Сергей Мясищев

Обречённый на скитания. Книга 7

Пролог

На звездолёте путешествующих

После входа в гиперпространство всем желающим наконец-то разрешили покинуть перегрузочные кресла. Молоденькая стюардесса вошла в купе с пластиковым контейнером в руках:

— Ваш заказ, господа.

— Трюгг, возьмёшь? — спросила моложавая женщина, сидевшая на диване и занимавшаяся рукоделием.

Мужчина посмотрел на подростка, сидевшего рядом с матерью и демонстративно отвернувшегося от отца.

— Конечно, Уна, — улыбнулся жене мужчина, — я же самый молодой.

Он бодро встал и забрал у стюардессы контейнер:

— Спасибо.

Девушка, улыбаясь, проговорила:

— Что-нибудь желаете?

— Нет-нет, у нас всё есть, — ответил Трюгг, направляясь к столу, за которым восьмилетний мальчуган раскладывал настольную игру.

— Если что-то будет нужно, воспользуйтесь кнопкой вызова, — ослепительно улыбнулась девушка и закрыла за собой дверь.

— Как будто мы не знаем, — пробурчал подросток лет пятнадцати, с хмурым видом уткнувшийся в пол и рассматривающий собственные ботинки.

— Ну что ты такой сердитый, Дирк? Очень милый киборг, — женщина попыталась взлохматить парню волосы. Тот недовольно дёрнулся, отклоняясь от ласк матери.

— Вот именно, на каком-то корыте летим. Киборг! Да в нормальных челноках их давным-давно утилизировали.

— Ты не прав, — вступил в разговор Трюгг, — челнок, конечно, не первого уровня, но и не пятого. К твоему сведению, на челноки до второго уровня возвращают киборгов в качестве обслуживающего персонала. По мнению аналитиков, это положительно влияет на путешествующих.

— Знаю, — так же хмуро ответил Дирк. — По-моему, зря. Какой смысл возрождать прошлое? Голороид вполне справится с «чего изволите…», «обращайтесь в случае чего…», — передразнил мальчик робота, — и затрат на обслуживание на порядок меньше.

— Это вопрос дискуссии, — улыбнулся отец рассуждениям сына. — Варк, твой ход, — сказал он младшему, сидевшему напротив.

Мальчуган взял несколько разноцветных шариков в кулак, дунул в него и кинул на игровое поле разложенной игры. Глава семейства, наблюдая за тем, как шарики скачут по игровому полю, продолжил:

— Киборг не только предложит помощь, но и может оказать её. Голороид же просто иллюзия и реальной помощи человеку не окажет.

— Для этого есть манипуляторы, — возразил старший сын.

— Верно, есть, — мужчина начал что-то записывать световым пером в ближнем углу игрового поля. — Варк, у тебя аркус во флиге.

— Визу, — немного картавя, ответил малыш.

— Вот и получается, что к голороиду нужна еще куча разных устройств. А зачем изобретать то, что давно известно? — проговорил Трюгг.

— Может быть, — недовольно ответил Дирк, и, поднявшись с дивана, перешел к креслу у иллюминатора, за стеклом которого плясали разноцветные пятна.

Женщина, сидевшая на диване, выразительно посмотрела на мужа, легонько кивнула в сторону старшего сына. Мужчина пожал плечами, разведя в жесте ладони. Женщина театрально нахмурилась, сжав трубочкой губы. Мужчина вздохнул и, указав глазами на младшего и настольную игру, проговорил:

— Дирк, я смотрю, ты не очень рад нашей поездке?

— А должен? — пробубнил парень в ответ.

— Мы ждали это путешествие больше года. Ты ведь тоже хотел поехать, — вставила мать, отложив рукоделие и подходя к мужу. Она пыталась знаками объяснить мужу, чтобы он освободил место и занялся старшим. Варк, насупившись, делал свои ходы по игровому полю, не обращая внимания на пантомиму родителей. Трюгг встал, уступая место жене, и направился к старшему сыну.

— Действительно, — сказал он, усаживаясь в кресло напротив сына, — ты сам выбрал эту планету.

— Ага, из трех, — не поворачиваясь к отцу, ответил Дирк, — две из которых астероиды.

— В прошлый раз тебе очень понравилось, — не унимался отец, — в этот раз будет ничуть не хуже.

— В прошлый раз мне было шесть, а сейчас пятнадцать, — мальчик повернулся к отцу. — Варку будет интересно.

— Мы выбрали лучший маршрут, — подала голос Уна.

— За наши деньги, — кивнул парень и опять отвернулся к иллюминатору, рассматривая всполохи разноцветных пятен.

— Ты прав, мы не можем позволить себе маршруты выше пятнадцатого уровня. Разве это плохо? Рыбалка, охота на Делков, воздушный шар! Ну же, Дирк. Будет весело!

— Кому как. Варк вон счастлив, — пробурчал подросток. — Охота… Я в вирте перестал охотиться на монстров года три назад. Не интересно.

— Ну не скажи, — не согласился глава семейства. — Вирт это иллюзия, может быть и очень хорошая. Но иллюзия. И если в вирте ты не победишь зверя, то он тебе ничего не сделает. А в реальности — может и покусать, да и вообще…

— Да ничего он не может, — возразил парень недовольным голосом, — это вон малой ничего не заметит. И ты, и я знаем, что сопровождающий не допустит ничего такого… Так что разница небольшая. Только тут будет грязь, от которой потом придется отмываться. И вонь до рвоты…

— Ты не прав, Дирк, — не выдержала мать мальчика, — очень многие неделями не вылезают из вирта. Это плохо, это неправильно! Мы с отцом хотим, чтобы вы почувствовали разницу между иллюзорным миром и реальным. Пойми, иллюзия не имеет ничего общего с тем, что происходит в жизни…

— Ма-ам, давай не будем! — обратился Дирк к матери. — Я что, против? Я же не про вирт говорю, а про нашу поездку.

— Хорошо, — вступил мужчина, — ты действительно уже взрослый. Объясни нам, что тебя не устраивает? — он выразительно посмотрел на сына. — Начнем с того, чего ты ожидал?

— Это уже ничего не изменит, — пробурчал подросток, — всё оплачено.

— А вот тут ты ошибаешься, — проговорил мужчина, — я тебе уже объяснял, что любая мысль может материализоваться, а звуковые вибрации имеют очень глубокое влияние на планы бытия. Так что давай, говори. Возможно, после этого всё будет совсем не так, как ты себе напридумывал.

— Я не хочу месяц жить в трущобах, мыться раз в три дня, питаться полусырой пищей.

— Но, Дирк… — хотела возразить мать, но Трюгг сделал предупреждающий жест ладонью, и женщина замолчала на полуслове.

— Да, мам, вирт это фигня! Там ты играешь с ИскИном, который запрограммирован на определённые действия. Да, уровень вариантности доходит до нескольких тысяч, но и их можно просчитать после пяти-восьми погружений. Если мозги на месте — события, моделируемые ИскИном, легко вычислить. Всё! Дальше уже не интересно! — горячо проговорил парень. — А в реальности вариантностей как минимум сотни миллионов! Какой вирт сравнится с этим? Это вон Варку пока еще интересно в Вирте монстров бить, мне — нет.

— Там не токо монстлов бьют, — возразил младший. — Я, наплимел, Импелию до седьмого уловня постлоил.

— А-а, — отмахнулся от брата Дирк, — в твоем возрасте я тоже строил и империи, и планетарные системы, и галактики.

— Давайте проблемы вирта обсудим позже, — согласился мужчина, переводя разговор в русло обсуждения поездки. — Что конкретно ты ждешь от нашей поездки? Ты читал рекламные проспекты, программу путешествия. Там довольно подробно всё описано, да и в сети инфы предостаточно.

— Я ошибся, — пробурчал парень и, помолчав, добавил, — там было написано, что путешествующие живут с аборигенами и участвуют в их реальной жизни. Я не думал, что участие ограничится походом на рыбалку, охотой и проживанием в их убогих хижинах. Это стало известно только здесь, после общего собрания. Ни за что бы не полетел с вами. Лучше уж в общем доме месяц пожить.

— Да? А как ты видел поездку до общего собрания на звездолёте? — спросил мужчина у сына. — Ну же, давай, расскажи, как ты мыслил себе это?

— Я думал, мы будем Корректорами. В сети написано, что каждый путешествующий на эту планету выбирает себе индивидуума, семью, деревню, город, насколько средств хватит… Потом уже в зависимости от задачи.

— Дирк, — мягко проговорил отец мальчика, — чтобы быть Корректором, нужно пройти отбор у Знающих, после обучения сдать экзамен. Разве ты не знаешь про это?

— Ой, да ладно, пап, в сети вон валом предложений поучаствовать в Игре Корректором, безо всяких обучений и экзаменов.

— Это запрещено! Рано или поздно Надзирающие находят преступников и наказывают. Как ты мог подумать, что мы пойдем на это?

— В прошлые каникулы семеро с моего курса были в Игре Корректорами, и ничего.

— Дирк, послушай, — отец мальчика говорил строгим голосом. — Корректор — это не самоцель. Это средство развития личности. Это труд. Тяжелый каждодневный труд. Чтобы попасть в какой-то мир в качестве Корректора, нужно изучить этот мир, его законы, уклад жизни. Самое главное правило Корректора — не навредить тому миру, где он работает. Игрой это называют не потому, что это развлечение. Это, во-первых, оказание помощи миру в саморазвитии и, во-вторых, развитие самого Корректора и подготовка его к высшим задачам. Понимаешь? Нельзя просто так пойти и поиграть в Корректора!

— Понимаю, — буркнул паренёк, — у кого есть деньги, тот и решает высшие задачи.

— Неправда, — не согласился Трюгг, — деньги здесь совершенно ни при чём. Только личностные качества, уровень интеллекта, желание саморазвития, жертвенность — вот критерии отбора Знающими.

— Ладно, пап, я понял, — парень отвернулся к иллюминатору. — Только непонятно, почему во внутренней сетке звездолёта есть предложение «почувствовать себя Корректором», если есть путевка с уровнем выше восьмого…

Где — то в галактике. Звездолёт команды Игроков

Хьярт, натянув на себя средневековую кольчугу, поворачивался перед зеркалом то одним боком, то другим.

— Вроде нормально, — прошептал он.

После месячного путешествия по планетарной системе их звездолет наконец-то приблизился к цели путешествия на расстояние телепортации. Была объявлена нулевая готовность, а это значит, что до начала Игры оставалось совсем чуть-чуть.

Дверь в его кубрик с шумом распахнулась, и в комнату заглянул улыбающийся Вебр:

— Ну что, готов?

— Ага, — отозвался юноша, — вроде всё взял.

— Классная кольчужка, — оценил одеяние товарища Вебр, — с обогревом?

— С обогревом, медкомплексом, контуром оповещения, охладителем и так далее, — Хьяр откровенно хвастался своим одеянием. — Всё по полной программе.

— Она же стоит… — Верб поднял вверх глаза. — Тысяч тридцать?

— Сорок восемь, — уточнил Хьярт, выходя из кубрика. — Но она стоит того, — кинул он через плечо своему спутнику.

Некоторое время парни шли молча по извилистым коридорам звездолёта.

— Мда-а, — наконец выдавил Верб, — мне на такую эссы лет пять копить.

— У меня это седьмая Игра будет, — ответил Хьярт. — После неё буду заявку подавать на переход в Корректоры. Так и быть, кольчуга твоя.

— Чо, правда? — не поверил товарищу Верб.

Парни вошли в Общий зал, в котором было уже довольно много разномастного народа. Были тут и девушки с накидками из звериных шкур, и убеленные сединой мужчины в простых одеждах, и совсем молодые парни в щегольских нарядах, со шпагами и яркими накидками.

— Хьярт, ты пошутил или взаправду? — не унимался Верб, еле поспевая за своим напарником. — Правда отдашь?

— Правда-правда, — Хьярт, наконец, остановился около колонны, откуда было отлично видно террасу второго этажа, на которую вышла небольшая группа людей в комбинезонах команды звездолёта, — помолчи.

— Молчу, — радостно улыбался Верб, уже мысленно примеряя такую дорогую кольчугу на себя.

— Прошу внимания! — раздался громогласный голос. Народ в зале понемногу успокоился. На террасе стояли три мужчины и женщина, все примерно одинакового возраста, который угадывался лишь в стиле держать себя, да мудрости взгляда. Женщина сделал шаг вперед:

— Друзья, вот и наступил день начала Игры. Вы все многое сделали, чтобы попасть в нашу команду. Среди вас есть и старожилы, для которых Игра стала смыслом жизни, и совсем молодые юноши и девушки, для которых эта Игра станет первой. Я хочу пожелать всем нам удачи и победы!

Толпа коротко гаркнула:

— Виват!

— Нарт, вам слово, — женщина повернулась к мужчине, стоявшему справа от неё.

— Благодарю, — коротко кивнул тот и обратился к толпе, стоявшей внизу. — Итак. Планета Ю-Эр-Джей-Си-2117. Три материка, около трех десятков государств. Уровень развития 18-й. Процент присутствия Межгалактического Союза — 48, учитывайте это в своих действиях. Предполагается участие двух Игроков. Мы и команда Серой галактики, — по залу прошелся шепот. Мужчина чуть повысил голос. — Вы правы, соперник серьёзный. Факторами будут местные аборигены, ну и, конечно, Межгалактический Союз. Куда ж без него, — в зале несколько смешков. Нарт сделал паузу, потом продолжил. — Первый раунд Игры будет длиться один планетарный круг, — шепот в зале. — Это равно 480 суткам по межгалактическому времени. Как видите, времени не так много. Вы — Передовые. Задача-минимум — обычная. Собрать максимум информации. Ведущие объяснят новичкам, что это. Ваша основная задача — закрепиться и дать возможность Корректорам начать свою работу. После начала работы Корректоров, через Распределяющего, вы будете получать свои задачи. Минимальные наборы амуниции получите перед камерой переноса. Ведущие получат флеш-информацию с первым заданием, общей характеристикой места высадки и координатами переноса. Напоминаю, после ознакомления с флеш-информацией у вас будет «Час вопросов». Не пренебрегайте им. Удачи…

Глава 1

Предгорье Огненных гор. Алекс

По легенде, на кольце Соломона есть три надписи: «Все проходит», «И это пройдет», «Ничто не проходит». В этом заключена мудрость бытия. Лично мне нравится более простой вариант — «Всё проходит, пройдет и это». Это я про путешествие в Светлый лес, которое было молниеносным и насыщенным событиями, но, как и всё в любом мире, имело логический конец.

И вот я около часа сижу у костра, в предгорьях Огненных гор, в окружении своих соратников. Создав конференцию с использованием телефонов, я рассказываю про свои похождения у эльфов. Идар и Фатей с интересом слушали, не перебивая и никак не выражая своё отношение к рассказу. Мастер Юл с Провором сидели в сторонке и пили ароматный отвар. Воины из команды безликих вели караульную службу.

Хисий, старейшина пластунов, лишь один раз промолвил, что зря затеяли игры с эльфами. Враги они, как не крути. Рампил, видимо, был пьяненьким, потому как постоянно цокал языком да пытался прокомментировать мои действия. Илона только один раз с усмешкой сказала: «Признайся, ты потом этот пирог всё-таки съел?» — имея в виду пирог, которым меня пыталась накормить Анариэль. Умар вообще молчал, и если бы не сопел в телефон, я бы подумал, что его и нет с нами.

Больше никого в конференцию собирать не стал. Пригласишь Фарга — тогда и Зулку надо, иначе обид не оберешься. А там Милёнка и Маринка. А зачем им знать мои похождения по чужим бабам, пусть и эльфийского происхождения? Я и так стеснялся Илоны, старался выбирать слова при описании некоторых событий. Думаю, мужики меня поняли правильно. Да и она поняла, хотя и промолчала.

Нужно будет потом собрать остальных и коротенько описать, без подробностей, что и как, дабы не сеять раздор в нашей дружной семье. Окончив рассказ и попрощавшись со всеми, прервал связь.

— Теперь можно и поесть, — потер я ладошки в предвкушении, — а то сидят тут плямкают, а у меня слюна до колен.

— Как раз кашка упарилась, — сказал Фатей, передавая мне тарелку с едой.

— Как наши сопровождающие? — спросил я, уминая пахнущую дымком кашу вприкуску с сочными кореньями, напоминающими по вкусу чеснок.

— Нормально, — проговорил Идар, — честно говоря, чуть было не упустили одного. МУН предупредил про нарушение границы лагеря.

— Во, видиш, я ше ховорил нушная веш, — с полным ртом проговорил я и, проглотив, спросил: — Кто бежал-то?

— Айран отправлял своего парня предупредить клан, чтобы те схоронились. Не верил, что ты появишься, — с ухмылкой продолжал пластун. — Хитрый, бестия. Догадался, что тебя в обозе нет. Думаю, и про портал догадался. Мы ему намекнули, что ежели хочет, чтобы все были живы и здоровы, пусть помалкивает про свои догадки.

— Паилно, — кивнул я, откусывая хороший кусок мяса. Прожевал и закончил: — Варун, ну-ка позови этого проницателя.

— Кого? — не понял пластун.

— Айрана.

— Понял, — кивнул парень и скорым шагом направился к телеге, стоявшей поодаль от нас.

— Хочу переманить его на свою сторону, — между тем продолжил я, доедая кашу. — Лучше уж оркам с ним иметь границы, чем ни с кем.

— Может быть, — неопределенно проговорил Идар.

Когда Фатей передал мне кружку с горячим отваром, Варун подвел старого демона.

— Его сиятельство желает говорить с тобой, — громко сказал пластун. Айран упал на колени, склонив голову.

Я переглянулся с Идаром. Тот, улыбаясь в бороду, пожал плечами.

— Дед, ты того, — сказал я вслух, — с колен встань. Что за привычка?

— Прости, Алекс-быш, — проговорил дедок, — я презренный шудр, не могу стоять, когда Высший сидит.

— Дурак ты, а не шудр, — проговорил я, — садись, давай. Фатей, дай человеку отвару.

— Высший может убить шудра за попытку разделить с ним трапезу, — не поднимая головы, сказал Айран.

— А за ослушание? — спросил я.

— Тоже…

— Ну так какая тебе разница? Садись, давай, — усмехнулся я.

Дед несмело поглядел на меня, но всё же сел на большой камень, стоявший недалеко. Фатей передал демону кружку с напитком. Тот поклонился, принимая кружку.

— Ты хотел послать вестника себе в клан, — начал я. — Зачем?

— Предупредить, — хмурясь, держа кружку с напитком двумя руками, ответил старик.

— О чём?

— Я думал, что тебя нет с нами, Алекс-быш. Гариф не пощадил бы никого, — глухо сказал старик.

— Ты служишь Гарифу по доброй воле или по принуждению? — поинтересовался я, отпивая ароматный отвар. Демон помолчал и неохотно ответил:

— У моего клана долг, вот и служим.

— И большой? Долг.

— Достаточно велик…

— Слушай, Айран, я хочу предложить тебе перейти от Гарифа ко мне, — проговорил я. От деда коротко полыхнуло удивлением, но внешне он остался спокоен. Не торопясь, он отпил из кружки отвар, всё так же обхватив её ладонями.

— Зачем? — наконец проговорил демон.

— Что — зачем? — уточнил я.

— Зачем это моему клану? — пояснил Айран, — тебя мы не знаем, а Гарифа я помню совсем юнцом.

— И что? — ухмыльнулся я. — Это не помешало тебе бояться его гнева. Так что это совершенно ни при чём, — я опять отпил напиток. — Не хочу расхваливать, как вам будет хорошо. Может, и не будет. От вас зависит, вам и решать, — я поставил кружку на пенёк, заменяющий стол, и достал из кармана коробочку с ювелиркой. — Вот возьми. Бери, бери. Это драгоценности древних. Думаю, этого хватит, чтобы рассчитаться с вашим долгом перед Гарифом, — я протянул коробочку деду.

Демон замер, не решаясь взять. От старика веяло нерешительностью и надеждой. Варун, занимавшийся дровами для костра, поднялся и подошел к демону. Подействовало. Дед сразу же взял коробочку.

— Алекс-быш, я не могу принять это, — старик завибрировал, его начал накрывать страх и безысходность. — Прости, Алекс-быш, я не могу…

— Так! Успокоился! — рявкнул я. Старый демон замер, весь как-то сжался, превратившись в беззащитного старика. — Я ничего не требую от тебя, — проговорил я спокойно. — Только одно. Подумай. Если решишь перейти ко мне, обещаю, что всех пленных демонов отдам тебе. У тебя будет хорошая дружина. А насчет земель я как раз и еду договариваться. Но ты, наверное, уже понял, что если мне нужны земли, я их заберу. И все Высшие, вместе взятые, не смогут мне помешать, — самодовольно проговорил я, чем вызвал усмешку Идара. Правда, её слышал только я. — Орки заложили город Локтар. Мой город. И он будет не единственным. Если решишь перейти ко мне, я дам денег на строительство города демонов. Подумай!

Старый демон думал, это было видно «невооруженным взглядом».

— Ступай, — проговорил я. — Решишь, что лучше остаться с Гарифом — не буду тебя неволить. Побрякушку можешь оставить себе.

— В твоих жилах металл, — демон встал. Поклонился, прижимая к груди коробочку. — Я подумаю, Алекс-быш, — пообещал демон.

— Можешь послать гонца в клан, — сказал я вдогонку демону, — препятствовать не будут.

— Мудрость твоя выше звезд, — демон опять поклонился.

— Иди уж, — отмахнулся я. Старик ушел.

— Идея не очень, — почесал затылок Идар, сидевший до этого молча. — После стычки и у демонов, и у орков претензий к друг другу — ого-го! Как-то всё не очень.

— Не эти, так другие. И тем и другим нужно научиться жить рядом, — не согласился я, — и вообще, я Огорх или нет? Кто будет спорить с волей Огорха?!

— Спорить не будут, — кивнул Идар, — но козни друг дружке строить будут, это однозначно.

— Да ну и фиг с ним, — пожал я плечами, — я в Академии, в одном доме с такой демонессой жил… В-а-а-ах! Огонь! И у орков есть мужики справные. А там переженятся и забудут свои распри.

— Это процесс очень долгий, — не сдавался Идар.

— А куда нам спешить? — я потянулся, подняв руки вверх. — И вообще, завтра день встреч, нужно подготовиться.

— Да мы, вроде бы, готовы, — произнес Идар.

— Сейчас. ЗАК, как там со средствами индивидуальной связи? — толкнул я вопрос ИскИну.

«Готовность пять часов», — доложил тот.

— Так, подожди, — не понял я, — о какой готовности идёт речь? Опытного образца?

«Нет. Опытные образцы давно собраны и протестированы с привлечением Хисия и Винса. У них больше всего боевого опыта. Через пять часов будет готов полный комплект ИСС для каждого воина графства», — в голосе ЗАКа была гордость. Ну вообще, прикол! Компьютер гордится. Умрешь со смеху.

— ЗАК, вот скажи, зачем ждать полный комплект, если можно частями оснащать пользователей? Вот чем ты руководствовался?

«Я исходил из предпосылок наименьшего количества конфликтных ситуаций. Уже неоднократно фиксировал всплеск негативных эмоций, если одному пользователю выдана какая-то вещь, а другому, равнозначному по статусу, такой вещи не выдали. Чтобы избежать таких ситуаций, нужен запас ИССов, покрывающих все возможные потребности пользователей», — пространно пояснил ИскИн ход своих рассуждений.

— Подход, безусловно, правильный, — согласился я, — но тут другое дело. Я и моя группа на задании, и необходимость в средствах связи повышенная. Так что будь добр передать нам эти самые ИССы. Хорошо? Фатей! — окликнул я нашего кашевара, — метнись к порталу, там ЗАК кое-что передаст.

— Ага, — кивнул пластун и побежал к дальней кибитке, где хранился мобильный портал.

«А если увидят демоны? — поинтересовался Первый. — Думаешь, не поймут?»

— Да пофиг, — отозвался я, — быстрей согласятся на переход на мою сторону. ЗАК через МУН за всем следит, так что украсть портал не вариант. Ну а то, что они увидят — так и флаг им в руки.

«Зачем?» — кот удивленно блеснул глазами из темноты ночи.

— Выражение такое.

Подбежавший Фатей протянул мне коробку средних размеров:

— Вот. Это всё?

— Позови мастера Юла, — попросил я.

— Понял, — кивнул парень и исчез в ночи.

Пока дожидался своих командиров, я принимал от ЗАКа информацию о возможностях разработанного им Индивидуального Средства Связи. Через некоторой время пришел Юл, вместе с Фатеем и Варуном. Пусть будут, лишние уши всегда хорошо.

— Значится, смотрите, — я встал, за мной поднялся и Идар. — Я покажу вам, вы научите всех остальных. Теперь у нас есть вот такая штучка, — я открыл коробок и достал небольшое гибкое полукольцо из пластика, размером сантиметра два. — Индивидуальное Средство Связи, сокращенно ИСС. Разбирайте, — передал я коробку Идару, — каждому по одному. Аккуратно, они очень тонкие и лёгкие, не потеряйте.

Пока коробка проходила по кругу, я начал рассказывать о возможностях устройства:

— Во-первых, это штука предназначена для скрытной связи между вами. Это не телефон. Смотрите. ИСС нужно прилепить на косточку за ухом. Чувствуете, одна из сторон немного липкая? Вот этой стороной и нужно приложить. От температуры тела плёнка прилипнет. Вот так, — я повернулся к слушающим меня воинам спиной и, наклонив голову вперед, показал на себе, как это делать. Все тут же повторили движение за мной. Я прямо и не знаю, радоваться мне или огорчаться такой исполнительности.

— Возможно головокружение! — предупредил я, — это идет настройка устройства на особенности характеристик пси-волн… Ну короче, на ауру, — я выдержал паузу, внимательно наблюдая за воинами. По очереди все начали кивать со словами: «Во… точно… прошло…»

— Ну вот, у всех настройка прошла. Отлично, — я закатил рукав, показав всем предплечье левой руки, — вот тут кнопки управления.

На предплечье фосфоресцировали два кругляшка, зеленого и красного цветов. Воины, увидев этот рисунок у меня на руке, тут же закатали свои рукава. Варун с Фатеем с удивлением показывали друг другу точно такие пятна на своих предплечьях. Ну детский сад, ну ей-богу, как дети. Радуются, что у них такая игрушка есть. Идар и мастер Юл были сама невозмутимость. Спокойные как скала. Опыт.

— Слушайте внимательно! — привлек я внимание пластунов. Тут же наступила полная тишина. Лишь ночные шорохи нарушали эту тишину. — Чтобы активировать связь, нужно находиться на расстоянии друг от друга не более десяти шагов. Нажимая зеленый кружок, вы активируете режим подачи команды, красный — отмена связи. СЕЙЧАС. НИКТО. НИЧЕГО. НЕ ДЕЛАЕТ! — повысив голос, раздельно проговорил я и сделал паузу, чтобы мои соратники осознали приказ.

— Так вот, запоминаем голосовые команды, — стало реально тихо. — Их несколько. Первая «Мой отряд». Собрались, например, вчетвером, дали команду. Всё! Теперь связь только между этими четырьмя. Далее, если работают одновременно несколько групп. Опять собираетесь все вместе и даете команду «Средний круг». Теперь даже если вы уйдете в разные места, связь будет установлена по этой команде, — я немного напрягся, ощущая эмоции своих слушателей. — Вижу, что не поняли. Давай по-другому. Варун с Фатеем — одна группа, Идар — вторая, а Юл — третья. Понятно? Хорошо. Теперь, чтобы Фатею и Варуну слышать друг друга, они используют команду «Мой отряд». Не сейчас, ребята. Просто слушайте. Чтобы слышать Идара, вам нужно использовать команду «Средний круг». Предположим, Юлу предстоит уйти за… далеко. Чтобы его слышать, используете команду «Дальний круг». Теперь, когда вы все активировали, можно разбежаться и по команде сделать доступным тот или иной канал связи.

— То есть, активация и управление вызовом — одна и та же команда? — спросил Юл.

— Точно, — подтвердил я.

— Как отменить? — поинтересовался мастер.

— С отменой чуть сложней. Если нужно временно отменить, говоришь «Отмена мой отряд». После этого можно включать, ну скажем, «Средний круг». Если не сделать отмену, то и весь отряд будет слышать ваш разговор.

— Понятно, — кивнул Идар, — как по телефону.

— Правильно, — подивился я сообразительности пластуна, — а если нужно окончательно прервать связь, нажимаешь красный круг и говоришь «Мой отряд», или там «Средний круг». Связь окончательно прервана. Понятно?

— Вполне, — кивнул Юл.

— Ещё есть команды? — поинтересовался Идар.

— Между нами говоря, команду можете придумать сами. Только всем это не говорите, а то каждый напридумывает себе всякую околесицу. Есть две неизменяемых. Это «Мой отряд» и «Командир». Это я. Всё остальное на ваше усмотрение. Ну вот например, мастер Юл для своих может использовать слово «Хунта», а пластуны там… ну не знаю, «Атаман». Сами определитесь. Только слова должны быть такие… запоминающиеся.

— Ясно, — кивнул Идар.

— Значит, по слову «Командир» всегда свяжемся с тобой? — переспросил Фатей.

— Точно, — подтвердил я — Пробуем. Натренируетесь и своих научите.

— Сделаем.

— Понятно.

— Не сомневайся.

— Идар, останься на минутку, — попросил я пластуна.

— Да, — воин вернулся.

— Фух, блин. Не думал, что это так сложно будет, — я сел около костра, отлепляя пленку от косточки за ухом. Мне-то она ни к чему. У меня связь, как обычно, мысленная. Я же не человек, в понимании местных аборигенов, а киборг. Вот только они не знают, что это такое.

— Привыкнут, — подбодрил меня Первый.

— Надеюсь.

— Хочу одну штуку проверить, — ответил я на вопросительный взгляд Идара. — Ты уже прилепил себе ИСС? Отлично. Садись, дай команду «Командир».

Воин сел на холмик, накрытый дорожным плащом и используемый вместо табуретки. Сделал необходимые манипуляции для активации ИСС. Я поднял указательный палец, призывая пластуна к тишине, тот кивнул.

— ЗАК, есть связь с Тальхуром?

«Провожу вызов», — оповестил меня о своих действиях ИскИн.

«Кто энто? — шепот в моей голове, — Фарг, Зула?»

— Это Алекс, — проговорил я, — как слышишь?

«А-а-а, ты. Тром-Ка, — поприветствовал меня орк, — я думал, Фарг, только голос не тот… Ты чо хотел?»

— Дело есть. Погодь-ка минутку, — я повернулся к Идару и указал пальцем на свое предплечье. Пластун кивнул и, задрав рукав на своей руке, ткнул пальцем в зелёный круг.

«Идар, как слышишь?» — поинтересовался я. От воина прошла волна удивления, он кивнул в знак того, что слышит.

— Тальхур, тут со мной Идар. У нас к тебе вопросы. Можешь говорить?

«Ага, теперь могу», — чуть запыхавшись, ответил орк. Я пальцем указал на Идара, знаком давая понять, чтобы он что-либо сказал.

— Как дела, Тальхур? — спросил пластун. — Где вы?

«Короче так. Мы шли за отрядом демонов, — начал рассказ орк, — около реки, они свернули в сторону гор. Тут уже проще стало их вести».

Я распальцовкой спросил у Идара, слышит ли он. Пластун утвердительно кивнул. Просто супер, я теперь могу конференцию делать из телефонов и ИССов.

«Сегодня к закату мы пришли в долину, — продолжил свой рассказ Тальхур, — тут Мара Кы», — перешёл воин на орочий язык.

«Много воинов», — перевёл я для Идара.

— Понял, — негромко сказал пластун.

«Да ничего ты не понял! — возмутился Тальхур. — Долина вся занята воинами. Демоны готовят набег! Когда пойдут, нам не выстоять!»

«Тальхур! — я добавил в голос металла. — Что за паника? А?»

«Алекс-акап! Шисат-слухат. Тсат Хушрон. Туд-ро гарыдан ы туд-ро мара ы туд-ро Каджан ы!» — горячо проговорил Тальхур.

«Говори на всеобщем, — приказал я, и перевёл для Идара. — Он говорит, что нашли огромное стойбище, вернее, военный лагерь. Там очень много воинов».

«Да, Алекс-акап, всё верно, — подтвердил Тальхур, — что нам делать?»

«Возвращайтесь домой, — приказал я. — Ты будешь Хатнажан[1]. Молчи! Ты Коджан[2] или Каджан-Ки[3]? Хатнажан Ки Вараг[4]. Это Га Жон[5]!»

После небольшой паузы Тальхур ответил:

«Хорошо, Алекс-акап. Ки Вараг будут живы».

«Храни их как своих детей! Внуши им, что я — Высший, забрал их души и приказал защищать стойбище орков как свой дом! Когда я вернусь, у них будет свой дом. Выберите с Фаргом хорошее место для их стойбища. Подальше от вашего, то есть нашего, ну и не очень далеко. Нужно учиться жить рядом».

«Алекс-акап, при всём уважении, это невозможно!» — возразил орк.

«Нет слова «невозможно». Есть слово «трудно»! — ответил я, — но ты сможешь. Я всё сказал!»

«В твоих жилах металл», — попрощался орк традиционным пожеланием. Я прервал связь.

Глава 2

Степи демонов. Алекс

После окончания разговора с Тальхуром Идар некоторое время сидел молча, что-то обдумывая. Отключил ИСС и спросил:

— Не понял, зачем тебе пленные демоны?

— Мыслю так, — начал я объяснять свою идею. — Когда Высшие демоны подтвердят мой статус, пленные станут моей дружиной среди демонов. Значит, можно будет возвести форт, и будет кому его охранять. Недалеко от стойбища наших орков. Будет, так сказать, граница орков с демонами, но подчинённая нам и с той, и с другой стороны. Как тебе идея?

— Более-менее. А что делать с военным лагерем демонов? Может, послать Провора с Фатеем осмотреться?

— Не нужно, — отказался я и толкнул по связи с ИскИном, — ЗАК, определи местоположение Тальхура и отправь туда МУН. Собери информацию о войске демонов. Будешь готов, доложи.

«Принято. Выполняется», — прошелестел в голове ответ ИскИна.

— Всё, я спать. Где мне устраиваться на ночь?

— Твоя вон та кибитка, — указал Идар на телегу слева, вставая. — Пойду, караулы проверю.

— Понял. Первый, ты как? — спросил я кота.

«Никак, — отозвался кот. — В телеге спать точно не буду».

— Как хочешь, — и тут прошелестело в голове, и перед глазами проплыла надпись «Входящий вызов: Марианна». — Упс!

«Что?» — тут же среагировал арвенд.

— Что-то графиня моя соскучилась, — озадаченно проговорил я, — с чего бы это?

«Привет», — я сел, принимая вызов. Подошел Варун, начал заниматься костром.

«Алекс? Ты? Ты меня, конечно, извини, ты можешь хоть минутку меня выслушать?» — волнуясь, проговорила Марианна.

«Радость моя, конечно могу, — приветливо ответил я. — Ты не поверишь, только подумал, нужно бы Маринке позвонить, узнать как там у неё. И тут ты звонишь, как почувствовала».

«Не врёшь? — в голосе девушки появились нотки слёз, — правда-правда?»

«Да чтоб мне с места не сойти! Как ты там, девочка моя?»

«Пло-о-охо-о-о», — заревела графиня.

— Стоп-стоп-стоп, — заговорил я вслух, — что за слёзы? Что случилось? Ну-ка, рассказывай.

«Ты всё время с Зулкой… Там… С орками… Даже Милёнке звонил… А мне нет… — всхлипывая, укорила меня женушка. — Я всё последняя узнаю… Почему ты не хочешь со мной говорить?… Я же жена тебе… Твоего сына ношу под сердцем…»

— Успокойся, родная, — ну вот, нарвался на истерику. Нужно бы жёнам побольше внимания уделять. Права Маринка, как ни крути, я её бог знает сколько не видел, как впрочем и Милёнку.

Самым теплым голосом, на какой я способен, проговорил:

— Ну-ну, не плакай. Я же говорю, только что хотел с тобой связаться, значит — я помню. Просто ты опередила. Ну всё… — я помолчал, давая девушке успокоиться. — Я слышал, ты с Кветой Зибенской подружилась? Правда?

«Да-а, — удивленно протянула Марианна. — Ты правда интересовался? Да?»

— Ну конечно, милая. Расскажи, как она тебе? — при этом от Варуна, возившегося с костром, потянуло скепсисом.

«Она добрая, — Марианна отвлеклась от своих претензий. — Карлу очень повезло с ней. Она, конечно, не получила должного воспитания, ну это и понятно, она же всю жизнь провела у папеньки в имении. Но она очень старательная. Представляешь, она ни разу не была в столице…»

Следующие минут пять я слушал свою жену, лишь изредка поддакивая, охая и ахая. Варун показал на чайник, закипевший над костром. Я кивнул. Парень налил мне отвара в пузатую кружку.

По умным книжкам, которые иногда попадали мне в руки в земной жизни, я помнил, что если хочешь, чтобы человек остался доволен беседой, дай ему высказаться.

— Как ты сама-то? Тяжело, поди, уже ходить? Или ничего?

«По-разному. Конечно, уже не побегаешь. Но у меня живот не такой уж и большой. ЗАК показал нам с Кветой эту… как её? Гимнастику. Прямо на экране. Этот телефон такая прелесть. Всё может. Алекс, я Квете дала телефон. Ты же не против… — трещала Маринка, не очень-то нуждаясь в моих ответах. — Ей-то, конечно, гимнастика пока что не нужна, но всё равно, мы вместе изучали…»

И ещё десять минут монолога о пользе упражнений для беременных и планах на обустройство детской комнаты.

— Как там в графстве? — поинтересовался я, когда монолог Марианны подошел к концу, — есть проблемы?

«Алекс, тебе нужно что-то придумать, — озабоченно проговорила девушка. — Ты же понимаешь, я уже не могу много времени уделять управлению графством. У меня теперь задача номер один — это наш ребенок. Столько хлопот с этим, ты не представ…»

— Разве тебе Богдан не помогает? — перебил я словесный поток.

«Богдан! Да он всё время торчит в своем трактире, либо у паломников! А когда в замок приходит, всё время ящики в подвале считает. Какая от него помощь? — негодовала графиня. — Всё самой приходится решать. Мне тётка Варвара да Эльна больше помогают, чем он».

— Да ну? — удивился я. — И что за вопросы приходится решать? Ну так, чтобы я знал, что нужно предпринять, чтобы тебя освободить.

«Да масса вопросов! Просто не упомнишь всего! То крестьяне пришли из Прудков, они решили в пруд рыбу запустить. Какое мне дело до их пруда? В Новосёлках новый амбар ставить нужно, как будто я понимаю, нужен он там или нет. А отец Гирдон каждый день приходит, про новую церковь в Бояково разговоры ведёт. Барон Турорн привёз бумаги на деревню, говорит, что папенька ему подарил. А я ведь помню, что обманом он их получил. Дамир приходил за жалованием, говорит, нужны какие-то бумаги разрешительные для его воинов. Короче, всего и не упомнишь. Всё время идут и идут. Совсем замучили, — жалобно закончила Марианна. — Алекс, миленький, ну придумай что-нибудь, а? Ещё эти паломники!!! Замок превратился в Единый знает что! Столько народу толчётся, ты не представляешь. Хорошо, что на мой этаж не ходят, а так — проходу от них нет. Алекс, нужно прекратить это. Когда родится наш сын, с ним гулять нужно будет, а где тут погуляешь, если полон двор чужих людей. Ходят везде, высматривают чего-то! Мы когда в Озёрске были, Дария говорила, что вообще не касается никаких дел в баронстве. Всё Ульрих решает. Она ведь тоже скоро родит. Так вот, я завидую ей. У них в замке хоть и нет всяких удобств, зато тихо и спокойно…»

— Ты была в Озёрске? — спросил я, обдумывая услышанное.

«Да, третьего дня, приехал маленький такой мужчина, гном. Не помню, как его зовут, и привёз деньги. Представляешь? — радостно рассказывала Марианна. — Сказал, что должен тебе, и свиток дал. Сказал, что по нему могу в гномьем банке деньги получать. А тут как раз Дария заехала. Они с Ульрихом по делам ехали в Светлояр. Вот мы с Кветой и поехали. Ой, ты знаешь, в Озёрске столько имперских воинов! Я-то беременная, ко мне не приставали, а Квете прям прохода не давали! Всё отужинать звали…»

— Так что там с гномьим банком? — вернул я девушку к интересующему меня вопросу, предполагая, что это деньги за драгоценности, которые я продал гномам, как только появился в этом мире.

«Ничего, — невинно проговорила девушка, — подтвердили, что по свитку могу снять сумму до ста золотых. Если нужно больше, то от тебя требуется бумага разрешения. Ты же не против, что я взяла твои деньги? Они же и мои немножко?»

— Не против, — согласился я. — Бери, сколько потребуется. Только без фанатизма.

«Ну что ты, дорогой, я очень экономная. Мы с Кветой заходили в ресторацию, там такие пирожки и булочки… Жаль что мне нельзя. Я только одну скушала».

— Ну вот и умничка, — похвалил я. — А с графством я решу. Только имей в виду, я поставлю человека, и ты уже не сможешь самовольно что-то решать и делать. Только с моего или его согласия, потому что он будет отвечать передо мною. Ты это понимаешь? Хозяин должен быть один, иначе это будет всеобщая безответственность.

«Ну хозяйкой-то всё равно останусь я, но я понимаю, что ты не это имеешь в виду. Я же говорю, у меня теперь главная забота — наш ребенок. А когда он родится, с ним же заниматься нужно будет. Так что да, пусть этот человек сам разбирается с прудами и церквями».

— Хорошо, лапусик, я попозже с тобой свяжусь и ещё поболтаем. Хорошо? Мне нужно с Богданом и Саймоном переговорить.

«Я так давно не видела Саймона, — пожаловалась девушка, — мы с Кветой хотели в Светлояр на праздник Равновесия поехать. Граф Зибенский согласился нас сопровождать. Может, и ты с нами?»

— Я в степях демонов, — ухмыльнулся я, — как-нибудь уж без меня. И береги себя там. А то толкнут ненароком в живот, будут проблемы.

«Не толкнут, хи-хи-хи, — рассмеялась графиня. — Я же с Сильвой поеду. Все сторониться меня будут. Я ей такой симпатичный ошейник сшила. Ей понравилось. Мы же в Светлояре договорились с Саймоном и Лизой встретиться, да и папа наверное сможет. Ему, вроде, полегче стало».

— Понятно. До связи, — попрощался я.

«Я сегодня поздно лягу, так что звони, не разбудишь», — пообещала Марианна. Связь прервалась.

— ЗАК, портал «Светлояр» используется? — толкнул я запрос своему ИскИну.

«Нет. Насколько я могу судить, он заперт в комнате и за последние 163 дня не разу не использовался».

— Отлично. Без моего разрешения не использовать. Проблемы с гильдией магии нам не нужны.

«Принято», — подтвердил приказ ЗАК.

— Дай мне связь с Саймоном, — попросил я ИскИна.

«Вызывается», — сообщил тот.

— Смотрю, ты отложил отдых? — проговорил Первый, появившийся из темноты. — Степную козу завалили. Будешь?

— Спасибо, нет, — отказался я.

— Как хочешь, — с обидой в голосе ответил кот и растворился в сгустившихся сумерках.

«Господин Алекс? Извините, что не сразу ответил, — раздался голос Саймона. — Добрый вечер. Надеюсь у вас всё благополучно?»

— Привет. Да, всё более-менее. Я на минутку. Скажи, как там Сенди?

«Нормально. Я не часто её вижу, но выглядит она вполне… — воспитатель чуть запнулся, выбирая слова. — Приятно».

— Как думаешь, управление графством потянет? — спросил я напрямик.

«…Хмы… — небольшое молчание. — Неожиданный вопрос. Господин Алекс, вам видней. Она ваша сестра, вам ли не знать. Я же её всего ничего знаю».

— И всё-таки? — я отпил из кружки ароматный напиток. — Твоё мнение.

«Ничего плохого сказать не могу. Вы же знаете, она работу нашла, экономкой у господина Валранса. А он человек известный в городе, раз согласился взять её — значит, есть за что. Я так понимаю», — рассуждал Саймон.

— Я понял, Саймон. Спасибо. Как там граф? Есть вопросы, просьбы, пожелания? Денег хватает? — спросил я традиционные вопросы.

«С деньгами всё в порядке, — как обычно, человек отвечает на последний вопрос, — с графом всё налаживается. Стар он уже, так что богатырского здоровья не будет, но держится молодцом. Вот даже на праздник собрался идти».

— Саймон, про мобильный портал в кладовке никто не должен знать. Ты это понимаешь?

«Безусловно, ваше сиятельство, — заволновался воспитатель. — Господин Алекс, а может, вы заберете его? Как говорится, не буди лихо, пока спит тихо».

— Пока нет. Хотя… Пожалуй, да. У тебя ключи есть?

«Нет. Они у Тагара. Вы хотите прямо сейчас его забрать? — бодро спросил Саймон. — Вы сейчас прибудете?»

— Нет, прибыть не могу. Но забрать могу. В кладовке окно есть?

«Нет. Это же кладовка», — удивился Саймон.

— Понял. Тогда просто откройте дверь, ЗАК заберет к утру. Понятно?

«Да-да. Я всё сделаю».

— Тогда всё, конец связи.

«Ровных дорог, господин Алекс», — связь прервалась.

— ЗАК, сможешь забрать портал «Светлояр»? — поинтересовался я у ИскИна.

«Конечно. МУН–8736 дежурит в минутной доступности от портала «Светлояр»», — доложил ЗАК.

— Забирай, — приказал я, — и МУН далеко не отсылай, может потребоваться.

«Выполняется», — принял приказ к исполнению ИскИн.

— Дай-ка связь с Младой, — продолжил я разговор с ЗАКом.

Варун, с кружкой в руках, сел недалеко от меня:

— Вижу, соскучился по своим? — проговорил он, отпивая горячий напиток. — Мы можем ещё день постоять, а ты бы прыгнул, попроведать.

— Нет, не стоит. На пять минут не получится, а если каждую проведывать, то только и делов будет, что по гостям бегать.

«Алекс! Миленький, это ты? — прервал наш разговор с пластуном голос моей нелегальной жены. — О, Единый, что-то случилось? Ты ранен? Не молчи!»

— Так ты же мне слова не даёшь сказать, — усмехнулся я. — Всё со мной нормально, просто так позвонил. Как ты?

«Ты… Про меня… — начала заикаться девушка. — А я Марку вот про тебя рассказываю… А тут ты сам спросил, — начала всхлипывать Млада. — Ты просто так? Да?»

— Ну да, а что? — не понял я её смену настроения.

«Нет-нет… Ничего… — девушка высморкалась. — Не ожидала… Всё хорошо, мой родной, это я так… — она опять прочистила нос, — растрогалась… Ты раньше никогда просто так не звонил, а тут…»

— Млад, ну ты что? Я же просто поинтересовался, как ты себя чувствуешь? Ты обиделась, что ли?

«Что ты, нет! — быстро проговорила девушка. — Я же говорю, сижу вот, глажу себя по животу, Марку про папку рассказываю. А он так поворачивается, то ножками, то локотком», — Млада разревелась. Я сидел совершенно обескураженный такой реакцией на мой звонок.

— Слушай, ну я не знаю, — сказал я. — Расскажи, как там Сенди? Ну?

«Хорошо. Всё хорошо, — взяла себя в руки моя «любовница», — на работу устроилась. Я ей говорила — зачем, а она «не хочу ни от кого зависеть». Не понимаю я её. Как можно не зависеть от своей семьи? Может, ты ей скажешь? Еще Кююс собралась в Дом для детей водить. Как будто я не присмотрю».

— А ну-ка, дай ей телефон. Поговорить с ней хочу, — перевёл я разговор в нужное мне русло.

«Сейчас. Они в гостиной, сейчас спущусь», — она опять начала всхлипывать.

— И не реви! — строго сказал я. — Не пугай Марка.

«Он всё правильно понимает. Я же от радости».

Послышалось сопение и шорох: видимо, Млада отправилась из своей комнаты в гостиную.

— ЗАК, видеосвязь можешь организовать? — поинтересовался я у ИскИна.

«Могу скинуть тебе характеристики телефона», — предложил он.

— Давай, — согласился я. Небольшое головокружение — и пакет получен. С каждым разом это происходит всё проще. Итак, что тут наворотил мой каменно-электронный помощник?

«Артефакт под кодовым названием «Телефон» предназначен для предоставления связи…», — начал вспоминать я данные про телефон.

— Значит так, ЗАК, — принял я решение, — проведём полевые испытания телефона. Включить объёмное сканирование. Установить режим присутствия. Перебор режимов дискретный. Аппроксимацию деталей делать по имеющимся слепкам участников конференции. Мой у тебя есть. Детализация от ноль трех до единицы. Радиус присутствия два метра, с моей стороны юстировку делаешь на меня, с их стороны — на аппарат. Режим звука номер три, режим подавления помех «Эхо пять…»

«Кююс, немедленно извинись перед Елизаветой», — между тем услышал я голос Сенди.

«А ч его она обзывается!» — недовольно возразила девочка.

«Это не да ё т тебе прав а драться», — безапелляционно проговорила мать девочки.

«Мы не голодранцы! — выкрикнула Кююс. — П усть тоже извиняется!»

«Елизавета! — строго проговорила Сенди. — Г оворить такое неприлично. Ты можешь д у мать что угодно, но нельзя бросаться словами. Они могут обидеть…»

«Сенди! — голос Млады. — Алекс хочет с тобой поговорить», — девушка опять всхлипнула.

«Что случилось?» — встревожилась Сенди.

«Ничего… — заревела Млада. — О н просто так звонит… Э то так неожиданно…»

«Алекс? — строгий голос Сенди. — Я вас… тебя слушаю!»

— Привет. Что, проблемы с Лизкой? — поздоровался я.

«Добрый вечер, — нейтрально проговорила девушка, — мы разберемся. Ты что-то хотел?»

Империя. Светлояр. Сенди

Поведение, мотивация, да и сам стиль жизни сильно зависит от того, стоят ли за тобой богатые и знатные родственники. Если таковые имеются, то ты чувствуешь себя уверенным — до самоуверенности, решительным — до наглости, смелым — до вседозволенности. Уровень зависит от того, насколько могущественны твои покровители, и совсем немного — от личностных качеств.

Сенди была из старого, обедневшего дворянского рода. Жили они не бедно, но и не богато. Её отец изо всех сил старался обеспечить семью достойной жизнью. Мать была кроткой и доброй женщиной, видевшей во всём только хорошее. Только с возрастом Сенди поняла, насколько это трудно. Между тем родители дали дочери хорошее образование. Если бы не полностью отсутствующие способности к магии, то Сенди могла бы занять довольно видное место в магическом сообществе. Потому что была в высшей степени старательной, усидчивой и умела думать, что само по себе уже много.

Но «если бы» не случилось, поэтому отец, заботясь о благополучии дочери, выдал её замуж за сына состоятельного и знатного вельможи, имеющего связи при императорском дворе. Невестка пришлась не ко двору. Больно умна и строптива.

Через год родителей Сенди не стало. Глупая и нелепая смерть от руки грабителя. И ведь брать-то было нечего. Совсем. О своём нищенском положении Сенди узнала только после смерти родителей. Дом и имущество были заложены, а сбережений не оказалось. Это, конечно же, сказалось на отношении к ней в семье мужа.

А через два года супружеской жизни муж Сенди погибает в одной из военных кампаний императора в Грифоновых горах. В результате девушка с ребенком на руках осталась одна. И рассчитывать ей было не на кого. После печального случая со взбесившимся арвендом находиться в доме родителей покойного мужа стало невыносимо. Собственно, она там была на положении прислуги. И после очередной стычки со свёкром, тот выставил её, снабдив пожеланием «сдохнуть в сточной канаве». Спасибо свекрови, тайно давшей Сенди один золотой.

Неудачи преследовали девушку всю дорогу к родне в Серебряные ключи. Как будто само провидение не хотело, чтобы она туда попала, и не зря. Там ей, мягко говоря, были не рады. А по факту — просто отказали в крове и помощи, сославшись на собственное тяжёлое положение. Столько унижения и грубости девушка не знала за всю свою жизнь.

В результате Сенди и Кююс негде было переночевать, да что там переночевать — девушка не знала, чем будет кормить свою дочь. И только эти крайние обстоятельства вынудили её обратиться за помощью к незнакомым людям. Она воспользовалась приглашением молодого господина, спасшего её дочь от арвенда.

Тем удивительней был тот душевный приём, который ей оказали. А когда господин Саймон силком вручил ей десять золотых, сказав, что это распоряжение господина Алекса, за услугу, которую она оказала ему, Сенди разревелась как маленькая девочка. Она не знала, радоваться или печалиться. Не хотелось быть обязанной, но и не взять деньги она не могла. После слов дочери: «Я же говорю, Алекс хочет быть моим папой, а ты противишься», — Сенди проревела всю ночь.

Вначале Сенди подумала, что действительно понравилась богачу, и он таким образом хочет установить с ней отношения. Но после того как познакомилась с Младой, и Алекс назвал Сенди своей сестрой, эти надежды рухнули, уступив место непониманию.

Млада оказалась простой и искренней девушкой, которая очень гордилась своей беременностью и нашла в лице Сенди старшую подругу. Всё было великолепно, но Сенди боялась, что придёт момент, когда ложь про сестру вскроется, и она опять окажется на улице. Чтобы подстраховать себя, да и не быть нахлебницей незнакомым людям, девушка нашла работу.

У Кююс с Елизаветой установились очень напряжённые отношения. Лиза считала себя хозяйкой в доме, и вела себя соответствующе. Сенди она не грубила, но вела себя покровительственно. Зато на Кююс срывала всю свою подростковую жестокость. Это была ещё одна из причин поскорей найти отдельное жильё.

В этот вечер между девочками возникла очередная ссора, которую Сенди пыталась разрешить, когда с лестницы раздался голос Млады:

— Сенди! Алекс, хочет с тобой поговорить, — девушка спускалась в домашнем халате, вытирая слёзы.

— Что случилось? — тревожно спросила Сенди, по-своему истолковав слёзы новой подруги. «Вот и закончилась сказка, — пролетела в голове подленькая мыслишка, — хорошо, что работу нашла».

— Ничего… — чуть ли не в голос заревела Млада, — он просто так звонит… Это так неожиданно…

Сенди опасливо взяла переговорник в руки. Она видела, и много знала от Млады про них, но пользоваться телефоном не приходилось. Более того, Сенди знала, что в империи переговорники являются собственностью императора, и долго не могла поверить, что эти «телефоны» ни имеют к императору никакого отношения.

— Алекс? Я вас… тебя слушаю! — поправилась девушка, вспомнив про свой статус сестры и обещание Алексу перейти на «ты».

«Привет. Что, проблемы с Лизкой?» — раздался в артефакте жизнерадостный голос.

— Добрый вечер. Мы разберёмся. Ты что-то хотел? — сухо проговорила Сенди, внутренне готовясь к неприятным новостям.

«Положи-ка телефон на стол», — попросил собеседник, чем очень удивил девушку. Пожав плечами, она положила артефакт на стол.

— Сама не понимаю, — тихо ответила она на вопросительный взгляд Млады.

Про магию все знают, и воспринимают её как само собой разумеющееся. Но магия живет где-то там, у целителей, в Академии, у деревенских магов, в балаганах на представлениях… А вот так, вблизи её видеть приходится очень и очень редко. А это была магия в чистом виде.

Около стола возник серебряный шар, который вытянулся вверх и начал растекаться и деформироваться. Всё произошло очень быстро, но Сенди видела всё замедленно, подмечая детали.

И вот перед изумленными взглядами присутствующих в комнате возникла очень реалистичная иллюзия Алекса. Парень сидел около костра с кружкой в руках и улыбался открыто и искренне. Сенди слышала потрескивание костра, вдалеке — ржание лошади, шорох чьих-то шагов. Такой иллюзии Сенди не видела, и даже не представляла, что такое возможно.

— Алекс? — раздался голос Елизаветы. — Ты тут?

— Стоять! — Алекс выставил предупреждающе руку вперёд. — Лиза, это иллюзия, так что медленно подойди ближе.

Девочка нерешительно остановилась буквально около костра.

— Это правда иллюзия? — недоверчиво спросила она.

— Можешь войти в костёр. Не бойся, он не настоящий, — усмехнулся Алекс. Девочка осторожно протянула руку к огню, потом смелей.

— Ничего нет, — сказала она. — Здорово!

— А теперь послушай меня, — Алекс отставил кружку куда-то вбок, за пределы иллюзии, и сел лицом к Елизавете. — Мне совершенно не нравится твоё поведение. Ты грубишь Кююс, не слушаешься Саймона, дерзишь Сенди.

— Откуда ты знаешь? — пролепетала Лиза. — Наябедничали…

— Ты забыла, что я Повелитель зверей? — нахмурился Алекс, — каждая птичка, каждый жучок и паучок подчиняются мне. А они все слышат и видят! Поэтому я знаю про тебя всё. Так что не отпирайся, а слушай. Тебе известно, что к людям нужно относиться так, как хочешь, чтобы относились к тебе? — девочка неуверенно кивнула, потупив взгляд. Алекс удовлетворённо кивнул. — Получается, что ты хочешь, чтобы тебя никто не слушал, говорил тебе гадости, презирал тебя? Нет? — удивленно проговорил парень на отрицательное мотание головой Елизаветы. — Странно. Откуда тогда у тебя это? Или ты хочешь остаться совсем одна?

У Елизаветы по щекам потекли слёзы, она стояла и теребила кончик ремня своего платья, упорно глядя в пол.

— Тебе Саймон уже говорил, что я накажу тебя…

— Нет, — подала голос девочка, — это он Флоре сказал.

— Хорошо, — невозмутимо проговорил Алекс, — это меняет дело. Тогда я говорю. Если ещё раз мне расскажут про твои поступки и скверные слова, я перестану с тобой общаться, — парень помолчал и добавил, — совсем.

— Я же могу извиниться, и ты будешь общаться? Да? — жалобно спросила Елизавета, вытирая ладошкой слёзы.

— Зачем мне это? — строго сказал Алекс. — Зачем мне знаться с лицемерной, противной, лживой девчонкой? Нет, Лизавета. Перестань ныть! — чуть повысил он голос. — Чтобы ты ни натворила, умей отвечать за свои поступки, какими бы скверными они ни были.

Девочка послушно стала размазывать слёзы по щекам. Алекс улыбнулся уголками губ, но насупился и продолжил:

— Я никогда не буду с тобой разговаривать, никогда не приеду к тебе, не подарю тебе подарок на день рожденья. НИ — КО — ГДА. И прикажу всем животным бежать от тебя как от огня. А ты знаешь, я могу. Ты останешься одна со своими гадостями и мерзостями. Совсем одна!

Девочка разревелась в голос, безутешно и громко, растирая слезы по щекам, боясь уйти.

— Алекс, нельзя же так, — укоризненно подала голос Млада, — она же ещё маленькая.

— Не вмешивайся, женщина, — безапелляционно ответил Алекс. Млада всхлипнула и замолчала. Сенди с интересом наблюдала за действом, не понимая, шутит Алекс или серьёзен.

— Прекрати реветь, — обратился парень к Лизе. Девочка послушно перестала выть, подавляя слёзы, рвущиеся наружу, дёргаясь от всхлипываний. — Но ты наша, и мы тебя любим, хорошую или плохую, любим любую. Так не обижай нашу любовь. Я вижу, что тебе стыдно, и ты всё поняла? Это всё. Ступай.

Девочка покивала и села рядом с Младой. Та притянула Елизавету к себе. Девочка доверчиво прильнула к женщине, обняв её двумя руками и закопавшись лицом в её живот. Млада чуть поёрзала, усаживаясь и гладя девочку по голове. Указав глазами на Елизавету и поймав взгляд Алекса, Млада постучала костяшками пальцев себе по лбу. Типа, «Думай, что делаешь».

— Это правильные слёзы, — отозвался Алекс. — С ними выйдет то плохое, что было внутри неё.

— Алекс, ты иногда меня пугаешь, — тихо проговорила Млада, продолжая гладить Лизу по голове.

— Сенди, у меня к тебе деловой разговор. Присядь, — обратился Алекс к девушке. Сенди села в кресло. Кююс бочком подошла к матери и взгромоздилась ей на колени. Тоже прижалась и затихла. «Вот такого отца нужно Кююс, жестковатого и справедливого. Лизка ведь совсем от рук отбилась, а ревёт от одного его взгляда. Моя в её возрасте будет неуправляема…» — промелькнула шальная мысль у Сенди.

