Маргарита Гурова

БЕЛАЯ ТЕНЬ

Пролог

«Я есмь Альфа и Омега; начало и конец, Тот, который есть, и был и грядет, Вседержитель, Я есть первый и новейший, живущий и умерший, вновь живущий из века в век, имея ключи смерти и ада» (первая глава Апокалипсиса)

«Он будет обладать от моря до моря и от реки до концов земли»

(8 стих, 71 псалма)

Власть… Власть… Это слово билось в его голове каждую минуту, каждую секунду, манило и сулило неплохие перспективы. Он знал, что пойдет на все, лишь бы обладать ею в полной мере. И не важно, сколько потребуется жертв: сотни, тысячи, миллионы…

— Хозяин, — тихо позвал своего Повелителя старец, сидящий на полу неподалеку. Сморщенные руки нежно поглаживали раскинувшиеся перед ним руны. Предсказатель судьбы. Только с ним древние руны хотели говорить, только ему они подчинялись.

— Говори. — Тон Хозяина был недовольным, он не любил, когда в его мысли вторгались посторонние, особенно его подчиненные. — Что ты видел?

— Дело в том, — замялся старик, боясь поднять глаза на того, кто сидела перед ним, — что руны мне не открылись.

— Что?! — Брови мужчины от ярости сошлись на переносице, в помещении резко похолодало. — Что значит «не открылись»?! Какой тогда мне от тебя прок, если ты даже со своими деревяшками разобраться не можешь?

— Простите меня, Хозяин, я неправильно выразился. — Длинная седая борода старца подрагивала от напряжения, внутри все дрожало не меньше. Ему не нравилось то, что нашептали ему руны. Они предвещали неминуемую беду, крушение всех надежд и планов, но причины не называли, как умалчивали и о сроке. Как эриль[1] он знал, что его «советники» всегда говорят правду, безошибочно предсказывают будущее. Но сегодня они пошли против воли своего обладателя. Он слышал их тихое настороженное перешептывание между собой, но разобрать, что именно они говорят, не мог. Такое наблюдалось впервые, раньше они его никогда не подводили.

Хозяин в ожидании посмотрел на своего слугу.

— Руны говорят, что вас ждет… — Слова давались ему с трудом. Он не мог произнести «поражение» хотя бы потому, что тогда мог бы умереть на месте от руки своего господина. — Опасность.

Старец обливался холодным потом, отчего порядком уже намокшая холщовая рубашка прилипала к спине. Зажженные в помещении свечи бросали блики на его бледное лицо, от которого вмиг отхлынула кровь. Все мысли были заняты мольбами, чтоб Повелитель не заподозрил его во лжи, не заметил его внутренние терзания.

— Опасность, говоришь, — мужчина произнес это слово так, словно пробовал на вкус. Затем вдруг расхохотался. Старец удивленно посмотрел на своего господина, не доверяя слуху. — Что ж, наша игра будет еще интересней, чем было задумано. Что еще говорят твои «друзья»?

— Пока им нечего больше мне поведать, — старик трясущимися руками принялся складывать деревянные дощечки в мешочек.

— А они случайно не сообщили тебе, в чьем лице опасность предстанет передо мной? — Рука Хозяина сомкнулась на бокале с красным вином. Жестко. Властно. Эриль представил, как эти пальцы сжимают его горло, словно ножку бокала, впиваются в его кожу… Старца передернуло, и он отвел взгляд. Он не желал смерти, хоть и прожил на этом свете уже немало лет.

Ответить он не успел. В зал влетел прислужник Хозяина, в черно-красной мантии, с наглухо надвинутым на глаза капюшоном.

— Хозяин, — почтительно проговорил он, плюхнувшись перед своим господином на колени. — У меня для вас новость.

— Хорошая? — Мужчина переключил свое внимание на появившегося слугу, перед этим одним кивком дав понять эрилю, что тот может идти. Старец, казалось, только этого и ждал. Подхватив мешочек с рунами, он подскочил, поклонился Хозяину и поспешил убраться из этого душного помещения как можно скорее.

— Даже очень хорошая. — Голос напоминал змеиное шипение. Амон был одним из тех, кого Хозяин держал при себе в качестве личных советников. — Мы нашли кое-что.

— Не тяни, Амон, моему терпению тоже иногда приходит конец. — Лицо мужчины исказила ухмылка.

Прислужник извлек из-под полы плаща старинную книгу, ветхую, обтянутую потрескавшейся от времени кожей, и протянул ее своему господину. Хозяин принял ее, почувствовав легкое потрескивание энергии, стоило пальцам коснуться древней реликвии. Бережно поднес ее к носу и глубоко вдохнул, наслаждаясь ароматом хорошо выделанной человеческой кожи, на которой таки сказалось воздействие времени.

— Легенда, Хозяин, — Амон осмелел, видя, что его Повелителю понравился подарок, — там говорится о легенде, которая поможет нам осуществить задуманное. Легенда о тринадцатом воине.

Мужчина открыл книгу, бережно поглаживая каждую страницу и запоминая это ощущение, и нашел нужную страницу. Все его внимание было направлено на содержимое страницы, на текст легенды.

— А ведь это проще, чем мне казалось, — наконец произнес он и расхохотался. — Нет ничего проще.

Смех волнами раскатывался по помещению, отдавая эхом где-то под потолком. Он смеялся долго, делая передышки лишь на мгновение.

«Опасность. Именно это слово сказали эрилю его руны. Теперь еще легенда… Игра обещала быть интересной», — думал мужчина, бережно касаясь подушечками пальцев обложки старинной книги. Власть была ему нужна. И чем больше ее будет, тем лучше…

1

Судя по тому, что день начался не так, как было запланировано, он обещал быть интересным. Ну или хотя бы просто полным неожиданностей, которых в моей тусклой жизни в последнее время не хватало. Ожидая, когда шеф закончит разговор по телефону, я сидела и лениво рассматривала скудное убранство кабинета: массивный стол, пара кресел и стеллаж для книг — количество предметов снижено до минимума. Надо будет как-нибудь ненароком намекнуть шефу о смене обстановки.

Я вскользь посмотрела на часы и отметила про себя, что прошло уже минут пятнадцать, как я здесь сижу. Сегодня у меня должен был быть выходной, но позвонила Мелисса Хэнкс — наш секретарь — и сказала, что босс хочет меня видеть. По ее голосу я поняла, что возражать бесполезно.

Мой взгляд остановился на шефе — мужчина лет пятидесяти с густыми каштановыми волосами, одетый в костюм песочного цвета какой-то дорогой, известной марки и с начищенными до блеска ботинками. По его лицу видно, что он в молодости был очень привлекательным — прямой нос, кустистые черные брови и четко очерченные губы. Несмотря на возраст, он был атлетически сложен. Наверное, по вечерам занимается спортом.

Наконец он положил трубку и повернулся ко мне:

— Диана, извини, что заставил тебя долго ждать.

— Все в порядке, мистер Катчер.

Том Катчер встал во главе нашей фирмы года два назад, сразу показав, кто здесь главный. Все боялись его как огня и выполняли все его подчинения беспрекословно. Он управлял строго, но справедливо. Сегодня я первый раз за эти два года попала к нему в кабинет. И меня волновал вопрос, зачем я здесь. Кроме волнения была и капля раздражения. Кому понравится, когда тебя в твой законный выходной вытаскивают из постели и тащат к шефу. Наверно, все это отражалось на моем лице, а может быть все дело в том, что мой босс — телепат со стажем, он внимательно посмотрел на меня и продолжил:

— Я понимаю, что у тебя сегодня выходной, но дело очень срочное. И первая кандидатура, которая пришла мне в голову — это ты. Ты прекрасно выполняешь свою работу и ни разу не заслужила нареканий. Я думаю, ты справишься с тем заданием, которое я хочу тебе дать.

— А как же ваш первый помощник Дональд Стивенсон? Он ангел четвертого уровня, тогда как я только третьего.

— Дело в том, что я несколько дней назад отослал Дона в Германию на очередное собрание от своего имени. Я не думал, что он мне может срочно понадобиться. Поэтому, вся надежда только на тебя, Диана.

— Что же от меня требуется? — сдалась я, почувствовав одновременно гордость за себя и безвыходность своего положения.

— Сегодня вечером прилетает очень важная персона и необходимо, чтобы его встретили. Поскольку никто не должен узнать кто он на самом деле, нам нужно создать прикрытие. Частью этого прикрытия и будешь ты. Ты встретишь его в аэропорту и отвезешь, куда он скажет.

— Чем же он так важен для нас? А может проще ему будет вызвать такси?

— Это еще не все. Для осуществления своей миссии ему нужно будет присутствовать в нашем отделе, и наблюдать за работой. А чтобы он не вызвал ненужного подозрения, он будет считаться твоим парнем.

Я на миг опешила. Может мне послышалось? Нет. О, черт!

— Моим парнем?! Позвольте спросить, почему я должна идти на такие жертвы? Моя работа заключается в…

— Я знаю, в чем заключается ваша работа, мисс Фишер. — Он повысил голос, и от этого у меня побежали по спине мелкие мурашки. Да, в гневе он страшен. — Я хочу все вам разъяснить до конца. Во-первых, у вас нет выбора. А во-вторых, это не просто какой-то ангел низшего ранга. Все дело в том, что он ангел восьмого уровня.

Я невольно присвистнула. Я думала, что шестой уровень — это предел. Страшно представить какой силой он обладает. А что будет, если о его присутствии узнает кто-либо из демонов и нападет на него?

Оказалось, что последние слова я произнесла вслух.

— Мы предвидели это. Во время своего пребывания он будет поддерживать третий ранг. Теперь вы понимаете, что он очень важен для нас. И в чем заключается ваша миссия.

Я молча кивнула. Только одного я не поняла — зачем ангелу такого уровня подвергать себя опасности пребыванием в нашем отделе.

Уже через десять минут узнав время и номер рейса, я сидела в кафе и пила апельсиновый сок. Мои мысли витали вокруг этого неизвестного гостя: кто он, какова его миссия, а главное какой силой он обладает. Дело в том, что восьмой уровень — это, своего рода, легенда. Говорят, что в мире всего два таких ангела. Но никто из нашего отдела, а тем более я, ни одного из них не видела.

Кто-то положил мне руку на плечо — и я от неожиданности вздрогнула. Это оказался один из моих друзей — Эван Паркер.

— Над чем задумалась? А что ты тут вообще сегодня делаешь? У тебя же вроде бы выходной. Или ты уже жить и дня без работы не можешь?

Я усмехнулась, и собралась было уже рассказать ему о беседе с шефом, но вспомнила, что об этом никто не должен знать. Даже мои друзья, как это ни печально. Если совру — этот груз повиснет у меня на плечах, потому что я никогда не обманывала близких мне людей. А если скажу правду — то поставлю под угрозу не только свою жизнь (проболтаюсь — шеф точно убьет меня), но и жизнь одного из сильнейших ангелов. Если демоны завладеют им — может случиться непоправимое. Например, апокалипсис. Тогда всем придется плохо: не только ангелам, но и людям. Как говорится, из двух зол выбирай меньшую.

— Рада тебя видеть, Эван. Сегодня утром позвонила Мелисса и попросила привезти ей отчеты по моим прошлым делам. Ты же знаешь, что я держу у себя копии на случай повреждения главного архива, — как можно убедительнее соврала я и переменила тему: — А как у тебя продвигается работа? Замечена какая-нибудь демоническая активность?

Эван работает в отделе мониторинга, отслеживая всплески сил. Когда ангел или демон использует свои силы, в эфирном плане появляется пятно энергии, радиус которого зависит от величины примененной силы. Затем полученные данные о местоположении источника энергии передаются в отдел реагирования. Свою работу ангелом я начинала в отделе мониторинга, но когда у меня два с половиной года назад проявились силы ангела третьего уровня, я была вынуждена стать ангелом — бойцом. Моя задача теперь состоит в выезде на место зарегистрированной активности и, по возможности, в устранении источника. Работа тяжелая и опасная — приходится наказывать ангелов и лишать сил демонов, нарушивших договор. Суть договора состоит в том, что отныне демоны не имеют права использовать свои силы против человечества, а ангелы, наоборот, во благо. Но некоторые считают, что они выше закона и рассматривают данный союз как позор своему роду. Именно таких нарушителей мне и приходится пресекать.

— Работы как всегда много. За последние четыре дня количество нападений на людей увеличилось в три раза. Даже не представляю, что могло случиться. Демоны стали намного агрессивнее, да и среди наших стало больше бунтовщиков. Как будто сговорились! За утро было отправлено уже около шести отрядов быстрого реагирования. Имеются и потери: один ангел погиб, двое ранено. Слава богу, у тебя выходной — хоть сегодня мне не придется за тебя волноваться.

— Да, повышенная активность — это очень плохо. А от наших информаторов новостей нет?

— В том-то все и дело, что они молчат. Либо ничего не знают, либо молчат умышленно. Кажется, ты близко знакома с одним из них? Наведаться не сможешь?

— Да, я знаю одного из информаторов — демон в отставке, по собственной воле отказавшийся от сил. Я заеду к нему завтра и попробую что-нибудь разузнать.

Эван кивнул и, сказав, что ему уже пора, быстро направился к выходу. Я проводила его глазами до двери. Но, дойдя до нее, он резко повернулся и, встретившись со мной взглядом, сказал «Пожалуйста, будь осторожна!» Я хотела спросить, что он имеет в виду, но глупо разговаривать с тишиной — Эван уже поспешил в отдел. Я допила свой сок и, сняв со спинки стула жакет, пошла к выходу. Да, день полон неожиданностей. Чувствую, что-то приближается, и не очень хорошее. Нужно готовиться к худшему. Я посмотрела на часы — если потороплюсь, то успею заехать к информатору. Может и смогу что-нибудь узнать.

Вдруг я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Он явно не принадлежал к разряду дружеских — по спине прокатила волна обжигающего холода. Обернувшись, я увидела только двух мило беседующих девушек. Одна из них увлеченно рассматривала обручальное кольцо на руке другой. Видимо, у одной скоро состоится помолвка. Рада за нее. Честно, рада. Хотя сама не особо об этом мечтаю. Сковать свою жизнь с другим человеком — это явно не для меня. Может быть и найдется когда-нибудь человек, способный меня переубедить. Посмотрим. Время покажет.

Девушкам явно было не до меня, значит, наблюдал за мной кто-то другой. Но кто? Кроме них в кафе я больше никого не увидела. Может мне показалось? Возможно. Еще раз посмотрев на часы, я вышла из кафе.

2

Через полтора часа я уже стояла у двери Алана Гаррета. Алан — один из наших информаторов, людей, которые не понаслышке знали о темной стороне этого мира. Когда-то все они преклоняли колено перед Темным Повелителем, но по воле судьбы, в нашем лице естественно, они отказались от своих сил и перешли на сторону ангелов, помогая им в вопросах демонологии.

С Аланом я познакомилась в первый день моей работы в отделе реагирования. Как бы прискорбно это ни звучало, он был моим заданием. Демон 2-го ранга, обладающий стандартным набором сил для его уровня — слабым гипнозом и умением метать электрические шары малого разряда. Именно таким он был до перехода, до нашего появления.

В тот день должно было состояться его посвящение, первое убийство невинного. Он волновался, наверное, не меньше меня тогда. Все произошло быстро. Наше появление, меня и моей напарницы, застало Алана врасплох и он отвлекся, тем самым подтолкнув парнишку, выбранного Аланом в качестве жертвы, обратиться в бегство. Но новоиспеченный демон это заметил и чисто интуитивно бросил в него шар, словно сплетенный из энергетических змей.

Шар достиг цели, тут же повалив парня на землю. С того дня я не раз упрекала себя в том, что мы не успели отреагировать на действия Алана и предотвратить убийство. В тот день я в первый, да и, наверное, в последний раз, увидела плачущего демона. Совершив первое в своей новой жизни убийство, Алан глубоко пожалел, что ему уготована судьба демона, судьба убийцы. Он добровольно решил отказаться от сил. Нам лишь осталось привести это наказание, которое он решил сам для себя, в действие. На чрезвычайном собрании было решено оставить ему жизнь, но только с условием, что он станет нашим информатором, специалистом по демонологии. Поскольку выбора у него не было, он согласился. С того дня мы очень часто общаемся, и если меня волнует что-либо — я звоню ему независимо от того, личный это вопрос или вопрос по работе.

Я еще раз нажала на звонок. Неужели его нет, и я зря потратила время, которого у меня и так почти не было? Подождав еще немного, я уже собралась уходить, когда услышала неторопливые шаркающие шаги. Послышался щелчок замка, и в проеме показалась заспанная лохматая голова Алана.

— Привет. Проходи.

Он пропустил меня вперед, жестом показав в направлении кухни. Я зашла на кухню и обомлела. Алан отличался манией порядка и чистоты. А то, что я увидела, явно не относилось ни к одному, ни к другому. В раковине высилась гора грязной посуды, стол был завален какими-то бумагами и чертежами, на полу валялись пустые пачки из-под сигарет. Интересно, чем он тут занимался последнее время. На одном из листков я увидела какой-то символ: черный круг, разделенный на две части — в одной нарисовано красное сердце, в другой — подобие луны. Рядом виднелась надпись, сделанная таким мелким шрифтом, что издалека разобрать было невозможно.

Увидев направление моего взгляда, он вихрем подлетел к столу и начал собирать листы бумаги в стопку. Закончив, он также быстро выскочил из кухни. Я стояла и ошеломленно за всем этим наблюдала. Через секунду он опять был здесь. При этом он делал вид, будто ничего не случилось. Я же заинтересовалась еще больше.

— Объяснить не хочешь? — Я махнула в сторону раковины и стола.

— Неделя выдалась тяжелая. Голова разламывается, сил ходить нет, не то, что мыть посуду и прибираться. Наверное, заболел. Я ведь теперь человек.

Он демонстративно кашлянул, но получилось это не очень-то правдоподобно.

— Тогда бумаги на столе — это твои рецепты. А рисунок с сердцем — иллюстрация из пособия по анатомии, — усмехнулась я. Было видно, что он врет. А главное — врет мне. Тогда как я делила с ним все свои мысли, всегда спрашивала его мнения по тому или иному поводу. И сейчас передо мной стоит человек, которому я доверяла больше чем себе, и, глядя мне в глаза, врет.

— Можешь иронизировать сколько хочешь. Я на самом деле болен. Так мне еще пришлось поработать — один мой друг попросил собрать для него кое-какую информацию. Я решил ему помочь, — сказал он и поспешил сменить тему: — А ты по работе зашла или просто навестить? Давно уже у меня не показывалась. Кофе хочешь?

Я отказалась. Что-то здесь было не ладно. По тому, что он предложил мне кофе, я поняла, что он волнуется, хотя внешне никак этого не показывал. Алан прекрасно знал, что я за всю свою сознательную жизнь не выпила и чашки кофе. Я терпеть его не могу и предпочитаю не травить свой организм, а пить только натуральные соки. Значит, его мысли заняты явно чем-то другим.

— Я по работе. В последнее время замечена очень сильная энергетическая активность. Будто на Земле наступил ад. Не знаешь с чем это связано?

Он побледнел, или мне показалось? Если и да, то только на секунду — он тут же вернул себе естественный цвет лица. Я про себя отметила его хороший самоконтроль.

Он отпил только что приготовленный кофе, и, приняв невозмутимое выражение лица, небрежным тоном ответил:

— До меня доходили слухи. Но сам я тебе ничего об этом сообщить не могу. Как я уже сказал, я последние дни плохо себя чувствую и из дома не выхожу. Через несколько дней, если это так важно, попробую что-нибудь узнать.

— «Если это так важно». Алан, это важнее чем ты думаешь. Активность возросла в несколько раз! От этого страдают и люди, и ангелы. Только за утро сегодня выехало на место шесть групп быстрого реагирования. Некоторые из них погибли, некоторые ранены. Ты так небрежно об этом говоришь, как будто они для тебя ничего не значат! Насколько я припоминаю, это ты у нас отличаешься гуманизмом. Или, точнее сказать, отличался? Что с тобой произошло за последнее время? Мне кажется, я тебя совсем не знаю. Сегодня я шла к другу, но сейчас я уже так не думаю. Что изменилось? Не хочешь мне ничего рассказать?

Алан стоял, опустив глаза в пол. Я не видела его лица, и не могла знать, о чем он думает. Молчание повисло на кухне погребальным саваном, тяжело окутав меня с ног до головы. Не знаю, почему я так вскипела. Наверное, из-за того, что он что-то скрывал от меня. Несмотря на то, что я знала его относительно недавно, он стал для меня самым близким человеком. Человеком, на которого я могла положиться в самую трудную минуту. Я привыкла доверять ему. Теперь же мне казалось, что я вижу его впервые.

— Будешь молчать? Хорошо. Я ухожу. Видимо, мне здесь не особо рады. Не то, что раньше. В следующий раз я предупрежу о своем приходе за несколько дней. Если он вообще будет, этот следующий раз. Счастливо оставаться.

Еще раз посмотрев на него, я увидела что он продолжает стоять с опущенной головой, будто боится посмотреть мне в глаза или стыдится чего-то. Я вздохнула и быстрыми шагами направилась к двери. Он не пошел меня провожать.

Я села в свою машину — джип новой модели золотисто-песочного цвета — и от злости хлопнула дверкой. Понимаю, что машина ни при чем, но это значительно помогло снизить мой гнев. Все мои эмоции, накопленные за этот день, вырвались наружу. Я ощутила опустошение в душе — какая — то ее часть ушла вместе с Аланом. Одинокая скупая слеза скатывалась у меня по щеке. Я одним движением смахнула ее. Так, надо брать себя в руки. Не время скисать. Я вымученно улыбнулась своему отражению в зеркале и, заведя машину, выехала на главную дорогу.

3

Я еще раз посигналила и выглянула из окна машины. Надо же было такому случиться, в самый важный момент попасть в пробку. Веренице машин не было конца и края. Да, сегодня явно не мой день. Наверное, впереди большая авария. Даже если они сейчас разъедутся, я все равно уже не успею вовремя подъехать в аэропорт. Впервые мне поручено такое ответственное задание, и я его успешно провалила.

Зазвонил мой сотовый телефон. На дисплее высветился номер моей подруги Линды Ренделл. Я знаю ее еще с тренировочной школы — интерната, где нас готовили стать ангелами. Через год после моего устройства в «Angel Incorporated», Линду тоже направили туда. Я была бесконечно рада, что мы с ней будем чаще видеться. Кроме нее подруг у меня больше не было, поскольку не всем нравится мой задиристый характер. Не знаю, как Линда меня терпит. Ей нужно памятник за это поставить.

Через секунду я уже слушала ее веселый щебечущий голос:

— Привет, солнце! Чем занимаешься? Я заехала к тебе, но не застала дома. Только не говори, что поехала по магазинам и не позвала меня с собой. Иначе ты об этом пожалеешь!

Она засмеялась таким заразительным смехом, который даже в такую минуту вызвал у меня улыбку. Уж кто-кто, а Линда может любому человеку поднять настроение.

— Я тоже рада тебя слышать! Я сейчас стою в огромной пробке на 45-ом шоссе.

— Так у тебя же сегодня выходной. Или я что-то напутала? Надо было тебе тоже брать отпуск. Сейчас бы валялись на теплом песочке где-нибудь на Гавайях. Как тебе такая перспектива?

— Надо будет обдумать. Ничего не скажешь заманчивое предложение. Ты не ошиблась, у меня сегодня не рабочий день.

— Так что же ты делаешь на 45-ом шоссе?

Я начала в ускоренном варианте обдумывать, что ей соврать. Сказать правду я не могу, это не зависит от меня. Я могу поставить под угрозу все наше дело. Но и врать мне не хотелось. Линда мне была как сестра. Но рассказать ей я не могла — она не умеет держать язык за зубами. Это был один из ее главных недостатков.

— Сегодня позвонил один мой старый знакомый и попросил его встретить. Он в этом городе впервые. Кажется, он тоже решил устроиться в нашу компанию.

