Суббота Светлана

Свобода Зверя [СИ]

Глава 1. Когда рассердишься, сосчитай до ста

"When angry, count a hundred" (присловье)

- Что ж, - сказал доктор Фонтень, покручивая в руках докторскую деревянную трубку, - эм... что ж... Природа полна чудесных явлений...

Я сидела на кушетке, придерживая спущенный с плеч лиф платья. Сердце билось гулко и ровно.

Обычно стук своего сердца я осознавала в минуты опасности и сильного эмоционального напряжения. А тут - все утро слышу, как оно бьется в грудной клетке. Очень необычное ощущение, даже - пугающее.

Больше никаких странностей, но, на всякий случай, я решила заглянуть в лечебный корпус. И сейчас пыталась понять, почему уважаемый доктор мямлит и рассматривает потолок вместо объяснения что со мной происходит.

Добрейшая миссис Пинг, медицинская сестра и помощница доктора, помогла мне затянуть шнуровку на платье и спокойно спросила у доктора:

- У девочки началась течка, я правильно понимаю?

Я хлопнула глазами и сглотнула.

- Ппростите?

- Раз в полгода, милая, - отмер наконец доктор Фонтень, - самки оборотней готовятся стать матерями. Это воодушевляющее событие в жизни каждой женщины. Дети придают смысл нашей жизни, делают ее...

Доктор закашлялся под суровым взглядом помощницы.

- Но таким юным девочкам, да еще в первую-вторую течку об этом рано задумываться. Поэтому мы дадим вам, мисс Ерок, волшебные таблеточки. Полностью, так сказать, эффекты они не снимут, но вашу тягу... эм... сильные потребности всякие... чуть успокоят.

- И насколько сильно успокоят? Моя пара приедет завтра. Хотелось бы понимать, что нам можно и чего нельзя.

-О, - внезапно заторопился маленький доктор, - все эти оборотневские штучки. Меня ждет следующий пациент, извините, пора идти. Вот - миссис Пинг вам все и расскажет. Да, миссис Пинг?

Шерстяной клетчатый костюм непривычно облегал его сухое тело. Я встречала такие фасоны именно на пожилых, должно быть во времена их молодости такой крой считался остро-модным и к нему привыкли. Сейчас мужчины предпочитали более свободные формы, без эффекта натянутости.

Миссис Пинг спокойно проводила доктора, соглашаясь и кивая, закрыла дверь и весело мне подмигнула.

- Мужчины-люди такие смешные, даже образованные. Мы-то с вами, мисс Ерок, понимаем, как важно знать о своей природе.

Она достала из шкафчика пакетик.

- Здесь таблетки на неделю. Одну примете утром, запив водой. Вторую - вечером. И так каждый день. Вы обратились на ранней стадии, еще запахов и тяги не чувствуете, это очень правильный подход. Не пропустите прием лекарства - иначе появится тяга, томление, сильные запахи. А самое опасное - такую же тягу почувствуют самцы.

Она помолчала, нахмурив брови:

- В прошлом году под завершение учебного года, у нас девочка сорвалась. Заучилась и пропустила прием лекарств пару дней, а может и больше. Вылилось все в собачью свадьбу. Не хочу вас пугать, милая, кому-то может и понравится, но дня три все мужское общежитие гуляло. Не только оборотни, кстати. Мы поздно ситуацию засекли.

Я слушала как грохочет в груди мое сердце и давала себе слово с таблетками не расставаться ни при каких обстоятельствах.

- И чем все закончилось? - спросила осторожно.

Пухленькая ручка медсестры успокаивающе погладила меня по плечу.

- Так полюбовно же все. Девочка сама к ним пришла, плохо ей было. Сейчас замужем в семействе хомяков, три брата-грызуна на нее после истории с мужским общежитием запали. Говорят, сейчас отлично у них, она счастлива. Такие истории нас учат, что самка в любом случае не пропадет. Но лучше поберечься, мисс Ерок, если доучиться хотите.

Я поежилась, представив задумчивую морду своей пантеры среди семейства хомяков.

- Спасибо, миссис Пинг, я, пожалуй, лучше доучусь. А на обычные эм... близкие отношения эти таблетки подействуют? Мой молодой человек завтра может приехать.

На самом деле Итана не было уже две недели, но я уверяла себя каждое утро, что вот если не сегодня, то завтра он точно появится.

Это же Итан! Скорее всего, ввязался у себя в клане в какую-нибудь важную для родных историю, но обо мне точно помнит и скоро-скоро приедет.

- Мисс Ерок, тогда подумайте, со своим партнером посоветуйтесь. Потому что немного, но таблетки уменьшат ваш интерес к... ласкам.

Я облегченно кивнула. Если немного, то ничего страшного. Мой интерес к ласкам Итана был столь велик, что уменьшить не помешает.

Тепло попрощавшись с добрейшей миссис Пинг и договорившись, что я приду к ней при малейшей возникающей странности в поведении, тут же выпив первую таблетку, я, уже практически не волнуясь, отправилась к себе. Следовало посидеть над учебниками, за время Олимпиады моя группа прошла довольно много тем, которые теперь приходилось нагонять.

- Ага!

Прямо у дверей лечебного корпуса на меня налетел Кай. И сразу, прохиндей, принялся шептать про погоду в ухо.

- Опять друзьям хвастаешься? - понимающе вздохнула я.

Скорее всего недалеко проходили его очередные знакомые, и Кай демонстрировал как хорошо меня знает.

Все две недели с моего приезда Кай и Родди помогали как могли, чуть не дежурили рядом со мной. Слишком сложные были для меня эти недели, а без парней они стали бы ужасными. Новая внешность произвела эффект взорвавшегося артефакта.

Со мной пытались познакомиться самыми невообразимыми способами, включая смешные. Дважды ночью пришлось выкидывать из спальни оборотней, пытающихся залезть в приоткрытое окно. Верхний этаж не пугал. Один из этих двух гостей оказался полностью обнаженным, скорее всего трансформировался для взятия стены. Гол, зато с цветком в зубах.

Друзья делали что могли, отпугивая ухажеров. И понемногу Школа привыкала к моему новому виду и двум постоянным охранникам рядом.

Но дежурить постоянно у них тоже не получалось, Родди учился на другом факультете, у нас редко совпадали лекции. А Кай был старшекурсником. Поэтому на своих лекциях выкручивалась сама, шипя, хмурясь, показывая незаинтересованность в отношениях.

Зато Кай вовсю любил красоваться рядом, гордо неся бремя славы ловеласа и дамского угодника перед друзьями.

- Я им честно говорю - мы только друзья, - довольно скалился он, - но кто ж поверит, что с тобой можно дружить?

Я в сердцах треснула ему мгновенно трансформировавшейся тяжелой лапой по заднице.

- Хватит шептать мне в ухо! Сам сплетни провоцируешь!

- Ах, - томно сказал Кай, - откуда ты узнала, что я пошлепаться люблю?

Я зарычала, он захохотал.

Так. Спокойнее. Возможно, таблетка еще не начала действовать, и я слишком эмоционально нестабильна, даже на друга срываюсь.

Взяв себя в руки, я приняла максимально чопорный вид, даже губы сжала в линию. Подняла повыше подбородок и пошла в сторону своего кампуса.

- Эй, Мари, - неуверенно окликнул меня догнавший Кай, - ты не обижайся, я такой как есть.

- Да я не обижаюсь, - хмыкнула я в ответ, - понимаю все. Ты тоже не заигрывайся, нервничаю я что-то.

Он кивнул и некоторое время шел за мной молча, что на него было совсем не похоже.

- Ну что еще, говори, - не выдержала я.

Кай завел глаза вверх, споткнулся и остановился.

- Ладно. У меня новость. Три часа назад в Школу вернулся Итан.

Что?! Вернулся Итан?! Три часа назад я была на занятиях, где меня было легко найти по расписанию. Потом у себя в комнате, куда можно послать летуна.

Что случилось?

Я подхватила юбку, после поездки в тигриный клан невольно опять перешла на женственную, пусть и неудобную одежду, и бросилась к мужскому кампусу.

Сзади что-то кричал Кай, но я уже не слушала.

Мой Итан приехал! Все - потом!

По этажу общежития сновали парни. В отличие от нашего корпуса, где в коридорах почти всегда было тихо, тут бурлила жизнь. Трое молодых людей играли в азартную игру с костями и картинками, сидя прямо на полу. У коридорного подоконника, не обращая внимания на проходящих студентов, целовались двое: здоровяк-оборотень из старшекурсников и юная девушка в облегающих светлых брючках, я ее видела на построении первокурсников, запомнила по задорному каштановому чубу.

Мое появление на этаже оборотней отметили приветствиями, вопросами, подмигиваниями. Но скорее уже по привычке, первая волна интереса прошла еще неделю назад. Насколько я знаю, сначала многие бились об заклад с кем я начну встречаться после Криса. На вторую неделю споры перешли в вялое обсуждение -почему я скрывала такую внешность и не нацеплен ли на мне сейчас улучшающий морок.

Девушки склонялись к варианту "групповой любви" между мной, Родди и Каем, но парни выражали сомнение, потому что в мужском кампусе не скрыть кто у кого ночует.

К моему величайшему удивлению участники Олимпийской команды Лоусона о наших отношениях с Итаном не распространялись.

Пух и Рапира довольно часто подсаживались за наш стол во время обеда. Остальные держались корректно, очень приветливо, но отстраненно, хотя я постоянно ощущала, как они провожают меня внимательными взглядами.

На стук в дверь Итан не отозвался. Я осторожно открыла и облегченно выдохнула. Мой тигр спал, прямо в одежде, вольготно раскинувшись на кровати. Как это было на него похоже, закрыть глаза на секунду и тут же уснуть здоровым сном.

Закрыв дверь на замок, я присела на край кровати, залюбовалась на разметавшиеся по подушке золотистые волосы, на обветренное лицо. Эти две недели в клане он явно провел на открытом воздухе, загорел, в уголках глаз появились крошечные светлые морщинки - результаты постоянного прищуривания.

Наклонившись, я провела пальцем, повторяя волну прядей, потом наклонилась и нежно-нежно, едва касаясь губами, поцеловала.

- Привет, Итан, - сказала я, когда мой любимый открыл сонные глаза.

- Привет, малышка, - улыбнулся он, - вот это чудесный подарок.

Дернул меня за плечо на себя и довольно обнял, когда я, счастливо смеясь, упала сверху.

- Как ты чудесно пахнешь! Вот чего я хотел всю эту дурацкую дорогу, пока трясся в вагоне поезда.

И поцеловал. Горячо. Сильно. Перевернул, подмяв под себя.

Я задрожала. Две недели полного воздержания до сумасшествия взбесили мою кошку, сейчас даже выпитая таблетка не могла успокоить мгновенно зажегшееся тело.

- Какая горячая, ну-ка, ну-ка, - он начал развязывать шнуровку на лифе, время от времени возвращаясь к поцелуям, которые меня не успокаивали, а скорее сильнее распаляли. Мы настолько оба соскучились, что сейчас хотелось быстрее почувствовать друг друга. В ушах шумело. Недавно успокоившееся сердце опять начало грохотать.

То замирая от поглаживающих касаний его пальцев, то сама начиная стаскивать с него одежду, я металась, нетерпеливо извивалась, шептала:

- Быстрее... Итан, быстрее...

- Что такое? Что ты хочешь?

- Тебяяя.

- Да? И как?

Его голос тоже охрип, но, в отличие от меня, ему хватало воли поддерживать любовную игру, поддразнивать, что еще больше закручивало узел в моем животе.

- Хочу тебя!

- Это правильно. Это ты молодец. А как хочешь?

- В себя... войди в меня...

-Чем?

Я покраснела. Платье комом уже было скручено на талии. Весь мой верх оказался в полном распоряжении тигра, и он пользовался этим, играя с грудью. Покусывая то одну вершинку, то другую. Юбка была наполовину подвернута, Итан удобно устроился между бедер, но скорее провоцировал и обещал, едва касаясь моего горящего межножья.

- Так чем же?

- Сссобой, - смущенно пробормотала я. Некоторые слова я так и не научилась выговаривать вслух.

- Вот этим? - невинно спросил он, входя на ужасающе маленький сантиметр.

- Дааа, - жалобно заскулила я, - еще.

- Обожаю трахать таких горячих малышек, - сорванным от возбуждения голосом сказал Итан, с наслаждением заходя немного глубже, - ты идеальна. Напомни, как тебя зовут, а то я после травмы не всех узнаю.

Я замерла, моргая глазами, слушая его блаженствующие постанывания. В смысле?!

Мое тело требовало продолжения, пантере было все равно, помнит он нас или нет, главное - пусть двигается так же хорошо дальше.

Но я дернулась, упираясь ладонями в широкие плечи.

- Слезь с меня, - чужим голосом проговорила я.

- С ума сошла? - удивился он, толкнув бедрами и вызывая внутри сладкие начальные спазмы. - У тебя внутри дрожит, детка, скоро сладко кончишь.

Детка. Что, упади небеса, происходит? Он не знает, как меня зовут.

Я сильно оттолкнула его и руками, и ногами, буквально подбрасывая в воздух, скидывая с себя. Забилась, отдёргиваясь и прикрываясь.

- Да что такое! - возмущенно закричал поневоле перекувыркнувшийся и резко севший Итан.

- Ты меня забыл?!

Он разочарованно застонал. Стукнул кулаком по кровати.

- Да! Странно? Но я не инвалид! Говорят, у меня была травма на Олимпиаде, потом сложный обряд в клане. В общем, не помню примерно год жизни. Ничего невосполнимого.

Он взлохматил пятерней золотые пряди, я с тоской проследила за этим знакомым жестом.

- Еще неделю назад память улетала со свистом, и мой доктор, светило среди кошек, ты наверно о нем не слышала, думал, что я вообще в овощ превращусь, - в его голосе послышался не до конца ушедший страх. - Но затем все остановилось. Все отлично. Я здоров.

Итан немного искусственно весело улыбнулся.

- Так как тебя зовут? Если я забыл такую девушку, то мы познакомились не так давно? - он посмотрел на меня внимательно. - Что у нас было, что ты легко заходишь в мою комнату? Я не делал тебе предложение?

- Нет, - нейтрально ответила я. Пока он рассказывал, мое сердце разрывалось на части. Он болел, исчезал как личность в своем дальнем поместье, а я ничего не знала, мне никто не сообщил.

- О, - приободрился тигр, - совсем отстойно было бы забыть невесту.

- Да уж, - подтвердила я.

Встала, двигаясь механически.

- Ты куда? - Итан приподнялся, удерживая в паху скомканную простыню. - Может останешься на ночь? Болит все дико. Ты вроде человек, а пахнешь кошкой, может, у подруги твоей течка была, в общем, мне нужна помощь. Меня как будто скручивает. Помогай, детка.

Он обаятельно улыбнулся. Итан, которого я почти не знала, любимец школы, харизматик и приор - глава факультета.

- Нет, мне нужно обдумать ситуацию.

Нахмурившись, тигр смерил меня взглядом. Человечку, которая пришла к нему вечером, сама прыгнула в постель, довела до болезненного состояния. И закапризничала. Не невесту.

Его лицо похолодело. Легко взмахнула рука.

- Можешь идти.

И я вышла.

Этот Итан меня не знал и не помнил. Он не влюблялся в меня, наблюдая издалека месяц за месяцем, не ревновал, глядя как целует другой. С этим Итаном у нас не было первого трепетного головокружительного поцелуя в лечебнице, и он не прикрывал меня своим телом от древнего артефакта...

Да что я несу!

Я остановилась на лестнице, смахивая злые слезы.

Именно он и прикрывал. Из-за меня он потерял память, полз по ночам неизвестно куда полупарализованный, безногий. Только потому, что он, не раздумывая ни секунды, бросился на мою защиту, ему пришлось еще раз доказывать право на наследство, участвовать в кровавой семейной традиции.

Люблю ли я его?

Да.

Я вышла из мужского кампуса, подошла к ближайшему дереву и ударилась в него лбом. Было ощущение, что тело стало чужим, мне нужно было хоть как-то почувствовать себя. Живой. Способной дышать без Итана, который меня любит, который без ума от меня, который жил мной.

Надо найти причину. Найду причину - верну любимого. Я сильнее ударилась о дерево лбом.

Замотала головой, проясняя мысли.

И вспомнила. Он начал забывать при мне. Он говорил мне. А я не обращала внимания. Он забыл, как в клане ночевала я в гостинице, а не в поместье. Полностью через два дня после обряда забыл все, что на нем происходило. Он постоянно говорил о забывании то одного, то другого, делился, он звал меня на помощь... а я, легкомысленная, не обращала внимания на проблему своего парня.

Я зарычала. Так. Где Родди, Кай. Нужно понять, что произошло с Итаном.

Глава 2-3. Железный кулак в бархатной перчатке \ Не жарьте зайца, пока он не пойман

"Iron fist in a velvet glove" (присказка)

За ужином я собрала штаб. Сурово прошла и села в торце стола, обвела взглядом двоих друзей, вызванных летунами. Второй раз за вечер заставить себя зайти в мужской корпус я не смогла. Пришлось потратить листки писем.

- Приехал Итан - не помнит последний год, меня тоже не помнит, - кратко сказала я и замолчала.

- Что?! - пораженно отреагировал Торш.

Кай в эмоциях стукнул рукой по столу.

- Вот. Я с ним в коридоре встретился, чуть не прыгал от радости. А он кивнул, приветствовал и мимо прошел. Даже не спросил как дела, не рассказал ничего сам. Представьте, уважаемые, как я ошалел, не мог понять - то ли с Итаном что не так, то ли со мной. Как знал - с Итаном!

Я потеребила кружевную митенку. На эту встречу постаралась одеться насколько возможно чопорно. Одежда помогала мне держаться. Я бы и капор по старой памяти натянула, но давно их выбросила.

Родди с интересом окинул взглядом темно-серое платье под горло на многочисленных пуговичках. В ответ я еще прямее выпрямилась на стуле, сложив руки на коленях.

- Для этого я и попросила вас прийти. Обдумав сложившуюся ситуацию, я поняла, что и раньше замечала странности. Но совсем их не анализировала, не изучала.

- Рассказывай, - решительно кивнул внимательно меня слушающий Родди, - Итан стал моим другом, спас нас, когда привел на ритуал безопасников. Я не намерен терять его из друзей, думаю, ты тоже...

Под завершение фразы он все осторожнее подбирал слова. И поглядывал на меня вопросительно. Тактичный Родди всегда считал личную жизнь закрытой темой и никогда не расспрашивал меня ни про разрыв с Крисом, ни как у нас складывались отношения с Итаном. И сейчас просто подставлял плечо.

Зато Кай такой деликатностью не страдал.

- Ну и дела! Ты же повернута на верности, чистоплюйка наша. А Итан - оборотень. Если он все забыл, то будет гуля... вести себя как нормальный парень! Год назад у него скорее всего были связи...

Я оскалилась. Кай хмыкнул и переглянулся с Родди.

Надо успокоиться. Я вдохнула-выдохнула. Открыла рот, но не могла издать ни звука, пришлось откашляться. И только потом заговорить.

- Я прошу вас помочь мне и Итану. Вижу это как две большие задачи. Первая -понять, что с ним произошло и как это вылечить. Вторая задача - ээ... удержать Итана от непоправимых ошибок, - у меня снова дрогнул голос, но быстро выправился. - Первая задача важнее. А вторая - как получится. Я... могу простить неверность вне отношений, а мы сейчас с ним не пара. Не пара...

Кай подвинулся на стуле и обнял меня.

- Тшшш. Я все понял, вредная принципиальная мисс. Вторую задачу беру на себя. Поверь, пока он не выздоровеет, спокойного секса ему не видать, дядя Кай будет бдеть, трусы ему узлом завязывать.

До Кая - охранника я додуматься сама не могла, поэтому, как только представила его грозно стоящим ночью над Итаном и заглядывающим ему под одеяло, начала давиться от непроизвольного смеха.

Для себя я успела сто раз проговорить внутренне, что ревновать не буду и все прощу, но вариант Кая мне понравился сразу и безоговорочно. Какой умный парень!

- К нам вернулась наша всегда верящая в лучшее Мари, - довольно сказал Родди, -я рад и, понятно, тоже в деле. На мне тогда первая задача, что-что, а удержать Итана по второй - несколько вне моих физических сил. Зато искать причину изменений начну прямо сейчас. Есть у меня подозрения, Мари, что сначала расспросить надо тебя.

Я приободрилась. Родди прав. На ситуацию можно взглянуть как на обычное следственное дело. И я - основной свидетель.

Неожиданно по залу столовой раздался грохот. Огромная тяжелая входная дверь, которую я давно подозревала в скрытом наличии магии, распахнулась и ударилась о стену со звуком, напоминающим удар колокола.

В проеме стоял всклокоченный, мрачный Итан. В длинном прогулочном сюртуке. Тяжело зайдя в зал, распространяя вокруг себя ауру недовольства, он начал обводить взглядом столы у входа, где обычно ютились первокурсники.

Разговоры за столами оборотней прервались. Остальные оглянулись, не увидели ничего опасного и продолжили общаться, на дела других рас не принято было обращать внимание пока это напрямую не начинало касаться остальных.

- Что-то мне подсказывает, что свою часть мне придется отрабатывать, - задумчиво сказал Кай, так и продолжавший пользоваться случаем и обнимать меня.

Не найдя искомого, Итан посмотрел дальше и обнаружил в углу зала нашу сидящую практически вплотную друг к другу троицу. С задумчиво склонившимся Родди и обнимающим меня Каем.

Ноздри альфы резко гневно раздулись, зато лицо стало отрешённее. Он решительно обернулся и подошел к одному из столов, где сидели оборотни. Тигрица Кори, к которой я испытывала симпатию, добрая и милая девушка, восторженно подняла глаза на моего Итана. Моего ли...

Секунда. Томительная и нервная. Итан тихо и коротко буркнул, оборотни за столом рассмеялись, Кори пунцово вспыхнула, но взгляда не отвела.

Я болезненно тонко застонала. Можно вытерпеть мысль, что Итан - взрослый активный оборотень и может встречаться с девушками, но видеть это воочию -почти невыносимо. Но он имеет право, это не... мой Итан.

- Обними меня, - вдруг почти приказал Кай, - и стони громче.

Я обалдела. Чтобы сдержанная и воспитанная я...

Кори начала приподниматься из-за стола. Итан протянул руку.

- Обнимай, Мари! - прошипел Кай.

В полном недоумении и диком смущении я его обняла руками за шею и отчетливо застонала. Не так и громко, кстати.

Но этого оказалось достаточно.

Вскрик. Замешательство у входных столов. Итан сорвался с места быстрым, смазанным движением, снеся пару стульев. Зазвенела летящая на пол посуда. И уже через секунду альфа отдирал от меня Кая. Еще мгновение и Кай получил удар в лицо.

Кулак встретился с челюстью, и медоед пошатнулся, скользя, улетая назад вместе со стулом. Опираясь на подвернувшийся по дороге соседний стол, Кай подскочил, издавая рокочуще ухающие звуки, мотнул головой и вдруг расплылся в задорной мальчишеской улыбке.

Лучшего подарка для него и быть не могло. Драка, которую начал не он сам! Следовательно, не будет и кары от администрации школы - потрясающе, вечер определенно удался.

С дальних столов привставали, чтобы лучше видеть. Ближайшие компании быстро отодвигали мебель. Оборотни немедленно заспорили чье имя скандировать, потом бодро заорали вперемешку. Вампиры лениво перешептывались. Люди жадно следили за происходящим.

Обменявшись парой хлестких ударов, противники закружили, прицениваясь друг к другу. Итан бил сильнее, пару раз медоед опять отлетал. Зато Кай оказался изворотливей и вдохновенней, ему действительно нравилось помахать кулаками. По тигру было видно, что он уже жалеет о нападении.

- Стоп! - сказал он, отпрыгивая. - Извини, Кай, не знаю, что на меня нашло.

Тот с разочарованным вздохом остановил уже занесенную для удара руку и пожал плечами:

- Да, ладно. Ты ошибся. С кем не бывает, да Мари?

- Мари? Значит ее зовут Мари. И при чем здесь она? - начал сразу заводиться Итан.

- Вы с ней серьезно встречались, и ты неверно воспринял чисто дружеские объятия с Каем, - разъяснил все это время удерживающий меня за плечи Родди.

Не то чтобы он мог помешать мне броситься разнимать дерущихся, но руки друга на плечах успокаивали, помогали сдерживаться.

- Что тут происходит? - раздался грозный бас декана Донахью. Бедная дверь с грохотом ударилась второй раз, впуская огромного, еле проходящего плечами в проем дядю Итана.

- Тренировка, - честно ответил Кай, почесывая ноющий подбородок.

- Показали друг другу пару финтов, - присоединился Итан.

Декан подозрительно обвел взглядом валяющиеся на полу тарелки и упавшие стулья.

- Мистер Донахью, вы отмечены системой как начавший... тренировку. Не ожидал от вас. Будьте добры, пройдемте со мной, поговорим об уместности спортивных занятий в столовой.

Декан развернулся и, заложив одну руку за спину, а второй энергично размахивая, двинулся из зала. Гороподобный и стремительный, он вызывал желание невольно склонить голову. Оборотни смотрели с восхищением. Только Итан смотрел не на декана.

- Значит не невеста, - сказал он, прищурившись, - но серьезно встречались.

Я промолчала, не зная что ответить.

Тигр осторожно выдвинул руку вперед. Время застыло, исчезли шумы и разговоры вокруг, затуманилось все, кроме протянутой твердой мужской ладони.

Я потянулась и коснулась встречно. Кончиками подушечек пальцев о пальцы. Стало странно. Томительно, нежно, удивительно тепло.

- Итан?!

От голоса декана я тут же отпрянула назад и прикусила губу.

Итан довольно усмехнулся, подмигнул мне, медленно сжал ладонь, которой я коснулась, в кулак и пошел к ожидающему его мистеру Донахью.

- Ничего так, щекотательно потрогались, - протянул Кай, - но не особенно торопись.

- Почему? - застеснялась я. Моя пантера уже танцевала на задних лапах и жмурилась в предчувствии возвращения альфы.

Подняв опрокинутый стул, медоед сел и деловито начал забирать еду с наших тарелок, так как его частично перевернулась, рассыпав содержимое по столу.

- Это не он тебя помнит, - пробурчал он, набивая рот, - это его тигр. Инстинкты собственности - одни из самых сильных у тигров. Я, кстати, тоже собственник, вы в курсе? Но больше по вещам.

Кай огладил хорошо сидящую на нем синюю куртку с многочисленными строчками и защипами, блаженно зажмурился поцарапанной физиономией.

- Помню мальцом просыпаюсь утром, а на мне рубашка еле натянута, даже трескается. Оказалось, во сне сбегал на соседнюю улицу и забрал у двоюродного брата свою любимую рубашку, из которой давно вырос. Ну и брата заодно побил, немного.

Медоед облизнул ложку и потряс ею в воздухе.

- Чтоб знал!

Родди со вздохом осмотрел безобразие на столе, есть как медоед на фоне погрома он не мог. Меня же заботила совсем другая тема:

- Кай, я поняла насчет инстинкта тигра, у меня пантера тоже отдельно от меня побегать норовит. Но... почему не торопиться?

Я сложила ладони и сделала просительное лицо.

Медоед хмыкнул и покровительственно заявил:

- Потому что мы охотники. Вспомни, как долго вокруг тебя Итан круги нарезал. Вкусен пирог, да чужой. А тут ты ему на блюдечке: "Ах, влюблена по уши". Альфа будет и твоим словам, и зверю сопротивляться, потому что только он хочет решать кто нравится, а кто нет. Выберет из чувства противоречия кого-нибудь, если торопиться будешь.

И он помахал рукой грустной Кори. Та вяло взмахнула в ответ.

- Так, - решительно сказал Кай, быстро запихивая в себя остатки булки, - Итана сейчас отпустят, мне надо в мужском корпусе его встретить.

И начал подниматься.

Родди посмотрел на одновременно встающую из-за стола тигрицу и осторожно спросил:

- Уверен, что увидишь как Итан вернется?

- А я, не чинясь, в коридорчике, - неопределенно ответил медоед, торопливо попрощался и поспешил к выходу.

Мы с Торшем переглянулись.

- Кай ни разу нас не подвел, - одновременно убеждая и меня, и себя, сказал Родди,

- но все эти инстинкты оборотней для меня - темный лес.

Инстинкты для оборотней - это первая и самая яркая реакция, как учила нас миссис Беридер. В конце концов, пора и мне разобраться в этом, не только Кай среди нас оборотень.

- Значит дать поохотиться, - задумчиво сделала я вывод и мягко улыбнулась. Я и сама не прочь поиграть.

- Уууу, - протянул Родди, - Мари! Как меня слышно? Ты куда собралась? Я жду от тебя интервью по поведению Итана.

Точно. Мне стало немного стыдно. После касания пальцев все проблемы отошли на задний план, я раскраснелась, мысли плыли в романтическом трепете.

Я ни с Крисом, ни с Итаном так и не успела почувствовать себя девушкой, за которой ухаживают. Из-за сильных животных инстинктов мои отношения складывались быстро и сразу прочно, а тут такая манящая возможность - поиграть, почувствовать себя желанной и недостижимой.

Я облизнулась. Посмотрела на Родди.

- Все нормально. Насчет Итана...

И я рассказала про забывчивость альфы уже в первые дни моего приезда в клан, про ощущение странного зверя, про выбор наследника клана и бой на пирамиде.

Родди слушал и быстро записывал. Мы начинали наше дело по возврату, излечению Итана.

В это время в Центральном полицейском участке Лоусона.

- Комната с часами полностью шумоизолирована, - доложил вытянувшийся во фрунт дежурный офицер.

Артефакт не желал останавливаться, несмотря на все усилия полицейских магов и техников, крупинки по-прежнему падали, но хоть после шумоизоляции не ввергали в ужас сотрудников и мирных жителей, зашедших в участок с заявлениями и в шоке застывавших от сотрясающих стены колокольных звуков.

Дудль, с красными глазами, в кителе, застегнутом на все пуговицы, чего раньше за ним не наблюдалось, сообщил офицерам, собравшимся на срочное совещание:

- О ситуации с Часами Последнего Времени проинформирован Совет. Извещен Конклав Магов, Крылья Вампиров. К нам в течение часа прибудут представители всех организаций, пропускать их ко мне немедля.

Государственный следователь обвел присутствующих тяжелым взглядом и продолжил:

- Ситуация оценена как предельно опасная. Откладывайте в сторону все бытовые происшествия, цеховые склоки, семейные конфликты. Все потом. Сейчас ищите необычные ситуации, странности, уникальные явления и все это срочно приносите мне. Землю ройте, погоны жрите, если нужно кого-то расстрелять для получения информации - сообщайте мне и я сделаю это лично... - он хрипло рассмеялся, - но найдите мне то, что запустило часы. Исполнять!

Глава 3. Жарить зайца, прежде чем он пойман

"То cook a hare before catching him" (поговорка)

- Инструментами доказательства вины являются: мотив, возможность, наличие улик, свидетельств и отсутствие алиби. Мисс Ерок, какие виды свидетельств вы знаете?

Преподаватель по Методике расследования мистер Кругги откуда-то всегда знал -готовилась я к занятию или нет. По крайней мере спрашивал точно в те редкие случаи, когда я не знала ответов. Родди, тоже выбравший этот предмет для изучения, хотя для судейских он был необязателен в первый год, признался как-то, что специально, ради эксперимента, не подготовился ровно один раз. И тут же был вызван к ответу уважаемым мистером Кругги, чуть полноватым, мягко-улыбчивым человеком, с большими голубыми глазами и вкрадчивым голосом.

В скромных однотонных, хорошо скроенных костюмах, с неизменной белой тростью, при всей своей выраженной приятности маг Кругги вызывал у меня ощущения, сродни напряжению рядом с ядовитой змеей. Ползает она тихо, двигается быстро, размер не угрожающий, а отчего-то хочется замереть и стать незаметной.

Что показательно, кроме единственного экспериментального события Родди ни разу на занятиях больше не спрашивали, зато я попадалась регулярно.

- Свидетельства... Есть показания свидетелей.

- Так.

- Тех, кто что-то видел.

- Да, очень интересно. А еще?

Мистер Кругги тепло улыбнулся, и я почувствовала, как нехорошо скрутило в животе. Утром, строго по рекомендации миссис Пинг, я выпила таблетку, блокирующую симптомы течки, сердце стучало тихо, но таблетки не понравились моему организму, начало подташнивать.

В аудитории царила неестественная тишина. Большинство, оборотни из следаков, были еще более безалаберными чем я в изучении теоретических дисциплин и сейчас сидели затаясь, как мыши под веником.

- Показания потерпевшего? - мой голос звучал неуверенно.

- Это вы меня спрашиваете, мисс Ерок?

Я покраснела. Вчера допоздна перебирала наряды и представляла, что надену на занятия. Волновалась и трепетала, будто меня пригласили на свидание. Лекционные темы на этом действительно важном фоне показались мне простыми, поэтому я решила не повторять, и так запомнила. В результате попала на зуб милейшему мистеру Кругги. Запомнить, конечно, легко, я лично очень хорошо запоминаю. Вот только вспоминаю - с трудом.

В высокую старинную дверь аудитории осторожно постучали.

Преподаватель опустил очки на нос и с интересом осмотрел двух опоздавших. Странно, я их совершенно не помню.

Гибкая как лоза девушка с тонким скуластым лицом, большими, чуть раскосо поставленными глазами. Кожаные брюки как вторая кожа обтягивали ее неожиданно широкие крутые бедра. Вырез на блузке был низким, практически до пояса.

Она окинула слушателей и преподавателя скромным стеснительным взглядом. Удивительная сдержанность при нескромном внешнем виде. В рядах оборотней тут же начались шепотки и движение.

Второй вошедший, молодой человек - был высок, худощав, с нервным тонким лицом и крупными мягкими губами. Маленькие очки съезжали с узкой переносицы, и он их постоянно поправлял.

- Приветствуем, мистер Кругги, - сказал он, запинаясь, - нас направили из ректората, мы новенькие, переведенные из Феста. Меня зовут Роберт Лапа.

- А я Глория Мак.

Девушка осторожно заправила за ухо выбившийся каштановый локон и кончиком острого розового язычка облизнула нижнюю губу.

Преподаватель успокоил взглядом опять зашептавшихся студентов и с интересом обратился к новичкам:

- Что ж, узнаем, чему учат в Фесте. Вы изучали инструменты доказательства вины? Помните виды свидетельств?

- Конечно, - уверенно ответил молодой человек, - свидетельства делятся на четыре основных вида: показания потерпевших, свидетелей, заключения экспертов и показания обвиняемого, включая признание вины.

Мистер Кругги с жалостью перевел взгляд на меня, все еще потерянно стоящую, и укоризненно покачал головой:

- Берите пример, мисс Ерок, с новоприбывших. Или вы учитесь в Школе не с целью стать отличным следователем, а руководствуетесь другими, более приземленными мотивами? Садитесь.

Я села, тут же давая себе зарок, как бы не уставать к вечеру, домашние задания делать неукоснительно и в полном объеме.

Новенькие сели недалеко от нас с Родди, и я заметила как друг метнул заинтересованный взгляд на хорошенькую мисс Мак.

Девушка нежно улыбалась налево и направо, чуть поворачиваясь телом и демонстрируя в глубоком вороте блузы мягкие белые округлости. Кажется, вот-вот и откроются дополнительные подробности, но владелица скорее манила, нежели одаривала.

Оставшуюся часть занятия я старательно записывала каждое слово мистера Кругги, чем вызвала его одобрительные взгляды в свою сторону. Родди подозрительно притих, как и многие другие молодые люди, рассматривающие новенькую.

У девушки не оказалось ручки, она беспомощно оглядывалась по сторонам, жалобно сложив брови домиком. И джентльмен Торш тут же презентовал ей одну из своих запасных.

- Вы так любезны, - прошептала девушка.

- Для меня - честь оказать вам помощь, мисс Мак, - пробормотал Торш.

- Просто Глория, мистер.

- Родерик, к вашим услугам.

- Польщена.

Я вздохнула. Эти этикетные песни Торш мог петь вечно, особенно если находился такой же повернутый на приличиях собеседник.

На перемене, как-то совершенно естественно новенькие примкнули к нам, спросив где проходит обед и тут же получив приглашение Родди отобедать вместе.

Мистер Лапа шел с моей стороны, молча изучая меня через стекла очков. А Глория источала улыбки и шла, покачивая бедрами так, что встречные студентки наполнялись завистью, а молодые люди заливались слюной. Само собой получилось, что сумку мисс Мак понес Родди. На заикнувшегося мне помочь Роберта я удивленно воззрилась и вежливо отказалась.

Мысль о том, что обед придется провести в незнакомой компании меня несколько расстраивала, так как я планировала обсудить с Родди и Каем наедине план действий по излечению Итана.

Огорченно послушала как щебечет мисс Мак, посмотрела дальше по коридору и тут же забыла обо всем.

По коридору шел Итан, рассекая толпу снующих студиусов, лениво перекидываясь словами с белокурым Ирбисом, своим заместителем. Оба надменные, выделяющиеся из толпы как паровой мобиль среди фермерских телег.

Прошло пару секунд, волнительных до дрожания пальцев, как Итан зацепил меня взглядом и хищно улыбнулся.

- О, - сказал Итан, - первокурсники, насколько мне не изменяет память.

Изменяет тебе память, тигр, ой как изменяет.

Джейкоб Ирбис, белокурый и изящный как магический клинок, кивнул, иронично глядя мне в глаза. Именно он был тем обнаженным оборотнем, который пробрался в спальню с цветком в зубах. И был безжалостно вытолкан за дверь.

- Это Мари Ерок и Родерик Торш, ты их брал в Олимпиадную команду в Хакс.

Судя по всему, Джейкоб помогал своему альфе восполнить потерянные воспоминания. На пару новеньких заместитель посмотрел с интересом, но, не признав, тут же вернулся взглядом ко мне, липко и дотошно изучая.

В отличие от последних двух недель, когда я одевалась подчеркнуто закрыто и скромно, сегодняшний наряд был пиршеством для мужского взгляда.

Спущенная с одного плеча тонкая блуза, к ней - укороченная чуть ниже колен юбка, широкий кожаный пояс охватывал тонкую талию, подчеркивая крутой абрис бедер. Да, я затянула его так, что дышать стало тяжело, зато какой эффект.

Отодвинув назад сумку, развернула плечи, подчеркивая линию груди. Мягко улыбнулась, подкрутив пальцем локон.

Эти движения мне однажды, задорно смеясь, показывала мама, я возмущенно фыркала и была уверена, что уж это мне никогда не пригодится. А вот случилось.

Ожидала, что тигр сообщит своему заму, что уже познакомился с нами.

Но Итан проследил прищуренным взглядом за каждым моим движением, затем недобро посмотрел на Торша и Лапу и процедил:

- Я взял первокурсников в команду?! Хорошо, что Олимпиаду отменили.

Я вспыхнула, нахмурившись, стирая улыбку с лица, Родди успокаивающе тронул меня за локоть. А рядом ахнул мистер Лапа.

- Так это вы были капитаном команды Лоусона? - новенький восторженно воззрился на тигра. - Наши только о вас и говорили. Блистательное капитанское расследование, великолепный стиль лидерства, обошли в самом конце абсолютно всех, даже Экзитер локти кусал.

Итан слушал жадно, его желтые глаза загорелись. Разговор подхватила мисс Мак.

- Да, жаль, что из-за драки все следствие пришлось остановить, - печально пролепетала она, - говорят, не поделили девушку. Или поделили, но кто-то вне очереди... Ой...

Она испуганно зажала рот.

- Простите, мисс Ерок. Забыла, что вы были единственной девушкой в команде. Это такая редкость. В нашем Фесте вообще девушек на Олимпиаду не берут. Я перевелась из Феста, уважаемый мистер Донахью, совсем новенькая здесь. Меня зовут Глория Мак, счастлива познакомиться. Но я пока не знаю правил и могла нечаянно обидеть вас или мисс Ерок.

Весь ее вид выказывал сожаление. Но я не первый день в Лоусоне, и на такие спектакли давно перестала покупаться.

- Нечего прощать, - твердо сказала я. - Никто из-за меня не дрался. Был бой по олимпиадной задаче, Фесты в ночь пойти с нами побоялись, хотя мы просили о помощи. В итоге враги почти победили, когда Итан прикрыл меня от удара артефакта. Большего сказать не могу, давала магическую клятву Конклаву.

Родди, слушая даже урезанную информацию по событиям, смотрел на меня в священном ужасе, понимая, что я хожу по острию меча. И в любой момент безопасники могут оценить мои слова как нарушение клятвы.

Но смолчать я не могла, слишком мало знает Итан и слишком легко, пользуясь его потерей памяти, сторонним слухам смешать правду и ложь.

- О, да вы, мистер Донахью, настоящий герой! - проникновенно сказал Роберт Лапа. А мисс Мак недовольно поджала губки.

В это время рядом закричали. У кабинета Истории Мира завязалась драка, внезапная, только что разговаривали, стояли спокойно, и вдруг злость, выпады, как кремнем о кресало чиркнули. Все стоящие в коридоре невольно повернулись в сторону дерущихся. Родди прикрыл плечом мисс Мак, как когда-то интуитивно прикрывал меня.

В паре метров от нас били друг друга сразу четверо оборотней. Жестко, с остервенением, кто кулаками, кто ногами и сумками. Вокруг толпились взволнованные невольные зрители, переспрашивали другу друга в чем причина.

Итан решительно раздвинул наблюдателей и вошел в круг, мощный, устрашающий одним присутствием.

- Поддай им, - тоненько и страстно выкрикнула мисс Мак, выглядывая из-за плеча Торша.

- Значит, это из-за тебя Итан потерял память? - мурлыкнули у плеча. Горячая рука Джейкоба Ирбиса провела по ягодице, прекрасно ощущаясь через тонкую ткань.

Я резко и сильно толкнула локтем назад. В хоре криков сражающихся рядом оборотней потонул слабый «ох» заместителя Итана. Его откинуло назад на несколько шагов и прореху в толпе тут же затянуло новыми зрителями. Вокруг прыгали и подбадривали драчунов.

К всеобщему разочарованию, Итан взял двоих за шкирки, встряхнул и отбросил друг от друга, затем следующую пару.

- Стоять! - рыкнул он на тех, кто дернулся, чтобы опять сцепиться. - Немедленно прекратить недостойное поведение. Все четверо - с объяснительными в кабинет декана. Лично проверю что вы там написали. Что смотрите? С вами говорит приор вашего факультета. Исполнять!

Альфа стоял как незыблемая скала, о которую волны могут только разбиваться, но ничего более. Его лицо источало надменность и сейчас выглядело намного старше, чем обычно. Таким, скорее всего, Итан станет лет через десять. Безоговорочным лидером и хозяином клана, как его отец. Я непроизвольно поежилась.

Высокий и худой мистер Лапа развернулся к досадливо дергающей себя за локон мисс Мак и довольно ощерился. Та злобно сплюнула ему под ноги.

Стоящий спиной Родди не видел этой странной сцены, да и исполнители мгновенно отвернулись, делая вид, что ничего не произошло.

Мгновенно собравшаяся толпа также быстро расходилась. А Итан неожиданно подошел ко мне, схватил за руку и дернул на себя.

- Значит, это из-за тебя, крошка, я потерял год своей жизни, - прошептал он. - Не знаю уж чем я руководствовался, очень интересно, стоила ли ты того.

Я вырастила лапу и мягко ткнула ей Итану в грудь, отталкивая.

- Я стою каждой секунды любого года, но с таким поведением доказательств ты не увидишь.

- Кошка, - выдохнул он изумленно и жадно начал принюхиваться к слабо вырвавшемуся при частичной трансформации запаху пантеры.

Глаза его заблестели, сверкнули в довольной улыбке белые зубы. Мы смотрели друг на друга, глаза в глаза.

- Еще какая кошка, - мурлыкнула я и оскалилась в ответ.

- Ты тоже оборотень? - раздался растерянный голос Глории.

Я быстро вернула себе обычную человеческую руку.

- Приношу извинения, если кого-то разочаровала. Мы, кстати, практически дошли до столовой. Дальше, уверена, вы сможете разобраться и сами. А мы с мистером Торшем планировали поговорить о делах.

Я кивнула Родди, сурово нахмурив брови, и друг вынужден был раскланяться, попрощавшись с новичками.

- Что с тобой, Родди, - прошипела я, подпихивая его в дверь школьной столовой, -ты сам на себя не похож. Девочка-то странная, а ты реагируешь словно кроме ее хорошенького личика ничего больше не видишь.

- Он не только на личико, но и на грудь ее пялился, и на зад, - уточнил откуда ни возьмись вынырнувший Кай, - я со стороны наблюдал. Девочка-то конфета, но соглашусь с Мари, подозрительная.

Покачав головой, Родди набрал на поднос как всегда максимально полезных овощей, сыров, отварных котлеток.

- Вот я, - назидательно сказал он, поднимая палец, - ваши склонности не осуждаю, хотя мог бы кое-что высказать. Но как друг - только поддерживал, ни разу совета без спроса не дал, в душу не лез.

Мы с Каем сконфуженно переглянулись. А и правда, ладно бы девушку упоминать, но Родди зачем при этом обсуждать. Нравится ему кто-то и нравится, наше дело какое?

Родди удовлетворенно кивнул, глядя на наше смущение. Гремя подносами, мы пошли к своему привычному дальнему столу.

- Ничего странного не замечаете? - нейтрально спросил Торш. Мы с Каем шли за ним гуськом, продолжая творчески ныть, извиняться и сожалеть о том, что полезли в сапогах к магу в душу.

- Да вроде нет, не замечаю, - остановился и неуверенно произнес медоед.

Я подозрительно посмотрела на Родди и тоже ничего не увидела.

- Да не на меня смотри, - Торш ткнул в пол, уложенный старинной черно-белой плиткой, - видишь сколько мусора?

Действительно, на полу валялось необычно много кусков еды, даже кое-где части разбитых тарелок.

- А теперь прислушайтесь, - сказал Торш.

Мы с медоедом замерли. Вокруг - шумели. Точно. Не обычные спокойные разговоры, а споры, вскрики. За столами оборотней творилось странное - многие разговаривали на повышенных тонах, кое-где вспыхивали ссоры.

Я прислушалась к себе. Напряжена, но ничего особенного. Посмотрела на Кая, тот развел руками:

- Я сегодня в лечебном корпусе успокоительное для Итана брал, пришлось соврать, что сам на занятиях волнуюсь. Бутылёк мне дали, но сначала в самого три ложки влили. Так что я ничего не чувствую, только спать хочется.

Мы еще раз внимательно оглянулись, но больше ничего странного не заметили.

К вечеру споры в корпусах стихли, все вернулось в прежнее русло. В итоге Родди отправился в библиотеку, Кай - следить за Итаном.

А я - на тренировки, а потом к себе в комнату.

Выучив домашние задания при мигающем свете медного светильника, я еще некоторое время лежала в кровати, отрешенно глядя в потолок. Итан стал сильнее и увереннее, понравилось ли мне это? Пантера согласно заорала. Но я засомневалась.

Вспомнив про таблетку на ночь, привстала, потянулась рукой к тумбочке и замерла, глядя в окно.

На приступочке соседнего балкона, положив тяжелую морду на сложенные лапы, лежал золотой тигр.

Мы задумчиво уставились друг на друга.

Я крутила в руках таблетку.

Подсматриваем значит.

Он облизнулся длинным красным языком.

Медленно потянув завязки тонкой рубашки у горла, я глубоко и демонстративно вдохнула. Тигр нервно привстал, чтобы лучше видеть. Встряхнув волосами, я начала спускать ночную рубашку с плеч. Взволнованный тигр затоптался, мышцы на плечах взбугрились.

Когда показалось верхнее полукружье груди, зверь задергал хвостом, подвинул зад и вдруг, коротко хрипло рыкнув, взмахнул всеми лапами в воздухе и свалился вниз. Через пару секунд последовал звук мягкого удара и возмущенные кошачьи вопли.

Я, давно наблюдавшая как его задние лапы находились в опасной близости от края и просчитавшая падение, вернула рубашку на плечи и плотно задернула штору на окне.

Подсматривать он будет... Ишь какой любопытный. Красиво, кстати, летел. А уж как лапами молотил. Наблюдатель.

Все мое тело налилось и потяжелело при одной только мысли, что на меня смотрел Итан.

А если бы он не свалился... раздевалась бы я дальше? Каюсь, я так и не смогла ответить на этот вопрос.

Представила, как стою совершенно обнаженной, а золотой тигр пристально рассматривает меня через стекло, и мои внутренности скрутило от желания.

Хищной кошке, умеющей группироваться, ничего не грозило при падении с такой высоты, но я пожелала Итану хотя бы пару ушибов. Потому что мне сейчас было физически больно от желания.

Я подумала, а не погладить ли себя, представляя, что это Итан. Но покраснела, быстро выпила таблетку и постаралась уснуть.

В это время с другого балкона спускался вниз уставший от слежки медоед, прыгая с карниза на карниз, костеря "эту больную на голову парочку" и отчаянно зевая.

.....

Этой же ночью на перрон Лоусона точно по графику прибыл фырчащий и пышущий дымом поезд.

Первыми из вагона первого класса вышли: прелестная белокурая девушка в элегантном коротком голубом платье и ее узколицый спутник, одетый подорожному просто, в коричневый кожаный костюм.

Она счастливо улыбнулась, оглядываясь с жадным любопытством. Молодой человек покровительственно похлопал ее по руке:

- Неужто так много здесь изменилось?

- Нет, - выдохнула блондинка, - но я даже не мечтала, что смогу вернуться.

Через пару минут им подали авто и с ветерком повезли в известный в узких кругах клуб-казино "Лихорадка". Он славился не только лучшим стриптизом в городе и самыми современными столами для игры, но и одноименным, примыкающим к казино отменным отелем, а также прекрасной кухней в обоих заведениях.

Все для гостей столицы, знающих толк в настоящем азарте, качественных удовольствиях и не трясущихся над каждым медяком.

Желтые вампиры семьи Лерой, ценители острых ощущений и известные сибариты, сделали из "Лихорадки" особый город в городе, место, где вольготно себя чувствовали игроки, проходимцы, мошенники, авантюристы и богатые приключенцы всех мастей. По мнению Акулы, прекрасное место для весьма рискованной, значительно опасной и в высшей степени аморальной операции.

Через три часа в отеле "Лихорадка", премиум-номер

Белые гладкие беспомощно раскрытые бедра юноши еле заметно подрагивали от каждого касания. Он жалобно, почти непрерывно стонал, стискивая пальцами ткань простыни.

Длинные, сложно перевитые локоны девушки водопадом струились по его длинным крепким ногам, покрытым светлыми волосками. Острый кончик языка красавицы круг за кругом обводил толстую головку напряженного ствола, но больше никуда не продвигался.

- Долго еще будешь его мучить? - лениво спросил Акула. Подошел, сгреб волосы в кулак и надел мисс Нэри ртом на каменное возбуждение лежащего парня.

Тот с благодарностью посмотрел на мужчину и задергал бедрами, выстанывая и пытаясь попасть поглубже.

Уже через пару секунд он сорвано задышал, застучал пятками и выгнулся дугой, дрожа, тараща в потолок ошалевшими глазами.

- Как я люблю лакомиться от неопытных, свеженьких, - пропела девушка, поднимая голову и слизывая светлые капельки с пухлых розовых губ.

- Меня эти твои вкусы не заводят, но балуйся как хочешь, главное - парня потом в разум верни.

Оба перевели взгляд на абсолютно очумелое, расплывшееся в сумасшедшей улыбке лицо молодого человека.

- Никак не могу понять, - задумчиво сказала она. - Ты же простой человек, не маг, защитных артефактов на тебе не вижу. Почему же на тебя совсем не действует мой флер?

И качнула горячую, наполненную еле заметной горчинкой волну возбуждения в сторону мужчины.

Ее тонкое тело было полностью обнажено. Лобок сиял идеальной гладкостью, казалось, на девушке, кроме как положенных на голове, ресницах и бровях, больше нигде не было ни волоска.

Акула, одетый в одни домашние легкие штаны, присел на краю кровати, спокойно подвинув ногу парня.

- Зачем тебе думать об этом, - резонно сказал он, потянув шнурок на своей ширинке. - Брать кого тебе нравится я не запрещаю, вопросы решаю. Скоро напьешься на портале и совсем войдешь в силу.

Он приподнял за подбородок ее лицо, пробормотал:

- Прекрасна. Что за финт природы...

Погладил пальцем по точеному маленькому носу.

На кровати задвигался и медленно сел светловолосый юноша, приходящий понемногу в себя.

- Ну как? - с иронией спросил его Акула, продолжая поглаживать Нэри по щеке.

- Восторг! - стеснительно, но пылко произнес молодой человек. - Я счастлив, что мисс обратила на меня внимание за игровым столом.

- Не преуменьшай и свои заслуги, - сказал Акула, поднимаясь, и потянув за собой девушку. - Ты же не думаешь, что смог совсем незаметно подбрасывать ей нужные карты. Как тебя, кстати, зовут, юный талант? Давно я не видел таких ловких рук как у тебя, весьма впечатляющий потенциал.

Молодой человек завороженно проследил как Акула и прелестница подходят к столу, мужчина повелительно кивает, и девушка, лукаво сверкая глазами и пытаясь потереться щекой о мужскую руку, тут же залезает на стол, ложится на спину и свешивает с края голову.

- Так, Таккари, - торопливо говорит юноша. Зрачки его глаз ненормально расширены, движения немного дерганы, а возбуждение опять высится во всей силе. В комнате витает густой, насыщенный флер сладострастия. Вампиресса, а в повадках Нэри, взглядах и блеске острых клычков видна молодая, только набирающая силу вампиресса, распространила свою ауру и влияние уже по всей комнате, не таясь.

Сидящий парень почти пьяно покачивается и непроизвольно облизывает губы. В паху у него алеют две аккуратные ранки и еще одна видна в основании все еще упруго торчащего ствола. Несмотря на выпитую кровь, молодой организм подчиняется ауре вожделения и выглядит абсолютно готовым, тем более что картину, которая сейчас разворачивается перед ним, он, неопытный парень, ранее даже не мог представить в своем воображении.

Акула провел ладонью по опрокинутому лицу, с видимым удовольствием сминая нежные черты, затем легко пошлепал по девичьим губам.

- Нэри любит пожестче, - он посмотрел на завороженно наблюдающего за ним парня и пожал плечами, - если ей этого не дать, то жесткой становится она сама. А зачем нам лишние жертвы в приличном месте... Умница. Приготовилась? Вот так сделаем твои губы чувствительнее, они красиво припухнут.

И он повторил шлепки.

Затем взял двумя руками за откинутую голову и, пододвинувшись бедрами, дал девушке себя полизать. Она застонала, жадно заскулила, приученная к его ласкам как к утонченному лакомству.

Плавно войдя, мужчина качнулся, издав удовлетворенный низкий звук.

И медленно, с едва заметной амплитудой, скорее дразнясь, чем даря себя, задвигался.

Таккари прополз на кровати ближе к краю, не сводя блестящих глаз с девичьего тела.

- Как же она прекрасна, - прошептал он, глядя на извивающиеся волосы, почти касающиеся пола, небольшие округлые грудки, торчащие строго в потолок острыми сосками.

- Если будешь ей и дальше за столом карты подбрасывать, - низким, чуть осипшим голосом сказал наемник, начавший все более амплитудное продвижение, - она тебя еще раз может позвать.

- Я для нее сделаю что угодно, - прошептал Так.

Девушка за столом застонала, ее рука скользнула вниз и начала себя поглаживать. Судя по правой ножке, спущенной со стула, чтобы парень мог лучше видеть происходящее под тонкими пальцами, слова молодого человека пришлись Нэри по сердцу.

- Вот и молодец, Так, - одобрительно пробормотал Акула, - возможно, завтра ты нам понадобишься по важному делу.

Он поднял голову к потолку, выгнулся, улыбаясь, и полностью вдвинулся в распрямленное для него горло.

Толстый тяж на белой тонкой шее красавицы заходил поршнем, повторяя размашистые движения мужчины. Пару раз Акула вышел, давая девушке прокашляться и простонаться. Ее лицо стало красным и абсолютно безумным, тело подергивалось в конвульсивном удовольствии, рука между ног тряслась почти в пароксизме.

В комнате заколыхались алые с золотом шторы, невыносимо тяжелым стал воздух.

- Эй, - сказал Акула замершему и шумно дышащему парню, - чего сидишь? Считай, что ты почти свой, заходи с другой стороны, видишь, малышка тебя ждет.

Наемник обхватил двумя руками женскую шею, расширенную собственной плотью, нагнувшись и любуясь. Рассмеялся, глядя как Так почти упал с кровати, путаясь в простынях, спеша, не сводя глаз с приглашающе раздвинутых стройных ног.

Акула ощерился. Пока все идет по плану. Лоусон ему определенно нравился.

Глава 4. Пустая посуда звенит громче

"Empty vessels make the greatest sound" (присловье)

Лишнее напряжение хорошо сбрасывалось физическими нагрузками, поэтому я стала самой ответственной и постоянной студенткой группы дополнительных тренировок у мистера Бринелли.

Время от времени другие девушки пытались влиться в наш утренне-вечерний коллектив, но задержаться кроме меня смогли только две из них. Серена, милая рыженькая третьекурсница, посещавшая группу изредка, по настроению, скорее за компанию со своим парнем-львом. И Кори, которая старательно ходила туда, где появлялась я. После ритуала посвящения в студенты тигрица следила за мной с неизменным восторгом, как поклонники барда восхищаются любым словом своего кумира.

Это, признаться, меня несколько смущало. На лекциях я старалась отсесть подальше. Но на тренировках приходилось терпеть искреннее почитание юной кошки.

- Сегодня вас ждет небольшое командное задание, посмотрим на какой уровень физической формы вышел каждый из вас, - сообщил преподаватель, - я сформирую три команды по четыре игрока и...

Дверь в тренировочный зал открылась, впуская опоздавших.

- Решил возобновить занятия? - удивился мистер Бринелли при виде шедшего первым Итана.

А я несколько ошалело уставилась на Кая, гордо вышагивающего за Донахью и Ирбисом. Что-то мне это напоминало... Неужели...

- Мне и моим замам необходимо поддерживать физическую форму, мистер Бринелли. Разрешите присоединиться?

Значит замам. Кай, безответственный и легкомысленный, отказывающийся от любой организационной нагрузки, наш Кай согласился на должность заместителя приора факультета? Я восхищенно воззрилась на друга. Для медоеда в этом был даже больший героизм, чем в прыжке через пропасть. Зато его присутствие рядом с Итаном будет смотреться логичным. Ай да медоед.

Альфа окинул взглядом занимающихся, кивая знакомым. И поднял бровь, увидев меня и Кори. Третья девушка, Серена, сейчас отсутствовала, как и почти на всех утренних занятиях, требующих вставать с рассветом.

Преподаватель приглашающе повел рукой, предлагая пришедшим располагаться на матах и послушать.

Сидеть на матах - больших кожаных матрасах, набитых тряпьем и пухом - было удобно, поэтому утренние вводные задания полусонные еще студенты предпочитали слушать, почти развалясь. Голос преподавателя громко разносился в большом зале, где пол и даже две стены из четырех были обиты пропитанными маслом и отполированными широкими досками. Поколения студентов касаниями превратили старое дерево в уникальную по удобству для занятий поверхность, она не скользила, и в то же время была приятно гладкой.

- Добавились три игрока, поэтому количество человек в команде вырастает до пяти. Я разделю вас на относительно равные по силе группы. Капитанами назначаются Итан, Гарольд и Мари.

У альфы чуть обе брови не залезли на лоб, он с трудом вернул невозмутимое выражение лица. Гарольд, молодой вампир, давно тренирующийся вместе со мной, принял назначение капитанов как само собой разумеющееся и махнул приветственно рукой.

Распределение прошло быстро. Бринелли просто называл имена, игроки присаживались рядом с капитанами.

В мою команду очень удачно попал Кай. Затем, довольно улыбаясь, подошел и сел рядом со мной Рапира. Оставшимися двумя нашими игроками оказались люди, новички. Братья Вуд не так давно посещали занятия и раньше не обращали внимания на мою скромную персону, обычно предпочитающую тренироваться в стороне от основной группы. Девушка в капитанах их изумила и расстроила, один из братьев, более полный по комплекции, даже неприлично выругался. Странно, насколько серьезно некоторые люди воспринимают обычную игру.

Кори попала в команду к Итану и Джейкобу Ирбису и сейчас смущенно принимала заинтересованные взгляды зама. Как был белогривый оборотень ловеласом в бытность истории с мисс Ирэн, так им и остался.

Мистер Бринелли еще раз оценил сформированные команды, окидывая взглядом переходящих игроков, и остался доволен.

- Вашей задачей станет прохождение полосы препятствий в виде эстафетных действий. Сначала проходит первый игрок команды... кого вы там определите первым, затем второй и так далее. Пятый этап может проходить один завершающий игрок, а может вся команда, но именно вся.

Команды заволновались. Сразу стало понятно, о чем пойдет речь. Задания будут такой сложности, что некоторые игроки его просто не смогут потянуть в одиночку и им понадобится помощь. Но по правилам ему не сможет помочь только один самый сильный, а должны будут еще раз пройти все.

Преподаватель утихомирил поднявшийся шум движением ладони и продолжил:

- Пройти задание можно тремя путями на выбор. Зеленый путь наиболее прост, по итогу вас ждет одно короткое копье для метания. Возьмете его и вернетесь.

Фиолетовый путь - средней сложности, призом станут два копья. Алый путь -сверхопасен, выбирайте его с умом, прошедший сможет принести три копья.

- И что потом делаем с копьями? - спросил нетерпеливый Рапира.

Я осознала, что в моей команде целых два импульсивных игрока. И еще два - явно слабых, ко всему прочему еще и недовольных моим капитанством. Я вздохнула, но тут же отбросила сомнения и начала настраиваться. В присутствии Итана я точно не хочу выглядеть смешно.

Мистер Бринелли усмехнулся и подмигнул мне, значит, он прекрасно понимал, что делает.

- Тот, кто добыл копье или копья, после прохождения полосы препятствий бросит их в щит с круговыми оценками. В результате мы суммируем общий балл, полученный командой. Полная трансформация запрещена, как и на всей территории школы. Но я разрешаю частичную. И еще, игрок может сойти с дистанции и выбыть из игры. Все. Выходим на площадку.

Мы потянулись из зала на улицу, переговариваясь, уже держась вместе со своими.

Было светло, приятно обдувал ветер. По крайней мере погода не станет дополнительной сложностью.

- Мари! - ко мне подошел Гарольд. - Предупреждаю сразу - мы не будем милыми котятками. Ты меня знаешь, я - за конкурентную борьбу.

Вампир намекал, что на полосе его команда будет не столько бежать сама, сколько топить конкурентов. Я поморщилась, с другой стороны, хорошо, что предупредил.

- Я услышала тебя, Гар, - ответила сдержанно.

- А я против! - завопил полный Вуд. - Что ты за капитан, если не можешь за нас постоять?

Интересно, как он себе это представляет. Подраться до задания? Или сообщить, что "мы будем добренькими, а вы как хотите".

Я повернулась к заговорившему человеку и подняла бровь. Пока капитаны говорят между собой остальным лучше помолчать или говорить по разрешению. Это правило новичкам следует разъяснить как можно быстрее.

Вопрос решили оперативно. Кай и Рапира слаженно взяли братьев под руки и отвели в сторону, что-то разъясняюще шепча. Зря я их в легкомысленные записала.

- Бунт в команде? - с иронией спросил Итан. Его люди стояли молча и смотрели на альфу с явной готовностью доставать для капитана что угодно, хоть древние артефакты из могильников.

- Все решаемо, - нейтрально ответила я.

Мы сцепились взглядами. Итан прищурился и шагнул вперед.

- А я могу быть на полосе настоящим джентльменом, если, конечно, девушка ласково попросит.

Что бы ни происходило вокруг я старалась быть хорошей девочкой. Даже защищая себя и своих близких, совершая вынужденные поступки, я старалась соблюдать правила.

Одно из важных правил, которые мне привила мама: "Если очень хочешь понравиться мужчине - уступи ему в борьбе, пусть заплатит цену, с трудом, но выиграет. Такими милыми девушками восторгаются, таких ценят".

Я помнила, как Итан не любит проигрывать, как ценит свои лидерские возможности. Он мог простить чужое первенство в силе или скорости, но примет ли альфа выигрыш другого капитана команды, лидера?

Но... Сейчас он смотрел так покровительственно, так снисходительно. И я... не выдержала.

Устала я быть дипломатичной и уступать мужчинам из вежливости и по правилам достойного девичьего поведения.

Приблизила нос к носу и нежно прошептала:

- Возможно, это я тебе помогу, если будешь лапочкой, хорошим мальчиком.

Он оскалился и зарычал. Я зарычала в ответ. Дыхание в дыхание. Глаза в глаза.

- Эй, - закричал преподаватель, - немедленно прекратите! Да что ж это такое, как с цепи все сорвались. Совсем оборотни озверели.

Тут же выпрямившись, я удивленно качнула головой. И правда, что это со мной.

- Приношу извинения, уважаемый мистер Бринелли. Надеюсь, мы забудем с вами это небольшое, досадное недоразумение, мистер Донахью?

Книксен в брюках выглядел не очень, но я постаралась.

Итан моргнул, приходя в себя и тоже обретая контроль.

- Что, испугалась, и даже поддаваться мне на полосе будешь, душечка?

- Что вы, мистер Донахью, я все равно у вас выиграю. Но - не теряя лица.

Я задрала носик и отошла к своим.

Эм. Совсем чуть-чуть покачивая бедрами. Как не покачать бедрами, когда точно смотрят. У меня чуть ягодицы не загорелись от прожигающего внимания.

Команда встретила своего капитана почтительным молчанием. Все прекрасно видели, как мы с Итаном рычали друг на друга, почти упираясь лбами. Известно, что оборотни быстро загораются, но не быстро отходят. Поэтому команда с уважением и оторопью изучала мое безмятежное выражение лица.

- Итак, - сказала я, - задача у нас незамысловатая - выиграть. Каждый может выбрать один из трех уровней сложности для прохождения.

- Ой, здесь занятия идут? А можно посмотреть? - раздался звонкий восторженный голос. На скамейке у полосы чинно усаживались двое из Феста. Я чуть глаза не начала протирать. Да что же это такое. Везде они.

- Посмотрите, - разрешил преподаватель, - основное правило - игрокам физически не мешать, с места наблюдения не сходить.

- Конечно, конечно. Мы только за нашего героя поболеем, за Итана, - серьезно сказал мистер Лапа. И фестовцы уселись на скамью.

Давая себе слово не отвлекаться, я прикрыла глаза ладонью-козырьком от яркого дневного света, изучая переплетение веревок, брусьев, крутящихся бревен на полосе. Алая дорожка выглядела безумным воплощением чьей-то больной фантазии, помесь лабиринта с бьющейся в конвульсиях комнатой пыток. Механизмы пугающе скрипели, но основная задача создателей была не устрашить, а скинуть игрока вниз.

Любое касание земли, падение с полосы считалось дисквалификацией.

Некоторыми механизмами управляли артефакты, поэтому их движения становились неестественными и малопредсказуемыми.

