Жаль, что и его речь была совершенно непонятна землянам. Так что полной информации и от него не получили.

Но в любом случае оба гостя из иного мира (или из иных миров?) настоятельно советовали задействовать экран и получать нужную информацию через него. Не менее последовательной в этом плане оставалась и несравненная Харон, пробившая своим веслом некую дыру в пространстве для установки все того же информатория. Она буквально требовала от Ландера постоянного контакта и полного сотрудничества.

Оставалось ждать визита шамана Айто, который планировал помочь техникам иного мира в отладке и настройке информатория.

Ну и надеяться…

Надеяться, что сбежавшей Цветанке хватит ума вести себя осторожно, не засвечивая себя, и ни в коем случае не попытаться нагадить команде Романа Ландера. Точнее обществу ОС, члены которого порой себя в шутку называли ОСами. В противном случае следовало разбегаться из города и его окрестностей, как тараканам из-под надвигающегося тапка.

Именно для этого и стали составлять планы экстренной эвакуации и детали последующей затем связи. Хоть и не хотелось терять время, а надо! Лучше сейчас все обсудить, чем потом метаться и совершать ненужные ошибки.

Но одного человека, находящегося под воздействием, все-таки отправили в Болгарию. Благо убийцы Цветанки были известны, и внедриться в их ряды несложно. Для этого откомандированный человек прихватил с собой сразу шесть дельтангов из состава оперативников. А уж группой в семь особей они с любыми неприятностями справятся.

И все на это очень надеялись.

Глава 6

Дела давно минувших дней

Одна из бригад, прибывших в город, плевать хотела на какое-то омоложение и слыхом не слыхивала о каких-то исцелениях. Точнее, слышали краем уха, но совсем не придали этой информации никакого значения. У восьми крайне опасных и многосторонне развитых специалистов имелись совсем иные предписания. Ловили они своего бывшего коллегу по работе и на иные направления отвлекаться не собирались.

Да и задание звучало однозначно: «Выловить. Тщательно допросить по прилагаемому списку вопросов. Список в опечатанном конверте. Затем уничтожить фигуранта, не оставляя следов как своих, так и его». Лаконично и строго по существу.

Только вот тем самым фигурантом оказался все тот же мистер Рубка, в этом плане позывной и прозвище сходились. Или Роман Ландер, как он числился по документам. И сам он еще не догадывался, что над ним нависла новая опасность.

Кстати, путь бригады в попытках настигнуть свою жертву оказался крайне долог и извилист. Ведь их коллега сбежал со службы более десяти лет назад и сразу весьма ловко отправился на ПМЖ в Германию. Во время неразберихи и реорганизации комитета о Ландере забыли, но потом его имя вновь всплыло в одном из дел по исчезновению крупных валютных счетов. Человек, ведущий внутреннее расследование, решил побеседовать со свидетелем, будучи еще не в курсе, знает ли тот хоть что-то об этом деле. Ну и послал за Ландером одного из «проверенных» сотрудников.

В то же время и главные виновники крупного хищения об этом узнали. Естественно, задергались, забеспокоились и решили действовать кардинально. Хоть и знали, что Роман в их афере не замешан, но не были уверены в уровне его информированности. А вдруг чего подсмотрел? И вдруг укажет пальцем на кого следует? А посему надо руководствоваться девизом: «Нет тела – нет дела!» Еще и вину на пропавшего фигуранта можно подвесить какую угодно. Вот и послали бригаду за невинной душой.

К счастью, «проверенный» сотрудник, хоть и будучи на десяток лет старше Романа, его знал и симпатизировал изрядно. А потому, узнав о бригаде оборотней в погонах, успел предупредить по телефону:

«Срочно спрячься где-нибудь месяца на два-три. Пока мы тут разберемся, что к чему…»

Вот тогда мистер Рубка и заметался в поисках денег на достойный побег. Деньги (точнее, крупный долг в евро) пообещал его друг Бэрт Сенни, он же в бытность свою гражданином СССР Борис Сенин. Правда, пообещать не значит вернуть. И крайне хитро сделанный Боречка попытался подставить своего друга под стволы уже немецких бандитов. А сам мечтал скрыться, отправившись на лайнере в кругосветный круиз.

Увы, Бэрту Сенни не повезло. Хотя жив он все-таки остался и от злобных кредиторов ушел, оставшись никому ничего не должен. Но так уж случилось, что в счет долга Ландер забрал у бывшего приятеля и собутыльника билеты на круиз и сам отправился в путешествие. Тем самым ускользнул из-под самого носа настигающей его бригады.

Восьмерка отважных преследователей поплакалась своему начальству, выбила добавочные командировочные и устремилась следом за своей неусидчивой жертвой. Но, видимо, не слишком стремились нагнать, потому что в Европе это сделать не сумели. Да и в Панаме нужный лайнер упустили по вине нелетной погоды, каких-то глупых карантинов и еще кучи всяких веских причин.

Начальство рвало и метало, но дальнейшие средства выделило все-таки, пусть и с зубовным скрежетом. Так что бригада вскоре уже уверенно встречала нужный лайнер на самой первой остановке после долгого водного пути по Тихому океану. И каково же было их удивление, когда мистера Рубки на корабле не оказалось!

Пришлось им самим подсаживаться в виде пассажиров и проводить жесткое расследование. По его результатам выяснили: Ландер несколько повздорил с одним весьма желчным старикашкой. Ну а этот старикашка ничего не придумал лучше для мести, чем закатать обидчика в ковер и утопить в океане.

Финита ля комедия? Доклад вскоре ушел начальству. В ответ прилетел вагон ругани и приказ самыми экономными средствами (чуть ли не пешком и вплавь!) добираться домой. Список вопросов для допроса было приказано уничтожить.

С ругательствами покинув роскошный лайнер, восемь русских туристов отправились чуть ли не автостопом домой. Каково же оказалось их удивление, когда, прибыв в Москву и доложившись, они были чуть ли не затоптаны разгневанным начальством?! Ибо выяснилось всего лишь несколько часов назад, что фигурант не утонул в океане, а преспокойно сибаритствует в своем поселке на малой родине.

Тут же бригаде вручили деньги, новый пакет с вопросами и пинками выпроводили в путь. Еще и напутствовали в спину:

– Если и сейчас не справитесь, отправитесь на Колыму кайлом махать! А то и еще куда дальше!

«Дальше» понималось как «на тот свет». Это и дураки понимали. А крайне обозлившиеся гончие себя за дураков не считали. Терпение у них кончилось, последние капли благодушия истаяли. Так что жертва на этот раз выглядела заранее обреченной.

Да и действовать прибывшие решили крайне грубо, максимально быстро и невзирая ни на что. Проявлять свой высокий профессионализм, проводя хотя бы предварительную разведку, они не посчитали нужным. То есть, выяснив точный адрес проживания мистера Рубки, уселись в две арендованные машины и помчались в гости. Вернее, не в гости, потому что чувствовали себя в данном случае авторитарными хозяевами жизни. Да и государство у них за спиной, пусть и в лице начальства, давало карт-бланш на любые действия. Лишь бы во благо! Лишь бы во исполнение приказа!

Конечно, поспешности посодействовал тот факт, что служивые действовали в своей стране, да еще и в относительно глухой провинции. Ну и благодаря русскому авось у них чуть ли не получилось достичь поставленной цели. По крайней мере, в дом они прорвались легко. Трое оставались снаружи, действуя на подстраховке, а пятеро брутально вломились с черного входа. И тут же пошли вполне оптимистические доклады:

– Мы внутри! – Переговорные устройства были у всех.

– Первый этаж чистый!

В следующее мгновение в доме грохнул ружейный выстрел. За ним раздался взрыв шумовой и ослепительной гранаты.

– Стреляла женщина! – продолжились доклады. – Мы ее ослепили.

– Связана. Можно допрашивать. У нас «второй» получил легкое, незначительное ранение.

– Приступаем к обыску! – еще через пару минут: – Никого нет, чисто!

Только после этого в дом проскользнули и остальные трое, в том числе сам командир и его так называемый зам по политической части. Правда, внутри группы его давно и по старинке называли комиссаром. Номера старшие в группе тоже имели соответствующие: восьмой и седьмой. Но именно у комиссара имелся запечатанный конверт с вопросами для Ландера.

В доме удалось сохранить относительный порядок. Да и тотального обыска, как такового, еще не проводили. Просто проверили на отсутствие людей.

А плененная женщина уже сидела накрепко примотанная к стулу и крутила нервно головой, не в силах избавиться от плотной повязки на глазах:

– Кто вы такие? И по какому праву вломились в мой дом? – вопрошала она голосом, готовым вот-вот сорваться на истеричный визг.

– Да ничего страшного не произошло, – с самым дружеским участием в голосе стал общаться с ней «восьмой». – Просто свидетели показали, что в этот дом ранним утром вошли двое мужчин. По всем приметам они идентифицируются как сбежавшие из зоны строгого режима заключенные. Эти двое убили троих охранников при побеге, вооружены и крайне опасны.

– Это ошибка! – возмущалась Зинаида Стрельникова. – Не было здесь никого!

– Да мы и сами видим, что какая-то путаница произошла, – искренне сожалел невидимый для художницы собеседник. – Уверен, что за несколько минут все выяснится, но даже представить себе не могу, как и какими жертвами придется вымаливать у вас прощение.

– Если развяжете немедленно, обижаться не буду.

– Увы! – с досадой зацокал языком командир группы. – Вы тяжело ранили нашего бойца, а это уже тянет для вас на длительный тюремный срок.

– Неправда! Я защищалась от вторжения неизвестных лиц. Это мое право! Тем более что наша полиция и ОМОН так не действуют.

– Ну да, мы звоним преступникам по телефону и просим прийти добровольно в тюрьму, – хохотнул «восьмой». – Но мы вас и в самом деле развяжем, как только сверим ваши данные с электронной картотекой. Так что назовите, пожалуйста, вашу фамилию, имя и отчество.

Пока велся этот разговор, один боец перевязывал раненого, еще трое заняли у окон наблюдательные позиции, а двое продолжали обыск. Причем комиссар отправился обыскивать второй этаж. Он же и отыскал наверху пакет с документами хозяйки, а потом просто сбросил его с лестницы в салонную комнату.

Так что, спрашивая фамилию, командир уже держал в руках паспорт хозяйки.

«Четвертый» боец, тоже ведущий обыск, слишком отвлекся на экран в стене, который до того был прикрыт шторами. Экран странно мерцал, словно сигналу мешали проходить помехи. Но, видимо, тип в подобной технике понимал очень много, потому что минут через десять ведущегося допроса не только жестами показал полное недоумение от увиденного, но и прошептал старшему группы на ухо:

– Очень и очень странная штуковина. Прямо-таки нереально странная. Я о таких разработках даже не слышал. Причем ни единого ввода или вывода на нем нет.

Зинаида не смогла расслышать, о чем шепчутся ворвавшиеся громилы, но зато частично догадалась:

– Что вам тут не нравится? Экран на стене?

– Вряд ли его можно соотнести с поиском сбежавших заключенных, – хмыкнул «восьмой». – Вы лучше ответьте, кто из ваших гостей подходит под данное описание свидетелей…

И дал четкое описание Ландера.

– Это мой муж, Роман Григорьевич.

– И почему его нет дома?

– На работе, как все…

– И где же он работает?

– В общественной организации, – заявила Стрельникова, крутя головой и с недовольством прислушиваясь к стуку и падению ящиков наверху: – Вы чего в моем доме творите?! Грабите?!

– Нисколько! Сейчас придут данные, подтверждающие вашу личность, и вы сами убедитесь, что мы просматривали помещение, выискивая именно людей.

– До сих пор еще не пришли? – стала немного истерить хозяйка дома, уже прекрасно осознавшая, что в дом эти мордовороты ворвались далеко не по ошибке. – Значит, это все-таки грабеж! А-а-а! Спасите!..

Причем кричать она стала негромко, враз резко осипши. Еще и задергалась при этом, словно в припадке. Лицо стало заметно красным, а дальше она вообще стала задыхаться, словно во время приступа:

– Мне нужно мое лекарство!.. Скорей!.. Дайте мне его!.. Вон там…

Где и что именно, она объяснить не успела. Да и пришедшие не слишком интересовались. Благо у них при каждом своих ампул хватало и в плане оказания первой помощи они по знаниям на голову превосходили фельдшера «Скорой помощи».

Женщина еще только начала задыхаться, как специалист по экранам приготовил две ампулы, а потом и вколол их прямо через одежду в плечо пленницы. Она сразу как-то дернулась, а потом медленно поникла, словно из нее воздух выпустили.

– Сейчас взбодрится, – просто констатировал «четвертый».

– Добавь ей еще и ампулу сыворотки, пусть язык развяжется. Надо срочно узнать, куда этот шустрик умотал и надолго ли… Ха! Муж, говорит?..

Без единого комментария спец вколол еще одну ампулу.

Пущенный в кровь состав и успокаивал одновременно, и подлечивал, и духовную стойкость ломал. Но не моментально, и каким-то чудом Зинаиде хватило времени, чтобы собраться с силами и пробормотать:

– У меня очень опасная болезнь, ваши лекарства не помогут… Надо только мои, они доставлены из Швейцарии, очень дорогие… Называются «глаза-прилипалы»… Мне надо две штуки приложить к вискам… Они вон там, на комоде, под марлей…

После чего из последних сил сделала вид, что начинает задыхаться в судорогах.

«Четвертый» озадаченно почесал щетину на скуле и недоуменно глянул на командира. Тот пожал плечами, глянул в сторону комода и мотнул туда головой:

– Глянь, что за странные прилипалы… – после чего выразил недовольство парочке, возящейся с перевязкой: – Чего так долго копаетесь?

– Закончили уже! – доложил боец, помогая раненому товарищу вновь надеть тонкий бронежилет, а потом и легкую курточку поверх. – Но две дробины так и остались в плече. Как бы…

– Потом! – оборвал его командир. – Пока гляньте в прихожей и как там можно устроить четкую засаду для Ландера.

Распорядился, вновь присмотрелся к Зинаиде, которая уже дышала ровно и вполне спокойно. Даже пошевелил ей голову, держа за подбородок:

– Ну вот, красотке и наше лекарство помогло!.. Эй, а ты там чего застрял?

Это он уже к «четвертому» обращался, который что-то ощупывал и перекладывал на комоде в углу комнаты.

– Да вот, интересные штуковины, – отозвался тот, не оборачиваясь. – Ты только глянь, как идеально сделано!

«Восьмой» прошел к комоду и тоже там затих на некоторое время. Но вскоре последовало сообщение от наблюдателя, смотрящего во двор и на улицу:

– Прибыл Ландер! Въезжает на машине во двор.

– Отлично, отлично, – пробормотал командир, неспешно подходя к наблюдателю и становясь у него за спиной и чуть сбоку. – Ага, вижу… Но ты тут так пока и стой…

После чего похлопал товарища по мощной, мускулистой шее. Остальные наблюдатели глядели в иные окна и не видели, как товарищ покачнулся, а потом вновь замер с полусонным видом.

А командир уже обходил остальных наблюдателей:

– Что у вас?.. Ага, ага… Нормальненько! – затем наведался в прихожую: – Как вы тут устроились?.. Нет, ты лучше вот здесь стань… А ты вот здесь… Так! Ша!.. Не падай! Ну как, освоился?.. А теперь все к столу! Ага, и Зину развяжите!

И вскоре уже все семь человек команды восседали за обеденным столом, а один из них придерживал полусонную хозяйку дома, которая склонила ему голову на плечо. Оружие единой горкой лежало в центре стола. А там и Роман вошел в дом, сразу с порога радостно прокричав:

– Стрелочка! Я уже дома! И голодный, как волк!

Войдя в гостиную, резко присел от увиденного натюрморта и выхватил оружие, но тут же расслабленно стал выдыхать: один из незнакомых посетителей вытянул вперед сплетенные пальцами ладони. Давно условленный в команде Ландера знак «Все под воздействием!».

А рядом сидящий человек понятным жестом попросил не шуметь и другим приглашающим указал на стул за столом. Но зато сам после этого громко крикнул на весь дом:

– Комиссар! Давай к нам! Клиент готов! Будем открывать конверт с вопросами!

Его заместитель сбежал вниз быстро, окинул взглядом всю композицию и удовлетворенно кивнул. Два бойца орудовали на кухне: перекусить и попить никогда не вредно. Оружия на столе уже не наблюдалось, а молчаливого пленника поджимали с двух сторон ко всему готовые конвоиры. Еще и руки на плечи возложили, чтобы не рыпался. Глаза у Романа полуприкрыты, лицо расслабленно. Немножко удивляла хозяйка дома, стоящая спиной к компании и у самого комода, развязанная и со снятой с глаз повязкой. Но раз так, значит, это оправданно, командиру видней.

Комиссар уселся на свободный стул, достал и бросил запечатанный конверт на столешницу и, пока тот распечатывали, включил и настроил диктофон в наручных часах. Ну и хорошо, что присутствующие знали: запись не просто оседает в памяти устройства, а сразу с помощью сетей уходит по неведомому адресу.

Прочитав мысленно первые вопросы, а потом по диагонали и всю страницу, старший группы многозначительно крякнул:

– Однако! – и тут же смиренно добавил: – Хорошо! Наше дело маленькое, приступим! – и начал задавать вопросы для якобы уже обколотого наркотиками Ландера.

Суть вопросов вначале несколько напрягла комиссара, но, немного подумав над суетностью бытия, он философски вздохнул, расслабился и только следил за уровнем восприятия звука на маленьком экране часов. Поэтому не обратил внимания, когда передавший ему сок боец коснулся нечаянно его руки.

Дальше пошла совсем иная работа. Хотя в мировую сеть так и продолжали поступать тщательно продуманные ответы Романа Григорьевича Ландера, вся прибывшая группа уже функционировала под воздействием.

Глава 7

Дезинформация

Конечно, Роман переволновался. Как только пришло сообщение, что в дом Зинаиды ворвались посторонние, он тут же вышел из ведущейся операции. Зато трижды похвалил себя за излишнюю паранойю. В свое время они подписали на сотрудничество сразу шестерых соседей, прошедших адаптацию, установили на их домах видеокамеры и датчики движения.

Ну и сейчас это все сработало, мгновенно окупив вложенные средства и потраченное время. Да и из внутренностей самого дома на монитор в машине шла постоянная картинка происходящих событий. А для себя он сразу дал слово уничтожить всех лиц, причастных к посылке восьмерых архаровцев по его душу, если с любимой женщины хотя бы один волосок упадет.

Повезло кому-то! Госпожу Стрельникову вражины повязали мягко, аккуратно, хотя и сами получили одного «трехсотого». Ну и больше всего следовало гордиться своей возлюбленной, что она сама умудрилась справиться с агрессором, задействовав помощь дельтангов. Хоть и мало тех оставалось на тот момент в доме, да и не числилось среди них оперативников, но знающих спасателей хватило с лихвой. Поэтому и в дом входить не торопился, возясь во дворе и надеясь на команду, собранную из вернувшихся в этот мир душ.

А когда вошел в гостиную да заметил условный знак, вообще задышал спокойно. Лишь пришлось немножко поиграть для запоздавшего комиссара да выждать, пока и его не возьмут под полное воздействие.

Дальше игра шла в одни ворота. Каждый последующий вопрос вычитывался единомышленниками заранее, мысленно обсуждался и анализировался со всех сторон, и только потом, сонно растягивая слова, Ландер давал выверенный ответ. Группа высокопоставленных оборотней в погонах после многократного прослушивания допроса ни к единому слову не сможет привязать свои подозрения. Вывод должен быть однозначен: Ландер ни единым пальчиком не замешан в укрывательстве валюты. Еще правильнее сказать: он ни сном ни духом не ведает и о самой махинации.

По здравой логике о нем надо забыть, не привлекая к нему ни малейшего постороннего внимания. А группе надлежит рассеяться с места работы и срочно предстать пред ясные очи начальства. Но это по здравой логике, а как оно получится на самом деле? Ведь случалось порой, что допрашиваемый под химическими препаратами человек очень много помнил из всего с ним происходящего. Ну и те, кто допрашивает, мозги имеют.

К тому же и «восьмой» слишком много знал, как говорится:

– Только читая эти вопросы, можно догадаться о сути гигантского хищения во время развала СССР. Ну и, что самое неприятное, слишком нервно и несуразно ведет себя начальство. Так что нас зачистят в любом случае. Скорей всего…

Это они компанией рассуждали уже после отключения передающего устройства и аккуратной его герметизации в стальном ящике на втором этаже. Мало ли, вдруг постоянная подслушка существует? По той же причине и все свои мобильные телефоны пока там же оставили. Ведь ответ от начальства с последующими распоряжениями должен поступить часа через три-четыре, так что имелось время для маневра. Но дежурного возле телефонов оставили. Он время от времени вынимал телефоны из ящика и проверял список входящих звонков.

Сложно было вот так, сразу, решить, что делать со всей группой. То ли оставлять под постоянным воздействием, то ли с кем-то обойтись только адаптацией?

Ну и формально долю бойцов следовало решить:

– Тогда не лучше ли сымитировать вам уход на нелегальное положение по совсем иной причине? – попытался предложить Роман. – Например, разборки со старыми врагами? А там и подстроить якобы свое уничтожение?

– Вряд ли шефы подобное проглотят, – сомневался командир, тяжело вздыхая. – Да и нашу родню могут показательно изничтожить, дабы иным наука была.

Действительно, подобное никогда не афишировалось, но архаровцев, используемых по всему миру для деликатных поручений, крепко держали за горло именно ближайшими родственниками. А если не было детей или хотя бы братьев с сестрами и родителями, то никуда не отпускали и держали на коротком поводке.

Учитывая все это, оставался только один выход: как можно скорей подготовить полсотни оперативников и отправить с группой в Москву. Пусть там хоть одну авгиеву конюшню от навоза вычистят. Другой вопрос, что в данный момент вообще в доме ни одного дельтанга-оперативника не оставалось. К тому же в столицу следовало отправлять не просто опытных, а самых-самых опытных специалистов по воздействию.

Что еще очень напрягало и озадачивало – послеобеденное время. Ведь как раз сейчас несравненная Харон уже отправилась по реке на своей лоди. Одно дело выбирать двуглазов не спеша, в полном спокойствии, когда лодь находится еще в озере потустороннего мира. Совсем другое – творить грабеж во время стремительного, скачкообразного сплава по бурному течению Стикса. Еще Харон может заметить окошко из мира живых и щепку, орудуя которой воришка нанизывает дельтангов.

А ждать завтрашнего утра? Так ведь для тщательного собеседования с «новенькими» уйдет масса времени, затем их еще и заменить надо будет на самых лучших оперативников. А преступное начальство бригады долго рассусоливать с решением не станет. Наверняка очень скоро даст команду покинуть город. Вот и нельзя вызвать подозрения малейшим промедлением после такого приказа.

– Хочешь или не хочешь, а надо! – подвел итоги прений Никита Трофимович Шенгаут. – И ради такого дела не церемонься. Накалывай двуглазы, не присматриваясь к ним. Главное – много! И быстро. Уже здесь, на месте, разберемся с ними, а завтра утром забросишь «иноцветных» обратно в лодь.

– Еще лучше, если ты начнешь действовать сразу двумя щепками, – дал дельную подсказку Сергей Басманов, штатный главврач команды. – Орудуй ими как японскими палочками для еды. Пробовал когда-нибудь? Если нет, то тогда как вилкой!

– Не без того, – проворчал Роман, снимая с себя цепь с артефактом и готовясь улечься на приготовленное для него место. – Но как можно сравнить палочки с деревянными стилетами?

– Ничего, главное ты суть уловил, – поддержала и Зинаида предложение дельтанга. – Риск твоего обнаружения тоже уменьшится.

– И мы поможем, – заверил дельтанг, держащий под воздействием тело «восьмого». – Если на щепках окажутся двуглазы неуместного для нас цвета, мы их и снимать не будем. Ты их сразу возвращай обратно и там скидывай где-то в уголке.

– Кстати, об уголке…

Прозвучавшие слова дали Ландеру дельную подсказку. Раньше он как-то традиционно действовал, работал у носовой оконечности лоди. Как раз там его легко было обнаружить. Ведь перевозчица и ее помощники только и смотрят вперед, по ходу своего сплава.

А не лучше ли разместиться чуть ли не у ног Харон? Фактически под кормовой банкой диковинного транспорта, перевозящего мертвые души? Уж туда несравненная дама вряд ли станет присматриваться. Следовательно, появится возможность выбирать цвета, хотя бы частично.

Так оно все и получилось. Оказавшись метрах в десяти от несущейся лоди, Ландер вначале присмотрелся сквозь косые струи дождя и только потом стал смещать свое смотровое окошко именно к корме легендарного транспорта. А когда окошко оказалось у заднего борта, приступил к интенсивной работе. Для него весь процесс смотрелся уже вполне привычно.

В мире живых он лежит на спине, а в потустороннем мире видит так, словно стоит вертикально. Там у себя поднимает руку со щепками, подносит их очень близко к лицу, и они волшебным образом появляются над вздрагивающей грудой дельтангов. Резкий удар в эту груду – и на длинных остриях зависает около десятка спарок, если не больше. Затем руку отводит в сторону – и щепки с трофеями исчезают из потустороннего мира, тут же проявляясь в родном мире. Чувствуется, как помощники перехватывают его руку, подносят куда следует и стаскивают дельтанги в большой таз. Напоследок Трофимыч подсказывает по ментальному каналу связи:

– Очистили! Очередной заход! – в данном случае он часто добавлял: – Четыре иноцветных на самых кончиках щепок!

Так что Роман старался стряхивать ненужные двуглазы обратно в лодку. Конечно, он старался протыкать только трофеи зеленоватого цвета. Да и ненужные оттенки помощники старались цеплять обратно сразу же. Но все равно иноцветных постепенно в тазу скапливалось очень много. Тот же Шенгаут подсказывал:

– Чуть ли не две третьих! – он же успокаивал: – Ничего, зато быстро получается. Шевелись, шевелись!

Самому не хотелось задерживаться. Вдруг Харон глянет себе под ноги? Да вдруг ударит в окошко своим тяжеленным веслом? Что-то подсказывало Роману, что весло не только в окошко проникнет, но и его голову размочалит на мелкие кровавые осколки. Вот и спешил, прислушиваясь не только к подсказкам Трофимыча, но и к шумам и звукам потустороннего мира.

И было к чему прислушаться. Перевозчица, похоже, злилась как мегера. Потому что на помощников буквально рычала, грозя им всеми карами небесными. Да и Ландера она, видимо, привыкла поминать всуе, ибо один раз рыкнула:

– Если этот ишак не отыщет мне парочку пигмеев, я с него шкуру спущу на барабан!

«Не, это она не про меня, – сам себя утешал мистер Рубка. – Я ведь не ишак, правильно?»

«Суть не в этом, – философствовал Шенгаут. – Суть в шкуре, которую можно-таки натянуть на барабан…»

«Пупок у нее развяжется мою шкуру снимать!»

Со своего окошка Ландер не только груду дельтангов видел. Но и находящихся на широких бортах пигмеев. Они ведь постоянно сновали то к носу, то к корме, отталкивая легендарную посудину от возникающих на пути скал. Казалось, эти коротышки тоже ничего вокруг не видят, что выходит за рамки опасной навигации, а однако же!

Расслабившийся Роман просто чудом заметил, как возвращающийся к корме пигмей ткнул своим платиновым багром ноги грозного работодателя:

– Несравненная! Опять…

В следующий момент добытчик уже сбрасывал со своего лица цепь с артефактом. Вроде успел… Но вот вспотел моментально, словно позади остался резвый забег на тридцатый этаж. Садясь на столе, пытался отдышаться и унять шторм в крови от бушующего там адреналина:

– Уф!.. Чудом успел… Больше в это время ни за какие коврижки не полезу!..

Жаловаться на опасности было некогда, следовало разбираться с новыми трофеями, пока они еще толком ничего не соображают и находятся в посмертном шоке.

Несмотря на попытки помощников хоть частично отправлять обратно иноцветных, тех оказалось в тазу невероятное количество. А когда всех отделили и разложили по разным кучкам, то желанных спарок зеленоватого цвета оказалось чуть меньше одной пятой от всей добычи. Хорошо хоть количество нужных душ оказалось слегка за пятьдесят. А вот остальных…

Еще и цветовых оттенков насчитали больше двадцати!

Так их и разложили кучками по характерным признакам. Лучше пусть общаются лишь с себе подобными, не сговариваясь с остальными. Это раз. Ну и два. Сергей Басманов предложил:

– Чуть позже обязательно пообщаемся плотно с каждой группой. Вдруг кто-то из них нам тоже в помощь пригодится? А то и полезней окажутся, чем коллеги зеленоватого цвета?

Против такой логики никто спорить не стал. Тем более что это пока ничего не стоило – все равно огромное количество трофеев уже здесь, а до утра еще масса времени. Оставалось только удивляться: почему раньше о таком очевидном просчете никто не подумал?

Комод оказался заставлен полностью. Благо двуглазы хорошо себя чувствовали не только между баграми или щепками, но и чуть сбоку от них. Потусторонней энергии иного мира пока в этих предметах хватало.

Ну и с отобранной группой коллег зеленоватого цвета тут же стали работать свободные от воздействия дельтанги. Даже Трофимычу пришлось к ним присоединиться, потому что для процесса ознакомления и для ментального знакомства оставалось всего пять особей.

Предполагалось, что часа – максимум двух хватит для определения, кто есть кто. Потому что не пристало высококлассным специалистам (отбирались в первую очередь врачи, видные ученые и личности, обладающие даром гипноза) заниматься текущей оперативной работой. Хотя чаще всего даже упомянутые специалисты рвались как можно скорей оказаться в живом теле и как можно скорей ощутить вернувшуюся к ним жизнь.

Вполне естественные желания для каждого умершего разумного существа. И хорошо, что только честным особям предоставлялась такая возможность. Иначе будь все такими, как Цветанка…

А сколько еще иных оттенков!

Так или иначе, загружены работой оказались все. Несколько бойцов, возглавляемых Зинаидой Ивановной, готовили ужин на всех. Остальные помогали Роману обзванивать кого следует, передавать им условные фразы и собирать нужных людей в дом.

Само собой, что вызваны были Жора Шалавин, Элла Яровая и Семен Молотков. Они же успели сделать некие рокировки среди уже действующих оперативников, собирая несколько самых опытных и знающих, годных для предстоящей работы в Москве. Еще десять тел, находящихся под воздействием, пришли ножками. Адаптации они не подлежали, но зато управлять ими вполне смогут и новички, вернувшиеся в родной мир.

То есть в какой-то момент в штаб-квартире собралось очень много народу. И тем более плотной оказалась тишина, когда все враз смолкли, глядя в проем двери, ведущей в прихожую. Там стоял колышущий своим змеиным телом шаман Айто. Тот самый гость из иного мира, которого земляне назвали Змеем.

Но если земляне уставились на гостя в немом ожидании и не особо волнуясь его приходу, то сам Змей однозначно занервничал. Или испугался? Потому что вначале непроизвольно сделал шаг, второй назад и стал прикрываться своими свисающими не то крыльями, не то кусками кожи в виде плаща. Лишь через минуту, присмотревшись и осознав, что это не на него засада, шаман показал свои раскрытые трехпалые руки. Мол, нет у меня оружия. А потом стал понятными жестами тыкать в сторону информатория. Дескать, я здесь ради ремонта и наладки этого иномирского девайса.

– В курсе. Давно ждем! – заверил его Ландер, тоже жестами предлагая пройти к экрану и заняться делом. – Мы здесь такой толпой мешаем? – Все-таки понимания разговорной речи между ними не было, но образовавшаяся помеха смотрелась очевидной. – Добро! Сейчас освободим пространство.

И уже через минуту лишний народ поднялся на второй этаж или проскользнул на кухню. Покивав на это весьма похвально, Айто приблизился к информаторию и приступил к работе.

Глава 8

Наладка связи

Шаман Айто не столько технически работал, сколько грубо устранял изначальное упущение. Конкретно: разбивал и вырезал остатки стены каким-то особенным инструментом, увеличивая размеры экрана и придавая ему форму полноценного прямоугольника. Когда дырку выбивала своим веслом Харон, Роман не дал ей нормально поработать, решив, что несравненная дама попросту ломает дом его любимой женщины.

Вот по этой причине информаторий и не влез полностью в образовавшуюся дыру между мирами. А потому и не смог должным образом работать. Зато после доводки окна Змеем экран получил завершенный вид и буквально сразу визуально стал лучше функционировать. Мерцание и разнобой линий перестали раздражать глаза, а вместо них появились многочисленные и разнообразные треугольники. Этакая статичная картина импрессиониста, бессмысленная даже для него.

Наверняка это некая сетка для настройки. И уж теперь техники справятся с наладкой без труда. Хотя отныне экран занимал практически всю стену, разве что по краям остался тонкий кант из кирпича и частично отвалившейся штукатурки. Если на вкус любого эстета, то следует как-то это безобразие выровнять и подправить. Тем более что здесь дом прославленной художницы.

Змей сделал свое дело и тут же развернулся уходить. Но Ландер хоть как-то попытался пообщаться:

– Что, дружище, совсем ни слова не понимаешь из нашей речи?

Судя по недоумению на лице шамана, не понимал. Зато догадался, кажись, о сути вопроса. Потому что вполне понятными жестами объяснил:

«Когда экран заработает – я буду с той стороны. И вот тогда мы сможем легко пообщаться. Разность языков будет преодолена».

– Понятно. Тогда будем ждать, – заверил Роман. – И благодарим от всей души за помощь!

Ладонь на грудь и легкий поклон. Кажется, Айто понял, потому что кивнул в ответ. Вышел в прихожую и где-то там исчез, словно провалившись в неведомое пространство.

– Не знаю, как вы, но меня это его хождение дико напрягает, – не скрывала своего недовольства Зинаида. – Ладно, он вроде наш союзник, но все равно, непрошеный гость хуже ведра без ручки. Жутко неудобно. Как представлю, что он ко мне в спальню входит…

Элла рассмеялась:

– Поехали все вместе в Москву. Там уж точно тебя ни один шаман не найдет.

– Информаторий! – напомнил Ландер. – Если бы только не он… Да и тут нам есть куда перебраться на время. В ангар, к примеру. Не потесним?

Это он уже хмыкающего Семена спрашивал.

– Нисколько! – заверил тот и добавил голосом известного киноактера: – Сядем усе! А для Стрелочки уже почти оборудована мастерская. Идеально светлая комната получилась, после замены верхнего участка стены и куска крыши прозрачным пластиком.

Но хозяйка дома и слышать не хотела даже о временном переезде:

– О чем речь! Тут у меня все удобства и не так давно капитальный ремонт сделала. Чего это я стану ютиться в каком-то складском ангаре?

При этом она с возмущением смотрела только на своего мужчину. Мол, думай, как свою женщину обеспечить и обезопасить. Он и попытался рассуждать вслух:

– Еще некоторое количество соседей можем напрячь. Да и здесь засаду несложно устроить из нескольких человек. На чердаке желательно двоих посадить с пулеметами.

– Нет, – зябко повела плечами Зинаида. – Пулеметы – это слишком.

– А ты как думала? С волками жить – стрелять первым на поражение. И только потом спрашивать: «Че надо?»

Так они и не пришли к общему знаменателю, не успели. Потому что сверху сбежал боец, принеся сразу два телефона. На комиссарском входящий уже окончился, а вот командир группы успел «поднять трубу».

– Слушаю? – начал он разговор с ленцой.

– Чего сразу не отвечаешь? – начал собеседник с претензий. – А твой зам вообще трубку не взял.

– Подвал осматривали, там сплошной бетон, наверняка покрытие никудышное.

– Ладно… Все путем? – интересовались фигурантом.

– Под полным контролем.

– Мы тут посовещались и решили, – звучало однозначно, словно приказ. – Не будем мы эти фрукты покупать, все равно не довезем целыми домой. Так что прекратить немедленно все финансирование. Рвите все договора, и немедленно домой. Чтобы уже завтра утром были на работе.

Связь отключилась. И тут же завибрировал телефон у комиссара. С ним состоялся примерно тот же разговор. Разве что напоследок прозвучало:

– Смотри там! Проследи за всем досконально. Чтобы потом никаких претензий не было от смежников!

После чего «восьмой», после того как отправил бойца с телефонами к ящику, и подноготную полученных распоряжений огласил:

– Оговоренным кодом приказано тебя, Рома, ликвидировать. Как и любого, причастного к этому делу.

– Обен де роуд! Вот же гниды! – не удержался от ругани обозленный Рубка. – Мало им украденных миллионов, так они еще людей ни в чем не повинных походя убивают! Скоты ублюдочные!

Его скорей жестом попытался успокоить комиссар, который сам при этом словно прислушивался к себе:

– Что-то и мой носитель уверен в полной зачистке всех сопричастных. Хоть он на особом доверии у начальства, но и ему не простят излишней информированности. Мало того, у него есть подозрения, что всю группу зачистят еще во время пути в Москву.

Вот тут уже все задумались всерьез. Кровожадность начальственного ворья зашкаливала все пределы. Придется к ним не просто наведаться, но и взять под полное воздействие. А чтобы уродов заранее не вспугнуть, в ближайший день, а то и три желательно уйти в глубокое подполье. И любое действие совершать, три раза обдумав заранее.

Обдумывать начали с вопроса: сколько вообще может быть лиц, замешанных в присвоении крупных капиталов развалившегося государства? Два генерала до сих пор протирали штаны с лампасами на службе. Еще трое, если судить по косвенным признакам об их сопричастности к делу, – уже в отставке. Но руки крепко держат на пульсе событий.

Окружает эту пятерку грабителей два-три десятка преданных и готовых на все исполнителей. Скорей всего, подчиненные не в курсе о самой краже капиталов, но зато хорошо прикормлены и выполнят любой приказ без всяких угрызений совести.

Исходя из этих подсчетов, убывающей в Москву группе достаточно иметь с собой сорок дельтангов. Если с запасом, то сорок пять. Не забывая о том, что каждый из восьми все равно будет оставаться под воздействием до определенных обстоятельств. И не факт, что им предоставят возможность жить в режиме адаптации. И такого количества дельтангов при всем напряжении никак собрать не удавалось.

Причем дилемма усложнялась тем, что бригаде устранителей надлежало уже через час, максимум два отправиться в путь. В ином случае бог знает, в чем их заподозрят и попросту расстреляют, образно говоря, с дальних позиций. Это еще при обязательном условии изменения маршрута. Иначе говоря, не следовало пользоваться общественным транспортом. Благо для ночной поездки отыщется самый удобный и комфортабельный микроавтобус.

Пока рядили да гадали, «новеньким» была прочитана вводная лекция. Как и ожидалось, все они выказали желание к сотрудничеству и не возражали против применения себя в общем деле и на любом направлении. Также успели их распределить по специфике деятельности и боевым возможностям. Потом стали спешно проводить надлежащие замены по уже существующему воздействию.

И все равно дельтангов не хватало. Хотя бы десяток наскрести, еще лучше три! А где? Лодь несравненной Харон уже разгружена и сейчас пуста. Ждать до утра совсем не с руки. Отправить в Москву контингент врачей и наставников? Так их и так острая нехватка.

Хорошо, что Трофимыч, уже к тому моменту вернувшийся на тело Романа, предложил:

– А давайте за оставшийся час-полтора проведем ознакомительные беседы с иноцветными? Может, кому-то еще можно доверять, кроме зеленых? Та же Тахти была раньше фиолетовой, а потом, когда основательно приняла нашу сторону, даже цвет изменила. Следовательно, хотя бы с коллегами ее оттенка поработать следует обязательно.

В самом деле, попавшая в команду финская женщина могла служить положительным примером в плане адаптации и корректировки характера. Так что вскоре все воспитатели и врачи, распределившись по двое или по трое, прилипли к каждой из групп иного оттенка и стали выяснять, что и почем.

Кстати, сама Тахти начала общение в своей цветовой группе из двенадцати особей. Ей помогал более опытный коллега. И вскоре они уже поделились информацией с Ландером:

– Наши коллеги относятся к ярко выраженному психотипу сомневающихся. Еще точнее: они попросту боятся высовываться, потому что прекрасно понимают, насколько мир жесток и насколько коварны проживающие в этом мире сволочи. Но! Если они обретают уверенность в своих действиях, видят, что торжество справедливости возможно, то с удовольствием готовы действовать для всеобщего блага.

А уж когда они окончательно поверили в свою физическую смерть, поняли, что терять им больше нечего, но взамен они могут получить вторую жизнь, готовность работать у некоторых стала проявляться визуально. Иначе говоря, из двенадцати спарок к концу переговоров и бесед четыре сменили цвет с фиолетового на зеленоватый. Пусть небольшой, но все-таки прирост в команду. Да и оставшиеся восемь «душ», скорей всего, вольются в ряды громадного коллектива в самое ближайшее время.

С дельтангами иного цвета оказалось не в пример сложней. Причем явные сторонники и представители зла определялись довольно быстро и безошибочно. Те же двуглазы ярко-желтого цвета (а к ним принадлежала сбежавшая Цветанка, жительница Болгарии) оказались по характеристикам беспринципными авантюристами. Где-то бесшабашные, чаще глупые и наивные, они готовы были рисковать своими жизнями даже при достижении заведомо мифических, нереальных целей. По сути, они тоже больше тяготели к справедливости, но могли в любой момент сорваться как в одну, так и в другую крайность. Надеяться на таких – потом беды не оберешься.

Никакого диалога не получалось со многими категориями умерших граждан. Кто не мыслил себя без воровства, кто любил издеваться над слабыми, кто строил всю свою жизнь только на откровенной лжи. Попалось даже четыре оголтелых маньяка темно-синего цвета. Эти были готовы убивать, только имея такую возможность. Хотя не факт, что они давали разгул своим фантазиям при жизни.

Если судить в процентном отношении, то «представителей тьмы» никак не получалось более чем двадцать, максимум двадцать пять процентов. И то в это количество попадали все, совершавшие преступления, но имеющие возможность для дальнейшего исправления. На что Шенгаут заметил:

– Если плохих людей так мало, то почему в мире столько зла и несправедливостей? – и сам же ответил на свой вопрос: – Да потому что мерзостные и гадостные индивидуумы десятикратно активней, чем люди добрые, честные и просто хорошие.

Его выводы подтверждались и остальной статистикой. В ней люди, по большинству характеристик нейтральные, занимали сорок процентов. Им, правда, была присуща банальная человеческая трусость, потому что они отказывались от работы, даже при гарантии полной безопасности их нового вместилища души. Также у них в сознании словно висел какой-то парализующий соображение туман.

По поводу последнего весьма резко высказался Сергей Басманов:

– Над ними довлеют неправильные догмы воспитания, ошибочные глыбы традиций и созданные самолично щиты из словоблудия. Они сами опасаются разбить эти щиты и посмотреть на мир чистым, ничем не замутненным взглядом.

Примерно столько же особей (около сорока процентов) исчислялись среди хорошей, правильной части человечества. И здесь откровенно порадовали светло-голубой оттенок и нежно-апельсиновый. Разве что первые излишне усердствовали в пользу запрета на уничтожение любого разумного существа, а вторые чрезмерно ратовали за тотальное всепрощенчество. Но зато представители обеих этих групп отменно годились для работы с адаптированными особями с последующим контролем над ними. Эти уж точно не переусердствуют на ниве приговоров к высшей мере наказания, в чем допустили гигантские промахи Ландер и его команда в самом начале своей деятельности.

В совокупности светло-голубых и нежно-апельсиновых оказалось двадцать две особи. Внушительное подспорье!

Ну и весьма интригующим оказалось знакомство с шестью особями горчичного цвета. Наверное, оттенок как-то оказался созвучен с главными характеристиками данных дельтангов, потому их в дальнейшем только так и называли: «пекучие». Они и в самом деле с первого момента знакомства могли вызвать даже неприятие своим резким отношение к несправедливости. Причем чрезмерная резкость их поведения при жизни просматривалась и в возрасте умерших: от пятнадцати до двадцати лет.

Иначе говоря, такие личности долго не жили. Или попадали в крайние ситуации, бросаясь грудью на пулеметы, или сами кончали жизнь самоубийством, не в силах существовать в океане лжи, подлости и крайнего нигилизма. Для них не существовало оттенков серого: либо ты хороший человек, либо сволочь и приспособленец. А уж откровенным преступникам они безбоязненно тыкали вслед и кричали во все горло, кто есть кто.

Потому и умирали в пору своего взросления и выхода в самостоятельную жизнь. Слишком сложной для них оказывалась действительность. Не выдерживали столкновения с ней…

Но для общего дела эти шесть особей очень даже подходили. Особенно если их ставить в пару с такими мыслителями и радетелями разума, как светло-голубые, или с такими сторонниками всепрощенчества, как нежно-апельсиновые.

В итоге команда пополнилась сразу тремя с лишним десятками дельтангов, готовых к немедленной работе. Так что бригада чистильщиков убыла в Москву, имея при себе полный комплект помощников в пятьдесят особей и будучи готовыми справиться с любой группировкой «оборотней в погонах». При условии, конечно, что эта группировка не контролируется плотно еще каким-нибудь преступным образованием. Тогда все окажется намного сложней и опасней.

Тем не менее первое щупальце воздействия потянулось в сторону столицы.

Глава 9

Выгодный обмен

Зато оставшиеся соратники побыть некоторое время вне «засвеченного» дома решили в обязательном порядке. Мало ли чем еще генералы подстрахуются? Всем коллективом решили перебраться, тем более что информаторий в любом случае какое-то время еще будут настраивать.

Правда, сразу стала ныть и жаловаться мадам Стрельникова:

– У меня столько холстов… А красок!.. А кистей!..

– Представь, что ты начинающая и у тебя только один мольберт, – посоветовал ей Жора Шалавин.

– Типун тебе на язык! – рассердилась художница. – Мне легче представить, как ты сгибаешься под весом коробок с моими красками.

– Не получится, – настаивал на своем Ландер. – Устраивать тотальный переезд нам ни к чему, можем привлечь нежелательное внимание.

– Тогда не лучше ли купить все новое? – предложила Элла Витальевна Яровая. – Средств у нас полно, так чего мелочиться?

Заметив заинтересованность своей любимой, Роман бесшабашно махнул рукой:

– Покупай все! Все, что хочешь. Даже то, что раньше считала излишне дорогим.

Возражений не последовало. Да и какой художник откажется от такого предложения, после которого можно новую мастерскую оборудовать лучше, чем старую?

На том и постановили. И вскоре все собравшиеся в доме личности стали рассасываться из поместья в разных направлениях. Первыми на машине господина Молоткова уехали дамы. Им предстояло закупить все нужное в художественном магазине. Причем добрую часть знакомого ей товара Зинаида заказывала сразу по телефону в интернет-магазине. Все меньше самим таскать, хотя и есть джентльмен под руками.

Кстати Жора Шалавин не на шутку обиделся, что взяли не его. Хотя суть просматривалась несколько глубже:

– И Сема, этот омолодившийся извращенец! Так и липнет к Эллочке. Какое он имеет право? Даже я себе не позволяю лапать ее за талию!

– Успокойся, Делавар ты наш! – похохатывал Роман, похлопывая друга по плечам. – Ни Семену, ни тебе эта красотка не достанется. Так сказать, уже забронирована одним ее знойным кавалером. Но и тебе плакаться не стоит, потому что бабу мы тебе найдем, а… по башке ты и сам получишь! Ха-ха-ха!

– Чего ржешь? – ворчал товарищ босоногого детства. – Знал бы я хоть несколько приемов, так тебе бы сейчас врезал!..

Все необходимое в машину Ландера друзья грузили уже темной ночью. И радовались, что луна не светит. Вроде считалось, что надо забрать лишь самое основное (в том числе и трофейные багры), но все равно машина оказалась перегружена. Артефакт висел на груди у мистера Рубки постоянно. Щепки – во внутреннем кармане. В последнюю очередь собрались грузить оставшихся тридцать дельтангов «академического толка» и груду тех, которые оказались в этом мире ненужными. Обратно этих иноцветных следовало отправить ранним утром.

Но как раз в последний момент, почитай уже было полпервого ночи, с улицы раздался требовательный звонок.

– Пойду открою? – предложил отчаянный, ничего не боящийся Делавар.

– Вначале надо глянуть через камеру, – напомнил ему очевидное Роман. – И только потом спрашивать «Кто там?».

Глянули, предварительно включив освещение у калитки. Какие-то два подростка лет двенадцати примерно. Причем фигура у каждого более чем спортивная, судя по ширине плеч, – наверняка ребятки плаванием занимались. Лица частично скрыты козырьками спортивных бейсболок. Одеты довольно прилично, если не сказать, что шикарно.

– Вы к кому? – начал переговоры Ландер.

– К вам. По объявлению! – уверенно ответили детишки. Причем чувствовался жуткий акцент в произношении.

– Э-э-э? Какому объявлению? – никак не мог въехать в ситуацию временный хозяин дома.

– «Требуются работники для Харон, – прозвучала цитата. – Самые лучшие и самые сильные». Это – мы. Нас делегировала община.

– Ох, ё мое! – поразился Шалавин. – Так это что, пигмеи?!

Его друг только развел руками и нажал кнопки открытия калитки:

– Заходите, коль пришли! – и уже тише, пока открывал двери: – Только что мы с ними будем делать? Информаторий так до сих пор и не работает…

Наемные для потустороннего мира работники вошли, чинно поздоровались, сняли бейсболки. Теперь уже точно стало понятно, что это не дети. Лица чуть ли не отпугивали взрослой серьезностью и блеском какого-то фанатизма в глазах. Не верилось, что подобные типы могут улыбаться и тем более веселиться.

Чтобы как-то собраться с мыслями, Роман решил задать несколько вопросов:

– И давно ваша община поставляет работников для несравненной Харон и для прочих перевозчиков?

– Восемь тысяч четыреста десять лет.

– Хм! Солидно! Работаете вахтовым методом?

– Можно и так сказать…

– И как часто приходится меняться?

– Один раз в год, если помощники оказываются ловкими и не гибнут.

– И каждый раз дается объявление?

– Нет. Харон сама делает пробой к нашим старейшинам с помощью освободившегося багра.

– Ага… Вот оно как… Ну ладно, пока проходите в комнату, будем думать, как связаться с вашей несравненной богиней.

Все это время он старался не поворачиваться спиной к пигмеям: дети, не дети, но тяжеленные багры метают как облегченные дротики.

В гостиной усадил гостей несколько поодаль от экрана и стал соображать, что делать дальше. Вроде как несравненная утверждала, что для связи с ней достаточно прикоснуться багром к экрану. Верилось слабо, но… Пока не попробуешь, не убедишься.

Правда, немного мешался под руками Жора. Из него так и перло восторгами и неуместными советами:

– Мать честная, это же сколько мы за этих парней получим по весу золотых монет? А давай их сейчас супом угостим? Там еще остался… Или просто пусть воды напьются, а? Хотя бы по ковшику… пятилитровому?

Даже дельтанг Шенгаута не выдержал:

– Экий он стал пронырливый и сообразительный. Такое впечатление, что он в последнее время на рынках Москвы тренировался товар сбывать.

«Это у него временный всплеск смекалки, – мысленно ухмылялся Ландер. – Но с водой он здорово придумал».

Все равно гостям угощения предлагать не стал, а, изготовившись к каким угодно неприятностям, коснулся округлым концом платинового багра поверхности экрана. Сразу после этого мерцание резко изменило свой порядок, ломаные линии тоже пошли по иным направлениям. Подспудно ожидалось, что раздадутся некие звуки не то вызова, не то начавшейся связи. Но через полминуты резко раздался недовольный голос Харон, хотя ее фигура на пол-экрана только угадывалась мерцающими тенями:

– Кого это смертушка принесла?.. Оп-па! Да это же покойник с Земли! Чтоб тебя…! – Какие-то злобные слова так и не поддались переводу информатория. – Да что же ты, гад, творишь?! – это она сразу о последней краже своего товара вспомнила. – И как только мини-портал к моей лоди создаешь? Воришка ты позорный! Еще только раз замечу, веслом твою голову, как арбуз, проткну!

– Надо же, – спокойно удивился Роман. – В вашем мире и арбузы есть?

– У нас есть все! – резко сбавила свою экспрессивность перевозчица.

– А вот и нет! Там у вас отсутствуют не только два багра, но и пигмеи, которые чинно сидят рядом со мной и ожидают своей участи.

– Наконец-то! – Слышалось явное облегчение в прозвучавшем восклицании. – Давай их сюда!

– Как именно?

– Пусть возьмут багор, после чего им и несколькими частями тела коснутся экрана.

– И что с обещанной премией?

– Не переживай, проведу предоплату. Только скажи слово «договор» – и золото, по весу моих новых помощников, просыплется на твою сторону.

– Как все просто… Только вот у меня иное предложение, за которое я готов получить только половину обещанных монет: оба твоих новых помощника хватаются за один багор и таким образом отправляются к тебе.

Этот момент обдумывался с соратниками заранее. Ибо дельтанги в этом мире не могли существовать без определенной жизненной подпитки, идущей от щепок, обоих багров или от человеческого тела. Еще для этого годился артефакт, носимый Ландером на шее. Сутки, не более, мог выдержать дельтанг без подобной подпитки. Потом его самочувствие начинало резко ухудшаться, и, по некоторым расчетам, к концу вторых суток он погибал. Правда, пока ни разу такой эксперимент не ставился.

Что это за энергия или излучение, понять не удавалось. Требовались для этого солидная лаборатория, знающие ученые и время. Пока только пытались отыскать таких ученых среди дельтангов.

А ведь каждодневно Ландер изымал из потустороннего мира внушительное количество спарок. И со всеми ими следовало вначале скрупулезно поработать, провести индивидуальные собеседования с наставниками, да и просто оставаясь в резерве, иметь возможность отдыха и общения между собой. Так что хотя бы один багор являлся крайней необходимостью.

Но, только услышав об этом, Харон снова впала в ярость:

– Червяк! Меченый покойник! Ты осмеливаешься оспаривать условия уже озвученного договора?! Да тебя за это сделают «грязным», а потом используют для большого взрыва!

Кажется, она последнюю фразу сказала явно сгоряча. Потому что замолкла, пару раз шумно фыркнула и тут же попыталась выяснить причины прозвучавшего предложения:

– И зачем тебе легендарный багор?

Но про оговорку Роман запомнил, отложив выяснения на потом:

– Да как сказать… – после краткого совещания было решено признаться: – Мои дельтанги любят часто находиться отдельно, общаясь только между собой. Но при этом теряют резко хорошее самочувствие, если рядом нет орудия твоих помощников. Не знаем, почему так происходит…

Вначале перевозчица хохотнула, потом задумалась:

– Странные у тебя дельтанги… И как только умудрился украсть сразу несколько?.. Неужели тебе с ними настолько повезло? – не дождавшись ответа, она пустилась в морализаторство: – А это все потому, что ты сразу меня отказался слушаться! Помешал мне изначально создать нормальный информаторий! И вот он, результат: ничего не знаешь и ведешь себя хуже истеричного ребенка!

– Это я-то истеричный?..

– Помалкивай, несчастный! И слушай сюда: практически любой драгоценный металл из нашего мира обладает определенным живительным для покойных душ излучением. Так что приготовленные для тебя монеты пригодятся более чем. Понятно?

– Мм?.. А как в этом убедиться?

– Очень просто! Скажи только: «частичная предоплата договора». И тут же получишь от меня половину обещанного золота. Твои дельтанги… (вот же скотина вороватая!) сразу определят пользу этих монет, и все сомнения сразу развеются.

Роман не стал уточнять, к кому относилось ворчание о какой-то скотине. Зато после некоторых переговоров со своими соратниками громко произнес требуемую фразу.

И процесс пошел. Прозвучало некое подобие зуммера, потом звякнуло, словно далеким церковным колоколом, а в финале прямо из центра экрана, на высоте полтора метра, открылась некая щель. Из нее буквально резким водопадом хлынул поблескивающий поток золотых монет. Но если половина из них еще как-то создала кучку, то вторая половина разлетелась и раскатилась по всей комнате.

Этого зрелища хватило, чтобы Жора Шалавин потерял остатки своей сдержанности, если не сказать ума. С восторженными криками и стонами вожделения он пополз по полу чуть ли не по-пластунски, собирая монеты и вопя, когда попадались особо крупные или оригинальные по форме. Потому что круглых оказалось не более половины, а среди остальных виднелись и квадратные, и треугольные, и трапециеобразные, и шестиугольные.

Пир души. Апогей мечтаний вечно нищего человека.

Не обращая внимания на друга, так и ползающего по полу, Роман подобрал с десяток монет и подошел к комоду. Там отставил багры в сторону, прислонив к стене, и выложил золото вокруг академической группы. Касаясь рукой крайних дельтангов, вскоре услышал результат исследований:

«Действует! Излучение в наличии! Состояние превосходное!»

Если так, то можно выполнять все последующие этапы договора. Хотя Роман не отказал себе в небольшой мести:

– Вот если бы ты общалась со мной уважительно, не обзываясь, как дешевая прачка, я бы никакой предоплаты не требовал. Сразу выполнял бы все твои советы и подсказки. А так… изволь и по второму папуасу заранее денежку прислать.

После чего отправил вначале одного гостя. Хотелось рассмотреть, как оно все происходит. А никак! Коротышка ухватил с восторгом багор и чуть ли не распластался вместе с ним по экрану. И тут же его не стало. Словно и не было никогда.

Затем вторая груда монет – и второй пигмей отправился на свое новое место работы. И связь с несравненной Харон оборвалась.

А оставшимся в доме друзьям пришлось покорячиться, собирая монеты и упаковывая их в сумки и небольшие чемоданчики из-под красок. Вот тогда Шалавин и возмутился, таская эти сумки и укладывая их в машине:

– Рома, твою дивизию! Этак и надорваться можно!

– Своя ноша не тянет, – философствовал тот. – Тем более вас трое: ты и жаба с хомяком. Подо что влезли, то и понесли.

Машину однозначно перегрузили, а уж на рытвинах возле ангара буквально ползли, опасаясь так и остаться в одной из луж с лопнувшей подвеской. Только в тот момент Ландер догадался сообразить:

– Почему до сих пор здесь ровный и вечный асфальт не положили? В администрации города у нас уже большинство, часть дорожников тоже не ворует давно, ну а рабочие только рады работать в напряженном трудовом графике.

– Нельзя так резко и так хорошо. – Уж на что Жора казался простым, как отвертка, но и он понимал самое главное: – Воруют на прокладке дорог – две трети от их стоимости. И полноводная река воровской доли идет вышестоящему начальству. Если эта река вдруг обмелеет, наш город вместе со всеми окрестностями моментально в бетон закатают. И это ворье гораздо опасней и безжалостней, чем твои бывшие коллеги по конторе.