— А я его знаю? Как его зовут?

Да, вот тут-то я и прокололась. Надо же было так сглупить — не спросить у босса как зовут нашего гостя. Придется фантазировать на ходу.

— Нет, ты его не знаешь. Я познакомилась с ним, когда ездила в Детройт для обмена опытом с их ангелами, — я решила, что этой информации с нее хватит, и постаралась сменить тему: — А зачем ты ко мне сегодня заезжала? Я думала, мы договорились завтра отправиться по магазинам.

— А мне уже и просто заехать к тебе нельзя? Смотри, подруга, а то я и обидеться могу. Я к тебе заехала обсудить план нашей завтрашней поездки, и что-то еще… — в трубке наступила тишина. Кажется, Линда что-то усердно вспоминала. — Да, точно. Знаешь, я вчера купила такое сногсшибательное платье! Это просто мечта! Тебе обязательно нужно его увидеть.

Я облегченно вздохнула: отделалась малой кровью. Линда ничего не заподозрила. Ради нашего дела, я была готова слушать ее впечатления бесконечно. Она щебетала еще минут пятнадцать, после чего я попрощалась с ней, сказав, что мне пора — пробка начала помаленьку рассасываться. Она слегка огорчилась, но после того, как я пообещала ей перезвонить сегодня вечером, наконец-то отключилась.

Поток машин пошел быстрее. Я решила пойти на обгон, иначе на место я доберусь только к вечеру. Вслед мне неслась возмущенная перекличка машин. Ничего, переживут.

Через двадцать минут я уже подъезжала к аэропорту. И только сейчас я почувствовала волнение. Сегодня мне предстоит самая волнительная встреча всей моей жизни. Встретить ангела восьмого уровня, это как встретить самого Бога. А я еще заставила его ждать. Его рейс прилетел уже давно. А что если за это время с ним что-нибудь случилось? Что, если о его прибытии узнал кто-то из демонов?

Настроенная самым пессимистическим образом я поставила машину на стоянку и чуть ли не ворвалась в здание аэропорта. Тяжело дыша от пробежки, я оглядывалась по сторонам. Интересно как я его узнаю. Наверное, ему уже довольно много лет. Моему боссу около пятидесяти и он ангел шестого уровня. Я ужаснулась, сколько же должно быть нашему приезжему гостю. Значит, я должна считаться девушкой какого-то старикашки?! Ну, нет, на такие жертвы я не пойду даже ради всего человечества, какой бы гуманной я не была. Надо будет сегодня же поговорить об этом с шефом. Как же он меня ценит! Просто спасу нет. А я то, дурочка, поверила. Важное задание! Ага, как же. Но найти и отвезти его в отель мне все равно нужно. Так, значит, круг моего поиска сужается до пожилых людей. Уже проще.

Я прошла между двумя рядами, но не увидела никого, кто подошел бы под мои описания. Передо мной сидела молодая парочка и, держась за руки, оживленно разговаривала. Неподалеку от них дремала старенькая бабушка, в то время как ее непоседливый внук не находил себе места. Увидев, что бабушка заснула, он уже собирался отправиться в путешествие по залу здания, когда пожилая женщина очнулась и схватила его за рубашку. Мальчику пришлось сесть обратно и ждать, когда она опять закроет глаза, чтобы повторить свою попытку. Он посмотрел на меня, и я подмигнула ему. Я ему завидовала — у меня никогда не было бабушки. По крайней мере, в этой жизни. У меня даже не было семьи — почти все ангелы воспитывались в специальных школах-интернатах, где нас учили азам нашей будущей работы. Не стану жаловаться, относились к нам хорошо. Но как бы воспитатели не старались, они не могли создать приятой семейной атмосферы. Как я уже говорила, семью мне заменила Линда, став моей сестрой.

Кроме этих забавных персонажей я больше никого не увидела в этом ряду и завернула в следующий. Среди присутствующих не было пожилого мужчины. Уже почти дойдя до конца ряда, я услышала, что меня кто-то окликнул по имени. Обдумывая, кто это может быть, я повернулась и увидела, что ко мне приближается парень, чуть старше меня. Пока он шел, я успела хорошенько разглядеть его: ростом он был немного выше меня, одет в темно-синие джинсы и рубашку на тон светлее, на ногах были найковские черные кроссовки. Взглянув на его лицо, я чуть не задохнулась от восхищения. Он был красив, по настоящему красив: правильные черты лица сочетались с незначительно массивной челюстью, что явно прибавляло ему мужественности, карие глаза в сочетании со слегка длинными каштановыми волосами дополняли этот ансамбль. Я шумно выдохнула — оказалось, я задержала дыхание. Боже, неужели это я стою и так пялюсь на незнакомого мужчину. Наверное, со стороны это выглядит ужасно. Что он обо мне подумает! Хотя, кажется, он меня знает. Я не могу сказать о себе того же. Он уже почти подошел, когда я постаралась принять безразличное выражение лица.

— Мисс Фишер, если не ошибаюсь?

— Да, вы не ошиблись. Я вас знаю?

— Думаю, мы еще не знакомы. Но, надеюсь, в ближайшее время мы это наверстаем. Меня зовут Дэниел Сэндс. Можете называть меня просто Дэниел. Мистер Катчер сказал, что вы меня будете встречать.

Я от неожиданности застыла. Разве может этот парень иметь восьмой ранг?! Может он меня разыгрывает? Нет, кажется, он не шутит. Видя мое замешательство, Дэниел засмеялся.

— Рад знакомству, Диана. Можно я буду звать вас так?

Я по-прежнему молчала.

— Прошу вас, Диана, не смотрите на меня так, будто увидели призрака. Если вы позволите, я расскажу вам о себе по дороге. Извините меня, но я после полета сильно устал и буду вам благодарен, если вы меня подбросите.

Я встрепенулась. Где же все мои правила приличия?! Мало того, что заставила его ждать, так еще и торможу.

— Да конечно, простите меня, мистер Сэндс.

— Дэниел, просто Дэниел, — поправил он.

— Хорошо, Дэниел, — повторила я. — Давайте я возьму одну из ваших сумок. Извините, что заставила вас ждать. Моя машина на стоянке. Пойдемте.

До машины мы дошли молча: он шел над чем-то задумавшись, а я просто не решалась с ним заговорить. Положив его сумки в багажник, мы сели. Я за рулем, он на заднем сидении.

Проезжая по 45-му шоссе, я не заметила никаких следов аварии. Оперативно работают. И тут мой пассажир заговорил. От неожиданности я вздрогнула.

— Извините меня, Диана. Я не хочу вам надоедать и быть обузой. Я постараюсь поскорее сделать свою работу здесь, чтобы не стеснять вас. До этого я прошу вас постараться потерпеть меня. Меня проинформировали, что я буду считаться здесь вашим другом, чтобы не вызвать подозрений. Поэтому мы должны придумать о себе какую-нибудь легенду.

Он посмотрел на меня в зеркало заднего вида, и я кивнула, соглашаясь с ним. На удивление, с ним я была немногословной. Может быть дело в том, что для меня он был каким-то идолом. И слова застревали у меня в горле.

Тем временем, он продолжал:

— Как меня зовут, я уже сказал. Воспитывался я в обычной человеческой семье. В пятнадцать лет проявились первые мои способности. Через несколько лет в автокатастрофе погибли мои родители. Меня взяли в школу-интернат для ангелов. Это о моем прошлом. Теперь немного о себе: я меломан, люблю итальянскую кухню, бываю вспыльчивым, но быстро отхожу, не люблю неоткровенных и двуликих людей. Пожалуй, это все. Теперь твоя очередь.

Я отметила, что он перешел на «ты». Спорить не стала — нам предстоит строить из себя пару, давно знакомых людей, поэтому надо привыкать обращаться на «ты».

— Я воспитывалась в интернате для ангелов, сколько себя помню. По характеру я очень упрямая, прямолинейная и поэтому со мной очень сложно в общении. Я всегда говорю о человеке правду, какой бы она не была. Из-за этого у меня не так много друзей. Я тоже люблю итальянскую кухню. Терпеть не могу кофе, ни в каком виде. Поэтому, если хочешь жить — никогда мне его не предлагай, — он засмеялся. Его голос как бархат окутал меня. Мне стало тепло и уютно. Да так, что я немного осмелела. — Мне пришлось сегодня соврать своей подруге о месте нашего знакомства. Тебя устроит Детройт? Я недавно ездила туда для обмена опытом. Я ей сказала, что именно там мы и познакомились.

— Да, вполне. Извини, что тебе приходиться врать близким людям. Когда мы немного узнали друг друга, нужно определить, где я буду жить во время моего пребывания здесь.

Он достал из кармана небольшой листочек и прочитал вслух адрес. Я от неожиданности нажала на тормоз и повернулась к нему. Ехавшая позади машина отчаянно засигналила, и объехала нас.

— Я знаю, где это. Это мой адрес. Вы будете жить в соседней квартире. Вы знали об этом?

Он тоже выглядел потрясенным.

— Нет, не знал. Этот адрес мне дал ваш шеф, сказав, что специально забронировал ее для меня. Я и не подозревал, что вы там живете.

Да, босс продумал все до мелочей. Мало того, что мне придется видеть его каждый день, так он еще и жить будет рядом со мной. Слишком уж сильная конспирация.

— Если тебе не нравится, Диана, я могу снять номер в отеле или другую квартиру. Не бойся, я не стану для тебя обузой. Так что, все в порядке?

— Я не против. Просто я думаю, что мистер Катчер мог бы меня предупредить об этом заранее.

Я завела машину, и мы продолжили путь в полной тишине. Иногда мне казалось, что я еду одна, слишком уж тихо было: не было слышно даже дыхания, никаких шорохов. В очередной раз посмотрев в зеркало заднего вида, я увидела, что Дэниел крепко спит. Бедный, вымотался с этими перелетами. Спящий он выглядел еще красивее. Непокорные локоны падали на лоб, придавая ему вид ангелочка. Я зачарованно смотрела на него. Внезапно я услышала какой-то скрежет и почувствовала столкновение с чем-то большим. Машину занесло. Передо мной мелькнула фигура человека. О, Боже! Надо было на дорогу смотреть, а не любоваться гостем. Я сбила человека!

Открыв дверцу, я пулей выскочила на улицу, оставив фары включенными, поскольку освещения здесь не наблюдалось, а на улице уже было довольно темно. По спине побежали мурашки не столько от холода, сколько от страха. Но на дороге никто не лежал. Странно, я точно кого-то видела. Осмотрев капот, я заметила на нем кровь. Совсем немного, но это была кровь. Теперь я точно знаю, что мне это не померещилось.

Из машины вылез Дэниел. Он протянул мне свой пиджак, видимо вытащенный из сумки, и озадаченно посмотрел на меня:

— Что случилось? Я что-то пропустил?

Вкратце рассказав, что я видела, и показала ему на капот. Пока он осматривал его, я взяла из машины фонарик и прошлась вдоль дороги, освещая кусты возле трассы. Через пару минут он присоединился ко мне.

— Ну, что скажешь? — спросила я, старательно выговаривая слова. У меня зуб на зуб не попадал от холода. Хорошо хоть Дэниел позаботился обо мне, а то в своей футболке я бы тут давно замерзла, поскольку свой жакет забыла у Алана.

— Крови совсем немного. Но вмятина осталась. На крыше я увидел еще кое-что. Как давно ты купила свою машину?

Я удивилась такому вопросу, но все равно ответила:

— Пару недель назад. А что?

— На крыше я заметил две полосы. Их у тебя раньше не было? — Я отрицательно мотнула головой. — Может это прозвучит глупо, но, по-моему, они были оставлены когтями. Ты говорила, что видела силуэт человека. Это как-то должно быть связано. Либо это был крупный зверь с огромными когтями, либо за нами была устроена слежка. Обсудим это в машине. Здесь явно не место разговору.

Еще раз посветив фонариком, мы сели в машину и постарались поскорее уехать с этого злополучного места. Меня все еще слегка била дрожь. Мне было страшно от неизвестности. Своих врагов я предпочитала видеть в лицо и при свете дня, а не испуганно озираться в темноте и ждать, когда тебе вцепятся в спину.

— Я думаю, что это был оборотень, — сказал Дэниел.

Я посмотрела на него как на сумасшедшего. Дело в том, что, как нам говорили в интернате, оборотни давно вымерли. И не без нашей помощи. В школе мы проходили их, но только на теории. До нас ни один оборотень не дожил. Поэтому я знаю их только по картинкам: такие мохнатые полулюди, полуволки, размером с человека, обросшие густой шерстью. Оборотни низшего ранга могут оборачиваться только в полнолуние, а высшего — в любое время дня и ночи. Но, как я уже сказала, их никто не встречал уже около двух веков. Навряд ли хотя бы один дожил до нас, да еще не был ни разу замечен нашим отделом.

— Но их уже давно никто не видел, — возразила я. — Оборотни вымерли, насколько я знаю.

— А что ты скажешь насчет этого? — он, как фокусник достает из шляпы зайца, извлек из кармана кусок бурой шерсти. Я смотрела на него, и не верила своим глазам.

— Где ты это взял?

— Он был там же, где и царапины. Я не показал тебе это сразу, чтобы не напугать еще больше. Теперь, когда мы отъехали на значительное расстояние, мы можем это обсудить. Ты по-прежнему утверждаешь, что оборотней больше не существует?

В моей голове начали метаться мысли. Этот клок мог принадлежать животному, но я отчетливо видела силуэт человека. Если уж я еду в одной машине с ангелом-легендой, то могу поверить и в наличие оборотня.

— Что ему могло понадобиться от нас? Или мы чисто случайно попались ему на пути?

Кажется, Дэниел уже имел на это ответ.

— Я думаю, что он был в роли разведчика. Возможно, кто-то узнал, что я прилетаю сегодня. И решили проверить, кто я на самом деле. Возможно, если бы я не заснул, то смог бы почувствовать его присутствие, — его голос сразу стал каким-то тихим и уставшим.

— Не вини себя, это я отвлеклась от дороги. Надеюсь, что наша с ним встреча была просто совпадением. Кто-нибудь кроме меня и мистера Катчера знал о твоем прилете?

— Нет. Я больше никому не сообщал. Может быть, перехватили нашу электронную почту. Дело в том, что я уже довольно давно веду переписку с твоим шефом. Именно через письма мы и обговорили все обстоятельства моего пребывания здесь.

Когда он закончил говорить, мы уже подъехали к дому. Я поставила машину на стоянку, и мы зашли в подъезд.

Было слышно потрескивание кондиционера. Надо будет обратиться в домоуправление: в жару, значит, он не работает, а в прохладную погоду, наоборот, трудится вовсю. Поднявшись по лестнице, мы остановились возле его квартиры — моя была напротив.

— Знакомься, твоя квартира, — я глазами указала в направлении двери. — Не знаю, понравится она тебе или нет, но думаю жить там можно.

Он поблагодарил и взял у меня из рук свою сумку. Только освободившись от нее, я поняла, какая она тяжелая — на ладонях остались белые полоски.

Он не пригласил меня к себе, хотя я особенно на это и не рассчитывала. Дэниел устал и ему нужен отдых, а не моя болтовня. Да и мне нужно подумать о сегодняшнем происшествии и вообще обо всем дне. Слишком уж много сегодня всего случилось.

Дойдя до свой двери и повернув в замке ключ, я неожиданно для себя повернулась и сказала:

— Знаешь, Дэниел, я рада, что ты не дряхлый, замученный старик.

На его лице отразилось изумление, которое тут же сменилось очаровательной широкой улыбкой:

— Я тоже рад, что ты не страшная кривоногая карга.

Я засмеялась и, пожелав ему спокойной ночи, закрыла за собой дверь.

4

Звон будильника вырвал меня из сна. Я машинально протянула руку с кровати и начала шарить по тумбочке в его поисках. Видимо будильник не был готов к моим утренним атакам — я что-то задела и это что-то со стуком упало на пол. Звон тут же прекратился. Этот был уже третьим по счету. Нужно будет сегодня заехать в супермаркет и купить очередной будильник. Интересно, бывают они железными и прикручивающимися к столу?

Я сладко потянулась, и открыла глаза. Вся комната была залита ярким солнечным светом. Сколько же сейчас времени? Я взяла с комода свои наручные часы и посмотрела на циферблат: ага, десять часов. Значит, будильник звенел правильно, пора вставать. Сейчас мне позавидуют люди, которым приходится вставать на работу намного раньше. Так и быть, завидуйте! Мне не жалко. Только учтите, что не все в моей жизни так гладко: ангелы, демоны, оборотни и прочая гадость. Вас устроит такая жизнь? Меня нет, но ничего не поделаешь: таково мое предназначение в жизни. Может, в следующей жизни вы тоже будете одним из нас? На все божья воля.

Я скинула ноги с кровати и, ступая по ковру, залитому солнечными бликами, подошла к зеркалу. Ну и вид у меня: всклокоченные волосы, торчащие как пружинки в разные стороны, помятое после сна лицо, и заспанные узкие глаза. Обычно я выгляжу лучше. Просто вчера был тяжелый день. Вообще, природа наградила меня хорошей фигурой и симпатичной внешностью. У меня длинные вьющиеся волосы цвета воронова крыла, изумрудные глаза и губы кораллового цвета. В ансамбле все это выглядит, по-моему, круто. Подкачал только мой характер: меня легко вывести из себя, причем обиду, нанесенную мне, я помню долго, остра на язык, и иногда сначала скажу, а потом подумаю. Ну, должны же быть у человека хоть какие-то недостатки? Пусть даже я не совсем-то и человек.

Я еще раз взглянула на себя в зеркало, и, представив, что если бы Дэниел видел меня в таком виде, рванула в ванную.

Через двадцать минут, посвежевшая и с аккуратно забранными в хвост волосами, я сидела на кухне и, потягивая через трубочку апельсиновый сок, слушала сообщения на автоответчике. Первое было от Линды. Она сначала выразила свое недовольство по поводу того, что я ей не позвонила вечером, а потом начала свою очередную оду, теперь уже о какой-то «сногсшибательной» юбочке. В конце она напомнила, что вечером мы собирались по магазинам.

Следующее сообщение было от шефа: «Диана, надеюсь, все прошло успешно. К обеду жду вас у себя в кабинете. Спасибо за помощь и в дальнейшем рассчитываю на твою поддержку. Удачи!»

Бла-бла-бла. Слишком уж он дружелюбен настроен. Видимо, знает, что я недовольна его недоговорками. Почему он не сказал, что поселит Дэниела в соседнюю квартиру? Боялся, что я откажусь? Я бы как-нибудь с этим смирилась, просто неприятно знать, что все делали за моей спиной. Радует то, что до обеда он разрешил не появляться на работе. Надо было мне тоже отпуск брать. Вот, Линда в отпуске — и никаких тебе оборотней, никто не царапает тебе машину, за стенкой не спит ангел восьмого ранга, обладающий такой силой, что и подумать страшно. Жизнь — мечта!

Раздался сигнал, и приятный женский голос оповестил, что больше сообщений не поступало. Ну и не надо. Все равно больше звонить не кому. Хотя я надеялась услышать еще один знакомый мне голос — голос Алана Гаррета. Я не слишком-то рассчитывала на то, что он тут же выложит все свои секреты, пусть хотя бы сообщит, что я забыла у него свой жакет и попросит заехать за ним. Может тогда я и смогу что-нибудь из него вытянуть. А самой к нему приехать без приглашения мне не позволит моя противная гордость, которая всюду сует свой нос.

У шкафа я задумалась, во что мне одеться сегодня. Перерыв все, я остановила свой выбор на темно-синих джинсах и ярко-зеленой «двойке»: топ и жакет. Сначала я не хотела брать жакет, но, вспомнив, что вечером мы идем по магазинам с Линдой, а времени заезжать домой и переодеваться у меня не будет, все-таки взяла его.

Взглянув на свой окончательный образ, я осталась довольна результатом: зеленый цвет в одежде придал яркости моим глазам, которые вдобавок я еще подчеркнула черной тушью. Все, можно идти. Идти в соседнюю квартиру. Поскольку утром я еще не позавтракала, да собственно и нечем, то появилась мысль пригласить Дэниела в кафе. Заодно поговорим о нашем вчерашнем происшествии. Может быть, у него появились какие-нибудь предположения по этому поводу.

Подойдя к своей двери, я увидела на полу листок бумаги, который, видимо, был просунут под дверь с той стороны.

Записка была от Дэниела. В ней он сообщил, чтобы я его не теряла. Пока я спала, он решил прогуляться и осмотреть окрестность. Я отметила, что почерк у него был также красив и восхитителен, как и он сам. Каждая буква тщательно выведена и ровно стояла по отношению к соседней.

Чувство огорчения закралось в мою душу. Я так старалась привести себя в порядок и поскорее увидеть его. Аккуратно сложив листок и положив его на стол, я решила, пока Дэниела нет, осмотреть свою пострадавшую во вчерашней битве с оборотнем машину. Мельком взглянув на дверь соседней квартиры, я неторопливо направилась на стоянку.

Джип одиноко стоял у самого края периметра и отбрасывал солнечные блики на асфальт. Издалека я не сразу разглядела пятно крови на капоте, но, подойдя ближе, увидела запекшиеся красные мазки. По виду и не определишь, кому она принадлежит: то ли оборотню, то ли человеку, то ли какому-то зверю. Я переместила свой взгляд на крышу: при свете дня сразу бросились в глаза две длинные почти ровные полосы. Рядом с ними виднелись небольшие сгустки какого-то белого вещества, отдаленно напоминающего слизь. Вчера было слишком темно, чтобы их увидеть. Надо будет рассказать Дэниелу о нем. Хотя, возможно, что он уже успел осмотреть машину до меня.

Да, трудно смотреть, во что превратился мой новый джип. В автосалоне вряд ли захотят восстанавливать повреждения за свой счет. Придется мне раскошелиться. А почему собственно мне? Выложу счет мистеру Катчеру, ведь это дело он на меня повесил. Пусть он и отвечает за последствия.

Надо будет перед работой заехать на мойку. Не буду же я ездить с окровавленным капотом по всему городу.

В коридоре я столкнулась с Дэниелом — он нагруженный пакетами пытался открыть дверь. Дверь не поддавалась — заел замок. Сегодня он выглядел почти так же, как и вчера: только рубашка поменяла цвет с синего на белый. И вид у него был не такой измученный.

Не в силах больше смотреть, как он, жонглируя пакетами, пытается повернуть ключ, я подошла и взяла несколько пакетов.

— Привет. Помощь не нужна? — я кивком указала в направлении двери.

— Не отказался бы.

Я взяла ключ и через мгновение дверь уже была открыта.

Он усмехнулся:

— Да ты прямо волшебница. Не знаю, чтобы я без тебя делал. За это я просто обязан накормить тебя завтраком, если ты еще не успела куда-нибудь сходить.

— Я сама хотела тебе это предложить, но не застала тебя дома. Поэтому не откажусь.

Он взял у меня половину пакетов, и мы вошли в его квартиру. Она мало, чем отличалась от моей. Даже гарнитур на кухне походил на мой, только выполнен был в другом цвете — в светло-коричневом. Спальню я не видела, поэтому ничего сказать о ней не могу.

Пока Дэниел готовил бекон с яичницей, я решила завести разговор о моем открытии:

— Пока ты был в магазине, я осмотрела свою машину и обнаружила на крыше помимо царапин, какую — то слизь. Не знаешь, что это может быть?

Я не отрываясь смотрела за процессом приготовления. У него все получалось быстро и, судя по запаху, очень вкусно. Мой желудок сжался в предвкушении еды. Интересно, я когда-нибудь научусь так готовить, или это дар от природы?

