Михаил Немченко, Лариса Немченко

ВЕСТИ ИЗ ГРЯДУЩЕГО

— Итак, насколько я понимаю, вы диктатор? — произнес директор фирмы «Вести из Грядущего», внимательно прочитав заполненный посетителем бланк заказа.

— Фашистский диктатор, — застенчиво улыбнувшись, уточнил сидевший перед ним в кресле седоватый смуглолицый здоровяк в строгом черном костюме. — Но, уверяю вас, я вынужден был захватить власть исключительно во имя блага моей многострадальной слаборазвитой Лазурии и…

— Минуточку, — директор остановил его мягким, но решительным жестом. — Нашу фирму абсолютно не интересуют политические взгляды заказчиков. Мы поставляем информацию из будущего всем, кто платит. Но с диктаторов берем только наличными. Видите ли, у нас были случаи, когда клиенты такого типа к моменту получения заказанной информации внезапно оказывались не у дел и выданные ими векселя теряли всякую силу…

— Ну, ну, о чем речь… — поспешно промолвил посетитель. — Я сейчас же уплачу сколько полагается.

— Отлично, — кивнул директор. — Только, знаете, формулировку заказа придется несколько изменить. Составить вам список всех будущих антиправительственных заговоров в Лазурии на десять лет вперед мы, к сожалению, не сможем.

— Ну хотя бы на пять… — В голосе посетителя прозвучала почти просящая интонация. — Собственно, мне достаточно было бы знать фамилии грядущих заговорщиков…

— Увы, это пока нам не по силам. Видите ли, господин… э-э…

— Можете называть меня просто фельдмаршалом — Спасителем Лазурии.

— Ясно. Так вот, господин Спаситель, к сожалению, наша техника пока что позволяет совершать лишь кратковременные заезды в будущее. Обычно водитель едва успевает за это время просмотреть газеты или там биржевые бюллетени. Ну, еще наскоро переговорить с людьми… Словом, самое общее знакомство с обстановкой по заказанному вопросу.

— М-да, я представлял это иначе… — Фельдмаршал был явно разочарован. Ну и что же вам тогда, спрашивается, можно заказать?

— Любую информацию о положении вещей на какой-то определенный момент в будущем. Скажем, мировые цены на синтетическую баранину на 1 октября 1999 года. Или средняя длина юбок на конец второго квартала 2015 года — и соответственно уровень спроса на ткани. Ну и, разумеется, все политические новости.

Посетитель задумался.

— Ладно, — произнес он наконец. — Тогда узнайте, буду ли я возглавлять Лазурию через десять… или нет, лучше через три года. Ну а если… В общем, в случае каких-либо перемен мне нужен точный список всех членов нового кабинета. С датой прихода к власти… И данные о моей личной судьбе.

— Договорились, — любезно улыбнулся директор, собственноручно вписывая в бланк измененную формулировку. — Наша приходная касса на восемнадцатом этаже. Как только уплатите — заказ будет принят к исполнению.

Фельдмаршал встал и, сохраняя солидную неторопливость, направился к двери.

— Ну а когда заказ будет выполнен? — спросил он, уже взявшись за дверную ручку.

— У нас строгая очередность. — Директор заглянул в свой блокнот. Значит, так… Если оформим сегодня — вы получите ответ ровно через сорок семь дней.

— Сорок семь дней!? — Владыка Лазурии был неприятно поражен. — Но почему же так долго? Директор развел руками.

— У нас огромное количество заказов, и машинный парк загружен сверх головы.

В кабинете воцарилось молчание. Постояв еще минуту у двери, фельдмаршал прошагал к столу и, не ожидая приглашения, снова опустился в кресло.

— Нет, я не могу ждать так долго, — твердо заявил он.

— Но почему же вы не можете подождать? — мысленно чертыхнувшись, спросил директор. — Что у вас там так уж… совсем шатко?

В глазах фельдмаршала блеснула сталь.

— Весь континент знает, что Лазурия предана мне как никогда! — хорошо поставленным голосом отчеканил он. Но, видимо, спохватившись, что находится не на трибуне, продолжал уже самым доверительным топом: — Видите ли, по данным полиции, основная часть населения надежно парализована страхом… Но, однако, когда в прошлом месяце состоялось открытие моего монумента па Рыночной площади, имели место отдельные выпады… Словом, в стране есть подрывные элементы. И раз уж я приехал к вам сюда, в такую даль, — мне хотелось бы поскорее получить ответ…

«Ладно уж, скажу тебе всю правду, — решил директор. — Черт с ним, с этим заказом…»

— Насколько я понимаю, вы хотите узнать будущее, чтобы попытаться изменить его, если оно окажется для вас неприятным? — произнес он вслух.