- По среднему, фиолетовому пути, пойдет большинство игроков, там же - будет больше всего драк. Нам сейчас очень нужна разведка, что придумали создатели и какие встретятся неожиданности. Поэтому первым пойдет самый ловкий - Кай.

Я говорила тихо, но отчетливо. Команда слушала внимательно.

- А ты по какому пути пойдешь? - спросил уже более уважительно со мной разговаривающий, но все еще осторожничающий полный Вуд.

- Я - по самому сложному, как и все капитаны. Из игроков точно по сложному пойдет Ирбис.

- Значит мне тоже нужно по сложному, - заметил Кай, - иначе мы на одно копье точно проиграем. Да и заму теперь положено.

Он ухмыльнулся, находя приятные стороны в новой должности.

Если Кай пойдет по алому пути - это три копья в командный зачет. Очень привлекательная идея.

Но насколько сложна алая дорога? Преподаватель сказал - очень.

- А, рискнем, - решилась я. Нельзя отвергать предложение Кая, это как высказанное сомнение в его возможностях, поэтому - поддержу.

Первые игроки выстроились на старте. Мистер Бринелли завел часы. Двадцать минут на всю эстафету. И началось.

Первыми прыгнули на тренажер Кай, Ирбис и малознакомый мне рыжий высокий парень из команды Гарольда. Я закусила губу. Все трое ринулись на алую полосу препятствий.

Тряслись веревки, разворачивались и били по игрокам механические манекены.

Рыжий не смог запрыгнуть на очередной забор и не придумал ничего лучшего, как схватить за ногу поднимающегося Ирбиса и дернуть вниз, на узкие доски дорожки.

Кай попытался в прыжке проскочить сцепившихся противников, но Ирбис сбил его ударом ноги.

- Наподдай ему! Еще! Он уже слабеет! Еще! - непонятно кому давала указания звонкоголосая Глория, прыгая на границе с тренажером.

Вокруг орали, срывая горло. Я обнаружила, что сжала кулаки до бела.

Все трое представителей команд сорвались с тренажера и покатились по земле, увлеченно колотя друг друга.

- Дисквалификация! - невозмутимо объявил преподаватель. - Следующие.

Со старта тут же рванул Рапира и двое конкурентов. Рапира выбрал фиолетовый путь, остальные - зеленый.

Вернувшийся в команду Кай понуро держал голову, отличный на первый взгляд план по итогу не принес нам ни одного копья. Я хлопнула его по плечу и поблагодарила за отличную разведку. Я многое увидела и поняла, как правильно бежать. А что копий не принес... Так никто не принес. Считай, с нуля все начнут.

И мы принялись обсуждать, кто что увидел и как предлагает преодолевать препятствия.

Гарольд на своего парня шипел так, что преподаватель морщился. Разные капитаны бывают. Итан что-то тихо сказал, на что Ирбис согласно кивнул головой. Сразу видно - давно вместе и понимают друг друга с полуслова.

Следующий забег прошел по плану. Рапира принес два копья. Полный Вуд - одно. А вот с четвертым, предпоследним забегом, нам сильно не повезло. Худощавый Вуд сорвался с зеленой дистанции от подножки игрока команды Гарольда.

Сам Гарольд довольно ощерился и качнул в мою сторону бедрами. Дескать, поимели мы вас. Я отвернулась.

Фестовцы громко обменивались впечатлениями, подбадривали игроков криками, тыкали пальцами то в одного, то в другого, проходящего дистанцию.

Ситуация становилась все более напряженной. Пятыми и завершающими решили бежать капитаны.

По сигналу преподавателя мы сорвались с места. Гарольд попытался поставить мне подножку, но я легко прыгнула в воздух, оттолкнувшись на бегу от боковой стенки. Внутри пело. Без всякой трансформации я впервые в Школе бежала прилюдно на всю мощь.

Итан держался вровень, показывая великолепную физическую форму. Я засмотрелась как заиграли мышцы на его спине во время прыжка на забор, чуть не сбилась с ритма, пришлось сосредотачиваться, чтобы нагнать. Надо бежать первой, пусть лучше соперники засматриваются. И я прибавила скорость. А вот Гарольду пришлось перейти в полутрансформацию, чтобы нарастить темп.

Итан прыгнул на качающееся бревно и, чтобы не терять времени, попробовать опередить, я прыгнула вверх, уцепилась за качающиеся кольца и двинулась вперед на руках по верхнему ярусу. Задрав голову, тигр проследил за мной взглядом. А Гарольд подождал выброса руки на следующее кольцо, внезапно прыгнул, уцепился за ноги и резко дернул вниз.

Я сорвалась, покатилась, скользя по нижним бревнам, цепляясь за них, трансформируясь когтями, чтобы не упасть с полосы и не получить дисквалификацию. Засмеявшийся вампир побежал дальше, а Итан дернул меня за рубашку, мы перекатились и оба удержались на скользком бревне. Его нога попала мне между бедер, знакомое лицо оказалось близко, а грудь смяла его прижатая между тел рука.

Сколько раз мы были в похожем положении.

- Еще немного и мне будет неудобно бегать, - пробормотал Итан, замерев, а затем начиная неохотно слезать. - Как насчет встретиться сегодня вечером?

Я отпихнула его в плечо, но совсем несильно, скорее для иступленно вопящих зрителей. Самой мне хотелось взять его в зубы и утащить в темный уголок, где очень хорошо потрепать. Рядом с альфой таблетки почти переставали действовать.

- Ты пахнешь, - промурчал он. Мы оба нехотя побежали вперед, посматривая друг на друга. Затем он подкинул меня, чтобы удобнее было зацепиться за планку. Я подала руку. Мы подмигнули друг другу и ускорились. Уже работая вместе. Как слаженный механизм. Наши тела отлично были знакомы, точно выверяя прыжки и сцепки пальцами.

В узком коридоре без пола можно было пройти только опираясь одновременно на две стены. Гарольд еле двигался по сантиметру, касаясь одной стены пятками, другой - руками. А мы, сцепив плечи и ладони, перебирали ногами в распорку. В результате парной работы легко обходя пыхтящего, пытающегося не упасть вниз вампира.

И пришли к финишу вместе. Наши команды прыгали и бесновались. Кори целовалась с Каем, при этом колотя его по спине.

- Итан! - подбежал Лапа и затряс альфе руку. - Вы само воплощение истинного джентльмена. Помочь проигрывающей даме просто так, по зову души, как сильный

- слабому. Оооо...

И он издал восторженные охи. Следующей Итана в порыве восторга обняла Глория. Ирбис хлопнул его по спине.

Меня схватил в охапку и закружил Рапира. Нас растащили команды. Внутри почти болело. Они могут его обнимать, а почему я не могу? И только сообщение об истечении двадцати минут вернуло мне почти утерянный контроль.

Гарольд не успел завершить дистанцию, тем самым лишив свою команду шанса на победу. Рыжий участник, из-за которого Кай не принес копья, сел на траву, обхватил руками голову. Все-таки мужчины странно тяжело переносят обычные тренировочные поражения. Меня это всегда удивляло.

На итоговом подсчете баллов добытые на полосе препятствий копья кидали без ажиотажа, но и без ошибок.

- Поздравляю, капитан, с первым местом, - улыбаясь, сказал Итан.

- От всего сердца поздравляю и вас с первым местом, капитан, - ответила я.

- Теперь в душ и на занятия, - сказал Джейкоб, протягивая Итану сумку.

- Может сходим на море искупаться?

- Какое море? - удивился заместитель. - К нашим услугам отличные душевые.

Итан кивнул Джейкобу и Каю, они попрощались с остальными и ушли.

Действительно, какое море?

Глава 5. Дурная весть имеет крылья

"Bad news has wings" (присказка)

Я успешно включила артефакт поиска крови - ПОК-16 и сейчас любовалась на кусок стены лаборатории с проявившимися брызгами. Следы были старыми, специально замытыми, поэтому без следственных инструментов на глаз не обнаруживались.

Осталось зарисовать получившуюся картину и сдать итоги работы преподавателю.

- Тебя зовут, - как обычно, Кори старалась держаться поближе ко мне на занятиях. -Мари, не будет бестактным, если я спрошу, что у вас с Каем?

Я удивленно посмотрела на тигрицу, потом на дверь, куда она кивнула головой.

Там стоял Кай, прижимаясь к торцу приоткрытой двери, и молча сигналил руками, стараясь не привлекать внимание въедливого мистера Кругги, нашего мэтра по Методике расследования. Мага редкостно мстительного и изощренного в преследовании нерадивых, по его мнению, студентов.

Кай поймал мой взгляд, сделал тревожное лицо и легким движением кисти сверху вниз отправил в мою сторону летуна.

Значит, случилось нечто срочное, обычно летунам не разрешали во время урока появляться в классе, и они покорно кружили у закрытых окон и дверей до перерывов между занятиями.

Запрещенный летун скользил почти по полу, я даже присела, чтобы магическое письмо не вздумало подняться повыше.

- У нас с Каем - дружба, - ответила я тигрице, подхватывая подлетевший листок, делая вид, что поднимаю ручку.

- Дружба, которая романтическая или которая нейтральная?

Некоторое время пришлось соображать, что такое нейтральная дружба, но потом я вспомнила как Кори целовалась с медоедом на тренировке, и суть вопроса прояснилась.

- Мы с Каем не в отношениях и никогда в них не были, - открыто объяснила я, - если ты имеешь в виду не буду ли я против ваших с ним встреч, мой ответ - нет, не буду. Я не вмешиваюсь в личную жизнь друзей.

Хотя иногда - очень хочется. У противоположной стены лаборатории стояла Глория, также успешно включившая свой артефакт, она заметила появление Кая и теперь, прищурив глаза, внимательно изучала через класс листок в моих руках.

Кори облегченно выдохнула и радостно заулыбалась. Интересно, ей нравится Кай, а что же тогда произошло в столовой?

Как бы повежливей спросить, но ответ услышать мне очень хотелось, поэтому я решилась и негромко пробормотала:

- У меня тогда встречный вопрос. Помнишь, в столовую пришел Итан, ты еще собралась идти за ним. Это что было?

Тигрица мило покраснела, у нее было на редкость открытое лицо, и эмоций, в отличие от меня, она не скрывала. Кинула на меня смущенный взгляд, покрутила на своем ПОК настройки, собираясь с духом.

- Ты же знаешь, Итан - альфа, а я была не в отношениях. Когда он спросил, могу ли я помочь ему сбросить напряжение, я была рада его вниманию. Ты говорила, что воспитывалась не в клане, поэтому не совсем понимаешь, Мари. Такое внимание -большая честь. И большая возможность.

Я даже замерла в процессе открывания письма.

- Что?! Честь идти в постель по первому зову, да еще озвученному в присутствии других?

- За столом были оборотни, - удивилась тигрица, - наши все понимают. После альфы девушка ценится больше, вот я даже не успела с Итаном пойти, а на меня уже Кай обратил внимание.

Она счастливо вздохнула.

По первому зову значит. Вот почему так была взволнована Шани, передавая мне приглашение Люшера. Если к альфе бегут по движению пальца, как же тогда должна свободная самка реагировать на сигнал от примарха.

Я покачала головой. Ну, Итан, я тебе еще припомню попытку пригласить Кори. Интересно еще, как ты в клане две недели ухудшения памяти пережил... Зов его, значит, большая честь.

Развернула листок, покусывая губы.

Мелким почерком медоеда было написано:

"Срочно! Мари, это важно! Джейкоб получил приглашение в клуб "Лихорадка" -сыграть в золотой зоне. И занял деньги у Итана на игру. Мы пойдем с Ирбисом, чтобы не дать ему наделать глупостей. Внимание! Контролировать Итана в клубе будет сложно. В Золотой зоне - особое индивидуальное обслуживание. Помогайте!"

Я нервно скомкала бумагу. Альфа все время в Школе был на голодном пайке под присмотром Кая. Привыкший повелевать, звать, когда ему захочется. Не помнящий меня. А я на приглашение на свидание так и не ответила. То есть дала понять, что, возможно, не свободна. Как мне освоить, что означают все эти оборотнические намеки, если я не росла среди всех этих неформальных, но понятных им традиций.

Родди занят в библиотеке, сегодня я ему подкинула историю с морем, его нельзя отвлекать от поиска информации.

- Кори, - обратилась я к соседке, которая, наконец, смогла правильно настроить аппарат и теперь любовалась на заляпанный тусклыми пятнами собственный кусок стены, - ты слышала что-нибудь про "Лихорадку"? Как в нее попасть?

- Просто приходишь, - удивилась девушка, - но туда большие деньги нужны, причем не только на игру. Еда там лучшая в городе, пальчики оближешь, развлечения всякие. Просто мечта.

- А что такое золотая зона?

Она поскучнела.

- А. Вот в золотую зону просто так не пройти. Это закрытая территория. Для элиты. Они внимания лишнего не любят, ну ты понимаешь. Девушки попадают только как богатые гостьи, заранее заявленные сопровождающие или через обслугу. Клуб всегда рад принять на работу девушку-оборотня, мы, нуууу, не строим из себя глупых недотрог, выносливые.

Она сморщила носик.

- Но это совсем дно, Мари. Хотя и приличное. Платят мало, работать надо много, иногда и переспать придется. Я неделю попробовала, мне не понравилось. А почему спрашиваешь?

Я неопределенно покачала головой, наскоро зарисовывая сочетания капель крови со стены.

- Никогда о таком клубе не слышала, вот и стало интересно. Да и деньги от семьи сейчас не приходят, мои не очень богаты. Можешь меня туда порекомендовать?

Она опасливо оглянулась и зашептала:

- Я с Каем хочу начать встречаться, он такого не одобрит. Это место для свободных. В золотой зоне все в масках, но он меня по запаху узнает, мы же целовались. Не могу с тобой пойти для рекомендации, извини. Но можешь сказать Малышу Брэди, мы с ним дружили, что от меня. Ты красивая, тебя точно возьмут.

Она присела за столик с аппаратом, чтобы написать записку в Лихорадку, а я принялась дорисовывать контуры лабораторного занятия.

Как всегда в таких случаях внутри проснулась кошка, она прыгала от радости, скреблась изнутри, почти расчесывая кожу. Пантера считала себя сильной и ловкой, да что там - практически неуязвимой. И азартно мурлыкала, предвкушая охоту на Итана.

Что ж, я помогу Каю, я с большим удовольствием помогу Каю. Все альфа-зовы Итану обломаю, уж это я смогу.

Почему он в меня быстро влюбиться не может? Чтобы раз и влюблен, что это за глупые приручения. Мне все меньше нравился весь этот период присматривания и ухаживания. Пантера требовала свою пару. Поймать и заломать. Подмять под себя и заявить, что мой. Покусать, чтобы не убежал. Ой... Что это со мной?

В классе к этому времени все студенты правильно включили аппараты и потянулись к преподавателю сдавать работы. Изумленный мистер Кругги принимал листы с решениями, изучал их, его брови поднимались все выше.

Глава 6. Не все то золото, что блестит

"All that glitters is not gold" (поговорка)

Малыш Брэди оказался толстым громилой. Он внимательно осмотрел мою потрепанную скромную одежду, а я очень тщательно подобрала образ бедной, но аккуратной девушки. Больше всего внимания Малыш уделил лицу.

- От тигрицы Леонарды, значит, - неопределенно пробормотал он, - ты это, зайди, значит, Мара, ко мне после смены. Мы это, ну ты поняла, поболтаем немного.

Испещренное впадинами рыхлое лицо его выражение не меняло. Тяжелый взгляд из-под набрякших век, щеки складками на плечах при отсутствии шеи. Бархатный сюртук с шелковыми обшлагами идеально сидел на его далеко непростой для труда портного фигуре, у администратора были деньги, чтобы заказывать у лучших мастеров. Пах Малыш человеком и им являлся. О моей природе оборотня он узнал из письма Кори, а услышав, что учусь на следственном, вообще успокоился. Факультет давно имел славу места, где почти все оборотни-девушки были одиночками, решившими уйти из клана.

Поэтому место учебы даже не пришлось скрывать.

- Через нас пол полицейского участка студентами прошли, - меланхолично сказал толстяк, проводя меня по коридору в сторону женских раздевалок, - все кушать хотят. А чо. Мы с полицией дружим.

Я получила короткое золотистое платьице, маску и ленту - шейное украшение странного вида - с шипами наружу. Так и пораниться несложно, опустишь подбородок неудачно и уже весь в царапинах.

Своему временному работодателю я претензии из-за ленты не высказывала, сейчас надо просто устроиться, с остальным потом разберусь. В конце концов регенерация на что.

К моему немалому изумлению, толстяк из раздевалки никуда не ушел, а просто сел на стул и уставился на меня рыбьим взглядом. Выручили меня две девушки, впорхнувшие в комнату и спешащие к началу смены.

- Ой, новенькая! - запищала изящная брюнетка, точно оборотень, а вот какой - в человеческом обличье не определить.

- Чего столбом стоишь, думаешь, мордаха твоя смазливая сама денежку принесет?

- фыркнула высокая девица с грубым лицом и торчащими вперед зубами. - Ты на Брэди особенно не рассчитывай, трахает новеньких он исправно, но крутиться придется самой как заведённой.

С трудом поймав челюсть, я едва удержала лицо. Почему-то мне казалось, что так грубо разговаривают парни определенного круга, но никак не девушки.

Зато толстяк при виде девушек недовольно крякнул и степенно вышел из комнаты, наклонив голову в проходе и протиснувшись огромным телом.

- Так он на тебя пялился, поглазеть на голую хотел, - догадалась брюнетка, - вот ты и телилась, глупышка. Ты кто? Меня Минни зовут.

- А меня - Кобылка, - сообщила грубая, тут же, без всякого стеснения стащив с себя блузу и начиная переодеваться.

- Мара, - представилась я.

Поискала куда бы уединиться, не нашла, пришлось повернуться спиной и прикрываться собственной пышной юбкой. Надев маску, я вороватым движением накинула на шею артефакт искажения внешности. Определить наличие следственного артефакта почти невозможно, а вот если с меня слетит маска, люди увидят простенькое лицо и будет шанс избежать лишнего внимания.

Артефакт делал меня бледной, прыщавой, искажал и смазывал черты лица.

- Побежали, Мара, - позвала меня Минни, - скоро остальные девочки придут, тут столпотворение будет, а они не такие приветливые как мы с Минькой.

Ох, только не это. Просторечивое сокращение имен. Для этих девушек я, оглянуться не успею, как стану Марькой.

Что-то и вокруг, и во мне происходило необычное. Я и раньше совершала рискованные поступки, но всегда - в крайнем, особом случае. Когда близкому человеку грозила смертельная опасность.

Сейчас я вроде бы делаю то же самое, но почему? Чтобы проследить за Итаном и помочь Каю? Да, они ушли раньше, с ними не поговорить, но был же Родди в библиотеке, почему я не посоветовалась с ним, а просто ринулась в этот вертеп? Где моя обычная осторожность?

А участившиеся случаи ссор и драк в Школе? А работа, которую я сегодня сдала преподавателю? Заметив удивлённую реакцию мэтра Кругги на работы, я более внимательно посмотрела на свою. И восхитилась. Капли крови были переданы с поразительной точностью и четкостью, как рукой профессионального художника. Никогда я так не рисовала раньше, обычно мои работы были аккуратными, но сами линии неуверенными, нажим с неровностями, прерываниями.

Найду-ка я Кая, поговорю с ним и сразу уйду отсюда. Нужно собраться командой и поговорить серьезно, обсудить происходящее. Главное - взять себя под контроль. Я встряхнулась и сжала челюсти.

- Эй, Марь, ты чего застыла? Малыш тебя проинструктировал? Первое дежурство -самое простое. Берешь вот этот поднос с напитками и ходишь по залу, пока они не заканчиваются, поняла? Хлопнут по заду - улыбайся, схватят - жди и не дергайся, охрана вытащит. И не бзди, зови в случае чего нас с Минькой.

Что не делать? "Не бзди"? Хорошо, что я была в маске, и девочки не увидели моего ошарашенного лица. Чувствую, за сегодняшний день словарный запас воспитанной мисс Ерок существенно расширится.

По выкрашенным серой краской коридорам сновала обслуга. Никто ни на кого не обращал внимания, все сосредоточенно бежали по своим, неизвестным мне, делам. Униформа встречалась разная, но у мужчин преимущественно черная, с белыми полосами на брюках и грудной вставкой на рубашках. Кроме нас, в золотистых платьях, пробегали мимо девушки в узких кожаных лентах, почти раздетые и без маски.

Я потянула вниз подол юбочки, но материя тут же вернулась к исходному состоянию, почти оголяя мои бедра. Этот уровень до сих пор видела только мама, да Крис с Итаном.

- Чего жмешься, Марька, хватай поднос и вперед, шевели ногами.

На широком прилавке перед выходом в залы стояли подносы, наполненные напитками или едой. Сбоку располагался прилавок для пустых подносов. Итак, работа простая: приносим пустой и тут же берем полный. На мне напитки.

Минни взяла ближайший поднос, ухватилась за него поудобнее, задорно улыбнулась, подмигнула:

- Наша задача - напоить трезвых, но обходить подальше пьяных. Улыбаемся. Айда.

«Айда». Айда так айда. Я взяла поднос, для меня его вес совершенно не ощущался, хотя мои новые знакомые полные подносы держали с небольшим усилием.

И мы вышли в зал, совсем не такой гомонящий как на других выходах. И на первый взгляд даже не золотой, потому что стены были обтянуты красным шелком. Высокие потолки с подвешенными клетками, диваны с множеством столиков и пуфиков вокруг них, глубокие затененные альковы вдоль стен и, конечно, игровая зона.

Это было огромное каменное плато прямо по центру зала, с золотыми венами, извивающимися по неизвестному мне камню. Как строители занесли сюда плиту -непонятно, но получилось ошеломляюще красиво. На абсолютно ровной поверхности сверкающего золотыми искрами камня располагались игровые столы.

Теперь стало понятно, почему зона "Золотая". Кроме впечатляющего постамента, хозяева, как могли, вызолотили ручки стульев, клетки, ножки игровых столов. Вокруг сияло и блестело, а мы своими платьями только добавляли шика в эту броскую обстановку, открыто заявляющую о диких деньгах, вложенных в украшение этого зала.

- Да не стой ты, вперед, вперед! - зашипела Кобылка. И я пошла, улыбаясь, переступая по черно-красно-золотому в мелкий вензель напольному ковру, внимательно вглядываясь в посетителей.

Напитки с моего подноса разбирали охотно, группы возбужденно

переговаривающихся, ярко одетых людей в масках заходили и заходили в зал.

Пару раз пришлось уворачиваться от шлепков. Оставляя за спиной недоумевающих, как это можно было промахнуться, гостей.

Не пройдя и четверти зала, я резко остановилась. У одного из игровых столов, небрежно приобняв за талию стройную брюнетку в черной кружевной маске, стоял... Акула.

Помнит ли он меня? Не должен. Мимолетное знакомство, а тут я в униформе, маске, молчу, да еще амулет надела. Нет, не может узнать. Приободрившись, я двинулась в сторону Акулы. И снова замерла на подшаге, увидев, наконец, тех, за кем пришла.

За игровым столом с краю платформы расположились приор следственного факультета и два его зама. Итан расслабленно сидел на стуле, откинувшись, с интересом рассматривая проходящих. Джейкоб Ирбис навис над столом, настороженно наблюдая за кружением игрового колеса, в его движениях наблюдалась ломкость и резкость, присущая подступающей трансформации. Как будто волнение заставляло его животное бегать почти под кожей, совершать лишние дерганые движения, едва сохраняя контроль над собой.

Таким людям и Двуликим, по моему мнению, не следовало бы чрезмерно увлекаться азартными играми. Ирбис выглядел скорее болезненным, чем приятно отдыхающим в компании друзей.

Одетый по такому случаю в бархатный сюртук Кай отвернулся, как и Итан, но смотрел не по сторонам, а на парадную дверь в зал для гостей. Он что, ждет меня в вечернем платье, повиснувшей на локте разодетого в смокинг Родди?

- Девушка, как насчет заработать пару золотых за пять минут, - с моего подноса брал бокал симпатичный молодой человек с немного напряженным лицом.

- А что нужно сделать? - невольно заинтересовалась я. Деньги из дома приходили, но небольшие, пополнение в пару золотых точно лишним не будет. На новые туфли, на тетради.

- Я, когда волнуюсь, должен сбросить напряжение, - доверительно сообщил мне игрок, обнимая за талию, - в комнате для отдыха или в алькове, как вам будет удобно, лапушка. Уверен, вы сможете мне помочь.

Рассердившись, я сбросила с талии чужую руку.

- Вы не по адресу, - сообщила холодно, и, почти убегая, быстро пошла в сторону игральных столов.

- Эй, девка, - юноша догнал меня и схватил за локоть.

Оборотень, шакал - пришла тут же информация о госте Лихорадки.

- Оставьте девушку в покое. Если она разобьет бокалы, вам придется за них платить, - раздался тянущийся хрипловатый голос. Как старым деревом по меди, -подойди к нам, милая, угости нас выпивкой.

Нервный молодой человек зло сощурил глаза.

- Возьмете у другой девки, а эта - пойдет со мной.

- Та-та-та, паренек. Не кипишуй.

Танцующими плавными шагами, оставив свою девушку позади, наемник приблизился к нам, посмотрел на меня внимательно пару секунд и - подмигнул.

Затем неуловимым движением зацепил держащую меня мужскую ладонь, и требующий срочного успокоения молодой игрок тонко вскрикнул.

- Все хорошо, секунда боли и прошло, - прошелестел Акула, - у выхода на охране позовешь врача, пару дней посидишь дома. И все. А продолжишь наезжать на меня, я тебе ноги поломаю или шею, понял?

Говорил он тихо, но, видимо, убедительно, потому что мой преследователь обнял пострадавшую руку и как заяц побежал на выход.

- Хороший вариант, но рано, - с сожалением сказал Акула вслед парню. Обернулся, взял два бокала и, больше не обращая на меня внимания, протянул один брюнетке.

- Нэри, взбодрись, а то мы маловато поспали.

Девушка шаловливо улыбнулась, подходя и забирая напиток.

- Ты так испугал парня. Я и сама могла тихонько помочь девушке, а паренек бы пригодился. Взбодрил бы меня. Можно я поиграю?

- Ты становишься все более неутомимой, - он погладил ее по щеке. - Играй, только без меня. Дела, дорогая, дела.

Лицо его было задумчиво.

- Вот он, - раздалось истеричное от входа. Парень, которому наемник, как мне кажется, сломал пару пальцев, стоял с двумя дюжими охранниками, дышал громко и сорвано. То ли быстро бежал за подмогой, то ли пытался совладать с болью в отекающей руке.

Акула быстро пошел им навстречу, доброжелательно улыбаясь, пожимая плечами и разводя руки.

- Сейчас он всех успокоит, никаких происшествий, - задумчиво сказала девушка. В ее голосе звучала странная смесь восхищения и негодования. - Бери-ка, лапушка, свой поднос и иди за мной. Сейчас ты увидишь лучших мальчиков в своей жизни, но, чур, никаких надежд, они все мои.

И она, не оглядываясь, в абсолютной уверенности, что я иду за ней, двинулась в сторону каменной платформы.

- Видишь вон тот стол и троицу с краю? Тебе какой симпатичней? Хотя, что я спрашиваю, откуда воспитается вкус при работе в таком заведении. Смотри, подружка, тот, который стоит - вспыльчивый и резкий. Ему девушка не так важна, как он сам. Но в этом есть своя сладость, когда нет границ. Тот, что сидит боком, веселый и чистый как ключевая вода. Побудешь с ним, и тоска из сердца уходит. А третий - сама уверенность, чувствуешь, как хочется при нем опустить глаза? Такому захочется подарить себя, и его забрать полностью.

Я шла как во сне. Все ближе к столу с Джейкобом, Каем и Итаном. Ничего себе девушка умеет парней считывать. Прямо по характерам разложила. Я прищурила глаза, чтобы не была заметна слишком яркая зелень и то, как они удивленно пытаются расшириться.

- Привет, мальчики, не против?

Кроме троицы оборотней к нам обернулась хорошенькая блондинка в форме крупье и сутулый светловолосый парень в темном строгом костюме.

- Всегда рады такой красавице, - расплылся в улыбке Джейкоб.

- Тогда принимайте подарочки, - звонко засмеялась гостья и кивнула мне: - Милая, разнеси вино. Хочу, чтобы за этим столом стало погорячее.

Мисс Нэри оперлась о стол, оглядывая его цепким взглядом. А взбодрившиеся игроки в это время рассматривали ее открывшуюся в наклоне, ничем не поддерживаемую упругую грудь. Вырез был настолько низким, что в таком ракурсе практически ничего не скрывал.

Увлечены были почти все. Кроме одного.

Итан схватил проходящую меня за край подноса и подтянул, заставив низко наклониться.

- Вот это сюрприз, - сказал он, - ты что думала, я не почувствую твой запах?

Механически улыбнувшись, я предложила ему бокал с подноса.

Совершенно не понимаю, как альфа смог почувствовать мой запах, я же примарх, следовательно, не пахну. На всякий случай выпила две таблетки, тщательно вымылась, одежда не моя, а клубная. Да я сама бы свой запах не определила. Как его определил тигр?

- Понравилась служка? - изумился Джейкоб. - Я тебе рассказывал как ты полгода по человечке-первокурснице сох?

Сам Ирбис сразу шагнул ближе к черноволосой красотке и вовсю атаковал ее многозначительными взглядами.

- Не говорил, - медленно произнес Итан, отпуская руку и наблюдая, как я подаю вино по-прежнему напряженно оглядывающемуся Каю.

Склонившись к медоеду, я усиленно засигналила глазами. Кажется, такое количество подмигиваний я не делала за всю свою жизнь.

- Вон чо, - высокоинтеллектуально отреагировал Кай, расслабился и хулигански усмехнулся.

- Итан не только сох, но и в Хаксе начал с ней встречаться. Счастливчик. Девушка -лучшая в школе на мой вкус, да и на твой, Джей, тоже. Это же ты к ней неделю назад пытался ночью в окно залезть? Кстати, мне человеческие девушки очень нравятся, оставляй поднос, крошка, и иди ко мне на колени.

Я чуть не треснула шутника подносом, но на нем еще оставались бокалы, да и выбиваться из роли нельзя. Но я тебе еще припомню, Кай.

Вряд ли мисс Нэри понравилось в каком направлении пошел разговор, но она не подала вида, только колокольчато рассмеялась:

- Я тоже недавно была человеком, в каждом состоянии есть свое удовольствие.

- Дайте угадаю, - промурчал Джейкоб, - сейчас вы Двуликая? Белая вампиресса?

- Ах, как вы угадали? - расцвела Нэри.

В это время меня молча тянули за короткий подол двое. Итан к себе. Кай к себе.

Я пыталась аккуратно вырвать ткань из цепких рук оборотней. Но тут Итан решил завершить соперничество, просто приподнялся и ощерил зубы на Кая. Тот мгновенно меня отпустил.

Довольный альфа тут же взгромоздил меня к себе на колени и принялся по-хозяйски нюхать мне шею. Я пыталась отбиться локтем и кукольно улыбалась. Девушка-крупье, не отрывающая от нашей возни любопытного взгляда, закрутила колесо и начала раздавать игрокам карты. К моему удивлению, играли все. Разница была только в том, что Джейкоб и сутулящийся скромный молодой человек выставляли для игры много фишек, а остальные - по одной.

Заглядевшаяся на нашу молчаливую возню девушка-крупье подкинула брюнетке карты, одна из которых неуклюже перевернулась в воздухе.

И красавица не удержалась, вспылила:

- Вы будете работать или отвлекаться? - хотя голос ее тут же смягчился, когда она повернулась ко мне: - Лапушка, принеси мне водички, будь добра.

- Она никуда не пойдет, - процедил тигр.

Но мне было ужасно некомфортно сидеть в кольце его рук под презрительнолюбопытными взглядами окружающих. Отбивалась я, скорее подавая сигналы Итану, что так сидеть мне не нравится. Потому что, если я начну активно возиться, появится охрана, а вот этого точно было нельзя допустить.

Поэтому я подняла просящие глаза и прошептала:

- Пусти, пожалуйста, а то пожалуются на мою работу. Я только воду захвачу и вернусь.

Вернусь, конечно. Вот только к альфе я постараюсь близко не подходить, но этого вслух говорить не буду.

Оборотень нехотя расцепил объятия, ткнувшись напоследок еще раз носом в шею и шумно вздохнув.

Джейкоб иронично хмыкнул и... невзначай погладил мисс Нэри по длинным изящным пальцам. Она хлопнула длиннющими ресницами, обрамляющими небесной ясности глаза в прорезях кружевной маски, и не убрала руку.

"Вот вернется твой спутник, увидит чем ты занимаешься и такого тебе задаст, что клочки полетят", - мстительно подумала я о юной вампирше. Мне очень не понравилось как она мной помыкала и еще меньше - как голодно поглядывала на Итана. Все трое ее? Как же!

Фырча от внезапно появившейся ревности и грозно размахивая пустым подносом, я зашла в служебный коридор и была поймана запыхавшейся Кобылкой.

- Быстро напитки в Изумрудную комнату, - прошипела она, забирая пустой и впихивая полный поднос.

От неожиданности я покачнулась, еле выровняла зазвеневшую посуду, поймав ее почти на уровне колен. Здесь не помогло бы уже никакое чувство равновесия, зато выручили навыки, полученные на тренировках у мистера Бринелли.

- Ловко, - оценила Кобылка, - неплохо вас, студентов, учат. А сейчас беги, Марька, торопись! Там хозяин, я его вчера разозлила. И тобой будет недоволен, если опоздаешь. Там гость у него странный, вроде с другим подрался, а раз - и с хозяином дружески болтает. Да не важно, беги...

“Ладно. Вода для мисс Нэри подождет, как и сама мисс Нэри”, - вредно решила я, крепко схватив поднос и отправляясь на поиски Изумрудной комнаты. А вот странный гость очень подходил под описание Акулы. Посмотрю-ка я чем он занимается.

Золотая зона наполнялась прямо на глазах, все больше расцветая необычными нарядами и сверкающими украшениями. Ковры гасили звуки шагов, но гости говорили все громче, раздавался то громкий смех, то восклицания, то бурчание ссоры.

Служащие зоны в ответ на расспросы отмахивались или направляли меня в разные стороны, неуверенно показывая направление. Такое впечатление, что об этой комнате обычные служащие даже не слышали. Наконец, когда я совсем отчаялась найти загадочную комнату, один из освободившихся официантов сжалился и довел до небольшой угловой двери, украшенной изображением кольца с зеленым камнем. Он открыл дверь передо мной, впустил и сразу закрыл за моей спиной, отрезая шум зала.

Зеленые шелковые стены. Ворсистый цветной ковер под ногами. Я оглядывалась, держа поднос двумя руками.

За круглым столом сидело трое полуодетых людей. Именно так.

Дама и двое мужчин выглядели так, будто раздевались впопыхах. Вокруг стола валялись скомканные предметы одежды.

- Круговое каре, - хрипло рассмеялся Акула, а одним из мужчин был именно он, и хлопнул набором карт о зеленую скатерть.

Двое других игроков, ругаясь и хохоча, а у них получалось совмещать оба этих настроения, принялись... раздеваться.

Мужчина, красавец с широко расставленными льдистыми глазами, идеально ровным носом и гривой белоснежных волос, улыбаясь, расстегивал мелкие пуговички на тончайшей батистовой рубашке, а затем скинул ее одним эффектным движением. Качнулся в комнате воздух. О. Вампир, среднего возраста. Мой мозг считывал обстановку автоматически, а ноги попытались отшагнуть назад.

- Вина! - повелительно в мою сторону протянул руку беловолосый, сам не спуская взгляда с третьего игрока - хорошенькой, коротко стриженой молодой женщины. Она тоже сняла блузу, игриво покосилась на мужчин, развернулась, демонстрируя на редкость пышную грудь под тонкой майкой, и изящным движением скинула снятый наряд на ковер. Участок лица у виска и предплечья покрывали узоры магических татуировок. Скорее всего магесса.

Я осторожно приблизилась к столу и только теперь увидела еще одного участника происходящего. С другой стороны стола, преданно сверкая восторженными глазами в сторону хозяина, стояла маленькая Минни с подносом, полным закусок.

Вампир открыл верхнюю карточку из отдельно лежащей колоды.

- Комплимент на выбор.

Они играли в карточные фанты, поняла я. Это дополнение к карточной игре могло быть и безобидным, и редкостно неприличным. Все зависело от дополнительной фантовой колоды, из которой проигравшие получали штрафные задания.

Пока белогривый рассыпался в комплиментах партнерше по игре, та, благосклонно кивая, сама вытаскивала фант.

- Поласкать необычным способом партнера справа, - громко зачитала она, - о, мистер Акула, боюсь это вы. Как вам, кстати, наша Лихорадка?

- Прекрасные виды в заведении, - сказал Акула, без всякого смущения любующийся бюстом магессы.

- Вы Золотой зал имеете в виду или декольте Ясмины? - хохотнул вампир.

Белые пряди волос падали на плечи, стекали по его гладкому, словно отполированному телу. В мерцающих бликах от горящих свеч белогривый хозяин Лихорадки выглядел живым произведением искусства. Скорее всего, из Желтого Крыла, другой бы казино не держал, но как же похож на Белого.

- Здесь все впечатляет, - отозвался наемник, переводя взгляд от вампира к магессе и ухмыляясь, - но зал, конечно, еще и ошарашивает. Особенно плита.

Ясмина скинула туфельку и маленькой ножкой провела сверху вниз по ноге напротив сидящего Акулы. Тот невозмутимо подхватил ступню по розовую пяточку, погладил пальцем и, подвинувшись, положил ногу красавицы себе на бедро.

- Плита - древний флуктуратор, энергию направляет, - с придыханием сказала девушка, - здание когда-то специально вокруг него выстроили. Один минус - играть приходится честно, даже Винсенту. Да, Вин, все честно?

Белогривый откинулся в широком бархатном кресле, похожем на трон, посмотрел как Акула мешает карты и сказал:

- Мина болтает много, фантазерка. Все там обычное, плита как плита, склеенный камень, - он повел осоловевшим взглядом. - Эй, девчонка, чего стоишь как вкопанная, подавай вино.

И мелькнул острыми клыками. Сделав шаг к столу, я протянула поднос с зазвеневшими бокалами. Меня смущало все.

Вампир, жадный взгляд которого исследовал мои ноги до самого коротенького подола. Акула, который тут недаром появился и что-то вынюхивал. Магесса, юная и прожженная одновременно. А еще - моя глупая роль служанки и странное, путающее мысли головокружение.

Белогривый взял с моего подноса бокал, взмахнул длинными холеными пальцами, отправляя меня назад от стола.

Я радостно заспешила к двери, но тут же была остановлена повелительным:

- Куда? Вино оставь.

Пока я расставляла вино на столе, наклонилась рядом с Акулой и принюхалась. Ну конечно, в воздухе отчетливо веяло личной полынью Акулы и сладковатым запахом его снадобий.

Вот и причина удивительной откровенности девушки с человеком, которого она видела первый раз.

Брюнетка заметила как я принюхиваюсь к Акуле, стоя за его спиной. Меня выдала короткая маска, не закрывавшая нос.

- Ай-яй-яй, - девушка весело погрозила пальцем и перевела взгляд на наемника, - а вы магнит для дам, мистер Акула, на что у нас девочки всяких гостей перевидали, а все равно к вам льнут.

Ножка Ясмины медленно заскользила по бедру Акулы и, наконец, уперлась в пах.

Я льну? Да будь моя воля уж от кого-кого, а от Акулы я держалась бы подальше. Щеки мои горели румянцем, организм заявил, что совершенно не помнит ни о каких таблетках, и картинка целеустремленно двигающейся ножки ему, организму, очень нравится.

В комнате становилось все напряженнее от переплетения ауры вампира и сладкого дыма от чадящих свеч в подсвечнике на столе.

Схватив опустевший поднос, я почти выбежала за дверь, ощущая как стучит сердце. Все громче. Тук-тук. Тук-тук.

- Вот ты где, - сказал Итан, поймав меня почти на выходе. Выронив поднос из ослабевших рук, не слушая как он дребезжит, докатившись до стены, я обняла альфу за шею и прижалась, дрожа и сорвано дыша.

Глава 7. Даже льву приходится защищать себя от мух

"Even the lion has to defend himself against flies" (присказка)

- Что случилось? - обеспокоенно спросил Итан. - Тебя обидели?

- Тут Акула, - выдохнула я, успокаиваясь в кольце крепких рук.

- И кто это? - тигр поймал мой искоса брошенный осторожный взгляд и поморщился. - Я знаю, что забыл слишком много, но ты могла бы хоть немного описать наши с тобой отношения? Только честно, как было.

Я смутилась. Мы с Родди и Каем придумываем стратегии, подбираем тактики. И вне нашей команды оказался прямой и открытый Итан, свой, проверенный и надежный, но которого мы мгновенно выкинули за борт только потому, что он нас забыл. Я раздражаюсь, что он стал другим. А разве мы не стали?

- Извини, - я убрала руки и сделала шаг назад. - Ты прав. Давай найдем стол и я расскажу.

Если альфе будет неинтересно завоевывать меня "и так завоеванную" - это будет горе, я не знаю что со мной случится, если я опять и окончательно потеряю любовь. Но зато я точно знаю, что со мной произойдет, если я потеряю себя - абсолютно честную перед собой и близкими Мари Ерок.

Поэтому. Итан спросил - значит, Итан получит ответ.

Видя мое расстроенное, опустошенное, но решительное лицо, альфа пробормотал что-то вроде "надо же страсти какие", поднял с пола поднос, осторожно взял меня за руку.

Через минуту мы уже шли к ближайшему диванчику в стеновой нише.

- Ты за мной наблюдал последние полгода и, когда я рассталась с женихом, начал ухаживать, - сообщила я, бросаясь в правду как в чистую освежающую воду.

Эмоциональное напряжение Изумрудной комнаты сказалось на моем самоконтроле, голос срывался через слово.

Итан погладил меня по тыльной стороне захваченной им в плен ладони. То ли поощряя, то ли поддерживая. Я чувствовала как стучит сердце. Зря, наверное, даю себя касаться, но забрать руку совсем нет сил, хоть так побуду с ним рядом.

- В Хаксе на Олимпиаде мы получили странное дело, которое потом перехватили безопасники Конклава. Не уверена, могу ли тебе рассказывать, не нарушая магической клятвы, но это связано с артефактом, от которого ты пострадал.

- Подожди, ты перескочила. Ты рассталась с женихом, я ухаживал и...

Я опустила глаза, странно такие вещи обсуждать.

- Я влюбилась в ответ.

-О.

-Да.

Итан наклонил голову, пытаясь поймать мой взгляд.

- Буч проговорился, что была девушка, которую я хотел назвать невестой. -О.

- Да, - сказал теперь он.

И мы помолчали.

- И что бы ты мне тогда ответила?

- Я не хотела снова стать невестой. Слишком быстро после предыдущего расставания, но...

-Но?

- В то время я не смогла бы отказать тебе.

Он сжал мою руку. Покачал ее в ладонях как на качели.

- А сейчас я не помню наших отношений, и ты меня избегаешь, - Итан выговорил это спокойно и уверенно, будто не раз обдумывал ситуацию, - знаешь, я засыпаю в своей кровати, но всегда просыпаюсь на балконе рядом с твоими окнами. Иногда тигром, иногда человеком. Но всегда на одном и том же месте. Я хожу по Школе, смотрю на других девушек и тут же представляю тебя. Но они мне улыбаются. А ты... отворачиваешься.

Я погладила его по плечу.

- Извини, я помню другого Итана, полностью моего, который бросился ради меня под артефакт, забирающий зверя, который клялся, что я для него единственная, который дышал со мной в такт. Я люблю... того, скучаю по нему.

Я говорила взволнованно, делилась тоской и любовью. Гладила плечи, упрямый подбородок, нахмуренный лоб.

Он прижался щекой к моей ладони, она была заросшей и кололась.

- Я понял, но хотя бы дай мне шанс - согласись на свидание... Я себя чувствую дураком, конкурируя с собой же. И кто такой Акула?

Последнее он произнес с нотками ревности.

Я опасливо оглянулась. Почему-то мне казалось, что наемник вездесущ. Вот сейчас поднимется из-за крошечного придиванного столика, разомнется и с издевкой спросит: "Обо мне беседуете?"

- Акула - это что-то очень опасное, его мой зверь испугался. Он наемник, замешанный в преступлении, но обменял важную для нас информацию на свою свободу. Смуглый, с длинными волосами...

Тут я поневоле замолчала, потому что осознала насколько изменился молодой мужчина.

Тот Акула, которого я встретила сегодня, выглядел аккуратно и прилично одетым, волосы зачесаны назад, чистые и расчесанные, только отдаленно похожие на крученные засаленные пряди, с которыми он красовался в Буре.

- А знаешь...

Хотела поделиться впечатлением, но меня прервал возмущенный вопль.

За игровыми столами творилась неразбериха, неслись крики.

Мы, не сговариваясь, сорвались с места, почти бегом направляясь в сторону, где должна была находиться оставленная компания.

Гости привставали со стульев, пытаясь понять что происходит. Со всех концов зала сбегались охранники.

Наши с Итаном подозрения оправдались.

Здоровенный бугай-оборотень нависал над не самым высоким Каем, толкал его грудь в грудь и орал:

- Шулеры! Да я вас в песок разотру, по ветру пущу. Отдавай деньги!

Ирбиса тряс за лацканы сюртука высокий худой вампир с острыми скулами и впалыми голодными глазами.

- Что здесь происходит? - рявкнул Итан, его голос разнесся на половину зала. Детина-оборотень даже присел от неожиданности. Возбужденные спорящие вокруг голоса смолкли.

Молодой светловолосый человек, немного сутулый и неуверенный, залепетал что-то о выпавших из рукавов Кая картах, о странном карточном наборе Джейкоба.

- Да что с ними разговаривать? - заорал сзади кто-то тонким голосом. Остановившийся от вмешательства Итана конфликт опять оживился.

- А вы им, девушка, что во время игры передавали? - осведомился у меня сутулый игрок.

Пока я пыталась вернуть поползшие вверх брови, произошло несколько событий.

Вампир, державший за сюртук Джейкоба, резко и сильно ударил его головой в голову.

А мне в спину прилетел сильный толчок.

Уже качнувшись вперед от неожиданности, я поняла, что с этого момента драка стала неизбежной. Потому что рядом разъяренно взревел Итан.

"Мне не больно, это просто толчок", - захотелось закричать мне, но времени на это не осталось.

Итан развернулся и мягким, на первый взгляд почти случайным движением зацепил игрока за моей спиной. Тот, уже наполовину развернувшийся, чтобы отскочить, зашипел и согнулся вдвое.

- Итан, на помощь! - закричали от стола.

- Уходи отсюда! - альфа мотнул головой, отсылая меня, а сам прыжками понесся на помощь Джейкобу, уже слабевшему под ударами сразу трех вампиров.

Я поздно почувствовала то, что еле заметным привкусом витало в помещении ко времени нашего прихода к друзьям. Скорее всего, источник был далеко от меня. Невероятный, невозможный источник. Аура алого вампира, разносчика гнева и создателя ярости. Нервное напряжение, разлившееся в воздухе во время обнаружения шулерских карт, оказалось частично искусственным.

Но как?! Как в казино пропустили алого? Им категорически закрывали дорогу во все игровые заведения, желтые вампиры - короли азарта - словно цепные псы следили за безопасностью своих вотчин, не подпуская даже близко выходцев из Алого Крыла. И было из-за чего опасаться. Агрессия, вплетенная в напряжение игрового азарта, могла превратить даже небольшое казино в мирный камерный могильник.

Поэтому и сами алые не рисковали. Скорее всего, сглупил вылеток, слишком самонадеянный по юности и слишком независимый, без наставника его просто некому было образумить.

Как будто издеваясь над пролетевшими в секунды размышлениями, аура взорвалась волной влияния. Горячим обжигающим ветром ненависти, валом, сминающим преграды вместе с клочками разума. Влияния! Осознанного воздействия! Значит, вампир не действовал случайно, он хотел, чтобы Лихорадка пострадала.

С ужасом я осознала, что сама начинаю поддаваться.

А вокруг заорали, завизжали и зарычали двуликие всех мастей. Охранники трансформировались одними из первых. Лихорадка массово сходила с ума.

- Эвакуация! - закричал кто-то с другого конца зала. Но завершение восклицания уже было еле слышно за многоголосым монстром сорвавшейся в агрессию толпы.

Ничто не может заменить оборотню хорошую драку на кулаках. Я сама время от времени находила в этом удовольствие, методично избивая спарринг-партнеров на тренировках в Школе. Регенерация позволяла двуликим сбрасывать в потасовках постоянное внутреннее звенящее напряжение, копившееся из-за социальных запретов на оборот.

Но, когда драку затеваешь сам - это приятно и полезно, а когда тебя ведут под вампирским влиянием как овцу на убой... Я задергалась, сбрасывая чужое управление. Силен алый.

В игровой зоне происходило страшное. Пытавшиеся сбежать простые люди падали под ударами двуликих. На моих глазах, зажимая вспоротый бок от удара трансформировавшегося безумного вампира, упала девушка-крупье. Еще час назад она смотрела на меня с брезгливым любопытством, а нынче лежала сломанной куклой.

- Полиция! Ааа! Сжальтесь! Нет! - неслось со всех сторон.

Я отбивалась быстрыми резкими движениями, поворачиваясь со всей возможной для человеческого тела скоростью, но все равно не успевала. По плечу прилетело стулом, в ноги ухитрился вцепиться обернувшийся в шакала игрок. От мстительного удара ноги он улетел, болтая своими зацепившимися за лапу штанами, и на излете сбил с ног какую-то мощную леди в шикарной шляпе, упавшую на него с воплем и оказавшуюся разозленной вампирессой.

Хотелось бить, кусать, рвать. Я сдерживала себя от оборота, понимая какой разрушительный невозвратный итог принесет появление в казино примарха, потерявшего над собой контроль.

Итан трансформировался лапами, почти черными от крови. Он стоял над телом упавшего Ирбиса и расшвыривал налетающих вампиров, уже принявших боевую ипостась.

Каким-то чудом ему удавалось успевать, но вряд ли это продлится долго, поэтому я решительно двинулась в его сторону. Держись, Итан.

Пару метров мне удалось преодолеть без труда, но из-под стола вылетела нога, и я запнулась.

Сутулый молодой человек, так ратовавший за выведение нашей команды на чистую воду, сидел под столом с белым от ужаса лицом и пытался подтянуть дергающуюся ногу, которой, скорее всего нечаянно зацепил меня.

Я рухнула на одно колено и тут же собралась легко подняться, как проскочивший огромный кабан, весь вымазанный в крови, сам в многочисленных порезах и уколах, чуть не пропорол мне бок. Взрыкнул недовольно, никак не ожидая, что я, человек на вид, увернусь с такой скоростью, застучал копытами по камню, вознамерившись повторить атаку.

Я с удивлением увидела, что игровая плита, ранее сиявшая золотыми включениями как единый драгоценный камень, выглядела теперь серой и потускневшей.

Что произошло с Лихорадкой?

Внезапно с другой стороны стола зарычало что-то пугающее. Низко, мурчаще-стрекочаще. Через стол и далее прямо надо мной пронеслось крупное мужское тело. Оказалось, Итан не видел, что я осталась невредимой. Для него я пала под ударом кабана, теперь подозрительно украшенного кровью.

Альфа полностью обезумел.

В секунды он ободрал кабану морду и бока. Поднял его ослабевшее тело и начал резко стучать им о плато, буквально разбивая напавшего о камень.

- Нет! - закричала я. - Стоп, Итан! Не надо!

Тигр остановился, от неожиданности роняя пойманную жертву.

Но инерцию удара он уже остановить не мог и одной лапой проскрежетал по серой плите.

Та - хрустнула. Еще.

Вокруг тоненько зазвенел воздух.

Как будто шепотом пронеслось в воздухе слабое потрескивание.

- Остановитесь! - закричал чей-то разъяренный, усиленный магией голос. Мистер Винсент, владелец казино, в полурасстегнутой одежде выскочил в зал. Я вспомнила как дверь в Изумрудную комнату не давала доноситься шумам, скорее всего, подавляющий звуки артефакт справлялся с криками, но дрожание пола во всем заведении добралось до хозяина. И владелец, выйдя за дверь, наконец, увидел, что происходит в его любимой Золотой зоне.

Я почувствовала под коленями странное проседание. Плита начала крошиться.

В песок, в мелкий камень. Распадаться по всей поверхности.

Итан упал, погрузившись в пол почти до колен. Его тело замерцало, то ли в попытке окончательно трансформироваться, то ли вырываясь из плена бывшего камня. Я протянула ему стул, помогая вылезти, аккуратно вытаскивая как из болота...

Начали валиться столы. Падали гости, ругаясь и прекращая махать кулаками, лапами и когтями. Распад золотого плато под ногами многих привел в чувство, тем более, что алое влияние уже исчезло.

Плато продолжало трясти. Гости начали в панике сбегать с распадающейся в пыль поверхности.

Осторожно отойдя на еще твердую, но уже трясущуюся поверхность, выдернула одной рукой сутулого из-под стола, а второй схватила потерявшую сознание девушку-крупье. Чуть не осела вниз от увеличившейся тяжести, нужно было убираться немедленно.

Трясущегося и вопящего парня у меня с рук перехватил Итан. Рядом с нами пристроился с раненым Джейкобом на руках потный и поцарапанный Кай.

Когда мы спрыгнули практически с песка, и за нашими спинами в трухе осела вся игровая зона, Итан отпустил тут же отбежавшего сутулого от нас и пробормотал.

- Ничего себе зашли казино на пару золотых разорить.

- Перестарались, это бывает, - философски сказал Кай, перехватывая Ирбиса поудобнее, - в итоге разорили на целое золотое плато, но Мари по мелочи не играет.

- Я-то причем? - возмутилась я.

Бом! - разнеслось по залу.

Метрах в трех от нас открылся портал, являя Лихорадке злого мистера Дудля. За его спиной в проеме дорогостоящего магического портала, любое возведение которого стоило по слухам цену небольшого поселения, что-то тряслось от только что прозвучавшего колокольного звука.

- Драные небеса! - прочувственно сказал государственный следователь. - Или вы мне сообщаете кого я могу убить, или я разнесу ваше казино по кирпичикам.

Ему навстречу, гордо держа голову в белоснежном ореоле волос, вышел хозяин заведения.

- Поздно, - сдерживая напряжение, сказал он, - все уже разнесли до вас, мистер Дудль. Что ж вы, полицейские, каждый раз «потом» приходите. Опаздываете и опаздываете.

- Бом! - донеслось из портала. Там все снова дрогнуло и замерцало.

- Что это? - спросил Винсент.

- Часики себе завел на работе, чтобы не опаздывать, - нейтрально ответил Дудль. -А пару минут назад они почему-то спешить начали. Зачастили после магического всплеска в районе вашей желтой карусельки. Вы случайно не в курсе в чем дело?

Бом!

...

Через минут пятнадцать Лихорадка была переполнена полицейскими, тут же оценившими масштаб следственных действий и переименовавшими казино в "Лихо". Всех присутствующих дотошно переписали и допросили, особенно тщательно узнавая, где кто стоял на момент разлома плиты.

Когда мистер Дудль увидел в списках наши с Итаном и Каем имена, следователь сделал стойку как охотничья собака.

- Вы с кем нынче встречаетесь, мисс Ерок? С мистером Донахью как в Хаксе? Кстати, что это на вас надето, по какому случаю маскарад? - довольно грубо, даже не здороваясь, спросил он, подойдя и рассматривая в упор нашу компанию.

Выглядел государственый следователь не лучшим образом. Серое лицо, мешки под глазами, пятна на помятой одежде. Несмотря на то, что портал к странным часам закрылся ко времени прибытия остальных полицейских, мистер Дудль продолжал вздрагивать от всех звуков, даже отдаленно напоминающих колокольный звон.

Я чопорно поджала губы, недовольная бесцеремонными вопросами. Мистер Дудль, конечно, занятой человек и часто нам помогал, но...

Итан начал подниматься. Сейчас он спросит Дудля: "Кто вы такой?" И тогда мы вообще из полицейских подвалов пару недель не выйдем.

Я сделала шажок вперед и сняла маску. Вспомнила об изменении внешности и следом стянула так и не пригодившийся амулет.

- Мистер Дудль, а почему вы спрашиваете о моей личной жизни, этому есть серьезная причина? С мистером Донахью у нас сейчас сложные отношения, немного нестандартные.

-А, - полицейский обвел меня взглядом и понимающе хмыкнул, - в служанку и господина играетесь? Ну да не заливайтесь так румянцем, мисс. Признаться, я в юности и сам любил своих девчонок понаряжать... в разное. А спрашиваю по простой причине. Мистер Донахью, наверное, уже знаком с этой вашей чертой, становиться прямолинейной? Если пригрозить вашему молодому человеку, вы становитесь как оборотень в первом обороте, ничего не боитесь, слов разумных не понимаете, преград не видите, кусок мяса, то есть преступника, вытащите хоть из логова одичавшего мага времен Смуты. Я, признаться, еще неделю назад хотел мистера Донахью в серийных изнасилованиях обвинить, ну никак мы не могли найти мерзавца, который это делает. Идея с вами была хорошая. Но сейчас задача поважнее.

Он хмыкнул, рассматривая мои вытаращенные глаза. Я редко теряю хладнокровие, но тут у любого самоконтроль трещину бы дал. Сделать Итана серийным маньяком?

- Да как вы...

- Меня? В изнасилованиях?

Не только я оказалась шокирована обвинением.

-О, - сказал Кай, - впервые я вне подозрений. Теперь, Мари, даже не мечтай о моем мужественном теле, не для тебя такой красавец возмужал.

Услышав шумное дыхание рядом, я развернулась и, всплеснув руками, начала успокаивающе поглаживать Итана по плечу.

Ладони щипало, все-таки разодрала я их во время драки знатно.

- Мистер Дудль! - раздался рядом еле сдерживающий негодование голос владельца Лихорадки. - Мистер Дудль, ваши сотрудники вскрыли нашу кассу и...

- Ой да ладно, не до денег, - махнул рукой следователь и, игнорируя возмущенного вампира, продолжил разговор с нами: - Уважаемые студенты, я еще приду к вам в Школу кое-что обсудить, а пока можете быть свободны, совсем ночь на дворе. Приятеля вашего, мистера Ирбиса, пару дней подержат в лечебнице. Завтра, если успеете соскучиться, и навестите. А пока - уйдите с глаз долой, не мешайте следствию.

Мы ошарашенно двинулись из зала.

С трудом найдя в подсобке свое платье и переодевшись, я выскользнула из служебного входа на улицу, так и не увидев знакомых официанток Минни и Кобылку. Даже Малыш Брэди не стоял у входа. Служащих явно допрашивали более строго, чем нас. Все-таки мистер Дудль не верил в нашу вину в этом деле, хоть какая-то справедливость.

На улице было странно тихо и очень прохладно. Итан и Кай стояли у служебного выхода, поджидали меня, почему-то сосредоточенно рассматривая свои руки.

Перед глазами странно рябило. Я вытянула расцарапанные ладони перед собой и замерла вместе с друзьями. На теплую кожу медленно падали и тут же таяли белые маленькие комочки снега - склеенные снежинки. Шел снег. Весной.

До Школы добрались, вяло перебрасываясь догадками, что случилось с погодой, да как могла развалиться странная золотая плита, почему она неожиданно посерела и стала хрупкой.

Нервное напряжение прошло, и я вспомнила про интерес Акулы к разрушенному камню.

- Может быть Дудлю о нем рассказать? - предложила я молодым людям. Со мной дружно согласились. Если есть хоть малейшая возможность помочь государственному следователю до того, как он обвинит Итана в разломе плиты голыми руками, надо сообщить ему об Акуле.

Приободрившись, мы уже более спокойно пожелали друг другу спокойной ночи и расстались.

Женский кампус спал, не хлопали двери, не звучали шаги. Тишина, такая непривычная в обычно шумном студенческом общежитии. Задумавшись, я почти поднялась до своего этажа по лестнице и уже видела дверь комнаты, как снизу загрохотало. Кто-то бежал следом.

- Ничего не говори, - пробормотал Итан, подлетев и прижав меня к перилам, - или нет, лучше скажи сразу.

Он, буравя меня взглядом желтых глаз, подождал еще несколько томительных, напряженных секунд, но так и не дождавшись ответа, медленно склонился, приник губами к губам.

Потом застонал, подхватил меня за бедра, устраивая на перилах. Целовал все жаднее. От него пахло кровью и пылью. От меня, скорее всего, тоже.

- Значит, так, - сказал он, с трудом отодвигаясь, хрипло дыша и опуская мое совершенно разомлевшее тело подрагивающими ногами на пол.

Вдруг... погладил по волосам и до боли знакомым движением обхватил мое лицо с двух сторон своими широкими ладонями.

- Предлагаю считать нас парой, официально, - он посмотрел серьезно, потом не выдержал и снова поцеловал, быстро и сладко. - Мари, я готов ухаживать.

Я облизала губы.

- Не делай так, - строго сказал Итан, - то, что мы начали встречаться - еще не причина провоцировать меня на приставания, будучи грязным и потным. Хотя... У тебя есть душ?

- Дурак, - сказала я счастливо, - так уж и быть, я согласна с тобой встречаться. Но только на официальных свиданиях, без всякого душа.

- Моя девушка - извращенка. Свидания без душа, - хохотнул Итан. Он сделал шаг назад, подмигнул, вызвав новую теплую волну блаженного покалывания у меня в груди.

И побежал вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

Как сомнамбула, бессмысленно улыбаясь, я зашла в комнату, закрыла дверь, зажгла лампу и начала раздеваться.

Да и ладно с этой плитой, в конце концов, у казино много денег, ремонт сделают. Главное - Итан...

Я остановилась, рассматривая откуда ни возьмись появившегося, тыкающегося мне в руку летуна. Скорее всего, успел залететь, когда я в комнату заходила, все окна точно были плотно закрыты.

Я осторожно взяла его пальцами, и крылатый вестник мирно обмяк у меня в руке.

"Для Мари Ерок" было написано на крылышке. Почерком Криса Ера.

На белой бумаге темнели странные пятна. Присмотревшись, я еще больше удивилась. Потом развернула свои ладони тыльной стороной и с изумлением обнаружила глубокие открытые порезы.

Мои руки так и не зажили. Что со мной?

Глава 8. Мужчина влюбляется так же, как падает с лестницы. Это внезапный несчастный случай

"A man falls in love just as he falls downstairs. It is an accident" (поговорка)

- С вампиром повздорили? Из-за этого не заживает? - спросил доктор Фонтень, изучая мои ладони. За ночь вид ран немного улучшился, но они так и не затянулись. - Ваши ранки, мисс Ерок - мечта, по сравнению с тем, что нам каждый день нынче приносят.

- Я всего лишь поцарапалась о камень, хотя и очень странно, что не заживает. А что может в школе каждый день случаться? - удивилась я.

- Столкновение мнений, ведущее к некоторым потерям, - расплывчато ответил наш доктор. Меня всегда удивляла появляющаяся опасливость мистера Фонтеня, как только он слышал вопрос.

Миссис Пинг, медсестра в сером всегда идеально чистом и выглаженном платье, покосилась на него иронично. Она аккуратно раскладывала на маленьком столике мази и бинты.

- Лбами у них столкновения, упрямыми самцовыми лбами, - пробурчала она, - да кулаками. Совсем мальчишки озверели по весне.

Доктор взглянул на меня остро.

- Кстати, мисс Ерок, таблеточки вовремя кушаете, не пропускаете?

- Иногда и по две, - честно призналась я, - страхуюсь на всякий случай, не хочу неожиданностей.

- Это вы молодец, - мужчина ободряюще похлопал меня по локтю, - осторожность не повредит. Были бы вы моей дочкой, вообще бы посоветовал уехать домой недели на две, пока организм не успокоится. Мало ли... А вы, миссис Пинг, обработайте руки девочке как обычно. Не вижу ничего опасного. Если учитывать, что у нас тут каждый день поломанных приносят, эти ранки - прямо радость сердца.

Он обеспокоенно посмотрел на дверь, я заметила, что доктор выглядел встревоженным.

Голос миссис Пинг звучал певуче и умиротворяюще:

- Я справлюсь, мистер Фонтень, все хорошо. Вы можете идти к мальчикам, а я скоро подойду.

- Так что все-таки происходит? - настойчиво спросила я, когда дверь за доктором закрылась.

Некоторое время медсестра не отвечала, сосредоточенно обрабатывая мне руки. Перебинтовала она, скорее, чтобы я мазью не пачкалась.

- Что-то странное происходит, - сказала я мягко, ловя взгляд женщины, - у меня регенерация отличная, никогда такой беды с первого оборота не случалось. Я потрясла ладонями в повязках, - у кого-то есть похожее? Тоже раны не заживают?

Миссис Пинг аккуратно вытерла руки влажным полотенцем, заправила под накрахмаленную косынку завитки тронутых сединой локонов.

- Раны-то заживают, - успокоила она меня, - но что-то точно происходит. Мистер Фонтень сегодня подал докладную декану Донахью. Оборотни как с ума посходили. Дерутся до полусмерти. Все палаты заполнены.

Она убрала столик и посмотрела прямо на меня небольшими светло-голубыми глазами.

- Я не часто согласна с доктором в области рекомендаций для юных девушек, но сейчас повторила бы его слова. Уехали бы вы, мисс Ерок, домой на несколько дней, неладное что-то творится, а вы с течкой. Как бы до беды не дошло.

Выходила я задумчивая и притихшая.

На улице было по-прежнему холодно. Природа, еще несколько дней назад удивительно теплая, замерла и насторожилась. От дыхания на воздухе шел пар. Я закуталась в накидку и быстрыми шагами направилась к кампусу.

- Мари!

Со скамейки у административного корпуса мне махала рукой хорошенькая мисс Мак, девушка из Феста. Точно со второй ипостасью-зверем, но никак не могу понять

- каким.

Иногда оборотни, не особенно заботящиеся о соблюдении приличий, спрашивают друг друга прямо. Но я предпочитаю не интересоваться, чтобы не нарваться на встречную любопытность и не засветить юного примарха по глупости.

Глория красовалась в ультра короткой юбке, черных чулках, резинка которых игриво выглядывала из-под края подола. Холод заставил девушку сверху закутаться в теплую шерстяную куртку, но ноги она стоически не прикрывала.

- Мари, можно с тобой поговорить?

Я кивнула.

- Да, мисс Мак.

Девушка вдохнула и выдохнула, облизнула ярко-красные, накрашенные чем-то блестящим губы. Она немного волновалась.

- Мари, ты очень красивая девушка.

Я удивленно подняла бровь. Необычное начало разговора, в первые дни по моему приезду из Хакса именно так начинали разговор перед тем как спросить о свидании. Но все собеседники были молодыми людьми.

Глория запнулась, а потом быстро пробормотала.

- Мне нравится молодой человек, который постоянно с тобой общается. Перед тем как поговорить с ним, я хотела бы удостовериться, что вы не встречаетесь.

-А, - улыбнулась я, - Родди свободен. Он замечательный парень, умница и настоящий друг.

Глория сверкнула большими карими глазами, опять облизнула губы.

- Нет, Мари. Я об Итане.

-О.

- Да, он мне нравится и это серьезно, - зачастила она. Выдохнула и с вызовом взглянула, выдвинула подбородок, даже ногу в чулке вперед выставила.

