Жанна Макгрегор

Невезучая

Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга»

2017

MacGregor J.

The Bad Luck Bride

Публикуется при содействии «St. Martin Press»

© JLWR, LLC, 2016

© Jon Paul, обложка, 2017

© Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2018

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2018

Никакая часть данного издания не может быть скопирована или воспроизведена в любой форме без письменного разрешения издательства

Глава первая

Январь 1811 года

Дорчестер

Холодный ветер острым ножом пронзал каждый сантиметр тела Александра, заставляя его терять остатки самообладания. Маркиз Пембрук много лет пытался овладеть искусством терпения, но сегодня понял, что все его усилия пошли прахом.

Ему следовало познавать всевозможные способы мщения, а не учиться умению сдерживать себя. Никогда больше он не доверится другу, если тот на самом деле предатель. Лишенное всякой растительности поле, покрытое толстым слоем снега, было отличным местом для дуэли. Всего в нескольких метрах от Алекса находился лорд Пол Барстоу, человек, который погубил его семью.

Гнедой жеребец Алекса подошел к белому мерину лорда Пола. Алекс хорошо видел обветренное лицо лорда Пола, второго сына герцога Саутхарта. Глядя на этого человека, он невольно вспомнил о детстве, которое они провели вместе. Тогда они были неразлучны. Они вместе встречали радости и невзгоды. Их дружба должна была окончиться с их смертью. Но она умерла в одночасье, когда Алекс обнаружил письмо сестры, в котором она объяснила причину своего самоубийства.

– Элис мертва. – Конь затопал копытами и шумно выдохнул. Алекс по привычке похлопал животное по спине. От промедления толку нет. Его глаза болели от ветра, дувшего с севера, но он не хотел отворачиваться. – Я похоронил ее два дня назад.

Лорд Пол склонил голову набок и сжал руки, затянутые в перчатки.

– Мне жаль слышать о твоей утрате.

Алекс решил, что оцепенение, которое овладело его телом, было вызвано горем и холодом. Он подавил гнев и боль, едва не лишавшие его рассудка. Даже если ему придется пролить свою кровь ради торжества справедливости, эта жертва будет того стоить, потому что она принесет покой его душе. От волнения к горлу подступил тугой комок, и он с усилием проглотил его.

Элис Обри Холлворт, его младшая сестра, была похоронена в фамильном склепе семьи Пембрук. Всего неделю назад она заливалась радостным смехом за семейным ужином и ловила восторженные взгляды собравшихся. Сразу после ужина девушка извинилась и отправилась к себе в комнату, приняв на ночь тонизирующую настойку.

Больше она не проснулась.

А теперь не осталось ничего, кроме лорда Пола. Алекс терялся в догадках, пытаясь понять, как такой беспутный человек мог разрушить молодую жизнь. В отчаянной попытке загнать боль в самый дальний уголок своей души Алекс с силой втянул ноздрями воздух.

– Она носила твоего ребенка под сердцем, – сказал он, натянув поводья.

Вдалеке на заснеженном поле возникло какое-то движение. С запада через пустошь к ним приближался мужчина на черной лошади. Нельзя было терять ни минуты. Лорд Пол должен был согласиться на дуэль до прибытия графа Сомертона. Алекс подумал, что он зря посвятил лорда Сомертона в свой план.

– Откуда ты знаешь, что это был мой ребенок? – с вызовом спросил лорд Пол.

– Она оставила записку и попросила не винить тебя. Каждый раз, когда я видел вас вместе, она была счастлива. Осенью во время пирушки, устроенной в честь охоты, и на протяжении праздников… – Эти слова и воспоминания причинили Алексу физическую боль, к горлу подступила тошнота. – Я решил, что переживать не о чем.

Алекс ожидал, что лорд Пол выразит хоть какое-то сожаление, пусть всего лишь спросив о том, страдала ли Элис. Молчание затянулось. Тяжесть двух кремневых пистолетов в его карманах была единственным утешением в этот день.

Сомертон уже успел пересечь половину поля. Из-под копыт его коня во все стороны летел снег. Тишину нарушал лишь стук копыт.

– Какое несчастье для всех, – заметил лорд Пол, покосившись на Алекса.

– Да.

Алекс наклонился вперед, почувствовав, как напряглось его тело. Он подавил желание достать из камзола один из приготовленных пистолетов. Вместо этого он почти вплотную подъехал к белому мерину лорда Пола.

– Сделай одолжение и посмотри на меня, – попросил Алекс.

Лорд Пол не шелохнулся. Острое желание услышать объяснение и увидеть раскаяние этого человека заставило Алекса продолжить:

– Как ты мог соблазнить Элис, а потом бросить ее, словно мусор на обочине дороги? Как ты мог оставить ее одну с ребенком?

– Я так понимаю, что, если я скажу, что не имею к этому никакого отношения, это ничего не изменит для нас с тобой. – Лорд Пол наконец посмотрел на Алекса. – Она преследовала меня…

– Будь ты проклят! – В голосе Алекса звучала неприкрытая ненависть. – Почему ты не остался с ней? Ты должен был поступить как джентльмен и жениться на ней.

Последние слова Алекса заставили лорда Пола побледнеть.

– Осторожнее, Пембрук. Не спеши с выводами, о которых ты, возможно, пожалеешь.

– Мы решим этот вопрос здесь и сейчас.

Не успел он договорить, как к ним подъехал граф Сомертон и резко осадил коня.

Лорд Барстоу прикрыл лицо ладонью от снежной пыли, поднятой копытами скакуна.

Сомертон направил коня вперед, разделив противников и их лошадей. Прищурившись, он сурово взглянул на Алекса:

– Пембрук, довольно!

– Какое эффектное появление, Сомертон, – с легкой издевкой в голосе заметил лорд Пол. – Приехал спасти его? Слишком поздно. Твой друг уже трясется на телеге по дороге в ад.

– Тебе лучше уйти, – выдавил из себя Сомертон. – Немедленно.

Алексу не понравилось вмешательство Сомертона. Его интересовал только лорд Пол.

– Ты заплатишь за причиненное зло сегодня же.

Он был готов предстать перед судом в палате лордов за убийство человека на дуэли.

Сомертон протянул руку, чтобы схватить коня Алекса за уздечку.

– Пембрук, – мягко начал он, словно пытаясь успокоить дикого зверя. – Алекс, ну же, старина.

Дружба Сомертона сегодня лишь мешала Алексу завершить дело. Дернув поводья, он отъехал в сторону.

– Нет. Я покончу с этим так или иначе. – Приняв решение расквитаться с лордом Полом, он повернулся к противнику: – Нам не нужны такие излишества, как доктора или секунданты.

Сомертон, подъехав к его противнику, прорычал:

– Лорд Пол, уезжайте отсюда.

Словно по команде перестал идти снег. Граф поднял руку, чтобы шлепнуть ладонью по крупу белого мерина.

– Сомертон, не вмешивайся! – резко крикнул Алекс, испугав птиц в соседней роще, которые взмыли в воздух и начали кружить над деревьями.

Не успел граф опустить руку, как белый мерин резко рванулся с места. Лорд Пол поскакал к ближайшему лесу, медленно растворяясь в сгущавшихся сумерках.

Алекс сунул руку в карман и сжал рукоятку тяжелого пистолета. Ему не давали покоя угрызения совести. Тихо выругавшись, он решил не доставать оружие.

Глубокий снег приглушал все звуки. Только седло Сомертона время от времени тихо поскрипывало. Всепоглощающее горе отравляло каждую мысль, каждый вздох Алекса.

Он так этого не оставит. Он найдет способ заставить лорда Пола заплатить за свои грехи. Воспоминания об Элис, когда-то такие чистые, теперь подернулись грязной пеленой.

Снег сменился ледяным дождем. Подняв голову и посмотрев на серое небо, Алекс почувствовал, как капли дождя обжигают кожу пронизывающим холодом. Он закрыл глаза и тихо произнес, нарушив молчание:

– Я заберу у него все. И не важно, чего мне это будет стоить. Все, что ему дорого, станет моим.

Глава вторая

Апрель 1812 года

Лондон, игорный притон «Рейнолдс»

Лорд Пол шлепал перчатками по ладони. Снова и снова. Этим он напоминал себе кота, которого на дерево загнала собака: взгромоздившись на ветку, тот нервно бьет себя по бокам хвостом, не зная, как спуститься на землю.

– Это ты выкупил мои долговые обязательства? – Лицо лорда Пола потемнело от злости.

Уголки рта Алекса дернулись в усмешке, хотя тут не было ничего смешного. Он удивленно посмотрел на лорда Пола:

– Не стоит меня благодарить.

– Только когда в аду пойдет снег или когда в феврале будет тридцать дней. Все равно, что будет первым.

Алекс проигнорировал его сарказм и вытащил из кармана пальто клочок бумаги.

– Я согласен оплатить все твои игорные долги, включая сегодняшний. Взамен ты передаешь мне в собственность свой дом в Дорчестере, Уиллоу-хаус. – Алекс понизил голос и протянул бумагу своему заклятому врагу: – А еще ты подпишешь это.

Лорд Пол выхватил бумагу из рук Алекса и даже не посмотрел на двух стряпчих, вошедших по сигналу Алекса.

Алекс почувствовал огромное облегчение. Сегодня вечером, спустя месяцы кропотливой работы над планом мести, он снова смог свободно вздохнуть. Его понятия о чести предписывали поступать именно так, а не иначе. Элис с ребенком были мертвы, и ничто не могло вернуть их, но расплата, настигшая лорда Пола, должна была стать достойным воздаянием.

Алекс старался не подавать виду, что едва сдерживается, чтобы не броситься на лорда Пола. У него чесались кулаки заехать этой свинье по лицу.

– Подпиши бумагу, и мы квиты. Кредиторы больше не будут цепляться к тебе, и ты разорвешь этот порочный круг, который сам же и создал.

Лорд Пол закончил читать документ и, вздрогнув, взглянул на Алекса:

– Ах ты, чертов подлец! Если я брошу леди Клэр, я буду не в состоянии оплатить долги. Я буду практически уничтожен.

– Она больше не твоя забота.

Если бы это было во власти Алекса, ни одна женщина никогда не была бы во власти лорда Пола. На какое-то мгновение в глазах лорда Пола мелькнула паника, и хотя он быстро взял себя в руки, Алекс понял, что этот удар был очень болезненным для него.

– Если ты уничтожишь меня, то уничтожишь и леди Клэр. Она не может позволить, чтобы еще одна помолвка была расторгнута. Она не переживет скандала. Кроме того, она от меня без ума, она не может обойтись без меня ни минуты. Я связан обязательствами перед ней.

– Что ты предлагаешь? – спросил Алекс, нависнув над игральным столом, обитым зеленым сукном. Ему стоило немалых усилий, чтобы не наброситься на негодяя, сидящего напротив него. При мысли о том, что лорд Пол разрушил жизнь еще одного невинного человека, у Алекса внутри все переворачивалось. – Осторожнее с ответом. Если бы герцог Лэнгем слышал…

– Не будь таким занудой. Конечно, мы были с ней близки, – ответил лорд Пол и ухмыльнулся. – Ты можешь заставить меня подписать эту бумажку, но что хорошего это принесет? Если понадобится, я женюсь на ней завтра по специальному разрешению.

Девчонка будет в восторге, она подумает, что это очень романтично.

– Если ты предпримешь попытку сделать нечто подобное, я узнаю об этом. Любое неосмотрительное движение с твоей стороны – и я продам тебя обратно твоим кредиторам. Я слышал, что эти ребята не церемонятся.

Алекс шлепнул себя по ладони перчаткой, словно бы издеваясь над лордом Полом, который с яростью уставился на него. Оба знали, что другого пути нет. Протянув руку, лорд Пол взял перо, обмакнул его в чернила и поставил подпись.

Алекс быстро схватил бумагу и посыпал подпись песком.

Лорд Пол придвинулся ближе к столу.

– Я не знал, что так много значу для тебя.

– Ты – нет, а вот Элис значила. – Алекс глубоко вздохнул, стараясь не волноваться и не потерять лицо. – Ты мог бы сработать тоньше. Я был готов заплатить намного больше.

Набросив на плечи черное пальто, он направился к двери, не выпуская из рук бумагу. С каждым шагом на душе становилось легче. Однако угрызения совести не давали ему покоя. Ему следовало лучше заботиться об Элис. Слишком занятый текущими делами поместья, он потерял так много возможностей проводить больше времени с сестрой. Каким она видела свое будущее? Как она собиралась выйти в свет? Теперь он уже никогда этого не узнает. К сожалению, он не понял, что ее веселость и улыбки были лишь маской, под которой скрывалась боль.

Он в последний раз посмотрел на лорда Пола. Этот ублюдок еще не знает, как несладко ему придется.

– Хорошо, что я не убил тебя тогда. Это было бы слишком легко. Ты будешь страдать так же, как страдала Элис, и я хочу увидеть твои мучения.

Он вдохнул воздух, наполненный смешанным запахом сигар, дешевого алкоголя и отчаяния лорда Пола. Это был приятный запах, который он будет помнить до конца жизни. Впервые после смерти Элис он почувствовал себя живым.

Его стряпчие описали бы ситуацию более изящным языком, но Алекс мог сделать это намного проще. Он раздавит лорда Пола. Чтобы загнать последний гвоздь в крышку его гроба, он отправится вечером на бал, где попросит руки леди Клэр.

Она будет нужна ему, когда расстроится ее помолвка с лордом Полом.

Несмотря на все свои попытки, Алекс не мог забыть об очень важном моменте: она была ему нужна так же, как и он ей, если не больше.

Но существовала одна проблема. Ему надо было убедить ее опозориться и бросить своего четвертого жениха.

***

На самом деле Алекс очень ждал бала у леди Энтони. Обычно подобные мероприятия нагоняли смертную скуку, но сегодняшний вечер должен был стать исключением. Он собирался танцевать и разговаривать с леди Клэр, девушкой, которую он убедит выйти за него. С балкона на втором этаже он внимательно изучил бальный зал. Танцующие пары остановились. Сегодня его не интересовали красивые девушки. Лишь одна была ему нужна.

Он бы узнал ее огненно-рыжую корону где угодно. Волосы леди Клэр были тем маяком, который приковывал его взгляд. В последний раз, когда они встречались, она была высокой, неловкой девчушкой. Сейчас, глядя на красивую рыжеволосую девушку, он ощутил неожиданную дрожь, которая застала его врасплох. Леди Клэр Кавеншем, единственная дочь покойного герцога Лэнгема, стояла вместе с группой молодых девушек. С противоположной стороны зала к ней направился ливрейный лакей с запиской, на которой Алекс заметил надпись бордовыми чернилами. Такими обычно пользовались члены семьи Барстоу.

Ужас ситуации поразил его в самое сердце.

– Ах, ублюдок, – выдохнул Алекс.

Этот подлец даже не потрудился явиться лично.

Лакей подошел к леди Клэр, и время замедлило свой бег. Алексу это напоминало транспортную аварию. Он чувствовал себя извозчиком, который видит, что его экипаж переворачивается, но не может ничего с этим поделать.

Алекс нахмурился. Это была не ее вина. Он поспешил вниз по лестнице в надежде свести ущерб к минимуму. Если ему повезет, то он сможет перехватить лакея до того, как тот передаст записку.

Алекс чуть не врезался в толпу гостей, спеша как можно быстрее подойти к леди Клэр. Бежать сквозь толпу приглашенных было недопустимо, но он не останавливался и стремительно приближался к леди Клэр, не обращая внимания на гостей, приветственно махавших ему руками. Сейчас от Клэр его отделяло всего метров десять.

– Пембрук! Что ты здесь делаешь? – Радостный лорд Фредрик Хоникатт преградил ему дорогу. – Сто лет тебя не видел. Ты в картишки идешь перекинуться?

– Не сейчас, Хоникатт. Встретимся позже.

Коротко кивнув, Алекс обошел его и поспешил к леди Клэр.

Лакей протянул серебряный поднос, на котором лежала записка. Девушка нахмурилась и удивленно посмотрела на листок бумаги. Должно быть, она узнала цвет чернил. В следующее мгновение она овладела собой и выражение ее лица стало непроницаемым. Улыбнувшись, она кивнула и взяла записку.

У Алекса все внутри замерло, когда она отошла от группы подруг и быстрым движением взломала печать на записке.

***

– Черт.

Клэр захотелось выкрикнуть это вслух. Она так резко смяла листок, что острые края бумаги впились в ее кожу сквозь кремовые атласные перчатки.

Это была записка от ее четвертого жениха. Лорд Пол коротко написал своим красивым почерком, что он не придет на официальное объявление об их помолвке. Его слова значили, что их брак теперь невозможен.

Она, конечно, не любила лорда Пола, но считала его другом. Возможно, со временем она смогла бы полюбить его. Но отрицать то, что случилось, не имело смысла.

Ужасное проклятие поразило ее снова.

Еще один отказ пополнил ее коллекцию. Не в силах вытерпеть этот позор, Клэр опустила голову и посмотрела на свое красивое платье, специально пошитое для ее помолвки. Всего лишь через час она планировала танцевать в нем с лордом Полом перед гостями, навсегда забыв о проклятии. Теперь же будущее сулило ей лишь унижение, которое придется пережить, как только все узнают о разрыве очередной помолвки. На этот раз ее ждал оглушительный скандал.

Она всегда хотела иметь собственную семью. Чтобы завести семью, ей надо было выйти замуж. Честно говоря, ее не так сильно заботило то, за кого она выйдет. Ей просто хотелось свою семью.

Клэр быстро заморгала, пытаясь убедиться, что не спит. Это была настоящая катастрофа. Слово «обесчещена» описывало ситуацию после второй разорванной помолвки, но теперь, когда это случилось в четвертый раз, на ум приходило слово «уничтожена». Клэр с ужасом думала об усмешках и презрительных взглядах, брошенных на нее, когда присутствующие узнают, что ее четвертый жених принял решение бросить ее за час до помолвки.

Да здравствует проклятие леди Клэр.

Она не принадлежала к числу женщин, готовых сдаться без боя. Девушка поняла, что ей пора бежать. Будучи истинной дочерью герцога, Клэр слабо улыбнулась и, высоко подняв голову, стала медленно удаляться от кузины Эммы и ее друзей. Принятое ею решение не оставило выбора. Ей надо сделать еще несколько шагов, чтобы, очутившись достаточно далеко от группы приятелей, она могла поспешить прочь из зала.

В тот момент, когда Клэр развернулась, она почувствовала, как острый край подноса уперся ей в бок. На пол упало несколько бокалов. Звон бьющегося стекла разнесся по всему залу, заставив гостей повернуться в ее сторону. Музыка стихла. Клэр закрыла глаза и тут же снова открыла их, чтобы оценить ущерб. Ее лицо залило краской.

Клэр повернулась к злополучному лакею, державшему в руках поднос:

– Простите меня. Это я виновата. Вы не поранились?

Лакей отрицательно покачал головой.

– Прошу прощения, миледи.

Он нагнулся и начал подбирать с пола осколки.

Глубоко вдохнув и расправив плечи, Клэр повернулась к гостям. Большая часть приглашенных вернулась к прерванным занятиям, за исключением тех, что стояли ближе к ней. Кто-то ухмыльнулся, заметив ее растерянность.

– Клэр, все в порядке? Ты выглядишь какой-то озабоченной.

Широко улыбаясь, к ней подошла кузина Эмма.

Если бы Клэр намекнула ей о том, что случилось, Эмма едва ли нашла бы в себе силы улыбаться.

– Все в порядке. Мне просто нужно выйти подышать воздухом.

Эмма кивнула, и ее медово-золотистые волосы засверкали.

– Твое волнение можно понять. Лично я с нетерпением жду официальное объявление. Наконец я смогу выпить целый бокал шампанского. Или даже два.

Убедившись, что все хорошо, она похлопала Клэр по руке и вернулась к друзьям.

Вечером тетя и дядя Клэр собирались поднять бокалы и пожелать ей семейного счастья. Они уже попросили разрешения у леди Энтони лично сообщить об одной приятной новости. К счастью, они не уточнили, о чем пойдет речь.

Ливрейный лакей, который принес записку, замер возле Клэр, ожидая распоряжений. В своей черной, отделанной золотым галуном форме, которая гармонировала с убранством зала, он был похож на пчелу из улья. Другой лакей в точно такой же ливрее ходил по залу и прислуживал гостям. Послышались первые звуки кадрили.

Слуга поклонился:

– Леди, вы будете писать ответ?

«Где эта бумажка?» – в смятении подумала Клэр.

Должно быть, она уронила записку. Оглядевшись, она обнаружила ее на полу в полуметре от себя.

Клэр нагнулась, чтобы подобрать ее. В тот же момент к бумажке потянулся какой-то мужчина. Клэр почувствовала острую боль, ударившись виском о голову незнакомца. Испугавшись собственной неуклюжести, она резко отпрянула. Да когда же закончится этот вечер? К счастью, она смогла удержаться на ногах.

– Я прошу прощения… – Клэр осеклась, посмотрев на симпатичное лицо незнакомца. Не думая о последствиях, она выхватила бумажку из его руки, чтобы не дать прочесть ее содержание. – Простите, но это принадлежит мне.

Александр Холлворт, маркиз Пембрук, присел рядом с девушкой.

– Леди Клэр, позвольте вам помочь.

Он сочувственно улыбнулся. Глубокий бархатистый голос мужчины заставил Клэр замереть от удовольствия. Черный вечерний костюм Пембрука подчеркивал его широкие плечи. Даже сидя на корточках, он был намного выше ее. Смутившись из-за нелепой ситуации, Клэр улыбнулась.

– Спасибо.

Пембрук осторожно взял ее за руку и помог подняться.

Повернувшись к лакею, Клэр сказала:

– Я должна послать сообщение дяде, герцогу Лэнгему. Есть ли здесь где-нибудь укромный уголок, где не так шумно?

Клэр усилием воли подавила желание снова посмотреть на Пембрука, испугавшись, что он может узнать ее секрет. Откуда он взялся? Его на подобных мероприятиях прежде не видели.

Она проследовала за лакеем в тускло освещенный кабинет, отделанный в черно-золотых тонах. Толстый золотистый ковер приглушал ее шаги. Клэр пожалела, что он не может сделать то же самое с ее гулко стучащим сердцем. Лакей достал из выдвижного ящика лист бумаги, заточенное перо и чернильницу.

Записка далась ей с трудом. Ее рука дрожала так сильно, что она случайно вымазала чернилами белоснежную перчатку. Это стало еще одним досадным происшествием уходящего вечера. Клэр собралась с мыслями и написала, чтобы тетя и дядя ждали ее в холле. Так она могла удалиться незамеченной. Не успели чернила высохнуть, как Клэр запечатала послание.

– Пожалуйста, отнесите это немедленно. Я не буду ждать ответа.

– Да, миледи.

Лакей отворил дверь, и шум из зала ворвался в кабинет, словно незваный гость. Когда лакей вышел и закрыл за собой дверь, наступила тишина. Клэр задумалась. Еще одна разорванная помолвка. Грудь сдавила знакомая боль. Ей было больно скорее даже не от того, что эти мужчины отвергли ее, а от того, что ей было не суждено создать свою семью взамен той, что она потеряла.

Оглядевшись, Клэр с облегчением вздохнула. Ей таки улыбнулась удача. Окна кабинета выходили в сад леди Энтони. В любой другой день Клэр была бы рада насладиться его спокойной красотой, но в тот вечер сад должен был стать ее сообщником.

Пройдя через красиво украшенную стеклянную дверь, Клэр вышла на террасу и спустилась по ступенькам в сад. Она не могла вернуться в зал, где ее ждали любопытные взгляды стервятников.

Маленькие фонари раскачивались на легком ветру. Тени плясали на дорожке, проложенной через парк. Неожиданно холодный порыв ветра заставил Клэр вздрогнуть. Она не беспокоилась, что встретит кого-то, так как сад в это время был безлюден. Все гости наверняка отправились на поздний ужин.

Через четверть часа она окажется в безопасности и, сидя в карете вместе с тетей и дядей, сможет спокойно подумать о событиях прошедшего дня. Ее шелковые туфли и подол платья намокли от росы. Но это была малая цена, которую она заплатила за свободу.

На западе небо пронзила молния. Клэр резко остановилась и замерла. Она постаралась справиться с внезапно возникшим беспокойством и двинулась дальше. Несколько крупных дождевых капель упали ей на плечо.

– О боже, только не это. Не сейчас.

Она начала тихонько напевать колыбельную, которой научила ее мать, чтобы отгонять страхи.

Клэр не была готова к грозе. Она глубоко вздохнула, стараясь не паниковать. Где-то в небе совсем близко прогрохотал гром. Клэр затаила дыхание. Сердце быстро застучало и замерло в груди.

Окружавший ее сад исчез, и она снова стала десятилетней девочкой. Послышался треск дерева, сопровождаемый гулким раскатом грома, ворвавшимся в карету, когда они проезжали по мосту, ведущему во Вренвуд. Экипаж занесло вправо. Шум грозы поглотил ржание лошадей и крик кучера. Карета съехала в сторону и упала вниз. Деревянные панели лопнули, и Клэр внезапно оказалась в ледяной воде. У нее резко перехватило дыхание. Одна, охваченная страхом и не в состоянии вырваться, она вступила в бой с окружавшей ее чернотой.

– Миледи? – чей-то голос заставил ее очнуться.

Сердце уже не так быстро стучало в груди. Тот лакей, должно быть, увидел, что она пошла в сад. Клэр повернулась, чтобы заверить его, что все в порядке, но, увидев мужчину, который стоял перед ней, потеряла дар речи.

– Лорд Пембрук, – пролепетала она.

Клэр уже не была уверена, что успеет вовремя добраться до кареты дяди и тети.

Что ж, она хотя бы не будет скучать в одиночестве…

«Довольно! – одернула себя Клэр. – Нужно взять себя в руки». Ей понадобится всего две минуты, чтобы добраться до холла.

Внезапно Пембрук мило улыбнулся:

– Должно быть, вам понравился бал так же сильно, как и мне. Мне стоило огромного труда догнать вас.

Клэр слабо улыбнулась в ответ. Что ему нужно от нее в этот вечер? Вдали замерли звуки вальса.

– Вы хотели догнать меня?

Пембрук подошел ближе к девушке. Она чуть не взвизгнула, увидев его так близко. Глаза молодого человека сверкнули, когда где-то над их головами небо вспорола ослепительная молния. Его лицо белело во мраке, а черные волосы сливались с царившей вокруг темнотой.

– В зале вы были какой-то рассеянной. Я здесь, чтобы предложить вам помощь.

Его слова обеспокоили девушку. Если он заметил ее смятение, значит, и другие могли увидеть, в каком она состоянии.

– Помощь?

Клэр поморщилась. Она не была такой наивной, какой могла показаться. Тяжело сглотнув, она посмотрела по сторонам. Пембрук пришел один.

Еще одна молния осветила сад. Клэр вздрогнула.

Пембрук подошел к фонарю. В тусклом свете она увидела его волевой подбородок и высокие скулы. Мужчина внимательно посмотрел на Клэр, изучая ее, словно ученый, который рассматривает новое насекомое под микроскопом.

В горле Клэр пересохло. Если он и дальше будет так пристально рассматривать ее, то в конце концов сможет понять всю степень ее горя.

– Леди Клэр, – прошептал он. – Нам нужно поговорить о лорде Барстоу.

***

Яркие вспышки осветили небо. Клэр резко выдохнула. Пембрук протянул ей руку:

– Давайте спрячемся от дождя.

Справа к зданию примыкал небольшой навес, который мог стать для них отличным убежищем.

– Меня ждут на балу.

Напускная смелость в ее голосе напомнила Алексу поведение раненого животного, загнанного в угол. По ее дрожащим рукам он понял, как сильно она волнуется.

В мягком свете фонарей капельки воды на ее плечах и волосах сияли, словно маленькие бриллианты. На ее фоне Венера Боттичелли выглядела бы блекло. Улыбнувшись и желая немного успокоить девушку, Алекс нагнулся к ней и шепнул:

– Вы же понимаете, что шли не в ту сторону?

Глаза девушки увлажнились.

Алексу вдруг захотелось смахнуть с ее щек слезы, которые вот-вот готовы были брызнуть из глаз.

– Это было грубо с моей стороны, – понизил он голос. – Простите меня. У меня не было намерения смеяться над вашей ситуацией.

Этот день был непростым для них обоих. Он хотел, чтобы она приняла его предложение и ничего не боялась. И Алекс продолжил:

– Пожалуйста. Это важно. Клянусь, вам нечего опасаться.

Клэр неуверенной походкой двинулась к навесу.

Алекс последовал за ней, положив ладонь ей на талию, готовый остановить ее, если она попробует сбежать.

На какой-то миг девушка заколебалась. В свете фонаря ее бледная кожа приобрела бронзовый оттенок. Ветер разносил слабый пряный аромат цитруса, исходящий от нее. Это был приятный, но в то же время необычный запах для женщины.

– Давайте сядем, – Алекс указал на каменную скамью.

– В этом нет нужды. Что вы хотите?

В ее кратком ответе слышалась еле заметная враждебность. Или отчаяние, поскольку она была похожа на человека, который только что увидел привидение и был так напуган этим, что едва мог связать два слова, чтобы рассказать свою историю.

Алекс подошел ближе. Леди Клэр не пошевелилась. Мысленно он сравнил ее с очень храбрым, но маленьким солдатиком. А может, сильно замерзшим солдатиком.

Алекс стащил с себя пальто и молча накинул его на плечи девушки.

Она напряглась, когда он придвинулся ближе, и тихо поблагодарила:

– Спасибо.

Даже в потемках ее волосы сохраняли оттенок темного каштана. Алекс напрягся, ощущая непреодолимое желание провести ладонью по изгибам ее шикарного тела. Причиной подобной реакции, вероятно, были события этого вечера. Алекс и раньше бывал в компании красивых женщин, но эта девушка поразила его своей выдержкой, проявленной в столь тяжелой для нее ситуации. Несмотря на пережитое ею унижение после еще одной расторгнутой помолвки, Клэр вела себя с присущим ей достоинством. Именно это заставляло его кровь быстрее бежать по жилам.

Алекс отогнал от себя греховные мысли. Ему предстояло сделать серьезный шаг – он собирался предложить этой девушке свою руку и сердце.

– Леди Клэр…

– Почему вы пошли за мной? – Она быстро посмотрела в сторону сада и плотнее запахнулась в пальто. – Меня будут искать, если я сейчас же не вернусь к семье.

Алекс пытался понять, раздражена она или испугана. Ее поведение казалось ему необычным.

– Что вы собираетесь делать со слухами об отсутствии лорда Пола на сегодняшнем празднике? – негромко спросил Алекс, стараясь смягчить удар. – Я не хочу показаться жестоким, но к утру все будут знать, что вы потеряли еще одного жениха. Вам нужно что-то предпринять уже сегодня. Хочу добавить, что очередная ваша неудача придется по вкусу многим.

– Вы издеваетесь надо мной? – Клэр бросила на молодого человека пронзительный взгляд.

– Ничуть. Я просто хочу помочь. – Теперь ему следовало следить за каждым своим словом. У него было достаточно опыта общения с женщинами, чтобы понимать, как легко все можно испортить. – Я хочу честно и открыто обсудить вашу непростую ситуацию. – Ее напряженное лицо напомнило ему работы итальянских живописцев эпохи Возрождения, на которых безмятежность зачастую была омрачена скрытым недовольством. – Ваше проклятие начало жить своей жизнью.

Девушка незаметно поморщилась.

Алексу внезапно захотелось обнять и успокоить ее.

– Свет смакует подобные скандалы. Всех этих господ не интересует правда. – Он сцепил руки за спиной. – Чтобы избежать сплетен, которые появятся, как только раскроется правда, вам следует сегодня же объявить о том, что вы разорвали помолвку с лордом Полом. Если вы не сделаете это первой, над вами будет смеяться весь город и вам придется уехать. Людям все равно, кто вы – дочь герцога или служанка.

– Это мой последний шанс. Я не могу больше испытывать судьбу, потому что теперь на меня уж точно никто не посмотрит. – На ее лице не отразилось никаких эмоций. – Я постараюсь убедить лорда Пола передумать, прежде чем кто-нибудь узнает о его отказе жениться на мне.

– Леди Клэр… – Дело оказалось сложнее, чем он думал. Бедняжка явно считала, что попала в безвыходное положение и лишь лорд Пол может ее выручить. – Вы знаете, где он сейчас находится?

– Нет.

– Лорд Пол в «Рейнолдсе». И он по уши в долгах. – Алекс понизил голос: – Вы колеблетесь из-за проклятия ведьмы?

Она посмотрела на небо и хмыкнула:

– Пожалуйста, проявите фантазию. Кто-то приписывает мои неудачи родовым проклятиям, проклятым подаркам или даже древним римским чарам. У меня есть целый набор вариантов, к которым можно добавить женихов, которые погибают, заболевают или калечатся. Мне все их перечислить?

Алекс улыбнулся, услышав в ее голосе вызов:

– Если хотите поделиться, то я вас не буду сдерживать.

На губах Клэр появилась довольная улыбка, ее глаза вспыхнули. Она была еще милее, чем ему показалось сначала.

– Итак, лорд Тант потерял ногу всего через час после того, как предложил мне выйти за него. Лорд Ривертон вынужден был покинуть страну из-за дуэли. День, когда этот человек сделал мне предложение, он решил отпраздновать в постели чужой жены. Их обнаружил ее муж. – Голос леди Клэр смягчился: – Лорд Арчард умер от лихорадки. – В ее глазах отразилась боль, которую она испытала после сегодняшнего позора. – Теперь вы понимаете, почему мне нужен лорд Пол.

С высоко поднятой головой она отвернулась от Алекса.

Он хотел было взять ее за руку, но передумал. Он не слишком хорошо умел утешать и обычно маскировал свою неловкость беспечностью. У него не было желания уничтожить лорда Пола, заставив при этом страдать других людей. Пока она не начала плакать, он все еще имел возможность довести это дело до успешного конца.

Сжав кулаки, Алекс почувствовал, как к нему возвращается решимость. Он не мог позволить себе сбиться с выбранного пути. Действия, предпринятые им в этот вечер, должны были определить дальнейшую судьбу как его самого, так и этой девушки.

– Скажите, сколько женихов у вас было, включая лорда Пола? Четыре? Я уверен, что вы найдете другого мужчину, я гарантирую вам это.

Клэр резко повернулась лицом к Алексу. Ее глаза метали молнии. Она гордо вздернула подбородок, подобрала юбки и быстро прошла мимо него, зацепив подолом ногу мужчины. Резко остановившись, она развернулась и спросила:

– Как вы узнали, что лорд Пол разорвал помолвку? – В ее голосе чувствовалась сила, которая свидетельствовала о твердом характере и уме девушки. – Я сама узнала об этом только сейчас. К тому же, насколько мне известно, вы не были друзьями.

Алекс почувствовал легкую грусть, и это немало удивило молодого человека, ведь лорд Пол уже успел научить его сомневаться в собственной доброте. Он шел к этому моменту много месяцев и не собирался сдаваться, особенно сейчас, когда увидел отчаяние в ее глазах.

Клэр стала частью его плана, когда она решила выйти замуж за лорда Пола. Она собиралась стать его женой и маркизой, а он должен был заставить лорда Пола держаться от нее и ее богатства подальше. Алекс хорошо знал этого человека и потому не доверял ему. Если бы лорд Пол был в отчаянии, он мог бы попытаться убедить Клэр сбежать с ним в деревушку Гретна-Грин[1].

В теории план казался идеальным, но выполнить его на практике, учитывая характер Клэр, оказалось сложнее. Тем более что его влекло к ней.

– Новости распространяются быстро. Я не хочу видеть, как ни в чем не повинный человек будет страдать от его действий. – Алекс пожал плечами. – Как нам избежать скандала? Там, в зале, я видел, как сильно вы расстроились. – Клэр вздрогнула, словно ей все еще было холодно. – Позвольте мне помочь вам. Мы можем договориться на условиях, выгодных для нас обоих.

Клэр склонила голову набок и недоверчиво посмотрела на Алекса. Эта девушка обладала сильным характером и уже успела прийти в себя после новости о разрыве помолвки. Алекс обрадовался, заметив, что она вновь обрела уверенность в себе. Он дал себе слово, что не позволит ей стать добычей лорда Пола.

– Лорд Пембрук, чего вы конкретно хотите? Если вы желаете чего-то низкого, то вы ошиблись, я на такое не согласна.

– Я не планировал ничего непристойного ни по отношению к вам, ни по отношению к любой другой девушке на этом балу. – Его тело хотело другого, но Алекс был джентльменом и потому не давал воли чувствам. – Мои мотивы благородны.

– Почему? – Клэр нахмурилась. – Почему вы хотите помочь мне?

– Просто потому, что вы симпатичная девушка, которая заслуживает лучшей судьбы, чем та, которая ждет вас рядом с лордом Полом. – Алекс улыбнулся, пытаясь убедить ее в своей искренности. – Вы должны вернуться на бал и объявить, что бросаете лорда Пола ради другого мужчины. Я буду стоять рядом с вами.

– Я поняла. Вы предлагаете, чтобы я перед гостями леди Энтони сама уничтожила себя, объявив о том, что я отказала лорду Полу. Так мое проклятие никуда не денется, – с усмешкой заявила она. – Кто вас надоумил посоветовать мне такое? – Она не стала ждать от него ответа и продолжила: – С моим-то везением мне стоило ожидать подобного развития событий. И теперь все задаются вопросами: скольких женихов она лишится? какой клуб делает ставки? «Уайтс»? «Брукс»? какова сумма выигрыша?

– Прекратите, миледи. Любой мужчина почтит за честь называть вас своей женой.

Клэр вздохнула. Казалось, она не поверила ему. Алекс почувствовал, как на него накатывает волна гнева. Как такой негодяй, как лорд Пол, посмел позариться на столь чудесное создание?

– Правда состоит в том, что я пытаюсь спасти вас от еще одного унижения, – продолжил он. – Порвите с ним. Сейчас же. Пока не закончился бал и все не узнали, что он с вами сделал.

Вдали послышались глухие раскаты грома, за которыми последовали ослепительные вспышки молний. Красиво украшенные фонари раскачивались на сильном ветру. Клэр посмотрела на небо, и ее лицо помрачнело.

– Леди Клэр, моя репутация свидетельствует о том, что я честный и достойный человек. Спросите моих друзей. – У него их было совсем немного. После измены лорда Пола его единственным близким другом был Сомертон. Алекс улыбнулся: – Я бы ни за что не позволил вам так опозориться перед всем светом. Поверьте, я пытаюсь помочь вам.

Он понимал, что ему следовало убедить девушку в этом. Тогда ей было бы проще принять его предложение.

Клэр быстро заморгала, повернулась к Алексу и удивленно посмотрела на него, словно впервые увидела этого мужчину.

– Это очень мило с вашей стороны, милорд. Спасибо вам за предложение. Но я должна покинуть вас.

Ночь не могла закончиться бегством Клэр, потому Алекс изменил тактику.

– Вам нужно защищать ваше поместье во Вренвуде и состояние от пиявок, которые захотят кормиться вашей уязвимостью. Не говоря уже о том, что необходимо снять это глупое проклятие.

– У меня их два. – Она показала ему два пальца.

– Два? Два чего? Проклятия? – В клубе никто ничего не говорил о другом проклятии.

– Поместья. У меня два поместья. Вренвуд и Локхарт, – уточнила леди Клэр.

Он не ожидал от нее такого ответа, но виду не подал. Частный сыщик, которого он специально нанял для этого дела, не упоминал никакой другой собственности. По всей видимости, слова Алекса начали действовать, если она решила сообщить ему о другом поместье.

Яркая молния разрезала небо надвое. Клэр зажмурилась и сделала шаг в сторону Алекса. Подобная реакция никак не была связана с лордом Пембруком. Просто она испугалась грозы.

Клэр посмотрела на сад, а потом на Алекса. Сняв с себя пальто, она протянула его Алексу.

– Милорд, спокойной ночи.

Снаружи послышались голоса. По аллее шли мужчина и женщина.

Алекс положил ладонь на плечо Клэр, чтобы она не сбежала.

– Вы можете мне помочь? Мне кажется, я потерял слугу. – Он пожал плечами. – К тому же, если вы сейчас уйдете, те люди увидят нас вместе.

Клэр слабо улыбнулась, держа в руках его пальто, которое он с трудом смог надеть. Она разгладила складки на плечах и спине, заставив Алекса улыбнуться.

Затем Клэр направилась к аллее, но Алекс мгновенно догнал ее и схватил за локоть. Притянув девушку к себе и посмотрев ей в глаза, он почувствовал, что между ними проскочила какая-то искра. Желание держать ее рядом могло быть страстью или стремлением вступиться за беззащитную женщину. Но это не имело особого значения. Он спрятался вместе с ней в тени и шепнул на ухо:

– Подождите, пока они пройдут.

Тепло ее кожи сводило его с ума. Вспышка молнии осветила сад и навес.

Алекс мягко подтолкнул ее к стене и стал рядом таким образом, чтобы ее не было видно.

Их оглушили раскаты грома, раздавшиеся прямо у них над головой, которые медленно переросли в отдаленный гул. Казалось, что небо вот-вот лопнет.

– Пожалуйста, – хриплым голосом произнесла Клэр и, схватившись за лацканы его пальто, прижалась лицом к груди Алекса, словно ища у него защиты. – Не бросайте меня, – произнесла она слабым голосом.

– Не брошу. Я обещаю.

Алекс крепко прижал девушку к себе. Одной рукой он обнял ее за талию, а другую положил ей на плечо. Обнимать Клэр было так просто и приятно, словно они были созданы друг для друга.

Клэр мягко отстранилась и пристально посмотрела Алексу в глаза, как будто пытаясь разглядеть в них что-то.

Алекс наклонил голову и едва сдержался, чтобы не поцеловать девушку. Его поглотило безумие. Единственное, чего он хотел, – это крепко поцеловать ее, чтобы она забыла страх, отчаяние, обиду и все остальное, кроме него.

Его горячее дыхание обжигало кожу Клэр. Она тихо застонала, сводя молодого человека с ума. Алекс забыл обо всем на свете. Он наклонился, чтобы поцеловать ее.

– Пембрук? Ты не видел леди…

Клэр отстранилась и отпустила лацканы его пальто. Не ощущая ее тепла, Алекс почувствовал, что теряет почву под ногами. Он резко развернулся, недовольный, что их потревожили.

Лорд Фредрик Хоникатт и его сестра леди София удивленно посмотрели на парочку.

Первым в себя пришел Хоникатт.

– Я вижу, что ты нашел леди Клэр. – Он поклонился и понизил голос: – Герцог Лэнгем ищет племянницу. Он сейчас будет тут.

Алекс напрягся, когда на аллее показался дядя Клэр. Он остановился, приковав к себе внимание окружающих. На лице герцога была легкая улыбка, но сжатые в кулаки ладони говорили о том, что он не намерен шутить.

– Клэр, с тобой все в порядке? – спросил он племянницу, строго посмотрев на Пембрука.

– Все хорошо.

Клэр сделала шаг вперед, но от Алекса не отошла. Удивившись, что она не побежала к дяде, Алекс обнял ее за талию.

Двоюродный брат Клэр, Майкл Кавеншем, маркиз Маккалпин, подошел к отцу вместе с младшим братом, лордом Уильямом. Оба парня были почти одного роста с отцом.

Алекс мысленно начал прикидывать, сможет ли он вступить с ними в схватку и уцелеть.

Гром затих где-то вдали. Даже силы природы опасались бросать вызов герцогу и его сыновьям.

– Что ты и моя кузина тут делаете? – Маккалпин хотел броситься на Алекса, но герцог остановил его.

Лорд Уильям встал с другой стороны. В этот момент к ним подошла леди Эмма, младшая дочь герцога.

– Клэр, тебе нужна моя помощь? – спросила она.

Алекс ожидал, что Клэр начнет объяснять, как они очутились под этим навесом вдвоем. Вместо этого, немного склонив голову набок, она повернулась спиной к родственникам. Если так она хотела защитить его, то ей не следовало беспокоиться об этом. Он сам мог позаботиться о себе.

– Мне очень жаль.

Ее теплое дыхание было подобно поцелую, который ласкал его щеку.

– Не надо, – шепнул он.

Он взял ее за руку, и Клэр стала рядом с ним. Алекс медленно поднес к губам руку девушки и поцеловал ее.

Ее глаза расширились.

– Я прошу внимания всех присутствующих здесь.

Его глубокий голос разнесся по саду, заставив прохожих остановиться и прислушаться. Посмотрев на Клэр, Алекс улыбнулся.

Толпа затихла.

– Я очень рад сообщить, что помолвка леди Клэр и лорда Пола была официально расторгнута сегодня вечером.

– Вы с ума сошли? – прошептала она.

Толпа заволновалась.

Клэр попробовала высвободить руку, но Алекс крепко держал ее. Слегка сжав пальцы девушки, он нежно шепнул:

– Доверьтесь мне. – И, повернувшись к толпе, продолжил: – Потому что леди Клэр согласилась стать моей женой.

Хоникатт удивленно посмотрел на Алекса, а его сестра, казалось, была готова вот-вот упасть в обморок.

Эмма бросилась под навес.

– Клэр!

Маккалпин последовал за Эммой.

– Пембрук, если это шутка, тебе придется несладко.

Лэнгем протолкнулся сквозь толпу, закрыв своими широкими плечами почти весь вход под навес.

– Дорогая, что происходит?

Алекс опередил Клэр с ответом:

– Я защищаю ее от бесчестия, которое мог причинить ей этот бессердечный повеса.

Герцог удивленно посмотрел на молодого человека. Его скептицизм исчез, и на лице герцога отразилась привычная надменность представителя элиты.

– Лорд Пембрук, жду вас завтра в Лэнгем-холле. Мы обсудим ваши обязательства перед моей племянницей.

– С радостью, ваша светлость. – Повернувшись к девушке, Алекс шепнул ей на ухо, не обращая внимания на всех людей, которые глазели на них в этот момент: – Вы не пожалеете об этом. Я клянусь.

– Вы зря теряете время.

Она направилась к дяде, даже не взглянув на Алекса.

Молодой человек почувствовал огромное облегчение. Он достиг поставленной цели, получив неожиданную помощь от Хоникатта. Добиться брака с леди Клэр было бы сложно, если бы не сегодняшний вечер. Ему бы пришлось продолжительное время ухаживать за ней и выслушивать разговоры о пресловутом проклятии от всех своих знакомых по высшему свету.

Алекс в приподнятом настроении вышел из-под навеса. Когда он проходил мимо статуи Эроса, выражение каменного лица привлекло его внимание.

Бог ухмылялся.

***

Карета мягко покачивалась на проселочной дороге, увозя Клэр и сопровождавших ее мужчин в Лэнгем-холл. Клэр решила, что как только она останется одна в своей комнате, то тут же начнет обдумывать события этого вечера. Когда она уезжала оттуда днем, ее будущим мужем был лорд Пол. Теперь же лорд Пембрук объявил всему миру или, по крайней мере, большинству гостей леди Энтони, что она выходит замуж за него.

Клэр пыталась понять, что ей сулит этот неожиданный поворот в судьбе. Слава Богу, гроза ушла и на небе появились звезды.

Клэр сидела возле дяди Себастьяна, брата ее отца и нынешнего герцога Лэнгема. Он обнимал ее за талию, и это придавало ей сил для общения с разговорчивой тетей.

– Расскажи мне, что случилось.

Тетя Джинни уселась на краешек лавки и внимательно слушала ее. Обеспокоенность на ее лице заставила Клэр осторожно подбирать слова.

– Мне почти нечего рассказывать. Лорд Пол разорвал нашу помолвку.

– Я насажу его на вертел, как кусок мяса, – заявил дядя Себастьян.

Тетя Джинни резко выдохнула.

– Я не переживу еще одну шутку о проклятии леди Клэр, – пробормотала девушка, пытаясь успокоиться и взять себя в руки. – Лорд Пембрук вышел со мной в сад, а потом лорд Хоникатт, его сестра, дядя Себастьян и другие увидели нас под навесом.

– Дорогая моя девочка… – Тетя Джинни крепко зажмурила глаза и схватила Клэр за руку. – Ты его поцеловала?

– Со стороны, возможно, так и показалось, но я хочу заверить вас, что он мне очень помог. Сегодня вечером он вел себя достойно. Он… – Клэр сглотнула. – Он узнал о предательстве лорда Пола раньше меня. Он хотел, чтобы я объявила о расторжении помолвки до того, как люди узнают, что лорд Пол не приедет на бал.

Тетя Джинни похлопала ее по руке.

– Почему ты была в саду одна?

– Я опасалась возвращаться в зал. Через сад проще всего попасть к выходу из поместья.

– Себастьян, мы не можем позволить Клэр выходить замуж в такой ситуации. Что бы сказали ее родители, если бы услышали подобное? – Она протянула руку и положила ее на колено мужа. – Маргарет бы никогда такого не допустила. Я не могу позволить, чтобы это продолжалось, пока не выясню все подробности. – Ее голос смягчился: – Ты знаешь, чего хотел бы твой брат Майкл.

Дядя Клэр поднес руку жены к губам и поцеловал.

– Дорогая, у нее нет выбора. Пембрук объявил всему свету, что они поженятся.

Тетя покачала головой и тяжело вздохнула.

– Мы не оставим тебя наедине с этой проблемой, – заявил дядя Себастьян. – Особенно после того, что тебе довелось пережить.

Почувствовав теплоту в голосе дяди, Клэр крепко прижалась к его плечу.

Джинни повернулась к Клэр:

– А что ты думаешь? – Она явно искала союзников в своем крестовом походе против Пембрука.

– В данный момент это не имеет никакого значения. Мне придется выйти замуж. – Ее слова прозвучали жестче, чем она того хотела. – Простите, тетя Джинни. Просто…

Клэр глубоко вздохнула. Если у нее еще оставался хотя бы малейший шанс на счастье, она была готова прожить еще один день.

Намерения ее милой тетушки были искренними, но они могли лишь ухудшить ситуацию. Клэр должна была выйти замуж, если она хотела завести детей. Брак обеспечил бы респектабельность, которая была ей жизненно необходима, если она хотела увеличить свою долю в наследстве матери. Лорд Пембрук, возможно, мог стать ее последним шансом. Она не могла позволить себе потерять его. Клэр вздохнула и попыталась вспомнить все события прошедшего вечера и хоть как-то разобраться в них. Траур по сестре Пембрука закончился совсем недавно.

И вот он появился в Лондоне, решив предупредить Клэр о каком-то ужасном карточном долге, который мог погубить ее. Это мало что меняло для нее, поскольку лорд Пол Барстоу разорвал помолвку.

Происшедшее казалось Клэр странным. Если только это не было частью какой-то ужасной игры Пембрука и лорда Пола. Так или иначе, но она должна узнать правду.

Одна помолвка сменилась другой, и это было неприятно. Но еще более неприятным для нее был бы статус старой девы. Несмотря на то, что в свои двадцать четыре года Клэр была в полном расцвете сил и красоты, она считалась уже слишком старой для рынка невест. Брак с лордом Пембруком был неизбежен.

Клэр заколебалась, но любопытство взяло верх, и она спросила:

– Я знаю, что Вренвуд граничит с владениями маркиза. Что вы знаете о нем?

– Люди хорошо отзываются об этом молодом человеке. – Дядя Себастьян задумался на минуту. – Мы с ним не соглашаемся по многим проблемам во время заседания палаты лордов. Однако он очень тщательно занимается вопросами земледелия и прав фермеров. Он достаточно богат.

Тетя Джинни поморщилась:

– Такое можно сказать о каждом втором.

– По крайней мере у него есть свои идеалы. – Дядя Себастьян рассмеялся, но тут же посерьезнел, посмотрев на Клэр. – Никто, включая лорда Пола и Пембрука, не сможет использовать тебя в своих интересах.

Глава третья

Служанка поворошила горящие поленья в камине, заставив их весело вспыхнуть.

– Еще что-то, миледи?

– Нет, спасибо.

Когда служанка открыла дверь, чтобы выйти, в комнату вбежала Эмма, кузина Клэр. Она ворвалась в помещение, словно один из ретриверов ее отца, которому кинули палку. Рухнув на диван рядом с Клэр, она принялась расспрашивать ее:

– Ты была в саду с Пембруком наедине? Как ты смогла столько успеть всего за час? Я езжу в свет уже многие годы, а все никак не могу уединиться с Латуреллем, чтобы сорвать поцелуй.

– Это не то, что ты думаешь, – мягко ответила Клэр.

В комнату неспешной походкой вошли Маккалпин и Уильям. Молодые люди сели напротив девушек.

– Поцелуй? – Маккалпин напрягся. – Пембрук прикасался к тебе?

Уильям наклонился к Маккалпину:

– Маркиз проверяет границы дозволенного с нашей кузиной? Я думаю, что мы можем схватить негодяя…

– Нет. Конечно, он не прикасался ко мне, – ответила Клэр.

Уильям и Маккалпин всегда ревностно оберегали ее, но иногда их рвение защитить Эмму и Клэр переходило всякие границы.

– Грубая сила едва ли может стать решением, – продолжила Эмма. – Боже, совсем недавно мы были у модистки, где ты примеряла свадебное платье. В свете твою свадьбу с графом Арчардом называли событием сезона. – Глубоко вздохнув, она добавила: – В прошлом месяце я ездила на примерку платья для лорда Пола Барстоу.

– Платья лорда Пола? – Клэр рассмеялась и швырнула в Эмму подушкой. – Это мое платье.

Кокетливо улыбнувшись, Эмма проворковала:

– В будущем тебя ждет другое платье.

Клэр схватила еще одну подушку, собираясь швырнуть ее в Эмму, потом прижала ее к груди и погрустнела. Большинство женщин, если бы их поймали практически целующимися с незнакомцем, умерли бы со стыда. Однако Клэр, которая столько лет провела в атмосфере интриг и пересудов, не обращала на такие вещи внимания. Между тем ее беспокоили мотивы Пембрука. Ему не было смысла делать ей предложение, если только это не была шутка.

Она почти не сомневалась, что он не придет утром. С ее-то везением…

Маккалпин завел руку за спину и достал небольшую квадратную подушку. Не спуская взгляда с Клэр, он сунул ее в лицо Эммы.

– Прекращай дразнить ее, Эм.

Эмма тряхнула головой:

– Это было не очень приятно.

– Я отвезу тебя завтра в любой книжный магазин, и ты сможешь сидеть в нем сколько душе угодно, – ответил Маккалпин.

– Завтра нас ждет грандиозное приключение, которое не закончится до самого вечера, дорогой брат. Я ищу первое собрание очерков Иеремии Бентама[2].

– Это философ? – Уильям почесал затылок. – Маккалпин, зачем ты так поступаешь с собой? Ты же знаешь, что если она задумает заполучить какую-то книгу, то не отступит, как терьер, который впился зубами в кусок мяса.

Маккалпин посмотрел на Клэр:

– Ты была знакома с Пембруком до сегодняшнего вечера?

– Не совсем.

– Почему он объявил об этой неожиданной помолвке? – продолжал напирать Маккалпин.

– У меня для тебя нет ответа. Мы просто знакомы друг с другом. Должно быть, ему что-то надо, но твой отец говорит, что он богат и уважаем в обществе. – Клэр крепче сжала подушку, которую держала в руках. – Что ты о нем знаешь?

Маккалпин откинулся на спинку стула и расслабился, но при этом по-прежнему буравил Клэр взглядом.

– Мы состоим в одних и тех же клубах. Много лет в клубе «Уайтс» для него каждый день в три часа был заказан столик. В основном он выпивал там с лордом Полом. Если лорда Пола не было, его место занимал Сомертон. Втроем их там никогда не видели.

– Сомертон уже давно враждует с лордом Полом, – заметил Уильям. – После смерти леди Элис Пембрук больше за тем столом не появлялся. Теперь он общается только с Сомертоном. Что стало причиной разрыва с лордом Полом, неизвестно.

– Давайте закончим этот разговор завтра, а сейчас пойдем отдыхать, – сказала Клэр и посмотрела в окно, где из-за облака выплыла полная луна. Вид ночного светила обрадовал девушку. У нее была целая ночь, чтобы думать о Пембруке.

Эмма вскочила с дивана и уселась на один из стульев перед камином.

– Мы не хотим тебя задерживать, но я должна поделиться кое-чем. – Она подобрала под себя ноги и продолжила, словно бы не услышав предложения Клэр: – Сегодня вечером леди Лена сказала мне, что у Пембрука связь с Моник Лафонтен.

Маккалпин тяжело вздохнул.

– Ради всего святого, давайте не будем обсуждать такие вещи в этой компании.

– Я уверена, что нежные ушки Уильяма слышали еще и не такое, – возразила Эмма.

Уилл ухмыльнулся. Эмма выпрямилась на стуле. Брат и сестра постоянно поддразнивали друг друга. Тем не менее они были очень близки.

Эмма повернула голову к Клэр:

– Сможешь ли ты терпеть любовницу мужа?

– Не будь наивной. Мне нечего терпеть. То, что у него есть любовница, всего лишь одна из сплетен, которые так любят обсуждать люди, когда им больше нечем заняться.

На самом деле Клэр прекрасно знала, как сильно могут навредить сплетни.

Когда она искала защиты от грозы в объятиях Пембрука, он принял ее без колебаний и не бросил. Даже когда ее самые потаенные страхи стали достоянием общественности, он не задавал лишних вопросов, а защитил ее.

То, как он обратился к толпе в саду, сообщив о ее разорванной помолвке, и заявил, что теперь она принадлежит ему, было незабываемо. Он был прекрасен силой своей харизмы. Она всегда будет признательна ему за то, что он оградил ее от скандала. Наименьшее, что она могла сделать в благодарность, так это сохранить его репутацию.

– Клэр, я узнаю, есть ли у него роман с этой женщиной. – Маккалпин подался вперед и взял ее за руку. – Кстати, лично до меня такие слухи не доходили.

Эмма склонила голову набок и нахмурилась.

– А что, если это не пустые слухи? И кого тогда можно считать наивной?

Клэр больно прикусила губу, чтобы отогнать неприятную мысль. Пембрук так и не объяснил причину своего предложения. Какое у нее было право подвергать сомнению его мотивы? Не важно, если даже у него есть любовница. Вздохнув, она напомнила себе, что это имеет значение при условии, что ее главной целью было создание собственной семьи и поддержание высокого статуса в обществе. Однако она не считала себя готовой выйти замуж за Пембрука, если у него была интрижка с дамой сомнительного поведения. В каком бы отчаянном положении она ни оказалась, такого брака Клэр допустить не могла. Она была готова отчаянно защищать свою репутацию.

После Арчарда Клэр уже не надеялась, что муж будет любить ее. Объятия Пембрука стали приятной неожиданностью.

Клэр зевнула:

– Давайте поговорим завтра. Хорошо?

Она понизила голос, надеясь, что все поймут намек. Она не смогла бы заснуть, если бы Эмма продолжала пересказывать сплетни.

Эмма встала и топнула ножкой:

– А что, если он выставит тебя на посмешище?

Клэр застонала:

– Многие уже считают меня посмешищем.

Эмма покраснела от гнева, но продолжила:

– Как ты можешь так легко к этому относиться? А если он всего лишь презренный негодяй? – Эмма была похожа на генерала, готового бросить в атаку все свои войска. – Он шляется по кабакам и не выполняет обязанности, предписанные ему обществом. Что это за муж такой?

– Еще неизвестно, презренный негодяй он или нет. Предлагаю повременить с выводами. Он кажется веселым парнем, с которым можно нормально покутить, – добавил Уильям.

Эмма развернулась и швырнула подушку Маккалпина в Уильяма. Снаряд не попал в цель и упал на пол у ног молодого человека.

– Мы сейчас говорим о будущем Клэр. Хоть раз попробуй вести себя серьезно.

– Я не знаю, какие заведения он посещает. Кроме того, твой отец о нем высокого мнения. – Клэр понимала, что это бессмысленный разговор, но ей хотелось все объяснить. – Он только недавно снял траур по сестре. И у меня нет других вариантов.

– Клэр, у тебя есть альтернативы. Они всегда есть. Мы не позволим Пембруку или этому глупому проклятию заставить тебя выйти замуж. – Маккалпин встал. – Когда умерла его сестра, он исчез из города. Я не слышал о нем и его семье, пока у них был траур.

– И я. – Уильям тоже встал. – Посмотрим, что удастся выяснить.

Громко хмыкнув, Эмма смахнула со лба непослушную прядь.

– Очень жаль леди Элис. Это так ужасно. Его другая сестра, леди Дафна, только-только приехала в город. Очень хочу с ней встретиться.

– Я ценю вашу заботу, но не могу не верить в чистые побуждения лорда Пембрука. Он знал о планах лорда Пола и предложил мне помощь перед тем, как нас заметили. – Голос Клэр стал мягче: – Он мог придумать отговорку и просто уйти, когда нас обнаружили. Достойный мужчина всегда защитит жену от насмешек. Пембрук должен будет бросить любовницу, если она у него была.

– Я очень надеюсь, что это так, Клэр. Ты заслуживаешь лучшего. – Маккалпин повернулся, чтобы выйти. Уилл последовал за ним. – Доброй ночи.

Эмма прищурилась, словно бы не решаясь принять аргументы Клэр, но потом пожала плечами, смирившись. Она резко развернулась и тоже направилась к двери.

– Когда ты выйдешь замуж, я буду скучать по этим разговорам, – обернувшись, сказала она Клэр. Ее голос сорвался: – Я не хочу, чтобы тебе причиняли боль. Никогда.

Клэр вскочила с дивана и заключила кузину в объятия.

– Дорогая, не волнуйся. С моим везением мы, возможно, сначала отпразднуем твою свадьбу.

Клэр старалась, чтобы ее голос звучал весело, однако хорошо знакомый ужас стал подниматься из темных глубин сердца. Она отмахнулась от него, пытаясь убедить себя, что есть более важные вещи, о которых ей надо подумать.

Когда дверь закрылась, Клэр подготовилась ко сну, а потом, задернув балдахин над кроватью, провела пальцем по губам. Отличается ли поцелуй «презренного негодяя» от поцелуя любого другого человека?

Сегодня вечером она почти нашла ответ на этот вопрос. Он бы поцеловал ее, если бы не Хоникатт. Когда он обнимал ее, все внимание Клэр было сосредоточено на Пембруке. Она совсем забыла о грозе. Когда все это случилось?

На следующий день предложение Пембрука, возможно, изменится. Без сомнения, его друзья и знакомые будут убеждать его избегать Клэр с ее проклятием. Это лишний раз доказывало, что романтика и любовь были всего лишь прекрасной сказкой. Клэр не верила в них. По крайней мере это было не для нее. Единственное, чего она ожидала от мужа, так это уважения и внимания.

А вдруг Пембрук не придет завтра? Клэр даже подумать боялась о возможных последствиях.

Она искренне надеялась, что он был ответом на ее молитвы. В противном случае она будет раздавлена проклятием и навеки потеряна.

***

Алекс спустился по главной лестнице своего дома. Ему нужно было отправляться в Лэнгем-холл, чтобы обсудить важные вопросы, а именно поговорить о браке с милой леди Клэр Кавеншем. Его дворецкий Симмс стоял возле Сомертона в ожидании распоряжений.

– Готов? – Сомертон посмотрел на карманный хронометр, не скрывая раздражения.

Граф дружил с Алексом с тех пор, как они учились в Итоне[3], и знал его лучше, чем кто бы то ни было.

– Пару минут.

Алекс не беспокоился. До Лэнгем-холла было пятнадцать минут ходьбы пешком.

Сомертон шумно вздохнул:

– Мне к девяти нужно быть в «Гудвинз».

– Что ты собрался там делать в такую рань? Нет. Не отвечай. У меня есть оправдание. У тебя – нет.

Алекс разгладил складки на жилете, а Симмс протянул ему шапку на бобровом меху. Не посмотрев на себя в зеркало, Алекс нахлобучил шапку и направился к выходу. Граф последовал за ним.

– Я слышал о твоей вчерашней помолвке. Как герцог Лэнгем примет тебя сегодня?

– Не знаю. Вчера вечером он явно был недоволен. Я покажу, что мои намерения искренние, и надеюсь, что этого будет достаточно. – Алексу было все равно. Он должен жениться на Клэр. Тучи разошлись, и мрачный Лондон осветило утреннее солнце. У Алекса было приподнятое настроение. – Я не позволю, чтобы ее репутация пострадала из-за меня.

Он ускорил шаг.

– Уже поздновато. Сегодня утром в «Уайтс» главной темой разговоров были ты, леди Клэр и ее проклятие. – Сомертон низко надвинул шляпу, чтобы прикрыть глаза от солнца. – Ты понимаешь, что тебя сегодня ждет?

– Я полагаю, что ты имеешь в виду леди Клэр. Не волнуйся, я знаю, что делаю. Это завершающий этап. Мы поженимся в пятницу утром, а к вечеру прибудем в Пемхилл.

– Брак – это на всю жизнь, – заметил Сомертон, понизив голос. – Я серьезно, возможно, тебе стоит все хорошенько обдумать. Что-то в ней не так. Почему она была помолвлена так много раз?

– Пожалуйста, Сомертон, ты же не веришь в проклятия.

– Иногда ты бываешь ужасно упрямым. – Граф покачал головой. – Я еще не встречал настолько невезучих людей, как она.

– Ей вот-вот должна улыбнуться удача.

– Не будь таким ослом. Представь себе, как будет ужасно, если она пострадает лишь по той причине, что тебе не терпится жениться на ней. Не спеши и лучше познакомься с ней до свадьбы.

– Что ты кудахчешь, как старая курица? Прибереги красноречие для палаты лордов. Она идеальна. – Алекс ухмыльнулся. – Я был приятно удивлен. Она такая изящная.

– Ты считаешь, что сможешь полюбить ее?

Как обычно, его друг ударил по самому больному месту.

Алекс мысленно поморщился, скрипнув зубами. Затем, резко остановившись, повернулся к Сомертону и раздраженно произнес:

– Это не твое чертово дело.

– Она станет твоей женой и матерью твоих детей. Она будет рядом, когда ты постареешь. – Сомертон прищурился, словно бы просчитывая что-то в уме. – Мы никогда не видели счастливых браков, заключенных по любви. Твои родители не любили друг друга. Мой отец ссорился со своей второй женой. – Сомертон заколебался. – Если верить закону средних чисел, то она, вне всяких сомнений, заслуживает лучшего. А что, если она любит его?

Алекс забеспокоился. Он попытался отмахнуться от аргументов Сомертона. Он не собирался причинять вред леди Клэр. Ему просто хотелось обезопасить ее будущее.

– Ты считаешь, что есть предпосылки так считать?

– Да откуда мне знать! Я с лордом Полом тоже не дружу. – Сомертон продолжил гнуть свою линию. – Я просто говорю, что тебе нужно как-то смириться с его предательством. В противном случае твое горе никогда не утихнет. Ты будешь и дальше жить в изоляции. В будущем это не сулит для вас ничего хорошего.

– Ты давно смотрел на себя в зеркало? Ты сам живешь отшельником большую часть времени.

– Пембрук, это не самая удачная аналогия. Я решил не ходить на всякие сборища, потому что они мне не нравятся. К тому же я не обязан их посещать. А у тебя такая обязанность есть. Ты сидишь в палате лордов, и тебе нужно вывозить в свет сестру. Тебе нужно появляться на публике.

Возможно, Сомертон был прав, однако Алекс не хотел соглашаться с его доводами.

– Много недель назад, когда я сказал, что в качестве завершающего наказания для лорда Пола планирую жениться на Клэр, ты, помнится, не возражал.

– Но и не поддерживал. Я не думал, что у тебя получится. – Сомертон замедлил шаг и продолжил: – Самые твои лучшие черты характера – это глубокая любовь и чувство ответственности по отношению к твоей семье. Не путай это с леди Клэр. Она не является для тебя каким-то обязательством. – Сомертон хмуро улыбнулся. – Я никогда не понимал брак, не говоря уже о любви. Тем не менее мне кажется, что кроме чувства мести у тебя должны быть другие причины, чтобы жениться на ней.

У Алекса действительно имелись причины жениться на леди Клэр. Она уже была ему небезразлична. Пока он не понимал, являлось ли источником этого чувства его благородство или желание отомстить лорду Полу. Ему не удалось защитить сестру от этого мерзавца, но Клэр он в обиду не даст. У Алекса испортилось настроение.

– Мне надоел этот разговор.

Сомертон не обратил внимания на его слова. Он привык к такому поведению друга.

– Леди Клэр – чудная девушка. Кому-то очень повезет жениться на ней, но только в нормальной ситуации. Я не уверен, что этот человек – ты.

– Вчера удачно сложились обстоятельства. Мне повезло.

Алекс замедлил шаг. Они подошли к Лэнгем-холлу, где Клэр жила с дядей и тетей.

Особняк находился в модном районе Мейфэр. Он был выстроен специально для высшей знати. Огромное здание с оградой из красного кирпича и кованого железа, которая опоясывала территорию, являлось прекрасным образцом георгианской архитектуры и казалось настоящей крепостью.

– После вчерашних событий Лэнгем будет настаивать на быстрой церемонии, что мне на руку. Я не верю лорду Полу. Если он быстро не женится на какой-нибудь другой наследнице, ему конец. Чем быстрее мы обвенчаемся, тем лучше.

Лицо Сомертона окаменело. Он дернул себя за лацкан пиджака.

– Попытайся успокоить ее. Так вы сможете лучше узнать друг друга.

– Когда это ты успел стать специалистом по ухаживанию?

Сомертон напрягся, словно бы сдерживаясь, чтобы не броситься на друга. Но уже в следующее мгновение граф поднял взгляд к небу и, казалось, сумел взять себя в руки.

– Леди Клэр заслуживает чего-то лучшего, чем то, что ты ей предлагаешь. То же касается и тебя, – сказал Сомертон. – Ради всего святого, убедись, что ты на правильном пути.

Алекс с удивлением выслушал наставления друга. Обеспокоенность Сомертона не могла лишить его надежд, которые Алекс возлагал на этот день.

– Это моя жизнь. Я жду от тебя поздравлений сегодня вечером в опере.

Он развернулся и направился к воротам Лэнгем-холла.

***

Клэр выпрямилась и замерла, ожидая, когда Пембрук войдет в гостиную, убранную в голубых тонах. По сравнению с другими комнатами это помещение было невелико, но мать любила проводить здесь время, когда была жива. Стены были обиты молочно-белым шелком, а пол покрывали толстые восточные ковры лазурного цвета. Это было подходящее место, чтобы принять Пембрука. Никогда прежде она не принимала жениха в этой комнате. Возможно, смена места поможет ей хотя бы на этот раз добиться успеха. Рассчитывая на удачу, Клэр надела любимое утреннее платье глубокого изумрудного цвета, украшенное по подолу узором из розочек. Оно выглядело очень эффектно, и Клэр выбрала его, чтобы произвести впечатление. Впрочем, главное заключалось в другом: в этом платье она чувствовала себя увереннее.

Как жаль! Теперь она позволяла проклятию диктовать ей, какое платье когда надевать.

Перед завтраком Клэр пыталась придумать, как тактично объяснить Пембруку, что ее не интересует предложение выйти за него замуж. У Пембрука не было уважительных причин, чтобы жениться на ней. Если она поспешит с этой помолвкой, то, возможно, проклятие будет преследовать ее до конца жизни. После утреннего визита дяди Себастьяна у нее не осталось выбора.

Накануне вечером, когда они вернулись домой, дядя прочитал записку от лорда Пола. Он тут же послал людей, чтобы выяснить, где тот находится. И действительно, как и говорил Пембрук, лорд Барстоу сидел за карточным столом в «Рейнолдс».

Через несколько секунд должна была решиться ее судьба.

Возможно, Пембрук дал ей мудрый совет. Ее жизнь с лордом Полом могла бы превратиться в ад.

Тетя Джинни уже в пятый раз за пять минут нарушила молчание:

– Ты уверена, что не хочешь, чтобы я или твой дядя остались с тобой? Я все еще считаю, что это крайне непристойно. А что, если тебя попытаются заставить принять решение, которое будет не в твоих интересах?

– Я не изменила своего решения. – Клэр взяла тетю за руку и почувствовала прилив уверенности. – Спасибо, но я должна поговорить с Пембруком. Четыре предыдущие помолвки многому меня научили. Если мы сможем договориться, я проживу с ним всю оставшуюся жизнь.

Клэр улыбнулась, надеясь, что это поможет отогнать грустные мысли. На самом деле она была в отчаянии.

В глазах тети Джинни появилась озабоченность.

Клэр мягко сжала пальцы тети.

– Я достаточно мудра, чтобы понимать, что выхожу замуж не по любви. Не волнуйтесь. Я не побоюсь отказать ему, если мне не понравятся его условия.

Она отпустила руку тети и вытерла повлажневшие ладони о платье.

Расчувствовавшись, тетя Джинни крепко обняла Клэр.

– Я так хотела, чтобы ты полюбила.