— Я тоже ее заметил. Это подтверждает мое предположение, что вчера ты видела оборотня. Если ты помнишь из теории о ликантропах, кожа оборотней при превращении выделяет белое вещество, ускоряющее процесс перехода из состояния человека в состояние зверя. Я думаю, именно его следы мы и видели. Обычно эта слизь впитывается кожей обратно, но это происходит только через два часа. Отсюда я могу сделать вывод, что меньше чем за два часов до того, как мы его видели, этот оборотень был человеком. Вспомни, может быть, ты видела кого-нибудь подозрительного до того, как поехала в аэропорт. Возможно, он случайно подслушал что-то и решил проверить, проследив за тобой.

— Нет, я никого не помню. А почему ты думаешь, что именно вчера он на это решился?

— Потому, что он был один. По крайней мере, мы больше никого не видели. Если бы обо мне что-либо узнали раньше, за несколько дней, он был бы с подмогой и их целью была бы явно не слежка, уж поверь.

И я ему поверила. Вдруг я вспомнила неприятное ощущение, возникшее у меня, когда я вчера покидала кафе. Только от одного воспоминания, у меня по спине пробежал холодок.

— Кое-что все-таки было, — Дэниел оторвался от своего занятия и выжидательно посмотрел на меня. Сейчас при ярком дневном свете его глаза приобрели золотистый оттенок. И в этом золоте я увидела смесь интереса и чего-то еще. Ощущения опасности?

— Вчера после кабинета мистера Катчера я сидела в кафе, и когда уже собиралась уходить почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Я кожей ощутила злость, исходящую от него. И я точно могу сказать, что она была направлена на меня. Но, когда я обернулась посмотреть на источник этого зла, я никого не увидела, кроме двух девушек. Но они не обратили на меня внимания — так были увлечены беседой. Тогда я подумала, что мне все это показалось.

Дэниел, казалось, задумался и отвлекся лишь когда послышалось шипение подгорающего бекона. Он выключил плиту и, разложив завтрак по тарелкам, поставил одну из них передо мной. И лишь тогда нарушил свое молчание.

— Исходя из обстоятельств, будем считать, что это тебе не показалось. У меня есть версия, что этот тип следил за тобой весь день, и, когда мы выехали из аэропорта, он превратился в зверя, чтобы успеть за машиной. В человеческом обличье у него хоть и есть сила, но она ограниченна. Итак, кое-что уже есть.

Это было сказано со странной интонацией, и я не поняла плохо это для нас или хорошо. Если кроме девушек я никого не видела, значит, оборотень — один из них?

— Да, это возможно. Я думаю и над этой версией.

Я опешила. Но вовсе не от смысла сказанного, а оттого, что вопрос я задала скорее для себя и, что самое главное, не произносила его вслух. Он прочитал мои мысли! Я предвидела, что он это может, поэтому с утра построила сильный умственный барьер. Его не мог пробить даже шеф — я испробовала это на нем, говоря про себя то, что никогда бы не сказала вслух. И поскольку я еще работаю у него, значит, он не смог увидеть мои мысли.

Дэниел не имеет право лезть в мою голову, когда захочет, поскольку я не простой человек, а ангел. Я тоже имею право на секреты и на личную жизнь. Обычно все мои мысли делятся на два класса: общие, которые могут быть прочитаны любым телепатом и личные — только для меня. Согласно нашему своду законов читать мысли других может только тот, кто занимает высшую руководящую должность. Но Дэниел мне не начальник! Как он мог так унизить меня и залезть в мой святейший храм! Во мне полыхнула обида и возмущение.

Дэниел сразу увидел разительную перемену в моем лице и искренне удивился, не понимая, что в его словах могло послужить этому причиной.

— Я что-то не то сказал?

— Дело в том, что я ничего не сказала. В следующий раз контролируй свои силы.

Я поднялась из-за стола и уверенными шагами направилась к двери.

— Через полтора часа жду тебя у подъезда. Шеф сказал подъехать к обеду.

Я прикрыла за собой дверь и, спустившись по лестнице, вышла на улицу. Свежий утренний воздух начал мягко заплывать в мои легкие, заменяя аромат поджаренного бекона, к которому я так и не успела притронуться. Теперь придется куда-нибудь заехать перекусить. Жаль. Домашняя еда мне нравится больше. Возможно потому, что я ее так редко ем. Хоть я и женщина, но повар из меня никакой.

Прежде чем сесть в машину, я стерла следы оборотня на капоте и на крыше. Мне еще не хватало лишних вопросов, на которые я, даже если и захотела, не смогла бы ответить, поскольку сама еще ни в чем не разобралась. Попробуй, скажи человеку, что на капоте всего лишь кровь оборотня. Повезет, если меня тут же не отвезут в психушку.

5

Рядом с автомойкой оказалось неплохое кафе. Раньше я в нем никогда не была, но, поскольку, времени у меня было не так уж и много, пришлось завтракать (или уже обедать) здесь. Посетителей здесь почти не было, что весьма порадовало меня. Почему-то в большом скоплении народа я чувствовала себя незащищенной. Особенно теперь, когда, возможно, меня преследует оборотень. Пока ждала официантку, я успела рассмотреть людей за соседними столиками. Никто из них не представлял для меня потенциальную опасность: ни молодая мать, кормившая свое чадо мороженым с ложечки, ни старенький дедушка, с трудом пережевывающий какой-то салат, ни пожилая женщина в канареечном костюме, разговаривающая по телефону. Я расслабилась, и, дождавшись официантки, сделала заказ: яичницу с беконом, черничные оладьи и свежевыжатый сок.

Я была так занята поглощением яичницы, что не заметила, как кто-то приблизился к моему столику. Лишь услышав звук отодвигаемого стула, я подняла глаза. Передо мной сидел улыбающийся Дэниел.

— Извини, что своей невнимательностью лишил тебя приятного завтрака. Обещаю, что больше это не повторится. Я был рассеян с утра, и не рассчитал своей силы, — он виновато опустил глаза, но когда поднял их, в них уже искрилось веселье.

Тут я решила задать ему вопрос, который уже долгое время занимал меня.

— Скажи, Дэниел, какой силой ты обладаешь.

Улыбка сползла с его лица, и он опасливо огляделся по сторонам.

— Здесь не время и не место об этом говорить. Нас могут подслушать.

— Кто, например? Тот старик с салатом? Да он не видит ничего дальше собственного носа. Или вон тот мальчик…? — я осеклась на полуслове. За столиком, где только что сидели мать с ребенком, сидел мальчик лет семи. Одет он был в темно-синий джинсовый костюм. На голове была черная бейсболка, а в руке он держал стакан с соком. Что-то в его облике показалось мне знакомым. Но что? Светлые русые волосы, голубые глаза с серебристым отблеском… Его глаза выражали опыт и мудрость. Странно, это ведь еще ребенок. Такой взгляд должен быть у восьмидесятилетнего старика, который прожил долгую жизнь и повидал все на свете, став мудрым и знающим человеком. Но где-то я уже видела этого мальчика. Точно, в аэропорту! Это именно он там был вместе с бабушкой вчера, когда я встречала Дэниела. Наверное, он тоже живет где-то поблизости.

Дэниел вопросительно посмотрел на меня.

— Видишь мальчика за соседним столиком. Я видела его вчера в аэропорту. Такой забавный ребенок. Пока его бабушка спала, он пытался удрать от нее, — я указала ему на ребенка. Дэниел внимательно оглядел его с ног до головы и продолжил разговор:

— Именно поэтому я и не хочу распространяться на эту тему. Думаешь, он случайно здесь оказался? Это не такой уж и маленький город.

— Да ладно тебе, это всего лишь ребенок. Безобидный ребенок.

Дэниел покачал головой, еще раз глянув в сторону соседнего столика.

— Внешность бывает обманчива, Диана. Демон тоже может иметь лицо ангела.

— Ты еще скажи, что это наш оборотень, — ехидно сказала я.

— Зря смеешься. Он может быть кем угодно. Но оборотень отпадает потому, что ему нужна физическая сила человеческого тела для оборачивания. А у ребенка ее быть не может. Но помимо ликантропов имеется еще масса других фантастических существ.

Я дожевала последние оладьи и, допив сок, с умиротворением посмотрела на него. Солнце играло на его каштановых волосах, переливаясь медными искорками. Пара непокорных прядей ниспадала на его совершенное лицо. Я залюбовалась этим зрелищем и не заметила, что он перестал говорить. Мой взгляд переместился на его золотистые глаза, и я увидела, что он в упор смотрит на меня. Я не такой человек, чтобы заливаться краской, но глаза я все-таки опустила.

— Думаю, мы встретили его здесь случайно. И закончим эту тему, — я посмотрела на часы. — Нам пора. Иначе мы и к обеду не успеем.

Дэниел согласился и мы, расплатившись, пошли к машине.

По дороге я решила продолжить начатую в кафе тему о силе Дэниела. Уж если выдалась такая возможность, то нужно ее использовать.

Мои силы почти не отличались от стандартного набора для ангела третьего уровня: телекинез на небольшом расстоянии, средний магический щит от огненных атак и возможность использования Белого амулета. Не так уж и много. В школе ангелов говорили, что у меня есть расположенность к совершенствованию, и, что я дойду в течение жизни ранга до пятого, а то и до шестого. Но пока мне приходится довольствоваться только слабыми силами и ждать их повышения. Но такого ранга, как у Дэниела мне не достичь никогда. Жаль, конечно, но узнать, что теряешь все равно нужно.

— Так какая у тебя все-таки сила, Дэниел?

Он с озорной улыбкой посмотрел на меня. Кажется, я его веселю своими расспросами. Так смотрят на маленьких детей, которые докучают взрослых спрашивая, почему небо голубое и трава зеленая. Неприятное ощущения потому, что из детского возраста я давно вышла. Я нахмурилась, и перевела взгляд на дорогу, решив больше не отвлекаться. Не буду перед ним унижаться. Сам расскажет. На светофоре я все-таки не удержалась и мельком посмотрела не него: он полулежал, вытянув ноги и прикрыв глаза. Улыбка так и сияла на его лице. Ладно-ладно, смеется тот, кто смеется последним.

6

Здание, где размещается «Angel Incorporated» издалека походит на серый каменный айсберг, казалось, попавший сюда из другого времени. И лишь подъехав ближе можно рассмотреть применение новых технологий: широкие витражные пластиковые окна, наружные лифты и новейшая система охраны. О безопасности наш шеф позаботился лично, превратив здание в подобие секретной военной базы. Но видимо дюжины охранников, блокпоста на въезде и личных карточек сотрудников ему было не достаточно, и он окружил здание от внешних энергетических атак силовым полем.

Мы подъехали к охранному пункту, и лишь тут я вспомнила, что помимо моей карточки мне нужно удостоверение Дэниела.

— Не хочу тебя тревожить, но чтобы сюда попасть тебе нужно удостоверение ангела из нашего отдела, — он, так и не открыв глаза, вытащил из кармана рубашки небольшую карточку и передал ее мне.

Взяв ее, я увидела, что она идентична моей, только фотография, конечно, была его, и серийный номер отличался на пару цифр. Вот черт, и тут он меня обошел.

«Дэниел Сэндс». Интересно, это псевдоним? Глупо было бы появляться здесь под своим настоящим именем, раз он приехал с важной миссией.

Я протянула охраннику наши карточки, и он, проверив номера на компьютере, через минуту вернул их. Поднялся шлагбаум, и я повела свой джип на стоянку. Мои часы показывали уже час дня. Надеюсь, сегодня на вызов я уже не поеду. Нет настроения.

— Мы приехали. Тебе дверь открыть или сам вылезешь? — с самодовольством спросила я. Он посмотрел на меня, а я в ответ выдала улыбку из разряда «Я разве что-то не то сказала?» с подтекстом «Пошел к черту». Так молча, мы и подошли к входу. Он как истинный джентльмен открыл дверь и пропустил меня вперед. Я, не останавливаясь, прошагала к лифту. Лишь когда я вошла в кабину, он догнал меня. Я вздохнула, сожалея, что лифт не успел тронуться без него, и нажала на кнопку пятого этажа.

Мы уже преодолели половину пути, когда лифт внезапно дернулся и остановился. Свет, судорожно замигав, погас. Меня охватило беспокойство. Ни разу, сколько я здесь работаю, лифты не выходили из строя. А тут на тебе. Специально для меня. Я посмотрела на Дэниела, но не увидела его лица — была кромешная тьма. После яркого солнечного света, глаза еще не успели привыкнуть к темноте. Я сразу позабыла свою обиду на Дэниела.

— Как ты думаешь, это надолго?

— Думаю, нет. Они у вас часто ломаются?

— На моей памяти нет ни одного подобного случая. Это мы с тобой такие невезучие, — подытожила я. — Может, стоит попробовать позвать кого-нибудь?

Я почувствовала колебание воздуха и поняла, что Дэниел ощупывает стенки.

— Не знаю зачем, но этот лифт сделан из стали. Я сомневаюсь, что нас кто-то услышит.

Я на ощупь пробралась к двери, чуть не столкнувшись с Дэниелом, и забарабанила по ней. Получился глухой негромкий звук. Ничего из этого не выйдет. В отчаянье я накинулась на Дэниела:

— Сделай что-нибудь. Ты же имеешь восьмой ранг. Для тебя это — раз плюнуть.

— Я не могу, Диана. Я же не волшебник. А та сила, что у меня есть, здесь не поможет.

Я вздохнула, и села на корточки. Придется ждать. Но сколько времени пройдет, прежде чем он опять заработает?

Я почувствовала, что он присел рядом со мной и обнял одной рукой.

— Я могу только скрасить пребывание здесь, — он взмахнул свободной рукой, и воздух засветился серебром. Стало заметно светлее.

— А говоришь, не волшебник, — я посмотрела на него и увидела на его губах улыбку. Мне сразу стало спокойно и легко. Тогда я, улыбнувшись в ответ, склонила голову ему на плечо. Дэниел не возразил, лишь сильнее притянув к себе. Я почувствовала себя защищенной как никогда и поняла, что его плечо будет мне опорой всегда, когда мне понадобится помощь. Всего лишь за один день он стал для меня самым близким другом, который не бросит меня одну даже в самый трудный для меня момент.

Серебристые искорки, плавно кружа, падали перед моими ногами. Я ощутила, что не хочу, чтобы это мгновение заканчивалось. Мне нравилось слушать, как бьется его сердце, отдаваясь эхом в плече. Его волосы щекотали мою щеку, но я не стала смахивать их, боясь разрушить эту феерию. Так мы просидели минут десять, не произнося ни слова и наслаждаясь моментом. Затем также внезапно, как и погаснув, включился свет, и лифт тронулся вверх, постепенно набирая скорость. Очарование момента разрушилось. Почувствовав себя неудобно, я попыталась подняться, но удалось это только со второй попытки и то не без помощи Дэниела. Помогая, он придержал меня за локоть, и не выпустил руку, даже когда в этом не было необходимости. А я и не была против. Так, рука об руку, мы и вышли из лифта.

На пятом этаже располагался кабинет шефа, его приемная, главный архив, зал для конференций и отдел ограниченного доступа, где я еще ни разу не была. Что там находится, никто из сотрудников не знает. Говорят, что там расположена основная часть архива, содержащая наиболее важную и конфиденциальную информацию. Насколько я знаю, доступ туда имеют только мистер Катчер и Дон Стивенсон — его заместитель и первый помощник. Дон по своей природе очень молчалив и замкнут, поэтому что-либо выведать у него просто невозможно. Таким образом, первый отдел — тайна, покрытая мраком.

Мы остановились в приемной у стола Мелиссы Хэнкс. Эта дама имела скверный, дотошный характер. С приходом мистера Катчера в ее руки попал наш Главный архив, доступный для всех ангелов корпорации. Но теперь, чтобы попасть туда, необходимо получить от миссис Хэнкс кипу бумаг, разрешающих доступ к информации. При этом она выпытывает цель посещения архива, и если считает ее недостаточно важной — не выдает разрешение. По этому поводу, мистеру Катчеру поступали всевозможные жалобы, но пока он оставляет их без внимания.

В кабинет к боссу также не пройти без разрешения миссис Хэнкс. Она преграждает путь любому как львица, защищающая своих котят от врагов. Я думаю, кусаться она тоже умеет.

Увидев нас, она оторвалась от телефонного разговора и, не поздоровавшись, раздраженным тоном сообщила, что мистер Катчер нас ждет. Уже когда мы подошли к двери его кабинета, услышали ее недовольное бурчание, но слов разобрать я не смогла. Видимо, с утра ей уже успел кто-то наступить на хвост, а свою злость она теперь будет срывать на всех, кто ей сегодня попадется.

Я постучала, и, не дожидаясь ответа, вошла. Дэниел, уже отпустив мою руку, вошел следом и прикрыл дверь.

Шеф оторвался от бумаг и, радостно вскочив, торопливо протянул руку Дэниелу для рукопожатия. Затем с довольным видом сел обратно, жестом приглашая присаживаться и нас.

— Рад наконец-то увидеть тебя, Дэниел. Надеюсь, тебе понравится наш город, и наша организация в частности.

— Большое спасибо, мистер Катчер. Я тоже рад вас видеть. Насколько я уже успел заметить, город восхитителен. Надеюсь пробыть здесь подольше.

Я сидела и наблюдала за их обменом любезностями. Босс смотрел на Дэниела с тем же благоговейным трепетом, что и я вчера, впервые увидев его. А Дэниелу ничего не оставалось, как отвечать тем же. Я решила вклиниться в их разговор.

— Мистер Катчер, давно у нас возникают неполадки с лифтами?

Он, казалось, вернулся к действительности. В его взгляде появилась усталость, и я увидела следы двухдневной щетины на его лице. Видимо, он последнее время всего себя посвящает работе, и что-то его очень сильно тревожит.

— Уже третий день. У нас перебои в напряжении, но в ходе проверки никаких дефектов не было обнаружено. Я и представить не могу, с чем это может быть связано. А теперь, если ты позволишь, Диана, я хочу переговорить с Дэниелом наедине.

Вот так всегда. Теперь, значит, я уже не нужна. Я так понимаю, в свои планы они меня посвящать не собираются. А ведь это я встречала гостя в аэропорту, моя машина пострадала от оборотня и мне теперь придется представлять Дэниела всем ангелам отдела как своего друга. Поговорить наедине!

Я беспомощно взглянула на Дэниела, рассчитывая на поддержку, но в его глазах я прочитала, что сейчас так будет лучше. Ладно, поверю. Но пусть только попробует потом не рассказать мне обо всем, я с него три шкуры спущу. Они оба пожалеют, что связались со мной.

Не удостоив шефа и взглядом, я положила на его стол счет от автосалона, в который я успела заехать, на ремонт моего джипа, и твердым шагом вышла из кабинета с трудом поборов глупое желание хлопнуть дверью.

7

Пока в кабинете проходил оживленный разговор, я утопала в мягкой кожаной обивке дивана, дожидаясь его окончания. Спасибо шефу — не пожалел средств для обустройства приемной. Поскольку гости посещали нашу организацию не так часто, комфортом, в основном, наслаждались ангелы всех отделов. До тех пор, пока шеф не принял на работу миссис Хэнкс. Эта фурия выжила всех. Сейчас встретить ангела в приемной — страшная редкость.

Ну, уж, если меня непосредственно не включили в разговор, может быть, хоть удастся что-нибудь подслушать. Я напрягла слух, но ничего не услышала. Видимо, у шефа хорошая шумоизоляция. Неведение начало меня раздражать. О чем они сейчас разговаривают? С какой целью Дэниел появился здесь? Почему это так секретно? Так много вопросов и так мало ответов.

Я почувствовала боль в губе, и, дотронувшись до нее пальцами, обнаружила кровь. Вот до чего они меня довели! Я так нервничала, что прикусила до крови губу.

Пока я, достав зеркало и салфетку, приводила себя в порядок, миссис Хэнкс заинтересованно наблюдала за мной. Конечно, на кого же ей еще обращать внимание, когда она целыми днями сидит одна в своей приемной. Насколько я знаю, у нее даже подруги нет. И неудивительно. Она прославилась своим жутким характером на всю фирму. И сейчас, видя мое недовольство и напряжение, ее настроение заметно поднялось. Хотелось бы увидеть того мужчину, кто женился на ней. Скорее всего, он типичный бесхребетный подкаблучник. Никто другой с ней бы рядом не ужился. Даже если он и уйдет когда-нибудь от нее, то только в могилу, если, кстати, он уже не там. Наверное, все-таки она хороший работник, раз до сих пор мистер Катчер держит ее на месте секретаря и архивариуса.

Я подняла на миссис Хэнкс глаза и та тут же отвела свой взгляд, делая вид, что занята сортировкой бумаг. Она с таким усердием перебирала их, что локтем смахнула на пол пачку писем. Те, в свою очередь, и к моей радости, разлетелись по всему паркету. Мелисса кинулась их торопливо, неуклюже собирать. Я наблюдала за этим каламбуром, и какая-то частичка моей ангельской души получила удовлетворение. Это была месть за все те гадости, что мы натерпелись от нее. Мое лицо исказилось издевательской улыбкой.

На секунду перед моими глазами вместо стола миссис Хэнкс, с разбросанными по нему бумагами, представился другой — кухонный стол Алана. Что он от меня скрывает? И эту загадку мне придется разгадывать! И без этого хватает неопределенностей. Но почему-то моя милая интуиция подсказывает, что все они как-то между собой связаны. И этот запутанный клубок мне предстоит раскрутить, найдя концы, ведущие к ответам на все мои вопросы.

Поскольку, из всех бумаг и иллюстраций мне запомнилась только одна, то отталкиваться придется от нее. Я еще раз тоскливо взглянула на дверь кабинета и решила, дабы не терять время и хоть чем-то занять свою голову, начать поиски. Начать с главного архива.

Пока миссис Хэнкс была увлечена сборкой писем, я прошмыгнула к двери главного архива. Мне повезло — дверь была открыта. Главное, чтобы Мелисса не обнаружила меня здесь до того, как я что-нибудь разузнаю. Дверь за моей спиной потихоньку прикрылась.

Главный архив представлял собой огромные стеллажи, заставленные до самого потолка различными книгами и папками. До этого я была здесь всего пару раз. И каждый раз, меня слегка пугала эта мрачность, застарелый запах, исходящий от книг, массивность стеллажей, которые отбрасывали черные тени на паркет. Стены были серого, мышиного цвета, что превратило помещение архива в подобие какого-то средневекового, готического подземелья. В обстановку только не вписывались новейшие компьютеры, поставленные для удобного поиска: сначала по ключевым словам находишь какой-либо источник, а затем по его шифру ищешь соответствующий стеллаж и полку. Это значительно упрощает поиск нужного материала и затрачивается меньше времени. Время — это как раз то, чего у меня не так уж и много. В любой момент миссис Хэнкс может сюда пожаловать. Поэтому я без промедления направилась к компьютерам. Но видимо неприятности продолжали преследовать меня и сегодня — компьютеры оказались отключенными от общей системы. Ни один из них не подавал никаких признаков жизни. Жаль. А идти и просить миссис Хэнкс подключить их к терминалу у меня не хватит смелости. То-то еще будет, когда она увидит, что я выхожу из главного архива. Там не до просьб будет.

Идея с компьютерами не удалась, значит, будем искать другой вариант. Хотя кое-что уже пришло мне в голову — использовать Белый амулет.

Порывшись в своей зеленой бархатной сумочке (писк моды, кстати) я вытащила на свет то, что искала — небольшой серебристый треугольник на тоненьком черном шнурке. Амулет выглядел изрядно потертым. И неудивительно, ведь мне его вручили, когда я только начала вступать в сознательную жизнь. А это было, ни много, ни мало, восемь лет назад. И за это время, я умудрилась ни разу его не потерять.

В Белом амулете заключена сила, которую ангел волен использовать по своему усмотрению, но, соответственно, только во благо. Такие амулеты нуждаются в частой зарядке энергией. Свой я сдаю, как и все ангелы низшего и среднего уровней, каждую неделю в силовую камеру. Ангелы высших рангов могут сами наделять амулеты своей силой, не прибегая ни к чьей помощи. Мне же пока такие удобства не светят.