"Извините, девушка, но Итаном я не делюсь", - подумала я, невольно нахмурившись. Мне не понравились ни продемонстрированная стройная, практически обнаженная нога в соблазнительном чулке, ни суженные глаза мисс Мак.

- А вот Итан - мой, - твердо сообщила я, - мы встречаемся, можешь сделать выводы. Надеюсь, не обижу, если попрошу к нему с предложениями не подходить.

- А он об этом знает? Что с тобой встречается? - с иронией спросила девушка. Глаза ее зло блеснули, будто, несмотря на вопрос, такого ответа она не ожидала. -Вы много общаетесь, но всегда отстраненно. Я думала, ты честная девушка, а, оказывается, хитришь.

Я потеплее укуталась в накидку, стоять на ветру было неприятно. Как и разговаривать с мисс Мак. Я постаралась успокоиться и максимально дружелюбно произнести:

- Глория, ты спросила, и я ответила. А сейчас я спешу, скоро лекция по истории.

- Убегаешь, - она довольно оскалилась, - это правильно - беги. Я всегда получаю, что хочу. Забудь об Итане, красотка, или очень сильно пожалеешь. Он не для твоих мелких зубок.

Я фыркнула, развернулась и пошла на лекцию. Какой смысл разговаривать с девушкой, которая слышит только себя.

Мама говорила, что разговоры с «охотницами» бесполезны. Они любую фразу перевернут, слышат только то, что им хочется. «Когда придет время действий, поступай решительно». Видит небо, я воспитанная дочь, всегда слушаю маму.

- Это война! - прилетело мне в спину.

Она вообще соображает, о чем говорит? Какая война, мы в Юридической Школе. Тут любую подставу или подлость администрация расследует за час, точно выявляя всех участников, жестко наказывая виновных вкупе даже с косвенно сопричастными.

Из центрального учебного здания выскочил Итан, знал, что буду возвращаться из лечебного корпуса. Вышел на улицу без сюртука, в легкой рубашке под тонким жилетом. Он пошел мне навстречу, глаза улыбались. Я подумала, что из него можно было бы сложить двух Бучей, такой впечатление, что тигр становился все крупнее.

- Привет, - прошептала я, когда мы сблизились.

- Привет, - мягко и бархатисто в ответ, - как руки? У всех зажило, а мой котенок страдает.

- Поцелуй меня.

И я с удовольствием понаблюдала как уверенность тигра дала трещину. Он моргнул, осторожно выдохнул. Такого предложения при встрече на улице Итан никак не ожидал.

- В чем подвох? - наконец "в лоб" спросил он. Тигр потерял память, но не прямолинейность.

- Никакого, - легко ответила я, делая шажок вперед, - хочу этим сказать всем, что территория занята.

- Дорогая, - замурчал парень, - тут не сказать, тут, я считаю, прокричать надо.

Качнулся ко мне, обхватил ладонью затылок и поцеловал. Горячо, жадно, сразу переходя на глубину.

Теперь растерялась я, а он воспользовался слабостью и вовсю целовал, прижимая второй рукой за спину. Голову закружило, почему-то ослабели ноги. Кто-то мурлыкал: может быть он, может быть я, или оба вместе.

Мои руки каким-то образом оказались на его животе, поглаживали через рубашку.

Когда обоим не хватило воздуха, и мы мягко отстранились, расфокусированно моргая, мимо прошла мисс Мак, задев Итана бедром.

- Ой, развлекаетесь? Молодцы, - стеснительно сказала она.

Итан кивнул и, широко улыбаясь, повернулся ко мне. А я встретила полный ненависти лично мне адресованный взгляд. Мисс Мак дернула уголком рта и зацокала туфельками в сторону основного корпуса.

- Это ей ты сообщала о нас? - Итан сверкнул зубастой улыбкой. - А я вижу еще народ, они только что вышли и не в курсе о нас. Я серьезно взволнован насколько нам большая предстоит работа - сообщить всем.

Он притянул меня к себе и начал снова целовать. Со вкусом, абсолютно наплевав на зрителей. Открыто заявляя о начале наших отношений.

Мы стояли посредине двора и целовались. И, когда смеясь, я его оттолкнула, наконец, увидела, кого имел в виду тигр.

На крыльце с нечитаемыми лицами стояли Крис и Родди.

- Привет, Мари, - сказал Родди, - приехал Крис, мы хотели посидеть, тебя пригласить. Извини, я что-то растерялся, Крису про потерю памяти рассказал, а тут... неожиданно как-то все.

- Это да, - сказал Крис, - неожиданно - не то слово.

- Привет, Родди, - бросил Итан, становясь рядом и обнимая меня за плечо.

Он перевел взгляд на Криса и еле заметно нахмурился:

- Тебя, парень, я не припоминаю, но не стоит так холодно на мою девушку смотреть. Погода нынче плохая, замерзнет Мари, и я расстроюсь.

Крис пожал плечами:

- Можешь уже расстраиваться, я буду смотреть куда мне вздумается, капитан.

Последнее слово было произнесено с издевкой. Оба явно нарывались на конфликт.

Я растерялась, слишком резким оказался переход от ощущения счастья рядом с Итаном до боли в сердце при взгляде на Криса. Влезать в мужскую драку девушке неприлично, но ситуацию точно надо было как-то остановить.

Выручил как обычно Торш.

- Эй, парни! - возмущенно сказал он. - У нас проблемы, сложности с полицией, преступник в городе, а вы решили друг друга покалечить? Посмотрите, Мари до сих пор с ранеными руками. Но она по делу, а вы ради пустого самолюбия друг друга инвалидами сделать решили?

Крис невольно отступил, потому что Торш размахивал руками как ветряная мельница, он даже шипел. Мага явно все достало.

Итан поднял обе руки в успокаивающем жесте и примирительно сообщил:

- Все, Родди. Ты прав, я признаю. Пока кризис, преступники и раны Мари - я постараюсь быть паинькой.

Он помедлил, потом протянул одну руку вперед и представился:

- Я Итан Донахью, приор следственного факультета.

- Знаю, - неохотно сказал Крис, отвечая тигру пожатием, - Кристофер Ера, вампир Белого Крыла, первый курс следственного.

О как. Открытая заявка, значит, смена Крыльев произошла окончательно. Если учесть, что только молодые вампиры могли поменять направления и только один раз в жизни, значит, Ера поставил решительную точку в выборе цвета.

Родди постучал ботинком о ботинок и бодро сообщил:

- Если все успокоились и знакомство состоялось, надо договориться после занятий о встрече и кое о чем поговорить. А пока - лучше на лекции, в тепло.

Мы зашли вроде бы вместе, но разобщенно и настороженно. Даже я была недовольна. Зачем Родди рассказывал обо мне с Итаном Крису?

Весь день прошел странно. Расписание Криса было полностью идентичным моему, поэтому он, как в старые времена ходил и сидел рядом. Как я когда-то мечтала.

Только сейчас не держал меня за руку и не дышал, улыбаясь, в шею, а спокойно слушал преподавателей, старательно заполнял конспекты.

- Хочу наверстать пропущенное, - объяснил он, поймав мой изучающий взгляд, - ты прости за ситуацию во дворе. Родди сказал, что Итан ничего не помнит. И я... подумал вдруг у нас есть шанс опять сойтись.

По завершении лекции он размял длинные пальцы потомственного мага и откинулся на стуле. Сдвоенная пара занятий позволяла никуда не бежать на перемене, урок продолжится тут же. И у нас появилось несколько минут для разговора.

- Но отбивать не буду, - он потер висок, - не знаю, что на меня нашло, помрачение какое-то. Я решил пожить своей жизнью, побыть настоящим Белым. Найти свое истинное я.

Я осторожно кивнула. В этом был весь Крис. В поиске своего Я.

Сейчас меня совершенно не задело желание вампира подтвердить Крыло, а белые его подтверждали весьма специфическим образом, надо сказать.

С пронзительной ясностью я поняла, что моя душа рассталась с Крисом не в стенах Белого Замка, а когда здесь, в Школе, он сообщил, что хочет пожить без меня. Без обсуждения, без рассмотрения вариантов, не спрашивая моего мнения, он все решил за нас, и стало понятно, что он не моя пара.

В итоге, когда после завершающей пары в аудиторию заглянул Итан, я схватила сумку и побежала к нему, перепрыгивая через ступеньки.

Меня нежно поцеловали в губы. Прижали к стене в коридоре. Выходящие студенты улюлюкали. Некоторые ждали реакции Криса, но тот коротко кивнул нам и спокойно ушел. Может, и вернется дружба между нами. Вон пол-Школы общаются со своими бывшими, ни у кого, кроме нас напрягов нет.

Тигр оглянулся и уволок меня в оранжерейный угол за тяжелую кадку. В пустом коридоре было тихо, только наше дыхание, только поскрипывание тяжелой двери в аудиторию. Скрип-скрип.

Я провела пальцем по шелковистым бровям, по одной и другой.

- Ты совсем мою репутацию загубишь. Зачем с поцелуями набросился?

- Не буду, если чужие взгляды тебя смущают. Кай говорит, ты консервативна, и чтобы я даже не смотрел на других девушек, - он хохотнул, - ты, оказывается, вредная, по скромному виду и не скажешь. Хотя я тоже характером не самый покладистый. И меня почему-то раздражает этот Ера, прямо заходится все внутри.

- Я встречалась с ним.

Итан уткнулся носом мне в макушку и недовольно пробурчал:

- Понял уже. Вот зачем ты мне это сказала?

Я обхватила его за шею и прижалась посильнее. Почувствовала через ткань юбки как Итан, реагируя, твердеет снизу, потерлась бездумно. И вздрогнула, будто касанием высекла огонь.

Он молча подхватил меня за бедра, заметался пока не посадил на подоконник, смяв юбку и вжавшись почти до боли.

Мы оба хрипло и неровно дышали, упершись лбами и ничего не говоря.

Ох. Он чуть откинулся плечами, но все также сцепившись внизу, начал тереться, раскачиваясь. Схватив в ладони мое лицо и лихорадочно вглядываясь в глаза. Мне хотелось только одного - разрядки. Сейчас. Тело не просто ныло, а буквально болело от желания быть с тигром.

Чтобы не закричать, я закусила нижнюю губу. Мои перебинтованные руки забрались ему под рубашку, торопливо гладя пальцами сильное тело.

Бедра Итана начали совершать броски вперед, хриплые звуки негромко вырывались из полуоткрытого рта.

Было безумно хорошо, но недостаточно. Я все сильнее кусала губу, пока тигр не отодвинулся, прижал руку и буквально парой круговых движений отправил меня прямиком в слепящий свет. Вот туда. Наконец. Спасибо.

Когда я пришла в себя, он задумчиво слизывал капельку крови с моей губы.

- А ты? - хрипло спросила я дрожащим голосом. - Хочешь помогу, приласкаю? Расстегнуть?

- Не надо, - ответил тигр, - уже не надо. Мне было пятнадцать, когда я последний раз кончал в штаны. И вот сейчас. Странное чувство.

Он оглянулся и вдруг захохотал.

- У меня, между прочим, личная комната есть. Но я как мальчишка прячусь с тобой за цветами и кончаю от вида твоего удовольствия. Ну не странно ли?

- Очень странно, - я сейчас была готова соглашаться абсолютно со всем, пока он продолжал, едва касаясь только кончиками пальцев, ласкать меня.

- Может ко мне? - предложил Итан.

- Нет, - твердо сообщила я, - у нас период прогулок и свиданий, мы пока присматриваемся и привыкаем. Официальные приличные встречи.

- А, - понятливо сказал он. И чуть пошире раздвинул мои бедра, чтобы поудобнее пристроить руку, - как скажешь. Мне, конечно, очень тяжело будет сдерживаться, но я постараюсь быть благопристойным.

- Ты уж постарайся, - едва выдавила я, потому что говорить было тяжело.

Мы снова поцеловались. Его пальцы двигались, начиная уносить меня на второе уже небо за несколько минут.

В коридоре раздались шаги. Мы замерли как застигнутые на горячем воришки. Тяжело дышащие. Он - в расстегнутой рубашке, я - со смятой юбкой. Среди серых стен оранжерейного угла и огромных кадок с кустами.

В гулкой тишине раздался голос мэтра Кругги:

- Повторяю, коллега, это - ненормально. Практически все оборотни сдают работы на отлично. Ты видел, чтобы хотя бы половина этих оболтусов прилежно занималась? Нет? А сдают на феноменальные результаты, они обогнали судейских по тестам, как это вообще понимать?

Мэтру кто-то вторил бурчанием. Преподаватели прошли по коридору и повернули в сторону выхода. Коричневые мантии едва мелькнули в просвете между листьями.

Голоса уже затихали, когда пальцы Итана снова задвигались.

- Я впервые такое чувствую, - сообщил он доверительно.

- И это правильно, - почти жалобно подтвердила я, цепляясь за его кисть и дрожа.

- Ты тоже чувствуешь это ко мне? - спросил он, сближая лица, что-то пытаясь поймать в моих глазах. - Как обухом, да? Словно ударило и не выдохнуть.

- Да, - прошептала я, - да.

И меня ударило острым удовольствием.

"Да!" - хотела закричать я в голос, но тигр поймал мои губы и выпил крик.

Когда через несколько минут Итан помогал мне, одергивая юбку, он предложил сегодня до конца дня сходить еще «примерно на три свидания». Я обиделась на шутку. И впервые не смогла его поймать в узком коридоре, хотя очень старалась. Слишком нервный день.

Глава 9. Если небо упадет, мы будем ловить жаворонков

"If the sky falls, we shall catch larks" (присловье о том, что есть вещи, которые просто не произойдут)

Мы сидели за привычным столом в пустующей столовой. Обед давно прошел, а до ужина еще оставалось время. Наша компания очень любила это время тишины, дарующее прекрасную возможность говорить без лишних ушей. Компания - это Родди, Кай, я. А еще - Итан с Крисом. Но. Из-за последних двух участвующих лиц разговор клеился плохо.

И вроде бы сидели расслабленно, разговаривали спокойно, но звенела между ними невидимая натянутая струна недоброжелательности.

Я специально отсела от Итана, потому что после казуса в коридоре к нему очень хотелось прикасаться, а сейчас это было бы неуместно.

Размотав бинты, я рассматривала практически зажившие руки.

- Все присутствующие знают, - тихо сказала я, - про моего зверя. Точнее, почти все. Итан знал, забыл и сейчас узнает еще раз.

Крис дернул углом рта.

Тигр поменял позу, пристально на меня глядя. Было ощущение, что пережитая болезнь его закалила. Итан матерел, и мне это нравилось.

Я вздохнула, собираясь с силами. Друзья молчали, никто не прерывал.

- Я - полгода как проявившаяся пантера-примарх.

Раздался тихий взрык и все затихло. Итан пытался переварить информацию. Потер пальцами висок, прикрыв глаза и скрывая эмоции. Остальные сидели тихо, осторожно переводя взгляд с меня на альфу.

Как же мне не хотелось, чтобы информация прозвучала вот так, под пристальным внешним вниманием, но сейчас важнее было решение другой проблемы. А Итан, мой Итан должен понимать и принимать меня так же как я его, полностью.

Вследствие открытого прямого характера, я в принципе не видела себя в отношениях недосказанности, взаимных обид, неравенства или гордыни. Принимай как есть. Равной. Не для меня все эти переживания внутри пары. Мне и других переживаний хватало.

- Произошла странная ситуация, о которой я хочу рассказать.

Я взяла со стола приготовленный нож, раскрыла левую ладонь. И медленно, глубоко, почти до кости ее разрезала. Лезвие местного столового ножа оказалось не заточенным, входило с трудом, потребовалось приложить силу. Рана постепенно, неохотно раскрыла красные края, закапав кровью стол.

Практически никто из зрителей не смог выдержать зрелище спокойно.

Кай подскочил со стула, ругаясь, топал ногой и тряс кистями. Родди вытаращил глаза, а под конец крепко зажмурился и, на всякий случай, отвернулся.

Мой Итан дернулся на стуле, но, глядя на мое решительное лицо и закушенную от боли губу, резко сел обратно, сжав кулаки. И больше глаз не отводил.

Хотя даже Крис, по новой своей природе привыкший к виду крови, прикрыл глаза.

- Смотрите! - сказала я, отдышавшись. - До события в Лихорадке я регенерировала за минуты даже тяжелые раны. После того, как меня там поцарапало, ладони начали заживать медленно, как у обычного человека. Так вот, первый вопрос, ответьте мне, пожалуйста, повреждения еще у кого-нибудь были?

Оказалось, что в Лихо хоть немного, но пострадали практически все. Руки и ноги -от разломов плиты, раны - во время драки. Но после оборота все заживили как обычно.

- Я оборачивалась, - призналась я, - специально попробовала. И вы знаете итог. Все царапины остались на месте. А вот теперь - смотрите!

Я подняла вверх абсолютно целые руки. Моя регенерация работала. Работала прекрасно! Что же меня повредило в казино?

Друзья тут же загалдели, ожесточенно заспорив. Забыто было напряжение между Итаном и Крисом.

Кай полез бороться со мной, толкался. Объяснил, что проверяет, не потеряла ли я силы примарха. А я, между прочим, в красивой юбке, хотя и немного помятой, не скажу почему.

- Все нормально с Мари, - заявил медоед, поднимаясь с пола и потирая бок, - и не только с регенерацией.

Мордаха у него стала немного грустной. Насколько я знаю, медоед успел во время вечерних занятий заключить пару неудачных пари на выигрыш у меня. Потом ходил и предлагал «немножечко поддаться». Я и так уступала многим, чтобы не бросаться в глаза, так хоть вечером на закрытых тренировках могу же биться в полную силу. И я постаралась деликатно объяснить Каю, что это неправильно.

Родди расспрашивал Итана по деталям и был дико недоволен сложившейся ситуацией, когда вопросов было много, а ответы не появлялись.

- В Школе не библиотека, а склад учебников, - с горечью заявил он, - я практически ничего не смог найти. Даже в Библиотеке Хакса с подлым Оракулом, тут же сдающим информацию безопасникам, и то - пользы было больше. Я уже не говорю о семейной библиотеке Ера...

Сначала резко замолчал Родди, потом все остальные, скрестив взгляды на Крисе. Ага.

Тот пожал плечами. Если Итан становился все жестче, тяжеловеснее, то вампир показывал ранее не замеченную за ним утонченность движений. Ухоженные пальцы постучали по дереву столешницы.

- Если вы мне скажете, что искать, я, в принципе, не против. Библиотека пока меня принимает за Ера. Какие вопросы? - он вопросительно поднял бровь, повернувшись к Родди, нашему неизменному хранителю информации.

Тот расплылся в улыбке как ритуалист, обнаруживший новую магическую схему.

- Первый вопрос - что за плита в Лихорадке, история, события вокруг нее. И еще. Где в Лоусоне было море. И как теряют память на год. Это два.

На этих словах Итан сверкнул глазами, потом медленно кивнул, соглашаясь. Действительно, событие неординарное, он, выпускник Юридической Школы, прекрасно понимал, что такие необычности не упускаются.

Родди уже вытащил ручку и создавал целый список «для Ера».

- Чем можно ранить примарха. Все. Только три вопроса.

- Шесть вопросов, - не согласилась я. Мы с Родди вечно соревновались кто больше деталей видит, почти всегда я выигрывала. Привыкнув скромно стоять в стороне и наблюдать, я весь окружающий мир превращала в знаки, символы и намеки для размышления и додумывания. Сигналы, которые мне нравились или не нравились. Причем особенно не нравились мне непонятные знаки. Тут я готова была копать бесконечно.

Парни положили руки на стол, и все вместе уставились на меня. Поежившись, я аккуратно заправила локон за ухо, села поровнее и добавила:

- Хорошо бы узнать кто такой Акула, не похож он на обычного наемника. Что за странные часы, от которых вздрагивал Дудль. Это уже пять вопросов. И в завершение - что может повлиять на оборотней, усиливая их агрессивность и при этом улучшая сообразительность. Ведь это две противоположные тенденции, как учила нас миссис Беридер.

И я вкратце рассказала подслушанный в коридоре разговор, по возможности, дословно цитируя мистера Кругги.

Расходились все задумчивые. Если отдельно события были странны, то вместе они не просто настораживали, а били набатом об опасности, пугающе, как необычные часики-колокол мистера Дудля.

Вокруг бурлила обычная студенческая жизнь, но было странное ощущение, что все это - слабая завеса настоящих событий. Колыхнется шторка иллюзии, а за прохожими, за деревьями, за каменной чопорностью зданий - откроется настоящая правда, с чем-то ужасным и пугающим.

- Мари, - меня догнал и обнял Итан, согревая и успокаивая.

- Итан, - я обвила его рукой за пояс.

- Не хотела мне говорить про зверя? Боялась, что я не так отреагирую?

- Скорее не было повода.

Он понюхал мою макушку и недоуменно зафырчал большой кошкой.

- Вообще не чувствую, представляешь? Думал, ты с поздним оборотом. Теперь командовать мной попытаешься?

Я его толкнула бедром. Он тут же толкнул меня в ответ. Попыталась выскользнуть из-под тяжелой руки и была поймана за ворот.

Мы пихались и еле сдерживали смешки пока не добрели до развилки дорожек, выложенных серыми округлыми камнями, сточенными временем и ногами студентов.

Альфа склонился, и я сама, задыхаясь от восхищения, потрогала, а потом поцеловала покрытый дневной щетиной подбородок. У висков и глаз была особенно гладкая кожица. Лоб то хмурился, то выравнивался под моими пальцами и губами. Длинные ресницы порхали, щекотясь, по кончикам пальцев. Когда я указательным завороженно коснулась носа, меня поймали в плен твердые губы.

- Эй, дорогу, - неожиданно произнес мужской голос.

Я попробовала отпрянуть, но рука альфы уверенно прижала меня к себе. И мы сделали шаг вбок вместе.

Мимо прошли, презрительно задрав носы, два вампира. Гладко расчесанные волосы по последней моде Желтого Крыла, традиционно задававшего тон вампирскому стилю. Тяжелые кожаные ботинки с металлическими вставками. Черные брюки, обтягивающие так, что трескались на бедрах.

- Интересно, - задумчиво сказал Итан, - почему меня начали раздражать вампиры? Никогда раньше не замечал... они так странно, неестественно выглядят.

Я, прижимаясь головой к его плечу, посмотрела, как эти двое подошли к дверям мужского кампуса и предположила:

- Может быть из-за Криса? Но тебе вообще не из-за чего волноваться, поверь.

- Может быть, из-за Криса...

Трое оборотней и невысокая девушка, вывалившиеся шумной компанией из двери кампуса, перебросились с вампирами словами. Девушка жалобно заголосила. Высокий квадратный парень, в котором я неожиданно узнала Брайана, оборотня-медведя из нашей олимпийской команды в Хаксе, вдруг взревел и отвесил одному из вампиров оплеуху.

Не прошло и пары секунд как впереди развязалась сначала хаотичная, а потом жесткая и слаженная драка.

Вампиры встали спиной к спине, а три оборотня прыгали на них с разных сторон, пытаясь разорвать оборону. Маленькая девушка-человек, в которой я не без расстройства узнала Шани, неистово кричала, подзуживая оборотней.

Первое, что сделал к моему величайшему удивлению сорвавшийся в бег Итан, это подскочил к девушке и почти неуловимым толчком отправил ее в полет в кусты у кампуса.

Я каждый раз забывала об отношении оборотней в бою к женщинам и мужчинам. Выросшие в семейных кланах, они не считали дам неприкосновенными, хотя в человеческой ипостаси и в мирном общении выказывали почтение и относились весьма учтиво.

Без звуковой провокационной поддержки оборотни явно умерили пыл и заозирались в поисках подруги. Чем тут же воспользовался факультетский приор, расшвыряв их по одному. На альфу было кинулся один из вампиров, схлопотал подзатыльник, покатился по траве и сразу успокоился.

Когда я подошла, Итан, возбужденно рыча, находясь на угрожающей грани трансформации, орал на обе участвовавшие стороны.

- Идиоты, вы в курсе, что вчера один из второкурсников чуть не лишился зверя, а первокурснику-вампиру выбили глаз? Вы хотите вылететь из Школы? Вы, те, кто в будущем планирует воплощать законность в стране?

Валяющиеся на земле студенты, а на всякий случай лег даже оставшийся на ногах после драки вампир, стыдливо молчали.

Вылезшая из кустов поцарапанная Шани доползла до Брайана и обиженно зашептала, показывая пальцам на Итана. За что тут же получила от медведя подзатыльник и ошарашенно замолчала.

- Совсем с ума посходили, - не мог успокоиться Итан, когда мы уже поднимались по лестнице, - целый день драки разнимаю. Ректор чуть дядю не уволил, говорит, оборотни совсем озверели...

Он закрыл за нами дверь своей комнаты и сел на кровать.

- А хуже всего... Я! Я тоже хочу подраться. Даже руки зудят.

Он стукнул кулаком по кровати, чуть не разломав остов.

- Что происходит, Мари?

Я присела рядом, взяла подергивающиеся пальцы и прижала к своей щеке. Стучало сердце.

Он порывисто развернулся и, сжав в объятиях, сильно, почти болезненно, поцеловал меня. Я впилась в губы ответно.

Мы зарычали.

Не только ему хотелось подраться. Я едва сдерживалась от мечущихся во мне эмоций, вопящей и беснующейся пантеры. Изнутри колотило, по телу волнами проходила дрожь. Ответно дрожал Итан.

Совершенно непонятно, почему я пошла в мужское общежитие, хотела же расстаться с ним на развилке. Как я вообще оказалась в комнате? Это было странно. Но совсем не осталось сил думать. Мне было больно думать.

Итан, ожесточенно рыча, разрывал на мне одежду. Я раздергивала на куски его рубашку и, блаженно урча укусила, когда, наконец, добралась до теплого тела.

Меня отцепили рывком, и как шкурку с фрукта, сорвали остатки тряпок.

В комнате плыл тягучий сносящий все запреты и осторожности запах звериного желания. Итан пах... умопомрачительно. Теперь я понимаю, что чувствуют блошки, изнывая под феромонами партнеров.

Тягу, болезненную, скручивающую, заставляющую дрожать и умолять. Когда он уронил меня на пол, прямо на кучу нашей одежды вперемешку с одеялами и бельем, мне захотелось грызть тряпки, потому что двинуться под тяжелой рукой я не могла, а желание кусать сводило зубы.

Агрх... Огонь. Пронзающий. Он вошел сразу, по готовому влажному пылающему входу. И продолжил вдавливать. Под мои крики и остервенелое рычание, смешанное с жеванием рукава рубашки.

А потом еще и еще. Он становился все больше. А мне было мало. Я звала, просила и умоляла.

Пару раз в дверь постучали, кто-то в коридоре недовольно бубнил и ругался. С трудом поняв, что мы мешаем спать соседям, я закусила угол одеяла, и нас оставили в покое.

Тигр вцепился мне в основание шеи и драл. Иногда замирая после кульминации, поворачивая меня в боковое положение, а потом опять продолжая - сначала медленно, затем быстрее.

Пару раз он переворачивал меня на спину и неистово целовал, не давая кричать, разрешая покусывать и сосать свой язык. Я вцеплялась ему в плечи. И кончала, в боли и удовольствии. Бесконечной боли и фантастическом удовольствии.

Иногда мы дремали. Мне кажется, под утро даже ухитрились поспать. По крайней мере, когда я выползла из-под Итана, он спал. Было сумрачно и тихо. Глаза болели, впрочем, как и все тело. Между ног пылало и пекло. Скорее всего, от этого я и проснулась, выплыла из усталого забытья.

Дрожащими руками я натянула первые же найденные в комнате мужские штаны и пиджак.

Общежитие еще спало, когда я, качаясь как сомнамбула, поскуливая и кусая губы, вернулась к себе в комнату.

Зайдя в ванну, роняя по дороге одежду, я крутила трясущимися руками вентили подачи воды и пыталась привести мысли в порядок.

Мне было страшно. От ужаса даже подташнивало, кружилась голова.

Потому что мои ладони опять были изрезаны. И опять не заживали.

Ими я гладила Итана после боя в Лихорадке. Ими я обнимала его сегодня ночью.

Моргая от льющейся воды, я смотрела на странные раны. Уколы и разрезы.

С кем или с чем я провела эту ночь? Как я получила повреждения?

Уже ложась в постель, протянула руку и взяла продолжающими трястись пальцами письмо с тумбочки, которое так и не прочитала со вчерашнего дня. И думала, что не прочту. А сейчас почему-то открыла сложенный лист.

Рукой Криса на желтоватой бумаге было написано:

"Раны сердца не заживают, особенно, когда мы нанесли их себе сами".

Далее что-то про выбор, который он сделал и то, что посылает это письмо с вокзала в надежде на мое проживание в той же комнате.

Все это было уже неважно. Крис приехал, но волновал меня не он, а случайно совпавшие слова про раны.

Я размышляла над ранами сердца. Над тем, как невыносим для меня обман.

Что... Что скрыл от меня Итан?

Глава 10. Тихие воды имеют глубокое течение

"Still waters run deep" (присловье, означающее, что за любым событием всегда стоит другое, более раннее. У всего есть причина, иногда - не одна)

Когда я одевалась на первую пару, неожиданно пришло письмо от тигра: "Нам нужно увидеться. Где ты?"

Что делать, если ты подозреваешь любимого? Можно затаиться и понаблюдать, можно помучиться и поволноваться. В любом из этих случаев мы начинаем допускать в сердце своем, что, возможно, он не пара, возможно, он только использует, а не любит по-настоящему.

А я предпочту лучше оказаться в итоге обманутой, нежели обманывающей сама. Поэтому решила говорить откровенно. Уже были отношения с Крисом, когда мы таились друг от друга, ничем хорошим это в моем случае не закончилось.

Будучи не так свободна в средствах как наследник тигриного клана, я со вздохом раскрыла новую упаковку летунов и написала на хрустком листе:

"Иду в лечебный корпус перед учебой".

Поэтому совершенно не удивилась, через десять минут встретив Итана по пути на перевязку. Он стоял прямо на дороге натянутой струной, с бугрящимися плечами и сжатой челюстью, вглядывался мне в лицо сощуренными глазами. А потом раскинул руки, и я бросилась ему в объятия.

- Итан.

- Тшш, котенок. Проснулся, а тебя нет. И у меня к тебе вопросы, очень серьезные вопросы. Мне показалось, что в прошлый раз... Но, видимо, я ошибся... В общем, это серьезная тема.

Я опасливо подняла голову, вслушиваясь во взволнованную речь тигра, облизнула пересохшие губы.

- У меня тоже вопросы. Но давай сначала ты, спрашивай.

Он вгляделся в мое лицо и осторожно произнес:

- Я не сильно тебе повредил?

Ох. То есть он знает. Почему, почему не сказал сразу? Зачем все эти тайны между нами? Всхлипнула невольно и огорченно стукнула его по плечу.

Он поморщился от боли, но не отстранился. На подбородке золотилась щетина, значит, выскочил из комнаты как был, едва одевшись.

- Я не ожидал, извини, - честно сказал он, - вообще ничего не понял ночью. Чувствую теперь себя идиотом. Но все будет хорошо, котенок.

И прижался губами к виску. Нежно-нежно. Я невольно притихла под его поцелуем, легким как бабочка и таким же трепетным. Вот как люди выясняют отношения и ругаются с любимыми, я это совершенно не умею делать. Наверное, для того, чтобы поругаться, надо хотя бы на время возненавидеть или разлюбить. Раз - и готов ругаться. А у меня не получается.

- Как ты это сделал со мной? - держа за лацканы пиджака и подкручивая верхнюю пуговицу, поинтересовалась я.

Он замер, потом хмыкнул, и вдруг - рассмеялся, пытался удержаться, но не смог. И захохотал в голос.

- Мари, честно признаюсь, я сделал это - с удовольствием. Если доктор скажет, что тебе можно сегодня, мы повторим это еще пару-тройку раз обязательно.

Итан Донахью обхватил меня за талию и закружил. Тут я стукнула в плечо уже чувствительнее. Забытое детское ругательство времен Ньюберга вылетело само собой.

- О чем ты, дохлые Двуликие, говоришь? Что повторим? Дальше будешь меня резать? - и я сунула ему под нос криво-косо самостоятельно закрученные лентами ладони.

Итан аккуратно отодвинул ленту пальцем и на его лице появилось непередаваемое ошеломленно-неверящее выражение. Раны он явно не ожидал увидеть.

-Ты не этого ждал?

- Котенок, - слова давались ему непросто. - Представь. Я проснулся один, вся простыня в крови... В первый раз мы сумбурно встретились, мог до конца не войти. Потом я ласкал тебя только рукой. И вот наша первая ночь... Как ты думаешь, что я подумал?

-Э...

- Да. Я подумал, что грубо обошелся с невинной, доверившейся мне девушкой. Скакал на ней всю ночь.

Раздумывая, я автоматически поправила его слова.

- Не на какой-то девушке. На мне...

- На тебе, конечно, - Итан выглядел как оборотень, который сейчас согласится с любым моим утверждением, лишь бы я не волновалась. Это... успокаивало.

- Больше не говори о каких-то там девушках, - строго сказала я и задумчиво покусала нижнюю губу, - то есть ты проснулся и решил, что до тебя у меня были только романтические отношения? И ты стал первым.

Он поднял бровь.

- Маловероятно, конечно...

Я зашипела, но слушала дальше.

- ...Но от тебя можно ожидать чего угодно. Я же вообще не помню, что у нас было раньше. Человеческим девушкам и некоторым Двуликим больно в первый раз, ты могла решиться на это к моему приезду. Тогда я дважды обидел тебя.

Последние фразы уже шли сумбурно, представляю, что он напридумывал, когда обнаружил себя утром в необычной ситуации.

- Но я же сама была возбуждена. Хотела тебя.

Мужчины странные. Неужели я была похожа на скромницу. Хотя, вспоминая свой первый раз, там я, кажется, сама чуть Криса не изнасиловала.

- Так это нормально - хотеть своего парня, - самодовольно произнес Итан и подтянул меня за поясок куртки поближе. - Значит между нами все хорошо. Надо только выяснить, откуда взялись порезы. Вспомни, как ты могла пораниться?

Тон его стал серьезней. Когда неловкая ситуация, наконец, прояснилась, проблема странных порезов вышла на первое место.

- Мне кажется, о твои плечи.

Через пару минут мы вошли в здание лечебного корпуса. Сосредоточенный Итан быстро шел по коридору, увлекая меня следом за руку. Как выпускник и приор он знал расположение кабинетов намного лучше меня. Издалека слышны были приглушенные звуки, лечебный корпус становился далеко не таким пустынным местом как ранее.

Дверь в небольшую хозяйственную каморку оказалась в самом конце коридора.

- Смотри!

Он решительно сдернул пиджак и рубашку, оставшись обнаженным по пояс. С литым смугловатым телом, теплым, гладким как нагретые камешки на солнце. Прядями выгоревших от солнца волос, отросшими до плеч.

-Ну?

Я невольно прижалась губами к золотистому предплечью, вызвав у Итана мгновенное сглатывание слюны.

Что ж. Плечи, покрытые гладкой здоровой кожей, и выглядели, и ощущались прелестно, без шипов и лезвий.

- Все нормально? - спросил он, резко охрипнув.

- Да, нормально... Какой же ты красивый.

Он мгновенно прижал меня к уже отвердевшему паху и вдруг замурчал, с удовольствием потершись. Воздух становился тяжелым. У меня сжало в узел низ живота. До дрожи в ногах.

Моя регенерация залечила к утру боль от многочисленных потертостей, но сейчас -хочу повторения, до сбившегося дыхания, до спазмов, просто хочу.

- Давай быстренько? - глядя ему в глаза, предложила я.

Итан не раздумывал ни секунды, мгновенно поднимая на мне платье. Как будто сам с трудом сдерживался последние минуты. В каморке кроме полок с ящиками не было ни стола, ни стульев. Поэтому меня просто прижали к двери.

Он упоенно зацеловал мое лицо. Особенное внимание уделяя губам, буквально терзая их твердым жадно захватывающим ртом.

Расчистил пространство между нашими горячими телами. Захватив в плен кисти израненных рук, тигр охватил запястья широкой ладонью и прижал их к теплой древесине двери. Пришпилив меня жестким напряженным телом, тяжело дыша. Через секунду он уже поднимал к себе на бедро мою ногу.

И - оно.

Мы вместе, через огненную пылающую связь. Бьемся телами, ловя и вбивая наслаждение друг в друга, обрывая вскриками стоны.

Время растягивается дрожащей линией. Мы кусаем друг друга в пароксизме удовольствия, от которого поднимаются мелкие волоски на теле.

- Моя! Вся! Отдайся! - рычит Итан.

- Твоя! Бери! - жалобно бормочу я, содрогаясь почти в забытьи. Разделяя дрожащее марево раскаленного удовольствия с тигром. Повисая на нем бессильно.

Наверное, именно так живут влюбленные оборотни, когда не могут отлепиться от пары, в бесконечном единении.

Плечи Итана и все его тело по-прежнему гладкое, раниться не обо что.

- Ты пахнешь, не оторваться, - прошептал он, зарывшись лицом между моей шеей и плечом. Слабо покусывая и вылизывая тонкую чувствительную кожу.

Возможно, мы совсем бы сошли с ума и повторили бы там же, но за дверью раздались многочисленные шаги. Шли быстро, довольно большой группой.

Среди скрипов, топота, непонятных шумов раздался голос Люшера, примарха волчьих:

- И давно в Школе такое количество травм? Почему сразу не заявили? Вы же знаете, что мы ищем все необычное! Что за запахи, кстати, у вас в коридорах? Что-то знакомое... Мистер Фонтень, показывайте бывших и настоящих раненых, я поговорю со всеми лично. Отменяйте на сегодня занятия. Считайте, вся Школа под следствием, вот распоряжение мистера Дудля.

Ему что-то отвечают, голоса затихают.

Ого. Да если я сейчас появлюсь со своими порезами, для Люшера это будет посерьезнее странность, чем все побитые оборотни в Школе вместе взятые. И что за "необычное" ищет примарх, надо его встретить и осторожно расспросить, главное, не показаться на глаза сейчас, когда я пахну Итаном на пол школы. Даже через дверь и в толпе сопровождающих Люшер что-то смог унюхать.

- Надо разослать летунов нашим, - шепчу я в ухо тигру, - сообщи, что встречаемся. Только не в твоей комнате.

Он понимающе хмыкает. Быстро приведя себя в порядок, подобно заговорщикам, мы вылезаем из окна прямо в коридоре и разбегаемся, быстро поцеловавшись напоследок. Тайна моих ран не решена, но я кручу и кручу в голове появившуюся мысль о том, что ранилась о тигра я только после его участия в драках.

Почти добежав до своей комнаты, я получаю в грудь спикировавшим сверху летуном. В письме было написано всего несколько слов: «Мари, я нашел море. Жду срочно у себя. Крис Ера».

Я пригладила собранные в пучок волосы и тщательно принюхалась. Душ и свежая одежда практически решили проблему с запахом, а вот вымыть и высушить волосы я бы не успела точно. Буду надеяться, что особо принюхиваться никто не будет.

Перед выходом расстегнула пару верхних пуговичек на синем вороте платья, побольше открывая белое кружево нижней рубашки.

Когда Итан увидит меня с прилизанными волосами, вдруг я покажусь ему недостаточно привлекательной. А. Махнула рукой на возможные предательские запахи и выпустила пару небольших локонов у висков. Понравиться Итану важнее, чем запах.

Мне... хотелось еще. Это очень стыдно даже думать, но, если сегодня отменили занятия, может быть, Итан зайдет ко мне в гости?

Я ошарашенно остановилась по середине коридора, развернулась и почти бегом поспешила в комнату. Навстречу стайками шли на занятия девушки, смотрели странно-внимательно. Неуверенно помахала мне рукой всегда приветливая Кори.

С тумбочки у кровати дрожащими руками я схватила бутылек с таблетками и выпила вторую за сегодняшнее утро.

Мой разум не хотел думать ни о загадках, которые выливались на нас как вода из пробитого ковшика, ни об учебе. Сегодня впервые после приезда с олимпиады я пропустила утреннюю тренировку.

Кожа горела, как будто у меня была высокая температура. Взяв ручное зеркало и вглядевшись в гладкую поверхность, я увидела то, что смутно подозревала и чего опасалась все утро.

Губы распухли. Розово-вздулись, откровенно и пошло сообщая о многократно полученных поцелуях. На щеках горели пятна лихорадочного румянца.

Я смотрелась... неприлично.

Можно многое себе простить и понять, но есть поведение, категорически неприемлемое с моей точки зрения. Это - половая распущенность. Я помнила, как выглядят блошки - с горящими умоляющими глазами, полностью подчиненные только одной жажде, только одной потребности - голоду собственного тела. Это -не мое.

Поэтому, я со всего маха отвесила себя пощечину. Потрясла головой. И - хлестко, еще одну.

Решительно вытащила из тумбочки и повесила на шею амулет изменения внешности, застегнула все пуговицы до горла и убрала локоны в прическу. Извини, Итан. Когда-то я понравилась тебе именно такой.

Теперь никто не провожал меня взглядами, я спокойно зашла в мужской корпус, поднялась на этаж Криса.

И встретила у дверей всю нашу компанию. Крутил задумчиво ус Родди, как всегда одетый с иголочки, в этот раз из-за холодной погоды он выбрал шерстяной клетчатый костюм. Оперся спиной на дверной косяк и сложил руки на груди надменный Ера, одетый в элегантный черный костюм сложного кроя с многоуровневыми вставками. Задорно жестикулируя, играя лицом, что-то вполголоса им рассказывал распахнувший спортивный кожаный пиджак Кай.

Итан был напряжен, вглядывался в коридорный пролет. Его широкие плечи обтягивала белая рубашка, в отличие от остальных он практически не носил кружев. Полотнище дорогой ткани не содержало даже намека на вышивку или аппликацию, так модную среди оборотней, украшением служила только пара кожаных завязок.

Близкие мне люди. Каждый по-своему. Разные. Я улыбнулась и решительно подошла к друзьям.

- Что случилось? - сразу спросил Итан. - Ты заболела?

Он раньше не видел меня в амулете, поэтому с трудом узнал после приближения и резко заволновался.

- Аха! - сказал Кай. - Она просто в нищенском амулете, помнишь практику на третьем курсе, где мы за подозреваемыми в Депо следили? Если Мари в амулете, значит, есть причина, пошли в комнату, сейчас расскажет.

И он довольно потер руки. Вот кто любил приключения, искренне и самозабвенно. Были у меня подозрения, что именно из-за этого медоед так быстро влился в нашу компанию. Что-что, а странные тайны вокруг нас вились как пчелы вокруг сахара.

- Нет уж, - заспорила я, невольно расслабляясь, когда Итан спокойно обнял меня за талию, - я голосую за море, которое сначала вспомнил, а потом опять забыл Итан. Пусть Крис расскажет, что узнал.

- Я обратился к Персивалю, духу нашего дома, - размеренно начал Крис, когда все расселись по комнате. У Криса были дорогие апартаменты и на диванчиках легко умещалась вся компания. - Так вот, в библиотечном поиске он, к моему и собственному удивлению, нашел море в Лоусоне. В единственном источнике из закрытого раздела. Отец сам не знал об этой книге, поэтому мне повезло получить разрешение. Про море не сказал, сообщил, что прошу доступ к книге и все.

Вампир окинул нас таинственным взглядом и, остановившись на мне, продолжил:

- О море в этих краях сообщает некий Видящий в своем дневнике. Листы разобщенные, некоторых частей не хватает. Язык повествования архаичный, но захватывающий, словно песню читаешь. Суть дневника - небольшие истории. Есть про море, а одна из них - шутливое подтрунивание над могущественными созданиями, решившими создать себе бойцов.

Крис резко встал, подошел к двери и быстро проверил защитные амулеты на активацию. Все присутствующие внимательно следили за бегом изящных пальцев по кнопкам механизмов. Я лично поежилась, стараясь не слишком явно прижиматься к плечу тигра.

Развернувшись, вампир прошагал по комнате, собираясь с мыслями.

- Описанные бойцы - один в один вампиры, только могущественней, - тихо произнес он, - книга оказалась источником, по которому мой дед создал вампира Ирэн. Странная книга, листы которой совсем не похожи на бумагу, а обложку украшает необычный знак. Очень похожий на Л со штрихом. Многие из нас это Л видели.

И он жестом фокусника развернул афишу казино Лихорадка. Название украшала лихо написанная заглавная буква Л, такая же, как и на каменном фронтоне одного из самых старых зданий в столице.

- Похоже на руну, - сказал Родерик, вглядываясь в знак и любовно его поглаживая. Семейство Торшей было повернуто на рунах, и Родди не был исключением, - но я такую никогда не видел. Удивительно.

И мы посмотрели, как исчезает и появляется под пальцем криво начертанная Л.

- Вспомнил, - вдруг сказал Итан, - море было зеленым, спокойным и очень красивым.

- С твоей башкой надо что-то делать, - после непродолжительного общего молчания заметил простодушный Кай, - зачем Крису договариваться с духом дома, упрашивать отца, а потом долго рыться в старых книгах, если можно просто хорошо допросить твой что-то не то сожравший мозг.

Тигр дернул уголком рта, но не успел ответить, потому что в дверь постучали и сразу дернули за ручку. Затем еще и еще раз. Завибрировала от ударов стена.

Некоторое время мы с интересом наблюдали борьбу неизвестного гостя и артефактов Ера. Знаменитые именные защитные системы победили с блеском. Дверь стояла как влитая, даже не шелохнувшись. Крис приложил руку, чтобы отключить артефакты, но некто нетерпеливый с другой стороны двери ждать просто не умел.

- Немедленно откройте дверь, - вдруг раздалось в комнате, - именем государственного следствия. Я же знаю, что тут вся ваша компашка.

Крис молча ткнул пальцем в Итана, потом постучал себе по виску и поднял бровь. Родди и я одновременно отрицательно покачали головой.

Вампир перевел указующий палец на афишу. Мы с Торшем с сомнением переглянулись, и хозяин комнаты тут же скатал красочный лист в трубку, сунув в стол, не убирая далеко.

Тигр с интересом смотрел за нашими переглядываниями. За пару секунд мы на его глазах решили, что первое - Итана с плохой памятью не сдаем, второе - по найденному трактату и Лихорадке такой уверенности нет. Если припечет, сообщаем Дудлю о древнем трактате и руне, он с отцом Криса дружит, пусть сами и договариваются.

Легкими касаниями по защитным артефактам Ера открыл замки, дверь тут же резко распахнулась, чуть не ударив по еле успевшему отскочить вампиру.

- Верно нам сообщили, вы все тут! - обвинительно бросил Дудль, шагнув внутрь и подозрительно оглядывая присутствующих воспаленными глазами. Выглядел следователь еще более болезненно, чем в Лихорадке. Некогда с иголочки сидевший на нем мундир, сейчас смотрелся мято, жирные пятна на обшлагах сообщали, что в таком виде Дудль не раз обедал, а в промежутках почему-то не менял одежду на чистую.

- Добрый день, мистер Дудль, - доброжелательно поздоровалась я и следом остальные.

Если некто ведет себя некорректно, леди делает вид, что не замечает невоспитанного поведения, а сама ведет себя правильно. Мы в этой комнате не прятались, половина мужского кампуса видела, как наша компания собиралась у дверей Криса. Поэтому сдержанно улыбаемся и демонстрируем законопослушность.

Компания собралась обсудить учебу, закрылась, чтобы никто не мешал. Немного необычно, но криминала точно нет.

- И вам добрый день, молодые люди, - с иронией пробасил зашедший следом незнакомый мужчина, широкобровый, с грубой лепки мясистым лицом и рыхлой тушеобразной фигурой. Что-то мне подсказывало, беспардонно в дверь стучал именно он.

Дудль просто перекинул магически свой голос за дверь, выбивать ногами - не его стиль.

Мы закивали, привставали воспитанно.

Третьим зашел Люшер, сдержанно окидывая нас оценивающим взглядом. Выглядел он как всегда опасно и естественно свободно. Элегантный кожаный плащ еще времен Хакса пригодился в нынешнюю холодную погоду.

Дудль сел на стул замершего у двери Криса, обвел нас тяжелым взглядом и остановился... на мне.

- В Школе неспокойно, - сказал следователь, - оборотни дерутся, словно с цепи сорвались. Кто виноват, знаешь зачинщика, Мари?

- Не знаю, - пролепетала я, удивленная постановкой вопроса, и осторожно предположила: - Может, из-за погоды?

- Какая погода? - заорал вдруг Дудль. - В Школе ведут себя странно, не верю, что вы не в курсе ситуации. Вы же как кроты, все подряд роете. Всей своей бандой.

И Дудль обвел нашу притихшую компанию по кругу. Даже Кай не стал поправлять и комментировать «кротов».

Государственный следователь всегда отличался грубостью, но обычно шутливой, а тут на себя был не похож. Животная интуиция советовала пока помолчать.

Зато Люшер, тоже злой, вдруг сорвался на Дудля.

- Они может и роют, к этому "клубу по интересам" у меня свои претензии, но и полиции давно пора активизироваться, тоже рыть!

- Да мы ночей не спим!.. - заорал Дудль. Затем резко замолчал. Они с примархом побуравили друг друга глазами. Видимо спор был давний, а тут прорвалось на публике нечаянно, хотя участники конфликта пытались сдержаться и не выносить сор из избы.

- Уважаемые, есть информация по дракам? - уже более спокойно задал вопрос следователь. - Вы же меня знаете, лучше говорите сейчас, когда я без пыточных инструментов и лишнего от вас не требую.

Мы отрицательно замотали головами. Гордый Ера раздул ноздри.

- А как мой отец отреагирует, узнав, что вы нас запугать пытаетесь? - холодно спросил он.

Следователь задрал грязный ботинок, окованный металлом, и водрузил его на подлокотник обитого серебристым бархатом дивана.

- Твой папаша, а по совместительству и мой друг, еще и щипцы подержит, если молчать будете. Так что все рассказываете, что в Школе происходит, как на духу. Что за драки?

- О драках мы задумывались, но информацию пока не нашли, - успокаивающе зажурчала я максимально приветливым голосом, захлопала ресницами. Перебинтованные лентами ладони я старательно прятала за широкую ткань юбки. И одновременно судорожно пыталась понять, что происходит. С Дудлем у нас всегда были доброжелательные отношения, даже в Лихорадке нас быстро отпустили. А тут - трясет словно подозреваемых.

- По дракам не знаете. А что другое нашли? - прямо спросил Дудль.

Я быстро переглянулась с Крисом и еле заметно качнула подбородком.

Глазастый Дудль крякнул.

- Только сегодня, - сообщил сухо Крис, - мы узнали новую, пока неизвестной ценности информацию по Лихорадке. Отец в курсе, думаю, вам лучше поговорить с ним. Речь идет о закрытом семейном разделе библиотеки и руне, выбитой в названии.

- Еще что?

- Больше ничего нет ни о драках, ни о казино, - честно сообщила я, - хотя кроме драк в Школе и с учебой ситуация изменилась. Следаки по оценкам судейских обошли.

Третий мужчина, все это время раскачивающийся на пятках и буравящий меня взглядом, предположил:

- А что здесь особенного? Преподавать на следственном стали лучше или оборотни за ум взялись, просто начали серьезнее к учебе относиться.

- Оборотни? - хохотнул подобревший Дудль. - Мисс Ерок права, необычная ситуация. Так, что-то еще узнаете - сообщайте сразу.

Он помедлил, оглядывая наши невинные лица, освещенные готовностью помогать следствию в самой активной форме, и удовлетворенный новыми зацепками, наконец, сообщил:

- Если узнаете причину драк, сообщайте сразу любую информацию. Мне нужна помощь, ребята.

Мое сердце дрогнуло, я чуть не скосила глаза на Итана, но удержалась в последний момент. Не факт, что потеря памяти вообще важна. К дракам Итан точно не причастен, только разнимает, успокаивает ссорящихся.

- Мы сообщим, - поддержал меня альфа, обнимая за плечи.

- А ты кто такой? - вдруг рявкнул на него неизвестный. Его цепкие взгляды беспокоили меня весь разговор. Животным от него не веяло, но гость почему-то пытался ко мне принюхаться. Хотя и смотрел брезгливо.

Сюртук у него был добротный, из неизвестного мне толстого сукна. Да и стоял он по-хозяйски, даже подбоченился одной рукой. Кто-то из шишек, но вот кто. Спрашивает, как будто допрос ведет, но не из следаков, по крайней мере не столичный, тут мы уже всех знаем.

- Я - Итан Донахью, приор следственного факультета, - сообщил тигр. - Надеюсь, вы тоже представитесь.

- А я - Нестор, - заявил мужчина, - и приехал за этой девочкой. Так что тебе, Итан Донахью, лучше снять руку с ее плеча.

Воздух ощутимо похолодел.

- Мари моя девушка, - обманчиво мягко сообщил Итан, - потрудитесь объяснить столь странные требования. Не говоря о том, что без ее желания, забрать из Школы свою любимую я никому не позволю.

Впервые после потери памяти он упомянул о любви, и теплая волна счастья омыла мое быстро стучащее сердце. Пока я выжидала, настороженно поглядывая на необычного гостя. Может быть, это представитель отца?

- Не позволишь? - рявкнул мужчина. - Любимую? Не надо мне сказок рассказывать, как красавчик-приор влюбляется в замухрышку-первокурсницу. Поживиться хочешь, влияние на юную дурочку оказать?

Делающий шаг вперед с возмущенным лицом Люшер вдруг фыркнул, потом сломался и, хохоча, заколотил рукой по спинке дивана.

- Нестор, не дури, - пытался он сказать сквозь смех, - не там прессуешь.

Разозленный Итан в это время поднимался всей своей могучей фигурой, как Нестор вдруг рявкнул ему: "Сидеть!"

И по комнате пронесся вихрь давящего, почти прессующего подчинения. Не влияющего на меня, но от которого Итан должен был свалиться. Передо мной пронеслись воспоминания из тигриного клана, когда альфа не среагировал на команду Фороса, и я уже точно знала, что увижу сейчас. Поэтому бросилась на Итана всем телом, истошно причитая:

- Нет, умоляю, не надо! Не спорь с ними!

Ошарашенный тигр плюхнулся обратно на диван с моим телом чуть не поперек себя.

Я продолжала устраивать театр одного актера.

- А! Мне страшно, я никуда от Итана не поеду. Что вы от меня хотите? Я учиться хочу. Я боюсь вас, меня тошнит.

Последнее заявление сопровождалось хватанием себя за шею. Главное, не слишком переиграть, истерить я по-настоящему не умела.

Родди с Крисом суматошно забегали в поисках воды и тряпок. Они включились с секундной задержкой, но зато очень старательно и шумно, увеличивая хаос.

Кай ничем помочь не мог, он с трудом восстанавливал дыхание, вжатый в сиденье прямой командой примарха. А Итан, наконец, сообразил, что надо делать, и просто меня держал, изображая бессильную неподвижность на глазах разъяренного примарха.

- Ненавижу бабские истерики, - рявкнул Нестор, - скажу кратко - мисс, вы собираетесь и едете знакомиться с нашим Советом, а затем примете обязанности, положенные вам... хм... по статусу.

- Они все в курсе, кто она, - сообщил Люшер полному грубияну, - тут слаженная команда, хотя и выглядят несолидно. Но я попросил бы тебя - повежливее с девушкой. Поехать она с нами должна, тем более в нынешней ситуации, я с тобой согласен, но говори с ней - уважительнее.

И он, и Дудль помогать мне не бросились, смотрели иронично за всей нашей суетой. Сути ее два умудренных опытных бойца не понимали и это им не нравилось, но поведение Нестора раздражало, поэтому наш спектакль не раскрыли.

Люшер только отстранил подающего мне бокал воды Криса, присел рядом.

- Мари, это действительно важно, ты должна быть представлена в Совете примархов. Шакир официально передаст тебе дела и ответственность...

Я резко села, сжав кулаки.

- Мистер Люшер, я - совершеннолетняя. Меня нельзя вывезти, - Нестор хохотнул, и я метнула на него колючий взгляд, - вы можете меня просить или приглашать, но никто не имеет права от меня что-то требовать, я свободна.

- Увы, - грустно сказал Люшер, погладив меня по руке, и, удивленно подняв бровь, когда заметил ленты на них, - мы не свободны. Давай поговорим наедине, спокойно? Я все расскажу.

Он смотрел мне в глаза. И как бы я не была не согласна с этим дурацким предложением, поговорить имеет смысл. По крайней мере, расспросить что такое Совет примархов, и что они хотят на меня взвалить.

- Я сейчас подойду к деканату, - хмуро сказала я, - но сразу говорю, я никуда не поеду.

Далее спорить не было смысла. Мы выдохнули облегченно, когда примархи и Дудль вышли из комнаты. Следователь слегка качнул головой при выходе, значит, тоже хотел встретиться.

- Дудль будет за нас, - сразу сказал Родди, когда дверь закрылась, - ему отъезд Мари совершенно путает карты.

После быстрого совещания я с трудом уговорила Итана подождать меня вместе с остальными. Тигр настаивал на сопровождении, обещал не вмешиваться, ему очень не понравились примархи. Но еще одна команда Нестора, и он может себя невольно выдать. Поэтому я была тверда - схожу одна.

Поцеловала наскоро в теплую щеку с золотистыми волосками, с трудом отодвинулась. И пошла на разговор, прокручивая в голове, кто еще может встать на мою сторону. Не будут же примархи меня увозить силой, волоча по двору и приказывая оборотням защищать отход. Представленная картинка мне сильно не понравилась, я морщилась, и не сразу заметила гибкую фигурку в элегантной сиреневой накидке.

А когда, наконец, поняла кто это, остановилась, пытаясь восстановить сбитое дыхание.

На входе в центральный корпус стояла мисс Ирэн, бывшая преподавательница по криминалистике, по совместительству мутант-вампир, результат магических экспериментов семьи Ера. От холода ее щеки нежно розовели, каскады белокурых локонов ниспадали по плечам и груди. Как всегда - прекрасная, свежая, выглядевшая лет на двадцать. Будто и не было смертей в городе и Школе, тайной договоренности между нами, ее торопливого отъезда под благовидным предлогом.

Мисс Ирэн мило общалась с обступившими ее восторженно гомонящими студентами, подняла голову, увидела меня, улыбнулась и помахала рукой.

Можно было пройти мимо. Но если я задержусь на беседе с примархами, а Ирэн упорхнет, я так и не узнаю зачем она явилась, а потом может быть слишком поздно. Случилось что-то из ряда вон выходящее, если она решилась на возвращение. Неужели Ирэн не осознает, что старший Ера узнает о ее приезде неминуемо? Или она надеется, что я так и не поговорила с Крисом и его семьей, не узнала ее историю?

Я остановилась в паре шагов от болтающей группы, сложила руки на груди и нахмурилась. Снега не было, но ветер по-прежнему пронизывал холодными спицами. Погода точно отражала мое настроение.

Ирэн еле заметно мне кивнула, обвела взглядом студентов и сказала:

- Еще увидимся, мои дорогие, мне необходимо отойти по важному вопросу, прошу простить.

И, рассыпая улыбки и воздушные поцелуи, прощаясь, двинулась прямо ко мне.

- Довольна? - напряженно сказала она, продолжая при этом ослепительно сиять. -Что тебе надо? Ты же сама требовала, чтобы я не возвращалась. А теперь начинаешь шантажировать? И это - хваленое слово чести, которое ты мне так пылко давала?

Боюсь, я не удержала лицо. Что?! На секунду я даже подумала, что ослышалась.

Проходящая мимо Глория стрельнула любопытными глазами и присела недалеко на лавочку, стуча зубами, но старательно делая вид, что кого-то собирается ждать.

Ирэн бросила на ее голые коленки в чулках быстрый, чисто женский оценивающий взгляд, развернулась и двинулась прогулочным шагом, отдаляясь от центральной дорожки и любопытных наблюдателей. Слишком многие сейчас слонялись между корпусами, не зная куда потратить время неожиданно отмененных занятий. Народ кутался почти по-зимнему, но активности не терял.

Поспешив за Ирэн, я растерянно пробормотала:

- О чем вы? Почему приехали?

- Да, я приехала. Радуйся. Ума не приложу как ты меня нашла. Что хочешь, говори прямо!

Она резко развернулась и раздраженно топнула ножкой.

- Ты хоть понимаешь сколько времени, сил и средств требуется для адаптации на новом месте? Я дом купила! Практику открыла! И куда это все теперь?

В ответ на обвиняющие взгляды я постаралась взять себя в руки и успокаивающе ответила:

- Ирэн, подожди. Не понимаю, о чем ты. Я тебя не искала. Да я понятия не имела, где ты прячешься!

Она вздрогнула и на меня слабо качнулась волна сдерживаемого страха.

- Как не ты? А письмо?

Девушка затрясла сумочкой, раздражительно в ней роясь, вынимая предметы и тут же закидывая их обратно. Найдены были несколько любовных записок, косметические цилиндрики и мешочек с визийскими пряными конфетами-орешками. Ирэн нервно съела одну, щуря глаза и пытаясь вспомнить где оставила письмо.

Протянутую мне конфету я покрутила, но есть не стала. Кто же отослал от моего имени письмо? Кто нашел Ирэн и спровоцировал ее на приезд?

В вещах! Я его точно не выбрасывала, хотела его тебе в лицо швырнуть, -решительно сказала Ирэн и пошла по дороге. - Вот ответь мне, Мари, если хочешь швырнуть письмо в лицо наглой девице, как можно так разволноваться, что оставить его в сумке? Совсем сдали нервы.

Она начала тихо ругаться сквозь зубы, успевая при этом раскланиваться со знакомыми и мило кивать по сторонам.

У въезда в Школу стояла небольшая карета с сонным кучером. На крыше, на запятках, даже привязанные по бокам висели сумки.

-Ты мне... или тот, кто написал письмо за тебя, приказал приехать со всеми вещами, - горько сообщила она и открыла дверь в карету. В огромный тканый баул ей пришлось залезть почти с головой, пока не было найдено таинственное сообщение.

- Вот! - промолвила Ирэн, доставая сложенный лист. - Точно твой почерк, Мари, я его прекрасно помню. Читай!

И сунула под нос, открывая. Я наклонила голову.

В лицо с резко подкинутого листа взлетела желтоватая порошкообразная взвесь. Обсыпало нос, щеки, губы. Я пыталась отшатнуться, но сильная неестественная слабость замедлила мои реакции.

Сильный пинок в спину, и я лечу в глубину кареты.

Вокруг туман, все кружится. Знакомый сладковато-гнилостный запах. Я, медленно падая на пол, вспоминаю порошок Акулы, которым он травил жертв для жезла Варрана.

Мне хочется кричать, но звуки вязнут в горле. Жертвы в Хаксе получали пару гранул, а в меня только что влетело минимум грамм сто. Слизистые жгло огнем, но я не издаю даже шипения, только плыву в вязком облаке тумана. Молчаливая как бревно. Какая же я идиотка.

- Зря конфету не съела, - раздался спокойный голос вампирессы. Мои ноги деловито перекладывают. - Теперь боль будешь чувствовать, милая. Ты, кстати, уже в курсе, что мы - родня? Ты, оказывается, моя очень дальняя, но сестричка, а Крису своему - тетечка. Помню твою семью... Как только жизнь Ера не связывает.

Дверь хлопает так, что у меня звенит голова. В висках отбивает, как будто там расположились «часики Дудля». Они делают "Бом" и трясется все тело.

- Хватит! - наступает на меня ножкой блондинка. Я молча бьюсь в конвульсиях и ее это раздражает. - Прекрати трястись!

Звук голоса Ирэн режет мой разум на тонкие безумные дольки, почему она не замолчит.

- Сука, - взвизгивает моя похитительница, потому что мои животные реакции вяло, но дают о себе знать, Лезвия вылетают из рук и пробивают сиденье вместе с ее ногой. - Я к тебе как к родственнице, обезболивающее подсовываю, а ты меня резать?

Она еще что-то говорит, но громкий тон ее голоса окончательно отправляет меня в стан бесконечного гула. И это хорошо, потому что здесь не больно.

Примархи, наверное, подумают, что я сбежала от ответственности.

А что решат друзья, Итан, от предложения проводить которого, я так упрямо отказывалась?

Я уплываю. На много часов. Мои глаза крутятся, мозг что-то считает и вспоминает. А тело совершенно не чувствует, как карета останавливается и меня вносят в величественный старинный особняк.

- Вы действительно результативны, как о вас и говорят, - обращается к скромно потупившейся мисс Ирэн приятный седовласый мужчина с яркими молодыми голубыми глазами, - передайте, что я нисколько не жалею об уплаченной сумме. Вы лучшие. Жаль, не довелось увидеть вашего таинственного напарника.

- Я передам ваши добрые слова, - говорит брюнетка, прикрывая широким подолом платья раненую ногу и не замечая, как добродушное лицо мужчины презрительно кривится, - у него сейчас другой заказ, но он полностью в курсе. Держите снадобье. Щепотки с утра и столько же вечером вам хватит, чтобы держать девочку в полудреме. Кормите из ложечки, поите чаще. Все рефлексы у нее будут сохранены. Кстати, когда ее нужно будет вернуть в Школу?

- Примерно через неделю-две я сообщу и заберете.

Мужчина кивает. Карета срывается с места, увозя хорошенькую быстроглазую наемницу.

Перед задумчиво смотрящим на дорогу мужчиной склонился почти в пол слуга в расшитой ливрее: «Гостья размещена, глава».

А брюнетка в уезжающей карете стащила с себя парик, убрала защечные увеличители и болезненно поморщилась.

- Проще было убить страшилку, не понимаю, зачем эти хитрости, - пробормотала мисс Нэри-Ирэн, откидываясь на мягкие подушки. Рана на ноге не собиралась затягиваться, и это ее бесило.

Глава 11. Мне плевать что вы обо мне думаете, я о вас вообще не думаю

7 spit what you think about me, about you, I do not think" (присловье)

Когда через час в комнату Криса ворвался злой Нестор, друзья увлеченно обсуждали что может обозначать необычная руна.

- Где Мари? - спросил примарх. - Почему мы должны ждать сопливую девчонку, не понимающую ответственности...

Он оборвал речь, явно приготовленную для других слушателей, и недовольно задергал носом. В Несторе было больше животных движений, чем у других примархов, он совершенно не напрягался излишним контролем и тем более не собирался себя облагораживать, чтобы стать похожим на обычного человека.

- Куда она могла деться? - спросил он и уже собирался отправить этих молодых людей на поиски мисс Ерок, но не успел.

Студенты сорвались практически мгновенно, толкаясь у входа и невольно вынеся за дверь гостя, не ожидавшего такой реакции.

- Крис и Кай, на вас общежитие, - без грана сомнения взял на себя командование Итан, - обходите все этажи, трясите всех, расспрашивайте, заставляйте знакомых тоже искать. Мы с Родди берем на себя двор и дорогу до деканата. Если что, оборачиваемся во дворе и ищем след. Как приор, я сейчас же запрошу у декана официальное разрешение на экстренное трансформирование на территории Школы.

- Подождите, - повысил голос оставшийся позади Нестор, - она могла задержаться, пофлиртовать со знакомым, поболтать с какой-нибудь подружкой о тряпках. Мало ли с кем первокурсница...

Дальше его никто не слушал, парни сорвались на бег.