– Обен де роуд! – досадовал Роман, уже въезжая в раскрытые для них ворота ангара. – Мне что, придется миллионы дельтангов воровать, чтобы дельные преобразования начались?

Тут же раздалось старческое ворчание Трофимыча:

– Сколько надо, столько и наворуешь! Уж прости за тавтологию, но со здешними ворами иначе не справиться.

Встречала их обеспокоенная Зинаида:

– Ну и чего вы так долго? Мы уже все разложили и почти обустроились.

– Сейчас расскажу… А кого куда поселили?

– Нас с тобой – в мастерскую. Там же оставила уголок для дельтангов и всего им сопутствующего. Жора ляжет спать в комнате с Семеном. Хотя он там предлагал устроиться комфортно Эллочке. Ну и сама Яровая втиснулась в маленькую спаленку. Они, кстати, для вас поздний ужин греют.

– М-да, тесновато получается, – прокомментировал Шенгаут с недовольством. – Для одного – рай, а для компании – шарашка. А уж для Эллы, привыкшей к комфорту и простору, такие условия вообще неприемлемы! – Кажется, он еще и ревновал.

– Ничего, – не поленился успокоить его Роман, – с завтрашнего дня закажем и смонтируем на крыше модульный жилой комплекс. Ангар с прилегающей землей мы практически выкупили, все довольны, так что можем приступать к расширению жизненного пространства и модернизации прилегающих земель.

Спать легли чуть ли не под утро. Потому что не только Шалавин оказался подвержен блеску золотого тельца. Оригинальные, удивительные, неведомые на Земле монеты рассматривали, раскладывали и сортировали невероятно долгое время. Тем более что золотых изделий, полученных в результате обмена, оказалось невероятно много.

Глава 10

Целители современности

Главная сенсация города в последние два дня стала заметно блекнуть. Если вначале только маленькие дети не обсуждали чудесное оздоровление коматозников, то сейчас даже главная газета и местное радио ФМ отводили для этого все меньше эфира и репортерских полос. Причем причина была не столько в ослабевшем внимании обывателя, причина крылась в напряженном ожидании, формирующемся в одном вопросе:

«Получится у них или нет приводить в сознание себе подобных?»

Ведь назвавшие себя ведуньей Дарьей и волхвом Ярославом, когда сами твердо встали на ноги и стали округляться на лицах, заявили:

– Излечим любого человека, давно не выходящего из комы. Но при этом не гарантируем полное восстановление прежней памяти. Да и везти болезных следует сюда, к нам. В иных местах наши силы недейственны.

Ну и как раз два дня назад стало известно, что появились первые кандидаты на исцеление. Не один, а сразу трое. Точнее, это родственники пострадавших решились на сложнейшую транспортировку на дальнее расстояние. Видимо, люди уже отчаялись окончательно и хватались за малейшую возможность для спасения своих близких и любимых.

Вот все и ждали с напряжением: случится ли обещанное чудо?

Тогда как в очередной обычный день в город въехал медицинский автобус, специально оборудованный для перевозки людей в тяжелом состоянии. За ним не спеша ехали два автомобиля представительского класса. Их встретили, а потом и сопроводили к месту нахождения волхва и ведуньи. Те уже пять дней как устроились в здании бывшей районной библиотеки. Хранилище знаний несколько лет как прикрыли по причине отсутствия фондов и желающих работать за мизерную зарплату. Так, по крайней мере, звучала официальная версия.

Неофициально же многие знали, что здание для себя присмотрел мэр города. Уж неизвестно, что он там собирался сделать: то ли шикарную сауну для своего окружения и гостей города (злые языки чего только не наговорят!), то ли детский сад для малоимущих семей. Но в любом случае книги оттуда вывезли и даже сделали шикарный ремонт за счет налогоплательщиков.

Тем более поразительной новостью стало, когда мэр после бурного совещания со своими заместителями и референтами отдал здание под недавних коматозников. При этом он заявил для прессы:

– Если это чудо настоящее, то оно нуждается в должном оформлении. Да и дополнительная слава нашему городу не помешает. Ну а если у наших целителей ничего не получится, то здание мэрия передаст в распоряжение общества пенсионеров и ветеранов труда.

Многие оказались шокированы таким поступком. А некоторые ушлые журналисты даже прошлись с юморком по данному решению. Суть юмора просматривалась в одной статье, в коротком абзаце:

«Кажется, наш мэр прилагает все усилия к раздуванию чуда. И правильно делает! Потому что при посещении бывшей, некогда жалкой библиотеки я ощутил самое главное: мне хочется быть здоровым! Всегда! Чтобы как можно чаще посещать подобные места! И я нисколько не удивлюсь, если любой коматозник, попав в это чудное здание, сразу исцелится. Прочих инвалидов надо тоже туда запускать в обязательном порядке. Вошел на костылях… да и пошел с отвисшей челюстью, те самые костыли отбросив прочь…»

Ёрничество представителя прессы дало определенные результаты. С первого дня в новую клинику потянулся ручей из посетителей. Правда, дальше холла и приемного покоя помощники целителей никого не пускали, но всем нравилось: посетители получали позитив и хорошее настроение. Так что сразу в народе появился этакий лозунг-совет:

«Пенсионер, здоровье бди! В библиотеку приходи!»

Кстати, живчики-пенсионеры как раз и составляли костяк добровольных, если не сказать фанатичных помощников импозантной парочки целителей. По сути никакой иной охраны или сторожей не требовалось, как и представительской группы, действующей на дальних подступах к зданию. Все на свои плечи взвалили добровольцы.

Они и распоряжались на месте по прибытии автобуса: на разгрузку сюда, автомобили поставить туда, подождать надо недолго, кто надо о прибытии уже извещен.

Тем не менее главный среди прибывших даже открывать автобус пока запретил. А с ходу заявил со всей присущей ему безапелляционностью:

– Вначале хочу поговорить с волхвом и с ведуньей! – Солидный такой дядька. Громадный. Хмурый. Угрожающий. – И если мне что-то не понравится…

В приемный покой он прошел с двумя женщинами. Как потом оказалось, с женой и невесткой. И прежде чем начать разговор, долго бурил своим тяжелым взглядом то Ярослава, то Дарью. А те вели себя естественно, поглядывая на визитеров с искренней благожелательностью. Да и выглядели они располагающе. Никто, глядя на них, не поверил бы, что еще совсем недавно эти люди находились в жутком, во всех смыслах этого слова, состоянии.

Волхв выглядел не старше сорока, хотя по восстановленному паспорту ему было под пятьдесят. Тщательно выбритое, открытое лицо, расправленные плечи, горделивая осанка, неожиданно тонкие, ухоженные пальцы рук. И это недавний бомж и конченый наркоман?..

Старушка тоже на свой возраст не выглядела. Этакая дама в возрасте под шестьдесят, тщательно следящая за своей внешностью и пользующаяся для этого самыми современными средствами. Например, макияж вредными для кожи мазями и тушью заменялся татуировками, выгодно оттеняющими глаза и сделавшими губы навечно красными, словно только что подведенными губной помадой. Подобные детали сразу замечаются опытным человеком.

Похоже, внешнее впечатление оказалось весьма положительным. Хотя визитер, грозно прокашлявшись, начал с предупреждения:

– У меня всего один сын! – затем чуть поправился: – У нас… И муж любимый у невестки только один.

– Очень хорошо, значит, у вас крепкая семья! – согласился Ярослав. – Теперь только и осталось нам договориться о последствиях лечения. Точнее, о самом главном неприятном последствии: частичной потере памяти.

– Насколько частичной? – напряглась мать.

– Сложно сказать, потому что у нас еще нет никакой статистики. Но надеемся, что поведенческая линия и линия общественных отношений сохранятся в сознании. Мы, к примеру, ничего этого не забыли и остались для общества вполне адекватными.

– Другой вопрос, – продолжила в тон своему коллеге ведунья, – что очень сложно восстановить личностные отношения. Своих родителей, детей или иных родственников мы начали вспоминать очень смутно, и то совсем недавно. Поэтому вы заранее должны подписать соглашение, что впоследствии по этому моменту не будете иметь никаких претензий.

После короткого переглядывания со своими женщинами и тяжелого вздоха глава семейства кивнул:

– Да, мы согласны подписать.

– Второе условие, – продолжил волхв, внимательно разглядывая невестку. – Вы должны искренне рассказать о ваших отношениях с мужем. А именно: любил он вас сильно-сильно?

– Да, он меня любил, – ответила женщина спокойно, ни секунды не промедлив. – И я готова пойти на все, лишь бы он на меня взглянул осознанно. Даже если он меня не узнает или не вспомнит, я приложу все свои силы и умения, чтобы он полюбил меня во второй раз.

– Хорошо, хорошо, – кивал Ярослав с какой-то излишней озабоченностью. – Я почему так на этом моменте акцентирую… Нам кажется, что во время выхода из комы, а также в последующие дни парню рекомендуется находиться рядом с любимой. По крайней мере, бо́льшую часть времени. Потому и важно именно ваше желание помочь ему, отвечая на любые вопросы с максимальной благожелательностью и готовностью. Недопустимы какие-то нервные срывы, раздражение или невнимательность. По этому поводу предстоит еще вам, уважаемая барышня, пространная консультация. Вам будет запрещено ошибиться в интонации, жесте или тоне. Ибо ваш муж и так еще будет находиться на той шаткой грани, откуда легко свалиться обратно в пучину мрачного беспамятства. Поверьте нам, там побывавшим, насколько это страшно и печально…

– Мы готовы на все! – ответили на это чуть ли не единовременно мать, отец и жена коматозника.

– Тогда завершаем формальности подписанием договора и приступаем к делу. Сегодня мы будем сами осматривать пострадавшего и стараться вывести его из комы. Вас устроят в ближайшей гостинице, номера забронированы. С утра может прийти только жена, потому что изначально только она и будет допущена к больному. Для родителей визит, если все будет хорошо, запланирован на вечернее время.

– Еще один важный совет или настоятельная просьба, – решила добавить ведунья. – До разрешения с нашей стороны воздержитесь от любого общения с прессой, комментариев в сетях и контактов с иными родственниками. Мы не хотим, чтобы нам мешали излишним, назойливым вниманием. Тем более что на подходе в ближайшие дни еще два человека, находящихся в коме.

Ну и закружилась чехарда вокруг приемки первого пациента.

Естественно, запрос на лечение делался заранее. Благодаря этому команда дельтангов постаралась выяснить о больном и его семье как можно больше. Чтобы имитировать частичную потерю памяти, надо знать хоть что-то. Тем более вопрос осложнялся тем, что дельтангу следовало не только взять ничейное тело под воздействие. Ведь жить придется впоследствии не холостяком, которому все дороги открыты, а человеком женатым, к тому же (как минимум!) с желанием относящимся к своей супруге. Еще лучше с пониманием относящимся ко всем конкретным женским слабостям, капризам и желаниям. Это ведь только на словах каждая женщина готова заново подстроиться под своего мужчину и влюбить его в себя хоть сотни раз. А на самом деле (или чаще всего) всегда старается его сломать, подстроить под свой характер. И если характер у нее властный, жесткий, то в будущем возможна трагедия развода…

Вот потому и снималась молодая женщина во всех ракурсах, вот потому и проведена была с ней потом отдельная, продолжительная беседа с многочисленными тестами, проверками, контрольными испытаниями и коварными вопросами. Потому что подбиралась новая особь из числа дельтангов, которая бы с радостью и вожделением согласилась вести полноценную семейную жизнь именно с этой представительницей прекрасной половины человечества. Сложно…

Но необходимо!

Ибо первые шаги целителей должны со стороны выглядеть безукоризненными. Все мелочи и детали следовало предусмотреть, все негативные несуразицы устранить заранее. И уж сам бог велел подобрать характеры, близкие по всему.

Ну и прежде чем определить подходящего дельтанга на проживание в бездушном теле, группе врачей следовало это тело резко и эффективно пробудить. Запустить в нем процессы регенерации, восстановить мускульную силу, заново воссоздать некоторые чувства ориентации в пространстве и чувства ощущения как своих конечностей, так и верного понимания своих внутренностей. То же чувство голода, например, за время внутривенного питания атрофировалось начисто. А как без него правильно жить?

Вот и начались процедуры. Вначале к телу присасывалось в разных местах шесть-восемь самых молодых по возрасту дельтангов. Провоцировалось на два часа резкое омоложение. Затем с противоположной целью возлагались на кожу пациента коллеги максимально старческого возраста. Тело начинало ломать и плющить от резкого старения. После чего вновь запускалась функция омоложения, с поправкой наиболее пострадавших органов и с повторным восстановлением пропавших чувств. Ну и полноценное питание. Постоянная, ежеминутная накачка организма самыми нужными питательными веществами.

Лишь в конце этих сложных и многочисленных манипуляций, завершившихся к утру, пациент встал, походил по своей палате и провел испытания своей функциональности. Все действовало, все радовало, все вызывало уверенность в завтрашнем дне.

С кандидатом из дельтангов, согласных на постоянное воздействие, тоже определились. Им оказался в прошлом тридцатилетний мужчина, который уже считал себя влюбленным в свою официальную супругу. И ему было плевать, что во время своей первой жизни он так и не отыскал себе постоянную спутницу. А здесь прямо-таки влюбился с первой фотографии. Посему горел желанием как можно быстрей пообщаться со своей новой половинкой.

– У нас с ней все получится! – восклицал он с азартом. – И дети будут. Много! Любимые и желанные!

– Не говори гоп, пока не запрыгнешь! – остерегал его волхв Ярослав. – Вначале вообще просто помалкивай, привыкни к ней, а потом уже о детях мечтай. Начнешь говорить или спрашивать, каждое слово обдумывай…

– А то спугнешь девку, и поминай, как звали, – объясняла Дарья. – Это для родителей ты в любом виде сгодишься, а вот для дамы сердца… чуть что не так или заподозрит подмену, ух какой скандал может разразиться!

Парень старался. Все прошло как по нотам. И во время первой встречи он со страстью и вполне искренне прошептал:

– Катюша! Как же я рад тебя видеть!

«Что со мной?» и «Как это случилось?» – спрашивал он уже позже, когда поток слез счастья иссяк, и счастливо вздыхающая жена тут же стала давать ответы. Весь день рассказывала, даже когда кормила мужа с ложечки или помогала ему расхаживаться по палате. Еще больше счастливых эмоций повисло в здании бывшей библиотеки, когда сына проведали его родители.

Семья восстановилась. Семья стала счастлива.

А каким это образом произошло? И насколько этот метод оказался правомочен? Сложно сказать… Но лучше так, чем как прежде, когда молодой, полный потенциальных сил мужчина умирал в коме и приносил жуткие страдания своим родным и близким.

Остальной мир тоже становился добрей, светлей и прекрасней. Чудеса продолжались.

Глава 11

Бытовая текучка

Больше двух недель прошло со времени появления в городе Эллы Витальевны Яровой. Но возвращаться в Москву и заниматься «Логотрансом» она не спешила. В первую очередь сама этому поражалась:

– Кошмар! Доставшееся мне в наследство детище, гигантская корпорация, любимая работа – и без моего пригляда? И я не рвусь туда изо всех сил? Что-то здесь не так… Скорей всего я уже не руковожу своим сознанием…

И она начинала демонстративно ощупывать себя, отыскивая на теле прилипшего дельтанга. Шутила она так. Но, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки.

Простой и честный Шалавин на это ответил так:

– Разве тебе здесь не интересней? К тому же ты полдня проводишь у ноутбука, гоняя своих заместителей посредством скайпа. Ну и во-вторых, где ты еще отыщешь такого делового помощника, как я?

Все эти дни он далеко не отходил от женщины, стараясь стать (и будучи уверен, что стал!) незаменимым для нее. Мало того, постоянные подначки со стороны старой подруги детства, Зиночки, заставили Жору поверить в свою мужскую неотразимость и некое совершенство. Он стал привыкать, что его с Эллой называют женихом и невестой, и даже похвастался этим у себя дома. К худу или к добру, но там этому не поверили.

– Посмотри на себя в зеркало, красавчик! – ёрничала сестра. – Кто ты и кто она! Это все равно что бомж возмечтает жениться на королеве.

– Ну а чего? – возмущался он в ответ. – И такое случается. Вон в Испании одна журналистка, да еще и дважды разведенка, вышла за принца и стала королевой. А чем я хуже?

Тогда как сама госпожа Яровая со смехом встречала каждый намек о близости со своим помощником и настойчиво повторяла:

– У меня уже есть кандидат в мужья. Так что ничего кроме дружбы господину Шалавину не грозит.

Но за шикарной москвичкой еще и Семен Кириллович Молотков стал вдруг ухаживать с невероятной настойчивостью, с отчаянным весельем и с каким-то юношеским азартом. Только недавно разведенный, да капитально подлеченный, да удивительно помолодевший, он при каждой встрече утверждал, что влюбился без ума и готов на любые жертвы ради достижения вожделенной цели. Он стал дарить Элле цветы, настойчиво приглашать в ресторан и даже предлагал сходить в кино. На вечерний сеанс.

Прекрасно осознавая вожделенность своего тела, Яровая и этого кавалера отваживала от себя твердо и весьма последовательно. Еще и приговаривала при этом, нисколько не деликатничая:

– Семен, ты совершенно не в моем вкусе. Даже сильно помолодевший. Потому что я как раз обожаю мужчин солидного возраста. Они рассудительные и надежные, как скала.

– Как кто? – похохатывал Молотков. – Как скала? Хе-хе! Осмелюсь напомнить, Элла Витальевна, что от скалы дети не рождаются. Еще и простудиться можно на старом, холодном камне.

– Ничего, у меня есть наработки, как избежать простуды и как не остаться бездетной, – улыбалась красавица. И тут же прерывала начавшего открывать рот кавалера: – И помогать мне в решении вопроса не надо, дети у меня будут только от мужа.

Семен на это радостно смеялся и утверждал:

– Значит, для меня еще не все потеряно!

Но это они так редко пикировались и упражнялись в остроумии, работы для всех хватало с головой. А то и выше крыши. Чего только стоил уход в подполье и осторожное проживание на новом месте. Правда, и по этому поводу Семен высказывался крайне бесшабашно:

– С тем оружием, что у нас сложено у дальней стенки, мы можем любого врага в пыль раскатать! Чего нам бояться-то?

Ну да, Никита Шенгаут часть «горячего» товара продал, но добрая четверть всех ПЗРК осталась в ангаре. Да и другого оружия с боеприпасами оставалось с лихвой. Если бы не полный контроль над силовыми структурами города, никто бы из компании спать не мог спокойно. А так… как-то привыкли.

Тогда как сам Роман Ландер наведывался уже девятый день подряд в мертвый мир и часа два тратил на подборку дельтангов. Грабил лодь от души, каждый раз не менее двухсот трофеев. Выбирал из лоди несравненной Харон в последние дни уже только двуглазов зеленоватого оттенка, не интересуясь при этом ни полом, ни возрастом этих диковинных средоточий человеческих душ. Ибо все «зеленоватые» годились. Потому что было окончательно признано их максимально возможное соответствие искомым характеристикам. Все честные, тяготеющие к справедливости и, несмотря на пафос этого определения, считающиеся истинными гуманистами.

Но теперь весьма пригодились и двуглазы светло-голубых, нежно-апельсиновых и горчичных оттенков. Благодаря некоей разности в характерах стало легче вырабатывать новые планы, менять концепции, находить более приемлемые альтернативные варианты.

А в какой-то момент даже такая мысль прозвучала:

«Маньяки, конечно же, в нашей компании не нужны. Как и убийцы с самым оголтелым ворьем. Но вот по пять особей из иных иноцветных, этак оттенков десять, иметь для общего кворума не помешало бы. Их базисные идеи, как правило, будут заранее неприемлемы. Но вот во время общих обсуждений они могут подать вполне дельные мысли. Мало того, именно по ним мы сможем отслеживать реакцию среднего обывателя на то или иное событие или наше действие».

Против такого и возражать не стоило. Как ни крути, как ни рассуждай логично, но порой обыватели крайне туго, порой вообще негативно воспринимали то или иное улучшение. И ведь явное улучшение! Бесспорное! А все равно народ побаивался, отговариваясь расхожей фразой:

«Как бы чего не вышло. Лучше-то не всегда получается. Чаще оно только хуже становится!»

И возразить нечего на такое, ибо статистика – жестокая вещь. Большинство законов, спущенных сверху и якобы направленных на улучшение жизни народа, на самом деле только ухудшало, усложняло или сокращало эту жизнь. И только со временем становилось понятно, кто оставался в выигрыше. Те же депутаты разного пошиба, директора жилищно-коммунальных хозяйств лишь самим себе льготы и финансовые поблажки устраивали, откусывая при этом и так мизерные социальные ассигнования на малоимущих граждан.

Вот и пришлось набрать десять групп по десять дельтангов иного цвета. А во время обсуждения какой-нибудь задумки или проблемы еще с этой «сотней» советоваться. Между собой их не смешивали, переговариваться не давали и пока только присматривались, будет ли хоть какая польза с подобными коллегами.

Кстати, подобрали «сотню» не за один и не за два раза. Потому что каждому при собеседовании потом предлагали: хочешь оставайся с нами, участвуй в решении земных проблем и хоть как-то способствуй установлению справедливости, а хочешь возвращайся в лодь несравненной Харон. И вот, как это ни странно, очень многие отказались сотрудничать. То есть предпочли неизвестность загробного мира возможности остаться на родной планете. А самые агрессивные из «отказников» еще и ругались, обвиняя Ландера и его команду в полной некомпетентности и тотальной глупости. Мол:

«Человечество неисправимо! И не должно исправиться по воле какой-то группы себе подобных. Только всепланетарная катастрофа, всемирная война или иное подобное масштабное бедствие может изменить цивилизацию к лучшему. Или вторжение иноземного агрессора, желающего поработить землян».

Сами они участвовать в этом не желали, предпочитая завершить свой путь в устье реки мертвых. Вот такие разные характеры. Вот такое разное видение проблемы. А может, и банальный уход от проблем? Нежелание напрягаться, решая их и преодолевая собственную косность мышления?

Уговаривать таких никто не стал. Да и некогда было.

Помимо глобального захвата власти в городе и его окрестностях и взятия под контроль всех подозрительных лиц приходилось срочно работать над проблемой укрытия дельтанга на теле взятого под воздействие человека. Все-таки вшиваемые под кожу двуглазы не прижились при контакте с агрессивными кровяными клетками. Первых двух добровольцев еле спасти удалось, настолько они ослабли.

Причем они же рассказывали после обратной операции:

«Нам становилось кардинально лучше, когда Роман подносил близко свой артефакт. Или щепки, или багры папуасов. Но ведь доставшиеся нам тела обязаны были постоянно вертеться в обществе, и подобные «поправки» здоровья не могут проводиться каждые четверть часа».

Эти самые добровольцы чуть позже, когда команда получила громадное количество золотых монет от Харон, предложили:

«Если попробовать вместе с нами под кожу вшивать одну монетку? Пусть самую маленькую?»

Стали думать и гадать, пробовать, замерять и просвечивать. Ведь сам дельтанг особо даже при рентгене тканей не просматривался, а монета – она любым детектором металла будет зафиксирована. Доказывай потом в том же аэропорту, что ты не киборг. Потому и выясняли тщательно: количество, вес, расстояние. Результаты оказались более чем обнадеживающими. Причем сразу три разных варианта подходили, хотя и все они выглядели разными по сложности исполнения и эксплуатации.

Первый: дельтанг сложной операцией вшивался под крестец на груди. Затем для поддержания следовало носить иномирскую монету на цепочке. Ну и стараться, чтобы монета висела на нужном месте.

Второй: дельтанг размещали под кожей на шее. Главное, чтобы место было там, где прикасается цепочка. Затем в обычную цепь из земного золота вплавляли на нужный участок кусочек иномирского золота. Для жизненной поддержки этого хватало.

Ну и третий вариант: двуглаза вшивали там, где максимально удобно. Но при нем укладывали туда же тоненькую проволочку из золота, доставшегося от Харон. Для этого монеты безжалостно рубили, плавили и… прочее. Несмотря на такой мизер металла, неведомой энергии хватало, да и бытовыми сканерами этот мизер не фиксировался.

Так что все проблемы с дальними командировками были сняты.

Кстати, еще в первые дни бригада врачей решила проблему «омерзения». Именно так о ней высказывались дельтанги, беря под контроль тела особо подлых и оголтелых преступников. По словам того же Трофимыча, пожить в таком теле считалось как влезть в скафандр, полный дерьма. Никакое привыкание не спасало.

Вот тогда кто-то из врачей и предложил устраивать несколько раз «качели». То есть казненному преступнику не просто уничтожали сознание, но и его оставшееся тело несколько раз резко омолаживали и старили. После таких методов тело становилось относительно чистым, и получивший вторую жизнь дельтанг жил в свое удовольствие, словно заново родившись.

В той же сфере деятельности врачи пытались решить иную глобальную проблему для дельтангов. Например, тот же господин Шенгаут очень хотел получить второй шанс на жизнь в личном теле, пусть и доставшемся ему после казни какого-нибудь преступника. И не только по причине своего тотального жизнелюбия. Никита Трофимович вдобавок воспылал любовной страстью к Элле Витальевне. Точнее, окончательно воспылал. И даже сумел донести до нее свои планы о дальнейшем совместном проживании.

Что интриговало информированных наблюдателей: мадам Яровая на предложение ответила положительно и согласилась ждать своего кумира сколько угодно. Как и впоследствии принять его в любом выбранном им теле. Ну тут-то вся загвоздка и крылась! Приговоренных к казни преступников хватало. Вполне приличные среди них попадались по морде, по фигуре, по осанке и… так далее. Зато возраст дельтанга Шенгаута (за девяносто!) моментально начинал старить тело, взятое под полный контроль.

И как этого избежать?

Дилемма. Да и Трофимыч мечтал появиться перед своей возлюбленной раз и навсегда. Потому и ждал… ревнуя к Семену и Жоре, потому и подсказывал нетерпеливо Ландеру:

– Врачей! Нам нужна как можно бо́льшая команда врачей!

– Если бы на них были красные крестики… – вроде как с сочувствием сокрушался мистер Рубка. – И то не собрали бы нужного количества. Для решения этой проблемы надо гигантский НИИ укомплектовать. Или самое простое – отдать тебе артефакт. А?.. Живи и радуйся! Я только натаскаю еще пару тысяч твоих коллег – и на покой…

Сам предлагал и сам не верил в подобное. В том плане, что уйдет в сторону от борьбы за справедливость. А вот артефакт мог многое. Например, тот же факт стабильного возраста. Если цепь с медальоном на шее у носителя – он не стареет и не молодеет, пусть его хоть сотня спарок берет под тотальное воздействие.

Еще и сам по себе медальон обладал исцеляющими свойствами. Как заметили совсем недавно, он прыщ или мелкую царапину на теле устранял за две-три минуты. Зуб переставал болеть минут через пять. Надолго ли? Пока вроде боль у страждущих ни разу не вернулась. Перед крупными ранами он пасовал. Как и перед сложными внутренними болезнями. А может, им неправильно воздействовали? Эксперименты продолжались, количество дельтангов-врачей и врачей после адаптации возрастало.

Изучали также самого Романа. Очень старались отыскать на нем нечто особое, некую метку, о которой постоянно и со злорадством твердила Харон. А что метка существует, сомневаться не приходилось. Слишком особенным их спаситель выглядел с точки зрения дельтангов. Например, его нельзя было взять под полный контроль. Один только раз Шенгауту нечто подобное удалось, и то с огромным трудом на несколько минут, когда пигмей появился в доме у Зинаиды и собрался убивать Ландера. А почему так получилось, выяснить не удалось. Тогда Змей свою лепту внес, что-то колдуя, да и обстоятельства разные наслоились в виде сна, жуткой усталости и разного прочего.

Также никто кроме Ландера не мог пользоваться артефактом для подглядывания за миром Харон. Те же щепки в иных руках были всего лишь особенными обломками редкого дерева, не более.

Кроме этого, никаких иных отклонений от обычного человека у Романа не было. Магом себя не чувствовал, фейерболами огненными не швырялся, вырастить дерево из косточки за пять минут даже не пробовал. Но все равно пребывание в мире мертвых что-то оставило на теле Ландера или на его ауре. Жаль, не удавалось понять, что это конкретно и насколько это опасно. И опасно ли вообще?

– Скорей бы во всем разобраться да успокоиться! – нервничала Зинаида уже в который раз за последние дни. – Хотя как же, успокоишься тут с вами. Так и думаю, а не горит ли мой дом?

– Ну там же не утюг забыли выключить, – успокаивал любимую Ландер. – А всего лишь суперсовременную плазму и десяток ни капельки не греющихся видеокамер. Хотя, если честно, я тоже нервничаю: уже третьи сутки оканчиваются после нашего переезда в ангар, а обещанной настройки все нет… Змей больше в доме не появлялся…

Когда покинули дом художницы, то с некоторым запозданием вспомнили про информаторий. Все-таки заглянуть через него в мир Харсмеллон очень хотелось. Да и не обидятся ли вышедшие на связь консультанты, не обнаружив перед экраном ожидающего землянина? Не наведываться же для этого в дом каждые полчаса?

Проблему моментально решили общим мозговым штурмом. И уже следующей ночью в гостиной дома Стрельниковой установили максимально возможную по величине плазму и должные видеокамеры. Аналогично поработали и в ангаре. Так что с того часа, как кто появится на экране информатория или пойдет звук, сразу же сигналы оповестят об этом на новом месте поселения. После чего Роман, а в его отсутствие Зинаида усядутся в удобное кресло и смогут с ленцой поинтересоваться:

– С чем пожаловали, господа?

Почему-то представлялось, что это будут вначале техники, простые, веселые и понятливые парни земного формата. А с такими всегда легко общаться и договариваться.

Тем более шокирующей оказалась иная сущность, которая появилась на экране после визита шамана Айто, когда информаторий все-таки заработал в конце четвертых суток.

Глава 12

Коварный гипноз

Хорошо, что в тот момент в ангаре оказался Роман. Подхватив себе на колени десятка полтора дельтангов руководящего звена, он уселся в кресло, стараясь не показывать двуглазов, которые и так смотрели на экран его глазами. Ну а за плечами своего мужчины встала Зинаида, успевшая захватить еще десяток дельтангов, прицепив их себе на спину. Как говорится, лишнее мнение не повредит, да и соратникам было жутко интересно послушать, что же скажут так давно ожидаемые техники?

Чуть позже, ни у кого не спрашивая одобрения, к экрану подтянулись Элла, Жора и Семен. Они-то уж точно и сразу поддались гипнотизирующей картине увиденного зрелища.

Качество изображения, учитывая даже непрямой просмотр, мягко говоря, поражало. А уж все увиденное!.. Сразу так вот одним взглядом и не оценишь.

На том конце связи оказалась громадная студия (или зал?), прозрачная задняя стена которой открывала вид на пространство, заполненное футуристическим пейзажем околопланетного космоса. Причем космоса настолько напичканного технически совершенной техникой, что сомневаться в величии тамошней цивилизации выглядело несусветной глупостью.

Чуть больше трети вида занимала своим краем планета. Понять ее размеры сразу не представлялось никакой возможности. Сопоставления, масштабы и привычные ориентиры не действовали. Но даже первая оценка увиденного не соответствовала имеющимся у землян знаниям: планета казалась огромной. Минимум как Нептун. И в то же время на язык просилось совсем иное название: Сатурн! И все по причине колец, отлично просматриваемых из студии в профиль.

Только присмотревшись к этим кольцам, приходило понимание, что там их не два. И даже не три! Целых пять колец неизвестной толщины висели над планетой и наверняка вращались вместе с ней. Расстояния между кольцами соответствовали их же толщине. Ширина?.. Сложно, сравнить не с чем… Потом решили, что ширина примерно раз в пятьдесят больше, чем толщина.

А вот составляющая колец не вызывала никаких сомнений: искусственно созданные объекты! И, скорей всего, не просто космические корабли, а громадные космические станции. А уж насколько громадные, землянам удалось удостовериться чуть позже.

Что еще подметили впоследствии, картинка на заднем плане оказалась не статичной. Край звездного освещения смещался медленно вправо, и с левой стороны показывалась ночная сторона планеты. Причем настолько ярко освещенная, горящая целыми полями и подсвеченными горами, с сияющими огнями, что наверняка на поверхности никто не замечал смену дня и ночи.

Еще какие-то искорки мелькали в разных направлениях, очень похожие на сполохи сгорающих в атмосфере метеоритов.

Ну и только после осознания эпичности картины заднего плана глаза улавливали нечто иное на ближнем плане студии. Хотя это «иное» все равно занимало не меньше чем четверть экрана. Этакий высокий круглый столик «а – ля бар» на тонкой ножке, возле него высокий барный стул, и на нем смуглая креолка с длинными, до пояса, волосами. На столике перед ней – блюдце с чашечкой, из чашечки все время надпивается, но она всегда полная и чуть парующая. Бездонная, что ли?..

Креолка почти голая, потому что какие-то блестки и несколько полосок краски даже самый оптимистически настроенный блюститель морали за одежду не посчитает. Ну и ноги…

– Таких ног не бывает! – уверенно заявил Шенгаут, когда первым стал немножко приходить в себя. – Явно искусственные!

– Ы-ы-ы? – только и смог из себя выдавить при начавшемся ментальном диалоге Роман.

На что сразу же среагировала его Стрелочка, держащая свою ладошку на плече возлюбленного и все прекрасно слышавшая:

– Слюни-то подбери! Не то язык потеряешь!.. И вообще!.. Веди себя прилично!

Наверное, окрик подействовал, Ландер задышал спокойнее, расправил плечи, прикрыл рот и облизал пересохшие губы. Хотя не удержался от небольшой подначки:

– Да ты сама ею любуешься! И наверняка потом ее нарисовать захочешь. А уж после просмотра видеозаписи…

– Я профессионал, мне можно! – строго заверила талантливая художница. – А ты должен говорить только по делу и придерживаться заранее разработанного плана. Вперед!

– Да как-то неудобно… И грубо прозвучит: «че надо?».

Но все-таки собрался с духом и попытался начать разговор с… кем? Вроде на техника креолка походила меньше всего.

– Кхе, кхе… Рад вас видеть, э-э-э…

– Называй меня просто Ведущая. Тем более что именно на первых этапах я по жребию назначена твоим куратором! Ты готов? – томным голосом промурлыкала креолка, одним только звучанием заставляя вздрогнуть не только троих мужчин или большинство мужских дельтангов, но и сам Трофимыч задергался:

– Уф! Как она бьет сурово! Насмерть!..

Но Ландеру помогала сосредоточиться на главном рука Зинаиды, ну и гомон многочисленных комментариев со стороны остальных дельтангов. Поэтому он пару раз моргнул и сам попытался спрашивать. Но не «К чему готов?», а несколько по иной теме:

– По жребию? Значит, это не привилегия для тебя?

– О чем ты говоришь, малыш! – обворожительно рассмеялась красавица. – Хуже такой обузы не придумаешь, – теперь она жаловалась так искренне, что сердце рвалось от сочувствия. – Учи, наставляй, а напоследок отчитывайся перед разными комиссиями о причине твоей гибели. Врагу такого не пожелаю!..

– Мм?.. А почему сразу гибели?

– Конечно, не сразу, – улыбнулась Ведущая так, что стало тепло и спокойно на душе. – И не все! В одном случае из десяти новички выживают. И тогда на мой социальный контент начнут поступать премиальные баллы. Но это так редко случается, так редко…

Она чуть не всхлипнула от искреннего расстройства. А уж как непроизвольно закручинился мистер Рубка! Но силы бравировать все-таки в себе отыскал:

– Меня очень сложно убить. К тому же я хорошо усваиваю дельные подсказки и новые правила. Да и надежных помощников у меня хватает. Если ты мне толком растолкуешь, в чем кроется главная опасность, со мной ничего не случится, и ты получишь очень много своих вожделенных баллов.

– Ах! Как это было бы здорово… Я о баллах! – резко изменив тон на крайне скептический, пояснила смуглянка. – Потому что с тобой сразу все ясно. Этакий милый, крепенький, но излишне самоуверенный цыпленок, который уже натворил кучу глупостей и несуразностей.

– Например?

– Далеко и ходить не надо. Оглянись вокруг и скажи: что за посторонние особи рядом с тобой?

– Где? – Роман чисто непроизвольно оглянулся, уточняя в недоумении: – Ты о ком? Здесь моя жена и лучшие, самые проверенные товарищи.

– Во-от! Вот именно! И если бы ты сразу стал получать информацию через установленный тебе экран, знал бы первое и основное правило каждого владельца дельтангов: «Никто из живых существ твоей цивилизации не должен до первого сполоха знать о дельтангах или о твоей связи с ними!»

– Почему?

– А сам не догадываешься?

– Не-а! Ты ведь моя Ведущая? Вот и объясняй.

– Ха-ха! – вновь заразительно рассмеялась красавица. – Харон говорила, что ты упрямый тупица, но мне кажется, что ты просто… излишне любопытный. Поэтому объясняю тебе первое правило, но уже для меня: «Ведущий подает материал и дает справки поэтапно, строго соблюдая очередность сполохов. Этим проверяется умение владельца дельтангов выживать в экстремальных ситуациях». Если я это правило нарушу, то баллы с моего социального контента вообще изымут. Все до одного!

– Суровая у вас там жизнь! И непонятная, – рассуждал Ландер, прислушиваясь к многочисленным подсказкам на ментальном уровне. – Хотелось бы еще только понять, что такое «сполох» и чем отличается первый от второго.

– Не волнуйся, сразу поймешь, после того как он сработает. А мне пока полагается молчать на эту тему.

Дальнейшие пять минут молчали все. И не по причине каких-то правил или обид друг на друга. И не по причине неполадок со связью. Хотя именно это и подсказывала изначально житейская логика.

Первично затряслось, задрожало изображение студии. Тут же удалось рассмотреть, что личико красавицы стало впервые недовольным и озабоченным. Потом она одной рукой ухватилась за столик, второй подхватила свою бездонную чашку, а длиннющими ногами обвила стойки стула и непосредственно столика. Словно пыталась удержаться. Затем вибрация усилилась, и на заднем фоне, сверху, стало появляться нечто черное, бугристое и бесформенное.

«Катастрофа!.. Метеорит!.. Спутник планеты!..» – последовали от дельтангов различные предположения. А черная масса все наплывала и наплывала, пока не закрыла почти весь пейзаж заднего плана. И стало понятно, что бугристая масса имеет форму гигантского веретена, пролетающего мимо. После чего показалась конечная часть этого веретена, утыканная по радиусу многочисленными лиловыми отверстиями, очень напоминающими дюзы. Черная махина стала удаляться, медленно уменьшаясь в размерах.

Смуглянка тоже явно расслабилась, расплела ноги и интенсивно прихлебывала некий напиток из своей чашки.

– Что это было? – не удержался Роман от вопроса.

– Рудовоз! – последовало в ответ недовольное ворчание. – Чтоб он в дыру провалился…

– И как же так? Вы в космосе. Вокруг вакуум. С чего вдруг такая вибрация и тряска?

– С чего, с чего… Вокруг нас столько полей, в том числе и общего гравитационного пояса, что при неудачном соприкосновении даже этот рудовоз может размазать в тонкий слой молекул… Ладно, на чем мы остановились?..

– Ты обещала дать подсказку намеком, что такое «сполох»?

– Хм! А ты молодчина, не теряешься! – Ведущая вновь развернула во всю красу свои сексуальные прелести. – Если выживешь, приглашу к себе на пикничок. У меня такие деликатесы порой бывают, мм! Руки по локоть облизывать будешь! К примеру, есть такие солнечные попугаи, так они после соуса да на вертеле…

Почувствовав щипок на шее, Роман заметил:

– Моя супруга не любит летающую живность.

– Так ее никто и не приглашал! – фыркнула Ведущая, демонстративно меняя ноги, закладывая их одна на другую. – А если понадобятся дешевые самки, то у нас тут своих хватает на любой вкус и цвет. Или ты предпочитаешь самцов? Таких мачо, как возле тебя сейчас отираются?

Выглядело несколько странно, но «самцы» не возмутились на такие слова, а продолжали стоять с остекленевшими взглядами. Точно так же равнодушно вела себя и Элла. Похоже, для них троих первый контакт с иным миром оказался невероятным испытанием психики.

Так что Ландеру пришлось самому защищать товарищей:

– Эти парни природой заточены на ублажение красавиц, подобных тебе. Познакомишься с ними, будешь на седьмом небе от восторга. Ну и детей они умеют делать ювелирно. Да каких детей!..

Слушая это, смуглянка слегка кривилась в недоумении:

– Слушай… – задумалась, что-то вспоминая или получая подсказку со стороны. – Рубка? Хм!.. Странное имя… Так сколько у тебя дельтангов, Рубка?

– А сколько надо? – пожал плечами он и тут же начал торговаться: – Ты мне отвечаешь на мой вопрос про сполох, я тебе называю точное количество моих двуглазых помощников. Идет?

– Нельзя…

– Тогда ответь мне на вопрос: куда сдает та же Харон собранных у нас дельтангов?

– Какой противный! – стала сердиться Ведущая. – Повторяю последний раз: все, что тебе надо знать на первом этапе, я тебе сама расскажу. Так что веди себя чинно, слушайся и подписывай договора.

– Кровью?

– Ха-ха! Читала я такую ересь у вас про каких-то чертей, скупающих души. И у нас подобная легенда есть… Вот уж… смешной! Но тут рвать или перекусывать вены на руках не придется. Достаточно просто будет ответить на мой вопрос словом «согласен!». У нас подобные вещи фиксируются четко и навечно. Ну и договора стандартные. Итак…

«Что-то она слишком быстро к подписанию каких-то договоров тебя склоняет! – разволновался Шенгаут. – И наши друзья мне не нравятся, особенно Эллочка… Такое впечатление, что они под гипнозом!»

«Будь осторожен! – прикрикнула на ментальном уровне и Зинаида. – Не спеши давать согласие!»

Роман и сам почувствовал, как на его сознание пытаются воздействовать, словно обволакивают каким-то странным, невидимым туманом. Но в то же время он не сомневался, что четко себя контролирует. Да и дельтанги совместно с супругой оказывали внушительную помощь.

Тем временем Ведущая надиктовала с интонациями Левитана:

– Стандартный договор первого уровня для нового мира и для первого владельца планетного уровня, карзарина Рубки. Тип договора 6413/85КМД. Сторона от мира Харсмеллон – Ведущая Сануариандана 1015: Согласна! От мира Земля: карзарин Рубка. Согласен?

Почему-то очень захотелось ответить: «Согласен!» Роман даже заметил за собой попытку кивнуть головой. И все-таки ответил категорически:

– Нет! – и тут же стал пояснять, внутренне посмеиваясь над округлившимися глазами собеседницы из иного мира: – В самой постановке вопроса куча ошибок и несуразностей. Мистером Рубкой меня могут называть только близкие друзья и умирающие от моих рук враги. То есть следует упоминать мое настоящее имя, а не взятое бог знает откуда. И кто такой «карзарин»? Может, это слово ругательное, и я требую его ко мне не применять!.. Дальше: почему договор с тобой, а не с Харон? И что за договор? Почему я его предварительно не увидел в отпечатанном виде? Ведь вначале надо прочитать, что подписываешь, не правда ли, уважаемая Сануариандана? Еще и с номером каким-то странным… уж не тюремным ли 1015?

– Чего там читать, – наконец пришла в себя Ведущая. – Договор стандартный, все подписывают…

– Да? Судя по твоим действиям, возникает такое впечатление, что подобное подписание у вас происходит каждый день пятьсот тысяч раз. А вот ни за что не поверю! Скорей всего, на каждый случай составляется новый, персональный договор, в котором учитываются все особенности, предпочтения и пожелания нового мира.

– Чего там учитывать?! – уже явно сердилась смуглянка. – В соглашении регулируются форма оплаты за услуги, налоги на продажу и покупку дельтангов, правила торговли иными предметами и продуктами питания. Без этого даже информаторий, и тот тебе вскоре отключат!

Ландер беззаботно рассмеялся:

– Да песец, какое горе! Можно подумать, я просил об его установке? – еще раз хохотнул издевательски и потребовал: – Короче, лапушка, договор – в студию!

Повисла пауза, во время которой Ведущая глядела на землянина сквозь прищуренные веки и попивала свой таинственный нескончаемый напиток. Но и земляне зафиксировали за это время одну интересную деталь, весьма важную для осознания масштабности наблюдаемого космоса. Рудовоз все время удалялся и удалялся, пока не превратился в еле заметную точку. И вот эта точка явно приклеилась к чему-то гораздо большему, похоже, к разгрузочному терминалу. И вот этот терминал являлся чуть ли не самым крохотным в потоке искусственных сооружений, висящих на орбите в самом ближнем к зрителям кольце.

– Надо будет потом внимательно просмотреть этот момент на видеозаписи, – посоветовал Шенгаут. – Это что-то невероятное по масштабам, прямо в голове не укладывается…

Тогда как Ведущая пришла к каким-то выводам и приняла решение:

– Вижу, что дельтангов у тебя много и тебе с ними повезло. Но твои амбиции принесут тебе массу проблем. Да и твоя знакомая Харон подвергнется гигантскому штрафу, если она хоть словом обмолвилась о запретном для новичков первого круга. Уж я постараюсь инициировать самую строгую проверку ваших общений.

– Ой, благодетельница, век на тебя молиться буду! – притворно обрадовался Роман. – Только накажи эту вульгарную бабу! Пусть ее в тюрьму упекут лет на двести! А то она каждый раз грозится мне голову веслом проломить. Прямо сил нет с ней больше общаться!

– Ёрничаешь? Ну, ну… – Собеседница не скрывала своего явного недовольства. – И договор хочешь почитать?

– А как же! Причем желательно не только стандартный, названный тобою, но и несколько иных вариантов, среди которых я бы выбрал самый подходящий.

– Ладно, – вроде как моментально последовало согласие. – Бери… Изучай…

Под эти слова из центра экрана в доме Зинаиды вывалилась вначале одна то ли книга большая, то ли папка толстенная, а потом еще пять. И тут же последовал напутственный наказ:

– Время у тебя для выбора – одни ваши сутки. Тогда же и выходим на второй сеанс связи. Если сам не сделаешь выбор, мое слово будет окончательным. Так что шевели мозгами, красавчик… До завтра!

Изображение исчезло. Величественная панорама космического пространства осталась в памяти записывающих устройств.

Глава 13

Шпионские страсти

Первой заговорила Стрельникова, как-то излишне жестко поглаживая возлюбленного мужчину по шее:

– Чего это она тебя все время красавчиком называла?

– Зин, не отвлекайся на глупости! – посоветовал он ей с досадой. – Тут и так голова гудит… Эй! Не спать! – это он уже стоящим друзьям выкрикивал. – Приходим в себя, быстро, быстро!

После чего, не церемонясь, навесил на каждого по несколько дельтангов, возраст и специальность которых четко указывал Трофимыч. Так что уже через минуту введенные в гипноз соратники стали признаваться:

– Вот уж не думал, что нас так блокирует, – поражался Семен. – Ну чисто деревом себя ощущал…

– Не совсем деревом, – добавил Жора Шалавин. – Мне, например, рыдать от горя хотелось, когда Рома отказал этой красавице и сказал: «Нет!» Вся суть во мне вопила, что он не прав и при этом дико оскорбил прекрасную, несравненную, великолепную…

– Хватит! – резко прервала его Элла Яровая. Еще и за руку Делавара зло ущипнула: – То он мне эти слова говорит, то какой-то глистоногой бесстыднице, которую первый раз видит и которой даже надеть на себя нечего! – после чего потерла свое лицо ладошками и пожаловалась: – Жутко! Жутко и неприятно себя чувствовать под таким гипнозом. Понимала, что под чужим контролем, боролась с этим, но…

– А вот не надо оставаться без дельтангов! – справедливо укорил их Ландер, вставая на ноги и доставая из кармана мобильный телефон. – Уже пора привыкнуть к ним и доверять в полной мере. Всегда и везде!

Глядя, как он выбирает номер в списке абонентов, Зинаида поинтересовалась:

– Кому это ты?

– Надо срочно привезти папки из твоего дома. А самому там появляться не с руки… Вот пусть кто-то из «наших» и привезет…

Общее мнение по этому вопросу оказалось единодушным: в договоре ничего хорошего для землян нет. Но изучить его надо, как и другие, ему подобные. Но Роман также обратил внимание на одну оговорку Ведущей:

– Она очень опасалась, что Харон в чем-то проболтается. Потому как просто не осознает, насколько перевозчица на меня зла. Тем не менее именно Харон и может проговориться. Но! Не в беседе со мной, а будучи в нормальной, рабочей обстановке.

– И что ты предлагаешь? – озвучил общий интерес Шалавин, после того как распоряжение доставить папки ушло кому следует.

– Сейчас как раз по времени – финал сплава на лоди. Загляну туда аккуратно, подслушаю, о чем Харон с гномом разговаривает. Мало того, давно надо проверить, куда меня просмотровое окошко выведет, если я буду держать в руке только щепку от весла. Так что… кто со мной?

Сопровождать Ландера на озеро всем надоело. Скучно. Только и надо помогать ему из стоящей лоди однообразно собирать двуглазов нужного цвета. А вот еще раз побывать возле пункта приемки, а то и попасть внутрь – совсем иное дело. Так что соратники моментально загорелись и живо откликнулись на приглашение.

Тем более что весь процесс не нуждался в доработке или изменениях. Сам Рубка помещался на большой стол, амулет укладывался в три витка у него на лице. Дельтанги – на тело. Зина, друзья и Элла усаживались на стульях с подлокотниками вокруг стола и своими руками касались оголенных рук «проводника». Затем только и следовало ему взять в ладонь нужную щепку.

Вначале это был обломок от лоди. И успели наблюдатели как раз вовремя: перевозчица выбралась на пирс, а ее помощники приближали раструб засасывающего устройства к груде дельтангов. Только и оставалось, что сместить точку обзора чуть сзади головы Харон, чтобы все слышать и чтобы не мешало гудение устройства.

– Что там новенького? – поинтересовалась несравненная дама с веслом. – Кто выиграл конкурс быть Ведущим у этого меченого червя?

– А то были сомнения? – скептически прищурился гном. – Самая пронырливая в департаменте и самая физически модифицированная худышка, обаяшка Са-а.

– У-у-у! – с досадой протянула Харон. – Эта ведьма облапошит глупого карзарина по полной программе. Без трусов останется, болезный. А уж если по максимуму системы гипноза против него используют…

Водитель машинки с насосом уставился на собеседницу с удивлением:

– Ты вроде утверждала, что новичок – вполне крепкий орешек? Может, выкрутится?

– Вряд ли! Против Са-а у него никаких шансов. Ну почти… Разве что дельтангов наворовал у меня много. Да все они в масть. Да сработаются между собой…

– М-да. Слишком много условий… А это правда, что ты вчера с главой департамента разведки погрызлась?

– Неправда! Не грызлись мы. Просто я чуть… не убила этого козла!

– Что, из ревности?! – выпучил глаза гном в притворном ужасе.

Перевозчица вначале скривилась и фыркнула. Потом все-таки стала рассказывать, ухмыляясь с каким-то злорадством:

– Из ревности я скорей тебя пришибу. А вот от того козла последовало неожиданное предложение перевестись на Бадевейл. Мол, и контракт уникальный, и мир – просто сказка, льготы, повышенные тарифы… И ведь знает, сволочь, прекрасно, что после Земли я ухожу в от– ставку.

– А что это за Бадевейл? – поразился лысый. – Первый раз о таком слышу… Или это пока тайна?

– Уже нет. А технические характеристики…

Она зачастила какими-то непонятными числами, дробями, сложной маркировкой из букв. И подслушивающим землянам стало неинтересно, зато появилась возможность переговорить между собой.

– Попробуй сменить щепку, – посоветовал Шенгаут. – Вдруг что-то не так пойдет?

– Семен, готов? Тогда действуй!

Молотков вначале вставил иной кусок древесины в ладонь друга и только потом вынул первый, который когда-то откололся от лоди. Для наблюдателя окошко вроде как ничем не изменилось, но, рванувшись по сторонам, он определил довольно быстро, что теперь привязка точки обзора относится к веслу. А свое орудие труда несравненная дама так и держала при себе.

– Сработало! – обрадовался Ландер. – Теперь попробуем попасть в местное хранилище дельтангов. Или где их тут накапливают?

Очистка лоди завершилась. Насос перестал гудеть, пигмеи выскочили на пирс, встав возле работодателя и подобострастно выпрашивая поощрение. Получили. Все те же плоские, невзрачные на вид камушки. Но только после прозвучавшего строгого наущения:

– Завтра являетесь на два часа раньше!

Коротышки покивали, поклонились и сбежали.

Там и машинка уехала с гномом, да и сама Харон двинулась следом за ним. Наблюдатель тоже не отставал, держась за спиной, далеко не женской и не грациозной. Ну и некоторые дельтанги не удержались от предвкушающего действа:

«Сейчас! Сейчас мы выясним тайну о нас!..»

За воротами оказался широкий коридор. Но Харон сразу свернула в первую же дверь налево. Потом другой коридор, третий, и взору открылся зал среднего размера с какими-то многочисленными полураскрытыми коробками. Или пирамидами для оружия? Потому что в одной из них стояло четыре багра в специальных креплениях, и туда же несравненная дама всадила с изрядной силой свое громадное весло. И стала закрывать крышку пирамиды.

Откуда-то сбоку вынырнул вполне молодой и симпатичный парень. Одет вроде в форму, похожую на форму почтальона, но с тремя разнокалиберными бляхами на груди.

– Как обычно? – рутинно поинтересовался он.

– Нет, завтра отправь реквизит на два часа раньше.

– Ого! Чего так рано?

– Да есть кое-какие нехорошие подозрения, что меня грабят, – грустно призналась перевозчица. – Ну и новеньким помощникам нужна полноценная тренировка.

– Добро. Отправлю! – заверил парень. После чего приложил к крышке большой кругляш картона с какими-то символами.

И обитатели иного мира, даже не попрощавшись (да и не поздоровались они!), отправились каждый в свою сторону. Видящие все через «проводника» дельтанги застонали от разочарования и досады:

«Разве тут что-то ценное подсмотришь?..»

И тут парень, обладатель трех блях, выскочил обратно в проход, восклицая:

– Харон! Я тут с техником наладки говорил, так он удивлялся: почему карзарин с Земли именно с тобой договор не подпишет?

– А кто же ему такую лафу подскажет? – Она развернулась боком и при ответе смотрела куда-то в потолок. – Протоколом запрещено даже словом обмолвиться, все в информатории записано дословно. Если что, эта ведущая Са-а с меня такой штраф слупит, что волей-неволей на следующий контракт соглашаться придется.

– А может, он сам догадается?

– Как? Это же надо вначале Ведущую уличить в обмане. Чем и прижать в торговле. Потом, еще кучу всяких юридических закорючек знать. Нет… нереально.

И она вновь стала поворачиваться, чтобы продолжить путь. Но Ландер уже ринулся к ней, протаскивая точку наблюдения на максимальную дистанцию от запертого весла, и стал кричать:

– Харон! Стой, Харон! Поговорить надо!

Та вроде как споткнулась, замирая на месте. Потом осторожно оглянулась по сторонам, но так и не смогла понять, откуда ей что-то слышится. Пришлось продолжать кричать:

– Это я, карзарин Рубка, с Земли. Если слышишь меня, кивни! – получив легкий кивок, продолжил: – Я тебя слышу отлично. Но можешь ли ты здесь говорить нормально?

Еле заметно, но явно перевозчица отрицательно мотнула головой. После чего многозначительно покрутила глазными яблоками в стороны и закатила их к потолку.

– Тогда встретимся завтра там, куда ты прибудешь на два часа раньше обычного. Уж там-то тебя никто не подслушает. Правильно?

Судя по кивку, получалось, что правильно.

На том и расстались. А когда связь через артефакт прикрыли, поднялась бурная дискуссия среди соратников по нескольким темам одновременно. Правда, Роман сразу оттуда устранился.

– Дамы и господа, – это он так к дельтангам обращался. – Вы тут сами пока фантазируйте, а нам надо доставленные папки просмотреть. Вон уже человек перед воротами дожидается… Хотя и ваша помощь в изучении материала понадобится: папки вроде нереально толстые.

Сказал, как в воду глядел. Намучились они до самого утра с попытками понять непонятное. Первым делом ставил в тупик перевод. Порой на удивление верно использовались на русском языке сложные обороты чиновничьей бюрократии. Но чаще какое-то несуразное слово, написанное русскими буквами, приводило в полное недоумение. И следовало упомянуть, что подобных слов было излишне много. Словно земляне обязаны были обучаться на бухгалтерских курсах мира Харсмеллон.

Разве что общие понятия общими усилиями привели к какому-то единому знаменателю. По ним получалось: навязываемый Ландеру договор не слишком отличался от иных, подброшенных для сравнения. Разве что в первом больше просматривался личностный интерес Ведущей, получавшей законный процент за посредничество. Но кто бы еще подсказал, насколько законен этот «законный» процент? И нельзя ли вообще от него отказаться?

Да и вообще, почему это начинающий карзарин должен платить везде, каждому и по любому поводу? За консультации от Ведущей и ее помощников – плати! За пользование дельтангами – плати! За каждую страницу перевода на русский язык в любом документе – плати! За каждую посредническую трансакцию с иными государствами, образованиями и частниками – отстегни! За…

И все это давало «…невероятный бонус при покупке путешествия на Харсмеллон: скидку в сорок процентов!» Слово «сорок» выделялось красным шрифтом толстенного формата и выглядело в виде цветочков. Но зато никаких примеров соотносительности цен не приводилось.

Все возмущенно фыркали и отказывались понимать иррациональность подобных договоров. И никто не видел в них малейшей пользы.

– Зачем тебе платить за нас, – возмущался Трофимыч как представитель своих коллег, – если мы и так на тебя работаем? Точнее, не на тебя, а вместе с тобой идем к одной цели.

– А вдруг они подумали, что ты владеешь миллионами дельтангов? – высказалась Зинаида. – Может, даже свою лодь имеешь для сбора спарок?

– Не могли они такое даже в пьяном кошмаре придумать, – отмахнулся Роман. – А вот про Харон ты вовремя напомнила. Пора мне срочно прилечь часа на три, чтобы потом на свежую голову к озеру иного мира наведаться. Причем сделать это придется на два часа раньше, чтобы не попасть на устроенную нам засаду…

– Ты одновременно и пограбить хочешь, и о несравненной даме информацию получить?

– Ну да, попробуем совместить несовместимое. И если отыщется выгода при заключении договора именно с Харон, то лучше уже с ней работать, чем с Ведущей Сануарианданой 1015, имя которой сокращают до Са-а.

– Хорошо. Ложись, и отсыпайся! – напутствовал его Шенгаут. – А мы пока всей честной компанией приготовим тебе нужные вопросы и убойные тезисы. Авось и в самом деле удастся сработаться с этой бешеной дамочкой?..