— Я слушаю, — спокойно проговорила она.

— Я слышал, ты нашла себе работу?

— Да. Господин Валранс взял меня экономкой, — подтвердила Сенди.

— Какая оплата? — поинтересовался Алекс.

— Меня устроила, — неопределенно ответила девушка.

— Два золотых в месяц, — влезла Кююс.

— Кююс, некрасиво вмешиваться, когда разговаривают взрослые, — строго одёрнула девочку мать, — сейчас пойдёшь в свою комнату.

— Ну ма-а-ам, — протянула девочка, прильнув к матери и хитро поглядывая на Алекса.

— Мама права, тебе лучше помолчать, — нахмурил тот лоб. — Знаешь, Сенди, придется отнести отступные. Думаю, одного золотого хватит. Возьмёшь у Тагира…

— Алекс, — перебила Сенди, — я очень благодарна за помощь, которую вы мне оказали, но я должна сама обеспечивать себя и свою дочь. Это не обсуждается.

— Я не собираюсь брать тебя на иждивение, — хмыкнул парень. — Мне в графство нужен управляющий. Ты лучшая кандидатура. Работа интересная и заработная.

— Вот как, — вскинула бровь Сенди и, ссадив с колен дочь, негромко сказала:

— Иди порисуй, — девочка, недовольно сморщив носик, но всё же пошла за стол. — Разве у ва… тебя нет управляющего?

— Есть. Богдан. Но он… как бы сказать. Он отличный хозяйственник, но у него трактир. Его детище. Он больше радеет за него, чем за графство. Да и потом, он не имеет такого образования, как у тебя.

— Нет, Алекс, благодарю за доверие. Но моё слово — нет, — с непроницаемым лицом отказалась Сенди.

— Нет, так нет, — согласился Алекс. — Ты можешь дать мне пять минут? Просто послушай.

— Хорошо, — согласилась девушка, откинувшись на спинку кресла. Елизавета, заинтересовавшись разговором, выглянула из-под руки Млады.

— Ты отказалась, ничего не узнав. Я хочу кое-что рассказать, чтобы ты имела представление, что тебя ждёт, если ты согласишься.

— Я же сказала — нет, — возразила Сенди.

— Да, я слышал. Ещё ты дала мне пять минут.

— Извини.

— Принято. Так вот. С чего начать-то? Ладно, будем по порядку. В графстве три баронства. У Неркулова хозяйничает моя жена Миленка, Ульрих управляется со вторым баронством. Барона Турорна не видел, но он рвется встретиться. Графиня Марианна, тоже моя жена, живёт в замке. Пытается управлять графством, но чем скорей у неё забрать эти обязанности, тем лучше для всех. В замке стоит артефакт по имени ЗАК.

— Наслышана, — сдержанно вставила Сенди.

— Отлично. Тогда дальше. Чтобы эффективно управлять, нужно поощрять и наказывать. Поэтому ЗАК тебе передаст необходимые свитки для гномьего банка. Деньги будешь брать там. Сколько нужно. Все расходы должны идти только через тебя. Никакой самодеятельности со стороны моих домочадцев. Если тебе потребуются счетоводы, нанимай. ЗАК прекратит выдачу разных диковинок по запросам жителей. Только с твоего разрешения. Это касается всех. И моих жён в том числе. Их-то, как раз, в первую очередь. Будут возмущаться — отправляй ко мне, я объясню им, кто, что и кому должен. Дальше. Больной вопрос — паломники. Моя затея дала совсем не те результаты. С отцом Гирдоном решишь, куда перенести исцеляющую сферу, ЗАК за сутки построит помещение. Лучше это сделать ближе к пропускному пункту и подальше от замка. Сейчас замок как проходной двор. Шляются все, кому не лень. Около шлагбаума, это на въезде в земли графства, можно и церковь сделать. Предложишь это Гирдону, пусть займется проектом. Думаю, он купится на церковь большего размера.

— Алекс, ты рассказываешь, как будто я уже согласилась, — вставила Сенди, — но это не так.

— Я помню, — кивнул парень и продолжил, — проведешь инвентаризацию имущества в замке и в графстве. Привлечешь ЗАКа, он очень поможет с этим. Также проведи перепись населения. Нужно знать, сколько у меня подданных. Что еще…

— Алекс, я изучала методы и правила управления подконтрольными территориями, — опять не смолчала Сенди, — ты рассказываешь известные мне вещи. Это обязательно?

— Точно, — сделал жест рукой молодой граф, — совсем выскочило из головы. ЗАК, передай Сенди телефон.

Перед Сенди материализовался шарик с подвешенным снизу артефактом. Если бы не дуновение ветра от быстрого движения, Сенди решила бы, что они возникли прямо из воздуха. Она нерешительно протянула раскрытую ладонь. Телефон мягко опустился ей в ладошку.

— Как пользоваться, потом ЗАК расскажет…

— Я могу, — подала голос Млада.

— Разберётесь, — согласился Алекс, — а сейчас положи его перед собой.

— Ты уверен, что он мне нужен? — на всякий случай спросила Сенди, но просьбу выполнила. Наклонилась и положила телефон у своих ног. Над ним также возник серебряный шар. Девушка опасливо отодвинула телефон от себя ногой.

— Нужен, при любом раскладе, — сказал парень. — Это сотник Дамир, — прокомментировал он иллюзию бюста мужчины, возникшего на уровне лица Сенди, — запомни, чтобы знать в лицо. Мужик очень хорошо знает военное дело. Дисциплина в дружине на высоте. Любой вопрос по сопровождению обозов или тебя самой, наказанию виновных, воровству и дебоширству — это всё к нему, — лицо иллюзии изменилось, и перед девушкой медленно начал поворачиваться бюст другого воина. Сурового, с косматыми бровями. — Это Енай. Пластун. Организация патрулирования графства, охраны периметра замка и земель, графики движения нарядов, кадровые вопросы воинов, взаимоотношения с соседями — это к нему, — иллюзия в очередной раз перетекла в другие черты. — Это Харлан, — комментировал Алекс, — мой главнокомандующий. Правда, он редко бывает в замке, всё больше в Зимницах. Но этим людям я доверяю как самому себе.

Объёмная фигура опять изменилась.

— Это отец Гирдон! — радостно вскрикнула Елизавета, забывшая про своё «горе», во все глаза рассматривая «фокус».

— Точно, — подтвердил Алекс, — Гирдон. Священник. Бунтарь. Был у безликих. Умный мужик, но своеобразный. С ним аккуратно, про его прошлое не знаю, но по слухам, оно было очень активное. Он человек слова, и предательства от него не будет. Это совершенно точно, — иллюзия сменилась на миловидную девушку.

— Это Милёна! — указала пальцем Елизавета. — Ой, как похожа, ну просто как живая!

— Точно! — усмехнулся Алекс. — Она видящая, в баронстве занимается целительством. Клиенты есть, в основном по женской линии, — иллюзия тут же перетекла в другую женщину, явно постарше, но такую же миловидную.

— Бабушка Жизнемира! — Елизавета уже прыгала около Млады, хлопая в ладоши. Сенди обратила внимание на Кююс, которая, сопя, пыталась что-то рисовать и делать вид, что ей совсем не интересно.

— Верно, Лизок, — открыто улыбался радости девочки Алекс, — бабка Милёнки. Друидка. Тётка очень умная. Не стесняйся, Сенди, советоваться с ней. Плохого не посоветует. С того света не раз меня вытаскивала. Долго живёт, много знает.

Иллюзия раздвоилась и представила взору два бюста. Скуластой девушки и пожилого воина с пронзительным взглядом.

— Это Намин, отвечает за охранный периметр вокруг Проклятого леса. Её дед, Вилс. Воин ещё тот! Они работают над созданием магической сети оповещения, так что в средствах их не ограничивай…

Перед изумленной Сенди появлялись и исчезали всё новые и новые объёмные иллюзии соратников Алекса. Девушка, сама того не заметив, начала задавать наводящие вопросы. Кююс надоело изображать невозмутимость, и она присоединилась к Елизавете, что-то у неё спрашивая, тыча пальцем в иллюзии. Млада сидела тихая, и счастливо улыбалась.

Степи демонов. Алекс

Больше часа я беседовал с Сенди. Мне пришлось применить все известные мне способы вовлечения человека в разговор. С трудом мне это удалось, и девушка, по-моему, сама не заметила, как стала вовсю расспрашивать детали будущей работы. Кроме того, я проверил большинство возможностей телефона.

Этот аппаратище назвать «телефоном» язык не поворачивается. ЗАК впихнул в скромный артефакт кучу возможностей. Обидно, что 99 % возможностей останутся невостребованными, потому что в этом мире мало таких умников как я. Вернее, их совсем нет. Мы закончили только когда Млада пошла укладывать спать притихших Кююс и Лизку. Попрощавшись, я устало вздохнул и потянулся к пустой кружке. Фатей тут же налил в неё кипятку. Видимо, все уже наигрались с ИССами, потому как вокруг сидели воины и с интересом наблюдали голографическое шоу под названием «Я и мои друзья».

— Решил сменить Богдана? — поинтересовался сидевший в сторонке Идар.

— Нет, зачем сменить? Богдан на своем месте. Снабжение, выправка нужд — тут он молодцом. Нужен человек, который будет решать стратегические вопросы. Марианна никакущая, — я отпил кипятку. — Енай с Дамиром охрану земель поставили на высокий уровень. Харлан всё больше Зимницами занимается. А население графства прибывает, кто-то должен управлять всем этим, с хозяйской точки зрения.

— Предполагается, что этим занимается граф, — хмыкнул Идар, — а ты бабу поставил. Справится ли?

— Бабу, говоришь, — усмехнулся я. — Мне показалось, или Алина действительно строила вас как новобранцев?

— Так то ж Алина! — протянул Идар.

— А это Сенди. Она справится, вот посмотришь.

— Время покажет. Только две жены в одном доме… Учитывая нрав Марианны… Не уживутся, — гнул своё Идар.

— Я что-то не понял, — посмотрел я на пластуна. — Во-первых, я не собираюсь жениться на Сенди, а во-вторых, у тебя есть другие предложения? Так озвучь?

— Предложений нет, — пошел на попятную Идар. — В конце концов, все одно дело делаем. Помогут, ежели чего. Ты бы ложился, полночь уж миновала.

— Ты прав, — я встал, потягиваясь, — выходить рано, нужно хоть пару часиков вздремнуть.

Глава 3

Империя. Дворец Императора. Принцесса Веста

Три дня до праздника Равновесия пролетели для императорской принцессы как один час. Викари, служанка, которой удалось вывести Весту из любовного забытья, вдруг стала для принцессы лучшей подругой. Наверное, потому, что она искренне хотела помочь принцессе и не боялась при этом показаться смешной или надоедливой. Так или иначе, но Веста приблизила к себе служанку, советовалась с ней, рассказывала самые сокровенные тайны.

Викари была внебрачной дочкой барона Салватор, поэтому, несмотря на дворянское происхождение, воспитывалась в деревне, вдали от городских соблазнов. Девушка была хоть и простоватой, но доброй и отзывчивой. Она приняла своё положение и не страдала манией «обиженного ребёнка». Это когда во всех своих неудачах винят кого угодно, кроме себя.

Попав во дворец в качестве служанки принцессы, она была вполне довольна своим положением. А то, что Веста приняла её как равную, Викари вообще не заметила, воспринимая это как само собой разумеющееся. Тем более на роль подруги Весты было не так уж много желающих. Верней, не было никого. Принцесса не выходила в свет, не тратила деньги налево и направо, не любила шумных компаний — по мнению элитной молодежи, была «обижена Единым». Между собой её так и звали: «бедная Веста», вкладывая в эти слова самый неприятный смысл.

Сама Веста, будучи девушкой умной, знала истинное отношение к себе своих сверстников из высшей знати, и потому не стремилась к общению. Принцессе пришлась по душе открытость и доброта Викари, и она не стеснялась ни бедного финансового положения своей подруги-служанки, ни её несколько простоватого воспитания.

— Ну вот, ваше высочество, — проговорила служанка, накрывая манекены с костюмами белой простыней, — на завтра всё готово.

— Не называй меня высочеством, — недовольно отозвалась Веста, собирая дорожную сумку, — сколько раз просила. Мы же одни.

— Непривычно мне, — смутилась Викари, — да и по этикету положено.

— И как ты будешь изображать меня? — сердито спросила Веста. — Будешь каждому графу говорить «ваше сиятельство» и кланяться? А?

— Я молчать буду, — нашлась девушка, — я же буду главной. Хочу — говорю, не хочу — не говорю.

— А как же этикет? — с улыбкой спросила принцесса.

— Ну что вы меня пугаете? — сникла служанка. — Я не смогу…

Веста оставила сумку и подошла к служанке. Взяла её ладошки и, глядя в глаза, проговорила:

— Викари, пожалуйста. Это мой единственный шанс увидеть его… Пожалуйста. Мне очень нужно.

— Я понимаю, — несмело улыбнулась Викари. — Страшно мне.

— А уж как мне страшно, — ответила улыбкой принцесса. — Но у нас всё получится!

— Ой, ваше высочество, вы такая смелая! А вдруг ваш Алекс приедет посмотреть на принцессу, а там я? Что он скажет?

— Думаю, будет долго смеяться, — Веста отпустила служанку и мечтательно сложила ладошки под подбородком. — Он такой… такой… сама увидишь!

— Ох, поскорей бы! — мечтательно вторила ей Викари. — Вы мне столько про него рассказали, что я просто лопаюсь от любопытства!

— Всему своё время, — недовольно сдвинула бровки Веста. — Давай последний раз всё повторим.

— Ваше высочество, — жалобно проговорила служанка, — мы же только что всё повторяли.

— Ну… последний раз, — просительно сказала Веста.

— Утром я помогаю вам надеть ваш костюм и надеваю свой, — обреченно начала Викари. — Девушки для вашей свиты будут уже ждать. Мы едем на праздник. Когда его величество уезжает на охоту, вы жалуетесь на головную боль уходите в свой шатёр. Там мы с вами меняемся одеждой. Вы идёте искать господина Алекса, а я остаюсь болеть вместо вас. Когда вы приходите с ним, мы… — девушка задумалась. — А что мы будем делать?

— Не знаю, — счастливо улыбалась Веста, — Алекс придумает! Ладно. Всё, иди. Мне нужно ещё с Илоной переговорить.

— Хороших сновидений, — сделала реверанс Викари и, немного постояв, словно желая что-то добавить, повернулась и пошла из спальни принцессы.

— И тебе, — пробормотала ей вслед Веста.

Идея самостоятельно найти на празднике своего возлюбленного возникла в голове у принцессы три дня назад, когда она примеряла костюм для праздника Равновесия. Девушка вдруг отчётливо осознала, что если так и дальше будет сидеть и ничего не делать, чтобы встретиться с Алексом, то не увидит его никогда.

Веста испугалась этого знания и, немного подумав, поняла, что это действительно так, и пугаться тут нечего. А как только поняла, сразу же составила план. Поэтому на праздник Равновесия было сшито два предмета. Брючный костюм, с жилеткой и блузкой из плотной ткани, со шляпкой и вуалью. И второй, простое платье с охотничьими мотивами, так же со шляпкой и вуалью. Именно в этом скромном платье Веста собиралась обойти все места на празднике, чтобы найти Алекса и наконец-то объясниться с ним.

— Это неудачная идея, — раздался голос КИВа от камина, — вероятность положительного исхода вашей затеи менее 2 процентов.

— КИВ, — недовольно сказала девушка, повернувшись к камину, — ну почему ты меня всё время пугаешь?

— Извини, дочка, просто предупреждаю.

— Даже если я его не найду, а я найду!.. — твердо проговорила принцесса, и, помолчав, добавила: — Я хотя бы увижу праздник. А то каждый год сижу в этом шатре и слушаю лживые речи напыщенных девиц. Знаешь, как это надоело?

— Догадываюсь, — сочувственно сказал ИскИн.

— Тогда не мешай. Я хочу переговорить с Илоной, — Веста села на кресло у камина и набрала на телефоне номер своей партнёрши по бизнесу и, как она раньше думала, подруги.

— Добрый вечер, — проговорила принцесса, дождавшись ответа, — как дела? У меня тоже нормально… Нет, я не по фонду. Ты завтра приедешь в Старград на праздник?.. Да, я поеду. Папа сказал, что нужно быть обязательно. Там же королевская охота будет. Да… Специально привезли Зверя… Не знаю, я его не видела… Илон, ты меня извини, я тебя уже замучила вопросами… Да, про него… Даже так?.. Он так тебе сказал?.. Надеюсь, он найдёт минутку поприветствовать императора… Согласна, может и не найти… Ну хорошо, извини что побеспокоила… И тебе спокойной ночи. Если всё же будешь в Империи, приходи на праздник, посплетничаем.

Веста отложила телефон и долго сидела глядя перед собой. Она понимала, что все её надежды на встречу очень и очень зыбки, и скорей всего не сбудутся.

«Он в степях демонов… Непоседа, — грустно улыбнулась девушка. — А я тут сижу целыми днями на одном месте, — мысли текли медленно и размеренно. — Если Единому угодно соединить нас, то Алекс найдёт время приехать на праздник, а я его обязательно найду… В конце концов, хотя бы попытаюсь».

— КИВ, скажи, что нужно сделать, чтобы стать счастливой? — негромко спросила принцесса.

— Я не знаю, ваше высочество, — отозвался «дух дворца», — тысячи лет я наблюдаю за обитателями дворца. Вижу все их переживания, надежды, устремления, но я так и не понял, что нужно человеку для счастья.

— Я не про то спрашиваю, — улыбнулась девушка, — для счастья человеку нужно любить и быть любимым. Это известно всем. Непонятно, как этого добиться…

— Вы не правы, ваше высочество, — возразил ИскИн, — любовь — это чисто биохимический процесс. Я могу по вашему желанию воздействовать на вас и вызвать ощущения и эмоции, которые вы называете любовью.

— Нет, КИВ, не нужно, — покачала головой принцесса, — ты великий маг и думаешь, что можешь управлять любовью… Но это не так, КИВ. Любовью нельзя управлять или вызвать как сон, как дождь или ветер. Любовь… она даруется Единым, Матерью Природой… но не магами. Нет. То, про что ты говоришь — это не любовь. Вот если взять ветер. Понимаешь? Он от Природы. Он сам по себе, его никто не создаёт. Если на меня махать опахалом, тоже ветер, но он не настоящий. Понимаешь?

— Извини, дочка, — мягко проговорил ИскИн, — все мои знания не могут позволить мне чувствовать то, что чувствуешь ты…

— Прости, КИВ, — улыбнулась Веста, — не обижайся.

— Эта эмоция, как и любая другая, недоступна для меня. Я не человек. Я не умею обижаться.

Империя. Имения Неркулова. Намин

Ясмин ещё только позолотил кромку леса, когда бывшая рейнджерша уверенным шагом шла из гостевого дома в дом барона Неркулова.

В трапезной уже хозяйничала Милёна.

— Доброе утро, — поприветствовала она, — я уже хотела идти будить тебя.

— Я опоздала? — нахмурила брови Намин.

— Почти, — друидка начала разливать кипяток по кружкам. — Садись, завтракать будем.

— Не передумала? — рейнджерша села за стол. — Если кто-нибудь узнает, плохо придётся обеим.

— А кто узнает? — беззаботно отмахнулась Милёна. — Марианка в Светлояр укатила, Алекс у демонов, Зулка у орков, а остальным до нас нет никакого дела…

— Это ты так думаешь, — Намин подула на горячий отвар в кружке и пригубила ароматный напиток.

— Да брось ты, — не унималась друидка, — мы же быстро. Туда и обратно.

— Ыгы, — задумчиво согласилась рейнджерша. У самой же мысли были совершенно не о предстоящей вылазке в Проклятый лес.

Перед мысленным взором Намин пролетели воспоминания о том, как она жила на заставе Дикого леса, как неоднократно перед походом в лес, вот так же с дедом пила отвар и слушала его наставления. У девушки никогда не было подруг, да что там подруг, все знакомые были только по работе. В основном мужчины, потому что женщин в рейнджерах были единицы.

Проклятый лес — это, конечно, не Дикий. Тут опасностей поменьше, но беда в том, что Намин многих из изменённых животных и растений местного леса видела впервые и не знала, что от них ждать. Только интуиция и опыт, приобретенный в Диком лесу, спасали её от фатальных ошибок. И вот теперь она согласилась проводить свою первую и единственную подругу на самый дальний опорный пункт в Проклятом лесу.

— Ты уверена, что наша ходка так уж нужна? — спросила рейнджерша.

— Я тебе уже сто раз говорила, — недовольно отозвалась друидка, — ты хочешь родить нормального ребёнка?

— Да, — Намин отпила горячий напиток, — но Алекс уверяет, что всё и так будет нормально. Вон и РИТА подтвердила.

— Намин! — воскликнула Милёна. — Я, конечно, верю всему этому. Но пойми, друиды не зря считаются лучшими целителями. У нас никогда не рождаются дети с уродствами или мёртвыми. Если бабушка меня отпустила, вот такую, — девушка указала на свой округлый животик, — это что-то значит.

— Так может в другой раз? Подготовимся как следует, опорный пункт оборудуем. Там ведь сейчас только шалаш да пара сигналок.

— Двулистник цветёт один раз в несколько лет, в дни Равновесия. Найти его — большая удача, — начала убеждать подругу друидка, — и потом… Нам нужно сейчас, а не когда-то там.

Помолчали, потягивая горячий отвар, думая каждая о своём.

— Алекс всё равно узнает, — проговорила Намин, — нам попадёт.

— Ну и пусть, — отмахнулась друидка, — дело-то будет сделано, — и, помолчав, добавила: — Ты его боишься?

— Нет, — ответила Намин, — но неприятности никому не нужны.

— Нельзя бояться своего мужа, — сказала Милёна, беря очередной крендель с блюда и опуская его в кружку с отваром, — это неправильно.

— Он мне не муж, — буркнула Намин, но Милёна услышала.

— Ты носишь его ребёнка…

— Это ничего не значит. Он мой наниматель, понятно? — грубовато отозвалась Намин.

— Конечно. Что ты разнервничалась? — спокойно ответила друидка, грызя размякший крендель, — не хочешь за него замуж, не ходи. Никто неволить не будет.

— Он не предлагал, — помолчав, проговорила Намин и отодвинула отвар. — Мне и одной нормально. Идём?

— Вот смотрю на тебя, — как будто не слыша подругу, сказала Милёна, — вроде умная женщина, но иногда ведёшь себя как ребёнок. Ты вообще-то знаешь, что на одного мужика приходится двадцать одна женщина?

— Откуда такие сведения? — небрежно поинтересовалась Намин.

— РИТА сказала. Так вот, ты думаешь, он тебя упрашивать будет стать его женой? Не будет! Это я тебе точно говорю, — девушка помолчала, пережёвывая, и, проглотив, продолжила. — Но в то же время, ни за что и не откажется от тебя. Ты мать его ребёнка, а ты видела, как он к детям относится? Как… я не знаю, к святым угодникам, даже ещё трепетней. Так что не рассчитывай, что сможешь от него отвязаться…

— Я и не собираюсь, — перебила Намин.

— Ну вот и хорошо, — друидка наконец допила отвар. — Значит, наша с тобой задача — родить здоровых и крепких детей нашему мужу, — театрально улыбнулась она подруге.

— Да ну тебя, — отмахнулась Намин, — пошли давай, скоро светать будет.

— Потом приберёмся, — согласилась Милёна. — Цветок нужно на рассвете сорвать, а нам до него долго идти?

— Минут двадцать, — кивнула Намин. — Догоняй, — и вышла из трапезной.

Намин шла к портальной весьма озабоченная. Разговоры о женитьбе очень расстраивали её. Она вроде как понимала, что если поставить её и Милёну рядом, то это как фазана рядом с вороной. Любой мужик предпочтёт более миниатюрную и красивую друидку, но… Милёна была так убедительна, что рейнджерше хотелось верить, что подруга права, и в сердце Алекса найдётся уголок и для неё.

Намин вздохнула, отгоняя ненужные мысли. Рейнджерша не раз была свидетелем, как погибали вполне умелые и знающие воины — только потому, что их мысли были заняты не проблемами ходки, а душевными переживаниями.

Милёна догнала Намин почти около портальной. На лавке возле дверей сидели Дамир, Жизнемира и еще два воина. Подруги, выйдя из-за угла, удивлённо остановились.

— Бабушка? — Милёна сжала губы, предчувствуя ссору.

— И тебе доброе утро? Готовы? — ведунья поднялась, за ней встали Дамир с воинами.

— Что вы тут делаете? — с прохладцей в голосе спросила Милёна.

— То же, что и вы, — Жизнемира улыбнулась внучке. — Что ты как симфеон колючки выставила? Ты думала, я отпущу тебя одну?

— Ну мы же договорились… — начала Милёна.

— Конечно. Я сказала, что цветок нам действительно нужен. Запасы уже закончились.

— Ты знала? — обратилась Милёна к Намин.

— Нет, — отрицательно покачала головой рейнджерша, — но Жизнемира права. Тот участок леса ещё не обследован, и лишний меч нам не помешает.

— Сговорились… да?.. — на глазах молодой друидки навернулись слёзы. — За маленькую меня держите? Каждый шаг контролируете…

— Мы, дочка, просто заботимся о тех, кто нам дорог, — мягко возразил Дамир.

Степи демонов. Алекс

Утро для меня наступило неожиданно. Здорово же я вымотался, либо почувствовал себя в безопасности, потому что Идар разбудил меня далеко не с первого раза.

— Извини, владыка, — негромко проговорил он, когда я подал признаки осмысленных движений, — демоны отряд для встречи выслали. Они скоро будут тут.

Только тут я заметил, что кибитка, в которой я спал, качается на неровностях степных дорог. Время — 7:57.

— Блин, уже восемь! Давно идём? — я сел, протирая глаза и взлохмачивая себе волосы на голове. Идар шел рядом с телегой:

— Часа три. Всадники навстречу скачут. Думаю, нас встречать.

Дал команду МУНу на осмотр территории.

— Два десятка, сближение десять минут. Встаю, — прокомментировал я увиденное, прогоняя по собственным энергоканалам живительную энергию, чтобы проснуться, — командуй остановку.

— Хорошо, — пластун исчез из поля зрения. Раздался его окрик и наш небольшой караван остановился.

Когда отряд демонов достиг нас, я был уже в порядке. В сопровождении двух пластунов вышел вперёд своего каравана. Демоны начали гарцевать на своих невысоких лошадках вокруг нас.

— Кто старший? — выкрикнул на всеобщем один из демонов, успокаивая свою лошадь.

— Граф Андер с визитом к Гариф-бышу, — громко крикнул я.

— Следуйте за нами, граф, — крикнул предводитель, — и без глупостей!

«Это смотря что глупостями называть», — прокомментировал Первый.

* * *

Стойбище Гарифа увидели после очередного поворота. Всё это время строения стойбища от нас закрывала роща с невысокими деревьями. Хорошо спрятался демонский вожак. До последнего не видно его стан.

Подъехав ближе, начал рассматривать стойбище, привлекая к этому и МУН. Обычное поселение, в котором понятия не имеют об архитектуре и элементарных вещах инфраструктуры. Ну ладно, пусть они крутые воины и не боятся нападения, поэтому нет частокола, но дикие животные же тут есть? По мне, хоть какой-то забор должен огораживать территорию. Тут такого не было. Даже конюшен не было. Где они сено на зиму прячут? Или весь табун на зимние пастбища уводят, а сами пешком ходят? Непонятно.

Жилища были совершенно разнообразные по внешнему виду. Были тут и казахские юрты, и пародии на хижины древних славян, и каменные сараюшки. Всё это бессистемно располагалось на небольшом участке. Похоже, понятие улиц отсутствовало как класс.

Хотя нет, система всё же была, если посмотреть с высоты птичьего полета. В центре огромное каменное строение с шарообразной крышей. Прямо планетарий какой-то. Вокруг этой обсерватории, являющейся, по всей видимости, родовым замком этого самого Гарифа, по трем расходящимся спиралям располагались жилища его подданных. Каменные, деревянные, из шкур животных. Спирали довольно чётко просматриваются. А вот когда идешь по земле, этих спиралей не видно и кажется, что всё стоит в хаосе. Интересно, зачем им такое расположение домов? Эх, была бы Кара, объяснила бы.

Призвал МУН к себе поближе:

— Внимание! Всем режим повышенной готовности, — вполголоса проговорил я, используя возможности ИССов для оповещения своего воинства, — не нравится мне их замок. Тёмный он.

— Принято, — отозвались Идар и мастер Юл. Они были за старших и дублировали мои распоряжения своим подчинённым. Ну вот и проверим индивидуальную связь в полевых условиях.

Мы медленно шли по стойбищу в направлении центрального «планетария». Местные жители бросали свои дела и выходили посмотреть на гостей. Мальчишки гурьбой бежали за нами, комментируя наши одежды, откуда мы, почему с нами старый демон, и так далее. Обычная встреча незнакомцев в любом поселение аборигенов любого мира.

Все жители были на одно лицо, с небольшими вариациями. Узкие глаза, чуть сплюснутый нос на широкоскулом лице. Причем у одних восточный тип лица был выражен весьма сильно, у других только широкие скулы выдавали причастность к одной расе.

Морщинистые старики смотрели на нас бесцветными глазами, пожилые женщины, под стать им, перешептывались. Местная молодёжь кучковалась отдельно, отпуская непристойные шутки в наш адрес. Благо, никто из моих спутников не понимал их, иначе уже была бы стычка интересов…

Наконец наш караван остановился на довольно большой площади, перед центральным домом-планетарием. Демоны, сопровождавшие нас, спешились и отдали коней своим подручным. Сами же встали в оцепление. Всё грамотно делают, не торопясь, сноровисто. Видна воинская выучка и дисциплина.

— Ты пойдешь с нами. Остальные ждут, — ткнул в меня пальцем предводитель демонов, немолодой уже воин со шрамом на лице.

— Нет, — ответил я на языке демонов, — со мной пойдут те, кого я посчитаю нужным. Либо мы никуда не пойдём, и Гарифу придется самому выйти к нам.

— Не забывайся, человек! — воин довольно умело справился с удивлением от того, что я обратился к нему не на всеобщем. — Ты не дома. Командую тут я.

— Хочешь проверить наше воинское мастерство? — как бы невзначай я приподнял ладошку и сотворил над ней светляк размером с яблоко. — Это ведь твой дом? Верно? Подумай, стоит ли?

Воин кинул взгляд на светящийся шарик, потом на ощетинившегося Первого, незаметно сглотнул:

— У меня приказ. Только ты.

— Пойди доложи, что я отказался, — предложил я. — Приказы нужно выполнять. Мы ждём.

Предводитель демонов постоял, сдвинув в задумчивости брови и наморщив лоб. Потом кивнул:

— Ждите, — развернулся и быстрым шагом удалился, исчезнув в большом проеме-входе в «планетарий». Я хотел было послать за ним МУН, но что-то остановило меня. Интуиция? Наверно.

Ждать пришлось недолго, буквально через минуту предводитель демонских воинов бегом вернулся:

— Возьми четверых, остальные ждут, — приказал он. — Это последнее слово.

«Этого достаточно, — прошелестел голос Идара в моей голове, — не будем всё усложнять».

— Хорошо, — согласился я.

Мы двинулись за своим провожатым. Нас очень ловко окружил десяток демонов. Всё-таки воинская выучка у них на высоте. Мне это понравилось.

«А демоны-то неплохо сработаны, — прокомментировал я свое мнение, — грамотно оцепили нас».

— Это и напрягает, — нейтрально проговорил Идар.

Оказывается, вход был вовсе не входом, а всего лишь предбанник. Основной вход был впереди. Две колонны и перекладина с барельефом устрашающего вида монстра обозначали главный вход. Перед самыми дверями сопровождавший нас демон остановился и, повернувшись, сказал:

— Арвенда оставь тут.

— Он пойдет со мной, — глядя в глаза демону, не согласился я. Поиграл с ним в гляделки. Конечно, он проиграл, при этом руна страха немного помогла мне.

— Вас ждут, — отошел демон в сторону. Два гороподобных мужика отворили перед нами толстые створки ворот. Рядом со мной семенил Первый. Юл и Идар слева и справа, Варун и воин из безликих, по-моему Крег, шли сзади нас.

Шаги гулко отдавались в тишине огромного зала. Освещение было довольно скудным, поэтому я видел окружающих в серых тонах. В эмоциональном плане полная тишина. Зал занимал не более трети от общего объёма «планетария». Значит, были подсобные помещения. Вдоль стен — массивные гладкие колонны, на которых и покоился купол здания.

Впереди — пирамидообразное возвышение мрачного вида, венцом которого был трон. Причём слишком большой для обычного человека. Широкие ступени вели от самого пола до трона. Немного. Десяток, не больше. Таким образом, трон возвышался над полом метра на два.

У меня было стойкое ощущение, что данный ансамбль из ложа и возвышенности предназначен для кого-то более крупного, чем среднестатистический человек, ну или там демон.

На троне восседал некто в накидке, и второй некто стоял справа от трона. В полутьме не очень-то разберешь их лица. Только силуэт. Накидки делали их совершено одинаковыми. Нужно отдать должное строителям и дизайнерам помещения. Впечатление создавалось давящее и угнетающее. Пахло сыростью.

«Мерзко тут», — пришло подтверждение моих ощущений от Первого.

Когда мы достигли приблизительно половины расстояния от дверей до трона, меня ждал первый сюрприз. В гнетущей тишине, нарушаемой только звуками наших шагов, чётко прозвучал стук от падения МУН и характерный звук катящегося шарика.

«Всем нулевая готовность, — предупредил я своих спутников, — МУН отказал. Это плохо».

Мы остановились.

— Уходим? — вопрос Юла.

«Ждём, — мысленно предупредил я, готовый в любую секунду перейти в боевую ипостась, — если что, вы вкруг, эти клоуны мои».

«Правый мой», — арвенд почувствовал общее настроение.

— Принято, — продублировали Идар и Юл. Первый замер на полусогнутых, беззвучно скалясь на силуэт хозяина дома.

«ЗАК, у меня отказ МУНа. ЗАК!» — в ответ тишина. Странно, с Юлом и Идаром связь есть, а с ИскИном нет. Серая мгла отгородила меня от связи с внешним миром. Прикольная «комната страха», обделаться можно с перепугу.

Повисла гнетущая тишина. Секунда, вторая, третья… Вдруг от хозяина, восседавшего на троне, в нас ударил светло-голубой луч света. «Необычный фонарик», — мелькнуло в голове. Что-то произошло, только что?

Время остановилось. Мои спутники застыли в мыльных пузырях, дублирующих их тела. Ничего себе! Демоны используют статис как оружие. К такому я был совершенно не готов.

Между тем некто, стоявший справа от трона, сорвался с места. Перепрыгивая через широкие ступени, демон перетёк в боевую ипостась, превратившись в огромную пантеру угольно-чёрного цвета. Рога на голове и подобие крыльев делали монстра похожим на мультяшного дракона. Чёрный плащ, мгновенье назад висевший на плечах демона, застыл в воздухе замысловатой фигурой. Это значило, что он движется в режиме максимального ускорения.

Зверь в несколько прыжков достиг меня. Преодолевая сопротивление воздуха, я рванул навстречу. Только школа, пройденная в Диком лесу, позволила мне встретить противника в боевом виде. Сработал эффект неожиданности, и я не сумел подготовиться к встрече с этой кошкой-переростком, поэтому был сбит с ног мощным ударом передних лап. Крутанувшись в воздухе, я приземлился на все четыре лапы, рыкнув и прилагая огромные физические усилия, развернулся лицом к противнику. «Это не воздух, это карамельная жижа!» — пришла в голову совершенно глупая мысль. Хвост замер над левым плечом. Ну всё, пантера недоделанная, конец тебе!

Моё перевоплощение удивило противника. А вот эмоции твои мне совсем ни к чему! На автомате я закрылся. Впиваясь прочными когтями в гранитный пол, преодолевая тягучее сопротивление воздуха, рванул на противника. В прыжке врезался в пантеру, обхватывая её туловище лапами и вонзая когти в мягкое тело врага. Отдалённо почувствовал боль в боку от когтей пантеры и её зубы на левом плече. Так быстро я ещё никогда не двигался.

Мы тяжело упали на камни, перекувырнулись и врезались в каменную колонну около стены. Причём о колонну приложился спиной я. По-моему, у меня внутри что-то хрустнуло. Не хватало, блин, самому себе спину сломать! Вот теперь я разозлился. По-настоящему.

Демон-пантера попытался освободиться. Он с силой толкнул меня лапой, вонзая свои когти мне в грудь. Но я не собирался отпускать его, и потому его манёвр не совсем удался. Моя правая лапа соскользнула, увлекая за собой приличный клок плоти противника. Я тут же вонзил шип своего хвоста в раненый бок пантеры. Зверь дико заревел, разомкнув пасть и освобождая моё плечо.

Странно, но ожидаемого эффекта от удара хвостом не получилось. Я не смог раскрыть шип внутри. Между ребрами застрял, что ли? Пришлось срочно выдернуть хвост назад, потому как демон, воспользовавшись моим замешательством, сумел оттолкнуть меня. Вот козёл! Чуть хвост мне не сломал.

Рыкнув, я перекатился через спину и мощно прыгнул на спину противника, сбивая монстра с ног. Его попытка развернуться при падении привела к тому, что теперь уже он встретил спиной каменный пол.

Прижав передними лапами грудь рогатой твари к полу, я выпустил когти, фиксируя его в этой позе. Финальный удар хвостом в глаз супер-кошки должен был положить конец нашему бою.

«Пощады, быш-во», — прогремел в голове женский голос. Мой смертоносный шип замер в миллиметре от зрачка пантеры. От неожиданности я замер, заглядывая в глаза жертве. В глазах страх и… слёзы. — «Пощады, быш-во. Умоляю!»

Время скачком вернулось к нормальному ходу. Справа от трона с шорохом опустился на пол плащ демона-пантеры. Верней, как оказалось, демонессы. Значит, на весь бой ушло несколько секунд.

— Алекс-быш, прошу извинить за недоразумение, — раздался под сводами зала мужской голос демона, невозмутимо восседавшего на троне.

Адреналин от боя не давал сосредоточиться. Я утробно рычал, готовый в любую секунду прикончить пантеру-переростка. С моего носа на лицо поверженного врага капала кровь, отвлекая своим хлюпаньем, левое плечо нещадно пекло. Зараза зубастая! В тишину зала ворвались звуки дыхания моих спутников, стон Крега.

«Опять сам развлекаешься?» — укоризненный голос Первого.

— Владыка? — восклицание Идара.

— Алекс? — мастер Юл.

Вздохнув, я отодвинул напряжённо подрагивающий шип от глаза зверя.

— За мной долг жизни, — хриплый голос демонессы.

Сойдя с груди распластавшейся пантеры, я направился к трону, перетекая в человеческое тело.

— Варун, осмотри Крега, — распорядился на ходу, окинув взглядом лежавшего около противоположной стены безликого. Парню досталось «по самое не могу». Даже на беглый взгляд были видны серьезные раны.

Накрутил на ладони руны молний, протянув направляющие к восседавшему на троне демону. Теперь только при намеке на агрессию с его стороны, я его испепелю.

Идар с Юлом догнали меня и пошли рядом. Остановились около пьедестала. Демон поднялся с трона и начал спускаться к нам. Это был мужчина средних лет, крепкий, с волевым лицом и проницательным взглядом.

— Это недоразумение, — говорил он на ходу, — виновная наказана, — кивнул он за мою спину.

Секунда, чтобы осмотреться не поворачивая головы, используя визуализацию. На месте пантеры-переростка лежала обнажённая женщина, в позе зародыша, со стоном прижимая ладони к животу. Под ней растекалась лужа крови.

— Жду объяснений, — тяжело проговорил я, медленно убирая каплю крови со своего носа.

— Конечно, — хозяин остановился напротив, — ты не похож на демона. Бальжим ошиблась. Ты справедливо наказал её.

— А ничего, что пострадал мой воин? — спросил я, глядя демону в переносицу. Тот помолчал, потом кивнул:

— Десять золотых и пять девственниц. За неучтивый прием.

Во мне стала вскипать злость на этого отморозка, который оценивает человеческую жизнь в золотых и невинных детях.

«Не кипятись, — успокаивающий голос Первого, — просто убьём его. Это будет справедливо».

«Убьём, но не сейчас», — ответил я коту, стараясь успокоиться.

«Думаешь, он даст такую возможность во второй раз?» — скептически спросил Первый.

«Владыка, Крег очень плох», — вернул меня к действительности голос Варуна.

— Ты должен мне разговор, — проговорил я, всё так же не отрывая тяжелый взгляд от демона, — сейчас я должен помочь своему человеку.

— Твоё право, — кивнул мужчина. — Я Гариф, хозяин здешних земель, жду тебя в зале Доблести. Как закончишь, тебя проводят.

С этим демон развернулся, почти на месте, и удалился. Тяжёлые шаги гулко отдавались под сводами зала Встреч.

— Ну и порядки у них, — пробурчал я, — бабу свою даже взглядом не одарил.

— Они — демоны, — прокомментировал мастер Юл. — Побеждённый не достоин жалости. Тем более, побеждённый Высший. Когда она умрет, шудры выволокут её в степь и оставят на съедение лакшакам.

— Придурки, и обычаи у них придурашные, — пробурчал я, подходя к Крегу и начиная осмотр. — Потерпи, — я наложил исцеляющую руну, потом кровоостанавливающую.

— Прости, мастер, — прошептал безликий, кашляя кровью, — не помню… как так… всё быстро…

— Молчи, — приказал я. — Юл, наших сюда.

— Сделаю.

— Первый, помоги.

«В смысле?» — не понял кот.

«Шугани там непонятливых», — прокомментировал я свою просьбу, осматривая раны Крега. Ничего, жить будет. Пара рёбер сломана. Это поправим, а вот ушиб мягких тканей, множественные разрывы связок — не мой профиль. Видимо, парень попал под удар, когда мы резвились с этой демонессой-пантерой. Энергии тут совсем мало. Всё серое, безжизненное. Чтобы удержать парня в сознании, пришлось делиться собственными ресурсами, которых и так было в обрез. На лечение собственных ран ушла львиная часть запаса моих сил.

Раздались торопливые шаги. К нам спешили воины из безликих.

— Аккуратно, — я поднялся с колена, — берите его, и на свежий воздух. Не спешите. Ему движение противопоказано, рёбра сломаны.

— Берите вот тут и тут, — начал командовать мастер Юл, — вместе… И-и-и! Взяли.

«Первый, найди МУН, — обратился я к коту, пришедшему вместе с безликими, — он вон туда покатился», — указал я рукой в сторону. Кот засеменил в указанном направлении.

Я направился к стонавшей около стены женщине. Ну не могу я вот так уйти и бросить того, кому могу помочь. Пусть даже врагу.

Видимо, КЗОПа у них нет, потому что демонесса лежала нагая, корчась от боли, вывалявшись в грязи вперемешку с кровью.

Ну-ка, посмотрим, что я тут натворил. Я уже не воспринимал её как врага, с которым только что бился насмерть. Это была просто раненая женщина, которой было больно. Даже сквозь свою защиту от эмоций я слышал отголоски её мук. «Может, добить?» — мелькнула шальная мысль, от которой мне стало стыдно.

— Добей, быш-во, — словно услышав мои мысли, прошептала женщина, — подари лёгкую смерть, — и стон, полный муки.

Вот и пойми этих женщин. То пощади, то добей.

— Не мешай, — рыкнул я на языке демонов, осторожно поворачивая её на спину, — с такими мозгами сдохнешь и без моей помощи.

Девушка была совсем молодой. Развитая мускулатура и маленькие бугорки грудей в сочетании с короткой стрижкой делали её похожей на подростка. Она нехотя повернулась, зажимая рану в боку. Посмотрел на рану демонессы в истинном зрении. Порваны органы, названия которых я не знаю. Ну кишки — понятно, а вот это что, поджелудочная? Или селезенка? Нет, хирург из меня никакой. Значит, буду делать то, что умею. Наложил на неё руну остановки крови, общеисцеляющую руну. Небольшое головокружение известило меня, что так бессовестно растрачивать собственные ресурсы — преступление. Кровь остановил, остальное потом.

— Идар! — окрикнул я пластуна, помогающего Первому найти МУН. — Давайте эту тоже на улицу.

Я пошел на выход, бормоча под нос проклятья на головы этих бестолковых демонов с их законами и обычаями.

На пороге «планетария» были только мои воины да несколько любопытных пацанов. Из местных воинов только гороподобные мужланы, открывающие ворота в цитадель. Остальных не видно. Доверие или самоуверенность. После того, что я видел внутри, не удивлюсь, если у них есть оружие и пострашней статиса. А это вызывает иллюзию всесильности. А может, Первый постарался? Неважно… Я несколько раз вздохнул всей грудью, сделав круговое движение руками, набирая такую нужную мне энергию.

Крега положили на походный плащ, в тени около стены, подложив под голову валик из другого плаща. Парень тяжело дышал, потея от потери сил.

Я присел около него. Энергии вокруг предостаточно, значит, лечение будет более эффективно. Руны, накладываемые на безликого, были насыщенные. При этом я пытался энергетически воздействовать на сломанные ребра, чтобы придать им нормально положение. Частично мне это удавалось. По крайней мере, дыхание у парня стало не такое прерывистое и сиплое. Хорошо, что ребра не проткнули легкое, тогда все мои старания были бы напрасны. Еще пара рун, и руна сна под занавес. Наркоза у меня нет, пусть поспит. Сон — это отличное средство для выздоровления.

Ещё раз окинув в истинном зрении раны Крега, я решил, что тут моя помощь больше не нужна.

— Юл, — подозвал я мастера, — грузите его в телегу. Не перебивай, — предупредил я возникающее возражение мастера, — вывезите за пределы стойбища, там слева была рощица, ну так… пяток деревьев.

— Помню, — подтверди Юл.

— Идёте туда, активируешь портал. Кстати. ЗАК, ты на связи? — толкнул я запрос.

«Да. Ты отключился, думал, тебе нельзя мешать», — прокомментировал ИскИн своё молчание.

— Позже потолкуем. Сейчас мастер Юл установит портал. У нас раненый. Переправишь его в КУЦ, в лечебный комплекс.

«Принято. Мэри начала экспресс-тестирование лечебного оборудования», — доложил ЗАК.

«Я нашёл МУН», — прошелестел в голове голос Первого.

«Неси его сюда. Быстрей, пока Юл не ушёл», — попросил я кота.

— Юл, погодь. Сейчас Первый принесет МУН, его ЗАКу на анализ.

— Хорошо, — кивнул мастер и пошёл организовывать перевозку Крега.

«ЗАК, когда мы вошли в жилище демона, МУН перестал работать. Мне нужен полный анализ того, что произошло», — отдавал я распоряжение, направляясь к демонессе, одиноко лежавшей в противоположной стороне от нас. Ну и нравы у них тут. Видят же, женщина ранена, умирает. Никто не приблизился и даже не попытался оказать помощь.

Подойдя к ней, присел рядом.

— Ну что, Бальжим, как ты? — спросил я. Девушка приоткрыла свои тёмные глаза. Невидяще осмотрелась, прошипела что-то неразборчивое, и смолкла.

— А вот фиг ты угадала, — проговорил я, поддавая ей энергии и останавливая кровь, сочившуюся из бока. Немного помогло. Аура чуть засветилась, набирая ярко-красные тона.

«Юл, — обратился я к мастеру через ИСС, — слышишь?»

«Да», — коротко отозвался наставник безликих. Я посмотрел, как грузят Крега на телегу, выделил Юла.

«Эту тоже забирайте. Не смогу я ей помочь», — приказал я.

«А нужно? — голос Идара, — она чуть тебя не убила. Крег, вон, еле жив».

«Нужно. Сейчас она просто умирающая женщина. Пусть и враг, — и, прекращая пререкания, гаркнул: — выполнять!»

«Что, самка приглянулась?» — поинтересовался Первый, глядя, как два безликих довольно бесцеремонно подхватили демонессу и потянули к телеге с Крегом.

«Очень смешно», — ответил я коту и вслух для Идара:

— Идар, бери четверых, и за мной. Нужно побеседовать с хозяином этой богадельни!

«Уверен?» — голос пластуна.

— Абсолютно, — хмуро ответил я. — Зря, что ли, мы сюда столько дней топали…

Глава 4

Проклятый лес. Дальний форпост. Намин

Ходка в изменённый лес — занятие не для каждого мужчины, что говорить о беременной женщине? Намин уже сто раз пожалела, что рассказала Милёнке про этот дурацкий цветок, и уж тем более, что согласилась на эту авантюру.

Строительство заградительных сооружений в Проклятом лесу наполнило жизнь Намин новым смыслом. Конечно же, ей помогал её дед. Старый Вилс с энтузиазмом взялся за проектирование и планирование системы заграждения. Вот где потребовался весь его опыт работы в Диком лесу. Кроме застав вдоль естественной границы Проклятого леса, было решено сделать два сторожевых кольца. Их так и называли: «Ближние форпосты» и «Дальние форпосты». Названия странные и для многих непонятны, но в обиход вошли быстро.

Наличие переносных порталов весьма упростило задачу организации опорных пунктов. Фактически разнести опорные пункты можно было на любое расстояние. Это не рейды в Дикий лес, где всегда планировалось не только время прямого рейда, но и время, необходимое на возврат отряда. Сейчас же, при наступлении темноты, в укромном месте устанавливали переносной портал, и отряд возвращался домой. А с утра, опять-таки используя портал, возвращались в точку возврата и продолжали рейд.

Заросли двулистника Намин нашла около небольшой речушки. Ей были известны целебные свойства корней этого растения, и она даже не предполагала, что это растение цветёт. Когда девушка рассказала Милёнке о своей находке, друидка так загорелась походом, что отговорить её не смогли ни её бабка, ни сама Намин. Да и вряд ли вообще кто-нибудь сумел бы, уж больно упёртой была друидка. Она на ходу придумывала сто причин, почему за цветком двулистника нужно пойти именно ей.

И вот их небольшой отряд, состоящий из Намин, Милёны, Жизнемиры, Дамира и двух воинов пробирался звериной тропой к злополучному месту. Рейнджерша старалась выбирать дорогу попроще, потому что Милёна, хоть и хорохорилась, — но все чувствовали, что дорога по пересечённой местности даётся ей с трудом. Молодая друидка пыхтела, сопела, но упорно шла вперед.

После получасовой дороги, которую Намин могла в одиночку преодолеть минут за пять, вышли из ложбины, на дне которой бежал маленький ручеёк, и оказались на полянке возле реки. Светало. Над небольшой речушкой стелился молочно-белый туман. Было тихо — той предрассветной тишиной, когда ночные птицы уже угомонились, а дневные ещё не проснулись. Хотя в этих местах и днём было ненормально тихо.

— Долго ещё? — тяжело дыша, спросила Милёна.

— Уже пришли, — отозвалась Намин, — вдоль реки, метров через пятьдесят, будет заводь. Там он и растёт.

— Хорошо. Идёмте. Уже рассвет, опоздаем, — друидка глубоко вздохнула.

— Ох, внуча, не доносишь дитя, — сердито проговорила Жизнемира. — Куда гонишь? Времени ещё много.

— Бабуль, вот только не нужно! — недовольно возразила девушка. — Как будто сама не знаешь.

— Ладно, идёмте, — покачав головой, сказала старая ведунья.

До заводи дошли в полном молчании. Впрочем, за всю дорогу не было сказано не единого слова. И совсем не потому, что не о чем было поговорить. Соблюдение тишины было непреклонным условием рейда, выставленное Намин. Никто не возражал, понимая, что её опыт походов по таким местам уникален.

— Ну вот и пришли, — возвестила идущая впереди Намин, — только тихо. То, что никого не встретили, большая удача. В прошлый раз тут с двумя крикунами пришлось биться.

— Вот и слава Единому, — проговорила Милёна, доставая из походной сумки сапоги «заброды», которыми их снабдил ЗАК.

— Ты бы, дочка, посидела. А мы нарвём тебе бурьяна, сколько там нужно, — предложил Дамир. Два парня, сопровождавшие их, согласно закивали.

— Ну вот ещё! — возмутилась друидка. — После мужских рук толку от этого цветка будет на медный грош. Бабушка! — призывно посмотрела Милёна на Жизнемиру.

— Она права, — согласилась ведунья, — и слова нужно знать, да и вообще, ваше дело охранять.

Женщина очень сноровисто надела резиновую обувь, перекинула корзину для сбора через плечо.

— Далеко не уходите, — сказал вслед сотник. Друидки, не обратив внимания на его слова, начали спускаться к воде.

Цветы двулистника были огромные, призрачно-розового цвета. Сам процесс цветения был очень зрелищным. Намин никогда раньше не видела ничего подобного. Как-то так сложилось, что от таких мест девушка не ждала ничего хорошего. И вдруг — такая красота.

Бутон двулистника, совершенно невидимый в предрассветной тьме, вдруг начинал фосфоресцировать, образуя вокруг себя ореол света. Туман, стелившийся над водой, придавал зрелищу совершенно невероятный, фантастический вид. Когда цветок начинал распускаться, мерцание вокруг бутона увеличивалось, превращаясь в бледный шар, в котором медленно распускались лепестки цветка.

Друидские ведуньи подставляли ладошки снизу цветка и что-то шептали. После этого лёгким движением срывали цветок и прятали светящийся шарик в корзину для сбора.

Дамир и молодые парни заворожённо наблюдали за таинством сбора. Намин тоже засмотрелась, наслаждаясь приятным, сладковатым ароматом, повисшим в воздухе. Чувство беспокойства достучалось до сознания рейнджерши резко, как будто на неё опрокинули ушат холодной воды. Опасность!

Девушка машинально потянула меч из ножен. А вот тут сработала воинская выучка Дамира и тех парней, которых он выбрал в сопровождение. Лёгкое шуршание клинка о ножны было равносильно команде «Бой». Воины, также аккуратно и быстро вынув клинки, разошлись чуть в стороны, образуя полукруг, оставляя за спинами работающих друидок.

Постояли, прислушиваясь.

— Что? — прошептал Дамир.

— Пока не поняла, — также шёпотом ответила Намин, — что-то не так.

Помолчали, прислушиваясь.

— Что-то крупное, — проговорила Намин и указала вправо от себя, — вон там. Нужно уходить.

— Понял, — кивнул сотник, пальцами указывая своим парням, что от них требуется. — Забирай девчат и в ложбину.

— Хорошо, — Намин, с мечом наперевес, спустилась к воде. — Милён, Жизнемира, нужно уходить, — вполголоса сказала она.

— Намин, ну подожди, — тонкий голосок Милёны раздался из тумана справа, — еще чуть-чуть.

— Быстро! — зашипела рейнджерша. — Уходим. Ну!

— Идём-идём, — ответил голос старшей ведуньи, и из тумана показались силуэты женщин с коробками на боку, из которых рвался наружу бледно-розовый свет.

Помогая вылезти ведуньям на берег, Намин вполголоса проговорила:

— Что-то крупное идёт сюда. Может, на водопой. Уходим.

— Я ничего не слышу, — возразила Милёна, и, как будто услышав её голос, из леса раздался тяжелый вздох и хруст сушняка. — Теперь слышу! — девушка подхватила свою обувь и поспешила за своей бабкой и подругой, чуть не обогнав их.

Добежав до ложбины, женщины спрятались в корнях огромного дерева. Ручей, огибая дерево, вымыл из-под него мягкий грунт. Таким образом и образовалась небольшая ниша в корнях.

— Я сейчас, — Намин вылезла наверх и тихонько ухнула. Через некоторое время раздался ответный сигнал. Девушка вернулась назад. — Сейчас Дамир с ребятами подойдут, и двинем в форпост.

— А может, переждём? — спросила Милёна. — Цветок такая редкость.

— Нет, — отрезала Намин, — это опасно.

— Ну, Намин. Мы же потихоньку будем сидеть, бабушка вон заклинание отвода глаз знает, — не унималась девушка, с молчаливого согласия Жизнемиры.

— Нет! — прошипела рейнджерша. — И не спорь!

Мужчины тенями возникли на фоне светлого неба, и тут же скатились по земле к женщинам.

— Что-то огромное, — прошептал Дамир. — Если учует нас — всё! Не сдюжим.

— Дядька Дамир, не пугай меня, — голос Милёны задрожал.

— Сам боюсь, — пошутил воин и перевёл взгляд на Намин. — Ты давай в ертаул, Сорм с тобой. Мы с Грисо арьергардом, прикроем.

— Добре, — кивнула Намин и направилась вперёд. Друидкам не оставалось ничего другого, как подчиниться. Пройдя метров сто по дну ложбины, Намин подняла руку. Все замерли. Дамир, стараясь не шуметь, подошёл ближе к рейнджерше.

— Не успели, — прошептала та, — он впереди. Пойду посмотрю, что там за зверь. Вы остаётесь тут. Сидеть тихо.

Дамир кивнул, понимая, что у Намин больше опыта в таких ситуациях. Рейнджерша вложила меч в ножны за спиной и ящерицей исчезла в зарослях кустарника на краю ложбины.

Минуты тянулись долго, как всегда тянется время, когда кого-то ждёшь. Наконец сверху посыпались палочки, и вслед за ними головой вниз сползла Намин. Она была очень возбуждена, тяжело дышала, стараясь успокоить сердцебиение. Сорм протянул девушке фляжку с водой. Та молча кивнула и отпила несколько глотков.

— Это драконы, — тяжело дыша, сказала она, — или что-то очень похожее на них.

— Может тралиглаты? — спросил Дамир.

— Про драконов лет двести ничего не слышно, — прокомментировала Жизнемира.

— У тралиглатов крыльев нет, — не согласилась Намин, — а эти крылатые…

— Какого они размера? — уточнила Жизнемира.

— Огромные, — успокаивая дыхание, ответила Намин, — очень. В три или четыре человеческих роста. Видела мельком, потом сюда.

— Плохо, — проговорила Жизнемира. — Те, которые поменьше, разумны. Участвовали в последней войне. А вот которые огромные, те не очень-то. Лучше с ними не встречаться. Это драконы-воины. Договориться с ними вряд ли получится. Они могут не знать нашего языка, а их не доступен нам. Если это драконы…

— Ну, бабуль, умеешь успокоить, — пробурчала Милёна, с трудом справляясь с нервной дрожью.

— Значит так, — заговорила Намин. — Идём по руслу ручья. Он сейчас свернёт вправо. Мы пройдём прямо, и резко влево. Думаю, мы их обойдём.

— Может, переждём? — спросил Дамир.

— Не стоит, — возразила Жизнемира. — Они идут к воде, если останемся, могут нас учуять. А так есть шанс обойти их. Милён, чары сокрытия помнишь? Тогда хватит охать…

Поселение демонов. Алекс

Местный правитель демонов, Гариф, обладает неизвестным мне оружием. Это плохо. Однако он намерен вести переговоры. Это хорошо. В конце концов, нужно расставить точки над «и». Либо прибить его, навлекая гнев демонов на свою персону, либо договориться и поиметь выгоду от сотрудничества.

Войдя в предбанник жилища хозяина стойбища, остановился. Идар и Варун не отставали. Подождали ещё троих воинов из безликих. Первый замер около моей ноги, напряжённо всматриваясь в тёмный провал входа.

— Активировать все защитные амулеты, — распорядился я, включая в конференцию всех воинов. Субординация хороша на гражданке, а в бою нужно всех видеть и слышать, — при малейшем подозрении на нападение, вступать в бой без команды.

— Ты понял, что у него за луч такой? — поинтересовался Идар.

— В общих чертах. Боюсь, защиты от него у нас нет. Так что смотреть в оба.

— Принято, — проговорил Идар, — будем смотреть в режиме быстрого боя.

— Как-то так, — согласился я, понимая, что мы очень рискуем.

Нашу остановку перед входом местные воины расценили по своему: как ожидание сопровождения. Из провала входа навстречу нам вышел всё тот же командир демонов, со шрамом на лице:

— Следуйте за мной, — коротко сказал он и, не дожидаясь ответа, развернулся и направился в зал. Мы двинулись за ним.

В этот раз я включил, если можно так сказать, все доступные мне органы получения информации. Чувствовал себя неким сканером.

Вот пропали связь с ЗАКом, с Юлом и остальными, оставшимися снаружи.

Вот окутала серость одиночества, как будто меня отсоединили от жизненно важного источника. Высокий сферообразный потолок сильно давил на психику, ощущался физически всей кожей. Звук наших шагов пропадал под высоким сводом.