- Исчезнуть на полный час, дав слово появиться на встрече, это не в духе ответственной Мари, - ответил вежливый Родди, на пару секунд задержавшийся у лестницы, - что-то точно случилось.

Он вежливо махнул шляпой, зажатой в руке, и заспешил вниз.

- Так, - произнес оставшийся в пустом коридоре мужчина. Если бы его мозг не умел гибко обрабатывать появившуюся информацию, он бы не прожил жизнь одного из самых старых примархов.

Нестор ловким движением на первый взгляд толстых пальцев свернул вытащенного из рукава летуна и запустил его в воздух, даже не надписывая.

- Разрешение им подавай, официальное, - бормотал он, возвращаясь в комнату и с трудом снимая чересчур плотно пошитый шерстяной костюм, рубашку, нательное белье, прилипшее к крупному телу. То, что в одежде смотрелось полнотой, оказалось мускулистой горой тяжелоатлетической формы без капли жира. Обнаженный, совершенно этого не стесняющийся, Нестор присел на корточки у края дивана, где сидела девушка и шумно вдохнул.

- Течка, - сказал он, досадливо поморщившись, - похитители могут использовать, если уже своей дрянью местные студентики не нафаршировали. Хотя... лишнее потом уберем и будет как новенькая.

Не вставая, он дрогнул телом, закрыв глаза и прижавшись носом к обивке, вдыхал с улыбкой запах. Несколько секунд. И Нестор превратился в светло-желто-пегую тушу медведя, с криво торчащими из пасти клыками, маленькими глазками и крошечным хвостиком на белесом заду.

Зверь глубоко вдохнул запах, ерзая мордой по дивану, потом развернулся и, на вид неуклюже косолапя, потрусил вниз.

Он отчетливо слышал, как на этажах внизу бегали и возбужденно переговаривались люди, как напряженно перекликались голоса во дворе. Но скорее отмечал, чем серьезно обращал внимание на эти шумы. Сейчас Нестора заботило только одно -тонкий, совершенно обычный запах человеческой девушки, окрашенный ошеломительной приправой в виде приглушенного, но ни с чем не сравнимого запаха здоровой течной суки, готовой зачать, выносить и родить потомство. Потомство от самки-примарха - бесценная возможность для него самого и остальных собратьев.

От нее родятся отличные оборотни-сосуды для силы, которых можно вырастить телохранителями и помощниками.

Нестору было все равно, была ли добра и умна эта прыщавая юница, скорее всего -да, если о ней так волновались друзья. А, может быть, она умела оплетать парней нитями зависимости, лестью, хитростью или, оплачивая своим телом, как угодно, ему было совершенно все равно.

Если сила Шакира перешла к дочери, значит, мисс Мари Ерок была достойна награды, а следовательно, должна была принять на себя ответственность за свою часть земель как примарх. А, по мнению Нестора, еще и спариваться с самыми сильными особями, то есть примархами, как можно чаще, чтобы дать максимально жизнеспособное потомство. Обязанность, которую не все самки понимали сейчас, не то что в его время.

С другими примархами эту тему медведь еще не обсуждал, да и не время еще, сначала нужно забрать девчонку, а там никто против не будет. Девочка, конечно, не такая красотка как готовые на все милашки из обслуги, но лицо в этом деле не главное. А фигурка у нее - вполне.

Аромат вывел его во двор. У центрального здания уже стояли Люшер и Дудль, выскочившие на его письмо, послужившее сигналом срочного сбора.

- Я говорил вам, что такая задержка ненормальна, но у вас же на все есть объяснение, - с досадой сказал Дудль, растирая ноющие виски.

- Туда, - пробурчал Нестор, предпочитающий забывать свои ошибки сразу после их совершения, и двинулся по центральной дороге к выходу из Школы. К своему удивлению, он увидел на въездной зоне всю знакомую студенческую компанию: вампира, мага, оборотня-медоеда и золотоволосого красавчика, который заявил, что он пара девчонке. Они носились на небольшом пятачке поворота для карет.

Маг с вампиром прижали к будке дежурного сторожа, что-то вполголоса ему втолковывая.

А оборотни держали за руки и трясли испуганную хорошенькую мисс, чьи стройные ножки подламывались от страха.

При виде медведя необычного вида, девушка закатила глаза и попыталась упасть в обморок, но медоед что-то прошептал в ушко, и красотка передумала.

- Я ее не узнала, - слабо проговорила она, жалобно поднимая брови, - удивилась, когда к ней подошла очень красивая леди и начала кричать. Мари со всем соглашалась, скукоженная была, будто поймали на нехорошем. А дальше я не видела, они ушли.

- Охранник ничего не видел, - сообщил расстроенный вампир, подходя к оборотням.

- Надо искать! - зарычал тигр. Его лицо плыло волнами, едва не прорываясь золотисто-рыжей кошачьей мордой.

- Уймись, - веско сказал Нестор, присаживаясь огромным задом на дорогу, - теперь это наше дело.

Ситуация, конечно, выглядела неприятно, но сейчас полиция оцепит город. Ту леди, которая забрала с собой девушку, быстро найдут. Скорее всего родня по матери поймала девчонку на чем-нибудь горячем и потребовала ответа. Даже хорошо, если пару часиков дуреха понервничает, покладистей будет по возвращению. Какие там могут быть неприятности у первокурсницы?

Почему ему о ней рассказали только сегодня, давно бы уже вопрос решили, а не теряли время на лишние поиски.

- Берем под контроль, - согласился Дудль, включая поисковые артефакты, замеряя ближайшие активности. С точки зрения Нестора государственный следователь слишком суетился, видимо, осознал ответственность за кровь примарха. Лучше бы о часах больше думал. Медведь считал, что зря следователь медлит, и не пройдется катком по всем городским Крыльям. Если кто и может быть виновным в запуске Часов Последнего Времени, так это пиявки.

- Не лезь, - намекающе сообщил Дудль Итану, - найдем мы Мари, вовремя спохватились, я сейчас город перекрою и разыщем по-быстренькому.

Но тигр несогласно покачал головой. Он шумно дышал, грудная клетка ходила ходуном, заставляя трещать тонкую ткань рубашки.

- Она моя пара, я буду искать, - мрачно сообщил он, начиная решительно стаскивать с себя одежду.

- Прекратить! - командно бросил Люшер. Но тигр продолжил раздеваться, не обращая внимания на то, как присели от звука влияющего голоса Глория и Кай.

- Итан, немедленно остановись! - повторил примарх, усиляя воздействие.

Фигура полуобнаженного молодого человека подернулась дымкой и на дороге оказался золотой тигр.

- Лежать! - это рявкнул уже Нестор, присоединяя свою команду к голосу собрата. Но тигр прижал нос к дороге, махнул хвостом и в пару прыжков скрылся за поворотом улицы. Медвежий примарх, от удивления сначала чуть не завалившийся на спину, вскочил и, оглушительно рыча, сбивая маршрутные столбы и городские урны, рванулся следом.

Глава 12. Что ни попадается в его сети, все рыба

"All is fish that comes to his net" (поговорка)

Я пришла в себя, когда мое тело осторожно приподнимали, усаживая, подпирая со всех сторон чем-то мягким.

Мир кружился, и некоторое время я выжидала, когда же он остановится, пока не пришло понимание, это не мир дергается. Это кругами вертелись мои глаза, самостоятельно.

В фермерском человеческом городке Ньюберге, где я провела подростковые годы, на воскресных молитвенных собраниях нам рассказывали, как в обычного хорошего человека могут вселяться ужасные злые духи. От внутренней боли пожираемый духами несчастный выгибался в дугу, глаза бегали по кругу, рот выкрикивал пророчества.

Из трех симптомов подселения пока наличествовал только один. Хотя, возможно, что не дух подселили, а скорее меня отселили, потому что я не ощущала себя, ни рук, ни ног. Но ухаживающий за мной человек абсолютно не пугался странностей.

- Надеюсь, ты не против, если кормить тебя буду я сам? Давно не ухаживал за девушками, даже жаль, что ты сейчас ничего не соображаешь. Иногда я скучаю по простым разговорам.

Мужчина пригладил мои волосы, расправил покрывало на коленях. Я не могла сфокусироваться, чтобы понять кто этот человек и где нахожусь. Мелькали светлый потолок и мои руки на покрывале, потом опять потолок.

- Попробуй, это питательно.

Челюсть оттянули вниз, и холодная ложка заелозила по языку, нырнула вглубь. К своему удивлению, я успешно, без сознательного усилия проглотила теплое месиво.

- Умница, - голос приятный, с бархатной хрипотцой, очень мужской. От рук пахло травяным мылом и знакомым сладковатым ядом. - Пройдет совсем немного времени, и ты станешь еще умнее, и уж точно - красивее. Наши хозяева будут гордиться тобой, и у тебя появится иной смысл жизни, нежели обслуживать столичных юнцов и заучивать скучные законы, которые скоро отомрут за ненадобностью.

Я бы передернулась, если бы тело подчинялось мне хоть немного.

- Интересно, детка, почему ты не пахнешь оборотнем? - его голос напрягся. Приблизилось полуразмытое лицо, мужчина шумно принюхался.

- Чтоб его небо об землю, - пораженно пробормотал он, - течка. Ты или недавно обернулась впервые, или решила это сделать прямо в моем доме. Надеюсь, это не повлияет на ритуал.

Уже в молчании меня докормили. Каша была совершенно невкусной, но глотала я ее послушно.

Тихий стук в дверь нарушил некоторую напряжённость ситуации, наличие течки явно не понравилось моему "кормильцу".

- Я принесла ночную рубашку, - прозвучал высокий женский голос, - гостью лучше переодеть, глава. И мыть потом будет удобнее.

То есть они даже не рассчитывают, что я смогу ухаживать за собой самостоятельно? Когда я теряла сознание, самой горькой мыслью было, что меня могут убить. Но, если меня продали в какую-нибудь из сумасшедших сект, моя судьба может быть намного хуже, чем смерть.

Разум панически забился в пустой коробке неведомой мне тюрьмы, откуда я могла смотреть и слушать, но совершенно не имела возможности влиять на происходящее.

По комнате прошлись. Мужской голос раздался с более удаленного расстояния:

- Элси, а почему рубашка из грубой ткани?

- Нууу, - женщина явно подыскивала ответ, - все равно выбрасывать потом, вот я и...

- Завтра купишь пару хороших рубашек из тонкой ткани, - мужчина говорил спокойно и доброжелательно, но я почувствовала, как резко задрожали руки той, что касалась меня.

Она что, собирается меня переодевать в присутствии мужчины. Я напряглась... Еще... И смогла согнуть мизинец. На этом мои успехи закончились, контакт с телом иссяк.

Порывы прохладного воздуха. Эти минуты превратились в изощренную пытку. В полной тишине, прерываемой только шелестом ткани, меня полностью раздели. Хорошо, что женщина спешила, и мое уничижение длилось не долго. Служанка буквально сдирала с меня верхнюю одежду. Панталоны она оставила, к моему облегчению, а вот чулки рванула так, что стукнули пятки.

Рубашка была натянута также бесцеремонно.

Все это время я пыталась представить, что нахожусь вообще не здесь. Я пыталась в своих фантазиях бегать по саду, нюхать цветы и петь романсы. В результате я злобно прыгала на клумбах, выдрала голыми руками заросли колючего вьюжика и спела пару скабрезных песенок, которые иногда напевал Кай. Раньше мне казалось, что я не прислушивалась что он там поет, но, как оказалось, каждый пошлый куплет я помнила дословно.

Меня кидало от состояния жгучего стыда до праведной ярости. Внутри. Внешне я валялась бревном.

- Все, - сказал мужчина, - можешь идти.

Недоуменное восклицание, стук каблучков, скрип двери.

По моему лицу плавно прошлись касанием пальцев.

- Такая плохая кожа на лице.

Поглаживание у ключицы.

- И такой чудесный покров на других участках. Девочка-загадка, поделись со мной, что скрываешь. И для чего носишь магический амулет.

Он поддел его пальцем и потянул наверх, снимая.

И - громко замысловато выругался.

- Ты слишком красивая, - с сожалением сообщил мужчина, - зовущая и порочная как сам грех. Но я давно свободен от зова молоденьких самок, это я вас использую, а не вы меня. Но от детей придется прятать, им нельзя тебя увидеть.

Его голос повышался с тихого шепота до громкого, чеканного заявления. И завершился почти нежно. Гулял как волнами.

Упоминание детей в таком контексте звучало для меня неожиданно, вот уж не ощущала я в себе опасности для малышей. Хотя я сейчас была безобидна даже для жуков.

- Что же мне теперь с тобой делать?

Пальцы неизвестного едва коснулись стопы, погладили ее легко, играя незнакомую мне беззвучную мелодию. Нежно погладив, перешли к щиколотке. Потом исследующе обвели кругом коленную чашечку. Край длинной ночной рубашки пополз по ноге. Это он так не поддается соблазну?

Когда ткань поднялась дальше, я сосредоточилась на управлении пальцами рук, еще и еще раз напрягаясь в изматывающих порывах. Меня до дрожи пугал этот тип, его диалог с, как он думал, потерявшим разум телом.

- Все основные реакции работают, - рассудительно сообщил бархатный голос, -значит, ты можешь не только есть и дышать. Нам придется провести вместе две недели, и с такой внешностью, даже под амулетом, я не могу рисковать, поручая тебя, красавица, другим. Амулет обязательно снимут при купании или кормлении, и в неконтролируемом порыве дети могут испортить и тебя, и весь план. Придется самому посидеть рядышком. Ты поможешь не заскучать мне, а я - тебе, правильно?

И он рассмеялся, как вода застучала по камешкам, завораживающе. Я вспомнила как умело использовал магию и силу своего голоса Змей Форос, как огнем она вливалась в уши, трепетало сердце от фантастического звучания. Здесь все было не так. Сам голос был не магическим, а природно великолепным. Честно заявлял о своей уникальности, завоевывая постепенно, с каждым словом.

Как будто мой человеческий слух адаптировался к нему и начинал считать именно такое извлечение звуков идеальным. Желал слушать и слушать бесконечно.

Перед глазами крутился потолок, с огромным трудом я заставила мизинец на второй руке согнуться.

А подол моей рубашки подняли на безумный уровень до бедренных косточек.

- Будем считать, что ты подарок от хозяев, краткая передышка на бегу, - заявил мой похититель и погладил по панталонам.

В дверь еле слышно постучали.

- Что еще? - рявкнул мужчина, резко прикрывая меня тканью покрывала. Если бы я могла дрожать от страха, я бы давно дрожала. Этот человек пугал меня, ужасал, не давал укрыться. Ко мне отнеслись как к кукле, используя, манипулируя. Равнодушное давление проникало во все поры, выкручивая волю.

Визгливый женский голос от двери пытался говорить тихо, время от времени взлетая режущими звуками. Резко контрастируя с четким мужским тембром.

- Ладно. Ради руны я съезжу сам, это великое событие. Оставляю тебя главной, Элси. К девушке никого не пускай. Утром дашь щепотку вот этого порошка, сейчас лучше не давай, боюсь, у нее отравление. Надеюсь на тебя, милая.

- Спасибо за доверие, глава.

Когда мужчина ушел, я перевела дыхание. Утром - в моем распоряжении вся ночь, я смогу бороться...

- Оу. Вот ты какая, значит. И у тебя отравление, - тонкий голос пропел это слово, -отравление - это хорошо. Пусть будет побольше отравления.

Мою челюсть оттянули, и на язык насыпалась не щепотка, а целая горка порошка. Как только рот закрылся, абсолютно механически я сглотнула, принимая смертельную дозу.

Женщина, видимая для меня как размытое пятно, но достаточно яркое, чтобы определить, что одета она в красное платье, ушла, аккуратно прикрыв дверь.

Недаром глава просил ко мне никого не пускать, но прежде всего надо было не пускать эту женщину.

Я сосредоточилась и смогла приподняться на локте, в стонах и ругательствах. Необходимо было избавиться от яда. И постараться сбежать. Только как это сделать, если конечности еле двигались. Подтягиваясь на дрожащих руках, я подползла по кровати к окну, скрюченными пальцами отодвинула штору, чтобы понять куда меня привезли.

И наткнулась на ошеломленный взгляд ярко-зеленых глаз. Юный молодой человек смотрел на меня с другой стороны стекла. Я застала его подтягивающимся на балконных перилах. Аккуратно одетого, в сложно завязанном шелковом галстуке и изящном костюме с модными в этом сезоне блестящими вставками.

Он хищно уставился на меня, подняв и так и не опустив ногу через балюстраду. Его взгляд обежал мое лицо, рассыпанные по плечам темные локоны и распахнутый ворот ночной рубашки с почти полностью обнаженной грудью.

Парень сглотнул, а потом залез уверенно на балкон, дернул на себя раму, открывая окно, и повелительно сказал: - Привет, сестра, а почему ты не выходишь?

Глава 13. Одежда делает человека. Голый мало или совсем не влияет на общество

"Clothes make the man. Naked people have little or no influence on society" (пословица)

- Я болею, слабая, - честно призналась я сиплым голосом, - поможешь подняться?

Часть букв не хотели произноситься, язык заплетался, но юный джентльмен в балконном пролете вполне меня понял.

Он пожал плечами, легко перемахнул через подоконник, приземляясь рядом со мной на вплотную расположенную под окном кровать. На шее у него висела непонятного вида кожаная маска, отдаленно похожая на респиратор. При этом на ней не видно было закрепленного артефакта очищения воздуха, то есть функцию маска несла скорее декоративную.

- Ты в курсе, что у тебя глаза дергаются? - спросил новый знакомый, независимо оглядывая комнату.

"Дергаются - это хорошо, - подумала я, - раньше они еще и кружились. И, если я не решу быстро вопрос с ядом, то скоро мне будет все равно, что происходит с глазами".

- Пройдет. Помоги до туалетной комнаты добраться, пожалуйста, - заскрипела я.

Гость изящно соскочил с кровати. Он вообще был полон изящества и непринужденности, как профессиональный танцор, с отточенными движениями и выверенностью жестов.

Белокурые ухоженные волосы распадались волнами по сторонам утонченного, картинно красивого лица. Губы капризно искривились.

- Нам запретили ходить в это крыло, но даже если ты заразна, я не заболею. Зато получилось тебя увидеть. Не люблю чего-то не знать.

Он подхватил меня за талию, стаскивая с кровати, перекидывая руку через свою шею.

- Ты вкусно пахнешь, - заявил юный наглец, бесцеремонно зарываясь носом мне в волосы. - Меня зовут Марком, я попрошу главу поселить тебя ко мне, когда ты выздоровеешь.

Иногда я жалею, что вместе с трансформацией избыток магических сил преобразил мою внешность. Каждый мало-мальски доминирующий самец норовил поорать "моя" и утащить к себе в пещеру.

Практически никого не волновало, что я думаю по этому поводу. Для завоевания моего сердца они рассчитывали пару раз грозно прикрикнуть, нахмуриться потеатральнее и побить пару похожих на себя конкурентов. После этого девушке полагалось восхищенно ахнуть и заявить миру о своей полной принадлежности самцу.

- Приведешь себя в порядок - крикни, - все таким же повелительным голосом заявил юный властелин местного масштаба, заведя меня в аскетичную, совершенно пустую туалетную комнату, с серыми неровно выкрашенными стенами.

Какой "хороший мальчик". Даже в болезненном состоянии я прекрасно осознавала полезность знакомств в стане врага. Этот парень выглядел разбалованным, но не окончательно испорченным. А значит, как только я хоть немного приду в себя, осторожно его расспрошу куда я попала.

Как только закрылась дверь, я принялась вызывать у себя тошноту, пытаясь расстаться с лекарством. Руки тряслись, мешались волосы. Хотелось плакать от досады и бессилия.

И хотя я пыталась производить как можно более тихие звуки, боюсь, слух оборотня, а молодой человек был однозначным оборотнем, должен был уловить все происходящее. Наконец, у меня все получилось, я выплюнула остатки скопившейся во рту кислой слизи и несколько раз прополоскала рот.

Надо побыстрее искать выход или придется драться, так как еще раз позволить накормить себя ядом я была категорически не готова. Интересно, кем для издевавшегося надо мной мужчины была милая Элси. Уж точно без романтических чувств дело не обошлось. Только обиженная и несправедливо забытая женщина может так молниеносно жестоко обойтись с соперницей.

- Тебе лучше, сестра?

Когда я, качаясь от слабости, показалась в дверях ванной комнаты, мой необычный гость валялся на кровати и с интересом крутил найденный им на прикроватном столике амулет.

- Твоя игрушка? Страшненькая. Глава запрещает носить вещи из дома, так что лучше тебе ее хорошенько спрятать.

- Помоги мне, пожалуйста, не могу ходить.

После этих слов он с готовностью подскочил и подставил локоть.

А без личных просьб джентльмен, получается, и пальцем не пошевелит. Очень необычный и совершенно невоспитанный молодой человек.

С трудом перебирая ногами, почти повиснув на новом знакомом, я добралась до кровати.

- Странная ты, - вынес он вердикт, тут же укладываясь рядом, - обычно в дети берут самые сильные экземпляры. Но глава не ошибается, значит, что-то в тебе есть.

Он с интересом заглянул мне в ворот рубашки и одобрительно скосил рот. Я запахнулась подрагивающими пальцами, и Марк недовольно нахмурился. Гость совершенно не скрывал эмоций, легко переходил от одного чувства к другому, практически их не смешивая, играючи.

- Я старший из детей, - сообщил он мне и похлопал покровительственно по плечу, -держись меня и встретишь хозяев в числе первых.

- Хозяев? - осторожно спросила я. Насколько помнила из теории скрытых допросов, лучшей методикой сбора информации были даже не сами вопросы, а отдельные слова. Повторяешь слово, которое вызвало наибольший интерес, и собеседник неосознанно реагирует, начиная рассказывать в нужном направлении.

- Хозяева скоро придут к детям, - заученно произнес Марк, - они создали нас, они могут использовать нас.

- Создали нас? - продолжила я очень осторожно расспрашивать молодого человека.

- Ну не нас, - смутился он, - они создали примархов, а примархи уже создали нас. Я не очень силен в истории, постоянно путаюсь. Глава говорит, что у меня большое будущее, хотя некоторые предметы надо обязательно подтянуть.

- Я тоже не сильна в истории, - напряженно произнесла я, - и кто кого создал?

- Хозяева создали примархов, Хвостатые Враги - древних вампиров. Но мы сейчас все дружим, - непонятно объяснил Марк, - глава говорит, главное - вернуть старые времена, встретить хозяев. А вот потом покажем пиявкам кто владеет миром.

Юный красавец зубасто улыбнулся, сверкнув на меня изумрудными глазами, полупрозрачными, с искрами на дне.

Все-таки секта: что-то возвращают, кого-то встречают. Непонятно только зачем им я.

Пока я задумчиво жевала губу, дверь распахнулась с силой, от пинка.

- Уйди с кровати, Марк, - обманчиво мягко сказал обладатель знакомого мне голоса. Синеглазый, седой, с приятным лицом, совершенно мне неизвестный. Если не считать предыдущего небольшого его знакомства скорее с моим телом, чем со мной лично.

- Глава, - Марк встал рядом с кроватью и почтительно склонил голову.

Глава 14. Ты - то, что ты ешь

"You are what you eat" (поговорка)

В это время недалеко от Лоусона. Краткая зарисовка для читателя, который "все видит"...

- Ваша задача: контролировать посты на подходах, отвечать за белую часть периметра Тишины и подвести Любимицу на коктейль-паузу.

Мастер Дьюк, недавно избранный Главой Белого Крыла и первый раз созывающий всех вампирских лидеров на встречу Тишины, едва заметно нервничал, наставляя двух своих личных помощников.

Тишина - знаменитый курган, куда вампиры не допускали случайных гостей. Крис здесь оказался впервые, из-за временного назначения помощником мастера Дьюка, и теперь озадаченно посмотрел в сторону трехметрового в высоту каменного куба, каким-то чудом водруженного на вершину кургана.

Ера прикидывал, как будет закидывать наверх хрупкую белокурую Лолу, нынешнюю Любимицу Дьюка, по собственной воле ставшую инициативным донором главы.

Древние вампиры не использовали государственные банки крови, питаясь только от инициативных доноров - взрослых людей, осознанно и официально заключивших договор с вампирами. И уже месяц Лола, юная, легкомысленная и порывистая, была радостью и развлечением, глотком свежего воздуха для Древнего вампира.

Сейчас она стояла вместе с представителями Белого Крыла, глаза девушки восторженно блестели. Тонкое кружево практически прозрачного платья и блики многочисленных факелов превращали и так прелестную юницу в волшебную красавицу из сказки.

Когда Кристофер еще жил в Замке, он всячески поддерживал Любимицу, помогая пережить естественные треволнения человека, проживающего среди вампиров, успокаивал ее метания и эмоциональные всплески.

- Крис, а Дьюк меня любит? - затаив дыхание, спрашивала красавица, дергая Ера за рукав почти каждый завтрак перед его отъездом в Школу.

- Мне кажется, неравнодушен, - уклончиво, но многообещающе отвечал он девушке, невольно отводя глаза. Дьюк не раз звал его присоединиться к вечерним игрищам с Лолой, хотя и категорически запрещал мужчинам флиртовать с ней в свое отсутствие. Любимица главы могла быть использована другими только с разрешения и в присутствии главы.

Крису, который принципиально из всех возможностей Белого Замка пользовался только жадным умелым ртом влюбленной в него юной Ланвиль, приходилось дипломатично отказываться от предложений мастера. В отличие от другого помощника - Баганда.

Как же смеялся старый, многоопытный Баганд над глупостью бывшего черного и вовсю сдруживался с Дьюком, в том числе через совместные перекусы.

- Зря ты ее поддерживаешь, - говорил он, покачивая бокал в руке во время внутренних совещаний Крыла, куда не допускались люди, - девушка с каждым днем становится все более пресной, скоро ее кровь перестанет приносить радость. И мастеру придется предложить ей или расторжение договора, или перезаключение его с другим.

Когда Крис уезжал в Школу, он радовался в том числе, что не увидит разочарования влюбленной в главу Лолы. Но по стечению обстоятельств его собратья сами приехали в Лоусон, прихватив с собой доноров.

- Я сам справлюсь, - тихо успокоил его Баганд, рассматривая курган, - Дьюк захватил тебя на всякий случай, если у остальных возникнут вопросы по трактату.

Первый помощник знал традиции досконально, сумев перейти по наследству уже к третьему на своей памяти главе Крыла.

- На Тишине невозможны споры, говорить будут спокойными негромкими голосами. Но у основания слышимость приличная, поэтому периметр кургана тщательно охраняется, никто не должен подойти к Тишине слишком близко. Только когда наступит время коктейля, мы сможем подойти ближе. О Лоле не беспокойся, я отведу ее сам. На мне будет ближний периметр, а ты сосредоточься на контроле дальних постов.

Баганд ухитрялся едва слышно наставлять Криса за спиной подошедшего к основанию кургана и неподвижно стоящего Дьюка. Широко ухмыляясь, «вечный помощник» раскланивался с проходившими мимо вампирами других Крыльев. Дорога была одна, поэтому Любимцев пришлось разводить через Белый сектор.

Особенно много внимания Баганд уделил помощнице из Алого Крыла - узкобедрой рыжей леди, эффектной и одновременно опасной как хорошо заточенный клинок. Она улыбнулась молодым людям шало и пугающе, специфической усмешкой, присущей многим сильным алым вампирам. Улыбкой маньяка, полного планов, изучающей именно вас как следующий объект специфического интереса.

- Хороша, - азартно сказал первый помощник, - я как-то ее трахал, ощущение будто сношаешь медведя, пробуждающегося от спячки. Еще секунда и объект начнет тебя жрать.

Он протяжно и театрально застонал, изображая удовольствие, и иронично ощерился на поежившегося Ера. Ох уж этот молодняк, придумывают себе ненужные принципы. Пройдут годы, и чистоплюй станет нормальным белым, время и природа все расставляют по местам.

Крис в это время думал о другом, он почти сразу забыл о прошедшей мимо красотке. Сама ситуация вызова на Тишину его напрягала, Родди и Кай занимались срочным поиском пропавших друзей, а ему приходится отвлекаться на вампирские встречи в этом странном месте.

Гигантский куб из непроглядно черного обсидиана, угнездившийся наверху -притягивал взгляд. Сияла чистым серебром гигантская стрела, торчащая точно из центра. После недолгого размышления Крис решил, что именно на нее накидывают транспортные веревки, чтобы Главы Крыльев могли добраться наверх и усесться на четыре представительских стула.

Ходили слухи, что Тишина полностью блокировала эмоции, а следовательно, и ауры-влияния глав. Очень и очень спокойное место.

Сам Ера стоял с партнерами по Крылу со своей стороны периметра, и чуть не пропустил начавшееся движение мастера Дьюка в сторону Тишины.

Глава Белого Крыла шел плавно, едва опираясь на старинную трость с серебристым набалдашником. Светлые волосы, как всегда, были уложены в аккуратную литую прическу, четко вылепленные скулы подчеркивали аристократическое лицо. Глава легко двигался, будто плыл в мареве катящегося к исходу дневного светила.

С четырех сторон на курган одновременно поднимались предводители вампирских Крыльев.

Двигался, мотая руками как на шарнирах, Веселый Гай, о нем говорили "немного сумасшедший, но как ему это идет". Лидер Желтого Крыла, которого посчитали сначала "очередным", вдруг сел на трон крепко, и уже три года держал толпу непоседливых желтых собратьев в бархатных перчатках собственного практичного безумия.

С противоположной стороны стремительными шагами приближалась Алая Герцогиня, облаченная в багровое струящееся платье. Герцогиня была очень старая. Настолько, что даже вампирская консервация не могла скрыть тонкую сеточку морщин на по-прежнему прекрасном лице. К Тишине леди приближалась, не глядя по сторонам, надменно задрав острый подбородок. Подчиненные ее боялись, конкуренты были всегда настороже, а врагов у нее не было. Ее враги долго не жили.

Четвертой шествовала Черная Лилия, дева грусти, глава Черного Крыла, недавно, как и Дьюк, занявшая свое место.

Одновременно поднявшись к кубу, предводители вскинули руки. Тихие вздохи. И внезапно четыре фигуры взлетели, воспаряя, поднимаясь, позволяя ветру трепать свою одежду.

- Они... летают! - пораженно выдохнул Крис. Рядом с ним благоговейно замерла Любимица, до бела сжимая нежные ладони, практически не дыша.

- Все главы - Древние, это уже не возраст, а скорее уровень силы, - заметил первый помощник, - надеюсь, Ера, ты не думал, что наши Крылья называют Крыльями просто так.

Блики дневного светила играли на острие серебряного шпиля по центру куба. Главы встали на площадку и заняли предназначенные кресла.

Эта блестящая стрела, торчащая из площадки, чем-то царапала разум Криса, снова и снова возвращая вампира к чему-то туманно важному и недавно увиденному.

- А что за стрелка в Тишине? - спросил он Баганда.

- Какой-то древний артефакт, - ответил тот, - происхождение неизвестно, как и то, откуда взялся куб. Просто Тишина. Культовое место.

Баганд обнял начавшую мерзнуть Лолу и подмигнул Ера.

- Почти каждый уважающий себя вампир мечтает когда-нибудь сесть в кресло главы на Тишине. Оно...

Крис его практически не слушал, завороженно смотря на серебристую стрелу.

Древний артефакт, камень и... знак в виде стрелы. Один в один как простая руна, украшавшая одну из глав манускрипта, найденного им в библиотеке. Старого дневника неизвестного Видящего, где на обложке была руна, похожая на Л.

Артефактное плато в Лихорадке, украшенное руной Л, уничтожилось в труху.

И теперь еще одна руна, являющаяся артефактом и расположенная на каменном основании, находилась прямо перед ним.

- Я призвал вас, собратья по крови, чтобы сообщить новость, касающуюся всех нас. В библиотеке одной из древнейших магических семей Закхарии найден манускрипт, описывающий создание вампира по технологии, отличающейся от традиционной.

Голос Дьюка звучал ровно и сильно, все эмоции пережиты, сомнения пройдены. Только чистая честная информация.

Главы Алого и Желтого Крыла скептически улыбнулись. Почти каждый год изыски человеческого разума порождали новые варианты обретения бессмертия через вампиризм. Но все это были пустые мечты людей, не допущенных к таинству. Крылья держали формулу обращения в строжайшем секрете и жестоко карали за малейшие попытки разглашения.

Все способы, придуманные фанатиками "вечной бессмертной жизни без подчинения вампирам", оказывались мошенничеством или заблуждением, поэтому объявление еще одной технологии не заинтересовало глав. Они терпеливо ждали, что далее скажет Дьюк.

И Дьюк рассказал. Как его пригласили в дом Ера, семью его птенца, который сейчас находится в зоне Тишины. Как сообщили о связи руны в древнем трактате с руной в Лихорадке.

При упоминании фамилии Ера Черная Лилия отчетливо поморщилась. Дело о смерти мастера Черного Крыла леди Этель Денари так и не раскрыли, Черное Крыло несло репутационный ущерб, не говоря о потере сильного мастера и птенца хорошей крови.

Зато, когда Дьюк упомянул Лихорадку, резко поднял голову Веселый Гай. Утрата вип-зала в лучшем столичном казино ударила по Желтому Крылу и финансово, и стратегически. До выяснения ситуации клиенты отказывались посещать злачные места так массово, как раньше.

- Мне интересно, - пропел Гай и благосклонно кивнул Дьюку.

- Мне интересно, - прошептала Лилия.

Крис внимательно слушал беседу, стоя у основания куба. Решение отца сообщить информацию вампирам было принято под серьезным давлением Дудля.

Государственный следователь орал, тряс друга за грудки, требовал показать все старые книги из библиотеки, отдать ему рукопись и ключи от дома.

Он тряс вверительными грамотами от Совета, пробовал угрожать Персивалю -магическому духу дома. В итоге безрезультатно проругался с привидением около часа, оба ухитрились получить удовольствие от изощренных оскорблений и теперь уважительно друг о друге отзывались.

И во время встречи в доме, и здесь, в зоне Тишины, Крис думал только о Мари. Где она, что с ней происходит. Его первая любовь была совершенным ребенком, капризным, мятущимся, не понимающим сложности мира и того, что однозначные решения бывают только в мечтах, а в жизни приходится идти на компромиссы. При этом она была Мари, его другом и близким человеком.

Поэтому вне зависимости от красоты Тишины и редкой возможности приобщиться к "великим", Крису просто хотелось, чтобы встреча завершилась побыстрее, и его отпустили к друзьям.

Наверху на кубе чинно обсуждали, сыпали примерами, пытались вспомнить руну и на что похожа упомянутая технология создания вампиров. Так как Ера и не подумали сообщить, что технология уже апробирована, все главы, кроме Дьюка, так и не восприняли всерьез угрозу.

В итоге решили сделать коктейль-паузу, подняв наверх Любимцев. Забирали их главы сами, поэтому помощники могли полюбоваться эффектным взлетом еще раз.

Алая Герцогиня крепко обнимала тяжело дышащего паренька крестьянского вида с испуганным лицом. Открытое лицо его румянилась здоровьем и буквально кричало об ежедневном тяжелом труде на свежем воздухе. На свою герцогиню он смотрел с затаенным стеснением и одновременным недоверием, на остальных - просто со страхом.

Этот запах внезапного животного страха Крис чувствовал даже снизу. На Тишине не действовали ауры, молодой человек, выйдя из-под постоянного воздействия главы, наконец, показал истинное отношение к хозяйке. Ера увидел, как мелькнуло и пропало на ее лице выражение брезгливого недовольства.

Желтый подхватил на руки изящного молодого человека с ловким телом фехтовальщика и неожиданно манерным лицом. Вот чьи эмоции плескались через край. Донор собственнически обнимал главу за шею, закатывал подведенные черным глаза, картинно откидывая на ветру длинные белокурые волосы и открывая испещренную шрамами шею.

Лилия подняла тихого молодого человека в черном, с печальным длинным лицом, преданно смотрящим на хозяйку. А Лола пьяно улыбалась в ответ на тихие слова держащего ее Дьюка. Наверху она потеряла часть нежного обаяния, глаза выглядели расфокусированными.

- На Советах принято делиться, - прошептал Баганд, задрав голову и жадно рассматривая происходящее, - так показывают доверие.

Главы отпили и подтолкнули своих доноров к соседям. Лола выглядела так, словно потеряла слишком много крови, до Черной Лилии она еле дошла, буквально рухнув ей в объятия.

Зато быстро добрался до Герцогини белокурый Любимец желтого. Он почти крался, подбираясь, играя глазами и откровенно флиртуя. По его шее потекла красная капля, молодой человек поймал ее пальцем и медленно слизал.

Герцогиня с любопытством окинула взглядом подошедшего, осторожно подтянула к себе и, скорее для соблюдения приличий, чем действительно с интересом, прижалась ртом к его шее. Уже через пару секунд ее объятия стали горячее, а молодой человек вдруг начал громко стонать.

- Что-то не то, - прошептал Крис, глядя как качает доноров. Фермер Герцогини и печальный тип, прибывший с Лилией, вообще не добрались до кресел, рухнув прямо по дороге.

Первый помощник Дьюка тревожно метался глазами и тоже не понимал ситуации.

- В чем дело? - взволнованно бормотал он. - Давайте, идите!

Лилия, отпившая Лолу, оттолкнула ее и пьяно засмеялась. Рванула рукой ворот глухого платья, срывая застучавшие по камню пуговицы.

- Странный вкус, печет во рту, - доверительно сообщила она Дьюку, затем легко поднялась и, подойдя к белому, заявила, - не люблю женщин.

И плюхнулась ему на колени. Из гладкой прически выбился темный локон, змеей заскользивший по открывшейся белой длинной шее.

Дьюк что-то осторожно зашептал ей на ухо, но черная его не слушала, ерзая бедрами.

- Иди сюда, - заявила она Гаю, поманив пальцем. Заинтересованно хмыкнувший мужчина подошел ближе. Черная протянула руку и с удовольствием погладила его по ширинке. Хихикнула как человеческая девчонка. Ее голос звучал не совсем уверенно, зато руки действовали ловко.

Глаза Лилии лихорадочно блестели, пятно рта казалось еще более ярким, чем обычно.

Не зная как реагировать, стоящие внизу отворачивались.

А Крис неотрывно смотрел на стремительно чернеющую стрелу.

- Мастер Дьюк! - закричал он. - Что-то уничтожает артефакт!

Этого просто не могло быть, но с Тишины, места, где не работали ауры и не проявлялись сильные эмоции, потек белый поток. Оглушающего, разящего сладострастия.

- Я хочу, - простонала Лилия, уже совершенно недвусмысленно двигаясь на Дьюке.

Тот нахмурился и, наконец, попробовал скинуть женщину, но уже через несколько секунд вдруг замер. За белым потоком хлынул алый. Глаза белого мастера покраснели. И Дьюк, вдруг зарычав, впился зубами в плечо черной вампирессы.

- Еще! - вскрикнула она. - Еще!

Они выглядели увлеченными, полностью сосредоточившимися на своих желаниях.

Белый быстрыми сжимающими движениями водил по телу, спрятанному под мешковатым платьем, вызывая гортанные стоны женщины. Его растаскивало в двух противоположных потоках, хотелось уничтожать нежное тело и иметь его, не останавливаясь.

Наконец, определившись, он ловким выверенным движением приподнял женщину и задрал ей подол. Один сдергивающий жест, и белые бедра засияли на фоне темной ткани одежды.

На глазах приближенного круга Четырех Крыльев Дьюк коротким движением бедер близко сошелся с главой черных.

Небо разорвали мучительно счастливые стоны удовольствия. Упала со стройной ноги туфелька с высоким каблуком. Звучали быстрые шлепки тела о тело.

Жесткая ладонь Дьюка обхватила ее за шею.

- Еще! Еще! Ааа! Хочу еще! - захрипела Лилия, подпрыгивая и опускаясь, вскинулась и поискала глазами упоенно поглаживающего себя по штанам и любующегося на них желтого. - И тебя хочу! Сейчас!

Герцогиня, все это время пьющая белокурого донора, недовольно забурчала. И когда она подняла голову, открылось, что расслабленность красавчика на ее коленях была следствием не приятных объятий, а результатом полностью разорванной шеи.

Алая отбросила тело как сломанную куклу, встала покачиваясь. С каждым ее шагом лицо все больше искажалось, из заляпанных темными пятнами рукавов алого платья отрастали длинные белые руки. Она трансформировалась в Тишине, месте, где не могла появиться боевая ипостась по факту.

Обсидиановый куб, древний вампирский артефакт и место тайных советов, начал стремительно сереть.

Любимчики валялись под ногами глав, подергиваясь и пуская пузыри на губах. Только блондин лежал неподвижно, ему уже было все равно. Внизу прыгали и кричали помощники. Но лезть к сошедшим с ума главам никто не решался.

Баганд широко распахнутыми глазами наблюдал за происходящим.

Тогда Крис поднял камень и со всей силы запустил его в лоб увлеченному Дьюку. Обломок неизвестной породы со свистом впечатался в голову главы. Бац.

Злобно вскинувшийся белый мастер, так приятно проводящий время с соратниками, внезапно увидел бредущую к ним в боевой ипостаси Алую. И заорал, скидывая с себя Лилию.

Через минуту наверху дрались четыре быстро мелькающие тени. Куб стремительно покрывался трещинами, хрустел.

Когда артефакт рассыпался на куски, от тела поверженной Алой отходили Гай с Дьюком, а Лилия продолжала молотить ее короткими, но очень острыми когтями.

Повернув костистое скелетное лицо и дыхнув на отшатнувшихся вампиров помесью нескольких аур, Дьюк мрачно скомандовал:

- Герцогиню в подвалы Белого Замка, семьям доноров отступные. И немедленно сюда мистера Дудля. Пусть изучит тела людей.

Его вело из стороны в сторону, неуправляемые потоки всех четырех цветов накатывали от глав, заставляя остальных сжиматься, а некоторых - падать на колени.

Глава Белых, теперь - многоцветный вампир, поднял голову к небесам. У него было странное ощущение. Как будто его использовали.

Глава 15. Глупцы и безумцы правду говорят

"Fools and madmen speak the truth" (поговорка)

Мужчина приблизился к кровати, его шаги были мягки и тяжелы одновременно. Словно по пятам седовласого джентльмена средних лет шел кто-то невообразимо грузный.

Дохнуло горячим воздухом, душным до невозможности вдохнуть, опаляющим гортань и бронхи.

Оборотень. В человеческом обличье не пахнущий оборотнем до этой минуты. Сейчас зверь близко, хозяин в ярости, и все стало понятно. Как же мне везет на вас, сильнейшие нашего мира! Вы кружите вокруг подобно стервятникам, вынуждая меня действовать вопреки желаниям, а в данном случае - просто лишая свободы.

Первый - Люшер, второй - Форос, третий - Нестор. Всего семь примархов по традиции существовали в мире Двуликих, удерживая в узде кланы оборотней, исполняя роль судий и карателей. Если считать и себя, сейчас я увидела - пятого.

В отличие от мужчины у меня и мысли не возникло, что передо мной недавно прошедший первую трансформацию оборотень. Уверенность, граничащая с вседозволенностью, властность, скорее похожая на деспотизм - все кричало об опыте и очень старых эгоистичных привычках.

- Дитя, - сказал глава, по-прежнему глядя только на парня, не замечая меня, будто игнорировал неодушевленный предмет, - я только что выезжал из замка, пребывая в уверенности, что мы делаем еще один шаг к единению, к тому, о чем так мечтали. Пиявки выполнили свою часть, сняли вторую печать. Теперь наша очередь. Но что же я увидел при выезде, нечаянно подняв голову? Как лучший из моих питомцев нарушает мой приказ.

Он сделал паузу. Подошел и резко, хлестко ударил Марка по щеке.

Когда паренек, шипя от боли, поднял голову, я ахнула, обнаружив глубокую кровавую рану через все лицо.

- Подожди за дверью, - мягко, с теплотой в голосе произнес седой, - я выйду, и мы обсудим как помочь тебе с пониманием правил, ответственности за каждое слово. Сегодня я уже никуда не поеду, а завтра - поедешь со мной.

Марк безмолвно, больше ни намеком не показывая страдания от чудовищной боли, которую сейчас скорее всего испытывал, вышел за дверь.

Я так и не поняла что за оборотнем он был, но сейчас подчинялся примарху без всякого воздействия голосом, полностью принимая власть главы.

- Ну, здравствуй, девочка.

И мое сердце рухнуло вниз. Он смотрел жадно, переливался в глазах голубой огонь. Злость по несостоявшейся поездке выльется на меня, еле двигающуюся, слабую, почти не способную оказать сопротивление.

Мужчина присел на край кровати, жалобно заскрипевшей под его весом.

- Как же ты так быстро пришла в себя? - задумчиво сказал, положив ладонь на мое предплечье, как припечатав к кровати.

Умоляюще подняв на него полные страха глаза, жаль, не удалось их наполнить слезами, я пролепетала:

- Госпожа дала мне какой-то порошок, от которого потом стало плохо. Я чуть не умерла, - сцепив пальцы, заявила я, - но Марк успел помочь мне, отнес в ванную. Не ругайте его, уважаемый глава, он спас мне жизнь.

Подняв брови домиком, я дрогнула нижней губой и тут же прикусила ее, показывая как усердно сдерживаюсь.

По предмету общих актерских навыков, которые мы учили для ситуаций внедрения в преступные группировки, я имела надежную тройку. Пытаясь изобразить по заказу наглость или порочность, я демонстрировала такую наигранность, что преподаватель хмурился, а одногруппники фыркали. Только один образ у меня получался идеально - девичья слабость, оттренированная годами в Ньюберге. Ее я показывала так идеально, что наставник водил меня в качестве примера по другим группам.

Сейчас я превзошла саму себя, выложилась как могла. Даже небольшой оттенок метаний и жалости к Марку добавила горчинкой в эмоции.

- Вот как... - потемнел лицом хозяин замка, - я выясню детали у Элси и Марка. Если это так, Элси еще долго не сможет стать сестрой. Завидуя тебе, которая войдет в семью без служения, она не прошла проверку сама. Кстати, если уж пришлось отложить одно важное дело, сделаем другое.

Он легко поднял меня на руки, сбросив покрывало. Я задергалась, отталкивая и извиваясь.

- Тебя лишить сознания? - серьезно спросил глава и улыбнулся, когда я мгновенно замерла.

- Какая умная и храбрая девочка, ты будешь великолепной сестрой для моих питомцев.

Некоторые комплименты удивительны. Их произносят в полной уверенности, что слушающая сторона изойдет восторженным визгом. Например, по окончании школы наш директор, торжественно вручая мне диплом, сообщил: "Уверен, у такой хорошей ученицы уже в следующем году родятся крепкие здоровые дети" или комплимент от соседки: "Милая девочка, тебе не придется выйти за пьяницу".

Каждый раз, слыша столь добрые пожелания или прогнозы, недоумеваешь, как вообще эта идея могла прийти говорящему в голову.

Глава действительно уверен, что пределом девичьих мечтаний является стать сестрой в секте?

Я приняла расслабленный вид, готовая в любой момент воспользоваться подвернувшимся шансом. Главное, чтобы он появился. Проходить ритуал не хотелось категорически. Ритуалы зависят от рунических комбинаций с большими погрешностями в начертании и, следовательно, сопровождаются совершенно хаотичными рисками.

Некоторые ритуалы были похожи на дилемму:

"Мы постараемся отрастить тебе волосы на тридцать сантиметров, при этом возможен десятипроцентный риск потери правой или левой руки, но это несущественно". В общем, работа для скрупулезных профессионалов или отличный способ самоубиться для фанатичных любителей. Что-то мне подсказывало, что здесь был не первый вариант.

Кроме того, выносили меня в одной тонкой ночной рубашке. Что навевало дополнительные, весьма неприличные подозрения.

У двери со стороны коридора с независимым видом стоял мой "брат" с ужасающим рассечением по щеке. Меня поразило как безропотно он подчинялся примарху, при этом совершенно не выказывая страха. Обычно это две связанные линии поведения - страх и полное подчинение.

- Марк, - обратился глава, - зачем ты полез в комнату и что в ней делал?

Юноша нахмурил лоб, моргнул.

- Девушку тошнило, она просила о помощи. Я принес ее в ванную.

Седовласый вздохнул, покачал головой, посмотрев вдаль по коридору.

- Элси, Элси, надеюсь, у тебя будут объяснения, - после этого он обратился к парню уже совсем другим тоном, совершенно не мягким. - Найди кандидата в семью, оборотня в ранге служения - мисс Элси Соренс. Узнай, давала ли она новой гостье порошок, который я приказал использовать только завтра. Если да, то какое его количество. Но даже если дала щепоть... отведи к бревну на полчаса.

Марк вздрогнул, неверяще поднял глаза. Чем бы не было это бревно, парню оно не нравилось.

Но он не сказал ни слова возражения, даже не задал уточняющие вопросы.

- Да, глава, - ответил блондин и ушел выполнять распоряжение.

- Здесь все прошли через ритуал, - сообщил мужчина, с нежностью глядя вслед парню, - и осознают свою ответственность. Тебе еще предстоит пройти через осознание возложенной миссии, но ты - оборотень, значит наша, у тебя получится.

Под его голосом можно было греться, он ласкал и укутывал. Как же играет природа, никакой магии, просто чудо самого голоса. Представляю, что происходит, когда он добавляет власть примарха. После такого влияния любой оборотень все что угодно осознает: и ответственность, и миссию, и что небо сейчас фиолетовое в красную полоску, а оборотни - дети неизвестных хозяев.

Меня несли по коридору, лестницам, опять по коридору. Мимо передвигались люди, хотя, по насыщенности запахов, все-таки скорее оборотни. При нашем появлении они замолкали, почтительно опускали голову, но, как только глава шел дальше, разговоры и смех возобновлялись.

Пару раз глава останавливался, задавал быстрые вопросы, в основном - по хозяйству. И никто его ни разу не спросил - кого он несет на руках.

Было ощущение, что замок живет своей, вполне счастливой жизнью, а меня просто не существует. На первом этаже мужчина остановился у одного из распахнутых окон и прошептал: «Элси-Элси». Со двора неслись смешки, мужское похохатывание и слабые женские стоны.

Я повернула голову и увидела совершенно голую женскую фигуру, наклоненную животом к огромному, темному от времени бревну.

Сзади к ней пристроился бородатый мужчина в грязной одежде. И еще двое стояли рядом, оглаживая гладкое женское тело. Со всего двора замка сходились работники, посмеиваясь, как на редкое желанное развлечение.

Бородач ухватил девушку за волосы, потянув голову назад. Жертва оказалась хорошенькой, курносой и веснушчатой. Та, которая меня опоила, и чье лицо четко я раньше не видела.

Ее тело тряслось от толчков, глаза изумленно хлопали. Она явно не могла поверить в происходящее.

- Элси мне нравилась, - доверительно сказал глава, - но она получила прямое распоряжение, которое нарушила. Больше ей таких ошибок не стоит совершать. Сейчас ей не больно, это предупреждение.

Я отвела глаза. Насилие проходило метрах в пяти от окна. И огромный волосатый живот, шлепающий по девичьей круглой попке с уханием и хохотками, теперь висел пугающим образом перед глазами. Если бы я знала о мгновенном наказании, сообщила бы я о девушке? Да, честно призналась я себе. Потому что иначе ее оставили бы ухаживать за моим слабым телом, и, возможно, ее планы бы в итоге осуществились.

- Вот мы и пришли, - сказал глава. К этому времени мы спустились по лестнице еще дальше вниз, к грубо вытесанной арке, вросшей в земляной пол. Было тихо, каждый шаг звучал особенно громко и пронзительно одиноко. Пахло плесенью.

Я закрыла и открыла глаза, выдыхая и стараясь сосредоточиться. Мне не нравилось это место, и, судя по всему, здесь, пока никого вокруг нет, появилась единственная возможность сразиться и попробовать убежать.

Руки-ноги дрожали, практически мне не подчиняясь, мысли метались.

С обеих сторон арки стояли также вросшие в пол практически по грудь два каменных изваяния - крупные кошки с человеческими головами и сложенными на спинах крыльями.

- Смотри, - упоенно выдохнул примарх, - это наши хозяева.

Глава 16. У каждой медали имеются две стороны

"Every medal has two sides" (присловье)

А ведь я только что приготовилась превращаться. Четкость мысли вернулась, значит, пантера уже может откликнуться на призыв. Но как тут оборачиваться, когда столько интересной информации рассказывают.

- Хозяева? - пролепетала я. - Такие красивые!

- Да! - задохнулся от эмоций глава. - Они само совершенство. Создали примархов, самых первых, самых сильных своих бойцов. А вот с годами и перерождениями примархи стали не те, мало кто помнит свое предназначение, своих хозяев.

Он прижал меня к себе, вдыхая запах волос, и, как я подозреваю - течки.

Шагнул в арку. Глаза светятся, руки горячие, кожу через рубашку печет.

- Я покажу настоящие сокровища оборотней.

И он побежал по узкой витой лестнице наверх. Мы попали в старую башенную постройку, отделенную от остального здания, скорее всего, построенную задолго до замка. Лестничные пролеты закрученные, серый камень стен тускло блестел, как полированный.

Голова закружилась, потому что мы буквально летели наверх. Примарх выскочил на круглую площадку и закричал гортанно, трубя в быстро темнеющее небо.

В круглых чашах по периметру извивался огонь. Меня отчетливо тошнило, зато примарх выглядел просветленно счастливым.

- Дитя, смотри! Ты маленькая и наивная, но сейчас должна гордиться частицей божественного в тебе - искрой настоящих сфинксов.

На плитах пола, собранного из цветных изразцов, было изображено то самое существо с человеческой головой. Только крылья были угрожающе распахнуты.

Значит, те странные оборотни в полуобороте называются сфинксами. Странно, а откуда у них крылья? Одна из основных особенностей оборотней - никто не мог летать.

- Сфинксы с крыльями? Это же вампиры свои кланы так называют. Вампирская черта.

- Не говори крамолы! Пиявки всех обманывают, присвоили себе крылья!

Он даже встряхнул меня. Резко поставил на пол, не обращая внимания на трясущиеся ноги, и что я чуть не упала. От его тела дохнуло почти паром, как будто он кипятил воздух.

Голова кружилась, надо восстанавливаться, иначе меня не услышит кошка, а без нее я тут пропаду.

И еще... Как же мне захотелось, чтобы рядом был близкий человек. Меня украли, прошло несколько часов, а я все еще в плену, раскручиваю на разговор психа, ночью, в заревах огня. Где же Итан, который в прошлый раз прибежал мне на помощь, только он может найти меня по запаху, неужели сейчас он ничего не помнит и вообще раздумывает - стоило ли ему со мной, бедовой, связываться.

Где Дудль, умный и внимательный, за спиной которого вся государственная машина. Где Люшер, так пекущийся об оборотнях. Где мои друзья, упорные и верные. Почему я одна?

- Почувствуй, как мы малы перед ними! Как мелки наши обиды и желания перед мощью прародителей, - вещал глава, раскинув руки и обходя площадку по кругу. -Смотри!

Он подошел и развернул меня за плечи. И я обнаружила, что сфинкс был изображен не один. Напротив него стояло другое существо - тоже кошка с раскрытыми крыльями, с полульвиным-получеловеческим лицом, и - с хвостом как у скорпиона. Существа были похожи как близнецы, и в то же время отличались.

- Наши хозяева, сфинксы, мудрые и справедливые, создали оборотней. Их собратья - мантикоры, злые и безумные, вооруженные ядовитым хвостом, создали бойцов-вампиров - наших врагов. Когда мы вернем хозяев, в мире Двуликих начнется кровопролитная война. Как в исходные времена. Сфинксы против Мантикор. И мы, их воины. Оборотни против Вампиров. Каждый боец будет на счету.

- А как вернутся сфинксы? - спросила я заплетающимся голосом, дрожа от ужаса и восторга, настолько прекрасны были два изображенных сражающихся создания, настолько завораживающе звучал голос. Глава добавил в него силу примарха, что на меня не действовало, но ошеломляла сама история и дышащие временем изображения.

Мужчина ласково убрал пряди моих волос на одно плечо и зашептал в самое ухо:

- Стань путеводным светом для наших хозяев, сосудом для их души, - и у основания шеи зажегся огонь, полилась боль. Он приказывал: - Терпи! Принимай!

Но голосу примарха я была неподвластна, и боль терпеть не намерена.

-А! - крикнула я, вызывая пантеру и разворачиваясь, чуть не падая на подкосившихся ногах. - А!

И поняла, что сквозь кружение и залитый туманом, плывущий мир в моей голове, она не может пробиться. Прокушенная от боли и злости губа прыснула кровью, я заморгала, чтобы хоть что-то увидеть, зарычала и почувствовала как пантера пытается пробиться, не потеряться внутри. Да! Милая, родная, еще немного. Да!

Пораженный глава широко распахнул глаза, открыл рот, удивленный моим неповиновением. В руках у него медленно тускнел артефакт, напоминавший печать, вот чем он меня заклеймил, подлец.

Я схватила за круглый конец, зашипела от боли, припечатав себе руку, но дернула инструмент на себя. Не дам больше делать послушных детей. И хлестко ударила второй рукой. Ах.

Воздух серебристыми молниями пропороли Лезвия, взрезали грудную клетку противника как мешок с сеном. В воздух взвились капли крови, настолько горячей, что прямо на глазах превращались в пар. Моя кошка пришла частично, но самой лучшей своей частью.

Я хищно улыбнулась и... покачнулась, почувствовав слабость человеческого тела.

А отскочивший с недоуменным выражением лица глава прижал руку к груди и тут же отнял ее, рассматривая окровавленные пальцы.

- Что ты такое? Ты... - уже догадываясь прошептал он, поднял на меня глаза и... жара. Зной песка далекой Визии опалил мои легкие. Искрящее затуманивание воздуха, несколько секунд и передо мной стояла туша огромного странного создания. С тяжелым брюхом, монументальными ногами, складчато-бородавчатой мордой и изогнутым саблей рогом, торчавшим на носу.

Он повел башкой, моргнул голубыми светящимися глазами, заревел трубно и рванул на меня с места как разгоняющийся поезд. В доли секунды я осознала, что под таким тараном мне не помогут никакие Лезвия, меня просто размажут мокрым тонким месивом по площадке. Взвизгнув, я изо всех сил прыгнула в сторону.

Неповоротливое тело опрокинулось на невысокий парапет, еще секунда, неуверенное покачивание, но вниз тянет сильнее, и я медленно переворачиваюсь. Заваливаясь спиной, не успевая удержаться, я наблюдаю как несется прямо на то место, где меня уже нет, темно-кожаный ужас. Как вообще может существовать что-то крупнее крысы без намека на шерсть? Какой же он страшный. И что-то капает из пасти.

Думать, падая, было интересно. Потому что все вокруг происходило медленномедленно. Перевернулось небо, взмахнула белым подолом ночная рубашка. Я, переворачиваясь словно в танце, падаю вниз. А зачем я это делаю? Плавно, в красивом изящном жесте протягиваю лапу и Лезвия, скрежеща, впиваются в древнюю кладку.

Потом меня бьет всем телом о стену. Больно. И я еще медленнее планирую вниз. Люди внизу еле двигаются. Кричат тоже странно. Или это мир уснул, или я слишком быстро мыслю.

Подвисая на Лезвиях, я скольжу и скольжу. А потом ох. Плюхаюсь о мощение. Боком.

И время снова начинает правильный бег. Вокруг кричат. Моя подвернутая нога не дает нормально встать.

В свете факелов, криков и бегающих дворовых людей я вижу две приближающиеся ко мне с двух сторон фигуры. Человека в развевающемся плаще с двумя клинками в руках. Его лицо мне знакомо. Он совсем близко. И бегущего через двор золотого тигра. Еще далеко.

Акула и Итан.

Глава 17. С лисами мы должны быть лисой

"With foxes we must play the fox" (поговорка)

Увидев приближающегося Акулу, я заскребла руками и работающей ногой, заелозила, двигаясь спиной назад, пытаясь увеличить расстояние между нами. Вдали раздались крики, в окнах замка замелькали бегущие люди. Ужасающий примарх, превращающийся в странное экзотическое животное-рогоносца, успел поднять тревогу.

Глядя на приближающегося Акулу, я была не уверена кого боюсь больше, его или главу.

Он встал надо мной, в ответ пришлось угрожающе поднять руку с Лезвиями. Я зарычала, подняв верхнюю губу.

"Быстрее, Итан, быстрее", - молила я, наблюдая за бликами огня, скользящими по резко вылепленному острому лицу самого непонятного существа в моей жизни.

- Жаль, что ты не человек, - просто сказал Акула, будто мы встретились не на ночном дворе среди криков и хаоса, а давними приятелями на дружеской вечеринке. - Чего не оборачиваешься?

- Гголову ккружит, - ответила я, прижимаясь спиной к кладке башни. - Ккак дела?

- Время тянешь? - понятливо спросил он.

В это время сзади раздался рык, тигр попытался сбить нависшего надо мной с оружием Акулу в прыжке. Миг невидимого глазу сбоя, и кошка пролетает сквозь пространство, где только что находился наемник.

В последнюю долю секунды Итан успел извернуться, чтобы не обрушиться на меня, и в кувырке врезался в стену рядом. Посыпались каменные крошки.

- Магия! - прошептала я, широко открыв глаза и глядя на как ни в чем не бывало стоящего рядом мужчину.

- Не совсем, - ухмыльнулся он, - магов я - делаю, а сам - человек, просто человек.

Пришедший в себя Итан закрыл меня огромным телом, я потрогала теплую родную шерсть, зарываясь в нее пальцами, чуть не заплакав от облегчения. Он как будто придал мне сил, я даже вздохнула свободнее.

Услышала сквозь шум в ушах угрожающее рычание кошки и все такой же спокойный голос Акулы:

- Забирай, грозный наш, свою Ерок и бегите в Школу. Это по Западно-Разбойничьей дороге. Я прикрою.

Я наклонилась вбок, чтобы рассмотреть хоть что-нибудь за желтым телом моего защитника, и увидела, как наемник спокойно развернулся к нам спиной и пошел навстречу гомонящей, приближающейся толпе местных.

Итан разъярился, его явно взбесило произошедшее, но я убрала Лезвия с руки и обхватила его за шею:

- Это Акула, он без нас разберется. Унеси меня, пожалуйста. Пожалуйста.

Последнее слово выходит так жалко и потерянно, что я не узнаю саму себя, но этот замок действует на меня пугающе. Слишком много информации, слишком опасные события.

И тигр смирился, хотя я увидела, как он недоволен уходом без боя. Взгромоздившись на улегшегося для моего удобства хищника, я посмотрела на бликующий огнями двор и на секунду задумалась правильно ли мы делаем, что убегаем.

Акула держал целую толпу. Разрозненную, мешающую друг другу, но толпу. Частью в ипостаси людей, частью - оборотней. Прыжки, крики, звон оружия.

- Ха! - кричал наемник, обращая на себя всеобщее внимание. - Сосунки! Щенки! Что вы мне сделаете? Хоть один боец среди вас есть? Я засыпаю от скуки!

Его клинки мелькали, плащ развевался. Один против всех.

И только когда Итан поднялся и развернулся, поняла, что, задержавшись, мы только будем мешать Акуле.

С его скоростью и ловкостью, а прыгал он фантастическими прыжками и поворотами, ему будет куда удобнее сбежать, когда нас уже здесь не будет.

Да и у меня есть важная задача, которую я обязана выполнить.

Со вздохом я закусила зубами захваченный у примарха артефакт, как собака держит палку, и двумя руками ухватилась за шею Итана. Что бы ни случилось, я должна вывезти этот предмет и определить, что за гадость разместили у меня в основании шеи.

Тигр почти стелился в беге, стараясь не прыгать, не подкидывать меня. Пробежав небольшую деревеньку, он выскочил на пустой тракт. Потом повернул на Западно-Разбойничью дорогу. Время от времени он поворачивал морду, проверяя, не теряю ли я сознание. Но при всей слабости и головокружении я чувствовала себя все лучше, организм активно регенерил. И что-то все больше меня беспокоило.

Итан бежал уже больше часа, когда мы увидели вдали огни столицы, и в это момент я поняла, что именно мне не понравилось.

На Олимпиаде в Хаксе Акула определил во мне оборотня, намекнув, что мог бы продать сборщику жезла по большой цене, как я не пыталась потом найти этому объяснение, но так и не нашла. Даже Люшер чувствовал только человеческий запах. Никто не мог определить во мне оборотня, тем более ценного, даже касаясь, и уж никак не взглядом.

В Лихорадке... с каждой секундой прокручиваемых воспоминаний, осознавая, как он ко мне обращался, как защищал или провоцировал, я все отчетливей понимала -он меня узнал. Под амулетом, под маской. Узнал.

И только сейчас, вот же дурища, я догадалась, что в парике, маске и каких-то маскирующих хитростях, скрывающих лицо, вместе с ним была Ирэн. Мисс Нэри наоборот.

Он играл мной. Захотел - доставил с помощью Ирэн в секту. Захотел - дал убежать, придя на помощь. Но уже с клеймом на теле. Сыграл, как и раньше, роль исполнителя. На деле -управляя всеми окружающими, включая примархов, как марионетками.

Где-то точно есть заказчик моего похищения, который искренне считает, что именно он ведет игру. Как и остальные «хозяева» наемника. Но я-то ошибаться больше не намерена. А сейчас он нас четко направил в Школу.

- Остановись! - я закричала бегущему Итану.

Он задергал ушами и резко остановился, тормозя лапами, и чуть не сорвав меня отдачей со спины.

- Беги на Торговую площадь, к платьевой Лавке Расмуса, - попросила я, - я все там объясню, поверь мне.

Тигр блеснул глазами и, взмахнув хвостом, развернулся в сторону торгового центра Лоусона. Вскоре мы стучали в скромную дверь под коричневой вывеской.

- Отличного вечера, уважаемый Расмус, - поздоровалась я с открывшим дверь хозяином, уже в ночном колпаке и широком халате, под которым вились змеиные кольца вместо ног.

- И вам хорошего вечера, - невозмутимо произнес молодой человек, запуская нас с тигром в лавку. Даже в полутьме манекены выглядели не пугающе, в этом месте веяло теплом и уютом. Я расслабилась, опускаясь в кресло, заботливо подставленное хозяином под мои слабые ноги.

- Извини за столь поздний визит, он вынужденный. Сможешь дать четырех летунов?

- Пожалуй, вместе с летунами я предложу леди платье, - хмыкнув, ответил мой личный портной и надежный друг.

Я осмотрела себя и покраснела. Короткая, едва ниже колен, порванная от полета с башни тонкая ночная рубашка. А я-то не могла понять, почему тигр пытается сесть перед креслом, прикрыть телом.

- Расмус, это чудесное предложение. И, если можно, мужскую одежду для моего молодого человека.

Итан осторожно положил морду мне на колени, и я погладила по мягкой голове, успокаиваясь сама и успокаивая тигра. Расмус скользил по лавке, успевая одновременно и собирать на стол, и подбирать нам одежду.

Я отправила летунов тем, кому могла абсолютно доверять в этом городе, и в своей жизни в целом. Уже через двадцать минут, когда мы чинно пили горячую травяную настойку с ягодным пирогом, в лавку стучали Родди с Каем.

- Мари! - заорал Кай, подхватывая меня и кружа. - Итан молодец, нашел тебя. Я так и знал! Сразу сказал, не дрейфьте, парни, она выживет обязательно, а к приходу Итана похитителей и самого дорого лишит.