Работа продолжалась: дельтанги во сне не нуждаются.

Глава 14

Информационная бомба

Выспаться удалось вполне прилично.

Ну а далее уже пошла работа, ставшая почти рутинной. Ну разве что в этот раз спарок оказалось сравнительно мало, ими еле-еле заполнилось только дно лоди. Все-таки прибыли к месту забора часа на три раньше обычного.

Тем не менее выбирать было из чего, благо землянин не ограничивался только одним оттенком, и емкость (все тот же большой и удобный пластиковый таз) стала заполняться.

Естественно, работать Роману помогал его самый опытный соратник, Никита Трофимович Шенгаут. Пока Ландер выбирал дельтангов и переносил их домой, старик тщательно следил за периферийной частью зрения своего носителя и регулярно напоминал:

– Обернись вокруг! Давай посмотрим наверх! Еще раз взгляни на пирс!

Подобные предосторожности выглядели резонно: ведь не зря Харон решила «выйти на работу» раньше обычного. А вдруг она и этот срок изменит? И припрется к лоди раньше часа на четыре? Да сумеет рассмотреть грабителя? Да треснет по странному месту веслом?

Как говорится, береженного богами никто не пинает ногами. Но и на бога надейся, а от легендарной личности прячься своим умом. Тем более что легендарная личность хоть и женщиной оказалась в натуре, но уж такой резкой, уж такой опасной!.. Что не приведи господь!

Сегодня работали не на корме лоди, а в ее носовой части. Там было легче «поднять взгляд», чтобы быстрей глянуть на корму и вместе с ней на небольшой, буквально в три доски пирс. Кстати, правее этого пирса виднелось еще два идентичных, что давало простор для разных фантазий и предположений. Но данная лодь несравненной Харон всегда появлялась и стояла возле одного и того же данного пирса.

Имелась и другая причина поработать в носовой части. Давно хотели понять, почему души не собираются со всей Земли? Ведь до того все, кто попадал в команду, умирали в центральноевропейской части России. Редко туда проскакивали особи из Финляндии, Германии, Польши, Австрии, Болгарии или Турции. То есть примеры Тахти и Цветанки оказались скорей уникальными, чем тождественными.

В то же время буквально несколько человек оказалось из Приуралья. Из той же Уфы, к примеру, всего один индивидуум проскочил. А почему никого нет из Азии? Или из остального мира? Как, где и чем собирается этот поток падающих дельтангов? Какими путями они вообще падают в лодь? И почему рядом с ней порой видны полуразложившиеся, точнее, полуистаявшие трупы? Чем они ценны, раз Харон заставляет цеплять их баграми и затаскивать в свою легендарную лодку?

А вдруг именно в носовой части этого скорбного приюта умерших душ скапливаются те, кто проживал в Сибири? Или на жарком юге? В том же Иране, например?

Сколько вопросов, а задать их некому. Тот же информаторий оказался на самом деле какой-то дурилкой стеклянной, а не всегалактическим вариантом интернета. Про новости иных миров пока и мечтать не приходилось. А если подписать явно кабальный договор, то еще и должен останешься за краткий просмотр новостей из категории «желтая пресса изгаляется над здравым умом».

Поэтому ценнейший шанс хоть как-то пообщаться со знатоком мира Харсмеллон стоило использовать с максимальной отдачей. И это понимали все в команде. И тем более Трофимыч не упускал возможности обсудить предстоящий контакт, обмусолить его со всех сторон. Так напутствовал Романа, словно от этого их жизнь зависела. Хотя… Может, оно так и было на самом деле?

Вот Шенгаут и твердил уже в который раз:

– Ты ее, главное, не зли. Деликатно разговаривай, с уважением. И уж тем более на ее резкости и грубости не реагируй, как любишь: сторицей…

– И что, явные оскорбления тоже сносить безмолвно?

– Ну вот что ты за человек такой? – досадовал старик. – Твержу тебе, твержу, а от тебя, как от стенки горох! Говорю же: никакой грубости в ответ! Так, словно ты на уроке у своей первой учительницы, а она имеет право не только на тебя прикрикнуть и обозвать бестолочью, но еще и линейкой по голове настучать. Не полезешь же ты драться со своей учительницей?..

– Ну не знаю, не знаю… – сомневался Роман.

– Тьфу на тебя! – ярился Трофимыч. – Забудь, что ты взрослый и наглый! Веди себя как робкий и мелкий первоклассник! Иначе, если завалишь переговоры, я от тебя отрекусь!..

– Да ладно, дед, не шуми! Все будет пучком. Не сомневайся. Да и ты мне подскажешь, если что… Эй, Стрелочка, ты где? – это он уже вслух, в пространство вокруг себя. – Если норму набрали, заглядываешь на город?

Во время рутинной работы художница не присоединялась к просмотру картинки загробного (или какой он там считался на самом деле?) мира. Она раскладывала ошарашенных дельтангов по кучкам на кругах золотых монет и к каждой кучке тут же подсаживала уже опытных наставников. Кои сразу приступали к общей, вводной лекции. Потом переходили к стоящим перед ними задачам, ну и затем сразу же приступали к собеседованиям. Фактически уже через два-три часа было ясно: кто, откуда и в какой сфере готов работать. Врачи до сих пор отбирались в первую очередь, их всегда казалось мало. Далее просто ученые с наставниками и умеющие действовать с помощью гипноза. Ну и бо́льшая часть дельтангов все-таки стремилась попасть на оперативную работу. Видимо, узнать, что и после смерти тебе будет дана возможность вновь почувствовать полноценную жизнь, очень многого стоила.

Но организаторской работой Зинаида даже не слишком интересовалась. А вот в финале нахождения Романа возле лоди всегда старалась присоединиться к его зрительным ощущениям и уже сама руководила мысленным контактом: куда смотреть, где тщательней присматриваться и на что тратить отведенное ей время. Потому что все свое свободное время посвящала работе над громадными полотнами в стиле «Разрушенные и брошенные руины».

Получалось у нее великолепно, только вот постоянно требовалось уточнить некоторые детали. А так как город мертвых выглядел безграничным по размерам и состоял из миллиардов уникальных деталей, то даже цепкая память талантливого профессионала не все ухватывала с первого раза. Вот художница и уточняла.

Ну и попутно Зинаида Ивановна очень хотела поприсутствовать ментально на переговорах с Харон. Она почему-то верила, что и для себя что-то полезное узнает. Или выпросит. Или заработает. Или просто… выклянчит. Ибо: «…женщина женщину поймет всегда. А мужчины пусть думают, что их мнение тоже кому-то интересно!»

Потому и звал Роман свою даму сердца, будучи не в силах отказать ей в такой малости. А вот времени у них оказалось до обусловленного момента встречи даже с избытком, больше часа. Поэтому, пока художница присматривалась к только ей интересным деталям простирающегося во все стороны города, Трофимыч предложил:

– Давай поэкспериментируем с твоим окошком на лодь? А чуть позже и на весло? А то нам все некогда…

Имелись у них такие задумки, начинавшиеся мыслями: «А что если…» Правда, вот так сразу все их не опробуешь, художница вся в работе, лучше не мешать. Но если осторожно? Да по мелочи? Вот и приступили соратники к опытам, касавшимся в первую очередь артефакта.

Для этого понадобилась помощь Эллы, команды для которой подавались вслух. Ну и сподвижничество иных дельтангов, десяток которых уже собрался в группе работников умственного труда. Кстати, Роман и сам помогал, освободив свои руки, а щепку то укладывая на лбу, то прижимая подбородком к груди:

– Так, Витальевна, передвигай Трофимыча непосредственно на медальон… Прижми плотней к поверхности, пусть зафиксируется! И не бойся его задушить, ага… это он раньше был твоим грозным начальником, зато сейчас весь в твоей власти… Хорошо! Теперь бери остальных дельтангов и обкладывай ими весь артефакт, словно хочешь его спрятать… – чуть позже: – Теперь выстрой их всех башенкой с одной стороны… Теперь с другой… А сейчас приподними противоположный край цепочки…

Нельзя сказать, что имелись какие-то результаты. Тем более с самого начала. Экспериментировали, как на ум взбредет и что в голову стрельнет. Но что в данном случае шло на пользу, так это всеобщее участие плюс моментальная информированность каждого участника. Ну и никто никогда не оспаривал очевидность: одна голова хорошо, а две лучше. В данном же случае над проблемой задумывались сразу двенадцать умов. И каких умов! Может, и не гениальных изначально, зато прогрессирующих и улучшающихся с каждым часом.

Потому-то все решалось, отбрасывалось или принималось влет. Только успевай фиксировать и запоминать. В итоге узнали много полезного, научились вещам дивным и получили простор для размышлений на многие последующие сутки.

Например, выяснили, что если смотровым окошком нырнуть в воду озера, то окажешься в… непроглядном тумане. При этом ощущения, словно попал в никуда. Как такое может быть? Вода ведь с виду совершенно натуральная… Но если вспомнить, что из реки упавший в нее Роман вынырнул на своей малой родине, приходят догадки: жидкость здесь совсем не жидкость, а некая эмульсия, смешивающая время и пространство. Если вообще не аналог портала в любое место.

Что характерно ощущалось «в воде» всеми дельтангами из числа помощников, так это одна паническая мысль:

«Сейчас мы все умрем!»

Похоже, озеро и река являлись смертельными для любого двуглаза, и только не растаявшие куски умерших людей не спешили даже в воде расставаться с остатками исчезающей плоти. Интересно, не из них ли получаются дельтанги, называемые «цельные»?

Интересными получились и пробы построить из спарок пирамидку поверх артефакта. Создавался некий визуальный эффект, позволяющий рассматривать окружающие городские пейзажи словно в подзорную трубу.

Уложили «пирамидку» наоборот, раструбом вдаль – получился вариант направленного микрофона. В мертвом (или брошенном?) городе звуков не нашлось, а вот ближайший речной перекат своим рокотом прослушивался вполне ощутимо. Ну и, наверное, в устье реки такая штуковина пригодится, если кто-то на пирсе вдалеке покажется, начнет общение с себе подобными, а подслушать их будет полезно.

Самый загадочный результат получился во время перестановок спарок в хаотичном порядке. В каждом варианте Ландер посматривал во все стороны, все время ожидая чего-нибудь особенного. Например, ауру предмета рассмотреть. Или его внутреннюю структуру со всей детализацией. Но вместо этого посмотрел на небо и поразился увиденному. Из-за самого горизонта к озеру тянулся, извиваясь, столб черного воздуха, около метра в диаметре. Оконечность столба зависала над лодью метрах в пяти, и как раз оттуда вываливались неспешным потоком дельтанги.

– Вот он! Вот кто нас… хм, рожает! – воскликнул Трофимыч в своей ворчливой манере. – Но где начинается этот торнадо-поставщик? И почему работает не в полную меру? Почему не круглосуточно?

– Все-таки заморачиваешься наличием трех пирсов? – уточнял Роман. – Не забыть и про это спросить у Харон. Если время останется…

Самое главное и самое полезное – это расширение портального окошка. Получилось оно при аккуратном развертывании всего артефакта. То есть цепь и медальон, облепленные вплотную дельтангами, развернули на всю окружность. И заглядывая туда, Роман мог другой рукой брать из мира мертвых что угодно. Тех же двуглазов хватать по две-три штуки. Удобство неоспоримое! Ну и скорость загрузки возрастает на порядок.

Правда, в другой руке так и приходилось щепку держать, иначе «окошко» совсем не открывалось. Но отныне можно было перемещать трофеи гораздо большего размера. Другой вопрос, как к ним вообще добраться? Ведь просто так в город или в иное место не добраться. Разве что в устье реки что-то у техников или у лысого гнома скомуниздить?

Ну и напоследок, после витиеватого создания столбиков из балансирующих дельтангов на лице почти не дышащего Ландера, созданная композиция позволила услышать странную звуковую какофонию мертвого мира. Становилось сразу понятно, что так зудеть, пищать и скрипеть не могут живые организмы. Все эти дикие для человеческого уха звуки (слышимые в невесть каком диапазоне) издавало почти все, на что падал взгляд пораженного человека: дом, камень, арка, колонна, грунт, пирс, вода, лодь, дымный столб-трубопровод… Ну все, буквально все стонало, пищало, вибрировало и механически поскуливало.

Количество вопросов к легендарной перевозчице росло и множилось.

А она взяла и опоздала почти на полчаса. Зато появилась эффектно: раз – и уже стоит на пирсе в окружении своих пигмеев, кои словно с пиками на изготовку собрались встретить любого противника своими платиновыми баграми. Ну и весло на плече – то еще оружие убойного назначения!

И явно все пятеро напряжены, будучи готовы не просто к переговорам, а к хорошей такой потасовке. А то и к войне. Об этом говорили и некие ремни на теле женщины, употребляемые в плане сбруи. Именно на них крепилось однозначно оружие: одна трубка на поясе ниже пупка и две загогулины над грудью. Для землян они смотрелись диковинно и как-то несерьезно, но все равно было страшно. А ну как они стреляют какой гадостью только по мысленной команде?

Хорошо, что «окошко» к моменту намеченного контакта свернули вновь до минимума. Иначе и разговор начинать было бы боязно.

А так Роман расположился за носовой частью лоди и оттуда, выглядывая краешком глаза, стал выкрикивать:

– Приветствую тебя, несравненная Харон!

Она шагнула осторожно на край пирса и стала осматривать свое имущество, сканируя на нем каждый квадратный сантиметр. Не обнаружив ничего подозрительного, сподобилась ответить:

– Голосок-то знакомый… Никак воришка Рубка пожаловал? И как только умудряешься такое вытворять?

Первый вопрос прозвучал риторически, а вот на второй следовало ответить в стиле самых слезных мексиканских сериалов:

– С трудом, уважаемая, с огромным трудом! Ибо без твоей помощи и без твоих подсказок жить мне осталось совсем ничего! Сжалься, о предобрейшая, яви хоть толику своей милости ко мне, несчастному!

– О, как запел! – легендарная дама в восхищении покрутила головой. – Или в самом деле пятки припекло, или меня за полную дуру принимаешь и собираешься облапошить.

– Как можно?! – вполне искренне начал возмущаться Роман, но был перебит:

– Как будто не ты ко мне еще недавно обращался как к безродной нищенке-попрошайке! Так что не строй из себя невесть что, все равно не поверю. А если хочешь поговорить…

– Очень хочу!

– …То идем вон туда.

Она махнула свободной рукой в сторону ближайших развалин. После чего и сама туда двинулась, нисколько не сомневаясь, что меченный смертью землянин последует следом. Благо еще, что со своим веслом она не расставалась, так что Ландеру только и следовало, что сменить щепку, да уже совсем иным макаром притираться возле иного легендарного предмета.

Для пигмеев от их работодателя последовала неразборчивая команда. И те живо ломанулись в сторону ближайших мало-мальски сохранившихся городских зданий. Сама же перевозчица вполне удобно расположилась на каких-то обломках колонны и начала с претензий:

– А самому подумать слабо?! Кто же это ведет серьезные разговоры возле кучи дельтангов? Они хоть и не совсем адекватные в первые минуты после смерти, но все слышат, могут запомнить, а впоследствии где-то и проболтаться.

Из чего обрадованные помощники Романа сделали вполне логичный вывод:

«Ага! Значит, нас в дальнейшем не уничтожают! Мало того, мы еще и некоторой свободой действий будем обладать, раз появляется возможность проболтаться. Ура!» – но подобные комментарии, как и подобные им рассуждения, мелькали на периферии восприятия носителя. Чаще он выслушивал только подсказки и советы.

Потому и отвечал:

– Главное – начать диалог. А место для доверительной беседы с глазу на глаз всегда найдется. Разве что ваши здесь натыкали подслушивающих и подсматривающих устройств сверх меры?

– Ха! – скривилась со злорадством перевозчица. – Если бы они могли, сюда жить бы переехали! Да кто ж их пустит?!

– Однако тебя и твоих помощников сюда даже порталом перебрасывают. Да и лодь больше вас весит, вместе взятых.

– Не перебрасывают, а с тоской пользуются той маленькой щелочкой, что осталась на тропинке в этот мир, – последовали первые откровения. Звучали они с каким-то ехидством и печалью одновременно: – Чего только не пробовали на ту же лодь установить, а ничего у них не получается. А ведь весь научный потенциал Харсмеллона в их распоряжении.

– Ну да, этот мир, как я понял, прикрывается понемногу, – посочувствовал Ландер, тыкая «пальцем в небо». – Вижу, что раньше тут три пирса действовало, а значит, и три лоди…

– Не угадал, болезный! – рассмеялась несравненная дама. – Шесть! В древние времена сюда имелась возможность забрасывать шесть лодий! Три из них наполнялись в первую часть светового дня, и на них работали женщины. Три к ночи отправлялись в путь по Стиксу. Вот там уже корячились мужчины. Со временем порталы стали закрываться, и осталось только по одному сплаву днем и ночью. По контракту у тех, кто пользовался посменно одной лодью, всегда и наши имена становились одинаковыми: Харон. Хотя в древности было еще два имени, но те можно отыскать лишь в архивах.

– И давно здесь работает только одна лодь?

– Уже больше двух тысяч лет…

– Наверное, по этой причине с Земли вытягивается только мизерная часть дельтангов?

– Не дурак. Соображаешь.

– И поэтому только одна труба дымчатая здесь осталась, по которой ведется доставка спарок в лодь?

Вопль, который после этого исторгла Харон, укладывался в диапазон между «Ка-ар!», «Тва-арь!» и «Ка-ак!». Но при этом она в страшном возбуждении вскочила на ноги, задергалась всем телом и стала лихорадочно рассматривать небо над озером. Чуть позже и речь ее стала разборчивее:

– Ты сумел рассмотреть пойслиг?! Или ты про него узнал?! Откуда?! Или все-таки рассмотрел?!..

– Ну и чего тут такого сложного? – удивился Роман, быстро перенастраивая зрение с помощниками конфигурации своего артефакта и расположения спарок-помощников. – Вон эта труба, словно из черного клубящегося дыма сделана…

– А с какой стороны, по-твоему, эта труба приходит сюда?

– Да вон оттуда… Мм… Точнее, с той стороны, где вон те две скрещенные башни стоят. Где-то за ними, очень далеко эта чернеющая нить теряется у горизонта.

– Точно! – Получалось, сама Харон знала, что здесь и откуда, а потому поверила окончательно. А вот способности простого человека у нее вообще в голове не укладывались: – Но как?! Как ты видишь?!

– Понятия не имею… Может, у меня зрение особенное?.. Или колдовские способности проснулись?..

– Сказала бы!.. Что в тебе проснулось… Да ты в жабу сразу превратишься! – Давя в себе раздражение, дама уселась на прежнее место и потребовала: – Давай признавайся: как умудряешься видеть пойслиг? Иначе прекращаю с тобой всякое общение!

Это она так могла одинокому собеседнику угрожать. А когда у оппонента куча советников, аналитиков и просто усердных наблюдателей, то его на арапа не возьмешь. И даже умение собеседницы отличать правду ото лжи (а в этом ее серьезно подозревали) ей нисколько не поможет, если правильно формулировать ответы:

– Клянусь, я тут ни при чем. И магом я не стал. Просто смотрю – и вижу. Сам поразился в первый раз. А потом думаю: ну и что здесь такого особенного? Какая с этого польза?

– Вот же наглое создание… – ворчала Харон, пытаясь высмотреть точку пространства, откуда исходит мужской голос. – Увидеть бы твою наглую морду… Да ка-а-ак…

– Нельзя! Я женат. А возвращаясь к теме полезности… Что с моего видения этого, как его?.. Пойслига?

Прежде чем отвечать, собеседница надолго задумалась. Видимо, сомневалась в целесообразности подачи такой информации. Потом все-таки решилась, но начала с предупреждения:

– Хорошо, для общего знания расскажу. Но это последнее наше отвлечение в сторону. Потому что надо пообщаться на тему твоего договора, ну и… если ты хочешь работать со мной, как с Ведущей…

– Именно! Хочу!

– …то объяснить тебе, как это удачно устроить.

– Я весь внимание и не смею больше перебивать посторонними вопросами, – торжественно пообещал Ландер.

Ну и получил сжатый пакет информации. Оказывается, исчезновению порталов к данному озеру предшествовал именно снос той самой дымчатой трубы куда-то в сторону. То ли настройки обвалились, то ли какой иной катаклизм этого мира помешал, но пойслиги в какой-то момент вдруг своим концом отворачивались от озера, неприкаянно потом метались над мертвым городом, сбрасывая дельтангов куда попало и, в конце концов, втягивались куда-то в точку своего возникновения. Да не просто там исчезали, а ровной линией вытягивались в небо. Там и стоят до сих пор, практически не различимые издалека, но зато остающиеся в истории именно такими вот нитями, потерявшими управление.

А лодь, вместе с перевозчиками забрасываемая к пирсу, если десятка два раз оставалась незагруженной, просто переставала быть легендарной и уже никуда никоим образом не перемещалась. Существовала некая связь между ней и пойслигом.

Нет транспорта доставки в озере – не работает портал и для перевозчиков. А весла с баграми, хранящиеся в специальном отсеке, так и остаются замкнутыми на тысячелетия. Просто так открыть специальные ящики не получается при всех технических свершениях цивилизации Харсмеллон.

Естественно, что количество вопросов к Харон после такой подачи информации только резко возросло. Да и на заднем плане рассуждений кто-то азартно воскликнул: «Ага! Был все-таки мужчина Харон! Был!» Но…

Следовало срочно выяснять первостепенное по важности. Да и собеседница сама первой поинтересовалась:

– Какой тип договора тебе попыталась всучить красотка с именем Сануариандана 1015?

– Говорит, что стандартный, тип 6413/85КМД.

– Мм!.. Гипнозом давила?

– Еще как!

– Ну а как собираешься на этот договор отреагировать?

– Подписывать не собираюсь, ибо муть полная, рассчитанная на лохов! – категорически заявил Роман. – Думаю, что ты к этому делу отнесешься честней. А еще эта коза говорила…

И он рассказал про все каверзные и несуразные запреты, коими его попыталась обложить Са-а. Слушая его, Харон скорбно кивала, а потом тяжело вздохнула:

– Ну что тебе сказать?.. У этой девицы огромные связи и невероятные знакомства. Так что она вырвала право стать твоей Ведущей в кровавой борьбе с себе подобными. Каков ее интерес?.. Да сразу и не объяснишь… Несколько суток понадобится, чтобы ты уяснил взаимосвязи и общественные структуры нашего общества. Например, у вас на Земле и формы правления ни разу такой не существовало.

– Однако!..

– И это лишь мизер, почти непригодный для понимания наших интересов. Но начать с чего-то надо, ты прав… Так что буду отталкиваться от знакомых тебе понятий. Итак…

Оказалось, что ведущая после первого выхлопа не имеет права закрыть вещание информатория в плане новостной программы. Пусть главной в цивилизации и насквозь официальной, тем не менее любой новичок довольно объемно начинал получать представление о свершениях науки, улучшениях условий быта, о характере военных действий на дальнем пограничье, о ходе новых исследований вселенной и новых направлениях великой экспансии. В итоге приходило понимание, что такое Харсмеллон и как в нем надо выживать.

Срок в одни сутки – ложь полная. Любой карзарин имеет право откладывать свои решения как угодно долго.

Платить за разные мелочи – ловушка для дураков. Скажешь «согласен», всю жизнь будешь довольствоваться крошками с собственного стола. Потому что ушлая Ведущая (в самом благоприятном для себя случае) забирает у развивающегося владельца дельтангов до девяноста процентов всех прибылей!

Озвученный грабеж не обидел Ландера. Зато переключил его на торговлю:

– Ну ладно, с этой глистоногой Са-а все понятно. Ну а ты сколько захочешь процентов прибылей в нашем совместном предприятии?

Ответ последовал довольно быстро:

– Чтобы из нас никто не обижался, пятьдесят на пятьдесят!

Но некоторая заминка, еле уловимая, все-таки прозвучала. Да и глаза у несравненной Харон как-то косили в разные стороны. В общем наблюдатели пришли к единодушному мнению: собеседница не просто лгать не любит, она еще и довольно честная, совестливая особь. И если ее как следует дожать:

– Не-е-ет, уважаемая! Это наглость требовать так много! Побойся бога!

– Бога нет… – послышалось сердитое ворчание.

– Кто бы говорил?!

– Кто бы рассуждал на эту тему, смертный! – Дама сердилась все больше и больше. Казалось, она сейчас перейдет на крик, но вдруг сама первой сбавила: – Хорошо, согласна на сорок пять процентов!

– Ну вот, уже появились первые здравые нотки в нашем диалоге, – не стал скрывать свою радость Роман, науськиваемый своими помощниками на запуск предвыборной программы: – А если мы заставим работать имеющийся здесь пойслиг в две смены?

– Не выйдет. Подобное возможно только при второй такой трубе, при третьей… и так далее.

– Хорошо. А в случае отладки и появления здесь второго пойслига?

– Хм! Если рассуждать в порядке гипотетического будущего?.. Тогда я запустила бы второй портал, и мы взяли бы на работу второго перевозчика. Следовательно, прибыль возросла бы…

– …в два раза! А твой процент прибыли в нашем совместном предприятии составил бы сорок процентов. Правильно?

Харон снисходительно оскалилась, даже хохотнула с издевкой. Но потом пожала плечами и призналась:

– Та знаешь, есть такой прецедент в истории. Один карзарин сумел исправить два из четырех поврежденных пойслигов. Как это было сделано, до сих пор держится в невероятной тайне. Но вдруг и у тебя что-то получится?.. Как у вас говорят: чем черт не шутит, когда бог спит?.. Так что в упомянутом тобой случае буду согласна и на сорок процентов.

– Лед тронулся, господа сутяжные председатели! – словно дьякон, проревел мистер Рубка. – Продолжим: если мы запустим третий пойслиг, твоя доля составит тридцать пять процентов! Принято?

– Уговорил, шалунишка, принимаю! – посмеивалась перевозчица.

– Если четвертый – ты работаешь за тридцать процентов?

– Ха! Где тебя так грабить-то научили? Без ножа режешь! Но я, хе-хе, согласна…

– Пятый – твои двадцать пять? – напирал Ландер.

– Уморил, сейчас лопну от смеха, – уже от всей души смеялась Харон. Но говорить она все-таки смогла: – Потому сразу признаюсь, при запуске пяти доставочных серверов для доставки дельтангов я бы стала одной из самых богатых личностей Харсмеллона. Поэтому, сразу опережая твое следующее предложение, даю согласие на двадцать процентов, при восстановлении на этом озере всех шести пойслигов.

– Ну вот, видишь, как мы умеем идти друг другу на уступки? – радовался карзарин. – Меня только чуток обеспокоило упоминание твое о непомерном богатстве при благоприятных для нас обстоятельствах. Но если ты станешь «одной из самых богатых», то кем тогда стану я со своими друзьями и близкими?

– О-о! Ты станешь настолько богатым, что… что тебя быстро прирежут триллионы желающих! Ха-ха-ха!.. Шутка!.. Хотя сама не знаю, сколько в этом шутки… Но ты вначале стань настолько богатым, а уже потом будешь думать: спать в кольчуге или в танке… Ха-ха!

Чтобы унять неуемное веселье своей собеседницы, Роман включил тон строгий и крайне деловой:

– Теперь тебе только осталось мне объяснить: что происходит с дельтангами после сдачи на склад, что такое «первый выхлоп» и как мне конкретно избавиться от этой вашей Са-а?

– По третьему вопросу проще простого, – заявила Харон, тут же подробно информируя будущего своего компаньона, как сказать, что сказать и какими данными оперировать при этом.

Получилось вполне все понятно и, как все гениальное, просто. Оставалось только упомянуть о первых двух вопросах. Но вот тут Харон, если можно так выразиться, уперлась рогом. Категорически отказалась давать какую-либо информацию на эту тему.

Хотя объяснить кое-что попыталась:

– Когда мы еще станем партнерами? Когда мы еще совместно что-то заработаем? А эта информация воистину стратегического уровня, и новичкам о ней знать запрещено. Иначе я сама ничего не заработаю, масса иных разумных особей своих дивидендов лишится, ну и еще масса существ так и зависнет на неизвестно какое время в ранге бесправных и униженных. Так что извини…

– Но вдруг мы совместно что-то придумаем уникальное? – загорелся мистер Рубка. – Вдруг отыщем решение, при котором все окажутся в шоколаде? Вот спинным мозгом чувствую, что мы с тобой сейчас упускаем верную прибыль! Как бы потом не пожалеть!.. Вот прислушайся к себе… Чувствуешь?.. Правда, уже жалко становится?..

– До чего же наглый тип! – зафыркала Харон в возмущении, вскакивая на ноги. – Как же ты умеешь достать, хуже гвоздодера в одном месте! Все, поговорили, хватит! Да и нам пора…

И она широкими шагами устремилась к лоди. Ландер и не прочь был бы остаться на месте, но его потянула привязка щепки к легендарному веслу. Наверняка ведь тоже определенный артефакт здешнего, мертвого мира.

А к пирсу уже приближались на полусогнутых все четыре пигмея. У каждого на плече имелся некий мешок со звенящим и явно тяжелым содержимым. И мешки эти помощники перевозчицы уложили на самое дно лоди, разгребая горы дельтангов в стороны.

«Так вот где Харон берет золото!..» – промелькнуло по краю всеобщего разума. И сразу же новый вопрос: «Тогда почему она не считает себя богатой?..»

Два-три окрика на пигмеев – и вот уже длинная лодка отчалила в озеро, быстро пересекла его и устремилась, подскакивая на бурунах, по реке Стикс. Живая легенда?.. Но с новыми, невероятными деталями?..

Глава 15

Тотальная подслушка

Роман отключился от картинки с бурлящей рекой для короткого отдыха и для более тщательного обсуждения пакета новой информации. Потому что всю честную компанию очень напрягло уже которое по счету упоминание о «первом выхлопе». Явно ведь нечто опасное, но вот для кого? Когда и как? Что именно должно случиться? Да и длинноногая Са-а открытым текстом говорила, что это событие экстремальное для карзарина. Если он после этого выживет, значит, с него будет толк.

Но в том же утверждении и жило главное противоречие: если карзарин погибнет, то кого тогда Ведущая станет обдирать как липку?

Стали рассуждать об опасности, исходя из самого худшего варианта. Таких тоже огласили предостаточно во время всеобщего обсуждения. Посчитали и версию, при которой события полностью выходят из-под контроля. Точнее, когда из-под контроля выйдут все отрицательные личности, находящиеся под принуждением. А что этому может предшествовать? Да только всеобщая гибель на Земле находящихся на ней дельтангов. Или их паралич? Или потеря возможности полного контроля?

Или их насильственное уничтожение. Или «исход». Или еще какая-нибудь напасть.

Недаром ведь говорится о крайней экстремальности первого выхлопа. Наверняка взбешенные преступники, вновь обретя управление своим телом, устроят жуткий геноцид вообще и конкретный Армагеддон для Ландера и его команды. И как только друзья осознали, точнее предвидели подобную опасность, натурально схватились за головы.

– Обен де роуд! – бормотал растерянный Роман. – Это же будет полный крах всех наших свершений!

– Хуже! Вместо начавшегося процесса улучшения жизни общество откатится в глубокую пропасть! – не сомневалась в своих предположениях Элла.

– Но мы ведь можем спрятаться в какое-нибудь глухое место! – предлагал Жора Шалавин и тут же тяжко вздыхал: – А вот что тогда будет с городом и поселком?

– Мы можем и защищаться! – азартно возражал ему Семен Молотков. – У нас столько оружия, что хватит на приличную войнушку. А если мы еще и военных призовем на помощь… Вроде среди них вполне достаточно адаптированных и нам сочувствующих. А то и вообще можем упрятаться под их крылышком. Там у них и старые, и новые бункера есть, пересидим первое, самое опасное время, а там ты новых дельтангов натаскаешь, и мы вновь быстро возьмем ситуацию под контроль.

– Нет уж, быстро не получится! – от лица всех дельтангов возражал Никита Трофимович Шенгаут. – Да и нас такой вариант не устраивает. Никоим образом не устраивает! Так что, мистер Рубка, напяливай свой артефакт и давай выясняй конкретно, что это за гадость такая «первый выхлоп» и когда его надо ждать!

– Ну да, воевать – последнее дело, – согласился Роман. – Нас никакие бункера не укроют, военные не защитят и оружие не сильно-то поможет…

– Ну и не факт, что это самое худшее случится, – резонно напомнила Зинаида Стрельникова. – Пока все это только наши предположения.

– Может, и так… Но, чтобы убедиться в этом, мне теперь придется спать и дневать недалеко от легендарного весла. Но все-таки подслушать каким-то образом сведения о первом выхлопе.

– Еще лучше там всюду натыкать видеозаписывающую аппаратуру, – пошли дельные советы от коллективного разума. – Или просто подслушивающую. И сразу во время первого визита проследить, будет ли эта аппаратура замечена, как на нее отреагируют, да и вообще… Может, удастся что-нибудь незаметно подвесить на дежурного по ящикам? Или добраться до техников? Да и на саму Харон не помешало бы что-то прицепить…

– К чему прицепить? К ее набедренной повязке?

– Наверняка она в приличное общество и одевается приличней. Сплав – это работа. Тогда как время для отдыха, скорей всего, она проводит в гуще цивилизации, а то и домой, в семью перемещается с помощью портала. Ну и не будет ли проще проследить хоть как-то за пигмеями?..

– Сложно соревноваться с цивилизацией, несоизмеримой с нашей в техническом развитии. Но придется бултыхаться… Да и на месте сориентируемся, – решил Ландер. – А пока собирайте ко мне всю шпионскую аппаратуру, которая у нас накопилась!

Благо еще, что помешанный на подобной технике Молотков собирал все, что попадало в круг его зоркого, омоложенного зрения. Ну и остальные друзья ему в этом потворствовали. Ибо устройства часто и с толком использовались в самых разнообразных ситуациях. Хотя бы при том же контроле за адаптированными. Вроде и осознали люди, исправились и работали все не за страх, а за совесть, но… Доверяй, а все равно проверяй.

Вот и проверяли. Вот и обдирали частично уникальную шпионскую технику всюду, где только брали здания под контроль. Также вычищали разные хранилища и места производства подобной «бижутерии». И сами ею вполне грамотно пользовались: специалистов среди оперативников хватало.

Так что вскоре вокруг разлегшегося Романа, застывшего с артефактом на лице, уже все было разложено по свойствам, качеству и масштабности. Оставалось только вложить по команде ту или иную хитрую штучку в его ладонь. А уж он постарается не прогадать.

Подгадал вполне вовремя: лодь как раз причаливала к пирсу. Ну и машинка со шлангом показалась из здешнего ангара. Сам разговор между перевозчицей и гномом ничего вроде ценного не принес. Вначале они болтали о каких-то знакомых им личностях и поражались чьей-то излишней жадности. А вот когда стали видны из-под толщи дельтангов мешки с тяжелым содержимым, приемщик завистливо зацокал языком:

– Опять золотишка нагребла? Или еще чего ценного отхватила?

– Понятия не имею, чего там эти пигмеи насобирали, – ни капли не соврала Харон.

– Рискуешь? Вдруг бы они из руин не вернулись? Или ты с ними ходила?

– Никакого риска, если не забывать пользоваться нужным календарем. И чего мне с ними таскаться по развалинам? Их отправила, а сама все пыталась пойслиг рассмотреть.

– Порази меня и скажи, что получилось! – выпучил глаза гном.

– Увы! Очередная теория оказалась безосновательной, ничего я не увидела! – в раздражении фыркнула Харон. – Но твердо верю, что это возможно.

– Да и я слыхал разные байки… В одной говорится, что для этого надо очень много «цельных» дельтангов иметь.

– Хм! И мне это известно… И тоже планы кое-какие имеются…

Вот сейчас уже гном весь задергался от прущего из него любопытства. Даже поторапливать стал примолкшую великаншу:

– Ну?.. И?.. Не томи!

Та уже и рот открыла, чтобы чем-то похвастаться, но, видимо, вспомнила о своем недавнем общении с мистером Рубкой. И тот факт, что он именно недалеко от этого места тоже был и договаривался неведомым способом о встрече. Ну и если у него получается, значит, и сейчас он может подслушивать.

Она внимательно вокруг себя осмотрелась, ничего странного не заметила, но явно не стала раскрывать какой-то важный секрет. Только и сказала многозначительно:

– Не переживай, дружище! Придет время, и ты внакладе не останешься.

Гном продолжал пялиться на несравненную даму с недоумением и непониманием. Но потом глянул на выстроившихся пигмеев с мешками на плечах и понятливо кивнул: мол, догадываюсь, не хочешь при них болтать лишнее.

Но от наводящего вопроса не удержался все-таки:

– Хоть много ожидается?

– Судя по обильности ограблений… – и она многозначительно умолкла, изобразив на своем личике коварную ухмылку.

Тут уже и Трофимыч от комментария не удержался:

– А ведь она догадывается, что мы каждодневно изымаем большое количество дельтангов.

– И даже радуется этому, – согласился с ним Ландер. И задал скорей риторический вопрос: – Значит, когда злится за воровство – просто играет на образ или на публику?

Пирс тем временем опустел, и Харон шла к ящику для легендарного инструмента. Пигмеи дисциплинированно семенили за ней следом. Работник тамошнего склада их уже ждал, проследил за укладкой багров и весла, после чего закрыл ящик, да и отправился по своим делам. С перевозчицей он перекинулся всего несколькими ничего не значащими словами.

Зато Роман старался ни единой секунды не потерять. Во-первых, установил под самой крышей склада (или все-таки портального ангара?) станцию для сбора информации. То есть максимально возможный по емкости блок с комплексом принимающих устройств. С его помощью можно было принимать до десятка видеосигналов из круга радиусом до километра. При нормальном прохождении сигнала, естественно. Массивная штуковина и весит под пять килограммов, но без нее никак! Не будешь же сутками торчать на этом складе и лично заниматься проверкой шпионских устройств?

Станцию удалось приткнуть вроде как в крайне редко посещаемое и неудобное место между усилителями каркаса крыши. Пыли там скопилось столько, что туда, похоже, веками никто не заглядывал и приборку не делал. Ну и когда устройство заработало, нигде сирена не зазвучала и специалисты по безопасности с приборами поиска не забегали. Хоть и великая цивилизация, а слежки за собой не почувствовали. Или ничего не боялись? Или в этой вотчине не считали себя полноправными хозяевами?

Во-вторых и в-третьих, Роман успел вложить несколько подслушивающих и подсматривающих мини-устройств в одежду самой Харон и ее помощников. Кстати, если считать правильно, то, в-четвертых, два шпионских устройства осталось на гноме и в его машинке-дельтангососе.

Ну и, в-пятых, сразу две иголочки с миниатюрными микрофонами и видеокамерами удалось закрепить на плечах работника склада. Там у него возвышались некие матерчатые лжеподобия погон, вот там иголки вполне удобно и скрылись.

А в-шестых, еще несколько устройств было установлено на самом складе и по дороге к нему. Очень уж захотелось землянам посмотреть: кто еще и в каком виде занимается сплавом легендарных лодок? Откуда они? Из каких миров? И как внешне выглядят? Ну и почему бы разговоры этих иномирцев между собой тоже не подслушать?

На все эти девайсы команда возлагала наибольшие надежды. И молились только об одном: чтобы представители цивилизации Харсмеллона не обнаружили за собой слежку.

Ну и вначале хотя бы в этом плане следовало подстраховаться. То есть как можно дольше «оставаться на месте» и мониторить обстановку. Для этого удобней всего выглядело находиться непосредственно у станции-блока и прослушивать все разговоры напрямую. Чем мистер Рубка решил заниматься так долго, сколько ему хватит сил и терпения. Или до поры очередной связи с Ведущей Са-а.

Но все оказалось до банальности прозаично и неинтересно. Почти все. Гном бросил свою машинку в темном гараже, прошел в какую-то каптерку и дернул на себя рубильник освещения. Тут же на его канале появилось обозначение: «Устройства вышли из радиуса приема!» Кажется, и гном с помощью портала убыл куда-то к чертям собачьим.

То же самое случилось с Харон и ее помощниками. Они все впятером так и пропали с данного объекта, постояв секунд десять на квадратной обширной платформе. Конечно, на самой шпионской видеокамере имелся резерв записи величиной в десять минут. И потом, если видеокамера вновь попадет в ареал связи со станцией-блоком, пакет будет сброшен и заархивирован. Но что такое десять минут? Переодеться да сменить мешки на более приличные чемоданчики? И останется ли цела видеокамера вообще?

А вот с оставшимися на объекте кладовщиками-техниками получилось не в пример интересней. Правда, два часа эти два болвана ничем толком не занимались, кроме как дергались под звуки какой-то не слышимой для постороннего наблюдателя музыки да лыбились при виде опять-таки невидимых исполнителей. За это время только и перебросились несколькими словами по поводу отлучек в туалет.

Потом у них началась работа. Не иначе как прибывали экипажи иных лодий и их отправляли на работу:

– Визируй пятую и шестую платформы…

– Есть канал. Отправляем!

– Инструментарий… Товсь!

– Пошел следом!

– Давай теперь питание на одиннадцатую платформу!

– Там опять канал неустойчивый…

– Плевать! Это проблемы перевозчика. Хе-хе!..

Познавательно, конечно, но эта технически несложная работа вводила наблюдателей в сон почище пачки снотворного. Благо для этой пары, как оказалось, дежурных операторов-кладовщиков-техников, пришла смена. Причем эти мужчины оказались не в пример старше и опытней предыдущих.

– Как оно идет? – поинтересовался сменщик, сразу подменяя коллегу и усаживаясь на его место. – Без сбоев?

– Все по логарифму! – отчитался тот, пользуясь, скорей всего, каким-то местным жаргоном.

– А чего новенького?

– Да вроде… Ах, да! Харон опять кучу какого-то добра из своего истока приволокла. Или везет ей, или ничего не боится.

– Ха! Вы ее опыт и знания не путайте с удачей, – поучительным тоном заговорил второй пожилой сменщик. – Почитай, она самая знающая среди всех остальных.

– Так уж и опытная? – ёрничал молодой. – Недавно вон два багра из инструментария потеряла и без двух помощников осталась…

– Ага! И все это быстро вернула, без особого напряжения. Еще и карзарина нового открыла. Тоже большой плюс по социальным баллам.

– Всего лишь? – не сдавался молодой оппонент. – А была бы опытной и умной, так сама бы контракт с этим карзарином перехватила. Вон сколько подобных примеров…

На эти слова уже оба пожилых сменщика рассмеялись:

– Эх, молодо-зелено! Ничего вы по теневым социальным лифтам не понимаете! Ха-ха!

Молодые специалисты явно обиделись:

– А вы много понимаете? Так объяснили бы!

– Да тут все просто, – не стал кочевряжиться знаток. – Смотри. Есть закон, по которому изначально высший приоритет договора имеют гражданские лица из сферы общественной трансляции. Считается, что в таком случае бо́льшая часть прибыли идет в сферу улучшения быта всей цивилизации. И зарабатывают на продаже и употреблении дельтангов все члены нашей цивилизации.

– Ну это я слышал… А что касаемо Харон? Почему она не шевелится?

– Как уже сказано, нет у нее приоритета. Ну и самое главное: ей до первого выхлопа невыгодно по разным мотивам даже общаться с новым карзарином. Там вообще столько запретов, что одно неправильно сказанное ею слово – и она вообще окажется в стороне от любой прибыли по этому делу. Например, все ее контакты через информаторий идут под протокол, и если она раскроет хотя бы какие-то запретные тайны для новичка, ее даже с маршрута могут снять.

– М-да, заработки тут хорошие, – протянул один парень в раздумье, но второй его дополнил:

– Еще и дополнительная прибыль мешками носится. Сегодня пигмеи Харон наверняка не просто добро волокли в мешках, а полноценное золото Древних. Только с его запасами можно жить припеваючи тысячелетия.

– Пф! – фыркнули оба пожилых одновременно. – Золото!.. Ерунда полная! А вот после первого выхлопа перевозчик может столько заработать, что… у-у-у!

– То есть Харон может здорово подняться на продаже «цельных» дельтангов?

– Именно. Там еще много разных нюансов, но когда все попавшие в свой прежний мир дельтанги погибают повторно, их себестоимость сразу увеличивается стократно. Но самое главное, оставив себе солидную часть «цельных», владелец переходит в иной ранг, получая дар управления силовыми полями и преобразования материи. А это уже небожители, стоящие выше всяких выскочек Ведущих и даже снисходительно поглядывающие на богатейших представителей нашего общества.

Молодые завистливо вздохнули и досадливо зацокали языками:

– Ну вот, кому-то все, а нам ни шиша…

– И как тут ни корячься, а все равно ноги задницу не перепрыгнут…

На эти слова молодых пожилой сменщик даже рассердился:

– Закройте рты и не смейте завидовать! Хотите чего-то достигнуть? Так ведь не раскорячившись, ничего не получите! Хотите, как Харон, подписать контракт на две тысячи лет? А иначе ничего такого не добьетесь! Мало того, при особой удачливости этой опытнейшей перевозчицы и мы все можем оказаться в обойме нового контракта. И тогда вам так повезет, так повезет…

Повисла пауза, которую оборвал второй мужчина:

– Ладно, топайте домой, не отвлекайте нас!

И новая смена с головой окунулась в нудные действия то ли диспетчеров, то ли разводящих, то ли оперативных дежурных. Попытка проследить за молодым парнем, в плечи которого удалось вставить шпионскую аппаратуру, ни к чему не привела. Он с напарником вошел в какой-то лифт, дверь закрылась, и… связь пропала. Не иначе как тоже ушли куда-то телепортом.

Только и удалось расслышать несколько фраз одного из парней:

– Интересно стало. И жаль, что мы не имеем доступа здесь в комнату с базами данных. Но сегодня же обязательно разыщу в общей сети всю информацию по «первому вы…

Понятно было, чем он заинтересовался. Если бы удалось подслушать эту пару на их следующем дежурстве! Но будут ли работать подслушивающие устройства после портального переноса? Да и в той ли самой одежде парень выйдет на следующее дежурство?

После чего Ландер «вернулся» домой и попытался с ходу окунуться в бурные обсуждения услышанного.

Глава 16

Последние деньки

Именно что попытался. Потому что сразу был послан обратно с наущениями от Трофимыча:

– Ты и так все прекрасно слышишь. Но лучше тебе не терять ни одной минутки. Используя щепки поочередно, постарайся напрямую прослушивать разговоры всех, кто окажется там рядом. Еще лучше навешивать подслушивающие устройства на любого, до кого дотянешься.

– Не так много этих устройств осталось-то…

– Сейчас не до экономии! И Семен уже вызванивает всем нашим, чтобы собрали и доставили всю доступную им аппаратуру. А тебе надо срочно выяснить время «первого выхлопа» и минимизировать возможные последствия. Хотя уже понятно, что грядет катастрофа!..

Кажется, невозмутимый и рассудительный дед откровенно запаниковал. Да и не только он. Было отчего хвататься за голову и, фигурально выражаясь, рвать волосы. Не только все начинания могли пойти коту под хвост, но и трагедия кровавая разразиться. А уж про мечты пожить полноценной физической жизнью в контролируемом воздействием теле можно было сразу забыть.

Вот и пришлось вместо того чтобы выспаться перед сеансом общения с Ведущей Са-а, отправляться то на склад, то на пирс и охотиться за крохами информации. Правда, на пирсе никого не было вначале, точнее, туда не получалось попасть. Ибо лодь Харон, стоявшая здесь сравнительно недавно, куда-то исчезла в неведомом подпространстве.

Но и склад не спешил радовать фланирующими прохожими, спешащими поведать тайны, краеугольные для каждого начинающего карзарина. Тому ничего не оставалось, как ворчать от недовольства на мертвый мир да прислушиваться краем уха к ведущейся полемике на Земле. В ведущемся мозговом штурме обеспокоенные дельтанги выдвигали всевозможные варианты спасения. Причем не гнушались самыми нереальными и порой полярными друг другу.

Но что виделось наиболее приемлемым, так это общий сбор всех тел преступников, находящихся под контролем. Как бы много их ни было к данному моменту, всем им придется собраться в городе, точнее, в ангаре и около него. А тех, кто далече, увы, придется казнить по уже давно вынесенному приговору. И как только случится «первый выхлоп», работающему в поте лица Роману придется таскать трофеи из лоди Харон, а его помощникам сразу же цеплять двуглазов на тела носителей.

Вся сложность здесь заключалась в количестве.

– Всей лоди не хватит, чтобы набрать именно души нужных нам оттенков, – напомнил Ландер. – И второй, не менее важный аспект: время ограбления. Вдруг оно не совпадет? Вдруг как раз лодь будет пустой стоять в устье реки?

– Если бы только это! – горестно стенал Шенгаут.

Ну да, помимо уже упомянутых сложностей имелись и другие. Например, время, которое понадобится освобожденному от воздействия телу, чтобы в нем развернулось сознание прежнего владельца. В последние дни велось много экспериментов в этом направлении, имелись вполне положительные тенденции в значительном увеличении упомянутого срока. Но все равно больше чем на два часа оставить тело без присмотра не получалось. Да и эти два часа носитель привлекал к себе со стороны ненужное внимание вялостью, излишней сонливостью и пониженной сообразительностью. Лучше всего выглядело полное усыпление на эти же два часа.

О самом худшем старались вообще пока не думать. А именно о повторной смерти дельтангов. Только-только получить надежду, только-только начать новую жизнь… И вдруг раз! И повторная смерть… И что с того нового вида существования, который назывался «цельный»?.. Коль о нем ничего не известно…

Так что Роман Ландер искренне преклонялся перед высоким моральным духом, который не покидал ищущих выход дельтангов. А потому старался напрячь все свои извилины в поисках самого благоприятного выхода. Зинаида, Элла и Георгий с Семеном тоже работали на износ, стараясь помочь в решении представших грандиозных проблем.

Пока получалось плохо…

Но все-таки настойчивость, сообразительность и внимание даже к самым мелким деталям приносят свои плоды. На складах иного мира круг наблюдения и воздействия строго ограничивался примерно пятнадцатью метрами от легендарного весла. Дальше продвинуться с помощью артефакта никак не получалось. Вверх, где под сводом притаилась станция-блок, десять метров. Далее двухслойная прослойка металла с каким-то наполнителем между ним, а затем густой, непроглядный туман.

Зато мелькнула иная дельная мысль:

«А что внизу? Под полом?»

Там оказалось жуть как интересно! Но… для знающего специалиста. Ибо два этажа по семь метров высотой оказались наполнены архисложной для понимания землян техникой. То ли ядерные реакторы, то ли нейтронные коллайдеры, то ли устройства наводки и приборы регулировки портальных тоннелей. Или синтезаторы материи? А может, просто машины для производства тумана?

Мнение по поводу увиденного чуда оказалось единогласным: притрагиваться ни к чему нельзя! Еще спокойнее будет, если на все эти витиеватые и светящиеся трубки, котлы, колонны, провода… и прочее вообще не смотреть. Мало ли что…

Зато возвращение на склад помогло созреть очередной, вполне гениальной мысли в голове мистера Рубки:

– Почему бы мне не заглянуть в ящики с инструментом других, так сказать, Харонов и Харонш?

– Стащить у них багры? – как-то вяло отреагировал на это Трофимыч. – А потом ими шантажировать перевозчиков?

– Ха! Копай глубже, Дед! – радовался Роман, уже находясь точкой своего обозрения внутри ближайшего инструментального ящика. – Тут ведь тоже весло легендарное. И если мы от него щепочку отколем, то так же сможем и других «несравненных» подслушивать. Верно?

– Да ты гений! – оживился старикан. – Ломай его! Круши!

Это он так про весло загорелся. Но вначале команда пошла по цепочке: Зинаида – Семен. Ведь Стрельникова редко кому доверяла поддерживать постоянный мысленный контакт со своим любимым, сама этим старалась заниматься. Услышав заказ, она позвала Молоткова, и уже тот сгонял за прекрасным боевым ножом, специально созданным для войск специального назначения. А уж таким шикарным оружием можно не только прочную древесину строгать, но и мягкое железо резать.

Так что вскоре команда стала обладательницей огромного количества новых щепок. И это количество поражало: сорок две штуки! Учитывая при этом, что восемьдесят с лишним инструментальных ящиков оказались пустыми. А почему пустыми? Наверное, перевозчики сейчас работают в иных мирах, поставляя дельтангов по каким-то своим Стиксам. Ну и не факт, что подобный склад существует только в единственном числе.

То есть в будущем, наколов таких вот щепок, можно подслушивать иных представителей мира Харсмеллон. А чуть позже (по идее!) можно и до их лодок подобным образом добраться и тоже по щепочке отколоть. В свою очередь это даст возможность набирать дельтангов из иных миров.

Додумавшись до такого, Ландер впал в небольшой ступор.

Нечто подобное пережили и все дельтанги, которые сейчас с ним совместно работали или его прослушивали.

Открывающиеся перспективы трудно было осознать и переоценить.

Но!..

Реальность диктовала совершенно иное: отставить в сторону неуместные рассуждения и мечты и заняться главной проблемой. Выражалась она в одном вопросе: как избежать катастрофы, связанной с первым выхлопом? Из чего вытекал основной тезис текущей деятельности: как и где раздобыть крайне нужную информацию?

И опять именно Роман сообразил, что надо делать. Или ему ничего иного не оставалось, как сообразить? Потому что он постоянно занимался щепками, веслами и попытками прослушать и просмотреть только что отправляющихся на работу перевозчиков. А именно это и дало очередную подсказку и направило мысли в нужную колею.

Вначале он по очереди перебирал щепки, после чего его «точка подсмотра» через артефакт смещалась к нужному веслу. И таки обнаружил рабочую бригаду, начавшую сплав по своей реке в каком-то из своих миров. И сразу пошла очередная ломка стереотипов. Вернее, перевозчик оказался ближе к земной легенде, хоть и выглядел на удивление молодо, пышно, с румянцем на щеках, как говорится, весь в соку. А вот помогали ему, бегая по широким ботам лоди, четыре девчушки лет по тринадцать-четырнадцать каждая. Выглядели они широкоплечими, словно занимались с младенчества плаванием. А вот грудь, хоть и прикрытая полоской ткани, явно еще и не начинала расти в плане женственности.

Но все равно использование детского труда было неоспоримо. И это вызвало бурное, весьма негативное обсуждение в стане наблюдателей.

Только вот лодка плыла по довольно спокойной речушке, перевозчик с помощницами не общался совершенно, и Ландер поскорее вернулся обратно на склад. Мол, не до того сейчас, надо искать иные источники сведений и информации. А с лодки щепочку можно отколоть во время ее стоянки у пирса, на разгрузке.

И вот перебирая другие щепки и заглядывая в иные ящики с легендарным инструментом, он обратил внимание, что и его «точка подсмотра» тоже перемещается по складу.

«Так это же здорово! – возопил он мысленно. – Теперь мне только и надо, что добраться до крайних ящиков и заглянуть за стенки этого склада!»

– Зачем? – не сумел сразу въехать в тему господин Шенгаут.

– Ты забыл о словах уходящего дежурного? А ведь он говорил о какой-то комнате с базами данных, – напомнил донельзя довольный собой Роман. – И если мы отыщем эту комнату, то уж с получением нужной нам информации справимся. Или нет?

Вот тут уже все воспряли духом. В руку наблюдателя стали быстро вкладывать по очереди каждую щепку. Затем каждую точку на составляемой схеме склада отмечали, как и вешали соответствующую бирку и на частичку легендарного весла. Таким образом нашли три ящика, стоящих вполне близко к стенам. И уже, отталкиваясь от них, заглянули за те самые стены.

Естественно, что будет вот так просто и сразу отыскать нужное помещение, да еще и с крайне ограниченным допуском туда дежурных, было несколько наивно. Если не сказать, что глупо. Но, похоже, в тот именно день и час дуракам и глупым везло. Потому что уже во время третьего «просмотра за стеной» глазам мистера Рубки открылось довольно простенькое помещение с какими-то диковинными консолями. Ни экранов, ни кнопок с тумблерами, ни сидений каких-то или кресел. Только эти самые узкие столы и наклонные поблескивающие столешницы на них.

Но подозрение, что попали куда надо, появилось сразу. Только вот другая беда крайне разочаровала: за стенку удалось дотянуться «точкой подсмотра», а вот до любого стола никак. И что делать?

Выход пытались найти не только дельтанги.

– Вот если бы ты был худенький, мог бы пролезть в полный разворот цепи с медальоном! – на полном серьезе сожалел Жора Шалавин. – Или, может, пусть Стрелочка попробует?

– И останется там навсегда из-за какой-то ошибки? – раскритиковал его Семен Молотков. – Желательно туда втискивать самого делового, так что лучше тебя…

– Нельзя ли вторую щепку с того же весла отколоть? – неплохую идею подала Элла Яровая. И пояснила более развернуто: – А потом уже, подбросив ее в само помещение, использовать как некий якорь для протяжки туда «точки подсмотра»?

В самом деле, попытка не пытка. Хотя и существовал риск, что двойная порча инструмента будет замечена его владельцем.

Откололи. Подбросили. Попробовали уже от второй щепки отталкиваться. И… ничего! Не сработала идея.

А вот ее дальнейшее развитие явилось плодом общего мозгового штурма. И начался он после упоминания всемирно известного изречения: «Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе!». То есть решили продвинуть к нужной комнате не просто щепку, а все весло целиком. Из креплений его выдернуть просто? Нет проблем! Пусть оно и тяжелое, как бревно. А уж дальше двигай эту оглоблю куда угодно, хоть на Землю забирай для исследований.

Естественно, что в данном случае риск утраивался. Вдруг как раз в этот момент инструмент отправится телепортом на место работы бригады перевозчиков? А как им действовать без весла? Да еще на бурной реке? Вот скандал-то будет! На пол-вселенной как минимум!

Но команда соратников прикинула, что никакой скандал не сравнится с важностью добычи нужной информации. Так что Ландер с натугой и кряхтением вынул весло из фиксаторов, а потом протолкал его к самой стене, да там вдоль и уложил. Если вдруг поднимется паника да начнутся поиски, то здесь они и закончатся. А уж что после этого и на кого подумают, землянам было все равно.

Потому что со следующих минут они всей командой занялись изучением консолей. Хоть те и выглядели как продукт иной, невероятно развитой цивилизации, но имея общие понятия о компьютере, да обладая невероятным желанием, да грамотно используя метод простого тыка… Ха! С такими талантами можно что угодно вскрыть и в чем угодно разобраться.