У Клэр на глаза навернулись слезы.

– То, что есть у вас с дядей Себастьяном, редкость. Я была бы довольна, если бы мне с Пембруком было просто комфортно.

Клэр глубоко вздохнула и отступила на шаг, когда дворецкий Питтс объявил о приходе лорда Пембрука. Клэр почувствовала огромное облегчение. Его приход подтвердил, что он был человеком слова.

Когда маркиз вошел, в комнате каким-то магическим образом стало тесно. Пембрук с интересом посмотрел на Клэр. Выдержав его взгляд, она усилием воли заставила себя не броситься прочь из комнаты.

Когда с формальным приветствием было покончено, тетя Джинни сообщила:

– Лорд Пембрук, вы и леди Клэр можете поговорить наедине. Вас никто не потревожит.

Пембрук слабо улыбнулся.

– Ваша светлость, я буду очень благодарен, если после разговора с леди Клэр у вас и герцога найдется для меня минутка.

Тетя утвердительно кивнула.

– Клэр, дорогая, если тебе что-то понадобится, Питтс найдет меня.

Не дожидаясь ответа племянницы, она вышла из комнаты.

Пембрук продолжал внимательно смотреть на Клэр даже после того, как ее тетя покинула их. Девушка покраснела. Она показала свою уязвимость, еще не проронив и слова, и это было плохо. Клэр ответила на его взгляд, хотя воспоминания об их вчерашних объятиях не давали ей покоя.

– Садитесь, милорд.

– Благодарю. – Глубокая бархатистость его голоса немного успокоила ее. Он подождал, пока она сядет, прежде чем устроиться на стуле напротив нее. – Вы так милы сегодня.

После его слов дыхание Клэр ускорилось, словно она была девчушкой, которую впервые вывезли в свет. Хотя Пембрук выглядел расслабленным, он пристально следил за Клэр.

Алекс опустил взгляд и перешел к цели своего визита:

– Вы обдумали все обстоятельства нашей ситуации?

– Практически.

Клэр сглотнула, пытаясь успокоиться. Запах дорогого мыла и его особый мужской аромат, как и накануне, кружили ей голову.

– Я тоже. – В его голосе чувствовалась теплота, а вместе с ней забота.

– Я очень сожалею о том, что произошло вчера. – Она замолчала, с трудом пытаясь подобрать слова. Клэр снова почувствовала, что волнуется. – В той ситуации виновата только я. Признаться, я очень ценю вашу помощь, но…

– А мне не жаль, – прервал ее Пембрук и уставился на Клэр, словно удав на кролика. – Что случилось под тем навесом? Почему вы так испугались? – Его голос несколько смягчился, когда он задал свой вопрос.

Клэр боялась этого момента. Он был единственным человеком, не считая ее домочадцев, который увидел, как она боится грозы. Если бы она рассказала ему об этом, он решил бы, что она безумна, и тут же покинул бы Лэнгем-холл. Возможно, такое решение было бы лучшим для них обоих.

– Я чувствовала себя не в своей тарелке весь вечер.

Он прищурился и с сомнением посмотрел на девушку.

Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он протянул руку и сжал ее пальцы в своей ладони. Тепло его кожи успокоило Клэр, которая так нуждалась в спокойствии. Ей следовало отстраниться, но она не могла заставить себя это сделать.

– Леди Клэр, для меня будет большой честью, если вы согласитесь стать моей женой. – Его вкрадчивый голос заставил ее придвинуться ближе. – Вы выйдете за меня замуж?

Клэр уставилась на Пембрука, не в силах оторвать от него взгляд. Затем, очнувшись, она поняла, что ей нужно ответить на его предложение. Она должна быть благодарна ему за то, что он все-таки решился прийти к ней сегодня утром.

Выдавив из себя слово «да», Клэр почувствовала огромное облегчение. Наконец она сказала это. Еще одно согласие пополнило ее коллекцию. Возможно, число «пять» было для нее счастливым.

Глаза Пембрука сверкнули.

– Это было не так сложно, не правда ли?

Если бы он только знал.

– Я уже обсудила все основные вопросы с дядей. Если мы договоримся, он точно согласится на наш союз.

– Мы найдем общий язык. – Он ухмыльнулся, словно довольный кот. – Спасибо за то, что приняли мое предложение. Когда мы вчера расстались, я не был уверен, что вы дадите свое согласие.

Клэр не могла оторвать от него глаза. Пембрук тоже не отворачивался. Все, что он сказал, казалось таким идеальным. Разве он не понимал, что у нее нет выбора?

Глубоко вздохнув, Клэр перешла к делу:

– Мое приданое составляет пятьдесят тысяч фунтов. Я не ездила во Вренвуд вот уже четырнадцать лет и готова передать эту землю вам. На ней находятся три фермы. Их участки невелики, но я прошу вас позволить им остаться.

Он кивнул.

– Они очень помогут моему приказчику, когда он будет объезжать поместье. Вы очень щедры.

– Я хочу, чтобы дом и все прочие поместья и владения остались в моей собственности.

Пембрук продолжал улыбаться. Подумав несколько секунд, он медленно кивнул.

– Я владею тремястами тысячами фунтов, – продолжила Клэр. – Я хочу беспрепятственно распоряжаться ими по собственному усмотрению.

Она замолчала, ожидая отказа.

Алекс снова кивнул.

– По рукам.

Клэр не могла понять его настроение. В какое-то мгновение она подумала, что ему скучно, в следующее – что он готовится нанести удар. Казалось, что ничто не в силах изменить его настроение.

Возможно, ей улыбнулась удача, если он соглашался на все.

– Я вместе с тетей занимаюсь благотворительностью. Эту деятельность начала еще моя мать, и я не планирую ее бросать. Несколько раз в году мне необходимо посещать различные мероприятия по сбору средств. Я хочу провести одно такое мероприятие после нашей свадьбы. Я ожидаю, что вы будете посещать их и помогать мне.

– Я с радостью сделаю это.

– Вы должны знать еще кое-что. Я всегда любила детей. – Клэр потупилась. – Каждый год я провожу рождественскую вечеринку для сирот. Она всегда проводилась здесь, в Лэнгем-холле, но я мечтаю о том, чтобы это происходило в моем собственном доме.

– Вы просите у меня разрешения? – Пембрук нахмурился.

– Не совсем, милорд. Это обязанность, которую я выполняю ежегодно, и мне не хотелось бы обременять обитателей Лэнгем-холла и герцога после того, как выйду замуж. – Клэр скромно улыбнулась. – Выражение на вашем лице говорит, что вы будете в ужасе, если по вашему дому будут бегать дети.

– О… нет. Я просто не знал о ваших интересах. Конечно, вы можете проводить это у нас дома. Это ведь будет наш общий дом.

Клэр кивнула, получив ответ. Как ни странно, Пембрук ни разу не возразил, выслушивая ее пожелания. Он даже не спрашивал о причинах, подвигнувших ее на благотворительную деятельность. Она дала начало этой традиции, когда ей было восемнадцать лет, в память о своих умерших родителях. Ее инициатива очень обрадовала детей. С другой стороны, таким образом Клэр подавляла в себе чувство вины за то, что в той катастрофе выжила только она.

– Можете мне не верить, – сказал Пембрук, – но я тоже люблю детей. Сколько мы заведем? Давайте я первый скажу. Мне хотелось бы мальчика и девочку. – И он широко улыбнулся.

Что ж, неожиданная тема для разговора, но она вполне устраивала Клэр.

– Я хочу столько, сколько мы сможем завести. Для меня это не имеет значения, – подчеркнула она.

– Я хочу понять, что мне придется по вкусу. Потому я хочу – для начала – мальчика и девочку. – Пембрук на мгновение задумался. – Я слышал, с хорошими приправами они просто объеденье.

Клэр удивленно посмотрела на него, почувствовав, как быстро забилось сердце в груди. Пембрук улыбнулся и весело расхохотался. Клэр поняла, что легко сможет привыкнуть к его шуткам. Она склонила голову, чтобы он не заметил ее реакцию.

– Вы неисправимы.

– Вы прекрасны, – ответил он.

– Нет, я вменяема.

Он придвинулся ближе.

– Маленькая лгунья. Дело в том, что, когда вы улыбаетесь или смеетесь, у меня перехватывает дух.

Клэр затрепетала. Его слова вселили в нее надежду на то, что их брак удастся.

Она постепенно расслабилась и позволила себе изучить его лицо – широкие скулы, квадратный подбородок с маленькой ямочкой посередине, почти идеальная форма губ. Единственным недостатком, который и недостатком-то назвать было сложно, была несколько полная нижняя губа. Он был прекрасен.

Но поскольку разглядывать будущего мужа казалось ей не совсем уместным, Клэр попыталась нарушить неловкое молчание:

– Я хочу создать траст для наших детей, в который войдет остаток моего состояния. Мой отец держал эти поместья отдельно от герцогства. Он хотел, чтобы я получила хоть что-то с материнской стороны.

– Хорошо. – Молодой человек откинулся на спинку стула и, лениво усмехнувшись, спросил: – Вы нервничаете?

– Нет. – Она вскинула голову и прищурилась. – Почему вы спрашиваете?

– Вы сидите на краешке стула, и у меня складывается впечатление, что в любой момент вскочите и сбежите. Давайте обсудим что-нибудь еще, кроме трастов и угодий, хорошо? Я расскажу вам о себе то, чего никто не знает, а вы сделаете то же самое в ответ.

– Это такая игра?

Она прикусила нижнюю губу, чтобы не нахмуриться.

Пембрук посмотрел на ее губы. О чем это она?

– Нет. Я просто решил, что так мы сможем лучше узнать друг друга.

– Ах, – прошептала Клэр.

В этом не было нужды, потому что она уже согласилась выйти за него. Но когда она поняла, чего он хочет, внутри у нее что-то растаяло. Это просто покорило ее.

– Я начну. – Один уголок его рта приподнялся. – Итак, я хочу, чтобы вы торжественно поклялись никому не рассказывать о том, что мы тут обсудим.

– Конечно.

Клэр притронулась двумя пальцами к губам, давая понять, что их секрет останется между ними.

Его серые глаза потемнели.

– Хочу, чтобы вы знали, что я проверю надежность этого замка́ позже.

Клэр покраснела.

Казалось, что Пембрука удовлетворил ее ответ. Он улыбнулся.

– Когда я был мальчишкой, я мечтал завести себе домашнего питомца, но мать строго запрещала держать животных в доме. Потому я тайком пронес в свою комнату одну ручную кошку из сарая. Два месяца я никому не показывал Афину.

– Афину?

Пембрук повел бровью.

– Это хорошее имя для охотницы за мышами.

– Что случилось потом? – спросила Клэр, сдерживая себя, чтобы не рассмеяться.

– Мои сестры однажды вечером проговорились, что у меня в комнате на кровати спит кошка. Мать пошла ко мне и потребовала отдать ей Афину.

– Бедная кошечка и бедный мальчик.

– Не переживайте. У этой истории хороший конец. Я просто сообщил матери, что, увидев мышь, я взял дело в свои руки. Афина заслуживала того, чтобы остаться в доме. Обеспокоенная новостью о мышах, мать согласилась безо всяких возражений. С того дня Афина свободно правила в Пемхилле.

– Она справлялась с работой?

– Понятия не имею. – Пембрук откинулся на спинку стула и расслабился. – Мышь, о которой я говорил, я встретил на пастбище. Афина дальше двора не уходила.

Клэр прикрыла рот рукой, чтобы скрыть улыбку.

– Вы никому не рассказали об этом?

– Никому, – прошептал он. – Исключая вас.

Она вздрогнула и отодвинулась от него. Неужели он дразнил ее? Или этот его тон значил что-то другое?

– Ваша очередь.

Она сглотнула. У нее было столько секретов, что ей было сложно выбрать один, которым можно было бы поделиться.

– Несколько лет назад я покинула границы Лэнгем-холла, никого не предупредив.

– Невероятно, – пробормотал он, но его глаза смеялись.

– В часе езды от поместья находился цыганский табор. Я поехала туда и купила там магический шар.

Это признание подтвердило, что она верила в проклятие. Как еще можно было объяснить отчаянное стремление Клэр защитить семью после смерти ее первого жениха Арчарда.

В комнате повисла тишина. Не сводя глаз с девушки, Пембрук взял ее за руку.

– Что такое магический шар?

– Это такая сфера, которая удерживает проклятия и не позволяет им навредить родным. – Наверное, с ее стороны было очень глупо рассказывать ему об этом. Клэр на миг замерла, но заставила себя закончить: – Старая цыганка пообещала мне, что шар будет отпугивать злые чары от нашего дома. Он находится у меня в спальне, отпугивая проклятия…

Внезапно он запрокинул ее голову и нежно коснулся губами ее рта. Затем, отстранившись, посмотрел на нее горящими глазами и сказал:

– Когда мы поженимся, можете взять его с собой. Если захотите.

– Вы боитесь моего проклятия? – Этот вопрос дался ей без труда, словно поцелуй Алекса лишил ее всяких сомнений и страхов.

– Нет. – Их губы снова встретились. – Мой поцелуй просто запер ваш секрет во мне.

Клэр медленно заморгала. Может, она действительно боялась проклятия? Боялась приблизить к себе еще одного человека и потерять его, как и других? Она покачала головой, пытаясь побороть минутную слабость. Они обсуждали брачные договоренности, а не секреты.

Следующий пункт не имел почти никакой финансовой ценности, но был таким же важным, как любой вопрос, касавшийся денег. Верность в браке порождала взаимное уважение и укрепляла отношения. Клэр воочию убедилась в этом на примере тети и дяди.

Если Пембрук признает, что у него есть любовница, и откажется бросить ее, Клэр не сможет выйти за него. В противном случае его интрига даст лишний повод свету сделать ее жизнь несчастной. Она уже достаточно настрадалась из-за этого, и ей не нужны были дополнительные проблемы из-за него и его любовницы.

– Я хочу, чтобы мы полностью отдались друг другу. – И тут же выпалила: – Вы должны немедленно бросить любовницу.

Его серые глаза сверкнули, и он посерьезнел. Придвинувшись к Клэр, Алекс спросил:

– Откуда вы знаете, есть у меня любовница или нет?

– Люди считают, что вы содержите Моник Лафонтен. – Клер не сдвинулась с места. Если бы она пошевелилась, то тем самым проявила бы слабость. – Если у вас с ней интрижка, вы должны с этим покончить. Мой кузен Маккалпин проверит это, прежде чем мы обвенчаемся.

Он был очень близко, но Клэр не позволяла себе даже мигнуть. Не выдавая своего волнения, она ждала ответа с таким видом, будто у нее впереди была целая вечность. Хотя, по правде говоря, внутри у нее все сжалось от страха. Возможно, она зашла слишком далеко, достаточно далеко, чтобы он просто встал и ушел. Однако она не могла себе позволить проявить слабость.

– О боже, да вы, похоже, говорите вполне серьезно! – воскликнул он.

– Да.

Клэр вопросительно посмотрела на Пембрука. В ее груди начала подниматься паника. Что, если она совершила ошибку? Она оскорбила его. Она не имеет права потерять свой последний шанс на брак. Как она могла так ошибиться?

Пембрук нарушил молчание, ответив ей тихим, спокойным голосом:

– Я не поддерживаю подобных связей. Весь прошлый год я оплакивал сестру и не покидал Пемхилл. Я не собираюсь больше обсуждать свое прошлое. Оно не влияет на наш союз.

Холод сковал сердце Клэр. А что с ее прошлым? Если бы он знал, что ей довелось пережить, он бы пришел в ужас. Все мысли застыли, превратившись в огромный ледяной ком. Тряхнув головой, девушка попыталась прийти в себя.

Как она могла быть так жестока, вызнавая о его связях с женщинами, в то время как молодой человек заперся в родовом гнезде, оплакивая сестру?

– Простите, я знаю, что терять близких и родных очень больно. Я понимаю, что вы до сих пор скорбите.

Пембрук смотрел в окно, как будто не замечая замешательства Клэр. Наконец он повернулся к девушке и его лицо смягчилось.

– Спасибо. Мы все сильно скучаем по Элис. – Он глубоко вздохнул и поморщился. – Давайте продолжим. Что еще вы хотите обсудить по поводу нашего будущего брака? Или, возможно, вы желаете поделиться чем-то еще?

Своим вопросом Пембрук застал Клэр врасплох. И она, дабы сохранить лицо, решила прибегнуть к помощи своего заклятого врага.

– Нет, я думаю, мы закончили. А если хотите узнать обо мне что-нибудь еще, я рекомендую послушать сплетни. В обществе о моем прошлом и проклятии знают намного больше меня.

Если бы он продолжил задавать вопросы, она могла бы потерять и его тоже. Только на этот раз она сама была бы тому причиной.

Пембрук усмехнулся, уловив иронию в ее словах.

– Действительно. Должно быть, то же самое касается и меня.

Клэр оставалась неподвижной. Если она поделится с ним очередным своим секретом, ее репутация будет уничтожена и, что еще хуже, ее мечты о собственной семье, которую она хотела завести в память о погибших родителях, превратятся в прах. Кто доверит ей невинных детей?

Пембрук поморщился.

– Я хочу затронуть одну очень деликатную тему. Боюсь, что вы смутитесь, но нам надо ее обсудить. – Он говорил мягко, осторожно подбирая слова. – Наверное, вы решите, что я пытаюсь досадить вам в ответ, но уверяю вас, что это не так. Ходят гадкие слухи, что у вас… есть любовник. Поверьте, я сделаю все возможное, чтобы покончить с этими слухами и защитить вас.

Клэр внимательно посмотрела на маркиза, пытаясь понять, знает ли он всю правду о ней. Внезапно ее охватило чувство стыда. Она вспомнила лорда Арчарда. Много лет назад, чтобы доказать свою преданность, они занимались любовью, подарив друг другу чистоту.

– Спасибо за заботу. Я не слышала подобных слухов.

– Простите, если расстроил вас.

Маркиз провел рукой по своим черным волосам. Их длина почему-то напомнила Клэр о пиратах. На какое-то мгновение он, как и она, глубоко погрузился в прошлое.

– Кто распространяет эти слухи? – спокойно спросила Клэр.

– Сложно сказать. Это просто разговоры людей, напрочь лишенных… – Боль на его лице превратилась в кривую усмешку. – Не волнуйтесь. Я положу этому конец.

– Не трудитесь. Ничто не сможет остановить слухи обо мне.

Клэр хотелось, чтобы эта пытка как можно быстрее закончилась. Она прикусила губу, стараясь взять себя в руки. Сердце подсказывало ей, что настало время сказать правду и понести за это наказание. Много лет она тщательно хранила свой секрет в глубине сердца. Но этот мужчина и его клятва защищать ее пробудили в ней желание признаться во всем.

О боже, сумеет ли она открыться? В противном случае он уйдет, а она станет изгоем в обществе.

Пембрук встал со стула и замер перед ней:

– Мне пора уходить. Я еще хочу повидать вашего дядю и тетю.

Клэр глубоко вздохнула, пытаясь унять бурю, поднявшуюся в ее душе.

– Они захотят снова обсудить наше соглашение. Проявите терпение, пожалуйста. У моего дяди репутация довольно дотошного человека.

– Я не думаю, что вашему дяде есть дело до моего терпения. Его заботит ваше благополучие, как и должно быть.

Клэр почувствовала, что снова краснеет.

– Розовый цвет вам очень к лицу. Я готов заставлять вас смущаться, чтобы увидеть этот нежный румянец. – Он взял ее руку и медленно поднес к губам. Теплота его дыхания заставила девушку вздрогнуть. – Я очень рад нашему союзу. В ближайшее время я вновь навещу вас.

Он вышел из комнаты, и вскоре его шаги замерли.

Где-то глубоко в душе Клэр знала, как ей следовало поступить. У нее не было никаких других вариантов. То, что ждало ее, реши она отказаться от брака, было намного хуже той правды, какую он узнает о ней.

Она принадлежала Пембруку. Боже, храни их обоих от проклятия!

Глава четвертая

Клэр была неподвижна, словно статуя. Это оцепенение заставило ее сомневаться в том, что она еще жива.

Когда Пембрук ушел, ее мир перевернулся с ног на голову. Тактичность и честность маркиза были лучшим подтверждением серьезности его намерений. Этот человек, вне всяких сомнений, будет заботиться о жене. А значит, он заслуживал любви. И заслуживал знать правду.

Ни один из ее предыдущих женихов не заставлял ее так сильно переживать, так остро ощущать свою вину и стыд. Да, она была проклята. Но теперь ей очень хотелось связать свое будущее с таким человеком, как Пембрук, хотя глубоко в сердце она чувствовала острую тревогу.

Клэр открыла дверцу массивного шкафа, собранного из кедровых досок, в котором хранились все ее свадебные платья. Встав на колени, после непродолжительных поисков она нашла шелковый мешок, в котором лежало розовое платье, которое она планировала надеть на свадьбу с Генри, графом Арчардом. Она аккуратно взяла платье, вытащила его из мешка и начала ощупывать в поисках скрытого в корсаже кармашка.

Она выудила оттуда медальон, который он подарил ей в день, когда они любили друг друга. Украшенный бриллиантами, он легко умещался у нее на ладони. Главным достоинством медальона было то, что художник прекрасно изобразил на нем портрет ее жениха. Он выглядел на нем как живой. Генри попросил, чтобы Клэр спрятала медальон в свадебном платье как напоминание об их любви.

Она провела пальцем по его лицу. К ней начала потихоньку возвращаться уверенность. Клэр решила, что не совершила ошибку, отдав свою невинность этому человеку. Она любила его, а он отвечал ей взаимностью. Любые последствия ее действий были ничтожны по сравнению с тем, что она разделила с Генри. Она расскажет обо всем Пембруку, и будь что будет.

В комнату вошла ее служанка Айлин.

– Миледи? Питтс сказал, что вы здесь. Вас ждут в кабинете его светлости. – Она посмотрела на открытый шкаф и прищурилась. – Вы же не собираетесь надеть одно из этих платьев на свадьбу? Это может принести неудачу.

– Нет. Я просто вспоминала прошлое.

Клэр спрятала медальон и вышла из комнаты. Ее невезения хватило бы еще на одну жизнь. Она позволила укрепиться вновь обретенному внутреннему спокойствию. Очень скоро оно ей очень понадобится.

Когда Пембрук узнает ее секрет, у него будет полное право не жениться на ней. Однако она не собирается винить его за это. Но если тетя и дядя узнают, почему он от нее отказался, они придут в ужас. Разочарование на их лицах раздавит ее. Они дали ей кров, они поддерживали ее все эти годы. Она не могла их так унизить, признавшись, что много лет назад потеряла девственность в ответ на всю ту доброту, которой они делились с ней.

Она могла бы разорвать помолвку с Пембруком. Но тогда ей придется покинуть Лондон и вернуться в поместье Локхарт на юге Шотландии. Весь свет уже знал о том, что она разорвала помолвку с лордом Полом, променяв его на лорда Пембрука. Если она не выйдет за него в пятницу, ее выживут из города. А за ней последует ее проклятие. В этом сомневаться не приходится.

Клэр остановилась возле двери в кабинет дяди и наклонила голову. Она крепко зажмурилась и не открывала глаз, пока пустота в груди не отступила. Ей нужно найти способ рассказать Пембруку обо всем до свадьбы.

Когда она вошла в кабинет, тетя и дядя как раз свалили на стол огромную кипу бумаг. Алекса нигде не было видно.

– А, вот и ты. – Тетя Джинни смахнула со лба седой локон. – Я велела Айлин подготовить для помолвки голубое атласное платье. – Тетя улыбнулась, но по голосу Клэр поняла, что ей неловко. – Себастьян и Пембрук решили, что вы появитесь на людях вместе на этой неделе, прежде чем будет объявлено о вашей свадьбе.

– Зачем нам появляться на людях?

Клэр не могла даже подумать, что им придется предстать на публике вместе. После бала у леди Энтони все снова заговорили о проклятии. В утренних газетах в передовицах писали о ее разорванной помолвке и новом союзе. Одна статья так и называлась: «Приключения проклятой на балу».

Лицо дяди смягчилось.

– Мы с Пембруком решили, что, если вы проведете вместе вечер на виду у всех, это поможет немного унять сплетников. Сегодня вечером вы едете в оперу.

Айлин присела перед ней в реверансе.

– Хотите, чтобы я достала сапфиры вашей матери? – мягко спросила она.

– Да, это было бы превосходно.

От ее неловкости почти не осталось следа, когда она заметила озорной блеск в глазах служанки. Айлин была на семь лет старше Клэр. Ее приставили к ней, когда Клэр было всего тринадцать лет. Ее тетя заявила, что у каждой юной девушки должна быть личная служанка, которая помогала бы ей во всем. Но что было более важно, так это решение Айлин остаться с Клэр даже после того, когда у нее начались кошмары.

В кабинете стало тихо. Радость от мысли, что она наконец выйдет замуж, померкла. Клэр не знала и боялась того, что принесет ей брак с Пембруком. Эта помолвка отличалась от предыдущих четырех. Алексу нужна была она, а не ее приданое. Ни один из ее прежних женихов не говорил такого. Даже Арчард, который был заинтересован в ее приданом для процветания своего поместья. Клэр села рядом с тетей, ожидая от нее поддержки.

Дядя Себастьян повернулся к Клэр и торжественно заявил:

– Клэр, я одобряю ваш союз с Пембруком.

Клэр сглотнула и зажмурилась, пытаясь успокоиться. Он согласился. Она позволила надежде окрепнуть. Их брак означал, что она сможет восстановить свою репутацию. Что бы ни сулило будущее, если Пембрук не откажется от нее после ее признаний, она сделает все возможное, чтобы он был счастлив.

– Пожалуйста, продолжай.

Тетя Джинни протянула Клэр листок, который она держала в руках.

– Ты должна быть готова, если кто-то спросит о проклятии и лорде Барстоу. Его пристрастие к азартным играм было более губительным, чем мы предполагали изначально. Вчера вечером он проиграл свое состояние, так что у него не осталось иного выхода, кроме как продать поместье усопшей матери. Сегодня утром он прислал Себастьяну записку с объяснениями.

– Понимаю. Не хочу это читать.

Теперь высший свет добавит еще и долги к тому списку несчастий, которые преследуют женихов Клэр вместе со смертью, болезнями и увечьями. Клэр посмотрела на письмо лорда Пола, печать на котором была сломана. Накануне вечером похожая записка кардинально изменила ее жизнь. Теперь же для нее это был просто листок бумаги.

Тетя с сочувствием посмотрела на племянницу.

– Дорогая, это весьма жестоко, но ты должна быть в курсе. Ходят слухи, что новость о проигрыше лорда Пола – ложь. – Она сжала руку племянницы, словно пытаясь вселить в нее уверенность. – Некоторые говорят, что он намеренно пустил слух, дабы ускользнуть без последствий для себя. Никто не знает, кто теперь владеет его собственностью. Мы не можем больше позволить себе быть замешанными в каких-то скандалах. Слава Богу, Пембрук предложил тебе выйти за него. Это было очень кстати.

– Что ты имеешь в виду? – Клэр удивленно посмотрела на тетю.

– Лорд Пембрук полагает, что лорд Барстоу пытается привлечь средства со стороны, чтобы покрыть свои потери. Если у него получится, его репутация будет сохранена. Чего нельзя сказать о твоем добром имени… – Тетя Джинни осеклась. – Скажем так, проклятие никуда не денется. Он не пострадает, если не женится на тебе. Всегда есть другие барышни на выданье.

– Что предлагает Пембрук? – Клэр должна была задать этот вопрос.

Вздохнув, дядя Себастьян ответил:

– Следующие несколько дней вы с Пембруком будете активно появляться на публике. Люди должны видеть влюбленную пару. Тогда все намеки на лорда Пола и вынужденный брак будут совершенно беспочвенны. В конце недели вы обвенчаетесь по особому разрешению. Для света твой поступок будет выглядеть разумным. Таким образом, ты будешь свободна от долгов лорда Пола. – Он вопросительно посмотрел на Клэр. – Что скажешь?

Клэр усилием воли подавила беспокойство и повернулась к тете:

– А что вы думаете?

– Если ты не уверена в браке с Пембруком, – тетя Джинни похлопала ее по руке, – мы придумаем что-то другое.

Клэр встала и твердо произнесла:

– Я хочу выйти за него.

Дядя Себастьян облегченно вздохнул.

– Я одобряю его. Он убедил нас, что будет защищать твои активы и владения.

– Мы сегодня вечером распланируем остаток недели для вас. – Глаза тети Джинни радостно заблестели. – В пятницу ты выйдешь замуж.

Клэр выпрямилась.

– Спасибо. Со всеми этими переживаниями я совсем забыла спросить, что за постановка в опере.

Дядя Себастьян подошел к столу и рассмеялся.

– Кому какое дело? Вы с Пембруком идете туда играть, а не смотреть на игру. Желаю вам хорошо провести время.

***

Клэр морщилась, когда четырнадцать тысяч воображаемых муравьев бегали по ее спине, пока Айлин поправляла ее непослушные волосы.

– Миледи, если позволите, я готова заверить вас, что вы прекрасно выглядите. Все мужчины падут к вашим ногам, включая лорда Пембрука.

Если бы служанка знала правду о девственности Клэр, она бы поняла, как легко Алекс мог отказаться от нее.

Клэр замерла, когда Айлин принялась застегивать у нее на шее ее любимое ожерелье. Это было массивное украшение, которое, как говорила мать, было такого же цвета, как глаза отца. В середине – крупный голубой сапфир в окружении маленьких бриллиантов. Остальная часть ожерелья состояла из золотого обруча, усыпанного прекрасно подобранными бриллиантами и маленькими сапфирами.

Ее платье прекрасно подходило к ожерелью. Декольте было глубоким, но не настолько, чтобы заставить Клэр смущаться. Верхний слой платья, сшитый из тюлевой ткани и украшенный мелкими сапфирами, напоминал сияющее звездное небо.

Клэр потянулась за перчатками, и в этот момент кто-то постучал в дверь спальни.

Айлин, которая пошла открывать, вернулась с запиской от лорда Пола.

– Бьюсь об заклад, что он будет кусать локти, когда увидит вас сегодня вечером такой красивой, – пробурчала она.

Спустя несколько минут Клэр вошла в зал. Глубоко вздохнув, она остановилась возле дивана, ожидая, когда лорд Пол заметит ее. В зале царила тишина, которую время от времени нарушало потрескивание сухих поленьев в камине. В этот вечер золотистые отблески пламени придавали его лицу желтоватый оттенок.

Он стоял возле камина и смотрел в пол. Через несколько секунд он поднял голову. Сердце Клэр сжалось, когда она увидела, как неопрятно он выглядит. Его измятое тонкое пальто и растрепанные волосы говорили о том, что последние несколько дней были для него нелегкими. По всей видимости, он уже несколько дней не был дома, а может, камердинер покинул его из-за последних событий.

– Клэр, вы так красивы сегодня. – Лорд Пол с восхищением посмотрел на ее платье и слабо улыбнулся.

– Спасибо. У меня мало времени. У меня планы на этот вечер.

Она стиснула зубы, сдерживая себя, чтобы не предложить ему сесть. Для нее было непривычным вести себя с ним подобным образом. После того как он сделал ей предложение, они много времени проводили вместе. И это свидетельствовало о том, что после свадьбы они, возможно, смогли бы полюбить друг друга.

– Я должен был повидать вас.

Он отвел взгляд, прежде чем подойти к ней.

Если кто-то видел, как он переступил порог Лэнгем-холла, то слух об этом распространится по городу в течение часа. Ей следовало придумать способ заставить его немедленно уйти.

– Вы наверняка слышали, что я финансовый банкрот. – Его голос смягчился, но слова все равно причиняли боль. – Я не могу связать ваше доброе имя со своим.

Его лицо скривилось в болезненной гримасе. Клэр взяла его за руку, но тут же отпустила. Она не могла предложить ему никакого утешения, пока он не объяснит, почему бросил ее накануне вечером на балу у леди Энтони.

– Именно по этой причине я разорвал помолвку. Кто-то говорит, что я испугался проклятия или намеренно обманул вас. Поверьте, это неправда.

Обычно его светлые голубые глаза блестели от радости, но сегодня вечером они были пустыми от осознания собственного поражения. Его пристрастие к азартным играм было настоящей трагедией и стоило ему всего. Он выглядел потерянным и брошенным, словно лишился последнего друга.

– Спасибо за понимание. Я не уверена, что могу предложить вам что-то еще. Тем не менее я надеюсь, что вы будете счастливы. Лакей вас проводит.

Отсутствие каких-либо эмоций в ее голосе удивило Клэр.

При этих словах лорд Пол помрачнел. Клэр надеялась, что он не будет умолять о прощении.

– Клэр, я глубоко сожалею, что вы оказались в таком положении. Если я могу сделать хоть что-то… – После паузы он, прокашлявшись, продолжил: – Чтобы спасти нашу дружбу…

Ее сердце гулко застучало в груди, а в голове пронеслись слова: «Я так и знала». Но она решила не обращать на это внимания. Лорд Пол предложил ей руку и сердце, не испугавшись проклятия. Теперь он мог рассчитывать хотя бы на ее дружбу.

– Мне понадобится какое-то время. Ваши действия поставили меня и мою семью в трудное положение. Всех, кто сегодня был у нас, интересовало совсем не мое состояние. Каждый из них хотел знать, верны ли слухи. Вы понимаете?

– Если вам станет легче, то завтра все будут обсуждать только меня. Я тоже не хочу потерять вас… как друга.

Из зала донесся бой часов, который прозвучал как похоронный звон. Пембрук мог прийти в любую минуту.

***

Задумка Алекса сделать этот вечер для Клэр максимально приятным потерпела крах. Через приоткрытую дверь он мог видеть и слышать, о чем разговаривала его невеста с лордом Полом. Ему было неприятно, оттого что Клэр говорила достаточно спокойным тоном. Он лихорадочно пытался придумать этому рациональное объяснение. Без сомнения, она не была влюблена в него.

– Зачем было подвергать меня публичному унижению? Я думала, что вы хотели жениться на мне.

Клэр произнесла эти слова почти шепотом. В ее голосе явно чувствовалось отчаяние. На мгновение он поверил, что ей больно.

– Если бы вы знали, как я страдаю. Мои извинения ничто, но это все, что я могу предложить сейчас. – Лорд Пол заколебался. – Я отвечаю за свои действия, но вы должны знать, что существуют другие силы, которые я не в состоянии контролировать. Если бы я знал, чем это все закончится, я бы никогда не позволил себе оказаться в подобной ситуации.

Клэр скрестила руки на груди.

– Жаль, что вы не сказали мне об этом лично. Почему вы не дали мне возможности порвать с вами? По крайней мере меня назвали бы легкомысленной девушкой, но я не была бы объектом злых шуток.

Волосы на затылке Алекса зашевелились от страха. Казалось, что лорд Пол вот-вот расскажет Клэр о его роли в этой истории. Клэр либо не поняла намека, либо ей было все равно.

Лорд Пол медленно подошел к девушке и взял ее за руку.

– Я хотел прожить с вами всю свою жизнь. – Другой рукой он взял ее за подбородок, тем самым заставив посмотреть ему в глаза. – Я думал, что мы прекрасно подходим друг другу. Дайте мне еще один шанс, и вы не пожалеете. Я прошу немного времени. До пятницы. Соглашайтесь, Клэр.

Алекс напрягся и закрыл глаза. Ему было неприятно видеть, как лорд Пол прикасается к ней. Но если бы он сейчас вмешался, это испортило бы все. Ожидание было подобно пытке, ибо от ее ответа зависели его дальнейшие действия. Он задержал дыхание и замер в ожидании.

– Того, что сделано, уже не исправить, – твердо произнесла Клэр. – Вас не было на объявлении о помолвке. Потому она расстроилась. Пусть уж останется как есть.

– А что, если я скажу вам, что люблю вас?

Клэр отпрянула, как будто лорд Пол ударил ее. Но уже в следующее мгновение, взяв себя в руки, сказала:

– Пожалуйста, не надо. – Девушка покачала головой. – Нам обоим нужно строить свою жизнь дальше. Порознь.

Алекс медленно выдохнул. Он чуть было не сорвался. Ему потребовалась вся его выдержка, чтобы не ворваться в зал и не оттащить ее от лорда Пола, когда тот умолял о прощении.

– Я не согласен, миледи. Я так просто не сдамся. Хорошего вечера.

Коротко кивнув, лорд Пол направился к двери.

Алекс отступил в тень, ожидая, пока он выйдет. Когда лорд Пол закрыл за собой дверь комнаты, Алекс бесшумно подошел к нему сзади. Воспользовавшись тем, что он был выше своего врага, Алекс схватил его за шею.

– На пару слов, если ты не против.

Лорд Пол был больше похож на отчаявшегося бродягу, чем на сына герцога. Прежде чем он успел хоть что-то ответить, Алекс затащил его в музыкальную комнату, которая находилась по другую сторону коридора.

– Черт побери, Пембрук. – Лорд Пол попытался разгладить свое помятое пальто. – Вы создали уже достаточно проблем на этой неделе.

Алекс сжал руку в кулак.

– Похоже, что нет. Я многое услышал из того, что ты наговорил в зале. Ты напоминаешь мне свинью, застрявшую в зловонной канаве. Из твоих уст исторгается точно такая же вонь, когда ты пытаешься вымолить себе прощение.

– А почему, собственно, я должен умалчивать о том факте, что это ты заставил меня порвать с леди Клэр? Весь город только и судачит о моем проигрыше и ее проклятии. – Лорд Пол подошел к фортепьяно и нажал на клавиши. – Моя жизнь кончена. Я на мели, я нищий, и все из-за тебя. Мне нечего терять.

Когда он поднял голову, его лицо было лишено каких-либо эмоций. Эта трагическая пьеса была окончена.

– Значит, то, что говорят в клубе, правда. Отец совсем тебя бросил. – Алекс почувствовал, как в нем начинает просыпаться сочувствие, но он тут же подавил его, вспомнив об умершей сестре. – Делай, как договорено, либо пожалеешь. Поплывешь в Австралию или Америку. Тебе выбирать.

Лорд Пол быстро подошел к нему.

– Иди к дьяволу!

– Не приближайся к Клэр, – прорычал Алекс. – Если будешь преследовать ее, я вызову тебя на дуэль. Только дай мне повод, любой повод.

Лорд Пол внимательно посмотрел на бывшего друга.

– Ты женишься на ней из-за мести. Черт побери, почему я раньше не понял этого? – Лорд Пол покачал головой. – Ты подставил меня, сделав мне постоянный кредит в «Рейнолдсе». Я мог играть на любую сумму. Но как долго?

Алекс презрительным взглядом окинул потрепанную фигуру лорда Пола.

– Ты не знал меры, поэтому так долго не могло продолжаться.

– Тебя интересует только месть. Но ведь это ты сжил Элис со свету. Не я.

Алекс подавил желание тут же ударить лорда Пола. Если бы он это сделал, то не смог бы остановиться, пока не убил бы его.

– Мы оба знаем, почему она умерла, – сказал Пембрук. – Как ты вообще можешь жить с этим знанием?

– Моя совесть чиста, как хор ангелов. – Лорд Пол оценивающе посмотрел на Алекса. – Позволь раскрыть тебе секрет. Леди Клэр несравненна. Это драгоценность высшей пробы. Ее нельзя сравнивать с другими женщинами, которые у меня были. Поверь мне.

Алекс вздохнул. В этом и состояла суть проблемы. Раньше он верил Полу. Когда Алекс готовил свою первую речь для палаты лордов, Пол провел с ним целый день. Он был искушен в политических делах и помог ему переписать целые куски его речи. Он послушал, как Алекс произносит речь, а потом посоветовал, где лучше расставить акценты. На следующий день Алексу стоя аплодировали все лорды.

Они росли в похожих условиях – ходили в одну школу, посещали те же клубы. Когда-то они были друзьями. Алекс знал о Поле все, вплоть до того, как он мыслил. Но мог ли он поверить Полу, который утверждал, что переспал с Клэр? Он лгал насчет Элис и теперь наверняка лгал снова. Другого объяснения быть не могло.

Лорд Пол презрительно усмехнулся.

– У Клэр самые красивые… – Он положил руку себе на грудь и вздохнул. – Впрочем, ты скоро сам все узнаешь.

Мысль о том, что лорд Пол прикасался к леди Клэр, была невыносима. Алекс заставил себя думать о лорде Поле. Он подошел к нему и сказал:

– Ты низок, – он скрипнул зубами и прищурился, – но я не знал, что ты еще и лжец.

– Ты всегда был ограниченным дураком, который всех вокруг осуждал. Возможно, именно поэтому всегда, когда Элис что-то беспокоило, она шла ко мне, – парировал лорд Пол.

Он был прав. Элис часто советовалась с ним. Но Алекс не подал виду, что лорд Пол попал в точку.

– Как бы то ни было, в следующий раз, когда я брошу любовницу, я пошлю тебе записку. Если это окажется леди Клэр, думаю, ты будешь рад занять мое место в ее постели, – заявил лорд Пол.

Алекс схватил его за грудки и притянул к себе так, что он касался пола лишь кончиками пальцев ног.

– Если ты хотя бы намекнешь об этом кому-нибудь, я тут же убью тебя без всяких церемоний. А теперь проваливай, пока я не разозлился по-настоящему.

Он толкнул лорда Пола, и тот сильно ударился о закрытую дверь.

Злобно посмотрев на Пембрука, он поправил свой камзол и холодно произнес:

– Ты заплатишь за то, что сделал. Я обещаю. И я не позволю тебе уничтожить Клэр, как ты это сделал со мной. И Элис.

***

Перед тем как войти в зал, Алекс поправил пальто и галстук и постарался унять злобу и боль. Он отказывался верить словам лорда Пола, что тот переспал с Клэр. Она была милой, хорошо воспитанной девушкой. Когда они поженятся, подобной лжи больше не будет в их жизни. Никто не посмеет очернять ее. Он скорее вызовет обидчика на дуэль, чем позволит кому бы то ни было заставить ее страдать.

Слова Пола о том, что Алекс погубил Элис, были недалеки от реальности, так как он не смог защитить сестру от зла. Теперь это не имело значения. Все, что он сделал в предыдущем году, было ради Элис. Лишь это было важно. Если он сумеет защитить Клэр, это станет чем-то похожим на искупление грехов и поможет ему избавиться от постоянно преследовавшего его чувства вины.

Клэр сидела к нему спиной и смотрела на пламя в камине. Она либо не слышала, как он вошел, либо ей было все равно.

Алекс окинул ее взглядом. Платье из темного шелка красиво подчеркивало молочно-белую кожу девушки. Любой художник с радостью взялся бы написать подобную картину. Ее волосы сверкали в отблесках пламени. Она была прекрасна.

Резко развернувшись, Клэр приветствовала его скромной улыбкой и глубоко вздохнула в ожидании, когда он подойдет к ней. Была ли ее улыбка искренней, для него не имело значения. Алекса тянуло к ней со страшной силой, и он не мог с этим справиться. Он молча признал очевидное. Ему не хотелось сопротивляться своему чувству, чем бы это ни грозило.

Он лишь напомнил себе, что никакие новые переживания не позволят ему забыть об Элис. Его хриплый шепот прервал тишину:

– Леди Клэр.

Она посмотрела на него чистыми, внимательными глазами.

– Лорд Пембрук.

– Пожалуйста, зовите меня Алекс. Так меня зовут родные.

Он улыбнулся, надеясь, что это поможет ей расслабиться, но во взгляде девушки все еще видел затаенную боль. Неужели она грустила из-за лорда Пола? Алекс был готов сделать что угодно, только бы заставить ее забыть все.

Алекс взял девушку за руку. Она была без перчаток, и от прикосновения к ее мягкой, теплой коже он едва не потерял голову. Пембрук медленно поклонился и поднес ее ладонь к губам. Он почувствовал легкий аромат бергамота и сандалового дерева и вспомнил, как она прижималась к нему на балу у леди Энтони. Не отпуская руки девушки, он прикоснулся к ней языком.

Клэр выдохнула, не ожидая подобной вольности, но это лишь подстегнуло Пембрука. Он начал нежно массировать пальцем ее ладонь. Ему необходимо было прикоснуться к ней. Она околдовала его.

Губы Клэр жаждали его поцелуя. Ее зеленые глаза потемнели, когда она посмотрела на Алекса.

– Приехав сюда, я увидел лорда Пола. Все в порядке?

Клэр замерла, но тут же собралась и тихо ответила:

– Я сказала ему, что между нами все кончено. – Ее лицо не выражало никаких эмоций. – Это сложно объяснить. Вчера я думала, что выйду за него замуж. Сегодня я уже с вами.

Алекс мысленно ликовал. Клэр согласилась передать свою судьбу в его руки. Ее согласие было приятным сюрпризом.

– Пойдем… Алекс?

Ее секундное колебание и то, как она произнесла его имя, возбудили Алекса.

Клэр высвободила свою руку и надела вечерние перчатки.

– Давайте продолжим разговор в карете.

Пембрук последовал ее примеру и тоже надел перчатки. Ему не хотелось уходить, но ее признание значительно улучшило его настроение.

***

Клэр посмотрела на черную карету Пембрука. Она была не хуже лучших карет герцога Лэнгема. Экипаж был похож на Алекса – такой же большой, темный и красивый. И быстрый. В упряжке было шесть крепких скакунов, готовых в любую секунду сорваться с места и отвезти их в оперу.

Алекс помог девушке забраться в карету. Перчатки подчеркивали изящество его больших ладоней и силы, таящейся в них. Когда она села, Алекс на мгновение сжал ее пальцы, а затем нехотя отпустил их. Его прикосновение заставило ее сердце биться быстрее. То же самое она чувствовала в зале, когда он поцеловал ей руку.

Алекс быстро забрался в карету и уселся напротив нее. Хотя в экипаже царил полумрак, Пембрук, казалось, заполнял собой все свободное пространство. Он был повсюду. Клэр смотрела в окно, пытаясь отвлечься и не думать об Алексе. У нее возникло ощущение, что прошла целая вечность, прежде чем карета сдвинулась с места и выехала на дорогу.

– Вы любите его? – тихо спросил он.

Неожиданный вопрос заставил Клэр закашляться. Она прикрыла рот рукой, стараясь скрыть замешательство. Алекс вынырнул из полумрака и протянул ей платок. Она взмахнула рукой, пытаясь остановить его.

Он взял ее за руку и положил ей на ладонь платок. На его лице отразилось беспокойство.

– Клэр?

Девушка прокашлялась, но ей все равно было трудно говорить.

– Нет, не люблю. Я уже все ему сказала и не хочу, чтобы мне об этом снова напоминали.

– Хорошо.

Его темные глаза были бесстрастны.

Клэр испытывала неловкость и с трудом выдерживала пристальный взгляд Алекса. Казалось, ему нравилось наблюдать за тем, как она смущалась. Из-за его молчания ей не удавалось найти приемлемую для разговора тему. Тем не менее она не испугалась Пембрука и, в свою очередь, тоже окинула молодого человека внимательным взглядом. Вечерний костюм подчеркивал его мужественность, нисколько не скрывая силу. Все это – его тело, запах и обаяние – подавляли ее. Он напоминал ей какое-то дикое животное. Попав в его логово, она не знала, что ей дальше делать. Ни один из ее предыдущих женихов не производил на нее подобного впечатления. Она закрыла глаза, пытаясь вернуть себе самообладание.

Наконец он нарушил молчание:

– Я считаю себя везучим человеком. Ведь у меня такая красивая невеста.

– Алекс, пожалуйста. В этом нет нужды. – Клэр смущенно поерзала на сиденье и глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки. – Я не отношусь к тому типу женщин, у которых есть поклонники, интересующиеся не только их богатством.

Она ждала, что он ответит, но Пембрук молчал. Молчание становилось невыносимым.

– Честно говоря, у меня скучная жизнь. Я занимаюсь благотворительностью и посещаю соответствующие мероприятия. Меня редко можно встретить на балу среди высшего общества.

Даже для самой Клэр ее слова показались ужасно скучными.

Однако он ничего не ответил.

– Действительно, о моем богатстве ходят легенды, – Клэр не могла остановиться. – Но мы оба знаем, что его недостаточно, чтобы отогнать тот страх, который большинство мужчин испытывает перед проклятием.

– Вы действительно считаете, что прокляты?

– Иногда мне так кажется.

С чего бы еще она поехала в одиночку в цыганский табор, в отчаянии пытаясь найти лекарство от неудач. Она даже подумывала поехать в Шотландию, чтобы найти белую ведьму, которая могла бы снять проклятие.

– Нет никакого проклятия. – Его глубокий баритон был хорошо слышен в каждом уголке кареты. – Вы знаете, почему я хочу вас?

Голос Алекса был для нее сладким эликсиром, который заставил ее расслабиться, поэтому она не сразу поняла его вопрос. А когда осознала смысл только что произнесенных им слов, резко вздохнула и почувствовала боль в груди. Она не могла сформулировать ответ. Снова воцарилась тишина. В этот момент она была готова отдать все деньги, лишь бы избавиться от своего прошлого. Она хотела быть просто Клэр, а не банковским счетом, недвижимостью или проклятой женщиной. Пембрук давал ей такую возможность.

Его молчание заставило ее напрячься. Внутри Клэр все замерло. Прислушиваясь к мерному перестуку колес и цоканью копыт, она ждала, что он скажет.

Алекс тихо произнес, нарушив молчание:

– Клэр… – Его голос ласкал ее. Пембрук вновь вынырнул из тени, словно герой готического романа, и, наклонившись к ней, продолжил: – Когда я сообщил на балу леди Энтони о нашей помолвке, я думал, что у нас будет обычная свадьба, типичный брак, дружба и понимание. Но… – Он окинул Клэр взглядом и снова посмотрел ей в глаза. – Я не ожидал, что вы окажетесь настолько желанной, что я с трудом смогу сдерживаться. Если бы я мог, то повалил бы вас на это самое сиденье сию же минуту.

Он придвинулся ближе, не касаясь ее, и она почувствовала жар его тела.

Клэр замерла, не зная, как положить конец растущему влечению, которое они испытывали друг к другу. Она не была уверена, что хочет этого. Запах мужчины, такой острый и такой не похожий на ее аромат, лишил ее силы воли, и она подалась вперед, ожидая его прикосновения.

Голос Алекса превратился в горячий шепот, от которого у Клэр потеплело внизу живота.

– Я бы целовал и сосал ваши губы до тех пор, пока бы они не покраснели и не напухли. – Он вздохнул и начал шептать ей на ухо: – Потом я бы нежно покусывал ваше ушко, рассказывая, что бы я с вами сделал дальше. Я бы медленно снял с вас одежду, наслаждаясь видом каждого миллиметра вашей кожи. Я бы кусал и целовал вас. Наконец, я оголил бы вашу грудь. Я ласкал бы ваши соски, пока они не затвердели бы, а вы не стали бы умолять меня о пощаде. Пока я ублажал бы вас, моя рука нашла бы дорогу под вашу юбку. Я гладил бы вашу кожу, прежде чем обнаружить самое потаенное местечко.

Клэр дрожала. Боже, его слова породили в ее теле настоящий шторм.

Алекс медленно уперся ладонями в сиденье с одной и с другой стороны от Клэр и подался вперед. Их тела почти прикасались друг к другу.

– Я бы запустил пальцы в вас, и каждая моя ласка дарила бы вам сладостное страдание, снова и снова, вынуждая вас выкрикивать мое имя в полузабытьи. А затем, Клэр, я бы оседлал вас, и мы бы любили друг друга до самого сладкого конца.

Клэр не могла двигаться. Ее поглотила горячая волна желания, лишив ее способности дышать. Его запах пьянил ее.

Экипаж остановился. Снаружи послышались голоса. Алекс протянул руку и нежно погладил щеку Клэр затянутой в перчатку ладонью. Ее тело хотело еще, в то время как разум требовал остановиться.

– Не спешите. Кучеру приказано не вмешиваться, если только я не подам соответствующий сигнал. – Он протянул ей руку. – Если я вас шокировал, простите меня. Я с нетерпением жду того дня, когда смогу овладеть вами. Теперь вы знаете всю глубину моего желания. – Алекс шумно выдохнул: – Больше всего я хочу затащить вас в постель.

Клэр закрыла глаза и положила ладонь на руку своего будущего мужа, пока он нежно гладил ее по щеке. Обуреваемая столь сложными эмоциями, она сомневалась, что отныне сможет обрести покой.

– Алекс…

Клэр показалось, что он хочет поцеловать ее.

Каждый мускул ее тела напрягся, лишив ее уверенности в том, что она сможет когда-нибудь расслабиться. К сожалению, Алекс отстранился.

– В следующий раз, когда вам покажется, что вы прокляты, приходите ко мне. Я докажу вам, что это не так. – Его тело излучало неукротимую энергию. – Дайте мне несколько секунд. Пойдем внутрь? Я хочу, чтобы все увидели, что вы принадлежите мне, что вы – моя будущая жена.

Глава пятая

Клэр никогда не носила откровенных нарядов в оперу или куда-нибудь еще, но сегодня вечером она надела яркое, привлекающее взоры платье. Оно было идеальным выбором, особенно после того, как Алекс заявил, что он хочет, чтобы люди заметили, что они вместе.

Его личная ложа располагалась в центре зала над сценой и немного в стороне от других лож. Однако ощущение приватности тут же испарилось, когда несколько человек из партера направили в их сторону театральные монокуляры. Держа в руках свои оптические устройства, эти господа были похожи на красиво одетых пиратов, готовых забрать трофеи с тонущего судна, то есть распространить сплетни о том, что она пришла в оперу с маркизом Пембруком.

Провожая Клэр к ее месту, Алекс крепко обнимал девушку за талию. Когда они сели, он придвинулся к ней и сказал:

– Моя мать и сестра присоединятся к нам. Я хочу, чтобы они присутствовали во время объявления о нашей помолвке.

Похотливые мысли Клэр тут же исчезли. Их сменило другое желание, желание встретиться с его родственниками.

– Я с нетерпением жду новой встречи с леди Дафной. Однако я еще не была представлена леди Пембрук.

– После смерти моей сестры мать редко появляется на людях. В этом году Дафна выезжает в свет, потому все изменилось. – Алекс слабо улыбнулся при мысли о сестре. Он еще ближе придвинулся к Клэр, заняв краешек ее кресла. Когда он прижался ногой к ее бедру, Клэр замерла. – Дафна уверенно чувствует себя в обществе, ее обаяние и чувство юмора не оставляют никого равнодушными. Я горжусь сестрой. Она выросла и стала самодостаточной молодой леди.

Сердце Клэр буквально выпрыгивало из груди, когда она смотрела на него. Он выглядел очаровательно, рассказывая о своем отношении к сестре. Его любовь к семье была очевидной. Клэр ощутила резкий прилив жизнелюбия. На этой неделе она станет частью их семьи. Она мечтала о том, чтобы подружиться с маркизой, и надеялась, что их отношения станут крепкими, как между матерью и дочерью. Но сладостное предвкушение перемен исчезло, как только она вспомнила о том, что ее будущее счастье зависит от того, как поведет себя Алекс, узнав о ее секрете.

– Если бы Элис была здесь и могла видеть, как Дафна впервые выезжает в свет. – Алекс наклонился вперед и опустил локти на колени. Его взгляд был прикован к другой стороне зала. – Она была бы в эйфории, видя успех сестры.

На мгновение он умолк, задумавшись. Ничего не выдавало эмоций на его лице, за исключением мелких морщинок возле глаз, которые напоминали о его боли.

Клэр не хотелось вмешиваться в ход его мыслей, но в то же время, сочувствуя Алексу, она желала помочь ему выйти из этого состояния печали.

– Я была знакома с вашей сестрой, но, к сожалению… К сожалению, я не знала ее так хорошо, как хотела бы.

Алекс выпрямился и, не проронив ни слова в ответ, положил руку поверх ее руки и легонечко сжал. Это движение было настолько неуловимым, что никто в театре не обратил бы на него внимания, но ей оно сказало о многом. Ее отношение дало Алексу облегчение в его горе.

Его губы дернулись, когда он пододвинулся ближе.

– Вы быстро подружились бы. Я уверен в этом.

В тот же миг он выпрямился и отодвинулся от Клэр, как бы давая понять, что эта тема больше не обсуждается. Он раскрыл ей частичку себя, а затем резко захлопнул свою душу. Он уже проделывал такое сегодня в карете, и теперь происходило то же самое, когда речь зашла об Элис. Все это подтверждало тот факт, что правду тяжело отрицать. Он мог говорить, что не верит в проклятие, но, видимо, отталкивал Клэр, чтобы не рисковать. Это было мудрым решением, так как проклятие не могло повлиять на него при сохранении им дистанции. Но этим вечером в ней проснулось желание, и она хотела большего. Она хотела узнать о нем все.

Открылась задняя дверь, и в ложу в сопровождении леди Дафны вошла элегантная леди, которой на первый взгляд нельзя было дать больше пятидесяти. Обе дамы были одеты по последней моде. У вошедшей женщины были такие же серые глаза, как у Алекса, и Клэр не сомневалась, что это его мать.

Алекс поднялся, чтобы поприветствовать дам. Клэр тоже встала, наблюдая за обменом любезностями. Алекс широко улыбнулся матери и поцеловал ее затянутую в перчатку руку.

– Добрый вечер, мадам.

Маркиза Пембрук с улыбкой кивнула в ответ:

– Алекс, ты хорошо выглядишь.

– Рад слышать. Могу ли я представить вам леди Клэр Кавеншем?

Маркиза обратила внимание на Клэр и мелодичным голосом произнесла:

– Очень рада познакомиться с вами. – И, взмахнув рукой, добавила: – Это счастье, что вы смогли присоединиться к нам этим вечером.

К разговору подключилась леди Дафна:

– Это прекрасно. Мне не придется скучать в обществе одних и тех же унылых людей во время антракта. У Пембрука замечательные друзья, но, увы, совсем неинтересные. Поэтому в вопросе развлечений нам придется полагаться на себя. – И девушка одарила Клэр обаятельной улыбкой.

Маркиза внимательно посмотрела на Клэр:

– Вы пришли одни?

Клэр мысленно поморщилась, услышав вопрос маркизы, но все же смогла выдавить из себя:

– Да, миледи.

Ей не хотелось, чтобы их отношения начались таким образом. Проклятие могло отпугнуть любого, но и репутация тоже имела значение.

Алекс пришел ей на помощь, чтобы сгладить возникшую неловкость.

– Мама, я хочу поделиться новостью. Клэр согласилась стать моей женой. Мы с ней обвенчаемся в конце недели по специальному разрешению. – Он весело улыбнулся и добавил: – Вам с Даф в четверг нужно пораньше лечь спать. Я хочу, чтобы в пятницу ровно в восемь утра вы были в Лэнгем-холле.

Дафна взяла Клэр за руки и, радостно улыбаясь, воскликнула:

– Свадьба! Отличная новость!

Клэр, глядя на женщин, почувствовала, как у нее улучшается настроение. Если она не сможет обуздать свои эмоции, то рискует опозориться на весь свет.

– Спасибо за ваши теплые слова.

Маркиза мягко улыбнулась. В ее глазах стояли слезы, когда она повернулась к Алексу и сказала:

– Признаюсь, ты застал меня врасплох. Я не ожидала этой новости. – Она рассмеялась сквозь слезы. – Это прекрасно! Леди Клэр, добро пожаловать в нашу семью. Я поздравляю вас обоих. Я приглашу вашу семью к нам, чтобы мы могли это отметить.

Мать Алекса ни словом не обмолвилась о проклятии. Она не спрашивала сына, почему он принял это решение. Что бы ни случилось дальше, маркиза уже успела стать одной из любимых женщин Клэр. Она приняла Клэр и решение об их браке без всяких возражений.

Когда оркестр закончил подготовку к выступлению, настало время занять места. Алекс махнул рукой в сторону сцены:

– Мы продолжим разговор во время антракта.

Алекс усадил мать и сестру во втором ряду, а сам сел по центру вместе с Клэр. Теперь все увидели, с кем он приехал в оперу. Разговоры о лорде Барстоу должны были к утру утихнуть.

Когда закончился первый акт, слуги вошли в ложу, неся в руках подносы с бутылками шампанского и бокалами. Как только все разобрали бокалы, маркиза встала.

– Желаю вам счастливой семейной жизни, – сказала она, улыбаясь. – Знаю, что я веду себя немного бесцеремонно, но позвольте добавить, что я жду внуков. И как можно скорее.

Услышав слова маркизы, Клэр чуть было не рухнула на колени, чтобы поблагодарить Бога за такой подарок.

Дафна тоже была рада такому повороту событий.

Прежде чем Алекс или Клэр успели ответить, дверь в ложу распахнулась и на пороге появился один из самых красивых и завидных женихов – граф Сомертон. Его золотистые волосы и загорелая кожа делали молодого человека особенно привлекательным, а светло-голубые глаза придавали ему определенную экзотичность.

– Ну-ну. Пембрук решил порадовать нас своим присутствием. Какая честь!

Сомертон поздоровался с маркизой и Дафной, после чего повернулся к Клэр.

Увидев его хитрую ухмылку, Клэр почувствовала себя неловко. Она плохо знала Сомертона, и, если бы он начал обсуждать проклятие, весь вечер был бы испорчен.

– Леди Клэр, рад вас видеть.

Он низко поклонился и внимательно посмотрел на нее своими голубыми глазами, словно желая поделиться с ней секретом.

Клэр бросила быстрый взгляд на Алекса и расслабилась. Он широко улыбался. Это была та же улыбка, которую она видела у него, когда он говорил о Дафне.

– Сомертон, спасибо, что оценил мой хороший вкус. Ты видишь перед собой будущую маркизу Пембрук, потому тебе лучше отпустить ее руку. В противном случае мне придется хорошенько проучить тебя.

Граф не спешил отпускать руку Клэр, что выходило за рамки приличий.

– Нет, спасибо. – Он чуть сжал и тут же отпустил пальцы девушки. – В последний раз, когда мы дрались, я потом не вставал с постели целую неделю. И еле-еле мог забраться на лошадь. – Он посмотрел на Клэр: – Миледи, простите, что отвлек внимание присутствующих на себя. Я поздравляю вас обоих. – Он отвесил шутливый поклон и шепнул: – Мне кажется, Пембрук от этой сделки в большем выигрыше, чем вы.

Беззаботно улыбаясь, Пембрук крепко пожал протянутую руку графа.

– Ты пытаешься загнать меня на ринг. Но все равно, друг, спасибо тебе.

Шутки молодых людей напомнили ей поведение ее кузенов Маккалпина и Уильяма, которые тоже любили валять дурака. Вскоре в ложу начали заходить другие люди, а мужчины по-прежнему продолжали разговаривать. Клэр извинилась и пошла к Дафне и ее друзьям. Она увидела среди них Эмму. Они обсудили последние новости, и вскоре разговор зашел о том, на каких балах можно встретить больше всего видных женихов.

Клэр слушала с интересом, но потом ее внимание вновь переключилось на Алекса. Когда их глаза встретились, она не смогла отвести взгляд. В его глазах было что-то притягательное, не дававшее ей отвернуться.

Она полностью поддалась очарованию его магического взгляда и улыбнулась в ответ.

***

– Леди Клэр, не ожидал увидеть вас сегодня здесь.

Рядом с ней стоял стряпчий из «Хэйлис Хоуп». Полностью погрузившись в свои мысли, она не заметила, как он подошел. Уоллес Перкинс занимался благотворительностью с самого основания этой организации, в которую вдохнула жизнь ее мать двадцать пять лет назад. Его обычно довольное лицо сегодня было слегка омрачено.

– Доброе утро, мистер Перкинс. – Клэр осторожно отложила перо в сторону. – Я хотела пораньше заняться написанием писем людям, которые могли бы материально помочь с детским домом. Герцогиня внесет свою часть немного позже на этой неделе.

Он кивнул:

– Отличная мысль.

– Если мы получим еще двадцать тысяч в виде пожертвований, прежде чем наймем архитекторов, мы сможем достроить еще один этаж к зданию.

Клэр напряженно работала с тех пор, как зашла в свой уютный кабинет. Это было ее страстью и отдушиной.

Стряпчий притворил за собой дверь.

– Я хотел с вами кое-что обсудить, если у вас есть несколько минут.

– Да, конечно, для вас у меня всегда найдется время.

– Я так понимаю, что еще не опоздал с поздравлениями.

Его щеки приобрели ярко-красный оттенок спелых помидоров.

Радость Клэр немного померкла. Он наверняка прочитал вчерашнюю статью в газете, в которой сообщалось о ее помолвке с лордом Пембруком.

– Спасибо.

– Возможно, нам стоит обсудить ваши свадебные планы. – Он прокашлялся. – Я имею в виду, что…

– Мистер Перкинс, не надо смущаться. Я тоже читала ту статью.

Она пробежала глазами статью накануне, когда Эмма принесла ей газету. Милая кузина посоветовала ознакомиться с текстом, чтобы быть готовой в том случае, если какой-нибудь дурак захочет с ней обсудить его.

– Это как-то повлияет на приют? – спросил мистер Перкинс.

– Я не уверена. Разговоры о проклятии обычно ведутся в шуточном ключе. Если бы наши попечители действительно поверили в это…

– Леди Клэр, я имел в виду не это. – Он бросил на нее кроткий взгляд. – Я говорю о том, что будет после вашей свадьбы.

Клэр покачала головой.

– Мы с лордом Пембруком поедем в его поместье на целый месяц. Он понимает, какое значение имеет для меня благотворительность.

– Маркиз будет поддерживать вас в этом?

– Да, целиком и полностью.

Когда она сообщила будущему мужу, что ее работа не обсуждается, он не возражал.

Мистер Перкинс замялся.

– Несколько дней назад кто-то приходил к нам и спрашивал о вас.

– Правда? – Клэр с интересом подалась вперед.

Мистер Перкинс кивнул:

– Этот человек поговорил с несколькими нашими сотрудниками, но не искал встречи со мной. Это было довольно странно. Его интересовали ваши знакомства, рабочий график и где вы проводите время.

Клэр выдохнула. Это не сулило ничего хорошего ни для нее, ни для «Хэйлис Хоуп».

– Этот человек назвался мистером Торнли. Он сказал, что собирает информацию для разоблачения настоящей леди Клэр.

Кто был настоящей леди Клэр? В «Хэйлис Хоуп» она была человеком, которому повезло иметь возможность помогать другим людям. За этими стенами она была человеком, над которым насмехались. Она выпрямилась на стуле.

– Он упоминал о проклятии?

Стряпчий поправил очки на носу и сглотнул.

– Да, миледи.

Присутствие ее матери всегда ощущалось в «Хэйлис Хоуп». Когда Клэр заходила сюда, ей казалось, что проклятие оставалось снаружи. Здесь оно не имело над ней власти. Теперь же оно угрожало всему, что было для нее важным.

Она предпочла бы, чтобы ее и дальше преследовали шакалы. Это было лучше, чем еще одна статья в газете.

– Я не хочу, чтобы наша работа или приют подвергались опасности только потому, что какая-то газетенка нуждается в продажах.

Стряпчий нахмурился.

– Каждый сотрудник сказал, что это проклятие – глупость. Они поведали мистеру Торнли о вашей хорошей работе. Мистер Напьер отчаянно защищал вас. Он угрожал, что выбросит этого человека на улицу.

Клэр сжала кулаки под столом и улыбнулась.

– Это очень мило с его стороны, но я не хочу, чтобы порочили доброе имя «Хэйлис Хоуп» или его сотрудников. Очень важно, чтобы ничто не мешало сбору средств для нашего расширения. Я сообщу его светлости и попрошу помощи. Мы выясним, что именно пишет мистер Торнли.

– Миледи, я надеялся, что вы скажете именно это.

Клэр кивнула. Ничто не должно повредить месту, которое создано ею для других и которое становилось для нее надежным убежищем каждый раз, когда она переступала порог «Хэйлис Хоуп».

***

Рано утром на следующий день Симмс уже стоял возле лестницы. Алекс спустился к нему и сорвал с шеи белоснежный льняной галстук, из-за которого у него чесалась кожа. Его слуга Жан-Клод мастерски умел накрахмаливать рубашки и галстуки, что не всегда нравилось хозяину.

– Милорд, это прибыло с нарочным.

Симмс протянул Алексу записку с печатью Макалестера.

– Спасибо.

Наконец у его личного сыщика появились новости. Алекс не думал, что он нашел какую-то дискредитирующую информацию. Однако ему нужно было убедиться в этом до свадьбы. Алекс хотел, чтобы вся добытая информация хранилась в секрете, поскольку через неделю Клэр должна была переехать к нему вместе со своими служанками.

Алекс приехал к Макалестеру на своем скакуне по кличке Арес. На какой-то миг он почувствовал укол совести за то, что нанял сыщика для подобного дела. Накануне в карете он хотел лишь одного – обнять Клэр и навсегда убрать печаль с ее лица, когда она рассказывала ему о своей грустной жизни. Если не считать семейства Кавеншем, Клэр почти ни с кем не общалась и у нее не было друзей.

Он спланировал события минувшего вечера, чтобы показать ей, как сильно он ее хочет. Бог ему свидетель, но это была правда. И неважно, какие неудобства это причиняло самому Алексу. Ему понадобилось много часов, чтобы наконец уснуть. Он мечтал о том, чтобы Клэр оказалась в постели рядом с ним. Это была настоящая пытка.

Он понимал, что ему следует найти способ не думать о ней слишком много, поскольку мысли о ней не только сводили его с ума, но и отвлекали от работы. Впервые более чем за год, проснувшись, Алекс первым делом вспомнил не об Элис.

А о Клэр.

Она была дочерью герцога, и из нее получилась бы отличная маркиза. Однако для того, чтобы обеспечить им будущее без недомолвок, он должен был найти ответы на свои вопросы. Алекс не мог больше рисковать. Исходя из собственных ошибок, он знал, что нельзя упускать из виду детали, если дело касается лорда Барстоу.

Честность Клэр никогда не подвергалась сомнению. Если и было что-то в ее прошлом, он обязательно все узнает. Он никогда не слышал ничего плохого о Клэр, пока не пошли слухи о проклятии. По стечению обстоятельств ее неудачи стали любимой темой для пересудов в высшем обществе. Алекс никогда не обращал на них внимания, пока у него не появилась возможность раздавить лорда Пола. Лишь тогда он сосредоточился на защите девушки от этой напасти.

Алекс не знал, когда она начала выезжать в общество. Это было неудивительно, учитывая, что он с трудом помнил, когда именно Дафна первый раз появилась на балу в этом году. Мужчины не восхваляли Клэр, у нее не было армии поклонников. Она просто существовала в этом обществе.

Накануне в опере она буквально загипнотизировала его. Она была намного красивее и эффектнее остальных представительниц знати. То, что она столько лет оставалась незамужней, удивляло его.

Кабинет Макалестера находился в обычном здании из красного кирпича. Молодой человек провел Алекса наверх в кабинет сыщика, убранный достаточно роскошно. Обтянутые кожей стулья с мягкими спинками стояли по обеим сторонам тяжелого дубового стола. На столе стояла лишь подставка для пера и чернильница. Алекс ожидал получить от Макалестера обычный краткий, но исчерпывающий отчет о том, что в прошлом Клэр не было ничего ужасного, после чего он мог бы заняться другими делами.

Макалестер вошел в кабинет и поприветствовал Алекса легким кивком. Он держался отстраненно.

– Расскажите, что вы узнали.

Алекс хотел получить от Макалестера эту информацию как можно быстрее.

– Разумеется. – Макалестер покачал головой. – Вам будет приятно узнать, что ничего особенного я не обнаружил. По большей части люди герцога верны семье. Однако некоторые оказались более разговорчивы, чем остальные. Все твердили, чтобы я не смел заговаривать со служанкой леди, Айлин Финдли. Она всегда очень ревностно защищает леди Клэр.

– Это вполне ожидаемо, – согласился Алекс.

– Леди Клэр никогда не была связана ни с какими подозрительными личностями, будь то мужчина или женщина. Скандалом там и не пахнет. Она ведет затворнический образ жизни, общаясь лишь со своей семьей и несколькими близкими друзьями, даже когда ездит на бал.

Алекс позволил себе немного расслабиться:

– Что насчет ее других помолвок?

– Ах да, проклятие леди Клэр стало любимой темой разговоров в высшем свете, – продолжил свой рассказ сыщик. – Первая помолвка состоялась с графом Арчардом, который умер за месяц до их свадьбы. Если верить одному из людей герцога, между ними было сильное чувство.

Сыщик перешел к следующему жениху:

– Ее вторая помолвка была расторгнута вскоре после предложения руки. Как только граф Тант попросил ее выйти за него, с ним случился несчастный случай. Он ехал на лошади, и в один прекрасный момент она рухнула, придавив ему ногу. Через несколько часов ему пришлось ампутировать ногу. Я не смог выяснить, кто решил разорвать помолвку.

Макалестер внезапно замолчал. По всей видимости, он ждал разрешения продолжить. Алекс кивнул, ожидая конца этой грустной истории.