Обретя пол под ногами, я скромно потупилась. Артефакт, ставящий магическое клеймо, завернутый в ткань, лежал в моем кресле. Возможно, это не то «дорогое», что имел в виду Кай, но нечто ценное однозначно.

- А где Крис? - спросила я крепко обнимающего меня Родди.

- Его забрал мистер Дьюк сразу после твоего похищения, до сих пор никаких известий. Так что твой летун пока безрезультатно кружит у его двери, - Родди сдерживался изо всех сил, но глаза у него были красные.

Представляю какой вечер выдался у моих друзей. Найти меня обычными поисковыми методами за такой короткий срок было почти невозможно. Итан повел плечами, я заметила, что он оставался настороже.

- Парни, знаете гостиницу, в которой Мари могла бы заночевать? Ей определенно нельзя сейчас в Школу.

Я поддержала тигра.

- Если мы найдем тихое место, чтобы не мешать больше Расмусу, я расскажу, что со мной произошло. То, что я расскажу - очень серьезно. Нужна ваша помощь, у самой меня картинка никак не складывается.

- Я к Дудлю, - вдруг сказал Итан, - вернусь, пожалуй, в гости к похитителям на короткий разговор.

- Нет! - вцепилась я в его руку. Расставаться с тигром не хотелось совершенно, страшно было без него. Сердце застучало, ощутимо толкаясь в грудную клетку. -Пожалуйста, не уходи. Я отправила Дудлю летуна с описанием замка и дороги, сообщила что там происходит, надеюсь, к утру всех арестуют. Лучше мы подумаем вместе, здесь нужен хитрый план, моя интуиция вопит об осторожности.

- Итану в Школу пока нельзя, - серьезно сообщил Кай, - он наследил своим отказом подчиняться так, что стал едва ли не целью номер один. О тебе, Мари, даже сильно меньше говорят. Ищем гостиницу для вас двоих.

- Зачем гостиницу, - удивился Родди, - уверен, для вас вполне подойдет наш родовой дом. Тем более, что семья только на днях отъехала в поместье и мне не придется объяснять ваше появление.

Глава 18. Где пройти нельзя, любовь и ползком проберется

"Love will creep where it may not go" (присказка)

- Мне же запах отслеживать, приходится круги нарезать, нюансы анализировать, а Нестор за мной по прямой несется. На весах: Мари и этот старый козел. Как вы думаете, кого я выбрал?

- Мари! - ответил увлеченно слушающий Кай. Его аж трясет от нетерпения, пальцы сжимаются и разжимаются. Он близко к сердцу принял рассказ Итана и сейчас вместе с ним в мыслях убегает от примарха.

- Козла? - предположил осторожный Родди. - Нестор - белый медведь, крупнейший хищник мира. Говорят, добычу они чуют за несколько километров. Я бы подумал что с ним делать - в первую очередь.

- Это был серьезный вопрос, - подтвердил жующий котлету Итан. Его лицо выглядело усталым, очень взрослым, но просветленным. Изредка, он протягивал руку и сжимал мою ладонь или коленку. Успокаивался и опять ел.

- Ну и что дальше? - спросил нетерпеливый Кай, от волнения утаскивая кусок с тарелки Родди.

- Бежал я намного быстрее него, но как только сбивался со следа, кружил в множестве запахов, искал Мари, этот мешок неприятностей тут же начинал маячить на горизонте, удивительно упорный противник, а драться с ним и получать травмы вместо спасения Мари я никак не планировал.

Поглаживая его по плечу, я внимательно слушала. Итан всегда был отличным лидером, жестко и решительно принимавшим решения, объединяющим команду, сильным в бою, но тонкая аналитика откуда? Прежний Итан сцепился бы с Нестором, и ситуация превратилась бы в непредсказуемую. Примарх вряд ли бы пожалел парня.

Тигр в который раз, совершенно забыв о приличиях, погладил моё колено. Выдохнул счастливо и откинулся на спинку стула.

- Я бежал раза в три его быстрее, но он меня как-то чуял, находил при малейшей задержке. Пришлось решить задачу сначала с ним. Друзья, я побежал в противоположную сторону от следа Мари по прямой так, как никогда еще не бегал. Легкие рвал. Через весь город. А потом резко заскочил на крышу дома. Скажу прямо, с моим весом скакать по крышам - то еще удовольствие.

- Ты вернулся на след по верху? - Кай стукнул хрустальным бокалом, издавшим жалкий звон.

- Да, резал углы как мог, держался подальше от своего следа, но вернулся. Оторвался от Нестора. Оставил его далеко позади, с дистанцией в полгорода. В итоге внимательно пошел по запаху, который чуть не истончился. Рисковал, конечно, но не сильно, я свою девочку везде почувствую.

Парни хекнули и разулыбались. Видимо, не только меня напрягала ситуация забывшего наши отношения Итана. Погладив пальцем скатерть, я попросила:

- Я счастлива, что Итан успел. Там было... пугающе. Сейчас просто падаю от усталости, может, завтра с утра сядем и сведем вместе всю информацию? О замке, ее жителях и странном поведении Акулы с Ирэн я все рассказала. Надо думать. Слишком много деталей указывает на то, что Акула видит суть под любой личиной и в любом обличье. Он определил меня, как только внимательно посмотрел, еще в Буре. Увидел даже Итана в тигре, как мне кажется. Видит...

Я замолчала и прикрыла ладонью рот. Родди хлопнул по столу. Ошеломленный Итан привстал со стула.

- Эй, эй! - возопил расстроенный Кай. - Мне-то объясните, с чего вы так подорвались.

- Он человек, - медленно, с паузой, ответила я, - но странный, магов «делает», это вообще непонятно. Но маги - люди. Оборотней и вампиров недолюбливает, хоть и работает с ними. И видит реальную сущность каждого. Видит. Видящий. Как из трактата в библиотеке Ера. Пока это единственная версия, в которой складываются все детали.

Некоторое время за столом царило молчание.

- Удивительное ощущение приобщения к тайнам мира, - тихо проговорил Торш, - и боязно потянуть не за ту нить, запустить что-то опасное. И нельзя не участвовать. Мы видим только часть картины, а для принятия решения нужна вся информация. У меня есть мысль по поводу печатей, предлагаю обсудить завтра с утра, когда Мари отдохнет.

- О, печать! Родди, посмотри, пожалуйста, что за артефакт и клеймо, а то я не усну от переживаний. Как Торш, ты-то точно должен знать, что за гадость поставили мне на шею.

Хорошо, что вспомнила. В безопасности магического дома меня слишком разморило, а ведь на мне - горит артефактное нечто, поставленное психом и фанатиком.

Вокруг меня столпились все. Наклонив голову, я поглубже села на стул, а Итан отодвинул воротник платья, очень осторожно.

И наступило молчание.

- Красивая татуха, - первым высказался медоед.

- Кожа немного припухла. Колено у тебя отрегенерило, а здесь небольшой участок кожи, а все еще покраснение, - это уже Итан, озабоченно.

Родди молчал. И молчал. И молчал.

- Я узнаю изначальную руну, - напряженно сказал он, - глаз или «лапка» как ее еще называют. Это вариант известной руны Бизо. Она призывает зверя и одновременно является укрепляющей связь силой. Создавалась руна для оборотней, чей зверь настолько ослаб в бою, что не мог самостоятельно прийти. Редкая штука, почти не используется, несмотря на уникальность и затребованность. Знаете, сколько для ее активации магии нужно? Вагон, реально. Собираются целые семьи магов, чтобы ее активировать. Так что, Мари, она у тебя спит. Да и зачем - неясно, ты-то пантеру свою нормально призываешь. И пару штрихов здесь по-другому нанесены.

Я прикрыла клеймо и задумалась, вспоминая, что говорил пугающий меня примарх необычной секты. Озвучила.

- Слова похитителя: «Стань путеводным светом для наших хозяев, сосудом для их души»... А еще глава называл своих «детей» сосудами, говорил, что они все прошли через ритуал.

- Похоже - он готовит приход сфинксов через тела, отмеченных клеймом, -завершил мою мысль Родди.

Я задрожала. И трепыхалась до тех пор, пока мои плечи не обнял тигр. Обхватил нас обоих Кай. Присоединился Родди. Несколько секунд, а мне полегчало. Все-таки мы, оборотни, клановые создания.

Вскоре Родди и Кай засобирались в Школу. Никто не должен отметить их исчезновение. А мы с Итаном оставались в столичном доме Торшей. Вдвоем.

Проводив друзей, мы замерли, поглядывая друг на друга.

Медленно-медленно тигр двинулся в мою сторону, воображение послушно показало как взволнованно подергивается и постукивает по бокам его отсутствующий в этой ипостаси хвост. Не доходя до меня пару шагов, он протянул руку. И встретил такую же протянутую навстречу ладонь.

Мы замерли, ощущая друг друга кончиками пальцев. Желтые глаза смотрели пристально, многообещающе, не отпуская.

- Смотрел бы на тебя и смотрел, - сказал он.

- Смотри, - стараясь сдержать волнение, сказала я.

- Не получится. Касаться мне хочется еще больше.

Он сократил расстояние текучим мягким движением и, сплетя пальцы, дернул меня к себе, прижимаясь всем телом.

Моего рта коснулись твердые губы. И я словно лишилась дыхания от головокружительной волны ощущений. Тигр целовал как забирал, уверенно и полно, принимая решение за нас обоих. Губы начали гореть, пульсировать от становящихся все более жадными ласк, покусываний, покалывающая теплая волна разбежалась по телу.

Уперев руки в широкую грудь, я оттолкнулась с трудом, еле справляясь с собой.

- Итан, у меня течка, - сказала я надтреснутым голосом, - нам проводить ночь вместе без таблеток нельзя.

Я очень, очень надеялась, что он не будет настаивать. Самой было тяжело, если он попросит, я могу не выдержать.

- Понял, - через небольшую паузу ответил он. И мягко поцеловал совсем другим, ласкающим, а не захватническим поцелуем, - я... люблю. И у меня к тебе серьезно. Надеюсь, ты это тоже понимаешь.

Обхватив крепкую шею, я почти повисла на тигре.

- Да, я... тоже.

- Мы - пара.

Я тихо и счастливо засмеялась, обнимаясь с любимым.

- Давай немного подождем, - мой шепот стал мечтательным, - когда все закончится, мы сможем быть вместе...

- Официально, - твердо завершил фразу он, поглаживая мою спину.

И все встало на свои места. Потому что я не мечтала о грандиозных приключениях, спасении мира и героических битвах. Я хотела быть полезной людям, а еще - стать женой и мамой. Любимой и любящей.

Мысли носились в моей голове, мельтеша и сталкиваясь, хотелось прыгать и плакать одновременно. Сильные руки альфы сжимали, поддерживали, дарили будущее, не давая распасться на части.

Так и держась за руки, мы двигались по коридору, я время от времени бросалась обниматься, он улыбался, потом мы снова шли, неспешно добираясь до спален.

На прощальном поцелуе Итан не выдержал, провел рукой по груди, задев и так напряженный сосок.

Я застонала ему в рот и вцепилась руками в рубашку.

- Пока нельзя, - глухо сказал он, отодвигаясь, - но ты мне сейчас приснишься.

Он взъерошил русые волосы и ухмыльнулся.

- Постарайся подольше продержаться в моем сне, потому что я хочу многое.

Я клацнула зубами.

- В моем сне я тебя покусаю, если ты не захочешь еще большего.

Когда я повернулась, он шлепнул меня по попе. И тут же поднял руки в примирительном жесте.

- Нечаянно. Это практически не я.

Я пыталась стукнуть его, но он увернулся, смеясь и хватая меня за руки.

Поцелуй. Нет. Нельзя.

Наши пальцы разомкнулись и двери закрылись за спинами.

Через час мучений я выпрыгнула из кровати. К этому времени я успела пересчитать дикое количество сигающих через забор коз, спеть пару десятков песен, серьезно поговорить со скандалящей и воющей пантерой, царапающей изнутри мой живот до боли, а также... задуматься над происхождением руны Бизо.

В доме Торшей была собрана отличная библиотека, не фундаментальная и магическая как у Ера, а энциклопедическая. Простая и удобная. Родди сказал, что в ней есть отличные справочники. Пойду-ка посмотрю что за руна горит у меня на шее, все равно мучаюсь бессонницей, так хоть полезно проведу время.

Накинув на нижнее платье теплый платок и взяв в руку свечу, я отправилась на первый этаж за знаниями.

Слуги уже спали, оставив коридоры без освещения, но сориентироваться было просто.

Спустившись вниз, я повернула в проход библиотечной пристройки. Ночь, блики от моей свечи и полная тишина - когда я стану замужней женщиной, у меня обязательно будет вот такой дом, из дерева и камня, полный тепла, покоя, с хорошей библиотекой, где я буду просиживать часы за хорошей книжкой.

Я толкнула тяжелые дверные створки. И замерла в восхищении.

Библиотека поражала. Не магический лабиринт из множества комнат и проходов как у Ера, а просто огромный зал, с такими огромными потолками, что шаги раздавались бы эхом, если бы не извилистые ряды плотно заставленных книгами стеллажей.

Только по центру зала было достаточно места. И хозяева расположили здесь ряд столов для чтения и реставрирования, станок для прошивки и переплета книг и даже подиум с красками для создания иллюстраций.

В этом месте не только любили читать, сюда приходили люди, создающие книги сами.

Почему-то над центральным столом уже сиял включенный артефакт, рассылая блики неровного магического света по полкам и потолку. Скорее всего, активировался на открытие двери.

Я оставила свечу и пошла вдоль полок в поисках каталоговых символов или буквы Б, как вдруг увидела краем глаза изменение тени в соседнем ряду.

Резко замерев, повела носом, но трансформироваться побоялась. Кошка в период течки не лучший вариант выгула второй ипостаси.

Посмотрим...

На цыпочках пробежав до конца ряда, я выглянула, чудом уловив слабый запах горячей цветущей травы по весне. О! Итан. Как же он сильно пахнет. Тоже не может уснуть, как и я.

Заозиралась, осматриваясь. И обнаружила на одной из боковых полок открытую книгу «Базовые руны». Пролистав до оглавления, я безрезультатно поискала «глазик»-«лапку». Творения Бизо в списке не было.

Покрутив книгу, я решила оставить все как было. Если Итан положил ее на полку открытой, значит, еще вернется, чтобы убрать на место.

Я облизнулась. А если... Взяв одну из бумажных закладок, развешанных в мягких мешочках между полками, я положила ее под руну Ночь, как подчеркнула. И, сдерживая изо всех сил вырывающиеся смешки, метнулась в соседний ряд.

Энергия бурлила, сна ни в одном глазу. Сжавшись за углом, я чуть не потирала руки в предвкушении.

Через некоторое время из покинутого мной места раздалось тихое удивленное восклицание, а затем... фырканье. И тишина. Ага.

Некоторое время в зале раздавался только еле слышный скрип половиц от молниеносных пробежек. Решив обмануть тигра, я метнулась на самый большой внешний круг и согнулась, передвигаясь почти на четвереньках, внимательно нюхая воздух. Вдруг у одного из проходов я чуть не споткнулась о лежащую в проходе открытую книгу. Заголовок "Берегись" был подчеркнут закладкой.

Подпрыгнув и взвизгнув от испуга, суматошно оглядываясь, я припустила из опасного прохода и чуть не была схвачена на центральном кольце. Расхохотавшийся тигр промахнулся и обнял воздух, а я впрыгнула пружиной и заметалась в ряду «Техники начертания для ритуальной магии». Еще пару минут мы бегали, уже не таясь, смеясь и восклицая как дети.

Пока Итан не поймал меня у стеллажа "Создание флуктураторов", крепко прижав к ряду полок.

Я хихикала и вертела головой, не давая себя поцеловать. Он рычал и вжимался все сильнее, пытаясь поймать губы.

Его тигр бегал буквально под кожей, я почувствовала, как волоски на моих руках поднялись от страха и возбуждения.

Пантера урчала не переставая, и я невольно дернула бедрами. Легкие горели, будто я глотала раскаленный воздух. Когда он поймал губами мои губы, я укусила его до крови. Хорошо!

- Нееет, - выдохнул он. И впился, противореча себе, захватническим поцелуем.

Когда мы, с трудом дыша, оторвались друг от друга, тело болело каждой клеточкой, выворачивая наизнанку. Дрожь. Не могу удержаться, хочу. По коже, по всему телу остро тоненько резануло. Я взглянула на руки, по ним алели росчерки, это кошка, истошно вопя, драла меня изнутри.

Царапки медленно затягивались, но кошка не унималась. Схватив тигра за ремень брюк, я со стоном прижалась к нему бедрами.

- Через одежду, - вдруг сказал тигр, приняв решение за обоих, и я с облегченным всхлипом припала лицом к его плечу. Он облегчит мучение, какой же он замечательный, чудесный, желанный.

Низ живота заныл так, что дрожали и подкашивались ноги.

Пробежки по библиотеке сыграли дурную службу, пробудив охотничьи инстинкты наших животных и активировав мои гормоны. Держу пари, тигр Итана давно впал в гон, и только характер альфы держит его в узде. Во время течки кошки звали друг друга запахом и рвались навстречу, забирая контроль. Хотелось плюнуть на все и сойти с ума, вжимаясь в тигра изо всех сил.

Схватив меня за руку, Итан потащил к центральному столу.

Раз. Рывок. И я лежу животом на столе, упираясь на локти, зовуще приподнимая попу и повторяя его имя.

Два. Он прижимается, не поднимая рубашку. И я чувствую, как внушительная эрекция через несколько слоев ткани посылает требовательные сигналы моему лону.

- Извини, - говорит он сквозь зубы и двумя руками резко рвет ворот рубашки на моей груди.

Три. Твердые, такие необходимые сейчас ладони ложатся на изнывающие холмы грудей и начинают поглаживать их сильными ласкающими движениями. Вершинки пропускаются сквозь пальцы, захватываются и растираются дразнящими движениями. Еще и еще.

Под мои стоны и дрожания бедрами.

- Не дергайся, сейчас все будет хорошо, - он говорит сквозь зубы. Сама я уже не владею ситуацией, лечу на голодной и требовательной волне боли от того, что я все еще одна, в треске напряженных мышц и жажде соединения с собственной парой. Из нас только Итан сохранил разум, разговаривая со мной, не давая упасть в гормональную бурю окончательно.

Он подбивает мои ноги в стороны, плотно пристраиваясь. Фиксирует бедрами мой дергающийся и подпрыгивающий таз. Это очень стыдно, но сожалеющая мысль смывается воплями пантеры.

Тигр мягко толкается у самого входа, легонько, и даже таким аккуратным движением выбивает искры из глаз. Одна его рука продолжает поглаживать соски, а вторая подергивает спереди подол.

Уверенные пальцы проникают в разрез панталон и накрывают теплом ноющий треугольник межножья.

- Сейчас, еще немного, - шепчет он мне в ухо, прикусывая тонкий хрящ. Я поворачиваю голову и меня целуют, наполовину голодно, наполовину сердито. Но его твердость продолжает гладить по припухшим складкам, пальцы потирают узелок удовольствия. И это все, что мне надо. Только мой тигр во мне.

Я выгибаюсь, безмолвно требуя парного укуса, и он не выдерживает, вцепляясь зубами мне в холку в основании шеи. Так пары готовят друг друга к постоянным отношениям, это почти признание в любви и верности. Я кричу и улетаю в дрожащем конвульсивном удовольствии. Упиваясь наслаждением в кольце его рук, заботливом и безопасном охвате моего тигра.

- Итан! - кричу я, слыша эхо, разъезжаясь ногами, зато проясняясь мыслями. Как хорошо, что альфа смог удержать ситуацию. Я счастливо смеюсь, упуская тот момент, когда атмосфера начинает меняться.

Шея на месте укуса горит. Печет, но все же терпимо. Хотя будет еще лучше, когда он разожмет зубы.

Поворачивая голову, я обнаруживаю, что альфа меня уже не кусает. Шея почему-то горит сама по себе, рассылая мелкие молниеносные импульсы жара по всему телу.

Лицо тигра замкнуто, сосредоточенно на чем-то внутреннем. Зато его руки по-прежнему со мной. И пальцы опять проходятся по болезненным зонам между ног, хотя лучше этого не делать, меня следует отпустить, а не заводить опять.

- Что ты делаешь? - скулю я, получая новую порцию разжигающего удовольствия и переводя слова в стон.

Не остыв, я снова чувствую нарастание желания пантеры. Там, где проходятся руки альфы, зарождаются очаги зудящего возбуждения. Я кусаю губы, покорно наклоняя голову в извечном жесте подчинения, чувствуя, как волшебно поет мое тело под его касаниями. Как стучит набатом сердце.

Отводя локоны с плеч, он приспускает ночную рубашку и целует меня дорожкой поцелуев по шее и спине, заставляя извиваться и хотеть еще большего. Кожа сзади печет, пульсирует.

Самые сильные ощущения на месте клейма. Слабая подозрительная мысль появляется и тут же исчезает, когда палец альфы проникает в меня.

- Аах, - вскрикиваю я, подергиваясь от новой волны ощущений.

И уже полностью подчинена, когда Итан переворачивает меня, кладет спиной на гладкую поверхность стола.

Его лицо по-прежнему замкнуто и полыхает внутренней силой. Черты каменеют и заостряются, превращаясь в четкие рубленные линии.

Он... фантастически красив. Сияет в моих глазах. Восхищает, когда разрывает на мне одежду. Волны желания прошивают мой позвоночник, начиная с шеи. Только касания моей пары дарят успокоение, только его изучающий взгляд приносит облегчение.

Он играет на моем теле как на музыкальном инструменте, вырывая звуки и прислушиваясь к ним, увлеченно и фанатично. А я, уже совершенно обнаженная, в лоскутах рубашки, выстанывая его имя без остановки, все исступленнее погружаюсь в облако общего наслаждения. Мои ноги дрожат, когда он поднимает их наверх и разводит в стороны.

Тигр может сейчас делать со мной все что угодно, но он делает самое правильное.

Входит в меня медленным, плотным и выжигающим изнутри движением. Смотря в глаза. Доказывая неопровержимое владение. Я изгибаюсь от страсти в дугу, беспомощно скребя по столешнице коготками.

- Да! - кричу я в далекий потолок. - Волшебно!

Его ладони плотно захватывают щиколотки, не давая моим ногам дергаться, растягивая их в стороны. Поднимает. И вбивается в меня в полном диапазоне, длинно, мощно, входя и выходя, а затем выбивая дух снова.

Приподнимая то одну, то другую ногу, разворачивая под нужными углами, ловя каждый вскрик и усиливая его повторным попаданием в те же точки. Он властвует, забирается в самую сердцевину. Я чувствую себя одним узлом бесконечного удовольствия, который закручивается все сильнее.

Где-то вдали, как в тумане, вижу его неожиданно властное лицо. Я моргаю, пытаясь сфокусироваться, но слезы, выбиваемые жесткими ослепительными толчками, текут из моих глаз, не давая ничего видеть четко. Второй пик наслаждения я встречаю помесью всхлипов и стонов. Он склоняется, жестко целуя мои искусанные губы.

- Итан, - сиплю я, еще дрожа, но уже пытаясь прийти в себя.

Позволяя немного выдохнуть, полежать спокойные секунды после поцелуя, он тяжело дышит. Я успокаиваюсь, наконец, ловя здравые мысли, и, вытирая слезы, вижу как альфа изучает меня.

Но затем движение бедер, и меня прошивает снова. И снова. Снова. Что со мной. Счастье. Хорошо. Я мелко трясусь, ногами, руками, животом. Я хочу, чтобы он делал это бесконечно.

И с новой волной острого бешеного возбуждения вижу, как альфа улыбается жестко, по-чужому. И запрокидывает голову, совершая особенно глубокий выпад. А за его плечами взлетают серебристо-золотые, сверкающие металлом в мигающем библиотечном свете огромные... крылья. Каждое перышко искрит алмазными гранями, издает режущие и щелкающие звуки при раскрытии.

Продолжая подергиваться от удовольствия, я вижу, как продолжает меняться лицо Итана, проступая незнакомыми звериными чертами, хлопают крылья, чьи перья, пробивавшиеся из плеч ранее, так ранили мои руки.

Он меняется, закинув голову в пароксизме страсти, теряя контроль над собой, отдавая тело неизвестному существу, которое все это время скрывалось в нем.

Его лицо рябит. Итан сопротивляется, борется и проигрывает. Его неотвратимо заменяет нечто, забирающее мою пару. Я... я не могу этого позволить.

Застывая в крике, обжигая меня изнутри приливом сладостного горячего вала, он поднимает крылья... и получает удар Лезвиями, полосующий его бедра.

Полузверь недоуменно и растерянно кричит. Пытается задержаться. Мы смотрим в глаза друг другу. Я - решительно. Он - запоминающе. И исчезает в глубине, уступая знакомым чертам моей пары.

Жезл Варрана подсадил нечто крылатое и могущественное в тигра. Кого-то из тех созданий, которых глава похитителей называл хозяевами. А я ведь чувствовала его еще в клане тигров, на конкурсе наследников. Но не приняла всерьез.

А теперь руна призыва, включенная безумной энергией примарх-пантеры во время течки, не сдерживаемая успокоительными таблетками, открыла ему проход во время нашего соединения.

Как там говорил голубоглазый примарх-сумасшедший: «Стань путеводным светом для наших хозяев, сосудом для их души». Сосудом стать у меня не выйдет, пантера-примарх может не потерпеть чужого соседства, а вот путеводным светом для прихода древних существ я теперь поневоле могу стать при каждом эмоциональном выплеске.

Я приподнялась на локте. И мы встретились глазами с зажимающим раны Итаном.

- Незабываемый секс, - прохрипел он, - зверей видела?

- Зверей?

- Да, моего тигра и меня выкинули двое. Думал, все, уничтожат, когда выйдут окончательно.

Он подтянул меня за плечо и прижался лоб в лоб.

Глава 19. Война - развлечение королей

"War is the sport of kings" (поговорка)

Всю ночь я лихорадочно обдумывала два вопроса: не потяжелела ли я котятами и -как помочь Итану. В итоге осознала, что второе сейчас важнее, а с первым против судьбы уже ничего не поделаешь. В конце концов редко кому из оборотней удается потомством в первые годы обзавестись, а некоторым - и за десятилетия не получается. Поэтому насчет котят можно не волноваться.

А вот существа, пытающиеся захватить тело моей пары - прямая и серьезная угроза.

Но в любом случае первое, что я сделала утром - направила служанку за таблетками и, когда она их принесла, выпила три одновременно.

Когда на завтрак прибыли Родди с Каем, новости они сообщили настораживающие. Оказывается, внимательный медоед углядел в Школе мисс Ирэн. Она тщетно дежурила под дверью Итана, время от времени фланируя в сторону женского общежития.

Причем, по словам Кая, бывшая преподавательница старалась вести себя максимально незаметно, маскировалась гримом, париком и, возможно, артефактом, меняющим голос. По крайней мере, отвечала флиртующим с ней студентам несколько в ином тембре. Узнал ее наш друг только потому, что обратил внимание на неизвестную девушку, постоянно фланирующую по этажу, и был в курсе про парик и возможную маскировку.

- Представляете, поддевает пальцем меня за пояс и спрашивает есть ли у меня друг-тигр. Дескать, не прочь с двумя покувыркаться, а тигров - очень любит. Вот стерва. Я сразу понял кто это и все равно чуть не согласился. Как вспомню ее кожу, прям ух, в животе напряжение. Гладенькая, ни единого волоска. Подумалось, а не взять ли огонь на себя, отвлечь ее постелью.

- Там бы она тебя и съела или начинила бы горелым огоньком. Помнишь, почему ее родня сжигала? - спокойно заметил Родди, аккуратно размазывая ягодный джем по блинчику. - Мари права, помощница, а то и сам Акула точно поджидали прибытия Итана с Мари в Школу.

Я еще вчера рассказала друзьям о словах Акулы, и Родди, точащий на него зуб со времени своего похищения в Хаксе, прокручивал еще и еще раз каждое его слово и действие.

- Чего же они ждали? Чего-то важного, если Ирэн дожидалась с ночи.

- Парни, - безэмоционально начал тигр, теперь и не только тигр, которому кусок в горло не лез. Все это время он о чем-то сосредоточенно думал. - У нас новости.

- Вы и в доме Торшей приключения нашли? - заулыбался медоед, но тут же посерьёзнел при виде наших по-прежнему напряженных лиц.

- Жезл Варрана ко мне подселил еще два создания. Видимо прыгнули они к первому же, у кого жезл не отбирал зверя, а, наоборот, возвращал. Поэтому я никак восстановиться не мог. Все пытался, дурак, понять, что со мной происходит, почему тело не могу нормально подчинить, а его у меня еще тогда отобрать пытались.

Итан сжал зубы. Даже через стол я услышала скрежет крошащихся резцов. Альфа глубоко вдохнул, поднял глаза и все также ровно продолжил:

- У них нет запаха, когда я взял тело под контроль, они сели глубоко и очень скрытно. Вообще их не чуял, пока руна Мари их не вывела наружу. По силе -примархи в сравнении - ничто.

Он кратко, без излишних подробностей обрисовал ситуацию. Дескать, встретились в библиотеке и клеймо активировалось. Мне не нравилось, как сухо звучала его речь, как редко он смотрел в мою сторону.

Тактичные друзья расспрашивали только по сути, что за звери, как выглядели.

В итоге Родди притащил пачку листов и судорожно делал зарисовки с моих слов, а Кай размахивал руками и спрашивал:

- Вот такие крылья? Нет? Еще больше? Ааа! Металлические? Оооо! Ты - мой герой! Итан, может хоть кусочек крыла покажешь?

- Категорически нельзя! - тут же взвился Родди. - Эти Древние звери не Двуликие! У них только одна ипостась - своя собственная. Полный оборот, и они просто уничтожат тело Итана. Он станет порталом, через который придут Близнецы. А остальных - просто подчинят. Помните, в трактате - сфинксы и мантикоры сделали себе бойцов - оборотней и вампиров и сражались в бесконечной войне. Одно не могу понять, почему именно сейчас это уничтоженное в давние времена зло смогло появиться? Они же месяц в Итане сидели. Руну на кого-то из его близких и раньше могли поставить.

Я любила продолжать мысль Родди, именно вместе нам думалось лучше всего. Как будто перекидывали мяч.

- Почему сейчас... - подхватила я. - Помните руны из трактата Видящего. Их там всего четыре. Буква Л со штрихом, стрелка, волна и кирка с точкой. Четыре руны Видящих, связанные с победой над изначальными существами-прародителями: сфинксами и мантикорами. Руны что-то закрывают, связывают силу.

Родди подскочил и, тыча в меня карандашом, зачастил:

- В казино «Лихорадка» разрушилось древнее каменное плато-артефакт с руной Л. Не оно ли было одной из печатей для силы Близнецов: сфинксов и мантикор? Из Итана сделали портал. И сразу начали уничтожать печати. Только мы не знаем - где находятся остальные три?

- На часть этого вопроса я могу ответить, - в столовую Торшей зашел в пропыленной и частично порванной одежде изможденный Крис. Он буквально свалился на один из стульев и жадно затянулся морсом из свободного кубка.

- Руну-стрелу можем вычеркнуть из поиска. Я лично видел уничтожение этой печати. Когда она еще была каменным кубом и называлась Тишиной. Откровенно говоря, происходящее меня пугает, и я не понимаю, что делать.

Мне категорически не понравилась атмосфера, воцарившаяся в столовой. Чтобы мои друзья, да такая потерянность на лицах. Поэтому я обошла стол, улыбнулась, положив руку на плечо Итана, и сказала:

- У меня есть отличный план. Предлагаю повеселиться.

- И у меня есть предложение, с которым не следует тянуть, - Итан гибким движением стек со стула, опустившись на колено, - мисс Мари Ерок, я полюбил вас с первой же секунды, когда увидел, вы стали моими мыслями, моим дыханием, моей единственной. И перед лицом неизвестности, а возможно, и верной смерти, я хочу дать вам свою фамилию и защиту клана, а также свое сердце в обмен на вашу руку. Прошу вас стать моей женой.

Хм. Судя по всему, не только я всю ночь думала насчет котят и опасности, нависшей над тигром. Альфа решил, что погибает и теперь защищает меня и возможное потомство.

Если я сейчас буду юлить и предлагать отложить решение, это будет разумно, очень разумно. Но жестоко.

Планирую ли я выйти замуж за Итана? Этой ночью я определенно сказала себе и ему: "Да". Но в ближайшее ли время? Понятия не имею. С другой стороны, моя попытка взять паузу разобьет тигру сердце, а ему сейчас тяжелее всех.

- Да, - сказала я, вкладывая свою ладонь в его протянутую руку, - я согласна.

- Сегодня же зарегистрируем брак на празднике Зеленой Травы.

Вообще-то я хотела предложить друзьям туда сходить развеяться, заодно встретиться кое с кем, но никак не выходить замуж так молниеносно.

- Для тебя это так важно? - мягко спросила я все еще стоящего на колене альфу.

Он молча кивнул. На боку вдруг покраснела рубашка. Значит, Итан не рискнул ночью трансформироваться в тигра, чтобы заживить раны, и от резкого движения они, едва начавшие регенерировать, открылись.

Поймав мой неуверенный взгляд, он сказал:

- Я тебя люблю: и я, и тигр. Всем сердцем.

Ахнула.

- Ты меня вспомнил?

- Нет. Просто понял, что люблю - полностью и до дна.

Он смотрел доверчиво, ничего не скрывая. Его тело хранило тайны, а душа была полностью открыта для меня. Оборотень, решивший войти в пару, это навсегда.

Я наклонилась и прошептала:

- Я тебя тоже люблю. Сегодня поженимся.

Меня подхватили, подняли высоко на руках, завертели. Смех. Наверное, так и должно было все произойти, просто не сейчас, когда и его, и меня искали сильные мира сего.

- Опусти, - взволновалась я, уцепившись за руки, - у тебя же рана.

- Поздравляем! - раздались голоса притихших до этого времени друзей.

- Счастья! - глухо произнес Крис. Не знаю, что было пока мы говорили с Итаном, но сейчас он держал себя в руках. Только подрагивали длинные аристократические пальцы. Ера встряхнул головой и улыбнулся. - Счастья, Мари. Береги ее, Итан.

Он был весь измученный, но старался поддержать нас. Ера, что бы ни случилось, близкий друг.

Я посмотрела на ребят. Как же мы все повзрослели за эти полгода. Крис превратился в очень красивого, знающего себе цену вампира. И, надеюсь мне не показалось, стал более выдержанным.

Даже безалаберный Кай вел себя расчетливее. Мы стали единой командой, где каждый мог опереться на друга.

После череды дружеских, но неловких объятий, мы все сели за стол, чтобы расспросить Кристофа. Что он там говорил о второй печати?

Итан затащил меня на колени, в итоге я села ровно как столбик, боясь разбередить ему раны.

- Я таблеток наглоталась, теперь выплеска энергии не будет, - шепнула я ему, - и после завтрака срежем мне клеймо, не хочу рисковать рядом с тобой.

Он опустил подбородок мне на плечо и на пару секунд закрыл глаза. Будто отдыхая, пытаясь расслабиться.

- Рядом с тобой риска нет, - фыркнул он, наконец, превращаясь в знакомого мне капитана олимпийской команды, - ты всегда сможешь воткнуть мне когти в бока и лишить славы стать отцом древнего зла.

- Отцом без меня стать даже не пытайся, - фыркнула я.

- Эй, парочка, - окликнул нас Кай, - вы бы послушали, что Крис рассказывает.

И мы послушали. И еще послушали. Очень впечатлились.

Среди вампиров есть кто-то, кто, по словам странного примарха, «выполняет свою часть договора», ищет руны и ломает печати. Мы знаем о двух разрушенных древних каменных печатях. И знаем, кто из оборотней их разрушает.

- У оборотней был артефакт с клеймом, - сказал Родди, покручивая его в руках. Тарелки он давно от себя отодвинул, рукава белоснежной рубашки были закатаны. Артефакт маг рассматривал через необычную лупу-призму, - держу пари, что у вампиров есть что-то схожее. Руна Бизо не древняя, работа совсем свежая, но призовет как надо и сфинксов, и мантикор. Очень похоже на призывающий вариант руны.

Он со стуком опустил инструмент на стол, элегантно наколол огурчик двузубой вилочкой и вкусно захрустел.

- Предлагаю искать тех, у кого, как на Мари, глазастая руна на загривке.

-О, - такой вариант воодушевил Кая, - ловим и раздеваем? Только оборотней и вампиров? По мне так человеческие девушки тоже могут быть вместилищем чего угодно. Можно построить и...

Пока парни обсуждали возможности группового обнажения, я размышляла, поверит или не поверит нам Дудль?

К сожалению, Дудль, по словам Криса, находится в Тишине. Когда он вернется в участок и прочтет мое письмо - неизвестно. И не факт, что сразу помчится арестовывать ужасного примарха со своими "детьми".

Кто нам еще поверит, кто расскажет, что за примарх меня похитил и зачем...

Придется найти Люшера на празднике Зеленой Травы, самом большом торжестве оборотней в честь наступления весны. Вот только чует мое сердце, что и Нестор может посетить событие, ходят слухи, а значит, мне и Итану следует поостеречься.

- Родди, у тебя в доме есть артефакты изменения внешности или маскировочные средства? - спросила я.

Глава 20. Однажды укушенный вдвойне пуглив

"Once bitten, twice shy" (поговорка)

Зеленая Трава, праздник плодородия и весны, обычно проходил громко и не без происшествий. В прошлом году его отметили грандиозной дракой, когда кланы рысей и крыс не поделили одну легкомысленную красотку. Девушка пообещала сразу нескольким молодым людям вступить с ними в официальный брак. Причем пара женихов было из рысей, а вот крысам особенно не повезло, невеста договорилась с почти десятком заинтересованных самцов.

И вместо ритуального бракосочетания крысы сначала подрались друг с другом, а потом в битву вступили два возмущенных оборотня-рыси. Пока стороны соблюдали правила и не обращались, объединившиеся перед общим врагом крысы получили численный и силовой перевес, показывая кошакам, что значит сыгранная командная работа и привычка нападать стаей. Они даже успели объявить, что смогли договориться и готовы вдесятером к совместному браку с невестой. Что вызвало овации среди циничных оборотней-зрителей и розовение щек у крепенькой, сдобной аки только что приготовленная булочка невесты.

Рыси восприняли это известие плохо. Отвратительно, надо сказать, восприняли. Как издевательство. И поступили вполне ожидаемо - они впали в ярость, плюнули на штрафы и обернулись. Рыси раскидали зубастых мелких конкурентов, которые обернуться так и не решились, скорее не от страха перед законом, этим недостатком грызуны не страдали, а вследствие неподходящей для боя фактуры. Под овации зрителей кошки поискали кого бы еще победить, но не нашли, присутствующие отказались категорически мериться силой с обернувшимися озверевшими самцами. Зато рыси выяснили отношения между собой и решили, что такая невеста им не нужна.

В итоге крысы валялись побитыми, праздничные навесы - сломанными, рыси оскорблённо ушли пить в таверну, сверкая голыми ягодицами, а невеста дала милое интервью газетному еженедельнику "Лоусон сегодня".

Скандал обсуждался на рынках Лоусона еще с месяц, потом о нем забыли. Мне об этой истории взахлеб рассказывала Кори, девушка-тигрица, с которой мы познакомились еще на посвящении, но даже она не знала, чем все завершилось для невесты-оленихи. Девушек среди оборотней рождается немного, а не хищные виды вообще редкость.

Возможно, она была не столько легкомысленной, сколько не могла противостоять напору хищников.

В любом случае от праздника оборотни ожидали многого. Новогодний Снежный бал и вполовину не был так популярен. К Траве граждане Лоусона готовились за несколько месяцев, сооружали клановые навесы, делали приготовления к конкурсам и традиционным соревнованиям, вроде кто больше съест орехов или лучше всех станцует «кружилку». Свет делал вид, что праздника не замечает, при этом самые отвязные события почему-то проходили с участием слишком хорошо одетых молодых людей в артефактах класса инкогнито, меняющих внешность. И неудивительно, праздники любому сословию желанны.

Выйти из дома мы запланировали после обеда, готовясь изображать компанию торговцев и ремесленников средней руки. Держаться придется вместе, иначе в такой толпе мы не найдем друг друга, даже если будем флагами махать.

После завтрака я настояла, и Крис когтями срезал с шеи проклятую руну. Как же мне было больно и страшно. От затуманивающего влияния вампира я отказалась, а настойка из аптечной лавки помогала мало. Итан держал меня за руку, поглаживая по тыльной стороне ладони.

- Ты очень сильная, - сказал он и поцеловал самые кончики пальцев.

- Ты тоже, троих на себе тащишь. Скоро двоих лишних вырежем, как мою дурацкую татуировку, - улыбнулась я сквозь слезы.

Пытаясь поймать взгляд Итана, я недоумевала, потому что он выглядел как-то... слишком спокойно. После операции поцеловал меня в щеку, крепко обнял и ушел в свою комнату не оглядываясь.

Странно. Мне было больно, но настораживающие признаки я ловлю в любом состоянии. Да что с тобой, Итан, происходит? Мне пришлось поспешить в свою комнату, чтобы обернуться и регенерировать, но с тигром поговорить я настроилась серьезно.

В итоге у меня все валилось из рук. В комнату занесли сладкие пирожки с ягодами, но есть не хотелось совершенно, приготовления к моей первой в жизни Зеленой Траве расстраивали. Что за радость выходить на такой праздник в маскировке, скрываясь как преступник. Я попыталась бытовым красителем "Прелестная белокурая леди" превратить свои темные пряди в светлую шевелюру. Но то ли смешала не так ингредиенты, то ли мой черный цвет был излишне стойким, в итоге на голове у меня закрутились темно-рыжие в красноту кудри.

Неожиданно игриво и дурашливо. Переделывать уже не было времени, и так на себя не похожа. Поэтому просто растрепала волосы, превратив их в торчащую спиральками копну. Мило, эдакая юная дочка лавочника, мечта соседских юнцов. Даже грима еще нет, а уже себя не узнаю. Как нас учили на занятиях, кардинальнее всего нас меняет прическа и цвет волос.

Родерик дал слугам распоряжение вытащить из кладовок всю неношеную одежду простого покроя, которую только можно было найти, а потом они с Крисом и Каем пошли на ближайший рынок за простой обувью, потому что не нашли у Торшей подходящих вариантов по ноге. Дорогие, сшитые на заказ ботинки парней выдали бы наших франтов с головой.

Я в нетерпении выглядывала из окна, дожидаясь пока они уйдут. Только мы с Итаном не могли выйти в город, и сейчас это играло мне на руку.

Признаться, я нервничала. Удаление руны сил мне не придало, скорее добавило нервотрепки в и так сложный период. Не каждый день выходишь замуж, я так нуждалась в поддержке тигра. А он вел себя, как будто вообще ничего необычного не происходило, словно не он сделал мне за завтраком предложение, не с его судьбой играли божественные силы.

Не о такой свадьбе я мечтала. Что скажет мама, когда узнает о скоропостижном замужестве. Как отнесется тигриный клан. Да что, проклятые небеса, происходит с моим любимым? Он сейчас должен под дверью песни любви петь и ласковые слова говорить, а не в своей комнате запираться.

Из всей одежды, принесенной миленькой улыбчивой служанкой, я выбрала самое простое платье, украшенное только простыми защипами и дешевым кружевом, явно купленное в качестве подарка кому-то из служанок лет двадцать назад и так и не нашедшее хозяйку, попрыскала на него цветочными духами и надела.

Дальше усидеть одной уже не было сил, пора было посмотреть, как там Итан.

Встреченная в коридоре первого этажа служанка меня не узнала категорически и пыталась отвести к дворецкому.

- Ты, душечка, от зеленщика? Не след так далеко от кухни мотаться. А чем голову моешь, кудри - загляденье, давно я такой красоты не видела. Только услышав про Зеленую Траву и маскировку, она мне поверила, но весь путь до лестницы я чувствовала спиной ее удивленный взгляд.

Глава 21. В эту игру могут играть двое

"Two can play at that дате" (поговорка)

На стук в дверь никто не ответил, я постучала снова, и опять тишина. Толкнула дверь и заглянула, почти уверенная, что Итан вышел и бродит где-то по дому. Но, к своему удивлению, увидела его сидящим в кресле и смотрящим в окно.

Всегда деятельного и энергичного тигра. Сейчас неподвижно замершим в кресле.

- Привет, - сказала я. Звучало дико, но я просто не знала как начать разговор.

Он взглянул мельком и отвернулся.

- Спасибо, не надо.

- Что не надо?

Итан развернулся уже с раздражением, но тут же замер, узнавая и рассматривая.

- Совсем другая, - сказал он, - но в любом виде очень красивая.

Я подошла и положила руку на твердое как металл плечо. Оно едва заметно дернулось, словно он хотел скинуть, боялся опять ранить, но взял себя в руки.

Я обошла кресло, потому что Итан опять отвернулся, изучая небо. Что бы сейчас не происходило в облаках, с его гостями внутри туда точно не следует долго смотреть, и я решительно втиснулась между ним и окном.

- Итан,что с тобой?

Положила обе руки на плечи, наклонилась, вглядываясь в желтые глаза.

Он удивленно вскинул золотистые ресницы. Кожа на лбу, загорелая и ровная, прорезалась двумя росчерками морщин.

- Нормально все. Просто понимаю, что могу не выжить. Надо письмо домой написать, с отцом и братом попрощаться, а мне в голову не приходит, что им сказать. Знаешь, - он усмехнулся жестким ртом, - младший брат Буч перед самым моим отъездом в Школу прямо на перроне хотел передать привет невесте. Отец наорал на него, какая невеста в его годы, но звучало как-то наиграно. Я еще подумал, откуда у Буча невеста в Школе. Может быть у меня... была.

Он хмыкнул, глаза блеснули, но снова потухли.

- Теперь у меня есть невеста и все хорошо.

Как же, очень хорошо. Прямо танцую от счастья, как и положено новобрачной. Я вспомнила юнца Буча, который так мечтал стать похожим на своего брата, чуть не умер, чтобы пройти по тому же пути. По-семейному золотоволосого мальчишку, уверявшего, что влюблен с первого взгляда. Тигров, столпившихся в огромной зале, и Итана, стоявшего на вершине пирамиды. Тогда я считала, что у нас - плохие времена. Интересно, какие сейчас.

А всему причиной странное дело на Олимпийском Турнире Школ и спасительный прыжок Итана под жезл. Потом больного, теряющего ощущения тела, выходила семья.

А если бы удар пришелся по мне? Если бы в меня клещами впились два древних крылатых чудовища, смогла бы я выжить или весь мир бы уже маршировал под властью воинственных близнецов?

Со времени моего приезда в клан прошло всего чуть больше месяца, а кажется -годы.

- Когда я приезжала в клан на выборы наследника, ты официально объявил меня парой, - призналась я.

Он хмыкнул, провел тяжелой рукой по моим новым кудрям, зарываясь пальцами в пряди. И опять откинулся на спинку кресла.

- Значит никаких сложностей не будет. Если я погибну, семья тебя примет, -удовлетворенно сделал вывод Итан.

- Ты что говоришь? - мне хотелось его трясти, пока мозги на место не встанут. -Если близнецы выберутся, не только ты пострадаешь, весь мир в кровавом бою ляжет. Они создали оборотней и вампиров, неужели ты думаешь, что не подстраховались каким-нибудь способом управления своими бойцами? Нам нельзя допустить их выхода!

- Как мы это сделаем? - мягко спросил Итан.

- Посох Варрана...

- Отец сказал, что его уничтожили, примархи специально на контроль приезжали.

Мы помолчали. На моих глазах его лицо застывало, каменели черты. Он прятал боль, не желая мне ее показывать. Очень напряженный, отказывающийся разделять со мной печальные мысли о будущем.

Я села у его коленей и дернула полы рубашки, вырывая пуговицы.

- Не надо, - покачал он головой.

Не реагируя и не отвечая, припала ртом к животу. И укусила чуть выше линии брюк. Итан даже не вздрогнул. Прижавшись, я поцеловала, лизнула по гладкой коже вокруг пупка и опять куснула.

Поднималась, отмечая его живот и грудь мелкими, болезненными укусами. Схватила обе его неподвижные руки, вжала их в подлокотники. И упивалась крепким загорелым телом, разрисовывая красным яростным узором.

Я... злилась на него. На то, что не разделял со мной боль, что отстранился. Что сидел сейчас спокойно, скорее терпел, чем собирался участвовать.

Призывающего клейма на мне не было, поэтому могла открыться чувствам, выплеснуть их на свободу. Получай.

Я практически урчала, когда дошла до его сосков. Маленьких, плотных как крепенькие темные горошины. Вцепилась, прикусывая и вылизывая то один живой камешек, то другой.

- Не надо, Мари, нам скоро уходить, - опять сказал Итан.

Но я уже слышала, как быстрее застучало его сердце. И укусила с силой, захватывая шире края, и ожесточенно работая языком. Он охнул.

Оторвал меня от своего тела за волосы.

Ну уж нет. Я, так же как он, ответно схватила в горсть выгоревшие на солнце пряди тигра, и некоторое время мы боролись, я - притягивая, он - отодвигая. А когда поняла, что не получится поцеловать, заскулила от бессилия. Да что ж такое!

Получив через посох древних близнецов, альфа стал удивительно силен, почти без труда сдерживая силы примарха. Смотрел на мое покрасневшее, беснующееся лицо холодно, как наказывая за истерику маленького капризного ребенка.

Тогда я схватила второй рукой его между ног, собирая в горсть, сжимая. И оказалось, что он мне врал все это время. Там было сильно, жестко, готово. И Итан, тихо ругаясь, застонал сквозь зубы.

- Возьмиииии, - прошипела я ему в лицо.

- Не вынуждай меня, - рявкнул он.

Пантера подвывала, вызывая тигра на гон. На крышесносную, безумную, животную связь, устанавливаемую внутри семейной пары. После гона воспринимать других партнеров может стать невозможным, поэтому его практикуют только после заключения брака.

Он хотел оставить меня в случае своей смерти свободной женщиной под защитой клана, опекающей наших возможных детей. В этом случае довольно быстро я могла бы снова найти пару.

Но я не хотела ему это позволять.

- Нет! - рычал он мне в лицо, сам дергаясь от удовольствия под массирующими ласками моей руки.

- Да! - выдыхала я, продолжая тянуться к нему через боль в натянутых волосах, приоткрывая рот и облизывая вспухшие от желания губы.

- Ты пожалеешь, - Итан сражался с собственным зверем, а я - звала. Отчетливо чувствуя разливающийся в комнате запах гона, горячих трав саванны. Я звала своего тигра, пару, постанывала в его руках, тянущаяся к нему и желающая. Запах стал такой интенсивности, что его можно было резать ножом.

И он сдался.

Рыча, дернул к себе, впившись в мой приоткрытый рот наказывающим, острым поцелуем. Запах вился вокруг, но... не обретал новых красок. Тигр отказывался принимать гон.

Я чувствовала, как по телу мелкими иголочками колет нерастраченная магия зова. Сгорала в собственном огне, а он пил мои стоны.

Когда я задергала ворот платья, меня мягко отстранили, аккуратно расстегивая пуговички, поглаживая пылающую кожу и тем самым вызывая еще большую дрожь.

Почему-то от этих уверенных движений я зажигалась еще больше, словно это были не ласки, а вызов. Моей власти над ним, моей женской силе.

Ладони сами лихорадочно гладили его грудь, живот. Я трогала, чтобы свести с ума его, а дрожала сама. Великолепный весь. От макушки до пят. Ласкать его было совершенно безопасно, клейма-руны на мне не было, пусть, пусть он расслабится.

Расстегнула пояс, пытаясь пальцами пролезть под край, отследить дорожку волосков, ведущую вниз как стрелка: "иди сюда, здесь наслаждение".

Мои пальцы перехватили и успокаивающе погладили, вернули на живот. Мир перестал быть связным, превращаясь в калейдоскоп отдельных, ярких как вспышки впечатлений.

Вот он плавными движениями спускает вниз нижнюю рубашку. И проходит легким перебором пальцев под грудью, потом вверх, слегка поглаживая полушария, зажимая соски. Искры. Стон.

Я ахаю ему в рот, пытаясь вырваться и перехватить инициативу Но мне не дают, резко приподнимая и ритмично подергивая вершинки. Желтые глаза смотрят внимательно, не дают потеряться, полностью раствориться в потоке ощущений.

Мне хорошо, головокружительно и щемяще, просто подчиняться его то поглаживающим, то сжимающим рукам. Он касается живота, нежа его обводящими плотными движениями, сильно сжимает бедра, будто приноравливаясь, как лучше за них ухватиться.

Чуть приподнимает, не разрывая жадного поцелуя. Мне нравится подчиняться его рукам, легким движениям, уверенным точным нажимам.

С меня снимают панталончики. Я чувствую себя не просто полностью обнаженной, а совершенно душевно открытой.

Теплое завершающее движение языка в поцелуе и мой рот отпускают. Я моргаю, пытаясь прийти в себя.

А тигр, оказывается, спокойно сидит и рассматривает. Мои припухшие губы. Заострившиеся, торчащие прямо на него соски. Плоский, втянутый от возбуждения живот.

Итан проводит рукой сверху вниз, начиная от рта. И я стону под длинным плавным касанием.

Притянул. Задышал в ухо.

- Я запомнил тебя. Всю.

- Прими меня, Итан, умоляю.

И горячий шепот в ответ:

- Ты и так моя.

Я попыталась оттолкнуться, но он держит крепко. Приподнимается прямо со мной, встает и идет к кровати.

Широкая ладонь его держит под попку, это почему-то особенно ярко и головокружительно откровенно. Простая поддержка ладонью рядом с нежным, чувствительным сейчас межножьем окончательно разбивает мой контроль.

Я вцепляюсь зубами ему в шею чуть больше, чем можно в любовных ласках. Чуть сильнее. Голоднее. Рычу, дергая мешающий воротник рубашки. Кусаю. Мои пальцы хватают и дергают русые волосы, взывая к звериным инстинктам, увлекая за собой.

Я хочу, чтобы он тоже отбросил контроль, потерялся в эмоциях.

Мы вместе падаем на кровать, почти выбивая дух друг из друга. Тигр тут же приподнимается, не давая мне опять вцепиться в шею, нависая. Миг и мои ноги жестко раскидываются. Теплое прикосновение. Он входит сразу двумя пальцами, вызывая ошарашенный всхлип.

- Шшш, - успокаивающе шипит он, двигая рукой. Чем-то, или укусом, или призывами, но я его довела. Сейчас он успокаивает меня и успокаивается сам.

Не давая мне дергаться и выгибаться, Итан крепко прижимает согнутой второй рукой, придавливая грудь и сильно сжимая сосок.

Я ловлю воздух ртом. Перед глазами всполохи, я готова кричать от наслаждения.

- Не кричи, в доме слуги, - говорит Итан. Его взгляд вбирает по капле напряженные гримасы моего лица, резкие выдохи ртом, твердость сосков, собравшихся от возбуждения в цилиндрики. Я выстанываю:

- Плевать.

И мне действительно все равно. Даже странно, что еще могу разговаривать. Потому что мыслей во мне все меньше, с каждой минутой я все больше превращаюсь в сплошной комок жажды. Жажды, которой я хочу его заразить.

От движения пальцев - скулю. Взгляд ловит желтую лаву его напряженно суженных глаз. Повлажневшие пряди волос, упавшие на лоб. Капли пота, блестящие на шее. Он сдерживает себя.

Я бьюсь пойманной рыбой, выгибаясь, стараясь поймать его полы расстегнутой рубашки. Чувствуя себя одной, такой одинокой, заплутавшей в тумане желания.

- Пожалуйста, - наконец шепчу, сдаваясь. Я уже не хочу драться и требовать. Я просто хочу, чтобы он был моим. - Пожалуйста.

- Руками за спинку кровати, - спустя несколько томительных, бесконечных для меня мгновений командует альфа. Мое сердце начинает буквально колотиться в грудную клетку, да, да. Я хватаюсь за планки у изголовья, мои ноги дрожат.

- Вот так, - говорит он.

И пальцы медленно выходят.

Горячая шелковистая головка замирает на входе, разрешая насладиться касаниями, и аккуратными небольшими движениями вплывает внутрь. Идеально. Безумно.

Я кричу. Мужская ладонь ложится между зубов, позволяя закусить ее.

- Вот так, - повторяет Итан, в мощных, глубоких раскачиваниях овладевая моим разгоряченным, дрожащим от желания телом.

В большое ростовое зеркало, находящееся рядом со столом, я замечаю мелькания, и уже не могу отвести глаз. Между раскинутых девичьих ног двигается мужчина. Его широкая спина заслоняет меня полностью. Мускулистые золотистые ягодицы работают вверх вниз, представляя собой совершенно завораживающее зрелище. Я вижу, как меня берет мой тигр.

Мое лицо отворачивают от зеркала. Итан хочет смотреть в глаза. Он вдруг освобождает мой рот, обе его руки обхватывают груди, вершинки зажимаются пальцами и вздергиваются вверх, потираясь.

Альфа замирает на выходе. И в меня начинает входить совсем другой размер и даже форма, я чувствую бугрящиеся узлы. Он трансформировался внизу.

Небеса! Чистая лава удовольствия затопляет мозг. Это почти больно, но точно ошеломляюще хорошо. Альфа раскачивается, буквально надевая меня на себя. Я всхлипываю ему в рот, слушая знакомое успокаивающее тигриное фырчание.

Итан замирает, и я тут же обхватываю его ногами, не давая отстраниться, нет, не сейчас. И он остается, начинает стонать от удовольствия. Протяжно. Содрогаясь. Наполняя меня своим огнем.

Да. Я эгоистична. Я рискну всем миром, чтобы он жил. Мой тигр. Я выгибаюсь и отвечаю спазмами, потоками наслаждения, рвущими горло стонами.

Все вокруг плывет в сильном горячечном запахе призыва. Потому что меня так и не сделали единственной. Меня оставили свободной.

Глава 22. Внешность обманчива

"Appearances are deceptive" (поговорка)

Немного грима, простенькая заколка-артефакт из запасов Родди. И я превратилась в хорошенькую рыжую девицу в милых конопушках. Простовато одетую, но весьма привлекательную.

По крайней мере, это можно было понять по реакции ожидающих в холле парней.

Кай присвистнул. Родди хлопнул Итана по плечу. Сами они тоже выглядели необычно: рубахи грубого полотна, кожаные куртки, грубые ремни. Что ж. Мы выглядели как оборотни среднего сословия, отправляющиеся на праздник. Беззаботные и готовые к веселью.

Вспомнив сегодня утром про свою ошибку первого дня учебы в опознании Криса как вампира при первом знакомстве, я предложила использовать этот небольшой трюк. И сейчас Родди и Крис красовались в старых рубашках Кая. Некоторое время они будут пахнуть как медоед. Хотя на праздник Зеленой Травы приезжали не только оборотни, все-таки другие расы воспринимались хозяевами не слишком доброжелательно. Зеленая Трава - старинное гуляние оборотней в честь праздника плодородия, древнее как сама земля. Традиционно полагалось меряться силой, заключать браки, гулять от души и выпивать в три горла. А выпившим оборотням только дай причину подраться.

Поэтому люди и вампиры приходили с друзьями или членами семьи-оборотнями на самое начало. А потом дипломатично разъезжались.

В городской парк мы прибыли на городском омнибусе. Вокруг гомонили уже начавшие праздновать волки, лисы, медведи - представители самых крупных городских кланов.

Расположившись на торцевой скамейке, наша компания старалась держаться незаметно, больше молчали и с интересом оглядывали публику. Горожане нарядились в лучшую свою одежду, бряцали украшениями. Несмотря на то, что оборотням не рекомендовалось увлекаться кольцами, некоторые наши попутчики могли похвастаться даже ими. Хотя Зеленая Трава - единственный праздник, на котором городскими властями разрешался оборот ради уважения к древним традициям.

Итан посадил меня к себе на колени и закрывал локтями от излишне шумных и энергичных соседей.

- Эй, - сказал он, - чересчур активному темноволосому молодому человеку, успевшему раза три нас толкнуть, - немного спокойнее, парень, ты задеваешь мою невесту.

- Поздравляю! - нам отсалютовали бутылкой. - Достатка и любви в дом!

И он отодвинулся. Как бы не выглядели эти оборотни, вели они себя весьма добродушно. Мы поневоле вспомнили, как по-другому последнее время ощущалась атмосфера в школе. Постоянные ссоры, скандалы, драки. Студенты были постоянно на взводе, раздражались от малейшего пустяка.

Еще издалека, омнибус даже не успел подъехать к воротам парка, а мы уже слышали громкую музыку и женские визги. Это танцевали «прыжку» или «воляницу». И тот и другой народный танец сопровождался звуковыми выкриками для демонстрации удали танцующих.

Когда омнибус остановился, выходя, все начинали невольно улыбаться. Что-то радостное и весеннее витало в воздухе, несмотря на удивительно прохладную погоду для этого времени.

Даже Итан обнял меня за талию и оживленно разговаривал с Каем. Они обсуждали как в толпе можно найти Люшера, учитывая, что примарх не любил афишировать свое присутствие на народных гуляниях.

- А он может не прийти? - поинтересовалась я.

- Придет, - твердо сказал Итан, - в городе неспокойно. Оборотни все тут. Поэтому Люшер обязательно появится, не волнуйся, котенок.

Мы впервые шли вот так открыто обнимаясь. Я чувствовала его теплую руку на бедре и хотелось петь. Даже обида после сегодняшнего неудачного гона как-то начала развеиваться. Когда он утром отказал мне в брачном соединении, я... очень расстроилась. Итан обнял меня и добрых полчаса нашептывал какая я любимая, и что он мечтает быть со мной всегда вместе. Но, пока не решен вопрос двух «подселенцев», он не может проявить безответственность и поступить эгоистично.

Слова были правильные, но мне совершенно не нравилась ситуация в целом. Да, он был альфой, для него важно было сначала думать о защите других, и только потом - о себе. А я хотела сейчас думать прежде всего о тигре. Потому что это его жизнь стояла на кону.

Прыгнув под жезл Варрана и приняв удар на себя, Итан принял ответственность, которая мало кому по плечу.

- Перестань хмуриться, - прошептал он мне в ухо. - Давай танцевать. Все-таки сегодня у нас свадьба.

Махнув друзьям, мы влились в круг танцующих «воляницу». На большой поляне, где по кругу размещались установленные торговые шатры, крутились пары, организуясь по три постоянно меняющихся и перетекающих ряда. Основные движения я знала, но опыта не было совсем, поэтому просто расслабилась, подстраиваясь под уверенные движения альфы.

Раз. Поворот. Девушка с другого ряда перекидывает мне яркую ленту. Я взвизгиваю, вскидывая желтый шелк наверх. Рука Итана крепко держит меня за талию. Мы кружимся.

Что-то, что все это время сжимало сердце - наконец-то отпускает, давая возможность свободно дышать. Я кричу еще звонче, перекидывая ленту круглощекой блондинке в соседний ряд. И хохочу, когда тигр, подхватывая меня, кружит в воздухе.

Краем глаза вижу, как в круг врывается медоед, обнимающий брюнетку с весьма впечатляющей шириной бедер. Музыка гремит. И, когда танец заканчивается, мы возвращаемся на край поляны раскрасневшимися и помирившимися.

- Хорошенькая. Но я ожидал большего. Искал одну, а нашел другую? - голос, задавший этот вопрос, холоден и немного презрителен.

У дерева, рядом с замершими Родди и Крисом, стоит Люшер. И я бы обрадовалась, что мы его так быстро нашли, но рядом с ним, совершенно не обращали внимания на меня, но зато с интересом разглядывали Итана двое: крупный носатый мужчина с кудлатой бородой и кривой ухмылкой, а также голубоглазый седой красавец.

Короткие волосы, смуглая желтоватая кожа, знакомые мне скупые движения поджарого тела. Оборотень, совсем не похожий на свое животное. Примарх, от одного вида которого мне захотелось зарычать и трансформироваться.

Люшер кивнул своим спутникам. Они развернулись. И... пошли к шатрам.

- Вы вовремя, - сказал Кай, - Люшер подошел и слова не сказал, только смотрел как вы с танцев возвращаетесь. Видели кто с ним? Точно люди или вампиры зеленые, запаха никакого, а смотрят как золотом одаривают, снисходят. И на магов не похожи.

Простодушному Каю было обидно, что Люшер его даже не поприветствовал.

Выпрямившись в струну, я смотрела вслед уходящим. Они шли молча, вообще не общаясь, прогулочным расслабленным шагом. Разная одежда, разные стили. А сколько неуловимо общего в точных, ловких движениях.

Дудль должен был утром вскрыть сектантский замок как сундук вора, только щепки в сторону. Однако мой похититель только что демонстрировал абсолютное спокойствие, никаких признаков напряжения. Что-то явно шло не так. Неужели мои письма не попали к следователю?

- Седой - это тот, кто меня выкрал из Школы. Псих полный, как бы не выглядел сейчас прилично, - сообщила я друзьям, - превращается в странное кожистое животное, очень крупное и сильное, с рогом на голове. Точно примарх, я его запах только при обращении почувствовала.

- Я бы тоже психом был, если бы все видели, что я рогат. Вот не повезло таким страшилой родиться. Весь кожистый? А разве есть такое животное? - удивился Кай.

- Носорог.

Итан тяжело смотрел вслед троице. Я узнала этот взгляд и жесткую складку губ. Таким он был в Хаксе, когда Акула захватил Родди. Сейчас он прицельно рассматривал спину главы секты. Повернулся спокойный и собранный.

- Это животное юга Визии, пограничных территорий с дайтарийцами. Очень сильное и свирепое. Кай, Крис, проследите-ка аккуратно куда идут эти трое. Слишком серьезное у них настроение для праздника. Нам с Мари туда нельзя, а Родди сбежать, если что, не успеет. Но и вы постарайтесь не нарываться, в случае опасности - уходите.

Кай, привыкший выполнять его команды без раздумий, потащил несколько удивленного Криса в сторону таверны. По дороге успев махнуть рукой девушке, с которой танцевал, и ухитряясь при этом болтать с Крисом. Наверное, делился своими впечатлениями от предполагаемой ипостаси нового знакомого примарха.

Брошенная им брюнетка одиноко стояла у круга танцующих и явно расстроилась, когда веселый ухажер не оказал ей должного внимания. Мне стало жалко девушку. Сами не празднуем как надо и другим радость портим.

Мы медленно двинулись в сторону таверны, стараясь смешаться с толпой.

- А надо ли теперь вызывать Люшера на разговор? Не замешан ли он сам? -возбужденно прошептала я Итану. Поведение волка мне не понравилось, даже не попытался отойти от своих спутников, чтобы поговорить с нами. Я нервно подергала ремешок корсета. Информации от Дудля нет, Люшер ведет себя странно.

Прижав меня крепче, Итан подышал в волосы.

- Сколько раз он нам помогал? - резонно заметил тигр. - Мари, ты что? Если Люшера подозревать, ни на кого тогда полагаться нельзя. Помнишь, мы сражались вместе против Драгомила? Не похож волк на сектанта, совсем не похож.

- Акула тоже нам помогал, но я на медяк ему не верю.

- Вы прямо характерами поменялись, - заметил Родди, - раньше Итан все проверял, недоверчивый был, а ты, Мари, наоборот, всех успокаивала.