От амулета исходило легкое голубое сияние. Это говорит о том, что в нем большой неиспользованный заряд силы. С ее расходованием свечение будет менять цвет — с голубого на зеленый, а затем на красный — критический уровень.

Так, нужно сосредоточиться. Я закрыла глаза и попыталась представить то, что хочу найти. Мой мозг упорно не хотел выдавать нужную картинку, но со второй попытки все получилось. Я увидела как наяву черный круг с вчерченными в него овалом луны и красным сердцем. Надпись, как и прежде, не поддалась моему разуму.

Амулет в моей руке дернулся. Я открыла глаза и, продолжая держать его на поводке, пошла по указанному направлению. Пока мы дошли до нужного стеллажа, он уже успел изрядно нагреться и теперь уже чуть ли не обжигал мне ладонь. Но отпустить его, эту мою путеводную нить Ариадны, я не могла. Слишком уж я была заинтересована и сейчас, когда хоть что-то начало проясняться, я не могла закрыть на это глаза.

У меня было ощущение, будто я держу раскаленный уголек. Странно, такое с ним впервые. Не в силах больше терпеть, я отпустила амулет. Пролетев по воздуху в направлении потолка, он приклеился к потрепанному корешку одной из книг.

Ура, он нашел! Вопрос только, как мне достать эту книгу — даже при моем немаленьком росте дотянуться до полки у меня не получилось. Где-то должна быть лестница.

Уже через несколько минут, забравшись по неустойчивой алюминиевой лесенке наверх, я протягивала руку к заветной книге. Машинально сунув амулет обратно в сумку, я взяла книгу. Это был ничем не примечательный том из серии «Легенды. Ритуалы. Обычаи». В мою душу мелкими шажками начало закрадываться разочарование. Как и большинство книг старины, эта была обтянута лоскутом белого бархата, на котором тесненными золотыми буквами было выгравировано название серии.

Я спустилась, не утрудив себя убрать на место лестницу, и села за один из столов. Положив книгу на стол, я отметила, что на ней не было и следов пыли. Либо миссис Хэнкс яро следила за чистотой архива, что навряд ли, либо этой книгой не так давно пользовались.

Я глубоко вдохнула, и на выдохе открыла ее. От желтых, изъеденных временем страниц, исходил неприятный запах. Могильный запах, отдающий сыростью. К моему разочарованию прибавилось еще и отвращение.

Легенды о появлении первых Темного и Светлого Повелителей, о возникновение мира, о первом ангеле и тому подобное. Ничего интересного. Я все их знала еще с интерната. Дойдя почти до середины, я перевернула очередную страницу и замерла — картинка из моих мыслей материализовалась на бумаге. Деталь в деталь. Внизу гравюры была подпись — «Эсцилибриум». Что-то я такого раньше не слышала. Текст носил то же заглавие. Мои глаза с воодушевлением заскользили по буквам. Но чем дальше я читала, тем страшнее мне становилось.

«Когда папоротник зацветет кровавыми цветами при полной луне, в жертву будет принесено двенадцать светлых душ. Тринадцатый сильный воин завершит ритуал, оставив свое сердце на черном алтаре. Его сила перейдет на сторону зла, разрушив существующий с давних времен баланс сил. Тогда тьма придет в мир, и четыре воина осуществят свою миссию, погрузив мир во мрак. И потеряют все надежду на спасение, отдавшись во власть нового правителя, ибо никто не сможет противиться ему. Земля закончит свои дни, изнывая от безмолвной боли своих человеческих детей. Наступит новая эра в ее жизни — эра Небытия».

У меня на лбу выступил холодный пот. Что это может значить? Насколько я знаю, папоротник не цветет. Тогда получается, что это абсурд, простая сказка. Всего лишь сказка. Но что-то не дает мне в это поверить. Не зря Алан заинтересовался ею, да так, что никого и ничего вокруг себя не замечает, и скрывает свои истинные намерения и побуждения. Он не хотел, чтобы я видела и знала, чем он занимается. Но почему? Если только…. Нет, Алан не может быть предателем! Какой же я друг, если так думаю о нем. Просто он запутался, сильно запутался.

По моим ногам прошел сквозняк, и через мгновение я услышала чьи-то шаги, а точнее цокот каблуков. Я, оставив книгу на столе, поспешила спрятаться за один из стеллажей. Еще не хватало, чтобы миссис Хэнкс обнаружила меня здесь, да еще за таким интересным чтивом.

Мелисса продвигалась вглубь архива, в то время как я, наоборот, проскальзывала к двери. Видимо моя обувь тоже была неидеальна, потому, что она остановилась и, подозрительно оглянувшись по сторонам, спросила «Кто здесь?». Ответом ей было эхо, поскольку я, не дожидаясь момента быть обнаруженной, выскочила из архива.

Не успела я пройти и шагу, как дверь кабинета мистера Катчера открылась, и в проеме показался Дэниел.

— А, вот и ты, пойдем, — он пошире открыл дверь и я, не раздумывая, мигом ретировалась в кабинет. Миссис Хэнкс не настолько глупа, чтобы не связать мое исчезновение с тайным посещением архива и оставленными наспех книгой и лестницей. Поэтому мне лучше создать себе алиби. А уж если она увидит меня выходящей из кабинета шефа, то вопросы сами собой отпадут.

Мистер Катчер подождав пока мы устроимся в креслах начал разговор:

— Диана, мы тут с Дэниелом посовещались и решили, что для благополучия нашего общего дела лучше перевести тебя в отдел расследований.

— Но именно сейчас отделу реагирования приходится нелегко. Они несут большие потери. Им нужна помощь! — возразила я.

Шеф нахмурился, отчего его брови сошлись на переносице. Он не любит, когда ему перечат.

— Я прекрасно осведомлен в делах нашей организации, и в частности этого отдела. Но, повторяю, если ты займешься расследованиями, пользы будет больше. Демоническая активность не спадает, и мы не можем определить ее источник. Поэтому я и хочу, чтобы вы с Дэниелом начали работу именно там, — видя, что на моем лице отразилось недовольство, добавил: — Это временные меры. Если пожелаешь, можешь после выполнения этого задания перейти обратно.

Я молчала, обдумывая предложение. Перспектива работать в отделе расследований меня не радовала по двум причинам. Во-первых, там работает одна нежелательная персона по имени Фрэнк Перри. Это самый эгоцентричный, самонадеянный и жестокий ангел из всех мне знакомых. Я училась вместе с ним в интернате для ангелов и успела хорошенько его узнать. Фрэнк считал себя чертовски неотразимым, и когда я не ответила на его ухаживания, он во всеуслышании заявил, что я еще об этом пожалею. С тех пор моя жизнь превратилась в ад.

Мои страдания прекратились лишь когда меня приняли сюда на работу. Но он и не собирался оставлять меня в покое и последовал за мной. Я благодарила небеса, когда узнала, что наши отделы расположены на разных этажах, и почти никак между собой не сотрудничают.

Во-вторых, я не хотела оставлять своих друзей в такой трудной ситуации. У нас был слаженный коллектив, и все радости и печали мы переживали вместе. Как они воспримут мой перевод? Что я скажу Эвану, когда увижу его?

— Вы постоянно говорите о каком-то задании. В чем оно заключается?

У мистера Катчера будто камень с души свалился, он сразу повеселел, брови вернулись на место, разгладив лоб. У меня не было выбора, кроме как согласиться, ведь он мой шеф. Я тешила себя мыслью, что это только на время, и потом я опять вернусь в приятную моей душе среду. А пока придется в очередной раз принести себя в жертву. Жертва. Какое неприятное слово. Сразу вызвало из памяти описание только что прочитанного ритуала. Брр!

— Позднее Дэниел все тебе расскажет. Так мы договорились?

Я посмотрела на Дэниела, и тот в ответ качнул головой в знак согласия.

— Договорились.

Мистер Катчер потер руки, как будто совершил самую выгодную на свете сделку и подписал договор о моем временном переводе.

— Можно вопрос?

Шеф поднял на меня глаза:

— Конечно.

— Скажите, а папоротник цветет?

Две головы разом повернулись и странно уставились на меня. Одна из них заговорила:

— Да. Это бывает, и не так уж и редко. Если не ошибаюсь, раз в году. Мне не приходилось видеть его цветы, но говорят, что они прекрасны.

Дэниел тоже решил внести свою лепту:

— Его цветки похожи на лотос по форме и по цвету.

— А я думала, что цветение папоротника — это миф, — сказала я и тут же пожалела об этом. Дэниел смотрел на меня как на маленького глупенького ребенка, даже не пытаясь сдержать улыбку. Честно говоря, она меня начала уже раздражать. Второй раз, если не третий за день.

— Ой, только не надо на меня так смотреть. Сам-то ты много знаешь? — вспыхнула я.

Продолжить мою тираду не дал шеф:

— Диана, я думаю, Дэниел не хотел тебя обидеть, — мистер Катчер взглянул на Дэниела и тот покорно спрятал улыбку, но глаза его по-прежнему светились весельем. — А почему ты спросила?

Рассказать или нет? Я не хочу показаться в их глазах паникершей, ведь никаких доказательств у меня нет. Это может оказаться простой сказкой. Лучше я завтра с утра съезжу к Алану и попробую узнать у него подробности. И только потом, если это окажется действительно важным, сообщу шефу.

— Простое любопытство. Мы на днях поспорили с Линдой, цветет ли папоротник. Вот я и решила узнать у вас как у специалиста. К сожалению, я проспорила. На кону был ужин на двоих в самом дорогом ресторане.

Я сделала невинное лицо и шеф, кажется, поверил, чего не могу сказать о Дэниеле. Его веселые искрящиеся глаза приняли задумчивый вид и посмотрели на меня. Я же, пока шеф отвлекся обратно на бумаги, театрально захлопала ресницами ему в ответ и улыбнулась, пожав плечами. То-то я его уела!

— Был бы рад с вами еще поговорить, но дела ждут. Отдашь это миссис Хэнкс, — с этими словами шеф протянул мне бумаги и, дав понять, что нам пора, потянулся за телефоном.

8

— Так что это за задание? — я решила сразу брать быка за рога, поскольку мое любопытство просто не даст мне спокойно жить.

— Давай сначала найдем более подходящее место для разговоров.

— А чем тебе это не подходит? Здесь же все свои, — мы шли по длинному коридору четвертого этажа, направляясь в отдел расследований. Ноги мягко скользили по бежевому ковролину.

— По крайней мере, я здесь еще никого не знаю. А если бы и знал, то все равно не стал бы распространяться на эту тему в присутствии посторонних. Понимаешь, Диана, мы не настолько знаем других, как знаем себя, чтобы безоговорочно доверять им.

Я надулась, но ответить ничего не успела: мы подошли к дверям отдела и, заходя, я столкнулась с Фрэнком. На его лице сначала отразилось удивление, а затем — издевательская ухмылка.

— Куда-то торопишься?

Я попыталась протиснуться, но он не пропускал, перегородив своим телом проход. Его взгляд переключился на стоящего за моей спиной Дэниела.

— А это твой новый бой-френд? — он оценивающе оглядел Дэниела с ног до головы, и усмехнулся. Фрэнк хотел этим жестом унизить его, но ничего не получилось — Дэниел продолжал стоять с едва видимой ленивой улыбкой на губах. Самоконтроль — это страшная штука. Я тоже старалась выработать его у себя, но пока это не особо выходило.

— Ты, наверное, немой? Да? Вот почему ты ей приглянулся. Она предпочитает калек нормальным людям. Паршивый вкус.

Тут уже я не выдержала:

— Я предпочитаю нормальных людей дебилам, таким как ты! Пропусти! — я сильно пихнула его плечом, но он не поддался. Это равносильно тому, что долбиться об каменную стену.

Видя, что мои усилия напрасны, в игру вступил Дэниел.

— По-моему, тебе ясно дали понять, что ты нас задерживаешь, — улыбка исчезла с его лица, а в голосе послышались стальные нотки.

— Смотрите все, ОНО заговорило! А я-то думал, ты нем как рыба. В чем же тогда твой дефект? Нет, не говори. Я сам угадаю. Слабоумие? Или…

Фрэнк не успел договорить. Рука Дэниела сомкнулась на его горле, и он захрипел. Не выпуская, Дэниел отвел его от двери, освободив проход, а затем, слегка толкнув назад, отпустил его. Обескураженный, Фрэнк привалился к стене, потирая шею. Надеюсь, у него останется синяк.

Но, стоило только Дэниелу повернуться спиной, как он с яростью бросился на него. Дэниел будто предвидел это — не оборачиваясь, выставил назад локоть, который точно попал ему под дых. Фрэнк согнулся, судорожно хватая воздух.

В это время к нам подошел шеф. Сразу оценив ситуацию, он обратился к зачинщику:

— Что вы себе позволяете, мистер Перри?! Вот значит, как проявляется ваша вежливость и радушие по отношению к нашему новому сотруднику!

— Но, мистер Катчер, не я первый это начал! Если это было бы так, не он ли должен валяться на полу?

— Все дело в ваших плохих ударах. Только и можете, что нападать со спины. А вы знаете, кто так обычно поступает? Я думаю, знаете.

Фрэнк хотел еще что-то сказать в свою защиту, но шеф поднял руку и загубил в корне все его попытки, призвав к молчанию.

Мистер Катчер переключил свое внимание на нас.

— Я забыл вам сказать, что передаю в ваше полное распоряжение третий кабинет. Думаю, вам там будет намного лучше работать, чем в общем помещении.

Шеф вручил Дэниелу ключи и, пожелав удачи, удалился.

Не обращая на Фрэнка никакого внимания, мы беспрепятственно вошли в отдел. Он же решив оставить за собой последнее слово, злобно зашипел:

— Настанет момент, когда за твоей спиной не будет никого, Диана. И тогда ты пожалеешь обо всем. Даю слово, пожалеешь!

Меня слегка напугали его слова, но пока за моей спиной есть Дэниел мне нечего бояться. А на будущее я не загадываю. Там посмотрим. Сначала надо разобраться с настоящим.

Кабинет превзошел все мои ожидания. Прежнего хозяина, видимо, больше волновали уют и комфорт помещения, чем его пригодность для работы. Широкое окно было завешено шторами насыщенного фиолетового цвета с золотым орнаментом. По одну сторону от окна находился письменный стол цвета земляного ореха и два таких же стула. Рядом расположился небольшой стеллаж для книг. По другую сторону от окна стоял слегка уменьшенный двойник дивана, находящегося в приемной шефа. Под ногами лежал настоящий персидский ковер. Убранство завершала картина, изображающая двух маленьких ангелочков, один из которых играл на лютне, а второй — порхал как бабочка между деревьями под льющуюся песню. Все это было так искусно написано, что фигуры казались живыми, они двигались, наслаждаясь беззаботной жизнью. Едва сумев оторвать взгляд от картины, я заметила, что Дэниел так же заворожено смотрит на нее.

— Они как живые, — прошептал он.

— Да, я тоже это заметила, — сказала я и, сделав паузу, продолжила: — Ну, и как тебе кабинет?

Он прошел по ковру и приземлился на диван, тут же утонув в нем. Дэниел с его золотистыми волосами смотрелся шикарно на фоне черной кожи и, вообще в этом кабинете. Как будто попал в свою среду. Я же не привыкла к таким удобствам, и поэтому чувствовала себя не очень-то комфортно.

— Мне нравится. Здесь можно удобно, а главное спокойно работать, — сказал Дэниел и, увидев мой задумчивый вид, добавил: — Над чем задумалась?

— Ты никогда не пробовал носить кожаную одежду? Тебе бы пошло.

Его лицо озарилось мягкой улыбкой, в глазах появились золотые искорки, которые мне уже успели понравиться за все это время, что мы знакомы.

— Никогда. Но раз уж ты сказала, то обязательно попробую.

Я устроилась на одном из стульев и провела рукой по поверхности стола. Моя ладонь в итоге приобрела серый оттенок — видимо, кабинет давно остался без хозяина и уборщица сюда не заглядывает. Видя, что я не особо разговорчива, Дэниел взял инициативу на себя.

— Диана, надеюсь, ты не расстроилась из-за того, что сказал этот тип? Можешь всегда рассчитывать на меня, в любое время дня и ночи. Я не позволю ему портить твою жизнь.

Я удивилась его словам. Почему он подумал, что я должна из-за этого переживать? За много лет мой организм выработал привычку не слышать Фрэнка Перри, не обращать на него никакого внимания, вообще забыть о его существовании.

— Спасибо за помощь, Дэниел, но думаю я сама с ним справлюсь, как справлялась все эти годы. Фрэнк Перри неровно дышит ко мне еще со школы. Сначала были ухаживания, затем презрение, теперь же это переросло в ненависть. Как говорится, от любви до ненависти один шаг. Я уже привыкла к постоянным обидам, подвохам и всевозможным унижениям с его стороны.

— Именно из-за него ты не хотела переходить в этот отдел?

— Да. Я старалась не попадаться ему на глаза, и мне это удавалось на протяжении года. Но сейчас я поняла, что злость в нем никуда не исчезает, она накапливается.

Вдруг я почувствовала, что готова расплакаться, что явно мне не характерно. Обычно, я тверда как камень, но, видимо это Дэниел на меня так действует. В его присутствии я чувствую себя как за каменной стеной, и могу дать волю чувствам.

Дэниел тоже оценил мое состояние. Он взял второй стул и, поставив его позади меня сел, нежно обхватив мои плечи руками. Я смотрела перед собой, но видела вовсе не стены кабинета, а свою прошлую жизнь. В ней я была одинокой и несчастной. У меня не было семьи, которая любила бы меня и заботилась, не было бабушки, которая рассказывала бы сказки и пекла вкусные пирожки. Другими словами, у меня не было детства. Конечно, я не была обделена игрушками, но они были для меня просто бездушным материалом. Я росла. Но никто не уделял мне внимания. Моя жизнь походила на жизнь волка, изгнанного стаей и вынужденного скитаться. И характер у меня появился соответствующий. Именно поэтому у меня было не так много друзей. Мне с трудом давалось обучение, общение со сверстниками и наставниками. Но, видимо, Богу показалось, что я мало страдаю, и он послал мне Фрэнка. Тогда я точно начала жить как в аду: каждодневные унижения разного характера сыпались мне на голову. Почти весь день я проводила в небольшой пещерке на берегу моря, расположенного рядом с интернатом. О ее существовании кроме меня никто не знал. В ней я предавалась мечтам о жизни, которая могла бы у меня быть. Но, к сожалению, это были только фантазии.

И сейчас, увидев Фрэнка, я словно заново все это пережила. Его слова, брошенные мне в след, напомнили о том, что я по-прежнему одинока и несчастна. В душе я все еще волк, которому приходится одиноко мотаться по миру, не находя себе места.

Но что-то вырвало меня из воспоминаний. Я ощутила, что от рук Дэниела, все еще обхватывающих меня, исходит какая — то сила. Она проникала в меня, впитываясь через кожу, и я вдруг почувствовала, что прошлое уходит. Уходят боль и страдание, а появляется надежда и уверенность. «Теперь ты не одна» — раздалось в моем сознании. Был ли это Дэниел, или всего лишь мое воображение я не знаю. Будем считать, что первое. А спрашивать не стану, дабы не разочароваться. Лучше буду тешить себя мыслью о причастности Дэниела к этому вопросу.

Через минуту от моих переживаний не осталось и следа. Только вот щеки все еще были мокрыми от слез. Я была благодарна Дэниелу за его поддержку и участие.

— Спасибо, Дэниел.

Больше я ничего сказать не успела, потому что образовавшуюся тишину нарушил настойчивый звонок сотового телефона. Я нехотя высвободилась из объятий Дэниела и, вытащив из сумки телефон, ответила на вызов. В трубке послышался задорный щебет:

— Привет, подруга! Работаешь? Почему не перезвонила мне вчера?

— Извини, я вчера сильно вымоталась. День выдался тяжелый.

— Ладно, прощаю, — Линда засмеялась в трубку. Я поражаюсь ее безграничному оптимизму. Сколько ее знаю, она ни разу не была чем-либо расстроена, в отличие от меня. Мое же настроение может кардинально измениться за какие — то доли секунды. Но ничего тут не поделаешь, такой уж у меня характер. — Ты выбрала, куда мы сегодня поедем за обновками?

В этом вся Линда — помешана на шмотках и парнях. Готова разговаривать об этом часами.

Чтобы не терять зря время я достала салфетку и принялась насухо вытирать мокрые от слез щеки.

— Нет. Всецело полагаюсь на твой выбор. Во сколько ты заедешь за мной?

— Думаю, часам к пяти, может быть раньше. Устраивает?

— Вполне, — думаю, к этому времени я уже освобожусь. Надо будет еще забросить Дэниела домой или одолжить ему свою машину, что более приемлемо для меня. Надеюсь, водить он умеет.

— Так ты встретила вчера своего знакомого? Ты меня должна обязательно с ним познакомить, — ее голос взволнованно завибрировал.

— Нет проблем.

— А он симпатичный?

Я посмотрела на Дэниела. Он стоял спиной ко мне, глядя в окно. Он был не просто красив, он был великолепен. Его красота поразила меня при первой нашей встрече вчера в аэропорту. Мне в нем нравилось абсолютно все: его лицо, одежда, каштановые волосы с отблеском золота, его пленительная улыбка, задорный блеск в глазах. И сейчас я залюбовалась его спиной.

— Более чем ты думаешь, — ответила я и в ответ услышала восхищенный возглас.

— Дай слово, что обязательно познакомишь нас. Сегодня же.

— Уж будь уверена.

— Тогда я с нетерпением буду ждать.

В трубке послышался отдаленный звонок в дверь.

— Извини, подруга. Ко мне гости. Заеду, как и обещала. Ну, ладно. Целую. Пока!

— И я тебя. Пока.

Я положила телефон на стол и, скинув туфли, босиком прошла по ковру. Мягкий глубокий ворс позволил моим ногам блаженно утонуть в нем. Я поудобнее устроилась на диване с ногами, что вполне позволяли его габариты, да так, что и Дэниелу оставалось место.

— Приступим к работе?

Дэниел оторвался от окна и присел на диван.

— С чего начать мой рассказ?

— С того, что здесь происходит и какая роль во всем этом отведена нам.

— Ну, тогда начнем. Как ты уже успела заметить, последнее время в вашей организации начали происходить непонятные вещи, например, сбои в напряжении. Сюда относится и повышенная активность. Попытки выяснить причины всего этого мистеру Катчеру не удалось. Он подозревает, что из вашей фирмы происходит утечка информации.

— То есть, среди наших есть предатель?

Это показалось мне самым страшным. Знать, что кто-то из своих намеренно предает всех ради какой-то темной цели, ради собственного благополучия. Этим ангелом может оказаться кто угодно.

— Да, именно так мы и думаем. Но вычислить пока его не удалось. Еще, за последние три дня исчезло два ангела. Никто не знает, где они. Активности они не проявляют и, поэтому место их нахождения не удается определить.

— Точно. Я вспомнила. Исчезли Джудит и Кларк из отдела расследований. Но этому не придали особого значения. Они оба знамениты тем, что на работу ходят только по желанию. Шеф уже не раз высказывался по этому поводу, но его слова не доходят до их ушей. Поэтому, возможно, что они в очередной раз куда-либо поехали отдыхать или отлеживаются дома.

— Все было проверено. Дома их нет, и никто не знает, где они могут быть.

— Но должны были остаться хоть какие-то следы. Ведь, ангелы не исчезают бесследно посреди бела дня.

— Их квартиры были проверены — ничего не найдено.

Еще двух пропавших ангелов нам не хватало. И так работы выше крыши. По-моему этой парочке уделяют сильно много внимания. Они, наверное, просто устали работать и как это часто с ними случается, укатили на море. Солнце, пляж и море. Что еще надо для полного счастья?

— Именно поэтому тебя вызвали?

Дэниел утвердительно качнул головой.

— Мистер Катчер попросил у меня помощи, и я согласился ее оказать.