Очень сильно мешало недовольство и раздражённость нашего провожатого. Но я не закрывался, стараясь уловить малейший намек на агрессию.

«Зал пуст», — толкнул я своим спутникам.

— Принято, — получил пять ответов.

Обошли трон и направились к дверному проёму справа. Все мои попытки проникнуть за приближающуюся дверь натыкались на бетонную серость и глухоту. Когда демон со шрамом подошёл к дверям, я толкнул своим:

«Внимание. Что за дверью, не вижу», — в ответ эмоция решительности и готовности на бой.

Воин со шрамом открыл дверь и отошел в сторону:

— Вас ожидают, — хмуро проговорил он.

«Зал, похоже, — трапезная. Шесть воинов справа и три слева. Всё спокойно, агрессии нет, — комментировал я своим спутникам то, что увидел и почувствовал, — входим».

Мы вошли в зал. На меня обрушился водопад всего и сразу. Как будто подсоединили лампочку к электросети. ЗАК на связи, Юл тоже… Значит, внешний мир доступен. Эмоции любопытства от охранников демонов раздражали… Фон ожидания, идущий от хозяина, напрягал…

Осмотрелся. Помещение светлое, по сравнению с предыдущим. Хотя окна и высоко, выше человеческого роста, но их было много, и из них струился солнечный свет. Или правильней — Ясминский? Не важно.

На стенах висели разнообразные доспехи, барельефы людских лиц. И хотя доспехи совершенно не напоминали рыцарские моего мира, то, что это именно доспехи, сомнения не вызывало. По центру — очень большой стол. Массивный, грубой работы, на толстых бочкообразных ножках. На такой стол можно целиком запечённого бычка поставить, и стол даже не скрипнет. Собственно, камин слева для этого, видимо, и предназначался, в смысле — для запекания бычков целиком. Настолько проём камина был огромен, а вертел недвусмысленно говорил о своём назначении. Стол был пуст, если не считать пузатого сосуда, небольшого кубка да блюда с мясом, стоявших около хозяина.

— Заходи, — просто сказал Гариф, сидевший во главе стола с огромным кубком в руках. Он даже не попытался встать или там улыбнуться. — Садись, — указал он на место справа от себя.

Я прошел, на ходу закрываясь от любопытных взглядов демонов-охранников. Мои спутники последовали за мной, рассредоточиваясь вдоль стола. В результате к указанному месту подошел лишь я и мой верный кот.

— Голоден? — поинтересовался Гариф.

— Есть немного, — кивнул я.

— Кыран, еды! — гаркнул демон. Гариф поставил свой кубок на стол и налил вина в пустой, стоявший на столе. Пододвинул его в мою сторону. — Пей. Барлас Ош забирает много сил.

Я взял кубок, пригубил. Вино было довольно сухое, но не уксило. Самое то. Ну ладно, выпьем. Он вроде как себе плеснул в кубок и ничего, вон пьёт и жив пока что. Я отпил несколько глотков.

— Ты не похож на демона, — заговорил хозяин, — сам не увидел бы, не поверил.

— Не всё золото, что блестит, — ответил я известной поговоркой.

В зал вошло несколько человек, в смысле — демонов, в простой, мешковатой одежде с большими блюдами и кувшинами. Споро поставили всё это на стол. На основном блюде была каша из незнакомого мне зерна, с мясом и сушеными фруктами. Видимо, это местный плов.

— Напрасно возишься с Бальжим, — хмуро проговорил Гариф, — слабость должна быть наказана.

— Право победителя, — коротко ответил я.

— Согласен, — кивнул собеседник, — но кто предал однажды, предаст и во второй раз.

— Каждый имеет право на второй шанс, — нейтрально проговорил я.

— Твоё дело, — Гариф руками разломил большую лепёшку и положил куски на пустое блюдо. Пододвинул плов, буду его так называть, поближе. Отламывая от лепёшки кусочки, стал руками ловко есть плов. Не скажу, что меня это вдохновило, но я подумал: может быть, это знак доверия и там ещё чего-то. Всё-таки есть за одним столом с Высшим — это честь не для каждого смертного. Пришлось копировать движения хозяина и сделать то же самое. То есть, съесть несколько щепоток плова.

Так и есть, после нескольких порций Гариф вытер пальцы о себя, запил вином из кубка. Я сделал то же самое. Как говорится, «в чужой монастырь со своим уставом не ходят».

— Один вопрос, — нарушил молчаливую трапезу Гариф. — Хочу получить честный ответ.

— У меня тоже есть вопросы, — кивнул я.

— Справедливо, — демон достал откуда-то из складок своих одежд небольшую пирамидку. — Это убережёт наш разговор от чужих ушей. Не возражаешь?

— Нет, — ответил я. Гариф поставил пирамидку на стол и провёл над ней рукой. В истинном зрении нас накрыла тонкая розоватая плёнка.

«Идар? Ты на связи?» — поинтересовался я.

«Да», — пришёл ответ. Отлично. Шорохи в зале, сопения охранников демона, звуки за окнами исчезли, а вот связь с моими спутниками осталась. Как, впрочем, и с мастером Юлом, который сейчас где-то снаружи. Оба-на! Связи с ЗАКом нет. Странно.

«Хорошую штуку сделал ЗАК, — похвалился я своим соратникам. — Гариф активировал артефакт против прослушки, а наша связь действует».

«Согласен», — пришел ответ от Идара. Остальные промолчали.

— Каков твой вопрос? — спросил Гариф.

— Откуда у тебя Синий луч? А каков твой вопрос? — парировал я.

— Где твой разан булэ[6]? — спросил Гариф и, помолчав, добавил: — Я отвечу на твой вопрос.

Он ожидающе посмотрел на меня.

— Меня воспитывали человеческие женщина и мужчина. Это было очень далеко, — я помолчал, — очень. Туда не дойти за всю жизнь. Портал сломан, возврата нет. Поэтому стал жить тут.

— Много наших сынов пропадают в войнах, — кивнул Гариф, — ты принял верное решение. Кровь предков привела тебя домой.

Помолчали.

— Синий луч обездвиживает всех. Его дал Надзирающий. Луч работает только в зале Встреч, — демон помолчал, хмыкнул и добавил: — К сожалению. Я не видел сам артефакт. Устанавливали Приближённые. Я лишь умею его задействовать. От него нет защиты ни у кого… До встречи с тобой я в это верил.

— ??? — удивился я, — так он должен был и меня обездвижить?

— Верховный говорил, что любое живое существо должно застыть как гора. Но ты победил Бальжим. Она хоть и молода, но воин отменный. Была.

— Почему была? Думаю, она выживет, — возразил я.

— С такими ранами не выживают даже Высшие, — не согласился Гариф, — её смерть дело времени.

— У меня искусный лекарь.

— Она предала меня, — проговорил хозяин, — предаст и тебя. Советую убить её.

Вот так вот. Её побили, практически убили, так она ещё и виновата, и предательница. По мне — так он её предал, не оказав помощи, когда она в этом больше всего нуждалась. Я не стал ничего отвечать, чтобы не сморозить что-нибудь неприятное хозяину. На языке вертелось с десяток колкостей в его адрес.

— Ещё спрошу? — поинтересовался демон.

— Давай, — кивнул я, и спросил, чтобы как-то занять себя: — Можно я поем? А то утром не успел.

— Порадуй меня, — чуть улыбнулся хозяин. Я стал отщипывать кусочки лепешки, набирать с их помощью плов. Вкусно, да и мысли успокаивает. А то меня прямо-таки раздирает нахамить и уйти.

«Ты сюда есть пришел? — недовольно одёрнул меня Первый, — смотреть противно».

«Не смотри, — толкнул я в ответ. — Между прочим, кушающий человек располагает к себе и притупляет бдительность собеседника».

«Не перестарайся в притуплении, — хмыкнул кот. — Как дикий кабан… чавкаешь».

«Не завидуй! — мысленно хмыкнул я, отправляя в рот очередную порцию. — Честно говоря, я бы лучше это блюдо ему на голову надел».

«И что тебя останавливает? Четверых справа я беру на себя», — с готовностью предложил Первый.

«Остынь, — серьёзно сказал я, — не время. Это приказ!»

«Зря», — кинул кот, но я почувствовал, что он успокаивается.

Демон помолчал, давая мне пережевать, потом спросил:

— Если ты жил среди людей, где ты прошёл посвящение? Кто разбудил твой Барлас Ош?

— Дикий лес, — проглотив, ответил я. От Гарифа потянуло удивлением и любопытством.

— Хочешь сказать, что легенды не врут?

«Идар, про какую легенду говорит Гариф? Я ему сказал, что научился перекидываться в зверя в Диком лесу, а он про какую-то легенду спрашивает», — спросил пластуна.

«Я не знаю», — отозвался Идар.

«По старой легенде, демон уходил в Дикий лес и возвращался оттуда Высшим, или не возвращался совсем, — пояснил мастер Юл. — Это было давно. Если вообще было. Как теперь получаются Высшие, никто не знает».

«Хочешь сказать, наш птицеголовый не сразу таким был?» — спросил я.

«Насколько знаю, до посвящения он может находиться в боевом теле недолго, и только применяя особые средства. Там травки всякие, отвары… Короче, плохо контролирует это своё тело», — ответил Юл.

— Не врут, — вслух сказал я, — около полугода был в Диком лесу. Вышел уже другим.

— Зачем? — хозяин дома, действительно, удивился. — По рассказам деда моего деда, лишь один из десяти возвращались. Ты сильно рисковал. Есть же способ… А, ну да, — прервал себя Гариф, — откуда тебе знать.

— Вот именно, — согласился я. — Делал, что мог.

— Последний вопрос, — демон отпил из своего кубка. Помолчал. — Зачем тебе орки?

— Так получилось, — ответил я, пододвигая к себе блюдо с тушками голубей, а может ворон, кто их в таком виде отличит, — жена орчанка, вот клан и получил.

— Хитро, — улыбнулся Гариф. — А вождем стал, бросив вызов?

— Точно, — кивнул я, разламывая тушку пополам, — это было несложно.

Высший достал перстень, который я давал Айрану на откуп, повертел в руках:

— Получается, клан Айрана у тебя будет первым кланом демонов?

— Может быть. Пока не знаю, как получится, — я откусил сочное мясо птицы. Объедение! Кажись, я увлёкся. И почему на меня еда так успокаивающе действует?

— Первое всегда запоминается на всю жизнь, — философствовал Гариф. — Ты запомнишь, что первый клан демонов подарил тебе я, Гариф Марум. Так?

— Ага, — кивнул я. — Они вроде свободный клан? Или нет?

— Свободный? Конечно. Они живут на землях моего джанга, — проговорил Гариф. — Всё, что живет в моем джанге, принадлежит мне. Они свободны, потому что принадлежат мне. Если их захватит другой Высший, то они перестанут быть свободными. Они станут лод-бы.

— Сложновато у вас, — пробурчал я, вытирая руки об одежду. — А мне Айран сказал, что задолжал тебе, вот я ему и предложил откупиться.

— Да, я помог ему, — согласился Гариф, надевая перстень себе на палец, — зачем мне мёртвый клан. Теперь я дарю клан Айрана тебе. В знак дружбы.

— Даже не знаю, чем мне тебя поблагодарить, — я взял кубок и отпил вина.

— Дружбой и сотрудничеством, — начал демон. Я понял, что сейчас начнётся разговор о том, чего же он на самом деле хочет. — Я немного расскажу тебе о демонах. Думаю, ты про такое вряд ли слышал.

— Буду очень признателен, — кивнул я, — на самом деле я вообще мало что знаю. В империи никто ничего толком не знает.

— И это правильно. Надзирающий учит нас меньше о себе рассказывать, — демон также пригубил вино. — Кроме моего, есть еще 15 джангов. Нам становится тесно. Скоро мы пойдём на восток. Там много ничьих земель…

— А орки? — вставил я.

— Строить свой джанг на землях орков — очень дальновидное решение. Рабы всегда нужны, — хохотнул демон. Помолчал. — Когда начнётся набег, ты уже займёшь достаточно земель. Я поддерживаю тебя в этом решении. Но тебе будет трудно противостоять против Родового круга в одиночку. Многие возмутятся твоими действиями, им придётся платить тебе дань за проход воинов через твои земли! Могут объявить тебя отступником. До Верховного далеко, до Надзирающего высоко, — опять хохотнул Гариф. — Воевать в одиночку с Высшими трудно.

— Предлагаешь объединиться? — догадался я.

— Я помогу тебе, ты — мне. Все будут в выигрыше.

— Не боишься воевать один против всех?

— Я не один. Нас трое, ты будешь четвертый, — предложил демон, — это уже сила. Ещё двое точно примкнут. Нужно их чуть-чуть подтолкнуть. Войны не будет. Если всё правильно сделать, мы все будем в выигрыше.

— Круто, — проговорил я. Все пытаются втянуть меня в какой-нибудь союз. Отказываться глупо, но и играть по их правилам я не буду. — Я согласен, — озвучил я, — какие условия?

— Условия? — переспросил демон, — какие могут быть условия? Мы все равны, разве не так?

— Звучит красиво, — согласился я, — только табун не бывает без вожака.

— Верно, — поморщился Гариф, — хочешь быть вожаком?

— Нет, — покачал я головой, — я совсем не знаю ваших реалий, ну… кто и где. Но и бездумно выполнять волю кого бы то ни было не стану.

— Ну вот и договорились, — удовлетворённо отозвался демон, — не думают только шудры. Мы — Высшие. Мы обязаны думать за тех, кто не способен к этому.

— И все-таки, — гнул я своё, — что от меня требуется?

— Каждый Высший — хозяин в своем джанге, и никогда не полезет с советами в чужой. Ну а когда возникают… недоразумения, мы решаем их мирно, за хорошим вином. Ты строишь свой джанг, как считаешь нужным, я свой как я считаю нужным. И так каждый из Высших. Но когда нужно принять решение для всех джангов, мы советуемся вначале между собой. Понимаешь?

— Вполне, — кивнул я.

— Вот и хорошо. Ты умный правитель, быстро поймёшь, что тут к чему, — пообещал Гариф. — Нам нужно съездить в Ориакс. Я представлю тебя Высшим, Верховный посмотрит на тебя, ты на него. Поговорим с моими друзьями.

Немного помолчав, я сказал:

— Хорошо, давай съездим. Посмотрим, что у вас тут есть.

— Возьми десяток воинов, этого будет достаточно. Если большим количеством идти, придётся дань платить, — посоветовал Гариф, снимая защиту от прослушки. — Где ты лагерь поставил?

— В роще за стойбищем, там лесок такой.

— Понял, — кивнул демон, вставая. — Часа на сборы хватит?

— Более чем.

— Я пришлю воина за тобой, — пообещал хозяин.

— Хорошо, — я тоже встал.

Гариф окинул взглядом моих воинов, молча развернулся и, не прощаясь, направился ко второму выходу из трапезной. Нам ничего не оставалось, как пойти восвояси.

Провожал нас всё тот же демон со шрамом. Молча дошли до выхода из здания. Провожатый молча остановился, пропуская нас наружу.

На улице было солнечно. Звуки размеренной жизни стойбища создавали умиротворённое настроение.

— Ну что, посмотрим, как живут главари демонов? — проговорил я для всех. — Юл, готовь лошадей, поедем в какой-то Ориакс.

— Город демонов, — подсказал Идар.

«Сколько воинов берём? — поинтересовался Юл. — Если всех, то у нас лошадей не хватит. Нужно из Града перекинуть через портал».

— Не надо, разрешено взять десяток в сопровождение. Сейчас приду, поразмыслим, что и как, — пообещал я.

В сопровождении Первого и своих воинов я покинул стойбище Гарифа. Как-то всё коряво вышло. Беспокойство на уровне подсознания не уходило, как зубная боль всё время напоминая о себе. До небольшого перелеска дошли в полном молчании. Я предавался своим невесёлым мыслям, а мои спутники не мешали мне в этом благородном занятии. Даже Первый молчал, не язвил и не подкалывал.

Лёгкий дымок над макушками деревьев указал нам место бивака. Прошли мимо постов. Юл молодцом, охранение выставил — не заметишь. Мой «скрыт» пригодился. Думаю, никто их не заметил, кроме меня, ну может быть ещё Первого. По крайней мере, он туда смотрел. Туда, где притаился часовой.

Мастер Юл вышел из-за кибитки навстречу нам:

— Обедать?

— Кое-кто уже, — буркнул арвенд и неторопливо ушёл в направлении зарослей кустарника.

— Я уже. Идар, обедайте, — отказался я. — Как Крег?

— Да вон он, около костра хозяйствует, — улыбнулся Юл. — Определили его на лёгкий труд. Не знаю, где он был, но через полчаса вернулся здоровым и весёлым.

— МЭРИ может, — кивнул я. Было немного стыдно, что сам не поинтересовался у ЗАКа. — А Бальжим… — я замолчал на полуслове. От костра к нам вышла девушка. С короткой стрижкой, в форменной одежде моего графства. Она еле сдерживала улыбку, а в истинном зрении её аура искрилась золотыми светлячками. Так бывает, если человек очень рад.

Девушка подошла, преклонила колено, не опуская глаз, прижала кулак правой руки к груди:

— Алекс-быш-во, моя жизнь принадлежит тебе. Прими клятву верности, — она смотрела прямо мне в глаза. Открыто и, как мне казалось, по-собачьи преданно. С чего бы это? Я немного помолчал, рассматривая новую кандидатку в подданные.

— А как же клятва Гарифу? — наконец спросил я.

— Гарифу у меня была клятва долга, — тень недобрых воспоминаний пробежала по лицу девушки. — Я исполнила клятву, — закончила она.

— А подробней?

— Мой клан задолжал Гарифу. Меня отдали ему в счёт долга, — золотистые звёздочки ауры демонессы стали гаснуть в серой мгле, — мне тогда не было пятнадцати. Я была дун-кююк Гарифа, — в полголоса закончила Бальжим, опуская глаза.

— Дун-кююк? Это ещё что? — уточнил я.

— Это непосвящённый Высший, отданный за долги другому Высшему, — серая мгла ауры девушки становилась насыщенней. Чувствовалось, насколько неприятно ей об этом говорить, но она закончила: — Гариф-быш оплатил моё посвящение. Сегодня я проиграла тебе, Алекс-быш-во. Я предала Гариф-быша. Больше нет клятвы долга. — Бальжим подняла на меня глаза, полные слёз. — Твоя целительница спасла меня. Я подумала, тебе нужна моя жизнь… Она была так добра ко мне…

«ЗАК, связь с МЭРИ. Срочно», — приказал я ИскИну.

«Слушаю вас, господин Наместник», — почти сразу откликнулся ИскИн КУЦ.

«Коротко, результаты сканирования Бальжим», — распорядился я.

«Передаются», — в голове появился белый шум. Так, что мы имеем? Я начал бегло просматривать, в смысле — вспоминать, результаты лечения и сканирования девушки. Боже праведный, сколько лишней информации! Ну так — что просил, то и получил. «…Нарушение связей с личным пространственным карманом — исправлено… Проведена рекомендованная адаптация двоичности морфической структуры тела… Спайки внутренних органов — нормализовано… Процент соответствия эталонному генотипу — 26 %». В основном девушка здорова и полна сил. И она не Истинная.

«МЭРИ, Бальжим относится к Витзеям?» — спросил я.

«Нет, господин Наместник. Обследованный индивидуум имеет генетически закрепленную возможность обладания двоичностью тела. Генетическая цепочка имеет искусственное происхождение и передана по материнской линии. С вероятностью в 67 % можно утверждать, что модификация генотипа была проведена порядка 60 поколений назад. Каста Витзеев имеет качественные отличия в соответствующем секторе генотипа», — доложила МЭРИ.

Понятно, что ничего не понятно.

— Прости за дерзость, Алекс-быш-во, — девушка по-своему истолковала моё молчание, — я не хотела огорчить тебя своей наглостью…

Команда КЗОП, и за спиной возникла перевязь с мечами. Достал меч и положил его плашмя на плечо девушке. Серая мгла в ауре Бальжим начала быстро исчезать, уступая место фиолетовому цвету.

— Я, Бальжим Аюш, передаю нити своей жизни Алексу-бышу. Святой огонь свидетель моей доброй воли, — девушка замолчала.

— Я, Алекс Андер, принимаю клятву Бальжим Аюш, — закончил я ритуал. В этот раз вспышка, закрепляющая клятву, была огненного-рыжего цвета. Вот откуда у них пошла вера в Святой огонь. Похоже, цвет этой вспышки является национальным признаком. Ну, кроме всего прочего.

Девушка встала с колена и проговорила:

— Ты не пожалеешь, Алекс-быш.

— Я знаю, — кивнул я, убирая меч в заплечные ножны. Вокруг нас собрались воины, наблюдая за ритуалом. — Далеко не уходи, посовещаться нужно. Юл! — окрикнул я мастера, чуть ли не единственного не наблюдавшего за действом принятия клятвы. — Идём, потолкуем.

«К нам гости», — отозвался Юл по внутренней связи ИСС.

«Кто?» — толкнул я вопрос.

«Барцу доложил, два конных ведут пятерых женщин», — пояснил Юл, направляясь в мою сторону.

Теперь и я увидел процессию, приближавшуюся к нашему лагерю.

— Похоже, Гариф выкуп прислал, — сказал я вслух, и добавил для Юла: «Рассредоточиться, мало ли что».

«Принято», — мастер резко свернул за кибитку. Остальные воины быстро разошлись, оставив нас с Бальжим одних. Подошли Варун и Идар. Встали сзади меня. Бальжим вопросительно посмотрела на меня.

— Останься, — негромко приказал я, — Идар, выдай Бальжим ИСС. И научи пользоваться.

— А телефон? — уточнил Идар.

— Телефон тоже, — согласился я, — только не сейчас. Потом у ЗАКа затребуешь. Когда уйдут эти клоуны.

— Хорошо, — отозвался пластун.

Через некоторое время демоны приблизились. Всадники спешились. Один — видимо, старший — крикнул:

— Гариф-быш прислал зээли для Алекса-быша.

— Что это, зээли? — негромко спросил я.

— Извинительный подарок, — так же негромко ответила Бальжим.

— Ну идёмте, посмотрим что в этот раз, — нерадостно сказал я.

Мы подошли к спешившимся воинам и женщинам, построенным в шеренгу. Глашатай передал лошадь напарнику и подошёл ко мне:

— Велено передать, — протянул он мне мешочек с деньгами. Идар молча взял подношения, выйдя из-за моей спины.

— За вами пришлют гонца, — удовлетворенно ответил воин. Демоны запрыгнули на своих коней и, подняв пыль, умчались прочь от нашего лагеря.

Я стоял, рассматривая очередную порцию женщин, свалившихся на мою голову. Мои спутники также выходили из своих укрытий и с интересом рассматривали вновь прибывших.

«Теперь тебе скучно не будет, — с иронией проговорил Первый. — И накормлен будешь, и согрет».

«Очень смешно, — передразнил я кота. — Видимо, дети у Гарифа закончились, эти вполне взрослые».

«Откуда же он знал твои сексуальные предпочтения?» — намекнул кот на выкуп Айрана.

«Да пошел ты», — рыкнул я.

«Шучу», — примирительно сказал арвенд.

Между тем прибывшие девушки были не из робкого десятка. Они с интересом рассматривали нас, перешёптываясь.

— А он ничего, не страшный.

— И вот тот, постарше, тоже ничего.

— Тебе всегда нравились старики, — хихиканье.

— Всё равно его на всех не хватит, — обиженный голосок. — Я просто умней, в отличие от некоторых.

— Смотри, и Бальжим с ними…

— Болтали, что её убили…

— И что мне с вами делать? — прекратил я обсуждение нас, красивых.

— Алекс-быш-во, — нарушила затянувшееся молчание Бальжим, — Гариф прислал тюленхен?

— Чего? — не понял я.

— Как бы сказать… Подарок… Откуп… Извинения. Да, так. Извинения за неучтивый прием? Да? — пояснила свою мысль девушка.

— Ага, — кивнул я, — вроде того. Очередная партия девственниц.

— Он обманул тебя, — сказала Бальжим, — они не девственницы. Смотри, — с этими словами она вышла вперед и скомандовала прибывшим девушкам: — Абахан хубса! Живо!

Умеет, чертовка. Голосок-то командирский, даже меня торкнуло. От девушек полыхнуло испугом. Они очень быстро стали стягивать с себя одежду.

— Э-э! Бальжим! Это зачем? — попытался вмешаться я.

— Сейчас увидишь, быш-во, — пообещала демонесса.

— Может, не надо? — неуверенно проговорил я. Мне было неловко за девушек, обнажавшихся перед нами, причём стыда от них я не чувствовал, а вот страх всё набирал силу.

— Видишь? — указала Бальжим на девушек, которые стояли перед нами с опущенными головами.

— Так, хорош издеваться! — повысил я голос. — Быстро оделись!

— Они не девственницы, они тюленхен, — не унималась демонесса.

— Ты не слышала? — я нахмурился. — Прекрати.

— Хубсахан, — скомандовала Бальжим. Девушки стали быстро натягивать через голову свои балахоны.

— Прости, Алекс-быш-во, я хотела как лучше, — подошла ко мне демонесса.

— Можешь толком объяснить, что я должен был увидеть?

— Я их всех знаю, — негромко проговорила Бальжим, — у них есть дети. У крайней, высокой, и вон той, низенькой, по трое. Гариф прислал тебе тюленхен.

— Даже так? — немного удивился я. — И что значит твой тюленхен?

— Есть артефакт, он из любой женщины делает девственницу, — совсем тихо проговорила демонесса. — Их называют тюленхен. Я думала, ты знаешь.

«Вот это ты попал! — Первый подошел и сел невдалеке. — С другой стороны, тебе к старушкам не привыкать. По сравнению с Анариэль, они младенцы».

— Да отвянь ты! — рыкнул я на кота, тот на всякий случай перешел чуть дальше.

— Я не понимаю твоего языка, — подняла на меня взгляд Бальжим. Видимо, я рыкнул на кота на его родном языке. Я посмотрел на Идара. — Идар, забери этих, и подойдешь к нам. Дело есть.

— Хорошо, — пластун, пряча улыбку в усы, пошел к прибывшим девушкам, которые не понимали, что происходит, и их это пугало всё больше.

— Бальжим, идём, — увлек я с собой демонессу, — у меня к тебе поручение.

Мы прошли к костру, сели. Крег, хозяйничавший у костра, дал нам по кружке отвара.

— Я всё сделаю, — с готовностью пообещала демонесса.

— Ты Айтугана знаешь? Молодой высший.

— Знаю, — заулыбалась девушка, — младший сын Айрана. Он посвящение прошёл совсем недавно. Смешной такой. Пытался ко мне приставать, пока не узнал, что я дун-кююк Гарифа.

— Точно. Так вот, Айран утверждал, что его клан — свободный, а Гариф мне его подарил. Можешь растолковать?

— Это же просто, Алекс-быш-во, — немного удивилась демонесса. Да, воин она никудышный, все эмоции написаны ВОТ ТАКИМИ буквами прямо на лице. — Клан живет на землях джанга Гарифа. Они принадлежат Гарифу.

— Почему тогда Айран считает свой клан свободным? Получается, он в рабстве у Гарифа? — ещё раз уточнил я вопрос.

— Нет, какое рабство? — не могла взять в толк Бальжим. — Он свободен. Вот если бы Айран не отдал долг, то его клан стал бы Лод-бы. Это хуже чем рабство.

— Понятно. Получается, настоящей свободы у кланов нет, — подвел я итог. — Все кому-то принадлежат.

— Не все, — не согласилась демонесса. — В горах есть кланы, у которых нет Высших. Они Азат-бы, потому и живут в горах. На хороших землях им места нет.

— Во как! — удивился я. — Теперь понятно. Идар, садись, — кивнул я подошедшему пластуну. Первый без приглашения растянулся около нас на травке. — Бальжим, Идар даст тебе двух воинов, и ты отправишься в клан Айрана. Твоя задача — доходчиво объяснить, что они теперь принадлежат мне. Дорогу найдешь?

— Я знаю, где их стойбище, — с готовностью сказала демонесса. — Они не будут противиться.

— Хорошо. Идар, выдашь Бальжим ИСС и телефон и научишь пользоваться.

— Ты уже говорил, — кивнул пластун, — сделаю.

— Точно. Так вот, пошлешь с Бальжим Варуна и Крега. Пусть возьмут с собой портал. Сам отправляйся к оркам, и с Фаргом решите, где расположить стойбище клана Айрана. Так, чтобы не было территориальных проблем, по крайней мере сразу. Ну, ты понял?

— Да, — коротко кивнул Идар.

— Бальжим, ты будешь за главную в моем джанге. Справишься?

Девушка подскочила на ноги, приложила кулак к груди и, склонив голову, проговорила:

— Я справлюсь, Алекс-быш-во.

— Надеюсь. Тебе передадут пленных демонов. Сформируешь из них дружину. И запомни: орки не враги! Слушай Фарга, он старейшина орков. Поняла?

— Но, быш-во, как же так? Я же Высшая, и слушать орка…

— Не разочаровывай меня, Бальжим, — проговорил я. — Я не говорю подчиняться ему. Нужно слышать всех, а поступать так, как считаешь правильным. Ясно?

— Нет, — честно ответила девушка.

— Та-ак, понятно, — вздохнул я. — Тогда так. Идар, придётся тебе взять это на себя. Мы тут с Юлом сами управимся.

— Хорошо, владыка, — кивнул пластун, — всё будет нормально.

— Бальжим, что он скажет, — указал я на Идара, — это всё равно, что я сказал. Так понятно?

— Да, быш-во. Я не подведу.

— Хорошо, — я встал, — этих тюленхенов забирай. Кстати, там в стойбище орков ещё десяток девчат. Айран выкуп давал. Когда устроишься, желающих заберёшь себе. Ну там Зула подскажет. Зула — моя жена. Ясно? — посмотрел я в глаза демонессе.

— Можно вопрос? — спросила Бальжим. Я кивнул.

— У этих женщин, ну… которых сейчас пригнали. У них дети есть. У Окны малец совсем, ещё грудью кормит. Может, пусть они заберут их с собой? Мужей у них нет, а из-за детей могут пытаться сбежать, — предложила демонесса.

— Не возражаю.

К костру подошёл мастер Юл:

— Гонец прибыл, пора выдвигаться.

— Мы как раз закончили. Идар, если что, звони.

— Не переживай, Алекс, всё решим, — успокоил меня пластун.

— Хорошо, — кивнул я. — Юл, командуй выход.

Глава 5

Степи демонов. Алекс

Дорога в Ориакс извилистой змеёй стелилась через балки и овраги. Чувствовалась близость гор. Балки становились всё более каменистыми. Иногда попадались огромные валуны, которые мы огибали, чтобы в очередной раз спуститься в овраг и преодолеть вброд мелкую речушку. Высокое весеннее небо с лёгкими перистыми облаками успокаивало и навевало романтичное настроение.

Гариф в очередной раз показал себя не с лучшей стороны. Собственно, ничего такого-этакого, просто он взял с собой два десятка воинов против моего десятка. Непонятно, зачем было озвучивать ограничения, если их нет.

Мы проезжали два поста, я так понял — некую официальную границу. Только там никого не было. Вообще. Небольшая сторожка и два столба, обозначающие путь. Ну да бог ему судья. Сам виноват, веры ему теперь ни на грош. Как говорится — «маленькая ложь рождает большое недоверие». За всю дорогу Высший демон не уделил мне и капли внимания. Прислал гонца, дескать, выходим, и, завидев наш отряд, авангардом отправился в путь, даже не подождав нас. Ну, не очень-то и хотелось.

«Входящий вызов — Илона», — прошептало в голове. Принял вызов.

«Да, Илон, слушаю тебя».

«Приветик. С праздником тебя», — раздался в ответ ласковый голос. Что это с ней? Соскучилась, что ли?

«Спасибо. А что за праздник?»

«Шутишь? Сегодня День Равновесия! Что, действительно забыл?» — не поверила Илона.

«Честно говоря, да, — признался я, — как-то не праздничное настроение».

«Что случилось? — в голосе девушки неподдельная тревога, — с тобой всё нормально? Ты где?»

«Да всё как всегда. С утра вот подрался с Высшим демоном, верней, демонессой», — озвучил я события утра.

«И ты, конечно, победил?» — язвительно поинтересовалась девушка.

«А ты сомневалась?» — спросил я.

«Я? Да никогда. Чтобы ты, да не победил женщину, разве такое может быть?» — в голосе Илоны была нескрываемая издёвка.

«А вот и не смешно. Когда этот монстр летел на меня, я понятия не имел, кто это — мужик или баба, то есть женщина».

«Но, навалившись на неё всем телом, быстро понял?» — подтрунивала Илона.

«Лон, я не понял, ты позвонила поязвить? У тебя получается», — вспыхнул я.

«Нет, просто хотела поздравить с праздником близкого мне человека, — уже спокойным голосом отозвалась девушка, — видимо, я совсем не вовремя. Да?!»

«Нормально. Ты же знаешь, я тебя больше всех люблю, поэтому слышать тебя очень рад, в любом настроении», — проговорил я, чем вызвал мысленную усмешку Первого. Пришлось закрыться от надоедливого кота, дабы не слышать его комментарии.

«Язык у тебя без костей, это точно, — примирительно отозвалась Илона. — Болтаешь, не думая».

«Ну почему болтаешь. Умные женщины для меня завсегда на первом месте, а если она ещё и красивая, как ты — то, сама понимаешь, первенство обеспечено», — балаболил я, успокаиваясь.

«А Сенди? Умная или красивая? — насмешливо спросила собеседница. — Или и то, и другое? Тогда получается — она соперница?»

«Да брось, какая там соперница? — усмехнулся я, — ты же не захотела заправлять графством, а я не успеваю…»

«А ты разве предлагал? Что-то не помню», — перебила Илона. Так, похоже, ревность наклюнулась. Мне, до полного счастья, только разборок с моими женщинами не хватает.

«А ты согласилась бы? Я как-то говорил тебе, но ты же предпочла преподавательскую деятельность. Это твое право, и я тебя поддерживаю в этом. Заниматься нужно тем, что действительно тебе интересно, а не тем, что кому-то там нужно. Разве не так?»

«Во-первых, ты не кто-то там…»

«А во-вторых?»

Помолчав, Илона сказала:

«Ты прав, преподавать мне интересней».

«Ну и отлично! Что так грустно?»

«Ты обещал встретиться на празднике. В Старграде вечером будет фейерверк. Хотелось бы посмотреть?»

«Не обещал, а говорил — если получится. Это разные вещи, — возразил я. — Не знаю, радость моя. Давай ближе к вечеру свяжемся. Если эти уроды никаких испытаний не придумают, то встретимся около портальной в Старграде. Только одна просьба».

«Не говорить об этом Весте?» — предугадала Илона.

«Точно», — хмыкнул я.

«Ты действительно думаешь, что я отдам кому-то вечер с тобой? Ты меня совсем не знаешь».

«Польщён. Но ты права, совсем тебя не знаю. Вот ночером и познакомимся поближе», — проворковал я.

«Ночером, говоришь? — кокетливо переспросила девушка. — Это обещание?»

«Да».

«Тогда… до ночера», — попрощалась Илона, и связь прервалась.

«Я так понимаю, ночь у тебя уже занята? — пришел вопрос от Первого. — А если кто-то ещё пригласит? Будешь по порталам прыгать?»

«Никуда я прыгать не буду. Кто первый встал, того и тапочки», — усмехнулся я.

«Не понял», — настороженно сказал Первый.

«Забудь. Поговорка такая», — ответил я.

«Входящий вызов — Сенди», — прошелестело в голове и пробежало перед глазами полупрозрачной строкой. Не понял, совпадение или Илона уже успела что-либо сказать ей? Вряд ли.

Империя. Светлояр. Сенди

Праздник Равновесия все любили, и Сенди не была исключением. Будучи девочкой, она с нетерпением его ждала, зная, что отец обязательно что-нибудь подарит к этому дню, а мама наденет лучшее платье, и они все вместе пойдут смотреть соревнование силачей, ловкость жонглёров, загадочность магов-фокусников. Выйдя замуж, она пыталась следовать традициям своей семьи. Но первый же совместный выход с покойным мужем на День Равновесия обернулся скандалом на празднике и горькими слезами вечером около постели с пьяным суженым.

Когда появилась Кююс, Сенди изо всех сил пыталась создать в этот день для дочери то волшебное настроение, которое сумели создать её родители. Но это далеко не всегда получалось.

Сегодня Сенди была хозяйка сама себе. Не нужно было подстраиваться под планы тестя, выгадывать деньги, чтобы побаловать дочь сладостями. Сегодня у Сенди было достаточно денег, чтобы, наконец, организовать для Кююс и Елизаветы настоящий праздник — такой, какой Сенди помнила с детства. Саймон и Млада полностью поддержали её начинание, а дядька Тагир выделил шесть серебрушек на, как он выразился, «праздник живота».

Всё распланировав вчера вечером и согласовав с Младой, которая, впрочем, со всем была согласна, женщины с самого утра хлопотали с нарядами девочек, да и сами приоделись по поводу «выхода в люди».

Всё сломалось, когда к ним неожиданно пришли графиня Марианна с подругой Кветой и её мужем, графом Зибенским. Все были знакомы Сенди по тем иллюзиям, которые показывал Алекс накануне.

Графиня Марианна ушла проведать отца, и Сенди хотела воспользоваться этим, чтобы незаметно уйти с дочкой и Младой, но граф Зибенский, как будто прочувствовав её намерения, настоятельно попросил составить им компанию. Сенди скрепя сердце согласилась.

Марианна вернулась очень быстро. Спустившись со второго этажа, она театрально махала на себя ладошкой:

— Ну надо же, так рано, а уже так жарко, — проговорила она и обратилась к сопровождавшему её Саймону. — Принеси, пожалуйста, водички. Что-то я совсем сопрела, — она тяжело, совсем не соответствуя сроку своей беременности, села в кресло. Млада, сидевшая на диване, прятала улыбку.

«Кукла, — с досадой подумала Сенди. — Нужно было чуть раньше уйти. Теперь вот сиди с этой лицедейкой».

— Прям не знаю, нужно будет найти нам с вами скамеечку в тенёчке, — между тем обратилась Марианна к Младе, — в нашем с вами положении нужно очень беречься.

Млада лишь растерянно улыбнулась в ответ. Тут со второго этажа, прыгая по ступеням, появилась Елизавета:

— Мне дед серебрушку дал! — возвестила она. — Что вы тут расселись? Пойдёмте скорей!

— Подожди, Лизонька, — возразила Марианна, принимая от Саймона стакан с водой, — ты же видишь, мне и тёте Младе нужно беречься. Сейчас отдохнём и поедем. Никуда праздник не денется.

— А что случилось? — недоуменно спросила Елизавета. Кююс жалась к Сенди, исподлобья рассматривая незнакомых людей.

— Пока ничего, — терпеливо начал объяснять Саймон. — Когда женщина ждёт ребёнка, она очень ранимая, поэтому нужно беречься. Она ведь теперь ответственна за малыша, который живёт у неё в животике.

— Да? — удивилась Лиза. — А мы вчера с тетей Младой в мяч играли…

— Лизонька, иди ко мне, — перебила девочку графиня Марианна. Граф с супругой нейтрально наблюдали за происходившим. Елизавета подошла к Марианне и обречённо присела на краешек кресла, освобожденный графиней. Марианна погладила племянницу по волосам и участливо поинтересовалась: — Расскажи, как ты тут живёшь? По дому скучаешь?

— Нет, — откровенно ответила девочка, чем вызвала дружную улыбку у всех присутствующих, кроме Марианны, — у нас весело. Ой! Марианночка, а нам Алекс такие фокусы показывал! Представляешь, вот он всех-всех через телефон показал. Вы как живые были. Представляешь? Не веришь? Кююс, скажи! — призвала девочка подружку в поддержку, на что та лишь крепче прижалась к матери. — Тёть Млад, ну правда же?

— Правда-правда, — поддержала Елизавету Млада, — вы как вошли, я сразу всех узнала.

— По какому поводу был показ? — подал голос граф Зибенский.

— Алекс предложил тёте Сенди управлять нашим замком, вот и показывал всех, — выпалила Лизавета.

— Вот как? — вставил граф.

— Что же вы молчали? — всплеснула Марианна. — Наконец-то. Вы же понимаете, госпожа Сенди, мне в таком положении совершенно нет времени заниматься замком. Как же хорошо, — Марианна поднялась. — Господа, предлагаю отправиться на праздник. А с вами, госпожа Сенди, мы обязательно поедем в одном экипаже. Никто не возражает?

— Хорошо, — нейтрально отозвалась Сенди, также вставая. — Млад, идем?

Через некоторое время они все же вышли из дома и, расположившись в экипажах, направились за город, где должны были пройти основные торжества. Граф с женой отправились в одном экипаже, а Марианна, Млада и Сенди с девочками — в другом.

По дороге на праздник Марианна почти не умолкала, жалуясь на всех и всё… Собственно к месту праздника Сенди и Марианна прибыли сильно изменив отношение друг к другу. Молодая графиня сумела вызвать у Сенди симпатию, просто оставив свой театральный тон и лицедейское поведение. Сенди рассказала о своих планах на праздник, на что Марианна захлопала в ладоши, превратившись в ещё одну девочку, которая жаждет, чтобы о ней заботились и устроили ей праздник.

Поляна, на которой проводился праздник, пестрила народом. Экипажи остановились далеко от места проведения, и пришлось долго идти пешком.

— Сначала сладости! — предложила Елизавета, которой подаренная монета жгла руку.

— Не возражаю, — поддержала Марианна, — идёмте вон туда. Там, в палатках, должны их продавать, — а затем сказала, обратившись к Сенди: — Позвони Алексу и скажи, что ты согласна жить у нас. Мы сейчас купим сладостей и вернёмся. Квета, идём.

— Я здесь побуду, — отказался граф, — осмотрюсь.

Графини с девочками ушли за сладостями, а Сенди и Млада остались с графом наедине. Сенди достала телефон:

— Мне нужно поговорить с Алексом, — сказала она, приложив артефакт к уху.

«Ожидайте, абонент вызывается», — пропищал тот в ответ.

— Привет. Слушаю тебя, — раздался голос Алекса.

— Господин Алекс, это Сенди. Вы можете поговорить со мной? — очень учтиво спросила девушка.

— Да-да, слушаю, — отозвался Алекс.

— Хотела поздравить вас с праздником Равновесия. Пожелать вам удачи в ваших делах.

— Спасибо, Сенди. Очень приятно слышать это от тебя. Нет, правда, прям так неожиданно. Как там Кююс?

— Спасибо, господин Алекс, у нас всё хорошо, — сказала девушка.

— А можно без господина и на «ты»? Или что-то изменилось и мы опять на «вы»? — поинтересовался Алекс.

— Не знаю… Я не одна. Как-то неправильно тыкать, — замялась Сенди.

— Бог с тобой, называй как тебе удобней, — согласился собеседник.

— Не обижайся. Мы гуляем с вашей супругой, графиней Марианной и её подругой, госпожой Кветой и господином графом. И Млада с нами. Мы все поздравляем вас с праздником.

— Спасибо. Передавай Квете и Карлу мои наилучшие пожелания. Маринке я попозже позвоню, и Младке тоже. А вам желаю, чтобы отдых ваш удался, и не омрачался никакими бедами!

Девушка передала поздравления, повторив слово в слово для графа Зибенского, внимательно наблюдавшего за Сенди.

— Алекс, у меня к вам… к тебе маленькое дело.

— Конечно. Говори, — поощрил Алекс.

— Ваша жена, госпожа Марианна, очень обходительная женщина. Она так переживает за своего будущего ребёнка. Она… да, извини, это лишнее. Я хочу сказать, что согласна на ваше предложение о работе. Вы не передумали?

— Нет, не передумал. Очень рад! Вообще здорово! Ты даже не представляешь, как это классно! — очень эмоционально прокомментировал решение Сенди Алекс.

— Вы… ты меня смущаешь. Право слово, — прервала Сенди красноречие собеседника.

— Хорошо-хорошо, молчу, — отозвался тот. — Слушай, Сенди, звезда моя. У тебя деньги есть? В смысле, с собой?

— Конечно. Мы же на праздник приехали.

— Сколько? Мне для дела нужно. Сколько у тебя? — спросил Алекс, чем насторожил девушку. «Может, решил подарок жене подарить, или ещё чего», — промелькнуло в голове у Сенди.

— Всего пять золотых, но я рассчитывала потратить не больше семи серебрушек, так что можете остальными распорядиться, — перейдя на деловой тон, сказала девушка.

— Значит, так. Услышь меня. Ты теперь лицо моего графства, поэтому тебе нужно поменять одежду, и возможно весь имидж, — распорядился Алекс.

— А что не так с моей одеждой? — возмутилась Сенди, всеми силами стараясь не нахамить своему работодателю. — Я нормально одеваюсь.

Млада, желая услышать весь разговор, а не его кусочки, прижалась к Сенди и поднялась на носочки, пытаясь прислонить своё ухо к телефону.

— Сенди, не психуй, — почувствовал Алекс реакцию собеседницы, — ты великолепно одеваешься как одинокая мать, как простая горожанка. Понимаешь? А ты должна выглядеть как лицо моего графства. Пусть это будет неброско, скромно, но обязательно добротно! Понимаешь? Любой, кто увидит тебя, должен понять, что ты не просто так! Ну что я тебе рассказываю, всё ты понимаешь лучше меня. Эу-у… Ты меня слышишь?

— Да, Алекс… — хмыкнула девушка, убирая невесть откуда выкатившие слёзы, — я поняла.

— Потом возьмёшь у ЗАКа потраченное. Если не хватит денег, одолжи у Карла. Давай я его попрошу, — предложил Алекс.

— Не нужно, — не согласилась девушка, — мне хватит, — и, помолчав, добавила совсем тихо: — Спасибо тебе. Мне пора.

— Ну давай! Устрой для Кююс настоящий праздник. Такой, чтобы она запомнила его и весь год ждала следующий. Ты понимаешь, о чём я? — пожелал Алекс.

— Понимаю, — слёзы капали и капали. Млада достала платочек и протянула Сенди, та кивнула, принимая его.

— Ну всё тогда. Привет девчонкам, — попрощался Алекс, прерывая связь.

Подошли графини с девчонками, у каждой был петушок на палочке. Марианна протянула один Младе, второй Сенди:

— Что случилось? По какому поводу слёзы? Алекс? — Марианна замерла в ожидании услышать плохие новости.

— Всем привет передавал, — стеснительно улыбаясь, проговорила Сенди, вытирая глаза уголком платочка, стараясь не размазать макияж. — Минутная слабость. Сейчас пройдет.

— Фу ты! — укоризненно проговорила Марианна. — Испугала.

— Похоже, у вас намечается поход по магазинам? — подытожил граф Зибенский. — Может, хотя бы соревнование силачей посмотрим?

— Нет-нет, — возразила Сенди, уже справившись с минутной слабостью, — за покупками завтра. А сегодня у нас праздник!

— Ой, тогда я сегодня в замок не поеду, — сразу же решила Марианна. — Тебе же нужен будет совет? Да и себе что-нибудь присмотрю, и для малыша. Правда, Млад?

— Идёмте, там уже силачи начинают, — вместо ответа сказала Млада, увлекая Елизавету и Кююс к начинающемуся действу.

Предгорья Огненных гор. Алекс

Переговорив с Сенди, я некоторое время ехал молча.

«Я же тебе говорил, придется всю ночь прыгать по порталам, — съязвил Первый, по-своему расценив моё молчание, — на меня не рассчитывай, сам будешь бегать».

«В этих делах, котяра, рассчитывать можно исключительно на себя!» — поддержал я шутку арвенда.

«ЗАК, давай-ка я тебе надиктую голосовые сообщения. Включай блок вариантности», — приказал я своему ИскИну, решив разослать голосовое поздравление всем своим соратникам, используя возможности ЗАКа по модуляции нужного тембра голоса и компоновки сообщения в зависимости от получателя.

«Выполнено. Жду текст сообщения», — тут же доложил ИскИн.

«Сейчас, погоди чуток», — попросил я, так как нужно было перебраться на другой берег через быструю речушку, и я побоялся, что могу свалиться с лошади. Дно реки было неровным, кони спотыкались. В который раз я пожалел, что мой Зубатик расслабляется где-то в Светлом лесу со своей подругой, а мне приходится трястись верхом на лошади. Выехав на другой берег и поднявшись на довольно крутой склон, я подождал своих спутников и, направив коня рысью по утоптанной дороге, вернулся к обсуждению с ЗАКом поздравительного послания.

«Итак, ЗАК, давай разобьём получателей на группы. В первую входят Рампил, Умар, Ульрих, Карл, Хисий, Енай, Дамир…»

Некоторое время я компоновал своих друзей и знакомых в группы и оттачивал сообщения для каждой группы.

«…и самое главное, ЗАК, — закончил я беседу со своим ИскИном, — не ограничивайся только передачей сообщения. Передай, что, типа, у меня всё нормально, очень занят, говорить не могу…»

«Алекс, модуль вариантности задействован. Сложных бесед я вести не смогу, но аппроксимируя накопленный материал твоего общения с названными индивидуумами, простые ответы вполне смогу сгенерировать», — осветил ЗАК свои намерения.

«Только, пожалуйста, без эротики, — предупредил я, — а то наобещаешь моим женщинам золотые горы, а я потом расхлебывай».

«Я же сказал, простую беседу в рамках поздравления с праздником», — немного обиженно отозвался ИскИн.

«Ну и ладно, — согласился я, — и давай-ка освободи меня от необходимости с кем-то разговаривать. Похоже, мне скоро будет не до разговоров. Так что смотри, если беседа с кем-то не заладится, просто имитируй обрыв связи. Понял?»

После очередного поворота, огибая огромный утёс, мы выехали на прямую дорогу, упирающуюся в городские ворота Ориакса. Так себе городишко. Городскую стену строить начали вчера или позавчера. Либо они такие строители фиговые. Нет, стена была, каменная и, по их меркам, может и большая, но по факту… Метра два в высоту — не стена, а так, перегородка. Что же это за город, без крепостных стен? Либо у них система предупреждения и уничтожения такая, что стены ни к чему. Очень может быть, а если так, то это очень и очень плохо. Не то, что оно есть у демонов, а то, что такого оружия нет у меня.

«Насколько долго не переводить на тебя вызовы?» — вывел меня из созерцания города голос ИскИна.

«До особого распоряжения, — приказал я, переводя лошадь в прибавленную рысь, — особо настойчивым предлагай записать ответное сообщение. Я потом прослушаю».

«Тогда я настоятельно советую прямо сейчас переговорить с Дамиром. Это касается безопасности графства», — предложил ЗАК.

«Что, всё так серьёзно?» — мысленно поинтересовался я, на всякий случай придерживая лошадь, норовящую перейти в галоп.

«У Риты достоверных сведений нет, но по логической цепочке разговоров можно утверждать, что на имение Неркулова готовится нападение особо крупных изменённых животных Проклятого леса», — пояснил ИскИн.

— Твою же дивизию… — выругался я, переводя лошадь на шаг. Меня догнал Юл:

— Что-то случилось? — поинтересовался он, благо теперь орать не нужно. Как я раньше обходился без ИССов?

— Пока не знаю. Что-то в графстве. Нужно переговорить с Дамиром, — ответил я.

— Хорошо, — сказал мне Юл и, приотстав, крикнул: — Двойной круг! Стоять в сборе!

Я остановил лошадь, Первый недовольно ходил рядом:

«Что теперь? Кровать согрета, не хватает только тебя?»

«Не смешно, — рыкнул я, и толкнул ЗАКу, — давай Дамира».

Тем временем мои спутники довольно слаженно организовали вокруг меня два круга. Четверо всадников во внутреннем круге, буквально в нескольких метрах от меня, остальные встали во внешний круг, поставив лошадей мордами наружу. Внутренние воины сняли притороченные к сёдлам арбалеты и взвели их. Внешние воины вынули мечи из ножен.

«Ваше сиятельство? Это вы? Да?» — раздался в голове голос моего сотника.

«Привет, Дамир. Да это Алекс. Как дела?» — поинтересовался я.

«Ваше сиятельство, как удачно… А мы вот… ну… только что хотели вам доложиться», — начал запинаться сотник.

«Доложи обстановку», — прервал я Дамира.

«Докладываю, — твердым голосом заговорил воин, — два дракона движутся в направлении имения барона Неркулова. По последним сведениям, пересекли Ближний форпост. Жители деревень Бояково и Бояковские Выселки эвакуированы. Старая ведьма, которая подле выселок живёт, отказалась покидать свой дом, остальные ушли и скотину увели. Вся дружина мобилизована и направлена в оцепление места предполагаемого выхода тварей. Окромя двух десятков воинов. Они несут караульную службу на пропускном пункте границы графства. Барон Флаерс обещал привести сотню пеших воинов и два десятка конных. Это всё».

«Итого четыре сотни бойцов, — подвел я итог. — Для драконов это на один зуб. Ты уверен, что это драконы?»

«Сам-то я не видел, — ответил сотник, — а вот Намин видела и Жизнемира тоже. Говорят, ошибки не может быть. Точно драконы. Это большие которые».

«Не понял, причём здесь Жизнемира? — переспросил я. — Она что, ходила смотреть?»

«Никак нет, ваше сиятельство. Мы когда за цветками двулистника делали ходку в Проклятый лес, наткнулись на них… Ну, на драконов… Вот потому и успели крестьян увести. А так бы… По прогнозу, твари выйдут из леса часа через два, максимум три».

«Не части, — недовольно сказал я. — Какая ходка? Какой цветок? Вы что, в Проклятый лес ходили?»

«Так точно».

«Подробности», — потребовал я.

«Госпожа Милёна и рейнджер Намин собрались в ходку за цветком. Жизнемира попросила у меня сопровождение. Ну вот я и взял двоих… Так вроде бы всё нормально было… А потом драконы… Мы-то стороной ушли, а потом сигналки Дальнего форпоста сработали. А теперь и Ближнего… Вот мы и думаем, может к имперским войскам поехать. Там знакомец у меня есть. Можно через него помощи попросить», — сбивчиво объяснил Дамир.

«Ну вы, блин, даёте! — выругался я. — Какого х@@ вы в лес попёрлись? Милёнка что, совсем из ума выжила? И бабка её… О чём вы там думаете?»

«Не могу знать, — ответил воин, — я сопровождал. Хотел пару десятков взять, но меня уверили, что это лишнее…»

«Дамир! — перебил я. — Запомни, повторять не буду. Слушать советы гражданских в военной операции — это последнее дело. Если бы что-то случилось, спросил бы не с бабки Жизнемиры, и не с Милёнки. А с тебя! Это понятно?»

«Виноват, ваше сиятельство. Отслужу», — гаркнул воин так, что мне захотелось прикрутить громкость.

«Ладно, приеду, разберёмся, — вздохнул я, успокаиваясь. — Значит говоришь, драконы идут. Двое?»

«Так точно. Две твари, — подтвердил Дамир. — Тут вот Хисий, Енай, Вилс, Намин. Решаем, что делать».

«Положи свой телефон на стол, — приказал я, и толкнул ИскИну: — ЗАК, публичную видеоконференцию. Режим визуализации седьмой, режим звука «Эхо четыре»».

Я прикрыл глаза, устанавливая связь с МУНом. Итак, я в комнате — верней, не я, а моя голограмма. Но ощущение такое, как будто ты сам там присутствуешь. Мда-а, так недолго и раздвоение личности получить. Я ощущал себя и тут — сидящим на коне, и там — стоящим на столе. Одновременно. Телефон мог бы и на пол положить, а то стою тут как памятник.

«ЗАК, смещение на метр влево», — подкорректировал я своё положение. Верней, положение голограммы.

— Хисий, Вилс, Енай, — указал я на пластунов. — Мужики, вы б@@@@ что, думать разучились??? Собрались с драконами драться? Вы вообще-то понимаете, что это такое?

Хисий неторопливо поднялся:

— Ты, владыка, не шуми, — проговорил он. — Делаем, что можем. В открытый бой не пойдём, но и бежать без оглядки не пристало нам. Это наш дом, и мы его будем защищать.

— Хисий! — заорал я. — В Зимницах сидит Генвас О'Лак. Он дракон, мой друг! А вы собрались воевать с его сородичами? Когда вы думать-то начнете?!! Ну ей-богу!

— Генвас принес троих малышей драконов, — ответил старый пластун, — и я думаю, что эти монстры их ищут. Ты бы, владыка, пояснил нам, зачем тебе эти малыши? — невозмутимо проговорил пластун. — Когда твари выйдут, много людей поляжет… Может, отдать малышей миром?

— Да ё-ма-ё! — я готов был взорваться от переполнявшего меня возмущения. — Что за бред ты несёшь? — и тут меня осенило. Они не знают, что Генвас дракон. Как большинство не знает, что я монстр. Это резко успокоило меня. Я глубоко вздохнул, успокаиваясь. — Значит так, слушать меня, — продолжил уже спокойным голосом. — Генвас О'Лак дракон. Это не прозвище, это его второе тело. К нам идут его сородичи, и Генвас будет очень рад, что они выбрались живыми. Так что воевать мы не будем. Нужно срочно доставить Генваса в имение, а потом к драконам. Это понятно?

— Но владыка… — начал Хисий.

— Выполнять! — рявкнул я. — Дисциплину забыли? Развели тут балаган!

Все дружно подскочили, прижав кулак правой руки к груди. Включая деда Вилса и Намин. Повисла тишина.

— Оцепление убрать. Верней, не так. Когда узнают, что у нас драконы здесь — столько народу будет, что паломники покажутся нам милыми друзьями. Так вот, этого допустить нельзя. Дамир. Срочно пресечь расползание слухов. Любыми средствами. Выполнять.

— Не сумневайся, ваше сиятельство, никто не прознает, — воин стукнул себя кулаком в грудь и выскочил из комнаты.

— Намин, — повернулся я к рейнджерше, — ты сама видела драконов?

— Так точно, — по-военному ответила девушка, буквально съедая меня глазами.

— Как ты повелась на ходку с Милёнкой, мы ещё поговорим, — пообещал я. По лицу девушки пробежала лёгкая тень стыда или смущения.

— Виновата. Она была так убедительна…

— Разберёмся, — пресек я оправдания Намин. — Что драконы? Почему не летят, а пёхом прут?

— Потрепал их кто-то. Крепко потрепал. Один еле ползёт. У него крыло перебито, да и у второго тоже. Мы потому и решили, что сами справимся…

— Хватит бредить, — во второй раз прервал я девушку, — видел я израненного дракона в бою. Эльфы тоже думали, что справятся… — невесело хмыкнул я. — Ладно, это лирика. Слушай сюда. За тобой ближнее оцепление. Когда прибудет Генвас, драконы остановятся. Найди им подходящее место, поляну побольше, с хорошим подъездом. Только подальше от любопытных глаз. Действуй.

— Хорошо, Алекс, — кивнула девушка, подавив вздох. Улыбнулась мне и ушла из комнаты.

— Енай, Вилс, — повернулся я к воинам, — за вами снабжение. Драконы много жрут, так что соберите скотину по деревням. Но так, чтобы и крестьяне не очень пострадали. Это на первый раз. Если драконы ранены, то придётся лечить их. Значит, они побудут у нас. Так что выправьте обоз в Озёрск за мясом. Я понятно объяснил?

— Да, владыка, — вместе отозвались пластун и дед Вилс. Похоже, он меня тоже во владыки записал.

— Хисий, за тобой доставка Генваса. Я сейчас свяжусь с Алиной. Она его врачует? — перевёл я внимание на старейшину пластунов.

— Да. Мы его в лесную сторожку определили. Алина сказала, там какие-то травки растут. Её идея, — подтвердил Хисий. — И дракончики не на глазах.

— Ясно. Давай к порталу и в Зимницы. Организуешь доставку Генваса в графство. Со мной связи в ближайшее время не будет. Я сейчас к Верховному демону пойду. Вон уже его послы скачут. Так что действуй. И помни: Генвас такой же оборотень, как и я. Ты понял?

— Хорошо, — кивнул пластун, и я прервал связь. Раздвоение личности прекратилось.

«Ну что там?» — нетерпеливо спросил Первый.

«Да дебилизм полный, — посетовал я. — С драконами воевать собрались. С двумя, прикинь. А то, что Генвас дракон — никто, кроме Алины, не знает, и то, что это его братья идут, никому в голову не пришло».

«Ты не поторопился с выводами?» — предостерёг меня кот.

«Нет, котяра. Генвас всё разрулит. Всё, не мешай, — попросил я арвенда. — ЗАК, дай Алину».