Я вспыхнула. Меня совсем недавно опоили и увезли в неизвестность, клеймо поставили. Жених ходит под угрозой смерти, да еще этим войну развязать может. Родди иронизирует или серьезно от меня спокойствия ждет?

- Эй, эй, не прожигай меня взглядом. Что я такого сказал? Лучше посмотрите, наших в таверну не пустили.

И действительно, из дверей парковой таверны, единственного здания на поляне, так как остальные павильоны были просто шатрами, так вот из здания, куда обычно пускали всех, только что буквально выкинули Кая с Крисом.

Кай возмущенно кричал и потрясал кулаком. Крис нервно отряхивал сюртук. Дверь еще раз открылась и мордоворот, практически перекрывающий проем, повернулся, выпуская стройного молодого человека. Улыбающегося, чистенького, лощеного.

Этого красавчика я узнала мгновенно, именно он помог мне прийти в себя после отравления в замке, один из «детей» носорога.

- О, какие интересные в таверне посетители, это же парень из секты, - сообщила я друзьям и хищно улыбнулась, - подождите меня немного, сейчас я все узнаю.

И, почти оттолкнувшись от Итана, зашагала навстречу, как его там... Марку. Пока Крис с Каем пытались поговорить с вышибалой, он легко спустился по ступенькам и направился в сторону соревновательных шатров. Там горожане мерялись силой и сражались за призы, чтобы одарить ими своих спутниц.

Играла музыка, визжали танцоры. А из шатров слышались крики зазывал. Вокруг сновали оборотни всех сословий и возрастов. Юноша оглядывал празднующую толпу со скучающим, немного презрительным видом. Насколько помню, он -оборотень, но неизвестного мне вида.

- Ах, - громко сказала я, «неудачно» подвернув ногу, не доходя до парня пару шагов.

Подняла глаза, посмотрела беззащитно, вспыхнула восхищенно при виде молодого человека. Он с интересом изучал линии моей фигуры, уделив особое внимание открытым плечам и ножкам в полосатых чулках. Но даже не пытался двинуться на помощь.

Странно.

А! Я вспомнила, что он не пытался предложить мне помощь и в замке.

- Помогите, пожалуйста, - нежно проворковала я.

Мне изящно подали руку и снисходительно улыбнулись, помогая подняться.

- Держись, милашка.

Я оперлась на поданный локоть, и Марк довольно хохотнул.

- А ты хорошая девушка. Если бы знал, что встречу такую, сам бы тебя поискал.

- Хорошая. Ты определил это по моим глазам или по касанию?

- По повадкам, крошка. Ты не прижалась к моей руке грудью. И не повисла, задыхаясь от слабости и предлагая расшнуровать тебе ворот.

У меня полезли вверх брови.

- Ты так говоришь, словно девушки периодически падают у твоих ног и умоляют о помощи.

- Да, я всем нравлюсь, - Марк подмигнул и похлопал по моей ладони на сгибе рукава, - но насчет тебя не против, падай.

Я чуть не растерялась от такого неприкрытого самолюбования. Открытое юное лицо сияло убежденностью и довольством собой и миром. Светлые, вьющиеся волосы подчеркивали небольшую смуглость кожи и лучистость синих глаз. На ярком свете и в этом полупрофиле он мне напомнил... о! А ведь этот молодой человек вполне может быть родственником ужасному носорогу. Вот почему этому юноше разрешалось так много. Пора входить в доверие.

- Я впервые на празднике, только в этом году смогла нормально обратиться, а ты?

Начинать следует с нейтральных тем: окружение, погода, впечатления. Первое правило допроса: найди общее.

- Я второй раз, и снова не впечатлен. Хотя еще соревнований не видел, надеюсь, там будет что посмотреть.

- О, я обожаю смотреть на соревнования.

- Правда? А я - участвовать.

Мы заулыбались друг другу. Мою руку прижали крепче.

- А что предпочитаешь? - я спросила с заинтересованным придыханием.

Второе правило допроса: разговори объект, начиная с интересующих его тем.

- На силу, на ловкость. Не часто выезжаю из дома на праздники, но всегда стараюсь размяться.

Он поиграл мускулами под пиджаком, а я заливисто посмеялась, щупая его предплечье через ткань. Надо сказать, при всей изящности фигуры, я ощущала под пальцами литые, почти каменные контуры.

Мы остановились у палатки с измерителями силы. Здесь за медную монетку молодые оборотни азартно стучали молотками по артефактной колоде со стрелкой, показывающей уровень силы.

Широким жестом кинув зазывале медяк, мой спутник осторожно снял мою руку и, взяв молоток, ловким замахом выбил восемьдесят на колоде. Вокруг заухали и зааплодировали. Я поощрительно улыбнулась.

Но тут на соседней колоде ударило... на девяносто. Повернувшись, я чуть не вскрикнула от неожиданности при виде нового соревнующегося бойца.

Рядом с нами, держась за молоток, стоял Итан. С ледяным выражением лица и сжатыми губами. Заморгав, я сделала большие глаза. Что ты творишь? Но тигр даже не взглянул в мою сторону.

Что происходит? От дурного предчувствия сжалось сердце. Может быть... О... Я так привыкла все решать сама, что, когда увидела Марка, выходящим из таверны, просто заявила «парень из секты» и пошла вперед. Не посоветовалась, не обсудила ситуацию. Поставила альфу перед фактом.

И сейчас он то ли злился, что я подвергаю себя опасности, то ли ревновал.

- Девяносто, - громко сказал тигр, - нормальная цифра для настоящих мужчин.

Марк покраснел. Стрельнул в мою сторону глазами. Парень прекрасно знал, что выглядит молодо и был не в восторге от явной иронии конкурента. Юноша вытащил еще одну монетку и элегантным броском, подкрутив, перекинул ее хозяину палатки. Затем перехватил молоток двумя руками, широко расставил ноги, закусил губу и сосредоточился. Удар. Ого!

- Девяносто два - цифра получше, - заявил Марк, пытаясь сцепить дрожащие руки. Мне кажется или кто-то умеет концентрировать силу в удар. Такому меня учил мастер Бринелли, иногда получалось, иногда нет.

Я восхищенно ахнула и захлопала в ладоши. Правило допроса три: покажи или презрение по отношению к объекту, вызывая желание переубедить, или уважение-восторг, формируя доверие. Сейчас я фонтанировала восторгом.

Итан бросил на меня нечитаемый темный взгляд. Заплатил за удар, сосредоточился, вздулись бугры мышц, затрещала рубашка. Тигр выбил... девяносто пять.

Зрители заорали, засвистели, почуяв представление. Довольный хозяин подзуживал сражающихся, вокруг палатки собиралось все больше зрителей. Если я не вмешаюсь, самолюбие Марка будет растоптано. И девушка, которая видела поражение мужчины, практически не имеет шансов на продолжение знакомства. Парень от меня просто сбежит.

Красный от натуги Марк заорал при ударе и выбил девяносто шесть, чуть не вывихнув руки на взмахе.

Я вскрикнула и ухватилась за него:

- Мне здесь душно, ой, мне что-то плохо.

И оттащила от палатки, вцепившись в руку, повела подальше.

- Ты только что выиграл у лучшего бойца Школы, - зашептала я молодому человеку. Зашептала, чтобы кое-кто с очень хорошим слухом опять не вмешался в мою игру.

- Ты его знаешь? - Марк оттирал красное потное лицо и пытался незаметно для меня восстановить дыхание.

- А, не обращай внимания, ухлестывал за мной год назад. Такой неприятный и слишком простой. Вот в тебе сразу чувствуется что-то особенное, - манерно надув губы и хлопая ресницами, я надеялась, что не сильно передавливаю с эмоцией. Но парень все принял за чистую монету. И засиял от гордости.

Пора подсекать, время-то идет. Ну, Итан, ну... я ему еще все выскажу... И он мне что-то скажет, судя по произошедшему.

Мой спутник по-хозяйски обнял меня за талию и тепло подышал в лицо. От плохих людей поневоле ждешь какой-нибудь гадости вроде смрадного дыхания, но запах изо рта Марка был чистым и свежим. Белая рубашка с тонким жабо немного странно смотрелась бы на тех оборотнях, которых я знаю, но прекрасно выглядела на юноше.

Проходящий мимо парень в форме служителя парка показал большой палец, кивнув на меня. Мой спутник ухмыльнулся в ответ и как-то повелительно махнул кистью, похоже на «иди-иди». Тот коротко поклонился и поспешил дальше по поляне.

- Я так и не спросил, куколка, как тебя зовут. Меня - Марк.

- А меня - Кора. Я очень рада, что встретила тебя на празднике, Марк. Может быть пройдем куда-нибудь, посидим? Хочу вон в ту таверну.

В начале моей фразы он расплылся в улыбке. Услышав приглашение «посидеть», засиял глазами. Надеюсь, он не представлял нас уютно заседающими в кустах.

Зато упоминание таверны его расстроило.

- Кора, детка, - Марк убрал пару рыжих прядок с моей шеи, - туда никак нельзя.

- А я хочу! Я так мечтала! Пойдем, - я перешла на шепот, - поедим, а потом прогуляемся вместе... куда захочешь.

Марк тоскливо стрельнул глазами в сторону заведения. Я посмотрела туда же. О! На наших глазах в таверну, спокойно отодвинув тростью охранника, прошел Дудль. Великолепно! Значит он сейчас расскажет Люшеру кто меня похищал и арестует носорога.

Я облизнула губы. И прижалась бедром к Марку. Для распаленного соревнованием оборотня это решило вопрос. Он постарался меня убедить, поделившись секретом.

- Туда нельзя, - горячечно зашептал он, - это тайна, но там собираются сейчас ВСЕ примархи.

Я всплеснула руками и в восторге закрыла ладонью рот. Оглянулась заговорщицки.

- Проведи меня, - прошептала почти в экстазе, и, кстати, практически не играя.

Все! Примархи! Это значит, можно будет поставить жирную точку в подпольных играх главы секты. Сейчас мы с Дудлем раскроем его тайны.

- Нельзя! - почти умолял меня Марк. - Пойдем куда хочешь, но не туда.

Я развернулась и решительным шагом двинулась к зданию. Вот уж нет. Арест пугающего меня примарха я ни за что не пропущу.

Варианты рыженькой))) 1.

2.

Вторая мне нравится больше всех по типажу простенькому, но она раздета))) А это -не очень нравится)

Глава 23. Гнилое яблоко портит своих соседей

"The rotten apple injures its neighbours" (поговорка)

Марк пытался схватить меня за руки, но я только прибавляла шаг, вырываясь. Летела как стрела, рассекая воздух, видя только цель. Дверь таверны я буквально рванула, и тут же попала в медвежьи объятия одного из охранников.

- А это что за птичка летит в сети? - тихим низким голосом проговорил он, крепко меня удерживая.

- Я по делу, - сообщила я, - будьте добры, уважаемый, уберите руки.

В огромном зале таверны было удивительно тихо. Только в дальнем торце за мощными колоннами, поддерживающими свод, сидела компания и негромко разговаривала. Сколько их там?

Два здоровенных охранника-оборотня у входа перекрывали мне видимость, разворачивая обратно и стараясь при этом производить как можно меньше шума.

Сейчас второй открывал входную дверь, а первый нежно подталкивал меня в сторону улицы лопатообразными ладонями.

- Эй, - сказала я, с трудом сдерживаясь, - повторяю последний раз. Уберите руки!

Ухватиться было не за что, мои пятки скользили по чисто вымытым доскам. Дурацкая ситуация. Оскорбительная.

- Вы к кому? - наконец-то охранник решил быть вежливым.

- К Люшеру.

- Мы ему передадим, что вы заходили. Подойдите часа через три.

В открытую вторым охранником дверь втиснулся напряженный Марк с вывернутым на бок жабо.

- Это Кора, - сообщил он неприязненно, - мечтает посмотреть на примархов. Не пускайте ее.

Обиды всего дня обрушились валом. Усталость от бессонной ночи, боль срезанного клейма, безумный гон, так и не выпустивший пар бурлящей энергии. И главное -категоричный отказ Итана от связи. Меня никто не хотел слушать.

В эту секунду я отчетливо поняла, что я оборотень. Потому что толкнувший меня после слов Марка охранник пробудил во мне все нужные инстинкты. И мне до безумия захотелось надрать этим невеждам задницу, бока, наглые рожи и все, что найду. Кто не спрятался, я не виновата.

Поворот. И я бью его в живот, заставляя согнуться в поясе. Удар кулаком снизу по подбородку, чтобы выпрямился и отлетел к стене. Брызги слюны. Шлепок.

- Дорогу! - рычу я.

На меня бросается храбрый Марк. Он выбил сколько-то там игрушечным молотком и считает, что может участвовать в драке? Получив от всей души тройную связку по корпусу, молодой человек отлетает в сторону уже лежащего мордоворота, складируясь прямо поверх него.

Я сплевываю кровь, кто-то из них задел меня. Но я не помню кто и когда. Со стороны компании, что-то крича, бежит здоровый детина, которого я видела с Люшером и носорогом. Они с оставшимся охранником пытаются зайти с двух сторон. Скупые, точные движения и сыгранность говорят мне, что я встретила неплохих бойцов, и раньше сражавшихся бок о бок.

Я - рада. Хорошие бойцы — это прекрасно. От желания двигаться и бить ноют мышцы. Я очень, очень хочу разбить еще пару физиономий. Звонко смеюсь. Спину печет, скорее всего, сзади я тоже получила пару ударов, но меня это только заводит.

- Люшер! - ору я. - Иди посмотреть, как я нарежу твоих шавок на потроха.

И из моих пальцев вылетают Лезвия. Блестят мои девочки в лучах, пробивающихся через окна, добавляют огня.

Но нападающие резко останавливаются. Видимо, ждут подбегающую подмогу со стороны сидевшей в зале компании. Скоро тут станет людно и весело. Я чуть приседаю и играю пальцами. Звон Лезвий. И ленивый голос Фороса:

- Вот не советовал бы, друзья. Она действительно любит потроха, и совершенно не может вовремя останавливаться. Вы как хотите, но танцы с этой леди - без меня. Я после нее регенерю с трудом.

- Мари! Остановись! Я иду!

О. Люшер.

- Сука, - хрипит Марк, мотая головой, поднимаясь и делая пару шагов ко мне.

Я бью с ноги, и он, взмахнув руками, опять улетает в стену. Как же хорошо. Но мало.

Неизвестный мне носатый здоровяк все-таки останавливает последнего оставшегося на ногах охранника, ухватив его рукой за плечо. И рявкает. Голосом примарха. Мне.

- На колени, девчонка!

- Сам лежать! - рычу я в бешенстве.

И, если от его голоса дергается только Марк, а охранник всего лишь дрожит, видимо, выработав какой-то аналог сопротивления. То от моего рыка простого оборотня выгибает и буквально бьет о землю. Три тела трясутся на полу.

Я оглядываю окружающих, пытаясь оценить противников, хоть это и трудно в злом мареве, туманящем мои глаза.

- Это что, Лезвия? А почему так много?! У Шакира было два.

-Ты на нее посмотри, у такой и на ногах вырастут.

- Вот это моя девочка! - слышу я веселый голос Дудля. - Между прочим, всю практику у меня будет работать. Мари, иди ко мне, обниму. Рыженькая какая стала, а в брюнетках ты поспокойнее.

И передо мной появляется раскинувший объятия государственный следователь. Лицо у Дудля осунувшееся, с черными кругами под глазами, сюртук помят, а на жилете сплошной узор из пятен. Раньше мы никогда не обнимались, и я чувствую себя не очень уверенно.

Но он решительно сграбастывает меня, сжимая и похлопывая по спине. И почему-то сразу становится свежо и безмятежно. Как же я устала. Выдыхаю, зарываясь носом ему в пропахший потом воротник, и тяжело дышу.

- Н-да, - тихо бурчит он мне в волосы, - импульсная магия. Была бы ты магом, взорвала бы тут все в небеса. А так - неплохо меня подзарядила. И где же ты это все набрала?

Картинка прояснилась. Вокруг, опасливо меня изучая, стояли люди. Точнее, в этой видимой ипостаси - люди.

Я достаточно пришла в себя, чтобы вспомнить о хороших манерах. Поэтому благодарно улыбнулась Дудлю, деликатно отстраняясь, и обратилась к наблюдателям:

- Приветствую благородное собрание. Рада представиться: Мари Ерок, дочь Шакира, студентка Юридической Школы Лоусона, - с тихим звоном втянула лезвия и добавила точкой: - Примарх.

У стены упал было поднимающийся Марк.

Книксен у меня вышел достаточно элегантный, если учитывать порванную до бедра юбку. Н-да, такие юбки шьются для приличных девушек и не учитывают слишком широкое расставление ног. Ни на сеновалах, ни в бою. А Марка я привычно приложила выпадом с носка туфельки, как на тренировках, где брюки позволяют без нарушений в одежде делать любую амплитуду.

Слизала с губы капельку крови, стараясь не задумываться моя она или чужая, выпрямилась в струну. И услышала покашливания.

- Что, коршуны, уже прицениваетесь к девочке? - вмешалась стройная брюнетка в возрасте с короткими волосами и удлиненным сухим лицом. Она вышла вперед и доброжелательно мне подмигнула. - Это у них на тебя, дорогая, слюна течет, видишь кашляют как, лица прикрывают. Но ты на них не ведись. По миру бегает столько сочных кусочков, нечего этими собственниками себя смолоду ограничивать.

Кашляющие вежливо раскланивались, с раздражением поглядывая на чернявую даму. Но та не обращала на мужчин внимания, хрустела кожаным пальто и смотрела... голодно. Если бы я не знала, что здесь собираются примархи, решила бы, что она вампир. Хотя вампиром не пахнет. И что за зверь - неясно.

- Пойдем за стол сядем пока тут немного приберут. Мы, девочки, должны держаться вместе. Я - Найра.

- Ну уж нет, - сказал Дудль, - ты ее, хитрая перечница, дурному научишь. А она и без твоего влияния головная боль.

И подхватил меня под руку. С другой стороны, ловко повернувшись, пристроился Люшер. В итоге к столу я шествовала под дружеским конвоем.

- Ты ранена? - спросил волк.

- Спина горит, - пожаловалась я, - но боли не чувствую. А что за импульсная магия?

- шепнула я.

- На спине у тебя раны нет. Скорее всего, сказалось напряжение от импульсного выброса, есть такой эффект при переизбытке энергии у детей-магов, - тихо сообщил государственный следователь, - накапливается магия на поверхности и вырывается хаотически. Хотя у оборотней обычно все на поддержку зверя тратится, а вот ты где-то огромный переизбыток хапнула. Потом мне расскажешь, жадная девочка, сейчас некогда.

Меня подвели к столу, где все еще сидели двое: Нестор и седовласый. Последний -с трудом держал лицо, я заметила как он сжал и разжал побелевшие кулаки. И порадовалась - все, сейчас ты получишь по заслугам.

- Уважаемый Дудль, - я удивленно посмотрела на мага, - а вы получили мое вчерашнее сообщение о местонахождении моих похитителей?

Примархи рассаживались за столом, тихо перебрасываясь словами и присматриваясь ко мне.

- Да, но только сегодня утром, и я направил в указанный замок одного из моих офицеров. Удивлю тебя, милая. Никаких следов твоего присутствия не обнаружено. То ли мой человек поглупел, то ли следы хорошо замели. Семейная пара Родиусов и слуги тщательно допрошены, сектантами не выглядят, никто тебя не помнит.

- А как ее запомнить? - хмуро отозвался медведь, приподнимаясь и вглядываясь мне в лицо. - Я ее тоже другую помню. Пегая такая, с прыщами на пол-лица дурнушка. А сейчас рыжая и смазливая. И какой образ из этих двух настоящий?

Нестор выглядел еще более тяжеловесно, чем, когда приходил к нам в Школу. По случаю собрания он был одет в расшитый полукамзол и бархатные брюки. Крупное тело еле умещалось на стуле, свешиваясь боками по сторонам. Люшер, усаживающийся за стол рядом с ним, не преминул заметить:

- Ни один из упомянутых образов не настоящий, уважаемый Нестор. Наш юный примарх в своей человеческой ипостаси - необыкновенной красоты брюнетка с весьма скверным упрямым характером. Причем внешности она стесняется, а характер только подчеркивает. Кстати, уважаемый Дудль, скиньте мне, не чинясь, адресок подозрительного замка, попробую-ка я поговорить по-свойски с обитателями. Вдруг смогу им улучшить память.

Они перебрасывались быстрыми фразами, взглядами. Мою кандидатуру больше никто не оспаривал, но само присутствие носорога держало в напряжении. Почему он не арестован, почему сидит так уверенно?

За столом разместились восемь участников встречи. Дудль, я и шестеро тех, кого смело можно определить - примархи. Ловкие движения, сдерживаемая сила, абсолютная уверенность, отсутствие запаха.

Сдержанный Люшер, хитро щурящийся Форос, насупленный Нестор, непонятная дама по имени Найра, а также уверенно держащийся носорог и смуглый носатый

тип.

Я сладко улыбнулась и отбросила с лица рыжий локон:

- Необязательно передавать адресок. Можно и не ходить далеко. Здесь присутствует заказчик моего похищения. Подлец, развратник и сектант. Я сбежала от него, еле спасшись от преследования, и требую возмездия.

Участники «встречи в верхах» замерли. Люшер прошипел сквозь зубы:

- И кто это такой храбрый?

- Боюсь, девочка имеет в виду меня, - грустно сообщил носорог. И промокнул салфеткой рот.

- Искандер?!

Люшер резко развернулся к носорогу. Дудль достал из кармана жилета монокль и начал крутить на пальце.

Я даже растерялась от столь быстрого признания. Почему-то ждала, что он будет громко возмущаться и оправдываться. А седовласый вздохнул и продолжил:

- Вечером мои люди подобрали темноволосую девушку, слабую, стонущую в бреду. Хозяева замка были в отъезде, и я, на правах их старинного друга, разместил свою случайную находку в гостевом крыле. Несчастная не могла двигаться, ничего не видела, была в полубеспамятстве, но сыпала оскорблениями и угрозами. Ночью она выбежала на козырек одной из башен и прыгнула вниз. Думал - все. Но, представьте, уважаемые, она подскочила и, вереща, хромая, убежала в ночь. Опасаясь ловушки, я запретил своим людям бежать за ней. И до этой минуты надеялся, что больше не увижу это склочное суматошное создание.

Он поднял на меня небесной прозрачности глаза и со вздохом сообщил:

- Я вас выходил, леди, вытащил из какой-то беды, а вы обо мне гадости рассказываете. Но я не обижаюсь. Молодость, экспериментальные препараты. Только как придете в себя, извиниться не забудьте. Особенно перед моим сыном, который вас, пьяную, в туалетную комнату на руках носил и передо мной оправдывал. Вон его поднимают избитого.

Очень сильная позиция у Искандера - с холодом в животе осознала я. Никаких оправданий, сплошная встречная атака. Перед своей речью он внимательно наблюдал за происходящим, выслушал мнение Люшера о моем скверном характере, оценил «драчливость» появления на встрече и, конечно, то, что меня сначала «не узнали» и решил, я - истеричка, за которую заступится только Дудль.

Красивый поворот, только в оценке наших отношений с волком - это оо-очень существенная ошибка. Не говоря о промахе в понимании моего характера. По каким-то причинам Искандер недооценивал женщин.

- Ты была не в себе, под препаратом? - с интересом спросил Дудль.

- Была, еще как была, - спокойно признала я.

Носорог от неожиданности выдохнул носом, фыркая. Он ждал от меня криков возмущения и обиды. А на встречное признание равной силы ответил животной плохо контролируемой реакцией. Значит, не так все хладнокровно у седовласого, если показывает знаки борьбы с одолевающим зверем.

- Под препаратом. По прямому распоряжению этого преступника мне давали тот же наркотик, что применялся в Хаксе, во время сбора жезла.

Получи.

Примархи

Найра

Джеро

Глава 24. Алмаз режется алмазом

"Diamond cut diamond" (поговорка)

Сидящие за столом напряглись, про Хакс и ситуацию примархи были в курсе. И для большинства присутствующих новостью стало, что об этом знаю я.

- Мари спасла меня в Хаксе, - к моему величайшему удивлению просветил их Форос, - я не ее фанат, признаюсь, но зря ты, Искандер, записываешься во враги этой милой девочки. Насколько я помню, такие долго не живут. По разным причинам.

- Ты мне угрожаешь? - мгновенно вызверился носорог. Его мягкий журчащий голос теперь звучал раскатами срывающего камни водопада.

Искандер поднялся с места и начал медленно обходить стол. Изначально легкая походка становилась все тяжелее, напоминая мне о том страшилище, в которое он умел превращаться.

Лазурные глаза темнели. Подбородок тяжелел. Интересно, по отношению ко мне Искандер выказывал сплошное пренебрежение, смотрел как на муху, а вот другому взрослому примарху решил показать силу.

- Не угрожаю, а предостерегаю, - на Фороса его действия не произвели сильного впечатления, - вы, визийцы, вечно недооцениваете женщин, а зря.

Найра хмыкнула и неожиданно мне подмигнула черным, траурно подведенным глазом.

Вот и пойми, поддержал Змей мой статус своим замечанием или хитрый интриган предупредил врага. Эта перебранка уменьшала накал обвинения, да еще и уводила от темы. Терять мне было нечего, поэтому дальше я повела себя крайне неуважительно. Потому что - могу и должна.

- Мужчина, которого вы называете Искандер, оплатил мое похищение, накачал одуряющими ядами и поставил клеймо, которое я срезала сегодня утром. Но сам рунный артефакт я отобрала в бою и сбежала. Под его крики сделать из меня то ли сфинкса, то ли мантикору.

Про срезание сообщила сразу, а то попросят предъявить доказательства и буду выглядеть истеричкой, оболгавшей достойного джентльмена. Прямота всегда меня выручала. Поэтому, уже не сдерживаясь, сообщила о близнецах. Эффект превзошел ожидания.

Вскочили практически все присутствующие. Со стола попадала посуда. Под стулом носорога звякнул мешок, так он его толкнул. Лица исказились у кого ненавистью, у кого ужасом или подозрительным недоверием. Носатый махнул рукой и охранники, подняв с пола еще приходящего в себя Марка, выскочили за дверь, оставив нас без лишних ушей.

Что такое ты говоришь? - прошелестел Форос, демонстрируя трансформированный раздвоенный язык.

Его грудная клетка раздалась вдвое, практически разорвав пиджак. Не так уж выдержаны оказались примархи. И о близнецах явно были наслышаны. Только один человек был не в курсе. И ему это очень не понравилось.

- А они кто? - поинтересовался Дудль.

Глаза государственного следователя сощурились, на плече закрутился винтом небольшой артефакт, засиял изнутри сюртук. Уж что-что, а важную информацию мистер Дудль мог почуять сразу.

На него покосились. Осознали. Выдохнули. И дружно искусственно заулыбались.

- Наши забытые легенды, которыми пугают детей. Глупая страшилка, ничего серьезного, - пропела Найра, ощеря желтоватые зубы.

В этом месте я неожиданно поняла, что разговор завершен. Никто при следователе не собирается дальше обсуждать ситуацию. От моего прямого взгляда начали отворачиваться. Прямо сейчас они вычеркивали меня из общения за столом.

Но и носорог уже не выглядел расслабленным. Он прекрасно все понял. Все стало серьезно, его слово против моего. И молчание сейчас являлось всего лишь затишьем перед бурей, сразу после ухода Дудля тему будут копать, из меня вытрясут малейшие детали.

- Что ж, - начал Нестор. Он сидел во главе стола и, к моему величайшему сожалению, выглядел как лицо, обремененное властью. - Мы выслушали юного примарха, оставим эту тему пока не появятся доказательства. Сейчас одни слова испуганной девочки...

От входной зоны донесся нарастающий шум. Что-то упало. Стена дрогнула.

Крепко построенное здание до этого времени надежно защищало от внешних шумов, музыки и криков празднующих Зеленую Траву горожан.

Порыжевший от времени, построенный на века могучий сруб таверны, поддержанный скрепляющими рунами, перемежающийся каменной кладкой, сейчас проходил незапланированную проверку, стены подрагивали от глухих мощных ударов. Сидящие за столом опять отодвинули стулья, освобождая руки и получая возможность быстро подняться.

- Какое беспокойное место, - проворчал Нестор, который явно не привык, чтобы его прерывали.

Несколько секунд неизвестности, потом дверь слетела с петель, и в проем протиснулась странная фигура.

Лишь через пару ударов сердца я поняла, что в таверну вошел Итан. На нем висело человека три. Видимо, обескураженные моим предыдущим появлением охранники позвали подкрепление. И теперь тигр тащил их перед собой, сминая заградительный щит.

- Мари! Где ты? Мари!

Следом за Итаном в таверну тут же вкатился клубок мельтешащих тел. Это прорывались с боем Крис и Кай. Самое изумляющее было в том, что ни одна противоборствующая сторона оружие в ход не пускала. Последним невозмутимо заглянул осторожный Родди, разумно решивший не вмешиваться в разговор кулаков.

Итан скинул с себя здоровяка, закрывающего ему обзор и обнаружил... стоящего рядом со мной Искандера, которого я детально описывала ранее друзьям.

-Он?

- Он, - честно ответила я, в запале не сумев предсказать последствия.

Тигр... потемнел лицом. В этот момент я отчетливо осознала - слишком много деталей вчера рассказала своей паре о похитителе и его отношении ко мне. Итан запомнил, затаил и не собирался забывать.

Его фигура раздулась. Еще один охранник просто упал под ноги от изумления. В прорехах одежды черным странно заблестела кожа. А плечи покрыли крошечные блестящие иглы. Это начали прорываться крылья.

Плечи и основание моей шеи теперь не просто саднили, а горели огнем. Резонно. Можно ли надежно срезать нанесенное магическим артефактом клеймо, которое уже было активировано? Я даже застонала сквозь зубы от разочарования собой.

Боль и трансформация тигра, как бы я не хотела это отрицать, означало только одно: руна ко мне вернулась и сейчас провоцировала разъяренного Итана.

Сцепив зубы до хруста, я бросилась вперед. Нужно было делать что-то безумное, в духе капризного юного примарха. Иначе прямо сейчас мир и присутствующие в таверне получат своих близнецов. И я отпустила себя на свободу.

Подскочив к своей паре, я рывком оторвала последнего висящего на нем охранника и со словами: «Я просила подождать меня на улице! Зачем пришел?» - отрастила Лезвия и уже по проверенному пути вогнала их Итану в бок.

- Опять! - выдохнул тигр, приходя в себя. Истекая кровью. С любовью на меня глядя.

Блеск на его плечах тут же исчез. Он покачнулся, но устоял на широко расставленных ногах. Могучий, существенно крупнее оборотней, охранявших таверну.

- А кто этот молодой человек? - осторожно спросил носорог.

- Этот? Жених ее. Насколько знаю, ему не просто. Но, как видите, привык, - ответил Дудль, откинувшись в кресле и вытягивая ноги. Он всем своим видом давал понять, что никуда из таверны не уйдет и примархов одних не оставит, - так вы сказали, что моя практикантка, испуганно вереща, убегала от вас этой ночью?

Глава 25. Вместе выстоим, врозь погибнем

"United we stand, divided we fall" (присловье)

Носорог сделал вид, что не услышал замечание мистера Дудля, только раздраженно дернул уголком рта. Примархи всегда считали себя выше закона, и в собравшейся компании только Люшер выказывал следователю явные признаки уважения. И Итан не выдержал.

- Прошу прощения у уважаемого сообщества за внезапный визит, - сказал он, сдерживая учащенное дыхание и бросив на меня взгляд, оценивая цела ли и в каком настроении, - понимаю, что у вас свои темы для обсуждения, но данный господин похитил мою невесту, и мне пришлось спасать ее вчера из замка. Поэтому я вынужден... даже требую или его немедленного ареста сейчас, или... выйти на разговор.

- Стоп! - встрепенулся Дудль. - Мисс Ерок, как и должно в цивилизованном государстве, подаст прошение на судебное разбирательство, вы с ней - будущие должностные лица и должны действовать в рамках закона. Я категорически против самосуда.

Примархи посмотрели на него недоуменно. Сам факт примарха - государственного служащего, решающего вопросы через суд, ими воспринимался как шутка. Носорог издевательски рассмеялся, вставая с места и с удовольствием рассматривая рубашку Итана.

- А почему бы не порадовать юношу? Я готов провести с ним небольшую беседу, если он настаивает. Вернусь быстро.

Удар кулаком по столу. Нестор был зол, осматривал присутствующих суженными маленькими глазами на одутловатом лице. Когда-то я считала, что энергия примарха дарует не только силу и возможности, но и внешнюю красоту. За столом сейчас сидело прямое доказательство обратному. Вся энергия ушла куда-то еще, или медведь данную магией красоту давно растратил как бесполезный ресурс.

- Что за бардак? - неприятно нацелившись на Итана, спросил он. - Вы врываетесь к нам и требуете сатисфакции у одного из глав сообщества Двуликих. Устраиваете драку. Как, кстати, и ваша невеста. А ты, Искандер, не ведись на глупый шантаж, что с тобой?

- А я поддержу мисс Ерок и мистера Донахью, - веско озвучил свою позицию Люшер. Он сидел обманчиво расслабленно, но его скрытое противостояние с Нестором проявлялось в каждом слове, - если бы они сегодня так решительно не проинформировали нас о произошедших событиях, возможно, обсуждаемые нами темы не получили бы дополнительных... интересных нюансов.

Примархи начали переглядываться, цепко изучали нас с Итаном. Форос едко заметил:

- Девочка еще цепляется за наивные заблуждения, завела себе жениха-оборотня. Мистер Донахью, вы знаете, что примархи, по сути, одиночки. И вас используют как временную игрушку?

Найра с сожалением покачала головой:

- Зачем ты так? Дал бы парню немного помечтать.

- У парня обязанности перед кланом, - рявкнул Змей. - Четыре поколения глава рода женился только на тигрице, его отец всю Школу полосатыми красавицами начинил, никогда еще кланы столько девиц учиться не отпускали. А этот дурак решил и себе сердце разбить, и девчонке голову заморочить пустыми обещаниями. Никто не разрешит им официальный брак.

Я пошатнулась. Крис ринулся меня поддержать, но был остановлен яростным взглядом Итана. Твердая рука подхватила меня под локоть, прижалось горячее тело. Сколько бы у нас не было друзей, мы были вдвоем перед лицом общественных традиций и личных обязательств. Я не хотела быть причиной раздора между тигром и его кланом.

Видя мою реакцию, медведь решил усилить позиции раскрытием новой информации:

- А ты, Искандер, зря так бодро поднялся. Голосом собрался решить вопрос? А на парня-то голос не действует. Вот странность.

Мое сердце ухнуло вниз в страхе, что ситуация о «подселенцах» может раскрыться. Надо было срочно уводить тигра, как бы теперь не пришлось это делать с боем. И мне не нравилось отношение самого тигра к сидящим внутри близнецам, примархи могли просто уговорить слишком ответственного Итана пожертвовать собой. Но выручил Дудль. Он подмигнул мне, одернул грязные кружева на рукавах и громко заявил:

- Да и на ваших амбалов не сразу голос повлиял, думаю, они со временем выработали защиту? А ведь у вас с ними не такие интенсивные близкие тренировки, как у юного примарха с этим молодым человеком.

Я покраснела. От стола послышались смешки, потом все сильнее, потом грянул хохот. Присутствующие получили возможность выпустить пар в ироничной ситуации и с удовольствием пользовались этим, сбрасывая напряжение.

- Да, - хохотал носатый, - я со своими парнями так не тренируюсь.

- Отличная идея - поиметь охранников, - высоким прорезывающим смехом вторила Найра, - ты подумай. Результат-то того стоит.

Было очень и очень неприятно. Захотелось сообщить о свадьбе, щелкнуть нашим решением по носу, я даже набрала воздух, чтобы начать говорить, но остановила себя в последний момент. А вот Итана нужно выводить как можно быстрее. Все важное мы сказали, привлекать внимание к тигру дальше было бы полной глупостью.

- Мой жених истекает кровью, - поджав губы, чопорно известила я, - поэтому мы с друзьями выйдем, чтобы решить этот вопрос. Но будем здесь на празднике, и, если понадобятся наши показания, вы всегда сможете нас найти.

Быстрый книксен, попыталась дернуть Итана за руку, но сдвинуть его не удалось. Он все это время тяжело смотрел на носорога.

- Мистер Искандер, мое предложение все еще в силе, - сказал он, - при желании, вы в любой момент можете найти меня снаружи. А я - вас. Я с вами - не закончил.

И развернулся, сграбастав меня за талию, демонстрируя право собственности. Признаться, я была несколько ошарашена. Такого грубого Итана я еще не знала.

- Тут еще кто кого тренирует, - раздалось мечтательное от дамы-примарха.

Когда мы вывалились в дверь, практически не прощаясь, как и подобает молодым нахалам, у меня осталось ощущение чего-то упущенного. Как будто самое важное -ускользнуло.

На улице праздник переходил в активную фазу. Гуляющие говорили громче, отовсюду слышался веселый смех, прямо на выходе из таверны самозабвенно целовалась юная парочка. Влюбленные совершенно не обращали внимания на охранников, склонившихся над Марком и еще двумя пострадавшими оборотнями.

Троицу положили прямо на траву и обливали водой, пытаясь привести в сознание и тем самым дать возможность обернуться, вылечиться.

Итан прижал рану рукой и посмотрел на меня. Хотя ударила я неглубоко и постаралась по касательной, порез отчетливо кровил.

- Обязанности перед кланом? - нейтрально напомнила я слова Змея.

- Если клан не устроит мое поведение как наследника, эти обязанности прекрасно выполнит брат, - спокойно ответил Итан.

Наши взгляды скрестились.

- По-моему, вам надо поговорить, - сказал Крис, - слушать ваши препирательства выше моих сил.

События в таверне дались ему непросто. Вампиру приходилось держаться незаметно на территории оборотней, и он выглядел чересчур бледным. Я заметила, что Крис стал менее эмоциональным и тревожным, чем раньше, но моя близость с Итаном по-прежнему была для него болезненным раздражителем.

Тигр обнял меня за талию и обратился к парням:

- Прогуляетесь по парку? А минут через пятнадцать-двадцать встретимся здесь же. Нам действительно с Мари нужно поговорить.

- Потом расскажете, - на всякий случай предупредил любопытный Кай, но тут же дружно был утащен за ворот Крисом и Родди.

Некоторое время, несмотря на гомон толпы, еще был слышен его протестующий вопль. Мы невольно улыбнулись, переглянувшись. И сразу ощутили насколько напряжены, оставаясь вдвоем. Среди множества празднующих горожан. Вместе и отдельно. Я и мой тигр, не принявший гон.

Под сенью деревьев, куда мы отошли, он приблизил меня к себе и шумно фыркнул, зарывшись носом в волосы.

- Пахнешь краской.

-Да.

- Недовольна, что я не сказал про традиции женитьбы главы клана.

-Да.

- Но любишь меня.

- Да, - сказала я по инерции чистую правду. И тут же расстроенно запыхтела, осознав подвох. А Итан низко, бархатно засмеялся, поймав губами мое ухо и нежно лизнув раковину. На него совершенно невозможно обижаться.

Через тонкую ткань рубашки мои пальцы ощущали твердое теплое тело. Моя память предательски прокручивала, как золотится кожа на его животе, как завораживающе мягки тонкие волоски, покрывающие его сильные ноги, как довольно щурятся желтые глаза, когда я мягкой дорожкой поцелуев спускаюсь от груди вниз.

Он прижимал меня, и я чувствовала все большую твердость у него в паху, тигр возбуждался от одной моей близости. Так же как я от его. Не знаю, возможно с возрастом я стану более циничной, но однажды, когда Итан крепко прижмет меня, горячо поцелует и я не почувствую его обычной реакции... это будет потерей для меня. Чего-то тонкого в отношениях, зависимого, бесценного, счастливого.

Обнявшись, мы молчали, боясь спугнуть момент ошеломляющей нежности, звеневший как натянутая струна. И желания.

- Когда я стал наследником, - тихо сказал он, - мне начали передавать слова, якобы сказанные обо мне братом. А ему нашептывали обо мне. Мы тогда серьезно подрались. А потом выяснили, что любую правду можно подать самым грязным и отвращающим образом. И правда становится на себя не похожа.

Он взъерошил мне волосы.

- Ты у меня открытая, прозрачная как текучая вода. Не понимаешь еще как больно могут ударить словами. Специально. Им хочется нас заполучить. Клану. Примархам. Заполучить по отдельности. А мы-то вместе. Пусть у меня забрали год жизни, но осталось самое главное. Я всем телом, мозгом, душой чувствую любовь. Помни это. А вот из тебя приходится хитростью признания добывать.

Итан говорил о любви легко, как дышал. А я почему-то стеснялась сказать вслух. Чувствовала, горела, а сказать - не могла. Вокруг у знакомых пар все было наоборот. Парни лениво молчали, а девушки говорили о любви и все время задавали вопрос своим половинкам: «Ты меня любишь?» А у нас странно по-другому.

Я стукнула его по плечу.

- Ты же знаешь.

- И сегодня, в ночь Зеленой Травы, ты станешь моей официальной парой, женой. Не сомневаясь, не слушая чужого мнения.

-Да.

Он удовлетворенно кивнул, получив подтверждение, расслабил плечи, теперь не такие каменные под моими пальцами. Его бок перестал красить рубашку, регенерация работала. Он стал ощутимо сильнее, неся внутри древних монстров.

- Надо же, они знакомы!

- Ты о ком? - удивилась я неожиданному изменению темы.

Меня аккуратно развернули. И я увидела Глорию, свою однокурсницу, недавно появившуюся в Школе и так подозрительно крутившуюся вокруг Итана.

Сейчас она стремглав неслась, подобрав высоко юбки, прямо к лежащему у таверны Марку. Подбежала и упала рядом с ним на колени.

Глава 26. Плоха та птица, которая пачкает собственное гнездо

"It is an ill bird that fouls its own nest" (поговорка)

- С ней надо серьезно поговорить, но как выманить с поляны? - пробормотала я, наблюдая как Глория Мак отбрасывает со лба Марка влажные пряди. Лицо ее выглядело скорее сосредоточенным, чем влюбленным. Нет, молодой человек не занимал значительную часть сердца мисс Мак.

- Выманить с поляны? Это мы можем сделать.

Итан усмехнулся и пошел в сторону навеса для стрельбы, куда перед этим направились наши друзья. Буквально через минуту он вышел оттуда с Крисом.

А я напряженно следила, как шатенка слушает пришедшего в себя и что-то ей сообщающего Марка. Вот он вытаскивает из кармана лист, протягивает ей подрагивающей рукой и обессиленно закрывает глаза с чувством выполненного долга. Глория, нервно оглянувшись, спрятала листок бумаги в лифе, даже не заглядывая в него. Секунда и как будто ничего не произошло.

Итан отделился от вампира, нагнул голову, чтобы не быть узнанным, и пошел в мою сторону. Точнее по направлению к кустам, за ветками которых я укрывалась. А Крис не скрываясь двигался в сторону Глории. Это могло сработать. Она его плохо знала, и вполне могла повестись на какую-нибудь простую просьбу эффектного сокурсника.

Вот только ее лихорадочный взгляд и резкие движения говорили, что у девушки свои планы и флирт - последнее, о чем она думает сейчас.

Крис подошел и, изящно поклонившись, протянул руку, чтобы помочь ей встать с колен. Вампир выглядел самим совершенством учтивости и элегантности. Воспитание, воспитание и еще раз воспитание, усиленное благородной кровью -все это было сутью Ера, какую бы одежду он не надел.

Он что-то начал говорить, и ее лицо понемногу светлело. Снующие горожане, заслоняющие обзор, не могли скрыть как менялось взволнованное, сосредоточенное выражение ее лица на более расслабленное. Белая пена кружев юбки неожиданно оголила коленку. Как она смогла подняться с корточек, настолько высоко оголив ноги, не могу понять, но, бьюсь об заклад, что это целое искусство.

Охранники поддержали мисс Мак одобрительными выкриками. Один из них протянул руку и восхищенно пошлепал ее по светлой коленке, но она смерила его пренебрежительным взглядом, а сама вцепилась в ладонь Криса. Рыбка попалась на крючок.

Вот они сделали несколько шагов. Девушка неуверенно замерла, и вампир наклонился, что-то нашептывая ей на ухо.

- Он нарушает закон, - хмуро констатировал Итан. И я кивнула, соглашаясь с вердиктом. Если до этого Крис скорее всего немного открыл свою ауру, недаром так вольно начали вести себя оборотни из охраны, то сейчас пошло прямое влияние. Он выбивал из девушки эмоции и желания, которых у нее в данный момент не было.

Уж слишком стал восторженным взгляд Глории и неуклюжими ее движения. Слишком громко зазвучали голоса проходящих рядом, раздались заигрывающие смешки. Действия вампира были слишком опасными, они могли сбросить последнее покрывало добропорядочности с и так с трудом сдерживающихся оборотней. Много выпивки, много конкурсов, много кланов вместе - все слилось в гремучую, на грани приличия смесь.

Зато цель была достигнута. Ковыляя на подкашивающихся ногах, в нашу сторону шла девушка, точно связанная если не с сектой, то с Марком. Крис бережно поддерживал ее за локоток, поглаживая большим пальцем пойманную маленькую ладошку в перчатке.

Я отступила поглубже в полутень кустов. Глория мне совершенно не нравилась, особенно после наблюдения за ее разговором с Марком, и в случайность ее появления в Школе после приезда Итана - уже не верилось совершенно.

При виде меня она вскрикнула, прижала пальцы ко рту и попыталась попятиться, но уперлась спиной в вампира, преграждающего дорогу назад.

- Я ее не смогу долго удерживать, - с досадой сказал Крис, - здесь слишком много народа и разливать белую энергию, боюсь, станет серьезной ошибкой. Может быть, дождемся выхода Дудля из таверны и передадим ее следствию?

- Чтобы он отвел ее на допрос, а Искандер быстро забрал из участка, потому что прямых улик обвинения у нас нет?

При упоминании Искандера глаза мисс Мак приобрели полностью разумную сосредоточенность, она широко открыла рот, намереваясь кричать, и времени на раздумье не осталось.

- Замри и делай, что я говорю, - тихо произнесла я голосом примарха. Терять было нечего, время утекало сквозь пальцы. В один прекрасный момент я не успею поранить свою пару, и близнецы покажутся на свет. Именно такой способ стать родителем ни меня, ни, я надеюсь, Итана не устраивал. Кроме того, я не из тех, кому нравится причинять боль любимым.

Крис удивленно хмыкнул, а тигр повернулся, заслоняя широкой спиной нас от возможных случайных взглядов. Кроме Глории ни на кого мой голос не подействовал.

- Отвечай мне, спокойно и без утаиваний, - впервые я пользовалась своей силой не ради помощи, а осознанно манипулируя собеседником. Было ли мне стыдно вести себя как эгоистичный, не подчиненный государственным законам примарх? Именно это раньше так бесило меня в жизни оборотней, их беззаконность. А сейчас я старалась не думать об этом, не хотела останавливаться. Я уже приняла трудное, но единственно верное решение.

- Какое ты имеешь отношение к Искандеру и Марку?

- Я - Дитя, сосуд для тех, кто идет, - дрожащим голоском произнесла Глория, по ее лицу непроизвольно текли слезы. Она говорила все понимая, с ужасом в широко открытых глазах, но не в силах оказывать сопротивление. - Глава Искандер -учитель и хозяин, Марк - первый из первых, наш альфа.

Итан поморщился, для него само упоминание альфа-статуса молодого человека звучало как издевательство. Гордый тигр, воспринимающий лидерство как ответственность, основанную на природных возможностях, столкнулся со статусом как назначением, его губы брезгливо подрагивали, потому что в Марке альфы не было ни на грош. Сплошная безосновательная самоуверенность.

- Что ты делала во дворе Школы, когда меня уводила белокурая женщина? -продолжила я допрос.

- Контролировала похищение. Если бы кто-нибудь попытался остановить вас, вмешалась бы и отвлекала.

На пару секунд я потеряла дар речи. И еще больше задохнулась, когда Глория, не имея возможности утаивать, продолжила:

- Это я настояла на твоем похищении. Ты плохо действовала на Итана, слишком сильное успокаивающее влияние, его личность не слабела, а становилась все сильнее. Глава согласился с моими доводами и направил наемников на устранение. Я не понимаю, почему тебя оставили в живых.

Глорию потряхивало.

- Дальше, что еще знаешь? Как вы вышли на эту наемницу? - спокойные вопросы давались мне с трудом, хотелось взять эту хорошенькую девицу за ворот и трясти. Как такое вообще возможно, посылать другого на смерть. Невиновного. Улыбаясь ему при встрече.

Глория говорила все быстрее и бессвязней. Крису пришлось подхватить ее сзади, чтобы девушка не свалилась кулем нам под ноги.

- Как вышли на наемницу - не знаю. Когда она приехала, я хотела указать на тебя, но она отказалась от моей помощи. Сказала, что нечего ей показывать, она знает тебя с детства.

Последние слова Глория произнесла почти бессвязно. Может быть я что-то не так поняла. С какого детства, если мы встретились только в начале учебного года.

Я беспомощно подняла глаза на удерживающего ее Криса. И с удивлением заметила насколько белым стало его лицо.

Что там мне говорила Ирэн, когда я падала парализованной на дно кареты? «Помню твою семью... Как только жизнь Ера не связывает.»

Бывшая преподавательница прекрасно знала, что я Ерок. Как она могла помнить мою семью, и вообще знать о родстве, если от всей семьи давным-давно остались только мама да я.

- А что за письмо тебе передал Марк?

Глорию затрясло, она попыталась справиться с моим управлением, но сломалась через пару секунд.

- Это сообщение для помощника мастера вампиров Дьюка. Глава сегодня ночью снимет третью печать, - Глория с ненавистью посмотрела на меня. - Точнее, он должен был снять ее еще вчера, но остался в замке... с тобой. Элси говорит, ты змеей влезла в постель Искандера и в его душу. Что он играл с тобой весь вечер и не мог оторваться. А затем ты обокрала его и сбежала.

Она говорила горячо, быстро. Жадно изучая при этом лицо Итана.

- Итан, ты же знаешь, что я сейчас говорю правду? Твоя подружка купила свою свободу, ублажая другого примарха. Они - другие, выше нас, почти боги. Играют нами, а тянутся только друг к другу. Итан, у Искандера была Элси, которую он обожал, баловал, клялся ей в любви. Пока не возлег с ней!

Она ткнула в меня пальцем. А я... Никогда не умела оправдываться. Этим пользовались многочисленные однокурсницы в школе, вот так же тыкали в меня пальцем и рассказывали одноклассникам и учителям свои домыслы. Оставляя меня виноватой, шокированно ловящей ртом воздух. Но сейчас ситуация изменилась.

- Это мнение Элси или есть свидетельства? - холодно спросила я.

- Мнение Элси, - выдавила Глория.

Крис поднял загоревшиеся белым светом глаза.

- Милая, - прошептал он, поглаживая по шее девушки, - какому именно помощнику Дьюка адресовано письмо. Потому что я тоже помощник.

Она задрожала, вожделея, но прикусила губу, пытаясь не отвечать. Что же им обещал носорог, какими сказками кормил, если юная девушка мечтает стать вместилищем древних сил, а не прожить долгую и счастливую личную жизнь?

- Что за помощник? Говори! - скомандовала я, повышая голос.

Глория скрючилась как от сильной боли. И мне пришлось зажать нос. Сильный запах сработавшего от животного ужаса мочевого пузыря заставил нас отшатнуться от Глории. Еще месяц назад мне было бы очень стыдно. А сейчас я посмотрела на Итана, молчаливо скрестившего руки перед грудью. И... не пожалела.

- Баганд, - просипела Глория, - мистер Баганд. Он глава вампирского круга к приходу мантикор. Пока древние не пришли, мы вместе и помогаем друг другу. Но больше я ничего не знаю. Я его даже никогда не видела. Мне впервые доверили отнести письмо и сообщили такое важное имя.

Она тихо и обреченно заплакала.

- Где находится печать?

- Не знаю, я отвечала только за Школу. Должна следить за Итаном. У главы была информация, что он - потенциальный сфинкс. Мы с Лапой его охраняли.

Обманывать сейчас Глория не могла, поэтому расспрашивать дальше смысла не было. Как бы не сломать психику, умерять силу голоса я еще не умела, и, похоже, слишком сильно ударила по разуму шпионки.

- Сядь и усни, пока не прикажу проснуться.

Девушка упала буквально кулем. И отключилась сразу. Я содрогнулась, представив, что может сделать с оборотнями не обремененный моральными принципами примарх. И что годами делал со своими «Детьми» Искандер.

- Крис, - мягко начала я. Вампир выпрямился, поправил грубое кружево на манжетах. Я внимательно посмотрела на его почти белое лицо, - что там насчет Ирэн и Ероков?

- Мари, я узнал об этом буквально на днях.

-Да?

Приходилось говорить все тише, чтобы не прорвалась ярость.

Между нами встал Итан. Развел руки, повернув голову, посмотрел хмуро на Криса, затем испытывающе на меня.

- Пока не произошло непоправимого, Мари, помни, что Кристофер - твой друг и родня. Крис... лучше расскажи все побыстрее и попробуй нас убедить, что ты не скрывал информацию, которая нужна для...

Я не выдержала, зарычала. И тут же зажала себе рот. Спокойнее, спокойнее. Я не имею права сейчас быть невоздержанной, пока рядом Итан. Не могу его так подвести.

Крис поиграл желваками и начал говорить. Быстро, будто освобождаясь.

- Полгода назад, когда в поисках информации о работах деда, Авеля Ера, я заглянул в закрытые семейные разделы, прочел в одной из его работ сообщение, что он едет к Ерокам с семейным визитом. Твой и мой дед, Мари, были кузенами, дружили в детстве. Дальнейшие записи, сделанные после этого путешествия, отсутствовали. Через неделю вся семья Ерок была уничтожена. Как оказалось, спаслись только вы вдвоем с матерью. Я не говорил тебе, считая информацию не слишком важной.

- Точнее, не хотел, чтобы я была в курсе в каком не слишком дальнем мы родстве, -сказала я. Ничего нового я о Крисе сейчас не узнала. Как и все Ера, он был достаточно эгоистичен, чтобы, называя меня самым близким человеком, при этом не делиться со мной.

- И что изменилось с тех пор? Почему Ирэн меня знает с детства?

- Когда я искал сведения о море, - слова ему давались с ощутимым трудом, - нашел трактат Видящего... И в нем заметки деда, которые и были вырваны из дневника. С записями о создании искусственного вампира. И... Дед поехал в гости к кузену, отвергшему магию и семейную фамилию, прекрасному специалисту по Двуликим, чтобы показать ему свою дочь, новорожденную вампирессу, у которой, по его мнению, полностью исчезла тяга сумасшедшего оборотня-монстра к мясу и убийствам.

Меня потрясывало, как я ни старалась сдержаться. Судя по предыдущим ситуациям, для активации близнецов и я, и Итан должны быть в эмоциях, потерять жесткий контроль над телом. А значит, хотя бы один должен держать себя в руках. В моих ушах стучал пульс, шея сзади горела. Я понимала, что выхожу из себя, но не могла остановиться.

- Почему мой дед отрекся от семьи?

- Не знаю точно. Авель поехал "доказать, что брат оказался неправ по поводу малышки". Возможно, из-за нее и произошла распря с отделением Ероков.

- То есть мой дед был против укрывания кровавого монстра и тем более, чтобы ее превращали в еще более могущественного. Он взял семью, сменил фамилию и уехал подальше, а твой дед сам приехал ему доказывать, что тот "неправ", привезя чудовище в мирный дом?

Крис пошатнулся.

- Ты сейчас говоришь так, словно моя семья убила твою. Вот чего я опасался! Я пытался найти время и поговорить спокойно, но тебя то похищают, то ты нестабильна и нельзя волновать, то бежишь спасать Итана.

Тигр покачал головой. Все время тяжелого разговора он не вмешивался, разговор о семье был только между мной и Крисом, но сейчас альфа рявкнул.

- Вы оба перешли от информации к обвинениям. Напоминаю, вы родня и друзья, подумайте, хотите ли вы это изменить.

Я... чуть не сказала, что хочу. До боли в подрагивающих от напряжения пальцах, до выворачивающего спазма в груди хотелось отречься от Криса, в его лице от всех Ера, погубивших мою семью. По лицу потекли слезы. Я чувствовала, как становится мокрым мое лицо, холодеют губы.

- Есть ли еще информация? - почти прошептала я. - Лучше говори прямо сейчас.

- Эй, привет! Знакомитесь?

Это было неожиданно. Мы все настолько сконцентрировались друг на друге, что полностью забыли о парке и праздных гуляках, слоняющихся между кустов.

На нас набрел подвыпивший невысокий оборотень, от которого пахло мелкой кошкой. Это было и смешно, и грустно. Идет праздник Зеленой Травы, время возрождения, новой жизни, ясной любви, а нам приходится решать непростые вопросы.

Итан повел плечами. Быстрое, почти неуловимое глазу движение, и он перед случайным гостем.

- Приношу извинения, у нас личный разговор. Можем мы рассчитывать на уединение?

- С ней? Потому что вторая уснула? Да не вопрос. Детка, ты же не против остаться с этими двумя? Говори, не бойся.

И оборотень старательно поиграл мышцами. Если бы сейчас меня не колотило от горя, я бы посмеялась. Он посчитал, что человеческая девушка попала между двух огней и имел храбрость предложить себя в защитники. Не все испорчено среди Двуликих.

- Вы - благородный человек. Но спасибо, все хорошо. Отличного вам праздника.

Мы проводили его взглядами, я даже помахала рукой на прощанье.

- У меня, кажется, вернулась руна. Итан, посмотри пожалуйста.

Тигр отодвинул воротник, убрал пряди волос с шеи. Подул ласково.

- Да, еще бледная, но увы. Как будто проявляется изнутри.

Я поймала его руку на плече, прижав своей ладонью сверху. Прижалась боком. Как же я ненавижу боль. При всей своей регенерации боль всегда воспринималась ослепительно ярко, пугающе. Но... я могла совмещать страхи и обязательства.

- Крис... срежь мне ее, пожалуйста. Извини, что я на тебя накричала, это же не ты принимал решения отправить Ирэн в мою семью. Но все эти умалчивания меня бесят. То, что ты скрывал...

- Прости.

Он упал на одно колено.

- С каждым днем я боюсь потеряться и боюсь потерять. Готова ли ты стать названной сестрой такому как я? Потому что, возможно, после разговора с отцом и дедом я останусь один.

Я сморгнула слезу. Окружающие деревья расплывались в дымке, пришлось приложить усилие, чтобы не покачнуться. Могу ли я воспринимать Криса как названного брата? Да я давно это делаю. Чувствую его метания, гордыню, неумную боль от потери себя и умение защищать и ценить близких. Но всегда была не уверена, сможет ли он сам считать меня только сестрой. Если для него все это время нужен был только действительно близкий человек, я готова стать настоящей родней.

- Кристофер Ера, для меня честь быть твоей сестрой. Я познакомлю тебя с мамой, и у тебя будет дом, чем бы не завершился разговор с Ера.

Вот совершенно не вовремя стоять тут в кустах и реветь. Но именно это я и сделала, когда он нерешительно встал с колен и обнял меня.

Мы постояли некоторое время молча. Просто так. Где-то там раздавались крики, звучала музыка. А у нас было тихо и остро правильно.

- Совсем не могу плакать, - огорченно сказал Крис.

- О, это не самое страшное, - похлопал его по плечу тигр, - я вообще не помню, когда плакал лет после шести. Мари, как ты?

- Хорошо, - сказала я, приходя в себя, - у меня все хорошо, а будет еще лучше, когда я доберусь до Ирэн. Крис, ты знаешь, что произошло тогда у Ероков?

- В дневнике записано совсем коротко. Авель отъехал с кем-то по делам. Когда приехал, семьи не стало. Он очень любил дочь, пишет, что она - совершенно наивная милая девушка, не понимающая что делает, не способная совладать с ужасными инстинктами внутри себя. Сначала она прошла позднюю трансформацию в оборотня, отец пытался ей помочь, подкармливал, проводил экспериментальные ритуалы. Она выжила, но превратилась в совершенно ненасытного убийцу во второй своей, животной ипостаси. Авель чувствовал себя виноватым перед ней.

- Ее отец спас во время поздней трансформации ценой многих других жизней, невольно создав Сет-Риверского живодера. Затем пытался исправить ошибку, превратив в вампира, что, как известно, полностью убирает предыдущие болезни. Но древний ритуал превращения не изменил личность, и она начала убивать снова и снова... А я ее отпустила! Я. Сама предложила скрыться... Бешеному монстру, который не контролирует себя. Крис, я должна ее найти, любой ценой. Сначал Итан, но потом... И срежь с меня это клеймо!

Крис изумленно переглянулся с Итаном.

- Оно же возникнет снова...

- Значит ты будешь срезать его и срезать бесконечно.

Я оскалилась.

- Не хочу, чтобы моей охоте хоть что-нибудь мешало. Ты поможешь нам с тигром? А потом найдем Ирэн.

Вампир обманчиво мягко улыбнулся и закинул голову, посмотрев в голубое, едва начавшее темнеть небо.

- И найду, и поставлю точку на темном пятне семьи... Мы будем вместе, сестра.

Вряд ли это будет легкая дорога. Слишком много правильного и неправильного было у нас за плечами. Но мы сделали этот первый шаг. Я выдохнула и нагнула голову, подставляя себя под когти брата.

Глава 27. Браки заключаются на небесах

"Marriages are made in heaven" (присловье)

Мы шли по парку. Итан и я. Вокруг танцевали и обнимались, смеялись и спорили оборотни. Ни людей, ни вампиров практически не осталось. Только свои. Родди будет не просто, но он сказал, что "ни за что не пропустит".

Зато Крис извинился и поспешил к Дьюку с известием о предательстве второго помощника мастера Белого Крыла. Заодно он прихватил с собой Глорию, чтобы по дороге передать в участок Дудлю на руки. И вроде бы дела эти - важные и срочные, но его уход выглядел очень показательным.

- Ты действительно готова воспринимать Криса как названного брата? Потому что ты для него - пока не сестра.

Я сорвала травинку и закусила ее зубами. Она оказалась горьковатой, но я не выплюнула, а крепче закусила зубами.

- Я не полностью готова. Но мы с ним сделали первый шаг. Что ты хочешь, чтобы он поругался со своими и основал еще одну семью? Еракрисов? Или чтобы я отказала ему в просьбе, которая может вылечить нас, сделать общение искренним, без привкуса? Как родственники мы достаточно дальние, чтобы не сожалеть о прежних отношениях.

Итан фыркнул.

- Котенок, в кланах близкородственные связи - норма, чем ценней кровь и меньше семья, тем чаще кузены создают пары. Вы с Крисом даже не троюродные, и по нашим меркам вообще не родня. Даже для магов вы не кузены, бьюсь об заклад, старшие Ера слова бы по этому поводу не сказали. Я спросил тебя по совсем другому поводу. Он отказался присутствовать на нашей свадьбе, пусть и под удобной причиной.

Надо же. Что значит разница воспитания, я-то подумала о другом.

- Я бы тоже отказалась участвовать, если бы ты не настаивал, - честно призналась я, - сама я с детства мечтала о пышной и торжественной церемонии, чтобы участвовали мама и мой отчим Фрэнк. Не понимаю к чему так спешить, но... готова это сделать для тебя...

В этом месте я сделала паузу. Мой чувствующий нюансы Итан сейчас должен был сказать:

- Раз ты не хочешь такую наспех решенную свадьбу без твоих родных, мы ее перенесем на месяц-другой.

Но тигр только обнял меня за плечи и подтянул к себе поближе.

Вот же упрямец.

Рядом с центральным трактиром уже не видно было охранников, дверь стояла широко распахнутой и оттуда доносился многоголосый шум, перемежающийся задорными визгами. Примархи ушли, оставив заведение тем, кому и положено -желающим перекусить горожанам. Пара служащих парка споро тащили из таверны мешки, скорее всего убирали мусор. Все еще танцевали самые стойкие.

Я провела рукой, обхватила тигра за талию и прижалась щекой к плечу, где одежда была в многочисленных дырках от крыльев, почти прорвавшихся во время спора с кругом примархов. Ладно, решили так решили. Не мне спорить с будущим главой нашей семьи.

К нужной поляне мы вышли довольно быстро, будто тропинка привела. Трава здесь выглядела идеально зеленой, не истоптанной, скорее всего приготовленной специально для ритуала.

За весь праздник ни один гость не имел права шагнуть сюда раньше времени. Говорят, что когда-то приходилось одновременно оборудовать несколько таких полян. Многие хотели пожениться на Зеленую Траву. Но время шло, старые обычаи стали выглядеть милой, но не совсем удобной традицией - столов, чтобы отпраздновать семьей тут нет, вокруг гуляют незнакомые оборотни, слишком частые драки и скандалы. Да и приноравливать свадьбы к единственному дню в году не всем подходило.

В итоге среди желающих больше встречалось изгоев, поступающих наперекор клану, и все меньше тех, кто заранее планировал обряд. Мы тоже не стали исключением, надо же, буду рассказывать детям как мы с их отцом все сделали одним днем.

По центру поляны стоял высокий крепкий столб. А по периметру - штук тридцать более тонких, вбитых в землю шестов. От центрального к ним тянулись цветные ленты: красные, синие, зеленые...

Пары медленно выходили из-за деревьев и становились рядом с одним из боковых шестов. Кроме решившихся на свадьбу, никто не имел права появиться на Зеленой поляне. Даже гости будут смотреть на происходящее, стоя в полутьме по периметру, скрытые от наших взглядов за деревьями и кустами. Надеюсь, Родди с Каем сейчас там и радуются за нас.

Я поискала их взглядом, но никого не увидела. Было ощущение, что кроме присутствующих женихов и невест, в целом мире больше никого нет. Только темнеющее небо, крепкая рука, за которую я буду держаться теперь всю жизнь, и желтая лента, которую отвязывал от бокового шеста тигр.

Все. Назад дороги нет.

Откуда-то извне раздалась тихая ритмичная музыка. И разом ей в такт сосредоточенно затопали женихи и невесты. Пар всего было около десятка. Почему я представляла, что желающих будет сильно больше. Организаторы тоже скорее всего надеялись на другое количество пар, но большинство лент так и остались нетронутыми.

Теперь нас с центром соединяла только полоска шелка, немного прохладная и слишком скользкая, чтобы за нее просто держаться. Притопывая, чтобы не выделяться среди остальных, я послушно разрешила Итану привязать лентой мою правую руку к его левой.

Вдруг музыка резко стихла и все замерли. С одной стороны от нас стояла пара из зажиточных крестьян. Рыженькая круглолицая девушка в таком количестве конопушек, что казалась смугловатой. Ее рука была привязана к кисти крепкого приземистого парня со встрепанной шевелюрой и мрачным настороженным лицом. На пояс он привязал целых три кошеля, плечи оттягивали две тяжелые сумки. Эти новобрачные явно куда-то сбегут после церемонии.