Глава 17

Неожиданный отказ

И все-таки сложности имелись огромные. А в какой-то момент они вообще показались непреодолимыми. А все потому, что Роману приходилось в ином мире орудовать лишь одной рукой. Потому что второй приходилось держать щепку в поле видимости. При этом вторая рука так и не появлялась в ином мире, только деревянный осколок. А сие есть не совсем удобно. Иначе никак не получалось. Там требовались обе руки. Наверное…

Пришлось по ходу размышлять, кто, как и чем может помочь.

Додумались запустить туда не просто пустую руку, а буквально облепленную чуть ли не полусотней дельтангов. И уже те, расположившись многолучевой звездой по всей столешнице, начали вполне успешно осваивать навороченное устройство с бесценной информацией. Все-таки чуток извиваться двуглазы могли, как и присасываться вполне крепко. Вот и чередуя эти свои физические умения, они то нажимали на нужные места консоли, то освобождали их от своих усилий.

Слишком сложно получалось… Зато хоть какие-то подвижки начались!

А тут еще и время поджимать стало, следовало выходить на связь через информаторий и начинать беседу с Сануарианданой. Потому что Харон настоятельно советовала не игнорировать эту встречу. Имелся такой вот подлый пунктик, что при неявке карзарина договор ему навязывался общественным исполнителем. После чего исправить некоторые пункты или отказаться вообще становилось архисложно.

А вот если появиться на сеансе связи да сделать правильные заявления под протокол, то все складывалось наилучшим образом.

И что делать? Сворачивать всю операцию? На этот раз сообразил, как быть, Трофимыч.

– Чего разлегся? Садись возле стола, руку оставляя там… Со всем остальным помогут ребята и наши дамы. Камеры сейчас наведем на тебя крупным планом, и беседуй с кем хочешь. Хоть с папой римским!

Сложно. Со скрипом и со срывами, но кое-как справились. И Ландера усадили, и камеры настроили, и попыток взломать чужой банк данных ни на секунду не прервали. А там и время подошло, условленное для сеанса связи.

Та же студия. Тот же фантасмагорический пейзаж на заднем плане. Та же мило улыбающаяся Ведущая. Ну и тот же договор, оглашенный по номеру, готовый к утверждению. И опять требование сказать только одно слово: «Согласен!» И вновь давящий на сознание, лишающий воли гипноз. Кажется, даже сильней давили, чем в первый раз. Скорей всего, непосредственное давление (находись землянин непосредственно перед информаторием) сработало бы. А вторичное изображение оказалось слабей.

Тем более шокирующе прозвучало со стороны мистера Рубки:

– Отрицаю! Категорически против!

Озадаченная Са-а даже не поверила:

– Как это? Почему?

– Есть пункт, который меня не устраивает. Пункт третий, дробь второй. Оплата услуг Ведущей и… прочим. Разве я обязан платить?

– Так все оплачивают! – стала бледнеть от злости длинноногая красотка.

– Плевать на всех! Вопрос по существу: я обязан платить?

– А как ты думал! – уже выкрикивала дамочка. – Конечно, обязан!

Повезло. Даже этого прозвучавшего утверждения землянину хватало для официального отрицания лица, ведущего переговоры со стороны Харсмеллона. Хотя Харон дала еще с десяток подсказок, как поймать свою конкурентку на лжи. Видимо, с той стороны слишком понадеялись на гипноз и на банальную глупость новенького карзарина.

Так что Ландер постарался скрыть радость в своем голосе, когда торжественно заявил:

– Официально заявляю: Ведущая по имени Сануариандана 1015 попыталась подло соврать при составлении договора и обмануть меня на гигантскую сумму денежных средств. Поэтому я отрицаю любые переговоры с лицами, навязанными мне общественными организациями, и обязуюсь сам обозначить нового для себя Ведущего по истечении ближайших трех суток. Мало того, заявляю протест по поводу попыток воздействия на меня гипнозом. Требую моральной и денежной компенсации! А пока… Прощайте! Встреча завершена!

Но экран информатория не сразу стал меркнуть, а только секунд через двадцать. Так что ошарашенная Са-а успела прийти в себя и доказать своими истеричными выкриками, что она недалеко ушла от базарных торговок отсталого и мрачного Средневековья:

– Мразь! Урод! Что ты о себе возомнил?! Издохнешь, как вонючий глист! И очень быстро, даже три дня не пройдет!.. Чертов ублюдок…

Когда крики прервались вместе с погасшим изображением, Роман услышал мнение старика Шенгаута:

– Если она вдруг проговорилась в злостном запале, то до первого выхлопа осталось менее трех суток… Не правда ли?

– Хм! Вот потому мне и показалось странным настойчивое упоминание Харон назначать срок следующего сеанса связи именно через двое суток. Хотя сама же изначально проговорилась, что на раздумья могу взять даже трое суток.

– Именно! – вроде и воскликнул Трофимыч, но сразу же перешел на грустный тон: – И что мы сумеем сами узнать за эти три дня? Не лучше ли было бы сразу вызвать Харон, обозначив ее как Ведущую, и уже после подписания договора хоть что-то конкретное из нее вытянуть?

– Вряд ли чего она подсказала бы…

– А вдруг? Тем более после доказательства твоих некоторых умений, оглашения твоих идей и обещаний о грандиозных заработках!

– Обещаний?.. Над которыми она смеялась? И планы… В которые она не поверила? – скептически фыркал Ландер, перейдя на общение вслух. – Мне кажется, мы и сами нужную инфу раскопаем. В крайнем случае, через двое суток вновь побеседую с Харон и вырву из нее должные подсказки. Пусть только попробует нам не помочь! А не поможет…

Он задумался. Зато весьма дельную дал подсказку Жора Шалавин:

– Тогда шантажировать будем! Ха-ха! Конкретно прижмем! Мы у нее не только платиновые багры стащим, но и весло уволочем! Куда она после этого денется?

Общее мнение на такую подсказку оказалось положительным. Хотя не стоило так нагло запугивать будущего союзника и компаньона, но если придет нужда, никуда не денешься. Придется отбрасывать в сторону щепетильность и деликатность. Тем более что речь шла о жизни огромного количества дельтангов. Мистер Рубка работал как стахановец и натаскал (или правильнее сказать вернул?) в мир Земли уже более двух тысяч умерших душ. Им всем очень не хотелось вновь пережить ощущение смерти, лишиться только-только налаженного бытия и отправиться в неизвестность. Пусть даже и в несколько ином варианте странного существования в виде «цельного» двуглаза.

Вот потому все и упиралось в тезис «Знание – сила!». Правда, не факт, что знание всех, даже самых мелких деталей о первом выхлопе принесет ощутимую, а главное, ожидаемую пользу. Могло и так случиться, что все дельтанги исчезнут с Земли, находящиеся под воздействием преступники себя осознают и… Тогда за жизнь Ландера и его друзей (да и всех остальных близких-знакомых) никто гроша ломаного не даст.

– Даст или не даст, это еще бабка надвое гадала, – утверждал Семен Молотков. – Но предлагаю на всякий случай устроить для нас запасную базу. Недалеко, хотя бы в соседней области. Снимем нечто солидное через посредников, те и сами знать не будут, для кого старались. А потом и все следы замараем в электронных системах учета и контроля. Так что я приступаю!

Средств хватало, можно было при нужде и Кремль взять в аренду. Причем доля господина Шенгаута, которую он использовал весьма щедро, составляла уже давно менее половинки процента. Остальные пожертвования были сделаны недавними ворами и грабителями, которые грабили у государства и народа так много и так беззастенчиво, что это у честных и справедливых людей в голове не укладывалось. Поэтому экспроприация незаконно нажитых преступниками средств велась тотальная и без всякой жалости.

Инициативу Молоткова одобрили, он и занялся организацией запасного, так сказать, аэродрома.

Также обдумывали последний, самый жесткий вариант «ухода». Если отыщется возможность как-то предварительно ощутить приближение первого выхлопа, то можно ведь умертвить все тела, находящиеся под воздействием. Все равно их прежние хозяева заслужили смертную казнь, как считало большинство. И в таком случае жестко сохранялась тайна существования всей общности землян, которые пока себя так и называли «Общество Справедливости».

Конечно, единовременная смерть сразу двух тысяч людей – это нетривиальное событие в жизни государства. Да еще каких людей! Бо́льшая часть из них официально входили в число самых уважаемых, работали на узловых участках властных структур (или недавно вышли на пенсию с руководящей работы) и считались наиболее богатыми в среде теневого капитала. Также они привлекли бы к себе внимание тем, что творили и проживали в одном городе и его окрестностях.

Слишком огромным мог получиться скандал. Если не случится еще чего пострашней.

Поэтому большинство дельтангов склонялись все-таки к уничтожению захваченных у преступников тел. Оставалось только вовремя связаться между собой и как-то заблаговременно высчитать час икс.

Связываться и обсуждать это дело начали заранее. И вот уже в процессе еще одну идею подали бывшие коматозники. Точнее, нынешние ведунья Дарья и волхв Ярослав. Еще точнее, те дельтанги, которые завладели бесхозными телами и теперь прославляли себя излечением уже второго доставленного в город коматозника. Помимо этого они проводили весьма интенсивные исследования с группой подобранных специалистов и на данный момент выяснили одну деталь. Если снимаемый с тела дельтанг успевал совершить определенные манипуляции с сознанием, то освобождаемое тело впадало в кому. И оставалось в коме как минимум пятнадцать часов.

А это уже гигантский по времени период, во время которого можно будет хотя бы частично спасти ситуацию и вновь постараться взять под воздействие самые ключевые фигуры. Манипуляции много времени не требовали, всего лишь пять-шесть секунд. И кома, длящаяся чуть больше половины суток, не в пример лучше и надежнее, чем два часа навеянного гипноза в обычном варианте.

Другой вопрос, будут ли в распоряжении исчезающих спарок эти самые пять секунд? И удастся ли узнать все-таки точное время самого первого выхлопа?

Но обучение, смотрящееся в виде посещения новой частной клиники, началось немедленно. Манипуляция с сознанием, названная кратко «отбой», вменялась к изучению для каждого дельтанга. Вот они и вели управляемые ими тела на краткое обследование. Пришлось при этом несколько игнорировать мнение широкой общественности, попутно придумывая разные существенные причины для этого. Потому что уже на вторые сутки после этого обыватели весьма и весьма удивлялись такому наплыву страждущих:

– Гляди-ка, все наши нувориши и крупное начальство потянулось на осмотры к волхву. Медом их Ярослав угощает или монастырским кагором потчует? Или это ведьма Дарья им прежние грехи отпускает?

Народ прекрасно знал не только своих героев, но и их антиподов.

Но все это было несколько позже. А пока при взломе базы данных иной цивилизации продолжалось истинное сражение. Уставшего и сонного Романа дамы поочередно кормили с ложечки и поили с кружки, преимущественно круто заваренным чаем и крепким кофе. Руку свою, остающуюся в ином мире, он порой уже и чувствовать переставал, настолько она порой затекала и казалась чуждой. Голова вообще перестала соображать, и даже используемая в больнице утка была воспринята без малейшего стеснения. Тем более что на какой-то стадии процесса Ландер потерял представление о сути происходящего. Только и выполнял механически распоряжения группы специалистов:

«Составь из четырех спарок крестик… Теперь сдвинь его на десять сантиметров левее. Теперь вот эту звездочку смести вправо… еще чуток! А эти два треугольника основаниями вниз подними чуть вверх… Теперь все это соедини в единое целое остальными дельтангами… Теперь начинай тыкать пальцами. Средний в синюю точку… Ах! Ты же ее не видишь!.. Корректируем!..» – и так далее, и тому подобное.

И благо еще, что валяющегося под стеной склада весла до сих пор никто не спохватился и просто визуально не обнаружил. Тем самым работе была обеспечена продуктивная непрерывность. Похоже, что данный инструментальный ящик не использовался в общей системе доставки дельтангов. Наверное, он относился к категории «закрытые маршруты». Ведь с той же Земли когда-то шла доставка по шести маршрутам, а сейчас остался только один.

Да и само помещение с консолями и базой данных никто не проведывал. Вполне возможно, что никто из техников, кладовщиков или дежурных не имел туда права доступа. А скорей всего, никто этим устаревшим для них оборудованием и не пользовался толком. Все и так все знали, а в случае необходимости могли освежить свою память дома, покопавшись в общественном интернете. Не зря ведь заинтересованный дежурный обещал все детали выяснить после того, как доберется домой.

А сражение с техникой чужой цивилизации продолжалось.

Много. Ох, как много сил пришлось потратить для получения первых итогов! Почти сутки прошли, пока первые данные стали считываться коллективным разумом землян.

Зато какие это были данные!

И оставалось только безмерно сожалеть, что воспринимать новую информацию приходилось чисто визуально. То есть смотреть, читать или слушать. Потому что записать данные на некий носитель не получалось при всем желании. Провод проходил в иной мир, как и записывающие устройства в виде USB-флеш-накопителя, внешних накопителей памяти, роутера или чего угодно. Но вот ни там земные аналоги не срабатывали, ни здесь до них по проводам ничего не доходило.

Но никто особо этим не расстраивался. Главное на данном этапе, что ценнейшая информация стала все-таки доступна.

Глава 18

Пауки зашевелились

На этот раз теневые «столпы общества» собрались в гостях у Скелета. Да и к ним в компанию добавился пятый человек, отсутствовавший прошлый раз по причине болезни. Наверное, именно из-за этой хвори прозвище пятого уже давно изменилось с Палач на Плач. Будучи некогда самым злобным и жестоким в данной компании, сейчас он превратился в слезливого старика, постоянно жалующегося на несправедливость доли и мечтающего только об одном: как бы облегчить терзающие его боли? Потому что современные наркотики искусственного происхождения ему уже практически не помогали.

Усач тоже выглядел раздраженным: он уже давно мучился своей мужской неполноценностью, горя желанием истинного петуха топтать и топтать молоденьких курочек. Лысый нервничал из-за невозможности расслабиться несколькими порциями хорошего коньяка. Скелет страшно извелся из-за своего артроза, последние ночи практически не спал. Ну и Мордатый не находил себе места, мечтая выкурить свою вожделенную сигару.

То есть все собравшиеся были солидно на взводе по физиологическим причинам. А тут еще и последние новости не радовали, заставляя напрягаться и срочно принимать судьбоносные решения.

Новыми сведениями и на этот раз делились Усач и Мордатый, курирующие общие направления разведки и контрразведки. Сменяя друг друга и дополняя по мере подачи информации, они мрачнели сами и заведомо портили настроение своим подельникам:

– Дела очень плохи! Если не сказать, что катастрофичны! – Мордатый не просто принюхивался иногда к своей сигаре, он ее буквально мял и царапал ногтями, словно у него в руках кадык закоренелого врага. – Впервые получилось так, что все три наших группы быстрого реагирования оказались под полным контролем неизвестного… повторяю это особенно: неизвестного противника!

– Точнее, противник известен лишь по косвенным данным. Нашими независимыми наблюдателями локализовано как минимум четыре центра, откуда определенные лица руководят террористической, или, иначе говоря, антиправительственной деятельностью.

– Какой, какой деятельностью? – ехидно поинтересовался Скелет. – Так это они взрывают банки и захватывают телеграфы? Они штурмуют резиденции проворовавшихся губернаторов и расстреливают продажных прокуроров?

– Хватит пороть чушь! – скривился Лысый, словно от лимона. – Твои подначки и детские страшилки неактуальны уже сто лет, со времен захвата власти большевиками.

Но Скелета неожиданно поддержал Палач-Плач. Нервно дергая порой головой, он начал с плаксивых интонаций:

– А все подобное как раз и начинается с утери контроля над обстановкой! – Дальше его тон переходил все больше в озлобленное шипение: – Вначале одно быдло возомнит, что ему все дозволено, и начинает тявкать о свободе и равенстве. Потом к нему подтянутся его ленивые, не желающие работать собутыльники, и вот уже начались погромы под девизом «Забрать и поделить!». А потом поздно становится что-то повернуть вспять или исправить. Поэтому надо сразу давить на корню! Уничтожать в зародыше любое непослушание! Давить так, чтобы кровь брызгала во все стороны, а все, кто выжил после этого, боялись испортить воздух без разрешения!

Наверное, он еще и дальше распалялся бы и стучал кулаком по столу, но… Здоровье уже не то! Высказался – словно хорошую дистанцию пробежал. Стал задыхаться, побледнел, веко в нервном тике задергалось. И каждый из четырех его собеседников подумал примерно одинаково:

«Долго Плач не протянет. А я еще по сравнению с ним орел!»

Но по сути прозвучавшего спича Мордатый согласно покивал:

– Давить, конечно, надо. Никуда нам от такого не деться…

– Кого хоть давить? – решил уточнить Лысый. – Кто там воду мутит?

– Если по возрастающей, – стал объяснять Усач, – то на четвертом месте там группка обывателей, вроде как омолодившихся с виду. Занимаются торговлей, причем не гнушаются и оружием спекулировать. Только за это их убирать надо. Возглавляет их бывший служака конторы, давно съехавший на ПМЖ в Германию. Как он оказался в Заволжье, до сих пор непонятно.

– С хитрыми спекулянтами легче всего, – констатировал Скелет. – Особенно если талантливые. Обобрать до нитки, загнать в беспросветные долги да заставить работать на наши структуры. Ибо, как бы они ни нажились, власти у них нет. Как и допуск к каким-то особым тайнам они не могли получить. Мне так кажется… Поэтому что там с третьей группой?

Теперь пустился в объяснения Мордатый:

– Уже известные нам волхв Ярослав и ведунья Дарья. Эти двое, будучи недавно живыми трупами, показывают в последние дни феноменальную активность и оборотистость. Развернулись со своей частной клиникой невероятно! Ну и восторг обывателей с последующей волной популярности принесло им излечение двух коматозников, которых их родственники доставили в город. Правда, пациенты потеряли частично память, но зато вполне бойко двигаются и умственно адекватны. Никаких интервью они не дают, но беседующие с ними врачи (среди которых были и наши наблюдатели) в неописуемом восторге. Недавние списанные с этого света личности словно заново возродились.

– Омолодившись при этом? – с придыханием уточнил Лысый.

– Да нет, скорей постаревшими чуток выглядят. Хотя по всем медицинским параметрам это как раз ожидаемо и объяснимо. Сами же новоявленные целители утверждают, что при излечении больных использовали особенный массаж и некоторые наработки, переданные им неизвестной колдуньей.

– Аферисты! – вынес свой вердикт отдышавшийся Плач. – Таких надо сжигать на площадях при скоплении согнанных туда обывателей!

– Да как сказать, – кривился с иронией Мордатый. – Что-то они все-таки умеют. Причем используют свои массажи ко всяк входящему и всяк жалящемуся. Потому что буквально в эти часы у них прямо-таки пик посетителей. Да каких посетителей! Почитай все действующие и бывшие руководители ОПГ, все представители властных структур, ну и все начальство силового контроля ринулись в эту частную клинику со своими болячками.

– И все они излечиваются как по мановению волшебной палочки?

– Ведутся тщательное наблюдение и максимально возможный контроль. Но уже сейчас можно сказать, что никакого облегчения пациенты не получили. Большинство покидает волхва и ведунью раздраженными и недовольными. Ну и откровенно жалуются друг другу примерно такими фразами: «Она (он) мне заявил (а), что улучшение наступит только через месяц (два)! Дурака нашли? Думают, я им поверил? Три раза ха!»

– Вот и я говорю: сжечь их! – злобно скрипел Плач. – Вместе с клиникой! И вместе с пациентами! Напалмом!.. Трижды!..

Он опять стал задыхаться и умолк. Тогда как соправители смотрели на него во время повисшей паузы и молчали, стараясь оставаться внешне невозмутимыми. Тишина могла показаться постороннему наблюдателю откровенным осуждением сказанного. Только вот у собравшихся здесь мысли во многом были созвучны.

Еще и Усач через несколько минут пробормотал:

– Хуже всего, что в эту клинику повадились фигуранты второй и первой группы. Те самые, на кого падает наибольшее подозрение. Ко второй группе относится руководство силовых подразделений города: полиция, прокуратура, ОМОН, судьи. Хотя все они могут оказаться на службе у первой группы: крупные промышленники, олигархи местного разлива, ну и самые матерые уголовники. Если и существует некий секрет омоложения или тайна кардинального оздоровления, то именно последние упомянутые мною лица к этому причастны.

Лысый нервно задергался:

– Не понял! Разве все эти личности не находятся у нас на коротком поводке? Разве они не обязаны нам докладывать по разным каналам о каждом неверном чихе на подведомственной им территории?

– В том-то весь и парадокс! – досадовал Усач. – Что они докладывают с прежним усердием. И копают в нужном направлении, не покладая лап и копыт своих. Но! По нескольким выводам наших одиночных, не зависимых ни от кого экспертов и наблюдателей, во властных структурах города просматривается некий сговор. Они ведут себя в мелочах не так. Да и некоторые распоряжения сверху очень грамотно игнорируются. Вроде как ложной информации не подается, зато явно что-то недоговаривают. Или явно кого-то покрывают. Ну и если принять как данность некую тайну омоложения, то причина сговора становится ясна и оправданна. Никто, будучи в здравом уме, не захочет делиться подобными секретами. Даже с нами, если они о нас догадываются.

Он сделал паузу, поболтал в своем бокале коньяк и залпом выпил все до дна. Не закусывая, помолчал, обводя всех взглядом своих выпученных глаз, и резюмировал:

– Возможно, придется там не только напалм использовать.

Скелет потер пальцы рук друг о друга и, морщась, предложил:

– Может, вначале все-таки копнуть глубже? Неужели мы со своими возможностями не докопаемся до истины?

– Не все подвластно королям! – со скорбной улыбкой изрек философскую притчу Мордатый. – И уничтожать весь город вроде как надо… Тем более что еще одна тенденция, весьма опасная, была подмечена нашими экспертами. Вроде и мелочь, но…

– Мелочей в таких делах не бывает, – всхлипнул Плач. Хотя было видно, что он попытался изначально эту фразу прорычать. Увы! Здоровье не позволило напомнить о себе, как о Палаче.

– Ну да, ты прав, – кивнул на это докладчик. – Так вот. В городе и вокруг него невероятно резко повысилось качество работ. Особенно общественных, как то: укладка и ремонт дорог, например. Иначе говоря, почти перестали воровать. Я говорю «почти», потому что часть средств все-таки продолжают как бы изымать из оборота. Но это как раз та часть, которую руководители просто обязаны отправлять «наверх». И то эта часть оказалась в последние дни значительно урезана. Вроде как и причины звучат вполне уважительные: ревизии, несуразицы с банковскими счетами, служебные расследования, чехарда с резко меняющимися планами… и так далее, и тому подобное. Такое и раньше случалось…

– Может, в самом деле? – засомневался Лысый.

– Нет. Проведены проверки со стороны, так сказать, чисто аналитического плана. Еще кое-какие возможности контроля подключили. И доказано: в восьмидесяти процентах уважительные причины надуманы или подстроены специально. Такое впечатление, что сидящие на «потоках наверх» лица просто специально затягивают время, чтобы не отдавать положенную мзду. И по всему выходит, что многие руководители и хозяйственники города вдруг ни с того ни с сего стали самыми ярыми бессребрениками. Разве такое может быть?..

Опять все затихли, пытаясь переварить в сознании невероятное. И опять первым злобно зашипел Плач:

– На самое святое покусились… Быдло! А я говорил: доведет нас наша мягкотелость до революции! Говорил! – и опять заладил свое, выкидывая каждое слово с придыханием астматика: – Напалмом! Сжечь! Всех!..

Его соратники понаблюдали за ним какое-то время с сочувствием, а потом Мордатый, откинув в сторону свою напрочь размочаленную сигару, решительно хлопнул ладонью по столу:

– Итак! Вношу предложение. Пока постараемся обойтись без тотального уничтожения целого района. Но для ввода войск и введения особого положения надо устроить там небольшой Армагеддон. Думаю, что для этого будет достаточно взорвать несколько жилых домов и самое ненужное для нас предприятие. Но так, чтобы побольше жертв. А уже дальше, под шум дождя, как говорится, мы проведем в жизнь все наши планы. И если есть какая-либо тайна, обязательно ее раскроем.

– А волхва с ведьмой сразу на костер! – шипел Палач.

– И это можно устроить, – покладисто согласился Мордатый. – Еще и так провернем, что обыватели сами сожгут этих аферистов вместе с их клиникой и вместе с их попечителями. Но! Только после того, как мы этих коматозников вывернем наизнанку и четко определимся с чудом их личного исцеления. Все-таки там есть нечто мистическое…

– Насчет ввода войск, – озадачился Скелет. – Шум получится на весь мир. Поэтому и наши заокеанские коллеги потребуют допуска их подразделений. Да и специалисты масс-медиа немалым кагалом налетят. Но думаю, что нам их помощь будет только на руку.

Подобные вопросы курировал в основном Усач. Поэтому он вначале переглянулся со своими подельниками, получил от каждого кивок согласия и после этого огласил:

– Правильно. Дельная помощь нам не помешает. Даем отмашку и для них. А чтобы замаскировать их активное участие, придумаем нечто в виде совместных маневров. Еще лучше запустим давно взлелеянный международный батальон антитеррористического толка. Тем более что повод и причины будут самые веские. Никто из здешних тупых патриотов и националистов даже пикнуть не посмеет.

Тут же в ответ зашипела старая пластинка:

– А если рот откроют – жечь! Напалмом! Всех!

Не обращая внимания на это шипение, Скелет озаботился иным моментом:

– Подавить нам сил хватит. Как и город сровнять с землей, а землю вывезти. Но мало ли что? Вдруг где-то ситуация вырвется из-под контроля? Не лучше ли нам в ближайшие две недели (а то и месяц) пересидеть в наших подземных бункерах?

– Поддерживаю! – закивал Лысый. – А для наших совместных посиделок используем закрытые каналы связи.

А вот Мордатый на это лишь показательно, если не презрительно, хихикнул:

– Пересцали? Ха! Ну и зря! Пока все под контролем. И будучи наверху, мне легче держать руку на пульсе событий.

– И мне тоже! – поддакнул ему Усач. И дружески улыбнулся остальным собеседникам. – Ну а вы можете и отдохнуть немножко в спокойной обстановке. Если нечто важное или некая тайна нам все-таки приоткроется, сразу поставим вас в известность.

Фактически на том встреча столпов общества и завершилась. Еще с полчаса поболтали о несущественных пустяках, и гости стали расходиться по одному.

Последним, убедившись, что остальные ушли, выползал из-за стола Палач-Плач. Вот тогда он и прошипел хозяину дома:

– Не нравится мне, что всей информацией владеют Мордатый и Усач. Вдруг они в самом деле отыщут нечто мистическое и весьма полезное для здоровья? А потом оставят это лишь для своего пользования? А нас с тобой спишут в утиль…

– Тоже этим серьезно озадачен, – признался Скелет. – Поэтому давай снимем своих архаровцев с иных направлений да запустим в это Заволжье. Пускай роют.

– Правильно. Договорились.

Последний гость тоже убыл в свою резиденцию.

А колесо истории стало со скрипом выбираться из проторенной колеи.

Глава 19

Быть? Или не быть?

Что такое первый выхлоп, удалось отыскать в отдельной, специально созданной для этого термина папке. Только вот собиратель не упорядочил данные, не сделал выводы, не квалифицировал все по порядку. Скорей всего, он что находил, то и сбрасывал в папку. Поэтому в ней творился жуткий кавардак, при котором крохи самой полезной информации оказались завалены однообразными, повторяющимися пластами второстепенной информации.

Вот и уходило драгоценное время. Вот и бесился Роман от ничегонеделанья. Вот и кормили его с ложечки, не давая спать… и все остальное, что человеческому организму не чуждо.

Но общими усилиями, как говорится, и чемпиона бить легче. Толпой запоминать проще, как потом и систематизировать прочитанное. Так что сравнительно скоро стали высвечиваться первые результаты, выстраиваемые по порядку процесса и сортируемые по важности.

Первое: выхлоп (здесь и далее имелся в виду «первый») произойдет в срок, напророченный обозленной Ведущей Са-а. Выпадал он на послезавтрашнее утро. Подготовиться к нему время было. Как бы… Происходил он единовременно для всех дельтангов независимо от даты их возвращения в родной мир. Но отсчитывать следовало с момента появления первого дельтанга на планете.

Второе: минут за восемь (были сложности с соразмерением единиц времени) до выхлопа все дельтанги получают первый болезненный укол, скорей всего, ментальный, по сознанию. За четыре минуты – второй укол. Ну и буквально на последней минуте – третий. Иначе говоря, приходило от неведомых сил предупреждение о скорой смерти. Уже второе по счету. Причем во всех примерах и аналогах говорилось, что за это время дельтанг вполне успевает умертвить тело своего носителя. Да-да, именно так безжалостно рекомендовалось поступать во всех случаях. Во избежание, так сказать, сложностей для первого карзарина.

Третье: после вторичного умерщвления дельтанги переходят в иное состояние, называемое «цельный», становясь бесцветными. Переходят все, если судить по данной цитате: «…каковы бы они ни были до того, где бы они ни находились и где бы они ни прятались. Хоть в ином мире!». При этом они приобретают некие магические силы, в каждом случае всегда разные и сугубо индивидуальные. Возрастание этих сил происходит после определенных соединительных комбинаций нескольких или многих дельтангов на едином носителе. После этого дельтанги могут произвольно менять цвет. В самом удачном сочетании «цельных» носитель получает удивительные порой возможности, среди которых телепортация занимает далеко не последнее место. Правда, на подобное у опытного карзарина уходят десятки лет напряженных опытов и длительных экспериментов. Ну и подбирать следует тщательно дельтангов, именно сочетаемых по ауре, психологическим параметрам и прочим довольно многочисленным показателям.

Четвертое: имелись редкие случаи, когда карзарин успевал перехватить «цельных» на пути их транспортировки в мир Харсмеллон. При этом дельтанги получали уже личное право выбора: умереть в третий раз, остаться возле карзарина или мгновенно переместиться на свое прежнее место, где он находился до момента первого выхлопа. То есть на тело прежнего носителя, если то оставалось на тот момент дееспособно. В этом случае напрягало лишь упоминание о третьей смерти. Что это? Новое перерождение или окончательная гибель души? Или второй выхлоп? Ни слова об этом отыскать пока не удалось. Как и о втором выхлопе. А ведь он должен быть по логике, коль существует порядковый «первый».

Пятое: как правило, после первого выхлопа в новом мире суть превращения душ в дельтангов переставала быть там секретом. Почти всегда ученые довольно быстро осознавали громадную пользу для своей цивилизации и создавали специальные улавливатели дельтангов. Только вот на каждый мир неведомые силы (те самые, что создали мертвые города, озера в них, лоди, весла, пойслиги, реки типа Стикс и все остальное) сразу накладывали определенные ограничения. Например, число карзаринов на всей планете, спутнике или орбитальной станции, приравненной к искусственному спутнику, не могло превышать сотню, а количество отловленных душ в день не превышало одной. Единственным исключением в этом плане был самый первый карзарин, который от имени всего своего мира составлял первый договор с миром Харсмеллон. У него имелась куча льгот. К примеру, он мог влиять на выбор кандидатур своих новых коллег или он оказывался вне всяких судебных исков, каких-либо претензий и разбирательств со стороны сопланетников… В общем, снимал все сливки, пользуясь своим титулом первопроходца. Опять-таки, если правильно составлял свой первый договор и верно выбирал для себя Ведущего. Или Ведущую.

Вот и все основные положения первого выхлопа.

Точнее, все самое важное, если не считать многочисленных деталей и мелочей, от которых голова пухла. Правда, эти мелочи подавались в виде прецедентов или повествования о тех или иных действиях каждого карзарина. Редко действия трактовались как удачные, порой неудачные, чаще провальные. Но вчитываясь в эти примеры, можно было кардинально улучшить условия основного договора. А уже от него топтаться к личному или к всеобщему счастью. Ведь, как оказалось, Харон не рассказала даже о десятой части многочисленных льгот, которые мог для себя выбить мистер Рубка.

Руководствуясь принципом «Своя рубашка ближе к телу!», перевозчицу можно было понять. Она не только боролась за личное благо, но еще и целую команду специалистов с помощниками за собой вытягивала. Конечно, если верить словам пожилого дежурного-техника-оператора. Или кто он там по должности?..

Но разве можно сравнить благо небольшой кучки иномирцев с грандиозными планами внедрения справедливости для целой цивилизации?

Вот и Ландер, будучи единодушен со своими друзьями и с огромной командой дельтангов, не сравнивал эти блага. А сразу одобрил создание своего, персонального договора, идущего вразрез со всеми чаяниями любой новой Ведущей. Тем более что формуляры для такого договора отыскались в найденной папке архивов. Но этим уже занимались профессионалы, собаку съевшие на всяких тонкостях, крючкотворствах и ухищрениях при составлении очередной бюрократической бумажки. И в данном случае, как оказалось, без них не обойтись.

Тогда как все остальные дельтанги задались вопросом: как быть? Точнее, куда определяться сразу после второй смерти? И что обрадовало больше всего, для всех этот вопрос оказался чисто риторическим. Никто не сомневался, что он легко введет подконтрольное ему тело в кому или даст конкретное задание на ближайшие два с лишком часа. За это время карзарин валом гребет из лоди Харон всех бесцветных, попадающих туда дельтангов. Если не успевает, гребет всех подряд, лишь бы ни один «цельный» не пропал на складе у гномов. И уже они, возвращаясь на Землю, тут же телепортируются на свои прежние места.

По расчетам и прикидкам, все должно получиться. А если все сложится идеально, то никто на планете до поры до времени и не узнает о существовании дельтангов. В противном случае жди беды. И в последнем выводе никто не сомневался.

Для тревожных сомнений имелись все основания.

Слишком уж много в последние дни было зафиксировано в городе всяких независимых экспертов, частных сыщиков и просто любопытствующих. Они похлеще голодных шакалов все вынюхивали, все высматривали и совали свой нос в любую щель. И появилось их так много, что на них никакого воздействия не хватало. Приходилось их попросту локализовать в полицейских участках, в тюрьмах, а то и в психиатрической клинике. И все равно всех перехватить явно не успевали.

Правда, во время выборочных воздействий удалось выявить несколько цепочек посредников, информация по которым уходила не просто в правительство страны. И даже не в теневые властные структуры знаменитых олигархов. Данные подавались куда-то дальше, в совершенно неизвестные чертоги, а порой даже за океан. Приходилось распылять силы, рисковать, бросая по этим каналам связи все новых и новых оперативников. Наверняка они доберутся до главных кукловодов, но когда это будет? И что после этого придется предпринимать?

Весь мир пока не взять под контроль, как ни старайся.

А уж если утечка сведений о дельтангах произойдет, вообще беда.

Но о плохом старались не думать, хотя и предпринимали определенные меры безопасности. Семен Кириллович арендовал целый кусок полигона у военных, пустовавший без дела последние тридцать лет. Дорого арендовал, но оно того стоило, и там уже полным ходом шли создание нормальных жилищных условий и переоборудование оборонительных рубежей. Все прикрывалось вывеской министерства сельского хозяйства, якобы создающего там опытно-селекционный леспромхоз. Так себе прикрытие, но на первое время и на экстренный случай первого выхлопа сойдет.

К тому же ушлый Молотков настоял на оборудовании нынешнего ангара средствами активной обороны. Те же ПЗРК он с несколькими специалистами установил так, что они сработают дистанционно, разнося в пух и прах любой автомобиль, танк, вертолет, а при нужде и самолет. Получалась великолепная закладка против слишком уж агрессивных гостей.

Ну и в общем дельтанги весьма радовались именно такому вполне контролируемому развитию событий. Особенно в этом выделялся Никита Трофимович Шенгаут, постоянно находящийся при теле Ландера:

– Ты не представляешь, как я рад, что можно будет вернуться еще раз на Землю. А как первый раз услышал, что придется повторно умирать, чуть ума не лишился…

– Да я чувствовал твои похоронные мысли, – по-дружески хохотнул Роман, укладываясь в кровать на заслуженный отдых. – Особенно когда в наше поле зрения попадала фигурка Эллочки.

– Ну да, чего уж там юлить, – признался старик. – Слишком серьезно я настроился на совместную жизнь именно с ней. И почему-то уверен, что очень скоро наши врачи отыщут способ, при котором взятое мною под воздействие тело не будет смертельно быстро стареть.

«Ага… Самое главное, сердцем не стареть!» – мысленно бормотал мистер Рубка, уже засыпая.

Но за своего нового друга радовался от души. Да и мадам Яровая перед тем вызывала жалость своим растерянным видом. А сейчас подтянулась, взбодрилась, работает как электровеник.

Но это Ландер радовался, а вот его друзья не понимали возникших отношений между омолодившейся красавицей и стариканом, прожившим более девяноста лет.

– Подобная разница в возрасте в голове не укладывается! – ворчал Жора Шалавин. – И неважно, как Трофимыч будет выглядеть в ином теле. Разница в сознании не сделает их счастливыми.

– Ну да, – соглашался с ним посмеивающийся Молотков. – Рекорд Гиннесса на носу: она моложе тридцати, а он старше на шестьдесят лет. Да еще и сложности всякие с новым, незнакомым личиком… Нет чтобы меня, молодого и красивого, выбрать!

Это они так беседовали в сторонке, когда Трофимыч находился в общем кругу советующихся дельтангов. А отошедший по надобности Роман их и услышал. Тогда и не удержался от совета:

– Ребята, следите за словами. А лучше всего забудьте о Яровой как о женщине. Не то сразу себе двух врагов наживете. Особенно в том случае, если у этой пары в дальнейшем что-нибудь не срастется. Они тогда не себя винить станут, а все ваши подначки припомнят.

Друзья повинно кивнули, но все равно продолжали водить за Эллочкой масляными взглядами. Вот тогда Роман и шепнул своей Стрелочке:

– Зин, что-то ребят слишком мы оздоровили и омолодили. Кажется, у них спермотоксикоз начал прогрессировать. Поэтому подумай, как в наш спаянный и дружный коллектив ввести нескольких приятных и умных девушек. Пусть ребята на них свои фантазии попробуют претворить в жизнь.

Художница над этим задумалась всерьез:

– Вроде вопрос не сложный, решим! – после чего строго предупредила: – Но если вдруг тебя потянет на сторону, готовься превратиться в дельтанга.

Ничего не оставалось, как посмотреть с укоризной на любимую, тяжело вздохнуть и чмокнуть ее в губки со словами:

– Лучше тебя нет никого во всем мире!

Правда, когда он уже убегал, Стрельникова недовольно крикнула вслед:

– А почему не во всех мирах?!

Пока новых девушек в команде не было, но Зинаида над этим работала, сказав, что кандидатуры она уже подобрала и вскоре всех перезнакомит. Так что засыпал Роман, будучи вполне спокоен за Трофимыча и за его будущее.

Выспался он отлично. Когда встал, ощущая аромат свежезаваренного кофе, то его сразу по ходу стали знакомить с проделанной работой. И ведь все получалось великолепно. Оставалось только восхищенно хмыкать да поощрительно поддакивать.

Хотя по поводу нового договора с представителем мира Харсмеллон Ландер засомневался:

– Не слишком ли круто мы заламываем цены? Да и прочие условия – ну совсем неадекватны к нашей действительности. Так и Харон не согласится на сотрудничество.

– Она ведь уже согласилась! – утверждала Яровая, ставшая вполне ожидаемо главным консультантом при составлении формуляра, а потом и экспертом в его объяснении. – А прочие, мелкие условия, выгодные именно землянам, для нее вообще глубоко второстепенны. Скорей они ударят по авторитету общественных организаций Харсмеллона, а не по карману или имиджу перевозчицы.

– И наша планета…?

– Именно! Наша Земля со временем войдет в содружество чуть ли не на равноправных условиях для обоих партнеров. Ну… почти равноправных. Все-таки кто мы, а кто они!

Роман озадаченно почесал виски, потом ткнул пальцем в лежащие перед ним отпечатанные листы:

– Наверное, я что-то упустил в чтении той папки, хотелось жутко спать… Поэтому и не пойму, при чем здесь вот эти пункты. Например, про «…официальный язык непосредственного контакта». Мы ведь прекрасно понимаем: что Харон, что Са-а, что их официальные и неофициальные документы. Так зачем городить ненужное на пустом месте?

– Видишь ли, – с терпением школьного учителя поясняла Элла. – Все наше понимание происходит по причине прямого ментального перевода в самом информатории и таких же чудесных преобразований через твой артефакт. А переданные нам образцы договоров были отпечатаны на русском языке с маленькой припиской в конце: «…только для исключительного случая начала переговоров». Там, внутри, среди иных пунктов тоже есть один важный: «…вся переписка ведется на языке мира Харсмеллон и на языке самого многочисленного контингента Земли».

– И они вроде правы…

– Они-то да! Но нам-то зачем такой менингит? Вписываем свой новый пункт «…только на русском языке!» и радуемся. Потому что ни я, ни все остальные члены нашей команды не хотим учить китайский язык.

– Почему сразу китайский? – все не мог въехать в тему мистер Рубка. – Вроде как и английский может претендовать на подобное, не так ли?

– О-о! – видно было, что владелица «Логотранса» обозлилась. – Да ты космополит?! И сразу хочешь лечь под америкосов? А не лучше ли воспользоваться прекрасной возможностью и заставить всех землян изучать единый язык общения? Наш, русский?

– Конечно, лучше, – задумался Роман. – Но вот удастся ли?

– А куда земляне денутся? Каждый новый карзарин должен подписывать договор, читая его на русском. Это только на нашей планете их будет сто. А потом на Марсе? На Луне? На Венере или Сатурне? На искусственных спутниках? Да и вообще, это великолепно, когда и прочие официальные отношения между нашими цивилизациями будут вестись только на русском. Да после такого известия каждый землянин бросится изучать русский букварь. Тем более что подобный прецедент в истории начинающих карзаринов мы отыскали. От него и отталкивались.

Пришлось соглашаться:

– Если так… То да! Это будет великолепный удар под дых всем русофобам!.. Хе-хе!.. Вот уж кто-то на пену изойдет, проклиная нас, таких ушлых и сообразительных.

В самом деле, если бы удалось протолкнуть такой пункт, человечество волей-неволей, но приняло бы со временем русский язык как всеобщий. И только на этом благосостояние каждого русскоговорящего человека, способного и желающего учить других, поднялось бы на ступеньку выше.

Главное, чтобы Ведущая эти детали приняла и подписала. А ей наверняка все равно: что русский, что китайский. Лишь бы самой порядочно заработать, если земляне правильно восприняли ее (имелась в виду Харон) меркантильные замашки.

И таких вот коварных пунктов, с далеко идущими последствиями, оказалось в договоре предостаточно. Команда профессионалов поработала над этим великолепно.

Иной аспект тоже не забыли упомянуть. Раз мистер Рубка видит вполне отчетливо извивающийся столб пойслига, значит, у него есть шанс отыскать, а потом и восстановить остальные пять подобных конвейеров, переставших собирать умершие души с остальных территорий Земли. Пока Харон посмеялась над такими планами, но мало ли как оно случится в будущем? Так что устную договоренность с перевозчицей постарались оформить по всем правилам и документально. Упускать собственные, честно заработанные прибыли земляне не собирались.

Мало того, кто-то подал очередную идею:

«Раз у нас все готово к подписанию, нельзя ли ускорить это событие? Зачем терять в ожидании целые сутки?»

Подумали. Поспорили. Пришли к выводу, что предложение стоит отклонить. Слишком все шатко и зыбко в преддверии первого выхлопа. А вот когда он случится и когда все дельтанги, уже будучи «цельными», вернутся на свои места, вот тогда можно и развернуться во всю ширь и удаль славянской души.

Ну а пока суть да дело, вся компания, принимая все меры скрытности, решила перебраться на новое место. При этом как-то никто и не подумал, что смертельная опасность грозит не только членам команды.

Глава 20

Первые неприятности

До утра успели переехать с личными вещами. Ну а собранное на складе оружие Молотков вывез на новое место еще вечером, накануне. Причем возили арендованным у военных транспортом и как бы в другую воинскую часть, так что четкого следа, куда делся товар, не оставили.

Ну и после того как чуток обустроились на новом месте, встал вопрос: надо ли сегодня изымать из мира мертвых новую партию дельтангов? Ведь завтра утром грянет ПВ, и все двуглазы, невзирая на сроки пребывания, вернутся в лодь Харон. Есть ли смысл их дергать на одни сутки? Создавать еще один отряд оперативников? Раскидывать его по новым направлениям?

Все-таки лишний риск, что новенькие сделают что-то не так. Или потом не вернутся на нужное тело, не поняв саму суть действующей телепортации. Все-таки объяснять им с каждым разом становилось все сложней: слишком много накапливалось ознакомительной информации. Та же телепортация, к примеру, и правила ее применения. Да еще и отделить следовало одних специалистов от других, проводя собеседования.

Так что изначально решили сегодня Харон не грабить. Но тут по нарастающей пошли обеспокоенные звонки с узловых точек наблюдения: из аэропорта, с автобусных и железнодорожных станций, с постов ДПС и ГИБДД. Все наблюдатели единогласно отметили небывалый наплыв посторонних лиц в город. Причем ехали не больные, желающие излечиться у волхва и ведуньи, а ехали угрюмые мордовороты, типы с черной щетиной на лицах и всякие молодцевато смотрящиеся мужики с удивительно спортивными фигурами. И у всех по две, а то и три тяжелых сумки или баула.

Фактически сразу был подан условный сигнал: «Пожар!»

В таком случае нужда в оперативниках возрастала невероятно резко. Ибо следовало выяснить в каждой из прибывающих групп: зачем они сюда и по чьи души? Тут уже стало не до рассуждений, успеем или не успеем подготовить грамотных помощников. Главное, чтобы они были!

Так что Ландер обложился артефактом, щепками и сработавшимися по этому направлению дельтангами и начал буквально выгребать двуглазов нужных оттенков. Попал он к лоди, видимо, сразу после ее телепортации у пирса. Потому что над мертвым городом только-только светлело, там наступал день, хотя какого-то светила там еще ни разу не наблюдалось. Просто туманное вверху небо начинало светлеть. Правда, и ночью там побывать не довелось: в это время лодь всегда стояла в устье Стикса.

Первый взгляд на дно суденышка – а там всего около полусотни дельтангов. А что делать? Всех, кого мог, выбрал, отправил на Землю. Потом принялся буквально ловить тех, кто падал из раструба пойслига. Ну а друзья с подругами уже принимали двуглазов, сразу делили их на десятки и вкладывали к ним парочку наставников-психологов. Так получалось намного быстрей проводить адаптацию для новеньких и конкретно уделять максимум внимания небольшой партии.

Кстати, не прошло и часа с начала работы Романа, как первые десятки оперативников отправились на свои первые задания. Наверное, это и спасло город от громадья катастроф и готовящихся террористических актов.

Увы! Именно катастроф!

Когда стали известны первые данные по прибывающим группам террористов, впору было хвататься за голову и кричать: «Караул!» Настолько страшными и циничными виделись намечаемые действия прибывающих ублюдков. Или наоборот, руки опускались от морального шока, наступающего от понимания творящейся жути. Что характерно, среди прибывающей колоннами мрази около половины оказалось банальных, вполне добропорядочных служак. То есть боевики специальных подразделений, никоим образом не связанные между собой и не знающие, что творят иные аналогичные группы. И сами они тупо, не задумываясь ни о чем, просто выполняли приказы.

А те изначально выглядели кошмарно. Например, взорвать жилой дом такой-то, конкретно в восемнадцать сорок по местному времени. Или устроить крушение двух поездов на акведуке над пойменной, болотистой частью низкого берега. Время: восемнадцать сорок две.

Ну разве что для самых совестливых и любопытных исполнителей следовала суровая отговорка: «В этом доме (поезде, заводском здании, детском саду) собралась группа террористов, которых нужно уничтожить в указанное время!» И приказы эти давались от таких людей, что в сознании не укладывалось.

Мало того, прибывали еще довольно многочисленные группы наблюдателей и некоторые, особо крикливые, толерастически настроенные представители прессы. Им вменялось, как только последуют первые взрывы, кричать на весь свет: «Помогите! Спасите! Убивают!»

И уже к наступлению темноты планировалось ввести в городе и вокруг него военное положение. Для этого заблаговременно подтягивались к месту событий особые войска. Также планировалась доставка особого рода «спасателей» международного толка, выдрессированных и урожденных за границей. Как это ни смешно звучало, но эти «спасатели» уже совершали промежуточные посадки в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве, Тбилиси.

И все это гадство творилось при полном неведении российского президента и его команды! Словно правительства на одной седьмой суши вообще не существовало!

Беспредел…

И как было в такой ситуации действовать Ландеру и созданному им сообществу? Как можно было в критически сжатые сроки отделить обманутых простаков от истинных маньяков? Можно ли было спасти сомневающихся ягнят, вырвав их своевременно из окружения озверевших черных козлищ? Как можно было сохранить тела преступников для повторной, праведной жизни? В том числе и с прежним, вставшим на путь исправления сознанием?

Тем более что новым оперативникам приходилось действовать в страшном временном цейтноте. А порой еще и без связи с коллегами. Да и чувство справедливости порой гасило в их сознании всякие поползновения к соглашательству, компромиссу или к неуместной жалости.

Вот потому и получилось… что получилось!

Как только удавалось понять задачи группы и как только появлялась полная уверенность в ее тотальном уничтожении, группу террористов зачищали. Быстро. Безжалостно. По возможности тихо. Если получалось, то бескровно.

Потому что самое опасное в этой грязной работе была нехватка оперативников. Они, воздействуя на тело бандита, уничтожали всех его подельников. После чего мчались к иной группе, там их перебрасывали на другое тело, а прежнего носителя – в расход. Жестоко… Но иначе никак! На кону стояли тысячи жизней детей, женщин и мужчин. На кону стояли мир и покой всего района. А скорей всего, на кону стояла мирная жизнь всего государства. Если не всего мира!

Ну и огромное благо и подспорье для ОС, что власти города, все его структуры, вся теневая экономика и преступные группировки были взяты под плотный, повсеместный контроль. А имея таких союзников и помощников, можно и тысячи террористов тихо перестрелять, а потом так же тихо и незаметно закопать трупы в самом глухом или в самом запретном месте. Вот и получалось, что новые оперативники (ну и добрая половина старых) уничтожали врага. А все городские службы, включая «Скорую помощь», пожарных, полицию, военных и частные охранные структуры, только и делали что вывозили и зачищали места уничтожения от крови. Вывозили и зачищали…

Вывозили и зачищали.

Ах, да! На их же плечи легли локализация, арест и полная изоляция тех крикунов, которые прибыли для раздутия мирового скандала. С этими лицами тоже не миндальничали: изымалось у них все, вплоть до нижнего белья, выдавая взамен казенное. Не говоря уже о каких-то оставшихся у них камерах или средствах индивидуальной связи. Звонить «…моему адвокату!» тоже не давали в первые сутки после задержания. Ну и самых активных или наиболее мерзких не гнушались подставить: заводили дела о наркоторговле, взяточничестве, воровстве и прочих тяжких уголовных преступлениях. Плевать на законность: со временем можно разобраться с каждым по отдельности. При условии, что оперативники-ликвидаторы освободятся…

И второе условие: что после первого выхлопа все образуется, как ожидается.

При всех этих драконовских мерах одного взрыва все-таки не удалось избежать. Слишком быстро и нагло действовала прибывшая группа. Да и заряд взрывчатки они сразу установили на неизвлекаемость. Благо еще, что времени до взрыва оставалось предостаточно и всех жителей дома успели эвакуировать. При этом взламывали все двери подряд на каждом этаже двенадцатиэтажного дома, и это окупилось полным отсутствием жертв. Потому что некоторые жители не открывали на стук и на звонки и не верили выкрикам, что здание заминировано.

Что еще было сделано довольно своевременно и оперативно: лично президенту, министру обороны и министру чрезвычайных ситуаций пошли по всем каналам должным образом оформленные сообщения. В них превалировала такая информация:

«В городе появились удивительные целители, ставящие на ноги даже коматозников. Также у них наметились некоторые положительные и перспективные тенденции в процессе омолаживания. Ну и вполне естественно, что местные власти и силы охраны правопорядка постарались взять целителей под свое крыло, обеспечивая им полную безопасность и комфортность спокойной работы. Тогда как со стороны определенных лиц (следовал перечень этих самых лиц, в каждом новом сообщении пополняемый) стали проводиться попытки банально выкрасть чудесных целителей. Первые попытки сделать это тихо им не удались, так они отправили в город много террористических группировок для дестабилизации обстановки. После чего намереваются ввести войска (в том числе и иностранные) для взятия противящихся им территорий под контроль. В крайнем случае, если у них ничего не получится, лица (список совсем короткий) намерены сбросить на город ядерную бомбу. Мол, так не доставайся же ты никому!»

Услышав про бомбу, президент очень… точнее, очень-очень рассердился. Как потом стало известно из воспоминаний его секретаря, руководитель государства грохнул кулаком по столу и воскликнул:

– Можно простить заблуждения, спесь и даже непомерную жадность! Но цинизм этих мизантропов перешел все границы! Такое прощать нельзя! И вопрос стоит только так: или мы, или они!

После чего пошли приказы для ВВС: наглухо закрыть небо над проблемным городом и над его дальними окраинами. Для специальных войск: перехватить и заблокировать все незаконно находящиеся на территории страны военные группировки иных стран. Ну и для служб государственной безопасности: провести арест всех обозначенных заговорщиков, невзирая на их место проживания, прежние заслуги, личные армии или депутатскую неприкосновенность.

А особое положение в городе президент все-таки ввел. Но уже иными войсками обеспечил покой граждан, гарантировал беспристрастность и законность начавшихся судебных разбирательств.

Ну и тут же, невзирая на летние каникулы, был инициирован созыв парламента и Федерального Собрания. Руководителю государства тоже следовало подстраховаться в плане законности своих действий.

Но самое худшее, что случилось в тот день и что стало известно уже ближе к ночи, так это нежелание некоторых губернаторов и групп войск выполнять распоряжения из центра. Вместо должного ответа «Есть!» с мест неслись жесткие обвинения в продаже интересов собственного государства, в обнищании народа, в преступных действиях самого президента и тотальной продажности членов его команды зарубежному капиталу. Иначе говоря, виновные и деструктивные силы пытались перевернуть все с ног на голову, выдвигая встречные, крайне бессмысленные обвинения.

Вроде как глупые действия, но вполне эффективные с точки зрения кукловодов, пытающихся диктовать свои условия и управляющих государством, оставаясь при этом в тени. Ведь если ложь повторить настойчиво тысячу раз, она для зомбированных обывателей станет единственно верной аксиомой.

В стране возникло страшное, нереально шаткое положение.

Только вот Ландер и его команда, как и все Общество Справедливости (ОС), об этом еще не знали. Все они лихорадочно готовились к первому выхлопу.

Глава 21

Первый выхлоп

Очень хорошо, что грядущее событие заранее высчитывалось, с точностью плюс минус тридцать минут. За первую точку отсчета брался момент появления первого дельтанга на планете. А дело тогда как раз шло к вечеру, в то время как Харон совершала сплав на лоди по Стиксу.

Второй благоприятный момент, что ПВ совершался не строго по истечении таких-то суток. До этого срока не хватало одиннадцати часов. Иначе сразу можно было перекреститься и забыть о попытках сохранить тайну воздействия от остального человечества. Потому что во время сплава по реке умершие души в виде дельтангов уходили в неведомом направлении. Скорей всего, они бесследно терялись для мира Харсмеллон, уходя в «трубу» явно поломанного пойслига.

А если бы не терялись? А продолжали падать в лодь, несущуюся по бурному Стиксу? Появиться там в тот момент и начать отбор нужных спарок – это тоже полный абсурд и нонсенс.

Так что с временным периодом обществу повезло. Зато оставались сомнения: как именно будет падать поток «цельных» в легендарную лодку? Постепенно или сразу? По логике должно получиться сразу для всех единовременно умерших, как логично проистекает по деятельности самого выхлопа. Но тогда огромное количество «цельных» просто не поместится в трубе передающего устройства. Все-таки больше трех тысяч особей умрут единовременно! И если вдруг часть из них где-то застрянет? Или потеряется?

Потому что о таком количестве нигде в добытой информации не было сказано. Максимум имелся прецедент – две с половиной сотни. И то неизвестно было, как это начинающий карзарин успел накопить столько на своей планете. Правда, говорилось, что он был великий ученый и мог тайно построить первый уловитель душ. Точнее, десятки уловителей.

Зато ни разу не упоминалось о каких-либо артефактах, аналогичных имеющемуся у Ландера. Из чего делался вывод об истинной уникальности медальона на цепи. И Роман уже не раз повторял:

– Придется за такой подарок моему другу, великому счастливчику Боре Сенину памятник при жизни ставить.

– Если он еще жив! – сомневался Трофимыч, будучи в курсе всех перипетий попадания артефакта в руки мистера Рубки. – Ведь твой друг наверняка перестал быть счастливчиком, лишившись семейного талисмана.

– В этом он сам виноват. Не надо было меня обманывать, грабить, подставлять и толкать на убийство, – вспоминал Ландер неприятные минуты своего предпоследнего дня в Германии. – Так что если Боренька и отдал богу душу, то помимо памятника мы ему еще и бюст на его малой родине установим. Пусть народ на века запомнит предпоследнего Хранителя!

– Ой, как пафосно!..

– Кстати! Надо будет найти три минутки и позвонить Сенину. Вдруг он так и не сменил свой последний номер мобильного телефона?

Это было сказано скорей для красного словца. На второстепенные звонки не хватало времени.

Но по поводу существования иных артефактов сомнений не возникало. Коль существует один, значит, имеются аналогичные штуковины. Наверняка! Только вот вся беда любого начинающего карзарина заключалась в незнании одного самого главного постулата: надо брать только дельтангов определенного цвета. То есть тех, кто тяготеет к справедливости. Иные попросту захватят тело своего носителя и будут жить-поживать и в ус не дуть. Если чего не хуже. Потом первый выхлоп, о котором у начинающего карзарина нет информации, и все, финита ля комедия. Артефакт утерян.

Так сказать, гипотетические рассуждения.

Но Роману однозначно повезло, когда он прихватил из лоди Харон именно престарелого Шенгаута. О чем тот и напомнил недавно:

– Мне тоже памятник не забудь поставить! Ну и бюст, не только на малой родине… Или я не заслужил?

И даже повода не надо придумывать официального, как-никак первый дельтанг планеты.

Хотя умники из группы ученых тут же опровергли это утверждение. Мол, раз артефакт существует на Земле, значит, дельтанги в истории цивилизации уже случались. Только вот сведения об этом не сохранились. Но против памятника господину Шенгауту никто не возражал. Наоборот, поддерживали эту идею с веселым благодушием.

Ночь прошла в хлопотах и согласовании совместных действий. А также в обсуждении одной идеи, на опробование которой согласилось около тридцати добровольцев. Идея спорная и весьма опасная в реализации, но добровольцы были уверены, что им ничего не грозит.