— Каким образом? Чем ты можешь помочь?

— Твоему шефу нужен был ангел со стороны потому, что он не знает, кто из вашей организации сливает информацию. Следовательно, довериться никому он не мог. Кроме того, этот ангел должен быть выше его по рангу. Я подошел под его требования. Таким образом, мне нужно будет попытаться выяснить, используя силу, кто работает на два фронта.

— Но ведь ты находишься в опасности, пребывая здесь. Что, если демоны узнают о твоем местонахождении, лишат тебя силы и используют ее в своих целях?

— Я буду использовать свою силу в небольших количествах, чтобы ее никто не смог засечь. Для прикрытия я буду поддерживать третий уровень. Мы с твоим шефом продумали основные варианты. Так что не волнуйся.

Легко ему говорить. Если что-нибудь с ним случиться, буду виновата я потому, что сейчас он на моем попечении. Хотя кто о ком заботится это еще вопрос.

— А какова моя роль во всем этом запутанном деле? — поинтересовалась я.

— Ты будешь мне помогать в расследовании. Еще, я плохо знаю этот город и без тебя мне не обойтись, — он заулыбался, и я не могла не ответить ему тем же.

Палящее солнце безжалостно жгло мою кожу, и я не вытерпев, встала и плотно закрыла шторы. В кабинете стало чуть темнее. Сев на стул, что позволяло мне в анфас видеть Дэниела, я продолжила разговор.

— Так и быть, я готова на сотрудничество. Только с одним условием — ничего не скрывать от меня. На вопросы отвечать не улыбкой, а словами, раскрывающими суть дела.

Лицо Дэниела стало наигранно обиженным — брови выгнулись дугой, создавая небольшие волны на лбу, уголки рта слегка опустились и дабы завершить образ он начал часто хлопать густыми ресницами. Его мгновенным перевоплощениям мог бы позавидовать любой актер.

— Тебе не нравится моя улыбка?

— Дело не в этом. Просто иногда она бывает не к месту. И еще, я не люблю, когда на меня смотрят как на глупенького ребенка. Я уже давно вышла из этого возраста. Ну, так что? Согласен?

Он тяжко вздохнул и ответил:

— Ты поставила меня в тупик. У меня нет выбора. Согласен.

Итак, чуть-чуть я его укротила. Хоть какой-то прогресс. Теперь можно приступить к работе.

9

В течение двух с половиной часов мы с Дэниелом продумывали основные варианты того, где могут быть Кларк и Джудит. Остановились на том, чтобы опросить их друзей и сотрудников по отделу. Возможно, появится хоть какая-то зацепка.

Вторым пунктом был вопрос о предполагаемом шпионе. Им может оказаться кто угодно. Организация у нас большая и найти его будет очень сложно. Надо будет по компьютеру просмотреть досье на каждого ангела в фирме и затем выделить наиболее подозрительных персон.

Мы как раз обсуждали план поимки предателя, когда, постучавшись, в кабинет запорхнула Линда. Выглядела она сегодня просто отменно: кофта нежно персикового цвета плотно обтягивала ее точеную, слегка полноватую, фигуру, черная юбка, не доходя до колен, заканчивалась бахромой, акцентируя внимание на стройных ногах, а короткие вьющиеся волосы были уложены в какую-то затейливую прическу. Видно, что она тщательно подготовилась к нашей встрече. Когда ее взгляд упал на Дэниела, она слегка растерялась. Линда была так поражена его красотой и при этом ярко выраженной мужественностью, что замерла на месте. Да, какой же у меня был вид, когда я увидела его первый раз? Наверное, еще глупее.

Я помахала рукой перед ее глазами и она, очнувшись, переключила свое внимание на меня. Линда подлетела и чмокнула меня в щечку.

— Привет. Надеюсь, я не помешала вам.

Я повернулась в пол оборота и представила их друг другу.

— Дэниел, познакомься. Это моя самая лучшая подруга и, можно сказать, сестра — Линда Ренделл. А это Дэниел — мой друг.

— Очень приятно, Линда. Я хотел бы узнать о Диане побольше и, думаю, вы мне в этом поможете.

— Можете не сомневаться, Дэниел.

Они заговорщицки переглянулись, оставив меня в полном недоумении. Что это за коалиция формируется у меня за спиной?! Я уже хотела возмутиться, но Линда опередила меня:

— Чуть не забыла. Только что видела твоего шефа, и он просил тебя зайти к нему, пока еще не уехал на какое-то срочное собрание ангелов города. Поторопись.

— Это он тебе сказал, где меня теперь можно найти?

Она утвердительно кивнула.

— А вы не пойдете со мной?

— Я думаю, надолго он тебя не задержит, он сам торопится. Поэтому, иди одна. А мы тебя подождем здесь.

Оставлять их одних мне не очень-то хотелось — я знала, что у Линды слишком длинный язык. И у меня по этому поводу было плохое предчувствие. Но, подумав, я сделала вывод, что ничего важного Линда не знает о моих делах и я, пообещав, что скоро вернусь, вышла из кабинета.

Лето — пора затишья в нашей работе. Видимо, демоны тоже не особо любят работать в жару. Зато осенью и зимой они пытаются наверстать упущенное. Я не люблю осень, она наводит на меня уныние и какое-то опустошение, давая понять, что лето не бесконечно. Сухая листва, холодный промозглый ветер, пасмурное небо и частые дожди создают угнетающую обстановку, нагоняя соответствующее настроение. Я родилась в один из таких дней. Но я не хочу даже помнить день своего рождения потому, что он для меня ничего не значит. Очередной год моей одинокой скучной жизни, и ничего более. Так зачем делать из этого дня праздник? Он должен приносить радость, понимание того, что ты кому-то нужен в этой жизни и что хоть кто-то принимает в ней участие. Линда и Эван не раз пытались мне устроить сюрприз, праздник, но все их попытки заканчивались провалом — иногда я даже не показывалась им на глаза в этот день.

Я беспрепятственно покинула отдел и пошла по коридору к лестнице — хватит на меня сегодня лифтов. Перспектива застрять одной на неопределенный срок меня не радовала.

На лестнице к звуку моих шагов прибавился еще один — нетерпеливый, быстрый, спешащий, мужской. Уже через секунду передо мной стоял Эван во всей своей красе. Сегодня он был одет, как и обычно, в серый джемпер и синие джинсы, а лицо его было задумчивым и обеспокоенным. Увидев меня, его лицо немного преобразилось — появился радостный блеск в газах, а губы растянулись в широкой дружественной улыбке.

— Привет, Диана. Я уже забеспокоился, где ты можешь быть. Подумал, может у тебя и сегодня выходной, раз ты не появилась на работе.

Я не знала, как сказать ему, что теперь не работаю в его отделе. Могу ли я так предать его, и как он отнесется к моим словам? Мои губы предательски дрогнули.

Эван заметил, что со мной что-то не так.

— Ты здорова?

— Да, со мной все в порядке.

— Тогда что случилось?

Я не могла смотреть ему в глаза и перевела взгляд на стену.

— Сегодня меня перевели в отдел расследований. С этого дня я работаю там.

Последовала молчание и слегка поникшим голосом, Эван спросил:

— Почему?

Я резко повернула голову и, посмотрев в его голубые глаза, спросила:

— Что почему?! Почему я перешла? Да уж явно не по своей воле. Я здесь, как и ты выполняю приказы руководства. Ты прекрасно знаешь, что я ненавижу этот отдел всей душой. Я была вынуждена, Эван, а ты еще унижаешь меня этим вопросом. Я бы ни за что не бросила тебя в такой сложный период.

Эван спустился на несколько ступеней и, взяв мою руку, нежно сжал ее в своих ладонях, не переставая при этом смотреть мне в глаза.

— Прости, Диана, я не хотел тебя обидеть. Просто эта новость оказалось неожиданной для меня. Почему ты не сказала мне об этом сразу? Я волновался, когда не увидел тебя в отделе. Ты же знаешь, что уже пропали два ангела? Я умру, если с тобой что-то случится!

Слова Эвана слегка умерили мой пыл. Сейчас в них сквозила не только дружба, но и что-то большее — любовь. Я никогда не видела его в этом свете. Он всегда был для меня просто другом и ничего кроме дружеских чувств у меня не вызывал.

— Я боялась, что ты подумаешь, будто я предала тебя и всех наших, перейдя туда.

— Глупая, как я мог так подумать?! Я прекрасно знаю, что там работает Фрэнк, и как ты его ненавидишь. С другой стороны, я даже рад, что ты теперь будешь там работать, — он увидел, что его слова вызвали у меня недоумение, и пояснил: — Теперь ты не будешь подвергать себя опасности, выезжая на вызов. Сейчас нам приходится тяжело, но мы справимся. Зато я буду знать, что ты в безопасности.

— Это временно. Как только мы справимся с заданием, данным шефом, я перейду обратно.

— Мы?

— Да, я и Дэниел Сэндс. Наш новый работник и…, - я помедлила, не зная, стоит ли это говорить, — мой старый друг. Я познакомилась с ним в Детройте.

Эван выпустил мою руку и слегка отстранился. Если мне легко удалось солгать Линде, то с Эваном уже будут проблемы.

— Старый друг? А почему я о нем раньше ничего не слышал?

— Я и сама забыла о нем, но на днях он позвонил и попросил его встретить. Дэниел наслышан о нашей компании и решил устроиться здесь работать.

— И по чистой случайности вас обоих устроили работать в один отдел. Что-то сильно все гладко.

В его голосе послышалось раздражение и нотки ревности.

— Это не моя идея, а мистера Катчера. Он решил, что пока Дэниелу сложно ориентироваться у нас, я буду помогать ему.

— А с какой стати шеф так заботиться об этом новичке и проявляет особое внимание?

— Просто они давно знакомы и для шефа важно, что Дэниел подумает о его фирме.

— Ладно, допустим. А…

Я поняла, что разговор заходит не в то русло, и перебила его:

— Извини, шеф просил срочно заскочить к нему, пока он не уехал. Так что, я пойду. Договорим позже?

— Да, конечно. Мы обязательно продолжим этот разговор.

Я прекрасно знала, что Эван не оставит меня в покое, пока не узнает все. Но сейчас я не могла, да и не хотела отвечать на его вопросы. Сначала мне нужно хорошенько обдумать предполагаемые ответы, иначе могу ляпнуть что-нибудь лишнее.

Я прошла мимо него и поспешно начала подниматься дальше. Судя по тишине, я отметила, что Эван не последовал моему примеру, а остался стоять на месте. Все его мысли теперь будут заняты моим поведением и появившимся на горизонте Дэниелом. Еще не узнав его, Эван был уже настроен враждебно. Надеюсь, что это не ревность в нем взыграла, а чувство осторожности.

Я застала шефа, когда он выходил из своего кабинета. Он явно торопился, и мне стало стыдно, что я заставила его ждать.

— Мистер Катчер, вы меня вызывали?

— Да, Диана, — он открыл портфель и, бегло пробежавшись пальцами по бумагам, вытащил одну из них. — Это допуск к первому отделу. Вам понадобится необходимая информация, и, я думаю, вы с Дэниелом сможете что-нибудь там найти. Только прошу соблюдать конфиденциальность. Все что там находится не должно выйти за его стены. Ты поняла?

— Да, — это все, что я могла вымолвить. Неужели меня удостоили такой чести? Теперь я узнаю, что скрывается за этими стенами.

— Тогда, держи, — шеф протянул мне разрешение и маленький ключ. — А теперь извини, я и так уже опаздываю.

Он посмотрел на часы и быстрыми шагами направился к лифту.

Я сжала ключ в своей руке, будто боясь его потерять, и пошла к лестнице. Затем, вспомнив, что внизу, скорее всего еще стоит Эван, я вернулась к лифтам и нажала на кнопку вызова. Нужно как можно быстрее вернуться к Линде и Дэниелу. Неизвестно, что она успела рассказать за это время. Я не люблю, когда разговоры обо мне ведутся за моей спиной.

10

Подходя к двери третьего кабинета, я услышала смех. Веселый, задорный смех. Сначала я хотела подслушать, о чем они разговаривают, но моя гордость мне не позволила и, решив не унижаться, я вошла в кабинет. Линда сидела на стуле, а Дэниел по-прежнему стоял у окна, облокотившись на подоконник. Оба смеялись изо всех сил.

— Над чем смеетесь? — заинтересованно спросила я, поудобнее усаживаясь на диван.

— Линда рассказывала мне о твоей выходке на день ангелов в вашей школе.

Мое лицо начало медленно заливаться краской. Я старалась не вспоминать о том дне, когда я так опозорилась. В нашей школе было принято каждый год 7 июня отмечать день ангелов. По этому поводу устраивали праздник, на который все приходили в шикарных нарядах, которые только могли достать, прикрепляли себе искусственные крылья из птичьих перьев, а голову украшали диадемы или нимбы. Так называемый, маскарад. Только наряды были почти у всех одинаковые. В один из таких прекрасных дней, я заявилась на праздник пьяная и не подобающим образом одетая. Когда я вошла в общий зал, все буквально онемели от моего вида: на мне был красный кожаный лифчик и такие же шорты, хотя шортами их сложно было назвать — просто кусочек ткани. На ногах были красные туфли на большой шпильке, волосы распущены, а на голове вместо диадемы красовались черные рога. При всем этом великолепии из моего ярко накрашенного рта раздавалась отборная брань. Где я все это сумела достать, сейчас уже не помню, как и не помню причину своего протеста. Директор интерната был шокирован, но когда пришел в себя, то был без ума от ярости. Он, выкрикивая ужасные ругательства, не лучше моих, буквально за шиворот вытащил меня из зала и поволок в мою комнату. Я была настолько пьяна, что даже не смогла сказать ничего вразумительного. Он втащил меня в ванную и открыл душ, окатив меня холодной водой, чтобы я пришла в себя.

Этот случай вся школа обсуждала несколько дней, а я, наказанная, драила пол на всех этажах. Мне повезло, что тогда меня не исключили, иначе сейчас я бы не имела хорошей работы и неизвестно, кем бы была вообще.

Я постаралась забыть об этом случае, но Линда, судя по веселому выражению их лиц, хранила этот фрагмент моей жизни очень бережно и во всех красках.

Я сурово посмотрела на Линду и с сарказмом сказала:

— Ну, спасибо, услужила. Неужели это все, что ты обо мне можешь рассказать?

За нее вступился Дэниел. Да, теперь они не разлей вода.

— Не злись на Линду, это я завел этот разговор. Она всего лишь поддержала его. Тем более в этом случае нет ничего стыдного, с каждым бывает.

— Да, спасибо, успокоил. От чего же она о себе ничего такого не рассказала? Или это только я здесь такая развратная и безрассудная?

Они оба уставились на меня, не понимая, почему я так бурно реагирую. Я и сама, если честно, этого не понимала. Просто я сегодня на взводе — то эта странная легенда и побег из архива, то неприятная встреча с Фрэнком, не менее приятный разговор с Эваном. Линда с Дэниелом просто добавили масла в огонь, который и без того бушевал. Мне захотелось остаться одной, спокойно собрать все свои мысли в кучу и успокоиться. А уж разговаривать с ними и продолжать эту тему явно не хотелось. Порывшись в своей сумочке, я извлекла на свет ключи от машины и встала. Реакция последовала мгновенно.

— Ты куда? — Линда тоже вскочила и сделала шаг по направлению ко мне.

Не оборачиваясь, я бросила через плечо:

— Домой. Хочу побыть одна. Я прошу тебя подбросить Дэниела до дома, когда вы наговоритесь.

— Но… Я думала, мы поедем по магазинам.

— Я тоже так думала, — сказала я и вышла, не дав возможности высказаться Линде. Странно, почему Дэниел ничего не сказал и не попытался меня удержать? Может, я ему уже успела надоесть за эти два дня, что мы знакомы? Все может быть.

Через час я уже была дома. Перед выходом я забыла задернуть шторы, и сейчас в квартире было душно. Я открыла окно, судорожно хватая свежий воздух. Солнце готовилось к закату, придавая голубому небу розоватый оттенок. Окно выходило во внутренний двор, и вид из него был не особо приятным — заржавевшие качели, к которым никто не притрагивался уже более пяти лет, мусорные баки и старые вещи одного из соседей, оставленные после его переезда. Никто убирать их не захотел. Да и мне не надо.

Я задернула шторы, оставив окно открытым — на свежем воздухе приятнее спать и легче думать.

Страшно захотелось есть, ведь у меня днем и крошки во рту не было. Но холодильник не услышал мои молитвы — все, что там нашлось, это баночка фруктового йогурта, пара яблок, заветренный кусочек сыра и пакет апельсинового сока.

Соорудив из всего этого подобие ужина, я, быстро перекусив, завалилась на кровать, не забыв выключить домашний и сотовый телефоны. Иначе, не успею я собраться с мыслями, как начнутся бесконечные звонки с извинениями от Линды. А в том, что они обязательно будут, сомнений не было. Я знала ее как свои пять пальцев, зато она не могла бы того же сказать обо мне. Несмотря на то, что мы с ней столько лет знаем друг другу, она так и не проникла во все таинства моей души.

Итак, начнем. Повестка дня — таинственная легенда, пропавшие ангелы и «червь» в нашей организации.

Легенда взволновала меня, но разве она не может быть просто сказкой. Страшной, не спорю, но всего лишь сказкой. Ну и что, что папоротник цветет? Может это единственная правда из всего написанного? Лучше плюну на свою гордость и завтра с утра съезжу к Алану и постараюсь все узнать.

Пропавшие ангелы. Тоже ничего серьезного сказать об этом не могу. Эта парочка никогда не выглядела работягами. Будь я на их месте, давно бы укатила отдыхать куда-нибудь на Гавайи, подальше от всех персон. Плела бы венки из цветов и пускала их по воде, наслаждаясь солнцем, пляжем и жарой.

А по поводу шпиона в фирме, могу сказать одно — первый, кто приходит на ум, это Фрэнк. По-моему, он единственный кто способен на такое. Остальные ангелы у нас — просто душки. А для того, чтобы перейти на сторону врага, поставив в опасность всю организацию и ее сотрудников, нужен неиссякаемый заряд злобы и ненависти. Кто из наших способен на такое? Именно это мне и предстоит узнать в ближайшие дни. Но это потом, а сейчас нужно отдохнуть. Солнце еще только собралось садиться, но мне завтра нужно встать раньше и успеть съездить к Алану до того, как проснется Дэниел. А поскольку будильник у меня благополучно умер, а новый я не купила, придется понадеяться на внутреннюю интуицию и постараться не проспать.

Быстро раздевшись и посильнее закутавшись в одеяло, я погрузилась в сон.

11

Я шла босиком по мягкой, бархатной на ощупь траве по направлению к лесу. Мое внимание привлекло небольшое красное пятно вдалеке, четко выделяющееся на зеленом фоне. Подойдя ближе, я увидела, что это был цветок. Цветок папоротника. Ошибиться я не могла, это точно был он. Его крупные лепестки раскрылись мне на встречу, будто произнося что-то. Но никаких звуков, кроме шума травы и скрипа деревьев, склоняющихся от прикосновения ветра, я не слышала. Лепестки были сочно красными и манили меня своим видом. Не удержавшись, я легко переломила стебелек, на котором он рос, и поднесла цветок к лицу. Божественный запах! Я будто очутилась в раю! Все постороннее больше не привлекало моего внимания. Только этот цветок. Я еще раз глубоко вдохнула и закрыла от наступившего блаженства глаза.

Я не вздрогнула, когда почувствовала чьи-то руки на своей талии. Они были теплыми, и от них исходил заряд энергии, который при соприкосновении с моей кожей вызывал приятное покалывание. Легкое дыхание настигло моего уха. Послышался нежный шепот, но разобрать слов я не могла, да и не хотела. Чувственная волна прокатилась по моему телу, заставив подогнуться колени. Блаженство! Неужели я попала в рай!

Через секунду я почувствовала, что мои ноги омывает вода, теплая и приятная. Дойдя до колен, она остановилась. Мои глаза были по-прежнему закрыты, и это никак не мешало мне наслаждаться моментом.

Внезапно я почувствовала во рту слегка солоноватый, металлический привкус, а в ноздри ударил приторный запах. Это уж не было так великолепно. Открыв глаза, я увидела, что стою посреди озера, над которым серебрилась полная, круглая как медальон, луна. Я перевела взгляд на блики, отбрасываемые ликом луны, и обомлела — вода была гуще, чем положено и имела красный оттенок, и тут до меня дошло, что я стою в крови. И когда я это поняла, мои ноги начали глубже погружаться, буквально утопая. Руки все еще удерживали меня, но уже не нежно, а вцепившись мертвой хваткой, делая мне больно. Обернуться или вырваться у меня не получалось — пальцы сильнее впивались мне в бока. Тогда я изо всех сил заработала ногами, но выплыть мне не удавалось. Когда кровь дошла до лица, я поглубже вдохнула и погрузилась в нее. Попытка открыть глаза закончилась провалом — ресницы будто наглухо приклеились к коже.

Воздух заканчивался, но перспектив выбраться не было. В ушах страшно шумело. Сердце начало пропускать удар за ударом и, смирившись со своей участью, я покорно открыла рот, который тут же начал наполняться противной жидкостью. Легкие перестали работать, и, когда я почувствовала, что разум начинает покидать меня, я проснулась.

Все тело ныло, будто я не спала, а копала землю всю ночь. Еще раз оглядев комнату, я удостоверилась, что все это было лишь страшным сном, хоть и выглядело таким реальным.

Солнце уже начало вставать, едва просвечивая через плотные шторы моей спальни. Его лучи отогнали последние крупицы сна. Папоротники, кровь, луна… Меньше нужно страшных историй читать, а то будет всякая ерунда сниться. Хорошо еще обошлись без трупов, хотя один уже намечался — мой.

На настенных часах было восемь утра. Пора вставать, а то не успею заехать к Алану.

Отбросив одеяло и встав с кровати, я, как и обычно бывает по утрам, направилась к зеркалу, дабы увидеть свой «выспавшийся и полный сил», вид. Но, взглянув на свое отражение в зеркале, я закричала — на фоне моей молочно-белой кожи красовались огромные синяки в области талии, как раз на том месте, где меня удерживали во сне чьи-то руки. И форма у них была соответствующая. Нужно закрыть глаза! Может, мне все это показалось? Но, открыв глаза, я удостоверилась, что они никуда не исчезли, как бы я не надеялась.

Но как это могло произойти?! Ведь это был сон! А сны не превращаются в реальность!

Кожа, покрытая фиолетовыми пятнами, имеющими форму больших ладоней с длинными тонкими пальцами, страшно болела. Прикоснуться к ней было невозможно — сразу все тело пронзала острая боль. Может, я все еще сплю? Нет, испытываемая мною боль говорила об обратном.

Я испуганно оглядела комнату, боясь, что не только это перешло из моих снов в действительность. Но все остальное выглядело как и обычно.

И что теперь делать? Почему все несчастья сыпятся на мою голову?

Нужно идти к Дэниелу. И срочно. Он живет ближе всех, и, надеюсь, сможет мне помочь. Тем более, оставаться одной в пустой квартире мне страшно.

Моя рука потянулась за синим шелковым халатом, лежащим у кровати, но, подумав, я решила, что для меня оказаться перед Дэниелом в одном нижнем белье — не особо приемлемый вариант. Ведь придется снимать халат, чтобы показать ему синяки в полной красе. Хорошо, что вчера я поленилась убрать джинсы и топ. Быстро натянув их, я помчалась в соседнюю квартиру, не потрудившись хотя бы причесаться. Но это подождет. Главное сейчас — это разобраться с моим сном.

Дэниел не сразу откликнулся на мои яростные нападки на дверной звонок. Поднявшийся перезвон смог бы и мертвого из могилы поднять. Но, видимо, не Дэниела.

Наконец, послышался звук открываемого замка и через несколько секунд передо мной появился Дэниел. Всклокоченные волосы, заспанные глаза ничуть не портили его, придавая ему особую, домашнюю, привлекательность. Чего не скажешь обо мне.