С другой стороны стояли... четверо. Во время привязывания ленты они активно переругивались полушепотом и отталкивали друг друга. Когда, наконец, замерли и замолчали, внутри клубка мне удалось рассмотреть кого остальные прикрывали телами. Девушка была одна и беленькая как снег. Белые волосы, ресницы, брови. Потупленный растерянный взгляд. Как же ее, бедную, угораздило? Парни рядом с ней казались попавшими на брачный обряд совершенно случайно. Разные и видом, и статью, и даже качеством одежды.

Самый высокий был облачен в весьма модный двубортный сюртук, брюки со штрипками и небольшой черный цилиндр. Будто он возвращался с бала или светского приема. Двое остальных женихов выглядели чистенько, но простовато. Зато могли похвастаться широкими плечами и упрямыми подбородками.

Вместо того, чтобы чинно изучать центральный столб, я косилась по сторонам. Уж слишком интересными оказались соседи.

- Мари, посмотри на меня.

Я подняла голову и встретилась с желтыми глазами в золотую и черную искру. Какой столб. Какие соседи. Рядом был тигр.

Послышалась музыка, медленная и нежная.

- Смотри на меня. Я немного расскажу о себе. Это важно. Если ты согласна с этим жить, кивни. И мы сделаем шаг к совместной жизни, - он мягко улыбнулся, - я -наследник клана, Мари. Лет через сто-сто пятьдесят отец призовет меня, и нам с тобой придется бросать налаженную жизнь, работу, планы. Все. Чтобы приехать в провинциальное поместье и жить там. Готова ли ты пойти на это ради меня?

Я моргнула. Отвела глаза, чтобы немного освободиться от давления его сосредоточенного внимания. Замужество с Итаном неминуемо приведет меня в клан, я это сразу понимала. Но вот цифра была несколько неожиданной, постоянно забываю сколько живут сильные оборотни. Сто лет свободы? Это не может не радовать.

- Готова, - кивнула я.

Он прикрыл ненадолго глаза и медленно, глубоко вдохнул, затем выдохнул. Как же он, оказывается, боялся моего ответа. Да я к этому времени так от жизни устану, что самое время на покой в провинциальную тишину. Сидеть в кустах и бабочек дребезжащим голосом примарха пугать. Хотя... Хм... А сколько живут примархи?

Итан сжал мои пальцы связанной рукой и аккуратно прокрутился вместе со мной, плотно пеленая нас лентой. Так мы сделали первые шаги в сторону центра, первые шаги к обоюдному решению. Обвязанные как подарок на день рождения.

- Теперь ты.

-Я?

- Да, говори, что тебя волнует в отношении меня. Лучше нам прояснить опасения и пожелания сейчас, прежде чем мы окончательно свяжемся узами.

Что меня волнует? Я невольно посмотрела на соседскую четверку. Они тихо и горячо спорили, увлеченно толкаясь боками и отвешивая тумаки друг другу. Да уж, нам бы тут вдвоем договориться, четверо в браке - это действительно перебор.

-Я - примарх, - тихо сказала я, - еще маленький. Понятия не имею кто я сейчас внутри и кем я буду со временем. Ты получаешь в жены - неизвестность.

Низкий, очень мужской хохоток. Он урчал и фыркал мне в волосы.

- Если ты готова вместе со мной справляться с тем, что сейчас в моем теле, почему я не могу ответить тем же? Конечно, да. Беру тебя, моя неизвестность.

Он поцеловал меня в висок, и мы еще один раз обернулись, приблизившись на пару шагов к центру. Ненавязчивая мелодия, начинающиеся серые сумерки и удивительная интимность момента придавали клятвам особую остроту. Хотелось открывать душу и увидеть такую же искренность с другой стороны.

Тигр наклонился, тепло подышав в ухо и продолжив:

- Кристофер отнесет письмо к своему мастеру, они допросят помощника-предателя и узнают место разрушения третьей руны. Но, скорее всего, на третью печать нам не успеть... Получив силу третьей, а потом и четвертой печати, Сфинкс и Мантикора полностью вернут свое могущество и выйдут вне моего желания и сопротивления. Если у нас... не получится их остановить, примешь ли ты помощь моего клана как моя жена и наследница?

Вот оно. Я догадывалась к чему он ведет и почему торопится. Ну уж нет, вдовой я не останусь. Упираясь каблуками в траву для надежности, все-таки тигр со своими подселенцами стал ощутимо сильнее, я заспорила:

- Эти условия категорически не принимаю. Слышишь? Не принимаю! Я вообще не буду это обсуждать.

- Пожалуйста, - прошептал он, попытавшись приподнять меня и прокрутиться. Силен, поднял как пушинку. Ну уж нет. Я вывернулась и стукнула каблучком туфельки по голени, а потом с удовольствием посмотрела, как он морщится. И, пока не осознал, что происходит, резко развернула его в обратную сторону. Лента обвисла и тут же сильно натянулась. Я угрожающе буксировала альфу назад, и мы стали немного дальше от ритуального столба.

Ничего страшного, выйти замуж за Итана я успею еще много раз, вся жизнь впереди. Но только на моих условиях.

- Ты так столб снесешь, Мари, давай договариваться, - он уговаривал меня успокаивающим голосом, как разбушевавшегося ребенка, - ситуация опасная, а у нас могут появиться тигрята, ими нельзя рисковать.

Я открыла рот, чтобы заспорить, почему именно тигрята, а не пантерята. И тут же остановилась, осознав, что пантерят-то не будет точно, а спорить я хочу исключительно из-за переживаний за тигра.

В результате нашего соперничающего вращения из прически выпали заколки. И упали куда-то в траву, не найти, не поднять. Стоим, упакованные вдвоем, и ругаемся.

Пришлось сильно подуть, чтобы убрать качающиеся перед глазами рыжие локоны. Итан решил помочь и дул вместе со мной. Сначала получалось, а потом почему-то просто стояли и смотрели глаза в глаза. Молча.

В итоге мимо нас пронеслась, активно ругаясь, но ухитряясь при этом бодро крутиться, соседская четверка. Фермерской пары видно не было. Или мы ее не заметили в спорах, или они еще согласовывают свои первые условия.

Я злобно пожевала подвернувшуюся огненную прядь и ответила пытающемуся меня сдержать Итану:

- Если снесу столб - местные работники новый поставят, они тут шустрые. А на счет тигра... Хм...

- Только не пугай меня.

Время внезапно понеслось галопом. Какие клятвы, какие условия. Где, чтоб ему жезл Варрана приснился, сейчас Родди. Он мне нужен! Я задергалась, как поросенок перед бойней.

- Итан... У меня один вопрос. Ты меня любишь?

- Да. А ты?

- Очень. Тогда давай поцелуемся и закрутимся как можно быстрее.

Альфа боднул меня лбом и грозно спросил:

- В какую сторону?

- Как в какую? В брачную! У меня появилась идея. Нам нужно как можно быстрее найти Родди. Да, насчет клятв. Я беру в нагрузку твой клан, ты - моих примархов и сумасшедшую семейку Ера. Обмен неравноценный, понимаю, но ты знал что берешь. Даже не думай отказываться, дорогой, и тем более пытаться покинуть этот мир раньше времени, потому что дети, зачатые в период, когда у тебя внутри Древние Близнецы, понадобятся всем сектам нашего мира. Или примархам. Или вампирам. Или магам. Для опытов. И без тебя их никакой клан не защитит. Одна я не смогу.

Итан зарычал. Тягучий, низкий рык, полный угрозы и ненависти, взлетел над церемониальной поляной. Его лицо быстро начало покрываться золотисто-белыми волосками. Хорошо, что я пока без клейма, потому что тигр точно попал под эмоциональный ураган.

Так-то. Отца никакой клан не заменит.

- Я обещаю решать вместе любые возникающие вопросы. В мире и согласии, -твердо сказала я.

И мы сделали поворот.

- Любые вопросы в мире, согласии и любви, - подтвердил Итан.

Мы обнялись так, словно спаялись в одно целое. Я шептала, как люблю тигра, но не мог бы он поворачиваться быстрее. Он бормотал, что обожает меня и с детьми одну не оставит, но его руку прижало так неудобно, что сейчас появились совсем другие мысли, и он очень извиняется, если я что-то почувствую.

Я почувствовала и сказала, что рада, но это попозже.

И мы влепились в столб.

Лента затрещала, но столб оставался недвижим, даже не покачнулся. Следовало бежать, торопиться, искать друзей, но мы оба хотели запомнить и сохранить в сердце эти мгновения.

Теплое дыхание на щеке, мягкие касания губ, саднящая сердце нежность.

- Нам...

- Тшшш, - прервал меня тигр, - рано. Просто побудь рядом со мной. Теперь мы вместе. Навсегда.

- Навсегда? - пробурчала я. - Я заметила, как ты посматривал в сторону Дудля. Хотел сдаться магам в надежде на красивую и чистую смерть? Думал, они смогут блокировать близнецов за счет твоей жизни? Так хотел спасти мир, оставив меня вдовой с детьми, что отказал в гоне.

- Да? - нагло осведомился тигр. И потерся бедрами. - Не помню такого. Значит плохо звала.

Я чуть не задохнулась от возмущения. Но не успела ответить, потому что меня поцеловали в висок, потом в нос, щеки, подбородок. Жадно, сильно, исступленно. Быстрыми, отмечающими прикосновениями, словно помечая, ставя самые крепкие в мире печати настоящего чувства, Итан скреплял нашу любовь.

- Я все помню, - сказал он, прикоснувшись губами к губам, - каждый миг гона. У меня все тело болит, каждая кость, каждая мышца, мой тигр воет от жажды соединения, в которой я ему отказал. Дай мне время, дай мне хоть немного спокойного, нашего, уединенного времени и я сам вызову гон. И попрошу тебя бежать. Потому что до боли хочу тебя догнать... И... Насчет Дудля ты права, а вот я ошибался. Одну с детьми, без защиты я тебя не оставлю. Зубами близнецов порву, но останусь жить.

Я замужем и, по мнению мужа, уже с детьми. Даже моргнула, пытаясь собраться с мыслями. Как же все быстро происходит. Мама меня убьет.

Лента, связывающая нас, разлетелась на части и опала к ногам. А столб... засветился. Изнутри, большим светлячком, дарующим не яркий, но волшебно сияющий свет.

По старому дереву змеился темный узор. Многочисленные имена, имена, имена. И яркой вспышкой зажглись наши - Итан Донахью, Мари Ерок.

Старинный брачный артефакт оборотней заработал, принимая, связывая нас магией. Запястье обвила желтая лента и впиталась в кожу, застывая тонким золотым ободком. Ох.

- Он не всегда работает, - прошептал Итан, - говорят, ему энергии не хватает, все реже включается. Раньше их несколько было, а теперь только один ставят, да и желающих немного.

Мы обвели взглядом поляну. Из десятка пар, решившихся на традиционную свадьбу оборотней, к столбу двигались уже меньше половины. Остальные так и не разобрались с пожеланиями, или в эмоциях порвали ленту, или запутались в ней. Фермеры, которые начали вместе с нами, так и стояли в начале пути, что-то жарко вполголоса выясняя.

- Рассказывают, до столба редко кто добирается, - с удовлетворением заметил Итан и погладил пальцем мой брачный браслет. - А что за идея пришла тебе в голову, миссис Донахью?

Несколько секунд я пыталась примерить на себя «миссис Донахью» и поняла, что пока не получается. Слишком внезапно произошло сегодняшнее событие, разум никак не мог его освоить и принять, слишком неподъемная ноша. Ноша...

- Быстрее! - схватила мужа за руку и потащила на свет фонарей, туда, где парковые тропинки вели к еще гуляющей публике.

На выходе с поляны мы остановились и взволнованно начали оглядываться в поисках друзей. Несмотря на полное ощущение оторванности от остального мира в этом месте, откуда-то же играла музыка. Да и не могли Кай и Родди не заметить, как мы столб включили.

- Ну вы даете, - выпал из кустов Кай, весь в листьях и сучках, но с шальной улыбкой, - чуть не подрались в начале, да? Что делили-то?

- Зато потом крутились - чуть столб на себя не намотали, - поддержал нас невозмутимо вышедший следом Родди. Вот кто даже в простой одежде ухитрялся выглядеть элегантным. На нем не было ни листика. Одежда даже разгладилась, будто ластилась к магу, пытаясь ему понравиться и остаться в гардеробе. -Поздравляем! Счастья! Предлагаем отметить вашу необычную свадьбу.

- Необычная? Да она грандиозна! - завопил Кай, и нам пришлось его тычками поторопить подальше от поляны. Но он продолжал вопить, подпрыгивая и размахивая руками. - Я тоже тут женюсь! Несколько раз! Красота-то какая, огни, музыка, свет, подраться можно...

Мы, наконец, вышли в центральную праздничную часть парка. Потянулись шатры, скамейки, площадки со столиками и вкусно пахнущей едой. Мы сели за один из столов, нужно было что-то заказать, но мне было не до Зеленой Травы.

- Друзья, - выдохнула я, - помогайте. Я могу ошибаться, но слишком уж все странно сочетается.

И я рассказала, как заметила переглядывания и кивки Марка со служителем. Как под единственным стулом в таверне, а точнее под стулом носорога стояла серая мешковатая сумка. А потом похожие сумки на наших глазах у таверны несли парковые служащие.

При чем ни одного из них не было сейчас рядом с торговыми палатками и праздничными шатрами.

- Эй, дружище, - обратился Кай к подошедшему к нам официанту, скорее всего, одновременно и владельцу палатки, молодому человеку с небольшой аккуратной бородкой, - а что за местные работники в парке тут крутились?

- Тоже заметил, - кивнул парень, - никогда раньше их не было. Может город нам, наконец, помощь выделил? А то такие деньжищи платим за уборку парка после гуляний.

Глава 28. В темноте все кошки серы

"All cats are grey in the dark" (поговорка)

Служителя парка в новенькой униформе мы обнаружили довольно быстро. Лопоухий молодой человек торопливо доедал кусок жареного мяса, стоя у одного из столиков.

Он так спешил, что даже приплясывал, обгладывая обжигающую отбивную. Лицо парня блестело от текущего жира, глаза настороженно поглядывали на окружающих.

Мне его вид напомнил подросших щенков одичавшей собаки, которых отчиму пришлось застрелить рядом с нашим сараем. Они задрали одну из лучших куриц-несушек, обычно свободно расхаживающих по двору, и при нашем появлении вот также ее ели, давясь и блестя сумасшедшими голодными глазами.

- Кай, - Итан развернулся к медоеду, - нам с Мари нельзя разделяться, она контролирует выход близнецов, назовем это так. Давай-ка тихонечко проследи за парнем. А мы подождем.

Кай блеснул белоснежными зубами и мгновенно исчез в полутьме, растворившись за круговым светом фонарей.

Некоторое время мы сидели, напряженно оглядываясь. Родди строчил письмо Дудлю, потому что адрес проживания волка в Лоусоне нам не был известен, а из таверны они уже ушли.

- Эй, я тут, - Кай вернулся минут через пятнадцать. Причем каждая из этих минут тянулась неимоверно долго, мы чувствовали близость добычи и одновременно страх - как бы не превратиться из охотника в жертву. - Вы не поверите, они перекрыли Гроты Памяти. Этот балбес привел меня прямо ко входу. На охране -человек десять, внутри - неизвестно.

Мы переглянулись.

- Гроты Памяти? - не помню, чтобы о них слышала.

- Это местная достопримечательность, - просветил меня Родди, - люди верят, что прочитав записку и оставив ее в одном из проходов, можно достучаться до предков. Например, нужно у давно ушедшего прадеда расспросить о заначке, прямая дорога в грот, глядишь, приснится родственник и все чин по чину, детально объяснит. А если записку сжечь после прочтения, можно отвязаться от какого-нибудь особенно вредного, преследующего семью призрака. Но сжигать в гротах категорически запрещают, некоторые желающие разобраться с домашними призраками, потом годами штраф оплачивают.

- На Праздник Зеленой Травы, - подхватил Кай, - мы устраиваем под закрытие театральную постановку, в которой можно всем желающим участвовать. Сначала гости смотрят и определяют, что за историю рассказывают актеры, а потом присоединяются. Так вот - гостей еще не пускают, до представления часа два, а эти служители вход в грот перекрыли, говорят, уборку делают.

- И много там камня? Есть что-нибудь похожее на каменную печать?

- Мари, - Итан покачал головой, - там весь грот каменный, все мелкие переходы и комнатки, центральный зал - все может сойти за каменную печать.

Мы переглянулись. Срывать будут сегодня, возможно, именно сейчас и разрушают еще один щит между силой близнецов и нашим миром. С каждой поломанной печатью Итану будет все сложнее сражаться с внутренними захватчиками.

Значит, вариантов у нас не было.

- Попробуем аккуратно, - высказал общее мнение Итан, - как с Глорией, голосом примарха.

Уже встававший из-за столика Родди замер.

- А что с Глорией?

Ох, мы же забыли рассказать от кого получили сведения. Итан кратко рассказал о появлении моей однокурсницы. Что запиской-приглашением служила нарисованная руна, и Крис отправился к вампирам, чтобы узнать где место и не допустить появления вампирской поддержки на месте разрушения третьей печати. А по дороге отведет Глорию в участок.

С каждым словом Родерик становился мрачнее. Я понимала, как ему трудно воспринимать информацию об участии девушки в секте.

- Наверное, вы должны знать, - с трудом выдавил он, - мы с мисс Мак... подумываем встречаться.

- Давно? - заинтересовался Кай. - А то я с ней переспал, но ты не думай, вообще ничего серьезного.

В этот момент я впервые увидела, как Торш чуть не врезал Каю. Кулак остановился практически у самого лица.

Они стояли на дороге, сжимали кулаки, смотрели хмуро. Каю не понравилось, что на него замахнулся друг, а Родди разъедала ревность.

Меня поражает насколько умные, проницательные мужчины легко глупеют рядом с хорошенькой девушкой. Поулыбалась Глория, посверкала чулочками из-под короткой юбки, и сразу двое наших пали от ее чар. Хотя не раз всей компанией обсуждали как подозрительно себя ведет девушка.

- Эй-эй, - осторожно сказал им тигр, - как насчет перенести этот разговор на завтра? Это же не ваш спор, это решение принимала мисс Мак. Вы-то бы так не поступили.

Есть у меня подозрения, что больше всего Глория интересовалась Итаном, а парнями воспользовалась, когда напрямую не получилось. Обиднее всего было за благородного Родди.

Для друга мне хотелось бы самую лучшую девушку. Это ощущение сродни родительскому, когда возможные кандидатуры оцениваются предвзято. Но даже в самом благодушном настроении я не пожелала бы такого счастья, как Глория.

Друзья немного помолчали, потом пожали друг другу руки. Жаль, что девушкам руки только целуют. Я бы хотела вот так. Пожать руку, принять и забыть. Чтобы у меня тоже, как у парней, был такой жест точки и соглашения. Знак общности.

До грота добирались быстро и сосредоточенно, тигр вел нас напрямую через парковый лес. Люблю это чувство единой команды, когда все двигаются сплоченным, собранным механизмом. Прыжки через кусты, знание, как и где находятся остальные, запах зелени. Мы не торопились, приноравливаясь к человеческой скорости, но Родди из-за постоянного общения с нами давно перерос, по моим оценкам, многих лучших спортсменов Школы.

Впереди шел Итан, за ним Родди и я. Замыкал Кай.

Не прошло и пяти минут, как перед нами появилась обширная, предназначенная для гуляний, поляна перед гротом.

- А вот это будет сложно, - высказал общее мнение Итан, осторожно отводя ветку и разглядывая охрану.

Пять оборотней и человек с повязками служителей парка, все крайне подозрительного вида. Если мы будем прорываться с боем, а других вариантов пока не было, враги внутри заранее узнают о нашем появлении и подготовятся.

Кроме того, обычные гости праздника могут не разобраться в происходящем и начать защищать «сотрудников парка».

- Есть идея, - прошептал Родди. Повозился, доставая что-то из-за пазухи, забормотал нечленораздельное, вдохнул, зажмурясь.

И исчез.

О. Невидимость. Легендарные запрещенные артефакты, о которых говорили только шепотом. Предполагалось, что один-два таких уникальных предмета используются правительством на государственном уровне. Насколько понимаю, после похищения Родди в Хаксе, его семья приняла меры по усилению безопасности молодого Торша. И часть этой решительной активации ресурсов мы видим сейчас. Точнее не видим. О.

- Ну как я вам? - вежливо донеслось из воздуха.

- Ноги видны, - с сожалением отреагировал Кай.

- Как?! Не может быть!

Донеслись хлопки и прыжки. Сдавленные ругательства и опять магическая тарабарщина.

- А сейчас?

Кай не выдержал и фыркнул, потом еще. Потом зажал себе рот и давился смехом, пока Итан не шлепнул его по спине. И видимо не только Итан, потому что Кай подпрыгнул, заозирался и сразу перестал смеяться.

- Ладно, ждите... Юмористы, - качнулась ветка. В темноте не было видно как придавливается трава от шагов, поэтому мне стало немного страшно.

На наших глазах к охране подходили группки празднующих оборотней, задавали вопросы, кивали головами и уходили. Только одна компания из четырех странно одетых персонажей была поверхностно обыскана и пропущена.

Странная четверка была в дорогих камзолах, широкополые дорожные шляпы прикрывали лица. В руках они несли объемные тюки.

- Наши объекты, - нервно прошептал Кай. - Может Мари рявкнет по-крутому, они попадают и повяжем всех?

Я покачала головой. Иногда Кай не видел простых вещей. Самое смешное, его замечательный, но абсолютно одинаковый на все случаи жизни план - «побежали, а потом разберемся» - часто срабатывал. Жаль, сейчас мы не имели права на ошибку и риск. На кону - слишком серьезные ставки.

- Нельзя, - Итан отвечал спокойным, размеренным тоном. Вот у кого все под контролем. За последние месяцы он стал очень похож по манере жесткой, уверенной речи на своего отца. - В охране кроме оборотней присутствуют явные люди, возможно, маги. Если поднимем шум, они окажут сопротивление, может появиться носорог со своими фанатиками. И нас же обвинят в нарушении порядка, а Мари привлекут к судебному расследованию за неправомочное применение силы. Этот Искандер лжет как дышит.

- Хорошо, что я в следаки пошел, - вздохнул Кай, - в судейских, с этими вашими правилами, с ума бы сошел.

- В судейские нас бы не взяли, - пробормотала я.

- Вот спасибо, Мари, вот поддержала.

За тихим, ироничным перебрасыванием словами мы коротали время до возвращения Родди, не было сил молча стоять, понимая, как уходят минуты.

- Я тут.

Общий облегченный выдох.

- Видели? Пропустили внутрь якобы актеров. Но никакие они не актеры, слишком пафосно себя ведут. Это участники ритуала. Сказали, что скоро подойдут еще трое. Те, кто на представлении будет играть гвардию. Вы думаете о том же, что и я?

- Напасть на охрану, пока кипеш не начали? - предположил нетерпеливо щелкающий костяшками пальцев медоед.

- Действительно напасть, - подтвердил Итан, - но не на охрану, а на ложных актеров-гвардейцев. Переодеваться потом самим в костюмы опасно, заговорщики отлично знают друг друга. Но мы можем узнать пароли или планы. И это свидетельства и доказательства, с которыми уже можно прийти к Дудлю, в этом случае он нас выслушает.

Глава 29. Не всему верь, что видишь, и наполовину тому, что слышишь

"Believe not all that you see, nor half what you hear" (поговорка)

Они шли по центральной аллее совершенно не скрываясь. Три фигуры в доспехах из тисненной кожи, полумасках, даже с оружием.

Гости праздника приветствовали «актеров» радостными криками, хлопками и улюлюканьем. Боец с генеральской лентой даже пару раз приветственно помахал рукой, вызвав уважительное хмыканье Кая.

Медоед очень ценил здоровую открытую наглость.

- Можно этот будет мой? - жадно спросил он.

- Да хоть все, - щедро разрешил Итан, - но как к ним подступиться на открытом пространстве среди людей?

- Они мужчины, - многозначительно сказал Родди, осторожно отгибая ветку с яркими молодыми листочками. Он уже отключил артефакт и плечом к плечу стоял с нами, осязаемый и материальный.

Я вздохнула. Если первый раз выполнять работу соблазнительницы мне не понравилось, то теперь это перестало шокировать. На мою внешность клевали без сбоев.

Удивительно, не все же молодые люди свободны и готовы к знакомствам. Но почему они так легко ведутся на девичью привлекательность? Как будто природа специально для баланса заложила в сильных мужских телах тайную кнопку слабости.

Я посмотрела на Итана, он усмехнулся. Тигр мной гордился, и совершенно был не против, чтобы его женой повосхищались. В отличие от меня и того же Криса, он искренне считал мою привлекательность - замечательной чертой. Тем более для дела. Вот и еще одна особенность альфы, видеть ситуацию по сути, не размениваясь по мелочам на подозрения и предположения.

Специально, чтобы его подразнить, я растрепала рыжие локоны по плечам и расстегнула пару пуговичек на вороте. Судя по мгновенно расширившимся зрачкам и глубокому вздоху, после сегодняшнего приключения меня ждет горячая супружеская постель с элементами многократной активации.

Из кустов я выходила, покачивая бедрами. Специально. Не против посмотреть, дорогой муж? Считаешь, что в этом нет причин для переживания? Тогда смотри и ревнуй.

На пути трех мужчин появилась хорошенькая, растрепанная девушка.

- Ой, - сказала я, восторженно посмотрев на генерала. - Какой ты красивый!

- Блошка, - засмеялся пьяный усатый оборотень, сидящий на обочине в обнимку с бутылкой. - Иди ко мне, детка. Я лучше, чем они.

Я надула губы и отрицательно покачала головой. Подошла поближе к «актеру» и провела пальчиком:

- Мне нравится вот он.

«Генерал» застыл, его явно раздирали противоречивые чувства. Доступная, очень красивая девушка, смотрящая восхищенно и жарко. Явно готовая на любые сумасбродства. И - обязательства серьезного характера на другой стороне весов.

Придется увеличить приз, иначе проиграю.

- Помогите мне подружку пьяную к фонарю принести, а, мальчики. Я постараюсь отблагодарить таких красавцев.

Надеюсь, мне больше никогда не придется играть такую роль. Одно дело намеки. Другое - прямые обещания. Слова давались тяжело. Хорошо, что в искусственном свете фонарей и вечерних бликах не было видно, как напрягается в гримасах мое лицо. Я замедленно и недвусмысленно лизнула кончик пальца. Все трое шумно сглотнули.

- Если быстро... - неуверенно сказал главный.

- Что тут думать, конечно, да, - вмешался второй, делая шаг вперед и обхватывая меня за талию, - где твоя подружка? Может быть она тоже пригодится.

- Только быстрее, - поспешил за нами третий, - ух. Повезло. У меня никогда такой красивой бабы не было. Парни, я могу совсем быстро. И даже пару раз успею.

Как только троица сошла с аллеи, я не выдержала. Рука на талии чувствовалась как опасная змея, ползущая по телу.

- Молчать и слушать меня, - включила я голос примарха.

Постаралась успокоить стучащее набатом сердце. Все хорошо, теперь они наши.

- Зачем тебя слушать? - удивленно спросил "генерал" и дернул меня к себе с другой стороны, крепко зажимая между телами. - Если только приятно стонешь, крошка, тогда послушаем.

Остальные поддержали смешками. Я чуть не упала, споткнувшись от неожиданности.

Все трое бойцов, пришедшие на праздник Зеленой Травы, оказались не оборотнями. Меня обманули их сильно пахнущие доспехи. Кто-то, так же как и мы, надел для маскировки чужую одежду.

До кустов было еще несколько шагов, но Итан не выдержал.

Он просто вылетел из темноты и остановился прямо перед тащившими меня мужчинами. Скорее всего, умом тигр прекрасно понимал, что противники сами сейчас подставили бока под Лезвия, и мне ничего не грозит. Двойной удар и увлекшиеся ловеласы долго не проживут.

Но мужские инстинкты взяли свое. Вот он во всей яростной красе сверкает в полутьме желтыми глазами. Я даже вздохнула восхищенно, вспомнив как мне понравилась его ревность к Марку. Наверное, подсознательно я хотела еще раз увидеть бешенство тигра при виде меня рядом с другими. Поэтому так азартно провоцировала сектантов в доспехах.

Итан остановил взгляд на чужой ладони, лежащей у меня на бедре, и тихо, с трудом сдерживаясь, зарычал:

- Немедленно отпустите девушку!

- А то что? - задорно выкрикнул третий боец, которому доступ к моей талии не достался, и поэтому он был несколько расстроен.

Чтобы не оставаться голословным, он сделал шаг вперед и угрожающе ткнул в сторону Итана старинным мечом. Тигр взрыкнул, раскинул руки. В одной из них оказался камень, другая начала обрастать шерстью.

Мечник испуганно вскрикнул и рубящим ударом от всей души врезал по начавшей трансформироваться тигриной лапе.

и...

Оружие с треском разлетелось на куски дерева и тонкие облицовочные пласты металла. Выскочивший на подмогу Кай даже взрыхлил траву, пытаясь затормозить. Выругался, пнул куски деревяшек, упавшие на землю, и разочарованно протянул:

- Да ладно. Муляж? Вы серьезно?

- Прочь с дороги! - пафосно, но несколько неуверенно крикнул «генерал», отодвигаясь от меня. Скользящий шаг и ловкое движение кистью, сопровождающееся скрежетом вылетающего полуторного меча.

Итан одним движением выхватил появившееся оружие, ухватившись за лезвие и просто дернув к себе.

- Бутафория, - констатировал он, ковырнув «лезвие» когтем.

Покачал головой и на глазах «бойцов» искрошил камень в руке.

- Братцы, да вы актеры? - огорченно спросил медоед, приближаясь к последнему «вооруженному» противнику. Надежда на драку угасала на глазах, вид у Кая был как у кота, которого вытаскивают из интересной коробки. Да как же так, все же удачно складывалось.

Оставшийся «боец» прикрылся мной и испуганно заверещал:

- Не подходите, у нас нет денег! Берите девчонку, она совсем пьяная и на все готова. А мы простые актеры Лоусон-шоу, мы сдаемся!

Мужчины, скинув полумаски, открыли трясущиеся от страха лица и оказались действительно артистами. Лицедеи испуганно оглядывались, явно готовые дать деру.

Из-за череды сумасшедших событий, происходящих вокруг нас, мы не заметили сами как стали воспринимать мир исключительно через призму «вокруг враги, а мы спина к спине». И сейчас столкнувшись с простыми людьми, которым не было дела до старинных рун, фанатичных сект и возрождающихся близнецов, у нас даже мысли не возникло, что на место ритуала могут попасть случайные горожане.

Но зачем-то же их там ждут...

С центральной аллеи на нас уже начали оглядываться, да и в любую секунду захваченные могли сообразить попросить о помощи гуляющих неподалеку пьяных оборотней.

- Давайте их сюда, - прошипел высунувшийся из кустов Родди.

Итан поступил просто. Схватил двух несчастных за шкирки и потащил в темноту, время от времени встряхивая, чтобы не орали.

Последнего я вытащила из-за своей спины. Он даже пытался сопротивляться, визжа и отчаянно упираясь, но я перестала скрывать свою силу, легко скрутила его и довела почти до потери сознания от изумления.

Через пару минут мы узнали детали. Оказывается, приглашенная на спектакль троица должна была сыграть стражу. В сцене объявления мира между людьми и Двуликими на Совете времен завершения Смуты они должны были стоять у края сцены и молча потрясать оружием, изображая поддержку мудрому и дальновидному во всех смыслах решению.

Для прохода через охрану актерам выдали по куску кожи, которые следовало повесить на пояс. Родди расстроенно покачал головой. Во время своей невидимой разведки он не обратил внимания на такую важную деталь и теперь корил себя за невнимательность.

Решение было принято быстро.

Вскоре к Гроту продолжила двигаться группа из трех актеров, облаченных в старинные доспехи и полумаски. На поясах болтались кожаные проходные билеты.

Время от времени я морщилась, потому что доспех, не рассчитанный на перекос вперед из-за женской груди, отчаянно натирал мне в подмышках. Итан изображал «генерала», так как никакой другой доспех на него не получилось натянуть, и даже генеральский держался на пределе завязок и ремешков.

Актеров пришлось оглушить. Родди перед ними извинился, не знаю уж, насколько они прониклись и простили наше самоуправство после его расшаркиваний. В любом случае минут двадцать-тридцать у нас было.

У выхода на поляну к Гроту мы приостановились, выстроились треугольником, повторяя действия актеров. И, выслушав просьбу ставшего невидимым Торша: «Уважаемые, будьте добры, перестаньте нестись словно стадо коз к водопою, ступайте гордо. Это и красиво, и я буду успевать», мы... насколько возможно "гордо" вышли к охране.

Охрана, все с повязками сотрудников парка, с повадками профессиональных рубак и грубыми лицами, грамотно располагались в ненавязчивом шахматном порядке, страхуя друг друга.

Часть из них ощущались как оборотни, но некоторые точно были людьми. С каждым шагом мне становилось все страшнее, как будто мы сами направлялись на съедение неизвестному чудовищу в его пещеру.

Первым шел Итан.

- Эй, - крикнул он на подходе, - пропустите доблестных стражей Совета. Мы поможем заключить сегодня мир между Двуликими и людьми. Да закончится Смута!

Хмурые охранники невольно заулыбались, с интересом нас рассматривая.

- Часть ваших уже прошли, - сообщил седоусый дядька со шрамом через щеку и парой подозрительных артефактов на поясе, явный человек-маг. - Почему задержались?

Итан хохотнул и ткнул в меня пальцем.

- Регина никогда не видела Зеленую Траву. У каждой палатки останавливалась. Но нам особенно спешить и не надо, мы ж простую стражу играем. Лоусон-шоу, к вашим услугам.

И действительно, мои женские изгибы никаким доспехом не скрыть. Лучше прямо признаться, благо женщины наравне с мужчинами дрались в межрасовых войнах тех времен. А у оборотней до сих пор нет гендерного деления во время драк.

На мне скрестились взгляды, в ответ пришлось пожать плечами. Оправдываться или болтать с ними я сейчас совсем не могла, боялась сорваться дрожанием в голосе. После происшествия с актерами я перенервничала, а сейчас и вовсе тряслась от дурного предчувствия.

Придется после окончания Школы идти или в боевые структуры полиции, или в чистые следаки. А вся слежка под прикрытием, хитрости - не мое.

Вдруг молодой парень, стоящий слева от седоусого, насторожился:

- Мерк, я что-то чувствую!

- Артефакты молчат, - заметил тот удивленно, быстро проверяя уловители магии.

- Что-то в воздухе, - настаивал молодой.

Команда работала слаженно и точно не первый год, потому что никто спорить или иронизировать не пытался, наоборот, вояки дружно потянулись к пистолетам и ножам.

Как можно было почувствовать Торша, не понимаю. Даже я, со звериным чутьем, не ощущала его присутствия. Но деваться было некуда, если они заденут Родди, мы будем драться на смерть. Я расслабила кисти и даже посмотрела в спину Итану, оценивая, как развернуться для прикрытия. По крайней мере решим все сейчас.

- Расслабьтесь, вояки! - в проеме входа, лениво покачивая зеленой оплетенной бутылью, показался... Акула, одетый в знакомую по Хаксу простую куртку наемника. - Это я послал пару летунов, вот они и потревожили воздух. А чего актеров держите? Там уже все с ног сбились, декорации падают, Искандер орет на всех.

И нас пропустили. Я могла бы поклясться, что когда проходила мимо, Акула мне подмигнул.

Глава 30. Две собаки не могут поделить одну кость

"Two dogs over one bone seldom agree" (поговорка)

- У нас две задачи, - тихо сказал Итан, - ищем руну и артистов.

- Артисты-то нам зачем? - искренне изумился Кай.

Он шагал, почти подпрыгивая от разрывавшего его изнутри возбуждения. Приключения, стан врагов, он внутри, только с друзьями.

Итан похлопал его по плечу и хмыкнул. Несмотря на всю горячность Кая, на него можно было полностью положиться. Ни разу медоед без команды в бой не лез, как бы ему этого не хотелось.

- Артистов надо вывести, - твердо сказал Итан, - гражданским не место среди возможных боевых действий.

- В Лихо полно было гражданских, - возразил Кай, - и нормально все помахались.

- Там вооруженных не было.

Это точно. Мимо нас по узкому коридору, ведущему в центральный холл, сновали молодые люди. И некоторые с оружием на поясе. Под потолком чадили факелы. В воздухе витало напряжение.

Сразу видно - руну планируют разрушать оборотни. Когда предыдущие две уничтожали вампиры, никто не видел приготовлений, словно раз - и само собой, естественно закрутилось, а потом и развалилось. Аккуратисты-вампиры территории не перекрывали. А тут как военный мятеж готовят.

- Пойду вперед, - зашептало из воздуха прямо над ухом.

Как я ни была к этому готова, все равно вздрогнула. Но он прав. Пусть разведает. Слишком много ответвлений, центральный зал найти легко, зато в боковых коридорах, не ровен час, можно легко заплутать.

Мы тихо прошли мимо огромного зала со сводчатым потолком, где уже расставляли стулья. На круговой зоне, отведенной для будущего представления, стоял носорог. Поглядывал по сторонам и кивал, слушая подбегающих с докладом. На стены по кругу оборотни сноровисто прибивали крепежи для светильников.

- Ваши там, - махнула в сторону ответвлённого прохода хорошенькая русоволосая крепенькая девушка с серьезным напряженным личиком. Она ловко развернулась, перекрыв дорогу в зал, и теперь деликатно теснила нас прочь. Я чуть не подпрыгнула от любопытства. Значит, печать с руной где-то неподалеку.

Итан поблагодарил ее. Кай потрепал ошеломленную милашку за щечку. Я не знала, что делать, поэтому просто кивнула. И мы прошли мимо, поворачивая в указанном направлении.

- Мари, - вполголоса сказал Итан, - иди с Родди и предупреди людей, пусть уходят немедленно. Никаким спектаклем тут и не пахнет. Артистами явно прикрываются, значит, и под удар без жалости пустят. А мы с Каем в проходе станем, чтобы вы спокойно поговорили. Я отправлю сообщение Дудлю, надеюсь, летуна не собьют, охрана решит, что он от Акулы. Но постарайтесь быстро. Отсчет идет на минуты.

Я кивнула и пошла вперед по узкому коридору. Надеюсь, Родди идет впереди и разведывает обстановку. В некоторых местах свисающие с потолка сталактиты буквально цепляли за голову. Интересно, это всегда актеров так далеко отправляют готовиться к выходу или нововведение в честь сегодняшнего дня.

Издалека донесся шум, звуки тихой беседы, я ускорила шаг. Быстрее бы вывести людей и заняться делом. Скорее всего нам придется сбивать ритуал, насколько возможно, до прихода подмоги. Пока иду, можно помечтать, как появится Дудль, всех арестует, скажет: «Вы, конечно, молодцы, но хвост я вам накручу». И пусть накручивает, я согласна.

Внезапно что-то больно ударило под дых, и тут же рот мне прикрыли теплой рукой, не давая вырваться возгласу.

- Это я, - торопливо зашептал Родди, и я удержала трансформированную лапу в последнее мгновение перед ударом.

Незадача, рукав из-за него порвала.

- Не ходи туда, - продолжил парень практически мне в ухо, - у них только что оружие упало с грохотом.

- Ну и что? Ссорятся что ли? - приходилось говорить буквально одними губами.

- Мари, приди в себя. Муляжное оружие! С грохотом!

Я замерла. Насколько помню, у захваченных нами актеров были деревянные мечи с металлической окантовкой по гардам. Чистая декорация, для того чтобы оружие, выглядывающее из ножен, смотрелось достоверно.

Со стуком оно, пожалуй, могло бы упасть, но никак не с грохотом.

Я осторожно отодвинула от лица невидимую ладонь друга и сосредоточилась. Придется подобраться поближе, и мои частично трансформированные уши смогут услышать членораздельную речь. Тех ли людей мы идем спасать?

Дальше пришлось передвигаться почти ползком, прячась за выступами. И, наконец, после очередного приближения я услышала:

- ...тогда не выполнили обещание. Наши-то две рунные печати для шавок в срок вскрыли. А Искандера, видите ли, дела задержали. Мой мастер ему не верит. Этот сучок врет как дышит, говорит - дела, а сам с девкой любился. Эти шавки совсем не могут штаны завязанными держать...

Чуть не ахнула от удивления. Я прекрасно помнила, Искандер вернулся с полдороги, когда увидел, как Марк залезает в окно комнаты, где я лежала под дурманом. Носорог тогда упоминал руну. Возможно, я, пусть и невольно, своим появлением в его замке отсрочила нынешнее мероприятие.

- И весть не послали, хотя обещали, - добавил второй голос, более низкий, - что-то мудрят. Мой мастер сказал, при малейших сомнениях...

Отлично, значит, Глория к ним не добралась. Крис молодец, отсутствие вестей от Искандера подбросило дров в огонь и так разгорающегося недоверия между заговорщиками с двух сторон.

Я приподнялась, чтобы начать отход и замерла. В нескольких метрах от меня в коридорной нише лежала одна из «актерских» сумок с двумя круглыми, ржавыми артефактами, выглядывающими из-под отворота ткани.

Побледнев, я начала еще осторожнее отползать назад.

Вот это новости. Первую часть актерского состава тоже заменили. Не только мы воспользовались случаем попасть на закрытое представление. Искандеру пришлось приглашать актеров, иначе перекрытие грота для подготовки к театральному представлению выглядело бы подозрительно. И тем самым он создал возможность проникновения на свою территорию.

Часть актеров заменили мы. Вторую часть актерской труппы тайно заняли представители вампирской секты, готовящей приход мантикор. Чтобы проконтролировать лояльность Искандера.

Стараясь не издать ни звука, я развернулась и побежала к друзьям. Судя по еле слышному эху моих шагов, Родди старался держаться следом.

- Все нормально с людьми? Актеры собираются? - встретил меня вопросами Итан, подбрасывая в воздухе летуна для Дудля.

- Это не актеры и не люди, - выпалил проявившийся из ниоткуда красный от волнения Родди, - точнее люди, других бы сюда не пустили. Но не просто люди - а слуги вампиров, они почти не выходят из замков, мне о них отец рассказывал. Боевые подразделения, силовая магическая поддержка. Люди, которые мечтают стать бессмертными, и за это верно служат. Полные отморозки с вшитыми под кожу артефактами.

- Они с тайной инспекцией от вампиров-предателей, - поддержала я мага. - Те обижены, что уже вскрыли обе рунные печати для оборотней, а Искандер задерживает встречное разрушение двух оставшихся печатей для вампиров, скорее всего, дарующих силу их мантикоре.

- Логично, - Торш забыл где находится и взволнованно замахал руками. - Видящие, запечатавшие силу близнецов, подстраховались. Руны, сковывающие силы сфинксов, не могут расколоть оборотни и наоборот. Вот им и пришлось договариваться, чтобы выпустить своих хозяев. Да только оборотни со своей частью договора затянули, вот вампиры и злятся.

- Не просто злятся, а к войне готовятся. У них в сумке - блаузаны.

Кай вздрогнул. Еще свежо было воспоминание, как наша команда попала под эти древние артефакты против оборотней в Хаксе. Тогда выжили чудом. И это против студентов, а не против боевых фанатиков, готовых на все ради своих мастеров.

Под могучим каменным сводом, среди множества комнат и проходов собрались несколько сил. Совершенно неясно что произойдет, когда мы все ворвемся в центральный зал, приготовленный для ритуала. Вдобавок, где-то здесь ходит Акула. Как на него реагировать, считать ли его за друга или врага?

И - у меня похолодели руки. Там, где Акула, там, возможно, и Ирэн.

- Нужно найти нишу максимально близко к центральной пещере и затаиться. Родди

- ты в ближнюю разведку, будешь нашими глазами и ушами. Пока ждем Дудля. Но, если начнется раньше, - Итан помолчал пару секунд, - значит мы участвуем, друзья. Нельзя им позволить сломать печать. Боюсь, дальше мне близнецов не удержать.

Он естественным образом принял на себя обязанности лидера команды. Все роли распределились сами собой. Кай - боевая единица, наш непотопляемый в любой ситуации козырь. Родди - мозг, аналитик, а сейчас и разведка. Я - скромно на подхвате.

Пока задачу может выполнить мужчина, умная женщина должна ему это позволить, как говорила моя мама.

Я шла, рассматривая перед собой спину мужа и размышляя. Ирэн знала нашу семью, была у нас в доме. Потом все умерли. Имела ли я право обвинить ее без прямых доказательств? Да и правильно ли мне думать о мщении за родных, когда Итан в опасности. Вдруг Ирэн поможет его спасти? На что я готова в смертельной ситуации?

Я замотала головой, не в силах сдержать противоречивые, раздирающие меня мысли.

- На всякий случай. С вами было круто, - озвучил похожие мысли медоед. - Лучше здесь умереть от удара погибающего врага, чем как мои братья дома - от зависти.

И Кай белозубо ухмыльнулся.

Глава 31. Трудолюбивой пчелке некогда грустить

"A busy bee has по time for sorrow" (поговорка)

Округлая ниша с небольшим входом прекрасно исполняла функции хозяйственной комнаты. Кто-то даже сбил самодельную дверь, поэтому внешние шумы доносились приглушенно, отделяя место от остального грота словно тихую гавань от бурного океана.

В помещении теснились лавки, горой лежали доски для строительных работ, старые сумки с неизвестным, скорее всего, давно забытым содержимым.

- А я тебе все равно буду нравиться? - игриво спросила хорошенькая Элси, прижатая к двери еще одной внутренней комнаты-кладовки.

-Хм, - задумался Акула, одновременно расстегивая на девичьем вороте мелкие пуговички, - интересная постановка вопроса. Почему задаешь?

Она заигрывающе хихикнула, намекая на комплимент.

- Ты всегда с оборотницами, а я - обычная девушка. Ты нас сравниваешь?

Наемник раздвинул ткань и сжал открывшиеся маленькие, съежившиеся от прохлады и возбуждения вершинки.

- В тебе своя прелесть, милая. Кроме того, ты хитра и полезна. Вон какую мне комнату обеспечила.

Ему всегда нравились блошки, полностью развращенные, не умеющие сдерживаться. Немного отдушки на одежду, грубости в ухаживаниях, и ими можно было управлять.

Даже жаль, что люди их лечат. Таким по жизни было предписано яркое горение и быстрое угасание.

Он немного устал, уже пару часов наполняя кладовую, но дело есть дело. Полениться он еще успеет.

Многим нравится, когда девушки раздевались сами. Но Акула любил обнажать партнерш своими руками. Это как подарок разворачивать. Особое удовольствие снимать хрустящую обертку, гадать что под ней, ощупывая края.

У Элси было ладное здоровое тело, только кожа на руках и ногах грубовата. Придется девушке не распускать руки.

Ребром ладони он провел несколько раз между подрагивающих стройных ног, но, в общем, этого можно было уже не делать. Она давно дрожала в предчувствии, возбужденная от собственных будоражащих мыслей.

- Хорошо?

Он скрутил пряди длинных волос в жгут и ухватился покрепче. Голенькая юная человечка, мечтающая помочь ему сбросить напряжение, что может быть лучше. Пояс расстегнулся легко, а вот завязки затянулись крепко, пришлось Элси помогать ему. Тоненькими пальчиками и белыми зубками.

- Не откуси там часть, - засмеялся наемник, глядя как старается, торопясь девушка,

- даже если тебе покажется много, сама знаешь, пригодится каждый дюйм.

Он мельком глянул на дрогнувшую тоненькой щелкой дверь и добродушно проговорил:

- Заходи, Родди. Давно тебя ждал, считай, соскучился... Ты же не хочешь, чтобы я поднял тревогу на весь грот?

Дверь пару раз дрогнула. Девушка в руках Акулы тоже.

- Шшш, милая, - ласково сказал мужчина, поглаживая по норовистой гладкой спинке и теплому плечику, - это мой друг пришел, побратим почти. Да, Родди?

Он поднял пальцем хорошенькое личико и, поощрительно улыбаясь, погладил по щекам и губам, возвращая девичьим чертам расслабленность.

- Мы с побратимом поболтаем чуток, но и тебя не забудем, а ты уж расстарайся, красавица.

И он положил прямо на лицо свою впечатляющую длину, полюбовался и по-кошачьи блаженно прищурил глаза, когда розовый язычок начал работу.

- Думал, ты пораньше заглянешь? Занят был?

- Немного, - раздалось осторожно из воздуха. - А как вы меня видите?

- Глазами, - почти хрюкнул от смеха наемник и тут же хрипло застонал, - ох, хорошо прикусила. Еще раз давай. Да. Видишь, Родди, как девушка старается. Кстати, это она комнату обеспечила, совсем от зала недалеко, заметил? А ты стоишь как неродной, игнорируешь труженицу. Чем лучше мы справимся, тем быстрее твои здесь окажутся, в безопасном месте. Побазарить-то есть о чем.

Элси, послушная мягкому, заботливому управлению твердой как камень руки, развернулась поудобнее, выгнулась и зовуще приподняла ягодицы.

Тяжелый взгляд безошибочно нашел нужную точку в пространстве, и маг не смог выдержать дуэль взглядов, отвернулся.

Некоторое время в комнате раздавались только влажные тихие звуки. Наемник сидел недвижимо, ожидая решения молодого Торша. Родди выругался и начал расстегиваться.

-Ха, - ожил Акула.

И время потекло своим чередом, будто только что не стыла кровь от невидимых глазу волн опасности, не холодели пальцы из-за отхлынувшей крови. Маг осторожно погладил девушку по круглому упругому бедру.

- Малышка у нас блошка, - поучительно сказал Акула, - такие как она, а еще женщины-оборотни, любят погорячее, у них чувствительность пониженная. Ты чего по коже дуешь, она же не чувствует.

Уверенным движением рук он развернул голову на бок. И с довольным хеканьем начал вдвигаться.

-Давай, давай, милая, на глоточке... умница.

Тоненькая шея девушки начала расширяться, и на нее опустилась смуглая грубая рука с золотистыми волосками на фалангах. Пальцы сжали горло. И Акула задвигался, поглаживая и сжимая сам себя через шею.

- Красненькая, старается. Да зайди ты в нее, наконец!

От рыка Родди, сам не понимая как, но оказался в девушке. От толчка она еще ближе придвинулась к Акуле и, дрожа, захрипела.

Мужчина осторожно снял ее с себя и дал отдышаться, любуясь на вспотевшее, покрытое красными пятнами лицо. При этом она продолжала стонать, насаживаясь на совершенно потерявшегося Родди.

«Почему я, а не Кай», - с горечью подумал он и, присмотревшись к довольному лицу Акулы, понял, что тот получает удовольствие от его стыдливых реакций.

- Ага, - подтвердил тот, - как девственницу иметь, только лучше. И ощерил идеально ровные, совершенно не подходившие его лицу зубы.

Некоторое время они покачивались, присматриваясь друг к другу через обнаженное тело. Потом вошли в ритм. Маг с интересом смотрел как уверенно Акула управляется с нежным девичьим ртом, накачивая Элси возбуждением и отпуская, когда той приходилось непросто.

Наемник то шептал, то бурчал, перейдя на плавные входы. Ухитряясь одновременно и журить, и хвалить старания красавицы.

Когда он ухватился за напряженный, сморщенный камешком сосок и потянул его на себя, поддаваясь вперед бедрами, девушка уже не переставая тоненько постанывала.

- Поет, - улыбнулся Акула, - слышишь? Но времени у нас совсем нет, поэтому мы сделаем, чтобы она кричала.

- Я почти, - сквозь зубы признался Родди.

- Забудь, - строго сказал «побратим», - подними ей ногу и держи крепко. Она почувствует себя неуверенно, и только ты станешь ей сейчас опорой. Все для нее станет острее, уязвимее, безумней.

Родди поднял девичье бедро, жестко ухватил его пальцами и вдвинулся. Глубже, правильнее, мощнее. Элси глухо закричала, вызывая у Акулы довольные смешки.

- Замри, брат, - низко скомандовал Акула, - люблю, когда они кончают со мной на языке. Она сейчас никуда не денется, уже наша.

Он легонько пощипывал трясущиеся женские грудки, наклоняясь, шептал горячо. И двигался, двигался во рту. Девушка дрожала и выла, пытаясь насадиться на Торша. Но маг держал крепко, не давая ей ни малейшей возможности скользить. И тогда она, жалобно, бессильно, послушно содрогнулась. Потом еще. И еще. Закричала, вибрируя всем телом.

Акула улыбнулся и сам облегченно охнул, отпуская напряжение. Выливаясь огнем в содрогающееся от наслаждения тело.

Вслед за ним полетел в темную, сладкую бездну маг. Его выкручивало до пальцев ног. Элси он уже не держал, а скорее держался за нее сам, отпустив ногу девушки, но продолжая сжимать ее бедра.

Некоторое время он стоял, пытаясь прийти в себя. И когда поднял голову, встретил поощрительно понимающий, совершенно не глумливый взгляд Акулы.

- Они как ритуал, - сказал наемник, - важно чувствовать, как меняется магия и вовремя выставлять вешки. А еще знать, когда завершить.

Одним точным движением Акула ударил в основание черепа Элси. Мгновение. Еще не выйдя из дрожи оргазма, девушка дернула ногами, засипела и потеряла сознание.

- Слишком много знает, - спокойно сказал мужчина, - если бы не твое нежное присутствие, я бы убил. А так, будем считать - ты спас девушке жизнь. Молодец.

Акула привел в порядок завязки и застегнул пояс. Подхватил рукой бессознательное тело и пронес мимо ошеломленно застывшего Родди.

Скрип открываемой кладовки. Она оказалась доверху заполненной телами. К облегчению Торша - одетыми. Только порваны вороты рубашек.

- Все с клеймом, - удовлетворенно сказал наемник, пристраивая сверху Элси, -пришлось побегать за ними, но это лучше, чем отлавливать потом, когда близнецы выйдут. У меня уже возраст не тот, чтоб мельтешить да торопиться. Поэтому проще сейчас, пока время было.

Он снова подпер дверь балкой и демонстративно отряхнул руки.

- Что стоим, штаны нараспашку? Ты мне свои красоты не предлагай, я, брат, по девчонкам. Да и спешить пора. Где твои приятели сейчас бродят? Зови их, что ли.

Мы заходили осторожно, по одному.

- О, красавчик, - приветствовал зашедшего первым Итана развалившийся на лавочке Акула, - ты, наверное, меня и не помнишь, я не самая приятная фигура для запоминания. Но я тебя хорошо помню. Сразу понял, этот мальчик еще себя покажет.

Итан прикрыл меня корпусом и молча рассматривал опасного, как бешеное животное, наемника.

Кай привалился к двери изнутри, блокируя приход возможных гостей, и с интересом оглядывался.

К нашему удивлению, у небольшого стола между нами и Акулой проявился позвавший нас сюда Родди. Выглядел он несколько взвинченно, непривычно для всегда сдержанного мага. Не только усики, но и челка задорно торчали вверх, щеки румянились.

- Вы с нами хотели поговорить... - начал Итан.

- Присаживайтесь, ноги ума не прибавят (1).

- Только без ваших проверок, уважаемый, мы в них играть не будем.

Акула хохотнул низко, интимно, устрашающе так, что мне захотелось прижаться к Итану в поисках защиты.

- Проверки не будет, я уже отлично повеселился, осталось только дело.

Следуя приглашающему жесту, мы уселись на ящики вокруг стола. Только Кай так и остался подпирать дверь после быстрого отрицательного движения головы тигра.

Зато, к моему удивлению, Родди выглядел не напряженно и сел у торца, практически колено к колену наемника. Учитывая опыт пленения мага в Хаксе, все это выглядело необычно. Словно Родди успел о многом поговорить с Акулой, и его ответы успокоили Торша.

Судя по поведению друга, опасность нас здесь не ждет.

- Не знаю, какие у вас планы на сегодня, а у меня задача - не дать нашим темпераментным меховым братьям расколошматить старую каменюку. Привык я к этому гроту, с девчонками иногда тут встречаюсь.

- Почему же тогда в Лихорадке вы участвовали в разрушении печати? -заинтересованно спросил Родди.

Лоб Кая прорезала морщина. В командах оборотней было принято, что первым говорит всегда альфа. И только если разговор переходил в партнёрский, присоединялись остальные. Родди давно приспособился под наши иерархические привычки, и поэтому Итан насторожился.

- Узнали? Даа, - довольно протянул Акула, - в Лихо - это я закрутил. Приятельницу свою попросил немного похулиганить, ослабить печать запретной для нее эмоцией. Питалась она азартом, а мы в нее враждебность и ненависть во время драки влили.

И он довольно потянулся, подняв руки и почти выгибаясь.

- Итан развалил тогда ослабевшую печать одним ударом, - засмеялся он, глядя на наши изумленные лица. - Правда, и близнецов не выпустил. А ведь пара "опечатанных" Искандером оборотней в Лихо бродили, звали крылатых. Но ты почему-то удержался. Силен, красавчик. Зато у заговорщиков после этого уже не осталось времени, вон как начали печати коцать, чтобы энергия не утекала.

- А зачем вам нужен выход близнецов? - медленно, подбирая каждое слово, спросил тигр.

Я положила ему руку на колено, поглаживая и успокаивая.

- Мне? - деланно изумился Акула. - Мне вообще ничего не надо, я за мир во всем мире, хорошую кухню и крепкие груди. Я - простой наемник, мой новый клиент энергии побольше заказал. Близнецы все равно выходить собрались, давно к этому готовились, почему бы не воспользоваться случаем. Закадрить судьбу.

И он мне игриво подмигнул.

Родди нервно постучал пальцами по столу. Его глаза метались, нижняя губа кровила от многочисленных прокусов, сощуренные глаза выдавали напряженную работу мысли.

- То есть близнецы после первой печати вас устраивали, а после третьей уже нет?

- Близнецов не удержать от выхода, - Акула наклонился и достал откуда-то с пола закрытую пробкой начатую бутылку с мутной жидкостью внутри. - Вино будете? Нет? Тогда я сам. Ух. Поэтому их хорошо брать слабыми, когда еще можно справиться. А вот после четвертой печати я бы вам посоветовал собирать манатки и бежать на Гоценские острова. Тепло, есть что пожрать, а главное - далеко отсюда.

Мы начали переглядываться. Итан помрачнел. Я уже открыто привалилась к его плечу, уткнувшись лбом, не зная, как успокоить.

- Значит справимся сегодня, - веско уронил Итан, погладил меня по волосам и посмотрел на медоеда. Кай лениво отделился от двери и пошел к столу. Итан дал понять, что с Акулой будем договариваться.

- Сегодня так сегодня, - легко согласился Акула, - я на всякий случай клейменных почистил. Останется ваша девочка и еще пара для гарантии, но уже бегать, искать их по всему гроту не придется. Это, конечно, временная мера, если что-то пойдет не так, Искандер новых наклепает. У него целая очередь из желающих. Эти идиоты хотят стать сильными и великими существами, не понимая, что им предстоит оказаться всего лишь мясом, вместилищем для хозяев.

Я чуть не погладила карман, где таскала с собой украденную у носорога печать. И каким бы не было минимальным мое движение, наемник нахмурился, испытывающе прожигая меня взглядом. Что-то уловил.

Нужно было срочно отвлекать его от так и не сделанного действия.

- То есть вы знаете где сейчас близнецы, - тихо сказала я.

- Они в другой закладке мира, - фыркнул наемник, отхлебывая из бутылки и блаженно жмуря глаза, - как и все ваши звери, кстати. Но выходить будут через портальную дыру, устроенную жезлом Варрана в нем.

И наемник ткнул в тигра.

- Ты уж на выходе потрепи их насколько сможешь, красавчик, а мы потом здесь встретим, - благожелательно проговорил Акула, - часть энергии печати сожрет моя клиентка, голодная сука, сам ее боюсь. Хорошо бы печать не сразу сломать, а чтоб трещинами, тогда она успеет больше и близнецам мало достанется. Пока они будут выходить, я возьму на себя Искандера. Вы - остальных его уродцев. Выберите узкий проход и держите, сколько сможете.

Родди закашлялся, а Кай довольно рассмеялся. К перспективе удерживать несколько десятков оборотней и профессиональную охрану из наемников каждый относился по-разному. Это еще Акула не знал про вампирских слуг.

- Подождите, - твердо сказала я, поднимая голову, - а как с Итаном?

- А что с Итаном? Выход двух сущностей одновременно - верное уничтожение. А близнецы рвутся оба и очередности не уступят, - Акула поболтал бутылкой, посмотрел ее на свет и с досадой бросил ее под стол. - Итан сегодня станет героем, не допустит усиления древнего зла, бла-бла-бла. Все мы должны чем-то жертвовать ради цели. Герои делают свое дело, мир катится дальше, в памяти все останется. Я, например, буду скорбеть.

У меня из глаз брызнули слезы. Но скорее злости, чем горя. В глубине души, при всей нелюбви к наемнику, именно его я считала последним шансом. Видящий должен был что-то знать, намекнуть на выход в конце концов. А он так легко выключил Итана из будущего. Как отработанный материал. А я? Печать пока не проявилась, но если успеет восстановиться и в меня войдет кто-то из крылатых?

- Я против, - вытерла слезы рукавом и посмотрела на Акулу, - Итан сегодня не погибнет.

- Милая, - мужчина посмотрел на меня с жалостью, - все это время я искал варианты, иначе бы прибил его сразу после получения близнецов. Кое-какие идеи были, но, поверь, ничего не сработает. Так что... Лучше всего, если ваш тигр сейчас достойненько перережет себе горло, а вы мне поможете со всеми остальными.

Вся наша команда подскочила. Родди чуть не сбил стол.

- Не хотите? У меня никогда не получалось командной игры, - Акула хохотнул. Медленно, очень медленно обошел нашу готовую сорваться в атаку группу.

У входа развернулся, отсалютовал парням, послал мне воздушный поцелуй. И вышел, хлопнув дверь.

- Что будем делать? - в звенящей тишине спросил Родди.

- Сражаться, - просто ответил Кай, - пойдем и положим всех, как Акула, одного за другим.

- Надо думать, - возразила я и положила на стол клеймо.

- Я, признаться, думал о смерти, - сообщил тигр, опять усаживаясь за стол, - но! Пересмотрел свою точку зрения! Мне Мари слишком веские аргументы сообщила, поэтому жить я буду. Озарение, друзья, пришло, геройство - не мое. Ошибся Акула.

И с усмешкой понаблюдал как я облегченно сваливаюсь на ящик рядом с ним.

- Поэтому... У меня есть предложение, - он взял печать и покрутил в руках, - нужно сделать так, чтобы выскочили не оба близнеца сразу. Тогда, как вывод из слов Акулы, есть вероятность, что меня не разорвет.

Я прыгнула к нему на руки и начала его целовать. Самый плохонький план был все равно лучше, чем никакого. Итан не согласился с рядом доводов Акулы, хотя еще вчера был бы полностью на стороне наемника. А значит - у нас у всех был шанс.

- Эй, - с напускной серьезностью сказал Кай, - вы меня не на те мысли наводите. Перестаньте целоваться.

- Да уж, - неожиданно весело поддержал его Родди, - не время и не место смешивать удовольствие и дело.

И мягко заулыбался, отводя взгляд.

Получив в распоряжение целую комнату, мы сначала убедились, что дверь плотно закрывается, а девушка в каморке не пришла в себя. Я с удивлением узнала в ней бывшую пассию Искандера, которая во время нашей встречи в замке пыталась избавиться от меня с помощью яда Акулы.

Испытывала ли я к ней ненависть или обиду? Нет. Даже хорошо, что она жива. Человека легче допросить под артефактами, и у Дудля появятся неопровержимые сведения о виновности носорога.

Очень надеюсь, что наше письмо застало его в участке и сейчас он двигается нам на помощь. Потому что в ином случае, как мы справимся я просто не представляла.

- Клеймо заряжено магией, - сообщил Родди, покрутив артефакт, - и активируется нажатием вот на эту кнопку. Поставить клеймо в итоге может практически любой.

- Основная задача становится понятнее, - тигр обвел нас взглядом, - клеймо призовет к себе близнецов. Тот, на кого мы его поставим - станет воплощением древнего. При этом полностью потеряв себя, так как у близнецов нет ипостасей. Они едины и заберут все. На кого можно поставить печать, чтобы или мантикора, или сфинкс очень захотели выскочить? Только не вместе, а один.

- У меня есть кандидатура, - сообщил Родди, - нам нужен ослабевший Искандер. Оборотень и примарх - отличная наживка для сфинкса.

У меня тут же зачесалась спина, плечи, даже уши загорелись. По моей просьбе Итан внимательно осмотрел мою шею, но клейма не нашел. Так и с ума сойти недолго. Знать, что ужасный знак может проявиться в любой момент, но ничем не в силах помешать.

- Или Ирэн, - предложила я, - она уже практически мантикора. Поэтому близнец вырвется в нее с радостью.

- Если печать начнут разрушать, и полиция не успеет помешать ритуалу, Ирэн нахлебается магии. А сильная Ирэн может сделать сильной мантикору. Это слишком опасно.

Родди покачал головой.

- А я предлагаю подумать о словах Акулы, - задумчиво продолжил он, - когда-то в Хаксе его намеки помогли нам найти верное решение по схеме старинных улиц. Возможно, и сейчас он сказал что-то полезное, а мы просто не уловили.

- Первое, он сказал, что Итан может своей волей удерживать древних, - начала перечислять я.

- А еще, что печать хорошо бы ломать не сразу, а замедлить разрушение, -присоединился Кай.

- И что сначала печать делают слабее каким-то непривычным, запретным для нее состоянием. Надо понять, что сейчас непривычно для грота, - на одном дыхании продолжил Родди.

Мы сейчас думали быстро, как единое целое, продолжая мысли друг друга.

Итан поднял голову и его глаза зажглись ярко-желтым, показывая близость тигра.

- Для грота очень непривычен свет, - сказал он мягко, - спектакли всегда проходили в полутьме. Сюда даже запрещали магические освещающие артефакты проносить. А сейчас в стены вбивают новые крепления, по всем коридорам носят факелы.

- Так вот что было в сумках у служителей и что держал в таверне носорог, - озарило меня, - они принесли в грот десятки сумок с освещением для того, чтобы ослабить печать.

Мы переглянулись.

- Никогда еще не тушил факелы в гроте, - восторженно сказал медоед, - сектанты просто молодцы, такую отличную игру начали.

Итан осторожно отстранил меня от плеча и поднялся из-за стола, отдавая распоряжения:

- Кай и Родди тушат светильники, я отвлекаю Искандера, попробую затянуть ситуацию до прихода полиции. Мари - защищаешь мне спину. Если ситуация выйдет из-под контроля, клейми любого сильного оборотня поблизости. И я выпущу сфинкса. А дальше, - он вздохнул, - просто...

Стены вокруг задрожали.

- Просто выживаем, - завершил Итан.

И мы сорвались на бег.

(1)/ Ноги ума не прибавят - поговорка мира Двуликих. Аналог «в ногах правды нет».

Глава 32. Один бьет по кустам, а другой ловит дичь

"One beats the bush, and another catches the bird" (поговорка)

По коридорам со стороны центрального входа эхом разносился грохочущий звук. Мимо нас бежали оборотни и люди-наемники. Некоторые из оборотней перекидывались прямо на бегу, роняя на пол разорванную одежду.

Итан схватил за плечо пытавшегося промчаться мимо нас молодого парня.

- Что происходит?

- Нападение! Глава приказал всем охранять вход.