– Этот случай стал источником слухов о проклятии.

– Тант утверждал, что она проклята?

Алекс никогда много времени не проводил в Лондоне.

Сыщик покачал головой.

– Одна газетенка, распространяющая разные слухи, напечатала статью после их разрыва. В статье утверждалось, что леди Клэр проклята. Также в ней подробно описывалась смерть ее родителей, Арчарда и несчастный случай с Тантом. В конце статьи женихам из высшего общества был дан совет не связываться с леди Клэр, несмотря на ее большое состояние.

– Как давно была опубликована эта статья?

Алекс закрыл глаза. Наверняка Клэр впервые услышала о проклятии на какой-нибудь вечеринке или балу, и это застало ее врасплох. Если бы он был с ней знаком тогда, он бы заставил всех своих знакомых мужчин танцевать с ней, чтобы опровергнуть дурацкие слухи.

– Арчард умер три года назад. Несчастный случай с Тантом случился два года назад.

Боже, сколько же выдержки потребовалось Клэр, чтобы столько времени делать вид, будто ее это нисколько не беспокоит. А ведь проклятие преследует ее уже несколько лет.

– Я и не подозревал, что эта история тянется так долго.

– Я еще не закончил, милорд. Третий случай был воистину ужасным. Лорд Беркли застал виконта Риверса со своей женой леди Беркли in flagrante delicto[4], так сказать, спустя час после того, как тот попросил руки леди Клэр. После дуэли и гибели лорда Беркли Риверс бежал на континент.

– Вы узнали, как леди Клэр связалась с лордом Полом Барстоу?

Должно быть, она пошла на это от отчаяния.

– Он заинтересовался ею, когда его пристрастие к азартным играм превратилось в зависимость. Герцог Саутхарт дружит с герцогом Лэнгемом. Оба одобрили этот союз. Наследник Саутхарта довольно болезненный малый, и поговаривают, что он может и не стать наследником. В таком случае следующим по старшинству идет лорд Пол. Оба подумали, что этот брак имел бы преимущества для них, ведь он смог бы объединить оба дома.

Алекс молча слушал сыщика. Наследника лорда Саутхарта давно не видели в обществе. Но как мог герцог Лэнгем позволить Клэр выйти замуж за лорда Пола?

Сыщик прокашлялся:

– Я хочу упомянуть о паре странных покупок.

– Она что-то приобретала через своих людей или самостоятельно?

Алекс предположил, что, скорее всего, это было какое-то дело, связанное с благотворительностью. И его больше интересовало, насколько хорошей деловой хваткой она обладала и как управляла своим состоянием.

– И так, и так. У леди Клэр есть свои счета у сапожника Хоуби и портного по имени Григби, который шьет модное мужское платье. Он живет недалеко от ее любимой модистки на Бонд-стрит.

Алекс окаменел. Он не ожидал, что подобная информация будет включена в отчет.

– За последние пару лет леди Клэр приобрела четыре пары сапог, все они были одной формы и стиля. Это были стандартные мужские сапоги для верховой езды. – Сыщик продолжил, не глядя на Алекса: – На прошлой неделе она заказала еще две дополнительные пары. У Григби она недавно заказала две пары штанов из оленьей кожи и две рубашки. Все они были доставлены ей немедленно.

У Алекса на лбу выступил пот, и он крепче вцепился в подлокотник. Казалось, отчет Макалестера длился вечно. Должно было существовать простое объяснение для этих покупок. Он мог бы допустить, что это подарок для него на свадьбу, но ведь она покупала эти вещи уже много лет. Причем вещи были самыми обычными. У самого Алекса было не менее двадцати пар подобных сапог и штанов.

– Вы знаете, что она планирует делать с этим добром?

– Григби отказался делиться информацией. Мне удалось заглянуть в его бухгалтерскую книгу и кое-что выведать. Эти вещи предназначены для мужчины невысокого роста.

Может, у леди Клэр есть младший родственник, о котором она заботится?

– Я не знаю ее родню по материнской линии.

– Они происходят из Шотландии, я полагаю. Ее мать была наследницей по собственному праву. – Макалестер нахмурился. – Леди Клэр занимается делами «Хэйлис Хоуп». Возможно, в этом заведении есть молодой человек, которого она взяла под свое крыло.

– Я немного знаю о благотворительности леди Клэр и о том, что она много времени и сил отдает этой работе.

– Ее мать основала эту организацию, когда солдаты его величества, а именно сорок второй пехотный полк, вернулись домой безо всяких перспектив найти работу. – В голосе Макалестера слышалась гордость. – Нынешняя герцогиня Лэнгем продолжает работу в память о предыдущей герцогине. Леди Клэр работает там несколько дней в неделю и руководит детским приютом, который будет находиться возле «Хэйлис Хоуп». Солдаты о ней очень высокого мнения. Очень.

– Что вы имеете в виду?

– Я совершил ошибку, упомянув о проклятии в разговоре с одним из местных. Он чуть не кинулся на меня с кулаками.

– Понятно. – Рассказ Макалестера не содержал никакой провокационной информации против Клэр, хотя покупка мужской одежды выглядела довольно странно. Алекс вздохнул: – Это все?

– Последний момент. Леди Клэр недавно выслала сто пятьдесят фунтов стерлингов одному адвокату в Лейтоне, это в южной части Эссекса. Я не смог узнать, как этот адвокат поступил с деньгами. Сумма незначительная в сравнении с ее состоянием. Будьте покойны, я обязательно выясню цель этого платежа.

Алекс ответил с мнимым спокойствием в голосе:

– Как вы это узнаете? Я не хочу, чтобы на меня потом подали в суд.

– Не волнуйтесь. Никто не узнает, – ответил Макалестер. – Я продолжаю расследование. Как только я узнаю цель платежа и имя получателя, сразу же сообщу вам. Что-то еще, милорд?

– Нет, спасибо. Вы сделали достаточно. Я ценю вашу осторожность. Все, даже малейшие детали, должен знать только я.

Алекс встал и направился к выходу.

– Милорд, у меня есть черный выход в соседней комнате. Возможно, вы захотите уйти через него? Так вас никто не заметит.

Макалестер проводил Алекса в соседнюю комнату.

– Спасибо за вашу предупредительность.

– Не ломайте голову над этой информацией. Всему есть логичное объяснение. Я провел уже сотни подобных расследований. Секреты леди Клэр кажутся мне достаточно безобидными.

Алекс посмотрел сыщику в глаза:

– Хорошего вам дня.

Внутри у Алекса все сжалось от смятения, которое внезапно охватило его. Не оглядываясь, он спустился по лестнице на улицу.

Он не помнил, по каким улицам вез его Арес, но в конце концов конь доставил его домой. Все, что Макалестер сообщил ему сегодня, вело к новым секретам, к новым загадкам Клэр, которые ему требовалось разгадать. Сыщик не обнаружил никаких прямых доказательств романа, но, когда ему казалось, что он разгадал одну загадку, появлялась другая.

Поразмыслив над тем, что доложил ему сыщик, Алекс вздохнул с облегчением. Размеры одежды и обуви явно не подходили лорду Полу, который был чуть ниже самого Алекса. Зачем же она покупает эту мужскую одежду? Для мальчика или мужчины? Этому ли человеку она выслала деньги?

Спустя несколько минут Алекс вошел в свою квартиру на Мейфэр, решив лучше познакомиться со своей будущей женой.

Он понимал, что ему необходимо очаровать Клэр с помощью своего обаяния, о котором ходили легенды, иначе ему не сложить все эти разрозненные частички воедино.

Глава шестая

Клэр приехала на званый ужин у леди Хэмптон с тяжелым сердцем. Спустя несколько часов ее помолвка с Алексом стала официальным фактом. После вечера в опере она решила немедленно рассказать ему об Арчарде. Она больше не могла жить с этим секретом. Тем более после того, как он тепло с ней обращался и старался ставить ее интересы выше своих. К тому же его явно не заботило проклятие.

Целый день Клэр ловила себя на том, что ей не верилось в реальность происходящего, в то, что она вот-вот должна была выйти замуж. Она вошла в дверь вслед за дядей и тетей, где их встретила леди Хэмптон.

– Моя дорогая девочка, я так рада, что ты смогла прийти сегодня. Я обещаю, что ты запомнишь этот вечер. – Леди Хэмптон широко улыбалась, пристроившись рядом с Клэр. Она взяла Клэр за руку и, не обращая внимания на остальных гостей, увлекла ее за собой в гостиную. Понизив голос, она сообщила: – Мне сказали, что ты должна сидеть возле лорда Пембрука. – И, словно школьница, которая узнала свежие сплетни, леди Хэмптон прошептала: – Я слышала, что он решил жениться на тебе. – Она осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что их не слушают. – Я знаю Пембрука с яслей. Тебе повезло его заполучить. Я все равно никогда не верила в это глупое проклятие. Не знаю, почему я раньше не додумалась познакомить тебя с ним.

Опешив от напора дамы, Клэр молчала.

Отступив на шаг и окинув девушку оценивающим взглядом, леди Хэмптон проворковала:

– Боже мой, ты просто неотразима. Я бы даже сказала, что ты выглядишь блестяще. Это Алекс так повлиял? Молодец, что выбрал тебя.

– Я согласен, леди Хэмптон. – Алекс, который, казалось, появился ниоткуда, взял Клэр за руку и, понизив голос, заговорщическим тоном спросил: – Тут есть отдельная комната, где мы с леди Клэр могли бы поговорить?

– О свадьбе, да, мальчик? Хорошо, я позволю вам сбежать на несколько минут. Но не дольше, – таким же заговорщическим тоном ответила леди Хэмптон. – Идите в кабинет, это по коридору третья дверь на правой стороне.

Леди Хэмптон усмехнулась и подмигнула, словно ей сообщили пикантный секрет. Тряхнув головой, она торжественно удалилась встречать других гостей.

Алекс продолжал улыбаться, держа Клэр за руку. Его крепкая хватка удивила ее, но озорная улыбка молодого человека заставила расслабиться. Через два дня она станет его женой. Радость на его лице была хорошим знаком.

– Вы близки с леди Хэмптон?

– Моя мать уже приехала? – вопросом на вопрос ответил Алекс и усмехнулся, оглядываясь по сторонам. – Она рассказывает леди Хэмптон все подряд. Они росли вместе и были лучшими подругами. С тех пор ничего не изменилось. Они и сейчас близки. Некоторые секреты у меня дома не утаишь.

– Пембрук, я все слышала, – послышался голос его матери, которая как раз входила в гостиную, чтобы поздороваться с ними.

Она обняла Клэр и поцеловала Алекса в обе щеки.

– Здравствуй, дорогой.

Алекс улыбнулся и поцеловал мать в щеку.

– Мадам, вы прекрасны, как всегда.

Маркиза похлопала его по руке, оценив комплимент.

– Спасибо.

Алекс непринужденно выражал свою любовь к матери. Клэр хотелось попросить впустить ее в их маленький мирок. Что ей нужно будет сделать, чтобы заслужить такое отношение? Сможет ли она когда-то стать такой же дорогой для него? Клэр отбросила эти мысли и решила насладиться моментом.

– Я понимаю, что вы хотите остаться наедине, – продолжила маркиза. – Не мешкайте. Я хочу видеть вас обоих за столом до того, как сядет леди Хэмптон.

Не дожидаясь ответа, она вышла.

– Пойдемте со мной, – прошептал он.

Она пошла по коридору первой, а он шел следом, направляя ее. Когда они подошли к кабинету, Алекс потянулся вперед и открыл дверь. Его горячее дыхание опалило ее шею.

Клэр понятия не имела, что он хотел показать или сказать ей. Каждый сантиметр ее кожи горел огнем при воспоминании о том, что происходило накануне вечером в карете. Она пыталась успокоиться, но это было очень сложно, поскольку Алекс одним своим присутствием делал вечер ярче.

С дьявольским блеском в глазах Алекс провел ее внутрь и закрыл дверь.

– Как вы справляетесь со всем этим вниманием?

– Достаточно легко, – ответила Клэр. – А вы?

Она старалась сохранять хотя бы внешнее спокойствие, но внутри у нее все сжалось. Она боялась, что внимание к ней со стороны газет и общества могло отпугнуть его.

– Все прекрасно, ведь вы теперь здесь со мной. – Он подошел ближе. – Мне со вчерашнего вечера очень хочется поцеловать вас. – Его вкрадчивый голос заставил ее дрожать всем телом. Клэр покраснела. – Можно?

– Да, – ответила она, удивившись, что он спрашивает разрешения.

Когда Алекс обнял ее, она обратила внимание на то, в каких местах их тела соприкасались. Будь ее воля, она бы стояла вот так, обнявшись с ним, всю ночь напролет. Ей нравилось это намного больше, чем сидеть в зале с гостями, которые наблюдали бы за ними, как за диковинными животными.

Знакомый запах специй и цитруса манил ее.

– Нас уже, наверное, заждались.

Он погладил ее по щеке.

Клэр не нашлась что ответить и потому просто кивнула. Молчание затянулось. Клэр хотелось, чтобы он ее крепко поцеловал. Уже прошло столько времени с тех пор, как кто-то хотел ее поцеловать.

Клэр следовало знать, чего можно ожидать от Пембрука. Он придвинулся ближе к девушке. Клэр замерла. Когда он поцеловал ее, его губы оказались на удивление мягкими и нежными.

Первый поцелуй получился вполне невинным. Закрыв глаза, Клэр сосредоточилась на его прикосновении. Прежде чем отстраниться, он крепче прижал ее к себе. Пембрук терпеливо направлял ее, заставляя губы девушки подчиняться ему. Клэр приоткрыла рот и мягко вздохнула. Именно о таком поцелуе она мечтала все это время. Когда она поддалась ему, их языки встретились, исполняя сложный и одновременно нежный танец.

Клэр совсем потеряла голову в его объятиях, пока сквозь дымку возбуждения не услышала тихий стон и не узнала в нем свой голос. Она отстранилась, удивившись собственной реакции. Изголодавшись по нежности, она, кажется, совсем забылась.

Алекс медленно откинулся назад и внимательно посмотрел ей в глаза, не выпуская ее из объятий.

– Я скучал по вам.

Осторожно и с легкостью опытного любовника Алекс нежно поцеловал Клэр сначала в один уголок рта, потом в другой. Ободренная его смелостью, Клэр поцеловала его в ответ. Алекс застонал и крепче прижал девушку к себе.

Алекс медленно поцеловал ее в щеку, а потом двинулся дальше к уху.

– Клэр, что вы со мной делаете? – прошептал он.

Он отодвинулся и внимательно посмотрел на нее, потом снова притянул к себе.

Губы Клэр изнывали от желания вновь поцеловать Алекса. Она закрыла глаза и сосредоточилась на его прикосновениях.

– Мы должны вернуться, пока не закончились наши три минуты, – шепнула она.

– А если я не хочу возвращаться? – Он поморщился и, обольстительно улыбнувшись, поднял руки, как будто что-то взвешивая на своих ладонях. – Целовать вас или идти на ужин? Я бы предпочел остаться здесь, но мое желание объявить о нашей помолвке как можно быстрее перевешивает остальное.

Они все лучше узнавали друг друга. Об этом свидетельствовал их поцелуй. Клэр понимала это, прислушиваясь к тому, как бьется ее сердце, и в ней крепла уверенность, что существует лишь один верный план действий, – рассказать все сегодня же вечером, невзирая на последствия. Алекс этого заслуживал.

– Миледи, вернемся к гостям?

Алекс взял ее под руку, и они проследовали в зал. Клэр не хотела, чтобы он отпускал ее. Спустя несколько минут большинство гостей заняли свои места за столом. Алекс подождал, пока все усядутся, а потом сел рядом с Клэр. Леди Хэмптон уселась во главе стола. Справа от Клэр сидел пожилой, но все еще достаточно бодрый граф Линскотт. Поговаривали, что у него роман с дамой, овдовевшей леди Тоттин, которая сидела по левую руку от него. Граф ни разу не посмотрел в сторону Клэр. Ему было намного интереснее общаться с леди Тоттин и подливать себе вино в бокал. Клэр это полностью устраивало. Леди Хэмптон не требовала от гостей строго следовать этикету, поэтому Клэр не обязана была развлекать своего соседа разговорами.

Когда ливрейные слуги принесли первое блюдо, черепаховый суп, к ней через стол обратился Сомертон:

– Леди Клэр, я знаю, что сейчас обсуждается расширение «Хэйлис Хоуп». Вы уже выбрали архитектора?

– Архитектора выберет ее величество и другие члены комиссии, – ответила Клэр. Знакомая тема придала ей уверенности. – Если повезет, мы закончим проект и заложим первый камень до осени.

Тетя Джинни одобрительно кивнула.

– Леди Клэр очень помогла с расширением приюта. Людям требуется большее здание, но также очень важно дать приют вдовам и организовать школу для детей. Получив хорошее образование, они в будущем смогут найти хорошо оплачиваемую работу. – Тетя посмотрела на Клэр и добавила: – Она также создала траст для нового приюта.

Сомертон закивал.

– Если необходимо, я готов помочь. Я недавно закончил ремонт в своем лондонском доме. У меня работали лучшие архитекторы.

– Вы сможете приехать к нам в Лэнгем-холл на следующей неделе? – спросила тетя Джинни.

Они начали подробно обсуждать вопросы укрепления стен.

– Клэр.

Она чуть не подпрыгнула, услышав шепот Алекса.

– Этой организации очень повезло, что у них такая щедрая покровительница. Я выделю на ваше дело значительную сумму и заставлю Сомертона поступить так же. – Теплота в его голосе была практически ощутима. – Герцогине посчастливилось заполучить вас для своего дела в «Хэйлис Хоуп». Ваша преданность и самоотдача видны невооруженным глазом.

– Спасибо.

Правила хорошего тона требовали от нее формального ответа. Когда она, услышав комплимент, повернулась к нему, его пристальный взгляд заставил ее покраснеть, словно влюбленную пятнадцатилетнюю девочку.

Он поднял бокал в беззвучном тосте и после небольшой паузы добавил:

– Жду, когда мы сможем подробно обсудить этот вопрос… наедине.

Общий разговор возобновился, однако Алекс по-прежнему смотрел на Клэр. Казалось, остальной мир исчез и они остались вдвоем. Он хищно осклабился и сделал глоток вина. Клэр потупилась и густо покраснела.

Каким будет ее брак, если Алекс действительно готов заботиться о ней? Если у нее будет муж, который способен оценить ее благотворительную деятельность. Может, это станет основой крепкого брака. Более того, если муж будет дорожить ею как личностью, все ее старые проблемы будут казаться мелкими и незначительными.

Клэр усилием воли заставила себя очнуться от приятных размышлений. Ей очень хотелось верить, что Алекс полюбит ее по-настоящему. Однако эти мысли уступили место знакомому ощущению неминуемой беды – что-то плохое должно было случиться этим вечером.

Клэр старалась не нервничать, когда в конце ужина, после того как подали чудесные апельсины в желе, абрикосовые пирожные и нарезанные фрукты, дядя Себастьян объявил о ее помолвке с Пембруком. Прежде чем дамы удалились из зала, оставив джентльменов наедине с портером, ее тетя и дядя подошли к леди Хэмптон и матери Алекса.

Это стало сигналом для Клэр и Алекса, которые присоединились к ним. Клэр пыталась отогнать страх и не думать, что проклятие сейчас все испортит. Она представила себе, как Алекс покидает зал, а гости леди Хэмптон смеются над ней. Ее ноги налились свинцовой тяжестью. Она посмотрела на еду в тарелке, к которой не притронулась.

– Леди Клэр, – Алекс взял ее под локоть.

Словно робот, она позволила ему подвести себя к семье. Алекс ни на секунду не убирал руку с ее талии.

Дядя Себастьян поднял бокал:

– Я предлагаю всем вам разделить нашу с герцогиней и маркизой радость и пожелать счастья и всего лучшего нашим голубка́м. Ведь скоро состоится свадьба нашей племянницы леди Клэр с Александром, маркизом Пембруком.

Зал взорвался аплодисментами и радостными возгласами.

Алекс наклонился и шепнул Клэр:

– Вот и все.

Он ободряюще сжал ее руку.

Клэр старалась сохранять спокойствие, хотя черное облако проклятия кружило над ее счастьем. Она повернулась к Алексу. Он не спускал с нее внимательного взгляда. Взяв ее за руку, он поцеловал ее.

Когда она наконец выдохнула, в этом вздохе было все – слезы, смех и страдание.

Как она могла подумать, что он откажется от нее? Что она могла сказать ему такого, что не расстроит его?

***

Легкий дождик превратился в туман. Карета ехала через Мейфэр в направлении Лэнгем-холла. Клэр было все сложнее оставаться спокойной.

– Судя по тому, как гости поздравляли нас, вечер стал настоящим успехом. – Алекс одарил Клэр ослепительной улыбкой. – Я ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь упомянул имя лорда Пола.

– И я не слышала. Не знаю, как вас отблагодарить за все, что вы сделали для меня.

Память об этой волшебной неделе останется с ней на всю жизнь. Что бы ни случилось сегодня вечером. Она будет вспоминать об этом спустя годы, и Алекс будет этому причиной.

Вечер казался совершенно нереальным, и она не смела думать иначе, позволив своему глупому сердцу надеяться на лучшее после того, как она расскажет ему об Арчарде, иначе это могло стать началом конца.

Лошади остановились перед домом, и Алекс помог ей выбраться из кареты. Не отпуская ее руку, он шел рядом с ней до самой двери.

Клэр вошла в холл, где ее уже ждал Питтс.

– Спасибо за чудесный…

– Позвольте помочь вам снять плащ, – перебил ее Алекс. – Давайте немного поговорим.

Сделав шаг назад, она расправила плечи. Ей следовало сохранять определенную дистанцию между ними, если она хотела выжить.

– Да, нам нужно многое обсудить.

***

Усевшись на диван и усадив рядом Клэр, Алекс взял девушку за руку. По какой-то причине ему постоянно нужно было поддерживать с ней физический контакт. Он начал большим пальцем гладить ее по запястью, размышляя, как лучше закончить вечер.

На завтра у него было запланировано много дел. Сначала ему нужно было подписать последние соглашения. Стряпчие должны были привезти бумаги рано утром. Потом он намеревался закончить приготовления для поездки в Пемхилл. Через два дня ему предстояло отвезти Клэр в его родовое гнездо. Он гордился своими достижениями, и ему хотелось рассказать ей об истории Пемхилла и его усилиях по улучшению поместья. Он хотел, чтобы Клэр влюбилась в это место.

– Я получил сегодня наше специальное разрешение на брак. Возможно, мы с вами завтра не увидимся. – Алекс глубоко вздохнул. – Вы же не передумаете в последний момент, правда?

Клэр резко вздохнула и поерзала на месте. Девушка напомнила Алексу маленького щенка, которого пнули и который теперь не знал, куда бежать.

Алекс придвинулся ближе.

– Боже, я прошу прощения. Я неудачно пошутил. – Какой же он тупица! Очаровав ее сегодня вечером, он все разрушил, позволив себе глупую шутку. – Честно говоря, я не знал, как нам закончить этот вечер. Я думал, что, если буду шутить, неловкость, появившаяся между нами, исчезнет.

Когда она повернулась к нему, на ее лице не было видно никаких следов душевной боли, испытываемой ею, однако по той бледности, которая проступила на нем, Алекс понял, что натворил.

Он обнял ее и поцеловал в лоб.

– У вас нет причин беспокоиться. Завтра, если я вам буду нужен, пошлите служанку к моему камердинеру. Он знает, где меня искать.

Клэр обмякла в его руках. Когда она прижалась головой к его груди, он позволил себе расслабиться. Ему очень нравилось, когда она прижималась к нему.

– Я полагаю, что вполне логично воспринимать мою ситуацию несерьезно. – Девушка тихо вздохнула, не переставая прижиматься к Алексу. Посмотрев ему в глаза, Клэр отвернулась и устремила взгляд на огонь в камине. Алекс понял, что ей отчего-то грустно. – Есть кое-что, что я должна рассказать вам. Потом вы решите, хотите ли вы еще жениться на мне или нет.

Алекс мягко взял ее за подбородок и повернул к себе:

– Пожалуйста, не говорите мне, что вы нервничаете по поводу пятницы.

Клэр даже не улыбнулась.

Она никак не отреагировала. Не получив ответа, Алекс напрягся и почувствовал знакомое жжение в животе. Он посмотрел на Клэр, стараясь понять ее переживания, и попытался расслабиться. Он постоянно сталкивался с напоминаниями о том, что лорд Пол когда-то был частью ее жизни.

– Вы не можете сказать мне ничего такого, что заставило бы меня отказаться от нашей свадьбы.

Он попытался прижать ее к себе, но она будто окаменела в его руках.

***

– Клэр? – Алекс отодвинулся от нее, но тут же взял девушку за руку. Его пронзительный взгляд не давал ей шанса что-то утаить. Он нежно гладил пальцем ее запястье. – Что случилось? Я помогу вам.

Легкость и радость от ожидания предстоящей свадьбы угасали быстрее, чем потухшая свеча. Клэр изо всех сил старалась казаться спокойной.

– Когда вы попросили моей руки, я не все рассказала вам о своем прошлом, – прошептала она. – Я… я отдала свою чистоту…

Алекс взял ее за руку и ласково сжал.

– Вы не обязаны рассказывать мне это.

Если бы она посмотрела ему в лицо и увидела отвращение, то никогда не смогла бы рассказать всю правду.

– Понимаете, я его очень сильно любила и… мы должны были пожениться через месяц. Я не думала, что потеряю его.

Клэр потупилась и посмотрела на синий ковер на полу, боясь увидеть в его глазах осуждение. Вот и пришел день расплаты. Стыд сжигал ее изнутри. Каждая молодая женщина с самого начала знала, что она имела право лишиться девственности только с законным супругом. Клэр поспешила с этим, потому что их свадьба должна была состояться всего через несколько недель. Потом Арчард умер, забрав с собой в могилу ее мечты и надежды.

– Было неправильно не рассказать вам об этом до того, как вы сегодня вечером объявили о предстоящей свадьбе. Прежде чем вы решились жениться на мне, я должна была рассказать вам о своем прошлом. – Клэр встала, с трудом сдерживая слезы. – Простите меня.

У него было право получить чистую невесту-девственницу. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь шелестом юбки, ткань которой Клэр сжимала и разжимала от волнения. Она повернулась к нему лицом, ожидая порицания, которого заслуживала.

Алекс тоже встал и замер возле девушки. Скорее удивленная, чем испуганная, она заглянула в его глаза и не увидела там ничего, кроме своего отражения.

– Он сообщил мне то же самое и позже не раз дразнил меня этим фактом. Не волнуйтесь, мы все равно поженимся. Не мне судить вас, Клэр. Я сам не идеален.

Все внутри Клэр замерло. Казалось, что даже сердце стало медленнее стучать в груди.

– Кто рассказал вам? Я никогда никому не рассказывала об этом. Никто не может знать об этом, кроме меня… и теперь вас.

– Но он же знает и может рассказать кому-то еще. Я сделаю все, что в моей власти, чтобы защитить вас…

– Арчард умер более трех лет назад, – прервала она Алекса.

Он, похоже, не собирался уходить, по крайней мере пока, но Клэр была готова с высоко поднятой головой встретить любое решение, которое примет Алекс.

– Арчард? – спросил он и удивленно посмотрел на Клэр.

Здравомыслие подавило стыд и боль.

– Да, Арчард. Я отдала свою невинность ему. – Она с недоверием посмотрела на Алекса. – Невозможно, чтобы кто-то рассказал вам об этом. Генри заболел на следующий день и так и не оправился. О ком вы говорите?

Алекс взял ее за руки. Их теплота, которая обычно успокаивала ее, теперь подавила Клэр. Огонь ярче вспыхнул в камине, и это привлекло внимание Клэр.

– Некоторые вещи лучше не обсуждать.

Этими словами Алекс хотел успокоить Клэр, но она услышала в них жалость.

– Скажите мне, о ком речь?

В камине ярко вспыхнул огонь, наполнив комнату удушающим теплом. Клэр стояла и ждала ответа.

Алекс начал нервно расхаживать перед камином. Его поведение лишь усилило смятение Клэр.

Не успев ничего ответить, он остановился, когда она подошла к нему вплотную.

– Расскажите мне, – потребовала Клэр. Алекс молча уставился на нее. – Я не понимаю, почему вы отказываетесь ответить мне. – Она сделала паузу и выпрямилась, словно готовясь к схватке. Все становилось понятно, как будто она разгадала сложный ребус. – В Лондоне есть только один человек, который мог сказать вам подобную ложь. Лорд Барстоу. – Он замигал, но по его глазам она поняла, что это правда. – Вы поверили ему, а не мне? – Клэр не могла принять это. Горячая волна ярости утопила ее чувство стыда. – Это было всего лишь раз с человеком, которого я любила. Я говорю вам правду.

– Давайте сосредоточимся на нашем будущем, – глухо произнес Алекс.

Клэр медленно подошла к окну и взглянула на чернильно-черное небо. В парке Лэнгем-холла в некоторых местах горели фонари. Их свет приглушал мелкий дождь. Туманная ночь была такой же темной, как ее будущее. Однако она все еще могла контролировать свою жизнь.

– Кто-то наводит справки обо мне, чтобы написать очередную статью. Он приходил в «Хэйлис Хоуп» и расспрашивал о проклятии. Я ожидаю, что завтра станет известно, что это за человек. Это должно вызвать очередную волну слухов как раз перед нашей свадьбой. – Она продолжила говорить, хотя каждое слово давалось ей с большим трудом. – Учитывая все, что было сказано сегодня вечером, и то, что случится завтра, я считаю, что мы должны отложить свадьбу. Прежде чем принимать какие-то решения, давайте определим размер ущерба, нанесенного нам обоим.

– Нет, Клэр. Я не намерен терять вас из-за таких глупостей. Мне плевать на Арчарда и лорда Пола. Для меня не имеет значения какая-то лживая газетная статья. – Он остановился возле нее, и она увидела, как сверкнули его глаза. – Мне нужны вы. Я буду здесь без четверти восемь, как и было условлено.

– Учитывая все ваши сомнения и слухи, вы все еще хотите жениться на мне? Вам не нужны мои деньги. Вы не любите меня. Вам не нужны политические связи семьи Лэнгем. Это бессмысленно.

– Хотите знать правду? Я хочу вас. Я хочу видеть вас своей женой. – Он взял ее за руку и поцеловал. Затем, коротко кивнув, направился к двери. Остановившись возле нее, Алекс посмотрел на Клэр и твердо произнес: – Я сделал свой выбор. И его ничто не изменит. Пожалуйста, я вас прошу, не принимайте решения, о котором будете жалеть.

***

Свернувшись калачиком в любимом кресле, Клэр смотрела в окно, за которым мир утопал во тьме, и думала о том, что ей делать дальше. После того как Алекс ушел, ей надо было принять решение. Выйти замуж за человека, который подвергал сомнению ее слова, или прожить остаток жизни с проклятием. Она бы не рискнула согласиться на еще одну помолвку. По крайней мере в ближайшие несколько лет.

Большинство предпринятых ею шагов в прошлом принесли ей мало радости. Обычно ее ждали одни неприятности. Клэр уже начала сомневаться в своей способности принимать мудрые решения. На этот раз для собственного блага ей следовало быть осторожной и все тщательно продумать.

Хорошо бы выйти замуж за Алекса и забыть о глупых слухах и шутках. Она могла бы сосредоточиться на том, что было действительно важно, – на создании семьи и достойного наследия для потомков. Она наверняка сумела бы достигнуть всего этого, став женой Алекса и основав приют. Каждый день он был бы рядом с ней. Благодаря Алексу ее начинания получили бы дополнительные средства и престиж. Вместе с тетей и дядей они завершили бы дело, начатое ее матерью.

Это позволило бы ей забыть о чувстве вины и проклятии. Более того, она была бы замужем за мужчиной, которого считала обаятельным и серьезным человеком.

Но какой ценой? Она не могла позволить себе жить со своими сомнениями, особенно когда они начали бы делить постель.

В груди появилась острая боль. Она могла навсегда потерять удивительного человека, который смеялся и флиртовал с ней, который смотрел на нее так, словно она была особенной и желанной. Сегодня вечером все это было лишь плодом ее воображения.

Клэр была в смятении. Ей придется принять самое сложное решение в жизни. Она не выйдет за него. Он поверил вранью лорда Пола. Она не хотела выйти замуж и избавиться от проклятия, а потом обнаружить, что ее брак построен на недоверии.

В три часа ночи она написала короткое письмо. Послание было выполнено на бумаге с ее вензелем и скреплено печатью в виде листочка шотландского чертополоха, как когда-то делала ее покойная мать. В записке было всего несколько слов.

Милорд!

С глубоким сожалением я вынуждена разорвать нашу помолвку. Я желаю Вам удачи в Вашей будущей жизни.

Леди Клэр

Когда Айлин зашла в ее спальню, Клэр была уже одета для верховой езды.

– Миледи, почему вы встали так рано? – Айлин окинула Клэр удивленным взглядом. – Вы собираетесь поехать кататься на лошади? Что-то случилось с вашим гардеробом? Большая часть ваших вещей уже упакована, но я оставила несколько платьев для вас на смену.

Старая одежда для езды верхом была удобна тем, что Клэр могла надеть ее без посторонней помощи. А вот с волосами ей самой не управиться. Накануне она послала Айлин спать, а сама забыла заплести волосы. Впрочем, это не имело особого значения. У нее было мало времени, чтобы тратить его на такие мелочи.

Прежде чем она успела отдать записку Айлин, в дверь постучали. Кто бы это ни был, Клэр хотела, чтобы он ушел.

Тетя Джинни ввалилась в комнату прежде, чем Айлин успела открыть дверь.

– Доброе утро, Клэр…

Взмахом руки она велела Айлин оставить их наедине.

Клэр спрятала записку в карман. Тетя внимательно посмотрела на племянницу.

– Что с тобой? Ты больна? Это лорд Пембрук?

Клэр не смогла больше сдерживать слезы. То ли недостаток сна, то ли тон тети стали тому причиной, понять было сложно. Сначала одна слеза скатилась по ее щеке, потом еще одна. Она попыталась сообщить о своих намерениях, но слова превратились в рыдание.

Тетя Джинни провела ее к кровати и осторожно села рядом.

– Дорогая, я знаю, что ты чувствуешь. Я столько всего пережила перед нашей с Себастьяном свадьбой. – Она старалась успокоить племянницу, нежно гладя ее по спине. – Я не верила, что мы подходим друг другу. Мне было страшно, я ничего не знала о том, как вести домашнее хозяйство. Два дня перед свадьбой я только и делала, что плакала.

Тетя Джинни уставилась в пол, потом склонила голову и закрыла глаза, словно в молитве. Глубоко вздохнув, она повернулась к Клэр:

– Моя мать описала мне супружеский долг в самых черных красках. Когда она закончила, я еле стояла на ногах от страха. Я с ужасом ждала приближения ночи. – Она убрала волосы с лица девушки. – Я обещаю, что не позволю тебе испытать такой же страх, который может разрушить этот самый важный день. Первая брачная ночь важна для вас обоих. Я только надеюсь, что Пембрук…

Дверь в спальню резко распахнулась. На пороге стояла Эмма. Мертвенная бледность сменила розовый румянец на щеках девушки.

– Мама, случилось что-то ужасное. – В ее голосе звучали истерические нотки. Закрыв за собой дверь, она продолжила: – Моя подруга леди Лена прислала записку. – Эмма начала сбивчиво рассказывать очень странную историю о брате Уильяме, лорде Барстоу и книгах для записи пари. – Лорд Пол сделал ставку в «Уайтс», что Клэр не выйдет за маркиза Пембрука завтра.

В ее глазах был заметен дикий страх.

– Что? – воскликнула тетя Джинни.

– По всей видимости, никого не волнует, сможет ли лорд Пол расплатиться в случае проигрыша, поскольку это самая популярная ставка сегодня. – Эмма запнулась. Она посмотрела на Клэр, потом перевела взгляд на мать: – Уильям был там и поставил…

– Что он сделал? – Не успела Эмма ответить, как тетя Джинни вскочила на ноги. – Пожалуйста, не говори мне, что он вызвал его на дуэль. Господи, пожалуйста, нет.

Эмма сглотнула и тихо ответила:

– Он поставил одну тысячу фунтов на то, что Клэр выйдет за Пембрука. Никто не видел ни Маккалпина, ни лорда Пола.

И девушка повалилась в свое любимое кресло возле камина.

Клэр замерла на месте, от волнения у нее пересохло во рту.

Тетя Джинни всплеснула руками:

– Если Уильям сделал ставку, тогда Маккалпин наверняка удвоил ее или сделал что-то еще более ужасное. Что они сделали?

В глазах Эммы стояли слезы.

– Брат Лены приехал домой час назад и рассказал нам об этом. Уильям все еще в клубе, он готов драться.

– Себастьян должен об этом знать. Остается единственная надежда на то, что Маккалпин еще не нашел деньги на ставку. Он искал любой повод, чтобы вызвать лорда Пола на дуэль после бала у леди Энтони. Надеюсь, что еще не поздно. – Тетя Джинни всхлипнула.

Клэр встала и взяла тетю за руку.

– Дорогая, прости нас. – Тетя Джинни коротко кивнула и обратилась к Клэр: – Тебе нужно полежать и набраться сил. Мы с Айлин подготовим тебя к завтрашнему празднику. Я обещаю. – Ее голос звучал мягко, но уверенно.

– Мне остаться с Клэр? – обеспокоенно спросила Эмма.

– Нет, дорогая, пойдем со мной. Я хочу взглянуть на записку Лены.

Тетя и Эмма быстро вышли из комнаты.

Клэр внезапно поняла, что ее мир снова изменился. Осознав это, она успокоилась. Девушка достала из кармана записку и провела пальцем по ее кромке.

За пять коротких минут жизнь человека может кардинально измениться. Клэр швырнула записку в огонь, наблюдая за тем, как она почернела и рассыпалась, превратившись в пепел.

К потрескиванию дерева в камине добавилось шипение воска.

***

Дорогая Клэр!

Это ожерелье было на моей бабушке в день ее свадьбы. Это мой подарок Вам в честь первого дня нашей новой жизни вместе.

Искренне Ваш,

А.

Сомертон вошел в гостиную Алекса, не дожидаясь, пока о нем доложит Симмс. Нахмурившись, он уперся руками в спинку стула, стоявшего недалеко от Алекса.

– Зачем ты это сделал?

Алекс положил записку для Клэр рядом с жемчужным ожерельем. Он был одет и готов ехать в город. Усмехнувшись, он посмотрел на Сомертона, который уселся с другой стороны стола.

– Неужели жених не может накануне свадьбы спокойно позавтракать в одиночестве и не слушать всякие глупости?

Сомертон пропустил издевку мимо ушей и схватил последний кусочек бекона с тарелки Алекса. Бросив его в рот и проглотив, он ответил:

– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Весь город это обсуждает.

Алекс уставился в газету.

– Что именно обсуждает весь город?

Сомертон потянулся за кусочком тоста на тарелке Алекса.

– Ставку в «Уайтс». Якобы лорд Пол поставил на то, что твоя милая невеста завтра не станет твоей женой. Именно так – «не станет женой», а не «не выйдет замуж».

Алекс пожал плечами:

– А какая разница?

Граф ответил:

– Большая разница, и ты это знаешь. Есть мнение, что лорд Пол сформулировал ставку таким образом, чтобы оскорбить леди Клэр. Будто бы ты бросишь ее у алтаря. А не наоборот. Проклятие, похоже, подпитывается самим собой. Ставка делается на то, что она либо будет завтра замужем, либо нет.

Алекс хмуро посмотрел на Сомертона:

– Опять проклятие?

– Если бы меня спросили по этому поводу, – Сомертон прищурился, – я бы сказал, что ставку сделал ты. Чтобы тебе стало понятно, какой хаос ты создал, знай, что лорд Уильям Кавеншем поставил тысячу фунтов против лорда Пола. Маккалпин поставил две тысячи. Говорят, что Маккалпин сейчас ищет лорда Пола. Он хочет вызвать его на дуэль на следующий день после вашей свадьбы.

При последних словах графа Алекс оторвал взгляд от газеты.

– А вот это уже интересно. Когда закрывается прием ставок, сегодня или завтра?

Сомертон откинулся на спинку стула и бросил на друга быстрый взгляд. Затем, опустив глаза, он посмотрел на обшитую атласом коробочку, которая стояла на столе.

– Ты посылаешь ей украшения, чтобы тебя не так сильно мучила совесть?

– Моя бабка надевала это в день свадьбы. Леди Клэр жемчуг будет к лицу. – Алекс посмотрел на ожерелье и пожалел, что не может задушить им Сомертона. – С каких это пор ты стал специалистом по подаркам невестам?

Молчание графа лишь усилило остальные звуки, проникавшие в комнату, – шаги служанок в холле, треск поленьев в камине и тиканье часов на стене.

Наконец Алекс не выдержал:

– Зачем ты пришел?

– Я хочу, чтобы ты прекратил манипулировать другими людьми для достижения собственных целей, – сурово произнес Сомертон. – Ради всего святого, у тебя есть дела намного важнее. Ты ведешь себя так, словно все вокруг тебя являются частью игры, затеянной ради твоего удовольствия. У тебя есть шанс прожить чудесную жизнь с прекрасной женщиной. Не позволяй жизненным разочарованиям дать тебе повод испортить твое нынешнее хорошее положение.

– И в чем ты меня обвиняешь? – понизил голос Алекс. – Будь осторожен. Несмотря на то, что ты мой самый близкий друг, я не позволю тебе поносить меня, Элис или мою будущую жену. Я хочу сказать, что все, что я делаю ради Элис, это не игра и не забава.

Сомертон покачал головой и невесело усмехнулся. Он встал из-за стола и направился к двери.

– Не говори глупостей. Я чувствую, что все это плохо кончится. Ради себя самого, когда начнешь тонуть, постарайся не утянуть нас всех на дно вместе с собой.

– Для человека, который не планирует жениться, ты достаточно уверенно рассуждаешь о браке.

Сомертон ничего на это не ответил.

– Не обманывай себя. Ты падешь.

Алекс, конечно, понимал, что его друг прав. Накануне вечером, как и раньше в саду леди Энтони, он был неприятно удивлен догадливостью леди Клэр. Когда он вернулся домой вечером, то понял неприятную правду. Любая отсрочка означала серьезный риск. Если бы он не придумал, как помешать ей разорвать помолвку, то угроза лорда Пола отбить ее у него стала бы реальностью. Этот человек смог бы сыграть на чувствах Клэр и заманить ее обратно в свои сети.

Кроме того, Алексом управляло не только желание отомстить за Элис. Он не ожидал, что Клэр станет ему дорога, причем так быстро. Для него события предыдущего вечера и сегодняшнего утра были досадной неприятностью.

Алекс оставил Клэр в смятении, и ему было за это стыдно. Он испортил все те приятные минуты, которые у них были, поверив грубой лжи лорда Пола. Он рассчитывал, что проклятие и пари лорда Пола не оставят леди Клэр выбора. В противном случае у высшего общества появится новая тема для сплетен – чума лорда Пембрука.

Горечь отравляла его душу. Боже, что он наделал?

Положив ладонь на ручку двери, Сомертон сказал:

– Пембрук, прислушайся к моему совету. Считай его первым свадебным подарком.

***

В течение нескольких часов Клэр ждала новостей о кузене Маккалпине. Дядя Себастьян ринулся в «Уайтс», желая узнать, когда лорд Пол сделал эту ужасную ставку.

Когда он вернулся домой и, выбравшись из кареты, хлопнул дверцей, этот звук был слышен даже в комнате Клэр. Он вошел в холл, ругаясь как сапожник. Лакеи и служанки разбежались по дому, боясь попасть под горячую руку. Тетя Джинни пыталась успокоить супруга, но в ответ тот заявил, что так просто эта история не закончится и полетят головы. Клэр никогда не видела его таким сердитым и расстроенным.

От Маккалпина до сих пор не было вестей. Он исчез, никому не сказав, куда направляется.

Вечером тетя рассказала, что дядя Себастьян ездил днем к отцу лорда Пола, герцогу Саутхарту. Саутхарт заверил его, что поддержит дядю Себастьяна, как бы тот ни решил наказать лорда Пола. В поисках сына дядя лично обыскал все игровые притоны, где бывал лорд Пол.

Клэр не сомневалась, что Маккалпин, будучи тяжелее лорда Пола на добрых десять килограммов, без труда мог бы избить его. Но главной опасностью была дуэль.

Ей ничего другого не оставалось, как продолжать готовиться к свадьбе. Клэр надеялась, что им удастся остановить Маккалпина.

Ей было бы намного легче жить с Алексом, чем осознавать, что кузен погиб из-за ее проклятой репутации.

***

Поспав всего несколько часов, Алекс вскочил с постели и приказал приготовить для него ванну и бритвенные принадлежности. Жан-Клод предвидел это и уже успел все приготовить.

Алекс не мог понять собственного настроения. С одной стороны, ему казалось, что он нервничает, с другой – ощущал облегчение. Он не получил никакого сообщения от Клэр о том, что она хочет разорвать помолвку. Алекс понимал все возможные последствия своих действий, поэтому, мягко говоря, не был уверен в том, как его встретит Клэр в день их свадьбы. Если она не приедет, он не удивится, учитывая, как они расстались накануне. Появившаяся внутри пустота росла с каждой секундой.

Спустя час Алекс со свитой уже стоял возле Лэнгем-холла, готовый забрать невесту и увезти ее в Пемхилл. Он вошел в дом и в сопровождении вездесущего Питтса направился в гостиную. Алексу было приятно, что все хлопоты по организации свадьбы взяла на себя семья Клэр. Они планировали обычную церемонию без всяких излишеств, но со своими особенностями.

Букеты белых тюльпанов и роз цвета редчайших восточных рубинов украшали все доступные поверхности в большой комнате. Складывалось впечатление, что герцогиня накануне скупила все цветы в Лондоне, чтобы украсить дом.

Ранее на этой неделе Алекс разрешил Жан-Клоду и Айлин украсить свадьбу по их вкусу. Жан-Клод настоял на том, чтобы срочно заказать утренний костюм из голубого шелка и синие шелковые брюки. Алекс провел рукой по красному жилету, расшитому серебряной нитью. Его черные сапоги сверкали, начищенные с помощью лучшего шампанского[5].

Он повернулся и посмотрел на своих спутников. Все они были либо близкими родственниками, либо специально приглашенными гостями. Его мать и Дафна сидели в переднем ряду. Радость на их лицах одновременно утешала и огорчала его. Узнай его близкие о том, чем он занимался последние несколько дней и на что пошел, дабы эта свадьба состоялась, они бы сгорели со стыда.

Кузены Клэр лорд Уильям и леди Эмма стояли возле его родственников и разговаривали с Дафной. Алекс с неудовольствием отметил, что Маккалпина нигде не было видно. Без сомнения, он до сих пор искал лорда Пола. В любом случае он едва ли сможет его найти. Каким-то образом его план превратился в паутину, которой оказались опутаны невинные люди. Если Маккалпину удастся разыскать лорда Пола и прольется кровь, это будет мучить Алекса до конца жизни.

Лэнгем подошел к Алексу и, нахмурившись, произнес:

– На пару слов, прежде чем мы начнем.

– Ваша милость?

Возможно, герцог узнал правду о ставке и хотел его крови до начала церемонии?

Герцог прокашлялся.

– Моей племяннице в последнее время было довольно тяжело, она потеряла родителей, потом появились эти разговоры о проклятии. – Герцог стоял спиной к толпе, чтобы не было слышно, что он говорит. Помрачнев, он продолжил: – Кто-то расспрашивал в «Хэйлис Хоуп» людей насчет Клэр, чтобы написать статью в газету. Я нанял сыщика в надежде, что он выяснит, кто этот человек и что он планирует печатать.

Алекс почувствовал, как при словах герцога у него к горлу подступил комок.

– Что-нибудь удалось узнать?

– Нет. Этот парень будто растворился в воздухе. То, что вы собираетесь уехать в Пемхилл, мне нравится. Это хорошая идея. На какое-то время Клэр станет недосягаемой для всех этих хищников.

– Ваша милость, Клэр всегда встречает трудности с высоко поднятой головой.

– Да, я согласен, она очень храбрая, но у нее есть свои слабости. Как и у всех нас. – Герцог сжал ладонь в кулак. – У нее в руках Библия ее матери, а платье украшено ее драгоценностями. Такие же украшения были на ее матери, когда она выходила замуж за моего брата. Так Клэр чтит память о родителях. – Герцог прищурился. – Вы понимаете?

Алекс посмотрел на герцога, пытаясь придумать ответ. Он понятия не имел, к чему тот клонит.

– Она не была во Вренвуде с тех пор, как погибли ее родители. Не забывайте об этом, когда приедете в Пемхилл. – Лэнгем посмотрел на супругу и кивнул ей, прежде чем добавить: – Привилегии – это одно дело, но счастье – это совсем другое. Мы дорожим Клэр. Берегите ее.

– Я обещаю, что буду оберегать ее. – Алекс заставил себя выдержать взгляд герцога. – Теперь она под моей защитой.

Герцог серьезно посмотрел на Алекса.

– В последние пару дней разговоры о проклятии и это чертово пари в «Уайтсе»… истощили ее. Если будут новости, я сообщу.

Алекс старался оставаться невозмутимым. Чувство вины не давало ему покоя. Его попытка заставить Клэр выйти за него замуж привела к тому, что девушка пострадала.

Сомертон подошел к другу и кивнул герцогу:

– Ваша светлость.

Сомертон явно все еще сердился на Пембрука, но то, что он решил стоять рядом с ним, значило намного больше, чем можно было выразить словами.

Лэнгем поправил сюртук и кружевные манжеты.

– Джентльмены, мне нужно повидать невесту.

Он повернулся и вышел.

– Мне нужна твоя помощь, – тихо сказал Алекс.

Сомертон склонил голову, словно прислушиваясь.

– Я уже пытался тебе помочь, но ты слишком туп, чтобы понять это.

Алекс не обратил внимания на его слова.

– Когда брак будет оформлен, поезжай в «Уайтс» и объяви об этом. Узнай, может быть, там кто-нибудь выяснил, где находится Маккалпин. Сообщи Симмсу. Он знает, что делать.

– При одном условии, – Сомертон сердито посмотрел на друга. – Ты расскажешь ей все, когда вы приедете в Пемхилл.

Алекс коротко кивнул. С помощью Сомертона Алекс надеялся, что Маккалпин узнает о том, что свадьба состоялась и трагедии удалось избежать. Все уже почти закончилось. Алекс почувствовал облегчение. Еще несколько минут, и Клэр станет его женой.

Пембрук редко ходил на свадьбы и даже не мог вспомнить, когда в последний раз посещал подобное мероприятие. Большая часть таких торжеств была лишь поводом, чтобы напиться. Однако этот день он не забудет никогда.

У Алекса перехватило дух, когда он увидел Клэр. Ее алебастровая кожа, казалось, светилась изнутри. Лэнгем вел ее под руку. На ней было белоснежное платье, декольте и подол которого были украшены настоящими алыми розами. Это была самая красивая женщина из всех, что ему доводилось встречать.

Благоговение сменило неловкость. Глаза Алекса наполнились слезами, и он склонил голову, чтобы взять себя в руки. Когда он снова посмотрел на невесту, то сосредоточился на платье Клэр. Оно было расшито бриллиантами ее матери. В руках вместо букета она держала Библию.

На шее у нее сверкал его подарок – жемчужное ожерелье, которое подчеркивало белизну ее кожи. Алекс надеялся, что этот подарок улучшит ей настроение, а напряженность, возникшая между ними, исчезнет.

Когда Клэр приблизилась к нему, он окинул ее внимательным взглядом. Ее голова была склонена до того момента, когда дядя передал ее руку Пембруку. Лишь после этого Клэр подняла голову и поцеловала дядю. Она пробормотала:

– Я люблю тебя. Я стала тем, кем я есть, благодаря тебе.

Когда она повернулась к Алексу, он ощутил, как его захлестывает пьянящее чувство радости. Взглянув ей в глаза, Алекс почувствовал раскаяние. Переживания последних двух дней отразились на девушке. У нее под глазами образовались голубые круги. Ее немного пошатывало, словно бы от усталости. Казалось, что она готова была рухнуть на пол в любую минуту. Клэр положила затянутую в перчатку ладонь на его руку и повернулась к епископу, приехавшему из Уэльса. Он был дальним родственником ее тети и согласился приехать, чтобы провести церемонию.

Алекс сжал ее ладонь, когда лорд-епископ начал церемонию. Он ждал, что она ответит тем же, но ошибся. Ее холодность могла заморозить целое королевство.

Когда настало время произносить клятву верности, Алекс, глядя на невесту, громко и медленно произнес свою часть. Клэр напряглась и покраснела. За все время церемонии она ни разу не посмотрела на него. Когда она произносила клятву, ее голос звучал строго, как будто она сдерживала негодование.

По сигналу епископа молодожены обменялись кольцами. В конце церемонии их объявили мужем и женой. Алекс повернулся, чтобы в первый раз поцеловать ее как свою жену.

– Клэр, нам надо поцеловаться.

Услышав его, она повернулась и позволила ему поцеловать себя в губы. Ее ответ на его поцелуй был, в лучшем случае, вялым.

Когда в зале началось оживление и собравшиеся принялись поздравлять молодоженов, Клэр, слабо улыбнувшись, шепнула:

– Я хочу, чтобы мы выехали в течение часа.

***

Алекс поздравлял себя. Они поженились и теперь принимали поздравления от гостей. Пембрук с легкостью выбросил из головы мысли о лорде Поле и мести. Он сосредоточился на Клэр и их поездке в Пемхилл.

Когда с церемонией было покончено, она поспешила наверх переодеваться. Спустя десять минут Клэр спустилась, одетая в костюм для верховой езды. На ней был модный сюртук военного покроя. Спереди он был расшит цветами. Внизу же он переходил в длинное платье, которое во время езды прикрывало ноги. Этот выбор наряда озадачил Алекса. Обычно такое надевали, если собирались на серьезную охоту в лес. Он плохо разбирался в моде, переложив эту заботу на плечи камердинера, однако понимал, что ей было бы намного удобнее в дорожном костюме.

Алекс вышел из Лэнгем-холла на улицу. Вдохнув прохладный утренний воздух, он почувствовал, как постепенно рассеиваются дурные предчувствия. Настало время отвезти Клэр домой. Он уже успел отослать большую часть багажа в Пемхилл. С ним остался Жан-Клод, который должен был помогать ему. Алекс полагал, что Клэр будет сопровождать только ее личная служанка Айлин.

У Клэр была своя карета, в которой с ней ехала служанка, а также отдельный экипаж и пара крепких лошадей. Животные нетерпеливо ржали, желая быстрее отправиться в путь, и конюхи с трудом удерживали их на месте.

Попрощавшись с обеими семьями, Алекс подошел к своей карете. Ожидая жену, он наблюдал, как она поцеловала Дафну и обняла его мать, которая улыбнулась, когда Клэр обратилась к ней. Потом она направилась к своей семье. Сначала она обняла и поцеловала тетю. Потом Лэнгем поцеловал ее в лоб. Клэр сказала ему что-то, что заставило герцога рассмеяться. Встав на цыпочки, она чмокнула его в щеку. Наконец она подошла к мужу.

– Вы готовы, леди Пембрук? – улыбнулся Алекс, спеша растопить напряженность между ними.

Клэр прошла мимо его протянутой руки и молча села в карету, даже не посмотрев на него. Алекс проводил ее удивленным взглядом и подавил ухмылку. Нравилось Клэр это или нет, но все следующие девять часов ей придется общаться с ним.

Пока карета громыхала по булыжной мостовой, Клэр то и дело опиралась на спинку сиденья и вздрагивала, словно пугаясь самой себя. Выпрямившись, она поправляла сюртук и снова начинала дремать. Через несколько минут все начиналось снова.

Алекс сидел напротив нее. В конце концов ему надоело наблюдать за ее страданиями и он пересел к ней. Клэр ничего не сказала. Он сомневался, что она была в состоянии говорить. Она приникла к нему, и он ее нежно обнял. Клэр обмякла в его руках. Алекс выставил одну ногу, уперев ее в противоположное сиденье. Придвинувшись ближе к девушке, он прижал ее к своей груди.

– Так лучше, вам не кажется? – Он сидел, прислонившись к стенке кареты, и обнимал жену. – Клэр?

Она что-то пробормотала, убаюканная мерным покачиванием экипажа.

Через каждые несколько километров Алекс поглядывал на Клэр. Она не двигалась и тихо спала в его объятиях, пока карета увозила их в его поместье. Точнее говоря, в их поместье. Поцеловав девушку в макушку, он почувствовал запах бергамота.

Она не двигалась несколько часов. Выглянув в окно, Алекс заметил, что они едут строго по графику, что было удивительно, учитывая, кто их сопровождал.

Держа в руках Клэр, Алекс испытывал чувство удовлетворения. Он решил, что с ее происхождением и воспитанием из нее получится отличная маркиза. Если не вспоминать о ее сомнениях и его озабоченности ее прошлым, из них выйдет отличная пара. Другие люди, а именно Сомертон, сомневались в том, что у них что-то получится, но чем дальше они уезжали от Лондона, тем крепче была уверенность Алекса, что Сомертон ошибался. Какие бы сомнения ни посещали Клэр, он должен был постараться их развеять. Он должен был вернуть ее доверие, которого лишился в последние дни. Он расслабился и закрыл глаза, ожидая конца поездки.

Алекс проснулся, когда кучер крикнул другим экипажам, чтобы они начинали тормозить. Клэр продолжала спать, положив ладонь ему на грудь. Они заехали на последний перед Пемхиллом постоялый двор, чтобы сменить лошадей.

Алекс решил остаться в карете с Клэр. Ему не хотелось будить девушку. У него затекли ноги, но он не обращал на это внимания. Он предпочитал не тревожить жену. До Пемхилла оставалось не больше часа езды.

Кто-то постучал в дверцу кареты.

– Войдите, – сказал Алекс.

Посмотрев на Клэр, он убедился, что шум ее не разбудил.

Айлин распахнула дверцу.

– Милорд, леди Пембрук просила, чтобы я зашла к ней, когда мы остановимся на последнем постоялом дворе. – Она посмотрела на хозяйку и слабо улыбнулась. – Она спала всю дорогу?

– Да, заснула почти сразу после того, как мы покинули Лондон. – Левой рукой Алекс придерживал девушку за ногу. – Мы скоро приедем в Пемхилл. Тогда и сможете все сделать.

– Со всем уважением, милорд, но я получила очень четкие указания на этот счет, – спокойно ответила Айлин, и ее лицо помрачнело.

– Я не понимаю.

Лицо Айлин превратилось в ничего не выражавшую маску.

– Я не задаю вопросов. Я просто следую указаниям леди Пембрук, – ответила она, уставившись в одну точку.

– Оставьте ее. Я все сделаю, если она проснется, – велел Пембрук.

Служанка открыла было рот, чтобы сказать что-то еще, но он перебил ее:

– Вы теперь и моя прислуга тоже. Не волнуйтесь. Я позабочусь о ней.

– Да, милорд.

Айлин взглянула на хозяйку и закрыла дверцу кареты.

Рядом послышалось громкое ржание. Алекс отдернул занавеску на окне. Одна из лошадей Клэр стояла возле кареты, готовая для поездки. Она была возбуждена и нервно била копытом. Айлин стояла возле конюха и что-то говорила ему. Он пытался успокоить лошадь, но она взвилась на дыбы и снова заржала. Наконец конюху удалось утихомирить животное.

Алекс недовольно нахмурился. Должно быть, служанка распорядилась подготовить лошадь. Это объясняло, почему Клэр оделась так, словно собиралась ехать верхом. Она хотела бросить его здесь, не доезжая до Пемхилла. Алекс не мог понять, зачем ей это было нужно.

Через несколько минут небо затянули тучи. Алекс помрачнел.

Глава седьмая

Карета подпрыгнула на ухабе, и Клэр проснулась. Она постучала кулаком по стенке экипажа, давая сигнал остановиться. Быстро высвободившись из объятий Алекса, она уселась напротив него и поправила платье. Она хотела сбежать до того, как они пересекут реку.

Алекс выглянул в окно и велел:

– Поезжайте! – Карета покатилась дальше, набирая скорость. Он повернулся к жене и мягко произнес: – Мы в Пемхилле.

Клэр выпрямилась и отдернула занавеску. Луга с сочной травой простирались на много километров вокруг. Где-то вдалеке на свежевспаханной почве начали появляться первые ростки нового урожая. С другой стороны дороги на широких пастбищах, огороженных каменными заборами, паслись коровы и овцы.

– Домочадцы выйдут, чтобы приветствовать вас. Симмс и наша домоправительница миссис Малоун представит вас всем. – Алекс тоже выглянул в окно. – Поскольку уже поздно, я подумал, что надо распорядиться о легком ужине, после которого мы ляжем спать. Для нас всех это был тяжелый день. Я сообщу вашей служанке, в какой комнате вы будете жить. Мне нужно решить некоторые вопросы. Я подойду позже. Обещаю, что это не займет много времени.

Клэр пыталась понять, что произошло после того, как они выехали из Лондона. Она повернулась к Алексу и спросила:

– Мы уже пересекли реку?

– Несколько минут назад. Вы хотели ее увидеть? Я отвезу вас завтра к ней, если пожелаете. С этого мы можем начать ваше знакомство с Пемхиллом.

Клэр подавила желание забраться под лавку и спрятаться. Меньше всего ей хотелось смотреть на реку.

– С вами все в порядке?

Алекс выдержал паузу, но, не дождавшись ответа, отвлекся. Пембрук явно был рад вернуться домой. Он сидел на краешке лавки, расставив ноги и готовясь выскочить наружу, как только карета остановится.

Жаль, что Клэр не разделяла радость мужа.

Оправив платье, Клэр приготовилась к новой для нее роли маркизы Пембрук. Она коснулась руки Алекса, который тут же напрягся.

– Я готова.

– Добро пожаловать домой, леди Пембрук, – ответил Алекс.

Экипаж остановился в центре широкой подъездной дорожки. Он распахнул дверцу и помог ей выбраться наружу.

День медленно умирал. Небо у горизонта подсвечивали розово-красные сполохи садящегося солнца. Наступал прохладный вечер. В чистом воздухе витали запахи свежескошенного озимого ячменя и белоголовника. Алекс взял ее за руку, и они остановились перед величественным зданием. К ним вышла прислуга, чтобы приветствовать их в Пемхилле.

Дом производил сильное впечатление. Он был построен в классическом стиле эпохи королевы Елизаветы[6]. К основной части здания примыкали два одинаковых крыла. Легкий камень и кирпич были основным строительным материалом особняка.

Клэр направилась к парадному входу вместе с Алексом. Первыми к ним подошли Симмс и миссис Малоун.

– Добро пожаловать, милорд и миледи! – Симмс, улыбнувшись, поклонился.

– Спасибо, Симмс. Хорошо снова быть дома, – ответил Алекс. – Познакомьтесь, это моя жена, маркиза Пембрук.

Слуги радостно приветствовали хозяйку. Алекс взял Клэр за руку и демонстративно поцеловал.

Следующие несколько минут наполнились длинной вереницей новых имен и лиц. Когда они с Алексом вошли в дом, их встретил теплый свет зажженных свечей. Просторный зал выглядел роскошно. Две лестницы из белого мрамора расходились в разные стороны из центра помещения, где стоял массивный стол. Все это было очень красиво.

Домоправительница подошла к Клэр:

– Леди Пембрук, я подготовила покои маркизы и могу проводить вас в ваши комнаты. Я уверена, что вы устали.

Легкое смущение, которое Клэр испытала, войдя в дом, испарилось благодаря приветливой улыбке миссис Малоун. Она была невысокого роста, но все слуги слушались ее беспрекословно. Даже Симмс терялся в ее тени.

– Спасибо, миссис Малоун.

Клэр последовала за ней вверх по лестнице в сопровождении Айлин.

Когда она вошла в свои новые покои, Айлин начала распаковывать платья и личные вещи, которые могли понадобиться маркизе утром. Поскольку Алекс обещал зайти к ней, Клэр боролась с искушением тут же забраться на кровать и проспать целую неделю.

Она попыталась поднять сумку с ночными сорочками и тапочками, но споткнулась о ковер.

– Миледи. – Айлин подбежала к Клэр. – Я не хочу, чтобы вы в первый же вечер повредили себе что-нибудь.

Она помогла Клэр забраться на кровать, обращаясь с ней, как с маленьким ребенком.

Клэр не возражала и лишь молча наблюдала за действиями служанки. Ей хотелось спросить Айлин, почему она не разбудила ее в нужное время, как они договорились. Но ее вопрос так и не прозвучал, ибо она заснула.

***

Алекс открыл дверь, которая вела в покои маркизы, и невольно напугал Айлин.

Она склонилась над одним из сундуков Клэр. Увидев Алекса, она потеряла равновесие и чуть не упала, вовремя ухватившись руками за край сундука.

– Черт. – Оттолкнувшись, служанка выпрямилась и повернулась к маркизу: – Прошу прощения, милорд.

Не смутившись, Айлин смахнула со лба прядь волос и продолжила работу. В ее руке блеснул какой-то серебряный предмет, который она поставила на туалетный столик.

Держа в руках бутылку шампанского и два бокала, Алекс посмотрел на спящую Клэр. По ее спокойному дыханию он понял, что вечер с женой окончен.

– Я так понимаю, что у маркизы другие планы на нашу первую брачную ночь.

Айлин усмехнулась:

– Увы, милорд, леди Пембрук не ложилась в последние сорок восемь часов. Я служу ей уже много лет и уверена, что она бы с радостью провела эту ночь с вами. К сожалению, ее тело решило иначе.

– Вы можете идти отдыхать, Айлин. Вы, должно быть, так же устали, как и маркиза. Я позабочусь о том, чтобы возле нее кто-нибудь дежурил.

– Благодарю, милорд.

Айлин присела в реверансе и вышла из комнаты.

Алекс подошел к кровати Клэр. Погладив ее по волосам, он почувствовал, как внутри него просыпается нежность, которую он объяснял настоящей привязанностью, возникшей у него в последнее время. Женившись на Клэр, он защитил ее от лорда Пола. То, что он не смог сделать для Элис, он сумел сделать для Клэр. Алекс закрыл глаза. Все было кончено.

Клэр открыла глаза и уселась на кровати.

– Приходите ко мне, если вам что-нибудь понадобится.

Поцеловав ее в макушку, Алекс почувствовал глубокое удовлетворение. Он повернулся, чтобы уйти, и в этот момент что-то сверкнуло на столике. В центре туалетного столика, рядом с плоской мужской фляжкой стоял большой стеклянный шар.

Алекс взял его в руки и погладил холодную поверхность. Клэр привезла с собой магический шар. Завтра он поможет ей найти для него место. Если это так необходимо для нее, он позволит повесить его где угодно, даже в часовне Пемхилла. Разумеется, священник будет против, но ради того, чтобы его жена чувствовала себя здесь как дома, он готов на все. Затем Алекс обратил внимание на серебряную флягу. На передней части тяжелого сосуда была выгравирована буква «М». Горлышко было выложено по кругу в виде воротника маленькими рубинами. Открыв крышку, Алекс почувствовал явный запах виски.

Его первой мыслью было подозрение, что эта фляга осталась в память об одном из ее женихов.

– Чья это фляга?

Услышав невнятное бормотание, Алекс повернулся. Клэр снова положила голову на подушку. Да что с ним не так? Ревность совершенно не была ему свойственна. Он должен был дать ей право все объяснить. Должно быть, фляга принадлежала ее кузену Маккалпину.

Что за странный день.

Он никогда не подозревал, что проведет первую брачную ночь с чужой флягой, а не с любимой женой.

***

Когда Клэр открыла глаза, солнечные лучи уже проникали сквозь гардины, которыми было занавешено окно, окрашивая их в синие и зеленые цвета.

– Доброе утро, миледи. Вы проспали почти целый день. Хотите кофе или сегодня вы предпочтете чай? – Радостный голос Айлин добавил комнате тепла.

– Который час?

Клэр сладко потянулась. Зарывшись в мягкие льняные простыни, нежные подушки, набитые пером, и воздушное одеяло, она чувствовала себя уютно, как в коконе. Если все в Пемхилле было таким комфортным, то Клэр была готова к тому, чтобы ее здесь баловали.

– Уже начало второго.

Айлин аккуратно разложила несколько вечерних платьев и быстро разгладила складки.

– Почему ты меня не разбудила? Миссис Малоун подумает, что я ленивая городская девчонка.

Айлин повернулась к хозяйке:

– Не беспокойтесь. Маркиз велел, чтобы никто не мешал вам спать. Я уже сообщила миссис Малоун, что вы спуститесь, когда сможете.

– Спасибо. – Клэр подбежала к туалетному столику. Они были одни, поэтому она могла спокойно расспросить служанку о том, что случилось накануне. – Почему ты не пришла за мной вчера?

Айлин достала из шкафа шелковую шемизетку и чулки.

– Лорд Пембрук велел мне не будить вас. Вы не проснулись даже тогда, когда Гермес начал волноваться на постоялом дворе. Два конюха едва смогли его успокоить.

– Думаешь, что он знал?

– Гермес или лорд Пембрук? – Айлин покосилась на хозяйку. – Нет, миледи. Маркиз спросил, но я не сказала. Лучше вы расскажите. Он должен понять ваш страх относительно реки, – нежно добавила она, продолжая распускать косу Клэр.

Клэр уставилась на свое отражение в зеркале.

– Я поеду во Вренвуд завтра, – заявила она, не заметив, как Айлин, медленно расплетавшая волосы хозяйки, нахмурилась. – Мне необходимо… нет, я должна справиться с этим страхом. Что, если он увидит, как я реагирую на грозу? Он запрет меня или сделает еще что-нибудь похуже.

Айлин сосредоточилась на расчесывании и укладке волос Клэр.

– Мне поехать с вами?

– В первый раз я хочу поехать одна. – Клэр глубоко вздохнула. Она была готова ответить на любые возражения служанки. – Не волнуйся.

– Вам следует поехать с мужем. – Айлин начала осторожно расчесывать волосы Клэр щеткой. – Вы даже не можете представить себе выражение его лица вчера вечером, когда он увидел вас в постели…

– Нет, обещай, что не скажешь ему ни слова.

Служанка замерла.

Клэр не могла позволить себе проявить еще одну слабость перед мужем или еще кем-нибудь в Пемхилле. В противном случае это привело бы к катастрофе, после которой она не смогла бы оправиться. Она видела, какой эффект производил ее страх на дядю и тетю. Они любили ее и страдали после смерти ее родителей. Однако, несмотря на все то, что они разделили за все эти годы, дядя Себастьян и тетя Джинни не могли понять всю глубину ее отчаяния. Она не ожидала, что Алекс будет способен понять демонов, с которыми ей приходилось иметь дело.

Голос Клэр смягчился. Айлин просто хотела помочь ей.

– Я сделаю все сама. Обещай, что не будешь пытаться помочь мне.

– Миледи, вы просите слишком многого. – Айлин вздохнула. – Если вы не вернетесь к полудню, я сама поеду за вами.

Продолжая расчесывать волосы, она резко дернула щеткой несколько спутанных прядей.

– Ай!

Клэр прикусила губу, чтобы не накричать на служанку.

– Ну вот, теперь намного лучше. – Айлин закончила с расчесыванием и окинула волосы Клэр оценивающим взглядом. – Ради вашего спокойствия, миледи, я прошу вас взять с собой кого-нибудь из слуг, – попросила она.

Клэр не обратила на совет внимания. Она не хотела начинать жизнь в Пемхилле с новых объяснений. Ей необходимо было встретить свое горе в одиночку и стереть остатки вины из своей памяти.

Надев утреннее платье из зеленого муслина, она была готова провести остаток дня с Алексом.

Она разыскала миссис Малоун и начала заниматься делами дома. Они вместе распланировали, какие продукты им понадобятся в ближайшую неделю, распределили обязанности по уборке дома. После этого домоправительница повела Клэр на кухню, где они обсудили предпочтения ее и Алекса относительно завтраков и даже развлечения для представителей местной знати, которые, возможно, их посетят, пока они живут в Пемхилле.

Что же предпочитал Алекс? Они никогда не говорили о том, что каждый из них любит есть и пить и как часто следует приглашать гостей. Нравилось ли Алексу читать? Как он любил развлекаться по вечерам? Пока она не поймет, как проходит обычный день ее мужа, Клэр решила не принимать важных решений по дому. Между тем она собиралась вести домашнее хозяйство, следуя советам тети Джинни.

После того как повар и миссис Малоун удалились заниматься своими делами, Клэр начала исследовать свой личный будуар. Ранее, когда домоправительница показала ей эту комнату, у Клэр тут же появилось множество идей ее обустройства. Ей хотелось превратить ее в уютное местечко с множеством диванчиков, где можно было бы спокойно посидеть и поговорить. Комната должна была стать гостиной и ее рабочим кабинетом. Клэр шла по коридору, в конце которого послышались мужские голоса и смех.