— Вы догадливы, — улыбнулся фельдмаршал. — Мне бы только заблаговременно узнать главарей — и уж тогда будьте спокойны…

— К сожалению, должен вас разочаровать. Мне неоднократно приходилось быть свидетелем того, как наши клиенты принимали самые, казалось бы, эффективные меры, чтоб не допустить предсказанного нами развития событий, но каждый раз, вопреки всем их усилиям, будущее наступало именно таким, каким мы его сообщали. Ведь грядущее в любом своем проявлении — это конечный результат миллионов человеческих действий и поступков. И в одиночку тут ничего не исправишь. Нельзя переделать стену, убрав из нее только один камень, — какое бы важное место в кладке он ни занимал… Вы спросите, зачем я вам все это говорю? Да, конечно, наша фирма прежде всего заинтересована в том, чтобы иметь больше клиентов. И их разочарования нас мало трогают. Но с вами мне хочется быть до конца откровенным: увы, будущее неподвластно даже диктаторам…

— Ну, это мы еще посмотрим, — бодро проговорил фельдмаршал, который, судя по всему, не очень-то принял всерьез все эти рассуждения. — Мне бы только заблаговременно пообрубать головы кому следует — и будущее сразу приобретет совсем другой оттенок… В общем, я просил бы в виде исключения обслужить меня без очереди. Разумеется, все дополнительные расходы будут оплачены… Ваша цена?

Директор вырвал из блокнота листок и, написав на нем цифру, молча протянул посетителю. Глянув на шестизначное число, фельдмаршал крякнул, но не отступил ни па шаг.

— Ну что ж, пойдет, — заявил он. — Я как раз прихватил с собой кое-что из золотого запаса… А когда будет готова информация?

— Приходите завтра в это же время.

— Вот это уже совсем другой разговор! — улыбнувшись, воскликнул глава Лазурии.

* * *

На другой день, с трудом дотерпев до назначенного часа, фельдмаршал, тщетно стараясь скрыть волнение, распахнул заветную дверь.

— Ну, какие вести? — вопросил он прямо с порога.

— Прошу вас, садитесь. — Директор указал на кресло. — Вот вам, пожалуйста, списочек, который вы просили. Полный состав правительства Лазурии через три года. Только вот остальные заказанные данные водитель, к сожалению, не успел…

Но фельдмаршал уже не слушал. Сжав побелевшие губы, он впился глазами в список. Пробежал его раз, потом еще и еще…

— Н-да, ни одной знакомой фамилии. — Фельдмаршал заставил себя усмехнуться, но усмешка получилась кривая. — Ну, ничего, разберемся… — Он аккуратно сложил листок вчетверо и спрятал его во внутренний карман пиджака. — А как там… насчет меня?

— Никаких следов, — доверительно сообщил директор.

— Но… мой монумент на Рыночной площади?!

— Не обнаружено. На этом месте разбит сквер с подземным туалетом посередине.

— Так… — Усилием воли фельдмаршал заставил себя говорить почти спокойно. — Но разве ваш посыльный не мог, по крайней мере, расспросить прохожих?

— Видите ли, у него оставались считанные минуты, и он успел обратиться лишь к какому-то рабочему, красившему подъезд. Ну а этот маляр в ответ на вопрос водителя только плюнул и послал его подальше…

Некоторое время фельдмаршал молча рассматривал свои ногти. Затем произнес:

— Итак, значит, заказ выполнен только частично.

— Мне кажется, точнее было бы сказать: не полностью, — заметил директор. — Но если вы желаете, мы могли бы сделать завтра еще одну попытку узнать о вашей судьбе. Вам придется, конечно, доплатить, но сравнительно не так уж много, поскольку мы чувствуем себя обязанными.

— Принимается, — сказал фельдмаршал. — Только загляните теперь поближе. Скажем, через полтора… или нет, лучше через полгода.

* * *

Но назавтра белые пятна на лике грядущего так и не прояснились.

— Ничего не поделаешь, никто не застрахован от неудач, — говорил директор, вышагивая от стола к двери и обратно. — В данном случае водителя трудно в чем-нибудь упрекнуть. Он заговорил на улице с безобидной на вид старушкой. Причем заговорил издалека. Но как только попытался завести речь о вашей судьбе, эта милая бабушка подняла такой крик, что сбежавшаяся толпа… В общем, судя по всему, они приняли его за вашего сторонника… К счастью, водителю удалось вырваться и добежать до своей спрятанной в кустах машины. По возвращении его пришлось на пару деньков госпитализировать… Директор внимательно посмотрел на сидевшего с каменным лицом фельдмаршала и, сделав паузу, заключил: — Возбужденное состояние жителей определенно указывает на то, что события, дату которых мы пытаемся установить, произошли незадолго до этого неудачного рейса. Но вот когда именно…

— Надеюсь, вы мне это сообщите завтра, — медленно проговорил фельдмаршал, глядя куда-то в стену. — Полагаю, на этот раз доплаты не потребуется?