На рукаве у него красовалась повязка паркового служащего. Парень судорожно дышал. И, как только тигр разжал пальцы, он сразу побежал дальше, не оглядываясь. Хорошо хоть не спросил, почему мы не спешим вместе с ними.

Пока от подозрений и разоблачения нас спасали костюмы актерской труппы, но надолго ли хватит этой маскировки.

Стены опять задрожали.

- Полиция! Всем оставаться на своих м...

Зычный, устрашающий, усиленный магией голос прокатился по всему гроту и заглох в странном шипении. Сектанты явно оказывали серьезное сопротивление.

- Вперед, в зал, - Итан повернул по коридору.

Пришлось бежать практически навстречу бойцам носорога, узкий коридор не всегда давал возможность легко разминуться. Пару раз пришлось прижиматься к стене, чтобы пропустить людей Искандера. Кай рядом со мной ругался вполголоса, сдерживаясь, чтобы не вступить в преждевременное сражение.

Зал мы увидели еще из-за поворота. Яркий переливчатый свет струился из проема, что означало только одно - Искандер приступил к ослаблению третьей руны, запирающей энергию близнецов. Еще немного и будет слишком поздно.

Десяток шагов под стук слишком быстро бьющегося сердца, и мы забегаем в самую огромную каверну грота, театральный зал, уже кардинально преображенный.

Там, где вбили крепления, сейчас на них размещали тяжелые артефактные светильники, пять из них уже оказались включены. Три оборотня, ругаясь между собой, активировали шестой артефакт, нажимая на боковые тумблеры.

Огромные каменные навершия светильников напомнили, где я могла видеть эти приспособления. Это же верхняя часть фонарей с центральных улиц. Фонарные артефакты, будучи защищенными от изменений погоды и выходок горожан, гарантировали сильный стабильный свет. Значит, именно их проносили в сумках через весь парк.

Носорог с двумя охранниками стоял на площадке под импровизированную сцену, переговариваясь с флиртующей с ним... Ирэн. Вампирша восторженно внимала Искандеру, глядя на него снизу-вверх. Тонкая фигурка, подчеркнутая красным атласным корсетом и короткой пышной юбкой, смотрелась трепетно беззащитно рядом с мощными телами оборотней.

Свое рычание я услышала только, когда Кай толкнул меня в бок, а сидящий на ближайшей к нам зрительской лавочке Акула оглянулся и ощерился в ухмылке.

Своими руками когда-то отпустила возможную убийцу своей семьи, а сейчас не могу броситься, чтобы заставить ее рассказать правду. Пришлось закусить губу и затрясти головой. Успокоиться! Немедленно успокоиться! Просто иду за Итаном и делаю свое дело. Шаг. Еще. Хорошо.

Какими бы ни были причины яркого освещения помещения, это придало ему поистине сказочный вид. Множественные сталактиты, спускающиеся с потолка, перемигивались золотыми и голубыми искрами.

А внутри огромного сталагмита (2) в углу сцены, ранее никогда не попадавшего под прямой слепящий свет, проявилась, возникла в призрачном свечении огромная древняя руна. Печать, состоящая из более темной породы. Прекрасная и доселе тайная.

Ирэн поглаживала сталагмит пальцами и жмурилась, что-то отвечая носорогу. Они были удивительно спокойны и собраны, будто находятся на прогулке или свидании, а полиция сейчас не прорывается с боем, сотрясая магическими ударами стены.

Кай по кивку Итана остался позади, а мы все быстрее двигались навстречу своей судьбе.

Когда зал был пройден на треть, крайний левый светильник потух. Есть! Родди с Каем сделали это.

Родерика Торша не смогли остановить ни размеры, ни трудность доступа, ни сложность артефакта. Наследный маг начал свою часть работы по прерыванию ритуала, выключив первый источник освещения.

А за нашей спиной рассмеялся Кай, и кто-то захрипел, падая оземь. Охранники носорога засуетились, закричали, и на нас, наконец, обратили внимание.

(2) Сталагмит - столбы, нарастающие в виде конуса со дна пещер и других подземных полостей.

Глава 33. Кто кусается, того тоже иногда кусают

" The biter is sometimes bit" (поговорка)

Увидев Итана, носорог обвел рукой ухо, и его люди начали вставлять себе в ушные раковины что-то вроде затычек. Интересная защита от голоса примарха, но не верю, что она поможет против действительно сильного крика. Если только не припасенные уникальные артефакты по индивидуальному заказу.

- Стоять! - негромко приказал Искандер.

И я порадовалась подтверждению своих подозрений. Кричать примарх опасался. Блокираторы звука работали только на негромкую речь, а следовательно, оставшийся далеко позади Кай не пострадает. Но и я не могла в этой ситуации использовать сходное оружие голоса.

Огромный Итан продолжал идти вперед, даже не покачнувшись. Я скромно следовала в арьергарде, стратегически не афишируя свое присутствие.

- Стой, ни с места! - уже громче скомандовал носорог. Он с недоумением вглядывался в быстро двигающуюся фигуру. Такие габариты просто не могли принадлежать человеку или вампиру. Альфа за лето раздался так, что отличался шириной плеч и ростом даже среди оборотней и сейчас никак не мог скрыть истинной природы, еще и подчеркнутой свисающими с него, полузастегнутыми старинными доспехами.

Момент, когда Итан вышел на свет и его узнали, я определила точно. Носорог вздрогнул и заревел. Несмотря на досаду на его лице, приветственный крик все равно был торжественным.

Искандер знал, кем является Итан и кого несет. Он хотел заклеймить меня, «любовницу» тигра, и продержать в своем замке недели две, пока полностью не распечатает всю магию близнецов. Ему не хотелось раннего открытия портала, но в то же время он был счастлив приветствовать возможное появление своих хозяев.

Быстрые взмахи рукой. И к тигру с разных сторон бросились быстрые крупные тени, личные телохранители Искандера. Я начала разворачиваться, чтобы прикрыть спину, и прямо передо мной с кинжалом в глазнице рухнул один из оборотней. Уже взрезая лезвиями второго, я увидела, как из зрительного зала бежит Акула, на ходу выпуская как птиц в воздух сверкающие короткие метательные ножи.

- Искандер! - закричал он. - Давно хотел тебе наподдать, не правда ли отличное место, где твоей туше не развернуться! Хочешь поиграть, кожаный?

Примарх, сейчас находящийся вне моего поля зрения, закричал нечто нечленораздельное. Он пока недооценивал наемника, как когда-то все мы.

Вокруг кричали, хрипели, стонали. А я - просто защищала спину мужа. Звуки означали, что мы живем, дышим, сражаемся за свою свободу. Отвлекаем внимание на себя, пока Родди и Кай делают основную работу, пока полицейские пытаются прорвать оборону входа.

Светильники то гасли, то опять зажигались. Я шинковала последнего со своей стороны охранника, когда за моей спиной вдруг стихли жизненно необходимые мне звуки, звуки движения Итана.

Стряхивая капли крови с лезвий, оборачиваясь, я уже подсознательно подозревала худшее. И не ошиблась. Закричала от раздирающей боли в сердце.

Рядом с Итаном, наступив ногами на поверженное, раскромсанное ударом трансформированной тигриной лапы тело охранника, стояла Ирэн. Согнувшись, практически опираясь на свои длинные белесые руки. В полной боевой вампирской ипостаси, с висящими жирными космами волос, покрытым ожоговыми струпьями лицом монстра из страшных сказок.

А мой муж застыл, опутанный белесой полупрозрачной паутиной. Хмурый, напряженный, с сжатыми губами, которые умели заливисто смеяться и сладко целовать.

Вампирша парализовала моего любимого, между руной и порталом выбрав более сладкую живую силу.

Это все уже было. Я так же стояла и смотрела. На согнувшегося монстра, на белую паутину и замершего в ней мужчину. Когда-то очень давно, за пеленой памяти, за щитами лет. Все было.

Время двигалось медленно-медленно. Чудовище поймало высокого, мощного телосложения мужчину. Хотя... Нет. Он же был каким-то другим. Пониже, худее. И волосы, пожалуй, не золотистые, а скорее рыжеватые. Родной. Я его очень люблю.

Он часто качает меня на колене, все выше и выше, так, что можно взлететь, раскинув руки. Он рассказывает мне странные, завораживающе смешные истории и называет «рукавичкой», потому что я при любой возможности стараюсь залезть к нему на руки. А еще я люблю играть с его пальцами и множеством занимательных колец, позвякивающих при касании друг с другом.

Сейчас ему плохо. Он кричит внутри черной паутины.

До этого он сдерживался, чтобы не напугать меня, но сейчас не выдержал. Ему делает больно ужасное белесое чудовище с длинными ветвистыми пальцами и скрытым волосами лицом. Мне хочется выйти и больно его ударить, но нельзя, дедушка запретил двигаться и издавать звуки. Остается только одно, смотреть в щель старого потрескавшегося сундука.

Дедушка... В паутине - мой дедушка.

Он резко выгибается и внезапно начинает распадаться на мелкие, острые красные молнии, шипящие и превращающиеся в туман.

Я, открыв в изумлении рот, смотрю на происходящее. Чудовище тоже ошарашенно. Оно молотит лапами в воздухе в поиске исчезнувшей жертвы, а из тумана, медленно покручиваясь, выкатывается колечко.

Мои уши взрывают крики. Видение распадается, запутывая меня во времени и происходящем. Фигура в паутине опять набирает материальность, превращаясь в высокого молодого мужчину в кожаном доспехе. Мой Итан.

Чувство безумной надвигающейся потери пронизывает меня, заставляя скручиваться от боли и злости на саму себя. Я... я помогла убежать убийце своей семьи. На языке горчит. Где-то в мороке прошлого во мне застыла крошечная испуганная девочка, такая потерянная, что я до крови прикусила губу. Надо двигаться, действовать, нельзя переживать. Я с силой вскинула себя в бросок на врага.

Прыгнула настолько неумело, еле оттолкнувшись подгибающимися ногами, что стала сама себе противна. Мой разум еще метался, не успев полностью вернуться из прошлого, все вокруг казалось расплывчатым и нереальным.

А вампирша рассмеялась, легко оттолкнула мое летящее тело. И стало еще больнее.

Удар о камни. Я завозилась безвольным жуком на полу. Не получилось, я не смогла поддержать мужа. Мой удел молча смотреть на страдания близких и плакать. Слезы потекли, падая со щек на камень. И рядом тоже кто-то навзрыд зарыдал.

Вдобавок ко всему загорелась спина, будто ее жгли огнем.

Парализованный, скованный черным влиянием Итан начал трястись как в конвульсиях. Рев. Жуткий многоголосый рев сотряс зал. И за спиной тигра взлетели, распахнулись в призрачно-металлическом сиянии огромные прекрасные крылья. Я моргала, вытирая кулаком слезы. Кто-то плакал рядом, бормоча и стеная. На нас воздействовала черная вампирская аура горя, и я ей поддалась. В слабости и жалости к себе накачала энергией клеймо призыва. И активировала портал Итана. Идиотка.

Идиотка. Идиотка.

Сейчас выйдут оба близнеца. Я буду сражаться и уйду вместе с мужем. Потому что по-другому я поступить не могу. На золотом песке Гоценских островов Акула будет загорать один.

Если... Я нащупала артефакт в своем кармане. Подобралась.

Ирэн заливалась хриплым каркающим смехом, почти обнимая мерцающее куполом сияние открывающегося портала, насыщаясь, нажираясь долгожданной чистой энергией. Ее кожа уплотнялась и разглаживалась на глазах. Копченый запах истончался. Значит, Акула сдержал слово наемника. Привел заказчика к Порталу.

Прыжок. Удар. Я вбила палец в рычаг клеймения, почти размазывая его по ручке. И на потрескивающей в изменении, подрагивающей коже обнаженного плеча вампирессы, среди бледнеющих ожоговых рубцовых затяжек резко вспыхнуло зеленым светом - свежее, мгновенно наливающееся силой клеймо.

Призывающее, манящее. Клеймо вызова на почти готовой, пусть и искусственной, заготовке под мантикору, когда-то созданной из девочки-монстра отцом, сходящим от горя с ума. Из девочки, которая осталась монстром в любой ипостаси.

Пора. Решительно нагнув голову, взрезающим, сдергивающим кожу и мясо движением я вспорола лезвиями собственное клеймо. Уничтожила его. И тем самым предрешила исход событий.

Шипя и завывая, на сладкий зов вызова из портала полезла Мантикора. Первая. Одна. Оставляя ослабленного близнеца позади.

Мерцая и переливаясь, древнее зло влетело в Ирэн, смяв скорченное тело, перемалывая и преобразуя плоть.

Вампиресса пыталась сопротивляться, вскинулась цветными аурами, хаотично сменяющими одна другую. Вожделение, ужас, любопытство, ярость... Все слабее и медленнее.

Хрип. Шепот, скребущий до костей.

Вверх взметнулась и расправила крылья Она. Устрашающая, древняя. Получившая силу всего двух печатей, но зато получившая во владение тело практически идеальной заготовки, вдоволь насыщенное магией. Ужас прошлого. Хозяйка вампиров. Мантикора.

Глава 34. Из камня невозможно выжать кровь

"You cannot get blood out of stone" (присловье)

Чудовищное создание было ослаблено, с тяжело дышащими, рваными, сочащимися кровью боками. Ей пришлось прорываться через портал, сражаясь за проход со сфинксом. Затем воевать за тело с Ирэн. Она не полностью получила отобранную века назад силу. И все же - поражала.

Огромная кошка с полульвиным-получеловеческим лицом, длинным хвостом со скорпионьим жалом на конце и сложенными блестящими кожистыми крыльями. Мантикора поводила мордой в стороны, изучая ситуацию, нюхая широкими ноздрями воздух и блаженно урча.

А потом заревела победно и страшно. Один из телохранителей-оборотней, еще стоявший рядом с носорогом, завыл и схватился за уши. Между его пальцев потекли красные струи.

Все это время я потратила на то, чтобы избежать хаотичных ударов от хвоста. После клеймения я бросилась бежать, но монстр оказался огромным, и я еще не успела выскочить из зоны поражения.

- Где Сфинкс? - заорал Искандер, отпрыгивая от Акулы.

Они выглядели оба совершенно целыми, только дышали тяжело, настороженно поводя длинными кинжалами. Глава сектантов даже не смотрел на Мантикору, бешено дергая головой, обыскивая глазами зал.

- Где Сфииинкс? Нас предааали!

Искандер уставился на стоящего на одном колене Итана, живого, хоть и обессиленного. Сфинкс не прошел, рядом не оказалось нужного клейма, монстру не хватило путеводного света. Носорог осознал ситуацию, закатил глаза, заревел в негодовании и разочаровании.

Когда тело седовласого подернулось дымкой, а в стороны полетели клочки одежды, стало понятно, что примарх сошел с ума от ярости и собирается атаковать Мантикору.

В рвущем жилы прыжке я превратилась в пантеру, на бегу схватила все еще пытающегося подняться Итана и осторожно, обходя чудовище по кругу, припустила к выходу. Некоторые девочки любят привлекать внимание, но я точно была не из них.

А вот Мантикора - из тех самых девочек. Она наклонила башку и занесла лапу, встречая несущегося во весь опор трансформированного воющего носорога.

К моему величайшему изумлению, Акула, лишь недавно сражающийся с Искандером, оказался с ним совершенно согласен по поводу Мантикоры. Он вытер руки об одежду, покрепче ухватил кинжалы и в высоких кульбитах-прыжках бросился в атаку на бок крылатого чудовища.

На вид неповоротливое животное тело Искандера вдруг ловко увильнуло от удара лапы и с чудовищной силой вбилось рогом в монстра. Мантикору даже протащило по камню метров на пять. В гроте тоненько завизжало, вверх взвились, распрямившись и отшвыривая носорога, гигантские крылья. С буханием упал на лавки откуда-то сверху Акула, разваливая их в щепы.

Не было похоже, чтобы Искандер нанес сколько-нибудь тяжелое поражение противнику. И, словно издеваясь, рядом с крылатой выросли четыре фигуры, вооруженные до зубов, в полном тяжелом снаряжении. Слуги вампиров-сектантов прятались за скоплением сталактитов, а теперь вышли защищать хозяйку. Они так и не поняли глубину задумки оборотней по вызову, а потом уничтожению Мантикоры, и теперь выглядели несколько растерянными.

Хозяйка наклонила голову, обнюхала появившихся слуг и, почувствовав какие-то ей одной понятные ароматы, удовлетворенно заурчала.

Я впервые по-настоящему осознала выходу КОГО невольно поспособствовала. Шерсть поднялась дыбом от страха. Не хотелось бы потом сожалеть о замене Ирэн.

- Мариии!

Кто-то кричит. Но криков столько, что в пору оглохнуть даже мне. Пришлось положить Итана, он странно подергивался, белел, то открывая глаза, то снова впадая в бессознательное состояние. Выхода еще одного близнеца муж не выдержит, следовательно, заклеймить еще кого-нибудь я не смогу. Мысли метались, а решения все не было.

- Мариии!

Да кто же это... И на душе посветлело. От входа ко мне бежал медоед, а через него взвился в прыжке косматый могучий волк.

- Мариии!

Я, наконец, развернула в правильном направлении плохо соображающую башку. С другого конца зала мне кричал Ера, мой названный брат. К Мантикоре уже бросились юркие фигурки людей, облаченные в полицейскую форму. Недалеко от Криса махал руками и повелительно свистел в артефактную дудку помятый, но вполне бодрый Дудль.

Да. Сама не замечая, некоторое время я задерживала дыхание, а теперь выдохнула с облегчением. Не знаю, как они справятся с крылатой, но, по крайней мере, появился шанс.

- Хорошо, что я сидел с Дудлем в участке, когда пришел Крис, а потом мы получили ваше письмо, - пророкотал волк, обнюхивая дрожащего Итана, - без меня они не прорвали бы оборону. Оказывается, на стороне Искандера был Джеро со своим кланом.

Я смутно помнила грубого детину-примарха, но сейчас обеспокоена была совсем другим.

Итан неожиданно выгнулся дугой и замерцал. Это означало только одно. Где-то в коридорах выжил один из оборотней-носителей клейма. И, приблизившись к залу, он одним своим присутствием начал инициировать Портал.

Пока остальные удерживают Мантикору, я обязана, я должна, мне необходимо решить вопрос с Итаном.

Развернутые крылья Мантикоры оказались испещренными длинными

параллельными разрезами. Похоже, сфинкс не легко уступил сестре право выхода. Но уступил.

И теперь она обозревала владения.

- Людди и скотт, - хрипло пророкотало в пещере, - и толькко оддин ребеннок. Больной, одноцветтный.

Укоризненно добавила она, глядя на Криса. Тот показал ей зубы и трансформировался в боевую ипостась. У меня не было времени изумляться, разум просто отметил тот факт, что белая личина выглядела намного привлекательнее, нежели бывшая черная. Тонкая изящная фигура с нежным жемчужным лицом и шелковым шатром ночных волос. К вампиру танцующей походкой легко подошел Акула и одобрительно похлопал его по плечу, оставшись рядом.

Мантикора посмотрела на вскинувшего когти вампира и вдруг закашлялась. С трудом в этих шипяще-режущих звуках можно было распознать смех.

- Печатть, - проскрежетала она сквозь смех, - разрушшь печать, Дитя.

Акула поднял кулак, чтобы ударить Криса по голове, но тот оказался быстрее, вдруг почти тенью метнувшись к сталагмиту с руной. Видящий предугадал подчинение, на которое Мантикора даже не напрягалась. Она лишь лениво отбрасывала крыльями и лапами набегающих противников и ждала, когда ее Дитя придаст ей нужных сил. Значит, сама она к печати подойти не может...

А Видящий предсказывает, но тоже сам мало что делает, не может. Что говорил нам Акула перед битвой. Столько всего и все оказалось важным.

Я поддерживала лапами голову стонущего Итана и напряженно вспоминала. Он говорил, что Итан своей волей удерживает древних. А еще - близнецы были в своей закладке мира, но выходили там же где звери.

Итан держит...

Я закрыла глаза и пошла внутрь. «Поведи меня, покажи где ты ходишь», -уговаривала я пантеру. - «Где наш тигр, он совсем один против сфинкса».

Внешние шумы становились все глуше. Я проваливалась в темное безымянье внутри теплой кошачьей шкуры.

Вокруг появились огоньки, но пантера уверенно шла на конкретный один. С каждым мгновением я все меньше чувствовала себя хозяйкой тела и все больше наблюдательницей. В закладке миров не я управляла ситуацией.

Пантера перешла на бег и буквально ворвалась в бликующий, пыльно-серый мир. Рядом с полуразрушившейся аркой, сложенной из костей вперемешку с камнями, бились двое. Огромный лев с металлическими перьевыми крыльями и тигр, мой золотой тигр.

Тигр был ослаблен и бросался с обреченностью на морде, виляя из-за подворачивающихся лап. Слишком мал он был в сравнении с ужасающим близнецом.

Но и со Сфинксом что-то было не так. Глаза чудовища смотрели слепо, морда поводила из стороны в сторону, а по шкуре из многочисленных ран текли зеленые светящиеся ручейки. Сестра порядком повредила брата в стремлении выйти на индивидуальный зов. Сфинкс мучался от яда, но упорно пытался найти дорогу, с каждым шагом все приближаясь и приближаясь к Порталу.

Моя пантера завизжала от радости при виде тигра и, не замедляясь ни на шаг, бросилась на Сфинкса с другого бока. Итан еле слышно замурлыкал, но это было скорее эхо его обычного голоса.

Я не понимала, чем могла помочь своей пантере, поэтому изо всех сил направляла эмоции веры в ее силы и уверенности в победе.

Кошка зарычала и пару раз полоснула бедро Сфинкса Лезвиями. Но... ни один удар не взрезал шкуру чудовища. Скорее, они отвлекали и дезориентировали, заставляя монстра крутиться на месте.

- Детти мои, - произнес теплый, бесконечно родной, хотя и незнакомый голос, -успокойтессь.

И мы с тигром послушно легли на песок. Голос был прав, пора немного отдохнуть, мы так устали. Полежим, посмотрим, как кружит по пятачку слепой Хозяин. Тыкаясь то в нас, то в камни. Его шкура все больше истекала зеленой сукровицей.

Когда наши звери вдруг опомнились и вернули власть над телами, набросившись с ударами на Сфинкса, он оказался немного ближе к Порталу, чем ранее. Создавалось ощущение полной нашей бесполезности, медленно и верно древний прорвется, а уже в мире Двуликих получит все свои гигантские силы с двух печатей, которые так и не достались Мантикоре.

Время от времени Сфинкс отбрасывал нас лапами или крыльями, и количество порезов на наших с Итаном шкурах постепенно росло. Иногда мы лежали, с трудом дыша, и смотрели на кружение льва. И опять бились, и опять. Почти у Портала.

Внезапно за спиной зарычали. Пантера испуганно взвизгнула, подпрыгнув на всех четырех лапах вверх, и оглянулась, задрав хвост трубой.

На самой кромке светлого пятачка стоял... Люшер.

- Ага, - сказал он, - подфартило на старости лет залезть в мир Зверя. Что тут у вас происходит?

А как он может говорить? И как сюда попал?

- Это как так Итан разожрался? - с любопытством спросил волк, осторожно подходя к нашей крутящейся троице.

Странно, его не заинтересовал древний Сфинкс, но зато удивил Итан.

- Реббенок, пришееел, - ласково сказал монстр, нюхая воздух.

- Не-не-не, - пошел вокруг него кругом Люшер, - вы как хотите, а я в эти игры не играю, лучше домой пойду.

И чудовище сделало шаг на голос. И не просто шаг на голос, а шаг ОТ Портала.

- Мне о тебе отец рассказывал, - доверительно сообщил примарх, - говорил, что у Хозяина характер сложный, командовать любит.

- Бываетт, - согласился Сфинкс.

Итан, пользуясь передышкой, пытался собрать разъезжающиеся в стороны лапы и отдыхал. Пантера подошла, чтобы лизнуть его в морду, и тут я, наконец, сообразила, о чем намекнул Люшер. Тигр выровнялся со мной по росту. А морда стала вдвое шире.

- Мари, ты чего молчишь? - волк продолжал трусить по кругу, вынуждая близнеца поворачиваться. Все-таки мы были младенцами, если сравнивать наш боевой опыт с практикой волка. Как изящно он запутал противника. Но даже ослабленный и ослепший, Сфинкс что-то заподозрил и больше не двигался.

- Крепко Мантикора вас ранила. Яд продолжает действовать, рано или поздно вас убьёт, - меланхолично продолжил волк, при этом не прекращая кружение.

Его шерсть по-прежнему выглядела сваленной, морда грязной, но при этом Люшер ухитрялся выглядеть бодро и предельно опасно.

- Бейтессь друг с другом! - вдруг приказал Сфинкс, с подачи слишком болтливого примарха осознав, что битву затягивать не в его интересах и хватит жалеть детей. Выросли и обнаглели.

Мы с Итаном зарычали и посмотрели друг на друга.

- Мари, ты же примарх, - забеспокоился волк, - бери пантеру под контроль. Это зверь подчиняется своему создателю, но не ты.

Я изумилась. Как-то безропотно я приняла, что в этом мире не владею зверем, слишком оказалось непривычным ощущать себя внутри.

Я попыталась расширить присутствие сознания и захватить тело, но тяжелая лапа сбила меня с ног. Итан, да что ж такое!

Повизгивая от боли, выпихнула пантеру от управления уже без всякого деликатничанья, потом буду извиняться. И, хромая, побежала в сторону Люшера. Сзади громко топал, ковыляя, но стараясь меня догнать, муж, находящийся в подчинении создателя.

Увидев мое приближение, волк припустил в противоположную сторону. Зато Сфинкс, пригнувшись и тщательно нюхая камень, двинулся к Порталу.

- Бей его! - примарх зарычал и попытался закусить задней лапой чудовища. К его величайшему изумлению, отчетливо написанному на косматой морде, зубы даже не поцарапали львиную шкуру.

Пришедший в себя Итан прыгнул на Сфинкса с другой стороны. Я заметила, что с какого бы положения не нападал тигр, он всегда старался в прыжке укусить Сфинкса под гриву на шее. Когда монстр в очередной раз ударом крыльев отбросил мужа в сторону, заставив буквально кувыркаться в воздухе, я заняла место тигра и присмотрелась.

Среди множества порезов, сделанных, увы, не нами, а безумной «сестренкой», Итана интересовал только один. На горле, где Мантикора вырвала клок гривы. Каким-то образом, тигр узнал слабое место чудовища и целенаправленно выбирал для атаки именно его. Причем муж ухитрился там даже что-то расцарапать.

- Отвлекай! - заорала я Люшеру, наконец, обретя голос. И с удовольствием выпуская Лезвия. Вот теперь потанцуем. Мне не надо многое, от жизни я прошу только одно - знать, что делать в следующий момент.

Первое же попадание заставило Сфинкса издать оглушающий рев. Есть! Да! Даааа!

- Вот в такие минуты я понимаю своего волка, - довольный Люшер ухитрялся кричать нам и в это же время деловито бросаться на огрызающегося Сфинкса. Тот чувствовал нападения, но не осознавал будут ли они опасными, поэтому отвлекался на все наши броски.

- Мой волк упорно считает тебя своей возможной самкой, даже провел меня сюда по следу. Любит, стервец, крупных дам.

Вернувшийся после полета по валунам тигр зарычал, почти перекрывая Сфинкса.

- Ох, крику сколько, - волк отпустил хвост Сфинкса и тяпнул его за бедро, - это же не я! Что ты от зверя хочешь? У животины простые инстинкты, а она, согласись, привлекательна как сам... женщина.

Отпрыгнул от шагнувшего в его сторону тигра.

- Но-но! Малек, мы в одной команде.

И заржал многозначительно.

Мне на их мужскую конкуренцию отвлекаться времени не было совсем. Я прыгала и прыгала, отчаянно размахивая Лезвиями и стараясь попасть хоть частью выпадов.

Когда Сфинкс упал, Итан еле остановил меня, просто прижав лапой и бодая головой.

- Боевая девочка, - пропыхтел рядом Люшер и свалился на камни. Волку тоже досталось, но больше от когтей монстра. Неясно как примарх ухитрялся не попадать под взмахи крыльев, потому что мы с тигром отлетали постоянно.

- Через сотни лет они опять накопят силу, но это будет уже не наша проблема. А мы свое дело сделали.

Люшер закинул голову в серый туман вместо неба несуществующего мира и облегченно, громко выдохнул.

Вдруг Итан задрожал, закачался и вырос. На спине появились странные наросты, лапы укрупнились почти вдвое.

Он зарычал, тряся шерстью. Мгновенно вскочивший и насторожившийся Люшер громко втянул носом воздух. И успокоился, замотав хвостом.

- Пахнет так же. Вот же, счастливчик. Кажется, остатки энергии Сфинкса ему передаются, мы находимся в закладке входа его зверя. Несправедливость какая, участвуешь-участвуешь, лапы сбиваешь. А малек все косточки подбирает.

«Малек» в это время трясся, золотистая шкура ходила волнами. Я осторожно потянулась к нему. Пахнет Итаном, тигром, значит, не примарх. Жезл Варрана пробил Портал прямо на дороге его тигра, здесь же близнец и оставил ему энергию. Но почему такой странный тигр, а не просто возвращение сил и здоровья? Что за пугающие изменения?

- Ты как, любимый?

Муж сделал шаг ко мне и с облегчением положил огромную башку мне на спину. Дескать, держи. Потом вдруг поднял ее, оглянулся на Люшера и демонстративно прикусил меня за загривок. Благо теперь рост позволял ему это делать сверху вниз.

- Вот сучок, - грубо сказал волк и хрипло рассмеялся.

Итан, который говорить не мог, только разевал пасть. Ладно, я молчу. Что тут скажешь. Пусть мальчики смеются. Пусть порадуются победе. Я переступила лапами, позволяя приваливаться боком еле стоящему от усталости мужу.

Все равно Лезвия у меня.

Глава 35. И самый длинный день заканчивается

"The longest day must have an end" (поговорка)

Выводил в реальный мир нас Люшер. Крутил головой и уверенно трусил в полутьме и тумане, главное теперь было - держаться с ним рядом.

- А как вы находите дорогу? - с интересом спросила я ранее болтливого со Сфинксом примарха, снова превратившегося в сосредоточенного заносчивого одиночку.

- Обычно зверь ориентируется по нашему зову, - снизошел Люшер через пару минут молчания, - чтобы выйти в мир, ему необходимо чувствовать путеводную нить. Что-то, находящееся там, в реальном мире, тянущее, требующее присутствия. Вы, гаврики, вдвоем так зациклены на партнере, что и победив Сфинкса, не факт, что смогли бы быстро выйти, почувствовали бы чей-то еще голос.

- А что призывает вас?

Примарх вздохнул.

- Обязанности, - коротко и размыто ответил он. Отвернулся и больше не отвечал на мои вопросы, полностью сосредоточившись на дороге.

В гроте ситуация практически не изменилась. Только вместо четырех слуг вампиров остались двое, но зато раздались вширь и двигались невероятно быстро, уклоняясь от разрядов магии и физических пуль из многочисленных полицейских пистолей. Зато ряды полицейских значительно обмелели, некоторые из них лежали у стен, истекая кровью. Прийти им на помощь было просто некому.

Защитники полностью сконцентрировались на удержании выхода, куда пыталась прорваться Мантикора. Один Акула отбивал молниеносные атаки Криса, упорно стремившегося к сталагмиту. Оба не показывали усталости, но лица были напряжены, они замкнулись друг на друге, совершенно не обращая внимания на окружающих. И я впервые видела, как человек удерживает прошедшего трансформацию Двуликого без магии.

Куда бы ни развернулся Ера, казалось, наемник предугадывал его движения. От опасных когтей Акула разумно уклонялся, при этом ухитряясь делать подножки, отбрасывать назад сильными, подкручивающими ударами по корпусу,

дезориентировать противника рассечением бровей, которые вампиру приходилось регенерировать, чтобы не мешала видеть льющаяся кровь.

К моему удивлению, Итан не стал присоединяться к битве с Мантикорой. Он трансформировался в человека и закричал Дудлю:

- Хвост! Бейте ее вокруг хвоста, там, где расходятся пластины!

Дудль, который до этого стоял в проходе прямо перед монстром живой стеной, не пропуская близнеца в коридор, дрогнул и пошатнулся.

- Эх, - сказал Люшер, - иду, иду. Подожди немного.

И потрусил к Дудлю, волоча за собой хвост.

Я кивнула мужу. Не знаю, что именно подхватил он в Портале, но вот так с разбегу определять слабые места противника - дорогого стоит. И я поспешила на помощь полицейским.

Волк заменил мага в проходе. К нему присоединился наш бесстрашный Кай, весь побитый и явно не раз уже прошедший трансформацию для заживления ран. В итоге энергии в нем почти не осталось, и медоед держался исключительно на личном гоноре и непонимании как вообще можно отступать.

Вскоре ситуация изменилась кардинально. Основной ударной силой стали мы с Дудлем, остальные помогали пробивать сочленения между хитиновых пластин.

Краем глаза я видела, как вернул звериную ипостась и присоединился к Люшеру тигр, как заряжал истощившиеся боевые артефакты Родди, как носорог топтал оставшихся слуг.

Искандер так до конца боя и находился в уверенности, что его подставили вампиры, правда, не понимал каким образом. Поэтому всю свою ярость выплескивал на Мантикору и ее защитников.

Когда к нам присоединились Крис с Акулой, стало понятно - ситуация необратима, мы выиграли. Зверюга обессилела и перестала контролировать вампира.

Мантикора издала последние хриплые крики, рухнула погибая и возвращаясь на свой дальний план накапливать силы для следующего пришествия. И никто не кричал от радости, большинство с трудом стояли. Все просто сели где были.

Кроме Криса.

Он кричал. Громко. Болезненно. Держась за голову.

И менялся. Остатки своей энергии Мантикора отдала единственному присутствующему в гроте вампиру.

Я кинулась к Крису, едва успев удержать его от падения. Вампир заплакал от боли мне в шерстяной бок, крепко вцепившись в шкуру когтистыми лапами.

- Тшш, только не трансформируйся, - шептала я.

В человеческой ипостаси регенерация вампира сойдет практически на нет, и та боль, которую он испытывает сейчас - превратится в невыносимую.

Подошел тигр и лег с другой стороны от Ера, упаковав страдальца в мягкую люльку наших тел. Мантикора, получившая энергию Ирэн, весьма щедро оставила магии для одного вампира. Крис застонал и еще немного подергался, постепенно затихая.

Мы молча, не разговаривая, пронаблюдали как Дудль арестовывает носорога и выживших сектантов. Двигаться совершенно не хотелось. Было просто спокойно и правильно. Когда к нам подошли и сели, облокотившись спинами, Кай в человеческом теле и еле волочивший ноги Родди, мы только отодвинулись поудобнее, расширяя круг.

Полутемный грот выглядел совершенно сказочно. Да в нем и произошла настоящая сказка - победа над практически непобедимыми чудовищами.

- Так тоже неплохо получилось, - меланхолично сообщил Акула. Каким-то образом он пристроился в нашу компанию и даже начал ласково поглаживать мне бок. - Я давно заметил, Двуликие и люди неплохо справляются, когда действуют вместе.

Тут наемник обнаружил, как у меня из лапы угрожающе показывается Лезвие, нагло хлопнул по крупу и бодро подскочил.

- Ладно, вы тут отдыхайте, а мне пора. Представляете, двух клиентов сегодня потерял, - он наигранно вздохнул, - пора новых искать.

Мы посмотрели как он удаляется расхлябанной, дерганой походкой. Поднимая по дороге свои метательные ножи и рассовывая в кожаные перевязи.

- В такие минуты я не хочу взрослеть, - вдруг протянул Родди, - они все занятые, напряженные, несчастные.

- После Школы еще куда-нибудь учиться подамся, - заявил Кай.

И я подумала, что совсем-совсем не хочу становиться ответственным взрослым примархом. Интересно, куда пойдет учиться медоед. Может быть, и я туда захочу.

А Итан только вздохнул. И мы все тоже вздохнули.

Глава 36. Украденные удовольствия - самые сладкие

"Stolen pleasures are sweetest" (присловье)

Тепло пришло не мягкой поступью лап, а обрушилось яростной, сокрушительной жарой, пробирающей до костей.

На середине пути в клан тигров вагон поезда разогрелся так, что до стекол невозможно было дотронуться, а от витающего по коридорам запаха потных тел кружилась голова.

- Я неплохо знаю дорогу, - проурчал Итан, с интересом рассматривая расстегнутые пуговички блузы.

Мы ехали в поместье тигров, потому что старший Донахью настоял на большом празднике в честь официальной женитьбы первого сына и наследника. Мама и отчим скорее всего уже прибыли в поместье, и я с нетерпением ждала встречи.

В соседнем купе наши друзья громко пели студенческие песни, мешая их с незнакомыми, но весьма залихватскими куплетами. Из-за жары приглашенные гости разделись до нижнего белья, включая даже Кори, и грубовато шутили по этому поводу, не стесняясь открытых дверей и отсутствия замков.

- Может оставим вещи, а сами пробежимся немного, тут на съезде поезд замедлится, - все более завлекательно шептал мне супруг.

В итоге он сходил, предупредил друзей об оставляемых вещах, чем вызвал целую волну подшучиваний, и вернулся улыбающийся до ушей.

На территории кланов обращения были разрешены, поэтому оставалось только уложить в сумку одну смену одежды и обуви. Чтобы не пострадать при трансформации, Итан растянул ременную ручку насколько возможно и повесил сумку на шею.

Через несколько минут мы уже в шкурах зверей стояли перед открытой дверью тамбура и смотрели на проносящуюся внизу землю.

- Не слишком быстро? - с опаской промурчала я.

Но, как и предсказывал тигр, поезд начал тормозить перед очередным поворотом и настолько замедлился, хоть шагай, а не соскакивай со ступенек.

Итан растянулся в прыжке, блестя шкурой и новоприобретенными гребнями.

Я последовала за ним черной тенью. Из окон проезжающего мимо поезда замахали руками и закричали наши товарищи.

- Не давай ему себя догнать! - кричала Кори.

- Догони ее несколько раз! - тут же заорал Кай.

Мы с Итаном пофырчали им вслед, потерлись усатыми щеками и неспешно побежали напрямую к родовому поместью Донахью через холмы и подлесок. Меня до сих пор несколько смущало отношение к нашему браку отца мужа, почему он не рассказал Итану обо мне, когда тот потерял память. И я не знала, что ждать от сегодняшней встречи.

Итан не давал мне глубоко задуматься, постоянно отвлекал игривыми прыжками и покусываниями. При этом бежал он уверенно и ходко, любуясь родными местами и наслаждаясь прогулкой.

Небольшой лесок неожиданно расступился деревьями, открывая вид на зеленую круглую полянку с охотничьим домиком на краю. Начала я догадываться в чем дело, только когда муж подбежал к двери и лапой сорвал замок.

- С ума сошел? - осведомилась я. - Нас же на перроне скоро ждать будут.

Но Итан упорно толкал меня башкой, подпихивая к домику. Когда я уперлась лапами, этот здоровяк, теперь уже и в зверином теле ставший громилой, просто втолкнул меня внутрь.

- Посмотри, какая красота, - сказал он, меняясь в человека и заходя сам.

Я невольно облизнулась. Это было... действительно красиво, во всех смыслах. Золотистая кожа, приятная даже на глаз. Округлые крепкие ягодицы. Куда я смотрю...

Итан открыл старый шкаф, заскрипевший напевно дверцей, и набросал целый ворох одеял прямо на пол.

- Сюда приезжают каждую неделю с обходом, - сообщил он, оборачиваясь, -поэтому все чисто. Даже еда есть, но перекусим мы уже дома. А пока...

Муж обернулся, вдохнул всей грудью шумно, облегченно, счастливо. И мир вокруг взорвался запахом призыва. Меня любили, мной восхищались, меня называли единственной. Итан призвал гон, сообщая, что не может без меня жить.

Я прикрыла дверь. Комнату пронизывали косые лучи света, попадавшие через два небрежно занавешенных окна.

Итан смотрел как черное тело пантеры затуманивается, идет слабой рябью, меняя лик. Я выпрямилась. В гоне бессмысленно стесняться. Перед своим мужем стояла я, такая как есть, со всеми достоинствами и недостатками. Вздернутыми небольшими грудками, уютно способными размещаться в его ладонях. Гладким животом с втянутым узелком пупка. Сомкнутыми длинными крепкими ногами, которые он любил забрасывать себе на плечи и целовать, когда соединялся со мной.

Итан пошевелился, сорвано вздохнув, поглощая глазами каждый мой шаг к нему. А я неотрывно любовалась золотом его тела. Вот он повернулся, и луч скользнул по предплечью, пересекая живот и замирая на впадине при переходе в мощное бедро.

Итан заметил мой жадный интерес и медленно повернулся. Его пальцы сжаты до бела в кулаки, а тело зовет, бросает в воздух запах единения. И я начала дрожать, даже еще не касаясь.

Мы протянули руки, дотрагиваясь один до другого еле-еле, только подушечками пальцев. И вздрагивая от пронизывающего, закручивающего внутренности ощущения.

- Боюсь, - говорит он, - боюсь двинуться.

- А я - упасть, - слышу я свой голос.

- Я буду медленно первый раз, но прямо сейчас. Не могу тянуть.

- И не надо, - эхом отвечаю я.

Он сблизился, переплетая пальцы. Мои колени все же ослабели, заставляя опуститься на ворох одеял. И сверху навис тигр.

Он посылал теплое дыхание, дуя на нервно дрожащие крылья носа, трепещущие ресницами закрытые глаза. И мои губы накрыла теплая уверенная твердость его рта.

Я ахнула. И приняла гон.

Нам не нужны никакие древние крылья, потому что наши души умеют летать без них. Жара нет, наоборот, становится свежо, словно стало свободнее дышать. Пряди волос тигра легко защекотали щеки. Я почувствовала, как он приподнял и раздвинул мои бедра. Шелк кожи. И жесткость, входящая в меня.

Медленно, бесконечно плавно. Я задрожала от избытка чувств, и он поймал мои стоны губами. Вместе. Рядом. Опять вместе. И - еле касаясь. А потом полностью.

Я держусь за его плечи. Тела танцуют мерно, прошивая и соединяясь. И громкие наши стоны подписывают клятвами каждое движение.

Итан отвел в сторону мою ногу, прижав железной хваткой, пригвождая ее к полу. И приподнялся, увеличивая силу удара. Он смотрит вниз, на то как соединяются наши тела. Это остро и хорошо. Я плыву в облаке перьевых одеял и входящей гладкой, золотой длины.

Палец тигра накрывает напряженный, налитый возбуждением узелок внизу. И сводящие с ума пронизывающие движения становятся нестерпимо горящими.

- Моя, - произносит тигр, слушая как я тоненько выстанываю под ним, испытывая резкое, почти болезненно-пылающее удовольствие.

Он отстраняется, вызывая тем самым беспомощные, жалобные стоны. Я цепляюсь за него ослабевшими пальцами, скользя по шрамированным плечам. Удары от металлических крыльев Сфинкса никак не хотели заживать, древний оставил о себе память на ранее безупречном теле альфы.

Тигр спускается вниз, приподнимая меня обеими руками под ягодицы. И пьет как из чаши. Вылизывая и посасывая, мурлыча и рыча. Заставляя выгнуться в спине и улететь ввысь, крича во все горло.

Я не могу и не хочу сдерживаться.

- ИТАН! - называю я свою любовь по имени. - ИТАН!

И дрожу, дрожу в потоке накрывающего с головой наслаждения.

Успокаиваться приходится долго, моргаю, пытаясь разогнать туман перед глазами. А тигр улыбается, облизываясь, любуясь мной и поглаживая пальцами набухшие от удовольствия складочки.

И вдруг произносит:

- Я начинаю вспоминать потерянный год. День за днем от нашего знакомства. И кое-что простить тебе будет тяжело. Как ты не могла влюбиться в меня сразу?

Перевернув ослабевшее после полученного удовольствия тело, Итан приподнял меня за бедра, устанавливая на колени и локти. И опять томительные поглаживания по налитым, сразу занывшим складкам.

- Какая ты была... невнимательная, отстраненная, - говорит тигр, подводя руку снизу и постукивая легонько по еще не успокоившемуся набухшему узелку.

-Я... тебя не знала.

- Ты пытаешься оправдаться?

И шелковая теплая твердость дразняще гладит там, где только что был палец. Я повожу бедрами, пытаясь получить сладкое на десерт. Но муж только провоцирует. Из-за гона я плохо соображаю, удивительно, как он может сдерживаться и даже разговаривать.

Мои подергивания бедер успокаивают мягкими шлепками. И ухватившись надежно с двух сторон, почти вдавив пальцы в ягодицы, он готовится войти.

- Только я, - говорит он строго, - чувствуй меня, Мари Донахью.

И я чувствую. Только его. Итан любит трансформироваться снизу, используя все возможности моего подстраивающегося тела. Сейчас он огромный.

Меня расширяют медленно и неумолимо, не давая вырваться из железной хватки впившихся в тело пальцев. Я невольно поднимаю голову, вытягивая шею и шипя.

- Вот так, - выдыхает мой муж, - теперь кричи. Я хочу слышать, как ты кричишь подо мной.

В меня вплыл слепящий свет наслаждения. Перед глазами заплясали звездочки, закручиваясь в спирали и разлетаясь искрами. Тигр вошел полностью, потом вышел и - отпустил себя на волю. Он рычал, менял ритм, то плавно, то быстро. Хорошо, что мы не на кровати, сломали бы ее точно, доски под нами угрожающе трещали.

Острые зубы впились мне в плечо, это не выдержала вторая ипостась и заклеймила самку. Моя пантера проявилась внутри и завизжала от наслаждения. Вокруг сполохи перемешанных запахов, пульсация ипостасей. Мы с моим черным вторым я становимся едины. Оргазмы приходят один за другим, выжигая все, кроме двухголосых стонов и рычания.

Ноги дрожали почти в судорогах, когда я почувствовала заполняющее меня горячее семя. Некоторое время и я, и тигр не двигались. А спазмы у обоих продолжались. Мы лежали и стонали.

- И так - каждый день, здорово, правда? - сказал Итан, немного отдышавшись, и скатываясь на одеяла.

- Каждый день я так не выдержу, - жалобно сообщила я. Тело пело, но сил не было совершенно.

- Выдержишь, - уверенно изрек тигр и счастливо засмеялся.

Собирались лениво. Время от времени замирая и неистово целуясь.

В итоге к поместью вышли только к обеду, наскоро обратившись и одевшись у кромки леса.

Внимание. Впереди 3 эпилога.

Эпилог первый. Часы

Два человека стояли в огромной, забитой вещами под завязку комнате. В маленьких, средних и больших коробках находились предметы, найденные полицией на месте преступления, и настолько подозрительные, что ни списать в утиль, ни продать. Неизвестного происхождения и действия артефакты, странные записи, части чего-то неизвестного, но явно бесценного.

Вещи нумеровали, описывали, паковали. И отправляли сюда, на пятый подземный этаж Центрального полицейского участка Лоусона. То ли на хранение, то ли в заточение. Во избежание и на всякий случай.

По центру, свободному от полок и ящиков, стояли огромные старинные часы. Часы Последнего Времени. Слишком большие, чтобы быть настоящими часами. Вряд ли найдется гигант, способный их перевернуть и запустить снова. На дне темнозеленой колбы горкой лежали упавшие песчинки.

Сейчас часы молчали. Песчинки перестали сыпаться три дня назад, когда в парковом гроте во время плановой полицейской операции были уничтожены древние вторженцы, два неизвестных монстра.

Во всяком случае именно так было написано твердой рукой государственного инспектора Дудля в официальном отчете.

- Как же хорошо работать в тишине, - умиротворенно произнес инспектор.

Наконец-то он был в чистой, выглаженной форме. Сестра жены, взявшая под управление дом вдовца, неожиданно прониклась уважением к сводному родственнику после пары внезапных приходов на работу с проверками. Подозрительная женщина вместо неизвестной любовницы, уводящей мужчину из дома, обнаружила целый штаб носящихся сломя голову сотрудников и мрачного зятя, отдающего распоряжения, сосредоточенного, напряженного.

После первой попытки вразумления, она получила отпор от дипломатичного в домашних условиях Дудля, который никогда не повышал голос в присутствии двух маленьких сыновей. Инспектор сообщил домоправительнице кто она, что он о ней думает, и куда бы ей сейчас пойти, а не мешать занятым людям спасать страну.

На следующий раз она принесла горячую еду и привела малышей пообщаться с папой. И ходила уже постоянно.

В последние дни Дудль поймал себя на том, что с радостью возвращается домой к семье. Да и времени стало больше. После того как часы остановились, в город вернулось тепло. Природа старалась нагнать упущенное.

- Как твои мальчишки? - спросил Акула.

- Растут, начали разговаривать. Говорят: «Папочка». У меня был такой плохой отец, что своим я буду хорошим. Насколько смогу. А ты, так и не остепенился?

- Ты же знаешь, не мое это. Но все отпрыски пристроены, растут в хороших семьях. Они помолчали. Каждый о своем.

- Не знал, чем ты занимаешься, рад был увидеть тебя в гроте, - продолжил Дудль.

- А и не надо тебе знать. Ты же законник, а я в некотором роде преступник, - Акула хохотнул, - будешь знать лишнее, придется тебе меня ловить. А у меня уже возраст не тот от следователей уворачиваться. Да и пожалей раритет, я последний Видящий остался.

Дудль покачал головой. Только в страшном сне ему могла присниться ситуация, в которой пришлось бы гоняться за наемником. Видящий был для людей практически полубогом-защитником, но защитником на редкость опасным и сумасбродным. Чего стоит одно дело с жезлом Варрана.

- По-другому совсем нельзя было? - инспектор только что узнал ошарашивающую информацию и никак не мог ее полностью осознать.

- Да куда уж дальше было затягивать. Близнецы должны прорываться. Они приносят новые силы Двуликим, обновляют магической энергией мир. Не дал бы им выхода, сами бы появились лет через сорок-пятьдесят. И не факт, что мы смогли бы с ними уже справиться. Пришлось поднимать жезл из небытия, нашептывать что надо. Сам я напрямую воздействовать не могу, только помогать.

- И поэтому мальчишку-тигра подставил?

- Да я девочку хотел, - Акула хохотнул, потянулся всем поджарым ловким телом, -пора ей взрослеть. У меня на нее большие планы, но так тоже хорошо получилось, она сейчас карапузами займется, очень интересные малявки. Я в гроте прямо залюбовался, чуть о деле не забыл. И вообще я доволен. Ты - при молчаливых часиках. Магия в мире опять на подъеме. Двуликим тоже есть чем заняться, власть делят. Ты, кстати, с Искандером как решил поступить?

Посуровев лицом, следователь погрозил пальцем наемнику:

- Это закрытая информация государственной важности. Все решит суд. Свою работу я сделаю. Но каждый раз сомневаюсь, успеваешь ли ты делать свою. Хоть появлялся бы иногда.

И вздрогнул, когда Акула спокойно постучал носком тяжелого ботинка по нижней колбе часов.

- Печати я закрою, об остальном не волнуйся. Не твое это дело, - наемник поскреб живот и ухмыльнулся. - Я птица свободная, это ты обязательствами, как цепями связан. Скучный, консервативный, тьфу. Сколько надежд на тебя, сын, было. И все впустую. Но я тут присмотрел одного малька. Если все хорошо пойдет, лет через десять-двадцать появится еще один Видящий.

- Бедный наш мир, - осклабился Дудль.

Они понимающе переглянулись. И в этот момент стали очень похожи. Один - в полицейской форме. Другой - в кожаном потертом колете и таких же видавших виды штанах.

Два человека. Два настоящих бойца. Два циника. Два защитника людей.

Каждый по-своему.

Эпилог второй. Вампиры

Анфилада комнат вела Криса все дальше и дальше. Словно в доме нарушился пространственный баланс, и он попал в другую реальность. Глубже и глубже в нутро поместья без всяких лестниц и перепадов, просто комната за комнатой, дверь за дверью.

Легкий сквозняк шевелил тонкие ткани, прикрывающие мебель в честь траура по погибшим в Тишине. В полутьме тенью мелькали, тут же исчезая, силуэты вампиров и слуг.

Навстречу быстро идущему Ера лилась музыка, все громче и громче, подсказывая правильное направление движения.

Фортепианная мелодия будоражила и тревожила, то приглушаясь до низких шелестящих нот, то взлетая ввысь или грохоча.

За инструментом в огромной полупустой комнате сидел Дьюк. Мастер убрал руки с клавиш, резко развернувшись к входящему, оборвав музыку на высокой тонкой ноте.

- Ты где был? - произнес он глухо. - Приходили безопасники и пытались забрать Ба ганда.

- Пытались?

Дьюк закрыл и открыл глаза, откинулся на спинку стула.

- Он мой помощник долгие годы, слишком много знал, как ты думаешь, мог ли я его отпустить просто так? Пришлось убить прямо на глазах людей.

Светлые чистые глаза Дьюка затуманились болью. Крышка фортепиано упала с грохотом от касания изящных длинных пальцев.

- Что молчишь? Где отсутствовал целый день?

- Друзья пригласили на свадьбу, но не дошел. В парковом гроте подняли Мантикору...

Мастер подскочил, нетерпеливо, насколько это может старый вампир. Черный, расшитый серебром камзол подчеркнул заострившееся белое лицо главы.

- Наконец-то. Я направил слуг, но от них до сих пор нет вестей. Приливы сил есть, но какие-то странные. Что там... Не томи, Крис, рассказывай!

Ера оттянул пальцем глухой ворот грубой рубашки, в которой был до сих пор. Обшлага пиджака были разорваны и в крови. Они с Дьюком сейчас представляли странное зрелище.

Но как бы ни отличалась их одежда, цвет волос, черты лица - больше всего они разнились сейчас движениями. Дерганные, отрывистые - у Дьюка и замедленные, тяжелые как сквозь воду - у Ера.

- Мантикора мной управляла, - начал Крис и замолчал, вспоминая.

- Это нормально, - успокаивающе произнес Дьюк, - не хотел тебя во все это впутывать, да и маленький ты. Но сейчас тебе придется расти, Кристофер, мужать. Крылу и мне лично нужна твоя помощь. Возможно, на некоторое время тебе придется уйти из Юридической Школы и заменить Баганда.

Ера пододвинул к себе стул ногой, грузно опав на него. Это странно смотрелось у стройного молодого человека, будто вес тела был в несколько раз больше, чем на вид.

Но Дьюк не замечал состояния помощника, продолжая нервно шагать по комнате.

- Мантикора создала нас, влила силы. Но год за годом нас становится все меньше, ты знаешь об этом? Старые мастера не хотят делиться силой и не производят птенцов. Те, кто на это решились, слабеют. А молодая поросль гибнет на этапе выкармливания: не справляются с эмоциями в первый год самостоятельной жизни, попадают в банды и умирают вылетками. Я как могу поддерживаю популяцию Белых, другим еще тяжелее. Поэтому твой сир подстроила твой оборот, ты знаешь об этом? Нужна свежая сильная кровь, а ее нет. Люди перестали мечтать становиться вампирами, мы превращаемся в банальность. Я получил силы от печати. Ты знаешь, сколько они продержались без Хозяйки? Полчаса! Я был многоцветным долбанных полчаса! Она... Она... выжила?

Голос мастера взлетел, разлетаясь осколками эха в полупустой комнате. Крис еле заметно дернул головой, избавляясь от остаточного звона в ставших чувствительными ушах.

- Мне не понравилось быть марионеткой, мастер. Она мной управляла. И нет, она не выжила.

- Чтоооо?!

Дьюк, до последнего не веривший в крушение своих планов, почти взревел. И в доли секунды пересек комнату. Схваченный за грудки Крис закачался в тонких руках, обладающих чудовищной силой.

- Как не выжила, почему? Ты был там и позволил этому произойти?

- Да, потому что мне не нужны хозяева, - тихо сказал Ера.

- Идиот, какой же ты идиот. Сама наша природа - это подчинение. Избавился от сира и думаешь вольготно жить дальше? Ты допустил, чтобы твоя прародительница погибла, трус, предатель.

Он поднял Ера на одной руке и трансформировал вторую.

- Ты... - длинный белый ноготь начал рисовать на щеке линию, сочащуюся красными, набухающими и тут же стекающими вниз каплями. - Лишь прах под ногами сильных. Я буду думать за тебя. Я буду желать за тебя. А захочу - и дышать.

Остаточные эмоции от обладания всеми вариантами силы еще ломили его тело, бешенство на птенца пело в крови. Дьюк вспоминал и вспоминал покорное лицо Баганда, узнавшего приближающуюся смерть в глазах своего мастера и создателя.

Почему ушел тот, а не этот?

Его руку обхватила другая рука. Тоже трансформированная.

- Я - Ера, - тускло проговорил молодой вампир, - мы никому не подчинялись и не собираемся.

От стены до стены пронесся свистящий ветер, подняв и разметав волосы птенца. Или уже не птенца?

Несколько мгновений мужчины боролись, но победил более молодой. Дьюк отлетел к стене, а следом за ним карающей поступью шел Ера.

- Ты, - произнес он, почти повторяя мастера, только с другой, намного более холодной интонацией. И шею древнего вампира припечатала холодная рука, - вел за собой птенцов на убой, зная, что они не могут сопротивляться своему сиру. Ты передал их бессловесными телами монстрам, зная, что они уничтожат разумы.

Древний задергался, царапая сжимающую его кисть, ударил ногами. Быстрым ударом Крис свернул ему шею.

Хруст, беспорядочное постукивание пяток. И тишина.

На сердце было пусто и холодно. Крис ничего не почувствовал. Ни обиды, ни жалости, даже негодования не было. Он просто сделал то, что должен был сделать.

Бой с Мантикорой выжег в нем эмоции и напоил силой. Магия бурлила, плескалась в его крови, но никуда не уходила, не испарялась, а огненно разливаясь под кожей, пропитывала молодого вампира, медленно въедаясь, проникая все глубже.

Первое время это было больно, но теперь даже успокаивало, давало ему чувствовать себя, каждую свою клетку.

Он дальше сжал пальцы, перетирая жилы шеи, кости, сосуды в единое крошево. Отбросил обезглавленное тело и задумчиво облизнул пальцы.

Возможно, Крыльям необходимы новые правила? Больше свободы молодым? Он еще не решил. Ему хотелось спрятаться куда-нибудь поглубже и поспать.

Надо пойти домой, к отцу. Там спокойно и правильно.

Резко повзрослевший внеуровневый вампир, получивший всю нерастраченную мощь полностью воплотившегося и тут же погибшего близнеца, отряхнул руки. Убийство мастера каралось Судом Крыла. Но ему было что сказать Суду. Ему вообще было что сказать собратьям.

Эпилог третий. Клан

- В жизнь моего сына, а следовательно, и в жизнь нашего клана, вошла девушка. Красивая, умная, любящая...

Старший Донахью забрасывал меня комплиментами, тщательно обходя мое происхождение. В клане ходили слухи, что я оборотень, но какой-то не правильный. Мистер Логан Донахью, его младший брат и декан факультета Следствия и дознания, довольно щерился, слушая дипломатичные формулировки брата. Он-то прекрасно знал кто я такая.

Мама сидела рядом, держа меня за руку, не в силах оторваться. Мы уже и наговорились, и наобнимались, а все не могли успокоиться. Они приехали с Фрэнком вдвоем. Причем отчим удивительно быстро нашел общий язык с Итаном. Мужчины целый день время от времени тихо переговаривались, что-то обсуждая.

- Итан и Мари, они оба еще учатся, - продолжал глава клана, - но уже сейчас личность видна по друзьям. Посмотрите, какие у молодоженов друзья!

Часть стола с нашей стороны приосанилась, заулыбались во все зубы. Вот я бы на месте Кая резцы поберегла, молодые тигры на него уже начали коситься после того, как медоед сразу с несколькими местными девушками ухитрился пофлиртовать. Но общее настроение оставалось благостным, после закрытия портала оборотни стали спокойнее.

В Школе, где был эпицентр эмоциональной нестабильности из-за постоянной незримой близости Сфинкса и Мантикоры, со времени битвы в гроте почти полностью прекратились драки. И жить в таком мире, безмятежном и благодушном, лично мне было очень комфортно. Цветы росли, люди улыбались, из-за хорошего настроения появилось даже ощущение, что артефакты стали сильнее, а трансформация быстрее.

От имени всех примархов за столом рядом с главой клана сидел Люшер. Но официально волка не объявляли, да и сам он шумиху не любил. Хотя под огненными взглядами красавиц-тигриц чувствовал себя комфортно и довольно улыбался.

Маме оказалось тяжело пережить информацию о моей новой сущности. Я ей рассказала об этом, когда мы, прижавшись друг к другу, сидели в моей комнате. Быть даже просто оборотнем - не просто, а примархом - особое, малопонятное будущее. Зато новости об уничтожении Ирэн она встретила со слезами мстительного счастья на глазах. Оказывается, она поехала на почту, оставив семью в поместье. А когда приехала, все было уже закончено. И только в старом сундуке пряталась я, маленькая, испуганная, дрожащая и ничего не способная рассказать.

На зеркалах и стенах разоренного и уничтоженного дома, ранее счастливого и светлого, кровью вились надписи, угрожающие всему семейству Ероков. Мама решила спасти меня и себя, сначала заметая следы по всей стране, потом скрывшись в закрытом человеческом городке, куда не допускали Двуликих. У нее и мысли не было, что надписи устроил Авель Ера, чтобы повести расследование по ложному следу. И ему это удалось.

- Это тебе, - сказала мама, протягивая небольшое металлическое кольцо, -осталось от твоего дедушки. Это портальное кольцо. Когда-то совсем молодым, он проходил практику в семье знаменитых портальщиков-артефактников Бизо и сделал его вместе со своим учителем. Иногда я смотрю на него и верю, что папа выжил и сейчас где-то далеко-далеко. Но кольцо молчит, холодное и мертвое, кольца же не могут рассказывать. Больше фамильных ценностей у нас с тобой нет.

Я приняла кольцо, такое знакомое по воспоминаниям страшного дня моего детства. Как же идеально оно село. Заискрилось темной вязью по кругу. Палец занемел. От испуга я тут же сдернула его и, подумав, оставила в своей комнате. Надо посоветоваться с Родди, артефактов я искренне побаивалась.

- Проводим же молодоженов в их первый семейный бег... кхм... прогулку, - почему-то сбился глава в очередном своем напутствии.

Гости встали, подняли бокалы. Один из них, Бэнгли, пренеприятнейший тип, я помню его со времен дня выбора наследника, грубо хохотнул.

- Это традиция, - прошептал Итан, поднимаясь из-за стола и протягивая мне руку. -Тигры в паре трансформируются и убегают в лес. Оставляя гостей праздновать. До утра в лес никто не имеет права зайти, чтобы не мешать молодоженам.

- Платье порвется, - предупредила я, - да и были мы в этом лесу. Может не надо?

Он широко улыбнулся. И превратился в огромного необычного тигра, буквально разметав наш стол. Муж сказал, что при вселении близнецы отобрали у него год жизни, пытаясь подвинуть его разум и поместить хотя бы часть себя. В итоге, когда они ушли, какие-то куски их памяти начали всплывать вместе с воспоминаниями о потерянном периоде жизни.

- Я себя чувствую архивом, - признался мне супруг. Неприятным минусом стали внезапно возникающие и также исчезающие головные боли. А плюсом - обширные знания о самых разных вещах. И, конечно, красавец тигр в своей звериной ипостаси. Огромный и завораживающе великолепный.

Сейчас он стоял передо мной, вызывая истеричные аханья гостей, опираясь на разбитый в щепки стол, возвышаясь над всеми присутствующими.

Я улыбнулась. И превратилась тоже. Под визг, крик, восторженные восклицания. Хмыканье Люшера.

И умиленное: "Какая блестящая шелковая шкурка, красавица, девочка моя -красавица!" - от моей мамы.

ЗАВЕРШЕНО

Спасибо всем, это был... впечатляющий опыт. Я прожила его вместе с Вами и Мари! Ваш Автор.

Уважаемые читатели, приглашаю в другие мои книги: ВЕДЬМА И ВОЖАК

Тоже Мир Двуликих. О семье Бизо с улыбкой.

Жанр: Фэнтези, попаданство, любовный роман, юмор. Отличного настроения!

ХОЛМЫ ФЭЙРИ: Как говорила тетушка Мэб

Очень необычная девушка не хочет сталкиваться с миром Холмов.

Но он ее настигает) Странные ситуации, блестящие решения и истеричный фамильяр в комплекте)))

Жанры: Фэнтези, любовный роман, городской детектив, 18+, мистика с нюансами юмора. Будоражащая кровь и воображение серия, если вас интересует новый необычный мир, любовь, приключения и смешение жанров.

БЕЛОСНЕЖКА, 7 рыцарей и хромой дракон

БЕЛОСНЕЖКА,7 рыцарей

Бузикова - позитивная, неунывающая, оказывается на

Конкурсе Красоты в атмосфере больших денег и чужих амбиций. Она это переживет))

Жанры: современный любовный роман, детектив, 16+, юмор, элементы фантастики и фэнтези.

Эти и другие книги можно открыть со страницы автора Группа в ВК

https://vk.com/svetasubbota

Content

Суббота Светлана Свобода Зверя [СИ]

Глава 1. Когда рассердишься, сосчитай до ста

Глава 2-3. Железный кулак в бархатной перчатке \ Не жарьте зайца, пока он не пойман

Глава 4. Пустая посуда звенит громче

Глава 5. Дурная весть имеет крылья

Глава 6. Не все то золото, что блестит

Глава 7. Даже льву приходится защищать себя от мух

Глава 8. Мужчина влюбляется так же, как падает с лестницы. Это внезапный несчастный случай

Глава 9. Если небо упадет, мы будем ловить жаворонков

Глава 10. Тихие воды имеют глубокое течение

Глава 11. Мне плевать что вы обо мне думаете, я о вас вообще не думаю

Глава 12. Что ни попадается в его сети, все рыба

Глава 13. Одежда делает человека. Голый мало или совсем не влияет на общество

Глава 14. Ты - то, что ты ешь

Глава 15. Глупцы и безумцы правду говорят

Глава 16. У каждой медали имеются две стороны

Глава 17. С лисами мы должны быть лисой

Глава 18. Где пройти нельзя, любовь и ползком проберется

Глава 19. Война - развлечение королей

Глава 20. Однажды укушенный вдвойне пуглив

Глава 21. В эту игру могут играть двое

Глава 22. Внешность обманчива

Глава 23. Гнилое яблоко портит своих соседей

Глава 24. Алмаз режется алмазом

Глава 25. Вместе выстоим, врозь погибнем

Глава 26. Плоха та птица, которая пачкает собственное гнездо

Глава 27. Браки заключаются на небесах

Глава 28. В темноте все кошки серы

Глава 29. Не всему верь, что видишь, и наполовину тому, что слышишь

Глава 30. Две собаки не могут поделить одну кость

Глава 31. Трудолюбивой пчелке некогда грустить

Глава 32. Один бьет по кустам, а другой ловит дичь

Глава 33. Кто кусается, того тоже иногда кусают

Глава 34. Из камня невозможно выжать кровь

Глава 35. И самый длинный день заканчивается

Глава 36. Украденные удовольствия - самые сладкие

Эпилог первый. Часы

Эпилог второй. Вампиры

Эпилог третий. Клан