– Слава Богу, маркиз привез к нам настоящую леди, – сказал какой-то молодой человек. – Представляете себе, она – дочь герцога! Сразу видна порода, как только на нее посмотришь. Жду не дождусь, когда смогу послать весточку матушке. Расскажу, что служу дочери герцога. То-то она удивится.

Клэр вышла из-за угла и увидела трех молодых людей. Конюх Чарльз разговаривал с двумя помощниками лакея, которых звали Бенджамин и Джон. Когда она знакомилась с ними накануне, они вели себя очень сдержанно и даже опустили глаза.

Теперь история повторилась. Завидев ее, они тут же поклонились и сильно покраснели.

Клэр не хотела, чтобы слуги смущались в ее присутствии. Никто не потеряет работу из-за безобидных высказываний.

– Добрый день. Скажите, кто из вас говорил о своей матери?

Конюх ответил первым:

– Миледи, Бенджамин и Джон вынуждены были слушать меня. Мы не желали ничего дурного.

Клэр широко улыбнулась:

– Это я понимаю. Ты Чарльз? Мне приятно слышать похвалу. Если бы ты был знаком с моим отцом, то понял бы, как мне повезло. Он действительно был особенным человеком, а не я. – Клэр отдала первое распоряжение в качестве маркизы: – Я хочу, чтобы вы подготовили моего коня Гермеса к завтрашнему утру.

– Благодарю, миледи, – выпалил Чарльз.

– Отлично. Я планирую выехать рано утром. Пожалуйста, подготовь его к семи.

Клэр улыбнулась и пошла прочь, а Чарльз начал хвастать, что его повысили до звания личного конюха маркизы Пембрук. То, что он часто писал матери, много говорило о его характере.

Распаковав вещи и разложив книги на полках в будуаре, Клэр попросила принести ей чай. Служанка внесла поднос с чайными принадлежностями, письмо от кузена Маккалпина и записку от Алекса. Клэр быстро распечатала письмо кузена.

Дорогая Клэр!

Когда я вернулся домой после своих тщетных попыток разыскать лорда Пола, меня ждало письмо от Пембрука. Он писал, что никогда не имел связи с Моник Лафонтен. Я готов подтвердить, что он не лгал. У нее роман с другим человеком.

Я прошу прощения за то, что лорд Пол сделал эту ужасную ставку. Я так его и не нашел. Мне удалось разыскать его бывшего камердинера, который поступил на службу к лорду Вестину. Вся эта история весьма неприятна. Лорд Пол отбыл в Шотландию в тот же день, когда он отпустил камердинера, выдав ему рекомендательное письмо. Прими к сведению, что Вестин нанял камердинера за день до того, как ставка была сделала в «Уайтсе».

Поскольку мне не удалось присутствовать на твоей свадьбе, я не смог пожелать тебе счастья в браке. Считай, что я это делаю сейчас, леди Пембрук.

Искренне твой,

Маккалпин

Клэр облегченно вздохнула. Она два дня переживала, что с ним могло случиться что-то ужасное. Маккалпин был в безопасности. Она закрыла глаза и прочитала короткую молитву, прежде чем обратить внимание на записку Алекса. В ней была всего одна фраза: «Отужинайте со мной в восемь».

***

Вечером Клэр надела простое платье золотистого цвета из итальянского шелка. Материя плотно, но мягко обтягивала ее тело, подчеркивая аппетитные формы. Единственными украшениями, которые она надела, были изумрудные сережки матери и обручальное кольцо.

Сегодняшний вечер должен был стать настоящим началом их брака, поэтому она сильно нервничала, ожидая встречи с мужем. По ее мнению, она никогда не была впечатлительным человеком и обычно чувствовала себя достаточно уверенно, попадая в незнакомую обстановку. Но сейчас Клэр не знала, чего ей ожидать от этого вечера и как себя вести. Приятный вечер, проведенный с Алексом, мог бы немного снять возникшее между ними напряжение. Они не обсуждали тот вечер после вечеринки у леди Хэмптон, когда она узнала, что лорд Пол рассказал ее мужу, что он был ее любовником.

Войдя в зал, Клэр сразу увидела Алекса, который ждал ее возле лестницы. Он улыбался так, словно узнал какой-то секрет и хотел поделиться с ней. Если это так, то какие секреты он хранил от нее?

– Добрый вечер, леди Пембрук. – Алекс взял ее за руку, прежде чем она сошла с последней ступеньки, и быстро поцеловал в щеку. Наклонившись к ее уху, он шепнул:

– Вы очень красивы сегодня.

Его глаза смеялись. Ее тело немедленно ответило, желая его прикосновения. Ужин мог превратиться в пытку, если ее вероломное тело перестанет подчиняться ей.

Отступив на шаг, Алекс положил ее руку на свою, чтобы проводить к столу.

– Я очень рад, что вы присоединились ко мне сегодня вечером. Я весь день ждал, когда наконец смогу провести с вами время.

– Судя по вашей записке, это был скорее приказ, чем предложение, милорд.

Запах свежего мыла, крахмала и самого Алекса окружил ее. На секунду Клэр представила себе, как она прижимается лицом к его рубашке, чтобы быть ближе, как в тот вечер, когда он обнаружил ее в саду леди Энтони.

Алекс усмехнулся:

– Пойдемте.

Он проводил ее в гостиную, где их ждала бутылка шампанского. Алекс открутил пробку и, дождавшись легкого хлопка, дал вину настояться, а затем налил напиток в бокалы.

Его глаза искрились, как вино в бокале, будто он действительно был рад ее видеть. Это какая-то новая игра, подумала Клэр, правил которой она не знает. Всего несколько дней назад он думал, что она была любовницей лорда Пола. Но теперь они женаты, и ему необязательно быть таким милым.

– Я хотел отпраздновать нашу свадьбу вчера, но вы уснули. – В голосе Алекса прозвучали нотки разочарования. Его пальцы коснулись ее, когда он протянул ей бокал. Это прикосновение вызвало у Клэр целый фейерверк эмоций, которые она с трудом смогла скрыть. – За мою прекрасную жену, сирену моих желаний!

Клэр посмотрела в глаза Алекса, пытаясь понять смысл тоста. Он подмигнул ей и поднес бокал к губам. Клэр расслабилась и сделала то же самое. Пузырьки приятно щекотали горло.

– Какой лестный тост, любая жена оценит его по достоинству. Чем вызван этот юмор?

Клэр спокойно посмотрела на мужа.

Алекс осторожно забрал у нее бокал и поставил на стол.

– Дорогая, мысли о вас преследовали меня весь день. Сегодня вечером я хочу, чтобы наш первый ужин после свадьбы стал особенным. И я надеюсь, что нас ждут еще десятки тысяч таких же прекрасных ужинов.

Клэр потупилась. Его попытки завоевать ее расположение забавляли ее, однако она не собиралась так быстро сдаваться.

Алекс нагнулся к ней и легко поцеловал в губы. Затем, отстранившись, он посмотрел ей в глаза, словно пытаясь прочесть сокровенные мысли.

– Увидев вас вчера, я понял, что я самый везучий человек в Англии. Каким-то образом вы нашли в себе силы выйти за меня замуж. – Он взял ее лицо в ладони и нежно погладил большими пальцами. – То, как мы расстались после вечеринки у леди Хэмптон, не дает мне покоя. Я обидел вас, и от осознания этого мне становится неприятно. Простите меня.

На этот раз он медленно наклонился и поцеловал ее в губы.

Клэр старалась держать себя в руках, но это превратилось в невозможную задачу, когда он крепко обнял ее. Мягкость его губ удивила ее. Клэр почувствовала, как все ее тело наполняется теплотой.

Он нежно провел рукой по гладкому шелку ее платья. В этот момент их языки встретились. Алекс крепко сжал бедро девушки и привлек ее к себе. Скользнув рукой вверх вдоль ее тела, он прикоснулся к ее соску и начал медленно разминать его пальцами. Клэр тихо застонала.

Она потеряла всякое ощущение времени и места. Ей хотелось большего. Прикосновения Алекса доставляли ей сладостное удовольствие, отдававшееся глухим томлением внизу живота. Когда она выгнулась в его руках, он снова поцеловал ее. Страстно. Властно.

Мысли Клэр путались, в ногах появилась слабость, и казалось, что они больше не могли выдерживать ее вес. Горячий поцелуй Алекса заставил ее вспомнить об их поцелуе на вечеринке у леди Хэмптон, когда она практически растаяла в его руках. Она не была готова снова потерять контроль над собой. Ей следовало узнать Алекса лучше. Им нужно было научиться доверять друг другу. Она отстранилась и посмотрела ему в лицо. Он был взволнован и возбужден.

– Я голодна. А вы? – тяжело дыша, спросила Клэр.

Алекс подался назад и ответил низким голосом:

– О, если бы вы знали, как я голоден. Пойдемте есть.

Они направились в столовую. Когда он помог Клэр сесть за стол, кровь все еще бешено пульсировала в ее венах. Этот вечер был полон вызовов. Алекс умел заставить ее забыть обо всем на свете, кроме него. Каждое его прикосновение, слово и взгляд, который он бросал на нее, заставляли Клэр сомневаться в своей способности держать себя в руках.

Клэр сделала глоток сухого, с приятным ароматом белого бордо, которое налил ей слуга. Она вздрогнула, когда Алекс прижался бедром к ее колену. Под скатертью ничего не было видно, но тепло его ноги не давало ей покоя.

Схватив ее за руку и многозначительно улыбнувшись, он начал водить большим пальцем по ее ладони.

– Дорогая, с тобой все в порядке?

Она кивнула, боясь произнести хоть слово. Он намеренно дразнил ее своим вниманием. Она отодвинула ногу, чтобы прекратить эти явные намеки на близость, но руку, которую Алекс накрыл ладонью, не убрала, ибо она лежала на столе на виду у слуг.

Пока приносили блюда, Алекс пристально смотрел на Клэр. Если бы ее спросили на следующее утро, что она ела накануне, Клэр вряд ли ответила бы на этот вопрос. В тот момент она, казалось, превратилась в комок нервов. Когда Алекс предложил ей немного своего десерта, сладкого заварного крема с ванильным соусом, она согласилась. Он протянул ей ложку с лакомством, и ей пришлось съесть его на весу. Клэр неосознанно облизнулась. Глаза Алекса вспыхнули от возбуждения.

– Я очень счастлив, что вы здесь. – Алекс махнул рукой, и слуги вышли из зала. И хотя они остались наедине, он придвинулся к ней почти вплотную и шепнул: – Я с ужасом думал о возвращении домой, но теперь, когда вы со мной, я больше не боюсь этой давящей тишины, которая преследует меня в каждой комнате.

– Возможно, это начало новой главы в вашей и моей жизни.

– Я думаю, что вы приносите удачу. – Он взял ее за руку и нежно провел большим пальцем по ладони. Его улыбка была чертовски притягательна. – Я хочу, чтобы вы провели весь завтрашний день со мной.

– Я не уверена, что не буду занята утром.

Она покачала головой, пытаясь заставить себя успокоиться и перехватить инициативу в разговоре.

– Конечно, я понимаю. Вы еще не устроились. – Он поцеловал ее руку. – Как насчет времени пополудни?

Его голос напоминал ей шелк, которым провели по коже. Это отвлекло Клэр. Нет, скорее он отвлек ее, но она заставила себя сосредоточиться.

– Вы вчера упоминали реку. Может, поедем к ней?

– Нет, – резко ответила она. Это испугало ее. – Я хочу сказать, что… я… я…

– Простите меня. – Алекс пристально посмотрел в глаза Клэр. – Мне не приходило в голову, что… вас могут мучить воспоминания о реке.

– Все в порядке.

– С этими местами у нас обоих связаны неприятные воспоминания. – Он сжал ее ладонь. – Давайте поедем на пикник. Что скажете? Мы будем читать, и я вам покажу мои любимые места. Думаю, вам понравится.

Так Алекс пытался помочь ей освоиться в новой обстановке. Ее муж был действительно хорошим человеком.

– Спасибо, мне это очень интересно.

Он отодвинулся от стола. Это был сигнал, что трапеза закончилась. Клэр встала, чтобы выйти из зала и оставить Алекса одного, дабы после совместного ужина он мог выпить или заняться каким-нибудь другим делом. Клэр же хотела вернуться к себе в покои, почитать хорошую книгу и постараться подавить ураган эмоций, который он породил в ней.

– Что вы собираетесь делать? – спросил он.

– Я пойду к себе и немного почитаю.

Алекс посмотрел в сторону кабинета и слабо усмехнулся:

– Мне нужно ответить на несколько писем. Можно мне присоединиться к вам позже?

Клэр кивнула.

– Я не буду вам мешать, – добавил он напоследок.

Она не понимала, что он имеет в виду. Он собирался почитать вместе с ней или хотел выполнить супружеский долг? Выйдя из зала и направившись в свои комнаты, Клэр вспомнила, как он целовал ее не более часа назад.

Айлин ждала ее. Она помогла ей раздеться и приготовиться ко сну. Служанка направилась к двери, но тут же остановилась.

– Миледи, – Айлин наморщила носик, словно почувствовав неприятный запах, – сегодня вечером у меня был очень странный разговор. Камердинер его светлости хочет, чтобы я отчитывалась перед ним каждый день.

Подобная новость не должна была удивить Клэр, но тем не менее это стало для нее неожиданностью. Алекс никогда не говорил, каким образом он собирается зачислить Айлин в свой штат слуг. Ни Клэр, ни Айлин не привыкли отчитываться перед кем бы то ни было. Она была Кавеншем до мозга костей, потому не показала виду, что ей неприятна эта новость.

– Что ты ответила?

– Я сказала, что худшего мужчины, чем он, я не встречала. Тем более француза. Когда он начал ругаться и вскочил на ноги, я перегнулась через стол и пихнула его обратно на стул. Я заявила ему, что не собираюсь выполнять его приказы, и дала ясно понять, что, если ему надо будет что-то узнать, я ему скажу или он может спросить сам у маркиза.

Клэр подошла к синему письменному столу эпохи Людовика XV и начала перебирать старые письма. Ей нравился сильный голос служанки, и она представила себе, как разворачивались события на кухне. Перепалка двух слуг, шотландки и француза, наверняка была интересным зрелищем. Зная характер Айлин, Клэр не сомневалась, что она будет до последнего отстаивать свою точку зрения в любом споре с камердинером Алекса. Отношения между двумя слугами были напряженными, а ей и Айлин надо было как-то обживаться на новом месте.

– Спасибо, что защищала мои интересы, но я разрешаю тебе делиться информацией.

Клэр старалась не выдать своего недовольства и говорила спокойно, как будто ее это не волновало.

– Миледи, – в голосе Айлин слышалось негодование, – но он камердинер маркиза. А я ваша личная служанка, служанка дочери герцога Лэнгема.

– А я теперь жена маркиза Пембрука. – Клэр раздраженно вздохнула. – Просто делай так, как я говорю. Я постараюсь обсудить этот вопрос с лордом Пембруком.

Айлин сложила руки на груди, и ее голос смягчился:

– Пока я ругалась с камердинером, какой-то слуга бормотал что-то о проклятии. Камердинер его светлости повернулся к нему и велел немедленно возвращаться к работе. По всей видимости, слуги высокого мнения о нем. После этого на кухню никто не заглядывал.

– Черт побери.

Клэр прижала ладонь ко лбу. Она не хотела, чтобы проклятие последовало за ней в ее новый дом. Также она не хотела, чтобы про нее и Айлин говорили, что они ведут себя недружелюбно.

– К сожалению, я так не считаю, – фыркнула Айлин.

– Что ты имеешь в виду?

– Я невысокого мнения о Жан-Клоде.

Айлин начала наводить порядок на туалетном столике Клэр.

– Расскажи ему все, что он захочет знать. – Клэр глубоко вздохнула. – Только говори вежливо, не надо обижать слуг.

Айлин выпрямилась, собираясь возразить.

– Спокойной ночи, Айлин.

Служанка посмотрела на хозяйку и вышла из комнаты.

Наступила тишина, но щеки Клэр все еще горели от унижения. Этот кабинет стал ее единственным убежищем, которое она могла никогда не покидать.

Пытаясь отвлечься, Клэр начала читать книгу, но уже через пару минут поняла, что не может прочесть ни единой строчки. Она не могла думать ни о чем другом, кроме как о проклятии, Алексе и его слугах. Впервые за долгое время у нее появилась надежда, что с проклятием покончено. Алекс был с ней очень добр весь вечер, и она наивно предположила, что слуги воспримут его внимание как одобрение.

Клэр подошла к окну и открыла его. Легкий ветерок принес свежие запахи весны. Девушка глубоко вдохнула прохладный ночной воздух. Услышав сзади какое-то движение, она повернулась и увидела Алекса. У него в руках была еще одна бутылка и два бокала.

– Надеюсь, я не помешал?

Когда Клэр увидела мужа, у нее перехватило дыхание. Он был само совершенство. Он стоял в расслабленной позе. На нем не было ни камзола, ни жилета, а белая полотняная рубашка с расстегнутым воротом открывала взору его загорелую кожу и редкие черные волосы на груди. Клэр окинула взглядом фигуру Алекса и почувствовала легкое возбуждение.

– Пожалуйста, входите.

Она подошла к обтянутым светло-голубым дамастом стульям, которые стояли возле камина, и сделала ему знак рукой присоединиться к ней. Сердце девушки чуть ли не выпрыгивало из груди от возбуждения. Она чувствовала себя мотыльком, который приблизился к огню на опасно близкое расстояние. Она старалась быть осмотрительной, но не могла противостоять этому влечению.

Алекс подошел к стулу и, пожав плечами, сказал:

– Я подумал, что вы будете не против выпить немного виски из запасов моей семьи, прежде чем лечь спать.

– Вы пытаетесь споить меня?

– Если бы это было так, что бы вы сделали?

Алекс поставил бутылку и бокалы на стол перед ней, словно это был подарок.

Клэр не обратила внимания на его вопрос. Она налила немного виски им обоим, после чего они подняли бокалы и чокнулись. Алекс одним глотком осушил свой бокал, а Клэр сделала небольшой глоток, смакуя ароматную жидкость.

Алекс налил еще и расслабленно опустился на стул. Клэр последовала его примеру.

– Это виски производила семья вашей матери?

Она кивнула, потом закрыла глаза, позволив аромату ячменного солода пробудить в памяти приятные воспоминания.

– Я только раз видела, как производится виски. Мой дед гордился каждой новой бочкой этого напитка и дарил бутылку каждому гостю. Вам нравится виски?

– Это лучшее из того, что я когда-либо пил. – Алекс откинулся на спинку стула и улыбнулся. – Как вам на новом месте?

– Спасибо, все хорошо. Дом очень красивый, а ваши слуги внимательны и исполнительны. Большего мне и не надо.

С приходом Алекса ее комната уже не казалась такой большой. Его внимание завораживало Клэр, и она боялась, что сделает какую-то глупость. Она не знала, понимает он это или нет. В любом случае он играл ее безудержным влечением. Впрочем, Клэр могла допустить любую оплошность и без его участия. Разнервничавшись, она встала и направилась к окну.

Когда она проходила мимо Алекса, он взял ее за руку. Клэр посмотрела на их сплетенные пальцы. У него были сильные руки с длинными пальцами. Его ладонь была почти в два раза больше, чем у Клэр. Она не убрала руку и попыталась расслабиться.

– Вы слишком много думаете, – сказал Алекс, и Клэр посмотрела на него. – Вы похожи на меня. Вы начинаете расхаживать по комнате, когда вас что-то беспокоит. – Глубокий голос мужа помог ей справиться с волнением. – Я вчера заходил, чтобы пожелать вам спокойной ночи, но я не уверен, что вы помните это.

– Не помню, я вчера очень устала.

– Я повесил ваш магический шар возле того окошка. – Он показал пальцем на маленькое окно над ее кроватью. Шар был закреплен в самом его центре. Алекс поднес ладонь Клэр к губам. – Я хочу, чтобы вам здесь было удобно.

Как у него получалось превратить такую глупость в нечто милое и приятное?

– Вы сами это сделали?

Он кивнул.

– Алекс, слуги…

Она прочистила горло и отстранилась.

Алекс быстрым движением усадил девушку к себе на колени и обнял. Проведя пальцем по ее губам, он наклонился и поцеловал ее.

Клэр почувствовала вкус его виски, мягкого и пахнущего дымом. Ответив на его поцелуй, Клэр больше ни о чем не могла думать. Их поцелуй и близость тела Алекса не давали ей ни единого шанса скрыть то, как она хочет его. О боже, она зря позволила ему прикоснуться к себе, ведь она не знала, к чему это может привести. Похоже, покидая Лондон, она забыла прихватить с собой здравомыслие.

Алекс поцеловал ее в щеку и крепче прижал к себе. Он глубоко вздохнул и начал медленно целовать ее в шею.

– Клэр, я не хочу сейчас обсуждать слуг.

Что бы между ними ни происходило, события развивались слишком быстро.

– Вы мне не поверите, но я не очень опытна. – Она заколебалась, не пытаясь больше скрывать своих чувств. – Я не понимаю, чего вы хотите. Не говоря уже о том, чего хочу я.

– Возможно, вместе мы сможем найти нужные ответы. – Алекс поцеловал ладонь Клэр. – Мы не будем делать ничего такого, чего вы не захотите сами. – Его серые глаза потемнели. – Мы просто будем делать друг другу приятно. Хм.

Она кивнула.

Он легко, как будто она ничего не весила, подхватил ее на руки и отнес на кровать.

Сердце Клэр начало бешено колотиться в груди, когда он уперся коленом в кровать рядом с ее бедром. Он стащил с себя рубашку. Ничто не могло доставить Клэр большего удовольствия, чем его объятия и ласки. Она хотела, чтобы он трогал и ласкал каждый сантиметр ее тела. Много лет она ждала и желала этой ночи. Но она напрочь отвергала мысль о том, чтобы ее возлюбленный сомневался в ней. Она закрыла глаза, пытаясь придумать правильные слова, чтобы прекратить это.

Когда Клэр вновь посмотрела на мужа, у нее перехватило дыхание от вида его мускулистой груди. Опустив глаза, она заметила узкую вертикальную полоску волос, которая упиралась в его брюки. Ей вдруг захотелось снять с него оставшуюся одежду. Она неуверенно протянула руку, но тут же отдернула ее.

Алекс схватил ее пальцы и поцеловал их.

– Коснитесь меня. – Его теплое дыхание, опалявшее ее пальцы, все еще пахло виски. – Трогайте меня везде, где захотите.

Клэр прижала ладонь к его груди. Его кожа, под которой перекатывались бугры мышц, горела огнем. Должно быть, Алексу нравился физический труд и прогулки на природе. Ей еще многое нужно было узнать о нем. Клэр медленно погладила его плечи.

Он прижался к ней, перенеся весь свой вес на локти, а затем, опустив голову, легко коснулся губами ее рта.

Желание сконцентрировалось внизу ее живота, когда она внимательно посмотрела на его нижнюю губу.

Он дразнил ее губы, проводя по ним языком, заставляя их раскрыться. Почти не оказывая сопротивления, Клэр позволила ему взять контроль на себя. Его язык медленно проник в ее рот.

Клэр попыталась ответить на поцелуй, запустив пальцы в его густые волосы. Их поцелуй был похож на вальс. Алекс остановился и посмотрел на жену. Она была не в состоянии ничего понять по его выражению лица. Она не знала, что делать.

– Что вы хотите от меня?

Его взгляд стал нежнее.

– Я хочу, чтобы вы сегодня просто почувствовали меня. Я хочу трогать и пробовать на вкус каждый сантиметр вашего тела.

Алекс легко отодвинулся в сторону, лег на бок и начал гладить ее грудь через шелковое платье.

Его ласки заставили Клэр вновь приблизиться к нему. Она совсем забыла о своих сомнениях и буквально таяла в его руках. Ее соски затвердели. Она выгнулась, инстинктивно желая сбросить тяжесть в груди.

Алекс вздохнул:

– Вы просто мечта.

Она не успела проронить ни слова, а Алекс уже принялся снимать с нее платье. Когда он стащил одежду, его руки начали скользить по ее телу. Клэр судорожно попыталась прикрыться, отвернувшись от него, но Алекс не позволил ей этого сделать.

Он нагнулся и, прижавшись к ней, прошептал:

– Я не хотел испугать вас. Я просто хочу увидеть вас.

Легкая щетина на его щеке напомнила ей прикосновение кошачьего языка. Он был самым мужественным существом, которое ей доводилось видеть, и он был в ее постели. Мысль о том, что он хочет изучить все самые потаенные уголки ее тела, смущала и озадачивала ее. Она готова была сдаться в любую минуту.

Алекс поднял голову и пристально посмотрел на нее.

– Я всегда считал вас очень красивой.

Клэр прикусила нижнюю губу. Если на его лице и можно было заметить тень разочарования, единственное, что Клэр запомнила после этой ночи, было его сожаление. Алекс нагнулся над ней. Он осторожно взял ее лицо в ладони и повернул к себе.

Должно быть, он заметил сомнение в ее глазах.

– Я хочу, чтобы вы видели, как я на вас смотрю. Это важно для нас обоих, – требовательно произнес и, чуть отстранившись, принялся внимательно рассматривать ее грудь, потом живот и, наконец, ноги.

Губы Алекса тронула легкая улыбка.

– Как я себе и представлял, – сказал он, снова перевел взгляд на ее грудь и обхватил один сосок губами. Посасывая его, он коварно смотрел на нее. Затем, полизав его, он хмыкнул: – На вкус вы намного лучше десерта. Вы прекрасны.

Алекс улыбнулся. Клэр хотелось закрыть глаза, чтобы унять легкое головокружение, но его ласки как будто загипнотизировали ее. Внезапный трепет, зародившийся где-то в животе, очень быстро охватил все ее тело. Когда его затвердевший пенис прижался к ее бедру, она тихо застонала, развела ноги и выгнула спину. Прикосновения его губ были горячими, словно раскаленное железо. Его язык продолжал дразнить и ласкать сосок, а рукой он мял ее другую грудь.

У Клэр не было опыта в постели, в отличие от Алекса, который был мастером нежных прикосновений и ласк. Она представить себе не могла, что то, как он лижет ее сосок, может быть таким эротичным.

– Алекс. – Ее пальцы гладили его густые черные волосы. Она попыталась сесть. Ей следовало найти точку опоры в этом безумном урагане страстей. Она осторожно отодвинулась от него и села. – Алекс, пожалуйста.

Он застонал, словно ему доставляло удовольствие то, как она произносит его имя.

– Пожалуйста, еще? Пожалуйста, сильнее? Скажите, чего вы хотите. Я все вам дам.

Выражение его лица было таким искренним, что у Клэр перехватило дыхание. Она могла дать ему лишь один ответ:

– Продолжайте ласкать меня.

Алекс, казалось, хотел исследовать ее тело. Она наблюдала, как он провел языком по ее животу и пупку. Внезапно он оказался слишком близко к ее промежности. Чтобы прекратить это, Клэр потянула его за плечи. Он быстро посмотрел на нее, улыбнулся и нагнулся к ее бедрам. Клэр изогнулась, пытаясь потушить пожар, пылавший у нее внутри.

Она не могла поверить, что он хочет посмотреть на нее там. Никто никогда прежде не изучал ее тело так подробно. Она резко вдохнула, когда он начал целовать ее бугорок, и, дернувшись, попыталась отодвинуться.

Алекс схватил ее за бедра и прижал к кровати.

– Клэр, прекратите. Это не больно.

Он посмотрел на нее из-под прикрытых век и продолжил ласкать ее. Она замерла, не в силах отвернуться.

– Я обещаю, что вам это понравится. – Он был похож на дикого зверя, которого возбудил ее запах. Спустя несколько секунд он расслабился и улыбнулся. Осторожно раздвинув волосы, он обнаружил ее центр, застонал и закрыл глаза. – М-м, вы вся влажная.

Сказав это, он опустил голову и принялся целовать и лизать ее самое интимное место. Его прикосновения чуть не заставили ее спрыгнуть с кровати. Она схватилась за простыню, пытаясь найти точку опоры, пока он ласкал ее. Алекс медленно засунул палец в нее на небольшую глубину. Он неспешно двигал им туда-сюда, не переставая работать языком и губами, целуя и посасывая ее. Тело Клэр выгнулось. Она пыталась поближе пододвинуться к его рту. Она чувствовала, как внутри нее растет какое-то чувство, давление, желание получить еще, вместить в себя его всего.

Клэр сомневалась, что сможет справиться с его чувственной атакой. Она прошептала:

– Алекс, пожалуйста.

Дыхание Клэр участилось. От новых ощущений ее тело сотрясалось. Алекс продолжал мучить ее языком.

Затем он пустил в ход большой палец и стал поглаживать ее. Таких ощущений Клэр никогда прежде не приходилось испытывать.

Его глаза вспыхнули.

– Вы готовы, не так ли? – Его слова лишь подстегнули ее желание. – Я мечтал об этом моменте уже очень давно. Я хочу, чтобы вы открылись мне. Сделайте это, Клэр.

Его пальцы продолжали доставлять девушке наслаждение, но Алекс хотел большего. Клэр позволила удовольствию разлиться по всему ее телу вплоть до самых кончиков пальцев ног. Наслаждение росло и наконец достигло пика, превратившись в ослепительную вспышку. Клэр расслабилась. Мир вокруг плыл и покачивался.

Постепенно ее сердцебиение замедлилось и ей удалось снова взять свое тело под контроль.

Она продолжала лежать, когда Алекс устроился на кровати рядом с ней. Их губы встретились в продолжительном страстном поцелуе. Она почувствовала вкус себя, островатый и запретный, когда его язык проник ей в рот.

Алекс смахнул с ее лица волосы и посмотрел ей в глаза.

– У вас такой вкус. У вас… И только у вас. – Он закрыл глаза. – Прелестный вкус.

Клэр повернулась на бок и посмотрела на мужа. Он медленно, но упорно разрушал ее систему защиты. Когда в последний раз подобное случилось, умер Арчард. Что, если такое же произойдет с Алексом?

Он поцеловал ее в щеку, а потом лизнул нежную кожу у нее на шее.

– Я хочу заняться любовью со своей женой.

Она подалась назад и с опаской посмотрела на Алекса:

– Мне нужно больше времени.

Алекс, который уже начал расстегивать брюки, замер. Они молча посмотрели друг на друга. Пауза, повисшая в воздухе, затянулась. Алекс прищурился:

– Почему?

– Я не могу. Это была ошибка. Еще слишком рано.

Завернувшись в простыню, она сползла с постели и повернулась лицом к мужу. Боже, как она могла отвергать его? Она хотела его больше всего на свете.

Алекс уселся на кровати, не спуская глаз с Клэр.

– Что не так?

Клэр глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

– Ваши сомнения. Мое проклятие.

Алекс потер лоб, словно пытаясь смахнуть ее возражения, и вздохнул.

– У вас есть право отказать, но выслушайте меня…

– Алекс, пожалуйста, поймите. Я очень сильно переживаю за наш брак. – Ее щеки покраснели. Она начала расхаживать по комнате. – Нам необходимо обсудить то, что случилось после объявления о нашей помолвке. И… есть еще другие вещи.

– Например?

Человек, которому она позволила когда-то по-настоящему сблизиться с ней, умер. А когда она в последний раз была неподалеку от Вренвуда, она потеряла родителей. Как она могла это воспринять? Она остановилась у кровати и посмотрела на Алекса.

– Клэр, – прошептал он. – Поговорите со мной.

– Мне очень жаль.

– Не извиняйтесь. Я сам разрушил этот вечер своими необдуманными словами. Нам следовало все обсудить, прежде чем идти в постель.

Он слез с кровати и посерьезнел.

– Нет, пожалуйста. Я сама…

Он поднял руку, прервав ее объяснения.

– Нет никакого проклятия, Клэр. Вы должны понять это. Что же касается моих сомнений, я пришел к вам сегодня сюда, и у меня нет от вас секретов. – Он медленно поднял рубашку. – Возможно, лучше всего будет, если вы мне сами скажете, когда будете готовы. Когда вы обустроитесь здесь и вам будет комфортно со мной.

Он пристально посмотрел на нее, словно ожидая ответа, потом развернулся и вышел. Звук хлопнувшей двери отозвался гулким эхом в коридоре.

Зачем она позволила ему затащить ее в постель? Ведь она так мало смыслила в постельных делах, браке и мужьях. Пытаясь найти верную дорогу в этой новой жизни без компаса, она заблудилась, и единственным ее спутником стало проклятие. Проклятие, которое было способно испортить ей всю жизнь.

Чем больше Клэр старалась не обращать внимания на правду, тем меньше у нее это получалось. Она осталась одна в этой комнате, в этом доме и в этом браке. Его прикосновения дарили ей радость и наслаждение, она стремилась к близости с ним, но не могла не учитывать ситуацию, в которой оказалась, ибо очень многое было поставлено на карту. Неопределенность повисла над ее кроватью рядом с этим дурацким магическим шаром, словно грозовая туча, вот-вот готовая разразиться дождем.

Когда он смотрел ей в глаза и ласкал ее руками и губами, она чувствовала себя защищенной и желанной, чувствовала себя человеком, ставшим важным в жизни Алекса. Кем-то, кто был для него небезразличен. В этот короткий промежуток времени она позволила себе поверить, что ей удастся исполнить свою мечту.

Могла ли она пойти на подобный риск? Что, если проклятие поразит Пембрука? Что, если она его потеряет?

Любой рационально мыслящий человек решил бы, что ее место в психиатрической лечебнице. Клэр даже сама иногда так думала. Однако у нее не было сил забыть обо всем, что ей довелось пережить.

Будучи достаточно умной, чтобы понимать, что никакого проклятия не существует, она должна помнить, что на этот раз все иначе. Он не любил ее, а она не любила его. И при этом, несмотря на все сомнения, она так легко позволила ему проникнуть в свою постель. Во время их близости она могла внушить себе, что ее ценят и что ей не придется потерять еще одного человека, которым она дорожит.

Разочарование накатывалось на нее, словно волны на берег. По щекам потекли горячие слезы. Она отвернулась к окну и попыталась сосредоточиться на черном небе.

Завтрашний день принесет новые переживания. Она увидит Вренвуд, где ей придется столкнуться со своими демонами. Если ей повезет, она, возможно, сумеет избавиться от проклятия раз и навсегда.

***

Алекс привалился плечом к двери. Он все еще не мог успокоиться после близости с женой. Его мужское естество восставало против его решения покинуть комнату Клэр. Эта женщина, такая красивая и податливая, была верхом его мечтаний.

Она сказала, что у нее нет опыта в постельных делах, но это было сложно определить. Будучи достаточно робкой, она все же сумела разжечь страсть между ними. Когда Клэр достигла пика наслаждения, он почувствовал, что она хочет, чтобы он вошел в нее.

Когда же она расслабилась, выражение ее лица напомнило ему о том вечере у леди Энтони. То, как вздымалась ее грудь и горели глаза, он никогда не забудет. Она была в смятении и как будто даже напугана.

Кроме того, он подлил масла в огонь своей реакцией на ее признание об Арчарде. Сомневался ли он в ее честности? Интуиция подсказывала ему, что она искренна с ним.

К черту лорда Пола! Его вранье и гнусные намеки оттолкнули его от жены. Это больше не должно было встать между ним и Клэр.

О боже, как же это было хорошо! Он закрыл глаза и вспомнил прикосновение кожи Клэр. У него так давно не было женщины. Сначала он подумал, что его тянет к Клэр лишь по этой причине, однако очень скоро понял, что она становится по-настоящему дорога ему.

Вспомнив о нежной груди Клэр и ее влажной промежности, Алекс почувствовал, как его пенис снова начал твердеть. Он расстегнул брюки и взял его в руку.

Из комнаты Клэр донесся тихий плач. Алекс попробовал в мельчайших подробностях вспомнить их ласки и закрыл глаза. Он сжал пенис и начал двигать ладонью вверх-вниз. В его памяти возникла Клэр с выражением опустошенности на лице. Он попытался тереть пенис быстрее, но тот тут же обмяк.

Алекс помрачнел.

Глава восьмая

Скрип бритвы, которой Жан-Клод водил по кожаному ремню, был единственным звуком в комнате. Алекс сидел в кресле, ожидая, пока камердинер наточит бритву. Его лицо было накрыто горячим полотенцем. Жан-Клод делал это каждое утро и иногда по вечерам перед тем, как Алекс принимал ванну. Жан-Клод затачивал бритву до такой степени, что ею можно было легко разрезать паутинку.

Обычно спокойный ритуал внезапно нарушил голос камердинера:

– Эта несносная служанка захотела поговорить со мной вчера вечером перед сном.

– Айлин?

Жан-Клод снял полотенце с лица Алекса и коротко кивнул.

– Она нагло спросила, пытался ли я разузнать что-то о ее хозяйке без вашего ведома. Я сказал ей, что служу у вас камердинером и полученную на службе информацию передаю вам, и только вам.

Алекс удивленно поднял брови:

– Она узнала?

– Я уже говорил, что она очень заносчива, к тому же из Шотландии, поэтому слишком много мнит о себе.

Алекс потерял дар речи. Его обычно сдержанный камердинер был не похож на себя. Алекс уже было решил побриться самостоятельно. Одно дело, когда тебе перекрахмаливают воротничок, и совсем другое, если случайно разрежут горло.

– Вчера вечером я попросил Айлин сообщать мне о планах маркизы на день. Я решил, что это хорошая идея в сложившейся ситуации. – Жан-Клод опустил бритву. – Она буквально побагровела, услышав мою просьбу.

– Зачем тебе эта информация?

– Я просто хочу, чтобы слуги должным образом прислуживали маркизе. Я уже обсудил этот вопрос с Симмсом и миссис Малоун. – Камердинер забрал у Алекса полотенце и вытер им бритву. – Если я буду знать распорядок дня маркизы, мне будет проще давать задания слугам.

– Для каких целей? – Алекс повернулся к камердинеру.

– Слуги шепчутся о леди Пембрук. Один из лакеев прямо спросил Айлин о проклятии. – Жан-Клод выпрямился. – Когда я вмешался, чтобы прогнать его, было уже поздно. Айлин чуть голову ему не оторвала.

– Боже мой, – пробормотал Алекс. Может, волнение Клэр накануне вечером отчасти объяснялось этим? Он и сам вел себя достаточно неосмотрительно, но что, если его жена услышала, как слуги обсуждают проклятие? Она и так изо всех сил пыталась им понравиться. – Я займусь этим. Пришли мне этого лакея.

– Это еще не все, милорд. Слуги поговаривают, что у Айлин дурной глаз, потому что она шотландка. – Обычно бесстрастное лицо камердинера помрачнело. – Если хотите знать мое мнение, такими способностями обычно обладают ведьмы.

– Я же просил тебя быть тактичным. – Напряженность между Жан-Клодом и Айлин напоминала Алексу ссору брата и сестры. – Отныне вам придется работать вместе.

Коротко кивнув, Жан-Клод поднес бритву к его шее. По всей видимости, теперь можно было спокойно бриться.

Ближайшие дни обещали быть напряженными. Им необходимо было выполнить обязанности, которые лежали на его молодой жене. Алексу не терпелось представить Клэр жителям деревни и фермерам, которые возделывали участки его земли. После этого место Клэр в Пемхилле будет окончательно определено.

Когда Жан-Клод начал брить Алекса, маркиз вздохнул. Он вспомнил, каким было лицо жены накануне вечером. Судя по его выражению, она была чем-то напугана. Алекс надеялся, что он не виноват в этом. Для них лучшим решением было как можно скорее разобраться с лордом Полом. Если они уедут из поместья сейчас, то смогут исправить то, что он наделал, и им больше не придется возвращаться к этой теме.

Эта мысль заставила Алекса пойти в покои Клэр утром, а не днем, как он планировал ранее. Они весь день должны были провести вместе, катаясь на лошадях и наслаждаясь компанией друг друга. Что бы домоправительница ни подготовила для Клэр, это могло подождать до завтра. Время, проведенное вместе, было очень важно для них. Пока Жан-Клод искал жену Алекса, маркиз лично попросил миссис Малоун собрать для них корзинку для пикника. В нее она положила несколько легких и вкусных деликатесов, таких как вареные яйца куропатки, куриные грудки, вишневые пирожные, апельсины, а также несколько видов сыров. Он собирался сам кормить Клэр этими закусками, а также поить вином, бутылку которого миссис Малоун тоже положила в корзину.

Он собирался сказать Клэр, что у него для нее приготовлено особое угощение, и это должно было помочь ему вернуть расположение жены. Это самое меньшее, что он мог сделать. То, что накануне вечером он оставил ее в слезах, омрачало его мысли. Но утром он понял, что Клэр была права. Ему не следовало оставаться у нее на ночь, если она не была в нем уверена.

К Алексу подошел хмурый Жан-Клод.

– Милорд, мы нигде не можем найти маркизу. Одна из лошадей пропала. Айлин отказывается говорить, где она.

Алекс застыл на месте.

– Быстро тащи ее служанку сюда! И пускай седлают Ареса. Спроси, видел ли кто-нибудь ее утром.

– Да, милорд.

Жан-Клод взбежал по лестнице и направился в покои Клэр.

Алекс сжал в руках перчатки. Он свернет Айлин шею, если она не расскажет, куда поехала Клэр. Перед его внутренним взором проносились воспоминания о предыдущем вечере. У Алекса было дурное предчувствие. Клэр была такой уязвимой. Что, если проклятие заставило ее уехать? Что, если она нанесет себе вред? Он понятия не имел, как хорошо она себя чувствовала в седле.

Когда у лестницы появилась служанка, Алекс рявкнул:

– Где она?

Айлин удивленно посмотрела на маркиза и обеими руками схватилась за балюстраду, словно ища у нее защиты.

– Говори!

Айлин вздрогнула и быстро спустилась по лестнице к ждущему ее Алексу.

– Милорд, у маркизы сегодня утром была встреча.

– Где? С кем? – взревел Алекс и вплотную подошел к женщине.

Айлин тяжело дышала. Она гордо подняла голову, но не отступила.

– Во Вренвуде. Я привезу ее обратно.

– Оставайся здесь. Я сам ее найду.

Алекс повернулся и направился к конюшне. Айлин догнала Пембрука и преградила ему дорогу. Похоже, эта глупая женщина не понимала, что играет с огнем.

– Пожалуйста, милорд. Я прошу вас. Будьте с ней нежны.

По лицу служанки текли слезы.

Алекс не обратил на ее слова ни малейшего внимания. Он был в ярости, оттого что служанка осмелилась ему перечить. А еще он корил себя за то, что оставил плачущую Клэр одну в ее покоях накануне вечером. Он вскочил в седло и поехал в соседнее поместье Вренвуд. Судя по реакции Айлин, то, что он обнаружит, ему не понравится. И Алекс лишь молил Бога, чтобы Клэр все еще была там.

Спустя несколько минут он подскакал к главному входу. Молодой конюх Чарльз занялся его лошадью и жеребцом Клэр, на котором она собиралась уехать с последнего постоялого двора по дороге в Пемхилл. Алекс спрыгнул на землю и передал поводья молодому человеку.

Чарльз поклонился.

– Леди Пембрук внутри?

Алекс не привык к приступам паники, но его горло так пересохло от волнения, что казалось, будто оно набито хлопком.

– Думаю, да, милорд. – Он опустил взгляд и замялся. – Прошу прощения, милорд, не хочу показаться навязчивым, но я последовал за ней сюда. Она не хотела, чтобы я ее сопровождал, однако я не знал, насколько хорошо миледи знакома с поместьем. Вчера леди Пембрук была весела и общительна. Сегодня же она ведет себя очень тихо. Я решил, что вы должны знать об этом.

– Насколько тихо?

На лице Чарльза отразилось беспокойство за хозяйку.

– Она ни с кем не разговаривала и ни разу не улыбнулась. Вчера она сказала мне, какую лошадь седлать и в котором часу она планирует уехать. Сегодня утром я спросил, хочет ли она, чтобы я поехал с ней, но она ускакала, не ответив ни слова.

Алекс повернулся и направился прямо в дом. Черт, ему пришлось ждать, пока она привыкнет к нему, пока почувствует себя в безопасности рядом с ним. Одну вещь он знал наверняка. После того, что случилось сегодня, он больше никогда ее не отпустит.

Алекс вошел в дверь. Быстро взбежав по массивной лестнице на второй этаж, где находились семейные покои, он принялся методично открывать каждую дверь. В комнатах вся мебель была накрыта материей, словно дом до сих пор находился в трауре.

Войдя в ближайшую спальню, Алекс обшарил все ее самые укромные уголки. Не обнаружив ни одной живой души, он кинулся осматривать второй этаж. Алекс был так потрясен, что ему казалось, что это не он, а какой-то другой человек, похожий на него, ищет жену. Он тщательно проверил каждую комнату на этаже.

Когда он спустился вниз, до него донесся тихий плач, нарушивший зловещую тишину. Быстро развернувшись, он прошел мимо библиотеки и кабинета. Когда Алекс пересек бальный зал, он очутился в узком коридоре, хорошо освещенном расположенными у самого потолка окнами, выходящими на север. Алекс быстро вошел в галерею.

Клэр лежала на полу перед большим портретом.

Плач стал громче. Недолго думая, он бросился через зал к жене. Каблуки его сапог гулко стучали по деревянным половицам.

Клэр всхлипнула. Свернувшись калачиком, она прижимала руками колени к груди, пытаясь занимать как можно меньше пространства. Она не обратила на Пембрука ни малейшего внимания. Она не вздрогнула и не начала возмущаться, когда он подхватил ее на руки.

– О, Клэр, – пробормотал он. – Что с вами случилось?

Алекс поднял голову и закрыл глаза. Она была в безопасности. Он отнес ее к ближайшему дивану и сел рядом. Она прижалась к его груди, словно маленький ребенок, который искал у него защиты от окружающего мира.

Алекс не знал, что ему делать, как утешить жену. Потому он просто крепко ее обнял. Она сказала ему, что не была во Вренвуде целых четырнадцать лет. Ему следовало догадаться – она приехала сюда из-за своих родителей. Алекс почувствовал острое желание утешить жену.

– Я здесь, – прошептал он, прочистив горло. – Дорогая, вы со мной.

Алексу показалось, что она не обратила внимания на его присутствие. Он нагнулся, поцеловал ее в темя и прижал к груди. Пембрук гладил Клэр по спине и рассматривал портрет, висевший на стене. Он потерял счет времени.

Клэр не переставала плакать, пока совсем не выбилась из сил. Она глубоко вздохнула и вздрогнула в его объятиях. В зале повисла тишина. Алекс откинулся на спинку дивана. Его рубашка и жилет промокли и прилипли к телу. Мышцы рук ныли от напряжения. Когда Алекс нашел Клэр, он тут же успокоился. Если она могла усидеть на таком большом жеребце, значит, она была хорошей наездницей. Даже законченный тупица понял бы, что она приехала сюда, чтобы скорбеть.

Прошло несколько минут, прежде чем Клэр нарушила молчание. Ее лицо опухло, глаза покраснели, словно она не спала несколько дней подряд. Алекс убрал волосы с ее лба и положил ладонь ей на затылок. Аккуратно проведя большим пальцем по ее щеке, он стер остатки слез. Прикосновения к ней в эти секунды были так же важны для него, как и возможность дышать. Более того, он хотел, чтобы Клэр поняла, что он ее не бросит.

– Алекс.

Девушка закрыла глаза. Ее лицо исказилось в гримасе боли и страдания.

Алекс крепче прижал ее к себе. Мало кто в этих краях знал подробности того несчастного случая, когда погибли ее родители. После смерти герцога и герцогини поместье было сразу же закрыто.

– Расскажите мне, что случилось той ночью.

Клэр задрожала. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы заставить себя ответить.

– Я никогда это ни с кем не обсуждала, даже с дядей Себастьяном.

Алекс не хотел расспрашивать ее. Она сама должна была решить, что рассказывать, а о чем умолчать. Он внимательно наблюдал за выражением ее лица, опасаясь, что она снова сорвется.

Клэр была женщиной с характером, и ее сила воли не удивила его. Она встала и подошла к семейному портрету.

– Когда мне было пять лет, отец решил заказать наш портрет до того, как родятся другие дети. Мои родители заводили детей с трудом. Прошло целых три года после моего рождения, прежде чем им снова удалось зачать ребенка. Но у матери случился выкидыш. Дядя Себастьян шутил над ними, говоря, что они чересчур настойчиво стараются зачать наследника. Они, в свою очередь, отвечали, что их усилия не пропадают даром.

– Действительно, это так, – добавил Алекс, заставив Клэр слабо улыбнуться.

– Когда я подросла, мне нравилось снова и снова слушать эту историю. – Клэр посмотрела на портрет. – Мой отец считал, что художник очень удачно написал меня и мать. По крайней мере так мне говорил дядя. Отец заказал копию этого портрета, которую подарил матери.

Алекс встал с дивана и подошел к Клэр.

– А где же оригинал?

Клэр глубоко вздохнула. На ее лице была написана боль, но она держала себя в руках, пытаясь не расплакаться.

– Портрет находится в родовом гнезде Лэнгемов в Фалмонте. Его не выставляют из-за меня. Когда я была маленькой, меня мучили кошмары. Тетя решила, что лучше портрет хранить в чулане. Я здесь отчасти еще и поэтому. Я хочу, чтобы мать и отец заняли достойное место в нашей семейной истории… – Клэр обхватила себя руками за плечи. – Из-за меня ни в одном из домов Лэнгемов не осталось ни единого следа моих родителей. Словно бы они никогда не существовали.

Лицо Клэр исказилось. Ей было так больно! Алексу захотелось закричать или сделать что-нибудь, чтобы унять ее боль.

– Здесь мое место, здесь я не забуду, кто я есть. Здесь жили моя мать и бабушка. Я хочу, чтобы моя дочь… – Она запнулась и прикусила нижнюю губу. – Но теперь… возможно, следует что-то поменять.

Алекс взял ее за руку и посмотрел на портрет. Действительно, полотно было написано мастерски. На картине маленькая Клэр держала мать за руку. Рядом стоял молодой улыбающийся отец. Художник смог запечатлеть теплоту его взгляда, который он направил на жену и дочь.

Самым запоминающимся персонажем на картине была герцогиня. Она буквально источала тепло. Эта женщина была красивой в классическом понимании. Ее глаза лучились счастьем. Несложно было заметить, что герцог и герцогиня любили друг друга. Теплые чувства, переданные художником на холсте, не могли никого оставить равнодушным.

Клэр была практически точной копией матери, только волосы девушки были немного темнее. Похожее выражение лица Алекс видел у Клэр в тот вечер у леди Хэмптон.

Пембрук был впечатлен портретом. Он повернулся к Клэр и спросил:

– Вы покажете мне остальных родственников?

Клэр подошла к следующему портрету:

– Это родня по материнской линии. А вон там портрет дедушки.

Алекс перевел взгляд на изображение мужчины. На него смотрел крепкий шотландец с озорной улыбкой на лице. На нем был традиционный шотландский килт из клетчатой материи клана Макдональдов. Он сидел на лошади, держа под мышкой мушкет. В руке у него была фляга, похожая на ту, что Алекс нашел на туалетном столике Клэр в тот вечер, когда они прибыли в Пемхилл. Рубины были хорошо видны, а вот гравировку было не разобрать.

– Кем был ваш дед?

– Фарлан Макдональд. Друзья звали его Мак. Он подарил эту флягу моей матери, когда она вышла замуж. Он сказал, что не бывает ссор, которые не мог бы разрешить глоток хорошего виски. Когда я вышла за вас… – Клэр закрыла глаза и сглотнула, – я привезла ее с собой, надеясь, что она поможет нам. Как жаль, что моя мать не смогла сказать мне такие же слова на моей свадьбе.

Голос Клэр дрогнул, и она отвернулась к окну.

Алекс отступил от портрета и притянул жену к себе. Отныне он не собирался отпускать ее.

– Дорогая…

– Сегодня я впервые заметила, что мои родители похожи друг на друга. Я почти забыла, как они выглядели. – Клэр смутилась и глубоко вздохнула. – Вы можете представить себе, чтобы ребенок забыл, как выглядели его родители?

Не отпуская руки Клэр, Алекс обнял ее и прижал к своей груди.

– Вы не забыли. Вы здесь, чтобы помнить, – сказал он, наклонившись к ней. – В следующий раз я хочу быть рядом с вами.

Он обнял ее за талию и проводил к лошадям. По дороге к выходу они не проронили ни слова. Они ощутили, как между ними возникает чувство настоящего семейного доверия.

Не спросив мнения Клэр, Алекс обратился к Чарльзу:

– Забирай лошадь маркизы и скачи в Пемхилл. Скажи миссис Малоун и Айлин, что мы скоро вернемся.

Алекс не позволил бы Клэр возвращаться домой в одиночку. И он оказался прав. По дороге назад она покачнулась в седле, но он вовремя успел поддержать ее, не дав упасть. Одним быстрым движением он подхватил ее на руки и, запрыгнув на Ареса, обнял жену и взял в руки поводья. В таком положении Клэр уже не могла выпасть из седла. Близость девушки заставила Алекса забыть об утренних переживаниях. Он прошептал ей на ухо:

– Я с вами.

Клэр ничего не ответила.

Лошадь медленной поступью двинулась в Пемхилл. Алекс не мог объяснить, как за такое короткое время у него могли появиться столь сильные чувства к Клэр. Ее уязвимость и чувство собственного достоинства заставили его пересмотреть свое отношение к ней. А еще он с удовлетворением отметил, что, несмотря ни на что, ей было уютно в его объятиях.

Миссис Малоун встретила их возле входа в дом.

– Ах, бедняжка.

Домоправительница нежно погладила Клэр по голове, когда Алекс помог девушке спуститься на землю.

– Миссис Малоун, помогите, пожалуйста, моей жене.

Миссис Малоун проводила Клэр внутрь, нашептывая ей что-то тихим голосом.

Он повернулся к Айлин:

– На два слова.

Глаза служанки расширились от удивления.

– Айлин, раньше я не понимал… – Алекс посмотрел в сторону дома. – Если я создал для вас какие-то неудобства, знайте, что это было ненамеренно.

Айлин посмотрела на Пембрука безо всякой тени смущения.

– Я служу леди Пембрук с тех пор, как ей исполнилось тринадцать лет. Я знала, с какими сложностями она могла столкнуться, отправившись во Вренвуд. Я умоляла ее взять меня или вас с собой. Она и слышать об этом не хотела. Хорошо, что вы поехали за ней.

Отношение Алекса к Айлин изменилось в лучшую сторону. Он увидел, что она действительно переживает за Клэр.

– Да, я приехал вовремя. Когда в следующий раз она снова захочет покататься по этим холмам и долинам, чтобы погрустить, я хочу, чтобы ты предупредила меня. Если бы я поехал вместе с ней, ее боль, возможно, не была бы столь острой.

Айлин согласно кивнула:

– Я так и сделаю, милорд, если миледи не велит иначе. Это не проявление неуважения к вам. Просто в первую очередь я служу ей.

– То есть ты считаешь, что то, что я пекусь о Клэр, может помешать выполнять твои обязанности перед ней? – Алекс напрягся в ожидании ответа.

Служанка окинула его оценивающим взглядом, словно пытаясь определить его пригодность как мужа.

– Моя мать всегда говорила мне, что некоторые вещи лучше не делить, если ты не хочешь разрезать их надвое.

Сказав эту загадочную фразу, Айлин пошла вслед за хозяйкой.

Позже Клэр прислала сообщение, что ей нездоровится и что она не присоединится к нему за ужином. Вся еда, которую ему подали, казалась Алексу невкусной и напоминала горелую бумагу. Он отодвинул от себя тарелки и отправился в библиотеку, чтобы закончить работу. Но его попытки отвлечься были безуспешны.

Он откинулся на спинку стула и задумался. Ему было очень жаль Клэр. Ее горе было очень сильным, хотя со времени трагедии прошло четырнадцать лет. Его собственная утрата Элис после всех переживаний за Клэр потеряла остроту. Планы по отмщению сестры отошли на второй план. Алекс должен был помочь жене.

Слова Айлин обрели новый смысл. В обычной ситуации он бы ни за что не стал вмешиваться в обычный распорядок дня Клэр, но после сегодняшних событий не мог оставаться в стороне.

Что-то в Клэр беспокоило его. Он не ожидал, что у него возникнут такие чувства к жене. Он думал, что им будет просто удобно жить вместе. В недалеком будущем Алекс планировал получить наследника. Если бы Клэр родила дочь, у нее появились бы заботы, связанные с выездом девушки в свет. В любом случае после рождения наследника Алекс полагал, что каждый из них дальше будет жить своей жизнью. Теперь же он ни за что не согласился бы на подобное развитие событий.

Больше всего Алекса удивляло то, насколько ему было хорошо в компании Клэр. В этот вечер ему очень не хватало жены. Он собирался наведаться к ней в покои, чтобы выяснить, как она себя чувствует. Это казалось ему отличным предлогом. После вчерашнего вечера она могла не пустить его к себе, но он решил рискнуть.

Спустя несколько минут Алекс постучал в дверь комнаты жены. Держа в руках книгу, он полагал, что так будет выглядеть не слишком самоуверенным.

– Войдите.

Войдя внутрь, он спросил:

– Вы хорошо себя чувствуете?

Клэр кивнула. Она сидела на одном из стульев возле камина, поджав под себя ноги. На коленях девушки лежала книга.

В комнате стояла приятная тишина, нарушаемая редким потрескиванием поленьев в камине. Было сложно понять, была ли Клэр рада видеть Алекса. Она никак не отреагировала на его появление. Лишь в ее темных глазах появилась настороженность.

Алекс решил воспользоваться возможностью.

– Можно я посижу с вами немного?

Он поднял книгу, давая понять, что он собирается делать.

Клэр кивнула и продолжила читать.

Алексу эта ситуация показалась довольно милой. Так они просидели около получаса, не сказав друг другу ни слова. Не желая надоедать Клэр своим присутствием, Алекс подошел к ней и ласково поцеловал в темя.

– Спокойной ночи.

– Прежде чем вы уйдете, я хочу извиниться.

Алекс встал на колени возле ее стула.

– Извиниться?

Именно ему следовало извиняться за предыдущий вечер и множество других ошибок. Стыд и досада до сих пор не давали ему покоя.

Клэр несколько раз прокрутила обручальное кольцо на пальце и отложила книгу в сторону.

– Вчера я получила письмо от Маккалпина.

Алекс взял ее за руки и сжал. Посмотрев ей в глаза, он попытался понять, что она хочет сказать ему.

– С ним все в порядке?

Алекс не на шутку испугался. Если Маккалпин пострадал из-за своей ставки, он даже представить себе не мог, какие могли быть последствия. Не говоря даже о ярости герцога Лэнгема, Алекс не сможет пережить страдания Клэр.

Она кивнула и глубоко вздохнула:

– Он дома.

Алекс закрыл глаза и мысленно поблагодарил Бога.

– Я рад, что он в безопасности.

Алекс перевел дух. Он чуть было не очутился в самом аду из-за того, что пытался манипулировать ее жизнью ради своих целей.

– Он также написал, что у вас не было связи с Моник Лафонтен.

Клэр сглотнула и пристально посмотрела ему в глаза. В ее взгляде он увидел знакомую решительность.

– Мои неосмотрительные замечания, когда мы обсуждали условия нашего союза, задели вашу честь…

– Забудьте об этом.

Алекс не мог принять ее извинения. То, что она сделала, было мелочью по сравнению с его действиями. Если кто-то и должен был просить прощения, так это он, Алекс, хитростью заставивший ее выйти за него замуж и усомнившийся в ее словах. Он должен был рассказать ей все теперь, воспользовавшись удобным моментом. Алекс попытался было признаться во всем, но у него ничего не получилось. Поэтому он просто сжал ладонь Клэр, искренне надеясь, что ему удастся укрепить ее доверие к себе, прежде чем он раскроет все карты.

Клэр глубоко вздохнула и закрыла глаза.

– Спасибо. Теперь, если вы не возражаете, я буду готовиться ко сну.

Выйдя из комнаты жены, Алекс почувствовал, что разрывается между потребностью вернуться и все рассказать, и осознанием, что лучше пока промолчать, дабы вновь не утратить доверие Клэр.

И он выбрал второе.

***

Лучи утреннего солнца заливали столовую, окрашивая стены в золотистые тона. Клэр быстро вошла в комнату и тут же остановилась, обнаружив, что там никого нет.

Один из лакеев, которого она видела на днях в коридоре, вошел, держа в руках кувшинчик со свежим шоколадом.

– Доброе утро, миледи. – Он быстро отодвинул стул во главе стола. – Сегодня утром вам подать чай или шоколад?

Клэр улыбнулась:

– Ничего из перечисленного. По утрам я предпочитаю черный кофе, если только накануне вечером я не закажу что-то другое.

Лакей посерьезнел:

– Я передам повару. Завтрак готов и ждет вас. Могу я подать вам тарелку, миледи?

– Нет, спасибо. Вы знаете, где сейчас лорд Пембрук? – равнодушно поинтересовалась Клэр.

– Я здесь, – отозвался Алекс, входя в столовую. – Похоже, я вовремя зашел.

Посмотрев на мужа, Клэр замерла. Его ослепительная улыбка подчеркивала белизну ровных зубов, волосы слегка растрепались после утренней прогулки верхом, а сапоги были заляпаны грязью. Клэр улыбнулась мужу в ответ.

Он подошел к ней, и Клэр подумала, что он сядет во главе стола. Когда он нагнулся и поцеловал ее в щеку, она затаила дыхание, поскольку это проявление любви происходило на глазах Бенджамина.

– Доброе утро, дорогая, – шепнул он и, повернувшись к слуге, добавил: – Мне тоже кофе.

Бенджамин кивнул и вышел.

Алекс повернулся к Клэр и тихо произнес:

– Когда такая хорошо воспитанная леди, как вы, успела полюбить это ужасное варево? Говорите правду, не кривите душой.

Клэр усмехнулась:

– Если я скажу вам, почему люблю кофе, вы подумаете, что я грубовата для дочери герцога.

Алекс, улыбнувшись, заявил:

– Ну, тогда я должен услышать эту историю.

От его улыбки у Клэр улучшилось настроение, и она принялась рассказывать:

– Когда я была маленькой, моя гувернантка провожала меня до конюшни, а потом уводила домой. Обычно она любила флиртовать с секретарем отца. Она часто где-то пропадала на несколько часов.

– А чем занимались вы?

Клэр почувствовала свежий запах мяты.

– Конюший пожалел меня. После каждого урока верховой езды он отводил меня в свой кабинет, где было множество разных пирожных и печенья. Он научил меня макать печенье в кофе. – Она на секунду закрыла глаза. – Чудесно.

Алекс придвинулся еще ближе:

– Продолжайте.

– Он также научил меня управляться со сбруей. К тому времени, как возвращалась гувернантка, моя одежда уже была заляпана грязью.

Алекс широко ухмыльнулся:

– Ее следовало уволить.

Клэр покачала головой и посерьезнела, вспомнив о давно прошедших днях.

– Она краснела при этом и называла меня невоспитанной девчонкой. Потому я так люблю кофе по утрам.

Алекс удивленно поднял брови:

– Вы правы. Вы слишком непослушны для дочери герцога.

Секунду они смотрели друг на друга, а потом внезапно расхохотались.

Не успела Клэр ответить, как он схватил ее за руку и поднес к губам.

– Но вы прекрасны в качестве жены маркиза.

В глазах Алекса появился веселый блеск. Его слова, приятные и милые сердцу девушки, заставили Клэр покраснеть.

В эту минуту вошел Бенджамин с подносом в руках и волшебство момента было разрушено.

– Я вижу, что вы сегодня ездили верхом, – сказала Клэр. – Вы делаете это каждое утро?

– Когда я здесь, то обычно да. Сегодня у одного из моих фермеров возникли проблемы с амбаром для ячменя. Я поехал посмотреть, что там случилось, и дать несколько советов. Я собираюсь туда завтра. Хотите присоединиться ко мне? Я покажу вам каждый куст в Пемхилле. – Алекс придвинулся ближе к Клэр и взял ее за руку. – Прошло уже много лет с тех пор, как вы были здесь в последний раз. Тут все так же красиво. Я понимаю, что пристрастен, но я хочу, чтобы вы увидели и прочувствовали эти места. Я хочу поделиться с вами всем, что имею. – Он слегка сжал ее руку.

Клэр кивнула:

– Спасибо.

Супруги принялись за еду, мило беседуя на разные темы, начиная с их распорядка дня и заканчивая кулинарными предпочтениями. Оказалось, что и Клэр, и Алекс терпеть не могут копченую рыбу и почки в тесте. Кто бы мог подумать, что после обсуждения копченой рыбы разговор зайдет о слонах?

– Я хочу поговорить о том, что случилось вчера.

Эти слова дались ей с большим трудом. Это была трудная тема, но настало время обсудить ее.

Алекс доел свою порцию, встал и повернулся к Бенджамину:

– Оставь нас.

Он поставил стул рядом с Клэр.

– Да, милорд.

Когда дверь за слугой закрылась, Клэр почувствовала, что вся ее уверенность улетучилась со скоростью почтового поезда. Ей стало тяжело дышать, не говоря уже о том, чтобы приступить к беседе. Она попыталась начать разговор, не потеряв при этом присутствия духа, но, как выяснилось уже в следующее мгновение, не знала, что сказать, дабы не выглядеть дурочкой.

Вздохнув, Клэр выпалила:

– Я хочу поблагодарить вас за то, что вы сделали вчера во Вренвуде. Я была вне себя от горя и… сорвалась. Поверьте, это не войдет для меня в привычку.

Ну вот. Она сказала то, что должна была сказать. Она выслушает его мнение по этому поводу и переведет разговор на более безопасную тему. Потом она уйдет и начнет день с прогулки на Гермесе.

Клэр ожидала услышать от Алекса односложный ответ. Вместо этого он взял ее за руки и склонил голову. Алекс погладил большим пальцем ее ладонь.

– Клэр, у меня нет опыта в таких вещах, которые вы пережили в детстве. – Его поглаживания успокаивали Клэр, как будто поощряя ее остаться и рассказать что-нибудь еще. – Мне повезло, что моя мать все еще жива, но я потерял отца много лет назад. Мы были близки, если такое возможно между дворянином и его наследником. К тому моменту я уже некоторое время жил отдельно. – Клэр замерла. Она не ожидала от мужа такого ответа. Его низкий голос заставил ее впитывать каждое слово. – Когда я узнал, что отец умер, у меня в душе появилась черная дыра, которая, как я считал, никогда не затянется. Я был прав. Она так и не затянулась, но изменилась. Я тоже изменился вместе с ней, я принял ее. Теперь она стала частью меня, и таким я буду всегда. Смерть Элис… это рана, которая до сих пор не зажила. Однако с каждым днем боль ослабевает. Я полагаю, что наши усопшие родные хотели бы, чтобы мы в полную силу радовались каждому прожитому дню. Мы такие сегодня благодаря тому, что они изменили наши жизни.

Клэр не пыталась замаскировать страдания и в ответ сжала ладонь Алекса. Его горе было похоже на ее утрату. Она каждый день остро чувствовала, что ей не хватает родителей. Он понял. Ее реакция на смерть родителей была очень личной, и он принял ее. Клэр всегда пыталась скрыть эту печаль. Она делилась ею лишь с дядей и тетей, да еще со старым дворецким Лэнгемов – мистером Джордоном.

Его деликатность успокаивала ее, и она испытывала искреннюю благодарность за это.

– Клэр, то, как вы хотите чтить память о родителях, не обсуждается – это ваше право. – Он закрыл глаза и тряхнул головой. – Картина, которую я увидел вчера, разбила мне сердце. Я увидел маленькую девочку, отчаявшуюся в своем горе. Как ваш муж, я обязан защищать и помогать вам. Не благодарите меня за это. Я не желаю быть просто мужем. Вчера я пришел к вам как ваш друг, и не только. Нам все еще предстоит понять, что значит для нас это «не только». Однако, будучи вашим другом, я хочу быть рядом с вами.

Клэр не могла найти слов. Алекс оказался добрее и нежнее, чем она ожидала или была готова признать. Она не нашлась что ответить. Надежда, снова проснувшаяся в груди, крепла с каждой секундой. Неужели они могли создать нечто осмысленное? Клэр не осмеливалась даже думать об этом, ведь она столько раз обжигалась. Да и в конце концов ее всегда ждало разочарование.

Тем не менее он был перед ней и протягивал ей руку помощи. Она хотела верить в то, что это возможно. Она хотела верить в его искренность.

– Алекс, я не знаю, что еще сказать. Спасибо.

Пембрук ласково посмотрел на нее и нежно поцеловал в губы.

Он пах крепким, ароматным кофе, который они пили. Клэр ответила на его поцелуй. Она наслаждалась его прикосновением и, что было особенно важно, этим неповторимым моментом. Клэр решила пойти на риск.

Она знала, какие сложности ее ждали впереди, и понимала, что вопреки всему влюбилась в своего мужа.

Глава девятая

После ужина Алекс и Клэр удалились в библиотеку. Он налил себе в бокал немного виски. Прошло несколько идеальных дней, наполненных обычными делами поместья. Каждый такой день начинался с завтрака с Клэр, после которого они ездили по Пемхиллу. Днем Алекс занимался бумагами и письмами. Присутствие Клэр вдохнуло жизнь в унылые будни Пемхилла.

Алексу было приятно наблюдать за Клэр, которая бродила между шкафами с книгами. Казалось, что с каждым часом ей было все комфортнее находиться рядом с ним. Но Алекс не спешил. Он был готов ждать столько, сколько было необходимо, дабы завоевать ее доверие. Это было самое малое, что он мог сделать, чтобы Клэр чувствовала себя как дома и в безопасности.

– Нашли что-нибудь интересное?

– Нет, мне просто любопытно, что вы любите читать.

Сияние ее глаз заставило Алекса задержать дыхание. Не заметив того, какой эффект ее улыбка произвела на мужа, она продолжила изучать полки с книгами.

Алекс подошел к ней сзади и поцеловал в мочку уха. Слегка подтолкнув ее локтем, он шепнул:

– Миледи, я хочу поведать вам один секрет. В этой комнате вы не найдете ответа на свой вопрос. Вам придется пройти в мой кабинет, если вы хотите узнать правду. Именно там я храню все свои любимые книги, включая те, что предназначены исключительно для взрослых.

Ее запах бергамота и сандалового дерева сводил его с ума. Он мог бы вот так стоять целые дни напролет, слушая ее голос, узнавая ее секреты. Фантазии об их близости не давали ему покоя. Он желал ее прикосновения, но то, что они пытались создать, было очень просто испортить неосторожным словом.

Алекс нежно укусил ее за ушко.

– Мы там пропадем на несколько дней. Я покажу вам такое, что вам и не снилось. – Он уперся руками в книжный шкаф, не давая Клэр возможности двинуться с места, и поцеловал ее в шею. – Хотите, мы как-нибудь запремся у меня и почитаем?

– Да, – прошептала Клэр.

Она повернулась лицом к Алексу и крепко обняла его.

Алекс торжествовал. Это было впервые за несколько дней, когда Клэр сама захотела его поцеловать. Он опустил голову, ожидая прикосновения ее горячих губ.

– Мы закроемся от всего мира и сосредоточимся на нас самих.

Глухой удар в дверь заставил их вздрогнуть. Послышался сдавленный стон.

– Оставайтесь здесь.

Алекс не знал, что происходит, но хотел, чтобы Клэр держалась от любых проблем подальше.

Он пересек комнату и открыл дверь. Конюх Чарльз и недавно нанятый помощник лакея по имени Ллойд катались по полу. Лицо Ллойда было покрыто потом и кровью. Чарльз замахнулся, чтобы нанести еще один удар. На этот раз он пришелся прямо в левый глаз парня.

– Ах ты, чертов ублюдок! – Чарльз схватил его за рубашку и принялся немилосердно трясти. – Если ты еще хоть раз скажешь, что она проклята, я тебя убью…

– Довольно.

Алекс оттащил конюха в сторону, остановив драку.

Миссис Малоун и Симмс растерянно смотрели на Алекса. Жан-Клод и Айлин поспешили к молодым людям. Чарльз, не спуская глаз с Ллойда, вытирал рукой кровь с разбитой губы.

– Что все это значит? – Алекс внимательно посмотрел на Чарльза, который, по всей видимости, победил в драке.

– Просто небольшое недопонимание, милорд. – Он ухмыльнулся, но его глаза оставались серьезными. – Я полагаю, что мы поняли друг друга, правда же, Ллойд?

Грудь Ллойда тяжело вздымалась, пока он пытался перевести дух.

Алекс отпустил Чарльза, потому что парни явно потеряли всякое желание продолжать драку.

– Жду вас обоих у меня в кабинете.

– Да, милорд, – ответил Чарльз.

Ллойд кивнул.