А там и час истины наступил.

Рассчитали, что первый выхлоп случится примерно в восемь часов утра. Но это по времени данной территории Заволжья. Тогда как в Москве всего лишь семь утра. Вполне благоприятный период суток, во время коего несколько неадекватное поведение или странности находящихся под воздействием тел не будут сильно бросаться в глаза окружающим людям.

И хорошо, что знали о допустимых погрешностях. Ибо повторная смерть вернувшихся на Землю душ состоялась на двадцать шесть минут раньше расчетного времени. Да и первый укол почувствовали все двуглазы без исключения. А уж Трофимыч вообще отозвался об ощущениях не совсем печатными словами:

– Твоего попугая на веревку! Больно-то как! – и тут же попытался объяснить ощущения: – Словно толстенной иглой не в мягкое место засадили, а все тело вдоль проткнули! Сатрапы!..

– Это у тебя такие ощущения? – забеспокоился Роман. – А как повели себя те, кто держит тела под воздействием?

– Сейчас узнаем… Как только первые звонки пойдут по мобильным…

Узнали. И не позавидовали. Боль от укола оперативниками еще больше ощущалась, потому что у человека не в пример больше нервных окончаний, чем у дельтанга, просто существующего на теле носителя. И ведь нигде в информации не указывалось, что боль будет настолько сильной.

Зато первый укол дал старт всем финальным действиям, венчающим сложные приготовления. Вокруг Романа, готовящегося заглянуть в мир мертвых, уже стояли приготовленные пластмассовые тазы, дно которых в свою очередь заполняли золотые монеты мира Харсмеллон. Те самые, которые были выторгованы у Харон взамен багров из платины.

Также весьма сложной выглядела компоновка держателя артефакта. Ведь стоило учитывать пропажу спарок, которые усиливали действие, прилипая как к самой цепи, так и к медальону. А их следовало держать в максимально развернутом виде, чтобы можно было непосредственно рукой, да еще и с приготовленным ковшиком, работать возле истока Стикса, в мире мертвого города. И этому держателю следовало при необходимости менять угол наклона, не сбивая при этом общую настройку.

Все успели сделать впритык! Лодь уже стояла на месте, но дельтанги еще не начали в нее падать. А за две минуты, то есть еще перед третьим уколом, Роман засунул в мир мертвых свою голую руку, плотно облепленную более чем тремя десятками добровольцев. Возглавлял эту группу сам Никита Трофимович Шенгаут, неоднократно повторяющий цитату, найденную в груде информации по первому выхлопу:

«…где бы они ни находились и где бы они ни прятались. Хоть в ином мире!» – И добавлял: – Может, нам и умирать не придется? Сразу раз – и стали «цельными» там. Ну и ты нас сразу сюда, в мир Земли, обратно вытянешь!

Так думали все, кто согласился на этот эксперимент. Смысл в этом виделся немалый: ни тебе застрять где-то в трубе пойслига, ни вообще затеряться в неведомом пространстве. Гарантий-то никаких! Да и как сама смерть повторная будет ощущаться? Тем более, как оказалось, предупреждающие уколы жутко болезненные и неприятные.

Все остальные дельтанги, занятые на оперативной работе, постарались последними силами воздействия обезопасить контролируемые тела. Чаще всего так подгадывали, чтобы улечься спать. Сложно подобное сделать утром, когда все, наоборот, встают, но если продумать все и предупредить окружающих заранее, часов шесть полноценного и крепкого сна будет обеспечено.

Более опасных лиц не просто усыпляли, а вводили чуть позже в кому, которая могла длиться пятнадцать часов. Ну и только самых опасных преступников и маньяков, сознание которых даже гипотетически нельзя выпускать в общий мир, все-таки решили казнить. Для таких злоумышленников устраивали инфаркт, кровоизлияние в мозг или закупорку кровеносных сосудов. Несколько человек якобы покончили самоубийством. Кое-кто умер от передозировки наркотиков или алкоголя.

Вдобавок ко всему в мозг каждого остающегося жить преступника вбивалась страшная мысль:

«Что бы ни случилось, помни: рука возмездия и справедливости тебя настигнет всегда! И всегда последует жестокое наказание за твои негативные поступки!»

При этом руководствовались сомнениями: вдруг что-то не получится? Вдруг не удастся вновь телепортироваться на прежнее тело? А так преступник останется хоть чуточку напуганным и попробует встать на путь исправления своей натуры. Хоть какой-то тормоз-преграда перед низменными побуждениями.

Последним предвестником первого выхлопа стал третий укол. Как свидетельствовали дельтанги, остающиеся в мире Земли, – самый болезненный из всех. А вот тем, кто стал добровольцем, кто уже находился в мертвом мире, повезло. Они никаких негативных ощущений не получили.

Пока стонали и плакались те, кто прикасался к телу Ландера снаружи, перед взором каждой умершей души что-то ослепительно полыхнуло, и они все исчезли с планеты Земля.

Роман не только прочувствовал этот момент по исчезновению тактильного и ментального контакта. Это явно сказалось на дельтангах, облепивших его руку там. Все они единовременно стали бесцветными. Зато и бонус отхватили шикарный: никто не получил болезненных ощущений! И смерти, как таковой, они не ощутили!

А господин Шенгаут закричал одним из первых:

– Есть контакт! Вытаскивай нас обратно!

За несколько моментов до его восклицаний в лодь стали падать первые дельтанги из пойслига. Причем все двуглазы оказались разных оттенков. Что крайне обеспокоило не только Ландера, но и переносимых на Землю добровольцев, которые уже трансформировались в «цельных».

Но не успели они еще толком перепугаться и занять отведенные им места, как буквально сплошным потоком в лодь стали ссыпаться их бесцветные коллеги. После чего для мистера Рубки и его помощников началась адская работа. Он довольно вместительным черпаком подхватывал дельтангов со дна лоди и переносил в свой мир. Но при этом выхватывал и единичные особи дельтангов иного цвета. И если бесцветные, с радостными воплями осознав свое благополучное возвращение, сразу телепортировались на оставшиеся бесхозными тела, то вот отделение, откладывание в отдельные тазы «иных» легло на плечи помощников.

Причем вначале они себе на шеи возложили по парочке дельтангов из числа добровольцев, кои первыми вернулись в свой мир. И только тогда спокойно прикасались к их коллегам, имеющим самую разнообразную окраску. Потому что там такие экземпляры попадались, что не приведи господь попасть под их воздействие! Подобным существам повторно разумную жизнь предоставлять нельзя!

Хотя уже в который раз непроизвольно задумались все:

«А что дальше делают с дельтангами? После их попадания на склад? Или после превращения в «цельных»? Ведь судя по всем прозвучавшим оговоркам и некоторым пунктам договора, продается все, до последней единицы. Но разве можно хоть как-то использовать черные души убийц? Маньяков? Прочих мерзопакостных личностей? Или все эти отрицательные персоны поддаются психологической коррекции? Или они меняются резко характером, теряя оттенок?..»

Но это были так, мысли про себя. Разве что количество вопросов росло к той же Харон, которые стоило ей задать при следующей встрече.

Случился и неожиданный казус во время сортировки. Один из «цельных», оказавшись в тазу, никуда не телепортировался и на первые вопросы ответил глухим молчанием. А когда его прижали и заставили говорить, оказалось, что это… Цветанка! Та самая болгарка, сбежавшая для мести в свою страну, да так и потерявшаяся для отправленной по ее следам погони. Кстати, телепортироваться на прежнее тело Цветанка не могла, потому что после болезненных уколов просто умертвила своего последнего носителя.

Ее отложили в сторону для дальнейших разбирательств. Зато на душе стало немного спокойней: хоть эта предательница ничего плохого не натворила. Или все-таки натворила?..

Два часа мистер Рубка работал в бешеном темпе. Рука чуть не отвалилась и ковшик чуть не сломался. Но именно после истечения этого срока «цельные» двуглазы перестали падать в лодь. К слову сказать, на тот момент она оказалась почти пуста. После чего уставшему Роману только и оставалось что присматриваться тщательно к тем новым двуглазам, которые падали сверху.

К тому моменту уже непрерывно по нескольким телефонам шли доклады с мест, которые звучали почти одинаково:

«Все нормально! Такой-то и там-то вновь приступил к работе!»

Теперь уже помощники принимали эти звонки и терпеливо фиксировали каждого отозвавшегося оперативника-дельтанга в длиннющих списках с их новыми именами и фамилиями.

По истечении третьего часа Элла оторвалась красными глазами от списков и во всеуслышание заявила:

– Невероятно! Трудно в это поверить, но все наши вернулись на точки своего воздействия!

– Все до единого? – сомневался Ландер, продолжавший время от времени вынимать в мир Земли новых дельтангов, но уже только необходимых оттенков.

– Точно все! Списки проверили пятикратно.

– Тогда грузите… апельсины бочками!

Теперь уже пошел конвейер в обратную сторону. Правда, не в пример меньший по насыщенности и краткий по времени. Помощники ловко наполняли ковшик ненужными двуглазами, и Роман перебрасывал их обратно в лодь Харон.

Вся работа завершилась к концу четвертого часа. А еще минут через десять после этого на пирсе возле лодки появилась и сама перевозчица со своими пигмеями. Причем случилось это на целых четыре часа раньше обычного!

Ландер, к счастью, оставался на месте по причине просмотра возрастающей кучи. А вдруг еще какой «цельный» мелькнет? Потому сам момент появления опасности просмотрел. Но и «опасность» его точку обзора не увидела, в которую могла голова целиком влезть, потому что как бы сзади находилась. Ее приближение выдали звук шагов да удары по доскам пирса веслом и баграми, кои порой использовались как шест для опоры.

Пришлось резко удаляться своим окошком под пирс, там уменьшать его до минимума. А чуть позже и перехватывать другой рукой щепку от весла вместо щепки от лоди. Сразу же точка обзора выгодно сместилась за спину перевозчицы, которая все больше и больше изволила гневаться:

– Что же это творится?! Или я просчиталась во времени? – Она эти вопросы выкрикивала, словно призывая в свидетели понуро стоящих пигмеев. – Да не может такого быть!.. Или может?.. Ну а где в таком случае «цельные»?.. Ни одного не вижу! Эй вы, двое! Ну-ка метнулись вниз и разгребайте дельтангов! Ищите бесцветных!

Это она приказала своим старым, более опытным помощникам. Те и ринулись с усердием в лодь, чуть не сталкиваясь лбами. Уже там довольно бесцеремонно и безбоязненно они стали тыльными, округлыми концами своих багров двигать и раскапывать кучки спарок.

Несколько минут Харон наблюдала за этим, все больше закипая и бормоча себе под нос:

– Где именно я просчиталась?.. Если выхлоп случится чуть позже, не беда, буду ждать до упора. А вот если он уже давно случился, то есть до переброса лодки сюда телепортом?.. Тогда получается, что я просчиталась… И этот хитро… сделанный карзарин заимел первого дельтанга еще до попадания в мою лодь… Или когда сбегал от моего удара веслом?.. Мм… Нет, тогда «цельные» упали бы в момент начала работы пойслига. И что получается?.. Либо все ушло по испорченному ночному пойслигу, либо этот хмырь уже здесь побывал и все ценное выгреб… Чтоб его………!

Дальше прозвучала такая рулада из нехороших слов, что все четверо пигмеев присели, пытаясь притвориться кучками наколотых дров.

Минут пять разорялась несравненная дама, взывая невесть кого и проклиная одного конкретного человека. Затем уронила свое весло на пирс, уселась на его краю, свесив ноги в лодь, и тяжело вздохнула.

– Что же мне так не везет-то? – чуть подумала и добавила: – Знала бы, что такое случится, подсказала бы не в пример больше этому пройдохе… Или все-таки он ни при чем?.. Ладно, придется ждать.

Посидев каменным истуканом минут десять, она вдруг заметила «кучки дров» и рявкнула на них своим маршальским голосом:

– Чего бездельничаете, шланги?! Ну-ка метнулись в город да собрали там по мешку чего надо! Сегодня день для такой прогулки весьма подходящий. Но все равно: действовать только сообща! Друг друга из виду не терять! Если кто из вас издохнет по глупости, потом сделаю из него «грязного» дельтанга! Пошли!

Пигмеев словно ветром сдуло, и вскоре они скрылись между зданий мертвого города. Тогда как Ландер вышел из режима просмотра, чтобы вернуться домой и спокойно посоветоваться со своей командой. Да и перекусить после тяжкой работы, чайку попить не помешало бы.

И первый его вопрос прозвучал так:

– Опять упоминание о «грязном» дельтанге прозвучало как угроза. Знать бы еще, что это такое.

Глава 22

Война по всем фронтам

А в городе тем временем страсти бурлили и кипели. Их не смогло погасить даже особое положение, объявленное президентом в данном регионе Заволжья. Тем более что к городу успели подойти некоторые воинские формирования, не подчиняющиеся распоряжениям правительства. И уже к обеду между этими предателями и настоящими защитниками отечества произошли довольно крупные столкновения. А то и несколько ожесточенных сражений развернулось. С обеих сторон появились убитые и многочисленные раненые, а вот воинские госпитальные службы явно запаздывали на места событий.

Пришлось и здесь местным властям раскорячиваться в плане милосердия.

Поэтому многочисленные машины «Скорой» и специальной помощи вскоре наводнили город сиренами, свозя раненых в больницы и госпитали города. Соответственно и простые люди никак не могли остаться в стороне от событий. Неизвестность, выстрелы и взрывы их пугали, и в такой нервной обстановке началась если не паника, то уж смятение точно. Народ не знал, куда ему метаться: то ли бежать из города, то ли баррикадироваться в собственных квартирах. Где люди собирались в толпы, а где улицы словно вымерли.

Под шум этих неприятностей появились и любители бузотерить. А то и пограбить, пользуясь неразберихой и крайней занятостью полиции. Кое-где звенели разбиваемые витрины, противно сигналили противоугонные устройства или сирены, фиксирующие взлом помещений.

А у Общества Справедливости опять-таки (!) на все про все не хватало оперативников. Так что приходилось выбирать самые главные направления обороны: главные административные здания, лечебные учреждения, частная клиника Ярослава и Дарьи, ну и штаб-квартира самого общества. Благо еще, что успели перебраться на новое место. На бывшем полигоне, за толстенными стенами и в глубоких подвалах можно было держать оборону, как в солидной крепости. А с имеющимся оружием имелась возможность отражать не только атаки танков и иже с ними, но и пресекать налеты бомбардировочной авиации.

Чем чуть позже и пришлось заниматься.

Но изначально казалось, что до больших сражений не дойдет. Сложно, но имеющиеся силы с локализацией конфликта справятся.

Даже запланированная через информаторий встреча была оставлена в планах на сегодняшний день. Предобеденное время, все равно не заснуть, так почему бы не поговорить с кем-нибудь оттуда? Тем более что надо официально назвать Харон выбранной Ведущей. И потребовать ее присутствия на следующей встрече, когда и состоится подписание договора.

– Еще не забыть получить стребованную компенсацию за моральные издержки при попытке обмана со стороны прежней Ведущей! – напомнил Трофимыч. – Жаль, что мы понятия не имеем, в каких конкретно единицах и чего мы хотим эту компенсацию. Или опять потребуем золото?

– Да нам это девать некуда, – скривился Ландер. – Разве что в будущем? Когда такие монеты станут на Земле вожделенными для любого нумизмата?

– О чем речь? – заинтересовалась Зинаида, устанавливающая видеокамеры для грядущей встречи. Получив объяснения, даже заволновалась: – Далось вам это золото? Нет ничего ценней информации! Так что пусть сразу открывают в информатории не один новостной канал, а весь спектр обучающих и познавательных программ.

– Против такого не поспоришь!.. Хорошо бы…

– Да и Харон намекала, что подобные запреты неправомочны. Еще лучше к тамошнему интернету подключиться!

– Идеальный вариант, – размечтался Ландер. – Наверное, с него и начну торговлю о компенсации. Пусть будет как максимум. Ну а минимум – те же программы обучения.

– А что бы еще с них стрясти? – не остался в стороне от темы и Семен Молотков. – Вот бы какое-нибудь оружие! Да чтобы било по площадям, усыпляя на пару часов целые районы разбушевавшихся провокаторов.

Это он как раз начал принимать с окраин города тревожные сообщения о первых столкновениях правительственных войск с заговорщиками. Он же и собирался руководить обороной арендованного полигона, коль такая нужда приспичит. Потому и нуждался в эффектном оружии щадящего режима.

Против такого распыления желаний рьяно протестовал Жора Шалавин:

– У тебя ПЗРК полно. Вот и стреляй своими ракетами, – подсказал он товарищу очевидное. – А для нас лучше, чтобы передали устройство того самого гипноза, которым нас постоянно прессуют во время встреч.

– И зачем оно тебе? – удивилась Стрельникова.

– Ха! Ты только представь, как стало бы проще и нам вести любые деловые переговоры. Хоп! И компаньоны с тобой не спорят и на все согласны! – размечтался прославленный Делавар. – Или в быту, например, навел на шикарную красотку типа… – он вроде как взглянул в сторону Эллочки, но та настолько грозно сдвинула брови, что он сразу перевел стрелки: —…типа той же Сануарианданы, как ее там и сколько?.. Хоп! И она уже вываливается из экрана в твои объятия и с восторгом умоляет тебя о любви к ее великолепному телу!

При этом он обращался к Роману, как бы уговаривая именно его и совращая полезнейшим гипнотическим устройством. Что еще больше не понравилось Зинаиде:

– Жора! С чего это ты провоцируешь моего супруга? Кто это его и чем умолять собрался?

– Ну, это я так, образно, – сразу сник Шалавин.

– Вот будет у тебя жена, – строго отчеканила художница, – ей и предлагай разных извращенцев для обнимашек. Хоть образно, хоть безобразно!

Но друга поддержал посмеивающийся Семен:

– Эх, Стрелочка! Пельмени и картины у тебя получаются великолепные, а вот не понимаешь, что мужчине порой и помечтать хочется.

И совсем уж добил свою возлюбленную Ландер:

– Буду требовать все! В том числе и гипноустановку. В нынешней обстановке нам любая ложка хороша к обеду! – и тут же, словно не замечая недовольного пыхтения своей пассии, стал нагнетать ажиотаж в импровизированной студии: – Все, прекращаем пустопорожние разговоры! Две минуты до эфира! О!.. Уже одна. Стрелочка, дорогая, включай камеры. Семен, прибавь свет… Георгий, Са-а еще не появилась на экране. Поэтому прекрати шлепать губами, соблюдай тишину!

Общий смешок разрядил атмосферу некоторой скованности. Даже господин Шенгаут хохотнул:

– Наверняка у этой мадам 1015 все искусственное, а красота накладная. Проснешься возле нее утром, глянешь, и никакие целители после инфаркта на ноги не поставят.

А там и видеомост заработал между двумя цивилизациями.

Студия на Харсмеллоне оказалась та же, а вот состав и количество там присутствующих личностей значительно изменилось. Помимо уже знакомой Са-а, смущая обнаженными по самое никуда ногами, восседала с другого края стола иная женщина. Тоже красотка, если одним словом, но более солидно смотрящаяся. Словно ей было лет на пять по возрасту больше, чем ее напарнице. Или коллеге?

Ну и по центру стола сидел пожилой, с легкой сединой мужчина, о котором можно было сказать двумя словами: породистый аристократ. И одет вроде просто, некое подобие комбинезона, пусть и космического толка, но сама осанка чего стоила! Гордо вскинутый подбородок. И какой-то яростный, любвеобильный взгляд. И в то же время какое-то спокойствие и уверенность, словно волнами исходящие от всего образа.

– Мм! Женщины таких любят! – отомстила Зинаида, держащая свою ладошку на плече у Романа.

Наверное, тот потому и задержался с первым словом. Не успел поздороваться как истинный джентльмен. Но дамы подобным не заморачивались вообще:

– Меня зовут Лидааскоори 7231, – с ходу представилась старшая, просто при этом кивнув. – Моя должность Высшая Ведущая внепланетной корпорации. Нашу прелестную Сануариандану 1015 вы уже знаете, – та вообще еле заметно кивнула. – Ну а это, – она просто махнула ладошкой в сторону породистого мужчины, не глядя на него: – Бай Аде-Гор 147248. Он – представитель от профсоюза техников нашей корпорации «Вед-Кос-Дель».

Профсоюзный деятель неожиданно улыбнулся дружески и вполне искренне. После чего кивнул не в пример сердечнее дам. Да и голос у него оказался под стать внешности: бархатный, приятный:

– Можете меня называть просто Гор.

Удивила реакция сидящих от него по бокам женщин. Они словно окаменели на мгновение, резко вдохнув и злобно поблескивая глазами. Так что складывалось вполне определенное мнение, которое от имени всех наблюдателей скомпоновал Трофимыч:

– Кажется, они недавно крупно поссорились между собой. Или вообще этого Бая Аде-Гора ненавидят. Но внешне стараются держаться невозмутимо.

Паузой выгодно воспользовался мистер Рубка:

– А это моя супруга, – он оглянулся на нее и даже погладил по ручке. – Стрельникова Зинаида Ивановна. С другой стороны наш главный советник по вопросам процессуального законодательства Элла Витальевна Яровая. Также присутствует главный разработчик новаторских идей и перспективных предложений Георгий Сергеевич Шалавин. Ну и наш министр вооружений и обороны Семен Кириллович Молотков. Прошу любить и жаловать!

Обе Ведущие, как могло показаться, скрипели зубами, но не позволяли себе еще раз вздохнуть. Также они ни разу не кивнули, словно у них шеи парализовало.

Зато Гор кивал за всех и всем видом показывал, как он рад именно такому вот варианту встречи. С его стороны только не хватало поднятого вверх большого пальца руки.

Наконец ожила та самая дама, имя которой мысленно уже все сократили до простого Ли-ри. Вздохнула, прокашлялась и заявила строгим, ледяным тоном:

– Руководство нашей корпорации пересмотрело предоставленные тебе, Рубка, формуляры договоров. И признало их не соответствующими духу тотальной искренности. Поэтому нами заготовлен иной договор, в котором все твои прибыли, оплаты и льготы возрастают вдвое. При этом мы руководствовались стремлением к истинной справедливости и к уважению прав любого карзарина на самоопределение. Код нового договора… – она проговорила зубодробительное сочетание букв, цифр и даже символов. После чего натянуто улыбнулась и официально спросила. Точнее не спросила, а потребовала: – А теперь дай свое согласие, карзарин Рубка!

Тот на это пораженно и нагло ухмыльнулся. Потом громко сказал:

– Нет! – после чего не удержался от смеха: – Вот умора! Да вы там что, мухоморами питаетесь? Такую чушь мне предлагать? Ха! То есть у меня было три процента прибыли, а стало шесть?.. И это называется справедливостью?!..

На эти вопросы отреагировал только Гор. Правда, он не кивал, выражая свое одобрение открыто, но несколько раз согласно опустил и поднял веки. Не хочет нарываться на скандал со своими? Но зато, похоже, он полностью на стороне карзарина. Или это все делается им для вящего обмана?

– Ты забываешься! – гневно прошипела Высшая Ведущая. – Так себя в нашем присутствии не ведут!

На что громко и демонстративно фыркнула Са-а. Всем своим видом она как бы говорила:

«Чего еще можно ожидать от этого вульгарного дикаря?!»

Теперь уже Ландер рассердился:

– Запрещаю обращаться ко мне иначе как по моему официальному имени. Мало того, официально, под протокол заявляю, что договор от моего имени уже составлен нашей стороной и может быть предоставлен хоть немедленно для ознакомления. Также я не хочу больше видеть впредь сидящую здесь лгунью и обманщицу, имеющую имя с порядковым номером 1015! Ну и вопрос по ходу разбирательств: почему это вы сегодня не обрабатываете меня усиленным гипнозом?

Дамы угрюмо молчали, а потому объяснения дал представитель профсоюза техников корпорации:

– После первого выхлопа воздействие на новый мир из гипноустановки невозможно.

– Ага! Значит, все-таки меня и моих соратников травили недозволенными методами! – обрадовался Роман. – Следовательно, я имею право на дополнительную компенсацию за причиненный мне ущерб.

– Какой ущерб?! – не смогла усидеть молча Са-а. – Мерзкий дикарь! Ты ни в чем не пострадал!

– Увы! Морально я чувствую себя униженным и раздавленным… – землянин напустил на себя вид умирающего лебедя.

– Жалкое мужичье! – неожиданно зафыркала с презрением дама постарше. – Да ты понятия не имеешь, с какой великой цивилизацией ты пытаешься тягаться! Это просто чудо, что ты еще не уничтожен из-за своей серости и дремучести!

– Так объясните мне, убогому, где я не прав? – ухмылялся Ландер. – И чем это так ваша цивилизация отличается от нашей?

– Правлением! Силой власти! – разорялась Ли-ри, чуть не начав стучать ладошкой по столу. – Великой державностью нашего общества социальной справедливости, при которой правят только особи женского пола!

После такого крика Гор кивнул с великим прискорбием и тяжело вздохнул. Мол, вот так и живем.

– Так у них матриархат?! – воскликнул Шенгаут, собирая и обобщая мнения своих коллег. – Но какой-то перекошенный, словно социализм или демократия с перекошенным оскалом капитализма. Хотя это ничем еще не подкрепленные выводы…

Тогда как Роман все-таки решил уточнить вслух:

– Так у вас там матриархат? И место мужчин где-то в районе кухни?

– Не совсем в точку, но довольно близко! – высокомерно ответила Ли-ри. Только подобного ответа и не хватало для адекватного восприятия.

Вот тут, как говорят классики, Остапа и понесло.

– Ого! Так я еще, оказывается, униженное и ущемленное меньшинство? – гневно возопил мысленно возрадовавшийся Роман. – Тогда я заявляю протест и требую удвоенной компенсации за доставшиеся мне оскорбления!

И тут же, с ходу, пользуясь грамотными подсказками целой толпы дельтангов, стал зачитывать список заранее продуманных требований. Туда все вошло, даже обладание гипноустановкой, с помощью которой коварные владычицы Харсмеллона пытались лишить его четко выраженной гражданской позиции.

В общем, отвел душу. Высказался. Перевернул с ног на голову то, что толерантные либералы устроили в страшно развитом западном обществе, где чернокожие бездельники не работали, а только требовали социальных пожертвований в свой адрес.

Ну и напоследок с особым нажимом добавил:

– Через сутки жду истребованную мною компенсацию. Иначе никакого договора вообще не будет! И для себя я выбираю новую Ведущую, которая ближе всех к нашей цивилизации. Это несравненная Харон. Жду ее завтра в это же время. Еще: я желаю пообщаться с великим шаманом Айто. Передайте ему приглашение от моего имени и пусть выйдет со мной на связь через информаторий. А на сегодня… Сеанс общения закончен! До свидания, господин Гор! Прощайте, несносные дамы!

Еще секунд двадцать видны были открытые от гнева ротики обеих красавиц. А между ними довольное, ухмыляющееся лицо красавца аристократа. Теперь немного становилось понятным их внутриведомственное неприятие друг друга. Видимо, тамошних мужиков давно и прочно достала женская часть населения.

А если эта часть еще и неприкосновенна во время словесных пикировок!.. Да еще и превалируют в большинстве!..

У-у-у!

Глава 23

Кого же выбрать?

Сложно было оценить итоги состоявшихся переговоров. Или все-таки банального общения? Узнали мало… Или много? Пользы вроде никакой… Хотя как сказать. Та же новость о тотальном матриархате чего стоит!

Ну и главные требования выдвинуты, компенсация истребована, авторитет (однозначно!) укреплен. О Харон тоже сказано. Это она сегодня занята в ожидании и в бешенстве из-за отсутствия «цельных», а до завтра проплачется, одумается и обеими руками ухватится за предлагаемый договор. Все-таки она не в пример лучше на месте Ведущей, чем та же Са-а 1015. Перевозчица намного адекватней и солидней смотрится.

– И тоже врет! – открыл дискуссию на эту тему Шенгаут. – Тоже пытается нажиться на твоей наивности или незнании.

– А что делать? И из кого выбирать? – досадовал Роман. – Хотя, если бы такое было возможно, я бы выбрал этого Гора, который Бай. Какая-то к нему сердечная симпатия возникла, и такое впечатление сложилось, что он не обманет.

– Мне кажется, – поспешила высказать свое мнение Элла, – что в мире Харсмеллон все хлебные места и все руководящие должности принадлежат женщинам. Раз уж там такой вот матриархат. А мужчинам только и остаются некие побочные направления, в коих они пытаются защищать и отстаивать свои права.

– Ой, как здорово! – Зинаида в восторге прикрыла глаза, ухватив при этом руку своего мужчины с видом собственницы. – Вот бы у нас так было! Мы все такие важные, а наши кавалеры только и выполняют наши распоряжения. А мы командуем, командуем, командуем…

– Ха! А ничего у вас не склеится? – возмутился Семен. – Вы и так над нами творите, что хотите. Ведь недаром говорится: если женщина сражается до конца, то она побеждает. А если проигрывает, то диктует условия победителю.

– Слышали мы уже это изречение, слышали. – Элла взмахнула ладошками, словно отметая неуместные пикировки. – А возвращаясь к кандидатуре Ведущей… Если Харон вдруг начнет кочевряжиться, может, и в самом деле выдвинуть на ее место господина Бая Аде-Гора?

– Или еще лучше! – вдруг вспомнил Трофимыч. – Пусть нас курирует Змей. Тот самый прославленный шаман Айто.

– Да уж! Идеальная кандидатура, учитывая уже оказанную с его стороны помощь, – согласился Роман. – Вот бы с ним пообщаться каким-то образом, в обход информатория. Знать бы, как такое устроить?

– Да и отблагодарить его не мешало бы за прежние заслуги, – дельно посоветовала Зинаида. – Хотя он-то как раз вряд ли в чем нуждается. Похоже, у него «цельных», как у тебя волос на голове, и он уже давно стал магом высшего уровня. Недаром ведь умеет телепортироваться в иные миры и там действовать, как у себя дома.

На это уже мистер Рубка мечтательно прикрыл глаза и протянул:

– Да-а-а, вот бы нам такого наставника…

– Ну раз ты его пригласил на беседу, может, он и появится, – напомнил Шалавин. – А там и во время беседы через информаторий можно напрямик спросить, что да как. Или намекнуть об отдельной встрече на нейтральной территории. Ему же к нам мотнуться, как вздохнуть. Наверное…

Тут весьма дельный совет дал Семен Молотков:

– А чтобы ни перед кем не выступать просителем, лучше вновь наведаться в комнатку с базами данных и копать информацию оттуда.

– Так-то оно так! – от неприятных воспоминаний Роман передернулся всем телом. – Но ты думаешь, мне в кайф сидеть обездвиженным часами, не имея возможности даже в туалет отойти? Или чувствовать себя ребенком, когда кормят с ложечки?

– Тебе не понравилось? – тут же грозно нахмурилась его Стрелочка.

– Дорогая! Ну какому мужчине нравится вести себя как беспомощное создание? Короче! Надо что-то придумать по поводу иного забора информации. Ну там флешки какие-то или банальный фотоаппарат приспособить.

Стали думать и гадать, кучу мнений фильтровать. Благо умников в команде хватало, особенно в плане технического оснащения. Они же позавчера и разбирались с оргтехникой иной цивилизации.

Да тут сработала сигнализация личного дома госпожи Стрельниковой. Причем не снаружи кто-то забирался в дом, а сразу оказался внутри, в прихожей. А такие трюки еще недавно проделывали только две сущности.

– Неужели Змей в гости наведался? – обрадовался Ландер, всматриваясь в экран, где в темени прихожей просматривалась чья-то фигура. – Словно по заказу прислушался к нашим пожеланиям!

Увы, это оказался не шаман Айто. Когда фигура продвинулась внутрь гостиной, удалось четко опознать в ней то самое человекоподобное существо, которое назвало себя Кочилькараданно и добавило к этому какой-то титул или отчество Ошушшаго. Но на этот раз он был одет в нечто наподобие белой тоги, а через плечо у него на ремне висел не то портфель, не то кожаный командирский планшет. Опять-таки снова прибыл без оружия. Хотя и не факт, что оно у него на виду. Да и нужно ли оно великим магам, перемещающимся в пространстве?

И, кажется, прибывший дельтангоносец был растерян и разочарован тем, что никого в доме не застал. Но расставленные всюду экраны и видеокамеры заметил и помахал перед несколькими приветственно и призывно своими шестипалыми ладошками.

Земляне уже и так поняли, что иномирец прибыл для контакта и просит встречи. Поэтому аппаратуру дистанционно включили, освещение тоже в гостиной задействовали, и на экране в доме Зинаиды появилось изображение мистера Рубки:

– Приветствуем тебя, путешествующий в пространстве Кочилькараданно! – хотя у всех было сомнение, понимает ли гость русский язык. – С чем прибыл ты в наши края?

Ну и вежливо поклонился застывшему созданию. Судя по тому, как у того на голове обеспокоенно стали переглядываться дельтанги, прилипшие там в виде короны, с переводом дело так и не заладилось. Хотя гость все-таки что-то пробулькал вопросительно.

Но так как ни единого знакомого слова не прозвучало, Роман с сожалением развел руками, пожал плечами и добавил:

– Не понимаем мы тебя, дружище! Ни вот столечко! Но, по правде сказать, это твоя вина. Уж мог бы прихватить с собой некое устройство из вашей супер-пупер-развитой цивилизации. Или, коль такой весь великий колдун из себя, мог бы выучить русский, хотя бы за то, что на нем разговаривал…! – и сам себя оборвал: – Э-э-э, ладно, это не из той оперы. Так че надо, дядя Ошушшаго?

Неведомо почему, но обозванный дядей иномирец радостно кивнул и стал доставать из своего планшета какие-то листки, фломастеры и фотографии. Затем приблизился к видеокамере и стал поочередно показывать фото. На первом в полный рост красотка Са-а. И тут же красный фломастер перечеркивает изображение. Да и морда гостя кривится, говоря однозначно: не годится она на роль Ведущей.

На это Роман утвердительно покивал головой и показал большой палец. В ответ получил поощрительную улыбку, если можно было так назвать оскал многочисленных тонких зубов.

Затем землянам была показана фотография. Изображенная там женщина лет тридцати пяти на вид не блистала особой красотой. Зато всем своим открытым, светлым и душевным обликом сразу располагала к себе, вызывала доверие.

– Дизигниотаркада! – торжественно представил ее Кочилькараданно и на пальцах четко показал ее порядковый номер: семьдесят пять. После чего раз пять повторил имя и порядковый номер к нему. И не успокоился, пока Ландер не повторил сложное буквосочетание, показывая цифры своими заломленными пальцами.

– Кешфо! Кешфо! – судя по всей мимике, это было одобрение. И далее гость довольно грамотно показал, что гусыня Са-а ни на что не годится, а вот его кандидатура – просто счастье вселенское.

И опять мимикой в ответ было показано полное одобрение. Еще и сам карзарин старательно выговорил слово:

– Кешфо! – и когда получил одобрительные кивки в ответ, не удержался, тыкая себе пальцем в грудь и потом ладошкой вокруг себя: – Я-я, я-я! Зеер гут!

Теперь эти немецкие слова одобрения старательно повторил Кочилькараданно. На что возмущенно отозвался Трофимыч:

– Чему ты его учишь, турок бестолковый? По-русски скажи «хорошо»!

«Дед, не шуми! Пару слов – это не критично», – отмахнулся от него в мыслях главный переговорщик.

Тогда как гость теперь перешел к принесенным бумагам. Имелось две стопки, скрепленные отдельно. Одна на непонятном языке. Вторая, ко всеобщему удивлению, на русском. Ну и как стало понятно из последующих объяснений, это были договора между новой Ведущей Дизигниотаркада 75 и карзарином Романом Ландером. Имена четко просматривались на титульном листе.

– Ну слава богу! – выдохнул землянин. – Не прошло и полугода, как ко мне стали правильно обращаться. И потом, уже согласно кивая что-то оживленно булькающему гостю: – Понял, все осознал! Кешфо! Твоя Дизигниотаркада – это мм! Прелесть! Я-я, я-я! Зеер гут!

Гость обрадованно закивал, укладывая фото и договора на столе, и стал тут же таять до полной прозрачности. Но своими шестипалыми ладошками помахать успел вполне дружественно и радостно. Так и исчез с довольной улыбкой на своем личике, ломающем земные стандарты красоты.

А расслабившиеся земляне тут же приступили к шумному обсуждению состоявшегося визита:

– Ну вот, новая кандидатура появилась. И наверняка вполне приличная по всем параметрам.

– Не факт! Этот Ошушшаго мог какую угодно ведьму протолкнуть.

– Или это себя ведьма заставила рекламировать.

– Но в любом случае надо договор глянуть.

– Естественно! Если там и превалируют попытки нас обмануть, то в любом случае некие образцы законов, новые подсказки или желательные обороты обязательно отыщутся. И мы можем их использовать для более четкой структуризации нашего договора.

Это уже Элла подвела первые итоги.

Теперь оставалось только решить, как и кому наведаться домой к госпоже Стрельниковой и забрать оставленные документы. Вызвавшиеся добровольцами Жора и Семен не годились. Учитывая напряженное положение в городе, да и в окружающих полигон дальних окраинах, подобные перемещения крайне нежелательны. Существовал риск как нарваться на банды заговорщиков, так и на правительственные войска. К тому моменту уже войска брали город под свой контроль, проводя обыски каждого подозрительного обывателя, да и неподозрительных тоже обыскивали.

Поэтому стали созваниваться с оперативниками, работающими в полиции. Тем всяко легче будет, как появится возможность, наведаться в дом и забрать оттуда фотографии и бумаги. Причем последние никоим образом не должны попасть в руки посторонних.

По той же причине нельзя было договора и в доме надолго оставлять. Вдруг туда все-таки кто-то ворвется? Ведь по последним сообщениям соседей, в видимости дома находилось сразу три непонятных автомобиля, внутри которых кто-то находился. И это при том, что к данному моменту два подобных автомобиля полиция уже проверила, а их пассажиров забрала куда следует. Так нет, новые понаехали!

Вот и следовало вначале убрать странных наблюдателей, а уже потом…

И все это при нарастающем напряжении обстановки.

Глава 24

Выбор усложняется

На удивление и ко всеобщему облегчению, бумаги из дома художницы Стрельниковой удалось забрать без проблем. Несколько сложней оказалось с передачей. Там задействовали целую цепочку сменяющихся и как бы совершенно не знакомых между собой оперативников. Но все равно от возможной слежки избавились стопроцентно, а потом и доставили посылочку в новую штаб-квартиру.

Ну а в ней специалисты сразу набросились на русскоязычный вариант, намереваясь выяснить щедрые намерения Кочилькараданно. Не прошло и получаса, как Элла Витальевна подвела первые, но вполне обоснованные итоги:

– Конечно, этот Ошушшаго предложил нашему карзарину не в пример больше, чем Высшая Ведущая. Если та заикнулась о девяти процентах, то рекламодатель симпатичной Дизи-ды 75 предложил целых двадцать пять процентов. Почти втрое больше! Щедро.

– С Харон мы имеем пятьдесят пять, – напомнил Роман. – С возможным увеличением в перспективе до восьмидесяти процентов.

– Бесспорно, лучшее предложение всего аукциона, – согласилась Яровая. – Но, как теперь уже понятно, можно отыскать представительницу Харсмеллона, которая согласится с тобой работать всего лишь за десять процентов.

– О! Так, может, начнем поиск?

– Увы! Это будет особь, совершенно далекая от дел, от торговли, от нужных знаний и от общего понимания должности Ведущей. Как говорится, лучше одарить крупно щедрого, чем даже по мелочи поделиться чем-то с жадным.

– Ну да, – поддакнула Зинаида своей новой подруге: – Жадный платит дважды. Да и Харон наверняка приведет в команду грамотных помощников и загрузит их черновой работой.

Это еще никто, кроме Трофимыча, не напомнил о прогнозах перевозчицы стать очень, даже очень богатыми. Правда, Дед и продолжение того разговора помнил:

– Где есть что грабить, туда слетаются самые удачливые и опытные искатели приключений. Несравненная Харон об этом тоже упоминала, что за такие богатства многие будут рвать когти… хм, постоянно.

– Скорей сами когтей лишатся, – будучи уверенным в себе, заявил Роман. – И голов – тоже!

В этом вопросе старость оказалась опытней и предусмотрительней:

– Если бы ты отвечал только за себя… А кто защитит твою Стрелочку? Да и всех нас?

И Зинаида, словно почувствовала, что разговор идет о ней, состроила такую детскую, беззащитную мордочку, что сердце мистера Рубки пропустило удар от умиления. Естественно, что такую прелесть хочется и должно защищать до последней капли крови. Ну и головой следует думать в первую очередь.

Подсказок в новом варианте договора оказалось предостаточно. Поэтому их постарались использовать максимально, кое-где подправляя и уточняя собственный вариант договора для Харон.

И только-только оформили черновой вариант, выведя его на принтере, как в штаб-квартиру заявился еще один гость. О нем Шенгаут высказался вроде как и с уважением, но в то же время чисто потребительски:

– Счастливые всегда ходят парой! Не, ты ток глянь, один Ошушшаго убыл, так тут сразу и второй на порог…

– Но этот наш союзник больше доверия вызывает! – напомнил Роман.

– Поэтому и надо его выдоить на максимум информации! Только не спеши ему обещать золотые горы. Мне и так подозрительна эта его благотворительность, – рассуждал старик. – То он нас спасает, то помогает подсказками, то информаторий запускает или ремонтирует, и все безвозмездно. А бесплатный сыр бывает сам знаешь где…

– В мусорных баках?

Что всех поразило, это появление шамана Айто именно рядом с Ландером. Пусть и в десяти метрах от него. Что лишний раз подтверждало авторитарность и величие Змея. Только воистину великий маг мог ориентироваться не только на место с информаторием, но и на конкретного человека в ином, совершенно незнакомом мире.

Так что вести себя с таким существом следовало весьма осторожно. Ни в коей мере не наглеть и не вести себя с ним запанибрата. Да и надежда была у всех, что уж этот-то гость сумеет понять русскую речь. Или как минимум прихватил с собой переводное устройство. Потому и начал Роман с торжественными нотками в голосе:

– Уважаемый шаман Айто! Приветствуем вас в нашем мире и надеемся, что вы к нам прибыли с хорошими новостями!

К огромному сожалению, и этот инопланетянин не смог общаться на местных языках. Даже китайский ему был неизвестен. Зато он отлично владел языком жестов и мимики. Похоже, и на языке глухонемых мог общаться, только вот в разных мирах они различались кардинально.

Еще не забылось, что этот пришелец мог давать учебные программы во время сна пациента. Но в данный момент сие как-то отторгалось, да и предложения такого не последовало. Вместо этого Змей сразу же перешел к делу.

Показал вначале прямо в воздухе пространственное изображение все той же поднадоевшей Сануарианданы 1015. Потом отрицательно подвигал конечностями и вдобавок заштриховал изображение десятком красных линий. И ему эта не угодила?

На что Ландер согласно закивал головой и показал свои скромные знания языка мира Харсмеллон:

– Кешфо! Кешфо!

Гость на это похвально хмыкнул и показал изображение Высшей Ведущей, которая представлялась как Лидааскоори. И она подверглась отрицанию с помощью линий красного цвета. И на это Ландер согласно кивал и говорил «Хорошо!» на чужом языке.

Зато и сам подсунул фотографию с симпатичной мадам Дизигниотаркада 75. И поведал, что ее порекомендовал Кочилькараданно.

На это гость скривился так, словно проглотил лягушку. Он досадовал, осознав, что его намного опередили. Но потом взял себя в руки и попытался выяснить, в каких пропорциях разделить прибыли предложил Ошушшаго от лица своей креатуры?

Роман как мог показал, что «…до смешного мало!» После чего сам чиркнул крест-накрест по фотографии. Мол, и с этой Ведущей мы дел иметь не собираемся.

Такая новость весьма озадачила Змея, но унывать он не стал. Тут же создал голограмму молодой, симпатичной девчоночки лет семнадцати. После чего принялся с жаром доказывать и уговаривать, что лучшей Ведущей начинающему карзарину не сыскать. Понималось, что он и сам лично будет во всем помогать обеим сторонам договора. И кажется, не скрывал, что девчоночка – его близкая родственница, если вообще не дочь родная. Или внучка. Или прапрапра…

В ответ последовала попытка объяснить, что выбор уже сделан, Ведущая приглашена, осталось только уладить формальности.

Нахмурившись, шаман стал уточнять, какая доля обещана приглашенной особе. Поняв, что сорок (земляне не постеснялись занизить на пять процентов в порядке торга), со всем усердием заверил, что и его сторона согласна на такую же долю.

Ландер на это с восторгом раздавал улыбки и заверял, что они всесторонне обдумают щедрое предложение.

Айто не поверил. А потому решил накинуть, показав, что знает некую тайну.

Земляне обрадовались и потребовали: мол, показывай!

Гость и приступил к очередному лицедейству. Ткнул на грудь Романа, там, где у него был артефакт. Потом изобразил лодь и щепку от нее. Потом пирс в озере и щепку от него. Потом камень в городе. Напоследок монету из города. И в финале – возможность достичь любой точки города.

На что Роман благодушно рассмеялся и показал горсть щепок. Потом и стопку монет. И напоследок развел руками: ну какая ж это тайна?

Тогда как мысленно они с Шенгаутом переговаривались, или точнее пеняли на свою несообразительность:

«Это же так просто! Могли и сами давно догадаться!»

«И к этому времени провести несколько испытаний!»

«Если бы нашли свободное время…»

Видно было, что мизерностью своего секрета Айто крайне расстроен. Если вообще не обозлен. Поэтому земляне попытались как-то скрасить возникшую неловкость. А что может быть лучше в такой ситуации, чем сделанный от души подарок? Вот и попытались вручить пришельцу два десятка монет, уложенных в специальные каталожные листы из прозрачного полиэтилена.

Но и это оказалось чем-то неправильным. Потому что Айто разозлился еще больше и отказался принимать подарок. Судя по его жестам, получалось чуть ли не покушение на его жизнь.

А там и финальная сцена всего визита состоялась. Гость показал на голографию девчушки, так и висевшую в воздухе, и всеми доступными средствами потребовал:

«Заключать договор только с ней! Пусть и на ваших условиях!» – судя по следующим жестам, тыкающим, что-то откручивающим и выбрасывающим, переводились они так:

«Если ты откажешься работать совместно с моей (кто бы она там ни была!), я сюда вернусь и оторву тебе голову! Я все сказал! Думай! И принимай правильные решения! Иначе…»

И вновь верхние конечности что-то откручивают и отрывают.

Шантаж?.. Не иначе! Еще и жестокий!..

– Вот тебе и сыр в… мусорном баке, – расстроился не на шутку Шенгаут. – А ведь такой типус открутит и не вспотеет!

– Ладно-ладно! Еще посмотрим, кто кому и что открутит! – сердился мистер Рубка, глядя на пустое место, которое осталось после ушедшего гостя. – Уже есть одна догадка, чем его достать можно в случае крайнего противостояния.

– Морду ему набьешь?

– И без этого не обойдется. Но раз он так панически боится золота и даже проговорился о своей смерти возле него, то мы наделаем пуль из этого золота. Много. Еще со смещенным центром тяжести. Но вслух об этом говорить не станем. Вдруг этот шаман у нас подслушивающие устройства оставил?

Возможную проблему беззвучно довели до остальных через дельтангов посредством касания. Не откладывая в долгий ящик, тут же всей наличествующей аппаратурой проверили все пространство, куда мог прославленный шаман впихнуть шпионские средства из своего мира. Ведь ему и бросать не надо или разбрасывать. Скорей всего, он любой маленький предмет легко передвигает телекинезом. Коль он такой великий колдунище… и пройдошный человечишко.

– Еще и наглый! – возмущалась Стрельникова вслух, потому что действовать в полном молчании было бы неверно. – Ишь ты! Требует, да с угрозами! А мы к нему со всем почтением и дружбой! Все симпатии ему!

– В самом деле, – поддержала ее Элла. – Подобное поведение как-то ожидалось от того же Кочиль… как его там… Тараканно?

– Неважно, называй его сокращенно Кочи-но, – посоветовал Семен Молотков. – А единственное, что мне в этом шамане Айто понравилось, так это его внучка. Вот без вранья: дала бы она согласие, сразу бы в жены взял такую прелесть! Уж на что наши женщины прелестны, – заранее перестраховался он, косясь на Зину и Эллу, – но та девочка словно из сказки явилась… Эх, хороша!

– Хороша Маша, да не ваша! – осадила его Стрельникова. – И зачем тебе жена, у которой дедушка всесильный колдун? Чуть что, любимая внучка пожалуется, так он тебе враз все и отсушит. Или вообще на запчасти разберет… Оно тебе надо, такое счастье?

– Злая ты, Зинка! – артистично всхлипнул Молотков. – И сама меня в мужья не берешь, и другим не даешь. А еще друг, называется…

Приборы ничего постороннего не отыскали. Хотя и не факт, что все вокруг было в этом плане чисто. А вот кое-какие выводы сделали. Самое главное, шаман как появился, так больше ни разу никуда ни одного шага не сделал. Потом по поводу золотых монет из мертвого мира все измерили: все их скопления и «раскладки» для спарок оказались в радиусе от точки прихода от десяти и более метров.

Иначе говоря, Змей явился именно в ту точку, где его ничего не беспокоило. Совпадение? Или какой-то отвлекающий маневр? Мол, вот я какой слабый, болезненный, смертельно пугаюсь именно этого золота.

– Информацию! – не выдержал Семен через час. – Полцарства за информацию! – и все с ним были единодушны.

Почему? Что? Как? Эти и другие вопросы так и крутились в мыслях каждого из команды. Если бы хоть на десятую часть были ответы, проблемы сами по себе рассосались бы.

А ведь еще и в городе да в родном поселке невесть что творилось. Время уже близилось к сумеркам, улицы стали пустеть, объявили комендантский час, но спокойствия полного так и не наступало. Попытки устроить провокации продолжались. Да и сам факт все-таки состоявшегося теракта никак было не умалить. Пусть и не было погибших, но… Жители громадного взорванного дома, оставшиеся без крова, находились на грани закипания. Хотя их и устроили неплохо, и обеспечили всем необходимым.

Да и во всем мире нарастала волна не то соболезнования, не то проклятия, не то жидких помойных отходов, которые собирались плеснуть в адрес не столько города, сколько всего государства. Правда, президент, его команда и правительство делали все возможное и невозможное, чтобы поднятая волна дерьма не пошла дальше, а там же и накрыла своих создателей. И это у них, скорей всего, обещало получиться.

Ибо ввиду множества несостоявшихся диверсий и пропажи огромного сонма бандитов «создатели» волны не знали, как им переиграть на ходу резко изменившиеся обстоятельства. Сценарий двинулся совсем по иному руслу. И все их пропагандистские удары лжи и паники уходили мимо цели.

Ну и самое главное – небо было на замке. Разве что издалека прилетит ракета с боеголовкой в виде тактического заряда? Так российская техника и такие ракеты походя сбивает.

Частную клинику, а с ней и главных фигурантов волхва и ведунью тоже взяли под плотную опеку. А местные власти и силовые ведомства не давали даже эмиссарам из Москвы беспокоить целителей по пустякам. Если и разрешали какие-то беседы, то лишь в своем присутствии и при постоянно работающих видеокамерах.

То есть личностное присутствие господина Ландера и его друзей где-то там, в городе, не требовалось и не приветствовалось. А посему они и решали только свои, самые актуальные проблемы. А по важности только две из них выходили на первое место: устранение угрозы со стороны шамана Айто и добыча информации.

Правда, Жора Шалавин выдвинул неплохую идею:

– Если Змей боится вот этих монет, то предлагаю как можно скорей пробраться в город и там насобирать этого золота с лихвой. После чего попросту простелим монеты тонким слоем по всему полу, и никакой шаман к нам не проскользнет!

Мистер Рубка вынужден был признать:

– Гений! И наше счастье, что про тебя в ООН не знают. Иначе забрали бы председателем.

– И правильно! – похвалила деловитого друга Зинаида. – Никто в жизни до такого не додумался еще: ну там есть с золота многие любят, спать на нем, справлять естественные надобности… Но чтобы ходить по нему?!

Три «П»! Похвалили. Посмеялись. Подняли себе настроение.

Но идея всем запала в душу. Коль пигмеи каждый раз в ближайших домах города набирают по мешку золота, то значит, и любой искатель без трофеев не останется. Потом только и делай, что ссыпай добычу на пол да показывай кукиш в сторону разных там великих колдунов из иного мира.

Другой вопрос, что к пирсу на озере можно будет добраться только утром, через щепку от лоди. А сейчас уж и Харон, похоже, свой сплав завершила да домой собирается. Потому и пришло логичное решение: глянуть, что там, на устье да вокруг перевозчицы творится.

Каково же было удивление, когда точка обзора открылась над бурными потоками Стикса возле несущейся по бурунам лодки. Харон орала на своих помощников, а те в поте лица почти в полной темноте спасали легендарное транспортное средство. Причем средство это было настолько переполнено дельтангами, что те порой переваливались за борт во время наиболее крупных сотрясений или крутых наклонов. Да и сама лодь сидела в воде излишне глубоко, всем своим видом показывая, насколько она перегружена.

Пошли первые обсуждения увиденного, оформляемые Трофимычем как итог совместных раздумий:

– То ли перевозчица от жадности так много дельтангов набрала, то ли ее нужда заставила. А скорей всего, это пигмеи из руин столько золота натаскали, что их работодатель решила хоть таким делом свои дела поправить.

– Похоже… И если они не перевернутся в этих бурунах, то вскоре мы увидим процесс выгрузки…

Наблюдать борьбу за живучесть судна оказалось невероятно увлекательно. Особенно с точки зрения сзади кормщика и чуть выше нее. Даже невзирая на плотные сумерки и сгущающийся туман, сплав своей зрелищностью не уступал гонкам «Формулы-1». Волей-неволей зрители даже болеть начинали и переживать, да настолько, что, будь у кого-нибудь из них больное сердце, мог бы и от инфаркта загнуться. Или от инсульта.

Несколько раз казалось, что уже все! Столкновение с вырастающими перед носом лодки скалами неизбежно! И только чудо да сила перевозчицы, буквально ложащейся на свое весло, позволяли перегруженной легендарной лодке отворачивать в сторону. Да и помощники старались на совесть – так упирались платиновыми баграми в выступающие камни, что из тех сонмы искр вышибало.

Несколько раз зрители не удерживались от бурного выражения эмоций. То женщины пискнут, то мужчины шумно выдохнут, гася неразборчиво прозвучавшие словечки. А два раза выдохнули и вскрикнули все, даже дельтанги что-то такое на ментальном уровне выдали. Слишком уж ситуация показалась гибельной для Харон и ее помощников. Но те как-то выворачивались с натугой, в самый последний момент избегая катастрофы.

После чего были зафиксированы странные попытки перевозчицы оглянуться назад. Неужели услышала «поддержку зала»? Но при всем желании несравненной дамы оглянуться у нее ничего не получилось бы. Слишком в те моменты ей пришлось тяжело, не до рассмотрения.

Но только течение бурное стало спадать и лодь выскочила на более спокойную воду озера, как Харон оглянулась и пристально стала осматриваться позади себя. Да и по сторонам глазела, словно рентгеном. Хорошо еще, что точку обзора наблюдатель опустил к самому борту, чуть ли не под ногами у легендарной женщины.

А там и в пирс лодь уткнулась, на котором уже стоял дельтангосос с восседающим за рулем гномом. Недорослик выглядел жутко обеспокоенным, если не сказать что искренне плачущим. И выкрикивать начал издалека:

– Ты совсем совесть потеряла, подруга?! Почему так долго?! Я уже не сомневался, что тебя по камням где-то размазало!

Прежде чем отвечать, перевозчица с трудом выбралась на пирс, тяжело оперлась о свое массивное весло и только тогда выдохнула:

– Давно такого не было!.. Всего лишь третий раз в жизни так рисковать пришлось.

На ее признание гном тщательней всмотрелся в гору глазастых дельтангов. И стал уточнять:

– Ты о чем? О «цельных»? Так я их ни одного не вижу!

– Так их и нет! Ни одного! – Дама не совсем культурно и явно со злостью сплюнула по другую сторону пирса.

– Как же так?! Ты ждала… да и мы все за тебя болели. Что случилось-то? – это он спрашивал с сопереживанием, искренне, с сочувствием заглядывая в глаза подруги-великанши. Но свое устройство с раструбом на конце включил, опустив на груду спарок, начав высасывать их в уходящую на склад трубу.

– Понятия не имею, что случилось, – призналась несравненная. – То ли со временем просчиталась, то ли кто гадость подстроил, то ли этот ушлый карзарин меня как-то обманул. Но сколько ни сидела, сколько ни думала, так ничего толком и не поняла. И это с учетом того невероятного времени, которое пришлось провести возле этого дохлого города.

– Мм?.. Сочувствую… Такая прибыль где-то затерялась…

Харон устало улыбнулась, но тут же самодовольно фыркнула:

– Одна прибыль затерялась… Хе-хе! Зато удивительно с другой повезло. Тем более что мои помощники даром возле лоди не торчали. А вели усиленный поиск в развалинах. И сегодня зашли не в пример дальше, чем когда-либо. Так что госпожа Удача меня сегодня все-таки не оставила.

И она кивнула подбородком на лодь, где слой дельтангов истончался, открывая прикрытые прежде ребра и углы чего-то странного и несуразного.

– Неужели! – только и выдохнул гном. Глаза у него при этом стали громадными, на пол-лица, словно он увидел ожившее привидение.

Глава 25

Не делай худа и не познаешь зла

Катерина в последние дни не находила себе покоя. Все ждала. Все высматривала. И все очень аккуратно, незаметно пыталась выспросить. Собирала сплетни и слухи. Выискивала в новостях самое важное.

И… ничего!

Как жил себе прежде бросивший муж, так и живет-поживает, да горя не знает. Мало того! Еще лучше жить стал. Выглядит на зависть даже молодым. Делами занят, бизнесменом его стали обзывать. И ладно бы только ни в чем нужды не знает. И ладно бы его старые друзья, да и весь поселок уважать стал. Так он еще и возле какой-то умопомрачительной красотки стал увиваться.

Последний факт довел несчастную разведенку до истерики. Прорыдала всю ночь, а к утру решилась на крайности. Лишь бы отомстить проклятому изменщику! Хотя ни разу за годы супружества Семен ей не изменил. Лишь бы упечь его в тюрьму! Хотя и повода никакого для уголовного преследования не имелось. Лишь бы он загнулся от скоропостижной и неизлечимой болезни! Хотя бывший муж и так чуть не умер от сложной грыжи и последствий тяжелых операций.