«Она оставила телефон в избе, сама занимается с детёнышами драконов на поляне у леса в трехстах пятидесяти восьми метрах от аппарата. Транслирую изображение», — проговорил ИскИн, и я увидел вид сверху. Алина чем-то кормила дракончиков, которые всё время норовили залезть в соседний таз с едой. Как говорится, у соседа трава зеленей и вода мокрей.

«ЗАК, доставь ей телефон. Срочно», — приказал я.

«Нет прямого доступа в помещение, где лежит аппарат», — отозвался ИскИн.

«Окно выбей!» — возмутился я.

«Выполняется», — монотонно ответил ЗАК. Буквально через некоторое время на полупрозрачном экране я увидел, как Алина протянула руку и взяла телефон. Приблизил вид. Девушка приложила аппарат к уху, и в голове раздался голос Алины:

«Алекс? Что случилось?»

«Где Генвас?» — вместо ответа, спросил я. Было ощущение, что я общаюсь по скайпу с односторонней видеосвязью.

«Лечение принимает, — ответила девушка. — А что?»

Я приподнял МУН вверх, осмотрелся. Нет, не вижу.

«Не вижу. Где ты его спрятала?»

«Да вон же. Около кустарников, — со смешинкой в голосе проговорила девушка, отпихивая ногой одного дракончика от другого, меньшего ростом, и подталкивая забияку к его миске. И не боится. Зубки то у них ого-го! — Я его лечебной грязью вымазала с растёртыми листьями Многосила, — и, спохватившись, спросила, — а как ты можешь видеть? Ты тут?»

Алина оставила в покое дракончиков, встала и начала озираться по сторонам:

«Где ты?»

«Алинушка, я через МУН смотрю. Тот шарик, что телефон тебе принёс», — пояснил я.

«А-а-а. Только телефон не шарик принёс, а диск, — с сожалением протянула ведунья, — я-то уж подумала, что ты снизошёл…»

«У меня встреча с Верховным демоном, так что попозже. Дай Генвасу телефон».

«Что случилось-то?» — я видел, как девушка пошла к раскидистому кусту, под которым был характерный холмик. Холмик зашевелился. Понятно, почему Генваса сюда определили. Под кустарником лежал парень, полностью вымазанный зелёной грязью.

«Сейчас Хисий прибудет, всё расскажет», — пообещал я.

«Все такие скрытные, — обиженно ответила девушка, — а потом ваши скрытности мне вытягивать со Звёздных дорог».

«Да ничего такого, — примирительно отозвался я, — сородичи Генваса вышли из Проклятого леса около имения. Он там срочно нужен».

«Так бы и сказал, — и в сторону: — Генвас. Возьми тряпицу, руки вытри. На, держи, Алекс хочет тебе что-то сказать».

На полупрозрачном экране перед глазами я видел, как парень сел и взял у ведуньи тряпицу, вытер ладошки и принял от неё телефон. Покрутил в руках и, подняв взгляд на Алину, спросил:

«Это что?»

«Артефакт такой. Телефон называется. Через него можно разговаривать с тем, кто далеко. Держи давай, бояка — воин», — засмеялась девушка.

«Алекс?! Я, Генвас О'Лак, готов говорить с тобой», — услышал я на фоне смеха Алины.

«Ещ ё поклонись… Х и — хи — хи», — посоветовала ведунья.

«А нужно?» — озабоченно спросил Генвас, пытаясь подняться.

«Пошутила я, наивная простота», — отмахнулась девушка.

«Генвас, дружище, тут твои сородичи из Проклятого леса вышли. Ты срочно нужен», — сообщил я, игнорируя перепалку дракона и ведуньи. Парень вскочил:

«Это… Это очень хорошая весть. Я готов. Куда идти?»

«Сейчас прибудет Хисий. Он тебя отведёт к ним. Дракончиков оставь, там ими некому будет заниматься, а тут Алина вроде поладила с ними», — давал я наставления, наблюдая сквозь экран, как из ворот Ориакса выехала группа воинов и направилась к нам.

«Твоя женщина в высшей степени… строга. Тебе очень повезло с ней!»

«И не только с ней, — буркнул я, и громко: — Всё, Генвас. Драконы ранены, очень сильно. Лететь не могут. Так что смотрите там по обстоятельствам. На довольствие их поставил, а ежели что нужно будет, там Жизнемира есть… Ну, и Милёнка. Моя жена. Действуй».

«Жена? Разве Алина не твоя жена?» — спросил Генвас не о том, о чём следовало.

«Жена, жена. У меня их много. Не о том речь. Всё. Мне пора. Удачи», — свернул я разговор.

«Чистого неба», — попрощался Генвас. Протянул телефон Алине: — Он сказал, что у него много жён. Но ты самая лучшая.

«Льстец, — улыбнулась ведунья, вытирая телефон тряпочкой. — П ойд ё м мыться, сейчас за тобой Хисий придёт».

Я отключил связь с МУН. Выделил связь с Юлом. Оба-на! Если раньше я отслеживал связь по тонкому каналу, то сейчас, около нити, соединяющей нас, я увидел маленький аватарчик. Лицо Юла. Как говорится — «солдат спит, служба идёт». Так и у меня, мозг сам себе что-то там делает.

«Я закончил, — толкнул я по связи с мастером. — Похоже, что Гариф не дождался нас».

«Либо его попросили не дождаться», — усмехнулся Юл.

«Ждём, — приказал я. — Вы перестройтесь. А то неверно истолкуют».

— Стоять походным! — гаркнул Юл. Воины организованно развернули коней и встали за мной. Юл остановился слева от меня.

«Что там? В графстве».

«Драконы вышли на имение. Сородичи Генваса. Организовывал встречу им», — коротко проинформировал я.

«Много?»

«Двое. Судя по разведданным, сильно ранены».

«Так у нас теперь в графстве драконы будут? Императору это вряд ли понравится», — покачал головой воин.

«Да пошел он! — ответил я. — Закончим тут, ещё разберемся с этими неожиданными учениями у моих границ», — пообещал я.

«Против империи без подготовки нам не выстоять. Пока спокойно, нужно бы подготовиться», — предложил Юл.

«Вот и займись. Есть опыт?»

«Кое-какой есть», — кивнул воин.

«Ну вот и добре», — закончил я беседу. Тем временем подъехал Гариф. Его воины остановились поодаль. Высший перевёл коня на шаг и направил его к нам. Я тронулся ему навстречу. Остановился метрах в трёх.

— Что тебя задержало? — спросил демон.

— Решил, что безрассудно посещать столицу демонов без сопровождения. Это можно расценить как нападение.

— Твоя мудрость шире степей, — кивнул Гариф. — Следуй за мной. Нас ждёт Верховный.

Демон тронул поводья и, не заботясь о том, поехал ли я за ним, шагом направился в город.

«Следовать за мной», — толкнул я Юлу.

Так мы и двинулись. Гариф впереди, я на удалении за ним. За мной Юл и мои воины, и замыкали шествие воины демонов.

Вблизи город был ненамного лучше, чем издали. Цивилизация сюда еще не дошла. Мне вспомнился Озёрск, при первом моём посещении. Невымощенные улицы, слой пыли на дороге, нечистоты в канавах. Обшарпанные дома, шкуры вместо дверей, чёрные провалы окон. Мда-а. По мне, так в стойбище Гарифа поаккуратней было.

Мы пересекли весь город, до самого центра. На нашем пути не было вездесущих мальчишек, любопытных зевак. Только в истинном зрении я видел местных горожан, да чувствовал кожей, как нас рассматривали из чёрных провалов окон, из-за углов зданий. Только воины на стенах в открытую глазели на нас. Впрочем, мы вскоре свернули к центру города, подальше от крепостной стены.

А вот ратуша меня удивила. На фоне убогости строений центральное здание было очень даже красивое. Мне сразу подумалось, что это останки Модуля, приспособленные под главное здание города. Очень уж оно отличалось от окружающей архитектуры.

Гариф спешился около широких ступеней ратуши и кинул поводья подбежавшему воину. Я остановился невдалеке и также спешился. Передал лошадь конюху.

— Нас ждёт Верховный, — ещё раз сказал Гариф. — Возьми троих. Больше нельзя.

— Четвёртым будет мой кот, — согласился я.

— Хорошо. Следуй за мной, — кивнул Высший и направился по ступеням к главному входу. Удивительная привычка не ждать исполнения своих просьб и приказов. А вдруг я не пойду? Или мне что-нибудь нужно…

«Юл, возьми двоих. Остальные ждут», — толкнул я приказ мастеру.

«Чую я, не к добру всё это», — посетовал Первый, подходя ближе ко мне.

«С каких это пор ты трусить стал?» — поддел я кота.

«Это не трусость, а осторожность, — не согласился кот. — С возрастом поймёшь».

Глава 6

Город демонов Ориакс. Алекс

Хороший дом никогда не останется пустым. История всех веков и народов подтверждает, что крепкое строение всегда пригодится. Вот только используют его не всегда так, как задумывал строитель. Войдя в просторный «предбанник» ратуши города демонов, я ещё раз убедился, что каждый хозяин приспосабливает помещения под свои вкусы и нужды. Не думаю, что мрачного вида фрески на стенах Модуля остались от мастеров древности. Да и цветовые решения были, мягко говоря, темноватые.

«Запрос идентификации», — толкнул я широковещательный запрос местному ИскИну. В ответ тишина. Понятно. ИскИна либо ликвидировали досужие воины демонов, либо он сдох при мелотронном ударе. Рассматривать ратушу с высоты птичьего полета я не стал. Не та обстановка, да и что смотреть? Пути отхода? Ну… Собственно, можно было бы. Но что-то подсказывало мне, что в случае открытого столкновения живыми мы отсюда не выйдем.

Во-первых, тут не один Высший, а для меня и двоих будет более чем достаточно. Да и мастера Юла вместе с моей личной гвардией не хватит, чтобы перебить всех воинов этого укрепрайона. Посему получается, что попали мы крепко, и открытого боя нужно избежать. Да и потом, если у Гарифа в доме МУН отказал, то тут наверняка будет то же самое. Если не хуже. Так что воздержимся.

«Мрачновато тут, — пожаловался Первый, — и воняет».

«Терпи. Мы же в гостях», — отозвался я. Действительно, в воздухе витал крепкий запах затхлости.

«Ты думаешь? По мне, так мы пленники. Чуешь, сколько воинов вокруг? — шерсть на загривке арвенда поднялась, и он утробно зарычал. — Мой тебе совет, давай сбежим пока можем».

«Думаю, уже поздно метаться. Так что не паникуй, будем решать проблемы по мере их поступления», — попытался успокоить я друга.

«У нас одна проблема, как вырваться отсюда живыми», — недовольно проговорил кот.

«Всё будет нормально», — уверенно сказал я, а самому же было немного жутковато. Охраны вокруг было очень много, но даже в истинном зрении я никого не видел. Лишь небольшие визуальные искажения выдавали присутствие демонов. Вот это Скрыт, так Скрыт! Мне такая руна, или там магия, и не снилась. Похоже, недооценил я противника, и если хозяин ратуши решит нас убить, нам ничего не останется, кроме как подороже отдать свою жизнь.

«Юл, вокруг много воинов. Они закрыты магией, — предупредил я мастера. — В случае чего, используйте скоростной бой. Не задумываясь, сразу. Так что подготовьтесь. У городских ворот нас будут ждать, там точно не пробьёмся. Так что идём на запад. Меня не ждать. Выводи ребят, я сам выберусь. Понял?»

— Принято, — одними губами ответил воин.

Огромные двустворчатые ворота начали медленно открываться. Гариф, шедший впереди нас с гордо поднятой головой, чуть приостановился, поджидая меня. Когда я поравнялся с Высшим, тот негромко сказал:

— Верховный несколько… необычен. У него почти абсолютная власть. Пока… Так что будь лоялен.

— Хорошо, — также негромко ответил я.

Гариф удовлетворённо кхекнул и опять набрал дистанцию. Мы вошли в просторный зал, который был совершенно пуст. Звуки наших шагов терялись под высоким сводом. Дневной свет проникал через большие окна под высоким потолком, а здесь, внизу, было довольно сумрачно. Невольно посмотрел на свод. Там был изображён огромный глаз, а вокруг него росписи на вольную тему. Быстро осмотрелся вокруг. Никого.

«Первый, мне кажется, или тут действительно никого нет?»

«Пусто. Только за тем постаментом кто-то притаился», — ответил кот, имея в виду высокий пьедестал с троном. Только он сказал, как из-за пьедестала вышел невысокий дедок. По-другому не скажешь. В скромной одежде свободного покроя. Я сказал бы — в рясе, хотя… Может, так оно и есть? Добродушное лицо светилось улыбкой и благожелательностью. От деда прямо-таки потоком шла радость встречи и доброжелательность. Это меня сразу навело на мысль, что у него задействован какой-то артефакт.

«Ментальное воздействие третьего уровня. Блокировано», — подтвердил мои догадки шёпот в голове. Да и поведение Гарифа говорило само за себя. Он остановился и, обернувшись, посмотрел на меня, обдав очень сильным удивлением и непониманием.

— Легка ли была ваша дорога? — очень озабоченно поинтересовался подошедший хозяин ратуши.

— Благодарю, более-менее, — сдержанно ответил я.

— Гариф-быш, ну представь нас, — очень уж по-домашнему попросил Верховный. Гариф явно не ожидал такого приёма, потому что прочистил горло и сказал:

— Уважаемый Дарсен-быш-во, позвольте представить Алекса-быша. Высший, выросший в землях людей, и нашедший возможность вернуться к своим истокам, — патетично произнес Гариф, повернувшись ко мне, сделав жест рукой в мою сторону. Потом повернулся к Верховному и продолжил: — Радующий сердца демонов, освящённый Святым Огнем, светлоликий Дарсен-быш-во, — при этом Гариф склонился в поклоне, прижав правую руку к сердцу.

— Ну полноте, полно, — махнул на него ладошкой Верховный и, подойдя ко мне поближе, добавил, — рад, очень рад знакомству. Можете называть меня по-простому, Дарсен-быш. У нас неофициальная встреча, к чему все эти титулы. Наверняка у вас их тоже предостаточно.

— Имеются, — натянуто улыбнулся я, пытаясь понять, что же на самом деле нужно деду.

— Вот видите, — Верховный доверительно взял меня за локоть, — моя прямая обязанность — и поверьте, приятная обязанность — ввести вас в Родовой круг. Это большое событие для всех нас. Высшие рождаются всё реже и реже, и мы бережно относимся к каждому из нас. Гариф вам уже рассказал о планируемых мероприятиях? — Дарсен посмотрел на своего подчинённого. Тот опять несколько растерянно прочистил горло и ответил:

— В общих чертах.

— Ну вот и хорошо, — с готовностью подхватил Верховный. — Всё очень просто, уважаемый Алекс-быш. Завтра в Ориакс прибудут все Высшие. Да, собственно, весть о вас идёт впереди вас, — улыбнулся мне хозяин. — Вы наверняка обратили внимание на гостей, прибывающих в город.

— Не успел, — вставил я.

«Что-то дед темнит», — пришло от Первого.

«Вижу», — коротко кинул я.

— Ну, ничего, — примирительно ответил Верховный, — у нас, как и в городах людей, есть трактиры, и вы ещё найдете себе друзей, так сказать, в неофициальной обстановке. За кружечкой пива.

— … — я пожал плечами, типа — поживем-увидим.

— Мда-а, — удовлетворённо кивнул Верховный. — А вы прибыли только с этими воинами?

— Сказали взять четверых, остальные ждут на площади, — ответил я.

— Ох уж эта охрана. Всё бдит. Не держите на них обиды, — вздохнул Дарсен и обратился к Высшему: — Гариф-быш, приведи воинов уважаемого Алекса-быша.

От Гарифа полыхнуло таким возмущением, что я все-таки закрылся. Как будто на меня ушат холодной воды вылили. И вот тут я увидел истинный взгляд Верховного. Он так посмотрел на Гарифа, что тот тут же сдулся и, немного поклонившись, довольно угодливо проговорил:

— С удовольствием исправлю это недоразумение, — выпрямился и, развернувшись на месте, скорым шагом направился к выходу.

«Юл, предупреди наших, что за ними придут», — толкнул я мастеру.

«Уже», — коротко отрапортовал он.

— Так вот, уважаемый Алекс-быш, — Верховный опять стал само добродушие. Он прикоснулся к моему локтю, — сегодня наша с вами задача — нанести визит Надзирающему. Чистая формальность. Каждый вновь инициированный Высший призывается к Надзирающему. Таков обычай. Надеюсь, вы не против?

— Это далеко? — поинтересовался я.

— Нет. К Надзирающему мы ходим Быстрой дорогой, — улыбнулся демон. — В землях людей ими завладели Повелители Дорог. У нас же всё иначе.

— У вас есть Портальная башня? — удивился я.

— Нет, что вы! Есть зал Быстрых дорог, входим в него, называем цель визита, и Надзирающий переносит нас к себе. Всё просто.

В зал вошел Гариф с моими воинами.

— А вот и ваши спутники, — сказал Дарсен. — Другое дело. Вы должны выглядеть попредставительней. Всё же вы глава нового клана!

Мастер Юл коротко скомандовал, и вошедшие без суеты заняли свои места в моем эскорте.

— Вы готовы? — посмотрел на меня Верховный.

— Вполне, — кивнул я.

— Идёмте, уважаемый Алекс-быш. Нам туда, — указал Дарсен на боковой выход. — Эти двери как раз в зал Быстрых дорог.

«И куда он собирается нас выкинуть?» — спросил Первый.

«Не знаю, — ответил я, — к какому-то Надзирающему».

«А может, всё-таки не пойдем? — проговорил кот. — Не нравится мне всё это».

«И как ты себе это представляешь? Сказать — нет, я никуда не пойду? И что?»

«А ничего. Развернёмся и уйдем, — ответил арвенд. — И пусть попробует остановить».

«Да погоди ты! — одёрнул я кота. — Ты знаешь, что это за Надзирающий?»

«Нет, — недовольно отозвался кот, — и что это меняет?»

«Юл, ты что-нибудь слышал про Надзирающего? Кто это?» — спросил я воина.

«Краем уха. Какой-то самый главный у демонов, почти бог. Никто никогда его не видел», — ответил Юл.

«Вот видишь. Юл говорит, что это некто самый главный у демонов. Так что рано или поздно с ним придётся встретиться. Почему бы не сейчас? Так что я иду. Хочешь, я скажу, что ты не с нами?»

«А кто тебя спасать будет?» — недовольно ответил кот и умолк.

В полном молчании мы вошли в малый зал. Это была просто большая комната. По сравнению с тем залом, из которого мы вышли, так просто каморка.

— Ну вот, Алекс-быш. Идёмте в центр комнаты, — Верховный засеменил к большому белому кругу, нарисованному на полу. Встал в самый центр круга и озабоченно проговорил:

— Поближе подходите, не бойтесь. Вы же раньше пользовались порталами? — я кивнул. — Ну это почти так же.

Я встал на некотором расстоянии от Верховного. Обратил внимание, что Гариф за нами не пошёл.

«Запрос идентификации», — на всякий случай толкнул я во все стороны. Тишина. Так я и думал. Портал не общего пользования, просто так не достучишься.

— Юл, подойдите поближе, — вслух сказал я, и добавил мысленно: «Вкруг».

Мои воины встали полукругом сзади меня, спиной ко мне. Кот остановился около моей правой ноги.

— Ваши воины знают толк в охране, — улыбнулся Верховный, — но вы напрасно беспокоитесь, вам ничего не грозит.

— Привычка, — коротко пояснил я.

— Конечно. Все готовы? — не дождавшись ответа, Дарсен громко сказал, — Алекс-быш со свитой по приглашению Надзирающего.

«Всё-таки ИскИн у них есть, — пронеслось в голове. — Что ж это он меня проигнорировал?»

Небольшое мельтешение перед глазами, и вот мы стоим в зале-близнеце. Разве что роспись другая и свет с другой стороны.

Быстро осмотрелся. Опасности точно нет. Навстречу нам шел невысокий мужчина средних лет. Одет в хламиду светло-серого цвета, волосы стянуты сзади в хвост, лицо бледное. Острый подбородок, прямой нос, маленькие глазки. Не красавец, однако.

«ЗАК?! ЗА-А-К?», — на всякий случай позвал своего ИскИна. Нет ответа. Интересное жилище.

«Опасности нет, — толкнул я своим. — Быть начеку».

— Жду-жду, — приятным баритоном проговорил хозяин. — Спасибо, что навестили старика. Прошу-прошу, проходите.

— Доброго дня, Надзирающий, — поклонился прибывший с нами Верховный. — Разрешите представить — Алекс-быш. Новый Высший.

— Очень приятно, — совсем по-земному проговорил подошедший Надзирающий. Протянул мне руку. Однако острый взгляд и тёмные глаза совсем не соответствовали доброжелательному тону.

— Алекс, — пожал я его руку, усиливая защиту.

— Ишвар, — представился Надзирающий. — Можете не усиливать защиту, вам тут ничего не грозит, — и, повернувшись к Верховному, сказал: — Спасибо, Дарсен. Жду тебя завтра, как обычно.

Верховный ещё раз поклонился.

— Господа, прошу, — сделал гостеприимный жест Ишвар. — Хорошее вино, жареное мясо, приятная музыка позволят вам отдохнуть от тягот пути. Прошу, — Надзирающий прижал ладонь к сердцу и легонько склонил голову.

Ориакс. Верховный демон

Появившись в своей ратуше, Дарсен облегченно вздохнул. Гариф так и стоял в дверях, не решаясь войти в зал Быстрых дорог. Потом всё-таки подошел к Верховному и, поклонившись, спросил:

— Верховный, зачем?

Дарсен сбросил с лица маску старика, повернулся к Высшему и сурово посмотрел ему в глаза:

— Только что я подарил тебе жизнь, — надменно проговорил он, — но за тобой нет долга жизни.

— Не понял, — сдвинул брови Гариф.

— Что ты не понял? — недовольно спросил Дарсен. — Надзирающий приказал любой ценой доставить чужаков к нему. Что в этом непонятного? Если бы я этого не сделал, твой клан остался бы без хозяина… — помолчав, Дарсен добавил: — А Родовой круг избирал бы нового Верховного…

Империя. Принцесса Веста

Праздник Равновесия был одним самых любимых не только в империи, но и во многих других странах. Во всех государствах сценарий праздника был очень похож. Это массовые гуляния, праздничная ярмарка, бесплатная выпивка для простых горожан, и Королевская охота в разных интерпретациях, для дворянства.

В Империи празднования проводились во всех крупных городах. Конечно, сам император не мог участвовать во всех охотах всех городов, да этого и не требовалось. В каждом городе, где проводились празднования, находился местный феодал на роль главного персонажа Королевской охоты. Правда, вне столицы словосочетание «королевская охота» было скорей названием некого действа, нежели действительно охотой королей.

Другое дело в самой столице, Старграде. Тут имелись и венценосные особы, и специальный лес, и многое другое, с чего в глубинке брали пример.

Вот только для принцессы, из года в год, все эти празднования были похожи как две капли воды. Всегда, но только не сегодня. Затея поиска своего возлюбленного наполнила праздник особым шармом таинственности и непредсказуемости.

С утра всё было разыграно как в хорошем спектакле. Принцесса и её служанка оделись в приготовленные платья и в сопровождении специально отобранных девушек вышли на парадное крыльцо.

Все девушки для сопровождения принцессы в этот раз тщательно выбирались самой Вестой и её вновь приобретенной подругой Викари. Правильней было бы сказать, что Викари предлагала, а принцесса соглашалась, потому что, как оказалось, у Викари гораздо больше подружек, на которых она могла бы положиться.

Таким образом, в свиту принцессы попали девять девушек из бедных родов, которые и не мечтали так приблизиться к принцессе. Девушки поняли поставленную задачу правильно, поэтому по всему пути следования венценосной особы не подпустили к принцессе ни одну из фрейлин. Причем делали они это ненавязчиво, как бы невзначай оттесняя девицу, а для особо настойчивых — не гнушались работать локтями.

Веста всего этого не замечала. Она возглавляла шествие, лишь виновато улыбаясь встречным фрейлинам, пытавшимся заговорить с ней. Впрочем, они тут же пропадали из поля её зрения, умело оттеснённые сопровождавшей свитой.

Так что до парадного крыльца добрались без особых скандалов. Там принцессу уже ожидал император.

— Девочки умнички, — прошептала принцесса, чуть склонив голову к Викари, идущей рядом, — передай им мои благодарности.

— К вашим услугам, Ваше высочество, — приотстав, служанка присела в реверансе. Веста царственно улыбнулась служанке и направилась к императору. Девушки, сопровождавшие принцессу, остановились возле Викари, перешёптываясь.

— Доброе утро, папа, — лучезарно улыбнулась принцесса отцу.

— Доброе, — Вилорн, чуть прищурившись, посмотрел на дочь. — Как же ты выросла!

— Давно ждёшь? — чуть смутилась Веста.

— Нет. Смотрю, у тебя появилась личная гвардия? — улыбаясь, спросил император.

— Ты про что? — удивленно взглянула на отца девушка.

— Ладно-ладно, не смущайся. Это к лучшему. Ты сама должна решать, кого приблизить к себе, а кого нет, — засмеялся Вилорн.

— Это просто свита, — начала оправдываться принцесса.

— Всё нормально, дочка, — улыбаясь дочери, отозвался император. — Не возражаешь против моей компании?

— Нет, конечно, — засветилась Веста, — ты не поедешь на охоту?

— К сожалению, поеду, — вздохнул Вилорн. — Обычай, который я не могу нарушать. Но вот до Королевского леса хочу доехать со своей дочерью-красавицей.

— Не смущай меня, — принцесса взяла отца под руку. Вилорн незаметно махнул ладошкой, и тут же по вымощенной дороге застучали копытами лошади. Подали помпезно разукрашенную карету.

— Обязательно ехать в ней? — спросила Веста. — Она такая неудобная.

— Да. Обычай. Народ должен видеть богатство империи. Если мы поедем в обычном экипаже, то что подумает народ? — спросил император, помогая дочери сесть в карету, и сам себе ответил: — А то и подумает, что империя обнищала, что даже на приличную карету средств не хватает. А это подорвет уважение к империи и императору. То есть ко мне.

Император следом за дочерью поднялся в карету и разместился напротив неё. Раздались команды, и эскорт тронулся. Некоторое время ехали молча, и лишь выехав за ворота, императорского замка, Вилорн нарушил молчание:

— Я хотел поговорить с тобой. Без лишних ушей.

— О чём? — у принцессы замерло в груди. «Он всё знает, и сейчас будет меня отговаривать, а может вообще не пустить. Кто же проговорился?» — мысли метались в голове девушки как раненый зверь в клетке.

— О многом, — грустно улыбнулся император, — но пока что нет такой возможности.

— Ты меня пугаешь, — сказала принцесса, испугавшись, но совсем не того, о чём подумал император.

— Ну что ты? — Вилорн протянул руку и взял дочь за ладошку. — Я не хотел так напугать тебя. Я всего лишь хотел предупредить тебя насчет КИВа.

— А что с ним не так?

— Понимаешь… — император откинулся на спинку. — Он не человек, и никогда им не был. Это не дух наших предков. Я не знаю, что он такое. Но доверять ему нельзя. Понимаешь?

— Почему? — искренне удивилась Веста, у которой отлегло, что разговор будет не про предстоящее приключение.

— Очень давно, твой пра-прадед насильно захватил императорский трон…

— Как захватил? — воскликнула Веста.

— Мда-а. Не хотел тебе этого говорить… Но это правда. Политика очень беспринципное дело, а жажда власти делает из людей монстров, — император помолчал. — Я дам распоряжение, чтобы летописец провел с тобой пару-тройку занятий по истории нашего рода. Правдивой истории, а не той, которую знаешь ты и все остальные.

— Я что, не принцесса? — настороженно спросила Веста.

— О Единый! Конечно, принцесса, — воскликнул Вилорн. — Всё, что ты знаешь, не вымысел, всё было на самом деле, но… с другой мотивацией. Понимаешь? Ты прямая наследница рода Рактовичей. Но, к сожалению, не единственная. Поэтому после моей смерти…

— Папа!

— Да, дочь, я не вечен, и когда-нибудь это случится, — прервал Вилорн принцессу. — Так вот, после моей смерти найдутся множество претендентов на трон. Так было всегда, и так будет. И тебе придется эту проблему решать самой, без моей поддержки. Именно поэтому я рад, что ты окружила себя теми, кому доверяешь. Цени преданность превыше всего, — император замолчал, тяжело вздохнув. — Превыше всего, — повторил он.

— А при чём тут КИВ? — вывела принцесса из задумчивости Императора. — Он мне много раз помогал.

— Он не защитил тогдашнего императора. Понимаешь? Твой пра-прадед сумел найти способ переманить КИВа на свою сторону. Вот так вот. Как он это сделал, я не знаю. Мой отец говорил, что есть некий ритуал подчинения. Но никаких следов я не нашёл. А я искал, поверь мне. Поэтому я прошу тебя не доверять КИВу. Вот, возьми, — император достал из внутреннего кармана золотую коробочку, открыл её и вынул крестик из темно-коричневого камня, на простой нити. — Пусть это всегда будет с тобой.

Веста приняла подарок и, наклонившись к окошку кареты, начала его рассматривать.

— Это не из церкви Единого, — пояснил император. — Это не украшение, это артефакт. Он защитит тебя от вмешательства КИВа в твои мысли и решения.

— КИВ никогда не вмешивался в мои мысли, — принцесса посмотрела на отца. — Почему ты так настроен против него?

— Есть причины. Есть. Просто поверь. Я попросил бы тебя надеть этот крест на шею, но понимаю, что это не всегда сочетается с твоими нарядами. По крайней мере, когда это возможно, носи его на шее, — улыбнулся Вилорн.

— Ну сейчас-то могу и надеть, — вернула улыбку Веста. Одета она была в брючный охотничий костюм. Глухая блузка, сверху жилетка и элегантный пиджак. Девушка расстегнула пуговичку блузки под самым горлом, — поможешь?

— Конечно, — Вилорн пересел к дочери, чтобы было удобней, и помог Весте с миниатюрной застёжкой. Потом вернулся на место, сев напротив дочери.

— Он тёплый, — улыбалась принцесса, поглаживая крестик, — из чего он сделан? Какой-то странный камень.

— Ассанитис, — сказал император, — очень редкий камень. На него даже заклятья не нужно накладывать, он сам по себе защищает от ментальных атак.

— Никогда не слышала про такой.

— Это государственная тайна, — с улыбкой пояснил Вилорн.

— Почему ты даёшь мне его только сейчас?

— Он мне был недоступен. Совсем недавно я сумел его получить.

Помолчали, каждый о своём.

— Ты повзрослела. У тебя свой Фонд, тебя любят в народе, и ненавидят при дворе. Думаю, тебе этот крестик пригодится, — проговорил Вилорн, ласково глядя на дочь. «Как же она похожа на мать», — грустно подумал он.

— Правда? — спросила Веста.

— Я что, сказал это вслух?

— Да.

— Элсития была очень красивая, — с нежностью в голосе проговорил Вилорн, — и очень добрая… Очень. Есть люди, которые стремятся быть добрыми. Делают богоугодные дела, раздают милостыню и прочее. А есть — которые живут добротой. Потому что они такие, даже не понимая этого. Твоя мать была такая. Ей до всего было дело, всех было жалко. А как она плакала от несправедливости и жестокости этого мира… — император помолчал. — Я никогда не мог отказать ей в её просьбах. Даже самых сумасбродных.

— Ты её всё ещё любишь?

— Не знаю. Когда она была рядом, я не думал про любовь. А когда её не стало… понял, что она для меня значила, — император отвернулся к окну, предавшись тяжелым воспоминаниям.

Наступило неловкое молчание. Был слышен цокот копыт, да восторженные крики толпы за окном кареты. В открытое окно ветер донёс запах весны, это эскорт прибывал в Королевский лес.

— Можно тебя спросить? — нарушила молчание Веста.

— Да, спрашивай, — Вилорн повернулся к дочери.

— Почему ты против графа Андера? Алекс ведь хороший…

— Я не против, — улыбнулся император, — совсем не против. Только прошу тебя быть… — замялся Вилорн, — повнимательней. Идеальных людей не существует. У каждого есть свои недостатки и достоинства. И у тебя, и у меня, и у него. Граф очень необычный человек, я сказал бы — неординарный. Это тебя привлекает. Не спорь, просто выслушай, — предупредил возражения дочери Вилорн. — Но это должно и настораживать. Я знаю, что у тебя к нему чувство. Возможно, оно самое что ни на есть настоящее. Это может ослепить, заглушить голос разума. Так бывает. Вот от этого я хочу предостеречь тебя. Ты умная девочка, всё понимаешь правильно. Взвешивай свои решения с холодным разумом, и тогда ты убережёшь свою душу от разочарования и боли.

— Я люблю его, — тихо проговорила Веста, — и ничего не могу с этим сделать.

— Может быть, и не нужно ничего делать, — улыбнулся император. Карета остановилась, и сопровождающие услужливо открыли дверь. Император вышел из кареты и подал руку принцессе. — Может быть, нам с ним стоит ещё раз встретиться? Что-то у нас с графом возникло некоторое недопонимание. Как ты считаешь?

— Да, — из глаз принцессы покатились слёзы, — я очень хотела бы этого.

— Вот и договорились, — удовлетворённо проговорил Вилорн, — после праздника я всё устрою. А сейчас развлекайся. Вон, твоя гвардия уже наготове, — улыбнулся император, кивнув на нерешительно столпившихся девушек из сопровождения Весты.

— Ты самый лучший папа в мире, — Веста порывисто обняла отца и, смутившись, отступила назад.

— Я тебя очень люблю, доченька, — Вилорн поцеловал принцессу в щеку. — Отдыхай. И держи себя в руках.

— Обещаю, — счастливо улыбалась отцу принцесса. Вилорн по-военному кивнул дочери подбородком и направился к поджидавшим его представителям дворянства. Им предстояла Королевская охота.

Дождавшись, когда император уйдёт от принцессы, к ней подошёл распорядитель. Дородный мужчина в темно-синем камзоле и коротких штанах.

— Ваше высочество, ваш шатёр сегодня расположен в живописном месте, прямо около озера. Разрешите, я провожу вас, — мужчина учтиво поклонился.

— Можно подумать, в прошлом году он был в другом месте, — недовольно пробурчала Веста и громко крикнула своей свите: — Девочки, идёмте!

Пока что императорской принцессе везло. Её задумка выбраться из установленного порядка проведения дня Равновесия сбывалась. Пробыв некоторое время в окружении своих сверстников из высшего дворянства и наслушавшись всяких колкостей, принцесса, как и было задумано, сославшись на головную боль, удалилась в свой шатер. Там её уже поджидала Викари. Было решено в их план никого больше не посвящать. Поэтому все подружки Викари были в предбаннике шатра.

Задача свиты никого не впускать в шатер, ни под каким предлогом. Девушкам объяснили эту задачу недомоганием принцессы, связанным с неожиданными проблемами по женской линии. Всех устроило такое объяснение.

Переодевшись в приготовленное платье Викари, принцесса помогла надеть служанке свой охотничий костюм.

— Ну вот, даже без Иллюзатора тебя не отличишь от меня, — сделала заключение Веста, критически осмотрев подругу, — верхнюю пуговку расстегни. Да, так. Тебе ведь плохо, — хихикнула принцесса. — На все просьбы отвечай, как я тебя учила.

— Ох, ваше высочество, — прошептала Викари, — как же мне страшно.

— Всё получится, если сама себя не выдашь. Больше молчи и неопределённо махай ладошкой, — наставляла служанку принцесса.

— А если его величество придет? Меня же… — Викария покраснела от пронёсшихся в голове мыслей про возможные последствия их затеи.

— Никто тебя не тронет. Папа не придёт, не до меня ему сейчас, — успокоила служанку Веста. — Так, всё! Не паникуй. Держи Иллюзатор, — принцесса передала Викари круглый медальон, — положи его в лиф.

— Холодный, — недовольно проговорила служанка, выполняя распоряжение принцессы.

— Я его активировала, сейчас потеплеет. Теперь тебя вообще никто не узнает. Садись в кресло и вышивай. Я пошла, — попрощалась Веста, активируя свой медальон.

Принцесса вышла в предбанник шатра. На неё устремили взгляды присутствующие там фрейлины её персонального эскорта.

— Ксин, остаешься за старшую, — обратилась Веста к одной из девушек. — Я к целителю.

— Принцессе совсем плохо? — встревоженно спросила одна из девушек.

— Обычно, — строго сказала Веста. — Болезненные у неё… понимаешь? — девушка посмотрела себе на живот. — Неожиданно начались. И упаси Единый вас проболтаться. Над её высочеством и так потешаются все кому не лень, а так…

— Ну Викария…

— Как ты могла подумать…

— Да что б мне… — в несколько голосов отозвались девушки.

— Надо бы ей горячее полотенце на низ живота положить, — предложила Ксин, — только как его нагреть?

— Не вздумайте что-то делать! — прикрикнула Веста в образе Викарии. — Ваша задача никого не пускать к её высочеству. Понятно?

— А если внаглую будут лезть? — спросила невысокая светловолосая девушка. — Я некоторых знаю. Наглючие, ужас!

— Шумите, кричите, визжите! Тут рядом будут верные гвардейцы, — улыбнулась Веста. — Всё, девочки, я побежала. Мне нужно порошки нашей Весте привезти.

Принцесса вышла из шатра и направилась к стоявшим невдалеке воинам из личной охраны. Её охраны. «Как раз и проверю, как работает Иллюзатор», — подумала Веста, подходя к молодым ребятам, которые откровенно скучали на этом празднике.

— Куда спешишь, красавица? — обратил на девушку внимание высокий, темноволосый воин. — Уж не к нам ли?

— Может, и к вам, — кокетливо ответила Веста, — смотря как встретите.

— Хорошо встретим, — продолжал улыбаться во весь рот парень, — а можем немного погодя и проводить.

— Вот, это от её высочества, — сделала реверанс Веста, протягивая на ладошке золотую монету. — Она просила, чтобы вы поближе к её шатру службу несли, ну и ежели чего подсобили… там…

— А что случилось? — поинтересовался второй парень, смотревший на Весту в образе Викарии несколько настороженно, если не сказать — набычившись.

— А ничего. Устала принцесса. Здоровьице-то у неё никудышнее. Надышалась свежего воздуха и сомлела. А всякие досужие норовят помешать отдыхать, — невинно моргая глазами, врала принцесса.

— А тебе смотрю, свежий воздух на пользу, — сделал несколько шагов к девушке темноволосый, забирая с ладошки девушки золотую монету.

— Не жалуюсь, — кокетничала Веста. — Ну так что? На вас можно положиться?

— А то! — довольно проговорил темноволосый. — А как насчет вечером погулять?

— Зависит от вас, — принцесса одарила парня многообещающей улыбкой. — Коли справитесь с просьбой, так и мы к вам со всей душой.

— Во как! — удовлетворенно произнес парень. — Это обещание?

— Может быть, — игриво ответила Веста, удаляясь и завлекающе поигрывая бедрами.

— Я на закате сменяюсь, — крикнул ей вдогонку парень.

— Увидимся! — помахала ему в ответ принцесса.

Темноволосый воин мечтательно смотрел девушке вслед.

— Слюни-то не распускай, — вывел его из сладких грёз напарник. — Ты с ней поаккуратней. Девка — та ещё стерва.

— Да брось ты, — отмахнулся парень в ответ, — ты же видел, как она на меня смотрела!

— На Сонга она тоже пялилась, он возьми и ущипни её за задницу. Любя ведь. Так она подошла к нему, близко-близко, да как даст коленкой промеж ног. Он три дня в лёжку. И ничего не сделаешь, подружка принцессы. Ещё и нагоняй от десятника получил, — закончил хмурый. — Так-то вот.

— Ну так и нефиг руки распускать, — недовольно отозвался темноволосый.

— Ага, а ты её для чего позвал? — хмыкнул напарник. — Ладно, пошли, деньгу отрабатывать нужно.

Тем временем Веста благополучно достигла края поляны, на которой гуляла молодёжь придворной знати. Между этой поляной и местом, где проходили народные гулянья, были лесок и речка. Пешком туда не дойти, да и не выпустит охрана. Поэтому принцесса заблаговременно наняла экипаж, выписала кучеру пропуск с королевской печатью и наказала ждать около шлагбаума. Там она его и нашла. Сказав охранникам, что её послали по надобности, и предъявив пропуск с гербовой печатью, Веста, в образе служанки, беспрепятственно покинула элитную поляну.

К месту народных празднеств добралась без приключений. По дороге деактивировала свой амулет иллюзии. Их Викари купила в магической лавке. Не самые дешёвые, но и не самые дорогие. Чтобы не привлекать внимания. Иллюзаторы обычно использовала молодёжь для розыгрышей, поэтому срок действия артефакта был весьма короткий. Весте пришлось изрядно постараться, меняя накопитель в медальоне. Только третий артефакт заработал так, как хотелось девушке. Медальон должен проработать часов пять, и принцесса считала, что этого времени вполне достаточно для её задумки.

Оставив экипаж с кучером на специально отведённой поляне, эдакой стоянке для извозчиков, принцесса направилась к месту народного празднования. Праздничная атмосфера витала над местом гулянья.

«Весело тут, не то что у нас», — подумала принцесса, осматриваясь. Детский смех, крики зазывал, песни скоморохов, запах жареного мяса и пряностей будоражили воображение девушки. Она была просто-таки уверена, что встретит Алекса, и её затея оправдается.

По научению Викарии, девушка направилась к торговой палатке со сладостями. Осмотревшись вокруг, она удовлетворенно поняла, что поступает правильно. Встречная молодёжь либо грызла семечки, либо хрустела кренделями. Малышня вся поголовно лакомилась разноцветными леденцами на палочках. Веста решила купить сладких орешков Кзу. По её мнению, это более прилично, чем плеваться семечками.

Подойдя к палатке с орешками, она оторопело уставилась на лоток. Разновидностей предлагаемых орешков было превеликое множество, и даже не верилось, что всё это сделано из одного и того же лесного ореха.

— Выбирай, красавица, — обратился к ней сухощавый торговец, — какие любишь? Послаще, или с горчинкой? А вот смотри, эти обваляны в семенах горного печуйка, а вот эти — о-о-о! — в сладком партике. А может, попробуешь с пудрой из сушёных плодов рязилика?

— У вас так много их, — растерянно проговорила принцесса, — я прямо не знаю…

— А что тут знать, бери всего понемногу! Цена за маленький кулек полушка. Что понравится, возьмёшь больше, — предложил торговец.

— С печуйкой не бери, дрянь отменная, и с рязиликом тоже, — раздался шёпот справа и сзади. — Возьми варёных в гариковом масле. Самое то.

Веста повернулась на голос.

— Юби? — удивленно проговорила она, узнав свою сокурсницу по академии.

— Привет, Веста, — как ни в чём не бывало, отозвалась девушка. — Точно тебе говорю, возьми в гариковом масле. Не прогадаешь.

— А что ты тут делаешь? — спросила Веста и, спохватившись, добавила: — А ну, да. То, что и все.

— Вот именно, — улыбнулась недогадливости сокурсницы Юби. — Мне в гариковом масле, — обратилась она к торговцу. Тот занялся упаковкой товара.

— Ты сейчас куда? — продолжала интересоваться Юби планами Весты и, не дожидаясь ответа, предложила: — Мы с Барцем идем на лицедеев смотреть. Айда с нами.

— У меня другие планы, — сдержанно ответила Веста. Она тоже взяла себе орешков, и они втроём медленно пошли вдоль торговых палаток, влившись в поток гуляющих. Мимо пробегали вездесущие мальчишки. Время от времени к Весте или Юби обращались лоточники, зазывая посмотреть свой товар.

— Ну так как? Идём? — не унималась Юби. — Говорят, про любовь будут показывать.

— Точно, — подтвердил долговязый парень Юби, — у меня племяш с одной из этих… Неважно, так вот она сказала, что про любовь будут играть.

— У меня встреча. Спасибо, — отказалась Веста.

— С Алексом? — хитро заулыбалась Юби.

— С чего ты взяла? — холодно ответила принцесса.

— Ой, да ладно тебе! Весь курс знает про твои чувства, — хихикнула сокурсница. — Тоже мне, тайну нашла. Только ты с ним поосторожней.

— Почему? — откровенно удивилась Веста. — Он добрый. Что его бояться?

— Ну ты, подруга, даёшь. При чём тут его доброта? Он к твоей тёзке ездил свататься. Ну, раз вы вместе — значит, не выгорело.

— Какой тёзке? — принцесса даже остановилась.

— А ты что, не знаешь? Знают все, кроме тех, кого это непосредственно касается. Как обычно, — сделала заключение Юби, и добавила, посмотрев на сокурсницу. — Забудь. Всё нормально.

— Нет уж! — возмущенно возразила Веста. — Говори уж. Ну пожалуйста. Ну кто мне ещё скажет? Так и буду ничего не знать.

— Точно. Это неправильно, — с удовольствием согласилась Юби. — Алекса пригласил во дворец сам император…

— Не может быть! — наигранно удивилась Веста, а у самой отлегло.

— Ещё как может, — сердито отозвалась сплетница. — У моей тётки знакомая есть, её сын во дворце прислуживает. Он даже с императорского стола иногда всякую снедь домой приносит…

— Верю я тебе. Просто удивилась, — прервала Веста собеседницу. — И что Алекс?

— А то. Император начал ему намекать, что, мол, так и так, принцесса на выданье, ищем, мол, человека подходящего. А ты, мол, молодой и весь из себя. А он, садовая голова, нахамил принцессе, вот его с треском из дворца и выставили. Сама знаешь своего Алекса, как ляпнет что-либо!

От этих «своего Алекса» у Весты защемило в груди и защипало в глазах.

— Это да, — выдавила она, — он такой.

— Короче, не получилось у него с нашей принцессой подружиться, так он тут же к эльфийской направился.

— Ты ничего не путаешь? — заинтересованно спросила Веста, — откуда?..

— Слушай, ну ты наивная простота! — засмеялась Юби, по-своему услышав вопрос собеседницы. — Ты что, не знала, что в соседнем с твоим коттедже эльфийская принцесса жила? Разыгрываешь? Вся академия знает.

— Какое мне до неё дело, — буркнула Веста.

— Да не сердись ты, — пошла на мировую рассказчица, — на самом деле она инкогнито была, так что ничего удивительного, что ты не знаешь.

— И что у Алекса с Анари… с эльфийкой? Сложилось? — у принцессы в груди тревожно заныло.

— Помнишь, в академии шухер был? Ну, бегали там, все искали первокурсника, говорили, что он с девушкой пошёл на озеро, и никто его больше не видел? А он потом объявился живёхонький. Ну, помнишь?

— Ага. Мы тогда на лодках с баграми по озеру плавали, — вставил Барц. — Жаль, что я его не встретил. Вмазал бы ему от души. Полночи из-за него не спали.

— Помню, конечно, — проговорила Веста. «Ещё бы не помнить!» — пронеслось в голове у принцессы.

— Так вот, этот первокурсник был твой дражайший Алекс. И он с эльфийской принцессой через Запретную зону в город убегал. Уж чем они там занимались, остаётся только догадываться. Эльфийки такие распутные, наверняка… — Юби осеклась, испуганно глядя на Весту, понимая, что сболтнула лишнее.

— Враки всё это, — добродушно проговорила принцесса. — В Запретной зоне он был, это так. Но никакой эльфийки там и в помине не было!

— Может и так. Только эльфийская принцесса после этого сразу в свой лес умчалась, — согласилась Юби, — и говорят, она понесла… Что уж тут думать?

— С чего ты взяла? Только не говори, что тебе знакомый эльф сказал, — хихикнула Веста, — не поверю.

— Никакой не эльф, — обиженно надула губки Юби, и язвительно продолжила: — Одна моя знакомая была в эльфийской лавке, что на углу Садовой улицы. Как раз в это время туда пришла эльфийская принцесса и выбирала одежду для грудничка. Вот!

— Ну и что? — подначивала Веста. — Может, на подарок кому.

— Не-ет, — горячо возразила собеседница, — продавец спросил, для кого одежда, для мальчика или для девочки. А принцесса ответила, что ещё не знает, срок маленький.

— Так может то и не принцесса вовсе была, — с надеждой предположила Веста.

— Моя знакомая учится в Школе межрасовых отношений, при городской управе. Она знает эльфийский, и хозяин лавки, полуэльф, называл эльфийку «Ваше высочество», — победно посмотрела на Весту девушка.

— Тогда точно принцесса, — согласилась та.

— А я что говорю?!

«Нужно у Анариэль спросить. Лучше не её… Она может и соврать. Потом придумаю, как узнать наверняка», — подумала Веста.

— Ну, нам направо, там лицедеи сцену смастерили. Ты точно не с нами? — в очередной раз поинтересовалась Юби.

— Спасибо, подружка, — мило улыбнулась принцесса девушке и её парню, — меня ждут.

— Ясно. Ну, мы пошли. Скажи, Веста, я никому, — Юби приблизилась к принцессе и перешла на шёпот: — Это правда, что у Алекса своё графство есть? Прям настоящее!

— Правда, в пограничье, — немного растерянно ответила принцесса, — а что?

— Так ты в графини метишь? — заулыбалась Юби.

— А почему бы и нет? — просто ответила принцесса, поддерживая игру в простушку.

— Удачи тебе, — совсем тихо пошептала сокурсница принцессы. — Сегодня день особенный, так что если твой Алекс будет… руки там распускать… или ещё чего, — заговорщицки шептала Юби, — ты не теряйся. Я так пропустила свой шанс, теперь жалею. Ты понимаешь, о чём я?

— Я не упущу, — так же шёпотом ответила Веста, — уж поверь мне!

«Только бы найти его», — додумала она.

Расставшись с неожиданно встреченной сокурсницей, принцесса облегченно вздохнула. Конечно, рассказ о якобы беременности Анариэль немного расстроил принцессу, но Веста гнала мысль, что Алекс причастен к этому.

«Анариэль как-то говорила, что у неё есть парень. Точно, так и было. Вот же Юби! Сплетница!» — успокоила Веста себя таким образом. Настроение сразу повысилось до откровенно праздничного.

После целого кулька орешков девушке захотелось пить. Она зашла в одну из палаток, где подавали еду. Невысокая и широкая женщина напоила её вкусным отваром, всё время причитая, что же Веста такая худенькая, наверное, студентка. Что, мол, оставляет своё здоровье в академии, а его потом никакой магией не вернёшь…

После этого принцесса прошлась по лоточникам с ремесленными товарами. Прикупила себе элегантную сумочку, в которую складывала разные безделицы. Глиняный расписной значок в виде бабочки, фигурку пастушки, зеркальце, деревянную расчёску и прочую мелочёвку, которая ей как принцессе была недоступна.

Долго наблюдала за соревнованиями силачей, удивляясь их силе, кричала вместе со всеми на соревнованиях по перетягиванию каната, прослезилась над песней скомороха…

Когда Веста выбирала себе веер из стеблей какого-то растения, со стороны Королевского леса раздался звериный рёв. Рёв, полный муки и боли. На какое-то время над огромной поляной, полной разношерстного, народа повисла гнетущая тишина. Не смеялись дети, не пели музыканты, не лаяли собаки.

— Его величество завалил зверя, — вполголоса проговорил стоявший рядом с принцессой молоденький паренёк.

— Нет, паря, — возразил ему торговец. Мужчина был одет в черные брюки, красную рубашку и чёрную жилетку. В ухе у него была огромная серьга. Все стоявшие рядом посмотрели на торговца, тот продолжил: — это крик раненого зверя, но никак не умирающего. Уж я-то знаю…

Веста поверила сразу и окончательно. Вокруг поднялся обычный праздничный шум. Заиграла дудочка, заревел малыш, затявкали собаки….

«Папка! Что-то случилось», — грудь сжал холодок предчувствия чего-то очень неприятного и неисправимого.

Девушка отложила понравившийся веер и направилась к месту стоянки своего экипажа. Она шла, всё ускоряя и ускоряя шаг, предчувствуя недоброе. Её внимание привлёк довольно большой отряд конных воинов, галопом проскакавших мимо места народного празднования в сторону Королевского леса. Это заставило принцессу перейти на лёгкий бег. Теперь она была уверена, что там, где она должна была быть, произошло что-то страшное.

Как будто в подтверждение предчувствий, в потайном кармашке завибрировал переговорник связи с императором. Остановившись, тяжело дыша, принцесса достала минерал и, активируя его, приложила к уху.

— Папа?

— Доченька… — раздался хриплый голос отца. — Нас предали… Беги… Я люблю те…

Переговорник похолодел, это означало, что связь оборвалась.

— Папочка-а-а! — закричала принцесса, срываясь с места…

Глава 7

Где — то в Огненных горах. Алекс

Говорят, что первое впечатление самое верное. Много раз убеждался в справедливости этих слов, поэтому не доверять своему чутью оснований не было. Не нравился мне этот мужик, Надзирающий. Как там сказал мастер Юл? Полубог у демонов? Что-то не тянет он на бога. Плюгавенький какой-то. Следуя вслед за хозяином резиденции, меня не покидало мерзкое чувство гадливости. Вот вроде бы ничего плохого он ещё и не сделал, а уже неприятен.

Выйдя из портального зала, мы оказались в длинном коридоре, уставленном различными растениями. Над нами был прозрачный купол. Оригинальное решение — сделать оранжерею в переходе к порталу.

— Здесь у меня собраны растения со всего материка, — Ишвар сбавил шаг и обернулся ко мне. — Ты как относишься к цветам?

— Если они не пытаются меня сожрать, то нейтрально, — криво улыбнулся я.

— Ха-ха-ха, — подхватил мою шутку хозяин оранжереи. — Идём, покажу, — он свернул вправо. Я за ним.

«Впереди опасность», — предупредил Первый, переместившись поближе ко мне.

«По-моему, у него там цветки из Дикого леса», — отозвался я.

«Тогда он полный придурок», — сделал заключение кот.

— Ты про это? — остановился Ишвар. — Непетенис колючий, — улыбнулся он, делая предупреждающий жест рукой, отгораживая нас от приближения к лианообразному растению.

В истинном зрении я видел, что это растение действительно живое, в смысле — может и цапнуть своими ярко-розовыми цветками. Насмотрелся я на такие сюрпризы!

«Я же говорю, придурок», — тихонько зарычал Первый.

— Ну, это еще мирное, — проговорил я, криво улыбаясь и сдерживая в себе желание перекинуться в боевую ипостась. — Считаешь его милым? — обратился я к хозяину оранжереи.

— Скорее, редким, — проговорил он. — Вижу, тебе и твоим спутникам не по душе цветы такого вида.

— Слишком яркие воспоминания о Диком лесе, — пояснил я.

— Понятно, извини. Идёмте, я покажу вам королевскую розу, — дружелюбно предложил Ишвар.

«Он нам решил экскурсию провести?» — раздался в голове голос кого-то из моих воинов.

«Разговорчики. Смотреть в оба», — резко отозвался Юл.

Между тем, мы вышли в основной проход оранжереи. А она довольно широкая, судя по тому, что я вижу — метров сорок шириной. Прозрачный потолок и отсутствие стен создавали ощущение, что ты на улице. Великолепный вид гор, дымящаяся сопка, зелёные склоны и белые шапки снега на пиках!

— Красиво тут, — похвалил я.

— Да. Я года три выбирал место для этой резиденции, — довольно отзывался хозяин. — Тут недалеко горячие источники, так что даже бассейн с минеральной водой есть. Вот, обрати внимание на эту розу, — резко сменил он тему, — эта не кусается, — улыбнулся он.

Из вежливости я подошёл к цветку и начал рассматривать крупные цветы кроваво-красного цвета. По мне — так просто роза, что в ней королевского? Ишвар же увлеченно рассказывал про то, как он привез это чудо из Безымянных гор…

«ЗАК, ты на связи?» — я в очередной раз попытался связаться со своим ИскИном.

«Доступ к внешним каналам разрешён только с допуском третьего уровня», — вдруг прошелестело в голове. От меня не ускользнул короткий взгляд хозяина в мою сторону. При этом его мимика и эмоциональный фон даже не дрогнули.

— А ты что планировал после визита ко мне? — неожиданно спросил Ишвар.

— В смысле?

— В прямом, — начал пояснять хозяин. — Ты же прибыл к демонам, чтобы согласовать границы с кланом орков? А после этого куда планировал?

«Похоже, он кое-что знает», — недовольно муркнул Первый.

— В графство, там драконы вышли из Проклятого леса, нужно проинспектировать, — честно ответил я. — А там уже по обстоятельствам. А что?

— Простое любопытство, — виновато улыбнулся Ишвар, а глаза-то колючие. — Ну, идём, а то заболтал вас совсем.

Твёрдым шагом Надзирающий направился к двустворчатым дверям:

— Я про свою оранжерею могу часами рассказывать, — громко сказал он. — Идёмте.

Хмыкнув, я двинулся за ним, Первый чуть сзади-справа. Слева мастер Юл и воины, тройками замыкали шествие.

Оранжерея-переход оказалась длиннее, чем это казалось визуально. Коллекцию хозяин собрал довольно приличную. Была даже зона с декоративной горкой. Только горка была куском скалы, на которой держалась вся галерея, и ручей явно не насосом качали. Сквозь прозрачные стены было видно, что ручеёк втекает снаружи, правда уходит куда-то в пол. Однако ж, местный ИскИн расстарался.

«Запрос идентификации», — толкнул я на всякий случай. А вдруг!

«Отказ в доступе. Недостаточно прав», — прошелестело в голове.

Ясно, я бы тоже настроил ЗАКа на единоличный доступ, назовись я «надзирающим».

Хозяин распахнул двустворчатые двери и вошёл в небольшой зал. Остановился, поджидая меня. Войдя в зал, я осмотрелся. Довольно аскетично. Три больших окна с полуколоннами и капителями, в верхней части витражи. От этого зал наполнялся разноцветными бликами. Вдоль стен — неизменные кадки с деревцами и цветущими кустами. Почти в центре стоял элегантный столик с чайными предметами на двоих.

Ишвар сделал приглашающий жест:

— Располагайся. Нам многое нужно обсудить, — с этими словами он направился к столу. Я оглянулся, чтобы увидеть за собой пустую галерею и синеватую плёнку на дверном проёме, которая с золотистыми искорками истаяла.

— Не понял, — вслух проговорил я, — где все?

Как в руках оказались мечи, я даже не заметил.

— Ва-ах!!! — с издёвкой воскликнул Ишвар. — Ты действительно кинешься на меня с двумя железками в руках? Ты меня удивляешь! Как бы среагировал твой ЗАК, если бы на тебя напали в твоём замке?

— Ты прав, — я медленно вложил мечи в ножны, накручивая молнии на тыльную сторону ладоней и протягивая направляющую к хозяину. Она никак не хотела цепляться.

— Не трудись, — хозяин дома невозмутимо сел и начал разливать кипяток по чашкам, — с конструктами тут работать не удастся.

— Это мы ещё посмотрим, — процедил я сквозь зубы.

Ишвар небрежно махнул ладонью, и передо мной возник экран. Я замер, всматриваясь в изображение.

На экране я увидел галерею, из которой только что вышел, со стороны того места, где я стоял сейчас. Мастер Юл, рядом с ним Первый, воины полукругом стояли чуть сзади. Хозяин резиденции далеко справа, занимается с декоративным кустом в кадке. Я стою перед своими соратниками и в полголоса говорю:

— …он такой же Истинный, как и я, но он тут уже более ста лет. Нам с ним многое нужно обсудить, да и в магии он многому может меня научить. В графстве большие проблемы с драконами, вы нужны там. Хисий даст установки, что делать, — я присел перед своим котом. — Первый, вся надежда на тебя и клан арвендов. Ни одна живая душа не должна узнать, что в графстве драконы. Ты меня понял?

— Дело нехитрое, — на языке арвендов отозвался кот.

— Может и нехитрое, но очень важное….

Экран медленно растаял.

— Я не говорил ничего такого, — процедил я, намереваясь врезать этому недоумку, — гад!

— Не нервничай, — Ишвар предупреждающе поднял ладонь правой руки, и я завяз в воздухе. Хозяин покачал головой и со вздохом продолжил: — Какой же ты импульсивный…

Я стоял, как дурень, с вытянутой вперёд рукой, не в силах пошевелиться. Попытки мысленно создать хоть какое-то ударное заклинание ни к чему не приводили. Руны просто таяли, не успев стабилизироваться.