Симмс проводил их в кабинет Алекса.

– Кто-то ранен?

Алекс резко повернулся к двери, ведущей в библиотеку, и увидел Клэр, которая стояла, прижавшись спиной к стене. Ее обычно розовые щеки побледнели. В зеленых глазах застыло отчаяние. Алекс понял, что она в смятении от услышанного.

Айлин наконец опомнилась и подбежала к хозяйке:

– Миледи…

Клэр подняла руку, заставив служанку замолчать. Айлин резко остановилась.

– Милорд? – Голос жены ничем не выдавал ее беспокойства. – Почему они дрались?

Алекс вздохнул. Едва он успел успокоить жену и найти с ней общий язык, как это глупое проклятие снова все испортило.

– Я не уверен, миледи.

– Полагаю, мне уже пора спать. Айлин, пожалуйста, помоги миссис Малоун обработать раны Чарльза и Ллойда.

Клэр быстро кивнула и расправила плечи. Не сказав более ни слова, она направилась к лестнице с таким видом, будто ей каждый день приходилось быть свидетельницей подобных драк.

Алекс догнал ее возле лестницы и осторожно взял за руку.

– Дорогая, должно быть, они просто поссорились из-за какой-то мелочи.

– Уверена, что вы правы.

Клэр начала подниматься по ступенькам в полном молчании.

Алекс быстрым шагом направился к себе в кабинет. За то, что они расстроили жену, он был готов наказать обоих.

Он распахнул дверь и вошел. Симмс тут же затворил за ним дверь. Тяжело вздохнув, Алекс уперся кулаками в столешницу.

– Чарльз, расскажи, что случилось.

Конюх сглотнул:

– Я услышал, как он говорит всякие гадости о… маркизе. Мне это не понравилось, и я сказал, чтобы он прекратил, но Ллойд меня не послушал.

– Теперь ты, Ллойд, – Алекс повернулся к юноше.

– Вы должны знать, что он питает нежные чувства к вашей жене, милорд. – Ллойд бросил на Чарльза злобный взгляд. – Возможно, даже очень нежные. Я лишь сказал, что у маркизы в комнате висит магический шар. Тогда он озверел.

Алекс удивленно поднял брови:

– Это все?

Ллойд кивнул. Чарльз молчал.

– Миссис Малоун и Айлин ждут тебя на кухне. – Симмс проводил помощника лакея из комнаты. Алекс повернулся к Чарльзу: – А ты останься.

Чарльз понурился:

– Если вы собираетесь выгнать…

– Я не собираюсь никого выгонять. – Алекс сел за стол и кивнул парню, чтобы он сел на стул. – Слуги судачат о проклятии?

Лицо Чарльза покраснело.

– Немного. Я стараюсь пресекать подобные разговоры. Ллойд никак не успокоится.

Алекс поднял руку:

– С сегодняшнего дня ты будешь помогать маркизе. Если я не могу сопровождать ее, это должен будешь делать ты. Каждый раз, когда она выезжает верхом, гуляет в саду, отправляется в деревню или в Лондон, ты должен быть рядом. Без исключений. Я не позволю, чтобы эти глупые разговоры о проклятии огорчали ее, понятно?

– Да, милорд.

– Пойди и попроси, чтобы тебе обработали царапины.

Дверь за конюхом закрылась. Алекс откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Этот случай испортил все то, чего он достиг в отношениях с Клэр. Он едва сдерживался, чтобы не ударить кулаком в стену. О том, что сегодня произошло, он подумает позже. А сейчас его внимание требовалось в другом месте.

Ему надо было убедить жену, что никакого проклятия не существует.

***

Клэр надела любимый домашний халат из темно-золотистой парчи с черными воланами вокруг шеи. Халат чудесным образом облегал ее фигуру. Постучав в дверь, Алекс появился на пороге с книгой в руке.

Он быстро сел на любимый стул и потер ладонью затылок.

– Клэр, нам необходимо обсудить… кое-что.

Будучи представителем высшего света, Алекс обладал способностью скрывать свои чувства, поэтому для него не составило труда сохранять напускное спокойствие. Чего нельзя было сказать о Клэр, которой хотелось выбросить магический шар в окно, закричать, топнуть ногой, возмущенно жалуясь на несправедливость из-за того, что проклятие последовало за ней в Пемхилл.

Однако она спокойно стояла посреди комнаты и даже не сдвинулась с места, когда он вошел к ней, хотя внутри нее бушевала буря. Выдохнув и быстро заморгав, она посмотрела на мужа.

– Стычка между ними началась, потому что… – По тону Алекса было понятно, что этот разговор был так же неприятен для него, как и для нее.

– Мы оба знаем, что случилось.

Алекс встал со стула и начал нетерпеливо расхаживать по комнате. Клэр показалось, что муж взволнован из-за этого случая еще сильнее, чем она.

– Милорд, вы не сможете положить этому конец. Я жила с этим много лет. Поверьте мне. Если бы существовало решение, я бы уже давно нашла его. – Она не смогла заставить себя произнести слово «проклятие». Это было ужасное слово. Быстро повернувшись, она села на стул перед туалетным столиком и открыла банку с лосьоном. – Вы их отпустили? Вы их выгнали?

– Вы этого хотите? – спокойно спросил Алекс. – Клэр, я исполню любое ваше желание.

– Нет. Я не успела пообщаться с помощником лакея. А вот Чарльз был очень добр ко мне. Он поехал за мной во Вренвуд. – Она нахмурилась. – Между нами говоря, из него вряд ли бы получился хороший шпион.

Алекс тихо усмехнулся.

– Возможно, но он очень предан вам. Все будет хорошо.

– Пожалуйста, не надо давать таких обещаний.

Она вздрогнула, но ее лицо оставалось бесстрастным.

Он подошел к туалетному столику и взял жену за руку:

– Давайте посидим вдвоем у камина. Вы так далеко сейчас.

Когда они сели, Алекс поцеловал ее руку.

– У нас существует традиция, согласно которой маркиз Пембрук отмечает свой брак и делится этой чудесной новостью, знакомя маркизу с фермерами.

– Вы считаете, что после сегодняшнего вечера это все еще хорошая мысль? – резко спросила она. – Я бы не хотела пугать людей.

– Ну же, будьте серьезнее.

Он не отпустил ее руку.

Клэр сжала его ладонь в ответ:

– Продолжайте.

– Мы, как молодожены, привезем с собой корзины с едой и познакомимся с ними, – сказал он. – Давайте проведем завтрашний день в деревне и возьмем все, что нам понадобится. Миссис Малоун соберет все данные про семьи фермеров.

– Это чудесная традиция. Я с радостью соглашусь. Когда мы отправимся?

– Возможно, завтра днем или послезавтра. – Он нагнулся и чмокнул жену в щеку. – Я хочу показать вас всем.

Прикосновение его губ зажгло в Клэр огонь. Ей было все сложнее не обращать внимания на это влечение. Возможно, сегодня вечером она попросит его остаться.

– А сейчас я оставлю вас. – Он встал. – Вы сможете уснуть?

– Конечно.

Клэр не подала виду, что расстроилась из-за того, что он собрался уйти.

Алекс внимательно посмотрел на нее. На какое-то мгновение ей показалось, что он собирается что-то сказать.

– Спокойной ночи, – шепнул он.

Когда дверь за ним закрылась, она рухнула на стул. Именно сегодня вечером она должна была попросить его остаться на ночь. Он снова и снова показывал ей свою доброту. Чего еще она ждала? События сегодняшнего вечера свидетельствовали о том, что проклятие не собиралось оставлять ее в покое.

Если бы Алекс спросил, может ли он остаться у нее, она без колебаний согласилась бы. Почему она сама не предложила ему это?

– Алекс, останьтесь, – прошептала Клэр.

***

Алекс легкой походкой подошел к экипажу. Клэр уже ждала его, готовая к их ранней поездке в деревню. Алекс пристально посмотрел на свою прекрасную спутницу. Его жена была красива. Ее кожа сияла здоровым природным цветом. Клэр оживленно разговаривала с конюхами, которые должны были сопровождать ее.

Прислуга занималась подготовкой лошадей. Клэр все время улыбалась, что было хорошим знаком. Если вчерашняя стычка слуг из-за ее проклятия все еще беспокоила ее, то она не показывала виду.

– Доброе утро, милорд.

Клэр посмотрела на него, прежде чем протянуть руку Чарльзу, который помог ей забраться в карету. В ее голосе чувствовалась теплота.

– Доброе утро, миледи. – Алекс захлопнул дверцу кареты и сделал знак трогать. – Должно быть, вы хорошо выспались. Вы вся сияете.

Глаза Клэр заискрились озорными огоньками, когда она наклонила голову, чтобы посмотреть на мужа. Ее утреннее платье из бирюзового муслина, расшитое жемчугом, красиво подчеркивало фигуру.

– Да, отчасти это благодаря сну. Я встала рано и успела покататься на Гермесе по окрестностям. Я каталась совсем недолго, уверяю вас. Чарльз сопровождал меня, так что я была не одна.

– Дорогая, это прекрасно, что вы нашли время для прогулки верхом. – Чарльз серьезно отнесся к его приказу. Это были отличные новости. Алекс был рад своей идее, ведь она помогла жене развеяться. Она проявляла живой интерес к Пемхиллу. – Мы постараемся вернуться раньше, чтобы вы могли отдохнуть перед ужином.

Клэр негромко рассмеялась. Ее смех напомнил Алексу густой, сладкий мед.

– Я ценю вашу заботу, но позволю уверить вас, что сегодня я готова ко всему. Мы можем показать свою поддержку деревне и отужинать в местной таверне.

Алекс удивленно поднял брови:

– Жаль, что мы сразу не договорились об этом. Сегодня мне нужно разобраться с некоторыми делами поместья. Вы не против, если мы отложим ужин в деревне на другой день?

– Вы можете вернуться в поместье на карете. Чарльз поедет с вами до Пемхилла, а потом вернется и заберет меня.

Клэр перехитрила его. Алекс, в свою очередь, одарил ее широкой улыбкой и атаковал с другой стороны.

– Я надеялся, что позже днем мы сможем заняться наполнением корзин для двадцати пяти семей наших фермеров. Мы также можем поехать на пикник, который я вам обещал. А корзины начнем развозить завтра.

Алекс просто хотел остаться наедине с Клэр, чтобы им никто не мешал.

Клэр внимательно посмотрела на мужа, словно изучая его. В ее глазах мелькнул озорной огонек, и она улыбнулась. Алекс хорошо помнил это выражение лица Клэр, когда увидел ее на балу у леди Энтони и забыл обо всем на свете.

Он прибегнул к другой тактике, в надежде, что она там долго не задержится.

– В деревне мало развлечений для молодой леди. Моя сестра постоянно жалуется, что там нечего купить. Вы умрете от скуки, ожидая возвращения кареты.

– Вы слишком добры ко мне, но у меня всегда найдется занятие. Я хочу проверить, достаточно ли у мясника мяса для каждого нашего фермера. Я также хочу купить конфеты, игрушки, а еще немного свежих фруктов для детей. Миссис Малоун рассказала мне, сколько у фермеров детей и какого они возраста. Пожалуйста, я хочу познакомиться с каждым и увидеть все, что может предложить деревня.

Как он мог отказать ей в такой простой просьбе? Алекс только надеялся, что днем ни он, ни она не успеют заскучать. Ему очень хотелось провести время в ее компании, желательно наедине. Если она пожелала провести этот день таким образом, он не возражал.

Алекс невольно заулыбался, увидев, с какой радостью Клэр ждет поездки в деревню. Если она будет такой же довольной на протяжении всего дня, то он признает, что день удался.

Когда экипаж остановился, Алекс галантно помог Клэр выбраться из кареты. Она спустилась на землю, и ее глаза радостно засверкали, словно яркие звездочки на безоблачном небе. Он вспомнил, что, когда она приехала в Пемхилл, настроение у нее было совершенно другим.

По всем стандартам эта деревня была маленькой, но в ней имелось все необходимое. Здесь были магазины мелочей, товаров для шитья и готового платья, лавки мясника и кузнеца. На той же улице, где принимали местный доктор и стряпчий, были расположены церковь и таверна.

Алекс провел Клэр в магазин мелочей, где их уже ждали хозяева – мистер и миссис Браун. Они поклонились лорду и леди.

– Милорд, чем мы обязаны вашему визиту сегодня?

Алекс кивнул в ответ:

– Доброе утро, мистер Браун. Леди Пембрук, я хочу познакомить вас с мистером и миссис Браун. Моя жена, маркиза Пембрук. Мы хотим купить всякие мелочи для корзин, которые подарим арендаторам.

Клэр уверенно посмотрела на Браунов:

– Я очень рада познакомиться с вами.

Миссис Браун присела в реверансе:

– Доброе утро, миледи. Для нас честь, что вы посетили наш магазин. Пожалуйста, примите наши искренние поздравления.

Клэр улыбнулась в ответ:

– Спасибо, миссис Браун. У вас очень милое заведение. Я куплю у вас много всего для наших фермеров, а также для Пемхилла. Если вы не против, я хочу осмотреться немного, прежде чем начну отбирать нужные мне вещи.

Алекс наблюдал, как Клэр действует своим обаянием на Браунов. Она спросила миссис Браун, что та думает о качестве сахара и муки. Миссис Браун оживилась и в течение пятнадцати минут рассказывала Клэр все, что она знала об этом.

Клэр ее внимательно выслушала и украдкой подмигнула Алексу. Он с лукавой улыбкой подмигнул ей в ответ.

Потом они отправились в лавку мясника. Гарольд Хиггенботтом был крупным мужчиной с увесистыми кулаками, к фартуку которого прилипли кусочки сырого мяса. Алекс невольно задался вопросом, как его жена управляется с таким здоровяком. Не успел Алекс представить ему Клэр, как она сама подошла к мяснику.

– Доброе утро! Вы мистер Хиггенботтом? Я леди Пембрук. Признаться, уже в соседнем квартале почувствовала запах копченого мяса, – сказала она, приблизившись к мужчине.

Мистер Хиггенботтом не поклонился ей, поскольку ему, по всей видимости, помешал сделать это объемный живот. Он слегка нагнулся и коротко кивнул Клэр.

Не спуская глаз с Клэр, мясник обратился к Алексу:

– Доброе утро, лорд Пембрук. Я вижу, что слухи оказались правдой. Брауны сказали, что меня должна посетить леди Пембрук. – Мясник улыбнулся беззубым ртом и повернулся к Клэр: – Как я могу помочь одной из самых красивых женщин на свете, не считая моей жены?

У Алекса от удивления отвисла челюсть. Если бы не приличия и не муха, чуть не залетевшая ему в рот, он бы еще долго стоял, изумленно наблюдая эту сцену. Клэр заставила известного во всей округе грубияна вести себя так, как будто он был аристократом.

– Благодарю, сэр. Я в отличной компании, если вы сравниваете меня со своей женой. – Клэр рассмеялась. – Скажите, есть ли у вас готовые окорока.

Клэр и мясник вошли в лавку, чтобы обсудить подробности ее покупки. Она похвалила его работу, попробовав окорок, а потом заказала тридцать штук по одному на каждую корзину. Мистер Хиггенботтом пообещал в знак уважения к маркизе доставить товар на следующий день.

Затем они познакомились с Уэйдом Камденом, молодым доктором, которого встретили на улице.

– Доброе утро, лорд Пембрук, – поздоровался Камден.

Алекс обнял Клэр за талию.

– Леди Пембрук, это доктор Уэйд Камден.

Клэр сделала шаг вперед:

– Очень рада познакомиться с вами.

– Миледи, это взаимно.

Камден поклонился.

Она начала расспрашивать врача о его практике, поинтересовалась, каковы его обязанности, есть ли у него помощники, какие потребности возникают у жителей деревни. Ее вопросы не давали Камдену возможности заскучать.

Алекс внимательно слушал их беседу. Камден объяснил, что получил должность от предыдущего доктора, который в прошлом месяце вышел на пенсию. Он учился в университете Эдинбурга. Этот темноволосый молодой человек был ровесником Пембрука. Высокого роста, с добрым лицом и хорошими манерами, он производил приятное впечатление. По мнению Алекса, Камден был настоящей находкой для Пемхилла. К тому же он собирался поселиться в этой деревне.

– Мы с маркизом будем помогать вам в вашей работе. А вы не стесняйтесь и обращайтесь к нам в случае нужды. Для лорда Пембрука очень важно хорошее здоровье местных жителей. – Клэр посмотрела на мужа, который мгновенно утонул в ее бездонных глазах. – Мой муж очень щедр и хочет улучшить жизнь Пемхилла.

Алекс не мог отвести глаза от Клэр, стоявшей рядом с ним. Ему очень захотелось прервать разговор и поцеловать ее на глазах всей деревни. Она была такой милой и притягательной. Легкий румянец на ее щеках и очаровательная улыбка, казалось, загипнотизировали его.

Им следовало вернуться в Пемхилл. В противном случае он мог сделать что-то такое, о чем потом жалел бы. Он был готов схватить ее и потащить в какое-нибудь укромное место, чтобы насладиться вкусом ее губ. Алекс тряхнул головой, пытаясь отогнать эти мысли. Они еще не обошли всех, кого собирались посетить.

– Доктор Камден, очень рад был повидать вас. Мы с женой не хотим вас задерживать. Спасибо.

Клэр посмотрела на Алекса и попрощалась с доктором. Когда он уже не мог их услышать, она надула губы, а потом улыбнулась, словно догадавшись о его намерениях.

– Мы не закончили разговор.

– Дорогая, я не хотел отвлекать его от работы. Ему наверняка нужно идти на очередной вызов.

Клэр на минуту задумалась. Быстро повернувшись к мужу, она мило улыбнулась:

– Я не подумала, что мы мешаем ему работать. Вы были правы.

Алекс облегченно вздохнул, когда Клэр согласилась с ним. Если им повезет, они смогут быстро пообщаться с приходским священником, а потом пойти в таверну, чтобы немного перекусить. Однако, несмотря на то, что Алекс был очень голоден, ему хотелось побыстрее попасть домой. У него сразу же пропал аппетит, когда он услышал, что Клэр пригласила доктора в Пемхилл, где они могли бы продолжить разговор. Как он умудрился пропустить это мимо ушей, когда стоял рядом? Это было лишним доказательством того, что он терялся, когда Клэр чувствовала себя уверенно и счастливо в роли его жены.

Боже, что же с ним происходит?

Наконец, пообщавшись с остальными жителями деревни и приходским священником, купив игрушки, конфеты и ленты для детей в магазине, они отправились в таверну, чтобы подкрепиться и выпить эля. Почти вся деревня решила присоединиться к ним, что не могло не отразиться положительно на доходах таверны. Алекс несколько раз слышал в разных частях зала слова «дочь герцога».

Похоже, его жена стала здесь популярной.

Клэр была в отличном расположении духа. Она улыбалась и разговаривала с каждым местным жителем, который попадался ей на пути. После вчерашнего вечера он не знал, как она отнесется к его планам на сегодня. Впрочем, волноваться было не о чем. Алекс был горд, что мог представить Клэр как свою жену. Ее принимали очень радушно. К тому же им с Клэр удалось сделать все, что они наметили, и Алексу не терпелось поскорее уехать в Пемхилл. Он хотел, чтобы жена уделяла внимание только ему.

Он его заслужил.

***

Следующие два дня прошли, словно в тумане. Клэр и Алекс посещали фермеров и дарили им корзины с подарками. Миссис Малоун и повар добавили в корзины хлеб с фруктами, свежеиспеченные пирожные и яблоки из кладовой Пемхилла. Фермеры с радостью приняли корзины и горячо поблагодарили Алекса и Клэр. Для Клэр их благодарность была лучшим свадебным подарком.

Последняя остановка была возле дома Стоддардов. Двое маленьких детей выбежали из дома и начали гладить лошадей. Клэр добавила в их корзину мятные леденцы, имбирные пряники, ленты и зеркальца.

Когда Клэр выходила из экипажа, Алекс обнял жену за талию и легко, словно пушинку, поставил на землю. Затем он взял ее за руку и осторожно сжал.

Миссис Стоддард поздоровалась с ними, когда они подошли к двери. Она держала на руках младенца, девочку по имени Мэри.

– Добро пожаловать, милорд и миледи. Адам скоро вернется. Я послала нашего Робби, чтобы он забрал его с поля. Пожалуйста, заходите.

Когда Клэр зашла в уютный домик, от сладкого запаха пекущегося хлеба ее рот наполнился слюной. Так было приятно укрыться от полуденного зноя в доме. Когда утром Клэр ехала в карете с Алексом, она заметила на западе какие-то облака. Оттуда же дул приятный ветерок. Тем не менее по-прежнему было жарко.

– Как вы и мисс Мэри поживаете?

Клэр погладила пальцем покрасневшие щечки ребенка, горячие от жара.

– Она все еще не поправилась. Я хочу сходить за доктором Камденом, но нам нужно подождать, пока я продам товары на рынке на этой неделе. Хуже ей тоже не становится, – обеспокоенно ответила миссис Стоддард.

Клэр улыбнулась ребенку.

– Можно мне подержать ее?

Алекс подошел к жене, когда миссис Стоддард пошла в другую комнату за чаем.

– С ребенком на руках вы смотритесь очень хорошо. – Алекс слегка коснулся горячей щечки девочки. – Возможно, нам стоит завести своего?

Клэр покраснела.

– Тише, – сказала она шепотом, чтобы не услышали другие домочадцы. – Я видела миссис Стоддард на прошлой неделе. Малышка уже тогда была больна. Она такая маленькая. Я хочу попросить доктора Камдена осмотреть ее. Что, если это не просто жар?

Алекс улыбнулся малышке у нее на руках.

– Так и сделаем. Я пошлю за ним, когда мы вернемся в Пемхилл.

– Это для меня очень важно.

Клэр была тронута его заботой о фермерах и их семьях. Мысль о том, чтобы завести ребенка, нравилась ей все больше и больше. Он понятия не имел, как сильно она хотела иметь собственных детей.

Попрощавшись со Стоддардами, они направились в Пемхилл. В конце дня солнце почти не было видно за облаками, которые затянули все небо.

Кожа Клэр блестела от пота, в то время как Алекс, который вел пустой экипаж, не обращал на жару ни малейшего внимания. Он был идеально причесан, а на его одежде не было ни одной морщинки. Казалось, что Пембрук в любой момент мог перенестись в холл своего дома и начать принимать местную знать для вечерних развлечений. Попытавшись снять жакет, Клэр запуталась в рукавах.

Алекс рассмеялся, наблюдая за Клэр. Крикнув что-то лошадям, он тут же остановил экипаж.

– Возможно, я могу помочь вам? – Он медленно стащил с нее жакет, под которым обнаружилась белая рубашка. Нагнувшись, он крепко поцеловал ее в губы. – Ваше общение с фермерами и их семьями произвело на меня неизгладимое впечатление.

Клэр вздохнула и положила аккуратно сложенный жакет себе на колени.

– Последние два дня мне понравились больше, чем вы можете себе представить. Все ваши фермеры – настоящие труженики, и те изменения, которые вы ввели, помогли им добиться успеха. Неудивительно, что ваше поместье процветает.

Ее комплимент явно понравился Алексу. Он наклонился к ней и спросил:

– Что это за запах? Бергамот, смешанный с чем-то еще?

Щеки Клэр порозовели.

– На самом деле это апельсин и сандаловое дерево. Любимый запах отца. Раньше парфюмер из Лондона создавал эти духи для отца, теперь он делает их для меня.

Алекс вытянул из ее волос соломинку, но руку не убрал и начал гладить ее по шее.

Клэр пыталась делать вид, что не замечает этого, и продолжала щебетать:

– Надеюсь, ваше обоняние не пострадало. Маккалпин и Уильям всегда посмеивались, говоря, что от меня пахнет, как от мужчины.

Она хохотнула, пытаясь скрыть смущение.

В глазах Алекса появился лукавый блеск.

– Я считаю ваш запах частью вас самой. А вы, моя дорогая жена, очень привлекательны. – Алекс нагнулся и быстро поцеловал ее. – Поедемте домой.

Его улыбка говорила о том, что их ждет много хорошего в будущем.

***

Клэр отмокала в теплой ванне и прислушивалась к свисту ветра за окном. Она наслаждалась всем, что мог предложить ей Пемхилл. В последние несколько дней ей посчастливилось познакомиться с новыми интересными людьми, в компании которых она чувствовала себя достаточно комфортно и уверенно. Миссис Стоддард и маленькая Мэри, грубоватый мистер Хиггенботтом, фермеры и крестьяне – все эти люди были связаны с ее прошлым, с Вренвудом, а теперь еще и с Пемхиллом. Конечно, ей следовало беречь свое сердце от разочарований, но слова «родство» и «связь» не давали ей покоя.

Она оделась к ужину и подошла к окну. На горизонте небо затянули тучи. Воздух был пропитан влагой. Клэр почувствовала легкую нервозность. Постепенно в ее душу начал проникать страх. Она не могла отойти от окна, ожидая начала грозы. По спине побежали мурашки, и девушка напряглась. Спускаясь по лестнице, Клэр дала себе обещание не поддаваться панике.

Алекс попросил ее зайти к нему в кабинет перед ужином. Стены кабинета были обшиты красивыми панелями из темного дерева. Над панелями до самого потолка они были затянуты синей шелковой материей. Вся комната была отражением вкусов Алекса. Клэр не могла не восхищаться этим местом каждый раз, когда она сюда входила.

Противоположная стена была заставлена шкафами с книгами. Она достала один из кожаных томиков и начала листать сборник поэм Роберта Бернса.

Дверь распахнулась, и Клэр подняла голову. Вошел Алекс, на ходу что-то объясняя слуге. Он направился к своему столу.

– Если вы ищете нечто пикантное, то там ничего такого нет. – Не посмотрев на нее, он открыл ящик стола. – На той полке я держу в основном книги по обработке земли, уходу за скотом и прочим подобным вещам.

– Серьезно? А я нашла вот этот сборник стихов. Она здесь по ошибке или вы так плохо знаете, где и что у вас лежит в кабинете? – игриво спросила Клэр.

– Мадам, я знаю, где что лежит в этом доме. Всегда знаю. – Он кивнул в сторону книжки. – Она лежит на той полке, потому что в большинстве его поэм воспевается сельское хозяйство.

Веселый тон, каким говорил Алекс, свидетельствовал о том, что ее муж пребывает в отличном расположении духа. Клэр чуть не сказала, что готова разделить с ним ложе, но быстро взяла себя в руки. Поскольку ночью должна была начаться гроза, она не хотела рисковать. После ужина она намеревалась прогуляться, чтобы посмотреть, что происходит на небе.

– Хотите бокал хереса? – спросил он.

– Нет, спасибо. Не сегодня.

Алекс быстро подошел к жене и поцеловал ее в лоб.

– Почему нет?

Клэр замялась. Он не смог бы понять ее потребность бодрствовать во время грозы.

Не ожидая ответа, Алекс взял ее за руки.

– Я знаю, что наш брак начался не на самой мажорной ноте. Я хочу попробовать снова и надеюсь, что вы поможете мне в этом. – Алекс протянул Клэр увесистую шкатулку для драгоценностей. – Это залог нашего счастливого будущего.

В шкатулке лежало ожерелье с крупным, размером с небольшое яйцо, опалом, который был окружен бриллиантами, сиявшими, словно звезды. Застежка его была сделана из сапфиров.

Клэр потеряла дар речи при виде такого сокровища.

– Почему вы дарите мне это?

– Я видел, как вы старались. Вы вся отдавались заботам о наших фермерах, не думая о себе. Фермеры, слуги и крестьяне приятно удивлены вашим поведением. Как и я. Это для меня много значит. – Его взгляд смягчился, когда он поцеловал ей руку и потерся о нее щекой. Легкая щетина приятно щекотала кожу Клэр. – Вы сказали Камдену, что мы хотим, чтобы Пемхилл и его жители были для нас приоритетом, и это прекрасно. После ваших слов я почувствовал в себе силы завоевать весь мир.

Клэр никогда прежде не видела такого выражения благодарности в его глазах. Она подошла ближе к мужу.

– Спасибо.

– Это я должен благодарить вас. Я и мечтать не мог о более преданном друге и лучшей жене, чем вы. Вместе мы изменим Пемхилл и оставим его как нашу гордость нашему сыну. Таким же образом мы оставим дочери Вренвуд. – Алекс глубоко вдохнул и посмотрел в окно. Он держал ее за руку, пока не закончилась его внутренняя битва. Осторожно сжав ладонь Клэр, он посмотрел на нее. – Я также хотел извиниться… за то, что когда-то посмел сомневаться в вас, и, что еще более важно, за то, что заставил вас сомневаться в нашем браке. – Он шумно выдохнул и пристально посмотрел на Клэр. – Я считаю вас самым большим подарком, который я когда-либо получал.

В этот чудесный момент их брак изменился. Алекс поверил ей. Она подозревала, что он редко извинялся. Недолго думая, Клэр приняла его извинения. Этого было достаточно, чтобы они могли начать строить свое будущее. Им необходимо было двигаться дальше.

Она встала на цыпочки и поцеловала мужа в теплую щеку. Алекс повернулся и поцеловал ее в губы. Каждый раз, когда она целовала его, желание быть рядом с ним становилось все сильнее.

– Милорд, миледи, прошу прощения. – Симмс смущенно прокашлялся. – Слуга вернулся с одним из фермеров. В одном из меньших амбаров пожар.

Алекс кивнул, слабо улыбнувшись.

– Дорогая, я должен идти. Я скоро вернусь. Ложитесь, если будет очень поздно.

Пожар в амбаре был опасен для всех. Если он распространится на окружающие его постройки, последний урожай будет потерян. В зависимости от причины возгорания такой пожар мог убить или покалечить десятки людей.

Клэр понимала, что не сможет уснуть, пока муж не вернется.

– Берегите себя.

Он сжал ее руку в последний раз и вышел из кабинета.

Клэр попросила Симмса сообщать ей обо всем, что будет происходить на пожаре. Два часа спустя она вышла наружу. На севере поднимались клубы черного дыма, которые исчезали на фоне темного неба. Ветер все так же дул с запада, что сулило лишь дальнейшее распространение пожара и дополнительные заботы для Алекса. Если гроза принесет с собой обильный дождь, он сможет потушить пожар. Мысль об этом принесла ей некоторое облегчение после переживаний последних часов.

Она обошла дом вокруг, ни на секунду не забывая об Алексе. Он будет в гуще событий, пытаясь помочь людям, зависящим от него и Пемхилла.

Клэр вернулась в дом. Ее ждала длинная ночь. Она решила раньше времени пойти в свои покои и попросила Айлин остаться с ней до тех пор, пока не вернется Алекс.

Оказавшись в своей комнате, Клэр обнаружила, что у Айлин серьезная лихорадка. Бедная женщина выглядела так, словно была готова рухнуть на пол в любой момент. Клэр приняла единственное решение, верное в подобном положении. Она велела служанке идти спать, решив ждать мужа в одиночестве.

***

Резкий раскат грома разбудил Клэр. Она уселась на постели и начала озираться в поисках Айлин. Она тут же вспомнила, что находится в Пемхилле и что в спальне совершенно одна. Спустя несколько секунд послышался новый оглушительный раскат, после чего наступила пронзительная тишина. Ее лоб покрылся испариной, а тело охватила сильная дрожь.

Вдали послышались новые раскаты грома. Быстро выбравшись из-под одеяла, Клэр выбежала из спальни, путаясь в подоле ночной сорочки. Казалось, огромные щупальца не давали ей сделать ни единого шага. Чем сильнее она пыталась вырваться, тем крепче стягивалась на ней сорочка. У Клэр появилось ощущение, что она перенеслась в ту трагическую ночь на реке и стала тонуть, только теперь рядом не было отца, который мог бы спасти ее. Клэр резко рванула сорочку и подбежала к окну.

Небо расколола молния, осветив деревья, качавшиеся на ветру. Еще одна молния, разделившись на несколько огненных ветвей, потухла, погрузив мир во тьму.

Клэр досчитала до сорока, прежде чем вдали прозвучал очередной раскат грома. Она сбросила сорочку, подбежала к шкафу, распахнула дверцы и трясущимися руками достала кожаные штаны, рубашку и сапоги. Клэр хотела снова начать считать – ей надо было знать, когда прозвучит следующий раскат грома. Раньше накануне грозы она обычно ложилась спать в полотняной мужской рубашке и кожаных штанах, чтобы быть готовой к любым неожиданностям, которые могла принести ночь.

Но эта ночь принесла с собой худший кошмар. Клэр снова подошла к окну, закрыла глаза, а потом заставила себя открыть их.

Сначала вокруг царила тьма. Потом на западе небо распорола молния. Когда вспышка померкла, Клэр досчитала до тридцати, прежде чем послышался гром.

Девушку начало сильно тошнить. Она дала себе клятву никогда не оказаться в такой смертельной ситуации, в какую попали ее родители.

Когда-то давно убитый горем дядя рассказал ужасные подробности смерти родителей Клэр тете Джинни. Этот рассказ не был предназначен для ушей Клэр, но она спряталась и услышала все. Отец Клэр пытался высвободить жену из поломанной кареты, однако тяжелое от влаги платье женщины застряло в экипаже, что привело к гибели обоих, – они утонули.

Клэр начала лихорадочно натягивать на себя одежду, затем принялась за сапоги. Каким бы странным ни казалось ее поведение со стороны, ей необходимо было обуться, чтобы держать ноги в тепле. Ей все никак не удавалось запихнуть ногу в правый сапог. Потеряв равновесие, Клэр тяжело упала на спину и только тогда поняла свою ошибку – она забыла надеть чулки. Айлин не сказала, куда она их положила. Опять подбежав к окну, Клэр почувствовала, что ее сердце вот-вот вырвется из груди. Она заставила себя посмотреть на небо в третий раз. Ей нужно было надеть сапоги, чтобы ее ноги были теплыми и сухими. В грозу она всегда надевала сапоги.

Чтобы хоть немного успокоиться, Клэр глубоко вдохнула и резко выдохнула. Она сделала это несколько раз и остановилась, поняв, что за окном наступила тишина. Кроны деревьев не шевелились. Ветер совершенно затих. Посмотрев влево, она увидела вспышку молнии и снова начала считать. Раз, два, три… На этот раз она досчитала до двадцати, когда услышала гром.

У нее было очень мало времени. Она потеряла всякую надежду найти чулки, и ей не оставалось ничего другого, как взять чулки Алекса.

Схватив сапоги, она пробежала по коридорчику, который соединял их покои, и попала в гардеробную. Клэр начала вытягивать из шкафчиков все ящики подряд. В первом находились сложенные галстуки, во втором – личные вещи, включая бритву Алекса. В другом ящике хранились аккуратно уложенные заколки для галстуков и запонки. Наконец в следующем ящике она нашла чулки для сапог.

Клэр собрала все, что ей было нужно, и повернулась, чтобы уйти к себе. Мощный раскат грома где-то над домом заставил оконные стекла задребезжать. Стены задрожали от разгула стихии. Эта дрожь тут же передалась Клэр, у которой зуб на зуб не попадал от страха.

Не в силах контролировать нарастающую панику, она открыла дверь и вошла в спальню Алекса.

Зажав сапоги и чулки в левой руке, она остановилась, пытаясь прийти в себя. Огромные окна занимали бо́льшую часть стены. Она прислушалась, пытаясь уловить дыхание Алекса.

Чувства Клэр были в полном расстройстве. Она совершенно потеряла способность здраво соображать. Кто-то оставил окна открытыми, а шторы сдвинутыми, поэтому занавески трепетали на сильном ветру, словно юбка на танцовщице. Клэр пыталась бороться с паникой, которая угрожала поглотить ее. Она посмотрела на спящего Алекса и подумала, что будет лучше, если она посидит на краю его постели до окончания грозы. Хотя муж спал, она чувствовала себя спокойнее в его присутствии.

Ничто, кроме гулких раскатов грома, не нарушало тишину ночи. Она глубоко вздохнула и втянула ноздрями влажный воздух. Дождь мог начаться в любую минуту.

Ослепительная молния вновь пронзила небо, осветив землю, как солнце днем. В этот миг Клэр увидела, что по небу бегут черные грозовые тучи. Спустя несколько мгновений гром встряхнул комнату, заставив пол ходить ходуном.

Клэр была на грани, она в любой момент могла потерять связь с реальностью. Мысли путались, она стояла как вкопанная посреди комнаты, не в силах приблизиться к Алексу. Еще одна молния залила все вокруг ослепительным светом.

Единственным звуком в комнате был ее пронзительный вопль. В следующее мгновение весь мир погрузился во тьму.

Глава десятая

Раскаты грома разбудили Алекса. Молния, сопровождаемая небесным грохотом, на секунду осветила комнату. В этот момент Алекс увидел какого-то человека в спальне. Вскочив с кровати и сделав два шага, он навалился на него и швырнул на пол. Послышался пронзительный крик.

Человек упал на пол лицом вниз. Алекс заломил ему руки за спину. У него были мягкие руки с нежной кожей, как у женщины.

– Не надо, – послышался тихий, тонкий голос.

Вспышки молний по-прежнему освещали комнату. Алекс в страхе отшатнулся. В глазах Клэр застыл ужас. Длинные волосы прикрыли переднюю часть ее рубашки – мужской рубашки, заправленной в кожаные штаны.

Алекс отступил на несколько шагов.

– Клэр? Дорогая, простите меня.

Он услышал ее тяжелое дыхание. Напрягшись, она выдавила из себя:

– Помогите мне.

Алекс подхватил ее на руки и прижал к груди.

– Что с вами? Вы ранены?

При свете молнии она задрожала и попросила его о чем-то, но он не смог разобрать ее слов. Увидев дикий страх в ее глазах, он спросил:

– Дорогая, что случилось? – Не дожидаясь ответа, Алекс поцеловал ее в щеку и сказал: – Расскажите мне.

Напряженное лицо Клэр превратилось в маску страха.

– Послушайте меня, – твердо произнес Алекс. – Все в порядке. Я помогу вам. – Алекс прижал бьющуюся в его руках жену к себе и отнес ее к своей кровати. Когда он хотел положить ее на середину кровати, Клэр вцепилась в него с такой силой, что он повалился на постель вместе с ней. – Что я могу сделать?

– Сделайте так, чтобы это прекратилось.

Он погладил ее по щеке, а она впилась ногтями в его плечи.

– Что прекратилось?

Снова послышались раскаты грома.

– Все дело в грозе? – В тот вечер у леди Энтони Клэр испугалась грозы, но смогла спрятать свой страх, пока не раздался гром. Теперь Алексу стало понятно, почему она тогда так обрадовалась его объятиям. Пытаясь успокоить ее, он мягко прошептал: – Давайте закроем балдахин. Это поможет.

– Не уходите!

Клэр была в ужасе. Она была напугана даже сильнее, чем тогда на балу у леди Энтони. Она открыла рот, чтобы сказать что-то еще, но Алекс не услышал ни единого звука. В ее глазах отражалась такая паника, какой ему не доводилось видеть никогда в жизни. Клэр напоминала ему птичку, посаженную в клетку против ее воли и отчаянно ищущую возможности упорхнуть.

– Смотрите, Клэр. Я закрываю балдахин. Видите, теперь здесь только мы, больше никого нет. Все в порядке?

Алекс старался, чтобы его голос звучал уверенно, но при этом совсем растерялся, потому что не знал, как успокоить жену.

Ее грудь вздымалась и опадала, словно небольшие мехи. Алекс смотрел ей в глаза, пока не закрыл балдахин со всех четырех сторон. Теперь их окружала полная тьма. Алекс двигался медленно, почти расслабленно. Клэр попыталась откатиться в сторону, но он нашел ее даже в темноте. Обняв девушку, он посадил ее себе на колени.

Алекс не знал, что ему делать дальше. Он прижал дрожащую Клэр к груди и попытался отвлечь ее от грозы.

– Клэр, мы потушили пожар к полуночи. Слава Богу, никто не пострадал. Я заходил к вам, чтобы пожелать спокойной ночи, но вы уже спали.

Когда она не ответила, он попробовал зайти с другой стороны и спросил:

– Что вы делали весь вечер?

– Я погуляла, а потом пошла спать, – ответила Клэр, прижавшись лицом к груди мужа.

Алекс нагнулся и поцеловал ее в щеку:

– Когда вы проснулись?

Он гладил ее по спине снова и снова, в одном и том же ритме, стараясь таким образом успокоить жену.

– Я не знаю. Возможно, несколько часов назад. – Клэр задрожала, когда за окном прогрохотал очередной раскат грома. За последние несколько минут гроза немного утихла. – Не бросайте меня.

– Не брошу, – шепнул он в ответ. Ее голос звучал так же жалобно, как в тот вечер на балу. Алекс крепче обнял Клэр. – Почему вы в мужской одежде?

Он не хотел ссориться с женой, потому не спросил, не эту ли одежду и обувь она заказала в Лондоне. Это могло подождать до утра. Он поцеловал Клэр в ухо.

Если ему удастся и дальше отвлекать ее от грозы, она наверняка успокоится. Он погладил ее по спине и шее. Его жена была очень нежным созданием, хотя и одетым сейчас в мужские штаны. Клэр прижалась к нему грудью, заставив его задохнуться от проснувшегося желания. Ее соски набухли. Если он не получит большего, то и сам рискует не пережить эту ночь.

Клэр выдохнула, пощекотав его грудь своей теплой щекой.

– Вы запрете меня в психиатрической лечебнице, если я вам скажу, что…

Алекс поспешил возразить:

– Что вы, я никогда не сделаю ничего подобного. Я одобряю ваш выбор одежды. В ней вы выглядите очень хорошо. – И мягко добавил: – Вы просто напуганы. Я хочу знать, что все это значит.

– В Лондоне у меня есть портной, который шьет мне одежду для таких ночей. – В ее голосе чувствовалось напряжение.

Алекс куснул мочку ее уха, а потом поцеловал девушку в шею. Боже, ему все было ее мало. Он отогнал эти мысли от себя. Он был нужен ей.

Алекс вспомнил отчет Макалестера о странных покупках Клэр.

– Ваши сапоги так же хорошо сидят на вас, как и штаны, – игривым тоном произнес Алекс.

– Мне их шьет Хоби, – ответила она хрипловатым голосом.

Она даже не представляла себе, какой у нее был соблазнительный голос.

Уткнувшись носом в ее ухо, Алекс ответил:

– Меньшего я и не ожидал от маркизы. – Он посерьезнел: – Почему именно для таких ночей?

– Когда начинается гроза, я не надеваю платьев, чтобы мои ноги не запутались в них.

Алекс не видел в этом логики.

– Но почему?

– В таком случае я не смогу высвободиться. Вы не поймете.

Причиной ее страха был Вренвуд.

– Все дело в ваших родителях?

– Я не могу об этом говорить. Почему на вас нет одежды? – спросила она.

Алекс облегченно вздохнул. Если Клэр заметила, что он гол, значит, она уже немного успокоилась.

– Я так спал. Вам нравится?

Алекс собирался получить от нее положительный ответ, даже если бы ему пришлось добиваться его всю ночь. Он провел ладонью по ее затылку и шее, нежно поглаживая бархатистую кожу жены. Потом осторожно поцеловал ее в ухо.

– Да. Вы такой теплый.

Алекс улыбнулся. Кажется, он одержал маленькую победу. Дыхание Клэр выровнялась, и она уткнулась лицом в шею мужа.

– Так вам удобнее?

– Да, но не отстраняйтесь от меня, побудьте рядом со мной еще чуть-чуть.

Алекс крепче прижал Клэр к себе. Когда гроза закончилась, отзвуки грома все еще слышались где-то вдали. Сердце Клэр уже не рвалось из груди, и поэтому Алекс решил оставить свои расспросы на потом.

Он провел рукой под ее рубашкой. Клэр вздрогнула, словно его прикосновение было ей неприятно. Алекс нежно гладил шелковистую кожу Клэр. Его постигла бы медленная смерть, если бы он выпустил ее из своих объятий.

Клэр отстранилась и уселась на кровати лицом к мужу. Она осторожно наклонилась и поцеловала его в губы.

Алекс погладил ее по щеке, потом неспешно распустил ее толстую косу. Волосы Клэр отяжелели от влажного воздуха. Алекс осторожно расправил их. Взяв ее лицо в ладони, он нежно поцеловал ее в губы. Клэр быстро задышала, отвечая на поцелуй.

Его поцелуй был спокойным. И неторопливым. Она должна была знать, что им незачем спешить. Но Клэр начала жадно целовать Алекса, словно изголодавшись по его губам. Алекс застонал, его язык еще глубже проник в ее рот. Клэр охватила страсть.

Алекс опустил голову и провел языком по ее шее. Он осторожно целовал нежную кожу, пока не нашел маленькое углубление у основания шеи, после чего снова поцеловал Клэр в ушко. Уткнувшись носом в мочку уха, он прошептал:

– Клэр, с тех пор, как мы стояли под навесом в саду леди Энтони, я мечтал о том, чтобы увидеть вас в своей постели.

Клэр положила ладонь Алекса себе на грудь, не переставая страстно целовать его в темноте. Она тихо вздыхала, продолжая исследовать его губы.

С этого момента они стали намного ближе друг другу. Все сомнения исчезли. Алекс бережно прижал Клэр к изголовью кровати и начал лихорадочно расшнуровывать ее штаны. Частично стянув их, он нашел две застежки, которые все еще удерживали их на ее бедрах, и расстегнул их. Чтобы отвлечь Клэр, он не переставал нежно ласкать ее. Под штанами на ней ничего не было. Сладкий аромат ее возбужденного тела заставил его остановиться и закрыть глаза. Алекс был опьянен ее мускусным запахом и желанием. Он гладил и массировал ее икры, медленно поднимаясь все выше и выше. Он решил не спешить. Он хотел показать ей, что она находится в полной безопасности, и доставить ей максимум удовольствия.

Клэр взяла его ладонь и поцеловала.

– Алекс.

Этот вечер, наполненный ее прикосновениями и нежными словами, навсегда останется в его памяти. Он никогда не забудет возбужденный шепот возлюбленной. Он подался вперед и нашел ее губы. Обняв девушку, он принялся жадно целовать ее.

Мышцы на ее животе напряглись, когда он засунул руку под ее рубашку. Он гладил и мял ее грудь, оторвавшись от ее губ лишь на миг, чтобы стянуть с нее рубашку. Клэр прошептала его имя и прижалась к нему.

Кровь с шумом бежала по венам Алекса. Желая овладеть Клэр, он положил ее на кровать и прижался к ней своим горячим телом. Он жадно охватил губами ее сосок и принялся лизать и сосать его, пока Клэр не застонала от удовольствия. Схватив другой сосок пальцами, он начал разминать его. Мягкость ее грудей по сравнению с твердостью ее сосков поразила его. С каждым его прикосновением дыхание Клэр учащалось. Ее стоны заставляли его активнее ласкать ее тело.

– Пожалуйста, – простонала Клэр, прижимаясь к Алексу бедрами.

Его напряженный пенис требовал внимания.

– Притронься ко мне, Клэр. – Он взял ее за руку и провел ею по своей груди. Ее прикосновение вызвало настоящий пожар, охвативший все тело Алекса. – Да, вот так. Клэр, не отпускай меня. У нас вся ночь впереди.

Отрывисто дыша, Клэр начала изучать его живот и бедра. Алекс развел ноги жены и прикоснулся к ее горячему раю. Он раздвинул мягкие складки и нащупал влажный бугорок. Он с трудом держал себя в руках, сопротивляясь острому желанию взять ее немедленно.

Клэр прижалась к его руке, застонав. Она хотела его.

Алекс засунул два пальца в истекающую соками глубину. Клэр дернулась, умоляя, чтобы он продолжал.

Алекс начал медленно гладить большим пальцем ее набухший бугорок. Он гладил и ласкал ее, приближая разрядку. Нагнувшись, он прошептал ей на ухо:

– Вы прекрасны.

Клэр задрожала, и ее лоно начало сокращаться. Она громко застонала.

– Да, вот так. Вы вся моя, – мягко шептал Алекс, чувствуя, что она приближается к оргазму.

Клэр извивалась в его руках, не в силах более выдерживать наслаждение. Внезапно она вся напряглась и, прижавшись к Алексу, резко вскрикнула, а он тут же страстно поцеловал ее, желая обладать ею всей.

Когда ее дрожь начала потихоньку утихать, Алекс уже не мог больше ждать.

– Дорогая, я должен войти в тебя. Ты нужна мне прямо сейчас.

Клэр направила его член в себя. Он обнял девушку и закинул одну ее ногу себе на бедро. Он вошел в нее медленно и осторожно, потихоньку продвигаясь внутрь. Ее влажная плоть плотно обхватила его пенис, засасывая его все глубже и глубже. Это было прекрасно, просто немыслимо. Прикосновение ее шелковистой кожи и мягких волос дарило невероятные ощущения. Ничто в жизни не готовило его к этому моменту.

Клэр резко вздохнула и замерла. Алекс заставил себя замереть, хотя ему отчаянно хотелось двигаться быстрее и быстрее.

– Клэр?

Ему было очень трудно сдерживать себя, но он хотел, чтобы Клэр подтвердила, что он может продолжать.

Ее тело слегка расслабилось. Она провела ладонью по лицу Алекса.

– Дайте мне минутку. Я не привыкла к этому.

Тяжело дыша, Алекс уткнулся лбом в подушку, лежавшую рядом с Клэр. Если бы он провел остаток жизни в таком положении, это была бы самая прекрасная пытка из возможных. Он ждал.

– Дорогая?

Он нашел ее губы. Ее поцелуй, сладкий и напряженный, отражал желания его тела.

– Не останавливайтесь.

Она выдохнула и обхватила мужа ногами.

Входя в Клэр снова и снова, Алекс почувствовал, как в нем нарастает желание. Ритмично двигаясь, он ощущал, как сильно сжимается плоть Клэр, словно не желая выпускать его из себя. Клэр приподнимала бедра всякий раз, когда он входил в нее. С последним толчком он медленно и сладостно кончил, ощущая, как удовольствие разливается по всему его телу, по всем клеткам.

Опустошенный и счастливый, Алекс лег рядом с Клэр. Они тяжело дышали, пытаясь успокоить ураган, порожденный их соитием. Алекс крепко поцеловал Клэр в губы, не отпуская ее, пока она не ответила ему на поцелуй. Затем, подняв голову, он провозгласил:

– Ты моя!

В комнате наступила тишина. Алекс обнял Клэр за плечи. Наклонившись, он два раза поцеловал ее. Встав и отдернув занавески, Алекс нашел салфетку и окунул ее в чашу, которая стояла на туалетном столике. Подойдя к кровати, он осторожно протер лицо Клэр. Она отпрянула.

– Дорогая.

Клэр с неохотой повернулась к нему. Алекс погладил ее по лицу, а потом принялся протирать все ее тело. Затем, бросив салфетку на пол, вернулся в постель. Он нежно обнял Клэр, прижал ее к себе и укрыл ее и себя одеялом.

Он потерся подбородком о макушку жены и мягко произнес:

– Спите. Я буду охранять вас всю ночь.

Клэр еле слышно прошептала:

– Вы тоже мой.

Прошло всего несколько секунд, а Клэр уже спала, тихо и ровно дыша.

Алекс не мог заснуть так же легко, как Клэр. Он не хотел думать о том, что произошло и как это теперь должно изменить их отношения, но у него все еще были вопросы, ответы на которые могла дать только Клэр.

Он не привык к тому, что в его постели спала женщина. Раньше он ложился и вставал тогда, когда хотел. Сегодня же все изменилось. Мысль о том, что он делит постель с Клэр, показалась ему приятной и привычной.

Несколько раз за ночь он просыпался от ее ласк. Она легко проводила ладонью по его груди, нежно поглаживая соски. Он чувствовал, что ему снова хочется овладеть Клэр, но не спешил. В каком-то забытьи Алекс занимался любовью с женой опять и опять.

Пришло утро, а Алекс все так же обнимал Клэр, с ужасом вспоминая выражение ее лица во время грозы. Она совсем потеряла голову от страха. Его присутствие успокоило ее, но что бы она делала, если бы его здесь не было?

А если бы гроза началась, когда она находилась в каком-нибудь общественном месте? Ее репутация была бы навеки испорчена. Даже тут, в Пемхилле, проклятие не давало ей покоя. Вполне возможно, что в поместье или в деревне могли судачить о том, что ее проклятие привело к пожару в амбаре. А если бы люди узнали о ее страхах, связанных с грозой, уже через несколько дней об этом стало бы известно в Лондоне. Высший свет с радостью начал бы обсуждать эту новость. Как он мог защитить свою жену от людей, которые хотели лишь очернить ее?

Неужели все, что он узнал ночью, было еще одной причиной, из-за которой она не пользовалась спросом на рынке невест? Женщина, спавшая в его постели, мало была похожа на дрожащую девушку в мужской одежде, которую он чуть не оглушил ночью.

Эти мысли не давали ему уснуть. Когда Лэнгем сказал ему, что Клэр очень хрупкая и нежная, он, должно быть, имел в виду ее боязнь грозы. Иначе он не мог объяснить слова герцога перед их свадьбой. Понимал ли ее дядя всю глубину страха Клэр? Может, он не рассказал Алексу все подробности, потому что боялся, что тот сбежит?

Алекс хотел верить, что происшедшее этой ночью не помешает ему принять решение. Но он не был таким наивным. Ему нужно было снова все обдумать. Клэр очень хорошо показала себя в общении с местными жителями, очаровав всех и каждого. Алекс верил, тогда и сейчас, что она могла стать для него отличным партнером по работе. Ему нужно было ответить на вопрос: эта ночь сильнее изменила его или Клэр?

Наконец под утро он смог уснуть.

***

Клэр проснулась на рассвете, разбуженная веселым чириканьем птиц за окном. Как показала прошлая ночь, весна успела вступить в свои права. Когда она потянулась, то почувствовала боль в мышцах, о существовании которых даже не подозревала. Алекс лежал, обняв ее рукой за талию. Клэр довольно вздохнула. Ее муж оказался внимательным любовником. Ее страсть и желание в сочетании с его пылом доставили массу удовольствия им обоим.

Прошлая ночь стала символом их преданности друг другу. Их страсть не могла возникнуть из-за ее страха грозы. Внимание Алекса, его ласки и поцелуи стали причиной ее бурного отклика.

Однако ее радость немного померкла, когда она вспомнила, что ей придется как-то объяснить свое поведение прошлой ночью. Днем подобные страхи казались безосновательными. Ночью, когда выл ветер и грохотал гром, ее жизнь превращалась в кошмар. Он посчитает, что она сошла с ума? И решит запирать ее каждый раз, когда будет начинаться дождь? Или ее поведение было слишком странным для общества из-за ее резких приступов паники?

Были ли ее страхи понятны окружающим или нет, она должна была одеваться в мужское платье во время грозы. Клэр считала свое поведение вполне логичным. Мужская одежда давала ей возможность чувствовать себя в безопасности. Прошлая ночь напомнила ей о том, как погибли ее родители. Та гроза была такой же ужасной.

Клэр вздрогнула. Алекс во сне лишь крепче прижал ее к себе. Она чувствовала его спокойное дыхание у себя на шее.

Клэр повернулась, стараясь не разбудить мужа, и посмотрела на него. Она могла смотреть на Алекса столько, сколько ее душе было угодно. Много лет Клэр мечтала о таком моменте, когда утром она проснется в объятиях любимого в их собственном доме. Клэр ликовала. Не существовало слов, какие могли бы в полной мере передать ее счастье. Она получила даже больше, чем смела мечтать. Алекс был прекрасным человеком и красивым мужчиной. Такой встречается раз в жизни. Потому не было ничего удивительного в том, что она так страстно отвечала на его ласки. Его полуоткрытый рот и небольшая щетина на подбородке заставляли сердце Клэр биться быстрее.

Она вздрогнула, услышав голос Алекса:

– Вам нравится то, что вы видите, или вы обнаружили какой-то дефект и теперь не можете оторвать от него глаз?

Клэр, повинуясь зову тела, придвинулась к мужу. Алекс обнял ее и прижался к ней. Положив голову ему на грудь, Клэр почувствовала, как в ней просыпается желание, и еще теснее придвинулась к нему. Его руки схватили ее за ягодицы, и Клэр ощутила, как напрягся его член.

– Посмотрите, что вы со мной делаете. Как я смогу работать, если вы на меня так действуете? Я снова превратился в подростка, не способного контролировать свои эмоции.

Клэр поцеловала его в грудь, и Алекс, расплывшись в довольной улыбке, наклонился и легко поцеловал ее в губы.

– Доброе утро, дорогая.

– Доброе утро.

Клэр прижалась к Алексу. Ей нравились его ласки. Ей было сложно поверить, что она замужем за этим человеком.

– Ты спала?

– Да, немного. – Она улыбнулась. – Если бы ты оставил меня одну, я бы поспала больше.

– Ты в порядке? – прошептал он.

По ее щекам разлилось тепло.

– Я в порядке… даже больше, чем в порядке.

Она ждала, что он продолжит дразнить ее. Вместо этого он посмотрел на балдахин. Разочарование прокралось в душу Клэр, словно вор.

– Что случилось ночью? Вы вспомнили про несчастный случай с вашими родителями?

Чувство стыда, охватившее ее, резко омрачило это идеальное утро. Она не убрала голову с его груди, поскольку это была ее единственная защита. Его теплое отношение и их близость должны были помочь им сродниться. Но вместо этого она лишь почувствовала неловкость.

Она услышала его тихий шепот:

– Я никогда…

В дверь резко постучали.

– Милорд? – послышался из-за двери голос Жан-Клода. – Я прошу прощения, но Айлин совсем потеряла голову. Она нигде не может найти маркизу и хочет знать, не видели ли вы ее.

– Не входи, – велел Алекс. – Маркиза со мной.

Он снова превратился в соблазнителя и, притянув Клэр к себе, шепнул ей на ушко:

– И я не собираюсь пока отпускать эту красавицу. – Он быстро поцеловал ее в шею и укусил за мочку уха, прижимаясь к ней всем телом. – Я могу взять тебя сейчас.

– Очень хорошо, милорд. Я сообщу Айлин! – крикнул камердинер. – Хочу напомнить вам о вашей встрече с управляющим. Он собрал рабочих, чтобы ремонтировать амбар.

Застонав, Алекс поцеловал Клэр в щеку и ответил:

– Я сейчас выйду.

Он повернул лицо Клэр к себе и заглянул ей в глаза.

– Ночью… – начал он и осекся. – Я не хочу уходить, но они зависят от меня. – Он крепко обнял жену. – Я скоро снова увижу вас. Мы еще не закончили этот разговор, дорогая жена.

Быстро поцеловав ее в лоб, Алекс встал с постели. Клэр сразу почувствовала, как ей не хватает мужа.

Его немного смутила собственная нагота. Он протянул свою рубашку Клэр.

– Наденьте это. Я вернусь в конце дня, и мы вместе отужинаем.

Не оглядываясь, Алекс пошел в другую комнату одеваться, оставив дверь в покои маркизы открытой. Клэр надела черную шелковую рубашку. Она боялась, что, увидев Жан-Клода, покраснеет от смущения. Когда она прошла по коридору мимо камердинера мужа, направляясь к Айлин, Жан-Клод слабо улыбнулся, а потом пошел помогать хозяину одеваться.

***

После того как Айлин помогла ей облачиться в зеленый костюм для прогулки верхом, Клэр отправилась на улицу.

Осмотревшись, она не увидела никаких следов вчерашней грозы. Чарльз проводил ее через поля к амбару. Хотя строение серьезно пострадало, ущерб был невелик. Вид Алекса, работающего в рубашке с закатанными рукавами вместе с фермерами и рабочими, заставил ее остановиться и приглядеться к тому, что происходит возле амбара. Все эти люди, включая Алекса, были теперь частью ее новой жизни. А она, как личность, кардинально изменилась. Она больше не была проклятой леди Клэр, она стала женой маркиза, который заботится о своем поместье и людях.

Клэр решила помочь работающим мужчинам. Она распорядилась приготовить полдник и велела нескольким служанкам принести его к амбару. Вместе с другими женщинами Клэр раздавала еду рабочим, изредка бросая взгляд на Алекса, который наблюдал за каждым ее движением. Когда она принесла еду ему, он загадочно улыбнулся. Клэр почувствовала волнение от его присутствия рядом с ней и вздрогнула.

Мистер Ландерс, фермер из Вренвуда, отвлек Алекса, показав ему чертежи нового амбара. Мужчины нагнулись над импровизированным столом и начали изучать их. Ландерс кивал, пока Алекс говорил ему что-то, водя пальцем по чертежу.

Адам Стоддард подошел к Клэр и, кивнув в сторону Алекса, сказал:

– Если бы он быстро не сориентировался вчера, ситуация была бы намного хуже. Его светлость следил за направлением ветра и говорил людям, где гасить огонь в первую очередь. Если бы произошел взрыв, мы потеряли бы все, включая наши жизни. Лорда Пембрука уважают здесь все.

– Мне очень приятно это слышать. Я не удивлена, что к нему хорошо относятся.

– Да, леди Пембрук. Вас тоже уважают. Жена сказала мне, что вы и лорд Пембрук сделали для нашей маленькой Мэри. Доктор Камден приходил к нам вчера вечером. Малышка уже выздоровела. Когда мы выйдем на рынок, я отдам вам деньги.

Клэр глубоко вздохнула, размышляя над словами мужчины. Наконец она была дома.

– Мистер Стоддард, примите визит доктора Камдена как подарок по случаю рождения Мэри. Она мне очень дорога. Она была первым младенцем, которого я взяла на руки, приехав в Пемхилл.

Лицо Стоддарда смягчилось, и он улыбнулся.

– Спасибо, миледи. Вы очень щедры. – Он коснулся шляпы. – Мне пора возвращаться к работе.

Клэр вернулась к столам, чтобы помочь прибраться.

– Леди Пембрук, можно с вами поговорить?

Алекс стоял немного в стороне от других мужчин. Что бы он ни хотел сказать, это явно не было предназначено для чужих ушей.

Клэр вопросительно посмотрела на мужа и направилась к нему.

– Да, милорд?

– Вы были так добры, что прислали нам этот полдник. Мужчинам нужен был перерыв. – Он посмотрел ей в глаза и подошел ближе. – Спасибо, что помогли мне.

– Не надо меня благодарить. Я хотела быть здесь.

– Я подумал, что после вчерашней грозы вам не захочется… – Он посмотрел на мистера Ландерса и кивнул. Алекс осторожно убрал со лба жены непослушную прядь, заставив ее сердце замереть в груди. – Мне надо возвращаться к работе. Я скоро буду дома.

Клэр ждала Алекса в легком шелковом неглиже и пеньюаре, богато украшенных кружевами и жемчугом. Этот наряд предназначался для ее первой брачной ночи. Жемчуг мешал бы ей спать, но в этом был весь смысл. Алекс должен был увидеть ее в этом чудесном наряде, а потом быстро снять его. До этого она еще ни разу не надевала его, но этот вечер должен стать особенным для них обоих, как и эта ночь, которая будет их первой брачной ночью. Лучше поздно, чем никогда.

Дверь в комнату распахнулась, и вошел Алекс. В руках у него была бутылка шотландского виски и бокалы. Когда он увидел ее, он остановился как вкопанный и, медленно окинув ее оценивающим взглядом, широко улыбнулся.

– Добро пожаловать, милорд. – Клэр рассмеялась. – Я рада, что вы здесь.

– Это для меня? – Он обошел вокруг Клэр, словно готовясь схватить ее. – Должно быть, вы не собираетесь сегодня уснуть.

Глава одиннадцатая

Клэр протерла бронзовую надгробную пластинку Элис Обри Холлворт. Прохладная темнота, царившая в склепе, построенном в стиле времен королевы Елизаветы, резко контрастировала с лучом света, который проникал в помещение через единственное освинцованное окошко. Луч освещал имя леди Элис, и казалось, что небеса благоволили к ней.

Клэр обнаружила это здание спустя несколько дней после приезда в Пемхилл. Она часто приходила сюда, когда была расстроена, и всегда покидала это место с умиротворением в душе. Убрав высохшие листья, оставшиеся после осени и зимы, она положила несколько лилий на гроб старого маркиза. Для леди Элис она принесла большой букет. Клэр хотелось верить, что ей бы это понравилось.

Она склонила голову. Пока что проклятие и все проблемы, с ним связанные, оставили ее в покое. Айлин ни разу не слышала разговоров на эту тему среди слуг с тех пор, как Чарльз подрался с помощником слуги. Клэр могла быть сама собой, не опасаясь, что о ней будут ходить какие-то слухи.

Глубоко вздохнув, она попыталась сосредоточиться на других задачах. Накануне вечером Алекс сказал ей, что лорд Сомертон собирается приехать к ним в гости. Он пригласил доктора Камдена, чтобы тот присоединился к ним за ужином. Однако, вспомнив о домашних заботах и гостях, она тут же утонула в мыслях об Алексе. За последние несколько дней они занимались любовью бессчетное количество раз. Она была уже готова отдать ему свое сердце. Несмотря на ее осторожность, сердце не слушало Клэр. Оно легко дарило себя вне зависимости от того, что думала по этому поводу Клэр.

Яркое солнце ослепило ее, когда она направилась обратно в Пемхилл. Клэр опустила голову и посмотрела на корзину, которую держала в руках. У нее было как раз столько лилий, чтобы можно было украсить ее туалетный столик.

– Миледи!

Клэр повернула голову в сторону склепа и заметила молодого человека на лошади. Он осадил скакуна и остановился возле нее.

– Простите меня, миледи, но я хотел спросить вас, смогу ли я найти маркиза Пембрука в его резиденции?

Он спрыгнул с коня и, сняв шляпу, поклонился.

У него были прекрасные волнистые волосы с каштановым оттенком, но из-за стрижки, явно несовременной, он выглядел бы белой вороной среди лондонских денди. Чего нельзя было сказать о его одежде и обуви. Пальто и жилет были пошиты из дорогой материи, а сапоги очень напоминали те, что Клэр заказывала у мистера Хоби.

Смутившись, молодой человек тряхнул головой.

– Пожалуйста, позвольте мне начать сначала. Я, кажется, совсем забыл о своих манерах и не представился. Меня зовут Джейсон Миллс. То есть мистер Джейсон Миллс. – Он снова поклонился Клэр. – Где я могу найти маркиза?

Клэр улыбнулась молодому человеку, который явно нервничал и чувствовал себя не в своей тарелке.

– Маркиз сейчас ездит по угодьям вместе с управляющим. Он должен скоро вернуться. Пойдемте со мной, я позабочусь, чтобы вам дали что-нибудь освежиться.

Она пошла по дорожке, а молодой человек присоединился к ней.

– Спасибо за гостеприимство. Вы здесь живете, миледи?

– Да, я здесь живу. Я маркиза Пембрук.

Мистер Миллс быстро посмотрел на нее.

– Вы маркиза? Маркиз женат?

– Да. Кажется, вы удивлены?

Клэр надеялась, что в тех местах, откуда прибыл мистер Миллс, не слышали о ее проклятии.

– Я не должен удивляться, леди Пембрук, ведь я так долго был в отъезде… Видите ли, когда я был здесь в последний раз, прошло довольно много времени. – Мистер Миллс покачал головой. – А леди Дафна или… леди Элис вышла замуж?

Клэр остановилась, чтобы спросить, чем он занимается, и в этот момент на вершине холма появился Алекс верхом на Аресе. Он так уверенно выглядел, словно всю жизнь просидел в седле. Клэр вздохнула от восхищения.

Подскакав к паре, Алекс резко остановил коня и спешился.

– Леди Пембрук, я смотрю, у вас компания. Представьте нас.

Мистер Миллс решил не ждать, пока Клэр представит его. Он подошел к Алексу и неуклюже, как будто с трудом вспоминая правила этикета, вежливо поклонился.

– Лорд Пембрук, я приехал повидаться с вами.

Он нервно сжал в руках шляпу. Его нервозность усилилась, и он чуть не поскользнулся на траве, переминаясь с ноги на ногу.

Лицо Алекса ничего не выражало. Он окинул молодого человека взглядом и спросил:

– Мы знакомы?

В его голосе чувствовалось высокомерие.

Клэр подошла к мужу и положила ладонь ему на плечо. Алекс перевел взгляд на нее.

– Милорд, это мистер Джейсон Миллс. Он провожал меня от…

– Я хотел присоединиться к вам, но не успел, – с нежностью произнес Алекс, обращаясь к жене. Затем повернулся к молодому человеку и добавил: – Помнится, вы частенько захаживали в таверну, прежде чем исчезнуть без следа. Похоже, судьба благосклонна к вам.

– Да, милорд. Потому я здесь. После того как я покинул Пемхилл, я отплыл в Нижнюю Канаду[7], где смог сколотить себе небольшое состояние на торговле пушниной. Я приехал в Англию два дня назад и сразу же направился сюда.

Алекс расслабился, но все равно внимательно наблюдал за Миллсом. Он положил ладонь на плечо жены и слегка сжал его. Она сделала то же самое.

Мистер Миллс прокашлялся и так стиснул свою шляпу, что костяшки его пальцев побелели от напряжения.

– Милорд, мое состояние составляет более десяти тысяч фунтов, и я ожидаю, что к следующему году оно удвоится, если мое дело будет продолжать процветать, как сейчас.

Алекс не убирал руки с плеча Клэр. Поддавшись какому-то внутреннему чувству, Клэр еще теснее прижалась к Алексу, желая таким образом показать мужу свою поддержку.

– Поздравляю. – Взгляд Алекса смягчился. – Отличное достижение. Если вы ищете инвесторов, единственное, что я могу предложить, так это рекомендательное письмо к лорду Сомертону. Он всегда в поиске новых возможностей. Его деловая хватка известна всему Лондону. Он занимается нашими инвестициями.

Молодой человек улыбнулся и покачал головой.

– Никогда так не нервничал. Пожалуйста, простите мне мою невежливость. – Молодой человек посерьезнел: – Милорд, я приехал просить руки леди Элис.

Алекс резко попятился, словно его сильно ударили в грудь, но руки Клэр не отпустил. Клэр крепче сжала его плечо.

– Простите? – слабым голосом прошептал Алекс.

– Я понимаю, что для вас это неожиданность. Элис, то есть мы с леди Элис, планировали пожениться, когда я заработаю себе состояние. Если она не изменила своего решения, то я обещаю, что она ни в чем не будет нуждаться. Я из бедной семьи, но привык к труду и уверен, что в дальнейшем меня ждет успех. Я уверяю вас, что буду относиться к ней, как к королеве. – Во взгляде мистера Миллса была видна отчаянная решительность. – Что бы вы ни решили, я женюсь на ней. Ваше благословение много значит для нас обоих. Элис всегда очень высоко отзывалась о вас. Она вас очень любит.

Алекс ничего не ответил. Понурившись, он отвернулся и пошел к лошади. Клэр ничего не оставалось, как продолжить прервавшийся разговор с мистером Миллсом.

– Сэр, я не знаю, как вам сказать это…

– Я знаю, – прорычал Алекс. Его лицо перекосилось от ярости. Он стоял в десяти метрах от Миллса, держа в руке заряженный кремневый пистолет со взведенным курком, который он направил прямо в сердце мистера Миллса. – Отвечая на ваш вопрос, скажу, что вы не женитесь на ней.

Кровь отхлынула от лица молодого человека.

– Что?

– Прежде чем я убью вас, ответьте, почему вы бросили ее?

Глаза Миллса расширились от страха.

– Я знал, что вы никогда не позволите своей сестре выйти замуж за простого человека. Я должен был доказать, что достоин ее. Мне редко удавалось посылать письма, но я все же смог отослать несколько. – Его голос превратился в шепот: – Пожалуйста, не лгите мне, чтобы выпроводить меня. Я люблю ее.

– Вы любите ее? – Алекс не двинулся с места, продолжая держать в руке пистолет. – Так знайте, что я тоже любил ее, когда год назад она переехала в свои новые апартаменты. Они соответствуют ее статусу леди. Там все выложено бархатом и белыми кружевами высочайшего качества. Ящик из красного дерева надежно спрятан от дождя и покоится на холодном камне в нашем семейном склепе.

– Она умерла? – Страдание, отразившееся на лице мистера Миллса, казалось, превратилось в физическую боль. Он схватился за грудь. – Я могу ее увидеть?

– Нет. – Алекс выдохнул. – Когда я убью вас, мне будет очень приятно знать, что вы попали в ад, в то время как она находится на небесах.

Он сделал шаг вперед.

Клэр никогда не видела Алекса таким решительным и одержимым. Если она его не остановит, то он одним выстрелом погубит свою жизнь и жизнь этого молодого человека.

Его палец на спусковом крючке напрягся.

Недолго думая, Клэр встала между ними, закрыв собой мистера Миллса.

– Алекс, не надо!

Она стояла достаточно далеко от них обоих, потому ни один из них не мог отпихнуть ее в сторону.

– Отойди. Ты не знаешь, что он натворил.

Алекс сделал еще один шаг вперед. Клэр последовала его примеру. Их разделяло не более трех метров.