Но нет ничего страшнее обидевшейся и решившей отомстить женщины. Вот она и твердила все утро после истерики, пытаясь привести свою внешность в порядок:

– Нельзя прощать подобные оскорбления моей чести! Иначе не носить мне свою гордую фамилию Суворовой!

Свою девичью фамилию она из особой вредности вернула себе сразу же после развода. И успела уже переоформить, исправить все документы. Казалось, кто-то этому удивится. Порадуется. А может, даже позавидует?.. Но всем было глубоко наплевать на склочную, невзрачную бабенку, вернувшую себе громкую, но ничем ее не украсившую фамилию.

Это она еще не знала, что вспомнивший о ней начальник полиции дал распоряжение отыскать вредную стукачку, но сделал это, исходя из ее старой фамилии. Ну и как-то так получилось, что ответ последовал: таковая гражданка больше в поселке не проживает. И в тот же момент иные дела навалились на полковника Рюкилова, прошедшего адаптацию и уже словно пчелка шуршащего в интересах Общества Справедливости. Он отвлекся да и подзабыл о той, которая первой подала сигнал о своем бывшем муже Семене Молоткове.

Повезло. Наверное…

О ней-то забыли, а вот она помнила хорошо, что полковник Рюкилов ее донесение проигнорировал, мер никаких не принял, подлого Семена в тюрьму не засадил. Да и друзья Молоткова жили, как и прежде, припеваючи.

Поэтому в местную полицию Катерина обращаться больше не стала. Со всеми собранными слухами, сплетнями и догадками она сразу поспешила в самый крупный город региона, пусть он и соседним считается. Хоть и далековато, зато там точно выслушают и примут меры. Недаром этот город называют третьей столицей России.

Вечером села на автобус. Прибыла к месту назначения ранним утром. Куда пойти, прикинула заранее: сразу в республиканскую прокуратуру. Правда, сомневалась, с ходу ли ее примут или будут мариновать несколько часов? А когда добралась по нужному адресу, на четверть часа замерла, не решаясь окунуться в роящийся человеческий муравейник.

Слишком странным показалось столпотворение. Почти все с оружием, вокруг выставлены посты, каждую минуту подъезжают и отъезжают разные автомобили. И как в этот водоворот сунешься?

Стала Катерина присматриваться: кто да как, да кем командует. Ну и обратила внимание на военного, который вышел на крыльцо, получил доклад от нескольких типов, да и закурил, осматривая окрестности. Погон на нем не просматривалось, да и форма, пятнистая, явно маскировочного плана, ничего не говорила. Но раз ему докладывают, значит, явно офицер. Тем более что оружия на нем как игрушек на новогодней елке.

Двигающуюся к нему женщину он сразу подметил. Как только она подошла на два метра, поинтересовался вполне участливо:

– Сударыня, куда это вы так торопитесь?

– Мне бы к главному прокурору. Срочно! – ответила та, будучи уверена в своей правоте и в своем праве беседовать с кем угодно.

– Ого! К главному сразу? – ухмыльнулся вояка, поторапливаясь завершить перекур. – И по какому вопросу такая срочность?

– Так я по поводу сговора неких преступных лиц нашего города с начальником нашей полиции. А также хочу сделать заявление на этих лиц, которые незаконно лечатся и даже омолаживаются.

Вояка уронил сигарету и с подозрением прищурился:

– Так вы, сударыня, из города такого-то?

– Ну да, оттуда! Потому и сюда приехала, что у нас нельзя добиться справедливости. А в полиции служат одни оборотни в погонах. Да и не только в полиции.

– Ну, раз такое дело… Правда, самого главного прокурора не обещаю, он сейчас занят, – предупредил военный, – но уж наш командир, добрейшей души человек, вас обязательно выслушает. Прошу за мной!

– И меры примет? – допытывалась мстительница.

– О-о! Еще как примет! – упредительный незнакомец уже вел жалобщицу по коридорам республиканской прокуратуры. – И виновных накажет, и отличившихся наградит, и тем, кто сигнал подал своевременно, премию выпишет. Он у нас такой!

– А звание у него какое?

– Знамо какое, генерал! – Вояка заглянул в одну из комнат и начал, как и полагается в армии: – Товарищ генерал, к вам важный посетитель, – после чего заговорщически подмигнул сидящим за столом четверым мужчинам в такой же, как у него, непонятной защитной форме. – Из города такого-то… Дама! С жалобой на тех, кто незаконно омолодился.

– А-а! – отозвался из них самый массивный. – Так приглашайте даму к нам…майор! – и тоже подмигнул.

Катерина вошла, уселась с полным спокойствием и стала рассказывать. Раз уж сам генерал это дело возьмет под контроль, можно больше не беспокоиться: схватят кого надо и накажут всех невиновных.

Больше часа она выдавала на-гора всю собранную информацию. И ей нисколечко не мешало, что временами то майор куда-то выскочит, то другие офицеры убегут с какими-то распоряжениями, то вообще какое-то устройство на стол выставили. Диктофон, наверное?

Но наводящие и дополнительные вопросы генерал задавал очень грамотно. Так что в руки одной из частных армий одного из олигархов совершенно случайно попала ценнейшая информация. И они с ходу стали соображать, как ею распорядиться с максимальным эффектом.

Поэтому уточняли несколько раз в финале разговора:

– Значит, никто в данный момент в доме художницы Стрельниковой не живет?

– Никто! Только полицейские туда заходят и проверяют, все ли в порядке. Да соседи там только и следят за каждым посторонним на улице. Все они там в сговоре. Все!

– Теперь вся банда заселилась в ангар на индустриальном полигоне?

– Именно! Три кобеля и две вертихвостки. И занимаются там разным непотребством. А если сказать правильно, то натуральным б…ством! Правда, там их еще и сторожа охраняют, с оружием все! И одеты, как вы. Много! Но те в домике живут, возле входа в ангар.

– И никуда они оттуда не выходят?

– Практически никуда. Потому как боятся, что их арестуют. А пищу им по заказу привозят, я специально узнавала. Из ресторана. Очень дорогую пищу.

– Выпивку им тоже доставляют?

– Зачем? Если у них полсклада ящиками с алкоголем заставлено! – с пылом убеждала Катерина. – Причем алкоголь явно поддельный, не акцизный. Потому что тот же самый Семен Молотков – истинный профессионал не только самогоноварения, но и всего остального в плане выпивки. Такой домашний коньяк умеет делать, что от лучшего армянского не отличить!

В общем, жалобщица не только рассказала, сообщила и указала, но еще и бесчестно привирала. Топить – так наверняка. Слишком уж ей хотелось и мечталось, чтобы бывшего мужа упекли за решетку до конца его жизни. Еще лучше казнили! А еще лучше… сама бы она его расстреляла.

Так и заявила со всей пролетарской беспощадностью:

– Готова лично провести группу спецназа для ареста преступников! Только и мне дайте какое-нибудь оружие.

– Ну что вы, что вы! – испугался не на шутку генерал. – Побойтесь бога, сударыня! Меня разжалуют до рядового, если с такого ценного свидетеля, как вы, упадет хоть один волос! – но тут же и утешил: – Но с собой мы вас возьмем, чтобы потом устроить очную ставку с преступниками. Да и присматривать вам разрешим за ведущимися допросами.

Такое уважительное отношение весьма польстило Катерине. Так что в дальнейшем она с азартом выполняла все распоряжения решительных незнакомцев. Вначале ехала на машине. Потом чуток они с сопровождающими пролетели на каком-то грузовом вертолете. Потом перемещались на микроавтобусе с затемненными стеклами и вновь на простенькой легковушке крались по дальним околицам уже родного города.

И наконец, после странных перебежек, под звуки выстрелов госпожу Суворову несколько грубо затолкали в военный вертолет. Сказали сидеть в самом уголке трясущегося салона и не отсвечивать, не мешаться под ногами. Вертолет с грохотом взлетел, резко накренился, да и помчался, чуть ли не цепляясь за верхушки деревьев. Вроде как рядом летело еще несколько винтокрылых машин. Зато благодаря наклону Катерина, которая еще недавно была Молотковой, отлично рассмотрела околицы поселка и раскинувшийся там полигон с многочисленными ангарами.

– Там! Там они! – не удержалась она от радостного вопля, тыча рукой в направлении нужного здания.

Но ее крик потонул в реве сразу нескольких мужчин, которые выглядели как бойцы спецназа. Еще громче орали пилоты. Причем слова все звучали матерные, мало информативные. Одно только стало понятно жалобщице, что дымные белые полосы – это следы от ракет, которые стартовали с крыши указанного ею ангара и теперь с невероятной скоростью несутся к вертолетам.

Затем была вспышка и боль. Боль разрываемого на мелкие кусочки тела. Но боль быстро прошла… И темнота перед глазами стала рассеиваться! И чуть позже Катерина осознала себя падающей куда-то вниз. Не успела осмотреться толком вокруг, выхватывая картинку со странными исполинскими развалинами, как падение завершилось мягким ударом обо что-то мягкое и вздрагивающее.

Оглянулась. Оглянулась еще раз. Попыталась разобраться, куда делось ее остальное тело и почему она видит словно сквозь себя. При этом вокруг нее виднелось только одно: небо, высокие борта какой-то лодки и… глаза. Многочисленные глаза, которые в ужасе пялились друг на друга.

Недоуменные стоны, вопли, истерические восклицания вдруг перебило чье-то спокойное рассуждение:

– Прекращайте плакаться! Неужели вам еще непонятно, что мы умерли? Умерли там, на Земле, а вот где-то здесь продолжаем жить. Знать бы еще, как долго?.. И в каком таком состоянии?..

И тут же Катерина уставилась глаза в глаза с чем-то себе идентичным. Кажется, это была женская особь, сгорающая от любопытства. Потому что вполне четко послышался вопрос на ментальном уровне:

– А почему ты такого яркого фиолетового оттенка?

Глава 26

Трофеи разные бывают

Гном присматривался к очищаемой находке недолго. Точнее, он не отводил от нее выпученных глаз, зато быстро вернул себе способность говорить:

– Древние боги! Неужели это СПАК? Спасательная капсула божественной эпохи! – причем он не спрашивал, а утверждал с восторгом: – Индивидуальная!.. С пространственным перемещением!.. И со всеми функциями полета в атмосфере!.. Чтоб я так жил!.. Чтобы мне больше «цельных» не иметь!.. Всего второй раз в жизни подобное чудо вижу своими глазами… За столько лет!..

Он сделал паузу в потоке слов, мыча от избытка эмоций и качая головой. Поэтому барственным тоном смогла вклиниться Харон.

– Сама не чаяла отыскать подобное, – призналась она. – Да и, насколько я помню, уже девять лет не было подобных находок вообще на всем Харсмеллоне. А на этой станции последний раз находили СПАК сто десять лет назад.

– Да-а-а-а… Шикарный подарок судьбы, – констатировал старый друг, уже немного успокаиваясь. – Достойная будет тебе прибавка средств к финалу твоего контракта. Продашь? Или себе оставишь?

– Пока никакого окончательного решения не принимаю. Буду думать. Но сразу скажу, на хлеб с маслом у меня до конца жизни выплат хватит. А вот обладать таким устройством… Да если у него еще функция сборки работает… Мм!

Гном замычал вместе с ней, от всего сердца продолжая восторгаться таким подарком судьбы. Тем временем почти все дельтанги были высосаны на склад, и только последних из них пигмеи выталкивали из-под мешков, коих оказалось целых шесть штук. Потом и главную находку пару раз качнули, давая раструбу выбрать двуглазов из-под нее.

Пока выставляли мешки на пирс и приноравливались к подъему СПАК, лысый приемщик станции успел поинтересоваться, понизив голос:

– Как удалось без потерь обойтись? – и мотнул головой в сторону копошащихся помощников.

– День особенный. Да и всеми дедовскими секретами пренебрегать не стала. Хоть и затратные они. Как чувствовала, что пригодятся. К тому же не забывай, сколько я уже собрала «цельных». Так что с появившимися умениями можно тамошнюю напасть не бояться.

Затем лично, отложив весло в сторонку, помогла выдернуть на доски настила находку из мертвого города. При внимательном рассмотрении землянам в данной капсуле ничего ценного не виделось. Да и сама форма длиной чуть за два метра совсем не овальной оказалась. Этакое переплетение каких-то полосок, трубок и профилей, из которых наружу выступали несуразные уголки, не совсем плавные изгибы и довольно острые грани. Очень было похоже на бред пьяного кузнеца, который вместе сварил несколько оградок с кладбища, парочку разбитых мопедов, столько же велосипедов и все, что у него валялось под верстаком. И все это из разного по цвету и по структуре металла. Ну, может, и пластик какой внутрь натолкали.

Что не осталось без комментария Трофимыча:

– Ну вот, кому-то счастье, а мы бы такое постеснялись в металлолом отнести!

– Кто ж догадаться сможет, что видит устройство? – недоумевал Ландер. – Да еще и времен Божественной эпохи?.. Х-ха!

– Тоже интересно: как они это все и куда поволокут? Смотри, те же мешки вдвое больше и втрое тяжелей, чем в прошлый раз.

Оказалось, что склад располагает и средствами малой механизации. Один из пигмеев сбегал внутрь и вытолкал тележку, подобные которым используют на мясокомбинатах. То есть с перилами по сторонам и с позволительной нагрузкой под пять сотен килограммов. Вот на нее и загрузили добычу, идущую в графе «дополнительный заработок», да и потолкали следом за пятящейся машинкой.

Тогда как Роман старался подслушивать все, что еще скажет парочка старых приятелей. Но гном говорил мало, похоже, в самом деле впечатлился находкой по самые гланды. Зато раздобревшая Харон при расставании с ним пообещала:

– Я не только сувениры из золота для тебя готовлю, но и будет нечто особенное.

– Страшно получать такие подарки, – скривился гном. – Даже с нашими прививками и стойким иммунитетом к эманациям смерти не хочу к твоим мешкам прикасаться.

– Не волнуйся, очистку сделаю, как и положено, в восемь циклов. А там мои подарки поставишь на три года в камеру реактивации и не заметишь, как вожделенные для каждого коллекционера предметы станут безопасны для любого харсмеллонца. Или ты куда-то торопишься?

– Куда денусь? Конечно, подожду! – заметно оживился водитель дельтангососа. Кажется, обещанные подарки его серьезно порадовали.

Далее бригада перевозчицы разместила свой инструмент в ящике. При этом Харон пришлось помыкать ошарашенным дежурным, который только и пялился на тележку. Видимо, тоже узнал СПАК и по этой причине перестал соображать. Команды «Открой!», «Закрой!» и «Иди к себе на пост!» он выполнял словно сомнамбула. Зато ему удалось подвесить подслушивающее устройство. Наверняка ведь станет сейчас общаться со своим напарником.

Затем бригада укатила тележку в лифт и, как уже стало ожидаемо для наблюдателей, испарилась в неведомом направлении.

Но коварнее всего поступил дежурный. Он по пути на пост остановился, с минуту простоял как истукан, что-то пытаясь сообразить, а потом бросился совсем в иную сторону. Шасть! И он тоже убыл куда-то телепортом, забив большой болт на работу. Хотя как раз сейчас и был отрезок ничегонеделания.

Пришлось и Роману домой возвращаться. Правда, перед этим он сменил карты памяти на блок-центре, стоящем под крышей склада. Пусть оперативники разбираются со шпионской информацией. Вдруг чего и наговорили ценного проходящие тут и там работники?

Кстати, по поводу подслушивания Шенгаут высказал претензии Ландеру:

«Что хочешь придумай, но ты там должен находиться постоянно. Так же постоянно ты должен находиться с кучей помощников в помещении с банком памяти. Не говоря уже о самом Мертвом городе, за который надо браться более чем основательно!»

Тому только и оставалось, что с возмущением развести руками:

– Мне что теперь, разорваться на пять частей?!

Они бы еще долго спорили и ругались, но тут в большой зал штаб-квартиры ворвался Семен Молотков с последними новостями из Большого мира:

– Кошмар и ужас что творится! – Куда и девалась его веселость, потому что выглядел он страшно бледным и расстроенным. – Наша закладка в прежнем складском ангаре сработала! Сразу пять ПЗРК пустили свои ракеты по трем вертолетам. Те – в труху! А все потому началось, что первый из них своими ПТУРСами (противотанковые управляемые реактивные снаряды) с ходу, еще будучи на дальнем подлете, взорвал центральные ворота склада. Скотина!

– Но нам-то какая беда? – не понял Жора такого всплеска эмоций своего друга. – Никто ведь не пострадал? А все остальные последствия наши оперативники прикроют.

– Может, и прикроют… Но вряд ли! Там такого наворотили! – и стал рассказывать подробнее: – Эти три боевых вертолета буквально с боем украли какие-то темные личности с ближайшего аэродрома. Причем украли у правительственных войск. Есть многочисленные жертвы при захвате. Так что только этот факт – кошмарный повод для начавшихся разбирательств и расследований. Следы преступников выводят на группу из нескольких олигархов, засевших в Казани и в соответствующей республике. И послали эти вертолеты конкретно по наши души.

– Повезло, что успели перебраться сюда, – сделал вывод Роман, озадаченно разглядывая друга, который отрицательно и нервно мотал головой: – Или нам и тут грозят неприятности?

– Хуже! – воскликнул он, но тут же поправился: – Хотя, если честно, то кому как… Но самое печальное, что в одном из вертолетов находилась Катерина… Моя бывшая… А несколько выживших раненых из штурмовой группы показали, что именно Катюха привела на нас эту саранчу. Вот… И теперь ее разорванное тело в морге…

Теперь уже вместе с ним кривились и остальные трое друзей босоногого детства. Какой бы ни была Катька в последнее время вредной истеричкой, память о самых лучших и самых ярких днях юности все равно дарит моменты радостные, веселые и приятные. И сейчас не только бывший муж чувствовал угрызения совести. Все-таки что ни говори, а подобного предательства могло и не случиться.

Ведь был тревожный звоночек, был! Когда гражданка Молоткова пришла в полицию, желая упечь Семена на тюремные нары. Она же старалась при этом упечь за решетку и Жору Шалавина, и Рому Ландера. Даже на свою подругу Зинаиду напраслину возводила, плюясь ядом зависти. Полковник Рюкилов даже попытался взять стукачку под наблюдение, да вот как-то не сложилось.

Все поставить на свои места после тяжелого вздоха решила Стрельникова:

– Давайте говорить честно: Катька меня всегда ненавидела за то, что Рома возвращался пусть и редко, но только ко мне. И для тебя, Сема, не секрет, что она в Ландера была влюблена без ума еще с детских лет. За тебя замуж вышла только из вредности, чтобы нам насолить да тебя пилить.

– Да уж. Практически до смерти и запилила, – вспомнил Молотков свои последние месяцы болезни.

– Ну и когда она поняла, что Рома вернулся ко мне навсегда, – продолжила Зина, – тогда у нее и сорвало крышу окончательно. Еще и муж, помолодевший да красивый, ее бросил…

– Вот мы и виноваты! – упрямо заявил Жора. – Нельзя было ее оставлять одну. Надо было ее попытаться исправить. Та же адаптация однозначно пошла бы ей на пользу.

Все друзья согласно кивнули.

– Чего уж теперь, – скривился Роман. – Даже дельтанга ее не отыщем… Но вот как ведутся разбирательства по этим взорванным вертолетам?

– Сложно, – признал Семен. – Шум нарастает, страсти накаляются. Те же олигархи словно с цепи сорвались. Ну и генералам надо срочно виновника Москве предоставить. Иначе они без погон останутся. Ведь половина охраны аэродрома – «двухсотые». Да и три боевых вертолета – в хлам! Вот и роют, словно дурные кабаны в корнях под осинами. Хотя наши пытаются отсечь малейшие следы к этому старому полигону. Ну и само использование ПЗРК пытаются представить как внутренние разборки крупных преступных группировок. Дескать, арендаторов ангара выгнали бандиты и устроили засаду на своих конкурентов.

Этим уже озадачилась Элла, внимательно прислушивающаяся к разговору:

– В такие отмазки так просто в столице не поверят. Каждый ракетный комплекс на строгом учете. Выйдут на производителей, потом ниточка потянется на «Логотранс». А там и меня нет на месте…

Ландер озвучил мысль дельтанга:

– Трофимыч говорит, что можно все на него свалить и спрятать все концы в воду. Дескать, умер Никита – и нет бандита!

– Не получится, – отрицала такой ход наследница Шенгаута. – По цепочке расследование всех вытянет на белый свет. И компаньонов солидных подведем. Чувствую, мне надо срочно в центральном офисе появиться.

– А если с тобой отправим туда группу оперативников?

– Ну ты сравнил, Роман Григорьевич! – зафыркала Яровая. – Какой-то заштатный городишко со столицей одной шестой суши? Да туда знаешь сколько дельтангов отправить надо, чтобы все на лад пошло?

– Представляю. Чуть ли не тысячу… Но нам не привыкать экспроприировать Харон, поработаем. К тому же давно пора и остальных перевозчиков раскулачить…

– Шутишь?! Да на Москву ста тысяч спарок мало будет! – Элла не на шутку завелась, раскраснелась. – И как можно на нашу Землю запускать дельтангов с иных миров? У них же менталитет другой. И само понятие справедливости может очень не соответствовать нашему.

Тут возмутился Шалавин, чуть ли не впервые осмелился резко оспорить слова московской красавицы:

– Неправда! Как может быть чувство справедливости разным? Или оно есть, или его нет! Иного не дано!

– Как? Да очень просто, – пустилась Яровая в объяснения. – К примеру, бабушка, у которой не хватило пенсии на хлеб. Взяла и стащила в магазине батон. В наказание за это дельтанг из иного мира отрубит бабушке голову. Дескать, воровство у нас карается только так. А ты бы как поступил с голодной старушкой?

– Ну-у-у… ты пользуешься неэтичными сравнениями, – еле слышно пробормотал поникший спорщик. И тут же удостоился дружеского трепания волос на затылке от Стрельниковой:

– Элла права. Прежде чем вообще использовать иных двуглазов, надо с ними долго и тщательно беседовать. А с кем беседовать, если кандидатур нет? Так что давай, Ромочка, не расслабляйся. Даю тебе два часа времени: начинай проверку всех весельных щепок.

– Так ведь уже ночь на носу, – резонно напомнил тот, с неприятием вспоминая надоевший процесс наблюдения, подслушивания и изымания дельтангов. – Пора ко сну готовиться.

– Не переживай, твою подушку я сама взобью, – пообещала возлюбленная. – И поторопись, тебе завтра вставать затемно. Отправляемся на осмотр достопримечательностей Мертвого города!

В самом деле, планов на следующий день имелось громадье. Так что пополнением армии оперативников следовало заняться немедленно, даже если их и не придется отправлять в Москву.

Потому мистер Рубка и улегся, уложив артефакт на лице, а ему в руку стали подавать по очереди щепки из пронумерованных и подписанных пакетов.

Повезло уже на третьем проникновении в иной мир. Там вел сплав вполне молодой, атлетически сложенный мужчина. Причем действовал он без всяких помощников. Да и как иначе, если спокойная, гладкая река только на середине русла отличалась ленивым, неспешным течением. Перевозчик даже не греб, а попросту старался удерживать пером весла нагруженную лодь на стремнине. Похоже, он чуть ли не дремал от лености и единообразия. И под ноги себе не смотрел. Того и гляди свалится, сонный, в воду.

Так что вскоре первые четыре двуглаза зеленоватого оттенка заняли место у нескольких монет, а к ним для собеседования положили пару: психолога и наставника. И вскоре таких беседующих групп появилось около десятка. Если бы вдруг потребовалась посторонняя помощь такой группе, то для этого и обходила их всех по очереди Яровая, притрагиваясь к наставнику.

А охотник за дельтангами уже весьма и весьма сноровисто изымал трофеи все с новых и новых суденышек. При этом делился впечатлениями не только с Шенгаутом, но и десятка три иных от недавно «цельных» дельтангов прилипло к его коже, наблюдая посредством зрения носителя за новыми мирами.

Ну как мирами, скорей только реками. И все реки выглядели по-разному. Некоторые вообще выглядели как стоячее озеро, и там перевозчику с парочкой помощников приходилось грести. На иных реках течение было не в пример бодрей. Там тоже использовали труд парочки или четверки низкорослых пигмеев, детей, лилипутов или их подобия.

Но нигде, ни в одном мире не было такого бурного течения и такого опасного русла, которые достались Харон. Так что волей-неволей в душах наблюдателей росло невольное уважение именно к своей перевозчице. Если не сказать, что восторг. Круче ее и проворнее никто не выглядел.

А на вопросы «почему так?» не нашлось ни одного толкового ответа или приемлемого предположения. Только и высказался кто-то с неподдельным сочувствием:

– Да нашей Харон следует молоко выдавать за вредность. Бесплатно!

Ну и моральная поддержка последовала: «Если заключать договор, то только с ней. Заработала, несравненная!»

Попутно Роман старался отколоть по щепке от каждой лоди. Цель: пирс в озере. Затем и сам Мертвый город иного мира. Так сказать, далеко идущие планы.

А потом весь процесс оказался не просто сорван или скомкан, а вынужден был пойти вспять. И хорошо еще, что Яровая скрупулезно выполняла обход, никого не пропуская и каждый раз кратко прислушиваясь к ведущимся беседам. Коснувшись наставника первой группы, она услыхала от него паническое предупреждение:

«Нашим гостям плохо! Они буквально умирают от болей и неимоверной слабости!»

Стали спешно разбираться, искать причины недомогания, и они вскрылись чуть ли не сразу. Монеты! От них шла страшно негативная энергия, возможно, убивающая двуглазов из иного мира.

Сразу же припомнили экивоки шамана Айто на чужое золото, опасения лысого гнома и россказни самой Харон, как она будет долго и тщательно очищать монеты из Мертвого города. Да и потом их еще три года надо выдерживать в каком-то устройстве постоянной очистки.

Быстро убрали монеты, вместо них положили щепку от тамошнего легендарного весла. Сразу наступило облегчение у гостей, хотя все равно чувствовали они себя не столь хорошо, предпочитая все-таки вернуться к себе домой.

Подобные неприятности начались и у последующих групп, но там так далеко не зашло. Сразу убрали монеты, заменив их соответствующими щепками. Но вторая группа, а за ней и третья все равно не пожелали оставаться в мире Земли. И все по причине испугавших их болей. Видимо, не поверили в послесмертие или засомневались в полной адекватности человеческих тел. Хотя о внешности утверждали, что у них те же самые гомо сапиенс. Относительно, конечно, и уж точно в основном снаружи.

На этом фоне весьма странно выглядело самочувствие пары психолог – наставник. На них чужая щепка влияла так же положительно, как и родная. Никаких неудобств, а тем более болей они не ощущали. Парадокс? А скорей всего, предстояла цепочка новых, скрупулезных исследований.

Кстати, у всех гостей отношение к высшей справедливости оказалось вполне сходным с их земными коллегами. Перегибов, как в примере с голодной старушкой, они не допускали. И даже самым оголтелым преступникам были готовы предоставлять определенный шанс для исправления. Причем два новых мира уже представляли собой цивилизации, достигшие уникальной гармонии в общественных отношениях. При полной индивидуальности каждого члена общества и полном праве выбора там умудрились давно избавиться от таких асоциальных поступков, как оскорбления, кража, шантаж, насилие и уж тем более убийство себе подобных.

Как они это сделали, с наскока было не понять, но благо, что эти восемь особей согласились остаться в команде землян. Правда, обусловили право свое вернуться в любое время обратно.

Шесть миров из десяти знали о дельтангах и о второй жизни. Четыре мира среди них были укомплектованы карзаринами на все сто. А вот на двух только начинался бурный ажиотаж пересмотра всей сути посмертного существования. Там ученые только начинали строить первые улавливатели, не пускающие души умерших соотечественников в иные миры.

Три мира из десяти ничего не знали о дельтангах вообще. Хотя некие легенды о тамошнем Хароне у них тоже существовали.

Ну а про один мир, про свой, группа номер два почему-то упорно не желала рассказывать. Напуганные? Вроде не похоже… Перестраховщики? Вполне возможно… Затаившиеся враги? Да никак не подумаешь подобное на разумных, вполне адекватно рассуждающих созданий. Жаль, что не успели разобраться: пришлось Роману закидывать эту четверку обратно в их лодь.

Зато в общем итоги эксперимента были признаны всеми без исключения удовлетворительными. Теперь только и оставалось гостям, что узнать, могут ли они брать тела землян под воздействие? И как будет проводиться адаптация? Все-таки чужой, совершенно чужой мир.

Хотя и этот аспект, если он вдруг станет мешать, команда Ландера довольно быстро придумала, как обойти. Тем более что формула успеха и так была известна: щепка от лоди – щепка от пирса – предмет или золотые монеты из тамошнего города. А потом и кусочек этого золота на тело, подвергающееся воздействию. Потому что все гости в один голос утверждали:

«Падали мы в лодку, стоящую у пирса на небольшом озере. А вокруг до самого горизонта расстилаются целые и частично разрушенные здания мертвого, совсем нежилого города».

Правда, отличия в самих городах имелись, и немаленькие. Но именно этот аспект больше всего шокировал Зинаиду. Она словно сама не своя шептала:

– Если городов много, то сколько же я смогу новых полотен нарисовать с натуры?..

Творческая натура. У таких лишь одно на уме.

Глава 27

Поход за трофеями

Какой простой ни казалась эта деятельность, но с новыми группами из новых миров пришлось провозиться долго. Ну и разошлись спать по своим кельям далеко за полночь.

Поэтому во время утренней побудки, еще затемно, Роман чувствовал себя страшно разбитым и уставшим. И только удивлялся бодрой деятельности Зинаиды. Та не только его тормошила и стаскивала с кровати, но еще и угрожала:

– Соня! Если так будешь себя вести, никогда больше не уговоришь на вечерний секс. Слабаки и старики должны высыпаться, как положено.

Намек на возраст заставил тело вскочить, словно подброшенное пружинами. Уже шутя, толкаясь с любимой возле умывальника, Ландер догадался о причине ее энтузиазма:

– Ты сама любишь спать до обеда. А тут тебя возбудило предстоящее зрелище диковинных зданий Мертвого города.

– Я и не скрываю этого, – отвечала художница, расчесывая влажные волосы. – Ты ведь знаешь, как я люблю подобные картины…

– Ну вот… Любит она… – ворчал Роман, надевая брюки. – Лучше бы ты меня любила! Хотя бы капельку, хотя бы чуточку…

Зинаида прищурила глаза и перешла на обвинительный тон:

– Кто бы говорил! Я тебя всю жизнь ждала и всегда прощала твои многолетние отлучки.

– Прости. Был не прав. Неудачная шутка! – моментально исправился мужчина, чмокая свою возлюбленную в губки. После чего устремился в сторону кухни: – Интересно, кто первый начнет готовить завтрак?

Готовки, как таковой, не было. Кто что доставал из холодильника, грел или мазал холодным на хлеб. Разве только чай и кофе каждый делал себе по вкусу. Иначе говоря, завтракали неприхотливо, обходясь без марципанов.

Хотя Жора Шалавин пожаловался:

– Жаль, омлета нет… Кто бы пожарил, а?.. Или, может, мою сестру пригласим сюда на работу? Все равно ведь в другом городе прячется, ничего не делает…

Его мать и сестру с племянниками на всякий случай отправили будто бы в Крым, в дом отдыха. А на самом деле они пребывали в ином городе, так сказать, от опасности подальше.

– Не волнуйся, – неожиданно утешила его Стрельникова. – Уже к вечеру у нас здесь будет парочка поварих. Объешься деликатесами.

Жора довольно хмыкнул, его поддержал и Семен. А Ландер взглядом потребовал объяснений. Так что Зина воспользовалась прикосновением к его телу, ментально общаясь через Трофимыча:

«Это все по плану отвлечения наших озабоченных парней от красотки Эллочки. Наши оперативники выбрали сразу четырех симпатичных девушек, которые займутся у нас тут хозяйством».

– Четырех?! – озадачился Роман. – Не слишком ли им жирно будет по две на рыло?

– Не завидуй! А то рассержусь!.. И вообще, пусть у наших друзей в кои веки будет выбор.

– Да пусть будет… Но вряд ли они польстятся на тела, находящиеся под воздействием.

– Знаю. Поэтому выбрали очень приличных девушек, которых и адаптацией не пришлось исправлять. Детдомовские, ничейные, так сказать. И не из нашего города. Их бандиты просто похитили и готовили к продаже каким-то басмачам. Наши их освободили, но бедняжки в свои комнатки пока не хотят возвращаться. Боятся. Там их вновь местное жулье терроризировать начнет, так что желательно им пока где-то спрятаться. Ну и почему бы не у нас?

Ландер только плечами пожал на подобные выверты женской логики. То она ревнует к кому попало, то сама в место своего проживания симпатичных женщин приводит. Но на предложение кивнул: мол, делай, как считаешь нужным.

Правда, на подобные рассуждения обиделся Трофимыч, неровно дышащий в сторону Яровой:

– Что значит к «кому попало»? Ты, дружок, не равняй Эллу Витальевну с какими-то девушками!

– Все! Осознал! – И тут пришлось идти на попятную. – Каюсь! Подобное больше не повторится! – но под довольное ворчание старика все-таки добавил: – Все равно моя дама самая прекрасная на свете! А если вы с этим не согласны, благородный кабальеро, то я вызываю вас на поединок!

– Э-э-э? – озадачился дельтанг. – И чем сражаться будем? Нецензурными словами или анекдотами?

Короче, завтрак окончили в приподнятом настроении. И дальше каждый занялся своим делом. Семен сел на телефон, собирая оперативную обстановку по городу. Жора закопался в мировые свалки информации. Элла с группой консультантов взялась наводить окончательный лоск на договор карзарина с Ведущей. Ну и Зинаида оказывала внешнюю помощь Ландеру, собравшемуся осмотреться в новом мире. То есть готовилась подавать монеты, щепки, кинжал… да что угодно.

Само собой, что и вся группа помощников дельтангов облепила руки Романа и раскрытый полностью артефакт. Да и на руках Стрельниковой их повисло не менее двух десятков. Тем самым достигалось лучшее взаимопонимание, и велись переговоры при простом касании. Да и малейшая подсказка могла оказаться весьма полезной в любой момент.

Единственное, что весьма озадачивало всю команду, так это полное пока отсутствие какой-либо магии у них. Ведь все дельтанги уже стали бесцветными, то есть «цельными». Но даже куча их, приклеившихся к телу мистера Рубки, ничем его не выделяли из остальных миллиардов землян. Спичку он телекинезом передвинуть не смог, сквозь стены не видел, как кузнечик не прыгал и под водой дышать не мог.

Последнее он, правда, не проверял, но, задержав в себе воздух, уже через две минуты бросил эту пустую затею. Как бы не хуже в тот момент стало, потому что сразу вспоминалось страшное утопление в океане, когда его тянули ко дну привязанные к ногам гантели. Психологическая травма, когда воздуха не хватало, до сих пор не рассосалась.

Но если уж быть до конца пунктуальным, отличия у него имелись от остальных землян. То же умение видеть трубу пойслига, например. И звуки он странные слышал при желании там, где озеро соприкасалось с миром мертвых. Да и Харон кричала, что на нем повисла вечная метка «умершего». Но ведь эти отличия и так имелись, еще до появления «цельных». Следовательно, что-то не получалось в ином плане. Или не клеилось. Или учиться следовало всем колдовским штучкам, кои умели творить те же Кочилькараданно и шаман Айто. И не факт, что те при колдовстве не пользовались какими-то особыми, усиливающими устройствами.

Так или иначе, но в намечаемую экспедицию пришлось отправляться с тем, что есть.

Успели появиться возле лоди чуть ли не с первыми падающими в нее дельтангами. Осмотрелись, посоветовались. Затем Зинаида вложила во вторую руку Романа десантный нож. Древесина пирса оказалась не в пример тверже, чем у лоди и тем более у весел. Так что пришлось повозиться, прежде чем в руках оказалась каменная по консистенции щепка.

Дальше точка обозрения дотянулась к первым кускам обвалившегося камня. Что окончательно успокоило Трофимыча:

– Действует! Значит, можешь попробовать взять в руку монету. Любую, для пробы…

И с монетой сработало! Точку зрения «сквозь артефакт» перенесло в полуразрушенный неф какого-то храма. Или музея. А может, и жилого здания, если здесь жили в божественную эпоху на широкую ногу. Осмотрелись и там. Увы, ничего ценного или даже металлического. Видимо, все начисто вынесли за прошлые тысячелетия. Только и поблескивали тускло осколки чего-то стеклянного.

Перенес пару осколков в штаб-квартиру. Присмотрелись. Кто-то из умников высказался:

– Не совсем стекло… Хоть и бьющееся.

Попробовал вернуться в тот же неф, держа осколок. Получилось!

Занесли предмет в реестры, сделали должные записи. Двинулись дальше. Через час достигли максимально дальней от озера точки. Она примерно находилась на пятисотметровой отметке. Ну и там уже разного добра хватало. Тех же монет удалось отыскать с десяток. Несколько кулонов на цепочках, кольца и простенькую на вид диадему. Все они оказались под обломками многочисленной мебели и среди покореженных листов железа. Такое впечатление, что мебель варварски крушили вандалы, а листы железа остались от взорванных сейфов. Осколков стекла тоже хватало, и даже несколько целехоньких ваз и надбитых кубков обнаружили в пыли.

Только по этим деталям определялся высочайший уровень достатка проживающих здесь некогда разумных.

Дальнейшее продвижение вперед резко замедлилось. Роман переносил свое окошко в иной мир на пятнадцать метров и подбирал там нечто из железа или просто кусок камня. Потом переносил это домой. Затем менял прежний предмет на новый – и оказывался на прежнем месте, где лежал камень раньше. Оттуда двигался дальше все на те же пятнадцать метров и брал новый предмет. Таким образом, еще за два часа продвинулись все на те же пятьсот (примерно) метров. Зато добрались до мест, практически нетронутых помощниками разных Харонов.

Нудно? Да и долго! Зато все скрашивали познание и незабываемые впечатления от нового мира. Всю прежнюю разруху, наблюдаемую возле озера, и тамошнее запустение затмевала ценность находок в нетронутых местах. А сознание опасности серьезно пьянило желание выискивать и тащить домой все новые и новые трофеи, хватая практически все подряд.

Чего там только не было! Например, удивительная посуда из тончайшего фарфора. Причем разрисованная таким великолепным художественным орнаментом, что взглядом оторваться при рассмотрении казалось невозможно. Та же Стрельникова буквально попискивала от восторга, принимая дрожащими руками каждый новый предмет. А потом она вообще приказным тоном созвала вокруг себя остальных друзей и заставила их заниматься бережной раскладкой доставленных сокровищ, ведя одновременно инвентаризацию полученного добра.

Вскоре уже вдоль всех стен данного помещения и на полках соседних громоздились вазы, подсвечники, бокалы, шкатулки из дерева и полудрагоценного камня, какие-то настольные приборы, игрушки, небольшие картины, настольные светильники, мелкие предметы быта, непонятные устройства и… так далее и тому подобное.

Мебель, к великой жалости, не пролезала в створ цепи артефакта. Большие картины тоже. Ковры… не было смысла даже пытаться скатывать в рулоны. Книг не было, от слова вообще.

А вот одежды хватало. Можно сказать, целые комнаты оказались плотно заставлены подставками и передвижными стойками с развешенными на них одеждами. Судя по ним, да и по картинам тоже, некогда в Мертвом городе проживали вполне себе обычные, по земным стандартам, люди. На иных полках, все в тех же гардеробных комнатах, громоздились стопки нижнего белья, обуви, шляпок и прочих мелких аксессуаров. Все это в великолепной сохранности.

И хорошо, что Стрельникова, напрочь занятая приемкой сокровищ, ничего этого не видела. Ей только и передали пару шляпок да два экземпляра обуви, как она сразу забеспокоилась:

– Еще есть? Тащи из одежды все, что увидишь!

По ходу дела в группе авангарда экспедиции обсудили этот приказ и решили его игнорировать. Пока. Мол, ничего больше не попадается. Хотя среди дельтангов-помощников и было около трети особей женского пола. Они как никто понимали Зинаиду, сочувственно вздыхая:

«Вам, мужикам, не понять, насколько это волнительно – прикоснуться к моде иного мира. Вы в этом плане совершенно бесчувственные и циничные чурбаны! – но соглашались отложить это дело на потом: – Уж тогда вам точно не выкрутиться! Мы ничего не забудем! Где что лежит, запомнили…»

Наверное, весь световой день экспедиция только тем и занималась бы, что тянула, тащила, переносила, хватала и перетягивала. Но все оказалось не так просто. Ибо появилась та самая «напасть», о которой упоминала Харон. И которой не на шутку опасался ее друг гном. Вначале Роман даже не понял, что случилось. Вот он подхватил и начал осторожно втягивать в окошко какую-то трубку, украшенную по всей длине костяными накладками, покрытыми искусной резьбой. Кажется, это было некое подобие подзорной трубы. Или телескопа?

И вдруг раз! Какой-то странный вихрь пронесся рядом, и добрая треть трубы, оказавшись отрубленной, со звоном ударилась о каменный пол.

– Что за чертовщина? – пробормотал Ландер, чуть ли сдуру не высовывая руку обратно. Чисто по инерции хотел поднять отвалившийся кусок. Не сообразил, слегка отупел от рутинного хапужничества.

Но в последний момент одумался и отдернул руку. Еще и пальцы при этом согнул. Поэтому явно острая опасность только холодком обожгла костяшки кулака. Но понимание тоже пришло: не отдернул бы, остался бы без пальцев.

– Обен де роуд! – уже окончательно занервничал мистер Рубка. – Уменьшаем окошко! Быстрей! – Цепь сложили втрое, и он стал точкой осмотра вращать в разные стороны: – Что это такое там появилось?! Или кто?.. А вы ничего не видели?

Последний вопрос адресовался дельтангам, которые висели двумя гроздьями вокруг запястий.

«Сложно понять, – последовали ответы. – Что-то мелькнуло сбоку… Показалось, что тьма сгустилась… Ага! Словно полоски черного тумана наслоились друг на друга!..»

Но никто не предложил: «…давай-ка, засунь нас туда на длинной палке, и мы там осмотримся». Похоже, и дельтангам, даже «цельным», ничто человеческое не чуждо. Погибать от странного невидимого меча им тоже не хотелось. Да оно и понятно, только полный дурак ничего не боится. Но сама идея о продвинутой палке все-таки прозвучала.

Вращая своей точкой обзора во все стороны, Ландер осторожно выдвинул в иной мир простую пластиковую палку от щетки для пола. И стал ею тыкать в назначенные для переноса предметы. Только сделал первое касание, как вновь невидимый вихрь отсек палку чуть ли не возле самого окошка.

– Интересно! А если мы стальной полоской эту напасть угостим? – завелся главный член экспедиции.

Вот ему Семен и приволок вскоре запасной пулеметный ствол из легированной стали. Еще и попомнил при этом, имея в виду тварь из одноименного фильма:

– О такую палочку любой «Хищник» зубы обломает.

Стали пробовать. Очередное осторожное касание к предмету. На этот раз «хрясть!» прозвучало не в пример громче, звонче и опасней. А от ствола из легированной стали остался хорошо если кусочек в одну третью часть. И тот выпал из руки из-за сильнейшего сотрясения рубящейся стали.

– Однако! – возопил изрядно напуганный Шенгаут. – Оно и такое рубит?! Рома, не смей больше туда соваться! Похоже, сегодня неудачный день. Или вообще вошли в запретную для грабителей зону.

Точно так же высказались и все остальные. Добавляя:

– Хорошо, что без руки не остался!

То есть, пока не выяснится, что это такое резко режущее там обитает, соваться в Мертвый город не стоило. До туманного столба пойслига, маячащего на расстоянии не менее двадцати километров, все равно не добраться. Да и с теми сокровищами, что наносили, хоть бы как-то разобраться.

К тому же на носу висела встреча с новой Ведущей. Еще и шамана Айто туда пригласили по неведению. И если он будет, то как себя вести? Все так же настойчиво сватать именно Харон на место Ведущей?

В общем, волей-неволей пришлось делать паузу, заниматься осмотром трофеев, набирать партию новых дельтангов из своей лоди, устраивать обеденный перерыв и браться за разгребание накопившихся организационных вопросов.

Глава 28

Ушлый варвар

С забором нескольких сотен спарок Ландер справился быстро. Процесс налажен, ковшик подобран, помощники руку набили. Вначале быстро гребем всех подряд. Затем так же быстро выбрасываем в лодь дельтангов неподходящих расцветок. Пусть с этими преступными характерами харсмеллонцы мучаются. Или что они там с душами землян вытворяют?

Семь полусотен набрали, с которыми сразу начали беседу наставники. По прикидкам, надеялись получить около трехсот новых оперативников.

А вот с остальными делами…

Трофейные предметы искусства – это ладно. С ними можно и потом разбираться. А вот некие поделки, напоминающие устройства, приборы, диковинные игрушки, если не оружие, требовали немедленного рассмотрения и своей разгадки. Слишком уж ярок был вчерашний пример, когда перевозчица отыскала жутко редкую, многофункциональную спасательную капсулу. Тем самым она себе обеспечила безбедную, спокойную старость. И это утверждала та, которая золото таскает мешками не одну сотню лет!

– Если не разгадаем, то хоть фотографий наделаем, – проявил свою хваленую деловитость Шалавин. – А потом ты их покажешь Харон. Пусть рассказывает о них все и подсказывает правильную цену для продажи.

– Так она и согласится, – скептически протянул Семен. – Сама, небось, нажиться захочет на перепродаже.

– А чтобы такого не случилось, – оживилась Элла, открывая нужный файл, – мы сейчас нужные параграфы добавим. Ведущей-то будет все равно, а нам впоследствии словно манна небесная.

Действительно, пока никто не знает и не догадывается о возможности карзарина добывать нечто в Мертвом городе, никто и не придаст значения небольшому абзацу в тексте:

«…Ведущая обязуется давать полную информацию по всем предоставленным для осмотра и для консультации предметам. При этом обязуется называть правильные цены, а также подсказывать места или дельных покупателей для удачной продажи».

Так оно позже и получилось. Никто с той стороны не обратил ни малейшего внимания на эти несколько строчек. Мол, откуда карзарин родом из отсталого, неразвитого мира возьмет предметы, достойные внимания харсмеллонцев? Не смешите, ради бога!

Но многоопытная Элла (да и грамотных консультантов у нее хватало) еще несколько слов вставила в договор то там, то здесь. И все мини-ловушки в будущем обязательно сработают только на пользу землянам.

– А что, – радовался за свою пассию Никита Трофимович. – Пусть Эллочка совсем не волк, зато в бумагах знает толк! Хе-хе!.. И по большому счету запросто может работать министром финансов. Если не главным экономистом страны…

– Ну это само собой, – поддакнул ему карзарин. – Попробуй с тобой поспорь… Да еще в рифму…

Вначале попытались все предметы хотя бы как-то классифицировать. То есть явное устройство – в одну сторону. Игрушка? Пусть и сомнительная? В другую сторону. Что больше всего напоминает оружие – сразу на большой и длинный стол.

Все равно предметов, не поддающихся даже частичной идентификации, оказалось больше половины. Да и с оружием (или что там его напоминало?) следовало возиться крайне, ну крайне осторожно. Что немножко расслабляло и утешало при этом, так это утверждение одного из уважаемых психологов:

– Даже в самой развитой цивилизации взрослое поколение не станет вешать на стенках, оставлять на столах или вообще на виду особо опасное оружие. И это аксиома! Иначе они без детей останутся.

На это не возражал, а скорей ворчал Трофимыч:

– Не знаю, как у них дело обстояло с детьми… Но сами они точно вымерли!

– Не факт, – мысленно возражал ему Ландер. – Мы ведь ни одного трупа не увидели или мумии, ни одной косточки, ни одного захоронения… Кстати, тоже надо будет поинтересоваться со временем у Харон: куда делись жители божественной эпохи?

Тут пустился в рассуждения один из попавших в обойму ученых исторического и аналитического толка:

– Судя по всему, если так потомки выражаются о своих далеких предках, в той эпохе не все вымерли. Иначе их бы называли иначе. Скорей всего, произошла какая-то техногенная катастрофа, в результате которой все обитатели городов с пойслигами вынуждены были немедленно эвакуироваться в другие миры. А все нажитое непосильным трудом им пришлось безжалостно бросать. Наверняка после этого цивилизация пережила страшный упадок, после которого некоторые технологии так и не были восстановлены.

Теория вполне приемлемая для хоть какой-то точки зрения. Но вопросы множились, а тот же информаторий для свободного показа всех программ Харсмеллона так и не включался. И почему не включался, тоже понималось: разные фифы из сонма Ведущих начудили.

А ведь изначально озвучивалось обещание «будет все!».

– Только за это с них надо потребовать дополнительную компенсацию! – недовольно ворчал Роман, усаживаясь на стол с экранами и работающими видеокамерами. – Шантажисты и махинаторы!

Как ни старались сделать намеченное, а и половины не успели к моменту начала очередной встречи с иномирцами. Даже цветные оттиски сфотографированных предметов подавали на стол после начала сеанса связи, еще горячие после фотопринтера.

Ну и особую сложность видели в передаче своего варианта договора. Для этого в дом госпожи Стрельниковой отправились несколько оперативников. Бумаги они с собой не брали, только карту памяти. А отпечатать на принтере нужные документы собирались уже конкретно в доме. Как-то не хотелось, чтобы подобные бумаги даже гипотетически оказались в посторонних руках.

А там и встреча началась.

И опять в студии на орбите неведомой пока еще планеты произошли значительные изменения. Изменились не только состав и качество контактеров, но и их количество.

Из предыдущей троицы остался лишь представитель профсоюза технического состава Бай Аде-Гор 147248. Правда, сидел он нынче вообще в уголке, почти все время помалкивал и смотрелся как бедный родственник на поминках у богатого гранда.

Появились в студии еще две особи мужского пола, но в каком виде! С левой стороны от землян восседал шаман Айто в отдельно стоящем кресле, словно на троне. И в одеждах, вполне соответствующих царскому облачению. Даже корона на голове имелась. И личико при этом он сделал жутко каменное, величественное и страшно спесивое.

С правой стороны в излишне домашнем на вид кресле-качалке располагался Кочилькараданно. Лысый, с венком на голове из дельтангов, но сегодня уже черного цвета. Этот тип вообще не потрудился одеться торжественно. Наоборот, щеголял в несуразных белых шортах, сандалиях на босу ногу и в простенькой майке ярко-желтого цвета. Турист с Ямайки, не иначе!

Маленький столик для одной Ведущей заменили на более длинный. Теперь за ним восседало сразу шесть женщин. Одна – уже хорошо знакомая Харон – затмевала своими одеждами остальных красавиц. Так же можно было описать ее платье и аксессуары – как царские. Над лицом ее явно поработал визажист, и оно резко преобразилось в лучшую сторону. Все вместе это сразу делало перевозчицу сродни небожительнице. Да и ростом над соперницами она возвышалась чуть ли не на две головы.

А соперницами те смотрелись сразу. Во-первых, молоденькая креатура шамана Айто. Одета просто, но со вкусом. Она собрала баллы симпатий молодостью. Во-вторых, креатура Кочилькараданно. Степенная, вызывающая доверие и однозначно добрая. Если судить по внешности.

Ну и, в-третьих, еще три симпатичные красотки, две из которых начали говорить первыми:

– Мне поручено провести эту встречу, – мило улыбнулась первая.

– А мне поручено озвучить решение комитета по поводу выставленных претензий, – добавила вторая. Она и продолжила, видимо, желая сразу же выполнить возложенные на нее поручения: – Верховным комитетом по контактам с иными цивилизациями были рассмотрены претензии карзарина Романа Ландера. И все они в той или иной степени признаны справедливыми. По каждому пункту назначена компенсация, которая внесена на счет господина Ландера в Первом всегалактическом банке. Сам счет тоже открыт из средств, специально выделенных для этого комитетом. Весь пакет решений и постановлений может быть передан потерпевшему карзарину немедленно.

– Передавайте! – моментально отреагировал Роман. Пока суд да дело, решил он, пусть оперативники разберутся с этим пакетом, а часть переправят при необходимости по кодированному каналу. – Заодно и мой договор, уже окончательно сформулированный, примите.

Ну, стопка бумаг с той стороны как-то быстро выскочила. А вот при отправке с Земли простенькой папки оперативникам прошлось повозиться. Надо было как-то слишком уж хитро двигать эту папку по экрану информатория, вычерчивая ею чуть ли не сложную пентаграмму.

Но ушла все-таки по назначению. И чуть позже вновь пришлось удивляться техническому гению харсмеллонцев. Потому что не прошло и полминуты, как все они уже держали в руках свой экземпляр договора, да еще и распечатанный на родном языке.

– Техника! – только и крякнул ошарашенный Трофимыч. – А ведь когда-нибудь и у нас такая же будет. Доживем ли?..

– Если только выясним, что такое второй и третий выхлопы! – напомнил ему мистер Рубка.

Можно сказать, что ведущая встречи только кинула свой взгляд на первые страницы договора. Потому что сразу приступила к своим обязанностям блиц-председателя:

– Сразу оглашаю протокол по поводу присутствующих. Несравненную Харон и шамана Айто пригласил конкретно карзарин Ландер. Поэтому господин Айто привел своего кандидата на пост Ведущей! Это Сайкамитарра 284! – милая улыбка на самую молодую девушку, тогда как в сторону разодетого шамана с короной она так ни разу и не взглянула. Потом повернулась в сторону представительницы от Ошушшаго: – Также на встречу прибыл господин Кочилькараданно, доказавший наличие прямых контактов с карзарином Ландером. От него тоже выдвинута кандидатура, уважаемая Дизигниотаркада 75.

«Если сокращать без вульгаризма, получится Ди-да, – прошелестело рассуждение Шенгаута на втором плане подсознания. – Ну а внучку Змея можно сократить до привычного нам Са-ра. Так что не стесняйся, сокращай во время разговора…»

«Хочешь межпланетного скандала? – осадил его Роман. – Или забыл, что мы беседуем с представительницами общества, в котором царит крутой матриархат?..»

– Ко всему вышесказанному, – спокойным тоном вела встречу дама, так и не представившаяся, – знакомлю вас с иной кандидатурой, которая выдвинута от Бюро Независимых Ведущих…

– Простите! – несколько бесцеремонно перебил ее карзарин. – Но я никого больше не приглашал. К чему эти затягивающие время знакомства?

Ведущая сразу перешла на ледяной тон, холод которого ощущался даже сквозь немыслимые расстояния и пространства:

– По за-ко-нам… – это она процедила по слогам. – Вселенского общества полагается в спорных ситуациях предоставлять кандидатуру от независимой общественной организации. Карзарин вправе ее отвергнуть в итоге, но не вправе заранее, не выслушав, отвергать ее предложения. В случае противления закону на карзарина налагается финансовый штраф!

После такого наезда землянин радостно заулыбался и кивнул:

– Ну вот, как просто все выглядит после вашего феноменального объяснения, уважаемая! – и величественно взмахнул ладошкой: – Снимаю свои претензии. Продолжайте!

Лица у четырех женщин окаменели от такой «щедрости». Харон ухмыльнулась с таким видом, словно гордилась чем-то. И только Са-ра осталась все с тем же милым выражением на личике, продолжая листать договор и вчитываясь в его отдельные параграфы.

Шаман Айто почему-то прикрыл бумагами лицо. Лысый Ошушшаго слишком резко раскачался на кресле. Ну и Гор вроде как беспричинно склонился над своим микростоликом, словно не мог рассмотреть свои записи.

Ведущая встречи уже чуть ли не шипела:

– Представляю…

Названное ее длиннющее имя креатуры от Бюро земляне тут же сократили до краткого Ма-ша. После чего карзарин признался:

– Очень, очень рад знакомству. Ну и раз уж все так удачно сложилось, давайте под протокол оформим подписание с выбранной мною Ведущей.

– Нет! – уже явно истерила блиц-председатель встречи. – Это не по закону! Вначале следует выслушать предложения каждой кандидатуры. И только потом, после проведенного торга и уточнения деталей, можно переходить к протоколу подписания.

– Вот! – с азартом стал восклицать Роман. – Еще один повод выдвинуть вам претензии! Почему до сих пор не включены новостные каналы моего информатория? Почему мне неизвестны законы вселенского общества? Кто строит козни, перекрыв для меня каналы обучения и саморазвития?!

Переглянувшись, дамы дали слово представительнице правовых органов:

– Задержка произошла по вине предыдущих кандидатов, – мягко проворковала она. – Они уже наказаны финансовым ущемлением, поэтому повторно не подлежат наказаниям по одним и тем же нарушениям. В твоих бумагах это обозначено! – и она обвинительно ткнула пальчиком в землянина. Мол, почему до сих пор не ознакомился? После чего продолжила: – А что касаемо нового варианта договора… – теперь ее пальчик стучал по свежей отпечатке, – то подобного мздоимства со стороны начинающего карзарина мне еще видеть не доводилось.

– Ага! – вырвалось у Ландера. – А если еще бо́льшим мздоимством страдают Ведущие, то это в порядке вещей?

– Поэтому мое мнение таково, – продолжила дама, словно и не услышала фразы землянина. – Никто не согласится на подобное. Даже учитывая, что ты каким-то чудом выжил после первого выхлопа.

– Тем не менее я вынуждена начать торги, – продолжила ее соседка. – Вначале целым документом, где фигурирует главный постулат: долевое участие Ведущей в прибылях. Кто согласится на обозначенные сорок пять процентов?

Вначале никто не шелохнулся. Но потом подняла руку ни слова не сказавшая до сих пор Харон. За ней дружно подняли руки и три остальные кандидатки.

– Хм! Ладно… Тогда начнем уменьшать долю в связи с множественностью предложений. Кто согласен работать за сорок процентов?

Все вначале глянули на Харон. Но та с величием безмолвного Сфинкса сидела не шелохнувшись. Тогда руку подняла Са-ра, креатура от Змея. Сразу за ней потянули руки и оставшиеся две Ведущие. Но и после этого самая массивная и сильная перевозчица осталась безучастной.

На что не удержалась от некоторого ехидства блиц-председатель встречи:

– Конечно, нашу несравненную Харон можно понять. Недавнее событие принесло огромные дивиденды в ее кассу, и ей просто стыдно связываться с каким-то диким карзарином за какие-то жалкие сорок процентов.

Перевозчица медленно повернула голову и уничижительно взглянула на всех дам разом. После чего соизволила ответить:

– Да, отныне я ни в чем не нуждаюсь. Хотя в мою кассу могло изначально капнуть намного больше средств, если бы не предатель с узлового распределителя. Он решил нажиться на моем успехе, продав известие новостным каналам. Его судят, но… Преждевременный слив такой уникальной информации мне повредил, не скрою… И все равно я не собираюсь мелочиться или торговаться под диктовку каких-то темных личностей. Мне хватает на все!