Из одежды на нем были только джинсы, видимо, одетые для приличия. Ведь неизвестно, кто звонит к тебе в дверь в столь ранний час.

Я не дожидаясь приглашения, быстро проскочила в квартиру.

— Чем обязан столь раннему визиту? — спросил Дэниел, захлопывая за мной дверь и закрывая ее на замок.

Когда он повернулся, мой ответ был налицо — я задрала топик до груди, открывая его взору страшные синяки. По его выражению лица, я поняла, что недооценила их. Со стороны, наверное, они смотрятся еще ужаснее.

— Откуда это? — едва смог вымолвить Дэниел.

— Такие мне нынче снятся сны, — сказала я, попытавшись придать ситуации веселые нотки, дабы скрасить сложившийся образ. Но шутка вышла не особо удачной.

— Объясни.

Мой пересказ уложился в десять минут. Я постаралась передать все чувства, испытываемые мною во сне и все то, что я видела до мелочей. После чего Дэниел в очередной раз осторожно осмотрел мои синяки, и его лицо нахмурилось еще сильнее.

— Ну, что скажешь?

— Какой у тебя уровень?

Я удивилась его вопросу. Как может мой ранг иметь ко всему этому отношение?

— Третий.

— Давно проверяла?

— Месяц назад. А что?

Он не ответил, но по его виду было заметно, что мозги его упорно работают.

— Дэниел?

— Такие сны в литературе и учебных пособиях для ангелов носят название реалистических. Это своего рода феномен, не доступный большинству ангелов. Ангелов, обладающих таким даром единицы.

— Так я, получается, одна из них? Этих единиц?

— Да.

— Круто.

— Не особо. Ведь сны могут быть и опасными. Например, твой. Тебе повезло, что материализовались только синяки из твоего сна, а не твоя смерть, например, — он шумно сглотнул и продолжил. — Были известны случаи, когда ангелы умирали во сне, только из-за того, что им приснилась их смерть. Но это еще не все.

Я внимательно посмотрела на него, ловя каждое его слово как драгоценную каплю воды посреди пустыни. Если бы я усердно занималась в школе для ангелов, то сейчас могла бы и сама что-нибудь вспомнить о реалистических снах. Но, прошлое не вернуть.

— Вся проблема в том, что таким даром может обладать только ангел, имеющий уровень выше шестого.

— Значит, и у тебя он есть?

— Нет. Как я уже сказал, он встречается очень редко и не входит в стандартный набор сил, доступных ангелу определенного уровня.

— Но у меня всего лишь третий уровень. Как он мог появиться у меня?

— Вот это меня и волнует. Либо ты — исключение из правил, либо…

— У меня седьмой уровень, — закончила я за него.

Это показалось мне полным бредом. Как я могу иметь седьмой ранг, если мне суждено дойти только до пятого в течение жизни и то это маловероятно. А тут сразу седьмой! Нет, этого не может быть. Я скорее поверю, что он мне достался случайно. И надеюсь, ненадолго. Уж лучше жить спокойно без него, чем бояться заснуть и утром не проснуться, с ним. Это будто вытягиваешь лотерею: повезет — будешь жить долго и счастливо, а не повезет — вообще не будешь жить.

— Расскажи мне об этих снах подробнее, — попросила я Дэниела.

— Насколько я знаю, реалистические сны являются проекцией приснившегося на реальность. Если тебе приснилась змея, то, проснувшись, ты можешь увидеть ее рядом с собой. Это происходит за счет того, что, используя часть твоих сил, высший разум материализует какие-то детали твоих снов. Такие сны не могут увидеть простые люди, поскольку у них нет магических сил, необходимых для этого процесса.

— То есть, если меня лишить сил, то мне они сниться не будут?

— Да.

Я прокручивала в голове все возможные варианты:

— А можно их как-нибудь контролировать?

— Еще никому не удавалось. Ведь, когда ты спишь, твой разум отключен, пребывает в прострации. И поэтому ты никак не сможешь подействовать на поток своих сил, огораживая их от высшего разума.

— Есть ли смысл в этих снах?

Дэниел поудобнее облокотился на подушку, своими манипуляциями слегка задев меня. В теле отдалась эхом острая боль, заставив меня сжать зубы. Интересно, через сколько дней от моих синяков не останется и следа?

— Смысл определенно есть. Они могут передавать отрывки прошлого, настоящего и будущего. Каждый раз может быть что-то новое.

— А мой сон?

— Я еще не знаю.

— Но это явно не прошлое, — сказала я. Дэниел встал и начал нервно расхаживать по комнате, задумчиво склонив голову.

— Ты говорила, что во сне видела цветок. Чей?

Вот и пришло время все рассказать.

— Папоротника.

Я ожидала какой — то бурной реакции, но не тут-то было, зато то, что он ответил, крайне удивило меня.

— Я так и думал.

— Откуда ты узнал?

Он остановился и пристально посмотрел на меня.

— Вчера я спросил у Линды о вашем споре о цветении папоротника. И она мне сказала, что ничего подобного не было. Что ты скрываешь?

Я молчала, соображая, стоит ли говорить ему об Алане. Смогу ли я предать друга?

Мои размышления прервал звонок телефона из соседней комнаты. Дэниел жестом приказал мне оставаться на месте и никуда не уходить. А куда я денусь? Я сама заинтересована в случившемся.

Дэниел вернулся быстро, и когда он вошел, лицо его показалось мне еще более расстроенным, нежели до разговора.

— Что случилось? Кто звонил?

— Мистер Катчер. Вчера вечером пропали еще два ангела.

— Кто? — взволнованно спросила я. В горле пересохло. Главное, чтобы ими не оказались Эван или Линда!

— Я точно не знаю, имен он не называл.

Мне стало немного легче. Шеф знал моих друзей, и если бы пропали они, то он тут же сообщил бы.

— И они явно не поехали отдыхать на море… — еле слышно сказал Дэниел.

Теперь мы оба поняли серьезность проблемы. Если каждый день будут пропадать по два ангела, то скоро у нас вообще никого не останется. Где они сейчас? Живы ли еще?

— Так, это мы обсудим позже. Сначала разберемся с тобой. На чем мы остановились? Ах, да, ты мне хотела рассказать про папоротник.

— В тот день, когда ты прилетел, я заходила к одному из информаторов, и там… — начала я и дальше пересказала все, что видела сама, не упомянув при этом имени Алана и возникшую между нами стену тайн. Затем сообщила ему все, что мне удалось разузнать в архиве. Дэниел слушал меня не перебивая, фиксируя все в своей памяти.

— Почему ты мне сразу все не рассказала? — спросил он, когда я закончила рассказ.

— Во-первых, я знаю тебя только третий день. А во-вторых, я не придавала всему этому смысла. На тот момент, мне казалось, что это просто глупая, страшная сказка. Ты когда-нибудь видел, чтобы легенды сбывались? — он отрицательно мотнул головой. — Вот и я нет. В-третьих, что бы вы с шефом подумали, если б я рассказала вам весь этот бред?

— Могла бы попытаться.

— Чтобы вы меня сочли сумасшедшей?! — усмехнулась я. — Ну, уж нет.

— Ладно, это уже не так важно. Что ты можешь сказать о легенде?

— Это я от тебя хочу что-нибудь услышать.

Дэниел облокотился на стол, вытянув ноги и скрестив руки на груди.

— Раз именно это приснилось тебе в реалистическом сне, то эта легенда должна иметь очень большое значение. Она связана либо с настоящим, либо с будущим. Нужно узнать в каком месяце в этом году цветет папоротник.

— Даже такое можно узнать?! И у кого, если не секрет?

— У специалистов по магическим растениям.

Это было сказано так обыденно, что я не удержалась и с иронией спросила:

— И где же нам такого найти? Есть кто-нибудь на примете?

— Один мой знакомый, я думаю, сможет ответить на этот вопрос. Подожди, я мигом, — сказал он и пулей выскочил из комнаты. Наверное, пошел звонить. Интересно, откуда Дэниел столько всего знает. И знакомые у него есть, наверное, на все случаи жизни.

Мне вдруг захотелось пить. Я резко встала, но тут же пожалела об этом — синяки напомнили о себе, а я ведь уже забыла о них, так была увлечена рассказом.

Холодильник у Дэниела имел ту же вместимость, что и мой, но в отличие от моего, он оказался заставлен различной едой. Тут тебе и сосиски-гриль, и ветчина, и сыр. Всего не перечислишь. Мой желудок при виде всей этой вкуснотищи обиженно заворчал. За последние дни я мало уделяла ему внимания, пичкая первой попавшейся едой. Но больше он не намеревался терпеть.

Надеюсь, Дэниел не обидится, если я слегка опустошу его холодильник.

Сделав по три бутерброда с ветчиной и сыром каждому, я достала две банки кока-колы (натурального сока не нашлось, а кока все лучше, чем ненавистное мне кофе) и села за стол, разместив это награбленное богатство перед собой. Телефонный разговор Дэниела может затянуться, поэтому, не став его ждать, я приступила к поглощению еды.

Он застал меня как раз в тот момент, когда я приступила ко второму бутерброду. Увидев меня, его лицо осветила широкая улыбка. Первая за это утро. Поскольку сложно разговаривать с набитым ртом, я не стала зря тратить свои силы и жестом указала ему на стол, приглашая присоединяться. Дэниел не заставил себя долго уговаривать — накинулся на еду не лучше меня.

Когда первый приступ голода был подавлен, Дэниел продолжил начатый нами разговор.

— Как я и подозревал, папоротник в этом году цветет в сентябре. Цветение будет проходить всего неделю: с завтрашнего дня по двадцатоеое число.

— И что это нам дает? — спросила я, поставив пустую банку из-под кока-колы на стол. После завтрака мир приобрел яркие краски, и настроение мое слегка улучшилось.

— То, что если эта легенда и сбудется, то именно в этот период.

— Хочешь сказать, через неделю наступит апокалипсис? Что-то не особо верится.

— Не обязательно конец света. Легенда может и преувеличивать. Но то, что последствия будут серьезными и опасными не только для ангелов, но и для людей, я могу гарантировать.

— Допустим. И как нам это предотвратить?

Дэниел встал и подошел к окну. Задумчиво глядя вдаль, он ответил:

— Нужно узнать, кто хочет воплотить этот миф в жизнь. Если нам удастся его ликвидировать, то проблема отпадет сама собой.

— Логично, конечно. Но возникает другой вопрос — «Как его найти?», — вздохнула я. Мне показалась нереальной его затея. Как в многотысячном городе найти этого зачинщика?

— Во-первых, нужно допросить всех информаторов. Может кто-то из них знает что-нибудь. Но в первую очередь твоего друга.

— Как ты догадался? — опешила я. Видимо, врунья из меня плохая.

Он обернулся и с улыбкой посмотрел на меня.

— Ты так старательно выбирала слова, дабы не сказать мне ничего лишнего. И странным мне показалось то, что ты ни разу не назвала его имени. Да и интонация тебя выдала. Ты боишься за него. Боишься, что он перешел на их сторону, а ты ничего не можешь сделать.

Дэниел был прав. После того, что я увидела у Алана и после посещения архива, я осознала, что совпадения быть не может и Алан имеет ко всему этому прямое отношение. Мне страшно потерять его. Какая-то часть моей души по-прежнему верит, что он тут не причем. Но эта вера с каждым днем тает, как восковая свеча.

Дэниел продолжал:

— Я надеюсь, что после визита к нему информации у нас станет больше. По крайней мере, это единственная зацепка, которая у нас есть.

— Тогда поедем к нему прямо сейчас.

— Хорошо. Я пойду оденусь.

— Жду тебя в машине, — сказала я и пошла к себе. Нужно немного привести себя в порядок и захватить ключи.

12

Утро выдалось не особо теплым, и я пожалела, что не захватила жакет. Пока я ходила за сумочкой и ключами, Дэниел надел синюю футболку с красным драконом на груди и накинул джинсовую куртку. Возвращаться мне не хотелось, поэтому оставалось только мерзнуть и с завистью смотреть на Дэниела. Он, казалось, был готов на все случаи жизни, в отличие от меня, которая живет одним днем, не задумываясь о следующем.

Пока мы отъезжали от стоянки меня терзали сомнения — что-то мы забыли, выпустили из виду, не придали значения. Но чему именно? Мысленно я перебирала информацию и тут наткнулась на нашу оплошность — в легенде упоминается полнолуние.

— Дэниел, я вспомнила еще одну вещь. В легенде и в моем сне присутствует полная луна, — я свернула на главную дорогу и пропустила красный «Феррари», ехавший на бешеной скорости. Интересно, далеко уедет этот лихач?

— Это сужает наш временной период, поскольку сейчас луна находится в стадии роста. Остается неполных пять дней. У нас есть возможность предотвратить все это, найдя зачинщика.

— Ты всегда такой оптимист? — вздохнула я. Он был полон решимости и будто наверняка знал, что нам удастся эта затея.

В ответ Дэниел лишь слегка улыбнулся, устроившись поудобнее на заднем сидении. Почему он не выбрал место рядом со мной, я не понимаю. Если честно, мне неудобно вести с ним разговор через спину и смотреть на него в зеркало заднего вида.

— Больше ты ничего не забыла мне рассказать? — с легкой усмешкой в голосе спросил он.

— По-моему, нет. В легенде говорится о двенадцати светлых душах. Как ты думаешь, про кого идет речь? — поинтересовалась я.

— Ими могут быть люди, не нарушающие заповеди Бога. Это люди с белоснежной душой, не знающие что такое грех и живущие праведной жизнью.

— Ты говоришь как проповедник. Ты думаешь, среди людей еще остались такие?

— Конечно, Диана. Наш мир огромен и таких людей в нем тысячи. А уж найти двенадцать человек не составит труда.

Я отрицательно покачала головой. Люди, живущие в нашем веке, не знают, что такое праведная жизнь. Они утопают в грехах, не стараясь выбраться наружу. Им это нравится, и никто не вправе их осуждать — у всех нас есть свои, хоть и маленькие, но недостатки. Даже ангелы бывают с черной душой. А в древности, это все что я помню из истории возникновения ангелов, их называли «белыми душами неба». Забавно.

И тут меня осенило. От неожиданности я нажала по тормозам. Хорошо скорость была небольшая и дорога не оживленная, иначе не избежать нам аварии. Дэниел изумленно посмотрел на меня:

— Что с тобой?

Я повернулась к нему, натянув до отказа ремень безопасности. Он надавил на мои синяки, вызвав боль. Не медля, я отстегнула его и, уже без препятствий, посмотрела на Дэниела.

— Помнишь, как раньше называли ангелов?

— Нет. История ангелов не особо волновала меня.

Я удивилась и почувствовала гордость за себя — значит, не все знает мистер Всезнайка. Надо запечатлеть эту минуту триумфа в своей памяти.

— «Белые души неба». Улавливаешь аналогию?

Он слегка изменился в лице — на лбу пролегла тоненькая морщинка, а в глазах появился задумчивый блеск.

— Хочешь сказать, что в жертву хотят принести ангелов? — я усердно закивала головой. — Но такого богохульства еще никогда не происходило. Неужели, демоны так низко пали.

— Я считаю, что им глубоко наплевать, кого убивать, людей или ангелов. Ты забыл, что у них нет чувства жалости и милосердия. Они убивают не размышляя.

— Тогда возникает вопрос «Относятся ли ко всему этому наши пропавшие ангелы?».

— Ответ очевиден. Это явно не случайность, уж поверь. Если это так, мы сможем сразу разделаться с двумя делами.

— Если это так, впереди нас ждет пропажа еще восьми ангелов. Нужно это предотвратить, и как можно скорее.

Я была полностью с ним согласна. Страшно терять близких тебе людей, с которыми работаешь и проводишь свободное время. Особенно, если эти люди — твои друзья. Никто не знает, куда они исчезают, нет свидетелей, нет улик. А ведь и я могу попасть в этот черный список, и Дэниел, и Эван с Линдой. Нет, нельзя этого допустить. Я завела машину и повела ее на Зеленую улицу, к дому Алана, с надеждой, что он поможет нам и прольет свет на это темное дело.

13

Дверь дома была распахнута настежь, что уже само по себе было странным. Из дома доносились глухие звуки, которые были слышны только на ближнем расстоянии от двери. Дэниел обернулся ко мне и приложил палец к губам, призывая к молчанию. Мы бесшумно ступали по гравию, стараясь не спугнуть человека в доме. Дэниел шел впереди, дабы, если понадобиться, принять огонь на себя. Я в целях безопасности, вытащила из сумки белый амулет и зажала его в руке, готовясь к возможной обороне. Сильного эффекта от него не будет, но хотя бы отражающее поле или слабый энергетический шар я создать смогу.

Дэниел сильнее приоткрыл дверь, давая возможность мне пройти, и затем зашел сам, не создав при этом шума. Спасибо Алану, хоть смазывать петли не забывал.

Звуки доносились из спальни. Если раньше они были похожи на звук передвигаемой мебели, то сейчас снизились до шороха. Я хотела пойти первой, но Дэниел взял меня за локоть, потянув назад. Ладно, так и быть, пусть мистер Мачо идет первым.

В то время как мы дошли до дверей спальни, шелест прекратился. Чтобы был хороший угол обзора, и в тоже время нас не было заметно, мы спрятались за угол. Мне пришлось изрядно постараться, чтобы хоть что-то увидеть через широкую спину Дэниела.

Посреди комнаты к нам спиной стоял ребенок, судя по росту лет шести — семи, не больше. Его голова напоминала солнце из-за густой шевелюры светлых волос, небрежно всклокоченных в разные стороны. В руках он держал какие-то бумаги.

Вдруг он резко поднял голову, оторвавшись от бумаг, и его рука потянулась в карман. Возможно, он понял, что уже не один. Дэниел тоже так решил, поэтому, недолго думая, он отошел от стены и, пройдя пару шагов, остановился в дверях.

— Я чувствую исходящую от тебя силу. Кто ты?

Ребенок обернулся, и я ахнула. Перед нами стоял тот самый мальчик, которого я сначала видела в аэропорту, а затем в кафе. Лишь теперь я поняла, что он не человек — его глаза светились чистым серебром, потеряв ту голубизну, которую я видела раньше.

Его рука так и остановилась в кармане, найдя то, что он искал, но, не вытаскивая на свет.

— Вам не нужно это знать, — сказал мальчик отнюдь не тоненьким голосочком. В нем, как и в глазах, сквозила мудрость и вековой опыт. Все это окончательно разбило мое неправильное представление о нем.

— Почему? — осторожно спросил Дэниел.

— Вы не должны вмешиваться в дела Совета, — произнес мальчик. Меня не удовлетворил его ответ, и я решила вступить в разговор.

— Совет? Чей Совет? Ангелов?

Он продолжал молчать, давая понять, что не намерен отвечать на этот вопрос. Ладно, попробуем зайти с другой стороны.

— Скажи хотя бы, кто ты? Ведь это не тайна? — настаивала я. Нужно хоть что-то о нем узнать.

Судя по его бегающим глазам, он оценивал, может ли его ответ на что-нибудь повлиять.

— Хорошо. Мое имя — Отерон, я младший эльф из клана Серебряного Дождя.

Я, конечно, ожидала, что он не человек, но была не готова к тому, что он окажется эльфом. С момента подписания мирного договора между ангелами и демонами, эльфы заняли нейтральную позицию и избрали своей задачей следить за обеими сторонами, но вмешиваться лишь в крайних случаях. Раз один из них перед нами, значит, наступил этот крайний случай. Я посмотрела на Дэниела — он тоже выглядел озадаченным.

— Почему я только сейчас ощутил твою силу? — спросил он.

На лице эльфа появилась ухмылка:

— Я не был бы тем, кем являюсь, если бы меня смог почувствовать любой ангел.

В воздухе послышался еле слышный перезвон колокольчиков. Эльф на секунду посмотрел наверх, а затем обратился к нам:

— Мне пора, — он вытащил из кармана амулет такого же цвета, как и его глаза. Он сжал его в руках и начал произносить какие-то слова на неизвестном мне языке. Я, впрочем, как и Дэниел, внимательно наблюдала за его манипуляциями. Увидеть эльфа можно не каждый день. Но не в нашем случае.

Я сделала шаг вперед и выставила ладонь вперед.

— Подожди. Ответь на последний вопрос. Пожалуйста.

Отерон прервал свой монолог, и устало посмотрел на меня.

— Что еще?

— Ты следил за нами последние два дня. Я видела тебя.

Эльф опять усмехнулся. Повторно послышался звук колокольчиков, но он не обратил на них внимания.

— Я обязан перед тобой отчитываться?! — спросил Отерон, а затем добавил уже с ноткой раздражения в голосе. — Эльфы никогда не будут в подчинении у ангелов. Мы с древних времен выше всех вас. Мы участвовали в создании мира, в развитии человечества, предотвращали мировые войны. А что делаете вы, ангелы? Абсолютно ничего. Вы не видите дальше своего носа! Грядет конец света, а вы даже ничего не предпримете!

К концу своей речи, он уже был взбешен. Его волосы еще сильнее разметались в стороны, глаза излучали ярость, и я кожей почувствовала его гнев.

В разговор вступил Дэниел:

— Так значит, это правда, что наступает конец света. Вы уже нашли того, кто планирует напустить тень на мир?

Отерон обессилено сел на стоящее рядом с ним кресло, и уже спокойным, но слегка хриплым, голосом сказал:

— Еще нет, но мы ищем. Я не успел — пропал ее друг, — он махнул головой в мою сторону. — Мы рассчитывали, что Гаррет выведет нас на этого демона, но они тоже не глупы. Теперь придется искать других людей, имеющих отношение к этому делу.

Послышался уже более отчетливый звон. Лицо Отерона изменилось, будто он только что выслушал выговор от начальства. Наверное, так и было.

— Меня вызывают, — сказал он и, сильнее сжав в руке амулет, быстро забормотал какие-то слова. Через минуту его уже не было — он исчез. Остались лишь витавший в воздухе запах ванили и пушистые хлопья серого снега. Я поймала парочку из них, и они тут же растаяли, образовав на моей ладони небольшое озеро серой воды. И пахла она как мороженое — ванилью. Странное сочетание. Но от эльфа всякого можно ожидать.

— Что скажешь? — я посмотрела на Дэниела. Он прошелся через середину комнаты, где недавно стоял эльф, и остановился у стола. Его внимание привлекли бумаги, лежащие на нем.

— Могу сказать только одно — мы на верном пути. И нужно продолжать двигаться вперед.

Я уселась на двуспальную кровать Алана, наспех закинутую пледом с изображением лошадей. Он любил конный спорт, и мы даже пару раз катались вместе. Хотя почему любил? Может, он еще жив, а я уже говорю о нем в прошедшем времени.

Ушел ли он сам, или его выкрали? Я больше склонялась ко второму, поскольку не вижу его предателем. Алан не может им быть!

Я сняла с руки кольцо и машинально начала перебирать его. Я часто так делаю, когда нервничаю. Еще одна моя дурная привычка.

Дэниел интенсивно перебирал бумаги на столе.

— Что-нибудь интересное нашел?

— Нет. Похоже, о них тоже позаботились. Если что-то и оставалось, то Отерон это забрал. Здесь только какие-то расчеты, но мне они ни о чем не говорят.

Я вздохнула. Ушла последняя нить. Даже у эльфов зацепок нет. Тогда какие у нас шансы?

Задумавшись, я уронила кольцо, которое тут же закатилось под кровать. Дэниел обернулся на звук.

— Кольцо уронила, — сообщила я. Он тут же возвратился к прерванному занятию, насколько я думаю, совершенно бесполезному.

Встав на колени, я заглянула под кровать. Синяки напомнили о себе. Но, надо привыкать, не скоро они сойдут.