– Если ты застрелишь его, то навредишь не только ему, но и мне. Если тебя будут судить за убийство, я останусь одна. Ты обещал мне на балу у леди Энтони, что никогда не бросишь меня. – От напряжения, возникшего между ними, Клэр почувствовала слабость в коленях. У нее подкашивались ноги, но она выпрямилась и смело посмотрела мужу в лицо. – Алекс, он тоже страдает, – прошептала она.

Алекс не сводил глаз с Клэр, но при этом не опускал пистолет, все так же направленный на мистера Миллса.

– Убирайся с моей земли.

Молодой человек, не теряя ни секунды, вскочил в седло и ускакал в ту сторону, откуда приехал, отчаянно пришпоривая лошадь.

Клэр подошла к мужу, но он резко отвернулся от нее.

– Возвращайся в дом.

По его глухому голосу Клэр поняла, что он едва сдерживает рвущуюся наружу ярость. Он швырнул пистолет на землю и, не оглядываясь, взял Ареса за повод и пошел в сторону ближайшего леса.

***

Клэр ужинала в одиночестве. Она не притронулась к отлично приготовленному мясу, лежавшему на тарелке перед ней. Алекс не появлялся дома уже несколько часов. Перед ужином она сходила в конюшню, но Ареса там не было. После третьего блюда она отпустила слугу и решила подождать мужа в его кабинете.

В камине развели огонь, тепло которого должно было приносить удовольствие. Однако Клэр дрожала от холода. Она страдала, потому что не знала, где ее муж и что он делает.

– Миледи? – Симмс вошел в кабинет. На его лице читалось неподдельное беспокойство. – Я могу еще что-то для вас сделать?

– Нет, спасибо. Почему вы не идете спать? Я буду ждать лорда Пембрука. – Клэр заколебалась, но все равно решила спросить. Это уже не имело значения. – Он такое раньше делал?

– Нет, миледи. – Дворецкий покачал головой.

– Спасибо. Если что-то узнаете, я буду здесь.

Она склонила голову на спинку дивана.

Звон бокалов разбудил Клэр. Она несколько раз мигнула, привыкая к темноте. Огонь в камине давно погас. Лишь несколько угольков слабо тлели во тьме. Кто-то накрыл ее меховой накидкой.

– Вы проснулись, спящая красавица. – Алекс задел ногой стол и тихо выругался. Он осторожно поставил перед собой два бокала и графин. – Вы присоединитесь ко мне?

– С вами все в порядке? – спросила Клэр. Увидев мужа, она немного успокоилась.

Он не ответил. Тишину нарушило бульканье жидкости, наливаемой в бокал. Крепкий аромат виски наполнил кабинет. Сделав глоток, Алекс обошел стол и протянул ей бокал. Затем сел на диван недалеко от Клэр.

– Где вы были? – шепотом спросила она.

Алекс провел ладонью по лицу и выдохнул.

– Я боролся со своими демонами и неудачами, – ответил он и сделал еще один глоток. – Я полагал, что понимаю действия Элис. Сегодня мне пришлось признать, что в этом я тоже ошибался.

В полумраке она увидела, как он напрягся, после чего сделал несколько глотков виски. Она сделала то же самое.

Развалившись на диване, Алекс казался расслабленным и спокойным, но Клэр понимала, что это обманчивое впечатление.

– Вам не следовало закрывать Миллса своим телом, – сказал он и осушил бокал. – Вы могли пострадать, а может, и того хуже.

Клэр тяжело вздохнула. Куда бы ни завел их этот разговор, ей хотелось выяснить, что его мучило.

– Я не могла позволить вам навредить мистеру Миллсу, иначе потом вы страдали бы от этого.

– Вы считаете себя моей спасительницей?

По его бесстрастному тону она не могла понять, что он думает.

– Почему вы хотели застрелить его? – Его настроение пугало Клэр, но она не отступала. – Расскажите мне.

– Он заслужил это, и, что более важно, я заслужил право наказать его. – Алекс медленно откинулся на спинку дивана, как будто его мучила боль. – Мне никогда не забыть тот день, когда я похоронил сестру. Стоя в холодном склепе, я всерьез подумывал отнести ее назад в дом. Я не хотел оставлять ее одну там, в темноте. – Он глубоко вздохнул и налил себе еще виски. – Тогда я был в отчаянии.

– Я чувствовала себя так же, когда погибли мои родители.

Ее голос дрогнул, выдав волнение. Она не отходила от родителей пять дней во время траура. Она постоянно молилась, чтобы это оказалось какой-то глупой ошибкой. Клэр надеялась, что они проснутся в любой момент. Она всегда хотела понять, чем заслужила такую ужасную судьбу. Возможно, тогда и появилось проклятие. Это могло объяснить все ее неудачи.

Клэр глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Сейчас они обсуждали не ее проблемы, а горе ее мужа.

Алекс пододвинулся к ней, но потом вернулся на то место, где сидел, – в противоположный угол дивана.

– Я немного пришел в себя, когда посмотрел на гроб отца. Он стоит по правую руку от гроба Элис. Я знал, что он будет присматривать за ней после смерти, как он следил за всеми нами при жизни.

Он сделал еще один глоток из бокала.

– Это приятная мысль для всех нас, кто остался жить на земле.

Она протянула ему руку, и Алекс, нагнувшись, прижал ее ладонь к губам. Она была благодарна ему за это. Это должно было стать началом их примирения.

Вместо поцелуя он потерся губами о ее кожу, словно это могло ослабить его боль. Устав играть, он положил ее руку себе на колени.

– Если бы отец был жив, этого никогда бы не случилось.

Она ждала, что он продолжит, но Алекс, казалось, погрузился в свои мысли. Она придвинулась ближе к мужу.

– Что никогда не случилось бы?

Наступила тягостная тишина. Наконец он ответил:

– Элис оставила на моем столе записку. Она была… – он глубоко вздохнул, – беременна. Она написала мне, что не переживет это унижение и потому решила отнять у себя жизнь.

Он говорил тихим, ровным голосом, но боль чувствовалась в каждом слове.

Клэр понимала его муки, его страдание, которыми он делился с ней. Она поднесла его руку к своим губам.

– О, Алекс.

Он сжал ее ладонь.

– Она велела мне не винить человека, чье имя она назвала. Я решил, что он является отцом. Но сегодня я узнал правду от молодого человека, который считал, что поступает правильно.

Внутри у Клэр все сжалось, но она заставила себя успокоиться. Она была нужна Алексу. Она нагнулась, чтобы обнять его, однако он внезапно встал, не позволив ей притронуться к себе.

– Вам следует идти спать. Это был трудный день для нас обоих. Мне еще нужно закончить некоторые дела. – Он зажег свечу, которая частично осветила кабинет. – Я скоро закончу.

– Мне вас дождаться?

– Сегодня из меня получится плохая компания. – Он посмотрел на жену. – Мать и Дафна не слышали об этой истории. Я хочу, чтобы они ничего об этом не знали.

– Конечно, я ничего не скажу. – Она подошла к нему. Клэр не хотелось оставлять его одного. Она боялась, что он может снова исчезнуть. – Вы позволите мне остаться вместе с вами?

Он покачал головой, а потом подошел к столу.

– Я стал человеком, которого презираю. Человеком, который не смог защитить свою семью. Я не смог спасти ее, когда у меня был шанс.

В его глазах была боль. Казалось, что она причиняет ему физические страдания.

Не в силах контролировать себя, Клэр подошла к нему. Его слова, его действия и даже его поведение выказывали признаки отчаяния. Она была готова попытаться утешить мужа всеми возможными способами. Дело было даже не в чувстве долга. Она просто хотела окружить его заботой, чтобы ему не пришлось горевать в одиночку. Она очень ценила подобное отношение, особенно после гибели родителей. Это самое малое, что она могла сделать для него.

– Клэр, вы замерзли. Да и поздно уже. Айлин ждет вас в ваших покоях. – Он посмотрел на бумаги, лежавшие на столе. – Я не хочу повторять. Я хочу остаться один.

Она действительно была проклята.

***

Айлин сообщила, что маркиз и его гости ждут ее. Когда Клэр спустилась по лестнице, Алекс стоял внизу, словно сторожевой пес, в то время как Сомертон и доктор Камден что-то оживленно обсуждали.

Алекс пристально посмотрел на жену. Они не виделись с тех пор, как он оставил ее в кабинете. Она спрятала поглубже смятение, вызванное его вчерашним рассказом, и сосредоточилась на гостях. Доктор Камден нарушил неловкую паузу, улыбнувшись ей и вежливо поклонившись.

– Леди Пембрук, я холостяк и свои вечера провожу либо с пациентами, либо за чтением книги. Осмелюсь сказать, что сегодняшний вечер внесет приятное разнообразие в мои будни.

Клэр рассмеялась. Тетя Джинни рассказывала ей, что хорошая хозяйка должна уметь развлечь гостей. Поздоровавшись с Сомертоном, она повернулась к доктору Камдену.

Они вошли в столовую и заняли места за столом. После того как слуга принес первое блюдо, Клэр окинула взглядом стол. Алекс хмуро посмотрел на нее. Он был мрачным и далеким, словно горгулья, усевшаяся на башне средневекового замка. Человек, которого она узнала в последние дни, теперь, казалось, находился где-то за тысячу километров от нее, отчего атмосфера в столовой была словно наэлектризованной. Ему требовалось время, чтобы избавиться от боли и негативных эмоций. Вот почему он вел себя так отстраненно.

Сомертон, севший напротив нее, старался поддерживать беседу, расспрашивал ее о впечатлениях от новой египетской выставки в Британском музее. Вскоре она с гостями начала обсуждать само определение искусства. Алекс сидел, молча наблюдая за беседой. Совсем один.

Его поведение было нестерпимым. Подтверждением этому стало неловкое молчание, наступившее после того, как доктор Камден задал ему вопрос, на который Алекс не обратил внимания. Прежде чем Клэр успела сменить тему, вошел Симмс.

– Доктор, прибежал сын Бриггса. Произошел несчастный случай. Его мать…

Доктор Камден встал:

– Леди Пембрук, я прошу прощения и благодарю вас за гостеприимство.

Клэр последовала за доктором к выходу. Алекс и Сомертон остались в столовой. Когда она вернулась, мужчины уже ушли. Она воспользовалась тем, что осталась одна, и удалилась в свой кабинет. Через какое-то время она закончила с ежедневной проверкой домашних расходов. Довольная, что больше ничто не требовало ее внимания, она пошла к себе мимо кабинета Алекса.

Изнутри доносились мужские голоса и смех. Сомертону удалось побороть апатичное состояние Алекса. Если повезет, то его влияние поможет ей найти общий язык с мужем. Учитывая ситуацию, они могли хотя бы пожелать друг другу спокойной ночи.

Клэр расправила плечи, пытаясь набраться смелости, потом подняла руку, чтобы постучать в дверь кабинета. Когда она прикоснулась к двери, та слегка приоткрылась. Клэр четко услышала доносившиеся до нее слова.

– Пембрук, ты совсем потерял голову. Я даже готов признать, что ты влюбился в нее. – Сомертон расхохотался. – Ты весь вечер хмуришься, смотришь волком то на меня, то на Камдена, когда мы пытаемся поддержать разговор, и особенно это заметно, когда мы обращаемся к ней. Я боюсь, что доктора ждут неприятности, если твоей жене когда-нибудь понадобятся его услуги.

Клэр облегченно вздохнула. Слова Сомертона заставили ее улыбнуться, ведь все, что она хотела, а именно любящего мужа, у нее было. Подслушивать было нехорошо, но она не могла укротить собственное любопытство.

– Не мучай меня. Довольно, – послышался раздраженный голос Алекса, перешедший в ворчание, которое было слышно даже в коридоре.

– Хорошо. Я хотел тебя отвлечь, но, по всей видимости, не преуспел в этом. – Сомертон посерьезнел. – Ты не можешь вызвать его на дуэль. Тогда об Элис и всей твоей семье начнут распускать слухи.

– А какой у меня выбор? Он стоял передо мной и просил руки Элис. Я по его лицу понял, что он отец ребенка. – Алекс помрачнел. – Он постоянно ошивался в таверне и частенько бывал у нас. Я видел их вместе несколько раз, но все это выглядело так невинно. Они играли с котятами, он работал в конюшне. Я думал, что он хочет наняться к нам на работу в дом. О боже, как я мог так ошибаться?

Голос Сомертона стал резче:

– Ты сказал ей правду?

Алекс так громко вздохнул, что даже Клэр его услышала.

– Я не знаю, что есть правда, не говоря уже о том, чтобы признаться в чем-то. После вчерашней стычки с этим парнем я уже не знаю, как выпутаться из этой ситуации.

Сомертон спокойно произнес:

– Проясни ситуацию и расскажи ей все. Только так у твоего брака будет шанс. Остальное придет со временем.

В груди Клэр появился холодный страх. Она пыталась понять, что все это значит.

Алекс продолжил говорить таким несчастным голосом, какого Клэр никогда не слышала.

– Как я могу сказать Клэр, что женился на ней, чтобы отомстить за Элис? Как я могу сказать ей, что все, что я когда-то ценил в себе, оказалось ложью? Или то, что она стала невинной жертвой, попавшей в мою ловушку? Что я заключил пари и выиграл? Я не разведусь, даже если лорд Барстоу будет распускать слухи, что они были любовниками. Я не собираюсь идти на официальное расторжение брака. Когда я поеду в Лондон, чтобы покаяться в своих грехах перед лордом Полом, я, возможно, никогда не вернусь сюда. – Алекс сделал паузу и прорычал: – Почему Элис написала, чтобы я не винил его?

Клэр затаила дыхание, не в силах выдохнуть. Она чувствовала внутри какую-то пустоту, словно кто-то выпотрошил ее, оставив лишь кожу да кости. Ей понадобилось сделать над собой огромное усилие, чтобы не рухнуть на пол. Она должна была посмотреть Алексу в глаза. Тяжело вздохнув, Клэр вытерла лицо и вошла в кабинет.

Прошло несколько секунд. Первым ее заметил Сомертон.

– Миледи.

Когда Алекс повернулся к ней, на его лице не было ничего, кроме удивления. Мысли Клэр путались, но она оставалась непоколебимой в своем намерении знать правду. Ее страх превратился в холодный ужас.

– Расскажите мне.

Наступила напряженная тишина. Ужас, словно ледяной кинжал, пронзил ее сердце.

– Клэр, – Алекс произнес ее имя и закрыл глаза, как будто бы молясь.

Сомертон направился к двери.

– Я удаляюсь в свою комнату.

Клэр подняла руку, остановив графа. Сомертон замер, избегая взгляда Клэр. Чувство вины отразилось на его лице, поскольку он знал все ужасные подробности этой истории.

– Нет. Если он мне не скажет, это сделаете вы. – Она повернулась к Алексу: – Вы женились на мне, чтобы отомстить за Элис? Теперь вы рассматриваете возможность развода или какого-то другого законного способа избавиться от меня?

Он подошел к ней и протянул руку, чтобы обнять ее, но она сделала несколько шагов в сторону. Все пазлы встали на свои места.

– Клэр, давайте обсудим это наедине, – резко произнес он, как будто его требование могло заставить ее остановиться.

– Нет, я хочу услышать все сейчас! – в отчаянии воскликнула Клэр. – Должно быть, вы очень любили Элис, если решили жениться на мне.

Взгляд Алекса выражал лишь боль. Он глубоко вздохнул и после паузы сказал:

– Клэр, не делайте этого.

Ее сердце замерло, а потом начало биться с удвоенной скоростью. Некоторое время она боролась с собой. Наконец ей удалось справиться с волнением.

– Теперь мне понятно ваше поведение на балу леди Энтони, – сказала она. – Как я сразу не догадалась, что все дело в лорде Поле? Вы о нем говорили недавно. – Клэр горько рассмеялась, пытаясь скрыть боль, которая проникла в каждую ее клетку. – Вы хотели женщину, на которой он обещал жениться. Кто она, для вас значения не имело. Она могла быть дочерью герцога, его племянницей или обычной прачкой.

Клэр бросила эти слова, словно грязную тряпку, в лицо Алексу.

Она обошла мужчин и направилась к столику, на котором стоял графин с ее семейным виски. Она налила себе в бокал немного янтарной жидкости и осушила его одним глотком. Огненная жидкость опалила ей горло и дала силы продолжить этот разговор. Она ждала, что же ответит ей муж. Но он молчал, и она обратилась к его другу:

– Лорд Сомертон, что мой муж рассказал вам?

Граф покачал головой.

– Леди Пембрук, прошу прощения за вмешательство в ваши личные дела.

Их молчание привело к тому, что ее обида превратилась в бешенство, которому позавидовала бы даже древнегреческая богиня безумия Лисса.

– Раз вы обо всем знаете, то это уже не личное дело. – Клэр посмотрела на мужа: – Кто еще знает? – Она говорила резким, отрывистым голосом. – Вы использовали это чертово проклятие, чтобы заставить меня выйти за вас. Хоникатт и его сестра были частью вашего плана?

– Нет, – громко ответил Алекс. – Мы оба стали жертвами обстоятельств, над которыми не имели власти. – Сделав три шага, он остановился возле Клэр. – Я бы ни за что не позволил, чтобы вы опозорились. – Он шепнул: – Клэр, вы уже должны знать меня. Я пытался защитить вас.

Когда она отступила от него на шаг, он устало опустил руки. На его лице была написана тревога, какую она увидела впервые накануне вечером. Она сглотнула и почувствовала во рту неприятный привкус, словно ей пришлось проглотить его признание. Все, что она научилась любить и ценить в Пемхилле, у нее забрали.

– Вы не защитили меня.

У нее перехватило дыхание, как будто кто-то ударил ее в грудь. Она пыталась не паниковать, но горькая правда заставила ее страдать.

– Это вы заключили то отвратительное пари в «Уайтсе». Инициалы Л. П. означали «лорд Пембрук», не так ли?

Алекс молча смотрел на нее.

Неужели правда может быть такой ужасной? Клэр вспомнила все события, которые привели к их браку. В тот вечер, когда был прием у леди Хэмптон, Алекс знал, что Клэр хотела подождать со свадьбой. Пари в «Уайтсе» лишь загнало ее в угол, не оставив выбора. Она стремилась защитить свою семью, и Алекс воспользовался этим.

– Милорд, вы еще хуже, чем те аристократы, которые использовали сплетни о моем проклятии для собственного удовольствия. – Клэр была удивлена, что ей удавалось говорить таким спокойным голосом, хотя она дрожала всем телом от охватившего ее возмущения. – Они смеялись, считая меня глупой жертвой неблагосклонной судьбы. Я была объектом шуток. – Она презрительно улыбнулась. – Вы подвергли опасности жизнь Уильяма и Маккалпина. Ради чего? Ради меня? Вы использовали меня как оружие ненависти. У вас не хватило ни чести, ни смелости признаться мне в этом.

Клэр гордо подняла голову и вышла из кабинета.

Когда она закрыла за собой дверь, то ощутила всю бездонность своего отчаяния. Какой же дурой она была, позволив обмануть себя! Почему она не видела всего этого? Алекс ворвался в ее жизнь, чтобы не дать ей выйти за лорда Пола. Ей следовало насторожиться в этот момент, но она, глупая, поверила ему и его сказкам.

Если основой брака не была любовь, то, по крайней мере, взаимный интерес и уважение вполне могли заменить ее. Она же, как выяснилось, стала для него орудием возмездия.

Клэр резко остановилась в середине коридора и, сделав глубокий вдох, попыталась взять себя в руки. Она никогда больше не позволит ему манипулировать собой. Это будет ужасно, но ей придется вернуться в свет и узнать последние сплетни. Только тогда она поймет, насколько сильно пострадает ее репутация, если лорд Пол пустит слух, что они были любовниками.

Она поедет к своей семье в Лондон. Они защитят ее. Она – Кавеншем. Она переживет этот удар. После сегодняшнего вечера она покончит с проклятием, ложью и местью. Она будет жить так, как всегда хотела. Если для этого ей придется бросить мужа и семью, то так тому и быть. Она найдет другой способ осуществить свои мечты и обрести счастье.

Войдя в свои покои, Клэр позвала Айлин. Она задумалась, когда им лучше будет уехать. Она возьмет с собой Чарльза, поскольку он был очень предан ей. Она будет всеми силами избегать встреч с Алексом и Сомертоном. Она не хотела тратить попусту свое время на общение с ними. Ни секунды не колеблясь, она заперла дверь, ведущую в покои Алекса.

Если бы он пришел к ней вечером, она не смогла бы выдержать эту боль. Алекс рассказал достаточно в кабинете, чтобы она поняла, насколько глубоки его раны. Они были слишком глубоки, чтобы она могла принять их. Она проглотила тугой комок, подкативший к горлу. На ее месте могла быть любая другая женщина. Алекс женился на ней лишь потому, что она была помолвлена с лордом Полом Барстоу.

Когда вошла Айлин, Клэр подробно объяснила ей, что нужно сделать до утра. Она планировала приехать в Лондон к вечеру завтрашнего дня.

***

– Пембрук, я прошу прощения, – Сомертон прочистил горло.

– Это моя вина. Ты пытался предупредить меня, но я тебя не послушал. – Алекс потерянно озирался, стоя посреди кабинета. Пойти к Клэр и попытаться все объяснить? А она послушает? Страдание, сменившееся отвращением на ее лице, не давало ему покоя. – Мне понадобится секундант, если он решит вызвать меня на дуэль. Ты согласишься… – Он отвел взгляд. Тяжесть в груди стала невыносимой.

– Конечно. Ты думаешь, что дойдет до этого? Мне не кажется, что лорд Пол захочет вызвать тебя на дуэль. Он скоро унаследует состояние отца.

– Если бы я был на его месте и потерял Клэр, для меня не было бы другого варианта. Прости. Мне надо поговорить с женой.

– Расскажи ей все! – крикнул Сомертон ему вдогонку.

Слова Сомертона задели Алекса за живое, потому что его друг оказался прав. Ему следовало рассказать ей все до свадьбы. Она имела право знать, что он замышляет и зачем. Он сам не понимал, почему не смог ответить ни на один из ее вопросов.

Сомнение в глазах Клэр лишило его дара речи. Он подвел ее так же, как подвел Элис. Она не хотела иметь с ним ничего общего, в то время как он хотел обратного.

Кроме того, что ему пришлось рассказать правду об Элис, Алекса также мучила ревность. Он испытывал к Клэр сильные чувства, которые его озадачивали. Когда она покинула его кабинет накануне вечером, ему понадобилась вся его воля, чтобы не броситься за ней вдогонку. За ужином он еле сдерживался, чтобы не ударить Камдена или Сомертона. Она улыбалась и хорошо себя чувствовала в их компании. Он хотел, чтобы она была такой только с ним, но не с другими мужчинами. Он хотел, чтобы эти зеленые глаза смотрели на него и только на него.

Обуреваемый завистью, Алекс опускал взгляд и смотрел в стол, чтобы скрыть ненависть, испытываемую к лучшему другу и молодому деревенскому доктору. Он лично пригласил их в свой дом, но вел себя с ними ужасно. Он был хуже, чем ему казалось прежде.

Каким образом достойная цель могла привести к такому страшному результату? Его жена была унижена и страдала из-за его действий. Его попытки защитить ее потерпели полный крах. Он постоянно допускал ошибки, когда дело касалось заботы о Клэр. Алекс уже не узнавал самого себя.

Он хотел обнять Клэр. Он хотел, чтобы она поняла и простила его. Он хотел избавиться от этого чувства вины. Мысли в его голове путались, голова раскалывалась от боли.

Он быстро взбежал по лестнице и направился к комнатам Клэр. Несколько раз постучав, он не дождался никакого ответа.

– Клэр?

В ответ ему была тишина. Когда он схватился за ручку, то понял, что дверь заперта. Алекс колебался. Ему хотелось выбить дверь. Но он решил не делать этого. С его стороны это было бы очень эгоистично и некрасиво. К тому же он просто напугает бедную женщину. Он увидится с ней утром и все обсудит. Возможно, отдохнув, они смогут спокойно решить все вопросы.

***

На следующее утро Алекс вошел в столовую. Клэр нигде не было видно. Сомертон вел себя на удивление тихо.

– Ты ее видел? – с отчаянием в голосе спросил Алекс.

Друг покачал головой, но по его глазам Алекс все понял. Сомертон жалел его.

Наложив на тарелку еды, Алекс сел и принялся есть. Ему нужно было подкрепиться перед тем, как продолжить поиски жены. Он собирался сходить в конюшню, чтобы посмотреть, где Гермес. Если лошади не окажется на месте, это значит, что она уехала рано утром. Он прочешет каждый квадратный метр Пемхилла, но найдет Клэр.

Вошел Симмс и медленно направился к хозяину.

– Милорд, это оставили на столике в холле.

Алекс посмотрел на предмет в руках дворецкого, словно на свой смертный приговор. Он заколебался, но потом все же взял деревянный ящичек и конверт, на котором размашистым почерком Клэр было написано его имя. Алекс узнал цвет чернил и печать в виде чертополоха, которыми пользовалась жена даже после того, как он дал ей печать маркизы Пембрук.

Алекс аккуратно вскрыл сургучовую печать и достал из конверта письмо.

Милорд маркиз!

Я решила, что всем будет лучше, если я уеду в Лондон. Я буду жить с семьей. Позже я подумаю о том, как дальше распорядиться своей жизнью. Я дала миссис Малоун инструкции о том, как объяснить мой отъезд слугам.

Если Вы захотите со мной связаться, пожалуйста, обратитесь к секретарю герцога Лэнгема.

Я очень надеюсь, что Вы сможете разобраться со своими проблемами.

Клэр Пембрук

Алекс перечитал письмо три раза, пытаясь понять, что произошло за последние шесть часов. Он открыл ящичек и увидел в нем осколки магического шара.

– Что там написано? – нашел в себе смелость спросить Сомертон.

Симмс поклонился и оставил мужчин наедине.

– Она уехала в Лондон, – ответил Алекс, еле сдерживая ярость и понимая, что он натворил.

Ему хотелось взвыть от отчаяния.

Сомертон посмотрел на ящичек.

– Что это?

– Подарок, который она мне когда-то преподнесла.

Осколки шара олицетворяли потерю ее доверия, которое он принял как должное.

– Пембрук, мне очень жаль, – сказал Сомертон. Помолчав, он тихо добавил: – Ты должен поехать за ней.

– Я хотел привести свои дела в порядок, прежде чем ехать. Я думал, что у меня будет время, чтобы подготовиться.

– Я поеду с тобой, – с состраданием произнес Сомертон.

Он тоже чувствовал свою вину в случившемся. Алекс ничего не ответил. Наступила тишина, которую нарушил скрип стула Сомертона, когда он встал, чтобы выйти.

Алекс долго сидел, не двигаясь с места, пытаясь осознать масштаб катастрофы, причиной которой был он. Его неспособность признаться в своих мотивах и рассказать Клэр о своих настоящих чувствах привела к тому, что она бросила его.

Что же он натворил?

***

К концу дня наивные мечты Клэр о крепком браке рассыпались в прах, словно истлевшая книга. По дороге в Лондон она громко корила себя за то, что поверила Алексу и посчитала Пемхилл своим новым домом. То, что Алекс никак не объяснил свои действия, выводило ее из себя. Он хорошо владел актерским мастерством, доказав это на вечеринке у леди Хэмптон и в постели. Его игра была безукоризненной.

Приехав в Лэнгем-холл, Клэр повалилась на диван в голубом будуаре. Привычный комфорт этого места куда-то испарился. Воспоминание о том, как Алекс сделал ей здесь предложение, не давало ей покоя.

Тетя Джинни и дядя Себастьян одновременно вбежали в комнату. Тетя обняла ее и поцеловала в обе щеки.

– Я не могла поверить, когда Питтс сказал, что ты здесь. Дай я рассмотрю тебя, дорогая.

Герцог вел себя более сдержанно, чем его жена. Он крепко поцеловал ее в щеку и спросил:

– Дорогая, что-то случилось?

Когда дело касалось семейных дел, они чувствовали неладное за километр. Клэр глубоко вздохнула. Она надеялась, что не разревется, пока не расскажет им всю историю. Уже одно то, что она сбежала в Лондон, было очень унизительным, не говоря о том, что ей еще нужно было постараться объяснить, почему она бросила мужа спустя две недели после свадьбы.

– Пожалуйста, сядьте. Я бросила его. Я бросила Алекса. – Она повторила эту фразу несколько раз, пытаясь успокоиться. – Пожалуйста, не перебивайте меня, потому что в противном случае я не найду в себе силы закончить. – Ей было тяжело говорить, но она продолжила: – Вчера вечером к нам в гости приехал лорд Сомертон. Накануне мы с Алексом поссорились и еще не успели к тому времени помириться. – Она сделала паузу, сдерживая слезы. – Я пошла пожелать мужу спокойной ночи и услышала, как он признался в том, что женился на мне лишь для того, чтобы отомстить другому человеку, причинившему зло его семье.

Глаза тети Джинни расширились от удивления. Она похлопала Клэр по руке.

– О, дорогая, продолжай.

– Я потребовала, чтобы он объяснился. Он отказался рассказать мне все. Я сама обо всем догадалась, сложив два и два. Наш брак был заключен для того, чтобы он смог отомстить лорду Барстоу.

Дядя Себастьян напрягся. Его глаза гневно сверкнули. Тетя Джинни всплеснула руками.

Клэр усилием воли заставила себя продолжить рассказ.

– Я хочу какое-то время пожить здесь. Я привезла с собой Айлин и конюха.

Удивительно, но она поведала обо всем, что ей стало известно, и при этом ни разу не сорвалась и не заплакала.

Взгляд голубых глаз дяди смягчился.

– Тебе не надо просить нас об этом. Тебе здесь всегда рады. Это твой дом. – Взяв племянницу за подбородок, он посмотрел ей в глаза. Теплота его пальцев помогла ей расслабиться. Внимательно вглядываясь в ее лицо, дядя Себастьян сказал: – Клэр, я обо всем позабочусь. Он не причинил тебе вреда? Не бил? Не заставлял делать что-то, что ты не хочешь…

Тетя Джинни встала, прикрыв рот рукой.

– Нет, нет, – поспешила ответить Клэр. – Вы неправильно поняли. Он не причинил мне вреда. Наоборот, когда мы приехали в Пемхилл, он вел себя со мной очень вежливо и кротко. Я сама поехала во Вренвуд, а он вернул меня обратно. – Она закрыла глаза, вспомнив, как Алекс обнимал ее в галерее. – Он был добр и внимателен, когда мне было плохо.

– Давайте вернемся к Пембруку. – Голос тети Джинни звучал совершенно спокойно. – Помоги мне понять. Что это за история с местью?

– Я многого не знаю. – Клэр замялась, потому что ей не хотелось раскрывать секрет Элис. – Я думала, что он постепенно влюбляется в меня. Это он заключил пари в «Уайтсе».

Дядя и тетя переглянулись. Клэр не поняла, что это могло значить. Тетя Джинни вопросительно посмотрела на Клэр:

– Ты уверена?

– Он не отрицал этого. – Голос Клэр дрогнул, и она разрыдалась. – Я в замешательстве. Я была так глупа! Я полюбила его.

Она закрыла лицо руками, и тетя Джинни крепко обняла ее, пытаясь утешить. Погладив Клэр по спине, она прошептала:

– Ты дома, дорогая.

– Клэр, я лично разорву негодяя на куски, – ровным голосом произнес дядя Себастьян.

Глава двенадцатая

Пробыв в Лондоне сорок восемь часов, Алекс достиг того состояния, когда он мог спокойно терпеть и город, и Сомертона. Требования времени, а именно обильная и частая дегустация отличного фамильного виски его жены, не позволили ему воспользоваться своими способностями отличного собеседника в разговоре с его непрошеным гостем. У него были более интересные занятия, как то: попытки стоять ровно, наблюдение за тем, как вертится комната, и отвращение к самому себе.

Кабинет перестал вращаться, когда Сомертон подошел к нему вплотную.

– Довольно, Пембрук. – Граф наморщил нос и отвернулся. – Ты воняешь, как нищий бродяга. Ты хоть принимал ванну после того, как мы вернулись?

Алекс подался вперед, чтобы схватить Сомертона за горло, но промахнулся. Или его просто подвели ноги? Ему сложно было определить расстояние до графа.

– Проваливай.

Сомертон прищурился и отошел в сторону, чтобы Пембрук не видел его. Что случилось с этим ублюдком? Он не понимал, что женщины находили в Алексе.

– У меня нет на это времени, – простонал Сомертон. – Я слишком стар, чтобы играть роль твоей няньки, а ты уже не ребенок. Что самое важное, в таком состоянии ты не сможешь помириться с женой и привести свою жизнь в порядок.

В комнате наступила тишина. Алекс закрыл глаза, наслаждаясь спокойствием, но боль, которая проникла в каждую клетку его тела, вернулась. Клэр ушла, и боль от утраты придавила его, словно валун.

Алекс тихо выругался, но притих, когда Сомертон вернулся и провел его на кухню. Он использует графа. Его запас виски заканчивался. Сомертон мог принести от Симмса еще одну бутылочку. Когда они вошли в кухню, Алекс увидел наполненную водой ванну.

– Мы будем заниматься стиркой? – удивленно спросил Алекс, заметив рядом с ванной Симмса.

Сомертон нагнулся, схватил Алекса и поднял его. Не успел тот испугаться, как граф швырнул его в ванну.

Внезапно очутившись в холодной воде, Алекс немного протрезвел.

– Что ты делаешь, мерзавец! – Вода расплескалась, залив выложенный плиткой пол. – Ах ты, сын одноногой шлюхи, что ты себе позволяешь?

Сомертон достал свои дорогие карманные часы и посмотрел на циферблат.

– Ты не можешь отсрочить неизбежное. Чем дольше ты ждешь, тем сложнее тебе будет потом. Пойди и поговори с ней!

Громкий голос Сомертона на несколько секунд оглушил Алекса.

Когда он снова начал слышать, граф уже ушел. Грустный Симмс стоял возле двери.

– Милорд, я взял на себя смелость спросить графа, не против ли он сохранить остатки фамильного алкоголя маркизы у себя дома.

На морщинистом лице Симмса читалась неподдельная озабоченность. Алекс тряхнул головой и вздохнул. Невыносимый Сомертон снова оказался прав. Ему следует сегодня же привести дела в порядок.

– Спасибо тебе. Но я выгоню тебя без рекомендательного письма, если ты еще раз пустишь этого грязного ублюдка в мой дом.

Симмс поморщился.

– Прошу прощения, милорд, но я полагаю, что в данном случае грязным ублюдком были вы. – Дворецкий оправил свой камзол. – Еще будут распоряжения, сэр?

***

Очень скоро в высшем свете Лондона узнали, что маркиз и маркиза Пембрук разошлись. Потому решение Клэр посетить светское мероприятие вместе с тетей Джинни и Эммой не казалось со стороны чем-то странным и неуместным. Она решила отправиться на бал к леди Даунинг. Это была вечеринка средней руки, на которую пригласили порядка трех сотен гостей. Мероприятие такого уровня позволило ей спокойно общаться с людьми, не опасаясь, что кто-то начнет спрашивать об Алексе или проклятии. На вечеринке Клэр могла определить, какой ущерб нанесли ее действия.

В карете тетя наклонилась к Клэр и похлопала ее по колену.

– Обещай мне, что скажешь, если тебе станет неуютно или если ты захочешь вернуться домой. Маккалпин и Уильям тоже там будут. Они присмотрят за тобой и Эммой.

Клэр невольно улыбнулась:

– Со мной все будет в порядке. Сегодня я буду ходить за Эммой. Меня должны беспокоить лишь молодые леди, которые будут просить познакомить их с моими кузенами. Сегодня я буду играть роль пожилой дамы при юной племяннице.

– Ты тоже должна развлечься. Я скажу Себастьяну, чтобы он потанцевал с тобой, – сообщила тетя Джинни.

Поздоровавшись с хозяйкой, Клэр последовала за Эммой к ее друзьям. С большинством из них она была знакома. Когда ей станет скучно, решила Клэр, она посидит в уголке зала.

Клэр ждала, пока дядя Себастьян поговорит со своим товарищем по политическим баталиям, прежде чем пригласить ее на танец. Внезапно из ниоткуда появился Сомертон.

– Леди Пембрук, можно пригласить вас на танец?

Клэр на секунду заколебалась.

– Конечно, я согласна.

Если бы она отказала лучшему другу мужа у всех на глазах, это вызвало бы нежелательные слухи. И она позволила симпатичному графу отвести себя в центр зала, скрывая свое недовольство: как-то нечестно, пребывая в статусе замужней женщины, танцевать первый вальс не со своим мужем. Эта мысль испортила ей настроение, которое постоянно менялось, как вкусы денди. Она не хотела, чтобы Сомертон потом рассказывал Алексу, как она страдает.

– Вы сегодня прекрасно выглядите. Сожалею, что мы не смогли нормально попрощаться в Пемхилле.

У графа была очаровательная улыбка, но Клэр не испытывала того чувства полета, которое она ощущала в объятиях Алекса.

Она окинула Сомертона оценивающим взглядом. Со своими золотистыми кудрями и ровным нордическим носом он был самым красивым мужчиной на балу. Цвет его глаз был такого же аквамаринового оттенка, как ее платье. Когда они медленно двигались по залу, все леди вокруг только и делали, что вздыхали и закатывали глаза, обмахиваясь веерами и пытаясь привлечь его внимание.

Его ангельский внешний вид не производил на нее впечатления. За последние пару дней ее сердце сказало ей все. Она любила Алекса. Она не могла подавить это чувство, как бы сильно ни старалась.

– Вы легко могли бы очаровать любого мужчину на этом балу, – сказал Сомертон. Его голос был глубоким и вкрадчивым. Наверняка ни одна женщина не смогла бы устоять, слушая его. – Вы хорошо себя чувствуете?

Клэр заглянула в его глаза, пытаясь понять, что он замышляет.

– Конечно.

– Пембрук в Лондоне, – сообщил он.

– Так вы поэтому пригласили меня на танец? Он использовал вас как посланца или как шпиона?

Клэр продолжала улыбаться, но эта улыбка была предназначена для толпы. На самом деле она была готова к любым неожиданностям со стороны Сомертона.

– Вы всегда так прямолинейны? – Сомертон искренне улыбнулся, отчего стал еще симпатичнее. – Теперь я понимаю, что так сильно сбило Пембрука с толку.

– Должно быть, вы каждый день репетируете произносить фразы этим вкрадчивым голосом, чтобы привлекать женщин. – Честно говоря, она была совершенно равнодушна к его чарам. – Вы не ответили на мой вопрос. Вас послал Алекс?

В красивых глазах графа мелькнула боль.

– Нет. Я здесь по своей воле. Могу я быть с вами предельно честен?

Клэр кивнула.

– Алекс запил… после того, как вы покинули Пемхилл. Его боль из-за вашего ухода не имеет границ.

Его слова не оставили ее равнодушной. В то же время она позволила себе слабую надежду. Клэр ничего не ответила, опасаясь, что выкажет свои истинные чувства, испытываемые к Алексу. Нет, она не позволит ему снова манипулировать ею.

Сомертон вздохнул и продолжил:

– Я никогда его таким не видел. Даже после смерти сестры. То, что вы услышали из нашего разговора…

– Милорд, я ценю ваши усилия, мне понравился танец.

Она не хотела больше слышать ни слова. Клэр опасалась, что ее плохо затянувшиеся раны вскроются и начнут кровоточить с новой силой, разбрызгивая кровь по полу зала. Клэр убрала руку с его плеча и попыталась высвободить другую руку из его ладони, несмотря на то, что вальс еще не закончился и их окружали танцующие пары.

Сомертон крепко сжал ее ладонь.

– Может, продолжим разговор снаружи?

Не ожидая ответа Клэр, он потянул ее за собой через высокую дверь на балкон.

Вечерний ветерок приятно освежал после духоты зала и сотен глаз, следивших за ней и другом Пембрука. Клэр прижалась к балюстраде. Вдали пылал длинный прямоугольный бассейн, украшенный большим количеством плавающих на поверхности воды свечей. Внизу несколько парочек гуляли по парку, радуясь красивой ночи и романтическому пейзажу. Должно быть, они хотели попасть на безлюдные тропинки, которые вели к известному саду с подстриженными деревьями, которым занимался лорд Даунинг. Сосредоточившись на пейзаже, Клэр надеялась, что в темноте Сомертон не заметит, как сильно она волнуется. Она позволит ему сказать все, что он хочет, а потом пойдет искать дядю.

– Он слишком пьян, чтобы что-то делать. Он пьет и никого не пускает к себе. Его чувства к вам глубоки, – тихо произнес Сомертон.

Граф стоял рядом с ней, уперев локти в балюстраду.

Клэр удивленно покачала головой. Если бы слова графа были правдой.

– У него была возможность все рассказать мне, – сказала она, – но в Пемхилле он не проронил ни слова. Я думаю, вы видите то, чего на самом деле не существует. Что бы вы чувствовали, если бы узнали, что ваша жена вышла за вас лишь потому, что она хотела отомстить другому человеку? Поверьте, это не самое лучшее начало для крепкого брака. Почему он не здесь?

Она проглотила боль, стиснувшую ей горло.

– Миледи, – ответил Сомертон, – я знаю вашего мужа с тех пор, когда нам было по пятнадцать лет. Он всегда хотел стать мужчиной, которым мог бы гордиться его отец. Покойный маркиз обладал крутым нравом. Этот человек всегда стремился во всем к идеалу.

Сердце Клэр сжалось, но она попыталась сконцентрировать внимание на фонтане, выплескивавшем потоки воды, чтобы скрыть неловкость, вызванную объяснениями графа.

Сомертон глубоко вздохнул, словно не зная, продолжать ему свой рассказ или нет.

– Можно я расскажу вам кое-что? – Он устремил свой взгляд на сад, ожидая ответа.

– Пожалуйста, продолжайте.

Когда граф снова повернулся к ней, она увидела в его глазах полную опустошенность.

– Мне было шестнадцать лет, когда я по глупости пошел с лордом Полом в один местный паб. Мы все тогда учились в Оксфорде.

Сомертон опустил глаза.

Последовало гнетущее молчание. Клэр показалось, что граф решил не продолжать рассказ.

– Этот глупец начал играть в карты, и очень быстро его долг вырос до пяти тысяч фунтов.

– Что случилось?

Клэр гадала, как эта история связана с ней и Алексом.

В глазах графа она увидела глубокую печаль.

– Человек, который выиграл состояние, был вне себя от ярости. Он угрожал убить лорда Пола, потому что у того не было денег, чтобы расплатиться с долгами. Лорд Пол умолял меня заплатить за него, обещая отдать мне деньги в течение недели.

Он покачал головой, словно бы не веря собственным словам.

Сомертон посмотрел ей в глаза и грустно вздохнул.

– Я подписал расписку. Каким же глупцом я был, полагая, что его обещаниям можно верить. На следующей неделе денег не было. Я несколько раз спрашивал лорда Пола, когда у него будут средства. Он постоянно отвечал, что завтра. Наконец мне пришлось попросить отца дать мне эти деньги. – Он усмехнулся, но боль в его глазах говорила, что ему не до смеха. – Отец лично приехал и оплатил долг. Он назвал меня транжирой и с тех пор перестал ссужать меня деньгами.

– Вы объяснили ситуацию отцу?

– Я пытался, но он не хотел ничего слышать. – Сомертон горько рассмеялся. – Через неделю я заболел. Алекс обнаружил меня возле лестницы в нашем спальном корпусе. Я горел от лихорадки. Он заплатил доктору, а потом забрал меня в Пемхилл на каникулы, где я выздоровел. Я бы умер, если бы не помощь вашего мужа.

Клэр прижала ладонь к груди:

– Я так рада, что вы выжили.

– Я тоже, миледи. С тех пор я не видел отца. – Сомертон повернулся и взял ее за руки. – Ваш муж дал мне взаймы деньги, чтобы я мог закончить обучение и заняться инвестициями. Он хороший человек. Я прошу вас как друг. Дайте ему еще один шанс. – Он коротко кивнул. – Он придет за вами.

Вместо того чтобы вернуться в зал, он спустился по боковой лестнице и исчез во тьме.

Клэр осталась одна. Сомертон явно был многим обязан Алексу. Она выпрямилась и гордо вздернула подбородок. Рассказ Сомертона не оправдывал манипуляции Алекса с ее жизнью и мечтами, даже если это было сделано ради Элис.

Она рано узнала, что нужно ценить то, что у тебя есть. Все может исчезнуть в одно мгновение. Она оставила в Пемхилле мечту о семье и свое сердце.

Увы, оставить там боль она не смогла.

Поправив платье, Клэр ущипнула себя за щеки и улыбнулась. Ей нужно было пережить еще один ужасный вечер в окружении стервятников из высшего света.

***

На балу Клэр постоянно приглашали танцевать. От всего этого у нее кружилась голова. Вернувшись домой и забравшись в постель, Клэр осталась наедине со своими мыслями. Ей казалось, что часы тянутся бесконечно. Воспоминания об Алексе проникли в ее сны и не давали ей покоя. Все ли с ним хорошо? Перестал ли он пить? Было бы намного легче, если бы она прекратила заботиться о нем. От осознания этой ужасной правды ее сердце сжалось. Как бы сильно ни старалась Клэр, она не могла забыть непередаваемый аромат этого мужчины, его выразительные глаза и улыбку. Она никогда не освободится от него. Если бы Алексу было не все равно, он бы попытался увидеться с ней.

На следующий день Клэр поехала с Эммой к леди Баррингтон на вечеринку в саду. Направляясь к шатру с закусками, Клэр поравнялась с леди Амелией Гудхоуп и леди Жоржеттой Динфорд. Они начали выезжать в свет тогда же, когда и Эмма, и уже научились вести себя в коварном и опасном высшем свете. Молодые девушки были так погружены в беседу, что не заметили Клэр.

Леди Амелия обмахнула веером лицо и наклонилась к леди Жоржетте:

– Ты видела ее? Почему она бросила лорда Пембрука всего через пару недель после свадьбы? О таком мужчине можно только мечтать. Должно быть, проклятие действительно существует.

– Глупости. Как только он надел ей на палец обручальное кольцо, проклятие должно было исчезнуть. – Губы леди Жоржетты изогнулись в улыбке. – Брат сказал мне, что заработал небольшое состояние на пари в «Уайтсе». Он хочет лично поблагодарить ее за то, что она вышла замуж за лорда Пембрука.

Клэр сделала шаг в сторону девушек, но здравомыслие заставило ее остановиться. Ей необходимо было найти Эмму, а не тратить впустую драгоценное время на этих болтушек. По крайней мере они хотя бы не смеялись над тем, что она оказалась пешкой в игре Алекса.

Клэр вошла в шатер с закусками и поискала глазами Эмму. Не увидев кузину, она собралась было вернуться на вечеринку. И тут у нее внутри все похолодело. Эмма разговаривала с каким-то джентльменом под деревом. То был лорд Пол.

Она подлетела к девушке и, едва сдерживаясь, выпалила:

– Эмма, ты нужна леди Лене.

– Я сейчас пойду к ней. – Эмма повернулась к лорду Полу: – Может быть, как-нибудь на днях я смогу изучить вашу коллекцию книг по логике и философии.

– Леди Пембрук могла бы вас сопровождать, – заметил лорд Пол, не спуская глаз с Эммы. – Возможно, у меня найдется то самое первое издание, которое вы ищете.

– О, Клэр, пожалуйста, соглашайся.

Глаза Эммы вспыхнули. Действительно, Уильям был прав. Если его кузина хотела заполучить какую-то книгу, ничто в мире не могло ее остановить. Даже если это означало спровоцировать сплетни о том, что лорд Пол заинтересовался ею.

– Давай обсудим это позже, – предложила Клэр.

– Доброго вечера, лорд, – учтиво произнесла Эмма. – Надеюсь, что мы вскоре снова увидимся. Всегда приятно встретить человека, который разделяет мою любовь к книгам.

Лорд Пол изящно поклонился:

– Мне было приятно находиться в вашей компании, леди Эмма. Спасибо за то, что порекомендовали мне работы мистера Бентама. До встречи.

Каким-то образом лорд Пол преобразился за последние несколько недель. Он был одет в безукоризненно выглаженный, чистый костюм.

Клэр проследила взглядом за Эммой, которая вернулась к подружкам, прежде чем обратиться к лорду Полу. Что она в нем только нашла, когда согласилась стать его женой?

– Вы ищете себе подходящую невесту? Надеюсь, что вам не придется рассчитывать на благосклонность леди Эммы.

– Приветствую вас, леди Пембрук. – Он отвесил низкий поклон и ухмыльнулся. – Я думал, что вы будете счастливы видеть меня.

– Должно быть, вы получаете какое-то извращенное удовольствие, пытаясь рассердить меня своими действиями.

Ей не нужны были слухи, что она сошлась с лордом Полом или, боже упаси, сплетни, что это сделала Эмма. Если он считал, что сможет заполучить Эмму себе в жены, то ошибся. Клэр была готова сделать все возможное, чтобы этого не случилось. Она повернулась, собираясь уйти.

– Клэр, подождите, – его голос смягчился. – У нас с вами много общего. Больше, чем вы можете себе представить. Мы с вами стали жертвами манипуляций Пембрука.

Клэр презрительно посмотрела на него:

– Манипуляций? Это вы, сэр, являетесь мастером подобных дел.

Он подошел к Клэр и тихо произнес:

– Только не говорите мне, что Пембрук рассказал вам эту абсурдную историю о своей сестре. Вы мне кажетесь достаточно опытной женщиной, чтобы не верить в подобные вещи.

Клэр замерла:

– Я знаю, что вы способны на все, что угодно.

– Я не буду отрицать, что был знаком с ней. Черт подери! Мы с Пембруком были друзьями. Я не собирался предавать его. Я проснулся и обнаружил ее в своей постели. Она была в смятении и рассказала мне все. Я пытался урезонить ее, но все было бесполезно.

– О чем вы говорите?

После рассказа Сомертона и намеков на то, что произошло между лордом Полом и Алексом, Клэр хотела знать больше.

Лорд Пол резко расхохотался.

– Ваш муж безумен. Однажды вечером в Пемхилле я пошел спать, уже порядком надравшись. Когда я проснулся, Элис лежала рядом со мной. Она была беременна. Она попыталась выдать меня за отца ребенка. Увы, Пембрук имел несчастье поверить ее лжи.

Клэр почувствовала, что земля уходит у нее из-под ног.

– Не говорите такого.

– Я уверен, что не спал с ней, если вы подумали об этом. – Он тяжело вздохнул. – Он не поверил мне, когда я сказал, что отец не я.

Клэр задрожала и чуть не рухнула на землю. Лорд Пол вовремя успел поддержать ее. Боже, это был просто какой-то кошмар!

– Вам следует спросить, откуда Пембрук узнал, сколько денег я проиграл и как у него получилось в тот же вечер прийти вам на помощь.

Клэр замерла, словно заяц, попавший в силки.

– Что вы хотите сказать?

– Он решил забрать вас у меня, отомстив таким образом за Элис. Не успели высохнуть чернила на наших бумагах, удостоверяющих помолвку, как Пембрук распорядился, чтобы ростовщики дали мне неограниченный кредит для моих картежных экспериментов. Все, что они хотели взамен, так это узнать подробности о наших приготовлениях к свадьбе. Ваш муж поддержал меня, чтобы позже раздавить, словно жука.

Клэр прислонилась плечом к стволу дерева, чтобы не упасть. Она узнала о плане мести от самой жертвы, от лорда Пола.

– И знаете, что потребовал Пембрук в обмен на то, чтобы простить мне долг? Он сказал, чтобы я немедленно разорвал нашу помолвку. Он явился к вам на балу у леди Энтони в образе рыцаря в сверкающих доспехах. – Лорд Пол бросил на нее быстрый взгляд. – Хотите знать правду?

Его слова причиняли боль. Клэр даже не могла представить себе, что ей придется так нестерпимо страдать. Она посмотрела на лорда Пола, не в силах ничего ответить.

– Он верил в то, что поступает справедливо. Ему было все равно, кого использовать. Он использовал даже вас. Дорогая, вы такая же жертва, как и я. Возможно, вы пострадали больше меня.

– Прекратите. Мы с вами прекрасно знаем, что Пембрук не держал пистолет у вашего виска. Вы бросили все, включая меня. Я должна благодарить его за то, что он спас меня от вас после того, как вы сказали ему, что мы были любовниками.

– Простите, мне не следовало говорить этого. – Лорд Пол закрыл глаза и тряхнул головой. – Никто не знает, что я потерял. Дело даже не в деньгах. Когда я приезжал к вам в Лэнгем-холл, я говорил правду. Я хотел жениться на вас. Я видел, какая вы, задолго до того, как общество признало вас. – В его голосе звучала нежность: – Клэр, я бы любил вас и наших детей.

Клэр притронулась к своему обручальному кольцу, словно ища у него защиты от этих слов.

– Пожалуйста, не надо.

Глубоко вздохнув, он продолжил:

– Я бы любил вас, как никто другой. Пембрук не в состоянии дать вам этого. В его высохшем сердце не осталось для вас места.

Клэр замерла. Она боялась, что не сможет сдержаться и разрыдается.

– Ни в ваших, ни в моих силах изменить прошлое. Все кончено.

Она повернулась, чтобы уйти, но он схватил ее за руку, не дав сбежать.

– Клэр, бросьте его. Сообщите обществу, что вы покончили с его ложью. Позвольте дать вам ту жизнь, которую вы заслуживаете, – хриплым голосом сказал лорд Пол.

– Еще один план мести, милорд? – Она отошла от него, надеясь, что его слова не причинят ей новой боли. – Я не верю ни вам, ни ему. Нет, спасибо.

– Хорошо подумайте, прежде чем отказываться. И еще кое-что, – торопливо добавил он. – В тот ужасный день, когда в «Уайтсе» было заключено пари, меня не было в городе. Я ездил в Лит[8] по делам.

Клэр бросила взгляд на гостей, бродивших по саду. Их смех и разговоры слились в единый гул. У Клэр зазвенело в ушах.

– Приезжайте ко мне вместе с леди Эммой, когда сможете. Я буду рад вас видеть. – Он поклонился. – Я ненамеренно причинил вам боль своими действиями. Мне очень жаль, Клэр.

Его слова повисли в воздухе. Клэр отвернулась. Никто на вечеринке у леди Баррингтон не знал, что в этот момент ее сердце разбилось на тысячу осколков. Она сильно прикусила нижнюю губу, но только через несколько мгновений почувствовала привкус крови.

Клэр посмотрела на яркую луну, повисшую на небе. Вся ее жизнь перевернулась, потому что Алекс захотел мести. Если бы ее ударили раскаленной кочергой, боль была бы не так сильна, как те страдания, которые ей довелось пережить.

Она всегда надеялась, что они с Алексом найдут общий язык, но теперь поняла, что ничего не значила для него. Она услышала правду, когда он разговаривал с Сомертоном. Он всерьез рассматривал возможность их развода. Возвращаясь к гостям, Клэр чувствовала, как внутри нее бурлят эмоции. В конце концов ее боль превратилась в тугой комок, который она затолкала в самый глухой уголок своей души. Она не хотела признавать, что во всем было виновато проклятие. Сама мысль об этом давала проклятию и Алексу слишком большую власть над ней.

За все эти годы, когда ей приходилось иметь дело со слухами о ней и ее проклятии, распространяемыми в высшем свете, Клэр получила определенную пользу. Она научилась скрывать свои эмоции. Было легко делать вид, что ты наслаждаешься приятным вечером, если это был единственный способ выжить.

***

Укрывшись за зарослями ухоженного самшита, Алекс ждал, казалось, целую вечность, пока лорд Пол закончит разговор с его женой.

Вечер медленно сменился ночью с привычной для Лондона сыростью. Алекс не обращал на это внимания, поскольку полностью сосредоточился на Клэр. Она общалась с гостями, нигде надолго не задерживаясь, если не считать продолжительной беседы с лордом Полом. Она гуляла по парку, стараясь не терять Эмму из виду.

Несомненно, лорд Пол ей все рассказал. Алекс закрыл глаза и затаил дыхание, пытаясь совладать с чувствами. Он сам должен был это сделать.

Он получил приглашение на вечеринку у леди Баррингтон, несмотря на то, что ему не очень-то были рады. Благодаря происхождению и титулу Алекса всегда приглашали на подобные мероприятия. Если бы он появился в толпе, лорд Пол не посмел бы приблизиться к Клэр. Он снова допустил ошибку. А ведь эта вечеринка была отличной возможностью помириться с Клэр.

За последние несколько дней он перечитал все газеты в поисках любого упоминания о своей жене. О ней писали каждый день. Лондон хотел знать, на какие балы она ходит, что надевает. Публика даже хотела знать, кто приглашает ее на вальс. Алекс грустно улыбнулся. Маркиза Пембрук пользовалась бешеным успехом. Дело было не в нем и не в их нынешних отношениях. Хотя в обществе знали, что они не живут вместе, причина такой популярности оставалась загадкой. К счастью, никакие подробности их отношений не просочились в прессу. О проклятии тоже никто не писал.

Он должен быть благодарен Сомертону за то, что тот помог ему прийти в себя после двухдневного запоя. Когда он снова смог нормально соображать, то сразу же придумал план, как вернуть жену домой. Он собирался посетить Лэнгем-холл. Он хотел встретиться с Клэр, извиниться за то, что она услышала в его разговоре с Сомертоном, объяснить все и попросить вернуться домой. Он не успокоится, пока снова не обнимет ее.

Ему следовало встретиться с ней сразу же по приезде в Лондон. Он потерял драгоценное время, жалея себя и пытаясь найти правильные слова. Теперь ему еще нужно было как-то объяснить все то, что сказал ей лорд Пол. Не говоря уже о том, что ему необходимо было решить вопрос с мистером Миллсом.

От мыслей о Клэр у него пересохло в горле. Она понимала его боль от потери сестры. Клэр утешала его, когда он открыл для себя, что Элис была не такой, какой казалась ему. Клэр ценила то, что было важно для него, – его семью, Пемхилл и его обитателей. Ее личность и деловая хватка идеально подходили ему. Она занималась с ним любовью, не ставя никаких дополнительных условий. И он позволил ей уйти, не попытавшись остановить. Как он мог допустить такое?

Было лишь одно решение.

Он постарается вернуть ее или погибнет.

***

– Мистер Миллс, к вам пришел маркиз Пембрук.

Молодая служанка провела Алекса в скромный кабинет. Она чуть не врезалась в Пембрука, спеша побыстрее выйти.

Он ожидал, что его появление произведет впечатление на Джейсона Миллса, который сидел за большим дубовым столом, заваленным счетами и бухгалтерскими книгами. Молодой человек отреагировал на приход Алекса очень бурно.

– Милорд? – Миллс резко вскочил на ноги, опрокинув стул на пол и посмотрев на руки Пембрука.

Алекс так много хотел узнать у этого парня. Он поднял руки, показав, что у него нет с собой оружия. Миллс стоял, настороженно глядя на Алекса. Если он знал правду, это должно было серьезно облегчить ему задачу. Джейсон Миллс был важен для Элис, и к концу своего визита Алекс надеялся, что он будет лучше понимать мотивы сестры.

– Пожалуйста, может, присядете?

Молодой человек прокашлялся и поднял свой стул. По его виду было понятно, что Алексу придется приложить немало усилий, чтобы чего-то добиться от него.

– Спасибо. – Как он мог заставить молодого человека принять его извинения? Как они могли найти общий язык после того, как Алекс прогнал его из Пемхилла? – Я пришел просто поговорить.

Миллс тяжело вздохнул.

– Я хочу извиниться за то, как ужасно обошелся с вами в Пемхилле. – Алекс провел ладонью по волосам, отчаянно пытаясь придумать, как перевести разговор на Элис. – Если бы не моя жена, я не уверен, что мы бы сейчас сидели здесь.

Миллс нахмурился.

– Я прошу прощения за свое поведение. Смерть Элис все еще…

– Я уверен, что вы были так же убиты горем, как и я. – Миллс помрачнел. – Хотите бренди?

Меньше всего сейчас Алексу хотелось бренди.

– Нет, спасибо.

Миллс снова кивнул. Он заметил боль в глазах Алекса и бледность его лица, говоривших о том, что брат Элис продолжал скорбеть. Алекс выдохнул, чувствуя, как боль проникает в грудь. Если он потеряет Клэр и больше не сможет видеться с ней, он будет уничтожен. Если Миллс испытывает похожую боль, Алекс был готов сделать что угодно, чтобы помочь ему. Пытаясь скрыть смущение, он наклонил голову и посмотрел на свои руки, которыми обхватил колени.

– Я здесь из-за Элис, – заявил Алекс.

– Не могу поверить, что ее больше нет. – Миллс откинулся на спинку стула. – Вы можете рассказать мне о ее последних днях? – Миллс посмотрел на Алекса, словно этот разговор давал ему облегчение. – Она страдала?

Алекс моргнул. Он не был готов к такому вопросу. Ему и в голову не приходило, что Миллс может такое спросить. Если бы он рассказал ему всю правду, это могло бы убить его на месте.

– Не физически. Она пошла спать и больше не проснулась.

– Мне не следовало оставлять ее. Не надо было уезжать за границу зарабатывать деньги. По крайней мере мы бы провели больше времени вместе.

– Расскажите мне… как вы познакомились с Элис.

Взгляд Алекса затуманился от воспоминаний. Он вспомнил, как Элис зашла в амбар, ни на кого не обращая внимания. Несколько часов спустя она вышла из него с пылающим лицом.

– Я слышал, что у вас в кузне платят вдвое больше, чем в других местах. После работы я приходил к вам в конюшню и делал всякую работу, надеясь, что мне предложат пойти к вам на службу. Я познакомился с вашей сестрой в первую же неделю. Она хотела спасти котенка, который забрался на верхний этаж амбара. – Миллс поморщился. – Я предложил помощь. Я влюбился в нее с первого взгляда. Она, возможно, до сих пор была бы жива, если бы я не…

– Миллс, мы никогда не знаем, к чему может привести наше решение. – Боже, как жаль, что Клэр не было рядом. Она бы нашла слова, чтобы утешить его. – Возможно, никто не смог бы остановить Элис от того, что она сделала.

– А что она сделала? – Миллс посмотрел на Алекса.

Пембрук растерялся.

– Милорд?

Алекс тяжело и быстро задышал. Миллс должен был знать правду.

– Элис… Элис была беременна. Она покончила жизнь самоубийством и оставила мне записку.

Тишину нарушил скрип стула, на котором сидел Миллс. Молодой человек зарыдал.

– Ребенок? – Он закрыл лицо ладонями. – Что я наделал! Я убил ее.

– Вы не убили ее, – шепотом возразил Алекс.

– Вы должны были пристрелить меня. Боже, жаль, что вы не…

– Джейсон, послушайте меня. Я думал так же, как вы, и винил во всем себя. У нас нет ни ответов, ни объяснений. Это был выбор Элис.

Молодой человек сглотнул.

– Я часто писал ей, рассказывая о своих путешествиях. Каждый раз я подчеркивал разные буквы, чтобы, если выставить их в ряд, получалась фраза «Я тебя люблю». Я боялся, что вы прочтете мои письма и быстро выдадите ее замуж до моего возвращения.

– Умно. – Алекс слабо улыбнулся. – Вам не о чем было волноваться. Я не спешил выдавать ее замуж.

– Я с радостью поменялся бы местами с дьяволом, если бы это помогло вернуть ее. Я бы отдал все, лишь бы она была в безопасности. – По щеке Миллса скатилась слеза. – Я любил ее сильнее жизни.

Каждое слово Миллса пронзало сердце Алекса. Он видел, каким преданным его сестре был этот молодой человек. Он, Алекс, сделал бы то же самое для Клэр. Он бы отдал все. Однако хватило бы ему ума понять это, если бы этого разговора не было?

Он так сильно стремился отомстить за смерть Элис, что не заметил того, что все это время было у него перед глазами. Он не внял поучениям и советам Сомертона, и зря. Он был заносчивым глупцом. Он получил от Провидения великий дар, который освободил его от ежедневной боли. Он нашел свое освобождение. Он нашел Клэр.

Он так много времени потратил на месть. Лучше бы он попробовал найти способ оправиться после смерти Элис, или помог Дафне и матери в это ужасное время, или потратил время на Клэр и их брак, вместо того чтобы заниматься разрушением. Ему следовало созидать и строить их совместную жизнь. Впервые за прошедший год Алекс четко увидел ситуацию, в которой оказался.

У его боли была лишь одна причина.

Он любил ее. Он дышал ради Клэр. Без нее в его жизни не было больше ни радости, ни покоя. Потерять ее означало для него потерять смысл жизни.

Именно это Миллс потерял со смертью Элис. Он был опустошен и мог никогда не оправиться от этого удара.

Миллс уставился в потолок, но агония, застывшая в его покрасневших глазах, навсегда отпечаталась в памяти Алекса.

– Элис помогла мне стать лучше, подарив свою любовь. Она так верила в меня.

– Вам повезло получить такой дар.

Сердце Алекса сжалось, словно его сдавила невидимая рука. Клэр была таким же даром для него. Если ему удастся снова завоевать ее любовь, он больше никогда не подведет ее.

Миллс устало вздохнул.

Алекс подошел к нему и протянул руку.

– Но Элис повезло, что вы появились в ее жизни. Теперь я это знаю.

– Спасибо, милорд.

– Позвольте мне помочь вам. Мой друг лорд Сомертон обладает отличной деловой хваткой. Он может познакомить вас со своими деловыми партнерами. Вам будет намного проще добиться здесь успеха. Пожалуйста. Элис хотела бы, чтобы я помог вам всем, чем могу.

В ответ Миллс встал и посмотрел на руку Алекса. Его усталость уступила место печали.

– При одном условии.

– Назовите его.

– Я хочу поехать в Пемхилл и посетить могилу любимой, – ответил Миллс.

У Алекса перехватило дыхание и увлажнились глаза, когда он услышал нежность в голосе Миллса.

– Я сообщу, что вы приедете. Вы можете жить в Пемхилле столько, сколько захотите.

– Вы очень добры.

– У меня тоже есть одно условие, – добавил Алекс.

Миллс склонил голову набок и посмотрел на Алекса.

– Я надеюсь, что вы забудете о моих ошибках и будете считать меня своим другом.

Лицо Миллса немного посветлело, и он улыбнулся, хотя это едва ли можно было назвать улыбкой. Он кивнул.

– Сомертон будет ждать от вас весточки. – Алекс пожал руку Миллса. – Прежде чем я уйду, хочу поблагодарить вас. Вы мне преподали сегодня хороший урок.

Его сестра любила этого человека. Она была слишком юной, чтобы справиться с беременностью вне брака, она не обратилась к брату за помощью. Он не совершит такой же ошибки с Дафной. Он будет больше времени уделять сестре и ее интересам.

Самым важным уроком, который он получил, было то, что он понял, как сильно любит жену. Она подарила ему надежду, и он почувствовал, что способен снова любить. Он не потеряет больше ни единой секунды на месть. У него были намного более важные дела. Он должен показать ей, что искренне хочет заботиться о ней и сделать ее счастливой.

***

Вернувшись домой, Алекс надел дорогой костюм, чтобы отправиться в Лэнгем-холл. Он больше не будет пренебрегать интересами Клэр. Она была его женой, и он будет умолять ее вернуться к нему.

Спустя несколько минут после его появления Питтс лично открыл ему дверь. Услышав холодное приветствие дворецкого, Алекс понял, какой прием его ждет.

Войдя в желтую гостиную, Алекс начал нетерпеливо мерить комнату шагами, ожидая прихода Клэр. Он не уйдет, не убедив ее, что сильно любит ее.

Через несколько минут вошел герцог Лэнгем в сопровождении лорда Маккалпина и лорда Уильяма. Их лица потемнели от гнева, а голубые глаза метали гром и молнии. Казалось, что они были готовы разорвать его на куски в мгновение ока.

Алекс не удивился их реакции.

– Доброе утро, ваша светлость. Я пришел к Клэр.

Ответ не заставил себя ждать. Герцог Лэнгем был страшен в гневе. Алекс не раз слышал его пламенные речи в палате лордов, поэтому ожидал от него чего угодно. Кроме удара кулаком в подбородок.

Алекс согнулся пополам.

Он был ошеломлен. Став на четвереньки, он тряхнул головой, чтобы прийти в себя. Затем, выпрямившись, он принял мудрое решение не защищать себя. Лэнгем снова замахнулся и ударил его в живот. У Алекса перехватило дух. Он сильно закашлялся, пытаясь восстановить дыхание.

Наконец герцог обратился к нему:

– Неужели вы думали, что сможете использовать мою племянницу, урожденную Кавеншем, и выйти сухим из воды? Пембрук, вы испытываете наше терпение. Питтс проводит вас.

– Ваша светлость, я пришел увидеться с женой и забрать ее домой, – тяжело дыша, прохрипел в ответ Алекс.

Он не собирался уходить без Клэр. Ни секунды не колеблясь, герцог схватил его за галстук и ударил по лицу кулаком.

Голова Алекса резко дернулась. Когда он очнулся, во рту появился медный привкус крови, а лицо занемело.

– Себастьян, прекрати! – крикнула вбежавшая в комнату герцогиня и схватила мужа за руку.

– Джинни, я не пущу его к ней! – взревел герцог.

У Алекса перед глазами поплыли разноцветные круги. Он с трудом поднял голову и увидел Клэр. На мгновение он перестал дышать. Она была еще красивее, чем он помнил. Если бы он мог прикоснуться к ней хотя бы на секунду, то умер бы безо всяких сожалений. Он достал платок и вытер испачканный кровью рот. Алекс замотал головой, пытаясь прийти в себя.

Их взгляды встретились. Не обращая внимания на остальных, Алекс обратился к ней:

– Клэр, мне очень жаль… – Он запнулся, проглотив сгусток крови. – Мы можем поговорить наедине?

– Джинни, забери ее отсюда. Немедленно! – заорал герцог.

Клэр сделала шаг в сторону Алекса.

– Алекс? – Ее взгляд смягчился.

В ее глазах он заметил беспокойство. Это был знак с небес.

– Немедленно! – повторил герцог.

Надежда исчезла, когда герцогиня вывела Клэр из комнаты. Алекс поморщился, и ему показалось, что вся левая сторона его лица помертвела. Прием оказался жестче, чем он предполагал.

Герцог положил конец страданиям Алекса.

– Пембрук, эта история задевает лично меня. Я способствовал этому браку.

Алекс тяжело откашлялся. Ему было больно шептать, не говоря уже о том, чтобы говорить достаточно громко, чтобы его услышал герцог.

– Со всем уважением, но она моя жена.

Ярость герцога не ослабевала.

– Ты не увидишь ее после того, как все испортил. Мои адвокаты изучают каждый параграф, каждое предложение и каждое слово наших договоренностей, подготавливая судебный иск против тебя. Если моя племянница не захочет иметь с тобой ничего общего, я поддержу ее, где бы она ни жила. Ты больше за нее не в ответе.

Герцог выпрямился и быстро вышел.

Дела Алекса не улучшились, когда он перевел усталый взгляд на Маккалпина и лорда Уильяма. Он ждал, размышляя о том, что же они подготовили для него. Когда молчание затянулось, Алекс спросил:

– Я полагаю, что вы хотите что-то добавить от себя?

– Пембрук, мы пропустили отца вперед, – тихо произнес Маккалпин. – Признаться, я выиграл неплохую сумму на той ставке в «Уайтс», но ты пытался опорочить имя моей кузины и моей семьи. Мне бы следовало оторвать тебе руки и ноги и скормить собакам. Я не убью тебя. Однако гарантирую, что ты пожалеешь, что не умер.

Лорд Уильям был еще более красноречив, чем его брат:

– Когда он закончит с тобой, я с радостью продолжу. Я потащу твою унылую задницу в поместье Маккалпина и продержу там всю ночь. Уверен, что потом это истолкуют как самооборону.

Они вышли, не посмотрев на Алекса. То, как его приняли, Алекса не удивило, но он не думал, что Лэнгем не позволит ему увидеться с Клэр. Если бы они поговорили наедине, он бы смог убедить ее вернуться домой.

Чтобы помириться с женой, ему надо было увидеть ее. Возможно, ему придется начать внимательнее читать газеты. Он будет ходить на балы и прочие светские увеселения. По счастливому стечению обстоятельств он жил рядом с Лэнгем-холлом. Это давало ему возможность следить за жизнью его обитателей.

***

Клэр было очень тяжело, когда она вышла из гостиной, оставив Алекса лежать на полу. Ей очень хотелось подбежать к нему и заняться его ранами. Но если бы она так поступила, дядя снова начал бы избивать его. Клэр сомневалась, что Алекс смог бы еще долго выдерживать ярость герцога.