— Твои спутники в полной уверенности, что именно так всё и было, как ты сейчас видел, — между тем продолжил Надзирающий. — Ты же сам сказал, что они нужны в графстве, вот и пусть делом займутся.

— При…ду…рок… — шёпотом процедил я, пытаясь придумать способ освободиться. Видимо, слух у Ишвара такой же острый, как и у меня, потому что он рассмеялся и сказал:

— Если речь пошла про придурков, то нужно ещё посмотреть, кто есть кто… Ха-ха-ха…

— Что тебе нужно? — выдавил я, пытаясь сообразить, как мне достать этого козла.

— Мне? Ничего, — ответил на мой вопрос Ишвар. — Хотел лично познакомиться с таким неудачником как ты. Я так понимаю, у тебя это первая Игра в качестве Корректора? — поинтересовался он, и сам себе ответил: — Был в Передовых? Или Помощниках? Нет, скорей всего в Передовых. Они всегда начинают карьеру Корректора в режиме полного присутствия. Угадал?

— Я не понимаю, о чём ты, — процедил я. Из глубины сознания начала медленно подниматься паника.

— Не может быть! — деланно удивился Ишвар, взяв с большого блюда выпечку и пригубив горячий напиток. — Вначале я вообще был разочарован. После того, как ты попал в этот мир, я думал, ты такой же Искатель мёртвых миров, как и я. Ты прошёл адаптацию в Модуле ОЛ008. Ох, и повозился я с ним, перепрограммируя его модуль вариантности, — хмыкнул он и подул на горячий напиток. Отпил глоток и продолжил: — Но ты повёл себя как настоящий дикарь. Честно говоря, я думал, что ты через пару недель после выхода из модуля сгинешь где-нибудь в сточной канаве. Но ты оказался живучий. Тогда я понял, что был прав, ты Искатель. Конечно, метод Прямого воздействия — не самый эффективный для корректуры, но мы все через это проходим в своих первых Играх. И почему ты начал карьеру Искателя? Выдворили из Игры за нарушения Правил? С аборигенками осечка вышла?

— Я тут случайно, — до меня с трудом доходил смысл сказанного Ишваром. — А ты, я вижу, попал сюда не случайно? — я пытался вспомнить хоть какое-нибудь ударное заклинание. Память услужливо предоставляла знания из арсенала, полученного от Илоны. Но ни одно из них не удавалось воссоздать. Любые попытки создать файл-контейнер разбивались о «стену распада». Другими словами, не были стабильны, и послать их куда бы то ни было я не мог.

— Конечно, не случайно. Мы нашли этот мир и рискнули…

— Кто это «мы»? — сумел вставить я вопрос. Так он тут не один? Приплыли!

— Моя группа, — Ишвар поставил чашку с напитком на столик. — Я должен был быть Распределяющим, — с горечью проговорил он. — Такая неудача в самом начале… Мда-а, — взял себя в руки Надзирающий. — Они пропали. Просто исчезли. Никаких следов в инфополе. Ни-ка-ких. Интересная планетка. Очень интересная. Последняя Игра отправила эту планету в разряд запрещённых. Не знал? Нет? Да, так оно и было, — Ишвар беседовал сам с собой. Явный признак шизофрении. — Эти недоноски из Серой галактики ни перед чем не останавливаются, — в голосе прорезалась злость. — Когда видят, что проиграли, не гнушаются и Мелотронным ударом. А ведь планета была просто чудо! Если не брать во внимание коммерческий интерес Корпорации к ассанитису…

— Ассанитис? — не сдержал я вопроса, — что это?

Да, многое я упустил. Ни ЗАК, ни МЭРИ даже не упоминали о какой-то Корпорации!

— Ты не знаешь? — хмыкнул Ишвар, возвращаясь к чаепитию. Он откусил от выпечки приличный кусок. Пережевал, запил. — Я начинаю верить, что ты тут случайно. Эта планета была крупнейшим поставщиком ассанитиса третьей фазы. Была… Кроме того, тут была великолепная тренировочная площадка молодых игроков. Мда-а-а, — он подул на напиток и отпил глоток. — Что, правда, не знал? — и внимательно посмотрел на меня.

— Нет, — попытался покачать я головой. Не получилось. Спасибо, хоть говорить могу.

— Жаль, — сказал он. — Я так надеялся, что ты начинающий Корректор. Игра могла бы получиться гораздо интересней. Но ты всего лишь Ноль-Фактор. Так?

Ишвар встал и подошёл ко мне, пристально посмотрел мне в глаза.

«Ментальное воздействие восьмого уровня, блокировано. Рекомендован ответный удар», — пронеслось в голове. «Неет!», — заскрипел я зубами от острой боли в голове. Боль так же резко отпустила.

— Чем же ты защитил свой мозг? — удивленно проговорил Ишвар. — Совсем ничего не вижу. Только поверхностные мысли. И, кстати, зря стараешься. Я же тебе уже говорил. Создавать структурированные поля в зоне действия ассанитиса — верх идиотизма, — он деланно улыбнулся мне в лицо, — а у меня его здесь предостаточно.

Он вернулся на своё место, как ни в чём не бывало, и продолжил трапезничать. Во мне медленно поднималась волна злости. Спелёнатый по руками и ногам, я чувствовал себя беспомощным кроликом, попавшим в силки охотника, и это сильно злило меня.

— Но, с другой стороны, это даже лучше, — проговорил Ишвар, отставив чашку с напитком. Повернулся ко мне. — Я даже знаю, как тебя использовать, чтобы Игра стала интересней. Только… — мужчина задумался. — У тебя слишком много способностей. Даже для Ноль-Фактора высшего уровня. Это придется исправить.

Ишвар встал и опять подошел ко мне:

— Приятно было познакомиться, — гаденько улыбнулся он. — Хотя, ты всё равно мало что вспомнишь. И, кстати, ты зря запустил Космокомплекс. По джуг-каналам может пройти возмущение, и сюда прибудут очередные Искатели. Но, как говорится, Игра есть Игра, и Ноль-Фактор задаёт градиент событий.

Я осознал, что либо сейчас что-нибудь сделаю себе во спасение, либо этот самовлюблённый идиот сделает из меня овощ.

— Ты отличный Передовой, нужно было им и оставаться. Корректор — это призвание, понимаешь? Вижу, что нет. Надеюсь, ты меня ещё порадуешь своими глупыми поступками, — закончил свою речь Ишвар, медленно поворачиваясь в направлении выхода. Медленно, а это значит, что я перешёл на ускоренное восприятие.

«Падла! Козёл! Сволочь! Чтоб ты сдох, тварь. Чтоб ты сгорел, сука!!!» — в бессильной злобе я направил всю свою ярость от беспомощности и безысходности на этого недоумка, возомнившего себя богом.

В районе переносицы возникла резкая боль, в глазах потемнело, затошнило. Зрение вернулось, но в другом качестве. В черно-белых красках. Реальность стала отодвигаться, как в компьютерной игре, когда поднимают камеру, при этом окружающие предметы меняют форму, зыбко покачиваясь, как будто смотришь через костёр.

Костёр! Да! Гори, тварь двуногая, адским огнём! Перед глазами воображение услужливо рисовало картинки, как Ишвара окружила стена огня. Как он пытается вырваться, но огонь становится все сильней и больше.

Мысленно я обливал его ядовитыми кислотами, которые разъедали его плоть… Вливал в его мерзкие глаза смертоносный яд… Представлял, как расползается плоть на его руках, обнажая белые кости…

Отстранённо услышал крик и ругань на неизвестном языке… Или известном… Неважно…

«…Ах ты тварь… — донеслись до сознания обрывки фраз. — …Диви-и-ит! Режим шесть…»

— Сдохни, сука… — прошептал я, сосредоточившись в ватной черной мгле на видениях, созданных моим угасающим сознанием.

Не было чувства собственного тела, была лишь Боль. Тягучая и липкая. Она мутила рассудок, путала мысли, выворачивала наизнанку саму сущность, раздувая во мне простую злость во вселенскую ярость. Было обидно и досадно, что я такой придурок, что не справился с этим уродом, что беспомощен, что ничего так и не успел в этой жизни…

Вопль, полный злобы и страдания, резанул меня по затуманенному сознанию.

«Сдохни…» — подумал я, проваливаясь в спасительную темноту.

«…Критичный уровень ментального воздействия… Автономный режим активирован… Жизненно важные зоны определены… Дублирующее копирование нейронных связей запущено…» — бубнил в голове женский голос…

Империя. Баронство Неркулова

Каждый судит об увиденном сообразно своему мировоззрению, которое, в свою очередь, складывается из опыта прожитых лет. Всю свою сознательную жизнь Намин билась с тварями Дикого леса, воспитывая в себе умение выживать в любых условиях. Для девушки не существовало добрых и злых тварей. Любая тварь должна умереть. Так было до встречи с Алом, или, как потом выяснилось, с Алексом, человеком-оборотнем.

Когда утром, во время ходки в Проклятый лес, Намин увидела двух огромных тварей, медленно бредущих по лесу, она приняла их за Дифалориков. Огромных, свирепых тварей, до пяти метров в высоту, с мощным хвостом и подобием крыльев. Встреча с такими в Диком лесу означала однозначную смерть, потому что Дифалорики имели отличное зрение и великолепный нюх, а бегали в десятки раз быстрее человека. Убежать или спрятаться он них было совершенно нереально. Не говоря уж о том, чтобы победить их в открытом бою.

Только опыт рейнджера Дикого леса не позволил Намин впасть в панику и пуститься наутёк. Вместо этого девушка забралась на дерево, чтобы удостовериться, что не ошиблась в своих выводах. И вот там, сидя на широкой ветке, прячась за ствол дерева, сокрытая артефактом Слияния, она с облегчением поняла, что эти две твари — не Дифалорики, а драконы. Только вот радости это не принесло, потому что дракон — это та самая «тёмная лошадка», про которую никто ничего толком не знал.

Нет, они не были мифическими существами, просто воочию их видели только дряхлые старики, мальцами пережившие последнюю войну, в которой драконы тоже участвовали. От старых рейнджеров и шли байки и небылицы про этих существ. А вот Жизнемира, как оказалось, видела драконов сама, принимая участие в боевых действиях лично. Это очень удивило Намин, потому что друидка не была похожа на тех старцев, которые травили байки про виденных ими драконов.

Жизнемира самолично удостоверилась в словах Намин, показав девушке великолепные навыки скрытного перемещения по лесу.

Утром им удалось выйти из Проклятого леса без потерь, принеся с собой проблему предстоящего столкновения с драконами. Собрали совещание, на котором решали, что же делать. До этого провели эвакуацию мирного населения. На всякий случай.

Каких только глупых идей не высказывали участники совещания! Даже её дед, старый Вилс, порой нёс такую чушь, что Намин с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться.

Единственной здравой мыслью было связаться с Алексом. Когда возникла его иллюзия, Намин с интересом рассматривала её, пытаясь найти какие-нибудь неточности или неправильные детали. Но всё было настолько безукоризненно, что девушка в который раз восхитилась уровнем магии, которым владел парень.

А когда он стал раздавать «люлей» этому совету стариков, то она уже забыла, что это всего лишь иллюзия…

Поляна, которая вместила бы двух драконов, была километрах в двух от лесной дороги, по которой должны были выйти драконы. В том, что они выйдут именно тут, сомнений не было. Проклятый лес в этом месте больше напоминал частокол какого-нибудь укрепрайона, чем опушку леса. Дорога была одна, а учитывая, что драконы ранены, то сомнений не оставалось: они выйдут здесь.

Топот копыт, доносящийся издали, заставил Намин выйти из своего укрытия на дорогу. Со стороны имения барона Неркулова скакали три всадника. Девушка приложила ладонь козырьком, закрываясь от света Ясмина, пытаясь узнать всадников. Своего деда и Хисия узнала сразу. А кто третий?

— Наш дракон пожаловал, — прошептала девушка. — Что-то он в седле как на корове сидит.

Действительно, молодой парень мёртвой хваткой вцепился в гриву лошади, прижимаясь к ней всем телом, подпрыгивая и дёргаясь на каждом шагу как варёная вермишелина.

Подъехали. Старики споро спешились, а Намин сумела-таки подхватить лошадь с парнем-драконом под уздцы.

— Ну что, дочка, тихо? — спросил дед Вилс, подходя к внучке.

— Судя по птицам, выйдут минут через двадцать, — отозвалась Намин, успокаивая лошадь и рукой указывая на стаю птиц, кружащих вдалеке. — Минут десять как кружить стали. Держи, — передала он поводья деду.

Сама подошла к всаднику, с интересом рассматривая молодого черноволосого парня с бицепсами, рвущимися наружу из рукавов туники.

— Что сидим? Давай ногу назад. Да не эту, — скомандовала Намин. — Вот так, теперь на руках… Вот так…

Оказавшись на земле, парень глубоко, облегчённо вздохнул:

— Лучше бы я полетел, — промолвил он.

— Исключено, — влез Хисий, — полграфства увидело бы. Алекс приказал сохранять скрытность.

— Да-да, я понял, — тут же согласился парень, повернулся к Намин и очень долго смотрел на неё. Прямо глаза в глаза, в самую душу. Девушка смутилась:

— Со мной что-то не так? — выдавила она. Во рту вмиг пересохло.

— Ты безумно красива, — проговорил парень. Его взгляд скользнул по её телу, останавливаясь на уровне груди, таза, ног. Потом он поднял взгляд. — Скажи, ты жена Алекса?

Хоть Намин и общалась всю жизнь с мужчинами, и знала, как поставить на место зарвавшегося хама или пьяного наглеца — а тут просто стояла и млела. Она не узнавала себя, пытаясь сосредоточиться, но взгляд вновь и вновь цеплялся за развитую мускулатуру парня, непокорный чуб, большие, глубокие глаза. И взгляд. От таких взглядов женщины соглашаются на самые немыслимые глупости.

— Нет, — выдавила Намин, осознав вопрос парня.

— Это очень хорошо, — удовлетворённо сказал парень, — иначе мне пришлось бы убить его.

— За что? — криво улыбнулась Намин, не отрывая взгляда от глаз парня.

— Потому что это несправедливо, когда всё самое лучшее принадлежит одному.

Намин даже не поняла, что ответил парень, но ей стало очень приятно. Как будто в груди зажгли мягкий, теплый огонь.

— Эй, голубки! — вывел Намин из оцепенения голос Хисия. — Вначале дело, а потом ворковать будете.

Сглотнув, Намин отвела взгляд.

— Как тебя зовут? — парень прикоснулся к ладони девушки, возвращая зрительный контакт.

— Намин, — ответила девушка, мягко убирая руку, потому что осознала, что ещё чуть-чуть — и она потеряет контроль над реальностью. Она тает, как снег весной, здравый смысл уходит вдаль, и вожделение огромной скалой начинает нависать над её разумом.

— Я, Генвас О'Лак, принесу тебе цветок Огня, — проговорил парень. — Ты станешь моей хозяйкой?

— Приноси, там посмотрим, — девушке удалось вернуть контроль над своими эмоциями. — Сейчас выйдут твои собратья. Ты готов к встрече с ними?

— Конечно, — улыбнулся парень. — Я очень рад, что они выжили. Ты не представляешь, какая бойня там была!

Генвас еще раз коснулся кончиками пальцев локтя девушки:

— Только дождись. Хорошо? — шепнул он.

— Да куда я денусь? Сам не передумай, — усмехнулась Намин.

— Никогда! Святой огонь свидетель! — расплылся в улыбке Генвас.

— Намин! — раздался грубый голос Вилса. — Драконы идут. Я увожу лошадей.

— Я встречу их здесь, — кивнул Генвас. — Воин Хисий сказал, что ты приготовила поляну, где мы сможем подлечиться? — обратился парень к Намин. При этом он стянул с себя тунику и начал развязывать завязки на брюках.

— Километра два отсюда, — махнула девушка рукой в сторону. — Там ручей есть, мужики уже запруду делают. Так что с водой проблем не будет.

— Ты мудра, — кивнул парень, снимая штаны, совершенно не стесняясь девушки, — они ранены, и им нужно будет много воды.

Парень стоял перед Намин совершенно нагой, и девушка детально рассмотрела все особенности его тела. При этом она совершенно не стыдилась своей наглости, как будто для неё было совершенно естественно рассматривать голых мужиков.

— Я пошёл? — спросил Генвас.

— Жду вас тут, — кивнула рейнджерша. — Надеюсь, они меня не схарчат?

— Смешная шутка, — улыбнулся парень. — Я передам им, это повысит им настроение.

Генвас кивнул и двинулся по лесной дороге, навстречу своим сородичам.

— Хватит пялиться на мужика, — проворчал сзади Хисий, — бесстыдница.

— Вот уж дудки! — отозвалась Намин. — Не тот случай.

Генвас отошел от девушки, перетёк в тело дракона, расправил крылья и вытянул шею, издавая утробный крик. Он как бы потянулся после долгого сна. После этого сложил крылья и повернул голову назад, изгибая длинную шею, посмотрел на Намин.

— О-бал-деть! — прошептала девушка…

Империя. Графство Алекса. Сенди

Прошедший праздник Равновесия не забудут не только Елизавета с Кююс, но и сама Сенди. Девочки будут помнить разные представления, горы лакомств, подарки. А Сенди… О-о-о! Ей есть что вспомнить. Девушка впервые за много лет не экономила в средствах. Наказ Алекса устроить праздник по полной программе был настолько созвучен её собственным желаниям, что она перестала думать об экономии средств, когда приходится разрываться между желаниями и возможностями.

Постепенно их праздник всё-таки перешёл в плоскость посещения лавок и магазинчиков. Граф Зибенский с супругой откланялись и куда-то ушли, а вот Марианна чуть ли не силком потянула всех на ярмарку. Постепенно и Сенди вошла во вкус, выбирая себе одежду для торжеств, повседневных работ, приёмов…

В замок графа Андера приехали довольно поздно. Пока устроились, осмотрелись, пришла ночь. Так что вчера Сенди толком ни с кем и не поговорила. Разве что с Богданом, который поздно вечером приехал в замок с караваном. Вот уж у человека — ни праздников, ни выходных!

А рано утром через портал, которыми, на удивление Сенди, все пользовались как само собой разумеющимся, прибыли жёны Алекса. Друидка Милёна и, чуть позже, полуорка Зула. Они-то и принесли тяжёлую весть. Её работодатель, граф Андер, которого все звали просто Алексом, пропал при посещении какой-то важной фигуры у демонов.

Потом прибыли Хисий, Идар и еще масса воинов, которых Сенди ещё толком не запомнила. Было принято решение срочно объявить общий сбор. И причиной этому было не только отсутствие связи с Алексом, но и дурные новости из столицы империи.

Сенди предложила использовать для общего сбора возможности ЗАКа. Хисий одобрил. Сенди сразу поняла, что этот старый воин в отсутствие Алекса остался за главного. Никто не оспаривал у него эту роль.

В школе управления Сенди изучала методы и способы управления территориями в экстремальных условиях. Правда, там они изучали, что и как делать при стихийных бедствиях и военных действиях. Для себя девушка решила, что сейчас как раз ситуация, равная военным действиям.

Сочинив обращение к участникам совещания, она надиктовала его ЗАКу. Кстати, ходить в портальную, чтобы пообщаться с местным духом дворца, Сенди показалось несколько обременительным. В первом же разговоре с ЗАКом она попросила его о более мобильной связи. С удивлением узнала, что он, в принципе, может говорить с ней на территории всего графства. Правда, при этом он нёс какую-то околесицу про слабые периферийные каналы и сложности с пропускной способностью. В конце концов договорились, что кольцо и будет средством связи с ним. Кстати, кольцо, вернее — очень миленький перстенёк, — предоставил ЗАК.

Сенди с энтузиазмом взялась за организацию встречи, понимая, что по этому событию будут судить о её способностях как управленца. Это потом все привыкнут и не будут обращать внимания на мелкие недочёты и ляпы. А сейчас всё должно пройти по высшему классу!

«Хорошо, что одежду вчера купила», — в который раз подумала Сенди, видя, во что и как одето местное население замка, и в чём прибывают приглашённые. Если бы не новые покупки, она выглядела бы очень бледно на общем фоне.

И вот, к полудню в трапезной был накрыт стол с лёгкими закусками. На кухне тётка Варвара хлопотала с большим обедом, гоняя поварят. Сенди оценила душевность этой женщины. По её подсказке Кююс забрали местные старшие дети играть в замковом саду, на детскую площадку. Чтобы не мешала матери заниматься делом. Причём тетка Варвара сумела убедить Сенди, что ребята, с которыми будет Кююс, очень ответственные и умелые няньки. В этом убедилась и сама Сенди, переговорив с двумя девчушками, пришедшими за её дочерью.

И вот теперь Сенди, немного волнуясь, сидела в трапезной в ожидании, когда все соберутся.

— Не переживай, дочка, — в который раз подбадривал её Хисий, — тут будут все свои. Разве что глава Светлояра да граф Зибенский — не нашего поля ягоды.

— Я знакома с графом и его женой. Очень милые люди, — ответила Сенди.

— Тем более, — улыбнулся в усы Хисий.

Прибыли почти все приглашенные. Вот в трапезную вошла Илона, по словам Марианны — кандидат в младшие жёны Алекса. Женщина видная, со строгим лицом, одетая в высшей степени опрятно и со вкусом. Поздоровавшись, Илона прошла было к скамье около стены.

— Садись за стол, — попросил Хисий, восседавший во главе стола. Илона пожала плечами и села на свободное место.

Сенди незаметно рассматривала присутствующих, составляя для себя мнение о каждом. Основывалась девушка на знаниях соответствия внешности человека и его черт характера. Форма глаз, изгиб бровей, щёки, причёска, стиль общения — всё могло дать информацию о человеке. Нужно только уметь видеть и сопоставлять.

Рядом с Хисием сидел Идар. Мужчина лет пятидесяти. Молчаливый и спокойный. Фактически, он управлял кланом пластунов, но делал это как бы из тени. Насколько знала Сенди, Идар был наиболее близок к Алексу.

По левую сторону от Идара сидел глава города Светлояра, господин Умар. Обычный чиновник, коих Сенди вволю насмотрелась в бытность своей практики при управе Старграда. Человек хитрый, «с двойным дном». Очень заинтересован в присутствии, встревожен и немного растерян.

Рядом с ним граф Зибенский. Кстати, он один пил вино и закусывал элегантными слойками из сыра, мучной лепешки и вяленой рыбы. Сенди с трудом уговорила тётку Варвару сделать эту новомодную закуску. Граф только подтвердил мнение о нём, которое девушка составила ещё вчера на празднике. Суров, замкнут, честолюбив и нагл.

Напротив мужчин расположились жёны Алекса. Марианна, с заплаканными глазами, постоянно хлюпающая носом и вытирающая его платочком. Девица взбалмошная, недалёкая, но очень добрая и ранимая. Вчера на празднике Сенди вдоволь наслушалась её ахов и охов, и всякой околесицы про правильное поведение в замке. А уж своим мнением о жителях замка Марианна делилась с большой охотой…

Зула сидела угрюмая, неподвижно глядя перед собой. Каменное выражение лица скрывало чувства. Но она переживала, и очень. Просто не привыкла выказывать это окружающим. Орки все не очень-то душевны. И что в ней нашёл Алекс? Экзотику?

Милёнка, тоже с красными глазами, но сейчас не ревела. Очень и очень красивая, до лёгкого чувства зависти у Сенди. Вот одарила же природа. И лицо, и стан, несмотря на заметную округлость от беременности, и голос, и волосы. Кто поймёт этих мужчин? Однажды встретив такую, на остальных обычно уже не смотрят. А тут… Хотя, судя по лицу, друидка весьма хитра и расчётлива. Может, это и послужило причиной тому, что Алекс завёл себе ещё жену-орчанку?

Рядом с Милёной — её бабка, Жизнемира, и бородатый мужик, Дамир, начальник охраны графства. От Жизнемиры просто-таки веет мудростью. Нет, она не мудрая старушка, а весьма представительная и зрелая женщина. Знающая себе цену и видящая дальше всех на десять шагов. А Дамир? Простой вояка. Верный и честный. Скорей всего, именно эти качества и привлекли Жизнемиру.

За друидской ведуньей сидели ещё два воина, в чёрных одеждах. Оба бородатые, с косматыми бровями и волосами, собранными сзади в хвост. Енай — начальник безопасности графства и дед Вилс, непонятно кто. «Тёмные лошадки». Сенди ничего не могла сказать про них. Просто воины. Машины убийства, несмотря на довольно простодушный вид. Но глаза, способ себя держать и куча других мелочей говорили Сенди, что это воины с большой буквы.

Напротив этих суровых воинов сидел барон Флаерс. Он тоже был хмур и задумчив. Молод, горяч и своенравен. Честен и прямолинеен. По крайней мере, с ним проблем точно не будет.

Отдельно от остальных, на самом краю стола, сидело два моложавых воина. Судя по одеждам, из безликих. Хотя сейчас их одеяния и одеяния пластунов стали очень похожими. Свободный покрой и обязательная эмблема медведя, держащего флаг в передних лапах. Герб графства Алекса. Разве что цвет одежды у этих был ближе к тёмно-синему. Волевые лица, цепкий взгляд. Напряжены, как тетива лука. Всегда ждут нападения, всегда готовы к бою. Опасные люди. Очень.

Отдельно от всех сидел Богдан, управляющий графством. Добродушный, деловой мужик. Знающий свое место и не строящий иллюзий по этому поводу. Редкое качество для людей, наделённых властью.

Рядом с Богданом — молодой черноволосый парень и Намин, рейнджерша Проклятого леса. Они разве что только за руки не держались.

«Ещё одна любовь» — с грустью подумала Сенди. Влюбленные настолько были поглощены друг другом, что, казалось, никого вокруг не замечают. Но! От Сенди не ускользнул быстрый, беглый взгляд парня по присутствующим. Сенди даже смутилась, когда этот парень посмотрел прямо ей в глаза. Неожиданно посмотрел, и очень пристально. Не прост паренёк-то. Ох, не прост.

Отдельно от стола, около шкафа с посудой, сидел священник, отец Гирдон. Он сразу сказал, что ему тут удобней, и, странное дело, Хисий не стал возражать. Если бы не одежда священника, Сенди решила бы, что это кто-то из личной гвардии Алекса. Гирдон не был похож на священников, виденных Сенди ранее. Скорей, он был похож на опасного зверя в человеческом обличии. Цепкий взгляд, стремительные движения и полное отсутствие эмоций на лице…

Дверь отворилась, и вошёл огромный мускулистый воин. Удивлённо уставился на присутствующих.

— Заходи, Фарг, только тебя и ждали, — пригласил Хисий. — Садись за стол, вон место есть.

— Чистого всем неба, — прогудел орк и шумно стал устраиваться за столом. — Что-то закуска жидковата, — поискав глазами, остановился на Зуле: — Зул, чего жратвы-то так мало?

— Дядька Фарг, замолчи, а?! Успеешь брюхо набить, — рыкнула на него орчанка.

— Уж спросить нельзя, — миролюбиво отозвался орк. — Поставили же…

— Еда будет чуток позже, — громко сказал Хисий, — вначале — дела. А они очень уж скверные. Порешаем, а потом уж есть будем.

— Чего мы тут на пустой желудок нарешаем? — проговорил граф Зибенский. — Лично я — с каменоломен, зверски жрать хочу.

— Можете закусить сендилами, — подала голос Сенди. — Вино в вашем распоряжении.

— У меня уж от вина булькает внутри, — буркнул граф и умолк.

— А я выпью, — бодро сказал Фарг, наливая огромный кубок.

— Начнём, — Хисий прочистил горло. — Мы тут не просто так собрались. Есть вопросы, которые нужно решать. Сурьёзные вопросы. Первое, вот это Сенди, — воин показал на девушку, та встала. — Да ты сиди, чего подскочила? Так вот, владыка Алекс передал ей всю полноту власти в вопросах управления графством. Я понятно сказал? Марианна? Алекс мне прямым текстом сказал…

— А что Марианна? — перебила графиня. — Чуть что, сразу Марианна, — на глазах женщины навернулись слёзы. — Я сама просила позвать Сенди…

— Хватит ныть! — тихонько рыкнула Зула. — Взяла моду слёзы лить по поводу и без!

Это подействовало на графиню отрезвляюще. Она часто закивала и начала вытирать и так распухший нос.

— Богдан, вопросы есть? — обратился Хисий к управляющему. — Алекс однозначно сказал, что Сенди теперь решает все вопросы по графству.

— А чего тут неясного? — спокойно ответил Богдан. — Он мне того… Звонил, вот. Сенди девка молодая, смышлёная, опять-таки — выученная. Помощница хоть куда. Мы уж с ней все обсудили. Что за вопросы тебе нужны?

— Ну и ладненько, — кивнул Хисий, — это я так, на всякий случай. Владыка и ЗАКа на неё настроил, так что теперь все штучки древних только через неё.

— А вот это очень даже хорошо, — не сдержался Богдан, — а то устроили тут…

— Да помолчи ты! — цыкнул Хисий. — Ну что вы слова-то не даёте сказать? Хочу, чтобы все уяснили, что её слово — всё равно что Алекса. Ну это я про дела в графстве говорю. Все поняли?

— Дядька Хисий, ну что ты нас стращаешь? Всё мы поняли, — за всех ответила Милёна. — Давай дальше, не тяни.

— Давай, дочка, — кивнул старый пластун, предоставляя слово Сенди. Девушка встала:

— Господа, вначале хочу поблагодарить за понимание и тёплый приём. Я постаралась со всеми переговорить, обсудить важные проблемы, — девушка говорила не торопясь, не волнуясь, со знанием дела. — Также спасибо за оперативность сбора. Если возражений нет, то мы и в дальнейшем будем использовать возможности ЗАКа для коммуникации, — она чуть замялась и поправилась: — Для связи и решения срочных проблем.

Начальник управы Светлояра, Умар, при этом чуть улыбнулся. Он успел перекинуться парой слов с новой управляющей графства, и она показалась Умару умной, знающей толк в управлении, с которой можно говорить, так сказать, на одном языке.

— А теперь про то, что волнует нас всех. Вот уже вторые сутки от господина Алекса нет известий. По сведениям ЗАКа, с ним утеряна связь. Мастер Юл, вы были последние, кто разговаривал с графом Андером. Расскажите, пожалуйста, что и как было. Не все это слышали.

— Дочка, называй его Алексом, — тихонько проговорил Хисий. — Для кого-то он граф, для кого-то владыка, для других любимый мужчина. Так что давай — Алекс, и всё, без регалий.

— Хорошо, — чуть виновато отозвалась Сенди.

Между тем мастер Юл встал, прочистил горло и начал доклад:

— Во время встречи с Верховным демоном, было предложено посетить Надзирающего, — Умар при этих словах удивлённо покачал головой. Юл продолжил: — Я с десятком личной гвардии Настоятеля перенеслись к этому самому Надзирающему…

— И каков он? — вставил граф Зибенский.

— Обычный мужик, — ответил Юл. — Это нас и ввело в заблуждение. Он не воин, он маг, и, как я теперь понимаю, повыше любого архимага, любой академии! Ни один амулет, ни один охранный артефакт не среагировал на магию. А она была.

— И всё-таки, — не унимался Зибенский, — сколько у него охраны, прислуги, где живёт?

— Не видели мы ничего. Вышли из портальной, встретил обычный мужик. Совсем не воин, но взгляд хитрый и цепкий. И вёл себя странно, цветочки нам показывал.

— Дальше, — по праву ведущего собрания сказала Сенди.

— А что — дальше? — с досадой проговорил Юл. — К нам подошёл Алекс и сказал, что в графстве опасность. Нападение драконов, и мы там нужны. А он очень хорошо знает этого Ишвара, он, мол, его земляк, и им поговорить нужно. Этот Ишвар должен показать пару заклинаний против драконов, и потом они вдвоём прибудут в графство и зададут этим летучим ящерицам.

Молодой парень, до этого равнодушно следивший за происходящим, вдруг вскочил и запальчиво проговорил:

— Алекс — друг драконов, он не мог так сказать! Ты лжёшь! Я вырву…

— Генвас, успокойся, — твёрдо проговорила Намин, взяв парня за запястье руки. — Мастер Юл всего лишь рассказывает про тот морок, который на него навёл Надзирающий. Успокойся.

— Да? — растерянно посмотрел парень на рейнджершу, потом на Юла. — Извини, мастер, я вспылил.

— Садись, — потянула Намин своего возлюбленного вниз. Тот сел.

— Ничего, — невозмутимо проговорил Юл, — так вот, мы и отбыли в графство. Только тут поняли, что никой опасности в графстве нет, и Алекс знал об этом. Более того, каждый из нас — я имею в виду воинов, бывших у Надзирающего, — так вот, каждый слышал совершенно разное.

— А где Первый? — поинтересовалась Зула. — Я его сегодня не видела. Милён, он у тебя?

— Нет, — отрицательно покачала головой друидка, — я его со вчерашнего дня не видела.

— Девочки, — вдруг проговорила Марианна, обращаясь к Милёнке и Зуле, — а вы знаете, действительно, со вчерашнего дня в замке нет ни одного арвенда. Только котята, да и то их не видно и не слышно.

— Могу внести ясность, — подал голос мастер Юл. — Это была идея Первого — сравнить, кто и что видел. Он сказал, что клан арвендов ушел на поиски Алекса. Так что в замке остались только те, кто не смог идти, и будет ждать Алекса здесь. У меня всё, — воин сел.

— Какие будут мысли по этому поводу? — спросил Хисий. Ответом была тишина. — Хорошо. Будем думать. Продолжай, дочка, — обратился старый пластун к Сенди.

— Господа, многие уже слышали про беспорядки в столице империи. Господин Умар, прошу вас, — передала ведущая собрания слово главе города Светлояр. Мужчина встал, прочистил горло и начал рассказывать:

— Господа, вынужден озвучить прискорбную новость. Вчера на Королевской охоте трагически погиб император Вилорн. Да будет короток его небесный путь, — все дружно осенили себя крестом. Помолчали.

— В настоящий момент регентом стал граф Борбок. Коронация назначена на послезавтра, сразу после окончания траура по императору и принцессе.

— Причем здесь Веста? — с тревогой спросила Илона. — Она ведь жива? Да?

— Мне очень жаль, госпожа Илона, — возразил Умар. — Принцесса погибла вместе со своим отцом.

Наступила тягостное молчание. Лишь всхлипывания Марианны нарушали тишину. Илона замерла, оперевшись локтями о стол и закрыв лицо ладонями.

— Ты уверен? — подал голос отец Гирдон. — Сам видел, или болтают досужие придворные?

— К сожалению, сам, — ответил Умар. — Вчера вечером меня призвали во дворец для опознания. Вы же знаете установленный порядок. Были все представители городов, графы. Да вот и граф Зибенский был. Подтвердите, граф.

— Был, — коротко ответил Карл Зибенский. — И моё мнение — никакой это не несчастный случай!

— Граф, это очень опасное заявление, — мягко проговорил Умар. — Вы бы поаккуратней с такими…

— А ты меня не учи что говорить! — рявкнул граф.

— Карл, успокойся, — негромко проговорил священник. На удивление, Зибенский послушался. Зло посмотрев на Умара, он взял свой кубок и длинным глотком осушил его.

— Умар, вы знаете подробности? — между тем спросил Гирдон.

— Да, кое-что, — глава города кхекнул, прочищая горло, и продолжил: — Для охоты был отловлен зверь в Диком лесу. Это обычная практика. Но в этот раз что-то пошло не так. Сейчас тайная канцелярия проводит расследование…

— Сами, падлы, и подстроили всё, — проронил Зибенский, наливая себе вина из большой бутыли.

— Зверь появился не стой стороны, — продолжил Умар.

— А что же маги? Личная гвардия? — подняла заплаканное лицо Илона. — Куда все смотрели?

— Не знаю, госпожа Илона, — повернулся к ней Умар, — я лишь рассказываю официальную версию.

— Как же так? — по щекам женщины текли крупные слёзы. — И Рампил ничего мне не сказал…

— Сожалею, — ещё раз проговорил глава города, повернувшись к священнику, и продолжил: — Говорят, что личная охрана императора ранила Зверя, отогнав его от тела императора. Иначе и опознавать бы было нечего. Раненый Зверь выскочил на поляну, где отдыхала молодёжь, внеся панику. Погибло, по крайней мере, одиннадцать детей вельмож. Некоторых я хорошо знал, — с грустью проговорил Умар. Помолчал и, вздохнув, продолжил: — В их числе и принцесса Веста. Её трудно узнать, — Умар тяжело вздохнул, — но это, безусловно, она.

Глава Светлояра постоял и, ещё раз вздохнув, сел.

Помолчали.

— Странно всё это, — проговорил священник. — Я поддерживаю мнение Карла. Это не несчастный случай. Слишком хорошо я знаю графа Борбока.

— Вот именно! — горячо проговорил Зибенский. — Отменная скотина!

— Мда-а-а, дела, — протянул Хисий. — Как бы этот новоявленный император не пошёл на графство войной. Войска вон, под боком стоят.

— Нужно привести всех в повышенную боеготовность, — предложил Енай. — Усилю разъезды, выставим дополнительных дозорных.

— Дело, — кивнул Хисий.

— Как же так… — прошептала Илона, не поднимая головы от ладоней. — Она же была такая чистая…

— Мне уже намекнули про наш Союз, — проговорил Умар. — Мне крайне необходимо переговорить с господином Андером. Его нужно срочно найти.

— Найдём, — уверенно сказал Идар. — А пока — вот Сенди, с ней и решай вопросы.

— С мной? — удивлённо спросила девушка. — Но вопросы Союза это не моя…

— Алекс поставил тебя управлять графством, — перебил Сенди Идар, — значит, доверяет тебе. Так что не робей, поможем. Давайте так: после обеда ты, Умар и Богдан побеседуйте. Хисий, поучаствуешь? — повернулся пластун к старшему. Тот неопределенно пожал печами. — Ну вот и добре. А мы покумекаем, с чего поиски Алекса начинать.

— А вопрос с демонами? — прогудел Фарг. — Приехала Высшая, сказала, что поставлена Алексом поселение делать. Стойбище демонов в наших землях!

— Дядька Фарг, решим это, — ответила Зула.

— Да что решим?! — вспылил орк. — Мы не для того свои земли отстаиваем, чтобы добровольно их демонам отдать!

— Никто ничего не отдаёт, — процедила Зула.

— Давайте-ка поедим, — зычно сказал Хисий. — На пустой желудок и разговоры не те.

— А я что говорил? — подал голос Зибенский.

— Намин, скажи Варваре, пусть обед подают, — попросил Идар рейнджершу. Та кивнула, поднимаясь.

Глава 8

Огненные горы. Алекс

Просыпался я рывками. Первый раз пришёл в себя буквально на несколько секунд. Только для того, чтобы почувствовать боль, даже не осознавая её источника, и тут же провалиться в чёрную бездну беспамятства. И сном-то это не назовёшь. Какое-то пограничное состояние, когда трудно отличить реальность и сон.

Вот и сейчас, лежу в мягкой кровати, на правом боку. Вполне удобно, но почему-то сильно замёрзла именно правая сторона тела. Причём левой руке тепло, даже очень, а вот правая рука и нога ну просто пристыла. Сползло одеяло? Но тогда замёрзла бы верхняя часть тела, то есть — левая. И вот это журчание воды просто бесит!

Но ещё более бесит тихий, надоедливый голос в моей башке.

«…Восстановление нейронных связей зоны пять проведено…»

«…Тестирование моторики пятой группы мышц, отказ…»

«…Потеря структуры нейронных связей зоны восемнадцать, восстановление невозможно…»

«…Критическое повреждение межзонных связей…» — и бубнит, и бубнит. Встать бы да врезать этому умнику, чтоб заткнулся.

Но, с другой стороны, не скучно, да и привык уже. Хоть есть за что зацепиться сознанием, а иначе просто бы растворился в небытии.

И всё-таки, что же так бок-то замёрз? Нужно посмотреть. Пытаюсь открыть глаза. У меня есть веки, значит тут голова. Резкая боль в области глазниц… Ничего-ничего, терплю, медленно пытаясь разомкнуть веки. Вот! Вот так. Есть!

Приоткрыв глаза, с удивлением увидел прямо под самым носом камень, который огибала вода. Я что, в реке или на пляже? Не-ет, этот придурок, Ишвар, чем-то долбанул меня и выкинул из своего дворца. Значит, не пляж. А тело замёрзло, потому что я в воде лежу. Нужно бы отползти из воды. Нет, шевелиться не могу. Чувствую тело, но оно как бревно, не пошевелишь. Я даже не знаю, как это делать, ну в смысле — как шевелиться. Нужно же мышцы напрягать? Но как? Пробую.

Не получается! Ну и фиг с ним, полежу в воде. Зато от жажды не умру. Хотя, пить ну совершенно не хочется. И вообще, что я суечусь? Не так уж и холодно, и боли как таковой нет. Ну, почти.

«…Критичные повреждения зоны тридцать два, восстановление невозможно…»

«…Частичное восстановление нейронных связей зоны тридцать восемь. Выполнено…»

Нет, всё-таки, когда смогу встать, врежу придурку, чтоб на ухо не бубнил! А сейчас посплю.

Да, точно! Нужно поспать…

Время — категория субъективная, в этом убеждаюсь каждый раз, когда организм в критическом состоянии. Как сейчас. Я ведь иногда чувствую, как болит левая нога, или свербит в носу, или тот же холод. Значит, я жив. Нужно просто подождать, организм регенерирует, и всё будет «в шоколаде». Вот только сколько времени это займёт? По ощущениям, я несколько часов лежу. Хотя в реальности могло пройти несколько суток.

Нет, ну что за бесцеремонность?!

Я чувствовал, как меня за шкирку куда-то тянут. Причем тянут чуть ли не за волосы, чем-то острым, впившись в трапециеидальную мышцу в области шеи. Может, меня кто-то ест? Приятного аппетита!

Меня это рассмешило. Всё-таки нужно глянуть. Открыл глаза, через боль, через жуткую боль. Блин, как песка в глаза насыпали. Ну вот так. Что имеем?

Утро или день. Не ночь, это точно. Потому что светло. Вижу склон. Высокий, с мелкими камешками. Их еще называют осыпью. А внизу речка, и горой лежит туша животного. Похоже, это животное слетело с этого самого склона. Значит, осыпь подвижная. Что ж оно, глупое, полезло в такую опасность?

Вокруг этой туши медленно кружат волки. Значит, меня спасают от съедения, так что мои предположения были недалеки от истины. Спасибо, мой спаситель. Моя голова бессильно мотнулась, резкая боль в затылке, тошнота и опять темнота…

Опять сон… Или явь?

Приоткрываю глаза. Темно, наверное, ночь. Нет, утро. Вон как птички наяривают.

«Трип-тип-тип-тау! Трип-тип-тип-тау!»

«Фьин-фью! Фьин-фью!»

И тепло. Классно! Просто замечательно! Ничего не болит, тепло, уютно, лёгкий ветерок обдувает лицо и… Так, понятно! Я голый. А-а, неважно. Кому я тут нужен? Никому. Был бы нужен, уже бы и укрыли и одели.

Пахнет псиной и ещё чем — то тошнотворным. Передо мной сидит что — то большое. Сфокусировался. Как же неудобно смотреть против солнца. Может, это собака пастуха? А что? Очень может быть. Вот нашла и стережёт. От кого? От Ишвара? Ха-ха-ха. Юморист я, однако. От волков, вот от кого. Не зря же там стая кружила. Хорошо, что собака мою тушку успела утащить, а то съели бы меня волчары заодно с бедным животным.

Кое-как настроил зрение. Блин! Если это собака пастуха, то пастух великан. В нескольких метрах от меня сидела псина, серого цвета, ростом с кобылу. Волк? Да ещё такого размера?!

На душе стало тоскливо. Как же паршиво, что пришлось сгинуть вот так бездарно. В Диком лесу выжил, а тут… Нужно пошевелиться, отогнать, испугать зверя. Куда там! Я не знаю, как шевелиться. Похоже, кроме как открыть и закрыть глаза, других движений я сделать не могу. Но ведь я чувствую тело, и запахи, и слышу гомон птиц!

Ну и что? Голова целая, а вот что с остальным телом — неизвестно. Возможно, оно вообще непригодно для жизнедеятельности, а моя регенерация не даёт умереть мозгу, наплевав на всё остальное. Очень может быть. Ну тогда, волчок, приятного аппетита! Интересно, я в каком теле? Если в теле зверя, то может быть и побрезгуют. Хвост! Нужно попробовать пошевелить хвостом. А как? Как же им шевелить? На меня нахлынуло отчаянье безысходности.

Я закрыл глаза, чтобы не видеть, как меня будут рвать на куски. Боли не чувствую, видимо, мозг отключил болевые ощущения. Это значит, что повреждения действительно обширны, и не важно, какого тела.

Ага, судя по шорохам, зверь приближается. Я внутренне сжался. Хоть больно и не будет, но неприятно осознавать, что тебя сейчас начнут жрать.

Вместо этого я ощутил на лице что-то шершавое и влажное. Ну почему нужно начинать с лица? Ну и начал бы с ног! Хотя… Какая разница?

«Стоп, он меня не ест. Вылизывает, что ли?» — в голове начали роиться мысли, вселяя надежду.

Открыл глаз, и тут же закрыл. Точно, этот волчара вылизывает мне лицо. Как же неприятно-то. Фух, перестал.

Приоткрываю глаза и упираюсь взглядом в большие желтые глаза волка, которые смотрят внимательно и по-человечески сочувствующе…

Огненные горы. Резиденция Ишвара

Каждый устраивает жизнь под свои запросы и потребности. Ишвару потребовалось почти десять лет, чтобы устроить всё так, как ему действительно нужно. Причиной этому было элементарное незнание, что же он хочет на самом деле. Так бывает. Находясь под давлением вкусов и привычек, привитых социумом, попадая в другие условия, всё так же следуешь им, считая, что этого ты хочешь сам. И только спустя время осознаёшь, что хочешь-то ты совершенно противоположного.

Ишвар всегда любил комфорт и, по возможности, устраивал для себя мини-мир, маленький и уютный. Когда члены его группы перестали выходить на связь, Ишвар долго искал их. В астрале, в инфополе. Даже предпринял личную вылазку в Безымянные горы…

Никаких следов. Верней, следы были, но до определённого момента. А потом их как будто стерли. Так что карьера Распределяющего закончилась, не успев начаться. В нормальной Игре прислали бы других Корректоров, но здесь…

Здесь Ишвар мог рассчитывать только на свои ресурсы. Так что он стал единственным Корректором на этой планете. Это, собственно, его вполне устраивало, ведь он и пошёл в Искатели мёртвых миров для того, чтобы единолично делать свою Игру.

Конечно, как любой взрослый здоровый мужчина, он пытался обеспечить себя женским присутствием. Приближать к себе аборигенок было категорически запрещено Правилами Игры. Это Передовые да Помощники могли нежиться в ласках местных женщин. Для Корректоров такие блага были под строгим запретом. Вплоть до дисквалификации и отстранения от участия Игре.

Оставшись один, Ишвар решил, что может позволить себе эту маленькую слабость. После первой же женщины — она была рабыней, приобретённой Ишваром на невольничьем рынке в Орвилии — он понял, почему Правила запрещают Корректорам непосредственный контакт с противоположным полом.

Ей, видите ли, скучно, нечем заняться, и т. д., и т. п. После ликвидации рабыни как отвлекающего фактора, Ишвара осенила идея, лежавшая на поверхности. Он создал андроида. Вернее, не он, а его ИскИн. Таким образом было достигнуто сразу две цели. У Ишвара появился вполне материальный собеседник, который мог оказать вполне реальную помощь. И второе, Дивит, так он назвал своего андроида, была лишена негативных качеств, присущих женщинам любого мира. Учитывая, что ИскИн использовал Дивит как консоль для общения, у Ишвара всегда был умный собеседник.

И вот, вторые сутки он отлёживался в реанимационном секторе своей резиденции, под присмотром Дивит.

— Кто бы мог подумать, что этот недоносок сможет оказать такое сопротивление, — в который раз поднимал хозяин резиденции наболевшую тему. — И совершенно непонятно, как он смог это сделать. Он же был в Петле, вся комната из ассанитиса…

— Могу прокрутить запись событий, — нежным голосом проговорила полунагая Дивит, выполняющая восстановительные манипуляции над телом Ишвара.

— Не нужно, я всё помню. Кстати, ты выяснила, как он сумел присвоить себе статус Наместника?

— Процесс моделирования всё ещё идет.

— Ты уверена, что у него 3 %-й уровень эталонных генов?

— Вне всяких сомнений. Это усложняет задачу выработки алгоритма распознавания. Совершенно неясно, каким образом объекту при таком уровне присвоен статус Наместника.

— Мда-а. Как думаешь, он выживет? — задумчиво поинтересовался Ишвар.

— Вероятность менее 10 %, — ответила Дивит, проводя манипуляции над его головой, которая была похожа на пособие по анатомии. Белая кость черепа, мышцы и практически полное отсутствие кожного покрова. ИскИн продолжала пояснять: — Применение сырой энергии практически сломало его защиту и фатально повредило его тело. Кроме того, ментальное воздействие было прервано, что, в свою очередь, чревато полным разрушением нейронных связей. Так что даже если он выживет, то это будет индивидуум с интеллектом не более 10 единиц.

— Да-да, я помню, — согласился Ишвар. — Недооценили мы его. Ноль-фактор внёс бы отличный градиент неожиданности в Игру.

— Вы поступили правильно, хозяин, — ответил ИскИн в образе женщины. — Мы имеем слепок его тела в активной фазе. В моих архивах нет даже намёка на прямое управление человеком энергопотоками на уровне материализации. И это в крайне негативной окружающей обстановке. Эту информацию можно очень выгодно продать.

— В этом ты права, — пробурчал пациент, — но он чуть не убил меня. Не слишком ли высока цена?

— Ваша смерть исключена, — возразила Дивит. — Резервное хранилище слепка ваших тел всегда в актуальном состоянии.

— Да… конечно, — расслабленно пробормотал Ишвар, довольный тем, что наконец-то у него есть андроид, удовлетворяющий его требованиям. Конечно, есть стандартные манипуляторы, и куча других устройств, но Ишвару было комфортней общаться с человекообразным роботом. Собственно, идея создать Дивит оправдалась на 100 %. Если бы не она, то неизвестно, выжил бы Ишвар после стычки с Ноль-фактором.

— Только, что там будет на выходе, никто не знает, — продолжил Корректор свою мысль. — Возможно, это уже буду не совсем я…

— Эксперименты с аборигенами были на 86 % удачными. Это очень высокий процент, — возразила Дивит, проводя операцию по вживлению глаза Ишвара.

— Так-то оно так, но 5 % очнулись полными дебилами, а остальные девять вообще не пришли в себя. Меня это напрягает, — проговорил пациент, чувствуя небольшое жжение в зоне операции.

— Очередная партия аборигенов прибудет послезавтра, — проинформировала Дивит. — Эксперименты можно будет продолжить.

— Хорошо, — Ишвар помолчал. Потом недовольно проговорил: — Ублюдок сжёг мне почти все важные органы. Нужно ускорить процесс анализа его действий. Это очень и очень поможет нам в построении новых средств защиты. Тоже вещь недешёвая…

— Конечно, хозяин. Если бы я не имела собственные записи, то подвергла бы сомнению возможность прямого воздействия на энергополя, — всё таким же нежным голосом вещала Дивит, — тем более без специального оборудования. Если удастся смоделировать это, то Игру можно будет завершить.

— Вначале сделай, — недовольно проговорил Ишвар. — Как там моё ухо? Что-то свербит… — перевёл разговор Ишвар.

— Прошу прощения, болевой центр отключён, — виновато проговорила девушка-робот. — Ваше ухо имеет 80 % готовность. Предоставить информацию о процессе?

— Я тебе доверяю. Мы не раз отрабатывали эти операции на аборигенах. Ты справишься. А что с материалом для кожных покровов? — встревожился Ишвар. — Меня не устраивает 85 %-я замена на синтетический аналог!

— Но, хозяин… Синтетический кожный покров более устойчив к агрессивным средам, имеет…

— Дивит! Это не обсуждается! Я хочу нормальную, живую кожу!

— Да, хозяин, — покладисто проговорила андроид. — Для этого потребуются живые носители человеческой кожи, в качестве биоматериала.

— Планета вымерла? Дивит!

— Не нервничайте, хозяин. Мне нужно ваше разрешение на использование вновь прибывших аборигенов как источника кожных покровов. Напоминаю, они предназначались для продолжения опытов по переносу сознания.

— Прежде всего нужно восстановить моё собственное тело, потом будем экспериментировать, — нервно сказал Ишвар. — Установи приоритет восстановления моего тела в высшую категорию!

— Выполнено, хозяин, — мягким голосом согласилась Дивит.

Империя. Дворец императора

Второй день во дворце было необычно тихо. Сам по себе дворец был огромен, и его население могло бы составить небольшой городишко. Многие придворные разъехались по своим имениям, не дожидаясь, когда их выдворят силой. Оставшиеся предпочитали не выходить из своих покоев. Новоявленного претендента на императорский трон во дворце мало кто близко знал, а кто знал — уже убрались от греха подальше.

Граф Борбок слыл человеком рассудительным, но суровым до жестокости, честолюбивым до тщеславия. Большинство дворян вступать с ним в какие-либо отношения поостереглись. Многие не верили в несчастный случай, но в открытую никто не говорил, даже думать про это боялись. Что бывает с теми, кто выступает против действующего императора, все отлично знали.

«Король умер, да здравствует король!»

Граф Борбок выбрал для заседаний со своими сторонниками Малый зал дворца. Сюда были привезены ящики с пластинами ассинитиса. Графу это стоило целое состояние, и копил он это богатство не один год, отлично понимая, что без этих пластин он никогда не станет в замке полновластным хозяином. Тайные летописи, которые были их семейной реликвией, однозначно говорили о возможностях духа дворца влиять на решения его обитателей. Из них же Борбок узнал о способах защиты своего сознания.

В Малом зале собрались самые доверенные лица. И хотя после того как случился несчастный случай с императором Вилорном, все сомневающиеся сразу стали горячими сторонниками Борбока, граф не торопился приблизить их к себе. Он понимал, что строить новую структуру управления империей — дело, обречённое на провал. Управлять государством без старых кадров будет весьма проблематично, но он не спешил. Всему своё время. Пусть все осознают произошедшее, проникнутся его успехом, и куда они денутся? Придут на поклон. Поэтому Борбок приказал не чинить препятствия тем, кто возжелал покинуть дворец. Но… присмотреть за ними.

— Господа, прошу внимания, — начал граф заседание, хотя все и так в ожидании молчали. Борбок выдержал паузу. — Отныне все собрания будут проводиться в этом месте. Амулет, выданный вам, защитит от влияния духа дворца КИВа. Прошу всегда иметь его с собой.

Конечно, новоявленному императору хотелось проводить собрание членов своего общества в своём родовом гнезде. И привычней, и безопасней, но покинуть дворец сейчас было бы в высшей степени неблагоразумно. Поэтому и был переоборудован этот зал для соблюдения необходимой секретности.

— Наш план сработал, и в этом заслуга каждого из вас. Я помню свои обещания, и после коронации будем сотрудничать. А сейчас, господин Хасс, прошу вас, — обратился Борбок к начальнику тайной канцелярии.

Хасс встал, по-военному поправил тунику и доложил:

— Как вы все знаете, император Вилорн пал жертвой несчастного случая на Королевской охоте. К нашему сожалению, не всё прошло, как мы задумали, — мужчина кхекнул, прочищая горло. — Зверь вышел из-под контроля. Ненадолго, но достаточно, чтобы навредить. Виновные будут наказаны. Смерть детей дворян была непредвиденным несчастным случаем, и нами ни в коей мере не планировалась. Казначейству уже дана команда выделить средства на похороны и моральную компенсацию семьям погибших.

— Принцесса действительно погибла? — спросил один из присутствующих.

— К несчастью, да, — ответил Хасс. — Мы пригласили на опознание всех заинтересованных лиц, согласно протоколам. Сомнений быть не может. Она мертва.

— Бедная девочка, — покачал головой Борбок. — Разберитесь, Хасс, кто допустил оплошность.

— Да, ваше величество, — кивнул Хасс, при этом граф Борбок поморщился. Начальник тайной канцелярии продолжил: — Принцесса Веста окружила себя верными ей фрейлинами. Все они были из бедных родов и служили принцессе по убеждению. Из всех выжили только двое. Викари Салватор и Ксин Рогетус. Обе дворянского происхождения. Остальных целители не смоги спасти. Ввиду того, что выжившие могли видеть то, что им видеть не следовало, было принято решение на некоторое время изолировать их. В составе группы дворян из чёрного списка, девушки были переданы в распоряжение Подгорного народа. Поживут у них годик, узнаем, что им известно, и если всё нормально, пристроим их в пограничье.

— Не проще было использовать умения ментальных магов? — спросил сурового вида мужчина.

— Ментальных магов, верных нашему союзу, всего два. Они заняты более серьёзными вопросами, — проинформировал Хасс. — Так что пусть поживут у гномов, а там посмотрим.

— Если выживут, — проговорил седовласый худой мужчина, — всех переданных дворян гномы загнали в шахты. Там очень высока смертность.

— Господин Порлин, смею вас заверить, что с ними обращаются в высшей степени хорошо, — напряжённо сказал Хасс, сверля взглядом седовласого.

— Извините, — тут же стушевался тот.

— Господа, прошу соблюдать регламент выступлений. Все вопросы после, — проговорил Борбок. — Продолжайте, Хасс.

— Господин Порлин прав, гномы содержат пленённых дворян в подземельях. Но не забывайте, что и король гномов живёт в пещере. И второе, пленённые дворяне не пушистые птенцы, они имеют основания и располагают средствами для ведения борьбы против нашего Союза, а значит — против каждого из нас. События требуют их временной изоляции.

— Хочу пояснить, — подал голос граф Борбок. — Я не хочу прослыть тираном, но и врага за своей спиной терпеть не стану. Напомню, роды Салватор и Рогетус дали нам великих воинов, слава о которых жива до сих пор. В свое время они выбрали не ту сторону. Плен представительниц их рода может однажды оказаться весьма кстати. Это политика, господа. Выигрывает тот, кто мыслит на несколько шагов вперед. Извините, Хасс, продолжайте.

— К вопросу о безопасности, — учтиво кивнув регенту, продолжил начальник тайной канцелярии…

Где — то в Огненных горах. Алекс

В этот раз я просто проснулся. Тело было настолько слабым и тяжёлым, что пошевелить я мог разве что пальцем, да и то с трудом. Хорошо же меня приложил этот Надзирающий. И за каким бесом я вообще к нему сунулся, ведь предупреждали добрые люди, и коты тоже — не лезь в петлю!

Прежде чем открыть глаза и выдать, что я уже не сплю, нужно осмотреться. Напрягся, пытаясь охватить своим вниманием как можно больший объём. Опасности не чувствую, как, впрочем, и вообще ничего не чувствую. По щеке прошлось нечто мокрое и шершавое. Пришлось открыть глаза.

Кто бы сомневался? Волк, а может собака? Нет. Всё-таки волк. Псина стояла надо мной и вылизывала моё лицо. Ну что за привычка?

— Спасибо, я всё понял, — пробормотал я, отворачивая голову от шершавого языка. Как будто услышав меня, волк отошёл. Я проследил за ним. Их тут два. Крупные волчата, оба бело-серые. Пока они затеяли в углу щенячью возню, я осмотрел место, где нахожусь. Большая ниша под навесом скалы, вокруг несколько обглоданных костей. Надеюсь, я тут не в роли холодильника. Типа, как проголодаемся — съедим, а пока полежи.

Скосил глаза на своё тело. Так, я в боевой ипостаси, вот только что за шерсть такая? Теперь ясно, почему я не побил волков разрядами электричества. Потому что тело было обожжено. Молодая шёрстка вперемежку с клоками старой шерсти смотрелась очень не эстетично. Надеюсь, шерсть быстро отрастёт. Пошевелил рукой.

«Восстановление моторики мышц первичной группы окончено», — прошептал в голове тихий голосок. Вот кто меня бесил все это время. Я сам. Похоже, мой мозг разделился на две части. Первая — мне подвластная. Вторая — это как выделенный сервер. За всем следит и делает себе там какие-то выводы. А может, это и есть подсознание? Очень может быть.

Свет на некоторое время заслонился, и волчата по-щенячьи радостно заскулили. Посмотрел на звук. Да, я прав. Это были волчата, а вот и их мамашка пожаловала. Довольно крупная особь. Мне-то она казалась размером с лошадь. Слава всем богам, что это не так.