Скорей всего, этим демаршем она давала понять в первую очередь землянам: я безмерно богата и согласилась на сорок пять процентов прибыли лишь потому, что пообещала это в личной беседе. Если соглашусь на меньшее – для меня несмываемый позор. Да и все вы тут шавки подзаборные, ногтя моего не стоящие.

Это же поняла и дама, проводящая встречу. А потому постаралась заговорить плевок в свой адрес, продолжив как ни в чем не бывало голосом бывалого комментатора:

– Никто не хочет уступать. Видимо, проснулся банальный спортивный интерес… Значит, продолжаем! Итак, кто согласен на тридцать пять процентов?

В шокирующей тишине поднялось опять три руки. Вопрос пошел о тридцати процентах. И вновь три претендентки!

На двадцати процентах после долгих раздумий и переглядываний со своим покровителем отпала из аукциона Ди-да, ставленница Кочилькараданно. Зато остальные две претендентки согласились даже на долю в десять процентов.

Это уже вызвало шок у всех присутствующих. Ну разве что кроме Змея, который почему-то нервно стал чесаться и кривился, не скрывая своей мимики. Остальные замерли, ожидая, что скажет представительница правового комитета. И она выдавила из себя с трудом:

– Такого не припомню в истории… Но раз уж так… Вопрос обязан решаться самим карзарином. Потому что ниже десяти процентов Ведущему запрещено получать нашими законами. Следовательно… Роман Ландер, тебе выбирать: с кем ты согласен сотрудничать?

После такого вопроса напичканный советами землянин говорил свободно, дружески и с улыбкой:

– Сразу хочу извиниться перед вами, уважаемые дамы, если чем кого нечаянно или по незнанию обидел. Также прошу не обижаться тех, на кого не падет мой выбор. Поверьте, мне и самому нелегко принимать решение. И я бы предпочел остаться со всеми вами в хороших отношениях. Поэтому, как только представится возможность, обещаю для всех весьма щедрые подарки. А посему…

– Да кому нужны твои подарки? – не выдержал невероятно расстроенный Айто. – И не надо делать этих драматических пауз! Говори имя, и мы расходимся!

– Хорошо, – покладисто согласился Ландер. – Говорю… Моей Ведущей отныне становится… несравненная Харон!

Пока все сидели с открытыми ртами, перевозчица резко встала и заявила, словно отрезала:

– Под протокол: договор принимаю целиком! Без купюр и обсуждения!

Глава 29

Деловые предложения

Прозвучавшее заявление, можно сказать, в один момент сделало присутствие иных особей в студии неправомочным. Это стало понятно по действиям остальных. Первым, подхватив свой блокнот, выскочил Бай Аде-Гор. Следом за ним, что-то буркнув типа «До скорого!», удалилась правозащитница, уводя за собой и раскрасневшуюся ведущую встречи.

Представительница от Бюро тоже не стала задерживаться. Ушла, хотя и двигалась в глубокой задумчивости. А вот остальные, так сказать, пары не смогли уйти без комментариев. Причем первой заговорила Ди-да, вставшая за креслом-качалкой своего рекомендателя:

– Впервые попадаю в такую ситуацию. Но буду очень признательна вам, несравненная Харон, если будете держать меня в курсе дальнейших событий. И можете располагать мной, если понадобится какая-нибудь помощь.

Тут же вскинул руку и Кочилькараданно, показывая свое намерение высказаться. Но обращался он уже именно к землянину:

– Молодец! Всех поимел! Хотя не ожидал я от тебя такой изуверской сообразительности. Теперь вот надеюсь посмеяться над вашим предстоящим сотрудничеством. Потому как можете с голоду и ноги протянуть: не дадут вам развернуться, ой не дадут! Разве что несравненная Харон от щедрот своих выделять будет. Хе-хе!..

Посмеивался он уже во время движения. Потому что кресло-качалка чуть приподнялось над полом, и Ди-да его легко утолкала перед собой, словно сиденье на колесах.

– Не понял, – озадачился Трофимыч. – Этот Ошушшаго – инвалид? Он ведь стоял, будучи у нас в гостях. И ходил!..

– Мало ли как оно… Может, он в наш мир только свою проекцию посылал? – предположил Роман. – Да и не все ли нам равно?..

Тогда как весь раззолоченный шаман Айто поднялся из кресла и, потрясая в сторону землянина перстами, увешанными обрамленными в золото каменьями, стал пророчествовать:

– Ты еще пожалеешь, что ослушался меня! И очень скоро! Будешь умолять о пощаде! Но будет поздно!.. Попрыгаешь у меня!..

На что Роман пожал в недоумении плечами:

– Слышь, дядя, это ты кому?.. И почему все обзывают тебя Змеем?

Айто хапнул ртом воздух, затем шумно выдохнул и неожиданно хохотнул:

– Змеем? Да кто ж на такое осмелится?

– Не знаю. Но все твои фотографии, что гуляют в нашем мире по интернету, так и подписаны: Змей Айто.

– А-а-а! – разъярился шаман. – За это вам всем надо головы открутить! Всем до единого!

Причем эта его озлобленность почему-то казалась неискренней, притворной. Да и несравненная Харон на него смотрела с какой-то странной, снисходительной улыбкой. Поэтому Ландер еще больше осмелел при своих ответах. Да и куча опытных советников ему постоянно помогали, консультируя по всякому поводу и анализируя каждое услышанное слово:

– Уважаемый Змей! Ты бы так не нервничал, а брал пример со своей внучки: спокойна и прекрасна, словно полная луна, усыпанная звездами…

– Какая, к банану, внучка?! – уже всерьез озлобился Айто. Но тут рукава его раззолоченной одежды коснулась Сайкамитарра 284:

– Дорогой, не унижайся до ругани с каким-то варваром! – Причем строгость в ее тоне намекала, что она относится к данному мужчине как к своей собственности. Или как к самому породистому коню на своей конюшне. – Он не достоин даже упоминания в твоем присутствии. И уж совсем непонятно, как это я согласилась на свое участие в этом балагане?.. Пошли!

И она двинулась прочь, попрощавшись с перевозчицей, но так для этого и не обернувшись:

– До скорого, Ха!

– До скорого, Сай! – ответила та.

– Ну вот, я же говорил, что они имена сокращают! – тут же отреагировал Шенгаут. – Уж на что короткое, в пять букв, и то до двух сократили!

– Да это ерунда! Меня больше поразила слишком молодая пассия этого колдуна! – признался Роман. – Понимаю, что матриархат у них, но это чистое издевательство над здравым смыслом. Или как это называется? Эфебофили́я?

– Ну-у-у… – задумался старик, – кажется, ты сгущаешь краски. Это же развитая цивилизация. Плюс они – страшные колдуны. Так что малолетний вид этой Са-ры может быть обманкой. Судя по ее поведению, она гораздо опытнее и стервозней, чем выглядит. Вон как великий колдун возле нее смотрится: презренный подкаблучник, и только!

Пыхтящий от недовольства шаман вышел следом за своей хозяйкой, а единственная оставшаяся дама вновь уселась на свое прежнее место. С минуту посидела, улыбаясь своим мыслям, после чего констатировала:

– Вот мы и сработались. И отныне эта студия принадлежит только мне. И я буду именно отсюда вести с тобой все официальные переговоры.

Причем три слова она явно выделила интонацией, как бы намекая, что о других возможных контактах здесь говорить не рекомендуется. Наверняка никто не должен был узнать, например, об их разговоре на окраине Мертвого города.

– Понял, учту! – весьма многозначительно кивнул землянин. – Но раз уж мы начали сотрудничать, то сразу первый вопрос: что такое «второй выхлоп»?

– Так нечестно. И неправильно, – не согласилась Харон. – Первый вопрос задает дама, и уже потом, так и быть, будем спрашивать по очереди. Поэтому… Расскажи, откуда ты узнал о первом выхлопе и как умудрился выжить после него? Причем внимательно рассказывай, вдумчиво.

«Опять намекает, что слишком болтать языком не следует, – решил Трофимыч. – Знать бы еще конкретно все запретные темы?..»

«Сегодня же переговорю с ней возле озера, – решил Ландер. – Сколько там осталось до сплава, часа два с копейками?..» – ну а вслух возмутился:

– Это уже не один вопрос, поэтому отвечаю…

– …на оба! – закончила за него Ведущая. – И не зли меня, смертный! Не то твой информаторий так и останется без доступа к новостям!

– Надолго?

– Мм… до конца нашей беседы, – последовало вынужденное признание. И стало понятно, что несравненная куратор из иного мира так и будет щипать по разным мелочам, скрывать важные детали и попросту издеваться над начинающим карзарином. Или так положено, или ей это доставляет моральное удовольствие. И хорошо еще, что всегда можно уточнить, переспросить, а то и в лоб прижать нужными положениями договора.

Поэтому и не стал Роман с ней ссориться:

– Узнал, поискав в базе данных. А выжил, потому что не было никаких сложностей. Мы заранее ко всему подготовились, избежав ненужных осложнений.

Ну да, каков вопрос, таков ответ. И ведь не придерешься при всем желании. Зато на вопрос Ландера перевозчице пришлось отвечать развернуто:

– Второй выхлоп происходит ровно через десять суток после первого. Заключается он в том, что у дельтангов появляется умение становиться невидимыми. Их продолжает видеть в любом случае только первый карзарин, подписавший договор от имени планеты, спутника или орбитальной станции. Остальные несущественные детали ты и сам узнаешь через свой информаторий. Кстати, пульт управления получишь уже сейчас, но сам экран заработает только к завтрашнему вечеру. Тут кое-кто излишне постарался и все заблокировал напрочь.

«Пропал вопрос, – пожалел Трофимыч, пока все переключили внимание на пульт, выпавший на пол в доме Стрельниковой. Выглядел он как сплющенный маркер. – Теперь она захочет спросить».

Не угадал. Дальше последовали многозначительные рассуждения с намеками на личные договоренности, и только потом прозвучал ничего не значащий вопрос:

– Не сомневаюсь, что свои обещания и планы ты постараешься выполнить на все сто. Да и любые ценные покупки станешь приобретать только при моем посредничестве. Как и сбывать свой товар – только через меня. Кстати, некая мелочь в виде компенсации у тебя уже появилась на счету, так что можешь заказать самое необходимое. Или у тебя самого уже есть что на продажу? Например, те же «цельные»?

– Их и так мало, самому не хватает! – ни капельки не соврал Роман. – А вот некоторые предметы могу тебе показать. Но сразу напоминаю условие в договоре: давать полную консультацию о каждом сете продаж.

– Выставляй! – с некоторым ехидством разрешила Харон. – Но потом не слишком разочаровывайся, если в нашем мире твои уникальные предметы никому не понадобятся.

Ментально, через дельтангов, для Зинаиды уже пошла просьба. И та принесла, установив за спиной супруга одну из своих громадных картин, где запечатлела руины Мертвого города. Та еще не была завершена, но уже притягивала к себе взор, крича о явном таланте своего создателя.

Чуть отъехав на кресле в сторону, чтобы бо́льшая часть полотна попала в камеры, Роман поинтересовался:

– Подобное искусство на Харсмеллоне котируется?

– Хм! – чуть ли не сразу среагировала Ведущая. – Ты сумел меня удивить… Тем более такой панорамой… Родной, что ли, и близкой для меня. Не стану скрывать, покупатели на картину отыщутся. Хотя с ценой и придется подумать.

– Ну вот, а ты боялась… И это не все. Что ты скажешь на это?

И показал одну из первых фотографий, приготовленных для ознакомления компаньонки с трофеями. Запечатлели на фото резную шкатулку из застывшего азурита (так и именно застывшим называл сей минерал один уважаемый ювелир) размером с толстенную книгу. Пока еще закрытую!

Выдержка и непоколебимость подвели Харон. Она буквально подалась вперед, внимательно всматриваясь в увиденное. Потом все-таки откинулась на спинку, рассматривая явно увеличенное изображение у себя на экране.

– Откуда у тебя это?

– Пф! – фыркнул карзарин с пренебрежением. – Нашел.

– А еще есть?

– Хватает! Только объясни мне, что это и чья работа?

– И что внутри? – с напряжением допытывалась дама, проигнорировав вопрос.

– Понятия не имею, не открывается, – признался Ландер. – Я уже и ломать собрался…

– Не смей!

– …а потом решил, что можно и так продать. Пусть интригует покупателя неведомой начинкой. Или ты догадываешься, что там внутри?

Прежде чем ответить, Ведущая простецки потягала себя за нос. Явно не желала говорить правду. Потом вспомнила о договоре, об информатории, который и так выдаст любые сведения при умении с ним обращаться. И решила не юлить:

– Ясно что. Какое-нибудь редкое ювелирное украшение. Или… персональное оружие божественной эпохи. При наибольшей удаче внутри может лежать матрица с зародышем искусственного интеллекта. А при невероятной – семя каменного древа Рго вместе с импульсным ускорителем роста.

– Это ты перечислила по нарастающей? Но как может быть семя дороже искусственного интеллекта?

– Ха! Это потому что ты… – она сдержалась, кажется, от оскорбительного слова и продолжила с некоторым раздражением: —…мало знаешь! Хотя с кого я требую подобных знаний? А ведь когда-то и на Земле существовали подобные деревья. И легенды до сих пор имеются.

– Легенды или сказки? Потому что, если ты о некоем подобии мэллорна, так у нас и эльфы ушастые давно вымерли.

– Что за чушь? Какие эльфы? Древо Гро – это панацея на любой планете от пустынь. Например, только одного семени хватит взрастить гигантский лес с единой корневой системой, способный прикрыть зеленью половину вашей Сахары. Причем древесина Гро не горит. А листья точно так же перерабатывают углекислоту в спасительный кислород.

– Ого!.. Впечатляет… Но почему тогда на нашей планете до сих пор не найдено окаменелых останков этого вожделенного древа?

– Если его срубить, то через пару сотен лет древесина осыпается порошком. А если срубить все древесные стволы с листьями, то и сами корни быстро сгнивают от обилия в них неиспользованной влаги.

От подобных сведений Ландер только головой помотал:

– Уф! Это ж какие такие сволочи уничтожили на планете такие ценные деревья? И для чего?!

– Если я начну рассказывать обо всех сволочах в вашей истории, то мне и трех жизней не хватит! Но сейчас не до того, – она пружинисто встала на ноги. – Пообщалась бы с тобой еще, но пора на основную работу.

– Но хоть в двух словах: как ты изучала нашу историю? С помощью дельтангов?

– В основном через них. Прихвачу порой десятка два, а потом на досуге выспрашиваю, что там у них творилось. Но в цивилизованных обществах для считывания информации прошлого используется историовизор.

– Что за штуковина?

– Некогда! Потом сам подробности узнаешь, – отмахнулась несравненная дама. – О чем прошу: не смей эту шкатулку даже кому-нибудь показывать.

– Но ты же видела?

– Я – совсем другое дело. Да и студия как бы под моим полным контролем. Хотя в смысле «полным» есть некоторые сомнения.

И опять с таким намеком делает ударения многозначительные.

– Ладно, придержу товар, – великодушно согласился карзарин.

– До скорой встречи! – отсалютовала ему Харон.

– До очень скорой встречи! – теперь уже и он выделил нужное слово, намекая, что обязательно постарается переговорить с Ведущей на озере или во время сплава.

На том и расстались. Экран погас. Земляне выдохнули с невероятным облегчением, и все дружно уставились на принесенную Семеном шкатулку.

– Готов заключить пари, что внутри корона! – заявил Жора Шалавин. – Или что-то иное из ювелирных украшений.

– Тогда я ставлю на оружие, – неожиданно согласилась на спор Элла. – Я хоть и мирная женщина, но хочется чего-нибудь такого…

– Я за искусственный интеллект! – огласила Зинаида.

– Ну а мне ничего не остается, как радеть за семя древа Рго, – успел вставить Семен Молотков. И все глянули на Романа.

– Мне легче всего, – фыркнул тот. – Ставлю на все остальное. И пусть только я не выиграю! Три раза: ха!

Глава 30

Хорошо быть компаньоном!

Конечно, подобные трофеи могли вскружить голову кому угодно. Показали только первую фотографию, а компаньон уже в шоке. А ведь подобных шкатулок даже такого размера натаскали больше десятка. Еще сотню меньших набрали, да несколько бо́льших, кои еле пролезли в створ цепи артефакта.

И сколько показанная ценность может стоить? И что можно приобрести взамен? Следовало как можно быстрей разобраться в денежной системе харсмеллонцев и употреблять эти знания с толком.

Пока же имелись только общие, примерные понятия, что тамошняя единица денежного оборота айд соответствовала примерно пяти земным евро. И понятия эти формировались по итогам подслушанных на узловом распределителе разговоров. Причем разговоры велись банальные, вокруг принесенных с собой бутербродов, ибо на узловой станции не было никакой столовой или захудалого кафе. Например, в разговоре упоминалось, что килограмм сливочного масла стоил один айд. Столько же стоили десять больших батонов белого хлеба и килограмм вареной колбасы. И зарплатой старший смены порадовался, что ему ее подняли наконец-то до тысячи двухсот айдов.

Теперь следовало выяснить, сколько стоят предметы роскоши, а там и до артефактов недалеко.

Но опасения, и небеспочвенные, все-таки появились после предупреждения Харон помалкивать. Может, сами обитатели Харсмеллона и не летают на космических кораблях в нашу Галактику. И не посмеют украсть или забрать обманом тот же СПАК у той же несравненной перевозчицы. Зато иные цивилизации, наши соседи в космосе, могут нагрянуть с грабительскими намерениями. Особенно если узнают, что местное ОС чуть ли не спит на горах из артефактов. Была бы стоящая цель, а средства и страждущие всегда найдутся.

– Вот поэтому нам и надо оружие! – вещала с жаром воинствующего коршуна-милитариста Элла Витальевна. – Да самое мощное, чтобы мы могли даже с орбиты сбить флотилию обнаглевших пиратов.

– Эй, спокойнее! Не паникуй! – пытался ее с улыбкой утихомирить Семен. – Какие пираты? О чем ты? Это мы рядом… И ты нам нравишься!..

Ну да, вроде как бояться рано… но оружие поискать придется. Лучше когда бронепоезд есть, пусть и стоит на запасном пути.

Что порадовало из новой информации, так это суть и плюшки второго выхлопа. Без сомнения, становиться невидимыми – одно сплошное удовольствие для дельтангов. И время есть, чтобы выяснить все мелкие детали этого события. Есть возможность спокойно работать, будучи уверенным в завтрашнем дне. Хотя лучше бы это случилось как можно раньше. Еще… вчера!

Другой вопрос, что про третий выхлоп узнать не успели. Но тут уж ничего не поделаешь, но всяко-разно третий не случится раньше второго. Успеется и узнать, и подготовиться.

Кстати, сразу решили сформировать группу аналитиков, которые обоснуются возле информатория круглосуточно, когда он заработает. Необходимость «Знать все!» продолжала оставаться актуальной. Этих аналитиков отбирали среди прочих деятелей интеллектуального труда и на строго добровольной основе. Потому что имелись серьезные опасения в безопасности дома Зинаиды Стрельниковой.

Ну и опять следовало отправляться на очередную встречу. На этот раз скрытого характера, неофициальную.

Отдохнуть карзарин толком не успел, как уже вновь лежал с артефактом на лице, облепленный кучей помощников и зажимая в руке щепку от легендарного весла. Наверняка ведь этот кусок дерева тоже происходил из времен божественной эпохи.

Успел как раз на весьма интересное, хоть и молниеносное событие. Телепортацию инструмента на рабочее место. Ведь раньше земляне и представления не имели, как это происходит. Только что точка обзора находилась возле закрытого ящика, и даже мелькнула у Романа мысль:

«Рано! Зато можно осмотреться по сторонам…»

Не успел. Короткий, еле слышный гул в ящике и незабываемое, невероятное ощущение какого-то удивительного полета. Словно все тело или сознание превратилось в огромную планету, а потом на невероятной скорости пронзило нечто светящееся, очень похожее на Солнце. И все это не больше пяти-шести секунд по продолжительности.

А потом хлоп! И вот уже весло в вытянутых руках перевозчицы. А рядом с ней стоят ее помощники, тоже на вытянутых руках держащие свои платиновые багры. Все пятеро стоят лицом к городу, спиной к пирсу.

«И где находятся все еще работающие устройства божественной эпохи? – успел задуматься коллективный разум землян. – Неужели в городе? Или все порталы-переходы концентрируются в самом озере?»

Но это так, мысли вскользь.

Потому что Харон уже резко развернулась и шагнула на пирс. При этом она сразу внимательно всмотрелась в наполнение лоди. Всмотрелась и не удержалась от парочки крепких словечек:

– Вот же……! Опять недобор!..…! И опять лишний час тут торчать…

– Несравненная! – тут же послышался снизу голос одного из пигмеев. – Так, может, мы за этот часик опять сбегаем?..

Та на них глянула, как мать Тереза на голодных африканцев. И покачала головой:

– Понимаю ваше желание подработать, но сегодня никак нельзя. Там и останетесь…

– А если в самый крайний дом?

– Разве что… Но не дальше! И как свистну, сразу бегом ко мне!

Кое-как поклонившись своей богине, коротышки наперегонки рванули к ближайшим руинам. Видимо, в таких случаях здания и рушились, когда баграми выворачивали камни из стен, отыскивая тайники и скрытые подвалы.

Но из этого краткого диалога стало понятно, что работодатель не только использует своих рабов, но и поощряет их материально. Не будь этого, не мчались бы они с такой скоростью за трофеями.

Зато теперь можно было смело общаться со своей Ведущей в неофициальной обстановке. Ну как смело… Приняв все меры безопасности, чтобы не получить массивным веслом в глаз.

– Еще раз приветствую! – стараясь говорить в сторону, начал Ландер. – Обещал встретиться скоро, и вот я здесь!

Перевозчица тщательно высмотрела у себя все под ногами, словно муравья искала, но потом фыркнула и бросила это бесполезное занятие.

– Как ты это делаешь? – и потребовала: – Покажись!

– Увы! Не могу. Меня здесь как бы нет!

– Похоже… На зато дырку ты какую-то отыскал, чтобы за мной следить? А через нее и дельтангов у меня тягаешь?

Голос ее чуть ли не на крик перешел, поэтому Роман напомнил:

– Зачем так шуметь? Ведь души умерших все слышат. Может, на прежнее место для беседы отойдем?

Рыкнув под нос очередные ругательства, Харон развернулась и пошла к ближайшей разрушенной колонне. Придерживаясь за весло, карзарин продолжил прямо на ходу:

– Хотелось бы поговорить о цене шкатулки. А также ждем подсказки, откуда нам может грозить опасность.

Усевшись, дама выдохнула:

– Пока на твоей планетке нет иных твоих коллег, тебе опасаться нечего. А вот потом смотри в оба! – Вопрос о цене она проигнорировала.

– Ну а как же возможность добраться к Земле через космос? Там пираты разные, авантюристы, военные?..

– Бред! Разве что случайно кто наткнется и будет знать, кого искать. Да еще и знать при этом о Харсмеллоне и о древней эпохе. Но ты мне лучше скажи: ты через эту свою дырку подчищаешь город?

«О, как деликатно высказалась, – позавидовал Трофимыч. – Подчищаешь! Никакого воровского сленга».

А дальше паузы хватило, чтобы большинство посоветовало раскрыться:

– Да. Чистим помаленьку… Тебе ведь от этого тоже будет прямая выгода, верно?

– Хм! Еще какая! Кстати, знаешь, что такое СПАК?

– Знаю. Повезло увидеть твое прибытие вчера, уже почти ночью.

Теперь паузу на раздумья взяла Харон. Наверняка и у нее на теле имелось какое-то количество «цельных», и она сейчас с ними советовалась. Потом признала:

– Серьезно у тебя все… Так что вполне возможно, что это мне больше повезло, что связалась с тобой.

– Только так и не иначе!

– Так вот… Даже имея СПАК, харсмеллонцам невозможно попасть на твою планету. Зато ты мог бы это делать играючи. Это я тебе объясняю для полного понимания величия, ценности и важности находящихся здесь артефактов.

– Осознал. Содрогнулся. И сразу три вопроса к тебе. Первый: ты сможешь осилить приемку большого потока артефактов, украшений и предметов искусства?

– Справлюсь! – заверила Ведущая. – Главное – сам при зачистке не погибни.

– Второй вопрос проистекает из твоего же ответа. Как мне избавиться от напасти, которая хулиганит в городе и рубит все, что шевелится?

– А-а-а, нарвался все-таки! – Злорадства в этих словах не было, скорей сочувствие и удивление. – И как выкрутился?

– Первый раз пронесло. Второй раз боюсь соваться.

Он не стал уточнять, что и был-то на «зачистке» всего один раз.

– Правильно боишься. Потому что эта напасть имеет свое название: УЖ. Никто не знает, как расшифровывается аббревиатура, но эти буквы стоят на специальной охранной системе каждого здешнего дома. Наверное, в божественную эпоху воровства не было, но все равно каждое здание имело своего сторожа с невероятно широким спектром применяемого оружия для уничтожения всего живого. И до сих пор эти УЖи действуют феноменально в плане обороны. Правда, во всех ближайших к озеру зданиях их за тысячелетия изничтожили. Но вот дальше они живут и здравствуют.

– В каком смысле «живут»? Это же охранная система, она ведь неживая!

Подробное объяснение, что к чему, да как с этим бороться, заняло не меньше четверти часа. Оказалось, что часть УЖей в середине дня банально простаивают из-за светлого времени суток. Или перезагружают свои информационные программы. Причем подобные дни примерно раз на восемь выпадают и высчитываются по весьма сложному календарю. Но кто знает этот календарь, тот на коне! Успевает «почистить» от всей души.

Также существует уже многие тысячи лет одна довольно простенькая уловка. Хотя простенькая она только в теории, ибо во время применения этой уловки погибли очень многие. И хорошо, что легендарный инструмент при нужде всегда возвращается именно в свой портальный ящик. Случалось, гибли даже перевозчики. Точнее, их жизни только и ценились, тогда как помощников набирали они сами. Как и распоряжались ими, словно собственностью.

Про уловку и как ею воспользоваться Харон поведала со всем тщанием. Видно было, что заинтересована. Еще и подсказала:

– Если отыщешь нечто особо ценное, тот же СПАК, к примеру, не надрывайся, он слишком тяжелый и громоздкий. Позови меня на помощь. Конечно, и для меня далее пятисот метров в любое время заходить опасно. Там УЖи со страшной эффективностью действуют. Но если бегом, да по конкретному адресу, да заранее подготовившись – справимся.

Они еще обсудили немного эту тему со всех сторон, после чего Ландер поинтересовался:

– И третий вопрос: как я могу получаемую через тебя прибыль использовать в интересах становления на Земле новой формы правления? Причем основанной на правде и справедливости?

– Ха! Ты, конечно, замахнулся…

– И все-таки?

Вот тут Харон и заявила:

– Проще не бывает: ты можешь купить у харсмеллонцев любое оружие. Хоть останавливающего, хоть летального действия. Его у нас хватает. Потому что наша цивилизация, при непомерном желании каждого индивида разбогатеть, все свои законы строит именно на справедливости. И многим агрессорам давала укорот самого жестокого свойства.

– Выданная мне компенсация – это как раз и подтверждает общую тенденцию к справедливости?

– В точку! Но оружие тебе понадобится обязательно.

– Нельзя ли его отыскать в Мертвом городе?

– Увы! – Перевозчица еще и хмыкнула скептически. – За всю историю ничего в таких городах не нашли. Хотя, в общем, после божественной эпохи кое-какие уникальные вещи остались. На их основе и по их подобию гении Харсмеллона создали наше нынешнее оружие, уверенно защищающее всю цивилизацию. Так что забудь о халяве и готовься покупать.

– Жаль…

– Второе твое действие: надо обязательно выправить официальную историю вашей цивилизации, которая на четыре пятых состоит из лжи. Да плюс кануло в неизвестность или замалчивается еще девять десятых важных событий. Для этого тебе и придется покупать историовизор. Ибо, прежде чем строить новое общество, надо знать свою прежнюю историю.

– Хоть в нескольких словах объясни, что это за вещь и сколько она стоит? – настаивал заинтригованный Ландер. Да и советники настаивали на этом вопросе.

– Ладно. Коротко: вся информация о прошлом никуда не девается. А так и остается в эгрегоре Вселенной, но переходя на иные уровни энергетических полей, совершенно недоступных пониманию простых смертных. Зато очень умные смертные создали такое устройство, которое при установке может вытягивать любую картинку со звуком на территориях вокруг себя в радиусе до ста километров. И неважно, когда эта картинка состоялась, хоть миллион лет назад.

– О-о-о-о! – протянул карзарин, пытаясь осмыслить невероятную значимость такого устройства. – Это же так любое преступление на раз раскрывается?.. Любые подлые поступки властей становятся достоянием гласности?.. Любые события прошлого фиксируются бесстрастно?..

– И не только это! – с каким-то ожесточением продолжила Харон. – Все! Все можно увидеть! Поэтому нынешние правители Земли, особенно теневые кукловоды, попытаются не только тебя уничтожить, но и всю цивилизацию под нож пустят не задумываясь. Если только пронюхают о твоих намерениях. Кстати, цена историовизора невероятная. Примерно равна стоимости сотни СПАКов. Осознаешь?

Роману ничего не оставалось, как многозначительно промычать. А перевозчица продолжила:

– Ну и самое действенное для смены формации управления – дельтанги! Главное – выбери среди них максимально деятельных и последовательных сторонников. И только после этого обращайся к таким, как шаман Айто, собранным в количестве за две сотни для единого обряда. Вот именно такой коллектив и начинает творить чудеса мирового масштаба. За огромные, можно сказать, нереальные деньги они в искусственных условиях проводят с дельтангами четвертый выхлоп. Именно после этого ты и можешь достичь своих целей. Кстати, именно имея таких вот дельтангов, несколько собравшихся особей и создали первую ступеньку цивилизации Харсмеллон.

Роману только и оставалось ошарашенно хмыкать после таких заявлений да бормотать:

– Четвертого?.. Хм!.. Еще бы узнать, как третий выхлоп выглядит…

Глава 31

Пуганых – море, а непуганых – тьма

В общем, прошедший час общения с Харон оказался более информативным и полезным, чем все прежние встречи вместе взятые. Вот что значит правильно стимулированный, заинтересованный компаньон! Жаль только, что беседа оказалась настолько непродолжительной.

Причина – лодь наполнилась вполне достаточно, а потом и остатки нерастворенных тел стали падать в воду рядом с бортами. Тут же перевозчица громко свистнула, и через пять минут несколько расстроенные пигмеи оказались рядом. Трофеев они набрали всего полмешка на четверых. Погрузили добычу в глубь спарок, после чего стали выдергивать куски плоти в лодь, цепляя их крюками своим багром.

– Зачем это тебе? – успел шепнуть Роман на ухо своей Ведущей. Она раздраженно оглянулась по сторонам, но все же ответила, тоже шепотом:

– Редко падают, зато ценность велика. В пятидесяти процентах из них сразу получаются «цельные».

– Так как же потом в них можно разобраться, хорошие или плохие, если они цвет теряют?

– Покупатели находят применение всем душам! Ну а если для себя оставляю, то вначале провожу длительные беседы и пользуюсь определенными тестами. Кстати, потом, после второго выхлопа, невидимые дельтанги феноменально помогают при обмане УЖей. Сам сообразишь… И не мешай! Завтра встречаемся через информаторий на час раньше обычного!

Это она говорила, уже со всей мощи выгребая веслом из озера и сразу направляя лодь в бурлящий, пенящийся поток Стикса. Тоже так и не заданный вопрос: почему эта река настолько бурная в отличие от себе подобных?

Кстати, как только лодка отодвинулась от пирса, двуглазы перестали выпадать из трубы пойслига. Наверняка в идеале, да в прошлых эпохах, в этот момент под погрузку подавалась вторая лодь, где кормщиком был Харон-мужчина.

Но Ландер больше не стал отвлекать Харон своими вопросами и вернулся «домой». Следовало спокойно переварить последние новости. Опять скопились темы для обсуждения, и возникла необходимость пересмотреть некоторые планы. Причем срочно пересмотреть. И причина проста: слишком невероятными по масштабности оказались необходимые преобразования в обществе. Да и цена этих преобразований в голове не умещалась.

– Это еще Харон не огласила тебе цену за оружие, – досадовала Яровая. – Также стоимость СПАК до сих пор не выяснили.

– Конкретные суммы не столь важны, – позволил себе пофилософствовать Семен. – Город – без конца и края, его можно чистить хоть до конца света. Простите за каламбур… Меня другое пугает: это ж сколько фанатиков на Земле возжелает нашей смерти, если мы лишим их призрачного величия их деятельности? Например, какой-нибудь историк осатанеет, если предоставить ему доказательства того, что предки скифов покорили Древний Египет, и тот чуть ли не полста лет выплачивал им дань.

На эти слова удивленно распахнула глаза Зинаида:

– Это ты сам выдумал?

– Исторический факт. Читал в каком-то источнике. Но там же утверждалось, что современная наука ни за что не признает подобных исследований. Хотя и найдены тому вещественные доказательства в тех же пирамидах.

– Однако…

– Да это мелочи! – взмахнула ладошкой Элла, словно отметая любые возражения. – А вот как поведут себя религиозные фанатики? Куда их толкнут те, кто сделал себя посредниками на Земле между Христом, Аллахом, Буддой и прочими божками? Ведь наверняка все религии основаны на обмане своего ближнего и на стремлении сытно есть за счет наивных простаков.

– Ну не скажи! – Роман не смог удержаться от возражений. – Вполне возможно, что историовизор покажет Христа и того же Магомета как вполне реально существовавших сущностей. И эти сущности по силе своего колдовства ничем не отличались от того же шамана Айто. Если не превышали его магию десятикратно. Другой вопрос, что подобные личности наверняка давали своей пастве несколько иные заповеди, кои со временем были перевраны церковными деятелями…

– Не все ли равно? – оборвала его рассуждения Яровая. – Те же яйца только в профиль. Фанатики готовы убивать именно за такие мелочи в трактовке их понимания божественности. Вспомни, сколько миллионов погибло только по причине, что не так крестились. Или не так кланялись. Или не туда сплевывали.

– Ну да… Даже перевранная история этого не умалчивает.

Проблема. Но всеобщим решением признали это проблемой будущего. Пока же следовало заниматься самыми срочными вопросами. А после распространения своего влияния с помощью оперативников на первый план выходил вопрос приобретения действенного оружия, применимого ко всем ситуациям. Он, в свою очередь, упирался в средства. Не те средства, которые экспроприировали у местных преступных группировок, они только и пригодятся для локальных нужд. И на айды их никоим образом не поменяешь.

Значит, следовало немедленно продавать все подчищенное в Мертвом городе, ну и попутно продолжить накопление трофеев. Причем накопление планировалось огромным, чуть ли не стократно бо́льшим, чем есть сейчас.

По этому поводу тоже возникали трудности. Где складировать? Как передавать все ценное в руки Харон? Ведь если склад здесь, а информаторий в доме Стрельниковой, то не набегаешься туда-сюда-обратно. Разве что подземный тоннель прорыть, уложить в нем рельсы да пустить по ним грузовую железнодорожную платформу.

Этот последний прожект с гордым видом предложил Жора Шалавин. Над ним даже смеяться не стали. Только Семен, выражая общее мнение, чисто по-барски благословил друга:

– Ладно, иди с богом и копай на здоровье! Лопаты знаешь, где лежат… Как управишься, позовешь, поможем рельсы уложить.

Знаменитый Делавар не обиделся, а с упорством вцепившегося в мягкое место клеща бросился доказывать свою правоту. И начал с небольшого хвастовства:

– Когда я работал в Москве, помогая Элле Витальевне поднять на ноги корпорацию «Логотранс», мне попалась интересная статья. Там описывался гигантский проходческий комбайн, практически целый завод слаженно работающих механизмов. И этот завод творит тоннели метро со скоростью почти сто метров в час…

– Эй! – попытался его остановить Роман. – Деньги есть, но мы такую фабрику покупать не станем! – и Яровая его косвенно поддержала:

– Уважаемый Георгий Сергеевич! Давай сразу конкретику.

– Пожалуйста! В той же статье рекламировался маленький, чуть ли не карманный проходческий комбайн. Так вот он способен за сутки прокладывать тоннель с любыми поворотами и горизонтальными смещениями почти на пять километров. Диаметр тоннеля, как и труба континентального газопровода, – полметра. И в его створе способом вакуумного давления может перемещаться капсула двухметровой длины и грузоподъемностью до пятисот килограммов. То есть вполне может и человека транспортировать при нужде. И сто́ит сравнительно недорого: всего-то двадцать восемь миллионов евро, со всеми комплектующими, насосными станциями и с составляющими будущего тоннеля длиной на сто километров.

Пока он говорил, Элла уже начала поиск в интернете данных про упомянутый мини-комбайн. А когда нашли да почитали, общее мнение прозвучало в восклицании Семена: «Лихо!» И споры возобновились с новой силой.

Ведь иных выходов виделось только два: либо перенести сам информаторий на военный полигон, либо всем перебираться обратно в поселок и восстанавливать штаб-квартиру в доме Стрельниковой. Последнее, учитывая предстоящие объемы трофеев и личную безопасность, сразу виделось невыполнимым. А по поводу экрана во всю стену, то еще изначально Харон выкрикивала, что информаторий неуничтожим и «…устанавливается здесь на веки вечные!»

Иначе говоря, как ни абсурдна казалась изначально мысль о тоннеле, но после здравых размышлений именно она оказалась наиболее приемлема к исполнению. Теперь только и следовало, что заняться покупкой, логистикой и запутыванием следов. Что весьма усложнялось напряженной обстановкой в округе да и по стране в целом.

Тут уже сказывались наработки владельцев «Логотранс». Учитывая посильную помощь дельтангов, можно было и гигантский проходческий комбайн заказать, не вызывая при этом неуместного любопытства со стороны. Так что процесс пошел. Аванс перечислили сразу. Подставные заказчики отыскались еще раньше.

Одновременно с этим технически подкованные специалисты занялись созданием и настройкой устройства лазерной графики. Если иначе, то проектор лазерных эффектов. Подобное уже давно использовалось для рисования чего угодно хоть на стенах дома, хоть на облаках в небе. Только и следовало приспособить такую штуковину для работы в условиях Мертвого города. Да сделать его предельно маленьким. Именно эту подсказку дала Харон, вполне пригодную для борьбы с УЖ или для отвлечения их внимания.

Правда, сами перевозчики во все времена больше полагались на устройство магического плана. Оно лежало себе где-то в сторонке, но на нужную стену проецировало движущееся изображение, допустим, человека. Этого хватало, чтобы невидимые мечи «напасти» рубили обозначенную стенку (или сейф) до полного уничтожения твердыни или до собственной поломки. Вот так и создавались романтические руины на месте некогда цельных зданий.

К утру несколько приборов сделали. Но как раз упоминания о руинах подвигли многих к размышлениям на тему: ломать – не строить, но можно ли как-то обойтись без вандализма? Все-таки все прежние чистильщики города имели доступ туда чисто физического плана. То есть пришел через дверь, сломал, забрал… и кряхтя от тяжести, ушел через пролом в стене. Тогда как земляне благодаря артефакту могли оказываться практически внутри любых стен, даже застроенных наглухо. Или внутри того же сейфа. Так зачем, спрашивается, их ломать? Можно ведь, оказавшись внутри той самой охранной системы, попросту отключить ее. И все!

Но созданные проекторы в любом случае пригодятся, для начального отвлечения УЖ. Ну и для продвижения внутри здания в нужном направлении, к сердцу долгоживущих охранников.

Со всеми этими заботами и подготовкой опять толком не выспались. Но утром чуть свет снова собрались вместе, планируя несколько часов поработать на ниве сбора новых трофеев. Опять-таки не давала спать мысль, обобщенная накануне Никитой Шенгаутом:

«Понятно, что в божественной эпохе жители не оставляли оружие на виду и в досягаемости детских ручек. Но в специальных хранилищах оно однозначно припрятано. Скорей всего, где-то в глубоких подвалах, куда за тысячелетия ни один перевозчик со своими помощниками не добрался. Следовательно, надо проникать на нижние этажи, под руины или под целые здания и искать там».

Попытка не пытка. Решили и подвалы поискать. Причем не заходя в дебри городского лабиринта. А сразу же, среди ближайших развалин.

Про охранные системы тоже не забыли. Если те сломались или были уничтожены в жилых помещениях, то не факт, что их добавочно не установили возле гипотетических арсеналов с оружием. Если вообще там не поселили нечто страшное, десятикратно превышающее по эффективности и коварству УЖ.

И куда отправиться в первую очередь, не сомневались. Методом тыка не надо действовать, когда составлены картотека, план и каждая находка подписана. По мощному и широкому фундаменту выбрали некогда массивное здание. Уж непонятно, как его свалили баграми да веслами (скорей сами УЖи перестарались), но обломки толстенных потолочных перекрытий впечатляли. Как и фрагменты поверженных стен, спаянные некогда армирующей проволокой без единого пятнышка коррозии.

Глядя на них совсем иным взглядом, Роман предположил:

– Может, оно все и рухнуло по той причине, что в подвалах что-то взорвалось?

Но именно там и попытались прорваться на глубину. И некие пустоты нащупали довольно быстро. Первое препятствие для исследований показалось нестрашным: полная темень. И это еще на уровне, так сказать, полуподвальном. Но здесь помог прибор ночного видения, которым воспользовался Ландер. Благо, что в перечне военного имущества на складе хватало самого современного вспомогательного оборудования.

Первый подвальный этаж также оказался завален практически наглухо. Как и второй. Даже небольшие камни оттуда пришлось выбирать осторожно, стараясь не вызвать оползень или проседание других мелких обломков.

На минус третьем этаже оказались частично разрушенные залы, совершенно пустые и без малейших признаков ведущих вниз спусков. В стенах ни одной лифтовой шахты не нашли. Ну и ниже при попытках прощупать пол оказалась единая каменная плита основания, по толщине превышающая двенадцать метров. Точка обзора просто не доставала ниже.

Вспомнили, что Мертвый город, как и озеро, находится где-то в неведомом подпространстве, на стыке различных материальных или искусственных вселенных. И как бы по глупости не вывалиться вообще в какую-то производную преисподней. На что Роман лишь отмахнулся:

– Нам-то что? Только заглянем – и назад.

Тыкался во все стороны, просматривал все стены, и… ничего.

Ну и когда уже стали сомневаться в смысле подобного поиска, собираясь отправиться по нормальному маршруту за конкретными трофеями, кто-то из дельтангов предположил:

«Где тот же шаман Айто станет хранить самое разрушительное оружие? Учитывая, что он может телепортироваться в любое место, еще и физические тела с собой переносить. Зачем ему сейф в доме? Отыскал пещеру как можно глубже в толще планеты, пусть и близко, оборудовал ее, да и храни что угодно!»

Мысль признали верной, но нисколько не приближающей к цели. Магии ни у кого не появилось, да и пещеру искать в толще неведомо какого пространства – дело бесперспективное. Ландер только и попробовал напоследок вниз прорваться по разным углам, уже ни на что не надеясь.

Повезло. Или настойчивость принесла свои плоды? В одном месте удалось-таки просесть на полные пятнадцать метров (или что-то помогло провалиться глубже) – и открылся-таки глазам исследователей новый подвальный уровень. Минус четвертый, так сказать.

Вот там Ландер чуть не ослеп. Ну и все, кто через его органы зрения просматривал иной мир. Пока главный носитель пытался проморгаться от яркого свечения и хоть как-то присмотреться, его даже поругивали, заваливая советами срочно воспользоваться очками со специальными светофильтрами. Но Роман и так приспособился, прищурившись, словно азиат. А потом уже все только ахали да пытались осмыслить увиденное.

В понимании землян они сейчас рассматривали искусственно созданное устройство. Но в нем не было чего-то материального. Все столбы, жгуты, кабели и перемычки состояли из мерцающих упругих сгустков, лучей, переплетений света. Или из силовых полей разного состава. Конечно, до яркости электросварки все они не дотягивали, но испускали свечение по силе малого прожектора.

Хотя присмотревшись, кое-какие предметы в этом свечении можно было зафиксировать. Или это тоже были сгустки полей, только темной структуры? Замечено было поблизости три единицы, и все разной конфигурации. Одна штуковина в виде полусферы, с торчащей в сторону ручкой в виде дужки. Женским особям она почему-то напомнила дуршлаг. Размер… ну, раза в три больше того же дуршлага.

Второй предмет: с виду обломки полочки для обуви. Или журнального столика? То есть толстая полуметровая доска, и с одной стороны у нее четыре ножки разной длины. Даже цвет удалось рассмотреть, вроде как фиолетовый.

Третья материальная загогулина: этакий круто изогнутый ятаган, но с рукоятью не с конца, а посередине широкого лезвия. Длина – примерно метр с четвертью.

Приблизиться к этим предметам пока не получалось. Да и прикасаться к ним почему-то не возникало желания. Зато предложений и догадок прозвучало великое множество в попытках определить суть увиденного. Предметы могли оказаться чем угодно, начиная от оружия или рычагов управления и заканчивая банальными предметами быта, коими они и выглядели изначально.

Зато в команде пришли к единому мнению, что о находке надо поинтересоваться у Харон во время предстоящей встречи. Еще лучше показать ей изображение на фото или видеосюжет. Коль удастся подобное снять при таких слепящих контрастах.

Выход нашла Зинаида:

– Я сейчас быстро сделаю углями зарисовки этих предметов.

Инициативу признали своевременной. Дальнейший просмотр подвалов – опасным. А посему поспешили в иные места города для почетной зачистки его от залежавшихся трофеев. Ну не пропадать же добру, раз им никто не пользуется?

Глава 32

Торжествующая Харон

Начали работу с того самого места, откуда сбежали накануне. Но сразу же закинули в помещение работающий проектор лазерных эффектов. Движущееся изображение направили на чистую, свободную стенку. А потом только ахнули из-за начавшегося бардака. В течение десятка секунд пространство заполнилось пылью и разлетающимися крошками бетона. Потому что сразу несколько невидимых мечей принялись крошить ни в чем не повинную стенку.

Пришлось забирать проектор и сматываться. Работать в такой обстановке посчитали глупым. А потому, перехватывая очередные предметы и уже перескакивая на их место прежней привязки, устремились в глубь города. Ведь если вчера на километровой отметке можно было легко озолотиться, то что будет на отметке в полтора километра? Вряд ли нечто особенное, но так всегда кажется, что вон там, чуть дальше, трава зеленей и гуще. Да и какое-то особенное здание метров за четыреста виднелось. Приземистое, всего на шесть этажей, с громадными круглыми окнами, но в то же время утыканное со всех сторон какими-то антеннами, трубками или направляющими. Наверное, поэтому здание изначально получило имя личное Дикобраз.

Но пока дошли к этому Дикобразу, не удержались от зачистки нескольких помещений высотного небоскреба. Он тянулся ввысь метров за триста и этажей не менее чем сто имел. Но заглянули только на второй да на третий этажи. И то лишь по причине, что здешние УЖи совсем мышей не ловили. То ли сломались, то ли выходной себе устроили. Но часа полтора Ландер пахал в поте лица, подхватывая, протискивая и затаскивая самые различные предметы, ценности и произведения искусства.

Попахать пришлось и друзьям, сразу сортируя, раскладывая и подписывая находки. У них еще и ноги устали бегать к полкам и обратно. Они же первыми и взмолились:

– Может, хватит пока? Уже раскладывать не на что! Надо вначале новые полки собрать и установить!

– Ладно, хватит, так хватит, – согласился Роман, который тоже уже своей руки почти не чувствовал. – Тогда продвигаемся дальше.

Ну и вскоре уже прорывался сквозь толстенные стены Дикобраза. Благо для «точки зрения» через артефакт никакие преграды не мешали двигаться в нужном направлении. Только и мешала привязка к месту на все те же пресловутые пятнадцать, ну максимум шестнадцать метров.

Внутреннее содержание здания опять поразило исследователей. А все потому, что внутри оказалось все напрочь заполнено жидкостью! Но вначале этого понять не удалось, Роман только смотреть начал, не проникая дальше рукой или палкой с лазерным устройством.

– Что за мутное изображение? – озадачился он. – Неужели внутри газ?

Тут же единогласно было признано, что газ является несомненной опасностью. С подобными субстанциями лучше не рисковать. Мало того, что может оказаться ядовитым для дыхания, так еще и прикосновением к коже убить может или парализовать.

По сути, не будь в помещении ничего интересного, так бы и двинулись дальше. Но в этом странном мареве все-таки просматривались многочисленные подставки, столы и стеллажи. А на них невероятный по своему разнообразию и количеству арсенал различных устройств, приборов или… оружия? Слишком уж диковинными и странными смотрелись перекрученные трубки, завязанные узлами швеллеры и проходящие сквозь друг друга цилиндры, овалы и сферы.

Тут уже мнения оказались вполне единодушны:

– Если и есть в этом городе оружие, то оно именно здесь! – резюмировал Шенгаут после обсуждения. – Да и газ в помещении недаром. Как для лучшего хранения сложной техники, так и для пресечения проникновения посторонних лиц.

Больше всех по этой теме возражала Стрельникова:

– Никак эти штуковины не могут быть оружием. Слишком они громоздки и тяжеловесны. Подобными штуковинами пользоваться под силу лишь великанам.

– Не забывай о силах левитации и телекинеза, – напомнил ей Семен. – В божественной эпохе наверняка проживали Титаны не столько телом, сколько духом. Для них и танком в кого-то бросить – пустячная забава.

– Нет смысла спорить, – не преминул показать свою деловитость Жора Шалавин. – Надо просто фотографировать, что удастся, а потом показывать Харон. Готовлю фотоаппарат.

Дельное предложение, не оспоришь. Хотя и еще одно поступило от Эллочки:

– Не мешало бы и пробу газа взять из этого помещения. Организуем? Да и сам фотоаппарат можно выдвинуть как можно дальше на какой-нибудь длинной штанге.

Вполне возможно для улучшения качества съемки. Хотя вначале просто сфотографировали через точку просмотра. Затем приняли все меры безопасности, чтобы газ не прорвался на рабочее место. Да и самого Ландера упаковали в костюм химзащиты. И уже со спокойной душой попытались вначале взять специальным сосудом пробу тамошнего газа.

Это потом уже подумали, подсчитали и прикинули. Здание в шесть этажей, каждый по пять метров. Итого тридцать. Значит, давление жидкости внизу около трех атмосфер.

– Да и кто думал, что там жидкость?! – возмущался впоследствии Семен. – И какому идиоту древности пришла в голову такая идея?

Хорошо, что жидкость все-таки не оказалась ядовитой или излишне активной. Но брызнуло напором капитально. Очки шлема спасли от удара в глаз. Зато самого Романа сбило с ног и откинуло на несколько метров. И хорошо, что артефакт свернулся и отверстие туда захлопнулось. Но повозиться пришлось изрядно.

Жидкость оказалась с оранжевым оттенком, какая-то странная по консистенции и с несколько неприятным запахом. Зато материала для проб и анализов собрали несколько ведер. А уж мойку и обеззараживание пришлось проводить всеми имеющимися средствами. Начиная от хлорки и заканчивая спиртом.

Тем больше радовали принятые предварительно меры безопасности.

А вот подозрения иного плана, озвученные Зинаидой, прозвучали:

– Если Харон знала о таком здании, как Дикобраз, и не предупредила о нем, то нет ли в этом злого умысла?

– Нет смысла! – ответил на это Роман, ни секунды не сомневаясь в своих словах. – Как можно рисковать страусом, несущим алмазные яйца? Да и нет в несравненной даме такого изощренного коварства.

– Тоже мне великий знаток иномирцев! Мало ли какие у них задумки по отношению к нам?

– Ничего, скоро выясним… Сколько там до встречи осталось?

Оставшиеся двадцать минут потратили на подготовку. Продумали, записали основные вопросы, Зинаида окончила свои рисунки, кои тут же признали отменными, если не гениальными. Фотографии приготовили для вывода на экран. Ну и около полусотни новых предметов сфотографировали для показа и опознания.

А там и время подошло. Изображение студии появилось. Несравненная Харон, в единственном числе оккупирующая эту студию. И удаляющийся рудовоз на заднем плане. Потрясений и вибрации земляне уже не застали.

– Сразу хочу порадовать, – с ходу и без приветствия начала Ведущая. – Ровно через десять ваших часов заработает информаторий по всем информационным и новостным каналам. Пользуйтесь! И не говорите потом, что в школе не учились.

– Благодарю! – так же деловито отвечал Роман, поправляя перед собой список и прислушиваясь к просьбам своего самого первого дельтанга: – Тут один вопрос давно требует вентиляции. Как очень старому дельтангу взять под воздействие подходящее тело, но чтобы оно при этом не старело?

– Ха! Пусть возьмет тело своего возраста.

– Старое тело он не хочет, хочет молодое.

– Так пусть его омолодит! – продолжала ёрничать Харон. Но обратив внимание на досаду своего компаньона, смилостивилась: – Учи матчасть, карзарин. Смотри программы. Слушай новости. Потому что желание твоего дельтанга исполнится не ранее чем после третьего выхлопа. А тот состоится лишь через тридцать дней после второго. Не раньше. И только при выполнении определенного обряда. Хе-хе!..

Похоже было, что она не настроена вдаваться в подробности. Зато основной ответ получен: все возможно, надо только чуть подождать. Так что пока с уточнениями спешить не стоило. Да и на ментальном уровне Трофимыч вздохнул с облегчением. Понятно, что и не только он. Очень большой процент тех же наставников, психотерапевтов, ученых умер в довольно преклонном возрасте. Им тоже мечталось получить вторую, полноценную жизнь в молодом теле.

– А что там с куплей-продажей наших трофеев? – перешел Ландер к главной теме дня. – И нельзя ли сразу приобрести нам оружие?

– Подходящее вам оружие будет не раньше, чем я внесу две трети его стоимости. – Наверняка дама знала, о чем говорила, и догадывалась, в чем именно нуждаются земляне. – Ну а трофеи можете мне передавать хоть сию секунду.

– Сложности у нас пока… небольшие, – признался Роман. – Но уже завтра постараемся отобранное тобой приготовить к передаче. Но прежде чем показывать фотографии, хотелось бы получить дополнительную информацию общего плана. Нас никто не подслушивает? Можно говорить без опасений, что мои грешки станут известны всей Вселенной?

– Да! Отныне здесь все проверено и поставлены устройства безопасности. Разве что меня не станет или меня каким-то образом лишат права Ведущей.

– Хорошо. Тогда ответь: в каких зданиях Мертвого города может находиться оружие?

– Хе!.. Ни в каких! – безапелляционно заявила мадам. – Ни разу подобного не было найдено в подобных местах и ни разу не отыскали кристаллов с должной информацией. Да, да!.. Чего смотришь?.. Книг там нет, но всяких иных карт памяти и носителей хватает. В тех же малых шкатулках такого добра навалом.

– Ага… Ну а что может храниться вот в этом здании? – Ландер вначале показал несколько снимков здания Дикобраз, сделанных с разной дистанции.

Как Харон ни всматривалась в изображение, понять не могла его сути:

– Сложно сказать… Да что угодно! Ты сам-то заглядывал внутрь?

– Естественно! И вот что увидел…

Пошли фотографии тех самых диковинных устройств на подставках. Подавшаяся было вперед Ведущая всмотрелась и вновь откинулась на спинку стула. Еще и презрительный смешок скрывать не стала:

– Вам простительно не узнать музей высшего творчества. Точнее, детского творчества. Все это банальные фантазии художников-авангардистов. Не знаю, правильный ли получится перевод?.. Это такие типы, которые полную ахинею городят в своих произведениях.

– Отличный перевод, все понятно. Почти… Потому что внутри этого… музея залита странная, вроде как неядовитая жидкость. Она-то для чего?

– Элементарно. Эти фантазии создаются из разного, порой очень нестойкого металла. Вот и заливают их спецраствором, если ставят на долгую консервацию, чтобы напрочь поделка не проржавела.

– А-а-а… Мы уж грешным делом подумали, что нашли оружие, – разочарованно протянул Роман, на всякий случай показывая еще и рисунки своей возлюбленной женщины: – Тогда вот эти несуразные вещицы вообще малейшего внимания не достойны?

Резко насторожившаяся Харон вновь подалась вперед. Да и глаза у нее распахнулись в непомерном удивлении. Но задавать глупые вопросы она не стала. Вначале сама ответила:

– О-о! Еще как достойны! Потому что если отыскать их в натуральном виде, да в соответствующей упаковке, они могли бы помочь решить любые проблемы с оружием.

– А что за упаковка?

– Вряд ли удастся передать это словами… – и уже сама спросила: – А где ты увидел подобные изображения? Или, может, вообще повезло найти недействующие модели?

– Увидеть, конечно, проще, – не спешил раскрывать место находки Роман. – Но будь они у нас, да еще и действующие, какая от них польза? Хотя бы вот с этой поломанной табуретки?

Не спеша отвечать, Ведущая осуждающе помотала головой:

– Хорошо, что тебя не слышат фанаты божественной эпохи и военные! Так обозвать уникальный глушитель?! Ха! Да это устройство при правильном обращении глушит или выводит из строя любую электронику! Причем луч действует на расстоянии сто тысяч километров. А если луч сделать максимальной ширины, то ты, направляя глушитель в любую сторону, уничтожишь все компьютеры вашего мира, все локаторы, телефоны и прочее.

– Ух ты! – только и выдохнул Ландер, отсеивая от себя лавину вопросов от дельтангов. – Ну а для чего служит вот этот дуршлаг и вот этот странный ятаган?..

И на эти вопросы у Харон нашлись ответы.

Встреча принимала все более продуктивный характер.

Глава 33

Для кого и санкции – благо!

Обстановка в городе уже к вечеру следующего дня, после введения особого положения, нормализовалась. Причем помогли не столько военные, верные государству и приказам президента, как внушительное число оперативников, закрепившихся в местных силовых и правовых структурах. Без них случилась бы катастрофа. Причем два раза они защитили город и его окрестности. Вначале жители спаслись от намеченного террора, а потом и от планируемого уничтожения.

Как ни цинично это выглядело, но определенные лица, считающие себя пупами Земли, уже списали весь город и его окрестности на заклание.

Именно такая информация уже пришла от командированных оперативников. Пользуясь чаще воздействием, чем адаптацией, они действовали порой излишне жестко, оставляя за собой сотни трупов преступников. Зато выявили всех закулисных кукловодов. Никому не удалось скрыться: ни Мордатому с Лысым, ни Усачу со Скелетом, ни Плачу-Палачу.