— О да, разумеется… Фирма полностью сознает свои долг и сделает все, что можно… Только вот мы никак не можем подыскать замену этому госпитализированному бедняге. Некоторые согласны рискнуть, но лишь при условии оплаты в тройном размере. Заявляют, что поскольку задание повышенной степени трудности…

— Сколько? — по-прежнему не глядя, перебил фельдмаршал. И, услышав цифру, мрачно кивнул.

— Может быть, на сей раз заглянуть в самое близкое будущее? — предложил директор.

— Да, давайте ровно через месяц.

* * *

— Есть! — не в силах скрыть радости закричал директор, когда двадцать четыре часа спустя осунувшийся фельдмаршал снова показался на пороге его кабинета. — На этот раз все в порядке! Водителю удалось купить в киоске номер журнала, где подробно описывается все, что вас интересует. Значит, так… — Он заглянул в лежащие перед ним бумаги. — Вас свергли 9 апреля. Причем, как пишут в журнале, заговор подготовлялся уже давно. Далее говорится, что, пытаясь бежать, вы утонули в дворцовом пруду…

Фельдмаршал стоял, крепко вцепившись пальцами в спинку кресла. Казалось, из него разом откачали половину крови.

— Девятого апреля… — глухо, почти про себя пробормотал он. — Сегодня шестое… Значит, три дня… Ну нет, врешь, я за это время еще кое-что успею… — Глаза фельдмаршала вспыхнули прежней энергией. — Разрешите от вас связаться с моей столицей, — обратился он к директору. — Сами понимаете, сейчас каждая минута…

— Пожалуйста, — пожал плечами хозяин кабинета. — Только я вас предупреждал, что все равно не изменишь…

— Алло, соедините меня со столицей Лазурии. — Бас фельдмаршала уже грохотал в телефонной трубке. — Да, лично главу страны. Пусть разыщут, где бы ни находился: важное государственное дело… Через три минуты?

Ладно, жду…

— Позвольте, я ничего не понимаю… — Директор во все глаза смотрел на положившего трубку посетителя. — Вы что же… вызываете самого себя?!

— Ну, это уже вас не касается, — сгоряча отрезал фельдмаршал.

— Я, собственно, хотел уяснить, с кем фирма имеет дело, — сдержанно сказал директор. — Ведь если человек вызывает главу государства, следовательно, сам он…

— Да нет, не сомневайтесь, я и есть глава. Как бы это вам объяснить… фельдмаршал несколько секунд поколебался, потом, решившись, махнул рукой. Ладно, раз уж все равно придется отсюда говорить… Ну, в общем, дело в том… Для жителей Лазурии я никуда не уезжал. По-прежнему появляюсь там на приемах и прочее. Мой двойник настолько вылитый я, что даже министры ни о чем не подозревают. И голос, и походка… Сам-то он, конечно, болван. Но я ему велю в мое отсутствие побольше помалкивать. Пусть думают, что я не в духе. Все-таки так спокойнее…

Телефон громко зазвонил. Фельдмаршал жадно схватил трубку.

— Алло, кто это? Карлос, ты? Слушай, дело срочное, и я буду говорить прямо, без шифровки. Во-первых, немедленно введи комендантский час и вышли за мной мой реактивный… Что? Что ты сказал?!

Он внезапно замолчал, и директор явственно услышал звучащий в трубке голос: «Вы меня, кажется, с кем-то путаете, любезный. Я никакой не Карлос, а фельдмаршал — Спаситель Лазурии. И имейте в виду, что моему презренному двойнику отныне въезд в страну строго запрещен». Послышались частые гудки: там, в столице Лазурии, повесили трубку.

Тихо охнув, фельдмаршал схватился за голову.

— Этот негодяй… Проклятье!.. Это ничтожество объявило себя мной!.. — С исказившимся лицом он метнулся к директору. — Значит, все ваши предсказания — ложь! Меня свергли раньше… Немедленно отдавайте деньги обратно! Ведь у меня теперь ни гроша…

— Пожалуйста, успокойтесь, — мягко отстранил его директор. — Гарантирую вам, что наша информация полностью подтвердится. Ровно через трое суток этот самозванец будет свергнут. И утонет в пруду. А так как вы сами говорите, что об этой истории с двойником никто не знает, — то все и будут думать, что утонули вы. Так что вы все-таки в выигрыше…

И, без лишних церемоний выпроводив вчерашнего владыку Лазурии, директор пригласил в кабинет следующего посетителя.

Content

Михаил Немченко, Лариса Немченко
ВЕСТИ ИЗ ГРЯДУЩЕГО