А может, они разумны? Может, они такие же, как мои любимые арвенды? Я пытался всеми доступными способами послать мысленный запрос на контакт. Результат — волчица приблизилась и, опустив голову, внимательно посмотрела мне в глаза.

— Привет, — прошептал я на всех известных мне языках. Пристально посмотрев мне в глаза, волчица развернулась и ушла из нашего укрытия.

— Фу-ух, — выдохнул я, — пронесло.

Сбоку доносилось порыкивание и чавканье. Выгнув шею, посмотрел на выход. Волчата мусолили огромный окорок. Обед, однако. В животе предательски уркнуло. Попытался повернуться и сесть. Получилось. Мышцы хоть и чугунные, но слушаются. Сел чисто по-животному, благо это тело приспособлено к такому. Начал напрягать группы мышц, чтобы разогнать кровь. Как же трудно даются простые движения. Похоже, я отлежал на каменном полу всё, что мог отлежать. А где мой хвост? Ведь чувствую, вот он, а в реальности — нету. Вот же блин, всё время проблемы с этим хвостом. То не достанешь, то не спрячешь.

Волчата, опасливо поглядывая на меня, рвали кусок — каждый себе. Не обращая на них внимания, я продолжал разгонять кровь, напрягая группы мышц. Нужно еще и энергию потолкать. Что-то я туплю. С этого нужно было начинать. Осмотрелся в поисках источника энергии. Вот он, практически прямо подо мной. Ну вот и начнём из него черпать.

Отлично! Я чувствовал, как живительная сила побежала по моему израненному телу, напитывая мышцы энергией жизни. Кстати, о ранениях, ну-ка посмотрим, что у меня повреждено. Нырнул в нирвану истинного зрения, обращённого внутрь себя. Прошёлся по основным органам. Ничего критичного. Те же самые разноцветные каналы с чёрными включениями. Ну, может быть, чуть-чуть больше красных тонов. Странно, отчего тогда пошевелиться не мог? Или организм уже регенерировал? Видимо, да.

Вернулся в реальность. Как раз вовремя. Мамаша-волчица вошла в нашу нишу, неся во рту кусок мяса. У меня начала выделяться слюна. Я что, собакой становлюсь?

Волчица положила кусок передо мной, пристально посмотрела мне в глаза и, вылизав плечо, шею и голову, удалилась. Я мужественно вытерпел. А что делать, когда около глаз мелькают зубы размером с мизинец, а ты еле шевелишься? Замереть и терпеть!

Кусочек мяса был совсем не маленький, а очень даже солидный. Я не стал себя сдерживать, поднял мясо с камня, примериваясь, где откусить. Ничего вкусней я в своей жизни не ел…

Светлый лес. Дворец владыки эльфов

Праздник равновесия в Светлом лесу прошел как-то смазанно. Возможно, виной тому был мелкий моросящий дождь, который, несмотря на старания магов-погодников, всё же пошёл после обеда. В столице эльфов — Анроле — празднование проводилось, как обычно, в городском парке. Выступив перед собравшимися с речью, Морохир удалился в свою резиденцию. Слишком тревожные известия пришли из империи, так что праздник пришлось проигнорировать. Было ещё не совсем понятно, что там происходит, но владыка Светлого леса, умудрённый опытом, понял, к чему все эти события, и начал принимать меры задолго до официального объявления смены императора.

Только к полудню следующего дня информация о перевороте в империи подтвердилась окончательно. Морохир сидел в своём кабинете, в который раз просматривая донесения от агентов из империи. На местах, в графствах и баронствах, по-разному отнеслись к гибели императора. Но, судя по сводкам, гражданской войны не будет. В дверь постучали, и вошел Лаирасул:

— Владыка, когда подавать обед? — поинтересовался помощник Морохира.

— Спасибо, я дождусь Анариэль, — Морохир отложил листок бумаги, — она должна вот-вот подъехать.

— Хорошо, — помощник галантно поклонился и вышел. Морохир вернулся к работе. Он только начал намечать план работы с агентурой, в связи с событиями в империи, как дверь шумно распахнулась и стремительно вошла Анариэль.

— Папуль, что случилось? — девушка остановилась около стола владыки. — Почему ты не рассказал по телефону?

— Добрый день, доченька, — проговорил Морохир, поднимаясь навстречу дочери. — Как доехала?

— Да нормально доехала, — принцесса подошла и чмокнула отца в щёку. — Представляешь, Алекс со вчерашнего дня не отвечает. Ты с ним не разговаривал? — девушка направилась к столу с фруктами, — Есть хочется. Что-то на меня жор напал, всё ем и ем.

— Может, потому что время обеда? — с улыбкой предположил Морохир. — Сейчас прикажу подать, — он взял со стола колокольчик и позвонил. Вошел помощник.

— Лаирасул, будь любезен, обед на двоих в зимнем саду, — попросил владыка.

— Через пять минут всё будет готово, — галантно ответил слуга.

Дождавшись, когда за эльфом закроется дверь, Анариэль спросила:

— Ну так что случилось?

— Присядем, — предложил Морохир, усаживаясь в кресло у камина и указывая на противоположное.

— Всё так плохо? — в голосе принцессы появились нотки тревоги.

— Хорошего мало, — согласился владыка. Дождавшись, когда дочь сядет, продолжил: — Погиб император Вилорн. Вчера на Королевской охоте. Несчастный случай.

— Алекс? — Анариэль напряглась.

— Не было там твоего Алекса, — осуждающе покачал головой Морохир, — а вот принцесса Веста была.

— Веста? — удивленно переспросила Анариэль. — С ней всё нормально? Ранена?

— По официальной версии, она погибла, — со вздохом проговорил Морохир.

— А по неофициальной? — из глаз принцессы эльфов потекли слёзы.

— Пока трудно сказать. Мои агенты работают…

— Папа! — девушка осуждающе посмотрела на отца, доставая носовой платочек.

— Во-первых, это был не несчастный случай, а хорошо спланированная операция дворцового переворота, — начал рассказывать владыка эльфов. — И второе. Зверь, который якобы и является причиной всех бед, слишком мало был на поляне, где отдыхали дети придворных. В том числе и принцесса. При этом погибли почти все. Почти. Выжившим целители оказывают помощь. Но часть детей дворян пропала без вести.

— Это как? — Анариэль высморкалась, вытирая слёзы. — Что значит «без вести»?

— Это и странно, — задумчиво проговорил Морохир. — Объясняют тем, что Зверь лютовал, порвал некоторых в клочья. Но при этом неожиданно у гномов появились секретные пленные.

— Думаешь, Веста у них?

— Навряд ли, но я пока что не исключаю такую возможность. У меня очень мало агентов у гномов…

— Но ведь принцесса не какая-то там безродная девка! Должно быть опознание, в присутствии дворянства. Её ведь все знали.

— Оно и было, — кивнул Морохир. — Все, как один, узнали в усопшей принцессу Весту. Только вот маленькая нестыковка. Один из магов Академии, присутствовавший на опознании, проговорился одной из своих женщин о наличии остаточных следов заклинания иллюзии. Официально он не стал это оглашать, не его уровень. Там были маги повыше его в звании. Тот же самый ректор академии Мейлахс. Странно это. Что хотели скрыть? Пока не ясно.

— Может быть, способ умерщвления? — хмыкая носом, предположила принцесса. — Следы ножевых ранений или арбалетных болтов.

— Это первое, что приходит в голову, — согласился Морохир. — Думаю, скоро выясним.

— А тебе Алекс не звонил? — сменила тему Анариэль.

— Нет. Хотя постой, вчера телефон жужжал. Там какое-то сообщение звучало. Поздравление вроде бы. Я так занят был, что не обратил внимания.

— Мне тоже сообщение пришло. Голосом Алекса говорил ЗАК. Насколько я знаю, это у него артефакт такой. Он через него телефоны связал.

— Наслышан, — кивнул Морохир.

— Я потом пыталась с Алексом связаться, а этот! — девушка достала из кармашка на поясе телефон. — Как попергий, отвечает одно и тоже!

— И до сих пор? — поинтересовался владыка.

— Сейчас вообще ерунда какая-то! Вот, послушай, — принцесса, сделав манипуляции над артефактом, протянула его отцу.

«В настоящий момент с Алексом нет связи. Пожалуйста, попробуйте связаться с ним позже или дождитесь, когда он свяжется с вами сам. Сообщение о вашем желании переговорить будет ему передано, как только с ним будет установлена связь», — пропищал телефон.

— И так со вчерашнего вечера! — с горечью проговорила Анариэль.

— Видимо, он занят, — предположил Морохир. — Он сейчас где должен быть?

— У демонов. Какие-то там проблемы с территориями решать.

— Ну вот видишь. Не в империи — значит всё с ним нормально, — улыбнулся владыка.

— Ой, пап, ему от демонов в империю прыгнуть — как тебе в отхожее место сходить, — нахмурилась Анариэль.

— Найдётся твой милый, — Морохир поднялся. — Пойдём, отобедаем.

— Бедная Веста, — вздохнув, Анариэль встала, — она такая наивная была. Пусть Мать Природа примет её дух. И соболезнование некому послать? — посмотрела она на отца.

— Ну почему же? — Морохир взял дочь под локоток. — Официальные соболезнования я уже отправил…

Огненные горы. Алекс

Насытившись, я почувствовал спокойствие и удовлетворение. Всё-таки настроение мужчины напрямую зависит от наполненности его желудка. Или это звериное тело так влияет? В любом случае, у меня возникло желание спокойно полежать и разобраться, что же произошло и что имею на выходе.

Солнышко — или как его тут? — Ясмин, близился к зениту, становилось тепло. Мои друзья по стае также закончили трапезу. Нужно их назвать как-то. Вот тот худощавый, на длинных ногах, будет Бим. А этот, поупитанней, видимо, первенец — будет Бом.

— Эй, Бим! — окликнул я волчонка, тот навострил уши и посмотрел на меня. — Тут вода есть? Во-да. Пить. Хлюп-хлюп. Бестолочь серая, — отмахнулся я, — ничего вы не понимаете.

Между тем Бом пошёл к отвесной стене и откуда-то начал лакать воду.

— Во! Молодец, — воскликнул я и, через нудную боль во всём теле, направился к водопою, — сразу видно умного волка.

Водопоем оказалась небольшая лужа в глубокой выемке камня. Мда-а. Я-то думал, тут родник, а тут прошлогодняя дождевая вода. Когда-то я умел вызывать воду, может, и сейчас смогу. Но экспериментировать на камне не стал. Еще зальёт тут всё, где ночевать буду? Обойдемся пока тем, что есть. Я принялся пить. Прохладненькая, и не очень-то воняет…

Напившись, вышел на солнцепёк. Мда, правильней ясминпёк? Фигня какая-то!

Растянулся на тёплом камне, подставив бока ласковому свету светила. Бим и Бом, недолго думая, устроились рядом. При этом мою ногу и живот они использовали как подушку. Это уж слишком. Я аккуратно убрал Бома с живота. Тот покрутился и улёгся за спиной, положив голову мне на плечо.

Итак, что имеем? На планете живёт придурок из… Откуда же он? Искатель миров — это как чёрные археологи? Видимо, так, только в планетарном масштабе. Выходит, этот Ишвар — представитель Древних, который каким-то образом нашёл эту планету. А как же информация, которую я получил в модуле при своём прибытии? Типа, эту планету никто никогда больше не сможет найти? Хотя времени прошло фиг знает сколько. Сто тысяч лет — это тебе не хухры-мухры. Древние могли что-нибудь и придумать. И потом, этот Ишвар говорил, что перепрограммировал модуль ОЛ008, значит верить тому, что мне тут наговорили, ну совершенно нельзя. Ладно, не важно.

Второе, он говорил про какую-то Игру. Играют они тут, козлы! Какая-то Серая галактика долбанула мелотронным ударом. Ничего себе игры, если проигравший может послать всю планету в тартарары. Во всём этом самый главный вопрос — что за Игру ведёт Ишвар сейчас?

Я тяжело вздохнул, потому что в голове началась тупая боль, с покалыванием в висках. Что там шепталось в голове насчёт нейронных связей? Типа «сохранения», «восстановления» и так далее? Выходит, мой Защитник исправно несёт службу. Удачный получился симбиоз. Уже в который раз он мне жизнь спасает. Ну и свою заодно. Немного полежал, стараясь ни о чём не думать. Боль утихла.

Ишвар назвал меня Ноль-фактором, а себя Корректором. Что же он тут корректирует? Развитие цивилизации? Нужно бы поспрашивать — как её там? МЭРИ, вот. Для этого нужна связь с ЗАКом.

Прикрыв глаза, я попытался почувствовать связи со своими соратниками. С ЗАКом и Первым. Нормально «девки пляшут»! Раньше все связи я ощущал и видел как серебряные нити, исходящие из меня, на другом конце которых кто-то был. ЗАК, Первый, даже своих девчонок мог отследить. Не всегда, но мог. А теперь вообще ничего!

Раньше я фактически был большой и умный коммуникатор. Насчет «умный», пожалуй, я поторопился, а в остальном так и было. Как этот придурок Ишвар сказал? «…У тебя слишком много способностей. Даже для Ноль-фактора высшего уровня…» И пообещал исправить. Исправил, сволочь. Кстати он обещал, что я ничего не буду помнить. Ошибся, или моё сопротивление не дало ему довести своё черное дело до конца? Ведь помню же эту сволочь. Отрывочно, смутно, на уровне догадок, но помню.

Как бы там ни было, а связи я не чувствую и не вижу. Перейдя на истинное зрение, я окунулся в калейдоскоп разноцветных нитей и энергетических звёздочек. Красотень! Хоть естественные энергоканалы вижу, и на том спасибо.

Бому стало неудобно, и он наглым образом залез мне на плечо и начал вылизывать мне ухо.

— Спасибо, милый, я тебя тоже люблю, — недовольно проговорил я, поведя плечом, отталкивая навязчивое ухаживание. Волчонок успокоился.

Кстати, вопрос. Как я оказался в волчьей стае, и почему они меня приняли за своего? Скорей всего, моя способность мимикрировать на уровне ауры не исчезла. Проверить не могу. С этим потом. Вначале разберёмся с другими способностями. Вот никогда не обращал на них внимание, а как не стало — сразу КАРАУЛ!

Продолжаем разговор с умным человеком, то есть с самим собой. Значит, связи нет. Никакой. Ни с кем. Куда мы перенеслись через портал от демонов, также непонятно. Надеяться на то, что ЗАК найдёт меня через спутниковую связь, смешно. Огненные горы километров пятьсот в поперечнике и тыщи две в длину. Попробуй найди! Значит, третий вопрос — куда идти? Тут-то всё просто. Пойду на юг или запад, выйду к океану. Оно мне нужно? Нет. На восток тоже не вариант. Вдруг я в самой западной точке. Тогда придётся «пилить» через весь горный хребет, те самые две тысячи километров. Не факт, что эти горы проходимы. Остается последний вариант: идти на север. Выйду в степи демонов. Хотя зачем в степи? Предгорий будет достаточно. С направлением определился.

Следующий вопрос, не застрял ли я в боевой ипостаси? Чтобы это проверить, нужно куда-нибудь уйти. А меня Бим с Бомом плотно облегли. И чего жмутся? Теплынь на улице. Я повернул голову и посмотрел на сладко посапывающих волчат. Вот кому хорошо живётся. Поел — можно и поспать. Поспал — можно и поесть!!!

Ладно, попробуем частичное перевоплощение.

Я попытался достать свою человеческую руку. На моих глазах лапа потекла, подёрнулась маревом и предстала в неприятного вида человеческой ладони. Неприятного, потому что красная от ожога третьей степени. А может, и второй. Вон какие волдыри. Ладонь зачесалась и запекла. Быстренько вернул себе лапу. Но ладонь печь не перестала. И нафига я её доставал?

Если всё моё человеческое тело в таком виде, то я очень не скоро смогу им пользоваться. Боль в ладони прошла. Так-то лучше. А что ж с моим хвостом?

Перед глазами послушно возник пушистый бубон. Вот он, родимый! Я обрадовался своему хвосту как близкому другу.

— Где ж ты прятался, мой хороший? — пробормотал я и пощекотал Бома по носу. Тот встрепенулся и уставился на бубон моего хвоста. — Прикинь, чо у меня есть!

Волчонок зевнул и положил голову себе на лапы. Прикрыл глаза.

Итак, с телом понятно, со связью тоже ясно. Куда идти, решено. Что там ещё в моих суперспособностях было? Конечно же, руны, или, говоря по-другому, магия этого мира. Хотя какая это магия, просто структурированные энергополя. Прикрыв глаза, я начал вспоминать руны. Блин, засада! Не помню! Вот это совсем плохо! Помню общий вид руны, в самом общем виде. А как же детали? Ведь от этих завитков очень многое зависит.

Руна молнии, я же её на автомате делал. Она же простая!!! Не помню. Совсем! Стало до такой степени досадно и обидно, что из глаз потекли слёзы.

Почувствовав моё настроение, Бим и Бом вздёрнулись. Бим вообще встал и стал поскуливать. Бом же принялся вылизывать моё плечо.

— Ладно-ладно, всё. Я в норме, — погладил я волчонка, успокаиваясь. — Спасибо.

Ничего страшного, воинские навыки я по-любому не утратил. А может, утратил? Нужно проверить. Я сел. Волчата вопросительно уставились на меня.

— Будем посмотреть, — проговорил я, вставая на ноги и выпрямляясь. Как же всё болит! Стоп! А как же ожог? Проверять воинские умения в боевом облике? Не стоит. Не предназначены движения и связки комплексов для этого тела. Придётся отложить этот вопрос. Я сел по-собачьи. Волчата тут же подошли ко мне, предлагая поиграть. Бим попытался куснуть бубон моего хвоста, пришлось легонько стукнуть его по башке. Попробую-ка я посмотреть инфополе, на вопрос моего тут появления. Я опять лёг. Волчата толклись по мне, кусая и кувыркаясь.

Не обращал на них внимания, представил себя в своём колодце-коммуникаторе. Представил, понимая, что это не то, что нужно. Не было ощущения реальности. Просто мысли в голове, да ещё и в сопровождении болевых ощущений.

Значит, от инфополя я тоже пока что отрезан. Вот это я попал! Если один чокнутый Древний смог такое сделать, что будет, когда сюда их прибудет пара тысяч?

Из-за огромного камня, отбрасывающего тень в нашу нишу, вышла волчица. Волчата бросили свою возню и радостно побежали навстречу матери. Я напряжённо сидел, не зная, что мне делать. На всякий случай собрался и приготовился к нападению. Хотя, конечно, воин из меня сейчас никудышный.

Волчица, по ходу лизнув своих волчат, направилась ко мне. Есть! Я чувствую её озабоченность. Ну хоть что-то осталось со мной. Я чувствую эмоции! От этой мысли я чуть не расплакался. Блин, совсем головой тронулся: как баба, от всякой фигни слёзы на глазах.

Волчица подошла вплотную. Наши глаза были на одном уровне. Крупненькая особь. Представляю, какие самцы! Волчица не мигая смотрела мне в глаза. Её тёмные зрачки, казалось, заглядывают в самую душу.

Она за меня переживает! Я встал и, смело подойдя к волчице, по-кошачьи потёрся головой о неё. Как же больно двигаться, но ничего, потерплю. Надо. В ответ раздался совсем человеческий вздох, и мой затылок начали основательно вылизывать…

Гномьи горы. Пещера содержания пленников

Мифы о том, что все гномы живут исключительно под землёй, поддерживались самими гномами в целях безопасности. На самом деле, в пещерах и каменоломнях были устроены лишь показательные жилища. Это на случай посещения Подгорного народа коронованными лицами других государств, приёма караванов и устройства ярмарок.

В основной же своей массе гномы жили в уютных посёлках, раскиданных по долинам и склонам предгорий. Исключение составляли горные гномы. Это те, которые из поколения в поколение работали в рудниках.

Из империи исправно поступали заключённые на исправительные работы. В большинстве своём назад из них никто не возвращался. Были, конечно, случаи, когда вносился выкуп и каторжанина отпускали, но это было настолько редко, что их можно было по пальцам пересчитать. Гораздо чаще заключённых выкупали богатые семьи гномов для работы на семейных предприятиях или дома.

Рудник по добыче ассанитиса имел особый статус. Из него никто никогда не возвращался. Да и сбежать было совершенно немыслимо. Магия в этом руднике не действовала, да и механизмы работали со сбоями. Вот и приходилось рубить породу и вывозить её из шахты вручную. Попасть сюда означало верную смерть. Сюда ссылались заключённые из разных государств. Как душегубцы, приговорённые к смертной казни, так и представители сословий, ставшие неугодными действующей власти.

Группа заключённых, прибывшая из Империи сразу после праздника Равновесия, была разношёрстной. Были тут и седые старики, и безусые юноши, и почтенные матроны, и молоденькие девы. Всех их объединяло хорошее воспитание и манеры. Кроме того, одежда выдавала их дворянское происхождение.

Смотрители рудника догадывались, кто это и откуда, но предпочитали помалкивать, дабы не навлечь беды на свою голову.

Распределили всех быстро и привычно. Мужчин в силе — в забой. Юнцов — им в помощники. Женщин в силе — ездовыми, тягать вагонетки. Почтенных матрон, да молодых дев в кухонные — готовить еду, разносить воду да выносить нечистоты.

Так как света Ясмина в шахтах не видно, распорядок дня задавал Белоголовник — старший в смене от гномов. По его сигналу начинали работу, делали перерыв на обед, ложились спать.

Старожилы шахты быстро обучали новичков премудростям быта и работы. А тех, кто сопротивлялся, отправляли в нижние забои, в клеть, посидеть-подумать. Темнота и пещерная живность быстро делали сговорчивыми самых строптивых.

Двух молоденьких девиц определили в водоносы, куда обычно ставили совсем мальцов. И это было не от недостатка молодых ребят, а по особому распоряжению. Белоголовник Вендал был не особо доволен, что на его шахте кто-то там распоряжается. Но когда ему сказали, что это рекомендация короля, Вендал поумерил свой гнев, определив девиц по назначению и выделив им отдельную клеть для ночлега.

Для Ксин, фрейлины принцессы империи, всё происходящее казалось кошмарным сном. Она никак не могла поверить, что это всё на самом деле. Ещё не отойдя от событий на поляне Королевской охоты, она воспринимала окружающую действительность как через туман. Но нужно отдать ей должное, держалась она гораздо лучше своей подруги по несчастью. Та совсем скисла. Всё время плакала, на вопросы не отвечала, ничего не ела. Ксин с трудом убедила Старшего, что её подруга заболела и не может выйти на работу. Тот дал два дня на выздоровление.

Ксин сходила на кухню за ужином. Кухня была пещерой на верхнем уровне, и идти туда было не близко. Когда вернулась, её подружка всё так же сидела на нарах, обхватив колени руками и положив на них подбородок, смотрела перед собой.

— Ваше высочество, нельзя же так, — участливо проговорила Ксин. — Нужно жить.

— Зачем? — голос прозвучал тихо и глухо, как из бочки.

— Нас освободят. Обязательно! Это ошибка, они разберутся и освободят, — проговорила Ксин, сама не веря в то, что говорит.

— Нет… — не согласилась собеседница, посмотрев на подругу. — Ты сама знаешь, что это не так…

— Ваше высочество…

— Не называй меня так, — в голосе принцессы появилась стальная нотка. — Я — Викари. Это трудно запомнить?

— Простите… Викари, — сникла Ксин, по щекам которой потекли слёзы. — Я… я… не знаю… что делать, — всхлипнула девушка. — Я весь день носила воду… Там… Я многих знаю… Я видела брата в забое… Его били… Папа очень стар… За мной никто не придёт…

Веста посмотрела на плачущую Ксин, встала с нар и, подойдя к девушке, обняла её:

— Ты права, нам нужно потерпеть, — отстранившись, она заглянула в глаза подружке. — Знаешь, что я подумала? Когда Алекс попал в Дикий лес, ему ведь тоже было страшно. Но он нашёл в себе силы не сдаться… — принцесса хлюпнула носом. — И он выжил. Понимаешь? В Диком лесу. Один на один с огромными тварями! Нельзя сдаваться. И он придёт за мной… За нами. Вот увидишь!

— Правда? — в голосе Ксин было столько надежды, что принцесса, проглотив слезу, твёрдо ответила:

— Да. Как только узнает, что они с нами сделали, обязательно придёт! Нужно немножко подождать.

Глава 9

Империя. Баронство Неркулова

Поляна, где проходили реабилитацию драконы, постепенно обживалась. За неделю на краю поляны мужики из соседнего Бояково поставили сторожку. Поначалу местные жители ходили смотреть на живых драконов, а потом каждодневные заботы взяли вверх, и к необычном соседству стали относиться спокойно. Разве что вездесущие мальчишки всё еще тайно пробирались к поляне, чтобы самим посмотреть на драконов.

Су Ракал Адх много лет был Смотрящим и уже подумывал передать эту обязанность кому-то из молодых. Но Мать Природа распорядилась по-своему. Раны, полученные Смотрящим в последнем бою, сделали его инвалидом. Друидка по имени Жизнемира сделала почти невозможное. Она фактически подарила Су Ракалу вторую жизнь.

Позже, гораздо позже, Смотрящий осознал тяжесть своих ран и оценил целительские умения друидки. Она сумела заживить ужасающие раны и придать обрубку, оставшемуся от крыла, не такой страшный вид. Но она — не Мать Природа, чтобы вырастить новое крыло, и Смотрящий это понимал.

Часто Жизнемира приходила просто так, поговорить, повспоминать прошедшую войну, в которой они оба принимали участие. Именно там, на поле боя, Жизнемира впервые врачевала драконов, познавая все тонкости этого искусства. Когда друидка предложила Су Ракалу остаться в имении, дракон серьёзно задумался над этим. Даже если ему удастся вернуться домой, в Огненные горы, то жить в стае он не сможет. По той простой причине, что без крыла он просто не сможет добраться до Гнезда. Это значило остаток жизни провести в Долине Рождения, присматривая за детьми живородящих и Новой Жизнью, обучая их воинскому ремеслу и мудрости жизни. Вот только таких, как теперешний Су Ракал, там было много. Драконы живут долго, а последняя война многих сделала инвалидами.

Генвас О'Лак появлялся на поляне время от времени. Его врачеванием занималась Алина, жена местного графа, или наложница — Смотрящий так и не понял. Тоже весьма искусная ведунья, но, конечно, не такая, как Жизнемира.

Благо Татс поправлялся очень быстро, не в пример Смотрящему. Вот что значит молодость! На завтрашнее утро был назначен вылет Татса и Генваса в Огненные горы. Они должны доставить Новую Жизнь в Долину Рождения. Поэтому ещё до полудня на поляну прибыл Генвас О'Лак и принёс Новую Жизнь.

Вечерело. Татс предавался излюбленному занятию. Сну. Его мерное дыхание сипением разносилось по поляне. Смотрящий грустно лежал около запруды, глядя, как в прозрачной воде маленькие рыбки играют в догонялки. Су Ракал Адх должен был принять решение. Остаться здесь или же направиться домой. Что будет дома, он знал наверняка. А что его ждёт здесь, останься он — даже Мать Природа не скажет.

Дракончики резвились напротив Смотрящего, на другой стороне запруды. Острый слух Смотрящего уловил негромкий разговор Генваса и Намин. Они сидели около сторожки, на завалинке. Осёдланная лошадь паслась невдалеке, ожидая девушку. Су Ракал Адху была симпатична эта бесхитростная и отважная человеческая женщина. Она была рейнджершей в Диком лесу, а для старого дракона это была лучшая рекомендация.

«Даже лошади перестали нас бояться, — подумал Смотрящий, посмотрев на сторожку. — Может, это и к лучшему?»

— Вы завтра улетаете? — вполголоса спросила Намин.

— Да. На рассвете, — отозвался Генвас О'Лак. — Я вернусь и принесу тебе цветок Огня. Дождёшься?

— А что это за цветок? Свечка, что ли?

— Почему свечка? — не понял Генвас. — Цветок.

— Как может быть огонь в виде цветка? — не поняла девушка.

— Нет, это не огонь, — заулыбался парень, пододвигаясь поближе к Намин. Ему очень хотелось обнять её, но что-то удерживало. — Простой цветок. Тот, который я выберу. Отнесу его старой Сапре Вирт, это… Как бы сказать. Как Алина, Жизнемира…

— Ведунья? — подсказала Намин.

— Да. Она пошепчет над ним, и цветок станет цветком Огня. Я сначала должен подержать его у себя, а потом отдам тебе. Через месяц я вновь прилечу к тебе, и мы вместе увидим правильность решения быть вместе.

— Как? — заинтересованно спросила Намин, — я не маг, что я смогу увидеть?

— Магия тут не причём. Если цветок завянет, то Святой Огонь против нашего желания, а если нет, то значит всё правильно.

— Чтобы цветок рос и цвёл, его нужно поливать, ухаживать за ним. А из меня плохой цветовод, — грустно сказала Намин. — За месяц он точно завянет. Если только Милёнку попросить…

— Нет-нет, — возмутился Генвас, — нельзя цветок кому-то отдавать! Он не завянет, если в твоём сердце живёт любовь. Даже если ты его оставишь на окне, без воды и земли. Вот увидишь!

— Погоди с цветком, — грустно сказала девушка, — я хочу тебе кое-что сказать.

— Говори, — парень напрягся.

— Ты должен знать, чтобы не сделать того, о чём потом пожалеешь, — Намин никак не решалась сказать самого главного.

— Я приму твоё решение, — пообещал парень.

— Генвас, я беременна.

Наступила пауза. Смотрящий, лежавший далеко у пруда, мысленно улыбнулся, став невольным слушателем разговора влюблённых. «И почему люди делают из ожидания потомства такую проблему?», — подумал старый дракон, положил голову на лапы, и мечтательно смотрел на весёлую возню Новой Жизни напротив себя.

— Я знаю, — проговорил Генвас.

— Уже доложили? — с горечью проговорила Намин. — И кто же этот доброжелатель? Милёнка? Алина? Жизнемира?

— Я сам вижу, — недоумённо ответил Генвас О'Лак. — Зачем мне об этом кто-то будет говорить?

— То есть, как сам? — не поняла девушка. — То есть, ты это знал?

— Конечно. С первой встречи. Разве это можно утаить?

— Но ведь ничего ещё не видно, даже если раздеться, живота ещё нет, — недоумевала девушка.

— Какого живота? — пришла очередь удивляться Генвасу. — А, ты про это! — наконец догадался он. — Я же дракон, Новую жизнь вижу без всяких животов, — заулыбался он.

— И что? Вот так? Да? — не унималась Намин.

— Что?

— И ты не спросишь, кто отец ребёнка?

— Я уважаю твой выбор, — просто ответил Генвас. — Наверняка ты для этого выбрала сильного и достойного мужчину. Ведь так же?

— Да уж куда достойней, — грустно ответила девушка.

— Ты думаешь, он заявит права на ребёнка? — встревожился Генвас.

— Кто? Алекс? Вряд ли, — пожала плечами Намин.

— Алекс? — догадался Генвас об отце ребёнка своей любимой. Помолчали, потом парень продолжил: — У Алекса три жены, все вот-вот подарят ему Новую Жизнь, в Зимницах ещё пятеро носят его Новую Жизнь…

— Ага, — криво улыбнулась Намин. — Везде успел.

— Я заявлю права на твоего… нашего ребёнка, и буду биться за право быть отцом! — горячо воскликнул Генвас.

— Успокойся, — Намин взяла парня за руку, — ни с кем драться не нужно, — она повернулась к парню. — Есть ещё кое-что, — девушка сделала паузу, Генвас напряженно ждал. Намин продолжила: — В моём теле не всё нормально. У ребёнка тоже могут быть… отклонения. Понимаешь?

— Глупенькая, — Генвас сгрёб девушку в объятия, крепко прижав к себе. Намин не сопротивлялась, доверчиво положив голову на грудь любимому. Вдохнув сладкий запах девушки, дракон проговорил: — Ты про хвост и груди? Тогда и у меня не всё нормально. И хвост больше, ещё и крылья есть.

— Про хвост Милёнка сказала или Жизнемира? — промурлыкала Намин, млея от близости родного человека.

— Сам вижу, — ответил Генвас, поцеловав девушку в макушку. — Кстати, зря ты его убрала. Он очень даже миленький был…

Где — то в Огненных горах. Алекс

Всю ночь меня мучали кошмары. Мало того, что весь прошлый день как в тумане, так и ночью не отдохнул. Снился Ишвар, который хохотал мне в лицо и орал «Ты-ы-ы приду-у-уро-о-ок!». А потом я убегал по какому-то тоннелю или пещере. Мне не хватало воздуха, болели ступни, исколотые острой галькой на полу. Я выскочил в грот, а там император Вилорн стоит, усмехается и так снисходительно машет мне ручкой. Дескать, пока, урод! А чуть в сторонке Морохир, показывает на меня пальцем и орет: «Он зверь! Ату его, ату!!!» В центре грота, около небольшого озерца, сидит Веста в простом платье, с кувшином воды в руках. Сидит на камне и причитает: «Он хороший, он просто давно не пил. Давайте напоим его». И тут опять Ишвар как заорет мне в лицо: «Мы сожжём тебя заживо!!! Ха-ха-ха!!!»

Подскочив, я проснулся и долго озирался, пытаясь осознать, где я и что со мной. Реально хотелось пить. Отдышавшись, встал и направился к луже около стенки. От души напился остывшей за ночь водички. Не подхватить бы дизентерию. В лужице уже начала плавать мелкая живность. Сел напротив выхода. Прочувствовал себя. Вроде ничего не болит. Визуальный осмотр себя любимого. Шерсть стала более однородной, коготки отросли, надо бы сточить о камень. Перевёл лапу в человеческий облик. Отлично. Покраснение ещё выдавало ожог, но боли уже не было. Так что оставаться в волчьем логове не было никакой необходимости.

Волчица-мать и Бим, который оказался Бимкой, с Бомом наблюдали за мной из дальнего угла. Серое утро с интересом заглядывало в нашу нишу. С улицы тянуло запахом дождя. Я потянулся и подошел к семейству. От волчицы шло благодушие.

— Мне нужно уходить, спасибо за всё, — я долго посмотрел волчице-матери в глаза, потом опустил их. — Мне пора… Не знаю, почему и зачем ты меня спасла, но без вашей помощи я бы не выжил. Это точно.

Потёрся о шею волчицы, она лизнула меня в плечо. Похоже, она всё поняла. Добродушие сменилось озабоченностью и… любовью? Не может волк так любить человека. Хотя, какой я человек?! Значит, может.

Немного постоял и пошёл на выход. Остановился, обернулся. Все трое смотрели мне вслед. Вздохнув, я вышел.

Вот удивительное дело. Человек убивает человека, находя для этого тысячу причин, а простые волки, пусть и переростки, спасают незнакомого себе чужака. Зализывают его раны, кормят. Мда-а.

Огромное светило застряло в грозовых тучах, делая утро мрачным и неприветливым. Судя по светлому пятну, там восток. Значит, север — там. А это значит, что идти нужно во-он на тот пик. Буду надеяться, что к вечеру до него доберусь. Это кажется, что близко, а там километров …надцать!

Спустившись вниз по склону, в сторону небольшой долины, перетёк в человеческий облик. Вроде ничего, терпимо, только колко подошвам. Команда КЗОПу — и на мне один сапог… Нормально!

Я остановился, чтобы понять, что имею в наличии. Не так уж и много. Штаны, с обгоревшей до колена правой колошиной. Пришлось сделать подобие шорт. Сапог, один. Использовать не буду, но и выбрасывать нет смысла. Мало ли, вдруг пригодится. Безрукавка, так же обгоревшая справа. Сгодится на случай дождя. Собственно, это всё. Ни мечей, никакой другой одежды и предметов КЗОП не содержал. Так ещё этот мерзкий шёпот в голове, жалующийся на критичные повреждения зон в хранилище.

Негусто, но хоть штаны есть, всё не нагишом бегать. Решил по возможности быть в человеческом теле. Я же не в Диком лесу, опасностей тут нет. Вот дойду до леска на противоположном склоне, выломаю палку, будет посох. Без посоха в дороге никак.

На ходу очень хорошо думается. Собственно, животрепещущих вопросов было два. Во-первых, что осталось от моей суперзащиты, поставленной мне ЗАКом? И во-вторых, что делать с магией? Без этих двух составляющих моя жизнь обещала стать весьма сложной.

Итак, защита. Пришлось чуть замедлить шаг, чтобы почувствовать её. Прискорбно. Раньше я чувствовал защиту как… Ну, не знаю… Вторая кожа? Пожалуй, нет, но очень близко. Как прилипшая одежда, которой можешь управлять, сделать её поплотней или перестать чувствовать совсем. А сейчас… Сколько я ни напрягался, ничего не почувствовал. Как? Как Ишвар мог убрать её? ЗАК уверял, что моя защита может выдержать ядерный удар. Хотя, пожалуй, он преувеличивал. Помнится, при соприкосновении с огнём я чувствовал его всей своей кожей. Так что при ядерном ударе спёкся бы заживо. Как рыба в фольге.

Но всё-таки от стрелы и арбалетного болта защита спасала. При полуденном зное и холодными ночами тоже не лишней была. И что, вот так остаться без неё? Лучше бы я голым остался!

В резиденции Ишвара я как будто завяз. Да, точно. Помню, стоял как памятник Ленину, с вытянутой вперёд рукой, и не мог пошевелиться. Только губы и глаза слушались. Выходит, что этот долбаный Корректор поместил меня в статис. А потом вспышка боли в голове, и время стало жить само по себе, а я сам по себе. Сколько он продержал меня в статисе, одному богу известно. Так что у Ишвара было достаточно времени вдоволь наэкспериментироваться с моей защитой. Вывод: его ИскИн не чета моему. За прошедшие тысячи лет прогресс у Древних не стоял на месте. Нет, наверное, МЭРИ сможет составить ему конкуренцию, она все-таки ИскИн КУЦ. Ну а ЗАК однозначно в проигрыше.

Единственное, что радует — Ишвар не смог пробиться сквозь мою защиту мозга. В который раз благодарю Защитника. Хоть один бонус остался. Интересно, а этот шёпот в голове — был голосом Защитника? И куда он производил копирование? В инфополе? Так я от него отрезан. Эдак можно скопировать, а назад не вернуть. Может быть, он открыл информационное подпространство, прямо внутри мозга? А кто его знает. Ладно, это не важно. По крайней мере, для текущего момента. Буду надеяться, что для ментальных воздействий я так и остался закрытым.

Неприятно осознавать себя беззащитным. Конечно, мой боевой облик сам по себе нехилая такая защита. Но всё-таки это уже не то, что было с защитой от ЗАКа.

Перескочив через большой валун, я перетёк в боевую ипостась. Одно радует: команда КЗОПу и переход в тело зверя работают в одной связке. Я даже не задумываюсь, что нужно спрятать штанишки в КЗОП, чтобы они не лопнули на моих… ляжках.

Мда-а, в этом теле и слух острее, и зрение чётче, и нюх как у собаки. Попытался пустить по шерсти разряд статического электричества. Дудки тебе, а не разряд! Значит, и второе тело понесло потери. Прискорбно. При очередном прыжке вернулся в человеческий облик. Ну что ж. Фокусником в балагане работать смогу…

Между тем, я спустился со склона в небольшую долину. Начал накрапывать дождь. Мерзкий такой, меленький. Поесть бы что-нибудь. По такой слякоти все позабивались в норы, вообще никого не поймаешь. Может, в лесу кого встречу. Принюхался. Запах сырости и прелой травы. Лёгким бегом направился строго на пик.

Итак, второй вопрос: возможность управления структурированными энергополями. Говоря проще, магией. То, что я не помню руны, объяснимо. Если у меня временная амнезия, то как только мозги на место встанут, всё вспомню. Восстановление нейронных связей — процесс длительный, и, насколько я помню шёпот в голове, многие зоны для восстановления недоступны. Так что рассчитывать, что всё вспомнится в полном объёме, по крайней мере недальновидно. Но мы же с Вестой изучали заклинания, ну там файл-контейнер и прочее… Всё очень смутно.

Ну, основы-то помню. Сосредоточиться на кончиках пальцев, почувствовать… эфирное тело, назовём его так. Протянуть щупальца до объекта воздействия и послать магический конструкт. Ерунда какая-то!

Я даже остановился, пытаясь мысленно дотянуться до невысокого деревца. Переносил сознание на его крону, пытался обнять его, мысленно потрогать… Стою тут как дурень и пялюсь на куст! Нету ведь ничего. Ни-че-го. Как будто я в стеклянном шаре, сквозь который не пробиться. Вздохнув, я потрусил дальше.

Что же так плохо-то всё? А как ты хотел? Я же самый крутой в мире! Вот и получил по «первое число»! Самое печальное, что не в первый раз. Когда же я начну учиться на своих ошибках?

Опять один, в незнакомом мире, без экстраспособностей. Хотя нет, кое-что умею. Я остановился, поднял две палки. Сойдут за тренировочные мечи. Начал крутить разминочный комплекс мечника. Через некоторое время тело как будто вспомнило, что от него требуется. Я отдался завораживающей гармонии движения, наслаждаясь связками и переходами, прыжками и перекатами. Всё было настолько гладко, как будто на лодочке качаешься. А на самом деле, выпады, уколы, скрутки, удары.

Закончив комплекс, я постоял, наблюдая в истинном зрении, как постепенно утихомириваются разноцветные энергетические вихри, созданные мной. Красиво. Ну вот, что-то умею! Так что не такой уж я и беззащитный. Выйду к людям, раздобуду мечи. Доберусь до КУЦ, там МЭРИ промоет мне мозги и, очень может быть, вернёт мне мои способности. Хотя нет, к МЭРИ, пожалуй, воздержусь. Напихает в меня, по доброте душевной, всякого маразма Древних. Лучше отправлюсь в Град, полежу в сфере, там смотришь — всё наладится. Короче, вариантов у меня много, главное — выбраться из этих гор.

И тут меня осенило. Я вспомнил, как я хотел, чтобы Ишвар сгорел в адском огне. Очень захотел. Так сильно, как мать желает здоровья умирающему дитяти. И ведь после этого, последнее что помню, — дикий крик Ишвара. Не факт, что из-за меня, может, он просто ноготь сломал, но всё-таки.

Выбрал деревце и сконцентрировался на его кроне. Начал поджигать его, обливая волнами огня, чувствуя жар полыхающего пламени… Ещё… Ещё… Мимо. Не может быть! Ну хоть бы листочки поскрутились, сволочь. Попробую на вон том бревне. Ух ты, я уже в лесу! Не заметил за хорошими мыслями, как пересёк маленькую долину.

Выбрал ствол дерева посуше и, уставившись на него, стал мысленно поджигать. Костёр, огромный, жадно сжирает древесину. Яркое рыжее пламя языками пляшет на бревне, превращая его в обугленные головешки… Есть! От ствола пошел слабый дымок. Это не направленная сырая энергия, нет. Это мысленный посыл, материализовавшийся в физическом явлении. Выходит, я на правильном пути. Нужна тренировка, тренировка и тренировка. Благо, времени у меня немерено…

* * *

Выдержать направление движения в горах архисложно. Это тебе не по равнине идти: куда хочу, туда и иду. А тут… Я не альпинист — карабкаться по отвесным скалам или скользить по леднику. Выбирал места, где можно пройти с минимальным риском сорваться и покалечиться. Второй раз волков не будет, спасать будет некому.

Взобравшись на очередной перевал, который был гораздо выше трёх предыдущих, с ужасом увидел горную страну. Всё же я в самой южной точке Огненных гор, либо в центре всего массива. Впереди, насколько хватало взгляда, были горы, горы и горы. Кучерявые облака закрывали долины, и из них, как из воды, торчали искрящиеся снегом пики. Несколько сопок дымились. Горы, похоже, молодые, вон сколько вулканов. Нужно это учесть и не лезть на осыпи, иначе очередное землетрясение может накрыть камешками так, что и хоронить не нужно будет.

Я, конечно, старался на отвесные стены не лезть, но не всегда это удавалось. Тут пригодились мои сверхтвёрдые коготки. В камень они не впивались, но не раз выручали. При этом я уже не напрягал себя мыслями — «вот тут нужно перейти в боевой облик, чтобы коготками вцепиться вон в ту расщелину». Нет. Ладони сами собой превращались в звериную лапу, когда это действительно нужно было, и возвращались в обычный человеческий вид, когда такой необходимости не было.

Первую ночь я провёл на одном из склонов, свернувшись калачиком и пряча тело от ледяного ветра под огромным валуном. Только способность к самосогреванию позволила мне не превратиться в кусок льда. Но продрог я основательно. Это была моя промашка. Нужно рассчитывать так, чтобы наступление темноты заставало в долине. А тут уже затемно взобрался на перевал, но спускаться не рискнул, так как дорога вниз была осыпью. Вот и ночевал под камешком размером с большой сарай.

Вторую ночь я провёл шикарно. В долине, около речушки. Жаль, что она текла с востока на запад, а то можно было бы вдоль неё идти. Кстати, в долине отлично поел. Живности тут было предостаточно. Непуганой, так что поймать небольшое травоядное а-ля косуля себе на обед не составило труда…

За прошедшие дни я полностью восстановился и, наконец, навёл порядок в своих знаниях. В смысле — в знаниях по магии. Ничегошеньки я, оказывается, не знаю, а то, что знаю, совершенно бесполезно. Не скажу, что учебник Весты я помню от корки до корки, но основные посылы вспомнил. Только толку от них нет. Не получилось вообще ничего. Ни светляк, ни игла холода, ни воздушный кулак. Ничегошеньки. Ещё интересная особенность с багажом знаний Илоны. Вот где и с кем она целовалась я помню, а заклинания, или там ещё что-нибудь — пусто… Как будто и не знала она по магии ничегошеньки.

Я так рассудил, что моё подсознание сохранило то, что, по его мнению, важно. А так как я к женщинам очень уж неравнодушен, вот подсознание и решило, что эта информация первостепенной важности. Так что обижаться не на кого, кроме себя. Уделял бы больше внимания практическим знаниям по магии, они бы и остались.

Эксперименты с управлением энергией напрямую давали свои результаты. Костёр я мог зажечь, просто пожелав это. Даже напрягаться сильно не нужно. Стихия огня оказалась очень податлива. Может, потому что это Огненные горы, и тут естественные потоки наиболее близки к огню? Трудно сказать, но факт налицо. Я мог держать факел в ладони, как будто у меня на ладошке спирт горит. Мог огонь свернуть в шарик, вытянуть его в копьё, распылить фейерверком из тысячи искр!

Меня это устраивало на первых порах. Пока на охоте не сжёг горную козу. Не хотелось бежать за ней по карнизу. Кинул в неё огненное копьё. Получил горку пепла. Мда-а, первобытные инстинкты не всегда «есть хорошо».

Неожиданно вспомнил стычку с эльфами. Это когда я откачал у группы эльфийских рейнджеров жизненные силы. В истинном зрении каналы вижу, тянуть на себя энергию могу.

Следующая горная коза упала замертво практически сразу. Всего лишь подцепил к ней канал и рывком вынул из неё энергию, пропуская через себя в землю. Навык всплыл как-то сам собой. Мастерство не пропьёшь!!!

Я озадачился разрядами молний. Помнится, Анариэль говорила, что от молний нет защиты. Или Илона? Неважно. Но молнии не хотели получаться. Как я ни пытался создать разряд, ничего не получалось. Я уж и знания физики подключал. Представлял, что там, на камне — минус, а на кончике пальца — плюс. Кроме марева над ладонью, ничего не выходило. Ни в человеческом теле, ни в теле монстра. Это было реально обидно.

К инфополю подключиться не мог: сколько ни представлял себя в колодце-коммутаторе, не выходило. Все видения были домыслами. Да ещё и в сон при этом проваливался.

Попытался установить связь с Лесом. Прижимался к стволам разных деревьев, вжимался в них, пытался слиться. Звал и шёпотом, и орал изо всех сил. Бесполезно. Не отзывался Лес.

Мда-а, ИскИн Ишвара знал своё дело. Убил во мне все самые ключевые знания и умения. Где-то в глубине души я надеялся, что всё восстановится. Нужно только время. Но факты говорили обратное. Я стал самым заурядным человеком. Защиты нет, связи с инфополем нет, руны не помню, да и то, что помню, не могу воссоздать. Режим ускоренного восприятия недоступен. Так что любой воин мне зад надерёт, просто двигаясь быстрей. Разве что могу фокусы с огнём показывать. И то не факт, что за пределами этих гор всё будет так просто.

Утро началось как обычно. В этот раз ночевал под раскидистым кустом, на склоне горы. Верней, над кустом, используя его как препятствие от скатывания вниз. На самую верхушку перевала взбираться не стал, так как неизвестно, что на той стороне, а ветерок на вершине довольно сильный.

Проснулся рано. Сторона склона смотрела на юг, поэтому восход я увидел одним из первых. Сел, напрягая мышцы спины, рук, шеи, разгоняя кровь по пристывшим конечностям. Поднял посох и, опираясь на него, поприседал. Можно, конечно и разминку провести, но уж больно неудобно. Склон довольно крутой. Почувствовал себя проснувшимся, привычно направился вверх.

Центральная часть Огненных гор

Во времена роста гор происходят страшные землетрясения. Итогом таких катаклизмов становятся причудливые очертания горных хребтов, сохраняющиеся на протяжении сотен тысяч лет. Огромная плита, фактически половинка от развалившейся надвое горы, тысячи тысяч лет назад клином вошла в ущелье, образовав балкон для великанов, свисающий над бездонной пропастью. Ветер, дождь и тепло местного светила постепенно придали площадке округлые очертания, сгладив острые углы и выровняв площадку. Камнепады сделали к площадке небольшой мостик от вершины перевала. Впрочем, по этому переходу только сумасшедший рискнет пройти.

Таким образом, получилась довольно просторная площадка, с одной стороны защищённая отвесной стеной остатка некогда высокой горы, с другой — нагромождением огромных валунов. И только в одном месте, там, где плита балконом свисала над бескрайней долиной, открывался взору величественный вид Огненных гор. Где-то далеко внизу змеёй блестело русло реки и косматились лесными массивами бока близлежащих гор.

У самой отвесной стены монументом взвился вверх голубовато-прозрачный кристалл, который явно был не местного происхождения. Под ним, опёршись спиной о гладкую поверхность, сидела молодая девушка. Порванные в нескольких местах широкие кожаные брюки и оторванный рукав куртки говорили о том, что сюда она попала не по своей воле. Растрёпанные вьющиеся волосы хаотично торчали во все стороны, как будто девушка быстро неслась на лошади против ветра, да так и не причесалась.

На запястьях и на лодыжках у девушки были каменные браслеты, по размерам однозначно говорившие, что это не украшения, а кандалы. Такое же каменное кольцо висело на шее пленницы.

Невдалеке от кристалла и девушки валялась опрокинутая клеть, собранная из толстенных палок, с открытой дверцей. Рядом с ней высокой массой стоял дракон и, вытянув шею, шипел на безвольное тело пленницы:

— Теперь ты убедилась, какие людишки мерзкие и сволочные? Сколько ты с ними возилась? Скольких вылечила? И что в ответ? Они тебя связали и доставили ко мне.

— У всех есть уроды, — прошептала в ответ девушка. — Сам-то обещал богатство, а наградил струёй пламени. Ладно они, не ведали что делают, но ты же дракон… И поступил так низко…

— Это всего лишь люди, — дракон сел по-собачьи и посмотрел на свою жертву свысока, — оставлять свидетелей не в моих правилах.

— На что ты рассчитываешь? — безразлично спросила пленница. — Убьёшь меня, и Сапра Вирт сразу укажет на тебя…

— До чего же ты глупа, Эмарисс, — вздохнул дракон, — мне твоя смерть не нужна. Я тебя наказал и дал время подумать. Драконы не должны жить среди людей. Неужели это так трудно понять?

— Люди разные, — Эмарисс тяжело вздохнула, — как и драконы.

— Ты всё еще сравниваешь их с нами? Вот и подумай, стоит ли? — дракон поднялся. — Кристалл Флюзорола почти полный. Месяца два он тебя постережёт… Ха — ха — ха, — рассмеялся своей шутке дракон, потом добавил: — Там за кристаллом есть выемка с водой. Так что проси Мать Природу, чтобы дала дождя. Может, протянешь…

— Калециос, — позвала пленница дракона по имени, садясь повыше, но всё еще опираясь спиной о кристалл, — как ты думаешь, как поступит с тобой Генвас, когда узнает, что ты сделал со мной?

— Видимо, я должен задрожать от страха? — выгнув длинную шею, поинтересовался дракон.

— Дурак… — девушка опустила голову. — Ты уже мёртв, просто ещё не знаешь об этом.

— А мне вот не страшно! Не знаешь почему? Я тебе скажу. Потому что твой брат такой же урод, как и ты. Чем быстрей мы избавимся от таких как вы, тем лучше для всей стаи!

— Чем мы так навредили тебе? — Эмарисс подняла голову и посмотрела на своего мучителя.

— Это не нужные тебе знания, — высокомерно отозвался дракон. — Кстати, твоих друзей-людишек Генвас уж точно не пощадит. А уж я постараюсь, чтобы он узнал, кто надел на тебя браслеты Смирения. Ха-ха-ха.

— Какой же ты подлый! — слёзы бессилия потекли из глаз девушки. — При чём здесь люди? Они же тебе ничего не сделали! За что?

— Можешь на эту тему тоже поду… — дракон замолчал на полуслове, уставившись куда-то мимо пленницы. — Это ещё кто? Откуда он взялся?

Девушка проследила за взглядом дракона и увидела молодого мускулистого парня, ловко спрыгнувшего с последнего валуна каменистого моста. Ловко перекувыркнувшись по каменному полу, он подскочил и бегом направился в сторону дракона.

— Стой! — преодолевая силы, сковывавшие всё тело, Эмарисс сумела подняться и даже сделать несколько шагов в сторону парня. — Беги! Стой! Что ты делаешь?!

Но парень по-своему растолковал крик девушки. Чуть притормозив рядом с шатавшейся от притяжения кристалла Эмарисс, он крикнул:

— Держись красавица, сейчас помогу! — и открыто улыбнулся, потом повернулся к дракону и заорал: — Ну, ящерица недоделанная, ты попал!

— Не нужно, — уже тихо проговорила девушка, понимая, что парень её не слышит. — Зачем?.. — слезы бессилия лились и лились из глаз драконессы.

Между тем в руках парня оказалось огненное копьё, которое он, разогнавшись, метнул в дракона.

— Ещё один глупец, ха-ха-ха, — рассмеялся Калециос. Он по-змеиному выгнул шею, направляясь навстречу наглецу. Копьё пролетело мимо, что, впрочем, нисколько не расстроило парня, который тоже как-то плавно перетёк на четвереньки, и вот уже перед удивлённым взором девушки навстречу дракону нёсся стремительный зверь.

— Только Высшего мне тут не хватало, — прошептала Эмарисс, попятившись к кристаллу, чтобы ослабить силы Смирения…

Центральный хребет Огненных гор. Алекс

Вначале я думал, что мне мерещится, будто кто-то разговаривает. Вот ещё один оставшийся мне бонус — острый слух. Слов я не разбирал, но на дуновенье ветра это не походило. Ещё издали я заметил странное нагромождение камней на перевале в очередную долину. Вот из этих камней и шла человеческая речь. Вообще-то я наслышан про разные чудеса в горах. Ну там, поющие столбы, и всякое такое. Но тут явно слышалась членораздельная речь, а не просто свист. Решил проверить, что там за камнями. Любопытство меня когда-нибудь погубит…

Камешки были, мягко говоря, малопроходимые. Нет, если бы во мне было метров пятнадцать роста, то это были бы ступени, по которым топ, топ, топ — и поднялся. Но даже в боевом облике я чуть выше двух метров, а если вытянуть передние лапы вверх, то максимум три метра. Так что взбираться по камням пришлось как заправскому скалолазу, цепляясь пальцами за расщелины и выемки. Вот где хвост рептилии просто неоценим. Как бабуин я на нём не висел, но точку опоры хвост давал довольно крепкую.

Чем выше я поднимался, тем отчётливей была речь. Слов я не понимал, но то, что там было двое, я уже знал точно. Здоровый мужик и слабая женщина, или ребёнок. Это судя по голосам. Каково же было моё удивление, когда, взобравшись на очередной валун, я увидел просторную площадку, одной стороной упиравшуюся в отвесную скалу и с противоположным свободным выходом в пропасть. Но удивился я не самой площадке, а присутствующим на ней дракону и потрёпанной девице. И, судя по всему, дракон хотел дивчину сожрать или по крайней мере убить особо мучительным образом. Девушка жалась к голубоватому прозрачному кристаллу, раза в два больше её.

Дракон явно медлил. Наслаждался, гад, беззащитностью девушки. Я так понимаю, среди драконов, как и среди людей, есть уроды, которые испытывают удовольствие, пытая свои жертвы.

— Маньяк хренов, — выругался я, стараясь незаметно, но быстро спуститься и не сломать при этом себе шею. Собственно, дракон так был увлечён своей жертвой, а она так напугана, что я подкрался к ним незамеченным. Спрыгнув с последнего валуна, который был довольно высоким, я перекувыркнулся через плечо и бегом направился в сторону дракона, который уже отошёл от девушки, видимо, собираясь выпустить в неё струю огня или нанести удар хвостом.

Чуть приостановившись около девицы, окинул её взглядом. Знатно он её помял, но не смертельно. Девушка что-то закричала мне на незнакомом языке, с трудом поднимаясь и сделав несколько шагов в мою сторону. Её шатало, как после ведра самогона. По щекам ручьём текли слёзы. Вот же ящерица крылатая, до чего довёл девчонку! Во мне волной стала подниматься злость на этого урода.

— Держись, красавица, щас помогу! — я постарался ласково улыбнуться девушке, хотя во мне уже клокотала ярость. Повернулся к дракону и заорал: — Ну, ящерица недоделанная, ты попал!

Девушка что-то шептала, пятясь назад к прозрачному камню, а дракон заухал, как ночной филин. Я рыкнул, материализуя в руке копьё из огня. С разбега метнул копьё в дракона и, конечно, промазал. Кто бы сомневался.

Побежал навстречу рептилии, перетекая в боевую ипостась. Конечно, это было безумие — нападать на дракона с голыми руками, не имея в арсенале ничего. Но по-другому я не мог. Не смог бы спокойно жить, зная, что мог помешать и не помешал. Как говорится: «лучше сделать и жалеть, что не получилось, чем не сделать и всю жизнь жалеть об этом». Да и не размышлял я о таком. Был враг, который должен быть убит, всё остальное не имеет значения.

Дракон был быстрей, гораздо быстрей. Удар хвостом я пропустил под собой, подпрыгнув вверх, а вот удар крылом откинул мою тушку и довольно чувствительно припечатал о каменную стену. В глазах на секунду потемнело от жуткой боли в плече. Выбил сустав, гад! Отключить чувствительность к боли. Есть. Поставил плечо на место, помогая здоровой лапой.

— Не на того напал, гадюка… — матерился я как пьяный сапожник, поднимаясь. Помотал головой, проясняя взор, и изо всех сил побежал навстречу монстру. Но тот тоже не сидел «сложа руки», изготовившись к очередной атаке.

Прыжок… Мимо. Я кубарем покатился по площадке, получив чувствительный пинок в спину и чудом остановившись у самой кромки обрыва. Похоже, дракон решил скинуть меня вниз. Я лежал, притворившись, что не могу подняться, сам же сжался, приготовившись к прыжку.

Взмах крыла должен был смести меня с карниза. Ага, щас-с-с! Я всеми доступными средствами вцепился в летящее на меня когтистое крыло. Ощущение, как будто я спрыгнул с мчащегося со скоростью 100 километров в час автомобиля и приземлился на телеграфный столб.

Внутри что-то хакнуло, выбивая из лёгких остатки воздуха. Но хватку я не ослабил и, как на американских горках, взмыл вверх, понимая, что приземление будет не из приятных.

«И что я туплю? — пронеслось в голове. — Устрою ему мельницу…»

Я завис на хвосте, как южноамериканская обезьяна коата зависает на дереве, изменив тем самым силу инерции дракона. Его крутануло, и мы поменялись местами. Теперь я кубарем катился к спасаемой девушке, а дракон, цепляясь когтями за каменный пол, проскользил к обрыву.

Опасность! Я махом, с земли, вскочил, чтобы рыбкой прыгнуть в сторону. Там, где я только что был, камень опалило облако огня. А вот это ты зря! Мысленно я собрал огонь в шар, помогая себе руками, удерживая огонь на расстоянии.