Перед моими глазами было поле пыли. Большие комья уютно устроились по углам. Страшно захотелось чихать только от одного вида. Мое золотое кольцо явно не подходила к этой картине. Кончиками пальцев я притянула его к себе, оставив на полу ровную полоску среди ковра пыли. Тут мое внимание привлекла еще одна невписывающаяся деталь — небольшая книжица, возможно, блокнот. Он лежал далеко от меня, почти в самом углу. Достать его, не искупавшись при этом в пыли — не возможно. Придется жертвовать собой и лезть за ним.

Благо кровать находилась на порядочном расстоянии от пола, что позволило мне беспрепятственно поднырнуть под нее, лишь слегка задев пол животом.

Выбравшись из-под нее, я немного отряхнулась и села на кровать, дабы тщательно рассмотреть свою находку.

Пролистнув пару страниц, я поняла, что это ежедневник Алана. Здесь он расписывал все свои встречи и дела, требующие рассмотрения. «Позвонить Митчеллу», «Встретиться с Энтони» и так далее. Эти имена я видела впервые и не знаю, с кем он встречался и по какому поводу. Долистав почти до конца, я увидела сегодняшнее число и обведенную красной пастой надпись «18:00, Белая тень, Кортес». Рядом был нарисован жирный восклицательный знак. Видимо, для Алана эта запись имела большое значение.

— «Белая тень», — вслух повторила я.

— Ты что-то сказала? — спросил Дэниел, обернувшись ко мне.

— «Белая тень». Наверное, какой-нибудь клуб или ресторан.

Я протянула Дэниелу блокнот, открытый на сегодняшнем дне и он взял его будто какую-то реликвию.

— Не бойся, не рассыплется! — пошутила я. Дэниел с головой ушел в изучение. Мой взгляд упал на свои джинсы — на коленках были черные пятна от пыли. Вековая пыль так въелась в них, что не вытряхнешь. Сколько же дней он не убирался в своей квартире и, в частности под кроватью. Почти на все дни у Алана были какие-то заметки. С какой целью проводились эти встречи, мне даже в голову не приходит.

В комнате был полумрак — темные плотные шторы коричневого цвета не пропускали солнечный свет. Обои в комнате тоже были в золотисто-коричневых тонах, причем цвет переходил из золотисто-медового в темно-коричневый по мере приближения к полу. Красиво, но мрачновато.

С приездом Дэниела мир будто перевернулся с ног на голову. Оборотни, эльфы и прочие магические существа. Не хватало только вампиров, ведьм и троллей. А так уже почти полный набор. Моя жизнь превратилась из невозможно скучной в невозможно разнообразную. С одной стороны, мне давно нужна была встряска, но не такая же! Не все и сразу!

Дэниел стоял и перелистывал страницы ежедневника, создавая единственный шум в этой комнате. Интересно, где он купил такую футболку. За счет рельефных мышц, красный дракон будто оживал, когда Дэниел двигался. Сейчас он мирно покоился на его груди, свернувшись клубком и обхватив самого себя хвостом.

Волосы Дэниела мягкими волнами обрамляли его лицо, ниспадая до плеч. Мне он нравился все больше и больше с каждым днем. С того страшного случая, произошедшего в интернате, я ни разу не встречалась с парнем, боясь потерять любимого человека. На последних годах обучения я познакомилась с парнем по имени Элтер Стоун. Он был таким же странным, как и его имя. Чья это была шутка, назвать так ребенка, я не знаю, но представляю, какой у него сформировался комплекс в результате постоянных насмешек. И он старался так же избегать людей, как и я, предпочитая одиночество шумной компании. Волей случая мы познакомились и поняли, что созданы друг для друга. Почти все наши интересы совпадали, поэтому у нас было много тем для разговоров, и вскоре мы поняли, что уже не можем обходиться друг без друга. Все свободное время мы проводили вдвоем вдали от людей, отдав друг другу и душу, и тело. Я первой призналась ему в любви, но он не отреагировал так, как я предполагала. Постепенно он начал замыкаться, но мои попытки узнать, что с ним происходит, ни к чему не приводили. Он либо врал, либо вообще ничего не говорил. А я страдала, ища причину в себе, каждый день повторяя в памяти все события и сказанные слова в надежде найти хоть какую-то подсказку его поведению. Но, тщетно.

В один пасмурный осенний день, он не пришел ко мне, как обычно, и я решила сама наведаться к нему. Но, зайдя в комнату, я увидела его висящим в петле с иссиня-черным лицом, болтающимся на веревке будто тряпичная кукла.

Самой покончить с жизнью мне не дала Линда, не отходившая от меня ни на шаг в то тяжелое для меня время. Я до сих пор виню себя в том, что не узнала его до конца и не предотвратила его смерть. Ходили различные слухи вокруг этой смерти. Кто-то говорил, что в его комнате были найдены пентаграммы, описание ритуальных обрядов и жертвоприношений. Другие — что он не был ни человеком, ни ангелом, а каким-то гибридным существом с генами глума (глум — это низшее магическое существо маленького роста с заостренными продолговатыми ушами и синими или фиолетовыми волосами, находящееся в услужении у темных сил и встречающееся крайне редко), который покончил с собой, когда эта информация стала достоянием гласности. Но, ни той, ни другой версии я не верила. Он был человеком, хоть и странным, но человеком. Для меня причина его смерти так и осталась неизвестной. Я долго приходила в себя, вела еще более замкнутый образ жизни, хотя на жизнь это вряд ли было похоже, скорее, на жалкое существование. Сумев, наконец, выкарабкаться из вырытой мной же психологической ямы, я поняла, что не способна больше на любовь. И так я жила до сих пор.

Но сейчас, смотря на Дэниела, я ощущаю, как из глубины моей души робко пробиваются на свет забытые чувства. Я уже не знаю, радоваться этому или нет.

Дэниел захлопнул ежедневник и бросил его на кровать рядом со мной.

— У него было очень много назначенных встреч, из них более трети с человеком по имени Кортес, хотя, скорее всего это кличка. Ты не знаешь его?

— Нет, первый раз слышу. Я в последнее время мало интересовалась тем, чем занимался Алан, у меня было много работы. Кажется, ему один раз при мне кто-то позвонил. По-моему, некий Мануэль. Но самого разговора я не слышала, поскольку Алан ушел в соседнюю комнату. Вот и все, что я знаю.

— Негусто. На сегодня у него назначена встреча с этим Кортесом. Но придти на нее он, скорее всего, не сможет.

— А может эта встреча, для него так важна и он придет?

— Возможно и такое. Но, тогда зачем ему уходить из дома? Если только он понял, что его ищут.

— Значит, нам надо прийти на встречу вместо него и увидеть, появиться ли Алан там или нет. А заодно поговорим с этим Кортесом.

Глаза Дэниела оживились. Предложение явно понравилось ему, но в тоже время его терзали сомнения, стоит ли туда идти.

— Но мы даже не знаем, что такое «Белая тень». Может это у них какое-нибудь заранее договоренное место носит такое название.

— Сейчас узнаем, — сказала я и пошла в прихожую в поисках телефона.

Девушка в справочной, услышав название, сначала замолчала, а потом, сказав что-то шепотом находящимся рядом с ней людям, переспросила:

— Я правильно услышала, вы сказали «Белая тень».

— Да, верно. А что-то не так?

— Нет, нет, — скороговоркой выпалила она, и затем быстро продиктовала мне адрес, который я еле успела записать.

— Блеквуд Авеню, дом 113, - победоносно сказала я, положив трубку.

— Это ресторан? — спросил Дэниел.

— Нет, клуб. И я надеюсь, вход туда не по членским карточкам.

— Ты была хоть раз в том районе?

— Нет, но примерно знаю, где он находится. Найдем.

Зазвонил телефон, и я машинально взяла трубку и с умным видом ответила «Алло». Но даже после этого он продолжал звонить. И тут до меня дошло, что это мой сотовый надрывается. Дэниел, упав на кровать, безудержно засмеялся. Мне ничего не осталось, кроме как окинуть его рассерженным взглядом и ответить на звонок.

— Слушаю, — с ноткой раздражения сказала я.

— Ты все еще сердишься на меня? — тихим голосом спросила Линда, принявшая мою интонацию на свой счет.

— Нет, помимо тебя тут есть еще люди, способные вывести меня из себя, — уже более спокойно сказала я, окинув взглядом веселящегося Дэниела.

— А я пыталась тебе дозвониться, но ты не подходила. Вот я и подумала, что ты еще злишься на меня.

— Просто я вчера устала и рано легла, выключив телефон.

— Ты сегодня появишься в офисе?

— Скорее всего, нет. А что?

— Ничего, просто хотела с тобой поговорить. Тогда я заеду к тебе вечером, часам к семи. Пойдет?

— Вполне, — сказала я и тут же вспомнила, что мы с Дэниелом, собирались в «Белую тень». — Давай, немного попозже. Просто мы с Дэниелом собирались в клуб, и я не знаю, во сколько буду дома.

При слове «клуб» Линда оживилась. Она не один раз пыталась меня притащить с собой в клуб, но я упиралась руками и ногами, говоря, что не люблю громкую музыку и нетрезвых парней, которые тут же окружают тебя, как мухи, стоит только войти туда. И это отчасти правда. Другой причиной является то, что при большом количестве народа в тесном помещении у меня иногда проявляется боязнь толпы. Мне сразу же становится плохо, появляется головокружение, и один раз я даже падала в обморок. Ничего не поделаешь, такая физиология. Но сегодня мне придется пожертвовать собой ради общего дела.

— Куда собрались? А меня с собой возьмете? — защебетала она в трубку.

— К моему глубочайшему сожалению, нет. Мы идем туда по работе. Нужно поговорить с одним человеком.

Ее энтузиазм в голосе несколько сник.

— Жаль. А куда?

— В «Белую тень». Знаешь такой?

— Конечно, а кто его не знает?! — сказала она и, немного помолчав, испуганно добавила: — А вам обязательно туда идти?

— Да, — ответила я и тут же поняла, что что-то здесь не ладно. — А что?

— Ты знаешь, какая слава у этого клуба?

— Нет. Расскажи.

— Да у нас о нем каждая собака знает. Там собираются все кому не лень: и люди, и демоны, и разные магические существа. Но сближает их всех одно — поклонение дьяволу. Большинство из них набирает там членов в секты из присутствующих добровольцев. Если кто-нибудь узнает, что ты там была, считай, твоя репутация безвозвратно потеряна. Хорошенько подумай, прежде чем решишься заявиться туда.

— Линда, у меня и так ее нет. Терять нечего, — усмехнулась я.

— Я не шучу. Тем более ангелу там появляться очень опасно. Это клуб, где действуют свои законы, и, поверь, убить для них — раз плюнуть.

— Я думаю, ты преувеличиваешь. Тем более, я иду не одна, а с Дэниелом. Ему ты меня доверишь?

— Нет. Он не сильнее тебя, — сказала Линда. Я хотела возразить, но вспомнила, что это наш маленький секрет.

— Вдвоем мы справимся, — с иронией в голосе сказала я. — Не беспокойся, мы туда меньше чем на час. Вернемся быстро, ты и поволноваться не успеешь.

По тишине в ответ, я поняла, что она размышляет. Наконец, раздался ее слегка приглушенный и, если мне не показалось, обиженный голос. Если и вправду в этой «Белой тени» что-либо случится, она будет винить себя.

— А что ты собираешься одеть?

Ну вот, Линда в своей стихии. Значит, все в порядке. Можно считать, что спор успешно погашен. Ай да я!

— Думаю, черные джинсы и голубая майка пойдут, — мысленно перевернув весь свой гардероб, ответила я. Я привыкла к такой одежде, и если бы на меня сейчас надели юбку и заставили ходить в ней целый день, я бы лучше подписала контракт на свою душу с Сатаной. Поэтому, в моем шкафу присутствуют джинсы и брюки различных цветов, и большой набор топов и блузок из легких, приятных телу, тканей.

— Нет, так не пойдет, — запротестовала Линда.

— Послушай, я…

— Это ты послушай, — в ее голосе послышались металлические нотки. Это удивило меня. За все то время, что я ее знаю, она никогда не повышала голос. — Если уж ты вопреки моим предупреждениям все равно собралась пойти в этот клуб, то послушай мой совет.

— Слушаю, — покорно произнесла я. Наверное, дело и в самом деле рисковое, раз обычно беззаботная Линда так реагирует.

— Насколько я слышала, там появляются не в обычной одежде, и если вы заявитесь туда без подготовки, то самое благоприятное, но маловероятное, для вас — быть просто выкинутыми из клуба. Но обычно они так легко не отпускают.

Почему-то от ее последних слов меня бросило в дрожь, и дабы переубедить саму себя, что я поступаю верно, идя против подруги, я засмеялась, правда как-то не особо уверенно.

— Линда, это точно ты? Я тебя не узнаю. Где та оптимистичная и беззаботная Линда, которую я привыкла видеть и люблю всей душой?

— Я серьезно, Диана, — упрекнула она меня и продолжила: — Вы будете выделяться среди остальных посетителей. Сейчас в самый раз пригодился бы твой красный наряд. Я не шучу.

— И что ты предлагаешь?

— Поехать в магазин и выбрать вам с Дэниелом соответствующую обстановке, царящей в клубе, одежду.

— Тогда ты дашь нам свое благословение? — спросила я, уже заранее зная ответ.

— Так и быть. Дам, — чуть потеплевшим голосом ответила она.

— Тогда встречаемся на пересечении Стэнтон Авеню и 9-ой в…,- я посмотрела на часы, — двенадцать. Не опаздывай, ждать не буду. Пойду без тебя, — пошутила я напоследок, пытаясь немного сгладить сложившуюся во время разговора негативную волну. И попрощавшись, повесила трубку.

— Что удалось узнать? — поинтересовался Дэниел, все еще валяясь на кровати. Сказывалось то, что я подняла его не свет, не заря. Ну что поделаешь, моя вина здесь маленькая.

— Это клуб сектантов, падших ангелов, где полно демонов и их приспешников. В общем, самое место для нас.

Дэниел сел, оперевшись на лежащую рядом подушку. Видимо чувствовал он себя как дома.

— Если хочешь, можешь не ходить. Я думаю, я и один справлюсь.

Ну, начинается. Еще один. Кто-нибудь мне позволит за себя решать, что делать, а что нет?!

— Только не надо героизма! Я уже давно взрослая девочка и сама знаю, куда мне ходить, а куда нет.

Он немного погрустнел, а взгляд задумчиво устремился в окно.

— Как знаешь. Просто я о тебе забочусь.

И тут я почувствовала себя редкостной скотиной. Взяла и так запросто нагрубила человеку, который думает о моем благополучии и проявляет ко мне внимание. Я присела на краешек кровати рядом с ним и заговорила, стараясь не глядеть ему в глаза.

— Знаю, — вздохнула я. — И благодарна тебе за это. Просто я привыкла заботиться о себе сама. Жизнь научила меня этому. И отчасти я этому рада.

Я почувствовала, как его взгляд жжет мою кожу, но не повернула головы. Если я увижу его глаза, полные сострадания и сочувствия моей несостоявшейся юности, то не выдержу и заплачу. А так я держусь молодцом. Все это продолжалось минут пять, после чего я почувствовала облегчение — он отвел взгляд своих очаровательных золотых глаз, под обаяние которых в течение его жизни попало немало женщин, я думаю. И, похоже, меня тоже уже можно отнести к их числу, как бы я этому не противилась.

— Какие планы до вечера? — поинтересовался Дэниел. В его голосе проскальзывали нотки, которые мне еще не довелось слышать. Но понять их происхождение я не смогла. Чужая душа — потемки.

— Линда сказала, что в повседневной одежде мы будем сильно выделяться в этом заведении, и наше дело может прогореть, поэтому, заботясь о нашей безопасности, она предложила съездить в магазин и купить то, что нужно. Если ты не желаешь к нам присоединиться, то я могу подбросить тебя до дома или куда-нибудь еще.

— Мне нужно заехать к мистеру Катчеру и доложить о том, что нам удалось узнать. Он просил не оставлять его в неведении.

— Хорошо. Идет. Тогда, поехали. Все равно здесь ловить больше нечего. Жаль мы не успели до прихода эльфа. Возможно, тогда бы у нас было больше информации.

— Но все равно мы обошли этих заносчивых эльфов, — он покрутил в руках блокнот Алана.

— Но какой ценой, — театрально вздохнула я и показала на свои джинсы, с черными пятнами на коленках.

Он засмеялся, и от этого смеха в моей душе потеплело. Вместе с ним мне перешла часть оптимизма Дэниела, которого так сейчас не хватало. Мир приобрел новые краски: небо вновь стало голубым, листья сочно зелеными, а цветы ярко-красными. Я поверила, что все, что происходит — происходит к лучшему. Иного быть не может.

14

В назначенный час я, как и обещала, стояла у входа в магазин. Линда уже опаздывала на десять минут, но это было ей всегда свойственно. Один из ее парней даже бросил ее из-за этого. Он не любил ждать, а Линда была далека от точности швейцарских часов. На этой почве у них не раз возникали конфликты, и в один прекрасный день он заявил, что уходит. Она не горевала — уже на следующий день нашла себе другого, который так полюбил ее, что не замечал ее недостатков вообще. Но с ним она тоже прожила недолго, а в чем была причина, я не знаю. Вы скажете, какая же тогда из тебя подруга?! Но прежде чем судить, представьте себя на моем месте. В личной жизни Линды было столько мужчин, что она сама, не то, что я, сбилась со счета. А вы еще хотите, чтобы я помнила причины, по которым они разбегались?!

Ага, вот и она. Опоздала на двенадцать минут. Одета, как всегда, гламурно: плотно сидящие брюки сиреневого цвета и черная шелковая кофта с глубоким декольте, богато отделанная рюшью. На ногах черные туфли на большой шпильке, что немного компенсировало ее не слишком высокий рост. В руках она держала сиреневую сумочку, подобранную в тон брюкам, из кожи какого-то зверя. Шкура крокодила? Имитация или настоящая? На те деньги, что мы получаем, она может оказаться и из настоящего золота.

Пока она приближалась, я оглядывалась по сторонам. Мир жил обычной жизнью, не задумываясь о том, что в любой момент они ее могут лишиться. Нет, конечно, люди учитывают вероятность быть сбитым машиной или убитым острым ножом с зазубренным лезвием в глухом переулке, но не ждут смерти со стороны магии. Они еще не свыклись с мыслью, что среди них живут ангелы и демоны, ведьмы и эльфы, духи четырех элементов природы — воздуха, воды, земли и огня. Они живут и работают рядом с ними, даже не подозревая о том, что их соседом может оказаться ликантроп, раз в неделю обрастающий густой бурой шерстью. Почти все из нас имеют человеческий вид, не считая больших ушей, волос и глаз всех цветов радуги. Но это так, мелочи. Цвет глаз можно менять с помощью контактных линз, а волос — с помощью краски. Мне повезло — я не родилась глумом или троллем, но порой у меня возникает вопрос «Почему я не человек?». У меня никогда бы не было таких проблем как сейчас, и я бы преспокойно работала в какой-нибудь фирме, втюхивая покупателям всякую ненужную им дребедень. Не жизнь, а мечта. Правда я бы не зарабатывала столько, сколько сейчас, но ведь не в деньгах счастье.

И сейчас, людишки спешили по своим делам — кто на работу, кто на свидание, кто за покупками, не задумываясь, какие их ожидают проблемы, если мы не успеем найти зачинщика всего этого беспредела. Мы же должны вертеться как волчок, не зная за что ухватиться и куда податься, должны рисковать собой, спасая их шкуры.

— Извини, что опоздала. Но ты ведь меня знаешь, — оправдывалась Линда, запыхавшись от быстрой ходьбы на своих невероятно высоких каблуках. На них, как оказалось, не то, что ходить, бегать можно.

— Все в порядке. Пойдем, — я махнула рукой в направлении входа. Она лишь кивнула, и мы нога в ногу зашли в открывшиеся нам навстречу врата рая для модников. Повсюду шик, блеск, красота. Весь вид портят бледнокожие костлявые манекены, застывшие в неестественных позах, и выставив вперед кто руку, кто ногу, кто слегка склонив голову. От выражения их лиц бросает в холодный пот — лишенные мимики, эмоций и любых чувств. Напоминает «Дом восковых фигур», где парочка психов замуровывали в воск живых людей. Ужас! Поэтому, я предпочитаю смотреть одежду на вешалках, а не манекенах.

Линда тянула меня за руку то в один отдел, то в другой, отчего к моим синякам на талии прибавился один на руке, обхватив мое запястье не очень красивым браслетом.

Наконец, мы зашли туда, куда надо — кожа, ремни, плащи и цепи висели по всему периметру павильона. Средних лет консультант, тут же подлетевшая к нам, явно не вписывалась в обстановку: интеллигентный вид, строгий брючный костюм с белоснежной, режущей взгляд, блузкой, минимум макияжа, а на переносице красуются очки в тонкой желтой оправе. В общем, полный контраст.

— Вам помочь? Что бы вы хотели приобрести? У нас большой выбор товаров на разные вкусы, — затараторила она, не давая нам возможности ответить.

Не обращая на нее внимания, предоставив Линде объяснить ей то, что нам надо, я направилась вглубь отдела, рассматривая представленную здесь одежду. Мой взгляд остановился на темно-коричневых мужских штанах. Кожа. Я вспомнила Дэниела на фоне кожаного дивана и решила проверить свое предположение, купив их ему. Они смотрелись эффектно: слегка расширенные к низу, надрезанные над правой коленкой и с широким металлическим ремнем в готическом стиле. Короче, это то, что нужно. Беру.

Пройдя по отделу, я выбрала ему еще черную кожаную майку с хищно улыбающимся беззубым ртом черепом на спине. Главное, чтобы все оказалось его размера, иначе мне придется идти одной. А поскольку одну они меня вместе с Линдой ни за что не пустят, то наше дело может прогореть.

Себя я тоже решила одеть в подобное тому, что купила Дэниелу. И опять кожа.

Я взяла черный топ с довольно таки большим декольтированным вырезом и длинный такого же цвета плащ с разрезами по бокам. Линда тут же подсунула мне короткую малиновую юбку. Я хотела уже закатить ей скандал, но она поставила ультиматум — либо я иду в этой юбке, либо не иду вообще. Пришлось брать. Я тешила себя мыслью, что это все только на один час, не больше. И тут подруга добила меня, сказав, что одолжит мне сапоги под весь этот наряд. Так что, придется мне теперь мало того, что щеголять в юбке, так еще и на высоких шпильках.

Загрузившись вещами, мы направились в примерочную.

— Может быть, вы и меня возьмете? — в очередной раз спросила Линда, с ноткой беспокойства и надежды в голосе.

— Я не хочу подвергать тебя опасности, мы и вдвоем справимся. Как ты думаешь, черный мне пойдет? — спросила я, стягивая футболку через голову.

С ее стороны не донеслось ни звука. Повернув голову, я увидела, что она уставилась на меня, выпучив глаза.

— Что-то не так?

Я опустила глаза и поняла, что она увидела больше, чем надо. Фиолетовые пятна густо расползлись по моей осиной талии, образовав замысловатый рисунок. Две руки с тонкими пальцами.

Она обрела способность говорить только со второй попытки. Ее голос срывался от увиденного.

— Что это?!

— Нежные объятия. Дэниел постарался, — пошутила я. Ее глаза стали похожи на чайные блюдца, а рот безмолвно приоткрылся. Мне стало ее жаль, и я решила рассказать ей про мою новую силу, не вдаваясь в подробности, но прежде нужно немного обезопасить себя.

— Поклянись, что никому не расскажешь того, что поведаю тебе я, — серьезно сказала я. Клятва ангелов имеет огромную силу, и если ты поклялся в чем-то, то, нарушив ее, понесешь страшное наказание. Это может быть и болезнь, и полоса неудач, и даже смерть, в зависимости от серьезности клятвы. Она нерушима, и прежде чем давать какое-либо обещание надо трижды подумать стоит ли это того.