Его лицо и жилет были залиты кровью. Алекс тяжело и прерывисто дышал. Может, у него сломаны ребра? Клэр выглянула в окно, пытаясь совладать с беспокойством. Алекс вышел из дома и посмотрел в сторону второго этажа. Клэр не сдвинулась с места, поскольку он не знал, где находится ее комната. Но Алекс посмотрел прямо на нее и криво улыбнулся.

Кто-то обнял ее за талию. Эмма прижала ее к себе и сказала:

– Твой муж все равно красивый, даже несмотря на то, что ему немного испортили лицо. Главное, что нос остался цел.

– Ты думаешь, что с ним все в порядке?

– Думаю, да. Он вышел из дома сам. – Эмма завела ее в соседнюю комнату. – Может, пройдемся по магазинам? По книжным, – быстро добавила она.

– В другой раз.

Клэр ни за что не призналась бы в этом, но ей было приятно, что Алекс пришел за ней. То, что он явился в Лэнгем-холл, подтверждало его чувства к ней. Однако именно она осталась обманутой в этой ситуации. Только она считала их брак чем-то реальным.

Маккалпин и Уильям встали, когда в комнату вошли девушки. Маккалпин взял Клэр за руку.

– С ним все будет в порядке.

Она высвободила руку и подошла к окну, чтобы еще раз посмотреть на мужа. Уильям проследил за ее взглядом. Он взял Клэр за подбородок и заглянул ей в глаза.

– Скажи мне, что ты хочешь, и я позабочусь об этом. Он не причинит тебе больше вреда.

– Я не уверена, чего хочу, но не позволю, чтобы с ним снова так обошлись.

Она посмотрела на кузенов.

– Клэр, – проворчал Уильям, – ты портишь все удовольствие.

– Давайте пойдем в «Хэйлис Хоуп». Я купила копию судового журнала капитана Кука, в котором он описывает свое первое путешествие вокруг света. – Эмма дернула Клэр за руку. – Мистер Напьер попросил, чтобы в следующий раз я прихватила ее и привела тебя. Тебе нужно подышать свежим воздухом, разве нет?

Маккалпин взял Клэр за другую руку.

– Мы поедем с вами.

Спустя четверть часа четверка вошла через широкие деревянные двери в «Хэйлис Хоуп». На какое-то время постоянное напряжение, в котором Клэр находилась все последние дни, покинуло ее. Она приятно проводила время с воспитанниками приюта, сосредоточившись на их рассказах и отбросив всякие мысли об Алексе и его визите в Лэнгем-холл.

Уильям ни на секунду не отходил от нее. Он пытался всячески веселить ее, рассказывал детям смешные истории из их жизни. Громкий смех детворы и остроумные замечания Маккалпина и Эммы, которые составили им компанию, отвлек ее от горестных мыслей.

Позже Клэр удалось уединиться у себя в кабинете, где она немного поработала над письмами для сбора денег на приют. Стук в дверь отвлек ее. Уилл заглянул в кабинет и улыбнулся. Быстро посмотрев на часы, Клэр обомлела. Она не заметила, как за работой пролетели два часа.

– Спасибо, Уильям, – поблагодарила она. – Мне нужно было побыть здесь сегодня.

– Мне всегда приятно находиться в твоей компании. – Он склонил голову набок. – Я надеюсь, что это не мои истории заставили тебя тут спрятаться?

Клэр вздохнула с довольным видом:

– Как раз напротив. Они напомнили мне обо всех тех приятных моментах, которые я пережила после того, как начала жить с вами.

– Ты любишь его? – прямо спросил Уильям.

Клэр кивнула. Другого ответа у нее просто не было.

– Значит, в нем есть что-то такое, что заслуживает твоей любви.

По возвращении домой Клэр послала Айлин к тете Джинни, чтобы сообщить ей, что не поедет на бал вечером. Получив небольшую передышку в приюте, Клэр не желала тратить время на еще одно бесполезное мероприятие.

Ей хотелось провести это время с семьей. Умиротворению, которое она получила в «Хэйлис Хоуп», суждено было исчезнуть с наступлением ночи. Все ее мысли снова были заняты Алексом.

Глава тринадцатая

На следующее утро Алекс последовал за Клэр на Роттен-Роу[9]. Ему понадобилось много времени, чтобы обогнуть парк. Он потратил его, придумывая, как будет извиняться перед женой. Он не мог упустить этот случай, потому что там ее семья точно не должна была им помешать.

Алекс глубоко вздохнул. Впереди показалась конная тропа. Подъехав к парку, он увидел неожиданную картину. Сидя на лошади, Клэр что-то оживленно обсуждала с лордом Полом.

Алекс осторожно выехал из тумана. Дернув поводья, Клэр поехала прочь в сопровождении Чарльза. Алекс дернул ногой, собираясь помчаться за ней, но неожиданная мысль помешала ему. О чем она могла разговаривать с ним?

Алекс нахмурился и, холодно глядя на лорда Пола, подъехал к нему. Его покрытое синяками лицо было напоминанием о холодном приеме в Лэнгем-холле. Оно должно было заставить лорда Пола трепетать.

Лорд Пол окинул Алекса внимательным взглядом.

– Какое у тебя разноцветное лицо. Это подарок от жены? Эти яркие цвета на твоей физиономии значительно улучшили твой внешний вид.

– Не приближайся к моей жене.

Лорд Пол рассмеялся, но в его голосе не было и тени веселья.

– Твоя жена предпочитает тебе мою компанию. Некоторые вещи не меняются. – Он склонил голову набок и подъехал ближе к Алексу. – Пембрук, тебе не следовало манипулировать моей жизнью и жизнью Клэр. Ты заплатишь за это годами страданий.

Если бы лорд Пол знал, как сильно страдал Алекс, он наверняка остался бы доволен.

– То, что уже случилось, не изменить. Давай двигаться дальше… – Алекс запнулся, но, сжав ладонь в кулак, заставил себя продолжить: – Мне стали известны новые факты о том, что случилось с Элис. Исходя из них, я понял, что неправильно истолковал ваши с ней отношения.

– Так вот оно что… – Презрительная усмешка на лице лорда Пола не смогла скрыть боли в глазах. – Ты считаешь, что этот широкий жест способен все исправить?

– Нет. – Он был должен лорду Полу нечто большее, чем просто извинения, но это было сложно выразить словами. – Документы на Уиллоу-хаус будут возвращены тебе до конца дня.

– Надо же, ты решил одуматься! К сожалению, ты всегда приходил на вечеринки слишком поздно. – Утреннее солнце придавало лицу лорда Пола зловещее выражение. – На днях у леди Баррингтон я предложил твоей жене переехать ко мне. Сегодня утром мы обсуждали детали.

– Я тебе не верю.

Алекс не хотел даже думать о таком. Подобные мысли поднимали в его душе бурю возмущения. Он был готов драться за Клэр до конца.

– Сделай всем одолжение и подай в парламент прошение о разводе. Я женюсь на ней и обеспечу ей ту жизнь, о которой она всегда мечтала. Я даже помогу тебе. Я скажу всем, что мы любовники. Благодаря тому, что мы с ней происходим из герцогского рода, нам не страшен скандал. – Лорд Пол серьезно посмотрел на Алекса. – Через пару лет все забудут об этом досадном инциденте.

Искренность в его голосе разозлила Алекса.

– Я лучше умру и встречу тебя в аду, чем позволю этому случиться. Возможно, нам нужно просто решить этот вопрос на каком-нибудь поле.

– Когда-то ты сам учил меня, что лучше наблюдать, как страдает твой противник.

Лорд Пол натянул перчатки.

– Если ты думаешь, что я позволю тебе сблизиться с моей женой, то считай, что тебе обеспечено место в Бедламе[10].

– Посмотрим. – Лорд Пол пришпорил коня, проехал несколько метров, потом повернулся к Алексу и добавил: – Вступив на этот путь, ты вырыл мне могилу. Надеюсь, что теперь ты вырыл еще одну. Она тебе понадобится больше, чем мне.

Коротко кивнув, лорд Пол ускакал прочь.

Слова лорда Пола жгли, словно каленое железо. Алекс вздохнул. Боже, а что, если он не врал? Если Клэр действительно хотела жить с лордом Полом? Думать о последствиях ему не хотелось.

***

Клэр резко осадила коня, глубоко вдохнула и спряталась в маленькой роще. Ее жизнь рушилась на глазах. Один мужчина хотел сделать из нее любовницу. Другой хотел ее видеть своей женой лишь для того, чтобы она служила ему орудием мести. Ради себя самой ей нужно было сбежать от лорда Пола и попытаться сдержать слезы, которые угрожали вот-вот брызнуть из глаз.

Щебет птиц отвлек ее на некоторое время. Наконец она приняла правду такой, какой она была. Клэр не могла отрицать, что влюблена в Алекса и что она всегда будет хотеть его. Одиночество угрожало поглотить ее.

В груди что-то сжалось, и она всхлипнула. Клэр быстро задышала, но все равно продолжала всхлипывать. Внезапно у нее началась неудержимая икота, которая переросла в нервный смех. Истерически смеясь, Клэр склонила голову, чтобы уменьшить боль в груди. Не в силах контролировать эмоции, она сползла с лошади и рухнула на кучу травы.

Когда она попыталась встать, рядом послышался голос Алекса:

– Клэр, что вы делаете?

– Алекс?

Откуда он тут взялся? Она вытерла слезы затянутой в перчатку рукой. Мягкая кожа плохо заменяла салфетку. Лихорадочно пытаясь встать, Клэр случайно наступила на подол юбки, споткнулась и начала падать. Ожидая резкой боли от удара о землю, она внезапно оказалась в его объятиях. Это было прекрасно, пока она не посмотрела ему в лицо.

Покрасневшее, с темными синяками на левой щеке, оно заставило ее отшатнуться и сделать шаг в сторону.

– Вы собираетесь принять его предложение? – Алекс окинул ее взглядом с головы до ног. Его глаза зло сверкнули.

– Чье?

– Лорда Пола. – Его ноздри раздувались от гнева. – Я не дам вам развода.

– Нет. Я бы никогда не опозорила ни вас, ни наши семьи. – Все ее чувства внезапно переросли в гнев, которого она никогда прежде не испытывала. – Вы не имеете права обвинять меня в поведении, присущем вам!

Алекс удивленно посмотрел на Клэр:

– На что вы намекаете, мадам?

Клэр вспыхнула от негодования:

– На то, что вы врете, обманываете, плетете интриги. Мне продолжать? Наш брак строится на лжи и вашей жажде мести.

Алекс смешался и медленно наклонился к ней.

– Вы так считаете? Все в Пемхилле было ложью? – тихо спросил он.

Ее раздражение исчезло, словно стайка перепелов, вспугнутая охотником.

– Те несколько недель в Пемхилле были сказочными. Я мечтала о такой жизни. – Клэр рассмеялась, пытаясь сдержать слезы, выдававшие ее боль.

Он покачал головой:

– Клэр, послушайте меня. Вы неправильно поняли.

– Я так вам верила. Я отдала вам свое сердце и душу. – Она сглотнула. Птицы пели в листве, как бы подбадривая ее. – Я поведала вам о секретах, о которых никто не знал, так как… – Она запнулась, потому что не могла сказать, что любила его. – Но все это для вас ничего не значило. Вы просто хотели уничтожить лорда Пола.

В Пемхилле она стольким поделилась с Алексом! И к чему ее это привело? Она доверилась человеку, который обманом вынудил ее выйти за него замуж. К счастью, она открыла Алексу не все секреты.

– Я больше не понимаю, что происходит между нами. – Она глубоко вздохнула, пытаясь закончить мысль. – Я думала, что понимаю, но теперь…

Алекс отпрянул, как будто слова жены причинили ему физическую боль.

– Клэр, прекратите.

Клэр с трудом подняла голову и посмотрела ему в глаза.

– Я понадобилась вам как орудие мести. Если бы вы хотели жениться на мне, чтобы расширить свои владения и увеличить богатство, я бы поняла вас. – Она шмыгнула носом, хотя это было неприлично для леди. – Аристократы так поступают постоянно. – Она поморщилась и заморгала. – Я была такой глупой. Я считала, что наша жизнь состоит не только из финансовых расчетов. Оказалось, что все намного хуже. Наш брак основан на ненависти и мести.

– Я никогда не собирался навредить вам. – Он погладил ее по щеке. – В Пемхилле мы строили нашу жизнь. Мы работали над нашим будущим и будущим нашей семьи. Разве вы не были счастливы?

Его тихий, вкрадчивый голос заставил ее подойти ближе.

– Да, но как долго это могло продолжаться? – Клэр почувствовала, что краснеет. – Сколько раз я начинала верить мужчине, а потом была обманута? – Она закрыла глаза и покачала головой, пытаясь справиться с замешательством и унижением. – Снова и снова мне приходилось заново собирать себя по кусочкам. Не знаю, смогу ли я сделать это еще один раз.

Алекс наклонился к Клэр и внимательно посмотрел ей в глаза.

– Пожалуйста, я схожу с ума. Я больше не могу ни спать, ни думать. Почему вы были с лордом Полом? – тихо спросил он.

– Я случайно увидела его. Можете спросить Чарльза, если не верите. – Клэр почувствовала прилив сил. – Он играет с вами, а вы позволяете ему это делать.

– Вы неправы. Если бы я поверил ему, то не стоял бы здесь.

Алекс провел рукой по лицу и поморщился, задев ссадину.

Клэр инстинктивно протянула руку к его лицу, но он отстранился.

– Вам больно?

Он невесело рассмеялся:

– Это не то, что вызывает боль. – После длинной паузы, во время которой он, казалось, пытался справиться со своими эмоциями, Алекс произнес тихим, полным нежности голосом, словно уговаривая ребенка: – Давайте поедем обратно в Лэнгем-холл и соберем ваши вещи. Я хочу забрать вас домой.

Его простая просьба вызвала у Клэр бурю негодования, порожденную ощущением собственного бессилия.

– Да вы сами себя слышите? Вы даже не пытаетесь объяснить свои действия или извиниться за то, что сделали. Вы не видите своей ошибки! Неужели вы настолько надменны и самолюбивы, что не понимаете, что я не поеду с вами в Пемхилл лишь потому, что вы этого хотите? – Она старалась не выказывать раздражения, не нарушать приличий, но это оказалось выше ее сил. – Я больше не знаю, чего я хочу. Но я попытаюсь выяснить это здесь, в Лондоне.

Он взял ее за подбородок и посмотрел в глаза. Сердце Клэр замерло. Он хотел поцеловать ее.

– Позвольте мне все исправить. Дайте мне шанс.

Клэр была очарована им. Она ждала прикосновения его губ, но в последний момент здравый смысл взял верх и она отстранилась. Скрип сбруи развеял чары. Чарльз сидел на своей лошади, держа поводья Гермеса. Клэр поняла, что он все слышал. Покраснев, парень слез с лошади, стараясь не смотреть на них.

Алекс опомнился первым.

– Позаботься о маркизе. Сопровождай ее в городе. Помоги ей взобраться в седло. – Потом он нагнулся к ней и прошептал на ухо: – Это ненадолго, миледи.

С помощью Чарльза Клэр забралась в седло. Ее измученное сердце быстро забилось, когда она увидела, как легко и непринужденно, что было дано немногим, Алекс запрыгнул в седло.

Клэр так быстро покинула рощу, словно за ней гнался Цербер, страж подземного мира. Она не оглядывалась.

***

Клэр почувствовала в воздухе сладкий запах роз. Питтс стоял у входа, держа в руках огромный букет из пятидесяти роз самых разных оттенков алого, красного и багрового цветов.

Тетя Джинни не могла скрыть восхищения:

– Питтс, какая красота! И столько оттенков. Это для леди Эммы?

– Нет, ваша светлость. Этот букет для леди Пембрук. К нему прилагается эта коробочка. – Питтс протянул букет и коробочку Клэр: – Коробочку доставили вместе с букетом, миледи.

На коробке ровным почерком Алекса было написано ее имя и титул. Клэр вдохнула аромат роз и задумалась.

– Питтс, распорядитесь отнести розы в мою комнату. Спасибо.

Он кивнул и пошел позвать слугу, чтобы выполнить поручение.

Клэр несколько секунд наслаждалась видом цветов. Они были великолепны. Крепкие, яркие бутоны источали изумительный аромат. Цвета букета говорили о страсти, желании и восхищении. По крайней мере Клэр надеялась, что так оно и было.

Ее тетя шепнула:

– Забери коробочку наверх и там открой. Не надо снова расстраивать Себастьяна. Потом расскажешь мне, что там было. Что написано в карточке, я знать не хочу. – Тетя Джинни понимающе улыбнулась.

Клэр побежала к себе в спальню. Когда ей принесли розы, она заперла дверь. Вдохнув еще раз аромат цветов, Клэр села у окна. Когда она вскрыла конверт, у нее замерло сердце, оттого что вместе с запиской ощутила его запах.

Простите меня. А.

Клэр не открыла коробочку сразу. Сначала она взвесила ее на руке и только потом медленно развязала ленту. Внутри лежал мешочек из синего бархата. Она достала его и вытряхнула содержимое на ладонь. Клэр открыла рот от удивления, когда увидела на ладони прекрасную золотую брошь в виде цветка чертополоха, украшенную розовыми сапфирами и бриллиантами. Драгоценные камни ярко переливались в свете солнечных лучей, проникавших в комнату.

Клэр осторожно положила брошь обратно в мешочек. Она вспомнила все события последних дней и снова задалась вопросом: почему Алекс так поступает? Он ужасно обошелся с лордом Барстоу. Он настаивал на том, чтобы она вернулась в Пемхилл. Но это было совсем не то, чего она ждала от него. Если ее муж считал, что букет и драгоценность избавят ее от причиненной им боли, значит, он был еще более самоуверенным, чем она думала.

Внутренний голос подсказывал Клэр, что ей необходимо более тщательно проанализировать его действия. Могла ли она надеяться, что он действительно хотел ее? Возможно, он понимал, что она была права и что ему следовало искупить свою вину. При этом ее неотступно преследовала мысль: если у их брака есть шанс на успех, она готова рискнуть.

***

Клэр устала жить в постоянных страданиях. Ей нужно было развеяться, поехать за город подышать свежим воздухом. Это помогло бы отвлечься от проблем или, во всяком случае, не думать о них постоянно.

Она зажмурилась от яркого солнца. Чарльз помог ей забраться в бричку. Легкий ветерок развевал ленты на ее шляпке.

– Вы готовы, миледи? – Чарльз сел рядом с ней и взялся за поводья.

Радость от того, что она скоро увидит старого друга, пьянила ее.

– Да. Я готова.

Лошадь резко сорвалась с места, и бричка покатила по дороге.

Через час они подъехали к небольшому аккуратному домику на окраине Лейтона. Клэр окинула взглядом красивый сад и зеленые поля, окружавшие коттедж. Вдохнув свежий запах травы, она почувствовала, что скучает по спокойствию Пемхилла.

– Чарльз, если хочешь, можешь пойти в таверну и пообедать. За мной зайдешь в три часа.

– Хорошо, миледи.

Клэр постучала в дверь. Когда ей открыли, Чарльз кивнул и уехал прочь.

Дверь еще не успела полностью распахнуться, а Люси Портер уже улыбалась ей.

– О Господи, леди Клэр! Вы так красивы! Заходите. – Миниатюрная Люси повернулась и крикнула куда-то в сторону кухни: – Дядя Роджер, вы даже не представляете себе, кто к нам приехал! – Заметив, что Клэр все еще стоит на пороге, она приветливо произнесла: – Заходите же, миледи. Если бы я знала, что вы приедете, я бы заварила чай.

Клэр крепко обняла ее:

– Люси, я вам не помешаю? Я хотела на денек сбежать из города.

Люси радостно улыбнулась:

– Дядя Роджер с удовольствием пообщается с вами.

Клэр вошла, сняла шляпку и поставила на стол корзину, которую прихватила с собой из Лэнгем-холла.

– Я привезла кое-что для мистера Джордона. Тут только его любимые закуски, включая сырные лепешки, которыми он подкармливал меня, когда я не хотела обедать.

Из гостиной послышался голос:

– Люси, это к нам леди Клэр приехала? Пускай заходит!

Клэр поспешила в гостиную. Ее старый друг уже ждал ее. Склонив голову набок, он пытался понять, откуда идет Клэр. Она протянула руку и сжала его ладонь.

– Мистер Джордон, вот я.

Встретив бывшего дворецкого своей семьи, она почувствовала облегчение. Роджер Джордон был дворецким при трех герцогах Лэнгемах. Он служил семье сорок восемь лет, пока ухудшившееся зрение не заставило его уйти на покой. Он получил хорошую пенсию от семьи Кавеншем за преданную службу, но Клэр частенько давала ему деньги лично от себя.

– Миледи, пожалуйста, садитесь. Я получил письмо от Питтса. Он пишет, что вы вышли замуж. Я хочу, чтобы вы мне все рассказали.

Глубокий баритон Джордона все так же вызывал у Клэр улыбку.

В комнату вошла Люси, неся в руках поднос с чаем и свежими сырными лепешками.

– Миледи, можно вас попросить разлить чай? Я опаздываю на встречу в деревне. Я хотела бы остаться с вами, но мне нельзя отменять визит к парикмахеру. Если она обидится, не видать мне нормальной прически.

– Ступай и не торопись. Мы подождем тебя здесь.

– Дядя Роджер, хорошо себя ведите. Я скоро вернусь, – сказала Люси и поспешила к двери.

Клэр повернулась к другу, почувствовав острый приступ ностальгии.

– Как вы поживаете?

У него ярко горели глаза. Он все так же прямо стоял, как в былые времена, когда был дворецким. Но когда он сел, его движения стали скованными. За последний год он сильно постарел. Ему понадобилось несколько минут, чтобы нормально устроиться на стуле.

– У меня все хорошо, и я счастлив. Я наслаждаюсь жизнью и очень радуюсь, когда вы приезжаете ко мне.

Добрая улыбка осветила его лицо, и у Клэр поднялось настроение. Когда ей нужно было пообщаться с другом, она всегда могла положиться на него.

Следующие четыре часа Клэр рассказывала ему о семье и о том, как они живут, а также обо всем, что произошло во время ее поездки во Вренвуд. Она лишь не упомянула о ссоре с Алексом, чтобы не расстраивать старика. Он взял ее руки в свои, давая силы закончить рассказ.

После разговора со старым дворецким у Клэр буквально камень свалился с души. Она была ему так благодарна. Подобные разговоры ей очень помогали. Прежде чем она поняла, сколько времени прошло, в дверь постучал пришедший за ней Чарльз. Клэр попрощалась с дворецким и пообещала приехать в ближайшее время.

По дороге в город Клэр заехала к адвокату. Фирма Фитцсиммонса и Уолтерса занималась ее делами для мистера Джордона. Она попросила мистера Фитцсиммонса приглядывать за мистером Джордоном и Люси. Она хотела, чтобы ей сразу же сообщили, если их потребности превысят размер пенсии. Клэр была в огромном долгу перед этим человеком за все, что он сделал для нее после смерти родителей, и заботилась о том, чтобы он никогда ни в чем больше не испытывал нужды.

Глава четырнадцатая

На рассвете Алекс получил сообщение от Макалестера. Оно было предельно кратким. Макалестер прислал адрес и имя человека, которого Клэр посещала в Лейтоне. Дом принадлежал бывшей экономке по имени Люси Портер. Раньше она работала у герцога Саутхарта, потому, скорее всего, была хорошо знакома с его младшим сыном, лордом Полом. Пожилой дядя Люси, Роджер Джордон, жил с ней. Он знал Клэр, поскольку служил дворецким у бывшего герцога Лэнгема, ее отца.

Предположение, что здесь был замешан лорд Пол, ранило Алекса сильнее, чем если бы его проткнули саблей, но он не позволил эмоциям взять верх. Слишком многое было поставлено на карту, чтобы он по-прежнему продолжал жалеть себя и сомневаться. Теперь, когда он приехал в Лондон, у него было много времени на размышления о Клэр и Элис. Прежде он идеализировал свою сестру и не видел ее вины в тех бедах, что с ней приключились. С Клэр у него получилось наоборот. Он позволил своим сомнениям влиять на его действия.

Алекс спешно распорядился седлать Ареса и быстро выехал в Лейтон.

Нахмурившись, он остановился перед дверью небольшого ухоженного коттеджа. Он пообещал себе, что не успокоится, пока не раскроет тайны, которые хранятся в этом домике. Более того, он не собирался отказываться от Клэр без боя. Миллс помог ему понять, как сильно он любит ее. Ему следовало убедить жену вернуться домой.

Громко постучав в дверь, Алекс ждал, когда ему откроют. Вышедшая к нему служанка попросила визитера подождать снаружи, а сама пошла докладывать хозяевам. Алекс не слышал самого разговора, но различил доносившийся из-за двери густой баритон. Служанка вернулась и провела Алекса к закрытой двери.

– Милорд, мистер Джордон ждет вас в кабинете. Если вам что-нибудь понадобится, используйте звонок.

Высокий пожилой мужчина стоял за столом, уперев ладони в столешницу. Он поднял голову, и Алекс увидел ясные глаза. Однако взгляд его был направлен не на гостя, а в окно.

Алекс пересек комнату и остановился возле стола.

– Я лорд Пембрук. Мне хотелось бы кое-что обсудить с вами, – сказал он и добавил: – Если, конечно, вас это не затруднит. Это займет всего несколько минут.

Мистер Джордон продолжал смотреть в единственное окно, которое было в кабинете. А затем, коротко кивнув, протянул руку.

– Милорд, пожалуйста, садитесь, – произнес старик. – Позволю себе вольность сказать, что вы достаточно долго искали меня. Полагаю, у нас много общего.

Когда хозяин склонил голову набок, все так же глядя куда-то вдаль, Алекс понял, что он слеп.

– Вчера вас посетила моя жена. Прошу прощения, если мой вопрос покажется вам невежливым, но мне интересно, что вас с ней связывает и зачем она к вам приезжала.

Мистер Джордон весело рассмеялся.

– Милорд, с удовольствием. Мне недостаточно часто выпадает возможность похвалить леди Клэр, то есть леди Пембрук. У вас удивительная, очень щедрая жена, настоящая Кавеншем как внешне, так и, что важнее, духовно. Если бы ее отец был жив, он был бы самым гордым отцом в Англии. Без сомнения, он самый гордый отец на небесах. – Задумавшись на секунду, Джордон продолжил: – Он любил свою дочь. Как и ее мать. Мне повезло служить этой семье. – Прежде чем Алекс успел что-то сказать, Джордон заявил: – Вам придется самому спросить леди Пембрук о цели ее вчерашнего визита.

Высокомерный ответ старика стал неожиданностью для Алекса. Но он сдержался, чтобы не ответить колкостью. С тех пор как в его жизни появилась Клэр, он понял, что ему легче получить желаемое, если он сохраняет спокойствие, но иногда это было очень трудно.

– Сэр, постарайтесь меня понять. Кто вы такой?

– Я служил дворецким в этой семье, когда был жив четвертый герцог, дед леди Пембрук. Когда он умер, пятый герцог, отец леди Пембрук, оставил меня на службе. Я путешествовал с семьей по разным поместьям. Вренвуд стал их любимым местом из-за матери леди Пембрук. Там герцог и герцогиня познакомились и полюбили друг друга.

Алекс расслабился. Пожалуй, он расскажет старику кое-что о своих отношениях с Клэр и, в свою очередь, постарается выяснить у него все, что сможет.

– После того как я женился на леди Пембрук, мы приехали погостить в Пемхилл. С Вренвудом связано очень много воспоминаний Клэр.

Алекс решил, что нет необходимости рассказывать старику, что у нее там случился нервный срыв.

Мистер Джордон посмотрел Алексу прямо в лицо, словно пытаясь понять, что он от него скрывает.

Алекс молчал. Он рассчитывал, что старик поделится некоторыми секретами, и не собирался уходить без ответов на свои вопросы.

Дворецкий выпрямился и слегка покачал головой:

– Вам придется задать ваши вопросы леди Пембрук. Я не предам доверия друга.

– У моей жены проблемы? Почему она высылает вам деньги? – Алекс провел рукой по волосам. Он не был намерен отступать. – Разве семья Лэнгем назначила вам маленькую пенсию?

Джордон буквально прорычал в ответ:

– Милорд, я был рядом с вашей женой, когда погибли ее родители. Она иногда приезжает, чтобы навестить меня.

Алекс постарался сменить тон разговора, потому что у него не получалось ничего выяснить.

– Мистер Джордон, пожалуйста. Поверьте, я пытаюсь помочь жене.

Старый дворецкий удивленно поднял бровь.

Алекс почесал щеку и громко вздохнул:

– Правда в том, что мне нужна помощь.

– Я так понимаю, что леди Пембрук ездила во Вренвуд сама. Я надеюсь, что вы больше не позволите такому повториться. – Джордон немного расслабился и продолжил: – Милорд, я полагаю, что она не рассказывала вам, через что ей пришлось пройти после смерти родителей?

Старик очень уважал Клэр. Когда он вспоминал ее имя, в его голосе проскальзывали нотки восхищения.

– Нет, еще нет. Она в общем рассказала о трагедии, но подробностей я не знаю.

– Я понятия не имею, что у вас случилось с леди Клэр, но, судя по тем сомнениям, которые я слышу в ее и вашем голосе, когда вы говорите друг о друге, вам не очень комфортно в браке.

У Алекса не осталось выбора, ему пришлось довериться этому дерзкому старику. В противном случае он не получит никакого результата.

– Из-за некоторых моих действий наш брак поначалу не задался. Я хочу все исправить, но мне нужна помощь, чтобы понять, как это сделать… – Алекс вздохнул. – Мне необходимо забрать ее домой.

– Такую, как она, еще поискать надо.

Дворецкий выдержал паузу, после чего положил руки на стол и, чуть склонившись, покачал головой.

– То, через что пришлось пройти этой девочке, заставило бы взрослого мужчину сойти с ума. Но лучше, если она сама все расскажет, – посмотрев Пембруку прямо в глаза, заявил старик, чем удивил Алекса.

Алекс встал. Ему нужно было уйти и собраться с мыслями.

– Я больше не буду тратить ваше время, сэр.

– Подождите, милорд. Есть последний вопрос, который следует обсудить. Вы правы насчет денег. Хотя семья Лэнгем была со мной щедра, ваша жена дает мне сто пятьдесят фунтов в год. Я не знаю, почему она так поступает, но я ценю это.

Алекс удивленно посмотрел на старика. Это было неожиданное признание. Джордону явно было неудобно брать эти деньги.

– Я держу их на отдельном счету в банке. Я распорядился, чтобы после моей смерти все эти деньги перешли детям леди Клэр. Я не потратил из них ни шиллинга. Если леди Клэр считает, что должна мне что-то, то она ошибается. Это я перед ней в долгу. – Старик усмехнулся. – Она продолжает навещать меня и делать вид, что ей интересно общество пожилого дворецкого.

Алекс взял мистера Джордона за руку.

– Мне очень приятно, что вы такого мнения о Клэр. Она действительно настоящий дар небес. Я его не заслуживаю. Но я попытаюсь заслужить это право, заботясь о ней каждый день.

Мистер Джордон с трудом поднялся на ноги:

– Я хочу, чтобы она была счастлива.

От нахлынувших чувств у Алекса перехватило горло, но он продолжил:

– Как и я. Спасибо. Мне хотелось бы, чтобы вы приняли эти деньги. Только платить их буду я. Считайте, что этим я оплачиваю долг перед вами. Вы охраняли мою жену, пока она не начала жить с дядей, герцогом Лэнгемом, который взял на себя заботу о ней. Я никогда не смогу отплатить вам обоим за это. Пожалуйста, примите эти деньги.

– Я рад, что вы понимаете, – сказал мистер Джордон и склонил голову.

С его женой случилось нечто ужасное, и ему не терпелось выяснить это. Хотя пожилой дворецкий вел себя вызывающе, Алекс понял, как он предан Клэр. Джордон любил ее и был готов защищать любой ценой. Он увидел его боль и опустошение и осознал, что трагедия, случившаяся много лет назад, до сих пор не дает старику покоя. Если она произвела на него такое сильное впечатление, Алекс даже представить себе не мог, как это отразилось на Клэр.

Алекс попрощался с дворецким и быстро вернулся домой. Ничто не могло помешать ему увидеть жену вечером. Он просмотрел газеты и приглашения, которые ему регулярно присылали, пытаясь понять, что могло бы заинтересовать Клэр. Единственным необычным мероприятием в этот вечер была музыкальная вечеринка в доме Мартинсов. Алекс был практически уверен, что Клэр решит остаться дома. Но как же ему пробраться к ней?

Он велел Жан-Клоду приготовить ванну. Затем, приведя себя в порядок, Алекс надел темный костюм и такой же темный плащ, идеально подходящие для вечерних прогулок, когда ему не хотелось привлекать к себе внимания.

Пробравшись к Лэнгем-холлу по темным переулкам, он остановился возле конюшни, ожидая, пока огни в доме погаснут и все домочадцы отправятся спать. Желание увидеть Клэр заставило его забыть о приличиях. Дом погрузился во тьму. Алекс окинул взглядом здание. Он должен быть предельно осторожным, чтобы не позволить Питтсу поднять тревогу, ибо еще одной встречи с герцогом Лэнгемом ему не пережить.

Комната Клэр располагалась на втором этаже, поблизости от крыла, где находились спальни герцога и герцогини. Заметив в дальнем конце здания единственное открытое окно, Алекс задумался. В этом месте плющ полностью покрывал всю стену, но растение вряд ли выдержало бы его вес. Однако имелось и другое решение: вплотную к стене рос раскидистый дуб, ветви которого закрывали окна в комнате Клэр.

Алекс быстро взобрался на нижнюю ветку и двинулся дальше. Подъем давался ему практически без труда. Наконец он взобрался на балюстраду, ограждавшую окно. Легко спрыгнув с нее, он оказался на балконе.

Алекс тихо открыл окно и проник внутрь. Клэр мирно спала на большой кровати в алькове справа от окна. Алекс тихонько поставил рядом с кроватью стул и задернул шторы, закрывавшие доступ в альков. Он снял с себя плащ и камзол, а потом стащил сапоги.

Осторожно, чтобы не разбудить жену, Алекс нагнулся и нежно поцеловал ее в лоб. Он не собирался уходить, пока не узнает все секреты. Аккуратно устроившись на стуле, он расслабился, ощущая, как напряжение последних недель начинает ослабевать.

***

Посреди ночи Клэр внезапно проснулась и обнаружила, что какой-то мужчина спит на стуле, стоящем рядом с ее кроватью. Несмотря на царивший в комнате полумрак, Клэр поняла, что это Алекс.

Он поморщился во сне, пытаясь устроиться поудобнее. Едва ли Айлин впустила его. С тех пор как они приехали в Лондон, она упоминала его имя лишь вместе с проклятиями. Клэр придвинулась ближе, чтобы лучше рассмотреть спящего мужа.

Алекс ровно дышал во сне. Он сидел, вытянув ноги. Когда она случайно услышала его разговор с Сомертоном и Алекс признался во всем, что он сделал, Клэр не знала, сможет ли когда-нибудь смириться с этим обманом и простить его. Она затаила дыхание, представив себе, как она будет жить без Алекса. За тот короткий промежуток времени, что они были женаты, он стал важной частью ее жизни. Она не смогла бы забыть об этом. Он показал ей, кем бы она могла стать. Рядом с ним она чувствовала, что живет полной жизнью, а не влачит жалкое существование, придавленная горем.

Он был добр и великодушен с ней, хотя мог бы просто не обращать на нее внимания. Он защищал ее и дал приют в то время, когда ей нужно было спрятаться от мира. Он повторял ей снова и снова, что не верит в проклятие. Когда они были вместе в постели, он дарил ей ощущения, которые она никогда прежде не испытывала. Она стала привлекательной, желанной, страстной – и все это благодаря ему.

Иногда она представляла себе, как бы они могли быть вместе, если бы ее родители все еще были живы. Но от сослагательного наклонения никогда ничего толкового не получалось. В последние годы она потратила слишком много времени, размышляя, что могло бы произойти, если бы судьба распорядилась иначе.

Клэр тихо вздохнула и, выбравшись из кровати, подошла к окну. Глядя на тихую улицу внизу, она подумала о том, что Алексом двигали соображения чести его семьи. Судя по его поведению, он не думал о ней, когда принимал решения, ибо она не была частью его семьи.

Клэр почувствовала движение воздуха и услышала возню за спиной. Алекс обнял ее сзади своими теплыми руками и тоже посмотрел в окно. Как и в тот вечер у леди Энтони, он наклонился к ее уху. Клэр задрожала.

– Клэр, возвращайтесь в постель, я не хотел будить вас. Мне нужно было увидеть вас. – Он поцеловал ее в щеку, потом опустился чуть ниже. – Я скучал по этому. – Его шепот и прикосновение губ заставили ее вздрогнуть. – Я скучал по вам.

– Вас кто-то впустил? – Она прокашлялась и попыталась отойти от него, но он крепко держал ее. – Как вы попали в дом?

– Никто меня не впускал. Я забрался сюда по дереву. Не отталкивайте меня. Я вижу, что вам холодно.

На секунду она смутилась, когда он убрал руки, но потом поняла, что Алекс не хотел, чтобы она чувствовала себя в ловушке.

– Почему вы здесь?

– На небе вчера были тучи, потому я решил, что буду нужен вам.

Несуразность его ответа заставила ее отступить на шаг и посмотреть ему в лицо. Накануне была хорошая погода и голубое небо.

– Небо наполнено звездами.

– Погода так переменчива. – Он наклонил голову и потер шею. – На этом стуле даже собаке было бы неудобно спать, не говоря уже о мужчине вроде меня.

От его милой, приятной улыбки у Клэр перехватило дыхание. На секунду она снова оказалась в Пемхилле, вернулась в жизнь, о которой мечтала, и к мужу, о котором всегда грезила. Она покачала головой, чтобы избавиться от наваждения. Судьба выбрала ей другой путь.

– Вы все еще дрожите, – мягко произнес Алекс. – Давайте я вас уложу.

– Вы меняете тему.

Она скрестила руки на груди.

Алекс взял ее за руку и повел к кровати.

– Я с радостью пообщаюсь с вами на любую тему, но сначала вам надо удобнее устроиться.

Он поправил постельное белье и уложил ее в кровать. Подоткнув пуховое одеяло, Алекс явно остался доволен проделанной работой. Он устроился на краешке кровати и взял ее за руки. Его глаза ярко блестели в полумраке. Он внимательно посмотрел ей в лицо, словно пытаясь проникнуть в ее мысли.

– Мне пора идти, но впервые с тех пор, как вы покинули Пемхилл, я чувствую спокойствие в душе. – Нежный взгляд Алекса не мог скрыть его уязвимость. – Я люблю вас.

Клэр замерла, услышав его слова. Ведь она хотела именно этого? Чтобы Алекс пришел и признался ей в любви, не так ли?

– Вы сказали это, чтобы я пустила вас в свою постель?

Он склонил голову набок:

– Нет, конечно нет. Нам сначала нужно поговорить.

Клэр закрыла глаза. В Пемхилле она медлила, не спеша звать мужа к себе в постель, тем самым потеряв драгоценное время. Она боялась риска. А теперь? Если существовала возможность, что они помирятся, она должна была сделать шаг ему навстречу. Она должна была впустить его в свою постель и в свое сердце. Она ощущала твердость его бедра, которым он прижимался к ней, и чувствовала, как в ней пробуждается желание.

– Мы можем поговорить утром.

Она отбросила простыню и одеяло, которыми он ее накрыл, и протянула руку. Желание охватило ее, словно пожар, поразив в самое сердце. Он должен был быть в ее постели.

Алекс осторожно лег рядом и обнял Клэр. Его сила и красота всегда поражали ее. Она прижалась к мужу. Их чувства в последнее время подверглись серьезной проверке, но их все равно нельзя было игнорировать. Алекс крепко обнимал жену. Он так давно не держал ее в своих объятиях. Знакомый запах напомнил ей о доме.

Когда он сказал, что любит ее, все остальное стало неважно. Проклятие, их неловкость в отношениях друг с другом могли подождать до завтра. Сегодня она хотела своего мужа.

Алекс осторожно взял ее за бедро и прижал к себе. Она не сопротивлялась и даже помогала ему.

– Я рада, что вы здесь, – тихо произнесла Клэр.

– Как и я. – Он слегка подался вперед и поцеловал ее в щеку, потом опустился ниже и лизнул нежную кожу на шее. – Вам нужно, чтобы я вас утешил, и я хочу это сделать, Клэр.

Она обняла его за голову и крепко поцеловала в губы, дразня его язык своим, пока они оба не застонали. Никогда прежде она не чувствовала себя такой открытой или уязвимой перед другим человеком.

Он чуть отстранился и посмотрел ей в глаза.

– Вы прекрасны при свете луны. Белизна вашей кожи подобна жемчугу, добытому в южных морях. Она просто светится…

Нежно поцеловав жену в лоб, он взял ее руку и прижался губами к ладони. Затем он положил ее себе на грудь.

Сгорая от желания, она снова прильнула к его губам. Алекс желал ее так же сильно, как и она его. Поддерживая рукой ее затылок, он крепче прижался к губам Клэр. Его язык изучал ее рот, но, судя по стонам, страсть жены оказалась сильнее. Их поцелуй не прерывался, словно они изголодались друг по другу. Тяжело дыша, Алекс на мгновение отстранился. Не спуская с мужа глаз, Клэр потянула за его рубашку, давая понять, что она хочет, чтобы он ее снял. Алекс встал и одним рывком сорвал ее с себя, обнажившись до пояса. Затем он стянул с себя брюки и вернулся к жене, предлагая себя для ее удовольствия. Она могла ласкать его, сколько ей было угодно.

Клэр не спеша провела ладонью по его груди, ощупывая его налившиеся мышцы. Она прижалась губами к его соску и стала осторожно покусывать его. Алекс зашипел и напрягся. Проведя рукой по его животу, она прикоснулась к его промежности и снова укусила за сосок. Алекс зарычал, заставив ее впиться губами в его грудь.

– Позвольте мне, – прошептал он. – Позвольте мне посмотреть на вас… позвольте мне любить вас.

Алекс легко снял с нее ночную сорочку и бросил ее на пол. Их обнаженные тела купались в лунном сиянии. Он прижал ее к себе и страстно поцеловал. Она ответила на поцелуй, обещая неземное наслаждение. Клэр поцеловала Алекса в шею. Она видела, как сильно он хочет ее. Алекс обхватил ладонями ее груди.

Она перевернулась на живот и шепнула:

– Алекс…

– Да? – Он откинул ее волосы в сторону и поцеловал в плечо. – Когда вы произносите мое имя, для меня это бальзам на душу.

Он продолжал страстно целовать ее, упершись руками в кровать по обе стороны от Клэр. Он потерся щекой о спину жены. Его бакенбарды легко щекотали ее кожу. Ей хотелось забыться и раствориться в этом моменте навсегда.

Алекс прикасался к каждому сантиметру ее тела, словно пытаясь запомнить его. В какой-то момент он остановился и прошептал:

– У вас тут такие чудесные ямочки. Вы хотите, чтобы я взял вас так? – Он лизнул одну из ямочек. – Я думаю, вам понравится.

Клэр вздрогнула. Она представила себе, как он входит в нее сзади, но быстро отбросила эту приятную мысль и отстранилась. Сегодня ночью она хотела полного контроля. Она встала на колени и повернулась к нему лицом. Он обхватил ее груди ладонями и поцеловал сосок. Его язык ласкал и мучил его. Удовольствие разбудило пожар внутри Клэр, и она вскрикнула. Ее тело хотело большего, но она вновь заставила себя отстраниться.

– Сегодня я принимаю решения. Ложитесь на спину.

Он покорился ее приказу и, на мгновение прижавшись к ней, лег в центре кровати. Все его тело горело от возбуждения и молило о ее прикосновениях. Она же испытывала такое сильное желание, которое, казалось, никогда не могло быть удовлетворено. Клэр оседлала Алекса и наклонилась к его пенису.

– Я хочу быть сверху.

– Иисусе, Клэр. Вы хотите убить меня.

Она раздвинула бедра, чтобы устроиться поудобнее. Она взяла в руку его возбужденный пенис, удивляясь тому, какой бархатистой была его кожа. Наклонившись, она лизнула влажную головку. Клэр бросила взгляд на мужа. Его серые глаза вспыхнули всепожирающим желанием, которое угрожало поглотить их обоих.

– Хм, – выдохнула она. – Специи, соль и привкус запретного.

Она провела большим пальцем по головке, и та дернулась. Алекс сжал ладони в кулаки и закрыл глаза. Клэр медленно выпрямилась и прижала член Алекса к своей промежности. Она уже вся взмокла. Она знала, что возбуждает его. Клэр закрыла глаза, медленно водя членом по своей плоти. Это было божественно, но она хотела большего.

– Клэр, довольно, – прошептал он. – Впусти меня в себя.

Она медленно опустилась на него, насадив себя на его твердый член. После этого она уже не могла понять, где заканчивается он и начинается она. Желание и похоть сводили ее с ума. Она хотела скакать на нем до самого конца, пока они оба не выбьются из сил. В те дни, когда они не жили вместе, она очень скучала по нему.

Алекс тихо застонал. Клэр вздохнула в ответ и начала медленно двигаться на нем, вверх-вниз, вверх-вниз, пока удовольствие не распространилось по всему ее телу. Она медленно поднималась и опускалась, ни на секунду не выпуская его член из себя.

Алекс придерживал ее за бедра.

– Притронься к своим грудям, – прошептал он.

Клэр прекратила движение, и ее глаза расширились. Во взгляде Алекса застыла сладкая мука. Она начала двигаться быстрее по мере приближения оргазма. Она тяжело дышала, ее кожа горела. Она была уже близка. Проведя пальцами по своим соскам, Клэр начала разминать их пальцами, гладя груди.

Алекс совсем потерял голову от наслаждения. Он слегка подбрасывал ее каждый раз, когда Клэр опускалась на него. Ее промежность начала сокращаться, и Клэр подалась вперед.

Алекс протянул руку и потер ее клитор, заставив Клэр достигнуть пика наслаждения.

– Кончай, – прошептал Алекс.

Клэр закрыла глаза, поддавшись удовольствию. Она вздрогнула от накрывшей ее волны оргазма. Когда все закончилось, Клэр повалилась на грудь Алекса. Она еще никогда не испытывала подобного удовольствия. Клэр попыталась успокоиться и расслабиться, но все еще вздрагивала после оргазма.

Алекс обнял жену. Исходящий от него жар не давал ей замерзнуть. Алекс осторожно положил ее на спину, раздвинул ноги и аккуратно вошел в нее. Он полностью заполнил Клэр, не спуская с нее глаз.

– Ты меня околдовала. Мне постоянно мало тебя.

Он любил ее так беззаветно, что она, чувствуя себя защищенной, забыла обо всем на свете. Она закинула одну ногу ему на плечо. Это позволило Алексу войти глубже. Эмоции захватили Клэр настолько сильно, что она не могла ничего ответить. Алекс все быстрее и быстрее вгонял свой член в ее влагалище, которое все крепче сжимало его, приближая разрядку. Каждая мышца в его теле напряглась, и он, выкрикнув ее имя, выпустил свое семя в нее.

Алекс рухнул на Клэр. Она нежно поцеловала его плечо. Они оба тяжело дышали после горячего соития. Клэр никогда в жизни не испытывала такого мощного оргазма. Его сила поглотила ее всю без остатка.

Когда Алекс немного пришел в себя, он уперся локтями в постель и начал покрывать поцелуями ее лицо, шею и грудь. После этого он крепко поцеловал ее в губы. Клэр наслаждалась его сладким поцелуем.

– Моя жена, моя любимая жена. – Алекс лег рядом с ней и обнял Клэр. – Я люблю тебя. – Алекс медленно гладил ее, водя рукой по животу и бедрам, продолжая целовать ее шею, плечи и грудь. – Я не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась.

Клэр мягко вздохнула. Восхищенная силой его тела и приятным прикосновением волос на его груди, она провела рукой по животу мужа, впитывая каждой своей клеточкой тепло Алекса.

– Расскажи мне о той ночи, когда погибли твои родители, – шепнул он, целуя ее волосы.

Клэр замерла:

– Зачем?

– Я хочу найти способ помочь и защитить тебя. – Он сжал ее бедро и быстро поцеловал в губы. – Если бы я мог, то забрал бы себе бремя этих воспоминаний.

Пульс Клэр ускорился, но она по-прежнему чувствовала себя расслабленной в его руках. Возможно, если бы она открыла ему часть своего прошлого, это помогло бы им сблизиться. И даже позволило бы им обсудить тот вечер в Пемхилле, когда она случайно подслушала его разговор с Сомертоном. Если она делила с ним свое тело, то что могло ей помешать обсудить ту ночь? Это был риск, но она до конца жизни кусала бы локти, если бы не попыталась сейчас заполнить пропасть, образовавшуюся между ними.

Он был так нежен с ней сегодня ночью. Ей хотелось доверять Алексу. И Клэр, вздохнув, позволила воспоминаниям вернуться из мрака.

– Мы с родителями ехали в карете. Уже вечерело, когда разразилась ужасная гроза. Мы возвращались во Вренвуд.

Упершись локтем в подушку, Алекс внимательно слушал.

Он хотел знать все, но некоторые вещи Клэр не была готова рассказывать никому. И никогда. В противном случае тот груз, который она носила на душе, мог раздавить остатки самообладания, помогавшего ей жить все эти годы.

– Когда мы переезжали главный мост во Вренвуд, он рухнул. Я услышала лишь крики и треск ломавшихся деревянных балок. Это был жуткий звук, похожий на вой призрака.

Алекс положил ладонь под голову Клэр. Он не спускал с нее глаз, но хранил молчание. Его прикосновение не позволяло Клэр полностью погрузиться в воспоминания.

– Мать прижала меня к себе, а отец выглянул наружу. Он понял, что мы падаем в реку. Он кинулся к нам и крепко обнял нас обеих.

Алекс поцеловал Клэр в висок.

– Должно быть, ты очень испугалась.

Клэр кивнула.

– Это случилось очень быстро. Карета начала падать и тут же ударилась о что-то твердое. Ледяная вода затопила карету, и экипаж начал тонуть. Через пару секунд мы уже были под водой. От удара карета распалась на две части. Я осталась в одной части, а родители в другой. – Клэр запнулась, ее дыхание стало прерывистым. – Я очутилась в кромешной тьме и не могла дышать. Не знаю, как долго я там пробыла. Каким-то образом отец нашел меня и вытащил на берег.

Алекс приподнялся и взял ее за подбородок:

– Что случилось дальше?

Она прижала пальцы к его губам, но ничего не ответила.

– Клэр?

– Довольно.

Если бы она сказала еще хоть слово, то ее сердце вырвалось бы из груди. Она повалилась на подушку и уставилась в потолок. Она уже и так достаточно поведала Алексу сегодня ночью.

– Когда ты об этом рассказываешь, создается впечатление, как будто ты наблюдала за происходящим со стороны, а не была участницей трагедии, – прошептал он.

– Я не могу… не проси меня продолжать.

– Я хочу знать все. – Он привлек жену к себе. Он обнял ее и прижал к своей груди, словно пытаясь защитить от пережитого ею ужаса. – Когда ты сможешь продолжить, я буду готов выслушать тебя. Я хочу знать все.

Не сказав больше ни слова, Клэр вздохнула, и они погрузились в глубокий сон.

***

Алекс проснулся с мыслями о прошедшей ночи. Когда в окно пробились первые лучи солнца, он почувствовал то же удовольствие, которое ощущал в Пемхилле. Стараясь не разбудить Клэр, он поцеловал ее в щеку и оделся. Им было суждено быть вместе. Она пустила его в свою постель и даже попыталась разделить с ним ужасы воспоминаний о гибели своих родителей. Она снова начинала верить ему. Алекс поклялся, что, когда они вернутся домой, он сделает ее счастливой. Он поможет ей справиться с горем, а она сделает то же самое для него.

– Куда ты? – спросила Клэр и села на кровати.

– Доброе утро, – ответил Алекс, поцеловав ее в губы. Он накинул камзол, а плащ решил не надевать. Не было нужды распугивать слуг с утра пораньше. – Я иду домой, чтобы переодеться, а потом вернусь. Я выйду через черный ход. Я больше не хочу лезть на дерево.

– Не уходи. – Клэр запнулась. – Побудь еще со мной, пожалуйста. Ради меня, – прошептала она.

Ее просьба удивила Пембрука. Он повернулся к жене:

– Что случилось?

– Я не хочу, чтобы ты уходил. Я не хочу прощаться. Пожалуйста, я хочу…

– Я вернусь. Обещаю.

Алекс сел на кровать и обнял Клэр.

Он мог ненадолго задержаться хотя бы для того, чтобы она не думала о его уходе.

– Меня сегодня днем ожидают сразу несколько дел. Заботы поместья, встреча со своими адвокатами по поводу мистера Джордона. А какие у тебя планы?

Как только он сказал это, Клэр замерла. Выражение ее лица изменилось. Желание уступило место холодности.

– Мистера Джордона?

Клэр прикрылась простыней и встала. Выражение недоверия на ее лице говорило само за себя. Она поняла правду, прежде чем он успел в этом признаться.

Алекс тихо выругался. Он должен был рассказать ей все накануне. Он снова вспомнил предостережение Сомертона, который советовал ничего не утаивать от жены.

– Нам нужно поговорить. Дайте мне возможность объясниться.

– Откуда вы его знаете?

Ее слова ранили его, словно стилет. Алекс глубоко вздохнул, не зная, с чего начать.

– Прежде чем вы сделаете какие-то выводы, я должен… – Он покачал головой. – В общем, я нанял сыщика, который проследил за вами до Лейтона. Я думал… впрочем, не важно, о чем я думал.

– Неужели вы считали, что у меня роман с кем-то из Лейтона? – гневно крикнула Клэр. – О боже! Вы думали, что я там встречаюсь с лордом Полом.

– Нет. – Алекс взял ее за руку и сжал. – Пожалуйста, Лейтон важен для вас. Я должен был выяснить, почему вы туда ездите. Я познакомился с мистером Джордоном. Мы мило пообщались. Он рассказал мне, что вы высылаете ему деньги в благодарность за его службу.

Алекс запнулся. Ее зеленые глаза потемнели. Алекс не мог понять, о чем она думает.

– Я очень благодарен ему за то, что он был рядом с вами тогда, и, как и вы, хочу о нем позаботиться. Я хочу сам платить ему ту сумму, которую вы выделяете каждый год… ради вас.

Его объяснение звучало сумбурно и неубедительно даже для него. Черт побери, она обладала способностью заставлять его мысли путаться. Равнодушие и неодобрение в глазах Клэр говорили о том, что подобное объяснение не удовлетворило ее.

Клэр заморгала и начала поправлять постель.

– Я хочу услышать от вас объяснения. Зачем вы следили за мной в Лейтоне?

Она встала и надела халат. Когда она посмотрела на него, ее зеленые глаза вспыхнули. Он не понимал, были тому виной слезы, ярость или и то, и другое.

Он чувствовал себя вором после той нежности, которую они разделили ночью. Если он не ответит ей, они никогда не смогут забыть о его ошибках.

– Прежде чем мы встретились на балу у леди Энтони, я нанял сыщика, чтобы узнать о вас все.

– До бала? – Ее яростный взгляд жег его, словно раскаленное железо. – Значит, вы стоите за тем таинственным мистером Торнли, который наведывался в «Хэйлис Хоуп»?

– На самом деле его зовут Макалестер.

– Неудивительно, что дядя Себастьян не смог его найти. Все это время я ожидала увидеть в газете разгромную статью о себе. – Она рассмеялась, но в ее смехе не было веселья. – Ваш сыщик опросил буквально каждого сотрудника приюта, пытаясь узнать все о моем проклятии.

Упрек в ее голосе звучал так, словно Алекс предал ее. Он глубоко вздохнул и тряхнул головой.

– Я не верю в это чертово проклятие, да и не верил никогда. Я хотел собрать всю возможную информацию до нашего брака. Я узнал, что у вас есть поверенный в Лейтоне, который каждые полгода получает определенную сумму денег. Потом я узнал, что несколько дней назад вы ездили в Лейтон, чтобы посетить старого дворецкого. Я решил, что он сможет дать ответы на некоторые мои вопросы.

Клэр подошла к двери. Прежде чем открыть ее, она обратилась к Алексу тихим, монотонным голосом:

– Вот ваш ответ. Вы украли последнее убежище, которое у меня оставалось от проклятия. «Хэйлис Хоуп» никогда не имел ничего общего с этой грязью, пока вы… – она прокашлялась, – пока вы не прислали своего сыщика. Вы только представьте, как я себя чувствовала, когда узнала, что кто-то вынюхивает что-то о проклятии в заведении, основанном моей матерью! – Клэр повысила голос, разозлившись еще сильнее. – Сначала вы хитростью заставили меня выйти за вас, потом вы сделали ту ставку в «Уайтсе», теперь выяснилось, что вы еще и сыщика наняли, который покусился на святое для меня место. Я не хочу жить под подозрением! Я не буду жить с ложью! Вчера ночью я показала, что я чувствую. Вам этого недостаточно. Вам всегда недостаточно.

Он попытался схватить ее за руку:

– Клэр, послушайте.

Она отошла от него, и в этот момент он увидел ее слезы.

– Я отдала столько себя, сколько могла. Мое доверие, мою поддержку, мою душу. Я не знаю, как сделать вас счастливым. И я не думаю, что смогу это сделать.

Алекс начал паниковать. Он поспешил к ней, чтобы остановить и заставить выслушать его. Клэр открыла дверь, чтобы уйти, прежде чем ему удастся помешать ей.

– Мне необходимо… – Она закрыла глаза, пытаясь справиться с собой. В ее голосе слышалась усталость. – Я устала, Алекс, я так устала от того, что меня вам вечно недостаточно. Но сейчас это уже неважно.

– Клэр, не уходите.

– Будет лучше, если я поживу какое-то время в Локхарте. Мне нужно подумать. Мы оформим бумаги по поводу того, как нам действовать дальше. Когда работа над приютом будет завершена, я планирую жить в Шотландии и заниматься своими делами там. Я все равно собиралась открыть еще один приют в Эдинбурге.

Клэр повернулась и, выйдя из спальни, направилась к лестнице.

Не задумываясь над тем, кого он может встретить в коридоре, Алекс поспешил за ней. Из-за света, лившегося от настенных ламп, Клэр казалась каким-то духом, который был готов вот-вот раствориться в воздухе.

– Клэр, не делайте этого.

Она остановилась, а затем вернулась к нему. Клэр внимательно смотрела на Алекса, словно пытаясь запомнить каждую черточку его лица.

– Вы можете сказать, насколько все это было важно для меня?

Ее простой вопрос застал его врасплох.

– Я – ваш муж. Я люблю вас.

– Какая же это любовь, если вы все время сомневаетесь во мне. – Она поморщилась и закрыла глаза. – Боже, я была такой глупой, поделившись с вами воспоминаниями о гибели родителей. Я впустила вас в святая святых. Однако я не могу жить в постоянной тени вашего сомнения.

Алекс подавил острое желание закричать, осознав, какой вред он причинил ей и их браку. Он должен был убедить ее, что руководствовался благими намерениями, и тогда бы она поняла его позицию.

– Клэр, я хочу помочь вам.

Она подняла руку, чтобы погладить его по щеке.

– Есть вещи, за которые мне стыдно, потому что они определяют меня как личность. Но я рассказала вам столько, сколько смогла. Тем не менее вы постоянно требуете большего, а я не могу этого дать.

Она на секунду закрыла глаза.

Алекс прижался лицом к ее ладони. Он жаждал ее прикосновения, но боялся, что спугнет Клэр, если попытается обнять.

– Что бы там ни было, мне все равно. Я всегда буду любить вас.

– Мои тайны… – мягким голосом начала Клэр. – Возможно, это к лучшему. Если мы будем жить раздельно, проклятие вас не тронет.

Алекс ласково коснулся ее щеки:

– Нет никакого проклятия. Расскажите мне все, и я вам помогу. Я обещаю.

Желание, а вернее, необходимость коснуться ее мягкой кожи была непреодолимой.

Клэр отступила на шаг, как будто испугавшись, и покачала головой.

– Все, чего мне хотелось в этой жизни, это вы. Вы и я вместе, – сказала она. – Мы могли бы построить нашу жизнь. Я всегда мечтала о вас. Я просто никогда не видела вас четко, никогда не видела вашего лица, пока не начался бал у леди Энтони. После вчерашней ночи я подумывала вернуться в Пемхилл вместе с вами… – Она прокашлялась. – Но не сейчас.

Алекс никогда в жизни ни о чем не умолял. Теперь же он был готов продать душу дьяволу, только бы удержать ее.

– Я люблю вас.

Слова повисли в тишине коридора.

Она начала спускаться по лестнице. Единственное, что он слышал, это ее фраза, снова и снова звучавшая в его голове: «Все, чего мне хотелось в этой жизни, это вы».

Когда Лэнгем положил руку ему на плечо, Алекс почувствовал боль.

– Пембрук, ступайте домой. Вы уже достаточно наломали дров.

Герцог помог ему спуститься по лестнице.

Глава пятнадцатая

Клэр старалась не обращать внимания на удивленное выражение лица служанки, которая была похожа на птенца дрозда, пытавшегося поймать червяка, принесенного матерью. Айлин раскрыла рот от изумления, когда Клэр начала давать ей указания насчет того, что нужно перевезти из Вренвуда в ее поместье в Локхарте, расположенном рядом с Эдинбургом.

Клэр лихорадочно строила планы на следующий день, следующую неделю и следующий месяц. Ей нужно было сбежать от Алекса и собственной боли, и чем раньше, тем лучше.

– Я хочу нанять достаточно людей, чтобы максимально быстро осуществить этот переезд. Я попрошу помощи у дяди с транспортировкой портретов из Вренвуда в Локхарт. Как ты считаешь, когда упакуют мою одежду? Надо попросить миссис Малоун выслать мои книги из Пемхилла. – Клэр строго посмотрела на служанку: – Айлин, ты меня слушаешь?

Она никогда не сердилась на Айлин, но сегодня был не самый удачный момент, чтобы проверять, насколько у нее хватит терпения.

– Да, миледи. Только мы не были в Локхарте уже добрых пять лет. Простите, я просто пытаюсь понять.

Тетя Джинни ворвалась в комнату Клэр, словно солнечный луч. Это было подходящее сравнение, потому что она вошла без стука.

– Дорогая, я слышала, что ты уезжаешь.

– Доброе утро. Да, вы правы. Я хотела пожить здесь ради Эммы, но обстоятельства изменились. Я сегодня встречусь с дядей Себастьяном, чтобы обсудить, как лучше поступить с нашим браком.

– Айлин, распорядись, пожалуйста, принести леди Пембрук чай или кофе.

– Да, ваша светлость, – ответила Айлин.

Клэр ощутила укол совести, но ничто не могло повлиять на ее решение уехать. Она могла ускорить отъезд из Лондона, уехав утром и оставив Айлин продолжать сборы. Это было прекрасное решение. Она даже сама могла нанять себе сопровождающий экипаж, и тогда никто не начал бы возражать из-за того, что она решила путешествовать одна.

– Тетя Джинни, я собираюсь открыть приют недалеко от Локхарта. Возможно, я назову его «Хэйлис Гифт». Вы с дядей Себастьяном должны приехать на его торжественное открытие. – Она открыла деревянный ящик и нахмурилась. Откуда у нее взялось столько чулок? – Можно мне взять одну из ваших служанок вместо Айлин? Она останется здесь. Когда она приедет в Эдинбург, я отошлю вашу служанку обратно.

– Скажи мне, что ты его не любишь, и я уйду немедленно, – спокойно произнесла тетя Джинни. Клэр перестала перебирать чулки, сжав одну пару в руках. – Я видела твое лицо, когда он был здесь в прошлый раз. – Голос тети Джинни смягчился: – Дорогая, ты любишь его.

Клэр не собиралась позволить тете разрушить ее только что обретенный мир. Она ответила таким тоном, словно они обсуждали какие-то городские сплетни, которые к ним не имели никакого отношения.

– Да, иногда, но это не имеет значения. У меня с ним нет будущего.

– Все понятно. – Тетя слабо улыбнулась. – Ты уже говорила Алексу о своих чувствах?

– Я пыталась. Но у него свои мотивы.

– Ты не можешь надеяться на счастливый брак, если не попытаешься решить свои проблемы, – резко заявила тетя Джинни, что было неожиданно для такой милой женщины. – Это нелогично. Ни ты, ни он не сможете помириться, если ты будешь в Шотландии.

Клэр швырнула чулки на середину кровати.

– Тут нечего обсуждать! Он использовал меня, нанял сыщика, чтобы тот следил за мной, потому что считал, что у меня есть любовник. Я пытаюсь жить дальше. Конец истории.

Клэр начала перебирать перчатки. Она готова была заниматься чем угодно, лишь бы только не слушать неприятные вопросы тети.

– Теперь вы принадлежите друг другу.

– Пожалуйста, мне нужно закончить с этим. – Клэр взяла в руки пару белых чулок и тоже швырнула их в центр кровати. Потянувшись за другой парой, она замерла. – Он хочет, чтобы я дала ему то… что я не могу ему дать.

– Что именно? – шепотом спросила тетя.

Клэр была уже готова признаться, но в последний момент прикусила губу.

– Он хочет знать мои секреты, спрашивает о моих родителях, об их смерти…

– Возможно, он именно тот человек, с которым ты наконец сможешь поделиться этим? – Тетя Джинни обняла ее за плечи. – Дорогая, вам нужно научиться давать друг другу то, в чем вы оба нуждаетесь. Ты можешь сделать это. Пембрук показался мне искренним…

Клэр отстранилась.

– Не сейчас.

– Я выясню, что случилось между вами. Разумеется, было бы лучше, если бы это рассказала ты, но я не постесняюсь пойти за ответами к твоему мужу.

– Надеюсь, вам у него понравится! – крикнула ей вдогонку Клэр.

Куча чулок на ее кровати стала напоминать маленькую гору.

***

– Милорд, к вам герцогиня Лэнгем. Она ждет в кабинете.

Симмс протянул Алексу визитную карточку.

– Спасибо.

Алекс шел по коридору, слабо надеясь на то, что это будет последний скандал из-за Клэр. Сначала был Сомертон, потом Лэнгем, а теперь герцогиня. Это было бы прекрасным завершением отвратительного утра.

Когда Алекс увидел ее, он понял, что его ждет не обычный скандал, а нечто другое. Герцогиня выглядела озабоченной. Взяв ее за руку, Алекс спокойно поздоровался.

– Ваша светлость, добро пожаловать.

Герцогиня перешла к цели визита безо всяких извинений за то, что побеспокоила его на рассвете.

– Вы должны знать, почему я здесь, милорд. – Она пристально посмотрела на него своими голубыми глазами. – Почему Клэр едет в Локхарт? Почему она ведет себя, словно этот переезд не более чем загородная прогулка?

Алексу было бы проще, если бы его затоптал табун диких лошадей, чем выяснять отношения с еще одной Кавеншем. Клэр уже успела разбить ему сердце.

– Ваша светлость, я в замешательстве.

С силой атлантического шторма герцогиня налетела на Алекса. По всей видимости, ее терпение было исчерпано.

– Если вы хотите сохранить этот брак, вам лучше быть предельно откровенным. Я займусь герцогом и этими глупостями с разводом, но мне нужны аргументы, чтобы остановить Клэр. Если вы не можете или не хотите рассказать мне все, тогда вы оба этого заслуживаете в наказание за свое упрямство.

Алекс замер на месте. Герцогиня была похожа на богиню войны, готовую к бою. Она молча ждала его ответа.

– Пожалуйста, садитесь. – Алекс не ожидал, что тетя Клэр станет его союзницей. Мягко говоря, он был шокирован этим. В то же время он понимал, что должен воспользоваться внезапно возникшей поддержкой. – Это займет какое-то время. Могу я предложить вам чай?

Когда герцогиня села на стул, стоявший перед его столом, Алекс последовал ее примеру и сел за стол.

Герцогиня мило улыбнулась Пембруку, как будто она пришла к нему по какому-то обычному вопросу.

– Нет, спасибо. Однако я уверена, что по окончании нашего разговора нам понадобится что-то покрепче чая.

Когда Алекс закончил свою неприятную историю, герцогиня на секунду опустила взгляд.

– Вы знаете о том, как погибли родители Клэр, и о Вренвуде?

– Что вы имеете в виду?

– О ее страхе грозы, ее реакции на Вренвуд?

– Недостаточно. – Алекс откинулся на спинку стула. – Она не рассказала мне всего, что случилось в ту ночь.

– Мы с Себастьяном тоже не понимаем всего масштаба травмы, которую она получила тогда. – Герцогиня глубоко вздохнула, и ее лицо помрачнело. Она встала со стула и начала расхаживать по кабинету. По всей видимости, только так она могла рассказать Алексу то, чего он не знал. – Второй экипаж, конюхи и прислуга, удачно добрались до другого берега и несколько часов пытались найти семью и карету. Они даже послали людей, чтобы привели помощь. Наступила кромешная тьма, но никаких указаний на то, что семья герцога выжила, не было. На следующее утро надежды на успех почти не осталось. В этот момент они увидели Клэр, которая шла к ним по глубокой грязи. Когда экипаж перевернулся, его отнесло вниз по течению реки. Герцог вытащил Клэр на берег в полукилометре от места аварии, а потом нырнул, чтобы спасти жену. – Герцогиня запнулась и повернулась к Алексу: – Девочка сидела под дождем всю ночь, ожидая, пока они вернутся. Себастьян предположил, что тяжелое платье Маргарет прижало колесом и потому она не смогла освободиться. Майкл, вероятно, пытался ей помочь, но…

Алекс поерзал на стуле, пытаясь скрыть неловкость после услышанного. Боже, его Клэр одна сидела под дождем на берегу ночью, ожидая, что ее родители вернутся к ней.

– На следующий день поиски продолжились. Их тела нашли. – Голос герцогини превратился в шепот. – Грозы, бушевавшие тогда во Вренвуде, были ужасны. Никто не мог ни добраться до поместья, ни покинуть его, потому что все ручьи и реки вышли из берегов.

– Я помню тот сезон, – заметил Алекс, ожидая продолжения истории.

Горе, написанное на ее лице, превратилось в боль. Алекс с ужасом ждал продолжения. Глаза герцогини заблестели от слез.

– Моя дорогая девочка не плакала. Она постоянно сидела в комнате, где их положили. Вода их обезобразила… – Герцогиня прокашлялась. – Клэр кричала и не могла успокоиться, когда слуги пытались прикрыть их тела. Мистер Джордон был рядом с ней днем и ночью. Он не мог заставить ее уйти оттуда. Все это время грозы не прекращались.

Алекс представил себе, как чувствовала себя его жена тогда, когда она была маленькой девочкой, брошенной всеми. От нахлынувших эмоций у него перехватило дыхание. Неудивительно, что она так сильно держалась за свой дом и семью. Она видела смерть родителей и провела в одиночестве много часов, прежде чем ее нашли. Эта мысль не давала ему покоя. Он почувствовал какую-то влагу на лице и понял, что это его собственные слезы.

– Наконец спустя пять дней Себастьян смог пересечь реку. Он ринулся в дом и обнял Клэр. – Слезы медленно катились по щекам герцогини. – Она так и не проронила ни единой слезинки.

Герцогиня склонила голову.

– Ваша светлость, она была маленькой девочкой, шокированной происшедшим. Я видел ее горе. Она переживает… она сильно переживает. – Алекс запнулся, пытаясь подыскать слова. – Это шрам, который появляется на сердце, когда мы теряем родителей. Но это не конец для Клэр.

Джинни вытерла слезы и слабо улыбнулась.

– Мои действия могут говорить об обратном, – продолжил Алекс, – но я очень беспокоюсь за вашу племянницу.

Герцогиня внимательно посмотрела на него:

– Вы не должны позволить ей уехать в Шотландию.

– Не позволю.

Это обещание далось ему нелегко. Он заберет Клэр домой.

– Спасибо, Пембрук. – Герцогиня наклонилась и похлопала его по руке. – А теперь я предлагаю выпить за то, что мы обсуждали ранее. У вас, случайно, не осталось еще виски матери Клэр?

***

В этот же день, спустя какое-то время, Себастьян вошел в свой кабинет вместе с Клэр и закрыл за собой дверь. Он глубоко вздохнул и сел на край стола лицом к племяннице.

– Я знаю, что ты готовишься к отъезду, но мы должны поговорить, пока не поползли слухи.

Себастьян провел рукой по лицу. Эта ситуация неприятно отразилась и на самом герцоге.

– Спасибо. Я хочу знать, какие у меня варианты. Вы уже говорили с адвокатами?

Клэр попыталась унять дрожь в голосе, чтобы не выказать своей слабости. У нее внутри все сжималось при мысли о том, что она собиралась аннулировать свой брачный союз с Алексом.

Проклятие действительно существовало.