— Получи! — рыкнул я, откидывая этот мячик огня назад дракону. — Ага! Не ожидал! — в ответ злобное рычание. Впрочем, в метании огненных шаров мне тренироваться и тренироваться. Если и зацепил дракона, то лишь краем.

Удар в спину. И как я его пропустить-то мог? Засмотрелся на огонь, придурок. Очередной полёт с жестким приземлением. В этот раз я принял на грудь гладкую поверхность кристалла. Во рту появился привкус крови, в переносице характерная боль, голова гудит как колокол.

— Уходи… Умоляю… — достучался до сознания голос девушки.

— А вот фиг ты угадала, — я сел, вытирая кровавые сопли. Осмотрелся. Вот я, рядом девушка пытается закрыть меня своим телом. И ревущий дракон, медленно бредущий к нам, пригнув к земле голову и оскалив пасть. Я даже желтизну его зубов рассмотрел. — Ну-ка, отойди, — попытался я отодвинуть девицу, неожиданно натолкнувшись на мускулистое тело, которое не поддалось моему движению лапы. Крепкая дивчина. Уважаю.

— Сиди, не дёргайся! — чуть обернувшись, рыкнула она на языке демонов, и дракону: — Калециос! При чём здесь он? Оставь его!

— Сама не дёргайся! — с силой оттолкнул девушку себе за спину. — Герой тут я! Сиди уж, — пробурчал, оттесняя девушку поближе к кристаллу.

— Дурак! — раздалось в ответ. — Он же убьёт тебя!

— Ага… Пусть в очередь встанет, — рыкнул я, перетекая в нижнюю стойку. Жало хвоста нервно подрагивало над правым плечом. Когти в камень. Я примеривался, как прыгну на эту наглую зубастую морду, как воткну ему в глаз свой шип, как взорву ему мозг… И вдруг по моей шерсти скатился голубоватый всполох статики. — Оба-на! — оторопел я. Думать было некогда, потому что дракон махнул хвостом, метя мне в голову.

Прыжок в сторону, и его хвост высек искру перед испуганной девушкой. Преодолевая вдруг ставшим густым воздух, я метнулся на врага. Прыжок, выставив вперёд передние лапы. Есть! Удар пришёлся в корпус дракона. По сравнению с Генвасом, этот был гораздо крупней, но всё-таки и я не коротышка. Дракон, перевернувшись через крыло, отлетел от девушки.

— Получил, ублюдок?! — рычал я, поднимаясь на ноги, так как и сам по инерции проскользил по камню вслед за противником.

«Ментальное воздействие двадцать второго уровня. Произведён ответный удар», — скороговоркой прошелестело в голове. Я вздрогнул от неожиданности, чуть не пропустив удар противника. Прыжок вверх, и хвост дракона прошёл подо мной. А дракоша — боец, однако. Чтобы ударить из такого положения, нужна сноровка. И опять удар когтистого крыла. Ну что же оно такое длинное? Пребольно ударился головой о гладкую поверхность кристалла. Это искры из моих глаз, или действительно с моих лап срываются змейки дуги Вольта?

— Что же ты такой бестолковый? — шёпот девушки слева.

— Родился таким, — ответил я, понимая, что мои глаза тут ни при чём. Я могу создать дугу Вольта рядом с кристаллом? Да! Могу! Решение пришло мгновенно. Подцепив энергоканал к камню, качнул в себя энергию, и тут же по шерсти побежали всполохи разрядов. — Видала? — обратился я к девушке.

— Такого дурака — не приходилось, — ответила она, растирая слезы.

Рёв дракона предупредил об атаке. Дурак — это, видимо, дракон. Вот для чего орать, когда нападаешь? Медленно, очень медленно в меня летело остриё хвоста дракона. Я успел рассмотреть чешуйки его кожи, костяной трилистник на самом кончике… А ведь ко мне вернулось умение быстрого боя! Понимание пришло как-то сразу.

— Получи, су@@нок! — проорал я, уходя в сторону от удара. Молния сорвалась с моих пальцев прямо в раскрытую пасть монстра. Не думал, что он может так орать. Рёв был наполнен болью и страданием. Почувствуй то, что делал другим!

Я расширил канал, соединяющий меня и кристалл, до толщины руки, втягивая в себя тягучую энергию кристалла. Многовато будет… Не сброшу — сдохну. Просто взорвусь! И я выплеснул энергию длинным разрядом молнии. Дракону это не понравилось. Очень. Он отскочил от меня как ошпаренный, хотя разряд явно не дал ожидаемого мной результата. Защита всё-таки у дракоши на высоте. Другой бы уже превратился в кучу пепла, а этот только конвульсивно изогнулся!

Я же смело направился на сближение, поднял руку в направлении противника. Не убью, так хоть погоняю этого урода. Упс! Следующий удар был мне в ногу. Причем разряд малюсенький, не молния, а так, автомобильная искра.

— Блин-блин-блин! — запрыгал я на одной ноге. Получается, бить непрерывно я не могу. Нужно время для накопления энергии до какого-то уровня, тогда и разряд будет сильней.

К сожалению, это понял не только я. Дракон воспользовался моим замешательством, в ускоренном режиме сократив расстояние между нами и от души вмазав мне лапой в грудь. Очередной полёт и жёсткое приземление. «Встать! Встать! Встать!» — билась мысль в голове. Или это удары сердца? Неважно, одно другому не мешает. Поднялся и, покачиваясь, попытался сосредоточиться.

«Где этот придурок? Ага, вот», — сфокусировался я на противнике. Очередная атака дракона завершилась моим коротким ударом молнией ему в корпус. Но что это? Молния, сорвавшаяся с моих пальцев, как солнечный луч отразилась от дракона и взорвалась прямо у него под ногами фонтаном каменных осколков.

На некоторое время мы замерли, оценивая друг друга. Получается, у дракона есть защита от разрядов молний, значит, следующая может вернуться ко мне. А у меня громоотвода нет, так что могу сам себя поджарить.

«Надо что-то придумать», — пронеслось в голове. Между тем я продолжал накачивать себя энергией кристалла. Энергия вязкая, тягучая, как мазут. Причём, чем дальше от кристалла, тем трудней тянуть из него силу. Если нельзя бить в дракона напрямую, врежу-ка я перед ним. Впрочем, шкура у него толстая, вряд ли он серьёзно пострадает. Ну хоть напугается!

«Ментальное воздействие двадцать второго уровня. Произведён ответный удар». После третьего раза дракон замотал головой, как будто отряхивая внезапно нахлынувшие дурные мысли. Получается, его атаки ему назад и вернулись?

Постояв, дракон ринулся на меня, растопырив крылья и дико ревя. Точку для удара молнией наметил около вон той ямки. Как раз метрах в десяти от меня. Ощущение было, как будто на меня летит электричка. Рёв, топот мощных лап.

«Жду. Жду. Жду, — уговаривал я себя. — Пора!»

Молнию метнул с кончика хвоста. Матерясь и вкладывая в удар не только солидную порцию энергии, но и ярость, накопившуюся во мне! Разряд ударил точно в намеченную мной точку, с треском выбивая гальку из каменного пола перед драконом. Тот резко затормозил, повернувшись ко мне боком. Ясно. Принял острые камни на броню своей кожи.

— Вот гад! Что делает! — ругнулся я на манёвр противника. Он же кинулся к пленнице, видимо, хотел прикрыться ей как щитом. И опять, высекая когтистыми лапами искры из каменного пола, я рванул к пленнице, загородив её собой. Оскалился, пропуская по шерсти разряды, утробно рыча. Ну давай, сунься, морда наглая! Около камня энергия напором потекла в меня. По-моему, я аж гудеть начал, как трансформаторная будка. Наметил три точки для удара молниями. Сейчас я устрою тебе фейерверк из булыжников!

Но дракон обхитрил меня. Это была лишь имитация нападения на пленницу, заставившая меня открыть ему путь к отступлению. И монстр воспользовался ей, в ускоренном режиме метнувшись к краю площадки.

— Не уйдёшь, сволочь! — проорал я, ринувшись за ним, готовый взорваться от переполнявшей меня энергии. Не сброшу разряд — лопну! И я сбросил.

Молния врезалась в каменный пол взрывом мелких осколков. Тут мой противник метнулся ко мне, и явно не для того, чтобы поблагодарить. От удара крыла я уклонился простым приседанием. Удар хвоста принял на грудь, обхватив его всеми четырьмя лапами и вонзая в чешуйчатую ляжку дракона свои когти. Порву гада!

А дракон, расправив крылья, прыгнул в пропасть, увлекая меня за собой…

Эмарисс

Всё происходило так быстро, что девушка не осознавала, что происходит. Вначале Калециос играючи бил её защитника, как кот играет с мышью, зная, чем всё закончится. Для дракона это было развлечение, а для Эмарисс — изощрённая пытка. Видеть, как самоотверженно защищает её незнакомый демон. Вновь и вновь поднимаясь, сплёвывая кровавую юшку, бросается на противника. Как будто он не ведает, что такое страх и боль. Как будто она, Эмарисс, самое дорогое для него, и он до последнего вздоха будет её защищать.

Драконесса смотрела на этот бой, не понимая — зачем? Зачем незнакомец ввязался в бой, зная, что проиграет? Высшие демоны очень рациональные и рассудительные, а тут…

Когда от удара Калециоса парень-оборотень, пролетев метров десять, впечатался в кристалл всем телом, девушка думала, что он больше не встанет. Но нет. Он поднялся и даже шутил…

«Может, он сумасшедший, или ищет смерти?» — пронеслась догадка в голове драконессы. По-другому она не могла объяснить тупое упорство Высшего.

А после того, как парень в образе непонятного зверя чуть не пробил головой кристалл, что-то изменилось, только Эмарисс не поняла, что. Магию демон не применял, но ведь что-то изменилось!

— Что же ты такой бестолковый? — прошептала девушка, пытаясь понять, что за изменения произошли в демоне.

— Родился таким, — беззаботно отозвался тот, внимательно рассматривая свои лапы и кристалл. — Видала? — посмотрел зверь в глаза драконессы.

— Такого дурака не приходилось, — ответила девушка, растирая слёзы по щекам. — Тебе нужно бежать…

Но зверь уже не слушал и, что-то закричав на незнакомом языке, полоснул Калециоса разрядом молнии. Девушка замолчала на полуслове. Такого она никогда не видела и не слышала. Высший, метающий молнии!

— Так не бывает, — проговорила она. Но это было. Вот только очередной удар молнии был не в дракона, а себе в ногу. Демон запрыгал на одной ноге, чем воспользовался Калециос, нанеся ему удар ужасной силы.

«Вот и всё», — подумала девушка. Но, к её удивлению, Высший лишь на секунду замер и, покачиваясь, поднялся. Помотав головой, зарычал и ответил очередным ударом молнии, подняв фонтан каменных брызг.

Потом они замерли, уставившись друг на друга. Эмарисс видела, как её собрат предпринимал ментальные атаки одну за другой. Зная Калециоса, она понимала, что он бьёт в полную силу. Однако его атаки не доставляли демону дискомфорта. Более того, он отвечал ментальными ударами более высокого уровня. Калециос явно с трудом удерживал защиту. После третьего удара он прекратил попытки пробить защиту демона.

Вот это действительно удивило драконессу. Ментальный удар дракона убивает человека. Это знали все. В лучшем случае превращает его в овощ, напрочь лишив способности мыслить. Но чтобы демон или человек мог вот так, с ходу, ответить таким же ментальным ударом, девушка даже не предполагала.

«Ничегошеньки вы не знаете про демонов», — подумала драконесса, имея ввиду Знающих, которые учили её Мудрости.

Калециос понял, в чём сила противника, и поставил обычную защиту от грозы, используемую при полётах в непогоду. Видимо, демон это увидел, потому что после неудачной попытки пробить защиту противника молнии стали впиваться в каменный пол перед драконом, обдавая его острой галькой.

Девушка знала, что Калециос, принимая острые осколки камня на себя, испытывает боль. Но это, конечно, не та боль, которую не мог бы стерпеть воин.

И вот Калециосу удалось обмануть демона. Сделав обманное движение в сторону драконессы, он вынудил Высшего закрыть её собой. Дракон, воспользовавшись свободным выходом, побежал к краю утёса.

— Не уйдёшь, сволочь! — проорал демон и кинулся вслед за драконом, метнув вслед толстый разряд молнии, взорвавшийся фонтаном гальки.

Уходя от удара крыла, демон чуть присел, а вот удар хвоста дракона пропустил, приняв его всем телом. При этом он вцепился в основание хвоста всеми четырьмя лапами. Этого, видимо, и добивался Калециос, потому что, расправив крылья, протащив повисшего на нём демона по полу, он прыгнул в пропасть.

— Что же ты творишь?! — в сердцах простонала Эмарисс, поднимаясь и с удивлением ощущая, что силы Смирения ослабли настолько, что она свободно может отойти от кристалла. Да и браслеты, блокирующие магию, стали просто каменными кандалами.

Девушка стала лихорадочно стаскивать с себя одежду, рыча и ругаясь. Оставшись нагой, она побежала в сторону обрыва, перетекая в истинное тело дракона. Браслеты на руках, ногах и кольцо на шее лопнули, каменными брызгами разлетевшись во все стороны.

Драконесса расправила крылья и, уже собираясь оттолкнуться от края утёса, увидела неровный полёт Калециоса. Он был один. Вдруг дракон перевернулся через крыло, как будто получил чувствительный удар, но при этом следов магии не было. Сделав несколько кувырков, Калециос сумел поймать поток крыльями. Тяжёлые взмахи поднимали дракона всё выше и выше. А внизу точкой летел к земле тот, который показал себя настоящим воином, презирающим смерть, и сражавшийся до последнего вздоха.

— Мать Природа, что же ты наделал?! — в сердцах прошептала драконесса, мощно отталкиваясь от утёса, сложив крылья. — Только бы успеть…

Глава 10

Огненные горы. Алекс

Рассказы о суперкрепкой шкуре драконов сильно преувеличивают её свойства. Да, крепкая, возможно, даже стрела не пробьёт, да и от меча худо-бедно защитит. Но в боевой ипостаси мои когти не из ваты сделаны, так что проткнуть кожу дракона я всё же смог, крепко вцепившись в основание хвоста своего противника.

Несмотря на то, что я сам прыгнул за драконом в пропасть, падение осознал не сразу, а лишь когда он начал сбрасывать меня. Мой противник явно не был новичком в высшем пилотаже. Дракон крутился и изгибался как змея, прижатая палкой змеелова. Только он не змея, и я не палка. От таких выкрутасов, с непривычки, я полностью потерялся в пространстве. С каждым манёвром дракона я сползал по хвосту, когтями разрывая его плоть.

Когда дракон понял, что его попытки сбросить противника не увенчались успехом, он стабилизировал полёт и повернул ко мне морду с намерением сжечь сырой энергией. В голове у меня все ещё продолжалось хаотичное вращение, поэтому я это скорей почувствовал, чем осознанно увидел. Доверять своим чувствам я привык больше, чем разуму, благодаря школе выживания в Диком лесу, поэтому я тут же ослабил хватку. Защиты у меня нет, и я не могу себе позволить, как в схватке с Генвасом, наплевать на опасность быть поджаренным. Словно в замедленном кино, я видел, как изо рта дракона вырывается поток раскалённого воздуха, превращаясь по пути ко мне в струю огня.

Ослабив хватку, соскользнул по его хвосту, накрываемый сверху шапкой пламени.

— Сдохни, падаль! — рыкнул я, представив на месте головы дракона сухую чурку, и изо всех сил мысленно поджигая её. Понятное дело, его голова не чурка — зажечь не зажгу, но мозг вскипячу!

Дракон, видимо, не ожидал от меня такого, потому что краем глаза я успел заметить, как его опрокинул мой посыл, заставив несколько раз перевернуться через голову. Он с трудом поймал воздушный поток и быстро начал удаляться вверх. Значит, я падаю, а он — нет. Как же я сразу не догадался вскипятить ему мозг? Силён же я задним умом!

Хаотично покувыркавшись в воздухе, я сумел остановить вращение. Парашюта нет, и приземление будет очень жёстким. Никакая регенерация не поможет.

Материализовал на этом плане бытия свои недоделанные крылья. Они, конечно, не полноценные, но как белка-летяга планировать должен. Зря так неожиданно их достал. Чуть было не вывернул маховые конечности из сустава.

Напор воздуха закрутил меня, как космонавта в центрифуге. Где низ? Где верх? Сложив крылья, стабилизировал падение. Ну вот. Падаем строго пузом вниз. А теперь расправляем крылышки… Опять неудача!

Кувыркаясь, я матерился на чём свет стоит! Поминая недобрым словом долбанных драконов, придурашных девиц и себя, идиота! Напор воздуха чуть не разорвал рот, поэтому орать я перестал.

Не расслабляться! Ещё не всё потеряно. Мои крылья не парашют, так что нечего их растопыривать. Кое-как перевёл падение в строго вертикальное, как морская звезда, расставив в стороны ноги и руки. А теперь головой вниз. Вот так. И понемногу расправляем перепончатые крылышки, отведя маховые конечности по максимуму назад. Ну вот! Другое дело!

Падение превратилось в быстрое пике. Постепенно уменьшаю угол атаки. Вот. Теперь это уже не падение, а скольжение. Теперь у меня есть шанс остаться живым. Нужно придать своему полёту максимально возможный горизонтальный градиент. Попытался чуть приподнять маховые конечности. Блин! Переборщил! Напор воздуха резко опрокинул меня назад через спину. И всё сначала…

На этот раз не стал экспериментировать, потому что, по ощущениям, встреча с землёй вот-вот произойдёт. Насколько я помню из полётов на самолётах, земля начинает резко приближаться на последних нескольких десятках метров. А до этого высота не чувствуется, тем более без соответствующей тренировки глазомера, и запросто можно грохнуться оземь так, что мама не горюй!

Наконец, превратив беспорядочное падение в более-менее горизонтальное скольжение, осмысленно посмотрел вниз. Внизу мелькали верхушки деревьев, каменные выступы, выстланные щебнем прогалины. Господи, с какой же высоты я падаю? 1000 метров? 2000? 3000?

Внизу блеснула поверхность реки, змеёй прокладывая себе путь среди нагромождения камней, огромных валунов и заторов. Нужно попасть именно в воду. Она, конечно, тоже не пух лебяжий, но шанс мягкой посадки на порядок выше. Прочувствовал крыльями поток воздуха.

И чего я раньше не тренировался в полётах? Есть в этом некая прелесть, правда, до первой встречи с землёй, но это уж как повезёт.

Аккуратное движение корпуса вправо. Вот. Есть поворот вправо. Ещё правей. Вот и река. Скользим вдоль неё. Выбрать место для посадки не удастся, тут бы не потерять русло, а то как раз на последних метрах встречусь с каменным отрогом горы или огромным валуном, коих мелькает внизу предостаточно.

Вон, кажется, довольное широкое место, и судя по глади воды, глубокое. Хотя сверху это не определишь, но всё-таки.

«Пора», — мысленно скомандовал я, увеличивая угол скольжения. Это только кажется, что вода мягкая, особенно если ты лежишь на песчаном пляже где-нибудь в Египте. А вот если в неё падаешь, то она совсем не мягкая.

В реку я вошёл если не вертикально, то очень близко к этому. А там каменное дно, и поток такой нехилый! Вот что значит отсутствие навыков приземления!

Выставив руки вперёд, попытался перевернуться через голову, как при прыжке с высоты на землю. Теперь я знаю, что приземление на твёрдую площадку и в водный поток имеют колоссальные отличия. Ладно, хоть крылья успел спрятать, а то с ними поток крутанул бы меня ещё сильней.

В сотый раз я пожалел, что выбрал посадочным местом горную речку. Да, она глубокая, в этом повезло, но она ещё и очень бурная. Возможно, всё прошло бы лучше, если бы не этот валун, незаметный сверху и огромный под водой. Я налетел на него со всего маху, погасив инерцию ценой характерного хруста в грудной клетке.

Через следующий валун горный поток легко перекинул мою тушку, и я полетел вдоль воды, как плоский камешек, пущенный соседским пацаном по-над гладью пруда.

С размаху, пузом вниз, и под водой через голову, мордой по донной гальке. А теперь вверх, попытка зацепиться за прибрежный камень. Неудача! Что же он такой скользкий-то?

Подхваченный бурным потоком, я кувыркался, стукаясь всеми частями тела о валуны и уступы, не имея возможности дышать. Ещё эта боль в груди. Там явно что-то сломано.

А потом небольшая заводь за огромным камнем дала возможность вдохнуть так необходимый мне воздух. Попытался зацепиться когтями за скользкую поверхность гранита. Но напор воды был слишком силён, а я изранен и измучен. Медленно, очень медленно вода стаскивала меня с покрытого слизью камня, и все мои титанические усилия удержаться были напрасны. Мои сверхтвёрдые когти оставляли на камне глубокие борозды…

Успел несколько раз вдохнуть, и опять под воду. Удар плечом, коленом, локтем. Опять поверхность и подозрительный шум впереди. Блин, водопада только мне не хватало!

Сумел повернуться лицом вперёд, растопырив руки в стороны. Но фортуна опять показала мне свою толстую задницу. На самом краю водопада я зацепился коленями за каменный выступ и, кувыркаясь, полетел вниз, потеряв ориентацию в пространстве. Недолгий полёт. Сгруппировался… и не зря. Было ощущение, что со всего маху врезался в бетонную плиту.

— Хак! — воздух принудительно покинул мои лёгкие. Удар головой обо что-то очень твёрдое! Тошнота… и ласковая темнота…

Драконесса Эмарисс

До последнего драконесса надеялась, что сумеет догнать своего «защитника». Она давно не пользовалась своим истинным телом, и даже немного испугалась подзабытых ощущений полёта, стремительно падая вниз. Но потом взяла себя в руки.

Когда у демона появились подобия крыльев, Эмарисс подумала, что теперь-то всё будет нормально. Но очень быстро поняла: летун из демона никакой. Даже драконы-подростки, когда осваивают мудрость полета, более умелы и сообразительны. Там, внизу, демон хаотично кувыркался в воздухе, пытаясь совладать со своими короткими крыльями.

Однако, на удивление драконессы, ему всё же удалось выровнять падение и перейти в пологое пикирование. Это позволило Эмарисс нагнать демона.

Драконесса никогда не была сторонницей экстремальных полётов, в отличие от своего брата, Генваса О'Лака.

«Вот бы он удивился, увидев такое!» — пронеслось в её голове.

«Что же он делает? Неужели не видит, какой там поток?!» — с горечью подумала Эмарисс, наблюдая, как демон правит в русло реки.

Уже у самой воды девушка-дракон поняла, что догнать своего «спасителя» не удастся. Даже если бы она смогла его догнать, высоты для манёвра уже не было. Резко расправив крылья, она, поднимая фонтаны брызг, бездарно упала брюхом в реку. Это не помешало увидеть ей, как нырнувший в воду демон рыбкой выскочил над поверхностью реки и, кувыркаясь через голову, опять исчез в водоворотах.

— Что же ты такой бестолковый? — пробормотала драконесса, выбираясь с мелководья на каменистый берег. А вот её спасаемый попал в самую что ни на есть середину русла бурной реки, да ещё в непосредственной близости от порогов, образующих каскад водопадов.

Выйдя из воды и сделав небольшой разбег, Эмарисс взмыла в воздух. Несколько мощных взмахов крыльев подняли её над рекой. Спланировав над порогами, она внимательно всматривалась в воду, пытаясь увидеть или почувствовать, где всплывёт тело демона. Только после третьего куга она заметила тёмное пятно в воде, то поднимающееся к поверхности, то пропадающее в бурном потоке. Приземлившись в месте ожидаемого появления бездыханного тела, Эмарисс сложила крылья и вошла в воду. Она внимательно следила за поверхностью реки, сосредоточившись на поиске демона, как учили Знающие во время уроков по магии.

«Вот он! — драконесса точным движением выхватила утопающего из бурного потока и потянула на себя. — Тяжёлый!»

Высший демон был крупным, пожалуй, даже крупней самой Эмарисс. Там, на горной площадке, он казался не таким огромным. С большим трудом драконесса тянула демона на берег. Ей пришлось упираться всеми доступными конечностями, включая хвост и крылья, чтобы не быть снесенной бурным потоком.

Наконец ей удалось вытащить его на мелководье, и далее на берег из мелких валунов и камней. Бегло осмотрев зверя, Эмарисс поняла, что опоздала. Её спасаемый не дышал.

— Стоило ли спрыгнуть с горы, чтобы так бездарно захлебнуться? — бормотала она, за ноги затягивая тело демона на большой камень. Поднять его, чтобы вылить воду из лёгких пострадавшего, ей не хватало ни роста, ни сил. Поэтому она и решила втянуть Высшего на камень головой вниз. Это возымело действие. Из зубастой пасти зверя потекла вода.

— Дыши! — в сердцах воскликнула Эмарисс, со всей силы ударив передними лапами по спине утопленника. — Дыши же! — слёзы навернулись на глаза драконессы. — Давай! — импульс силы она направила прямо в сердце зверя.

Рассказы о живучести высших демонов оказались не простой выдумкой сказителей. Либо живительная энергия, посланная драконессой в сердце демона, либо удар лапами по спине — что-то заставило его сердце сокращаться, разгоняя кровь по венам и артериям. Демон закашлял, изрыгая фонтан воды, потом тяжело задышал и даже пошевелился. Эмарисс попыталась помочь ему повернуться на спину, но не удержала, и зверь свалился с камня, приложившись макушкой оземь.

— Да что же это такое! — воскликнула она, злясь на свою неуклюжесть. — Ну почему всё так?!

Колдовать в теле дракона девушка не привыкла, вернее, отвыкла за то время, что жила среди людей. Поэтому она легко перетекла в тело девушки. И хотя в этом виде она была просто малышкой по сравнению с распластавшимся перед ней звероподобным демоном, девушка почувствовала себя немного уверенней. Последняя трагедия Грязной воды унесла несколько жизней людей из её села, и многих покалечила. Она видела и врачевала страшные раны, будучи именно в теле человека. Может, это и сыграло решающую роль, так как Эмарисс успокоилась и уже по-деловому стала рассматривать своего спасённого.

— Куда он дел крылья? — рассуждала девушка. Пыхтя и упираясь, она перевернула зверя на спину. — И хвост только что был. Значит, ты не такой уж мёртвый…

Сосредоточившись на пальцах рук, она начала водить ладошками над телом демона, пытаясь увидеть органы и прочувствовать их состояние.

— Он же весь переломан, — с горечью бормотала девушка. — Ребро… Ещё и ещё одно… Плечо, — драконесса всегда комментировала свои действия при лечении. Это и явилось основанием для сплетен среди людей, что при ворожбе она читает заклинания. Заклинаний Эмарисс не знала, а лечила, как учили Знающие, силой души и мысли.

— О Мать Природа! — девушка замерла, держа ладошки над головой пациента. — Кость треснула… И эта вмятинка на затылке! — ей опять стало горько.

Она поняла, что не сможет спасти этого отчаянного парня. Она вновь и вновь обращала свой внутренний взор на его голову. Видела несколько вмятин и лучики трещин в черепе. А вот дальше, там, где должен пульсировать разум, был лишь молчаливый матово-белый кокон. Ни обрывков мыслей, ни даже характерного шума, который издаёт любой мыслящий.

— Он выжег ему разум! — в сердцах сказала драконесса, имея в виду ментальную схватку с Калециосом. — И с такими ранами пытаться лететь… — слёзы бессилия потекли из глаз девушки. Она растирала их по лицу. — Калециос, ты ответишь! За всё! — крикнула она, подняв голову вверх.

Демон зашевелился. Девушка вскочила и нависла над ним, ласково гладя ладошкой по лбу и щекам:

— Всё будет хорошо, — шептала она, хлюпая носом. — Ты борись!

Высший немного повернул голову и открыл глаза. Невидяще повращал зрачками и прикрыл веки. И вдруг резко распахнул их, пристально посмотрев прямо в глаза Эмарисс. Посмотрел осмысленно и долго.

— Не плачь, — прошептал он на языке драконов, и добавил: — Обойдётся…

После этого его взгляд потух, и веки медленно сомкнулись. Демон потерял сознание.

— Ты борись, — прошептала Эмарисс, проведя ладошкой по его лицу. — Не умирай. Борись…

Эти три слова, сказанные Высшим осознано, вселили в драконессу надежду, что он справится, нужно только дать ему время. Она чётко увидела, что эти слова, сказанные демоном, — не агония умирающего мозга, а вполне нормальная разумная деятельность. Значит, у него есть защита от ментальных атак, и именно это позволило демону выстоять под ударами Калециоса.

Бездействие порождает беспомощность и панику, но теперь, зная, что делать, Эмарисс успокоилась и уже совсем привычно, сложив ладошки треугольником, направила жизненные силы на распластавшегося зверя. Она не делала акцента на чём-то конкретном, решив, что для начала нужно напитать пострадавшего силой, и его организм сам укажет, что лечить в первую очередь.

Решение было верное, потому что через некоторое время аура демона стала светиться ровней и ярче. Вот только это была аура человека, а не демона.

— Странный ты, — прошептала драконесса, и повторила: — Очень странный.

* * *

В очередной раз осмотрев своего пациента, она решила дать себе передышку. Встала, сбрасывая с ладоней в землю остаточную энергию.

— Как же всё затекло, — с удовольствием потянулась девушка, слегка удивившись, что свет Ясмина теперь совсем с другой стороны, а значит, прошло уже несколько часов.

«Нужно позвать Изонду Чик Хар, — подумала драконесса про свою подругу, с которой вместе выросла. — Сама я отсюда не выберусь».

Алекс

Видения мучали меня непрерывно, становясь то реально-осязаемыми, то туманно-ирреальными.

В кромешной, ватной темноте я увидел бледный огонёк.

«Нужно туда, — решил я. — Там кто-то есть, мне помогут».

Хотя я совершенно не понимал, в чём именно мне нужна помощь. Только я решил направиться на огонёк, как он сам стал приближаться, становясь ярче и больше.

«Свет в конце тоннеля», — грустно подумал я, потянувшись на манящий бело-голубой свет. Ближе, ещё ближе. Ещё. Вот и дверной проём, из которого льётся столь тёплый и манящий свет. И тут вход преградил император Вилорн. Он предупреждающе выставил перед собой ладонь:

— Остановись! — властно сказал он. — Твоё время ещё не пришло.

— А твоё пришло? — парировал я.

— К сожалению. У тебя же оно ещё есть.

— А что там? Ну… там, — показал я за его спину.

— Узнаешь, — грустно ответил Вилорн. — Придёт время, всё узнаешь.

— И откуда у всех такая манера, говорить загадками? Вы вот такие умные, всё знаете, а я тут дурень такой, ничего не понимаю. Ладно, бывай! — раздражённо высказал я императору.

— Постой.

— Ну?

— Позаботься о моей дочери.

— А сам? — насмешливо спросил я.

— Ты же всё понял. Про меня и эту дверь…

— Понял, не дурак, — буркнул я. Помолчал. Потом неохотно добавил. — Не знаю, если смогу…

— Мне больше не к кому обратиться. Твоя нить судьбы может переплестись с её. Только пожелай этого.

— Оно мне надо? — нагло спросил я.

— Твоё право выбора никто не оспаривает, — император был спокоен и тих. Я бы сказал, умиротворён.

— Хорошо, — вздохнул я, — но золотых гор не обещаю!

— Спасибо, — чуть улыбнувшись, поблагодарил Вилорн. — И ещё. Извини меня. Я неверно воспринял тебя, и… я сожалею, что так всё вышло.

— Что было, то было, — сказал я. — Лучше подскажи, куда мне двигаться?

— Вон туда, — лицо императора прояснилось. Надо же! Чему он так обрадовался? Вилорн указал рукой мне за спину. Повернувшись, я увидел зарево. Не такое, как бывает при восходе, нет. Там зарево от края до края. А тут не так. Как… Ну не знаю, как от большого города, когда смотришь на него ночью, издалека. Такой локальный восход.

— И что там — конечно, не скажешь, — констатировал я, поворачиваясь к собеседнику.

— Там те, кто тебя любит и ждёт, — улыбаясь, ответил Вилорн. — Цени это превыше всего! Только ради любви стоит жить. Остальное всё пустое!

— Ага, наслышан. Пойду я?

— Прощай, — дверь с силуэтом императора стала удаляться. — Ты обещал! Позаботься о Весте!

— Ох уж эти привидения, — бурчал я, направляясь в противоположную от Вилорна сторону. — Сами не смогли или не захотели смочь, а ты теперь позаботься. Задним умом мы все сильны…

Зарево, куда я стремился, стало катастрофически быстро приближаться и взорвалось сверхновой, ослепив и подавив меня. Даже с закрытыми глазами я чувствовал резь в глазных яблоках от яркого света. Хотел прикрыть лицо руками, но не смог пошевелиться. Как же мне надоело это локализованное сознание, не умеющее управлять телом!

Медленно открыл глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на том, что нависло над моим лицом. Немного прояснилось. Веста?! Плачет. Она-то что в горах делает? Ладно, отлежусь немного, разберёмся.

— Не плачь, — выдавил я воздух через высохшее горло. — Обойдётся.

Картинка перед глазами поплыла и начала бледнеть, как в кинотеатре, когда медленно погружаешься в полную темноту…

* * *

Проснулся я от разности температуры между левым и правым боком. Если слева было приятно тепло, то справа мерзко, промозгло холодно. Думал, одеяло сползло, но очень быстро вспомнил, что одеялу взяться неоткуда.

Я был в горах. Сцепился сдуру с драконом, прыгнул за ним в пропасть и чуть было не отправился к праотцам. Может, меня спас какой-нибудь пастух? Точно. Вон как весело дровишки потрескивают в костре, от которого так тепло слева. Всполохи света от пляски огня навевали дрёму. Пахло дымком и сыростью. Журчание реки где-то за спиной. Я чем-то укрыт, чем-то мохнатым. Овечий тулуп? Возможно. Как же болит всё тело. Всё-таки в локализованном сознании есть свои прелести, там не болят кости и голова.

Хотел повернуться на огонь, и сразу же понял свою ошибку. Попытка, лишь только попытка сдвинуть с места голову отдалась болью во всем теле, с эпицентром в мозгу. Хотелось закричать, но даже этого я не мог. Поэтому матерился мысленно, «про себя». Нет уж. Полежим спокойно.

Несколько вздохов, и боль отступила. Ну вот, так и полежим, потерпим. Всё когда-нибудь кончается, пройдёт и это.

Голоса. Я слышу голоса. Прогресс! Прислушался.

— …спасибо, что помогла мне. Притащила всё это, — негромкий девичий голос. — Сама бы я не справилась.

— Оставь, Эмарисс. Ты бы сделала для меня то же самое. Мы же подруги, — голос погрубей, с хрипотцой, но тоже женский. Значит, пастухи — вовсе не пастухи, а пастушки. И одну из них зовут Эмарисс. Запомним. Между тем хриплый голос продолжил несколько возмущенно: — Одно не пойму, на что Калециос рассчитывал, приковав тебя к флюзаролу? Вроде неглупый дракон, а пошел на такую подлость.

— Кристалл нужно было где-то взять, притащить на уступ, — голос Эмарисс. — Он был не один.

— Да, ты права, тут не обошлось без его дружков. Сам бы он его с места не сдвинул.

— Неважно, кто кристалл принёс на гору. Тот же Арагба Хар с лёгкостью поднимет камень и побольше, — задумчивый девичий голос. — Вопрос в том, где они его раздобыли.

— Думаешь, кто-то из Совета? — голос с хрипотцой.

— Не знаю, Изонда. Может быть.

Ага, значит хриплый голос — это некто Изонда.

— Расскажи отцу, — посоветовала Изонда.

— Не знаю. Только, пожалуйста, не говори брату. Я тебя очень прошу. Он убьёт Калециоса.

— Не скажу, — пообещала Изонда. — Смертоубийство нам не нужно.

— Что нового в гнезде? — перевела разговор обладательница нежного голоса.

— А что там может быть нового? Сама знаешь, уклад жизни веками не меняется. Дядька О'Грох воспитывает молодёжь… Все ждут Новую жизнь. Опять старики ругаются за право быть наставниками…

Под мерное бубнение Изонды я заснул. Именно заснул, а не впал в забытьё. Мне снилось огромное воронье гнездо, в котором кублились драконы, похожие на ящериц. Они дышали огнём, рвали друг у друга куски мяса, просто играли, как щенки…

Проснулся я рано утром. Костёр уже погас, лишь запах пепла с дымком говорил, что он ещё жив. Открыл глаза. Итак, я лежу на спине, в боевой ипостаси. Это понятно, при опасности это тело предпочтительней. Перед глазами бездонное небо. Хорошо, что нет дождя. Скосил взгляд. В поле зрения лишь каменная стена. Поворачивать голову не стал, вспоминая, какой болью это отдалось в прошлый раз.

Раз уж я не утонул и не разбился насмерть, посмотрим, что во мне повреждено, и что можно с этим сделать. Распылил свой взгляд, переходя на истинное зрение. Как сложно даётся, как будто никогда не занимался этим. Но нет, вот они, разноцветные каналы. Направил взгляд внутрь себя.

Мда-а. Потрепало, однако, меня. Рёбра сломаны. Слева три, и справа два. Офигеть, как же я неудачно приложился. Левая ключица, левое плечо, лучевые кости правой лапы, трещина в правом бедре, коленная чашечка левой ноги, суставы тазовых костей…

Блин, блин, блин!! Проще сказать, что не переломано. Одно радует, процесс заживления уже подходит к концу. Представляю, как это всё выглядело в самом начале! Мне стало совсем грустно.

Вздохнув, начал ревизию внутренних органов. Тут, слава богу, всё уже более-менее нормально. Только по остаточному фону я мог догадываться о повреждениях, которые у меня были.

Вынырнул в реальность, тяжело дыша. Ну вот на кой чёрт я кинулся на того монстра? Девушку он, видите ли, сожрать хотел! Да может, девушка эта — садомазохистка, и ей в кайф были мучения!

«Хватить ныть! Расжалелся себя, тряпка! — отругал я сам себя. — Нефиг было лезть на рожон, а теперь-то чего стонать?!»

Подействовало. Ко мне вернулось самообладание. Если после стычки с Ишваром я получил ожог человеческого тела, в то время как боевое тело сохраняло вполне приличную целостность, то может, теперь наоборот? Воевал я в боевом теле, и повреждения понесло оно, значит, человеческое тело должно сохранить работоспособность. Ну, хотя бы частичную. А то ведь любая попытка пошевелиться отдается миллионом иголочек боли.

Сделав несколько медленных, глубоких вдохов, перетёк в человеческое тело. Мысленно сжался в комок в ожидании болевого взрыва. Тихо.

Медленно расслабился. Ну вот, другое дело. Пошевелил пальцами рук. Полёт нормальный.

«Так ты гораздо симпатичней», — раздался голос в моей голове. Знакомая хрипотца.

«Привет. Как дела?» — мысленно поинтересовался я.

«Даже так! — удивлённый голос, — ты умеешь говорить мыслью?»

«Ага».

«Я говорила Эмарисс, что ты не демон», — задумчиво сказала драконесса.

«Подтверждаю, — мысленно улыбнулся я, — я человек».

«Ты можешь считать себя кем угодно. Только люди не имеют истинного тела, — не согласилась собеседница. — Как тебя зовут?»

«Все называют меня Алексом», — представился я.

«А меня Изонда Чик Хар», — с усмешкой в голосе ответила драконесса.

«А Эмарисс, я так полагаю, твоя спутница?» — поинтересовался я.

«Мы вместе выросли, — просветила меня Изонда. — Она спасла тебя из реки».

«Да? А где она сейчас? Нужно поблагодарить её».

«Спит. Две ночи и два дня она отдавала тебе свою Силу Жизни. Ты очень должен ей. Хотя… Это вам решать, не мне».

«Круто, — мысленно хмыкнул я, — вот ведь как бывает. Я, по глупости, пытался спасти от дракона девушку, сам чуть не сдо… ну, умер. И спасает меня другая девушка и дракон. Пути господни неисповедимы».

«Насчет глупости — поддерживаю, а в остальном ты не ведаешь, о чём говоришь. Та девушка, которую ты хотел спасти…»

— Изонда, с кем ты говоришь? — раздался девичий голосок откуда-то из-за костра.

— Извини, я разбудила тебя, — прогудела драконесса.

— Я не спала, — раздался шорох. Видимо, девушка начала вставать и откинула одеяло, или чем она там была укрыта.

Мысленно сжавшись, приготовившись к вспышке боли, я медленно начал поворачивать голову, чтобы наконец узреть ту, которой обязан жизнью.

— Так и с кем ты говорила? — голос девушки ласкал мой слух. Хотелось, чтобы она говорила и говорила. Странно, но немного повернув голову, резкой боли я не почувствовал. Так, небольшое головокружение. Я замер, закрыв глаза и прислушиваясь к своим ощущениям.

— С Алексом, — наконец ответила Изонда.

— Кто это?

— Тот, кому ты отдавала Силу Жизни, — пояснила драконесса.

— Он очнулся? — быстрые шаги в мою сторону. — Но я ничего не вижу. Ты не путаешь?

— Нет. Хотя тоже не слышу шума его мыслей. Я только что с ним говорила!

Надо мной явно кто-то навис. Теплая ладонь прикоснулась к моему лбу.

«Ментальное воздействие третьего уровня. Блокировано», — проплыла фиолетовая надпись перед зажмуренными глазами. Похоже, мои способности возвращаются. Надеюсь, что все, а не эти бесполезные.

— Ты сказала, Алекс? — голос Эмарисс колокольчиком зазвенел надо мной. — А дальше?

— Просто Алекс, он не назвал полного имени, — хрипловатым голосом отозвалась драконесса.

— Он стал другим, — продолжала Эмарисс. — Алекс. Ты меня слышишь? Алекс.

— Слышу, — прошептал я. — И даже попробую увидеть, — я медленно приоткрыл глаза.

Говорят, первое впечатление самое правильное, да я и сам не раз убеждался в справедливости этого. Так вот, открыв глаза, я увидел девичье лицо, очень знакомое и родное, хотя я точно знал, что никогда её прежде не видел. И глаза! Весь мир сузился до этих карих глаз. Большие, миндалевидные, зовущие и ласкающие душу.

— Теперь я знаю, что такое утонуть в глазах, — прошептал я. — Девушка, нельзя же быть так бессовестно красивой!

— Ты знаешь язык драконов? — тонко очерченные брови удивлённо приподнялись. — Ты полон загадок, просто Алекс. Как ты себя чувствуешь? Где болит?

— Рядом с тобой болит только одно. Сердце, — проговорил я, пристально рассматривая правильный нос, ямки на щеках, губы, подбородок, чёлку на лбу. В моей груди замурлыкал маленький котёнок, он радостно купался в голосе, взгляде, самом присутствии этой девушки.

— Хватит паясничать, — строго ответила девушка. — Я третьи сутки с тобой вожусь не для того, чтобы твой бред слушать. Голова болит? А грудь? — Эмарисс раскрыла меня, откинув мягкую шкуру какого-то животного. Начала ощупывать мою грудь, — ты совсем другой, — бормотала она, отстранённым взглядом смотря на мою грудь.

Я знал этот взгляд. Так выглядишь, когда переходишь на истинное зрение. Значит, сейчас она смотрела мои внутренние раны.

— Голова болит, когда я не слышу твой голос, а грудь жжёт от восхищения твоей красотой…

— Красиво изъясняется, — раздался голос Изонды. — Пойду-ка я искупаюсь.

— Изонда, хоть ты прекрати! — недовольно отозвалась девушка, не прекращая водить руками над моим телом.

— Ничего, что я не одет? — невинно поинтересовался я.

— Просто помолчи, — бросила мне Эмарисс.

— Я бы рад, но не могу, — я не отрываясь наблюдал за движениями девушки. — Не скажу, что я сильно смущён, но как-то неловко быть голым, когда девушка одета…

— Ещё слово, и я рассержусь! — строго отозвалась Эмарисс.

— Молчу-молчу, — примирительно отозвался я. — Хотя это сложно…

Котёнок, мурлыча, весело кувыркался, радуясь встрече с той, которую столько лет ждал. Некоторое время я нежился в ауре девушки, попутно наблюдая за её целительскими действиями. Я видел струйки энергии нежно-зелёного цвета, выходящие из её ладоней и щупальцами осьминога овивавшие моё тело. Видел жёлтый лучик, звёздочкой мигающий у неё в переносице, лазером впивающийся в разные участки моего тела. Чувствовал прохладу от её рук и уколы этого лучика. Со стороны смотреть за целительством очень необычно — если, конечно, умеешь видеть.

И ещё я почувствовал — даже не почувствовал, а осознал, — что я «попал»! Сказки про любовь с первого взгляда оказались совсем не сказками. У меня не было и тени сомнения, что вот это чувство и есть настоящая любовь. Осознание пришло как снежная лавина, быстро и неотвратимо. Чувство было новое, сладкое и затягивающее. Котёнок в груди, удивлённо посмотрев куда-то вверх, согласно замурлыкал, сворачиваясь клубком.

— Не смотри на меня так, — вернул к действительности голос Эмарисс.

— Как так?

— Ты меня понял, — она встала. — Удивительно, но в этом теле повреждения совсем другие… Кто ты?

Девушка смотрела на меня с высоты своего роста, а я, как дурень, лежал голяком, натягивая на себя шкуру, чтобы прикрыть причинные места, и улыбался во весь рот, не в силах придумать, что ответить.

— Ты меня понимаешь? — перешла Эмарисс на всеобщий. От девушки потянуло беспокойством. — Ты понимаешь меня?

— Понимаю ли я? О да, — проговорил я на языке драконов. — Твой голос нежнее летнего ветерка, хочется слушать и слушать. Извини… — я медленно попытался сесть. Нормально. Головокружение не в счёт. — Я сейчас.

— Не поднимайся! — сердито проговорила Эмарисс, присаживаясь рядом со мной, и, уступая моим усилиям, помогла сесть. — Вот чего ты вскинулся? Рано тебе ещё вставать.

— Эммочка, солнце моё, я в порядке.

— Меня зовут Эмарисс! И прекрати нести всякий вздор!

— Ты не поверишь, не могу, — ответил я. Команда КЗОП — и штаны на мне. Верней, то, что от них осталось, а конкретно — подобие шорт. — Когда тебя вижу, крышу сносит, хочется говорить всякие глупости. Извини.

— Какую крышу? Алекс, ты бредишь, давай-ка ложись, — девушка надавила мне на грудь ладошкой, пытаясь вернуть меня в горизонтальное положение, и тут заметила на мне шорты. — Где ты их взял? Как? — она даже прекратила попытки уложить меня.

— Эмма, я в норме. Штаны, верней — шорты, — я достал из КЗОПа. Мне по нужде нужно, — виновато улыбнулся я девушке. Та нахмурилась, но поднялась и, вздохнув, сказала:

— Ты говоришь непонятные вещи. Проводить?

— Спасибо, солнышко. Справлюсь.

— Вон там яма, — указала она на дальний угол поляны. Недовольно посмотрела на меня и продолжила. — Я схожу за водой.

— Ага, — кивнул я, с обожанием глядя, как девушка взяла котелок и лёгкой походкой направилась к реке, всё время оглядываясь.

Про нужду я, конечно, соврал. Любовь. Зачем мне она? То, что происходило со мной, было настолько сильней меня, что настораживало и даже пугало. Такой тяги к женщине я никогда не испытывал. Это не сексуальное влечение, с этим я уже свыкся, тут другое. Я чувствовал, что растворяюсь в этой девушке. Ощущал, как натягиваются связи между нами — просто потому, что она отошла в сторону.

— Это ненормально, — пробормотал я, поднимаясь и направляясь к угасшему костру. Ага! Правая нога побаливает, и от глубоких вздохов покалывает в груди. Голова подкруживается, и тошнит. Будем считать это нормой.

Сел около костра на большое бревно. Может, я поторопился вставать? Подкинул в кострище несколько сухих палок и просто пожелал огня. Мда-а. И почему не радует, что дровишки, вспыхнув, радостно затрещали? Сидел, прислушиваясь к себе, к новому чувству. Котёнок в груди поднял голову и недовольно фыркнул. Потом опять свернулся калачиком. На душе было тепло и радостно. Тихой, безотчётной радостью.

«Справил свои нужды?» — голос Изонды прозвучал неожиданно. Я вздрогнул, посмотрев на драконессу, показавшуюся из-за большого валуна, отгораживающего полянку справа.

«Ага. Это я так. Придумал».

«Как ты себя чувствуешь?»

«Смотря что ты имеешь в виду», — невесело отозвался я, подкидывая в костёр еще пару палок.

«Что, испугался?»

— Ты про что? — спросил я вслух, потому что драконесса подошла ближе и, блестя мокрой чешуёй, начала устраиваться на свою лёжку.

«Твоё физическое состояние я вижу. А вот твои мысли сокрыты за белым туманом. Нет следов ни в ментальной сфере, ни в астральной. Аура бледная и однородного цвета. Даже шума нет. Как будто ты растение. А вот когда Эмарисс прикасалась к тебе, ты был другой. И сейчас, разговаривая со мной, туман вокруг тебя становится бледней. Я вижу испуг. Думаю, ты испугался того чувства, которое осознал», — пояснила Изонда, устраиваясь на подстилке.

— Это было так очевидно, — констатировал я. — Да. Ты права. Испугался.

«Любви не нужно бояться. Её дарует Мать Природа».

«Эмма тоже видела?» — посмотрел я на драконессу.

«Видела, но неправильно истолковала».

— У вас уже и костер горит, — прервал нашу беседу голос Эмарисс. Я встал навстречу девушке, чтобы взять у неё котелок. Она сделала загораживающее движение рукой. — Сиди уж. А лучше приляг.

— Эмма, я нормально…

— Называй меня Эмарисс, — перебила меня девушка.

— Хорошо, — согласился я, а котёнок в груди радостно мяукнул. Да что же это такое?

Я опять сел на бревно, наблюдая, как Эмарисс пристраивает котелок над огнем, достает из походного мешка свёртки и мешочки.

— Есть хочешь? — обратилась она ко мне.

— Наверное, — кивнул я. — Эмма… Извини, Эмарисс, расскажи, как ты меня нашла?

— Это ты расскажи, как меня нашёл, и зачем полез драться с Калециосом?

— С кем? — я посмотрел на Изонду, потом на Эмарисс. В голове медленно складывалось «два плюс два». — Ты и есть та девушка? На скале? А я думаю, где же я тебя видел?! Вот же блин!

Эмарисс и Изонда рассмеялись, глядя на мои мучительные потуги осознать, что же тут происходит.

— Значит, я тебя пытался избавить от того дракона? Но как ты освободилась, и… Изонда. Ты откуда? Ты сказала — подруги. Вы выросли… Ничего не понимаю, — вопросы табуном проскакали в моей голове. Голова закружилась, перед глазами поплыло. Прикрыв их, я постарался успокоиться. Вот бы сейчас руну безразличия на себя, и всех делов-то. Жаль, что не помню.

— Всё нормально? — прохладная ладошка коснулась моего лба. Открыв глаза, я встретился с озабоченным взглядом Эмарисс. В груди сладко заныло. — Ты побледнел. Зря ты встал.

— Всё нормально, — выдавил я. — Просто не прикасайся ко мне. Пожалуйста, — прошептал я. В горле вмиг пересохло, и по телу прошла непонятная дрожь. Да что же это со мной?!

Девушка отдёрнула руку и переглянулась с Изондой. Та вздохнула.

— Хорошо, — проговорила Эмарисс и, возвращаясь к хлопотам у костра, продолжила рассказ: — Калециос подговорил двоих мужчин из соседнего села, и они ночью надели на меня браслеты смирения. Потом они доставили меня на утёс. А он убил их. Просто сжёг! И тут появился ты. Напал на Калециоса. Ох и потешился он, играя с тобой как кошка с мышкой!

— Да ладно, — не выдержал я, — ему тоже досталось пару раз!

— Мы думали, что он выжег тебе мозг. Но, как оказалось, у тебя очень сильная защита от ментальных атак, — продолжила Эмарисс.

— Алекс прав, Калециос лечится у Знающих, — вставила Изонда. — Значит, ему тоже досталось.

— Это и странно, — вполголоса проговорила Эмарисс, и громко продолжила: — А потом ты прыгнул за ним в пропасть.

Она оставила свою стряпню и повернулась ко мне.

«Какая же она красивая! — непроизвольно подумал я. — Господи, какая же она!..» — я с трудом опустил взгляд.

— Вот скажи, зачем ты прыгнул за ним, не умея летать? — между тем спросила девушка.

— Кто же про это думает в бою? — хмыкнул я, рассматривая под ногами муравья, тянувшего дохлую муху. — Был враг, которого нужно уничтожить. А как и зачем — я не думал.

— Думать нужно всегда. Тем более — в бою! — наставительно произнесла Эмарисс, на что я лишь пожал плечами. Я мог бы ей ответить тысячью фраз, но молчал как нашкодивший школьник.

Помолчав, девушка продолжила:

— Не знаю, как ты это сделал, но флюзарол потерял свои свойства, и я освободилась.

«Это тот кристалл, что удерживал Эмарисс», — пояснила Изонда, видимо, почувствовав мой вопрос.

— Думала, сумею тебя догнать. Но ты падал быстрей, чем я предполагала, — продолжала Эмарисс.

— Ты прыгнула за мной? — до меня дошел смысл её слов, и я поднял на неё глаза.

— Конечно. Только, в отличие от тебя, я умею летать, — рассмеялась девушка. — Даже Новая Жизнь, познавая науку полёта, более смышлёны и умелы.

— Ты дракон, — наконец понял я.

— Правильно говорить «драконесса», — поправила меня девушка и продолжила помешивать варево в котелке. — И зачем ты в реку-то приземлялся? Я только после порогов сумела тебя вытащить. Тут река выходит из ущелья, поток очень сильный.

— Думал, на воду приземление мягче будет, — отстранённо проговорил я. «Я влюбился в дракониху, — мысли в голове ворочались как камни, медленно и тяжело. Котёнок в груди недовольно мяукнул, выпустив коготки. — А сам-то я кто? Монстр. Что-то мне совсем хреново».

— Ты что, не летал прежде? — спросила Изонда.

— Не было случая, — всё так же отстранённо ответил я, краем глаза заметив, как переглянулись драконессы.

— Вытащила тебя, позвала Изонду. Вот коротко и всё, — свернула рассказ Эмарисс. — Ты как попал в эти горы? Тут на сотни вёрст нет разумных.

— Долгая история, — вернулся я к действительности. — Не по своей воле. Как-нибудь расскажу.

— Сам ты откуда родом? — поинтересовалась Эмарисс, помешивая кашу.

— Из России, — ответил я, решив не скрывать про себя ничего. Не знаю зачем, но мне захотелось рассказать ей правду. Настоящую правду, а не ту легенду, которую выдавал всем и каждому. — Это в другом мире. Там всё не так, как тут. Совсем не так. Через портал попал в ваш мир, вот и пытаюсь тут устроиться. Не очень-то получается. Ну, уж как могу. А твой дом далеко?

— Гнездо? — спросила Эмарисс, доставая тарелки и ложки, — отсюда далеко. Почти день лететь.

— Далеко. И что мы будем делать дальше? Я вроде бы на поправку пошёл. К обеду буду вполне здоров.

— Это мы ещё посмотрим, — улыбнулась мне Эмарисс, сдувая свою чёлку, упрямо лезшую ей в глаза. Потом поправила её рукой. — Мне в село нужно. После Грязной воды многим нужна моя помощь, а я с тобой третий день тут, — она окинула меня взглядом, чуть прищурившись. Просканировав меня, она вернулась к хлопотам около костра:

— Похоже, ты не врёшь насчёт быстрого выздоровления. А если так, то сейчас покушаем и отправимся в путь. Изонда принесёт клеть, в которой меня несли горцы. Она, конечно, тяжеловата, но другого варианта нет.

«С остановками я смогу тебя донести», — заверила меня драконесса.

Эмарисс положила в тарелку каши и поднесла мне:

— Сможешь сам поесть?

— Эмма, — я взял девушку за запястье, — послушай, что я скажу. Это звучит глупо, но когда я увидел тебя, сразу понял…

— Не нужно, Алекс, — прервала меня девушка. — Это не то, что ты думаешь. Это благодарность за то, что я лечила тебя. Понимаешь? Я дала тебе свою силу, между нами связь. Скоро она пройдёт, и всё станет по-старому.

— По-старому уже не будет никогда! — горячо проговорил я. — Я понимаю, что мне рассчитывать не на что. Если я влюбился, это не значит, что и ты ответишь тем же. Но прошу тебя, не отрицай этого. Дай мне всего лишь один шанс.

— Алекс, — девушка пристально посмотрела мне в глаза. — Никакой любви нет.

«Ментальное воздействие шестого уровня. Блокировано», — прошелестело в голове и проплыло полупрозрачными буквами перед глазами.

— Не воздействуй на меня, — попросил я, не отпуская руку девушки. — Я не контролирую ответные удары.

— Отпусти, — попросила Эмарисс, — пожалуйста.

— Не могу, — я разжал пальцы. — Не могу тебя отпустить. Это сильней меня.

— Время всё расставит на свои места, — улыбнулась мне драконесса. — Кушай.

— Подожди, — я поставил тарелку с ароматной кашей на бревно рядом с собой, — ты ведь драконесса. Ты умеешь видеть. Просто посмотри. Один раз. И всё. Дальше делай, как посчитаешь нужным. Посмотри, и если это не любовь, то я справлюсь. Сам.

— Я не буду смотреть, — холодно отозвалась Эмарисс.

— Только один раз. Пожалуйста, — попросил я так, как просят за своё дитя, — просто посмотри. Это ведь ничего не изменит. Просто посмотри.

От драконессы потоком шла смесь чувств. Любопытство и смущение, желание и страх разочарования, надежда и неверие. Увидев, что её глаза характерно замерли, я открылся навстречу, сомкнув веки и отдавшись сладким грёзам. Котёнок в груди, радостно мурча, потянулся навстречу девушке.

Море, пляж с мягким, тёплым песком. Ласковое солнце дарит всем свой свет и радость. Небольшие волны накатываются на пологий берег, растекаясь по песку пенными пятнами. И мы, я и Эмарисс, бежим по кромке пляжа, прыгая по пенной воде. Поднимая фонтаны брызг, кружим, взявшись за руки, и смеёмся, радуясь этому дню, солнцу, морю. Я подхватываю Эмарисс за талию и кружусь с ней, легко подняв на вытянутые руки…

— Хватит! — резкий окрик выбивает из меня такое сладкое и осязаемое видение. Пред глазами прояснилось, и я увидел лицо Эмарисс. Суровое, с плотно сжатыми губами и прищуренными глазами.

— Достаточно, — тихо продолжила она. — Это всё выдумка. Так не бывает, — повернулась и ушла.

Я сидел совершенно опустошённый. Как будто из меня вынули что-то очень важное и нужное и оставили пустое место.

— Я что-то сделал неправильно? — поднял глаза на Изонду, тихонько сидевшую в сторонке.

— Ты сделал то, что хотел. Не принято показывать свои чувства, тем более так откровенно…

— Почему она ушла? Я её обидел?

— Спроси у неё сам.

— Думаю, не время, — я потянулся к каше. — Если бы хотела что-то сказать, то сказала бы.

«Тоже верно, — драконесса поднялась. — Я за клетью».

С этими словами она ушла, оставив меня наедине со своими мыслями. А мысли были одни и те же. Как со мной это случилось? Почему именно сейчас? Почему так быстро? Что такого увидела Эмма, что так напугало и расстроило её?

Давно остыла нетронутая каша, а мои спутницы не появлялись. Встал, прислушиваясь к ощущениям. Всё же регенерация работает. Немного болела нога и грудь. При резком движении в голове отдавалось болью и мутило. А в остальном всё более-менее.

Сделал пару наклонов, поприседал. Нормально. Выполнил несколько простых упражнений. Терпимо. Начал медленно делать разминочный комплекс. Медленно, как на первых тренировках, когда отрабатываешь графику движений. Но даже в таком темпе комплекс дал прилив сил.

Посидел у костра, сканируя свой организм. Можно сказать, что основные повреждения уже исправлены. Голова лишь побаливает.

Полежал на своей постели, пытаясь войти в инфополе или хотя бы почувствовать, где сейчас Эмарисс и чем занята. Не выходит. Лишь грёзы мне в награду.

Развёл костёр. Куда же они все подевались? Время шло, но на нашу стоянку никто не приходил.