Правда, троих пришлось выковыривать из автономных бункеров, но и там они не схоронились от возмездия. Хотя внешне все выглядело по-прежнему и вроде как благопристойно. Только вот телами теневых владык уже руководили подсаженные на них дельтанги. Причем не старые, а в меру, лишь чуть-чуть по возрасту моложе тел, взятых под воздействие. Омоложение произошло, но совсем незаметное как бы. Зато поправка здоровья произошла значительная. А по медицинским понятиям очень значительная.

Например, сегодня Мордатый выкурил свою первую сигару за несколько лет. И его не скрутило спазмами кашля. Лысый демонстративно выпил перед своими близкими и приближенными солидную порцию коньяка. Усач не постеснялся опробовать одну из молодок обслуживающего персонала, с которой он когда-то был весьма близок. И чуть барышню при этом не заездил, тоже играя этим на публику.

Перестал страдать артритом Скелет. Впервые за много лет стал улыбаться истерик и садист Плач-Палач.

И все пятеро с уверенностью заявляли, что новое лекарство, которое они стали принимать, сразу улучшило их физическое состояние. Заявляли не просто так, а при большом стечении народа. А потом еще и со своими заокеанскими коллегами пообщались с помощью защищенного канала видеосвязи. Говорили немного, зато сказали самое важное: доставить лекарство для вас нельзя. Лечение только здесь, на месте.

Коллеги пока к такой новости отнеслись настороженно. Обещали подумать и просили отчитываться о состоянии здоровья как минимум ежедневно. Настроенные благожелательно господа обещали подумать и закруглили свое общение.

После чего начинали общение на местах. Вначале пошел заказ Роману Ландеру на дельтанги, причем только на «цельные». Большой заказ, минимум на две тысячи спарок. Потому как дожидаться первого выхлопа на иных пространствах Земли – это явная смерть для любого оперативника-дельтанга. Может, и не смерть, но уж точно он в лодь к Харон не попадет, а оставленное без присмотра тело устроит Армагеддон для всей цивилизации.

Второе общение уже шло непосредственно с президентом своего государства. Ну и с самыми доверенными лицами его команды. Потому что теневые кукловоды как бы приняли решение о многом тайном рассказать, многим секретным поделиться и многое сделать для блага своего народа.

Нельзя сказать, что президент совсем жил в полном неведении. Или что он был настолько наивен, что не понимал, кто мутит воду в его королевстве и кто представляет наибольшую опасность. Но и он оказался ошарашен, когда на него вывалили гору новых проблем. И лишился дара речи, когда ему назвали имена предателей, двуличных саботажников и оборотней в погонах. По каждому давались краткие, но емкие описания их преступной деятельности. Вся эта кодла работала на врага, грабила миллионы с казны государства, воровала непосредственно из программ развития, и будь закон более суров, все они подлежали бы показательной казни.

Но имена назывались пока не для ареста и не для гонения. А только по причине сохранения тайны. Мол, общаться с этими сволочами пока не стоит и даже оттеснять от кормушки нельзя. Дабы не спугнуть. И дабы потом не искать их по всему миру. Если чего похуже загнанные в угол крысы не устроят. Поэтому остающиеся в тени правители рекомендовали нынешнему правителю официального света просто выждать определенное время и обещали, что все наладится не только естественным путем, но и путем естественного отбора.

Президент худел, вытирая испарину на лбу. Озадаченно двигал бровями и морщил чело. Но ничего дельного сказать в ответ не мог. Только краткое «Спасибо!», «Учтем» и «Разберемся!». Наверное, только во время этих разговоров он осознал, насколько иллюзорной была его прежняя власть и насколько беззащитным он мог оказаться перед лицом опасности, оставаясь в кругу двуличных предателей. Да и не факт, что сейчас он проживет до ближайшего утра. Но, как говорится, кто предупрежден, тот вооружен!

По поводу города в Заволжье последовал совет оставить ход событий на несколько дней как есть. При этом не вмешиваться в работу местных силовых структур. Потом постепенно выводить войска, не убирая при этом с неба глухой щит из ВВС. Потому как опасность провокации еще не ушла, и атомная бомба таки может рухнуть на совершенно невинных людей.

Арестованных иностранных граждан следовало содержать под стражей до тех пор, пока напряжение не спадет. И пока с ними всеми не проведут беседы специально посланные к ним следователи.

На это президент только и пожаловался:

– По поводу задержания этих бандитов и горлопанов вой по всему миру стоит. Ни разу такого не припомню…

– Нечего. Завтра с утра вой резко пойдет на спад. А точнее сказать, уже этой ночью буря успокоится. Мы переговорили по этой теме с нашими заокеанскими коллегами.

Президент вроде задышал спокойнее, а потому и решился на вопрос, скорее всего наглый и не совсем в тему:

– Может, удастся попутно решить вопрос об отмене санкций в наш адрес?

– Может, и удастся, – последовал неопределенный ответ. – Но всему свое время. К тому же сам факт наличия этих санкций должен здорово подхлестнуть нашу экономику. Но еще больше мы надеемся, что сельское хозяйство тоже получит должный рывок. Особенно если толком реорганизовать налоговую политику и убрать из села и вокруг него неуместных там посредников.

– Мм?.. И посредники добровольно уйдут? – не поверил глава государства. Беседующий с ним в тот момент Мордатый многозначительно ухмыльнулся:

– Не просто уйдут, а убегут! Хватит кормить трутней и разводить бездельников по всей стране. Тем более что схемы с наработками есть и они давно продуманы для воплощения.

Разговоры эти завершились уже поздно вечером. После чего теневые правители не отправились спать, как это бывало в последние годы. Показывая резко повысившуюся выносливость, они стали постепенно перестраивать, реорганизовывать свои небольшие империи. А это считалось делом невероятно сложным и кропотливым. Только для урегулирования, переадресации денежных потоков требовалось не меньше недели. Если не все три. А ведь еще предстояло производства постепенно перепрофилировать, ввести новые формы оплаты, огласить положения по стимуляции труда и пообещать премиальные за интенсификацию производства.

Дельтанги думали совсем иначе, чем прежние хозяева тел. И готовы были не спать, выводя страну из сложного, затянувшегося кризиса.

Глава 34

Ремонтная бригада

На следующее утро в штаб-квартире ОС опять встали затемно. Это что касалось людей. Дельтанги продолжали работать всю ночь: они во сне не нуждались. И вот, казалось бы, что может сделать двуглаз без своего носителя? И не умея передвигаться в пространстве? И много чего иного не в силах сотворить?

А вот отныне и для них нашлась работа. Точнее, с момента, когда информаторий наконец-то заработал в полную силу. Пульт управления получили. Подсказки Харон тоже дельные дала. И оставалось только пожалеть, что установленный иномирцами экран нельзя было разделить больше чем на тридцать самостоятельных окон. То есть одно окошко могло транслировать программу только одного канала. Единовременно могли получать и запоминать информацию только тридцать особей.

Правда, соорудили всю сложную систему камер и микрофонов так, что вместо одного двуглаза в окошко на экране пялилось сразу три. Да плюс четвертый отвечал за некий анализ увиденного и последующую передачу своих выводов в общую сеть из сотен иных дельтангов. Также четвертый передавал по цепочке сигнал на смену канала. Ведь не всегда оттуда поступало нечто полезное, срочно необходимое для землян.

Сложно все это выглядело со стороны, обложенное монетами, планками, предметами из Мертвого города и утыканное присосавшимися дельтангами. Зато действовало! И еще как действовало в плане сбора информации и обучения!

В итоге удалось отыскать такие мелочи, о которых наверняка и вечноживущая Харон не помнила.

Но самую главную информацию дала все-таки она еще накануне. После того как рассказала, что собой представляют найденные в подземельях единицы оружия, поставила вопрос ребром:

– Где вы их нашли? – после прослушивания подробностей и осознания, на чем эти предметы покоятся, заволновалась: – Изъять их у тебя получится только в одном случае: при содействии трех тысяч дельтангов, уже прошедших второй выхлоп. Да не просто прошедших, а научившихся создавать для такой кучи защитный кокон. А для этого надо учиться какое-то время. Значит, что?

– Бесполезно все? – грустно вздохнул Роман.

– Уф! Ну ты…! Значит, надо срочно набирать новые партии дельтангов в десятки тысяч. А раз с иномирскими двуглазами имеются проблемы, значит, нужны свои, земного происхождения. А для этого надо срочно отремонтировать хотя бы один, а желательно два пойслига. Готов отправиться к нему через весь город?

– Куда деваться-то?.. Готов!

– Вот и слушай все, что я собрала по трубам пойслига и по вариантам его ремонта, – потребовала перевозчица.

После чего полчаса перечисляла все, что смогла собрать. Вроде как и много слов, но пользы мало. Все равно придется на месте смотреть и разбираться. Главное, как быстро дойти, преодолев те же двадцать километров? Если считать по половинке в день – сорок дней понадобится. Ну ладно, перенапрячься, за двадцать можно дойти. Но все равно такой срок никого не устраивал.

Вот потому дельтанги и думали всю ночь. Вот потому и пытались целенаправленно искать все упоминания по Мертвым городам. И таки отыскали одну небольшую, но ценную подсказку.

Именно о ней с самого утра и стал докладывать Трофимыч, пока Ландер умывался и завтракал:

– Помнишь несколько зданий, которые словно лепестки в стороны раскрыли на разных этажах? Там еще вроде как летательные устройства стоят?

– Помню, – заверил карзарин. – Одно даже стоит возле нашего маршрута на километровой отметке.

– Так вот. Тамошние летательные средства тоже продаются по весу алмазов. Но в соотношении один к трем. Не меньше. Тебе такую машинку никак не утащить. Но!.. Можно ведь просто вынуть некую запчасть… ненужную! Да перенести к нам. И уже держась за нее одной рукой здесь, управляешь второй рукой там, и вуаля! Летишь!..

Роман припомнил, что в свое время их даже на вертолете летать учили. Но дальше дело не пошло:

– На истребитель допуска не дали, да и времени не хватило…

– Ха! – азартно восклицал старик, словно и не беседовал на ментальном уровне общения. – Наши аналитики уже инструкцию по управлению нашли более чем десятка аналогичных машин. Так там управление для детей, проще не бывает. Две кнопки и руль в виде полуштурвала! Ну и по мелочи, несколько тахометров…

– Вдруг разобьюсь? Или те тарелки, что мы видели, вообще не летают?

– И чем ты рискуешь в случае аварии?.. Всего лишь повторной пробой на другой летающей машинке!

Логично. Да и выход самый лучший. Следовало пробовать немедленно. Так что утро в Мертвом городе только наступило, а земляне уже двигались вначале к подъезду выбранного небоскреба, а чуть позже и в его внутренностях.

Сунулись было в лифт, чтобы подняться к уровням с лепестками, но те оказались обесточены. А как подать силу тока, никто не узнал. Решили не заморачиваться и не отвлекаться. Но всякие мелкие предметы по пути то и дело подбирали да фиксировали в картотеке. Добравшись к первому лепестку, и там выломали изрядный кусок какой-то облицовки. Зато с того момента можно было попасть сюда сразу и в любой момент. Попробовали – срабатывает!

Зато как оживились, как возрадовались все участники и болельщики похода, когда сумели вблизи рассмотреть транспортные средства божественной эпохи. Только ради этого следовало пережить массу приключений, а то и смерть. Два раза. Так, по крайней мере, утверждали особо рьяные почитатели любой самодвижущейся техники.

Прежде чем касаться устройств, не забыли обезопаситься. Установили два проектора, заставив лазерный луч чертить на стене двигающиеся фигурки. К счастью, ни один УЖ здесь не появился. То ли вышли из строя охранные системы, то ли в божественную эпоху не было частной собственности, а средства передвижения принадлежали всем жителям города.

Почти полсотни летательных, а судя по колесам на днище, и ездовых машинок. Большинство закрытого типа. Но стоило лишь коснуться рукой прозрачной сферы, как она тут же складывалась назад, словно ее и не бывало. Но для первого использования Роман стал осматривать самые маленькие устройства открытого типа. А чтобы продвигаться по самому лепестку, не гнушался то там, то здесь реквизировать некий предмет из транспортного средства. Потому что курочить сиденья или рвать, ломать обивку рука не подымалась.

Это мелкое воровство немного усложнило продвижение, да и скорость замедлило. Благо еще, что предметов в машинах хватало. Вплоть до забытой кем-то сумочки и двух шкатулок в некоем подобии бардачка. Зато устройство выбрали самое удобное и простенькое во всех смыслах. Двухместное, с полностью прозрачными панелью, полом и боковыми стойками. Только задняя стенка с багажником и моторным отсеком оставались непроницаемыми для взглядов.

Для привязки ТООЗ (точки обзора и окна зачистки), как ее недавно переименовали, отыскали на полу, под сиденьями какое-то устройство, очень напоминающее своим видом мобильный телефон. Но сколько в него ни тыкали пальцами, сколько ни гладили, телефон не работал. Совершенно безжизненная штучка оказалась. Зато как привязка сгодилась она прекрасно.

Что за элементы питания, да как устроен двигатель самой машинки, общие сведения имелись. Но использовать их для ремонта или для обслуживания не пришлось. Легкое касание генеральной кнопки запуска – и все приборы заработали. При этом нужные огоньки загорелись, показывая полную исправность и готовность к полету.

Пока Ландер разбирался с простеньким управлением и делал первые маленькие подскоки на месте, остальные зрители и болельщики фонтанировали идеями:

– Можно облететь все здания города и отовсюду взять по предмету.

– Точно! После этого бывать где захочется.

– И при этом еще и тяжелые находки, типа того же СПАКа, доставлять к пирсу для погрузки в лодь.

– Перевозчица как увидит подобную машинку, в обморок от счастья грохнется.

– Не грохнется, если ее обещать прокатить! С ветерком!

– Мало того, не забывайте, лодь не безразмерная. Но что если попробовать лететь над Стиксом, почти касаясь кормы легендарной лодки?

– Или использовать короткий буксир, помогая притормаживать лодь, в случае максимальной загруженности.

– Все будет зависеть и от грузоподъемности самих летательных устройств, вон какие огромные стоят, практически автобусы.

– Или грузовики?

– Ну с теми понятно, пусть будут грузовики. А название или тип этой птички как правильно переводится?

– У-у-у! Там столько сложностей, новых слов и классификаций, что мозги закипают. Поэтому лучше всего называть привычным словом флайер. Конкретно этот – малый флайер.

А там и однорукий пилот вполне уверенно поднял вначале машину до крыши здания. Потом опустился к самой земле. И затем довольно лихо помчался к ближайшему от действующего столбу пойслига. Вернее, не совсем лихо, скорее медленно, пытаясь восторженно рассмотреть весь окружающий пейзаж. Хотя и закрепили снаружи сразу три видеокамеры, которые зафиксируют Мертвый город во всех деталях, но самому жутко хотелось увидеть все и сразу. Потом только и надо отдать записи аналитикам для тщательного просмотра. Ну и план они же толковый составят, разбив данное скопище артефактов на секторы и кварталы.

До темного словно из дыма столба оказалось на глаз поболее чем двадцать километров. Чуть ли не все тридцать. Настолько громадные здания, вырастающие все выше, чем дальше от озера, нарушали пропорции и скрывали собой горизонт.

– Кстати! А что там, за горизонтом? – прозвучал сакраментальный вопрос от Трофимыча. – Туда-то мы когда-нибудь доберемся?

Ландер и отвечать не стал, пытаясь аккуратно нареза́ть круги вокруг столба и довольно сложного устройства в его основании, которое выпускало из себя эту дымчатую субстанцию.

Тут уже все напрягли свои мозги не на шутку, задаваясь одним вопросом:

«Как же эта фабрика-уловитель работает? И как ее починить?»

Той информации, что нарыли с помощью информатория, да суммируя ту, что дала Харон, явно не хватало. Предстояло самим как-то разобраться в сложной системе труб, заслонок, крышек и массивных регулируемых направляющих.

Минут двадцать кружили да присматривались со всех сторон. После чего пришли к выводу: методом тыка тут ничего не поправишь. Разве что очень, ну очень долго копаться, присматриваться и экспериментировать. Ибо поломок вроде как не наблюдалось… Тогда почему столб не вьется в сторону озера?

Тут опять сработала пословица: одна голова хорошо, а сотня – в сто раз лучше. И прозвучала вполне очевидная подсказка:

– Не лучше ли смотаться к нашему, действующему столбу? Рассмотрим там, что к чему, да как этот пойслиг выглядит правильно, а уж потом…

Сразу и помчались. Недалеко ведь сравнительно. Да и пилот уже навострился, гнал древний флайер на максимальной скорости. А на месте, глядя на, так сказать, образец, быстро нашли несоответствие: две громадные заслонки здесь были опущены и располагались горизонтально. Похоже, они-то и создавали нужное направление или тягу для адресного отправления дымного столба к озеру.

Полетели назад, стали разбираться с несуразицей. Почему вообще вдруг здешние заслонки встали вертикально? Что им мешает? Или кто? Причину изменений не нашли, зато способом физического воздействия удалось без всяких затей опустить заслонки на положенные им места.

Ох, какое получилось завораживающее зрелище! Дымный столб заметался как живой, стал извиваться словно змея и чуть ли не сворачиваться кольцами. Потом метнулся своим концом, упавшим с неба, то в одну сторону, то в другую и медленно, очень медленно, словно сомневаясь, стал нащупывать дорогу к озеру. Опять-таки медлительность эта тоже оказалась относительной. Подсчитали примерно: к озеру этот шланг подачи дельтангов доберется часа за полтора.

А встреча с Харон – уже минут через тридцать. Можно ли возвращаться или желательно еще чем-то загрузиться? Конечно, желательно! А где? Да в ближайшем здании! Да на самом удобном и загадочном верхнем этаже. Ведь небольшие посадочные выступы, напоминающие балконы, имелись почти везде возле окон.

Заскочили на самый верхний этаж какого-то дворца. Иначе он и не классифицировался. Правда, пришлось тут же устанавливать целых три проектора, дабы УЖи не покрошили флайер и его нового хозяина.

Помогло. Невидимые мечи с яростью принялись крошить наружную стенку и часть потолка. Тогда как Роман буквально насыпью завалил салон небольшой машинки всем, что стояло вдоль другой стены на каком-то зеркальном подиуме. Там возвышались некие подобия спортивных кубков, разве что на них не спортсмены изображались удивительной по мастерству чеканкой, а разные звери, рыбы, травы, кустарники и деревья. Вполне возможно, что это призы какого-то знаменитого охотника, которые ему вручили за особую меткость во время уничтожения местной фауны.

Разбираться некогда, пусть с этим Харон возится.

А потом на максимальной скорости – прямиком к озеру. Машинку припарковал между пирсом и первыми руинами. Лепота! Пусть перевозчица порадуется первым трофеям. Может, и чего дельного вместе с компаньоном заработает? Хотя золота у нее и так хватает. Да и не так оно в мире Харсмеллона ценится, как на той же Земле. Про длительную очистку от опасного излучения и вспоминать не стоило.

Для встречи пересаживался прямо как в поговорке «С корабля на бал!». Только успел снять с себя артефакт да выпить стакан сока, как на экране появилось изображение личной Ведущей. Та восседала за столом с улыбкой, полной оптимизма и надежды:

– Чем порадуешь, карзарин? Есть новости?

– Как не быть! – принял такой же, беззаботный тон. – Целых две. Одна приятная, вторая… не очень. С какой начать?

– Давай с той, что «не очень».

– Удалось поднять в воздух и задействовать малый флайер. Загрузил кубками какого-то охотника и пригнал к озеру. Стоит возле пирса, готовый хоть к полету, хоть к непосредственной загрузке в лодь. Решать тебе.

Перевозчица выглядела шокированной:

– Утонуть – не вынырнуть! Флайер?! И летает?! Да как ты умудрился-то?!

– Подфартило! Всего лишь… Ну а вторую новость слушаешь? – Получив на это механический кивок, продолжил: – Пойслиг второй удалось исправить. Труба стала изгибаться и сейчас ползет к озеру. Будет там минут через пятьдесят…

– Что?! – Ведущая вскочила на ноги, опрокинув стол перед собой. – Что ты сказал?!

– Да вот, удалось…

– Нет! Когда будет?!

– Ну-у, через час максимум…

– Да что же ты сразу не сказал?! – Харон метнулась к выходу, скрылась из кадра, но тут же вернулась с краткими пояснениями: – Мне ведь надо нового перевозчика найти и заключить с ним контракт! Срочно! И это… жди меня через два часа возле пирса.

Когда она пропала, Трофимыч напомнил:

– Говорил ведь, не спешите с запуском пойслига… Видишь, какая сумятица случилась…

– Ну да… Когда следующие будем ремонтировать-запускать, надо согласовывать с несравненной, – озадаченно почесал Роман затылок. – Но кто же знал, что все так легко и просто получится?..

– Встреча прошла бурно и быстро, – прокомментировала Зинаида кратковременность общения с иным миром. – И чтобы не терять время, давай сразу займемся отбором дельтангов из лоди? Кстати! Ты все время не успеваешь спросить у Харон, как на ней сказывается недостача спарок?

– Вот встретимся возле озера и спрошу.

После чего Роман на час ушел с головой в рутинную работу. Вначале ковшиком черпал глазастые трофеи, перенося их на родную Землю. Затем, после того как их разложили по цветам, отправлял обратно души людей злобных, вороватых, склонных к убийствам и насилию. Рука устала. Ковшик чуть не сломался. Но примерно пятьсот новых помощников Общество Справедливости получило.

Ну и опять новая идея родилась, после того как Ландер попросил любимую женщину помассажировать ему сорванное плечо.

– А чего ты мучаешься с этим ковшиком? – задумалась художница. – Можно ведь создать такой же дельтангосос, как в устье Стикса. Потом с его же помощью забросим ненужный хлам обратно.

– Ты моя прелесть! – обрадовался Роман. – Почему раньше не подсказала?

После этого влез в разговор Семен, пародируя голосом почтальона Печкина:

– Почему она у тебя раньше такая злая была? Да потому что велосипеда у нее не было! Честно говоря, у нее и сейчас его нет, зато она тебя вместо него использует… Ха-ха! Смотри, какая довольная!

Получил, естественно, несколько раз женским кулачком по плечам и по спине, а от друга строгий наказ:

– Раз ты такой умный, то займись срочно созданием дельтангососа. Чтобы мы завтра уже имели все средства облегчения труда.

– Че я? Не моя ведь инициатива…

– Зато ты вовремя отвлек внимание на себя. Вот и действуй! Да и никто лучше тебя с этим не справится.

И опять время поджимало. Отдохнуть карзарин не успел, как вновь цепь на морду, щепку в руку и на новую встречу с Ведущей. Теперь уже возле озера.

А там сразу бросились в глаза существенные изменения. Возле пирса номер три стояла иная лодь, и в нее из нависшей сверху трубы пойслига сыпались дельтанги. Пока никого еще не было, а потому Роман сразу продвинулся к новому речному транспорту и стал щепкой набирать двуглазов с зеленоватым оттенком. Ему и компании не так хотелось набрать новых коллег, как выяснить, откуда они прибыли. То есть где конкретно на Земле они умерли?

На это ушло совсем мало времени. Уже минут через десять наставники пообщались с новой группой и выяснили. Все новички с Западной Европы и с Африки. Ну и радовало, что теперь ОС значительно расширили географию своих интересов. Как говорится, нашего полку прибыло!

Харон появилась минут на пять раньше назначенного ею времени, ворча недовольно под нос:

– График я им нарушаю!.. Утонуть и не вынырнуть! Разленились совсем!

После чего словно язык проглотила, уставившись на флайер, перегруженный золотыми изделиями в виде охотничьих кубков. Тогда как Ландер перехватил щепку от ее легендарного весла и метнулся поближе.

– Ну как тебе машинка?! – хвастливо воскликнул он. Но на его голос несравненная даже не повернулась. Тогда он крикнул громче: – Эй! Уважаемая! Зачем так расстраиваться из-за какого-то графика и кучки лентяев?

Пигмеи, чуть сместившись в сторону, там и топтались. Но поглядывали больше не на диковинный летающий транспорт, загруженный золотом, а на свою кормилицу и богиню. Видно было, что она своим ступором сильно озадачила помощников.

Вполне логично было поинтересоваться у своей Ведущей:

– Неужели такая редкостная машинка? Или на Харсмеллоне не делают подобных?

Прежде чем ответить, Харон судорожно вздохнула, а потом медленно и шумно выдохнула. Спрашивала она себя, скорей всего, мысленно, но получилось вслух:

– Или это я раньше всю жизнь была такая дура невезучая?.. Или этот сумасшедший землянин такой везунчик?

Везунчик тут же не замедлил отозваться:

– Самокритика помогает правильно оценивать любые жизненные обстоятельства! Но излишне грубо к себе тоже не стоит относиться…

Дама покрутила головой в разные стороны, но так и не отыскала точку, с которой раздавался голос карзарина. После чего вновь уставилась на трофеи:

– Ты это… не дерзи старшим… Но я все же признаюсь: глазам не могу до сих пор поверить!

– Подумаешь!.. Там еще много таких машинок.

– Далась тебе эта тарантайка! – вспылила она. Затем шагнула ближе и взяла один из кубков. – …Теперь вот в руках держу и все равно не верю…

Осмотрела один, аккуратно отставила в сторону. Затем второй, третий… Заинтригованный Роман сдвинулся ближе, тоже пытаясь рассмотреть, что в трофеях такого особенного. Потом не выдержал:

– Красивые, конечно. Но не сказал бы, что редкое произведение искусства.

– М-да! Наивная простота! – воскликнула Харон, с восторгом осматривая очередной трофей. – Хоть и удачливый тип, а глу-у-у-упый… как… Даже сравнения подобрать не могу! – потом все-таки снизошла до объяснений: – Помнишь ту азуритовую шкатулку, что ты мне показывал? – дождалась короткого «Угу!» и продолжила: – Если в ней семя с каменного древа Гро, то она будет стоить… втрое меньше, чем любой из этих кубков!

Ландер совсем иными глазами посмотрел на кубки и протянул:

– Обен де роуд!.. Это мы удачно загрузились! – потом припомнил и добавил: – А ведь только треть забрал, если не меньше.

Харон после это расставила свои ручищи в стороны и воскликнула:

– Появись! Дай я тебя обниму!.. Зараза…

Глава 35

Организация прежде всего!

На предложение обняться Ландер ответил с опаской:

– Я бы с радостью, но увы! Хлипкий от природы, голодал… Да и вообще, моя любимая сразу приревнует, и тогда точно не выживу. Ты лучше, уважаемая, решай, что с трофеями делать станем? Грузишь в лодь? Или пойду за тобой своим ходом?

Перевозчица двинулась в обход флайера. Толкала его, покачивала, пробовала за краешек приподнять. Потом открыла моторный отсек, откуда извлекла кусок короткого троса и заявила:

– Пристегнем как можно короче, и будешь сзади придерживать лодь в натяжку. Когда-то таким образом один перевозчик десяток разных машин приволок из Мертвого города. При этом программировал их автопилот на определенные действия и был счастлив. А на этой малютке автопилот упрощенной модели, перенастроить его нельзя.

– И тот перевозчик тоже грузил машины трофеями?

– Нет. Потому что есть опасность отказа двигателей. Все-таки им сотни тысяч лет, и они нуждаются в профилактическом осмотре перед первым полетом. Флайер может упасть в воду и утонуть.

– Тогда и лодь за собой утянет, – вслух заметил очевидное землянин. А мысленно пожаловался Трофимычу: «Могли и грохнуться с высоты! Нам-то что, а вот кубки сразу бы потеряли товарную стоимость!»

– Тут специальная сцепка, сразу последует сброс, – объясняла все еще восторженная Ведущая. – А вот кубки, коими рисковать преступно, придется перегружать.

– Что в них хоть такого невероятного?

– О-о! Там споры и клетки разных растений и разных животных. Используются они для засева флорой и фауной планет совершенно не жилых, пустынных. Встречаются в космосе и такие, хотя на них полно морей и океанов, но ни единой зеленой травинки не сыщешь. Эй! Ребятки! – это она уже крикнула пигмеям. – Грузите все золото на дно! Только осторожно! Не касаясь крышек и не оставляя ни единой царапины!

Те сложили свои багры в сторонки и забегали с неутомимостью муравьев. Глядя на них со стороны и любуясь слаженной работой, компаньоны продолжили переговариваться:

– Уважаемая! Все хочу спросить: тебя не ругают за недостачу дельтангов?

– Мне идет оплата за ходки, – не скрывала Харон. – При этом я могу брать для себя несколько десятков спарок. Ну и зачищать город – это мое святое, неоспоримое право.

– А что получилось с наймом нового перевозчика на новую лодь?

– Лодь легендарная. Инструмент тоже. Да и с новеньким я успела поговорить. Должен успеть подобрать себе помощников и прибудет вовремя.

– Тогда я могу заняться ремонтом и остальных пойслигов?

– Неужели это так просто?!

– Проще не бывает, – не стал врать землянин.

Опять Ведущая стала крутить головой, ища источник звука и пытаясь рассмотреть карзарина в пространстве:

– Да ты огонь! Точнее, магма! Если вообще не плазма горящей звезды! – не пожалела восторженных междометий. – Так быстро действуешь, что вокруг тебя и сотня Ведущих озолотилась бы!

– Разве это плохо?

– Это невероятно! Так что ты меня хоть останавливай, когда я начну падать на колени, молиться на тебя и лобызать твои ноги! – она вроде как ёрничала, но Роман поддержал тон:

– Может, и остановлю… иногда!

– В любом случае, уже сегодня подыщу кандидатов и заготовлю контракты сразу для десяти перевозчиков.

– Мм? – Ландер в недоумении глянул на пирсы и на вторую лодь, посчитал и фыркнул: – Зачем так много?

– Во время прошлого разговора я не до конца все рассказала, – последовало признание. – Я тогда просто не поверила, что такое возможно, и принимала наш разговор за шутку. Так вот… Если работают все шесть труб, то они начинают подавать двуглазов в две смены. Ну и каждая лодь начинает делать по две ходки в сутки. Иначе говоря, здесь у пирсов возникает непрерывный работающий конвейер. Заполнение шесть часов – отправка на сплав. За подобный, максимальный поток дельтангов мир сразу принимают в состав содружества миров, под протекторатом Харсмеллона. После чего открываются три представительства на планете, в местах, где укажет первый инициированный карзарин.

– У-у-у-у… – только и смог протянуть Ландер. – Три? Представительства?.. И все будут работать только на русском языке?..

– Да. Ты ведь указал это условие в договоре. Правда, и надзирающая длань тогда возникнет над планетой. Потому что так прописано в законах Харсмеллона.

– Как это? Нам навяжут ваш жесткий матриархат?

– Нет. По этим аспектам – полное невмешательство. Хоть рабовладельческий строй для себя организовывайте. Правда, тогда будет перекрыт поток вашим эмигрантам и туристам… А надзор будет проводиться в плане вашей же безопасности. Чтобы случайно чего химического в атмосферу не выпустили, какую смертельную бациллу себе же не привили или ядерным взрывом планету не раскололи.

– О-о-о! Сказка станет былью! – порадовался Роман не только от себя и друзей, но и от имени всего ОС. – С таким надзором и воевать никто не станет!

– Не спеши радоваться. В локальные внутренние конфликты харсмеллонцы никогда не встревают. Так что все остальное сами, сами, сами!

Ну, сами, так сами.

Хотя сразу и не поймешь, хорошо это или плохо? Конец всем войнам – вроде как благо, еще и какое! С другой стороны, землян тоже моментально не перевоспитаешь. Годы пройдут и десятилетия, пока новые поколения не станут жить в тотальной справедливости. А вот стараться приблизить этот час как раз в планах ОС.

Советчики напомнили, что надо решить еще одну проблему. Вот о ней и заговорил карзарин:

– Как мне с другой бедой разбираться? – начал он, наблюдая за лицом Харон. – Имеются в виду угрозы, которыми плевался шаман Айто. Он мне как минимум голову обещал открутить за то, что я не выбрал в Ведущие его… хм, жену.

– Забудь! Хе-хе! – хохотнула перевозчица. – Айто – мой лучший друг и разыграл все эти сцены злости и бешенства по моей просьбе. Мне казалось, что так будет лучше.

– Ничего себе! А если бы испугался и поддался шантажу? Или я польстился бы на девяносто процентов прибыли для себя?

Несравненная дама пожала плечами:

– Значит, не судьба! И мы с тобой не сработались бы. Не люблю, когда мужчина выглядит хлюпиком или размазней. И пусть бы я плакала потом о таком… – она широким жестом указала на флайер и на новую лодь, – …контракте, но все равно не жалела бы.

На эти признания Роман тоже пожал непроизвольно плечами. У него и тогда не было сомнений, как себя вести, да и все соратники его в этом поддерживали. Но в любом случае было приятно, что некий тест на прочность характера он прошел на «ятъ».

Эти мысли проскользнули на периферии сознания. Следовало без остановок вести беседу, задавая самые важные вопросы:

– Тут у нас сомнения возникли по поводу управления в вашей цивилизации. Вроде как есть избираемое правительство, правильно? Но куда тогда делись те великие маги, которые основали Харсмеллон? Почему они устранились от управления вашим миром?

– Ничего подобного, и никуда они не устранились, – охотно рассказывала перевозчица. – Конечно, те, самые первые, давно умерли. Даже такие личности смертны и в определенный момент даже перестают становиться дельтангами. Их места в Высшем Совете уже давно заняли другие личности. Только вот они действуют там инкогнито, не афишируя своих имен. И только члены правительства их знают, держа свои знания в секрете от всех. Да и вообще, про Высший Совет знают многие, но говорить о нем всуе не принято. Его словно нет и никогда не было.

– Ага, теперь понятно. Но вот у тебя, к примеру, есть шанс когда-то усилиться магически и войти в состав Высшего Совета?

– Для этого я слишком стара! Так что не смеши меня.

– А если чисто гипотетически? – настаивал землянин по настоянию своих консультантов. – Да учитывая, как мы здесь вскоре развернемся?

– Ну-у-у! – задумалась с улыбкой Харон. – Если учитывая… Да гипотетически… Да если еще другие нереальные мечты исполнятся… То почему бы и нет?

– Здорово! Буду за тебя болеть и держать кулаки!

Дальше общение перешло на более приземленные вещи и проблемы. В частности, интерес совпал при обсуждении темы «Третий выхлоп». Как раз на встрече, так быстро закрывшейся, Ведущая и собиралась дать по этой теме дельные советы. Да и аналитики многое накопали, просматривая информаторий по всем полезным каналам. Только и следовало уточнить массу разных деталей и дополнений.

Вот эти уточнения земляне и получили.

Все непосредственные участники выхлопа получали массу новых возможностей и умений. Но, конечно, больше всех и качественней преобразовывались дельтанги. Точнее, могли преобразоваться. Потому что по собственной воле могли создавать новое тело с желаемыми параметрами. Вплоть до изменения пола. Зато не моложе двадцати лет. При этом они не теряли ментальный контроль с прежним телом, которое раньше держали под воздействием. То есть постоянная связь и надзор за действиями подопечного позволяли держать преступную личность под жестким контролем. И до тех пор, пока преступник окончательно не исправится.

В крайнем случае, некоторые особо кровавые маньяки оставались на «поводке» до конца своей жизни. И только став дельтангом, продавались для нужд разных корпораций, работающих на космическом фронтире. У тех и маньяки работали, принося пользу всей цивилизации.

Зато еще бо́льшие льготы и умения получал после третьего выхлопа сам карзарин первой инициации. С той поры именно он решал, когда и кому проводить первый выхлоп. Также его слово было решающим по итогам второго и третьего выхлопов. Его организм ко всему перестраивался и модернизировался, получая добавочные навыки магии. Помимо этого у него появлялись возможности интенсивного обучения любого человека к восприятию и удержанию дельтангов. Правда, лимит на планету (спутник, станцию) оставался прежним: не более ста особей.

Ну и чтобы третий выхлоп случился, через руки карзарина должно было пройти не менее трех тысяч дельтангов категории «цельный». Далее он устраивал несколько сложный обряд с наличием множества разных дельтангов. Именно разных – по цветам и оттенкам. И чем больше будет этих самых оттенков, тем могущественней становится карзарин. При этом добавлялась фраза кого-то из основателей Харсмеллона:

«Нет предела совершенству».

Земляне и не пытались оспорить авторство этой фразы. Но диспут по теме «апгрейда» отложили на потом. Зато порадовались, что сам обряд со всеми подробными описаниями любого действа отыскался в информационной вселенной довольно легко. И было сразу подмечено, что уж всяко-разно через руки Ландера прошло более трех тысяч «цельных». То есть получалось, что он уже может производить третий выхлоп. Только и стоило для этого собрать весь существующий диапазон цветовой палитры дельтангов.

А можно ли так делать? Не рухнет ли небо на шустрого экспериментатора? Вот именно этот вопрос, да в особо мягкой форме, и задал Роман, словно невзначай. Почему-то ему не хотелось признаваться, что он натаскал столько спарок из лоди своей компаньонки. Да потом еще и успел их вернуть уже «цельными» на их прежние места.

Так и сказал, подпустив в голос вздох сожаления:

– Жаль, конечно, что нельзя сделать наоборот: вначале третий выхлоп, а потом второй!

– П-ха! Утонуть не вынырнуть! Ну, у тебя и желания, счастливчик! – весело возмущалась Харон. – Ну не бывает так, чтобы полдень наступил раньше, чем утро. И никогда еще в истории не было.

– Ладно, не было, так не было! – легко согласился он, тут же меняя тему разговора: – А ты принесла инструкции по использованию найденного в подвале оружия? И сразу в переводе?

Подобное было обещано еще во время предыдущей встречи.

– Да. Хорошо, что в спешке и возней с новым договором не выложила. Куда положить? – Она достала из своей поясной сумки что-то, затянутое в прозрачную пленку.

– Прямо на тот красный камень и клади, – разрешил Роман, после чего вплотную приблизился к стопочке небольших книжиц, стараясь находиться точкой обзора в профиль, и быстро выдернул подарок.

Беседа еще не закончилась, но чего время терять, если есть помощники? Пусть хотя бы в общих чертах поймут, что они нашли и стоит ли рисковать, суясь за оружием в особое поле.

О риске, весьма повышенном, напомнила и сама Харон:

– Не совался бы ты в то хранилище. В подобные места даже такой шаман, как Айто, не сунется без поддержки десятка коллег.

– Мне и некогда туда соваться, – пожаловался Ландер. – Пока… Вначале надо все пойслиги запустить. Потом самые ценные трофеи по городу вычистить. А там, глядишь, и такое количество айдов накопится, что мы любой космический крейсер купим, не становясь банкротами.

– В самом деле! – оживилась Ведущая. – Еще один такой флайер пригонишь с таким же грузом, считай, что боевой корвет у тебя в кармане. А там столько оружия, что хватит десяток таких планет, как Земля, завоевать. Разве что… с доставкой проблема. Говорила ведь, что ни через информаторий, ни через порталы к Мертвому городу, ни по Стиксу против течения ничего больше, кроме нашего инструмента вкупе с пигмеем, к вам не перебросишь.

Захотелось тут же уточнить: как именно посылала Харон убийц с баграми, чтобы уничтожить самого Ландера. Но не успел. Возле второго пирса появился здоровенный мужик, а возле него четыре спортивного вида мальчика. Лет по двенадцать каждому. Все они вытянули руки, и тут же в них легли легендарные инструменты. Кому весло, кому платиновый багор.

Не успели они и руки опустить, как Роман уже принялся выказывать свое недовольство:

– Слушай, уважаемая! А чего этот здоровяк на такую тяжкую работу детей подрядил? У него что, совсем совести нет?

– Не переживай, уладим, – тут же последовало твердое обещание. – Я в суматохе этот момент упустила, да и не успели бы мы для него пигмеев вызвать. Да и тебе придется постараться вновь дать объявление. Причем сразу пусть готовят четверки помощников еще на десять экипажей.

Хорошо быть карзарином, облепленным кучей дельтангов. Не успел подумать, как те уже самостоятельно обсудили этот вопрос и скинули его на плечи Эллы Витальевны. Может, Яровая и возмутилась бы, задействовав все рычаги феминизма и эмансипации, но сама прекрасно понимала: встреча оканчивается, все интересное кончилось. Ну а сплав по Стиксу? Да еще сразу двух лодей?.. Можно потом и видеозаписи посмотреть.

Тем более что сам Никита Шенгаут попросил свою наследницу и тайную возлюбленную:

– Эллочка, только место для встречи пигмеям назначай как можно дальше от города. Их потом специальный автобус заберет и к дому Зинаиды доставит.

А возле озера после парочки пышных приветствий и напутствий началась работа, предваряющая сплав. Имея такое право, Харон поменяла команды, сделав их смешанными. Ну и флайер тросом прицепили к корме новой лоди. Дав команду компаньону придерживать в сложных местах именно транспорт новичка. Уменьшила риск столкновения со скалами, так сказать.

Конечно, новичок на все это смотрел выпуклыми глазами. Особенно на то, как машинка, управляемая невидимым пилотом, зависла за кормой его лодки, а потом уверенно двинулась следом. Ну а то, что и с новой лоди карзарин отколол приличную по размерам щепу, так это не считается… раз никто этого не заметил.

Сплав прошел успешно. Ну и на встречающего гнома было смотреть очень и очень интересно. Лысый коротышка радовался удаче своей здоровенной подруги как сумасшедший. Он и плясал, и пел, и прыгал от счастья выше своего роста так, что даже два раза свалился с пирса в воду. Причем оба раза его оттуда доставала своим веслом хохочущая Харон.

Хорошие разумные все-таки обитают на Харсмеллоне! Умеют радоваться, а если и завидуют, то по-хорошему, со слезами радости на глазах.

Ну и новичок, когда рассмотрел кубки и услышал, что в них, выглядел настолько услажденным морально со своей отвисшей челюстью и закатившимися глазами, что впору было удивляться, почему он в воду не упал.

Одни только юноши выглядели жутко расстроенными, хотя глаза все равно блестели от восторга. Потому что узнали: для них готовится замена. В крайнем случае, еще только раз поучаствуют в сплаве по Стиксу, а потом получат расчет. Причем хороший расчет, с огромными неустойками в их пользу. Как стало известно в дальнейшем, им выплатили двухгодовой заработок, еще и золотишком задобрили в нагрузку. Да и несколько вещичек артефактного уровня подкинули. Так что ребята довольно быстро стали знаменитыми. И никто не сомневался, что они истинные герои!

Глава 36

Третий выхлоп

Вернувшись в штаб-квартиру и наскоро перекусив, Ландер с ходу влился в ведущийся диспут. Соль его заключалась в одном: как немедленно устроить третий выхлоп, не дожидаясь второго?

И все предпосылки были к тому, что все у общества получится. Правила обряда, расписанного поминутно, имелись. Карзарин, через руки которого прошли три тысячи «цельных», – в наличии. Ну а собрать всю гамму, всю существующую палитру дельтангов тоже несложно. Только и надо что не спать да пошустрей шевелиться все тому же карзарину.

Ночной перерыв для Земли? Ерунда! Есть возможности побывать в иных мирах и уже там экспроприировать недостающих двуглазов. Ибо эксперименты с уже имеющимися мертвыми душами иных миров показали, что гости вполне выживают, если им создать комфортные условия. А именно: возложить рядом щепки с их миров, или монеты, или даже простые камни.

Да и много ли надо тех дельтангов? По условиям обряда всего лишь по пятьдесят особей каждого оттенка. Два… ну ладно, ладно! Чего это так мистер Рубка раскричался?.. Пусть будет пять… Виноваты, признаем! Десять часов усиленной работы – и вуаля! Можно проводить обряд!

Причем необходимость его в ближайшие часы никем не оспаривалась. Потому что срочно следовало всем «цельным» стать невидимыми. А всем обычным – превратиться в «цельных». А потом тоже в невидимых. Да и попадающих в общем вале «негативных» двуглазов следовало обесцветить, тем самым поднимая их цену в сотни раз. Компаньонам нужны деньги, так что пусть зарабатывают! И все это будет в воле и желании карзарина, шагнувшего с первой сразу на третью ступеньку своего развития.

Подобные возможности упускать нельзя. И жалеть тут некого. Из-за лени одного могут пострадать все! Так и было заявлено, стоило только заикнуться Роману на тему «А спать-то когда?!».

Понятно, что любимая и любящая женщина оказалась почти единственной, кто пожалел своего мужчину. Даже небольшой скандал устроила, возмущаясь:

– Кому легче будет, если Рома в самый ответственный момент грохнется в обморок от бессилия?

Пришлось уже после этого самому Ландеру успокаивать свою супругу и хвастаться, что он еще о-го-го! Особенно после небольшого омоложения чувствует себя, словно ему двадцать пять лет. Еще и напоминал при этом:

– Помнишь, как мы в том возрасте в загул уходили и могли по трое суток не спать? Вообще! И работать успевали… Так вот сейчас я такой же. А что ворчу, так это скорее просто от банального желания к тебе почаще прижаться… Или просто лишний раз прикосновение твоей ладошки у себя на щеке ощутить…

Короче, уговорил главу местного профсоюза, та внеурочную переработку разрешила.

И начались мытарства скачков и просмотра за чужими мирами. Вначале надо отыскать лодку, стоящую под загрузкой возле пирса. Сразу от него отколоть щепку на всякий случай. Затем нагрести ковшиком ванну (а потом и две по странным требованиям Зинаиды) тамошних дельтангов. Потом и в тамошний город наведаться, чтобы наскрести достойные трофеи для поддержки хорошего здоровья у гостей. Ну и напоследок отправить обратно в лодь тех двуглазов, кои были набраны сверх лимита для своего оттенка.

Что интересно, чем дальше в лес, тем больше дров получалось. Потому что уже с третьей ходки ванны требовалось три, а отправлялось «по домам» совсем ничего.

Работая на износ, Роман попытался образумить свою пассию во время краткого нахождения той рядом:

– Стрелочка, ты что творишь? Зачем тебе столько гостевых дельтангов?

– Ну как тебе сказать, дорогой… Просто поверь мне, как художнику. Я сама себе еще поверить не могу, но мне кажется, что стала различать более двух тысяч оттенков…

– Да ладно! – не поверил он.

– Ничего, вот выложу всю палитру во время обряда, тогда и удостоверишься. Мало того, как мне кажется, в каждом из миров свои оттенки. И они ни разу не совпадают между собой!

– Ну этого точно быть не может!

– Ничего, ничего! – пылала Зинаида оптимизмом и верой в себя. – Сказано ведь в условиях обряда: чем разнообразнее гамма, тем убойнее результаты выхлопа. Так что, дорогой мой, работай! Для собственного блага стараешься!

– Нет, ну если так…

Ландер отпустил руку женщины, уже советуясь с Трофимычем, через которого шла связь со всеми остальными дельтангами научной группы:

– Ну а ваши художники что говорят? Тоже ведь есть несколько талантливых и весьма известных грандов?

– Есть, не без того… И даже некоторую часть оттенков, вернее разницу между ними, они тоже видят. Но именно что часть, и небольшую. Но почему-то никто спорить с твоей Стрелочкой не стал. А тем, кто вообще ничего не увидел и что-то вякнул возмущенное, Зиночка грубо пригрозила: «Удавлю! Или сделаю одноглазиками! Ничего не понимаете? Вот и не лезьте не в свое дело!» После этого все только сопят, но работают…

– А во что сопят-то? – хохотнул мысленно карзарин. – Носов-то у вас нет! Ха-ха!..

– Тем не менее… Сопят-с!

Естественно, угроз женщины никто не боялся. Раз уж стало известно, что жизнь кончается не во время первой смерти, а даже не во время третьей, то чего опасаться сказанных сгоряча слов? Но там больше шло давление авторитетом. На запястьях рук Зинаиды собрались такие уважаемые личности из среды ученых да известные гранды живописи, что соваться к ним с советами или с нравоучениями было заведомой глупостью. Действуя вместе с художницей одной командой, они считались вне всякой конкуренции. Стоило вообще поражаться смелости каких-то дельтангов, мечтающих как можно быстрей приблизить момент третьего выхлопа. Только эта мечта их и оправдывала.

Вот им и досталось. Поделом. Или там только на одного прикрикнули?

А может, и зря прикрикнули?

Потому что подготовка к обряду завершилась лишь к окончанию вторых суток! И уж к тому моменту Ландер оказался вымотан преизрядно. Так что вопрос встал ребром: либо выспаться, либо рисковать нарушением хода важного мероприятия, виной чему станет усталость и невнимательность?

Вроде все дружно соглашались с идеей дать карзарину два часа на сон. Но… увы и ах! Обстановка в мире резко накалилась, и следовало срочно предпринимать адекватные меры воздействия. Не брезгуя при этом и применением оружия времен божественной эпохи.

Причина одна: над Землей нависла угроза ядерной войны.

Потому что заокеанские теневые владыки мира не поверили своим коллегам из России насчет панацеи оздоровления. Хотя те не раз и не два с ними проводили сеансы двусторонней видеосвязи и хвастались своим поправившимся здоровьем. Видимо, пошла утечка информации по таким каналам, которые не было возможности отследить за такой короткий отрезок времени. Да и попавшаяся во время первого выхлопа Цветанка могла изрядно наследить по пути в Болгарию, меняя тела, словно маршрутки в людном городе. Кто-то из них забыл о своем подчинении неведомой сути, кто-то умер, будучи казнен вырвавшейся на волю душой обиженной женщины, но все равно остались те, кто вспомнил о своем пленении. Да изрядно перепугался пережитого ощущения. Вот и могла распространиться ненужная информация.

И если она дошла до сознания владык мирового капитала…

Если они осознали всю грозящую им опасность…

Пресса-то помалкивала. А вот правители нескольких государств буквально на пену исходили, требуя всего и сразу. Хотели допуска ко всем объектам, огульно обвиняя Россию в подготовке химических атак. Хотели возвращения своих граждан, сидящих пока в тюрьмах под строгим надзором. Желали плотного общения тет-а-тет с некоторыми лидерами либерального движения. Причем требовали немедленного выезда этих лидеров за рубеж. Хотя те принародно отказывались от такой чести и от такого общения. Попутно признаваясь и раскаиваясь, что действовали во вред своему государству и за деньги все тех же правителей из стран, спешно готовящихся к войне.

Иначе говоря, Содом и Гоморра. И умение теневых правителей мира извратить общественное мнение, поставив себе на службу ложь и наглый вымысел, играло в этом не последнюю скрипку.

Вот и пришлось действовать, невзирая на усталость.

Тем более что Шенгаут заверил своего носителя:

– Тебе вообще бояться нечего! Мы тебя и разбудим, и взбодрим, и подскажем, где нельзя ошибаться. В крайнем случае, хоть сейчас начнем омоложение, лет этак на пять. Хочешь?

Роман хотел, но опасался бытовой банальности: вдруг его паспорт станет недействителен? И станут обвинять его при опознании, что это сын, выкравший документ своего отца.

Пока сомневались да собирались, в самом большом помещении полигона завершилась подготовка к обряду. И когда Ландер вошел туда, то непроизвольно ахнул. Ему не сообщали, чего там и сколько. А там было на что глянуть: радужный круг, палитра которого два раза становилась мрачно черной или белоснежно белой. Да, в иных мирах и такого оттенка дельтанги отыскались.

Потом он все-таки поинтересовался, цепляясь за ремни телескопически выдвигающейся стрелы:

– Зин, а сколько здесь всего оттенков?

Супруга его поразила до онемения:

– Три тысячи восемьсот два! – и потом уже спокойно объясняла онемевшему мужчине, что только хотела: – Понимаешь, даже если я и не права, а оттенки совершенно одинаковы, то ничего страшного. Ведь в условиях обряда нигде не сказано, что спарок должно быть именно пятьдесят. Говорится: «…не меньше!». Что и требуется доказать. Но я уверена на все сто, что гамма меняется с каждым сектором…

Зато вмешался со своими сомнениями Жора Шалавин:

– Не повредит ли обряду тот факт, что в общем кругу находятся умершие недавно преступники, маньяки и прочие убийцы?

– Ни капельки! Об этом не раз упоминается в разъяснениях. Скорей наоборот: чем полярнее эмоции, тем бо́льшую силу получит проводящий обряд карзарин. Так что давай, дорогой, начинай с богом!

И она порывисто чмокнула возлюбленного в губы, словно благословляя. Его тут же подняла стрела, перенося в самый центр круга.

А там и обряд начался…

Эпилог

Молодой мужчина лет тридцати на вид закончил восхождение на вершину шеститысячника и замер. Он пытался шумно отдышаться, пока даже не глядя на открывшиеся вокруг красоты. Затем сбросил небольшой рюкзак на снег и с блаженным стоном уселся на него. И только после этого стал любоваться великолепными пейзажами. С одной стороны заснеженные вершины, а с другой – равнины, уходящие вниз уступами.

Вглядываясь в зеленую полоску леса на горизонте, мужчина восторженно прошептал:

– Какая прекрасная планета! Особенно с такой высоты… Мм!..

И тут же вздрогнул, уронив черные очки в снег. Потому что почти у самого уха раздался звонкий голос:

– Дорогой прадедушка! Не скучаешь ли ты без меня?

Моложавый на вид старец резко развернулся, угрожающе сдвигая брови и придавая голосу низкие обертоны:

– Не скучаю! А уже сильно злюсь! Ты почему здесь?

Девчушка лет тринадцати на вид нисколько не испугалась. Наоборот, звонко рассмеялась и уселась бесцеремонно деду на колени. Да еще и сама набросилась с обвинениями:

– Любимый дедушка Демид! Ты, наверное, от старости забыл законы Харсмеллона? Так я тебе напомню: каждый человек, достигший двенадцати лет, имеет право на самостоятельные путешествия. А мне, к твоему сведению, уже полчаса как исполнилось двенадцать! Тоже забыл?

– Ну как можно, прелесть ты наша! – Он вроде и смущался, но успел тщательно осмотреть правнучку и мысленно порадоваться: «И оделась соответствующе! И даже кислородную маску не забыла… Хм! Молодчинка какая!» А вслух продолжил оправдываться: – Но мы ведь все семейство на твой день рождения собираем только через два дня…

– Ага! И ты поэтому сбежал от меня на эти два дня, что боишься моих вопросов? Хочешь их перенаправить на свою жену?

– Почему бы и нет? Она на две недели меня старше, значит, самая старшая в роду из тех, кто на этой планете. Ей и отвечать…

– Не-е-е-ет! – затянула капризно девчушка. – Я за два дня умру от любопытства. Так что не нарушай закон и начинай рассказывать!

– Прямо здесь?! – возмутился прадед. И попытался заговорить зубы правнучке, опять перейдя на строгий тон: – И как ты сюда попала? Я ведь проверил каждую деталь одежды и экипировки. Нет там твоего маячка с привязкой, нет!

– Ты так думаешь? – самодовольная мордашка так и лучилась торжеством. – Значит, плохой из тебя исследователь! А это что? – она потянула из-под ног у себя вверх лямку рюкзака, указывая на вполне обычную защелку из пластика. – Мне не составило особого труда твою пряжку отпороть, а мою пришить. Вот так! От меня никто еще не сбегал!

– Да уж, – с горделивой улыбкой признал Демид правоту своей внучки. – Такой егозы и такой проныры у нас в роду еще не было!

– Правда? – раскраснелась малышка от сомнительной похвалы. – Значит, твои прабабушка с прадедушкой мною гордились бы?

– Хм!.. Хе-хе! – мужчина сделал вид, что закашлялся. – Чего уж там, конечно, гордились бы… Если бы оказались рядом и с тобой познакомились. Разве можно не любить такой цветочек, как ты?..

И он с восторгом прижал девочку к себе, целуя в румяную щечку. Бормоча при этом еле слышно и с явной ностальгией:

– Жаль, что они вдвоем страшно заняты в работе Высшего Совета…

Внучка воспользовалась моментом, переходя к требованиям:

– Давай, рассказывай! Но сразу разъясни: кто сумел сделать твоего прадеда самым знаменитым карзарином и самым сильным магом? А то мне уже лет десять твердят, что я еще маленькая для таких знаний!

– Согласен. Выросла. Да и закон на твоей стороне, – скрывая улыбку, пустился в рассуждения прадед. – А кто сделал моего прадеда знаменитым? Так он сам и сделал. Хотя многие утверждают, что там свою волшебную ручку приложила моя прабабушка Зинаида. Мол, это лишь благодаря ее гениальному дару живописца и умению видеть в разных цветовых спектрах она сумела подобрать невероятное количество оттенков во время обряда третьего выхлопа. Да и собрала в круг представителей из многих миров. Такого ни до того, ни после ни разу не случалось.

– Ой, как интересно! – восторгалась Олечка, согревая ладошкой свой побледневший на морозе нос. Потом все-таки включила на шапочке режим климат-контроля, проверила отсутствие пара изо рта и потребовала вновь: – А как твой прадед Роман познакомился с бабушкой Зиной? Давай, давай, со всеми подробностями и с самого начала!

– Ничего себе заявки! Да ты хоть знаешь, сколько часов на это уйдет?

– Ничего! Ты только начни. А потом через час мы вернемся в дом, сядем возле камина, и ты продолжишь. Давай, не молчи и не тяни время, все равно ты мне обязан рассказать. И я хочу все именно от тебя услышать… Ты ведь у меня самый любимый дедуля…

И малышка доверчиво прильнула к вздыхающему родственнику. Тот еще раз вздохнул и начал:

– Ладно, слушай, егоза. Куда от тебя деться, если и тут нашла?.. А все началось в Германии, на Земле, в далеком, далеком году…

Content

Юрий Иванович
Разъяренная Харон

Пролог

Глава 1 Всесильные лицемеры

Глава 2 Первый контакт

Глава 3 Семья – ячейка общества

Глава 4 Адаптация

Глава 5 Чреватая мягкотелость

Глава 6 Дела давно минувших дней

Глава 7 Дезинформация

Глава 8 Наладка связи

Глава 9 Выгодный обмен

Глава 10 Целители современности

Глава 11 Бытовая текучка

Глава 12 Коварный гипноз

Глава 13 Шпионские страсти

Глава 14 Информационная бомба

Глава 15 Тотальная подслушка

Глава 16 Последние деньки

Глава 17 Неожиданный отказ

Глава 18 Пауки зашевелились

Глава 19 Быть? Или не быть?

Глава 20 Первые неприятности

Глава 21 Первый выхлоп

Глава 22 Война по всем фронтам

Глава 23 Кого же выбрать?

Глава 24 Выбор усложняется

Глава 25 Не делай худа и не познаешь зла

Глава 26 Трофеи разные бывают

Глава 27 Поход за трофеями

Глава 28 Ушлый варвар

Глава 29 Деловые предложения

Глава 30 Хорошо быть компаньоном!

Глава 31 Пуганых – море, а непуганых – тьма

Глава 32 Торжествующая Харон

Глава 33 Для кого и санкции – благо!

Глава 34 Ремонтная бригада

Глава 35 Организация прежде всего!

Глава 36 Третий выхлоп

Эпилог