– Это нелегко, дорогая. И никогда не было легко. Существует несколько причин, которые могут стать основанием для петиции об аннуляции брака. Если Пембрук был не в состоянии выполнять свои супружеские обязанности… Я полагаю, что это не так, поскольку сегодня утром я встретил его возле твоей комнаты.

Клэр склонила голову, чтобы дядя не увидел ее покрасневших от смущения щек.

– Нет.

Герцог прокашлялся:

– Так вот, поскольку он не является близким родственником, то этот путь закрыт. Он не признан невменяемым, хотя лично я бы с этим поспорил. – Себастьян нежно посмотрел на племянницу и покачал головой. – Адвокаты изучили все положения вашего брачного соглашения. Причин для аннуляции нет.

– Неужели в документе нет никакой неправдивой информации, которую он мог подать?

– Клэр, ты не выиграешь это дело. Адвокаты изучили документ вдоль и поперек. Если ты попытаешься что-то предпринять, то станешь посмешищем. Палата лордов, все аристократы станут на сторону Пембрука.

Герцог привлек для решения этого вопроса лучших юристов Лондона. Если кто-то и мог предложить рациональную причину аннуляции, то только они.

– Большинство здравомыслящих людей скажут, что Пембрук спас тебя от лорда Пола. Остальные скажут, что он спас тебя от проклятия. – Лицо дяди Себастьяна исказилось в презрительной гримасе. – Только представь себе, какой была бы твоя жизнь, если бы ты вышла замуж за этого мота и любителя азартных игр! Пембрук спас тебя от ада, на который я бы не обрек даже своего врага. – Его голос смягчился: – Тем более тебя.

– А что с разводом? – быстро спросила Клэр, не успев даже подумать о сказанных дядей словах.

– Нет! Ни под каким предлогом. Пембруку придется подать прошение в парламент и заявить, что ты ему изменила, дабы его прошение удовлетворили. Я этого не позволю. А что, если ты беременна? Он сможет заявить, что твой ребенок бастард. Даже если ты проживешь в Эдинбурге до конца жизни, каждый встречный будет тыкать в тебя пальцем.

– Должен же быть выход.

Горячая слеза обожгла ее щеку, однако Клэр не позволила себе расплакаться.

Дядя обнял ее.

– Я бы сделал только хуже и опорочил память брата, если бы позволил тебе расторгнуть этот брак. Я был очень зол, когда сказал Пембруку, что не подпущу его к тебе. Дорогая, ты его жена. – Он выпустил Клэр из своих объятий и посмотрел ей в глаза. – Последуй моему совету. Попытайся найти общий язык с Пембруком. Я не говорю, что вы должны жить в гармонии, но попробуй найти способ сосуществовать друг с другом.

– Вы не понимаете. – Клэр глубоко вздохнула. – Очень больно любить его и делать вид, что это не так. Как я могу избавиться от этого страдания?

Ее боль усилилась, как только очередная лазейка из этой западни захлопнулась.

– Я согласен. Он наломал немало дров. Но тебе придется найти себя в этом браке. Это труд. Как и браки других людей. Возможно, жить с ним не так уж сложно, как ты себе представляешь. Если я ошибаюсь, тогда живите раздельно. Я видел подобное много раз. Тебе еще повезло. По крайней мере у тебя есть средства делать то, что ты хочешь и когда хочешь.

– Я подумаю об этом.

Клэр вытерла глаза и отстранилась, собираясь уйти.

– Поужинай со мной и Джинни. Мы собираемся на бал к леди Далтон.

– Спасибо. Я узнаю, что Эмма запланировала на вечер.

– Пока ты не ушла… Когда я говорил, что ты моя дочь, это было сказано серьезно. В тот ужасный день во Вренвуде ты стала частью меня и Джинни.

Клэр улыбнулась сквозь слезы, которые готовы были снова брызнуть из глаз.

– Я никогда не забуду этого. Вы и тетя Джинни подарили мне дом и семью, когда у меня никого не стало. Я люблю вас.

– Я собираюсь повесить портрет твоих родителей в Фалмонте, если ты не против.

– Это было бы чудесно, дядя Себастьян.

Щеки герцога стали пунцовыми. Он кивнул, не глядя на нее.

– Тогда решено.

Выйдя из кабинета, Клэр почувствовала небольшое облегчение. Теперь, когда бы она ни поехала в Фалмонт, она будет видеть родителей. Что бы ни готовило ей будущее, ей повезло. Она была частью двух любящих ее семей.

***

– Клэр, быстрее, пожалуйста. Я уже пообещала следующий танец кое-кому и не хочу опоздать.

Эмма тщательно подготовилась к балу, явно надеясь произвести на кого-то впечатление. Они стояли в очереди гостей, ожидая возможности поздороваться с хозяевами – графом и графиней Далтон.

– Леди Пембрук. – Граф взял Клэр за руку и кивнул. – Лорд Пембрук уже прибыл. Он попросил, чтобы я сказал вам, что первый танец его. – Он подался вперед и шепнул, как будто делясь с ней страшным секретом: – Но, если захотите, я могу его заменить.

– Спасибо, милорд.

Клэр улыбнулась, однако внутри у нее все похолодело при мысли об Алексе. В последний раз, когда она и Алекс были на одном балу, проклятие проявило свою силу. Что же случится сегодня вечером?

Графиня похлопала веером мужа по руке.

– Ах ты, старый проказник! – Она поцокала языком. – Оставь танец мне. – И, повернувшись к Клэр, подмигнула ей: – Мы рады, что вы смогли прийти.

– Спасибо. – Клэр отошла в сторону и направилась к Эмме. – Возможно, нам стоит уйти.

– Глупости. – Эмму, казалось, новость про Алекса нисколько не тронула. – Ты не сможешь спрятаться. Воспользуйся возможностью и покажи, что он не имеет власти над тобой. Кроме того, это твой последний бал перед отъездом в Шотландию. – Кузина сжала ее ладонь. – Пожелай мне удачи. Я сегодня пытаюсь заполучить две книги. Одна – это первое издание работ мистера Бентама. Но у моего первого партнера по танцам есть новая книга мемуаров, которые он хотел бы обсудить. Она чудным образом украсила бы мою коллекцию. Это дневник Анжелы Тарт.

– Кто это такая?

– Капиталистка из прошлого века. – Эмма широко улыбнулась, словно перед ней появился красивый кавалер. – В некотором смысле.

– Она занималась предпринимательством?

С таким же успехом Клэр могла обращаться к пальме в горшке, стоявшей рядом. Эмма быстро сбежала по ступенькам к группе друзей. Клэр последовала за ней, стараясь держаться ближе к стене. Лавируя между декоративными растениями в горшках и ливрейными лакеями с подносами, на которых стояли бокалы с шампанским, она рассчитывала как можно реже попадаться на глаза гостям. Если она заметит Алекса, то постарается держаться от него подальше. Это было непросто, потому что она всегда присматривала за Эммой, смотрела, с кем та разговаривает и с кем танцует. Она решила позволить Эмме потанцевать с лордом Латуреллем, или кто там был ее тайным поклонником. После этого она потребует, чтобы они вернулись в Лэнгем-холл. Если им повезет, они уедут и Алекс их не заметит.

После короткой паузы оркестр заиграл новую мелодию. Эмма нашла себе партнера, которым оказался старый друг семьи. Ну что ж, хотя бы сейчас Клэр не придется беспокоиться. В зале стало людно и очень жарко, и Клэр, воспользовавшись моментом, вышла наружу. Повинуясь инстинкту, Клэр хотела посмотреть на небо, чтобы убедиться, что приближения грозы не предвидится. Легкий восточный ветерок, дувший днем, теперь сменил направление и подул с запада.

Вдыхая свежий воздух, она направилась в безлюдную часть балкона. Спустя несколько мгновений Клэр краем глаза заметила, что к ней кто-то приближается.

Она повернулась, чтобы поздороваться, и увидела Алекса.

Он улыбнулся ей, медленно обнял ее за талию и погладил по спине.

– Вы получили мою карточку. – Его глаза вспыхнули, когда он посмотрел на брошь, а потом ей в глаза. Клэр закрыла брошь ладонью и почувствовала, как сердце гулко застучало в груди. – Вы сделаете это? – спросил он, нагнувшись к ней.

Клэр шагнула назад, чтобы между ними сохранялась хоть какая-то дистанция. Он стоял слишком близко и был очень соблазнительным.

– Что сделаю?

– Вы простите меня? – спросил он, заглянув ей в глаза.

Клэр глубоко вздохнула:

– Алекс…

Он приложил палец к губам жены, заставив ее замолчать.

– Не отвечайте. – Выражение его лица смягчила нежная улыбка. – Вы со мной потанцуете?

Он взял Клэр за руки, ожидая ее решения.

Каждая мышца в ее теле расслабилась. Этот противный хам знал, как его слова влияют на нее, лишая способности отказать ему. Она кивнула и тут же пожалела об этом. Снова вечер закончится тем, что она будет собирать по кусочкам свое разбитое сердце.

Алекс проводил ее в центр зала, убедившись, что все гости заметили их. Он обнял ее за талию и притянул к себе. Ее щеки горели огнем. Близость их тел заставила собравшихся активно обсуждать пару. Дамы и девушки энергично обмахивались веерами, пряча за ними свои комментарии об их поведении.

Клэр пыталась вести себя спокойно, чувствуя на себе десятки взглядов. Рука Алекса крепко прижимала ее к нему.

– Алекс…

– Моя дорогая жена, если только таким образом я могу привлечь ваше внимание или провести с вами время, то пусть будет так. Вы сами заставили меня пойти на крайние меры.

Он улыбнулся, но эта улыбка была предназначена не Клэр, а толпе.

– Пожалуйста, отпустите меня, – прошептала она.

Оркестр заиграл вальс, и они начали танцевать.

Алекс наклонил голову к ее уху. Вдохнув ее аромат, он ответил:

– Пока я дышу, я не отпущу вас. – Он нежно коснулся губами ее уха и закружил по залу, ни на секунду не сводя с нее глаз. Когда он заговорил снова, его голос был очень нежен: – Никогда.

Странное ощущение облегчения охватило Клэр. Она решила не обращать внимания ни на что, кроме танца. После вальса она позволит своему разуму и сердцу вступить в схватку. А пока она наслаждалась танцем.

Ее непослушное тело не позволяло ей сосредоточиться на чем-то другом, кроме Алекса. Находиться в его объятиях было прекрасно. Она легко могла бы кружить с ним в танце всю ночь напролет. Когда Клэр оглянулась через плечо на других танцующих, то вспомнила про Эмму. Быстро окинув взглядом зал, она увидела, что кузина танцует с мистером Джексоном.

Алекс нахмурился:

– Что-то не так?

– В последнее время Эмма сама не своя. Я обещала тете Джинни присматривать за ней. Лорд Пол заговорил с Эммой на вечеринке у леди Баррингтон. Я прервала их разговор, и с тех пор она ведет себя странно.

Клэр ожидала, что Алекс бурно отреагирует на это, но ничего не случилось. Он спокойно посмотрел ей в глаза.

– Да, я видел вас с ним в тот вечер.

У Клэр по коже забегали мурашки.

– Откуда вы узнали? Вас там не было.

– Дорогая, меня пригласили, и я находился недалеко от вас.

Клэр помолчала, пытаясь успокоиться после его признания о том, что он за ней следил.

– Он мне многое рассказал, как вы понимаете. Я предупредила его, чтобы он не подходил к Эмме, но он поведал мне то, в чем вы отказались признаться.

На этот раз Алекс напрягся:

– Наверняка он изобразил себя героем.

С этими словами Алекс посмотрел куда-то в сторону, словно его внимание привлекло что-то более важное, потом снова перевел взгляд на Клэр.

Он не отпускал ее, пока не закончился танец. Когда они остановились, Алекс предложил:

– Пойдемте со мной.

Он пытался найти место, где за ними не могли наблюдать гости.

– Милорд, очень жаль, что мне приходится поднимать эту тему сейчас. Но мне надо найти Эмму.

Клэр попыталась вырваться из его объятий.

– Мы еще не закончили.

Алекс затянул ее в угол под лестницей, которая вела на третий этаж. Здесь их точно никто не будет искать. Он уперся рукой в стену над головой Клэр и наклонился к ней.

Она почувствовала знакомый цитрусовый аромат, и к ней тут же вернулись воспоминания о том, как он ложился на нее, когда они занимались любовью в ее постели. Если ей не удастся взять себя в руки, ее сердце не переживет эту ночь.

– Клэр. – Он поцеловал ее в висок, прежде чем продолжить: – Давайте поедем домой. Я все исправлю, обещаю. Сейчас я не могу думать логически. Мне нужно столько сказать вам, но я лишь думаю о том, как сильно я скучаю по вам. – Он поцеловал ее в шею, а потом в ухо. – Я никогда в жизни никого не просил так, только вас…

Клэр следовало оставаться сильной.

– Зачем? Чтобы одержать еще одну победу над лордом Полом?

Глаза Алекса расширились. Какое-то непонятное чувство отразилось на его лице.

Клэр оставалась спокойной.

Внезапно Алекс прижал ее к стене и страстно поцеловал в губы. Когда он отстранился, Клэр почувствовала, что едва может стоять на ногах. Она подалась вперед и положила голову ему на грудь. Ее сердце быстро стучало в груди. Она боялась, что упадет.

Алекс уперся головой в стену. Его пальцы нежно теребили ее локоны.

– Я собираюсь прогуляться. Сейчас я так сильно хочу вас, что боюсь испугать вас. – Он глубоко вздохнул, словно пытаясь успокоить ураган страстей, который бушевал у него внутри. – Я знаю, что пугаю самого себя. – Он отошел от нее. Клэр чуть не вскрикнула, когда он перестал прикасаться к ней. – Потом я найду вас и мы покончим с этим так или иначе. Вы согласны?

Если бы она ответила, то умоляла бы его остаться. Вместо этого она просто кивнула.

Он вернулся в зал, ни разу не оглянувшись. Она хотела, чтобы он посмотрел на нее, чтобы она снова увидела его блестящие глаза. Она поднесла ладонь к лицу, ощущая его поцелуй и тепло прикосновения. Ей следовало прислушиваться к разуму, а не вероломному сердцу.

Когда Клэр пришла в себя, она тоже вернулась в зал. Окинув взглядом танцующих, она поискала глазами желтое платье Эммы, но не обнаружила кузину. Как раз играли рил. Этот быстрый шотландский танец требовал хорошей физической формы, потому его танцевали лишь единицы. За ним должен был последовать вальс.

Клэр заметила леди Лену Ноллертон среди друзей Эммы.

– Вы не видели леди Эмму?

– Кажется, она танцевала с мистером Джексоном, пока он не вывихнул лодыжку. А потом Эмма сказала, что ей нужно срочно возвращаться домой.

– Как давно это было?

Лена нахмурила лоб и постучала затянутым в перчатку пальцем по запястью.

– После кадрили, но перед рилом. Возможно, четверть часа назад. Я не уверена, леди Пембрук.

Юная леди со свежим лицом по имени мисс Джейн Хосмер стояла рядом с леди Леной.

– Леди Пембрук, Эмма не покинула зал вместе с Джексоном.

– Правда? Вы ее видели?

Девушка посерьезнела и кивнула:

– Она вернулась к нам. Я слышала, как она сказала леди Дафне, что лорд Пол нашел для нее книгу.

– Спасибо.

Клэр стоило огромных усилий сохранять самообладание и продолжать улыбаться. Она поспешила прочь.

Эммы нигде не было видно. Обычно она предупреждала, если у нее менялись планы. После того как Клэр осмотрела зал с закусками, она направилась в комнату, где играли в карты. Она надеялась отыскать Маккалпина или Уильяма, но их там не оказалось. Тетя и дядя должны были приехать лишь после полуночи.

Клэр проверила все места, где могла быть Эмма, но так и не нашла кузину. У Клэр пересохло в горле от охватившей ее тревоги, и она едва сдерживалась, чтобы не расплакаться. Ей нужен был Алекс. Срочно. Она сожалела о том, что они расстались, и не знала, где его искать.

Клэр двинулась вдоль зала, делая вид, что просто гуляет. Когда она приблизилась к главному выходу, то заметила возле балкона лорда Сомертона.

– Леди Пембрук, надеюсь, вы не собрались уходить? – спросил Сомертон и поклонился ей.

– Да, я должна уехать, – ответила Клэр, понимая, что вынуждена задержаться и немного поболтать на общие темы, потому что этого требовали приличия. В противном случае Сомертон, который был очень наблюдательным человеком, мог что-то заподозрить. Она нетерпеливо притопывала туфелькой, скрытой под платьем.

– Вы видели Пембрука? – спросил Сомертон, оглядываясь по сторонам.

Этот наглец хотел, чтобы она еще и за Алексом следила.

– Я полагаю, что он гуляет по залу. Можете также заглянуть к картежникам. Если вы позволите, милорд. – И, не дожидаясь ответа, Клэр направилась к выходу.

Она попросила лакея, чтобы подогнали ее экипаж. К счастью, он стоял недалеко от входа. Когда слуга ее дяди помог ей забраться в карету, Клэр шепнула ему на ухо:

– Как только мы выедем отсюда, я хочу, чтобы мы поехали в Лэнгем-холл на максимальной скорости.

Вскоре карета выехала из ворот особняка Далтонов. Когда он скрылся за поворотом, карета резко набрала скорость.

Клэр молилась, чтобы они успели предотвратить то, что могло произойти между лордом Полом и Эммой. Как только экипаж остановился, Клэр выскочила из него и кинулась к входной двери.

– Питтс!

– Я могу вам помочь, леди Пембрук?

Много лет проработав дворецким, он научился угадывать мысли хозяев по выражению их лиц. Он протянул ее накидку слуге и повернулся к Клэр.

– Пойдемте со мной! – сказала Клэр и вошла в гостиную, где их никто не должен был услышать. – Вы видели леди Эмму?

– Нет, миледи. Вы сейчас дома одна. – Он протянул ей запечатанную записку. – Это только что передали для вас.

Кровь глухо стучала в висках Клэр. Она узнала изящный почерк, которым была написана записка. Она хорошо помнила его по балу у леди Энтони. Записка была от лорда Пола.

Моя дорогая Клэр!

Ваша кузина решила срочно встретиться со мной в «Черном Фальстаффе» сегодня вечером. Ранее она послала мне записку с просьбой о встрече там. По моему скромному мнению, для всех нас будет лучше, если Вы немедленно приедете сюда. Я забронирую для нас комнату.

Л.П.Б.

Холодный ужас сковал Клэр. Ей стало тяжело не только говорить, но и дышать. Эмма по собственной воле поехала на встречу с лордом Полом! Это не сулило ничего хорошего.

В комнату вошел Чарльз.

– Миледи, я могу вам чем-то помочь?

– Леди Эмма пропала. – Ее подавленный вид не мог оставить равнодушным ни Чарльза, ни Питтса. В данный момент Клэр не могла ждать возвращения остальных членов семьи и поэтому сама приняла решение. – Чарльз, седлай Гермеса и подготовь карету. Убедись, что на экипаже нет эмблемы герцога. Вы поедете за мной в экипаже в «Черный Фальстафф». Никому не рассказывайте о том, куда мы направляемся.

– Да, миледи, – кивнул конюх и вышел.

– Я переоденусь. Питтс, сообщите герцогу и герцогине и пошлите кого-нибудь, чтобы разыскали Маккалпина и лорда Уильяма.

– Конечно, леди Пембрук.

Питтс пошел исполнять распоряжения Клэр, а она поспешила в свою комнату. С помощью Айлин она быстро переоделась в платье для верховой езды.

В ее голове теснились самые ужасные мысли. Если кто-то увидит, что Эмма сама направляется в «Черный Фальстафф», на нее обрушится столько сплетен и насмешек, что в сравнении с ними травля Клэр покажется детской забавой. Не раздумывая больше ни минуты, Клэр вернулась в голубую гостиную, где ее ждали Питтс и Чарльз.

Клэр сжала пальцы в кулаки, пытаясь унять дрожь в руках, и заставила себя немного успокоиться.

– Нам пора.

Почему Эмма поехала на встречу с лордом Полом? Что ему от нее нужно?

Глава шестнадцатая

Клэр ехала на лошади рядом с экипажем, которым управлял Чарльз. Трактир находился приблизительно в трех километрах от Лондона. Спустя полчаса они были уже почти на месте.

Звезды исчезли с неба. Вокруг царила кромешная тьма. Далеко на востоке светила луна. Яркие сполохи молний озаряли небо на западе. Ветер усилился, словно пытаясь опередить надвигавшуюся грозу. Клэр пришлось мобилизовать всю свою волю, чтобы встретиться лицом к лицу с тем, что ее ждало в трактире. Где-то в глубине души она чувствовала, как знакомый ужас пытается прорваться наружу и поглотить ее всю. Клэр крепче сжала поводья. Ей следовало найти Эмму.

Они подъехали к ручью, через который был перекинут мост. Вода с шумом текла по камням, исчезая в темноте. Клэр осадила коня и вздохнула. Узкий подвесной мост раскачивался на ветру. На нем едва могли разминуться два всадника, не говоря уже о карете.

Клэр не могла сдержать дрожь. Она нагнулась к Гермесу, спасаясь от летающих в воздухе листьев и пыли, поднятых сильным ветром. Ей понадобилась вся ее сила воли, чтобы не развернуть коня и не ускакать обратно. Должно быть, на ее лице хорошо был виден страх. Чарльз подошел к ней и схватил поводья.

Он повысил голос, пытаясь перекричать шум ветра:

– Миледи, хотите, я возьму лошадь и мы вернемся обратно?

– Нет. Езжай к другому мосту – по нему можно пересечь ручей в карете. Я поеду этой дорогой.

Ветер трепал ее капюшон.

– Возьмите это. – Чарльз протянул ей один из фонарей, который снял с кареты. Он забрался на лавку и взял поводья. Развернув карету, он остановился возле нее. – Вы уверены, миледи?

– Да, ступай. Встретимся у трактира.

Клэр не посмотрела ему вслед. В противном случае она бы никогда не смогла преодолеть этот мост. Клэр задрожала и крепче сжала ногами круп лошади. Гермес, должно быть, воспринял это как команду. Через пару секунд она уже была у моста.

Тяжело вздохнув, Клэр слезла с лошади. В одной руке она держала фонарь, другой крепко сжимала поводья. Она не сомневалась, что верхом не сможет проехать по мосту. Она просто будет не в состоянии усидеть в седле.

До противоположного берега было не более тридцати метров. Да будь там хоть десять метров, для Клэр это было непреодолимой преградой. Но у нее не было выбора, поскольку Эмма находилась на другом берегу.

Ветер немного утих, и у Клэр появилась надежда, что у нее все получится. Тихо молясь, она сделала первый шаг и потянула поводья. Деревянные доски под ее ногами были толстыми и крепкими. Первый шаг добавил ей достаточно уверенности, и она смогла повести за собой коня.

Вода внизу ревела так громко, что ничего нельзя было расслышать. Дыхание Клэр участилось, сердце в груди трепетало от волнения. Она держала фонарь на вытянутой руке и уверенно двигалась вперед, стараясь не смотреть вниз. Гермес, по всей видимости, ничего не боялся. Он послушно шел за хозяйкой. Воспоминания о том, как она с родителями переезжала в карете по мосту много лет назад, всплывали в памяти, но Клэр не поддалась этому кошмару и продолжила идти дальше.

Ей оставалось преодолеть не более десяти метров. Клэр ускорила шаг. Внезапно порывы ветра усилились. Капюшон, сдвинувшись на лицо, мгновенно ослепил ее. Мост угрожающе заскрипел и начал раскачиваться. Правой рукой, в которой она держала поводья, Клэр схватилась за веревку, служившую поручнем. Она так крепко сжала ее, что ладонь заныла от боли. Клэр замерла, тяжело дыша. По груди девушки скатилась струйка пота.

Гермес слегка толкнул ее в спину, и ей пришлось сделать неуверенный шаг. Осторожно ступая, Клэр пыталась сдержать страх и ни на секунду не отпускала веревку. Очутившись на другом берегу, она прижалась к Гермесу и погладила его по шее. Это помогло ей успокоиться. У них все получилось.

Спустя несколько минут ее руки перестали дрожать, а сердце немного успокоилось и уже больше не стучало так сильно. Без помощи конюха или подставки Клэр попробовала забраться на лошадь.

– Клэр!

Крик донесся с другого берега. Клэр подняла фонарь и обернулась. Алекс был уже на середине моста. Он держал в руке фонарь и вел за собой Ареса.

– Клэр, подождите меня!

Капюшон его плаща резко хлопал по его плечам. Ветер усиливался. В следующую секунду конь встал на дыбы и мост покачнулся. Алекс упал и скатился с края моста. Напуганный Арес рванулся вперед и галопом проскакал мимо Клэр.

Клэр задрожала, наблюдая за тем, как Алекс пытается забраться обратно на мост. Одной рукой он держался за веревку, а другой вцепился в доску. Она хотела выкрикнуть его имя, но из горла не вырвалось ни звука. Мост задрожал, потом замер, словно пытаясь сбросить его в ручей. Алекс уже был по пояс на мосту.

Клэр упала на колени и свернулась калачиком. Недалеко от нее от дерева отломилась большая ветка и с громким шумом рухнула вниз. Клэр заставила себя сесть, пытаясь стряхнуть оцепенение. На этот раз она не собиралась терять любимого человека. Чем бы ей ни пришлось пожертвовать, она должна была спасти Алекса.

Ветер продолжал усиливаться. Не думая о последствиях, Клэр побежала к Алексу, но резко остановилась перед мостом, как будто какая-то неведомая сила не давала ей ступить и шагу. Она дрожала как осиновый лист, но старалась не позволить страху взять верх. Усилием воли она заставила себя медленно, маленькими шажками двигаться в сторону Алекса. Наконец она подошла к нему. Клэр ни на секунду не отпускала веревку. Она стояла всего в полуметре от мужа. Осторожно нагнувшись, Клэр поставила фонарь на доски. Огонек внутри фонаря дрожал от сильного ветра.

Клэр действовала инстинктивно. Она опустилась на колени и, схватив Алекса за руки, изо всех сил потянула на себя, помогая ему забраться на мост. Ее небольших усилий хватило, чтобы затея увенчалась успехом. Несколько секунд они лежали на мосту, переводя дыхание, после чего Алекс помог Клэр встать.

– Большое вам спасибо. – Он глубоко вздохнул и покачал головой. – Не хотелось бы, чтобы подобное повторилось.

– Я подумала, что могу потерять вас.

Она обняла его за шею. Плащ Алекса развевался на ветру, хлопая их обоих по плечам.

– Я так просто не сдамся.

Алекс весело рассмеялся.

Его хорошее расположение духа помогло Клэр немного расслабиться, но она продолжала держать его за плечи.

– Миледи, вы подарили мне надежду. – Он взял ее лицо в ладони и нежно провел большими пальцами по щекам. – Я счастливчик, если вы обо мне беспокоитесь.

– Я бы сделала все, что угодно… – Клэр не закончила фразу и повернулась в сторону берега. Поскольку Алекс своим телом частично закрывал свет от фонаря, ей было трудно разобрать, что там впереди. – Далеко еще?

Алекс обнял ее за талию и притянул к себе.

– Не более пятнадцати метров. Вы держите фонарь, а я буду помогать вам добраться до того берега.

Сердце бешено стучало в груди Клэр. Она закрыла глаза. Вместо того чтобы попытаться идти вперед, она повернулась и прижалась к Алексу.

– Он сказал, чтобы я не двигалась.

Ветер свистел в кронах деревьев. Алекс закрыл Клэр от ветра и спросил:

– Кто?

– Мой отец.

У Клэр перехватило дыхание. Она поверить не могла, что сможет признаться в том, что случилось той ночью. Не сейчас, не на этом мосту. Но какая разница. Она чуть не потеряла Алекса. Было столько всего, что она хотела сказать. Она хорошо научилась скрывать то, что произошло в тот трагический момент. Стоило ей только начать рассказ, и она уже не могла остановиться.

– Река была такая черная. Все, что меня окружало, было черным. Я ничего не видела. Легкие болели от гнилой воды, которой я наглоталась. Я не могла дышать, не могла вырваться. Каким-то образом ему удалось найти меня. Он схватил меня за руку, вытащил на поверхность и поплыл к берегу.

Алекс крепко обнял ее, словно не желая никогда отпускать от себя. Клэр прижалась головой к его груди. В таком положении он мог ее хорошо слышать.

– Его последними словами были: «Клэр, оставайся здесь. Обещай, что ты никуда не уйдешь отсюда». Он осторожно встряхнул меня и посмотрел в глаза. В его взгляде я видела тревогу и страх. Он хотел, чтобы я пообещала.

Алекс погладил ее по голове, давая ей силы продолжить.

– Я кивнула один раз… два раза… не помню, сколько раз. Потом он нырнул в эту черную воду. Я прождала всю ночь. – Она покачала головой. Ее зубы стучали от нервного напряжения. – Я не двинулась с места и постоянно смотрела на реку. Наступила ночь, но дождь не прекращался. Кругом было темно. Лишь иногда на небе сверкали молнии.

Алекс поцеловал ее в щеку и вновь прижал к себе, пытаясь вселить в нее уверенность, что все будет хорошо.

Клэр сглотнула, собираясь закончить рассказ. Она больше не желала хранить это в секрете.

– Я рыдала, пока ко мне потихоньку подступала вода. Я потеряла сапоги, и мои голые ноги оказались в воде. – Она немного отстранилась, чтобы посмотреть на Алекса. – Мои ноги так замерзли, что я не чувствовала пальцев. Я подумала, что он будет не против, если я немного отойду от реки. – Ее голос дрогнул. – Больше я их живыми не видела. – Она снова прижалась лицом к его груди. – Это глупо, но я всегда думала, что, если бы я не ослушалась его, они бы вернулись.

Клэр отстранилась от Алекса и его теплых рук. Ветер затих. Он не сводил глаз с жены.

Клэр посмотрела вдаль и, собрав остатки смелости, которые у нее еще были, повернулась к Алексу:

– Глубоко внутри я думаю, что они погибли из-за меня. Когда проклятие появилось в первый раз, все казалось таким логичным. Правда в том, что… я… я никогда не справлюсь с этим страхом. Никогда. Теперь вы знаете все.

– Вы не были причиной их смерти, и вы не прокляты. Наши страдания и боль, вызванные потерей близких, заставляют нас искать причины столь бессмысленной трагедии. – Он стоял рядом с Клэр, не касаясь ее. – Ваша боль помогает мне понять, через что вам довелось пройти. Но это ничего не меняет в наших отношениях. Вы понимаете? – Он положил руки ей на плечи и нежно сжал, глядя Клэр прямо в глаза и видя ее стыд. – Я хочу, чтобы вы были моей женой, – хриплым голосом заявил Алекс. – Спасибо за то, что рассказали мне. Для меня это много значит. – Он притронулся к ее лицу и убрал со лба прядь волос. – Позвольте мне помочь вам. Я вас не брошу.

Клэр склонила голову, борясь со слезами, которые жгли ее глаза.

– Все в порядке. Я рядом.

Алекс привлек ее к себе и крепко обнял. Надеясь, что это поможет унять боль, она прижалась к его груди.

Клэр замерла. Ей было трудно говорить. Она повернулась и посмотрела в темноту.

– Я… я не могу этого сделать. Оставьте меня здесь. – Ее шепот унесло порывом ветра.

Алекс не услышал ее последних слов и по-прежнему убеждал ее идти вперед.

– Клэр, вы можете это сделать. Я вас не брошу, обещаю.

Он сделал шаг. Клэр обняла его за талию, вцепившись в край его плаща. Она пыталась остановить Алекса, но он продолжал идти вперед. Если она не хотела остаться одна на мосту, ей следовало идти рядом с ним.

Клэр не отпускала его ни на секунду. Шаг за шагом она преодолевала оставшееся до берега расстояние. Шум воды внизу был громче ветра. Она чувствовала, как холодная водяная пыль покрывает ее лицо. Она не видела несущийся под ними поток, но рев воды нельзя было спутать ни с чем. Словно желая помешать им добраться до берега, мост начал раскачиваться под резкими порывами ветра. Деревянные доски стонали у них под ногами. Плащ Клэр плотно облепил ее ноги. Она споткнулась и повалилась на мост как подкошенная.

Из-за этого погас фонарь. Алекс встал на колени рядом с ней и попробовал поднять ее.

– Вы в порядке?

Их окружила тьма. Клэр запаниковала. Она схватилась рукой за доску и резко отстранилась. Она не знала, куда ей идти, и была одержима единственной целью – поскорее найти твердую землю. Заметив, что рев внизу усилился, она попыталась восстановить дыхание.

Алекс остановил ее, схватив за обе руки.

– Послушайте меня, Клэр. У нас нет выбора, мы должны идти вперед. Эмма всего в полукилометре отсюда, в трактире. Мы уже близко. Она наверняка напугана, Клэр. Вы ей нужны. – Он взял ее лицо в ладони. Она ничего не видела, но его губы нашли уголок ее рта, пока он продолжал говорить: – Я вам обещал. Я вас не брошу.

Клэр снова вцепилась руками в его плащ и заставила себя встать. Сейчас ее благоразумие зависело от осознания, что рядом с ней был муж, который готов помочь ей, несмотря ни на что. Каким-то образом ей удалось почерпнуть нужную энергию из его слов. Кивнув, она потянула Алекса в сторону берега, а он обнял ее.

– Мы почти на месте, дорогая. – Алекс мягко поцеловал ее в губы. – Давайте найдем Эмму.

Ветер немного растерял свою ярость, но продолжал мучить их резкими порывами. Молния осветила небо и лошадей, стоявших недалеко от моста. Оставалось всего несколько метров. Клэр сосредоточилась на мыслях об Эмме.

Когда они наконец ступили на твердую землю, Клэр почувствовала огромное облегчение. Впервые за долгое время она смогла глубоко вдохнуть. Сладкий, с запахом жимолости воздух наполнил ее легкие. Она смогла пройти эти несколько метров с помощью Алекса. Клэр повернулась к нему, когда он сошел с моста.

– Это банально, но спасибо…

– Нет, Клэр. – Его голос стал нежнее. – Это я должен снова и снова благодарить вас за то, что вы спасли меня. Мне нет места в этом мире, если вас не будет рядом со мной.

***

Они подъехали к трактиру и обнаружили, что во дворе стоит полнейшая тишина. Опять поднялся ветер. Плащ Клэр трепетал на ветру, как будто хотел улететь.

После испытания на мосту у Клэр снова порозовели щеки. Алекс не знал никого, включая самого себя, кто обладал бы такой силой воли, как Клэр. Она была здесь, ведомая любовью, которую питала к кузине. Алекс хотел, чтобы Клэр любила его так же сильно. Он закрыл глаза. После всего, что он сделал, ему лишь оставалось надеяться, что она позволит ему когда-нибудь все исправить.

К ним бросились конюхи, чтобы забрать лошадей. Алекс помог Клэр слезть с коня и бросил каждому конюху по монете.

– Пожалуйста, позаботьтесь о наших лошадях. Я не знаю, как долго мы здесь пробудем. – Он повернулся к Клэр: – Пойдемте, дорогая.

– Я готова, милорд. – Клэр глубоко вздохнула и приняла его протянутую руку. – Как вы оказались здесь?

– Когда вы уехали, Сомертон нашел меня на террасе у леди Далтон. Я поехал в Лэнгем-холл, и Питтс рассказал мне, что происходит. И я немедленно отправился за вами.

Зеленые глаза молодой женщины расширились от волнения.

– Вы думаете, что Сомертон знает об Эмме?

Он кивнул:

– Я попросил его присматривать за ней. Он не скажет ничего такого, что может ей навредить. Клэр, мы найдем ее. Моя карета скоро прибудет сюда, а потом мы все вместе уедем отсюда.

Себе он пообещал, что сначала убедится, что Клэр и Эмма находятся в безопасности, а позже выяснит, что задумал лорд Пол.

Когда они вошли в трактир, оказалось, что зал наполнен наполовину. Нигде не было видно ни Эммы, ни лорда Пола. Другие посетители не обратили на них ни малейшего внимания. Хозяин трактира, мужчина лет шестидесяти, с седой головой и объемным животом, подошел к ним с широкой улыбкой на губах. Кивнув, он радостно приветствовал их:

– Добрый вечер, милорд. Я могу помочь вам?

– Мы здесь, чтобы встретиться с лордом Полом Барстоу, – тихо ответил Алекс.

Где-то над трактиром загрохотал гром. Клэр придвинулась ближе к Алексу, пока он разговаривал с трактирщиком. В открытое окно ворвался порыв ветра, и Клэр задрожала. Алекс сделал шаг в сторону, чтобы прикрыть жену от сквозняка.

– Должно быть, вы леди Пембрук. – Трактирщик улыбнулся Клэр. – Я Торп Вебстер, владелец этого заведения. Добро пожаловать в «Черный Фальстафф». В отдельной комнате вас ожидает джентльмен. Пожалуйста, позвольте мне сопроводить вас туда.

Трактирщик быстро направился к небольшому коридору, который начинался с другой стороны зала. Посетители внимательно наблюдали за каждым их шагом и подобострастно улыбались. Вебстер вошел в коридор и остановился перед последней дверью справа.

– Там есть кто-нибудь еще?

Вебстер, не глядя на Алекса, ответил:

– Только лорд Пол Барстоу.

Клэр напряглась. Она посмотрела на Алекса и коротко кивнула, дав понять, что готова.

Вебстер постучал в тяжелую деревянную дверь.

– Если вам что-нибудь понадобится, дайте мне знать. Лорд Пол уже заказал еду и напитки.

Алекс встал между Клэр и трактирщиком.

– Спасибо, ничего не надо. Мы разберемся сами.

Алекс вопросительно посмотрел на Клэр. Она кивнула и встала у него за спиной.

Алекс медленно повернул ручку. Он распахнул дверь и вошел внутрь. Пламя нескольких свечей затрепетало от порыва ветра. Яркий огонь в камине освещал комнату.

Лорд Пол встал при появлении Алекса, но тут же с отвращением хмыкнул:

– Ради всего святого, Клэр, зачем вы привели его? Я хочу спокойно и без лишнего шума покончить с этим делом.

– Я тоже рад тебя видеть. – Алекс подавил желание схватить лорда Пола за горло и проучить. Но ему нужно было получить ответ, прежде чем дать волю гневу. – Где она?

– Я не знаю. Я думал, что Клэр приехала с ней.

Лорд Пол обращался к Алексу, но при этом постоянно смотрел на Клэр.

Она замерла в дверях.

– Где может быть Эмма? – Бледное лицо Клэр и ее широко открытые глаза говорили о том, что она очень напугана.

Алекс нежно взял ее за руку.

– Что вы сделали, чтобы убедить Эмму встретиться с вами здесь?

– Клэр, я же говорил, что он всегда спешит с выводами. – Лорд Пол покачал головой. – Два часа назад я получил от леди Эммы записку. Она попросила меня встретиться с ней здесь. Она хочет заполучить первое издание сочинений, которое есть в моей коллекции. – Он посмотрел на Клэр. – Если бы она приехала сюда одна, неизвестно, какой бы ее ждал прием. Кто-то мог узнать ее.

Он достал из кармана записку и протянул ее Клэр.

– Почему здесь? – спросил Алекс.

Лорд Пол вздернул подбородок и холодно посмотрел на Алекса.

– Она сказала, что никогда не бывала в тавернах или пабах, и решила, что это могло бы быть для нее интересным приключением.

Клэр пробежала записку глазами и протянула ее Алексу.

– Он говорит правду. Зачем ей это делать?

Лорд Пол подошел ближе к ним.

– Я не знаю, Клэр. Я думал, что отдельная комната и ваше присутствие должны были бы защитить ее репутацию.

– Я не знаю, что сказать. Эмма все продумала. В последнее время она ведет себя странно. – Клэр сложила руки на груди. – Где она?

– К сожалению, я не знаю, – тихо ответил лорд Пол.

– Мы с вами должны попытаться найти ее, – сказал Алекс. – Когда приедет моя карета, я заберу жену домой и мы покинем это место.

Лорд Пол так посмотрел на Алекса, словно впервые увидел его, но потом с неохотой кивнул.

– Я согласен.

Алекс вздохнул и тоже кивнул. Их вражда не должна была помешать им в этот вечер. Лорд Пол пытался помочь Эмме. Сегодня у них была одна цель – защитить молодую женщину, которая нуждалась в помощи.

Лорд Пол взял плащ и шляпу.

– Я поеду по старой почтовой дороге и буду останавливаться у каждой таверны и постоялого двора. – Он заколебался и посмотрел на Клэр: – Леди Пембрук.

Не сказав больше ни слова, он вышел.

Алекс последовал за ним.

– Хочу еще кое о чем спросить тебя, прежде чем ты уйдешь.

Лорд Пол прислонился к стене со скучающим видом.

– Что ты хочешь?

– Почему ты ввел меня в заблуждение насчет Элис? – спросил Алекс. – А сегодня ты благородный рыцарь, помогающий даме в беде. Почему?

Лорд Пол озадаченно посмотрел на Алекса.

– Это глупо, я понимаю, – тяжело вздохнул он, – но когда-то я считал нашу дружбу одной из самых важных вещей в моей жизни. В молодости меня везде преследовал хаос. Ты обладал способностью приводить мою жизнь в порядок. – Он опустил голову и невесело рассмеялся. – Я был готов потерять твою дружбу ради того, чтобы избавить тебя от боли, которую причинила бы новость о том, что Элис была беременна от конюха. Я всегда думал, что однажды ты узнаешь правду и найдешь меня.

Алекс не мог поверить своим ушам. Признание лорда Пола было одновременно утешительным и волнующим.

– Однако ты превзошел мои ожидания. Теперь не я, а ты порождаешь хаос. – Лорд Пол надел шляпу. – Отвечая на твой последний вопрос, скажу: мне нравятся леди Клэр и леди Эмма.

– А что Сомертон?

– Пожалуйста, не надо, – медленно ответил лорд Пол. – Он на большем взводе, чем этот ужасный хронометр, который постоянно таскает с собой. – Вздохнув, он устало произнес: – Я подумаю над этим. – И лорд Пол последовал в конец коридора.

Потом он резко развернулся и, чуть поколебавшись, посмотрел на Алекса своими ястребиными глазами.

– Я прошу прощения за то, что унизил твою жену. Только так я мог ударить по тебе.

Не дожидаясь ответа, он вышел в зал.

Алекс вздохнул. После того как они найдут Эмму, он подумает о словах лорда Пола. А сейчас он нужен жене.

Когда он вошел в комнату, выражение лица Клэр сказало ему обо всем. Она была на грани срыва.

– Нам нужно вести поиски порознь, – сказала она. – Вам, наверное, лучше поехать на юг по Чейз-роуд. Как только Чарльз вернется, я буду искать с ним…

– Нет. Мы должны искать вместе. Но мы сначала дождемся кареты – моей или вашей. Она понадобится, чтобы посадить в нее вашу кузину.

Четверть часа спустя Клэр уже не находила себе места, меряя шагами комнату перед камином. Когда Алекс подошел к ней, чтобы обнять, дверь распахнулась.

Герцог Лэнгем стоял на пороге. Его лицо было перекошено от ярости. Он походил на воина, готового к бою.

Алекс инстинктивно погладил Клэр по спине и тут же крепко обнял ее, прижав к себе. Какие бы обвинения герцог ни приготовил для него, они не помешают ему быть с Клэр.

– Ваша светлость.

– Где она? Где Эмма?

– Мы не знаем. Ее здесь нет, – ответила Клэр. – Лорд Пол сказал, что она назначила ему встречу в таверне. Он поехал на север, чтобы осмотреть каждый трактир. Мы поедем на юг.

– Черт побери, – прорычал герцог. В его глазах застыло беспокойство. – Вы уверены, что он ничего не утаил?

– Он говорил правду, – ответил Алекс и почувствовал некоторое облегчение. На этот раз ярость герцога была вызвана исчезновением дочери. – Мой конь стоит в конюшне. Скажите, куда мне поехать, и я, зная, что Клэр в безопасности, тут же отправлюсь в путь.

– Эмма плохо держится в седле и далеко не ездит. – Лэнгем достал из кармана карту. – Пембрук…

В комнату вбежал Чарльз. Он со страхом посмотрел на герцога, который выглядел уставшим и очень злым.

– Ну, сынок, говори, что там у тебя. Нам надо спешить.

Шумно выдохнув, Чарльз без запинки ответил:

– Ваша светлость, леди Эмма находится дома в Лэнгем-холле.

– Откуда ты знаешь? – удивленно воскликнула Клэр.

– Миледи, карета застряла в грязи, и у нее сломалось колесо. Я взял одну из лошадей и вернулся за новым колесом. Когда я приехал туда, Питтс уже ждал меня с этими новостями.

– Хвала Богу.

Клэр закрыла глаза и наконец-то расслабилась.

Герцог повернулся и внимательно посмотрел на Чарльза.

Чарльз нервно сглотнул и продолжил:

– Айлин разбудила леди Эмму. Она спросила у нее, где она была вечером. Леди Эмма сказала, что была на балу у леди Далтон.

Вздохнув с облегчением, герцог повернулся к Алексу:

– Пембрук, спасибо. – Он протянул руку Клэр. – Ты должна поехать со мной. Твоя тетя волнуется за вас обеих.

Когда Клэр отошла от Алекса, его охватила буря эмоций. Он не мог позволить ей покинуть комнату. Сначала он должен был заставить ее понять его. Алекс схватил ее за руку.

– Клэр, постой.

Она остановилась, но не повернулась к нему, а лишь посмотрела на его руку.

– Милорд, мы продолжим наш разговор позже, когда закончим с этой проблемой.

Лэнгем потянул ее за руку, давая понять, что им пора.

***

Дядя Себастьян хотел помочь Клэр забраться в карету, но она отступила на шаг и слабо улыбнулась:

– Я собираюсь последовать вашему совету.

– Наконец кто-то решил меня послушать. – Дядя Себастьян тоже улыбнулся. – О каком совете ты говоришь? Или ты хочешь, чтобы я угадал?

– Я останусь с Алексом и поеду домой. – Клэр рассмеялась, и звук собственного смеха успокоил ее. Не было нужды сдерживаться. Сказав это, она почувствовала, как напряжение и боль покидают ее. Впервые в жизни она не чувствовала удушающей тяжести, которая постоянно давила на нее. – Я люблю его. Я еду домой.

– Я всегда знал, что ты умна не по годам. – Герцог нагнулся и поцеловал ее в щеку. – Ты будешь счастлива. Вы приедете к нам завтра? Джинни захочет все это услышать из твоих уст.

– Я обещаю.

Клэр наблюдала за тем, как дядя забрался в карету и уселся на переднее сиденье.

Он нагнулся и посмотрел ей в глаза.

– Как бы там ни было, я думаю, что твои родители одобрили бы твой выбор и твоего мужа.

– Мне тоже так кажется. Но я думала, что вам нет до него дела, особенно после вашей ссоры, – заметила Клэр.

– В тот день я был очень зол. У меня до сих пор синяки на руке. – Герцог поморщился, словно съел дольку лимона. Затем он протянул руку и погладил Клэр по щеке. – Я видел, как он ночью взбирался на наш дуб. Он напористый малый и не оставит тебя в покое. Он рискнул снова столкнуться со мной, и тогда я понял, что он любит тебя.

***

Алекс сбежал вниз по лестнице, чтобы не дать Клэр уехать с дядей. Тишина во дворе трактира подтвердила его опасения. Он опоздал. Они уехали.

Опыт научил его уметь признавать поражение. Это был как раз тот случай. Алекс понял, что потерял Клэр навсегда.

Трактирщик остановился рядом с ним и посмотрел по сторонам.

– Его светлость уехали?

– Только что уехали. С моей женой.

– Не часто у нас бывают такие большие гости. Я даже не успел предложить ему нашего лучшего эля. – Вебстер разочарованно вздохнул. – Доброй ночи, сэр.

На негнущихся ногах Алекс вышел во двор.

Черный экипаж герцога повернул на дорогу, ведущую в Лондон. Поскрипывая на хорошо смазанных рессорах, он увозил в столицу герцога и его племянницу. Как долго еще он сможет называть Клэр своей женой? Алекс закрыл глаза и понурился. Почему он проиграл и не смог добиться ее прощения?

Он направился к конюшне, но тут же замер на месте. Клэр стояла посреди двора и смотрела на него.

Алекс быстро подбежал к ней.

– Вы кого-то ждете? – неожиданно для себя спросил Алекс.

Его карета подъехала к ним и остановилась.

– Да, жду, – кивнула Клэр в ответ. У него в груди все сжалось. – Своего мужа.

За ее внешним спокойствием явно что-то скрывалось, но Алекс не мог определить, что именно, и это заставило его разволноваться.

– Алекс, настало время серьезно поговорить.

Глава семнадцатая

Алекс долго оттягивал неизбежное. Его экипаж поехал по той же дороге, по которой совсем недавно прогрохотала карета герцога Лэнгема. Клэр молча сидела перед ним.

– Когда вы покинули меня в первый раз, я решил драться до конца, чтобы сохранить вас. Теперь я хочу лишь одного – сделать все, чтобы вы были счастливы. Я могу предложить вам мир. Вы можете поехать куда захотите и делать все, что захотите. Я не буду вам мешать.

Это тяжелое предложение или, скорее, признание, сорвалось с его губ. Теперь ничто другое не имело значения. Он все сказал. Алекс украдкой взглянул на ее лицо, чтобы проверить реакцию. Клэр склонила голову на грудь так низко, что Алекс видел перед собой лишь ее прекрасные локоны. Она сидела неподвижно. Настало время для последней просьбы.

– Я не хотел бы, чтобы вы так поступали, но я приму любое ваше решение. – Он осторожно взял ее за подбородок и посмотрел в глаза. – Вам больше не надо бояться, что месть будет причиной моих действий. С этим уже покончено. Мои адвокаты вернули лорду Полу все документы на его владения.

Ее глаза увлажнились от слез.

– Я отыскал мистера Миллса в Лондоне и поговорил с ним, – продолжал Алекс. – Я понял, что вы были правы. Он хороший молодой человек, и он сильно любил Элис. Его сердце разбито. Я познакомил Миллса с Сомертоном, который обещает свести его с новыми инвесторами. Я также пригласил его в Пемхилл. Я думаю, что Элис одобрила бы это. – Алекс выдохнул, чувствуя себя совершенно обессиленным. Он подался вперед и посмотрел Клэр в глаза. – С точки зрения логики, я не повинен в ее смерти. Однако моему сердцу нужно будет время, чтобы понять это.

– Вы принимаете верные решения, Алекс. Я так горжусь вами. – Она взяла его за руку и слегка пожала.

– Я хочу, чтобы вы приняли кое-что от меня, – сказал Алекс. Она начала возражать, но он поднял руку, заставив ее замолчать. – Тише, позвольте мне закончить. Я передал двадцать тысяч фунтов на вашу кампанию по строительству нового приюта. Я даже заставил Сомертона дать столько же. В обмен на это я получил право от вашего адвоката дать приюту имя. Я подумал, что вы могли бы назвать его в честь ваших матери и отца. – Он закрыл глаза и выдохнул: – Возможно, во Вренвуде однажды появится дочь… наша дочь.

Он боялся посмотреть на Клэр, опасаясь отказа.

По щекам Клэр потекли слезы. Это было в сотню раз тяжелее, чем он думал. Он был готов отрезать себе правую руку, только бы она не страдала. Если бы он мог просто обнять ее, эта боль, возможно, ушла бы. Однако ему нужно было закончить с этим.

– И еще одно. – Алекс глубоко вздохнул, чтобы собраться с силами для этого признания. – После вечеринки у леди Хэмптон я понял, что вы, возможно, не выйдете за меня. То, что вы не были девственницей, не имело значения. Я сам не был девственником, потому какое право я имел судить вас? Элис страдала из-за своего выбора, и я бы ни за что не позволил вам пройти через такое одной. Понимаете, уже тогда вы были мне глубоко небезразличны. Настолько, что, если бы вы были беременны от лорда Пола, я бы принял ребенка как своего. – Алекс откинулся на спинку сиденья и сделал паузу, надеясь, что это даст ему немного времени, прежде чем она увидит, какой он двуличный. – Это объясняет, почему я тайно заключил пари в «Уайтсе», используя свои инициалы. Все подумали, что они значат «лорд Пол». Я думал, что только так смогу удержать вас. Я ошибался. Что бы вы ни решили, я обещаю, что никогда больше не причиню вам вреда. Даю вам слово.

Он прокашлялся и почувствовал, как у него на глаза наворачиваются слезы.

– Вы самый важный человек в моей жизни. Сейчас и всегда. Даже если вы не будете со мной, я всегда буду любить вас, что бы я ни делал и что бы ни думал. Я люблю вас всем своим сердцем. Я буду любить вас каждый день своей жизни, и даже после нее. Я никогда не думал, что могу чувствовать нечто подобное, пока в моей жизни не появились вы. Где бы и с кем бы вы ни были, мое сердце всегда будет с вами.

Его сердце сжалось от боли. Алекс поцеловал Клэр и почувствовал, как внутри у него все замерло от любви и уважения к этой молодой женщине. Он ждал, что она ответит. Она не сдвинулась с места и не проронила ни звука. Это было похоже на их поцелуй на свадьбе. Боль усилилась, и Алекс уже начал сомневаться, что сможет ее вынести, не рухнув на пол замертво. Он медленно отстранился, не зная, что делать дальше.

– Я не поеду в Шотландию. Я тоже не хочу жизни без вас. – Он услышал ее слова, но не понял, что они значат. – Я люблю вас. Я отдала вам свое сердце в Пемхилле. Когда я это сделала, назад уже дороги не было. Я серьезно отношусь к своей верности вам и никогда не причиню вам вреда. – Выражение лица Клэр смягчилось. – Вы видели мои шрамы и страхи, но все равно любите меня. Вы заставили меня поверить в то, что я не проклята. Если бы это было не так, я бы потеряла вас сегодня на мосту. Но этого не случилось. – Она потянулась к его руке. – Вы дали мне больше, чем я ожидала получить от этого мира.

Алекс потер ладонью лоб, не зная, может ли он верить тому, что слышит. Он понял, когда она тепло улыбнулась ему.

– Я пришла к вам, считая, что недостойна быть любимой. Я думала, что мне не дано испытать это. Мысль о том, что вы никогда не полюбите меня, причиняла мне боль.

Глаза Алекса защипало, и он быстро заморгал.

– Дорогая, мое сердце всегда было вашим.

– Я люблю вас, – прошептала она. Ее голос был ангельски нежным. – Всем сердцем, всем своим естеством я люблю вас.

Алекс не знал, что ответить на это признание. Он молча протянул руку и погладил ее по шее, ощутив, как быстро пульсирует кровь.

Клэр наклонила голову и посмотрела ему в глаза.

– Я всегда хотела, чтобы вы стали частью моей жизни и чтобы мы вместе создали семью. Когда вы приехали сегодня за мной, у меня наконец открылись глаза. Я увидела мужчину, который готов рисковать жизнью ради моей кузины, потому что для него семья стоит на первом месте. Вы готовы защищать то, что я очень ценю, – мою семью. Вы показали мне всю силу своей любви.

– Клэр, я обещаю, что вы никогда не пожалеете о том, что вышли за меня. Я знаю, что говорил то же самое в наш первый вечер после свадьбы, но мое единственное желание – сделать вас счастливой.

***

– Пембрук, вас сегодня ждет забавнейшее зрелище, – послышался голос Уильяма, разорвавший тишину, царившую в комнате. – Когда эти двое начнут, это будет весело.

Клэр стояла возле мужа и двоюродных братьев – Маккалпина и Уильяма. Они находились на безопасном расстоянии от центра комнаты, где на диване сидела мрачная Эмма. Она была похожа на Жанну д’Арк, ожидавшую казни.

– Простите? – Алекс обнимал жену за талию, чтобы она, не дай бог, не вздумала побежать утешать Эмму. – Что вы имеете в виду?

– Это тот редкий случай, когда мы станем свидетелями того, как дядя Себастьян будет ругать Эмму. Когда к нему присоединится тетя Джинни, станет совсем жарко, – пояснила Клэр.

Эмма замерла, когда в комнату вошел дядя Себастьян и начал расхаживать перед диваном, на котором она сидела.

– Отец, я не знаю, почему вы готовы поверить в то, что я собиралась встретиться с лордом Полом в приватной комнате в таверне.

Герцог резко остановился и грозно посмотрел на дочь.

– Ах, вот как? Ты не понимаешь, чего это мы здесь волнуемся? Как ты считаешь, почему я велел твоей служанке разбудить тебя на рассвете?

– Отец прибегает к сарказму только в тех случаях, когда очень зол. Надо их немного расшевелить, – шепнул Уильям. Улыбка моментально исчезла с его лица, и он с серьезным видом обратился к сестре: – Эмма, я бы с радостью сопроводил тебя домой. – Его глубокий голос эхом отдавался во всех углах комнаты. – Я приехал через час после начала бала и не мог найти тебя. Я очень сильно волновался.

– Уильям, прекрати, – шепнула Клэр.

Эмме и дяде не нужны были лишние собеседники. Клэр хотела услышать все, что они скажут друг другу. Как Эмма могла уехать с бала, не сказав ей ни слова?

Алекс нагнулся к жене:

– Я восхищаюсь вашей двоюродной сестрой. Из нее получился бы неплохой адвокат. Она сказала «в приватной комнате», хотя в записке было написано не так. Там было написано, что она хотела встретиться в таверне или пабе.

– Хочешь пари на то, как скоро он выйдет из себя? – на этот раз Уильям обращался к брату.

– Нет. – Маккалпин прищурился и подошел к брату. – Если бы ты сделал так, как я сказал вчера, и поехал бы с Эммой и Клэр на бал, отцу с сестрой не пришлось бы сейчас выяснять отношения.

– А раньше ты любил делать ставки, – заметил Уильям. – Ты стал таким скучным.

Клэр положила ладонь на руку Маккалпина. Эта ситуация расстраивала его не меньше, чем ее.

– Она могла бы так же легко ускользнуть от Уильяма.

– Ты хочешь сказать, что я не могу уследить за собственной сестрой? – удивленно спросил Уильям. – Клэр, ты должна быть благодарна мне. Если бы я поехал на бал с Эммой, вы бы с Пембруком так и не помирились бы. Я был причиной вашего примирения.

Алекс усмехнулся:

– Серьезно? Еще несколько дней назад вы хотели прикончить меня.

Тетя Джинни осторожно села возле Эммы.

– Молодая женщина по имени Джейн Хоснер слышала, как ты сказала, что лорд Пол хотел передать тебе книгу. Это так?

Она говорила спокойно, но по ее лицу было понятно, что герцогиня с трудом сдерживает гнев. Дядя Себастьян перестал расхаживать по комнате и остановился за спиной у жены, положив ладонь ей на плечо в знак солидарности.

– Нет, – Эмма заерзала на диване. – Если меня интересует книга, я всегда готова заплатить хорошую цену.

– Это не ответ на мой вопрос, – возразила тетя.

В комнате наступила тишина. Все ждали, что ответит Эмма.

В конце концов тетя Джинни, глубоко вздохнув, заговорила сама:

– Мы с твоим отцом всегда поощряли твой интерес к книгам. Вчерашний случай заставляет нас пересмотреть свое отношение к этому.

Дядя продолжил допрашивать Эмму:

– Почему Клэр получила записку от лорда Пола, в которой он просил ее приехать в «Фальстафф»?

Эмма пожала плечами:

– Я понятия не имею. В последний раз, когда я его видела, мы разговаривали у леди Баррингтон. Он спросил, нравится ли мне выезжать в свет. Мы поговорили о книгах, о статьях мистера Бентама. Это был обычный светский разговор. Потом прилетела Клэр и, словно львица, защищающая потомство, велела мне уйти.

Дядя прищурился и, не спуская глаз с дочери, спросил:

– А что ты скажешь по поводу записки?

– О какой записке идет речь? – Эмма удивленно посмотрела на отца. – Если вы собираетесь в чем-то обвинить меня, я хочу видеть доказательства.

Дядя Себастьян быстро посмотрел на Клэр, взглядом спрашивая, есть ли у нее эта записка. Клэр отрицательно покачала головой.

– Можно я скажу, что все было немного не так? – шепнул Алекс на ухо Клэр. – Ты не налетела на нее, как львица. Ты ее долго искала, насколько я помню. К тому же я сам видел ту записку вчера вечером.

Клэр улыбнулась и покачала головой:

– Если мы вмешаемся, это никогда не закончится. Я позже сама с ней поговорю.

Забота Алекса об Эмме была ожидаемой. После смерти Элис он всегда знал, где и с кем была Дафна. Поскольку Эмма была кузиной Клэр и лучшей подругой его сестры, его озабоченность делами Эммы никого не удивляла. Эмме могло это не нравиться, но в ее жизни появился еще один человек, который присматривал за ней.

– Позвольте объяснить вам ситуацию, юная леди! – проревел дядя Себастьян, похожий сейчас на разъяренного быка. – Вы не будете даже близко подходить к нему или ему подобным субъектам без моего на то разрешения. – Дядя Себастьян посмотрел в окно, из которого открывался чудесный вид на огромный Лэнгем-парк. В комнате стало очень тихо. Наконец он повернулся к Эмме и вздохнул: – Мы с твоей матерью приняли решение. Ты поедешь в Фалмонт завтра же. Ты вернешься в родовое гнездо, и так мы положим конец этим глупостям. Твой сезон закончен.

Эмма встала и выпрямилась, зашуршав своим шелковым платьем.

– Если я вам еще понадоблюсь, я буду в своей комнате.

С высоко поднятой головой она вышла, ни разу не взглянув на братьев, Клэр и Алекса.

– Я рад, что мы не заключили пари. – Уильям нахмурился. – Представление не удалось. Эмма немного научилась стратегическому мышлению. Она заставила их напрячься.

– Ее же вышлют в Фалмонт, Уилл, – пробормотал Маккалпин. – Смотри, чтобы я тебе голову не оторвал.

Довольное выражение лица Уильяма не могло скрыть его озабоченности.

– Я поеду с ней. Все равно здесь стало скучно.

Услышав, что Эмму отправляют в их родовое гнездо, Клэр почувствовала себя неуютно, ведь в этом была и ее вина. Год назад Эмма ни за что не согласилась бы возвращаться туда. Когда Алекс и Клэр обсуждали события вчерашнего вечера с дядей и тетей, к ним присоединился Сомертон. Именно он нашел Эмму и вернул ее домой, когда никто не знал, где она.

– Как ваша семья объяснит отсутствие Эммы? Ведь сезон еще не закончился, – спросил Алекс у Клэр.

Его пронзительно серые глаза обладали способностью заставить ее забыть обо всем на свете, кроме него.

– Мои тетя и дядя поедут с ней и задержатся там на неделю. По возвращении они скажут, что она решила остаться там по собственной воле.

– Я попробую разыскать Сомертона, а потом мы уйдем, – шепнул Алекс. Его дыхание возбуждало ее. – Настало время поехать домой.

– Я очень хочу этого, – ответила Клэр, понимая, что это станет началом их новой совместной жизни. – Возможно, мы могли бы поехать проведать Эмму через несколько недель?

– Я не против. Я всегда хотел посетить Фалмонт. – Пристальный взгляд Алекса смягчился. – Мы сможем найти там портрет ваших родителей.

Клэр кивнула, но ничего не сказала. Неудивительно, что она полюбила этого человека.

На следующей неделе утром она проснулась и обнаружила себя в объятиях Алекса. Последнюю неделю он не отпускал ее от себя. Ощущение мира и покоя заставило ее улыбнуться. Вдалеке послышались слабые раскаты грома. Чтобы отвлечься, Клэр попыталась сосредоточиться на своих мечтах.

Она почувствовала его ладонь у себя на животе и накрыла ее своей ладонью. Сегодня утром она думала о мистере Джордоне, своих кузенах, дяде Себастьяне и тете Джинни, о своих родителях и, самое главное, о том, что рядом с ней был Алекс. Ее сила и уверенность в себе окрепнут благодаря этим отношениям и будут определять линию ее поведения.

Ее сердце продолжало ровно биться в груди, пока она размышляла о своем будущем. Она любила Алекса сильнее, чем когда-либо.

Более того, он любил ее. Она никогда не устанет от этих отношений.

Услышав его признание, она поняла, что ее старая жизнь закончилась и началась новая. Она произнесла молитву, благодаря Бога за свой брак и мужа. Они были готовы помочь друг другу забыть о шрамах прошлого и прожить ту жизнь, которая была суждена им.

Клэр на секунду задержала дыхание и выдохнула.

Алекс привлек ее к себе и поцеловал в шею.

– Я люблю тебя. – Он снова поцеловал ее. – Мой дом там, где ты. Когда ты сказала, что твое место во Вренвуде, ты ошиблась. Твое место рядом со мной, а мое место – рядом с тобой.

Проклятие наконец-то было забыто навсегда.

Эпилог

Одиннадцать месяцев спустя в Пемхилле

Клэр тихо вздохнула. Глядя на Эмму и Сомертона, которые стояли перед ними с их двумя детьми на руках, она подумала, что они с Алексом сделали правильный выбор.

Эмма держала Майкла Александра Себастьяна Холлворта, графа Трусдейла и наследника маркиза Пембрука, как его назвали во время крещения. Он был идеальным джентльменом и смотрел на кузину Клэр со спокойным выражением лица. Эмма поцеловала его маленький кулачок, которым он махал в ее сторону. За это малыш наградил ее очаровательной улыбкой и тихо пролепетал «у-у». Эмма нагнулась и поцеловала его в лобик.

Ее сын был таким милым, просто идеальным ребенком. Клэр сжала губы, чтобы не рассмеяться. Трусдейл был очень похож на отца.

И тут раздался душераздирающий крик. Стоявший рядом Алекс хотел уже было поспешить на помощь дочери, но Клэр остановила его, положив руку на плечо мужа. Она посмотрела на старшую сестру графа Трусдейла, леди Маргарет Виргинию Элис Холлворт. Леди Маргарет начала извиваться и брыкаться на руках у крестного отца, а потом резко замерла. Граф Сомертон попытался успокоить малышку, тихо заговорив с ней. Но этим он лишь сильнее разозлил ребенка. Девочке надоело терпеть его неуклюжесть, и она легонько ударила Сомертона по носу маленькой ручкой.

Хотя леди Маргарет была старше всего на пять минут, она всем дала понять, что главная здесь она и что ей совершенно не нравится холодная вода в купели для крещения. В этом она очень походила на кузину Эмму.

Прежде чем церемония продолжилась, Эмма поменяла лорда Трусдейла на леди Маргарет. Малышка тут же перестала капризничать и закрыла глаза.

После представления семье Эмма с неохотой отдала леди Маргарет Алексу, а Сомертон протянул Трусдейла Клэр. Вздох облегчения, с которым он избавился от младенца, заставил бабушку, вдовствующую маркизу Пембрук, и двоюродную бабушку, герцогиню Лэнгем, с неодобрением посмотреть на него.

Дядя Себастьян похлопал Сомертона по спине:

– Ты должен попрактиковаться очаровывать дам. Леди Маргарет превратила тебя в нытика.

– Простите, отец, – обратилась к герцогу Эмма. – Нам с лордом Сомертоном надо обсудить дела. – И она отвела Сомертона в угол комнаты.

Клэр, которая наблюдала за крестными родителями своих детей, отвлеклась, когда Алекс, нежно поцеловав Маргарет в висок, сказал:

– Дорогая, давай отнесем их наверх, чтобы они поспали. Наша дочь выглядит несчастной.

– Как ты думаешь, Эмма и Сомертон будут ходить на их дни рождения, свадьбы и прочие праздники? – шепотом спросила она.

– Не торопи события, дорогая, – рассмеялся Алекс. – Я даже не знаю, что будет на следующей неделе. Кроме того, роль крестного отца или матери ни к чему не обязывает.

Клэр бросила взгляд на Эмму и Сомертона, стоявших в противоположном углу комнаты. Они о чем-то шептались. Затем Сомертон рассмеялся и поднял руку, как будто собирался убрать с лица девушки непослушный локон, но тут же замер, видимо, вспомнив, что трогать Эмму неприлично.

Клэр покачала головой, потом поцеловала ручку сына.

– Думаю, что эти двое не станут обременять себя. Я ожидаю, что Эмма и Сомертон будут заняты своими делами.

***

Клэр осторожно погладила сына по спинке, прежде чем положить его в кроватку. Бедного малыша после недавнего кормления мучила икота, и каждый раз, когда он закрывал глазки, чтобы заснуть, икота внезапно возвращалась. Он сильно устал после тяжелого дня крещения и постоянного внимания, когда его обнимали и целовали родственники.

Алекс вошел в спальню, держа на руках леди Маргарет. Малышка внимательно следила за его лицом, пытаясь схватиться ручкой за его нос. Алекс умело увернулся от нее и схватил губами ее маленькие пальчики. Девочка удивленно посмотрела на него и заулыбалась. Изящно подняв другую ручку, она все-таки сделала то, что хотела. По всей видимости, довольная тем, что у нее получилось потрогать нос отца, она широко зевнула. Алекс усмехнулся. Он положил ее рядом с братом в кроватку, сделанную под заказ в виде лебедя.

Сердце Клэр замерло, когда Алекс сначала погладил по щеке дочку, а потом обратил внимание на сына.

– Они идеальны, правда, дорогая?

Он обнял ее за талию и притянул к себе.

Клэр наклонила голову и приникла к его плечу.

– Идеальны и красивы.

– Как их мать. – Алекс поцеловал жену в макушку. – Помнишь, я говорил тебе, что хотел бы девочку и мальчика?

– Как я могу такое забыть? Ты хотел их съесть. – Она посмотрела на мужа и заметила, как блестят его глаза. – Они полностью изменили нашу жизнь, не так ли?

– Да, любимая. – Алекс нежно поцеловал жену в свое любимое место чуть ниже ушка. – Ты сделала меня самым счастливым мужчиной в мире.

– Иногда мне не верится, что все это происходит наяву. – Клэр закрыла глаза, наслаждаясь моментом. Но уже в следующее мгновение любопытство взяло верх, и она спросила: – Ты видел, как Сомертон и Эмма переглядывались во время крещения? Они не пошли наверх после церемонии.

Алекс крепче сжал Клэр в объятиях:

– Ты намекаешь, что…

– Они нравятся друг другу.

Она повернулась, чтобы увидеть его реакцию.

– Нет, тебе померещилось. В таком случае Сомертону пришлось бы сблизиться с ней. За все годы, что я его знаю, он никогда такого не допускал. Ты же видела, как он неуклюже вел себя с Эммой, когда она взяла у него Маргарет. Он очень старался не притронуться к ней.

– Боюсь, что ты ошибаешься. Между ними точно что-то есть.

– Забудь об этом, жена. К тому же нас с тобой ждут более важные дела. – Он еще раз посмотрел на спящих младенцев, потом взял Клэр за руку и потянул ее в соседнюю комнату, которая прилегала к их спальне. – Давай воспользуемся тишиной и проведем немного времени наедине.

Он широко улыбнулся. Клэр с радостью согласилась.

Примечания

1

Гретна-Грин – небольшая деревня на юге Шотландии. Расположена на границе Англии и Шотландии в устье реки Эск вместе с соседним, более крупным поселением Гретна. (Здесь и далее примеч. пер., если не указано иное.)

2

Иеремия Бентам – английский философ-моралист и правовед, социолог, юрист, один из крупнейших теоретиков политического либерализма, родоначальник одного из направлений в английской философии – утилитаризма.

3

Итонский колледж – частная британская школа для мальчиков. Колледж был основан в 1440 году королем Генрихом VI. За время своего существования выпустил 19 премьер-министров Великобритании.

4

In flagrante delicto (лат. «в пылающем преступлении») – юридический термин, означающий, что преступник был пойман во время совершения преступления.

5

Английские денди в XIX веке считали, что лучшая полироль для их сапог и ботинок – это салфетка, смоченная в шампанском. Этим средством они натирали свою обувь до блеска. (Примеч. ред.)

6

Елизавета I (7 сентября 1533 – 24 марта 1603) – королева Англии и королева Ирландии с 17 ноября 1558, последняя из династии Тюдоров. Младшая дочь короля Англии Генриха VIII и его второй жены Анны Болейн.

7

Нижняя Канада была провинцией Британской империи, созданной в 1791 г. Конституционным актом и образованной путем географического и политического отделения от Провинции Квебек. Нижняя Канада просуществовала в политическом и установленном законом порядке с 1791 г. до вступления в силу в феврале 1841 г. Союзного акта, принятого 23 июля 1840 г.

8

Лит – в прошлом небольшой самостоятельный портовый город в Шотландии, ныне – северный район и порт Эдинбурга.

9

Роттен-Роу – знаменитая прогулочная аллея для верховой езды, проложенная вдоль южной части Гайд-парка в Лондоне.

10

Бедлам – госпиталь Святой Марии Вифлеемской, психиатрическая больница в Лондоне.

Content

Жанна Макгрегор
Невезучая

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Эпилог

Примечания