Я чувствовал, что искать мне их не нужно. Да и не очень хотелось, хотя котёнок в груди нервно мяукал, требуя действий. Так прошло ещё какое-то время.

Всё же решил пойти поискать своих спасительниц. Только направился в сторону реки, как из-за камня вышла Эмарисс. «Плакала», — сделал я вывод. Это было видно и по характерно красным глазам, и по остаточному эмоциональному фону.

— Поел? — как ни в чём не бывало, спросила она. — Как ты себя чувствуешь? Дорогу выдержишь?

— Эмма…

— Называй меня Эмарисс, — снова одёрнула девушка меня. — И, пожалуйста, не начинай. Я только успокоилась.

— Извини, я не хотел тебя обидеть.

— Я и не обиделась. Ты тут ни при чём. Давай кушать, — улыбнулась мне драконесса.

— Всё давно остыло. Давно… Изонда улетела за клетью, — сбивчиво приговорил я.

— Я знаю. Она на берегу её чинит, — отозвалась девушка, проходя мимо меня к костру.

— Пойду, помогу ей, — предложил я, так как оставаться наедине с Эмарисс не хотелось. Меня распирало чувство горечи. Как же так? Она всё увидела и не оценила. И ей совсем нечего мне сказать, кроме «не нужно»? А как же мои чувства?

Так. Что-то меня зациклило. По-хорошему, нужно бы свалить по-тихому. Но я чувствовал, что вот так уйти я не могу. Даже если гнать будут, не уйду. Совсем раскис.

Изонду нашёл на пологом берегу. Клеть стояла на мелкой гальке у самой кромки воды. Собственно, что тут ремонтировать?

«Смотрю, ты уже всё сделала», — обратился я к драконессе.

«Это Эмарисс, не я, — отозвалась Изонда. — Не верится, что пару часов назад ты был слаб как новорожденный».

«Один из бонусов, быстрая регенерация», — пояснил я, подходя поближе к драконессе.

«Ты сейчас выругался?» — поинтересовалась она.

— Говорю, быстро восстанавливаюсь, — хмыкнул в ответ.

«Тебе нужно со Знающими поговорить. Они многое бы объяснили тебе».

— Это приглашение? — с усмешкой спросил я.

«Разберёшься со своими чувствами и Эмарисс, считай что приглашение, — отозвалась драконесса и добавила: — Может случиться, что моё приглашение и не потребуется».

— Ты вселила в меня надежду.

«Не в чем нам разбираться, — вклинился голос Эмарисс. — Если хотите посплетничать, не нужно орать на всю округу».

«Извини», — буркнула Изонда, делая вид, что нужно что-то поправить в клети.

«Я уже иду. Будем отправляться, — сердито проговорила Эмарисс. — Потом придётся кого-нибудь послать за вещами».

«Варшу Ку Сенл пошлём. Она со своими подругами с удовольствием разомнётся, — предложила Изонда, — да и тебе услужить всегда рада».

«Можно и её, — согласилась Эмарисс. — За ней долг, вот и старается его отдать».

«С каждым может случиться непредвиденное», — глубокомысленно заметила Изонда и обратилась ко мне:

— Ну давай, герой, полезай в клеть, попробуем взлететь. Эмарисс подстрахует, если что.

Я посмотрел на клеть и понял, что если сейчас, прямо здесь не расставлю всё по местам, не выясню отношение Эмарисс к себе, то этого не произойдёт никогда. Я всегда буду как привязанный щенок бежать за хозяйкой и радоваться каждому её взгляду или слову. И никогда не смогу этого изменить. Пока не поздно, пока меня не съело это новое для меня чувство, пока осталась хоть какая-то возможность мыслить рационально, нужно всё расставить по своим местам. Пусть хотя бы пообещает присмотреться ко мне, прислушаться, и тогда моя любовь к ней сумеет доказать, что это… Короче, сейчас или никогда!

Эмарисс появилась совершенно нагая, легко ступая по мокрой гальке. Казалось, она парит над землёй. Боже, как же она прекрасна! Пропорционально сложенная, хрупкая и такая желанная. Девушка шла к нам, совершенно не стесняясь своей наготы. Я заворожённо смотрел на неё, не в силах выдохнуть застрявший в горле воздух.

Наклонившись вперёд и сделав два быстрых шага, буквально расстилаясь над галькой, тело Эмарисс поплыло и перетекло в крупную, но изящную драконессу.

«Так и будешь смотреть на меня? — насмешливый голос девушки колоколом раздался в моей голове. — Полезай в клеть. Нужно до вечера достичь двугорбой горы. Ещё неизвестно, как ты будешь себя чувствовать в воздухе».

«Подожди! — я сделал жест рукой. — Одно слово. Просто скажи. Могу ли я надеяться завоевать твою любовь? Не сейчас. Потом, когда-нибудь, ты сможешь полюбить меня? Ну хотя бы чуть-чуть?»

«Алекс, перестань нести чушь. Полезай в клеть», — отозвалась девушка.

— Нет! Ответь! Неужели то, что ты увидела, не убедило тебя в искренности моих чувств? Почему ты не хочешь сказать прямо и честно? — вскричал я, начиная злиться на свою слабость, на то, что вот так веду себя с фактически малознакомой девушкой, и что не могу по-другому.

— Алекс, не усложняй, — драконесса вытянула вперёд длинную шею. — Ты хороший парень, и чувства твои настоящие. Но я не люблю тебя. Пойми, моё сердце принадлежит другому. Пройдёт время, и ты с улыбкой будешь вспоминать всё это.

— По-твоему, это смешно? — выделил я главное для себя. — То, что такой урод, как я, посмел влюбиться в драконессу? Это действительно смешно! — меня накрыла обида и понимание, что сейчас я услышал то, что так боялся услышать.

— Ты права. Всё правильно. Вы того… Вы летите, а я сам. Хорошо? — я глубоко вздохнул и прикусил язык, чтобы не наговорить того, о чём потом пожалею.

— Алекс, не дури, — проговорила Изонда. — Мы не для того три дня тебя вытягивали со Звездных дорог, чтобы бросить больного и слабого в диких местах.

— Слабый, говоришь? — я крепко сжал зубы и перетёк в тело монстра. Боль на несколько секунд парализовала меня, лишив возможности двигаться и дышать. Ничего, бывало хуже. Потерпим. Мир стал чёрно-белым. — А ты проверь, — прорычал я, становясь в боевую стойку. Шип хвоста нервно подрагивал над правым плечом.

«Алекс. Пожалуйста. Не нужно», — голос Эмарисс был едва узнаваем. Но как-то сразу отрезвил меня.

Да что же это со мной? Потряс головой, возвращаясь в тело человека. Боль ушла, и мир расцвел множеством красок.

— Знаете, девчонки, вам лучше улететь… Ага… Лучше я сам…

Я развернулся и скорым шагом пошёл от них.

— Алекс, не упрямься. Вернись, — голос Эмарисс так звал к себе… — Всё пройдет. Обещаю.

Я остановился. Повернулся к драконессам. Изонда горой возвышалась над Эмарисс. Надо же? Какая разница в размерах, да и внешний вид совершенно разный. Изонда больше похожа на четырёхпалого птеродакля с тупой мордой, тогда как Эмарисс — на классического дракона с изящной шеей, перепончатыми крыльями и роговой короной на голове.

— Я вас любил так искренне, так нежно, как дай вам бог любимой быть другим, — ответил я словами Пушкина. — Лети к своему суженому. И просто помни, что где-то есть человек, который любит тебя. Просто любит…

«Изонда, не пытайся меня остановить. Моя душа умерла, и я с радостью убью своё тело. Надеюсь, я понятно объяснил?» — толкнул я драконессе, почувствовав её намерения.

«Прощай, Алекс, — прогудела в ответ драконесса. — Пусть Святой огонь хранит твой путь».

Изонда расправила крылья и, сделав несколько мощных прыжков, поднимая тучи брызг, начала тяжело подниматься в небо. Эмарисс немного постояла, глядя на меня. Потом также расправила крылья и, после короткой разбежки, взмыла вслед за подругой.

«Прости», — раздался в моей голове голос Эмарисс.

«Прощай», — отозвался я и без сил сел на камни.

Я плакал, позорно плакал, растирая слёзы по щекам. От безысходности, от обиды на этот мир, на то, что не сдох в бою с драконом, что выжил после падения со скалы. Зачем? Зачем всё это? Женщина, ради встречи с которой жил всё это время, отказалась от меня, как от надоевшего платья, выбросила из своей жизни, как выбрасывают прошлогодние тапочки.

Сидел я долго, пока Изонда и Эмарисс не исчезли за горизонтом, в синеве неба. И когда их не стало видно, я всё сидел и сидел, не обращая внимания на царапанье и горькое мяуканье котёнка в груди, который бледнел, растворяясь в небытии. Я сидел, совершенно выпав из действительности. Не чувствуя обжигающих лучей Ясмина, холода гальки, не слыша ничего и никого. Не было ни мыслей, ни чувств. А была пустота. Огромная пустая полость внутри меня — там, где должна была жить любовь, было пусто и холодно, и я знал, что этот холод будет теперь со мной всегда…

Глава 11

Огненные горы. Эмарисс

Когда чем-то долго не пользуешься, будь то умения или какой-то предмет, это нечто либо пропадает за ненадобностью, либо приходит в негодность. Изонда Чик Хар видела, что полёт даётся подруге с большим трудом, и помня её нелюбовь к дальним перелётам, несколько раз предлагала остановиться и передохнуть. Эмарисс не отказывалась. Это была уже третья остановка, и до окончания их путешествия оставалось совсем немного.

В этот раз подруги остановились на берегу высокогорного озера. Предварительно проверив окрестности на присутствие разумных, драконессы приземлились на каменистом, пологом берегу. Эмарисс тут же перетекла в тело девушки.

— Как же я устала, — проговорила она, направляясь к кромке воды. — Вот что значит отсутствие практики.

— Не кори себя, — Изонда легла на камни, распластав крылья по земле, — я тоже очень устала. Даже не знаю, смогла ли бы донести Алекса. Всё же путь неблизкий.

— С ним мы не полетели бы сюда. И что про это говорить? Он сделал свой выбор, — нейтрально ответила Эмарисс, умываясь прозрачной водой.

— Я спрошу один раз, — сказала Изонда, потягиваясь крыльями. — Почему ты не поверила ему? Ты же видела то же, что и я. Но ты не поверила в его чувство. Что я упустила?

Эмарисс перестала умываться, отогнала несуществующую соринку с глади воды. Помолчала, и после задумчиво сказала:

— Упустила, говоришь? Мой опыт жизни среди людей. Каждый из мужчин, которому я дала хоть частичку своей Силы, признавался мне в любви. Клялся любить вечно, предлагал свою жизнь… Потом проходила неделя-другая, человек возвращался к своим делам и заботам и забывал про обещанную любовь. Алексу я отдала столько Силы Жизни, сколько никогда никому не отдавала. Так что сама понимаешь.

— Твой опыт мне недоступен, — согласилась драконесса, — но я видела то, что видела, и в этом я уверена. Думаю, Мать Природа не даст тебе больше такой мужской любви.

— Изонда! Ну как ты не поймёшь?! Так не может быть! Никогда и ни с кем! — вскричала Эмарисс, поднимаясь и прищурившись глядя на отдыхавшую подругу. — Он меня совсем не знает, только увидел и сразу — «люблю»! Так не бывает!

— Но ведь ты видела.

— Да ничего там не было! — воскликнула Эмарисс. — Ничего!

— Ты неправа, подруга, — спокойно сказала Изонда. — Ты видела искреннюю любовь мужчины к тебе. Да, он ещё сам не осознал её, даже испугался этого дара Матери Природы. И он не клялся тебе в вечной любви, просто просил дать возможность не гасить этот огонь. Но ты вправе поступать так, как поступила, хотя я и не понимаю почему.

Эмарисс стояла, задумчиво глядя вдаль. Помолчали.

— Может, ты и права. Но — что сделано, то сделано, — девушка начала делать простые упражнения для восстановления сил.

— Никогда не поздно всё изменить, — заметила Изонда, поднимаясь и расправляя огромные крылья. — И кому это принадлежит твоё сердце?

— Никому. Обычно такие слова на человеческих мужчин действуют безотказно, — беспечно сказала Эмарисс.

— Боюсь, не в этот раз, — покачала головой Изонда, — он ещё жив?

— Конечно, — удивлённо отозвалась Эмарисс. — Он уже почти не переживает.

— Либо ты теряешь с ним связь, — хмыкнула Изонда Чик Хар. — Ну что, готова? Осталось часа три лёта…

Огненные горы. Алекс

Вначале я думал, что Эмарисс скоро вернётся. Немного успокоится, поймёт, что любовь даётся двоим, а значит, теряю не только я, но и она, и вернётся. Потом понял, что есть вещи, которые никто в этом мире не в силах изменить. Например, смерть. Она сказала, что любит другого. Эта мысль выжигала мне мозг и разрывала сердце.

И я пошёл прочь от того места, где встретил эту девушку. Просто брёл по склонам, карабкался на утёсы, кубарем скатывался в овраги, переправлялся через неглубокие горные ручьи…

В голове вновь и вновь крутились воспоминания о нашей молниеносной встрече. Подмечались несуществующие детали, придавался смысл словам — там, где его и не было. На следующий день я жутко ненавидел Эмарисс. За то, что она поступила со мной так. За то, что она там радуется жизни, а я тут рву себе душу!

А потом наступила очередная ночь. Я опять отстранённо заметил, что дорога стала серой, и часто стали попадаться светящиеся в неровном свете Айры глаза диких животных. Хоть бы волк попался или Харгл, было бы на ком сорвать злость. Но звери убирались с моего пути, хотя я шёл в человеческом теле. В котором был слаб и уязвим. Как оказалось, очень уязвим…

Утро застало меня под раскидистым карликовым деревцем. Как я под него влез, честно говоря, помнил смутно.

«Алекс. Ответь. Алекс. Ответь, это ЗАК. Алекс. Ответь…» — монотонный шёпот в голове заставил-таки прислушаться к нему.

«ЗАК, свали, дай поспать», — выругал я своего ИскИна, на задворках сознания отмечая, что связь восстановилась.

«Свежая энергия на мои кристаллы! — голос был тихий и гулкий, как из бочки. — Ты жив! Где ты? Его все ищут, а он спит!»

«Отвянь», — отмахнулся я, пытаясь прервать установившуюся связь. Но обычной серебряной нити, связывающей меня с ЗАКом, не находил. Это заинтересовало меня, вытягивая из сладких грёз о любимой в холодную реальность.

«Где ты? — опять задал вопрос ИскИн. — Я слышу тебя как фон инфополя. Что с тобой? Ты здоров?»

«Да отстань же ты, — у меня не было никакого желания сердиться. Не было вообще никаких желаний, кроме одного. Хотелось покоя. — Блин, как тебя отключить?!»

«Пока не могу сказать, как управлять этим способом связи, — наконец-то услышал мои просьбы ЗАК. — Мы никогда не связывались с тобой таким образом. Идёт широкополосный сигнал из инфополя, в котором очень сложно смодулировать канал. Это совершенно новый вид связи. Отправил запрос МЭРИ, может в архивах что-нибудь найдёт».

«Очень познавательно, — буркнул я. — Я тебя прошу, просто помолчи. Пожалуйста».

«Сколько?»

«Чего?» — не понял я. Так не хотелось просыпаться. Там, во сне, я был вместе с Эмарисс, там я был счастлив…

«Сколько времени молчать? — уточнил ЗАК. — Час, два?»

«Десять!» — рыкнул я, понимая, что утренний сон испорчен.

«Принято», — покладисто согласился ЗАК и умолк.

Уснуть уже не удастся. Вон и камень в бок упёрся, и спина замёрзла. Злой на всех и вся, я сел, упёршись макушкой в ветку над головой. Осмотрелся. Как я не укатился вниз? Спал я на довольно крутом склоне, устроив себе лёжку под кроной, стелющейся вдоль скалы.

Встав на четвереньки, выполз наружу, оцарапав себе ногу.

— Господи, ну почему всё так хреново? — крикнул я, задрав голову. Посидел, закрыв глаза и вдыхая прохладу утреннего воздуха, разминая пораненное место. — Молчишь, да? Вот так всегда, когда кто-то нужнее всех, его обязательно нет на месте.

Вздохнув, поднялся. Мда. Импровизированные шортики и обгоревшая безрукавка совсем не подходили к высокогорным альпийским лугам. Было морозно. Это под густыми ветками карликового дерева не так холодно, а тут, открытый всем ветрам, я сразу почувствовал холод. И согревающую руну я не могу вспомнить. Ладно, по старинке согреемся физической нагрузкой.

Организм мой уже практически восстановился. Небольшая головная боль не в счёт. Я уж и свыкся с ней. Припустился бегом вверх по склону.

Согрелся быстро. Остановился на самом гребне, любуясь открывшейся величественной панорамой горного хребта. Если бы не промозглый ветер, то просто благодать. Необъятный простор, в лучах восходящего Ясмина, уводил взгляд за горизонт. Облака прятались в ущельях, накрывая ковром долины. И ощущение безграничного простора!

«А могли с Эмарисс эту красоту видеть, пробовать на вкус», — подумал я и с удивлением понял, что меня отпустила ненависть.

Боже, какой же я дурак! Отпустил женщину. Вот так просто взял и отпустил, и который день хожу, жалею себя.

— Господи, да что же это со мной? Совсем сбрендил, — прошептал я, осознавая, какую ошибку сделал, не полетев с драконессами.

«Всегда, во все времена, мужчина боролся за женщину. А я?! Обиделся, видите ли! Другой у неё! Да шею этому другому свернуть, и все дела!» — осознание пришло неожиданно и до того ясно, что я замер, пытаясь найти хоть какое-то оправдание своей слабости.

Почему? Почему я не стал бороться за неё, если она так важна для меня? Привык, что бабы сами вешаются мне на шею?

«Как мои жёны?» — мелькнула мысль на грани восприятия, и трусливо спряталась за нарастающим приступом любовной шизофрении.

— Нужно найти Эмарисс, — я побежал назад, вниз.

Она говорила, что живёт в поселении людей. Нужно найти это поселение. Как?

— ЗА-а-а-К! — заорал я, — ответь, ишачья мошонка! ЗА-а-а-К!

Тишина. Я остановился почти у подножья склона, тяжело дыша.

«ЗАК, ответь», — посылал я вопрос во все стороны. Связи со своим ИскИном я так и не видел и не чувствовал.

Тишина.

— Ну, гад! Когда нужен, вечно до него не достучишься! — рыкнул я, прекращая свои потуги установить связь.

Нужно связаться с Генвасом, а через него я выйду на Эмарисс. Не так много в мире драконов. Наверняка он её знает. Хисий должен был дать Генвасу телефон.

— ЗАК, каменюка долбаная, где ты?! — в сердцах крикнул я. Прислушался к себе. Ничего. А что ожидал? Сам дал ИскИну установку десять часов не беспокоить. Ладно, подождём. А пока будем двигаться назад.

Эмарисс с Изондой собирались лететь к двугорбой горе. Направление, куда они улетели, я помню. Это если встать к реке лицом, на памятной поляне. А значит, нужно туда вернуться. Логично предположить, что полетели они напрямую. Вот и направление поиска!

Своё путешествие назад я начал уже вполне осознанно, с трудом вспоминая характерные приметы местности.

Почувствовал, как же я голоден! Надо сказать, что всякого рода копытных тут было предостаточно. Стайки коз, ведомые козлами с огромными закрученными рогами, косули с интересной расцветкой спины, видел несколько табунов лошадей.

Теперь я за едой не гонялся. Сосредоточившись на голове жертвы, представлял, как разгорается костёр в её черепе. Действовало безотказно. Несколько секунд — и животное падало замертво. Даже конвульсий не было. Мгновенная смерть — это милосердно. Насытившись свежим мясом, пустился в путь.

Бежал в режиме ускорения, а это требовало больших сил. Но я не жалел себя, стараясь как можно быстрей добраться до заветной поляны. Уже под вечер остановился на берегу небольшого горного озерца. Ясмин, зацепившись за остроконечный пик, дарил последние лучики тепла. Попил, умылся.

Осмотрелся. Место вполне сносное для ночёвки. Вон, на ближайшем склоне дыра виднеется, наверняка — пещера. Нужно отдохнуть. Нога болит нещадно, в груди тяжесть, и голова как огромный жбан! Всё как-то плывёт.

Пологий берег из мелкой гальки, великолепный вид — всё располагало к отдыху. Нет, точно, нужно передохнуть. Вон и камень, как раз вместо кресла сгодится.

Сел около валуна, оперевшись спиной на теплую поверхность и вытянув ноги. Благодать!

«А может, зря так тороплюсь? — от усталости мысли текли как расплавленная карамель. Медленно и лениво. — Эмарисс точно мне не обрадуется. Да и Генваса посвящать в свои чувства как-то не очень корректно. И девчонки. Как им объяснить про свою любовь?» — неожиданно подумал я. Впервые за всё это время я вспомнил про своих женщин, друзей и близких.

Одно дело — привести очередную жену, и совсем другое — сказать своему гарему, что у меня есть единственная любовь. Ни одна женщина, ни в одном мире, не стерпит рядом с собой ту, которую больше любят. Да не просто больше. А только её и любят. Которая и есть единственная любовь…

Да. После такого сообщения можно считать себя трупом, в худшем случае, и уж точно холостяком — при любом исходе.

С другой стороны, я им не навязывался. Это они меня выбрали, а не я их. Воспользовались моей гиперсексуальностью! Ладно — Зулка, Милёнка, Анютка — они девчата самодостаточные. Проживут без меня. А Маринка? У неё же понятия семилетнего ребёнка. А проблемы графства? Всё на неё? Не потянет, даже с такой помощницей как Сенди и Вестой на троне империи.

«Да ладно, тоже мне, пуп земли. Проживут без меня, ещё неизвестно, как им будет лучше», — пронеслась в голове гаденькая мыслишка.

А Идар, Варун, Юл и другие? Первый, в конце концов.

Ну, им-то «по барабану», кого я люблю и кого ненавижу. Но графство многие и многие воспринимают как свой дом. А дети? Мои будущие дети. Им-то как объяснить, что их отец предпочёл жить в своё удовольствие? Наплевал на всех и умчался тешить своё самолюбие!

«Готов ли я отказаться от всех, кому я нужен, в угоду своему непонятному чувству? — вопрос поставил меня в тупик. Все эти дни я думал только о себе, своей душевной боли, и причине своих терзаний, о девушке-драконе. — А есть ли место для Эмарисс в той моей жизни?»

Но ведь жизнь не начинается и не заканчивается на Эмарисс. Другой вопрос, нужна ли мне жизнь без неё? Жить ради кого-то, наплевав на свои чувства и переживания? Готов ли я к такой жертве? А может, не нужно сталкивать эти два понятия лбами? Как сделать, чтобы любовь к женщине не была противопоставлена всему остальному, что мне дорого?

А дорого ли? Насколько? Чем я готов пожертвовать из-за них? Они-то пожертвуют своими жизнями. Причём — не задумываясь ни на секунду.

— А-а-а-а! — заорал я, подрываясь с места и изо всех сил рванув в озеро, утопить в нём мысли, которые кипятили мне мозг…

Империя. Дворец императора

Любой руководитель начинает своё царствование с создания команды. У графа Борбока такая команда была подготовлена давно. Это были те люди, с которыми он шёл к власти. Совершенно логично, что именно из членов своего общества новоявленный император и выбирал себе советников и министров. Причем чем ближе к императору был человек, тем более незначительную должность он занимал.

Так, Дельвара Искари все знали как дальнего родственника нового императора, не догадываясь, что родственных связей между ними не было.

Дельвар был предан графу Борбоку с тех самых пор, когда Егиш приютил молодого парня у себя в замке. Парень был из разорившегося дворянского рода, причём только из рассказов своего деда парень знал, что когда-то они были богаты. Прадед, вернувшись с войны, проиграл всё в кабаках. Так что Дельвар жил как простой горожанин, причём среди людей, которые осознавали свою бедность и невозможность поправить дела. Это окружение воспитало в парне способность реально оценивать свои силы.

Дельвар умел хранить тайны и чётко знал, кто и за что ему платит, и не строил иллюзий по поводу своей самостоятельной карьеры. Егиш Борбок ценил в Дельваре острый ум, умение неординарно мыслить и просто фантастические способности сходиться с людьми.

Парень одинаково комфортно себя чувствовал в общении и с бродягами, и с придворными, и с конюхами, и с лавочниками. Именно поэтому сеть осведомителей, созданная Борбоком с помощью своего помощника, могла поспорить с имперской тайной канцелярией.

Император Егиш Борбок сидел в — теперь уже своём — рабочем кабинете императорского дворца, у камина, с бокалом хорошего вина. После того, как он обосновался во дворце, этот кабинет был полностью переделан, как, впрочем, и все комнаты, где граф Борбок планировал находиться более-менее долго. Виной всем этим переделкам был трактат Древних, полученный им от своего отца, который наконец-то сумели истолковать его маги. Трактат о духе императорского дворца КИВе.

Сам император не понял из трактата и половины, но уловил самое главное. Если не принять защитные меры от КИВа, то спокойной жизни во дворце не будет. Но если суметь подчинить себе этот дух, или хотя бы выстроить нейтралитет, то править империей можно очень долго.

Кабинет, спальни и трапезные, а также малый зал заседаний были оборудованы пластинами ассанитиса, которые ликвидировали влияние КИВа на тех, кто находился внутри таких комнат. Кроме этого, у Егиша Борбока было четыре амулета против ментального воздействия, сделанных разными мастерами. Всё это стоило огромных денег, но граф не скупился на такие затраты и считал, что они давно уже окупились.

В рабочем кабинете новый император чувствовал себя спокойно. Спокойно с точки зрения внешнего воздействия на его разум, а вот дела в империи не давали повода к спокойствию. Скорей наоборот.

Егиш в который раз осознавал, что не представлял и половины тех проблем, которые он должен решать как первое лицо империи.

В дверь негромко постучали, вошел лакей в синей униформе и с лёгким поклоном проговорил:

— Ваше величество, первый советник, господин Дельвар.

— Пусть входит, — бодро отозвался граф Борбок, поднимаясь из кресла у камина и отставляя бокал вина на столик с фруктами. Мужчина прошёл за письменный стол и достал из верхнего ящика кожаную папку с семейным гербом. В ней император хранил важные записки и протоколы.

— Проходи, — по-деловому пригласил Борбок вошедшего Дельвара, усаживаясь в кресло и выделяя из стопочки листков нужный. — Как съездил?

— Удачно, — проговорил вошедший, — есть новости.

— Хорошо. Результат расследования, как обычно, на бумагу.

— Да, ваше величество, — согласно кивнул парень.

— Коротко, нашёл источник слухов?

— И да, и нет, — сделал жест рукой парень. — Сейчас процесс уже не требует подпитки. Слухи ширятся сами по себе.

— Скверно, — император оторвался от бумаги. — Тогда давай подробно.

— Первоисточником явился известный вам неприятный инцидент на церемонии прощания с покойным императором Вилорном и его дочерью, принцессой Вестой.

— Дельвар, все три дня были один большой инцидент, — раздражённо проговорил Борбок. — Три дня прощания, вместо трёх часов!!! Кто бы мог подумать, что принцесса так популярна в народе?! Была ведь — как забитая крестьянка. Никуда не выходила, никто про неё ничего не знал, и тут — такое!

— Виной тому Фонд помощи жертвам Дикого леса, — вставил Дельвар. — С полной ответственностью могу сказать, что именно благодаря ему в народе принцессу наделили совершенно невероятными качествами и ролью в империи, которую она никогда не выполняла.

— Нам от этого сейчас совершенно не легче. Продолжай, — отмахнулся Борбок.

— Уже в последний день в центральный храм Единого, где проводилась церемония прощания с усопшей императорской семьёй, приехала мать пропавшей без вести Викари Салватор. Она-то и устроила истерику, что в гробу не принцесса, а её дочь.

— Эта Викари и принцесса Веста были похожи?

— По словам тех, кто знал и ту и другую, девушки действительно были похожи внешне. Только Викари более напориста и расторопна.

— Мда-а, — задумался император Борбок, — и теперь вся империя считает, что Веста жива и скоро предъявит права на трон… — помолчав, добавил: — Что с Фондом Дикого леса?

— Я лично переговорил с госпожой Илоной Кермен, — начал доклад Дельвар. — Женщина очень умная, имеющая свои счёты к тайной канцелярии империи. На контакт идёт неохотно. В настоящее время работает преподавателем в школе магии Орвилии.

— Что же она так? С проректоров имперской академии, да в простые преподаватели? Не поладила с Мейлахсом?

— Скорей наоборот. Ректор академии очень благоволил к ней. Причина — связь госпожи Кермен и графа Андера…

— Подробней, — заинтересовался император Борбок. — Кстати, ты выяснил настоящие причины отсутствия графов Андера, Зибенского и Симельского на процедуре принятия присяги?

— Да, ваше величество. Тайная канцелярия проверяет свои версии. По моим же данным, все эти графы состоят в так называемом Новом Экономическом Союзе. Как вы знаете, граф Андер является основоположником этого союза, и сейчас он где-то в предгорьях Огненных гор улаживает территориальные проблемы с демонами.

— Вот как? — император встал из-за стола и подошел к карте материка, висевшей на стене. При оборудовании кабинета перво-наперво Борбок убрал портреты, висевшие на стене, и разместил вместо них карту. И хотя она была больше похожа на рисунок, он очень гордился ею. — Разве земли графа граничат с демонами? Там графство Фигонерова. Не так ли?

— Совершенно верно, ваше величество. Всё немного сложней. Граф Андер женат на дочери оркского вождя. Сейчас он стал вождём оркского клана, вот и улаживает территориальные вопросы теперь уже своего клана.

— В каких отношениях госпожа Кермен и граф Андер?

— По моим данным, она кандидатка на место четвёртой жены графа.

Император постоял над картой, думая о своём. Его помощник молчал, ожидая вопросов сюзерена.

— Похоже, этот граф становится моей самой большой проблемой, — задумчиво проговорил император, — а проблемы нужно решать.

Борбок повернулся к своему первому советнику:

— Доставь в мой замок эту самую Викари. Тайно, конечно. И собери по графу Андеру всю информацию, которую только сможешь найти. Не тебя учить.

— Слушаюсь, ваше величество, — учтиво отозвался Дельвар.

— Ступай. И скажи, чтобы пригласили Хасса, Хубиса и Отхона…

Где-то в Огненных горах. Алекс

Прыгнув в озеро, я постарался нырнуть как можно глубже. Но, к сожалению, в этом месте глубины было всего метра два, поэтому я очень быстро достиг дна. Вынырнул, вдохнул, и опять под воду — орать, пуская пузыри воздуха. И так несколько раз.

Либо вода в озере имела живительную силу, либо мой мозг устал от дурных переживаний, но на берег я вышел не только вконец замёрзшим, но и способным к адекватному мышлению.

Импровизированные шортики и безрукавка не очень способствовали согреванию, поэтому решил развести огонь. Хвороста в прибрежных зарослях было не особо много, но на скромный костерок хватило.

Небольшое усилие воли, и моё концентрированное желание воплотилось в весёлом пламени. С каждым разом вызывать огонь становится всё проще и проще. Нужно попробовать с холодом. Но это потом, а сейчас нужно промыть своё тело и разум девственной энергией. Благо, вокруг просто энергетический рай!

Каналы естественных энергий прошивали окружающую местность, создавая хаотичные, на первый взгляд, хитросплетения. Это только на первый взгляд. На самом деле в природе всё подчинено некоторым правилам. Просто не все мы их знаем, и потому всё непонятное называем хаосом.

Разминку начал со старого доброго цигуна. Умение, принесённое мной из земного мира. Выполнив комплекс два раза подряд, перешёл к малому разминочному комплексу воина. Очень похож на формы цигуна, разве что ударов и уколов побольше.

За тренировкой время прошло незаметно. Едва не прозевал костёр. Пришлось в срочном порядке искать в полутьме ещё сушняк.

Сел возле весёлого костра, по-турецки скрестив ноги. Ну вот, совсем другое дело. И холод прошёл, и мозги прочистились.

— Эх, женщины-женщины! Что же вы с нами творите?! — патетично проговорил я и, помолчав, добавил: — Или мы сами с собой вытворяем?

Итак, что имеем на выходе? Про лёгкое помешательство, называемое любовью, лучше не вспоминать. Оно — в смысле, чувство, — никуда не делось, просто ушло в самые дальние закоулки души. Вот и пусть там сидит. Нужно жить дальше. Если по судьбе нам быть вместе, то будем, а если нет, то хоть тресни, не приблизишься и на шаг.

Перво-наперво нужно установить связь с ЗАКом. Он говорил, что слышит меня как фон инфополя. Значит ли это, что я опять имею доступ к этому магическому полю? Попробовал представить себя в своём колодце-коммутаторе. Воображение у меня ого-го! Только это не имеет ничего общего с реальностью. Сколько ни тужился, ничего не вышло.

Хорошо, попробуем с другой стороны. Вот огонь. Я же умею вызывать огонь. Попробуем проследить, как он возникает. Взял палку и положил её перед собой. Сосредоточился на ней, стараясь подмечать все нюансы воспламенения. А теперь концентрированное желание огня.

Как при замедленной съёмке, я видел как испытуемый объект, сухую палку, опутали красные нити, возникшие изнутри неё самой. Секунда — и вот уже вся палка покрыта мелкоячеистой сетью этих нитей, и опа-па! Кусок древесины вспыхивает огнём.

Неинформативно. Я вернулся к нормальному восприятию реальности. Не зная основ теоретической магии, всё, что я увидел, не имеет для меня никакого смысла. С другой стороны, чтобы сделать качественную фотографию, совершенно не нужны знания о физико-химических процессах, происходящих в фотоплёнке или светочувствительной пластине. Нужны совсем другие знания. Экспозиция, освещённость, выдержка и так далее.

Следовательно, в моём случае нужны знания не о том, почему загорается деревяшка, а какие мои действия приводят к пламени. Я сосредотачиваю своё внимание на деревяшке. Так? Так. И потом сильно-сильно желаю огня. Такое особое чувство, вроде внутреннего душевного подъёма. И всё. Огонь появляется.

Далее. Если бы я хотел кому-то передать свою мысль. Что бы делал? Ну, это известно из знаний Илоны. Сосредотачиваешься на образе принимающего, желательно на лице, и транслируешь внушаемую мысль в однозначной и наиболее простой трактовке. Например — хочу есть, хочу спать и так далее. Значит, чтобы связаться с ЗАКом таким же образом, нужно представить его лицо. Мда-а. Не кристалл же представлять, это скорей аналог мозга. Ага! Есть! Управляющее кресло, в кристальной ЗАКа. Это же периферия для восприятия внешнего воздействия. Всё равно, что уши и глаза у человека.

Прикрыв глаза, вызвал видении кристальной ЗАКа. Вот управляющее кресло, сиротливо стоящее в углу. Вспоминаю всё в деталях.

«ЗАК. Ответь. Это Алекс. ЗАК. Ответь. Это Алекс», — я стал методично вызывать ИскИна. Некоторое время ничего не происходило, и я уже отчаялся достучаться до него, как вдруг тихий такой шепот:

«Это ЗАК. Алекс, это точно ты?»

«Нет, б@@@ь, Пушкин! — рыкнул я. — Конечно, я».

«Тебя нет в управляющем кресле, но сигнал идёт именно от него, — пояснил ЗАК. — Ага! Я понял. У тебя связь с управляющим креслом? Нет. Нет связи. Алекс, как ты это делаешь?»

«Слушай умник, откуда я знаю как. Вот как-то сумел».

«Да, это точно ты. Согласно лингвистическому анализу, это действительно ты, — выдал ИскИн. — И всё-таки, как ты это делаешь?»

— Я представил управляющее кресло и послал желание услышать тебя, и — о, чудо! Ты откликнулся, — проговорил я вслух, чтобы проверить возможности нашей связи.

«Качество связи изменилось, — сразу же откликнулся ЗАК. — Секундочку, сейчас поднастроюсь».

— Ну-ну, настраивайся, — хмыкнул я. — Ты уже понял, что это за канал связи и как им управлять?

«Инфополе имеет очень сложную структуру, и мы умеем использовать только малую часть, — просветил меня ИскИн. — В настоящий момент ты используешь так называемый эмоциональный слой. В очень странном виде, но это, однозначно, именно он. Поэтому модуляция и даёт результат. Управлять им сможешь на уровне эмоций, — и, помолчав, добавил: — Наверное. Мало данных».

«Ага, так ты ещё и не уверен в этом?» — мысленно спросил я.

«Согласись, 45 % это высокая вероятность».

«Согласен. То есть моё желание услышать тебя каким-то образом формирует информационный канал, и мы начинаем общаться. Так?»

«В общих чертах».

— Надо же. Я думал, что отсоединён от инфополя, ан нет. Ну, это и к лучшему, что всё восстановилось, — пробормотал я.

«Твой посыл неверен. Ты не можешь быть отсоединён от инфополя. Твоё тело как информационная структура материализуется на определённом плане бытия. Твой разум — это тоже информационная структура. Только другого качества и, соответственно, существует на другом плане бытия. Между ними связь…» — начал пояснять ИскИн.

— ЗАК, ЗАК, ЗАК. Всё, заканчивай. Я понял. Будем считать, я какое-то время не мог им воспользоваться.

«Отмечу, что применённый тобой способ общения весьма интересен. Запустил структурный анализ. Идёт накопление статистики…»

— ЗАК, блин! Хорош умничать, — прервал я ИскИна. — Потом поболтаем. У меня от тебя уже башка начинает болеть.

«Ты ранен? — озабоченно спросил ЗАК. — Где ты находишься? Я утерял связь с тобой в степях демонов в точке с координатами…».

— Я в Огненных горах. Был очень сильно ранен, сейчас уже более-менее, — проговорил я, выслушав доклад ЗАКа. И добавил: — После стычки с Ишваром его ИскИн выкинул меня где-то в горах. Координат не знаю. Иду на север. Так что дней через десять выйду в степи демонов, а там сориентируюсь.

«Зачем так долго ждать. Сейчас переведём камеры спутников на Огненные горы. Разведи три костра треугольником. У тебя есть такая возможность?»

— Я на берегу озера сижу. Можно и развести. На каком расстоянии друг от друга? Тут места не особенно много.

«Метров тридцать будет достаточно. Только костры поярче делай», — попросил ИскИн.

— Хорошо. Сейчас насобираю дров. Тут сушняка не очень-то много. Так что ты там наводи спутниковые камеры, а я, как буду готов, дам команду.

«Да. Работы по наведению начаты», — покладисто отозвался ЗАК. Нужно отметить, что слышать я его стал гораздо лучше. Наверное, адаптируется к новому типу связи.

Я подбросил несколько веток в догорающий костёр. Ночь наступала довольно быстро. Вот только что был закат, и уже на глазах стало темнеть.

— Пока я тут собираю хворост, давай запиши обращение к моим… — я запнулся. — Короче, ко всем. Я потом укажу, кому передать. Телефонная связь работает?

«Да. Всё в штатном режиме, — подтвердил ЗАК и предложил: — Может быть, создать конференцию? Большинство в минутной доступности. Все смогут откликнуться».

— Кроме меня, ЗАК! — возмущенно сказал я. — Или ты будешь мне их всех транслировать? Или по очереди, или как? Как ты меня включишь в конференцию?

«Будет, конечно, некоторая временная задержка в обмене сообщениями. Разве это критично?»

— Во-первых, я не знаю пропускную способность канала. Во-вторых, я всё-таки в потёмках дрова собираю. А в-третьих, у меня уже голова болью болит. Конференцию я точно не вынесу, и потом, хватит пререкаться!

«Извини, я упустил, что ты ранен. Готов записать твои послания».

Я вздохнул. Со стороны пологого берега дул лёгкий бриз. Становилось прохладно, а мне ещё на ночлег нужно устроиться.

«Не-е, ЗАК, давай-ка я вначале костры сделаю, а потом уж будем работать», — сменил я планы. У меня реально разболелась голова. До тошноты.

«Как скажешь, Алекс», — согласился ИскИн.

Я мысленно пожелал тишины. Сразу стало тихо. Ну вот, так и научусь использовать новый канал связи. Эмоциональный он, или там «ниточно-энергетический», мне без разницы. Лишь бы был.

Когда сушняк был уложен в три костра, стало совершенно темно. Может, оно и к лучшему. Ночью свет костра лучше видно.

«ЗАК, ответь», — легкая дрожь от посыла. Что-то новенькое. Если эдак всё время дёргать будет, могу попасть в неловкое положение. Ладно, спишем на холод.

«Образование канала связи совершенно не понятно, — прозвучал в голове голос ИскИна. — Может быть, потренируемся? Я зафиксирую твое взаимодействие с…»

— Хватит болтать! — рыкнул я. — Экспериментатор хренов. Что со спутниковыми камерами?

«Все доступные ресурсы наблюдения поверхности планеты переведены на Огненные горы», — отрапортовал ЗАК.

— Запуск сканирования, — приказал я. При этом, поочередно сосредоточившись на кучах веток и хвороста, зажёг три костра.

— Костры горят, — послал я ЗАКу, — смотри внимательно. Второй раз мне будет сложно собрать столько дров. Тут в основном камни.

«Сканирование начато», — сообщил ИскИн.

— Отлично, — похвалил я, — а пока давай-ка запишем послания.

«Готов», — подтвердил ЗАК.

— Привет. Это Алекс…

Графство Неркулова. Милёна

Весна всё больше вступала в свои права. Вот и день уже становился длинней. Сегодняшний вечер был особенный. Друидка сидела около лестницы, ведущей в баронский дом, на детской площадке. В каждой деревеньке появлялись такие детские уголки. Где стараниями местных умельцев, где сами по себе. Просто утром, раз — и грибок с песочницей, а рядом качели. Причём сами по себе появлялись там, где были дети. А вот на Весёлых Выселках жили три семьи, у которых детей не было, там и площадки нет.

Про всё это девушка думала отстранённо, находясь под впечатлением общего собрания, с которого она только что вернулась.

Вначале зазвонил телефон и пришло голосовое сообщение от Алекса. Милёнку чуть удар не хватил, когда она услышала голос своего суженого. Начала реветь, что-то спрашивать и только потом поняла, что это запись. Попросила телефон повторить, и он послушался, повторив сообщение Алекса.

Потом позвонила Сенди и объявила сбор по красной тревоге. Пришлось Милёнке срочно бежать в портальную. В замке, как обычно, в трапезной, прошло собрание. Опять обсуждали распоряжения Алекса, намечали, кто и что будет делать. А друидка сидела и тихо радовалась.

«Живой. Храни его Мать Природа. Только бы до дома добрался, а тут я его выхожу», — мысли текли медленно и размеренно.

Что решили, о чём говорили, Милёнка не запомнила. Марианна, провожая её до портальной, тревожно спросила: «Ты нормально себя чувствуешь? Что-то ты вся потерянная какая-то». На что друидка тихо промурлыкала: «Радуюсь, что живой».

— Телефон, можно ещё раз послушать? — девушка сидела на детской скамейке, вновь и вновь слушая сообщение своего любимого.

«Голосовое сообщение для Милёны», — вдруг пропищал телефон. Девушка удивлённо посмотрела на артефакт:

— Я слушаю.

«Милёнушка, радость моя. Вот выбрал минутку, чтобы отправить тебе весточку», — раздался голос Алекса. От неожиданности девушка выронила телефон наземь. Неуклюже наклонилась и бережно подняла артефакт, прижала к уху.

«Со мной всё в порядке. Раны уже затянулись. ЗАК сказал, что поможет мне выбраться из этих гор. Укажет дорогу. Так что скоро свидимся. Очень соскучился. Береги себя и нашего ребёнка. Люблю вас обоих. Жду встречи».

Милёна ещё сидела, прижав телефон к уху, и тихо плакала.

«Любит. Минутку выбрал, весточку послать…», — с умилением думала друидка.

Стойбище орков. Зула

С общего собрания орчанка возвращалась уставшая и злая.

«Тут дел невпроворот, а он в горах шляется, — с досадой думала Зула, пробираясь по ночному стойбищу из портальной к себе домой. — Скинул на меня воз проблем!»

— Что такая хмурая? — спросил идущий рядом Фарг. — Мужа услышала, радоваться должна.

— Чему? Скоро месяц его в горах бешеная кобыла носит! Сидел бы дома, больше проку было.

— Баба, ты и есть баба. Дура ты, а не жена вождя, — укоризненно проговорил Фарг. — Дальше своего живота ничего не видишь, или не хочешь видеть. Он же за нас радеет. Клан вон сохранил. Пусть не так делает, как многим хотелось бы, но делает. Тальхур, как нашкодивший пёс, к тебе через день приходит, всё интересуется, не нужно ли чего. Думаешь, почему такой любовью к тебе воспылал? Потому что мужа твоего уважает! А ты — «носит»!

— Мне рожать не сегодня-завтра, и как я править буду? С дитём на руках? — уже не так уверенно проговорила орчанка.

— Эх, Зула, Зула… — вздохнул Фарг. — Когда же ты перестанешь думать о себе отдельно от клана? Ты жена вождя, а рассуждаешь, как девка без рода и племени.

— Дядька Фарг!

— А что!? Не так? — возмущено вторил старый орк. — Да у тебя вон нянек сколько. И Будит, и Флорка, и демонский выводок. Они ж тебе в рот заглядывают, боятся слово пропустить. Да вообще, любой в клане ребёнка и накормит, и присмотрит, и накажет, если нужно. Так что девонька, нельзя себя отдельно от клана держать.

— Устала я, дядька Фарг. Страшно за него, за себя, за нашу будущую дочь, — тихо проговорила Зула.

— Ничего. Придёт утро, и все твои страхи покажутся смешными…

— Ой. Телефон зудит, — вскинулась орчанка, — может что случилось?

— Мой молчит, — достал Фарг артефакт из складок пояса. — Может, Марианка или Милёнка? Ответь уж.

— Кто это? — прислонила Зула телефон к уху.

«Голосовое сообщение для Зулы», — пропищал телефон.

— Это я, — отозвалась девушка, — слушаю.

«Зулёныш, радость моя. Вот выбрал минутку, чтобы отправить тебе весточку. Со мной всё в порядке. Раны уже затянулись. ЗАК сказал, что поможет мне выбраться из этих гор. Укажет дорогу. Так что скоро свидимся. Очень соскучился. Береги себя и нашего ребёнка. Люблю вас обоих. Жду встречи».

— Алекс! Я ничего не поняла, — проговорила орчанка. — Это ты? Алекс!

«Голосовое сообщение для Зулы, — пропищал телефон, и повторил: — Зулёныш, радость моя. Вот выбрал…».

Только после третьего раза до Зулы дошёл смысл послания. Она шмыгнула носом:

— Вот же овечья мошонка, — всхлипнула девушка, — соскучился он. А я? Я не соскучилась?! Приедет, прибью…

Орвилия. Дом главы Повелителей дорог. Илона

— Говорил я тебе, нечего там делать. Лично я и отсюда всё отлично слышал, — Рампил, как обычно по вечерам, был немного навеселе. Хозяин дома сидел в огромном кресле около камина и, прикрыв глаза, слушал свою подопечную.

— Не скажите, — не согласилась Илона. Она только что прибыла из графства Алекса, где было общее собрание. — Да и не могла я не присутствовать. Все считают меня младшей женой Алекса.

— Кроме него самого, хи-хи-хи, — гаденько засмеялся старый пройдоха. — Ладно, ладно! — поднял он перед собой ладонь. — Не обижайся. Каждый живёт, как ему удобней.

— Удобства в этом мало, — негромко проговорила женщина, привставая с кресла и потянувшись за виноградом на столике. — И не жена, и не любовница. Просто знакомая, у которой был секс с графом Андером. Подозреваю, что таких как я по всей империи немало наберётся.

— А ты не упрощай, дочка, — Рампил стал серьёзным, — ты не просто так. Может, у него и были женщины. А что? Он парень видный. Но и ты не просто так. Он твой дар исправил, и ты ему свои знания отдала. Значит, в нём есть твоя частица. Вот! — старик поднял указательный палец вверх. — А это уже не просто так! И потом, — Рампил посмотрел на девушку, — вот дар он твой исправил, но что-то я не вижу, чтобы у тебя мужик появился. А?

— Ой, Рампил, не усложняйте. Появился, не появился — какая разница? Значит, не нужен, раз не появился, — отмахнулась Илона, потихоньку вздохнув.

— Э-э-э, нет, — у подвыпившего главы гильдии появилась тема для обсуждения, — очень даже нужен. Ты молодая, умная, красивая…

— Слишком умная, — вставила женщина. — Трудно найти мужчину, который не сбежит после пяти минут общения.

— Вот! А посему — родить тебе нужно, — сделал вывод Рампил.

— Ну вы скажете, — Илона театрально закатила глаза вверх.

— Зря не слушаешь. Я стар, много чего повидал. Точно тебе говорю. Вот встретишься с Алексом, и рожай. Попомнишь мои слова, жизнь сразу наполнится и смыслом, и заботами, — поучал старик.

— Телефон зудит, — проговорила Илона, доставая из элегантной жилетки артефакт. Прочистила горло и сказала: — Это Илона. Я слушаю.

«Голосовое сообщение для Илоны», — пропищал телефон.

— Говори, — сказала женщина. Выпрямившись, она села на край кресла.

«Илонушка, звезда моя, выбрал минутку послать тебе сообщение. Со мной всё в порядке. Раны уже затянулись. ЗАК сказал, что поможет мне выбраться из этих гор. Укажет дорогу. У меня к тебе просьба. Нужно бы присмотреть за Вестой. Да-да, я помню, что отбрыкивался от неё. Но обстоятельства изменились, да ты и сама знаешь про императора. Думаю, Весте сейчас очень нелегко. У неё не так много тех, кому она может довериться, и кто поддержит её. В такие моменты очень нужен кто-то рядом. Дай ей понять, что она не одна, и что у неё есть друзья, которые помогут и поддержат. Скучаю. До встречи».

Прослушав сообщение, Илона замерла и сидела неподвижно несколько минут. Рампил уже начал беспокойно поглядывать на женщину, не решаясь что-либо сказать.

— Поздно ты спохватился, — прошептала Илона, не обращая внимания на слёзы, катившиеся по её щекам…

Огненные горы. Алекс

Айра тяжело плыла по небу, освещая горы зловеще-розовым светом. Лунная дорожка на водной глади озера, звёзды, сложенные в незнакомые мне созвездия, ночные шорохи диких животных. Ночь в горах красива и… опасна.

Днем всё насыщено яркими красками, подчёркивая монументальность и красоту гор, в то время как ночь наполнена умиротворённой тишиной.

Пока горели костры, я сочинил общее послание. Потом разбил его на несколько, корректируя его под задачи каждого. Для Идара своё, для Сенди своё, для Богдана своё, для Умара своё… Очень утомительно. Но, с другой стороны, я за всё это время ни разу не вспомнил про Эмарисс. А значит, есть способ бороться с этой никому не нужной любовью.

Решил наговорить индивидуальные послания своим жёнам. Они носят моих детей. Так, стоп. Тогда уж делать рассылку всем, кто ждёт от меня ребенка. Зачем кого-то выделять? Они все мне одинаково дороги… Наверное.

Подправил немного текст, и отослал всем одинаковые сообщалки. Кроме Дарии и Намин. В первом случае, чтобы не вносить раздор в семью Флаерса, а с Намин всё неоднозначно. Она не хочет значиться в моих женщинах, поэтому «люблю», «скучаю» будет звучать для неё несколько неожиданно. Ну и Илоне с Сенди отдельно надиктовал. Там нужно было дать чисто деловые указания. По-хорошему, нужно бы со всеми персонально переговорить. Но не сегодня. Узнали, что я жив и почти здоров, и ладно. У бога дней много, ещё потолкуем с каждым и каждой.

— Вроде бы всё, — устало проговорил я. — Костры-то совсем догорели. Что-то увлёкся я. Ты нашел меня?

«Учитывая твоё ранение, не стал отвлекать тебя. Всё нормально. Твои координаты зафиксированы. К месту твоей стоянки выслан МУН 659 с порталом. Время подлёта около трёх часов», — доложил ИскИн.

— Это долго. Тогда я пошёл ночлег искать. МУН прилетит — разбуди меня, — свернул я наше общение с ИскИном.

«Хорошо. В пяти километрах от тебя есть удобное место для ночлега. Лес, ручей», — предложил ЗАК.

— Нет уж. Не пойду. Я тут на склоне пещерку видел, в ней и заночую, — ответил я, и пожелал тишины. Вот и всё. Скоро связь с ИскИном будет на автомате, как и было раньше. Другие действия, но результат тот же.

Я направился в сторону входа в пещеру, который видел в лучах заката. Не думаю, что там притаился какой-то зверь, ну а если и притаился, то… Посмотрим. Попробовал перекинуться в боевую ипостась, и словно со всего маху налетел на стену. Тело взорвалось болью. Срочно принял облик человека. Понятно. Не сегодня.

Стараясь не шуметь, приблизился к пещере. Нужно было по светлому проверять.

Прислушался. Тихо. Осторожно подкрался ближе. Прислушался. Тихо. Уже смелей пошёл в чёрный зев пещеры.

Только войдя под своды, я обратил внимание, что справа видны неяркие всполохи свечения. Присмотрелся. Точно, как будто там костёр горит, только всполохи не рыжего цвета, а разноцветные. Может, местная дискотека? Придёт же в голову…

Наклонился и поднял увесистый булыжник. Не оружие, конечно, но хоть что-то в руках. Стараясь не шуметь, насколько это возможно ступая по мелкой гальке, двинулся на свет. Пещера делала два крутых изгиба, потому свет и не виден снаружи. С каждым поворотом становилось всё светлей. Теперь я видел, что преобладают цвета фиолетового диапазона.

Еще несколько метров, и я вышел в сферообразный грот. На противоположной стене мерцало овальное зеркало. Такое ощущение, что это вода, в которую плеснули машинного масла. Но, во-первых, зеркало воды не может стоять вертикально, а во-вторых, это точно не вода!

Выяснив, что прямой опасности нет, я откинул камень и осторожно приблизился к зеркалу. Посмотрел в истинном зрении. Сгусток энергоканалов. Причём явно прослеживается некая структура.

Вот если взять азиатский ковёр и накрыть его серым пологом, а потом вырезать в произвольном месте овал. Что увидим? Правильно. Некий фрагмент рисунка. Вот и тут. Явно это фрагмент какого-то рисунка. Причём энергоканалы довольно статичны.

— Кто же это создал? — прошептал я и испугался собственного голоса. Очень уж глухо он звучал. Любопытство просто раздирало меня. Взяв камешек и спрятавшись за большой валун, швырнул его в зеркало. По-моему, я даже «бульк» слышал.

— Всё страньше и страньше, — пробормотал я и кинул в зеркало довольно увесистый булыжник, который, не встретив сопротивления, исчез за зеркалом. И всё! Разве что — в момент касания зеркала камень явно издал шум. Не водяной «бульк», но шум был.

Подош-л к зеркалу вплотную. Ни тепла, ни холода. Как будто бы и нет передо мной ничего.

— Красиво, — проговорил я и, немного сосредоточившись, вызвал ЗАКа.

«Слушаю тебя. Не удалось найти ночлег?» — раздался в голове голос ИскИна.

«Слушай, я тут в пещеру вошёл, а на стене зеркало висит. Ну, не настоящее, но полная копия. Гладючая поверхность, и по ней разноцветные такие пятна переливаются. Не знаешь, что это?» — мысленно поинтересовался я.

«Слишком мало данных для идентификации явления, — обломал меня ЗАК, — опиши подробней. Какой световой спектр преобладает, есть ли электромагнитное излучение, какова температура поверхности, отражается ли от «зеркала» обычный свет…»

— ЗАК, уймись, — оборвал я ИскИна. — Откуда я знаю, какая температура и какой спектр, говорю же — разноцветные пятна. Очень красиво. Кинул туда камни, даже стука не было. Просто ушли за зеркало, и всё.

«Очень рекомендую покинуть эту пещеру. Координаты у меня есть, сейчас вышлю исследовательский МУН. Он возьмёт образцы, сделает необходимые замеры», — наставлял ИскИн.

— Хорошо, — я пожелал тишины, и связь прервалась.

Конечно, ЗАК прав, нужно уходить. Вдруг это вход в преисподнюю? Слишком красивый вход-то.

Я заворожённо смотрел на игру цвета-тени. Рука непроизвольно потянулась к зеркальной глади. Так хотелось дотронуться. Хоть чуть-чуть.

Прикоснулся. Свежо так. На ладошку стянулись несколько энергоканалов, ласково опутывая её. Убрал ладонь. Ушла и свежесть. Прикоснулся ещё раз, погружая ладонь чуть глубже.

— Похоже, это действительно вход куда-то, — улыбаясь непонятно чему, проговорил я. Продвинул руку вперёд. Никакого сопротивления.

«А что по ту сторону?» — успел подумать я, и всё мое тело рывком втянуло в никуда…

Эпилог

Где-то в Огненных горах. Резиденция Ишвара

Закат в горах — это именно то явление природы, которое хочется созерцать вновь и вновь. Ишвару, самопровозглашённому Корректору мира Тарилан, ничто человеческое было не чуждо. В особенности — великолепные первозданные пейзажи, не испорченные наглым вмешательством разумных. Ишвару нравилась эта планета с её наивной, слаборазвитой цивилизацией. Вот за такие закаты Корректор и любил этот мир. Он считал его своим детищем, не признаваясь себе, что и без его персоны этот мир продолжал бы существовать.

Хозяин резиденции сидел в удобном кресле, в специально оборудованном «месте созерцания». Это была площадка на естественном утёсе, накрывая сверху прозрачной сферой. Вид, открывающийся с этой площадки, действительно был великолепен.

— Очень красиво, — в который раз проговорил Ишвар, потягивая горьковатый напиток из бобов сиркуса. Помолчав, добавил: — Вот она, истинная красота.

— Да, хозяин, — с лёгким поклоном ответила Дивит, девушка-робот. — Диапазон световых волн и геомагнитная обстановка располагают к расслаблению нервной системы.

— Вот именно, — довольно ответил Ишвар, поставив на стеклянный столик чашку с напитком и откинувшись на спинку большого кресла. — Приятно ощущать себя здоровым и полным сил, — добавил он, рассматривая свои ладони. — Кожный покров выше всяких похвал.

— Хозяин, я вновь зафиксировала всплеск в квадропространстве.

— И что в нём особенного? — перевел взгляд Ишвар на девушку. — В этом мире активно используют порталы.

— Зафиксирована точка входа и нет точки выхода, — проговорила девушка-робот. — Как вы помните, такие явления были приписаны к ошибкам систем слежения.

— Но после моей модификации алгоритмов такая возможность исключена, — самодовольно проговорил Ишвар. — Можешь определить координаты события в реальном плане? — мужчина взял чашечку с напитком и пригубил.

— Учитывая поправки Синдела, фактическое событие произошло в радиусе не более 100 км от нашей резиденции, — пояснила ИскИн.

— Мда-а… Это действительно интересно, — проговорил Ишвар. — Покажи данные.

Перед сидящим хозяином резиденции возникло трёхмерное изображение некой структуры, похожей на внешний вид молекулы предельного углеводорода. В узлах этой конструкции были различные геометрические формы. Плоские и объёмные.

— По теории Резулда-Проковича, создать вход в квадропространство и поддерживать его открытым более времени границы Вервольда потребует колоссальной энергии, — проговорил Ишвар. — А здесь мы видим, что время существования канала стремится к бесконечности…

— Совершенно верно, хозяин, — согласилась девушка робот и жестом руки указала на группу фигур в структуре. Эта группа начала подсвечиваться оранжевым цветом. — Все порталы этого мира работают дискретно, но вот здесь видно, что в этом мире существуют устройства телепортации, создающие открытый канал и удерживающие его в таком состоянии гораздо дольше границы Вервольда.

— Да-да, вижу, — проговорил Ишвар. — Если бы нам удалось найти это устройство! — мечтательно проговорил он.

Помолчав, добавил:

— Вышли пару сотен УСЛов. Пусть обшарят каждую складку местности в указанном радиусе. Может, в этот раз удастся хоть что-то найти.

— Уже выполнено, — проговорила девушка, выключая голограмму структуры и заходя за спинку кресла. — Вам сделать расслабляющий массаж?

1

Хранитель.

2

Воин.

3

Слабак.

4

Хранитель пленных.

5

Приказ.

6

Место рождения.

Content

Сергей Мясищев
Обречённый на скитания. Книга 7

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Эпилог

1