— Даю клятву ангелам Небесной Гвардии и Высшего Совета, что буду держать в строжайшем секрете доверенное мне, вплоть до отмены ее Высшим Советом. Мерой наказания будем считать лишение силы и изгнание из рядов Гвардии.

Когда Линда произносила последние слова, в воздухе появилось голубоватое свечение, которое, окружив нас, осело на коже и быстро впиталось, не оставив и следа. Это означало, что клятва принята. Что ж, теперь мне нужно выполнить свою часть.

— В рамках времени назначаю период в две недели, после истечения которого клятва может быть отменена Высшим Советом. Да пребудет с нами Свет.

Теперь, когда мы закончили с официальной и, стоит заметить, обязательной частью, можно ввести Линду в курс дела.

Она ожидающе смотрела на меня, приготовившись не пропустить ни одного слова. Я начала:

— Сегодня ночью мне снился странный и к тому же страшный сон, под конец которого я умираю. Так вот это, — я показала на расписанный синей краской живот, — то, что пришло из моего сна. Как сказал Дэниел, это был реалистический сон, любой элемент из которого может реализоваться в настоящей жизни к моменту пробуждения, и он отметил, что мне повезло, потому что из сна я принесла только это, а не свою смерть, например.

— Но как? Откуда взялся этот сон?

— Дэниел сказал, что людей, обладающих таким даром не много и я теперь одна их них. Самое странное то, что такая сила может быть только у ангела выше шестого уровня.

У Линды еще больше округлились глаза.

— Так у тебя теперь шестой уровень?!

— Нет, конечно. Я, если можно так сказать, исключение из правил и мне этот дар достался случайно. Хотя даром его сложно назвать — толку от него никакого.

На самом деле толк, хоть и небольшой, но был, но об этом Линде точно знать необязательно. Хотя бы, пока. Я ей и про сон не рассказала бы, если б была повнимательней.

— И так каждую ночь? — Линда начала нервно теребить свою сумочку. Голос ее слегка дрожал.

— Не знаю. Дэниел не уточнил.

Как я не додумалась задать ему этот вопрос? Придется ли мне теперь каждую ночь просыпаться в холодном поту, не зная, проснусь ли в следующий раз?

Я осторожно натянула топ и посмотрела в зеркало. Сидит отлично.

— А избавиться от них можно?

— Да, лишившись силы.

— Может…

Она не договорила, потупив взгляд в пол, но я догадалась, о чем она хотела сказать.

— Нет, ни за что! — вспыхнула я, — Я не избавлюсь от силы по своей воле! Никогда!

Она еще ниже опустила голову.

— Прости, я нечаянно ляпнула. Я не хотела.

— Если ты хочешь оставаться моей подругой, то не касайся, пожалуйста, этой темы. Идет? — я чуть смягчила тон. Почему я срываюсь на тех людей, которые думают о моей безопасности. Сначала Дэниел, теперь Линда. Кто следующий? Эван? Надо держать себя в руках.

Из-за занавесок раздался крик. Приоткрыв их, мы увидели нашу строгую даму, державшую за рукав верткого паренька лет шестнадцати. В руках я заметила у него какие-то вещи. По брани, доносящейся из уст консультанта, я поняла, что он попытался украсть эти вещи. Он уже почти дошел до дверей, когда его увидели. Странно, но сейчас я была на стороне паренька, а не назойливого продавца, слишком у бедного юноши был испуганный вид. Эта же мегера готова была рвать и метать, по-прежнему мертвой хваткой держа его за рубашку. Я сконцентрировала и направила легкий поток воли в их сторону. Невесомая волна ударила в женщину, и она от неожиданности выпустила парня. Ему хватило этого мгновения, чтобы опрометью выбежать из отдела. Молодец, не растерялся. Женщина стояла и недоуменно смотрела по сторонам, не понимая, что случилось. Я задернула штору до того, как она повернулась к нам.

— Зачем ты это сделала? — спросила Линда недовольным голосом. Мне кажется, или она за последние несколько дней кардинально изменилась?

Я пожала плечами. И сама не знаю зачем. Просто мне стало его жалко, вот и все.

— Ты позволила ему убежать с ворованными вещами?! Это неправильно! — не успокаивалась она.

Так, что-то быстро она переходит из одного эмоционального состояния в другое.

— Кто решает, что правильно, а что нет?

— Мы должны олицетворять собой закон! А что ты только что сделала? — она повысила голос. Я последовала ее примеру.

— Я и есть воплощение закона. Только высшего, но никак не земного. Это уже дело полиции. Я поступила так, как считаю нужным!

Она сделала шаг по направлению ко мне. В ее голубых глазах я увидела гнев. Впервые за все годы, что мы с ней знакомы. Первая серьезная ссора, причем начатая с ее стороны. А причина то, довольно глупая. Почему она так взъелась?

— Ты…

— Ну, скажи, скажи, что ты обо мне думаешь! Мне не терпится узнать, — подначивала я ее.

Вдруг ее глаза сузились, и она внимательно посмотрела на меня, будто видя насквозь. И начала говорить уже спокойным тоном, будто между нами только что не было ссоры.

— Ты что-то от меня скрываешь. Я это чувствую.

Я ожидала всего, но никак не этого. Теперь уже у меня чуть не отвалилась челюсть. Я села на стоящий в примерочной стул, не потрудившись убрать с него одежду.

— Послушай… — начала я, с трудом подбирая слова, но она перебила меня.

— Даже не пытайся мне врать. Не знаю как, но я это чувствую.

— Давно? — поинтересовалась я.

— Не пытайся увести меня от этой темы. Рассказывай!

А что я могла ей рассказать? О том, что эта неделя последняя в нашей жизни или что она может быть следующей жертвой этого безжалостного маньяка, похищающего ангелов для принесения в жертву?

— Я не могу. Это тайна, и не моя, а высшей власти. Скажу только, чтобы ты была осторожнее. Пропало уже четыре ангела, и это будет продолжаться.

Мои слова не удивили ее, видимо, она уже кое-что об этом знала. И это не удивительно, ведь все мы работаем вместе как одна сплоченная семья.

— Значит, вы идете в клуб, чтобы узнать что-нибудь о пропавших?

Она была немного далека от истины, но я решила не посвящать ее в цель нашего визита. Пусть считает, то мы пошли за информацией об исчезнувших ангелах. Так будет проще.

— Да, ты угадала. Именно за этим.

Линда замолчала, размышляя над чем-то. Я посмотрела на часы. Хватит зря терять время. Я быстро переоделась в свою одежду и, взяв в охапку весь ворох новой, протиснулась мимо Линды и пошла к кассе. Как оказалось, цены здесь были, как и продавец, зверские. Благо кредитка моя была почти бездонной. На долгую безмятежную жизнь хватит. Главное, чтобы жизни хватило.

15

— Ты позвони, как вернетесь, чтобы я не беспокоилась, — попросила Линда, когда я уже сидела в машине. Я кивнула. Позвоню. Она пожелала мне удачи и, отойдя на пару шагов назад, помахала рукой. Грустно и как-то вяло.

Я завела машину и вырулила на дорогу. На заднем сидении лежали длинные, почти до колен, черные замшевые сапоги на тонкой, но не сильно высокой, шпильке. Что мне предстоит за вечер? Выйдем ли мы оттуда живыми? Не известно, но я надеюсь на лучшее.

Из-за создавшейся на дороге пробки я приехала домой на полчаса позже, чем планировала. Дэниел, наверное, уже давно дома. При слове «дом», в животе моем неприятно забурчало. С утра во рту крошки не было. Хорошо хоть додумалась заехать в супермаркет за продуктами.

Нагруженная сумками я зашла в подъезд. Лифт не работал, придется подниматься так.

Возле двери Дэниела я остановилась и прислушалась. Ни звука. Может, его нет? Моя рука поднялась, чтобы позвонить и узнать наверняка, но остановилась по пути к двери. Сначала нужно забросить сумки со шмотками и продуктами, а уж потом идти к Дэниелу. Не слишком ли я привязалась к нему? Может, он заворожил меня? Я сама порой поражаюсь той чепухе, что роем кружится в моей голове. Ага, Дэниел по вечерам от нечего делать, занимается приворотной магией. «Белый маг Дэниел. Приворожу. Отобью. Верну в семью. Гарантия — 100 %.»

Смешно. Богатая у меня фантазия, ничего не скажешь. Но доля правды в этом, все-таки, есть. Он мне нравится, причем с каждым днем все больше и больше. А какие он питает ко мне чувства? Жалось? Сочувствие? Или…

Я повернула ключ и, приоткрыв пошире дверь, ввалилась в квартиру, бросив тотчас все сумки на пол. Руки ломило от тяжести. Плохо когда все приходиться делать самой, но я привыкла. Ко всему можно привыкнуть, и это не самое страшное, уж поверьте, проверила на себе.

Я закрыла дверь и прошла к зеркалу. Видок у меня был еще тот: растрепанные примеркой волосы, ненакрашенная, глаза уставшие. Просто ужас. Подняв топ, я еще раз полюбовалась на отметины. Синяки уже начали менять цвет с синего на фиолетовый, затем, наверное, сменятся на зеленый. Красотища! Как ходячая картина Пикассо. Чего еще мне ожидать от судьбы? К чему готовиться? Я прямо чувствую, как черная страшная, дышащая смрадом тень, притаилась за моей спиной, готовая в любой момент забрать меня с собой. Но нет, я не сдамся так просто, без боя. Ни за что! И действовать надо прямо сейчас.

Быстро перекусив, дабы набраться сил перед походом в клуб, полном неожиданностей, я взяла купленные вещи и пошла к Дэниелу.

В этот раз он быстрее отозвался на зов двери, нежели утром.

— Проходи. Я ждал тебя.

Я прошла в комнату, видимо, гостиную, и села на диван.

— Как там шеф? — поинтересовалась я.

Он устроился рядом со мной, вытянув вперед ноги и слегка склонив на бок голову. Каштановые волосы мягко упали на лицо, явно мешая обозрению. Но поправлять он их не стал.

— Переживает. Его вызвали «на ковер», выясняли, в чем дело.

— И он им рассказал?

— Пока нет. Хочет сначала сам разобраться, что к чему, а потом отчитываться перед ними.

— Ты ему рассказал то, что нам удалось узнать?

— Да, — он согласно мотнул головой, от чего прядь на его лице еще сильнее закрыла глаз. Получился небольшой занавес. Моя рука так и чесалась убрать ее.

— И что он сказал по этому поводу?

— Был недоволен, что ты сразу не рассказала нам все.

— Ничего переживу, — буркнула я. — Что-нибудь еще?

— Нет. Только пожелал удачи, которой нам явно не хватает.

Мой взгляд в очередной раз упал на его лоб, и я против воли протянула руку и убрала надоедливую прядь. Но, справившись с этим, я не торопилась отводить руку. Заглянув в его глаза, я увидела в них огонь, золотой огонь. Зрачки его расширились, а губы приоткрылись. Он потянулся ко мне, и я хотела ответить ему тем же, но что-то во мне будто переключилось, и я отпрянула, вскочив на ноги. Что со мной твориться, не понимаю.

— Я тут купила тебе кое-что, — сказала я, стоя к нему спиной, усиленно сконцентрировавшись на разбирании пакета. Пальцы мои слегка дрожали. Я не понимаю саму себя: то меня как магнитом тянет к нему, то, наоборот, отталкивает.

Я достала его наряд и, не оборачиваясь, направилась на кухню, бросив короткое «Примерь» и, не забыв закрыть за собой дверь.

Дышать стало легче. Там, мне казалось, сам воздух излучал энергию, не то, что мы. Теперь я точно знала, что мы испытываем друг к другу, но не была готова ко всему так быстро. Мне нужно привыкнуть, и избавиться от призраков прошлого, так прочно засевших в моей душе и не хотевших меня отпускать. Мне нужно время.

Из окна его кухни был хороший вид на город, не то, что из моего, на внутренний двор. Я как раз рассматривала детей, играющих на противоположной стороне улицы, когда скрипнула открываемая дверь, и вошел Дэниел.

Я сдержалась от восторгающего восклика. Передо мной стоял совершенно незнакомый мне и откровенно сексуальный парень. От него так и исходил жар. Волосы были стянуты на затылке в тугой хвост, перетянутый черной лентой. Подобранные мною вещи сидели на нем, как влитые, плотно обтянув все его тело.

— Не слишком? — спросил он и покрутился передо мной.

— Нет. В самый раз, — только и смогла сказать я, причем не с первого раза. Я была права — кожа смотрелась на нем великолепно.

— Я не привык к такой одежде.

— Ничего, это только на один вечер. Мне тоже придется нелегко.

Он хищно улыбнулся и поинтересовался:

— А в чем пойдешь ты?

— Если немного подождешь, то скоро узнаешь.

— Тогда советую тебе приступить, потому что времени у нас осталось мало. Дорога неблизкая, скоро выезжаем.

— Тогда потороплюсь.

Проходя мимо Дэниела, я кожей ощутила исходящую от него энергию, смешавшуюся с запахом одеколона. Часть и того, и другого, задержалась у меня на руке, принеся с собой тепло и легкое покалывание. Он был силен, как не один из ранее знакомых ангелов. А кем была я? Сиротой, без детства и без нормального будущего, замурованная собственными чувствами и не уходящим прошлым, не способная на нормальные чувства. Я ему не пара. Может, у него есть уже девушка или даже жена там, откуда он приехал. А я так, временная пташка, наивная дурочка. Я ведь ничего о нем не знаю, даже где он живет, кем были его родители и где он учился.

Я вышла, прикрыв дверь, и пошла к себе.

Разложив на кровати новые, очень экстравагантные вещи, я воззрилась на все это богатство. Все было черных цветов, не считая малиновой юбки. Сначала я взяла ее только для успокоения души Линды, а теперь я уже смотрела на нее иначе. Увидев Дэниела, я решила не отставать от него и тоже сегодня быть на пике моды. У меня длинные стройные ноги, которым позавидовали бы даже фотомодели, и большой грех скрывать их от посторонних, как я привыкла. Но перед Дэниелом, я хочу быть во всей красе, поэтому придется идти на жертвы.

Облачившись в юбку, топ и сапоги, так мило предоставленные Линдой, и завершив образ длинным черным плащом, я посмотрела на свое изображение. Мило, очень мило. Не хватало только подведенных черным карандашом глаз и ярко красной помады в тон юбке. Исправив недоработанное и зацепив волосы в конский хвост на затылке, я сама себя не узнала. Женщина-вамп в зеркале явно была мне не знакома. И это к лучшему: если я сама не узнала себя, то другим это уж точно не удастся. Так что, по поводу моей репутации можно не беспокоиться.

Красного лака для ногтей, а уж тем более черного, у меня не оказалось, поэтому пришлось использовать белый. Маленько не в тему, но смотрится отлично.

На все мои приготовления ушло не больше двадцати минут, так что мы еще успеваем. Я поспешила к Дэниелу, дабы поскорей услышать его мнение о моем облике.

В его прихожей витал противный запах, знакомый до тошноты.

Дэниел оказался там, где я его и покинула — на кухне. По стоящей рядом чашке, я поняла, что за это время он успел перекусить.

— Ты пил кофе? — брезгливо спросила я, заходя на кухню.

Он поднял глаза, и слова его застыли на устах при моем виде. Он смотрел на меня как на ожившую богиню. Хотя в таком виде, я могла сойти только за богиню войны или раздора.

— Класс! — ошеломленно произнес он.

— Ты тоже, — ответила я и села напротив него, заглянув в чашку. На дне густился коричневый осадок, издающий неприятный для меня запах. Это скорее можно назвать вонью, нежели ароматом.

— Ты пил кофе? — повторила я, заранее зная ответ. Просто мне было неудобно под его взглядом, охватывающим меня с ног до головы.

— Да. Могу и тебе предложить. Хочешь? — он улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами. Он подначивал меня, прекрасно зная, что я терпеть не могу этот напиток. Но нет, я не пойду на такую явную провокацию.

— Премного благодарна, но вынуждена отказаться. Чего-нибудь натурального не найдется? — как можно милее спросила я, что явно не сочеталось с моим внешним видом.

Он с той же улыбкой встал, открыл холодильник и вытащил из него пакет сока манго. Надо же, позаботился и об этом. Дэниел поставил передо мной чистый стакан и налил в него сок. Закончив с этим, он уселся на прежнее место, наблюдая за мной.

Я залпом выпила содержимое стакана и посмотрела на часы.

— Пора выезжать.

Дэниел вздохнул:

— Пора, так пора. Поехали.

Я встала и окинула взглядом кухню в поисках моей сумочки, но тут же вспомнила, что не стала ее брать, решив, что зеленый цвет будет не к месту. Что ж, придется ехать так.

16

— Мне кажется, мы не туда едем, — в очередной раз сказал Дэниел.

Все, с меня хватит! Надоел уже. Я резко тормознула и повернулась к нему.

— Не нравится, веди сам.

Я отстегнула ремень безопасности и перелезла на соседнее сидение, недовольно отвернув голову к окну. Он, в отличие от меня, спокойно сел за руль и завел мой джип.

— Ты повернула не там.

— Где мне указали, там я и повернула, — огрызнулась я. Он пилил меня с того момента, как свернули с Линкольн Авеню. Поскольку карты у нас не было, я спросила у прохожего, как нам проехать на Блеквуд Авеню. И он объяснил. Так мы попали в этот неизвестный мне район, где домов и то почти не было, не то, что каких-то клубов.

— Это был пожилой человек. Он мог сказать тебе, что угодно. Ты всегда такая доверчивая?

Я решила промолчать. Пусть сам с собой разговаривает. Ведь он же «великий» ангел, так пусть его великая, всемогущая сила и приведет нас к месту.

За окном мелькали старые полуразваленные дома, смотревшие на нас пустыми глазницами окон. Неужели люди живут в таких условиях? Здесь нет счастливых лиц детей, играющих в мяч или прыгающих через скакалку. Только озлобленные волчата, не понимающие, за что им досталась такая жизнь. Здесь сухой кусок хлеба — как торт на праздник. Мне их жаль, очень жаль. Я ежегодно отдаю в детский приют часть доходов, и, надеюсь, хоть немного скрашиваю им существование, именно существование, а не жизнь. Именно из таких неблагополучных районов выходят начинающие демоны, и никто кроме самих людей в этом не виноват. Они не уделяют этой проблеме должного внимания, бросая детей на произвол судьбы без настоящего и без будущего. Они туго набивают свои кошельки, не задумываясь о том, что в данный момент где-нибудь умирает от голода маленький ребенок, похожий на их сына или дочь. Здесь не слышно детского смеха. Здесь стоит мертвая тишина и, боясь нарушить ее, разговариваешь шепотом. Страшно.

Мы опять выехали на Линкольн Авеню и поехали прямо. Проехав пару миль, Дэниел повернул налево, и я увидела надпись «Блеквуд Авеню». Надо же, нашел таки. Вот и пусть ведет сам, я хоть отдохну. Я посмотрела на Дэниела и увидела его довольную физиономию. Пусть радуется. Мое время еще придет.

Он остановил машину возле черного здания с неоновой вывеской, гласящей «клуб «Белая тень»».

— Приехали, — сказал Дэниел и выключил зажигание. — Готова?

— Конечно. Не просто так же мы сюда ехали, — ответила я и добавила: — Повернись?

Он без вопросов повернулся затылком ко мне, и я поправила развязавшуюся ленточку, удерживающую его золотисто-каштановые волосы.

— Все. Теперь можно идти.

Мы вышли из машины и направились к зданию. Клуб как клуб. Ничего необычного пока не вижу. Я споткнулась о ступеньку перед самым входом и улетела бы вперед на своих шпильках, если бы Дэниел меня не подхватил за руку. Я благодарно посмотрела на него, он слегка улыбнулся, и с таким видом мы вошли в клуб.

Это было небольшое полутемное помещение. Мало того, что здесь было всего пара ламп, так еще и все стены и интерьеры мебели были черных цветов. Этот же цвет присутствовал и в одежде посетителей. Я мысленно похвалила себя за наш с Дэниелом вид — мы вписывались в эту обстановку, как никто другой.

Вокруг была сплошная готика — столы были похожи на средневековые, пол был вымощен из камня и все в таком роде.

Людей, если можно их так назвать, было на удивление немного. Кроме бармена было еще пятеро. Двое сидели в стороне от барной стойки, двое за столиком у двери и один в самом углу. Обратил внимание на нас только бармен — молодой парень с длинными белыми волосами, ниспадающими по плечам. Глаза у него были нереально синие с оттенком фиолетового, что подтвердило мою догадку о том, что он не демон, но и не человек. Что-то подсказывает мне, что он — один из разновидностей фейри — темный эльф. Его ушей я не видела, но могу сказать наверняка, что они остроконечные.

Мы подошли к стойке, и присели на стоящие рядом стулья.

— Чем могу помочь? — спросил эльф, протирая стакан и внимательно нас изучая. В основном, меня.

— Налей чего-нибудь, — небрежно бросил Дэниел, посматривая по сторонам. Я поняла, что он ищет нашего «Кортеса». Но было так темно, что рассмотреть чьи-то лица издалека было просто нереально.

— Я видел вас здесь раньше? — спросил бармен, обращаясь к Дэниелу.

— Нет, мы тут впервые. Наслышаны о вашем заведении, вот и решили посмотреть.

Эльф улыбнулся, и от его улыбки мне захотелось бежать куда подальше — показался ряд белых острозаточенных зубов, что напомнило мне скорее улыбку акулы, собравшуюся откусить от тебя маленький кусочек на пробу, чем добрую радушную улыбку.

— Тогда, добро пожаловать. Выпивка за счет заведения.

Он поставил перед нами по стакану какой-то жидкости бурого цвета, и, взяв их, мы пошли к столику. Я пропустила Дэниела вперед, предоставляя ему право выбрать столик. Как я и предполагала, мы сели неподалеку от человека, сидящего в углу. С такого расстояния можно было бы разглядеть его лицо, если б на нем не был одет капюшон. Он сидел, опустив голову и уставившись на стакан с такой же, как у нас ерундой, но уже на половину пустой.

— Как думаешь, пить это можно? — шепотом спросила я у Дэниела, когда мы сели.

— Честно? Не знаю.

— Что насчет Кортеса?

— Я думаю, либо его так зовут, либо это кличка. Но и в том, и в другом случае, он, наверное, похож на испанца.

— Может, он вообще здесь не появится. Новости разносятся быстро.

— Мне кажется, он уже здесь. Но кто из них?

— Ваша интуиция вас не подводит, молодой человек, — раздалось из соседнего столика. Фигура в плаще с надвинутым на глаза капюшоном, смотрела на нас.

— Откуда вы… — начал было Дэниел, но замолчал. Я почувствовала поток силы, исходящей от фигуры и поразилась его мощи. Человек поманил нас за свой столик и мы, как загипнотизированные, послушно поднялись и сели рядом с ним.

— Кто вы? — спросил Дэниел, поскольку я еще не отошла от продемонстрированной нам силы.

— Называйте меня Кортес, если вам так удобнее, — устало сказал человек в плаще.

Дэниел отрицательно замотал головой.

— Я не это имел в виду. Кто вы?

Человек скинул капюшон, и я увидела очень симпатичного мужчину лет 30-ти с густыми черными, цвета смолы, волосами. Дэниел был прав, он чем-то смахивал на испанца. Его глаза тоже были такого же цвета, но излучали мудрость. Такие глаза я видела у Отерона.

— Вы эльф? — спросила я, обращаясь к нему.

При слове «эльф» он брезгливо поморщился.

— Нет, юная леди, я не эльф, и никогда им не был.

— Тогда кто вы? — не отставала я.

— А вы не догадываетесь? — усмехнулся он.

— Вы наделены большой силой, — сказал Дэниел.

Человек махнул головой в знак согласия, и его губы выдавили подобие улыбки. Несмотря на то, что его улыбка скорее напоминала оскал хищника, мне он нравился, сама не знаю почему. Меня завораживали его глаза, малейшие его движения. Возможно, он умеет напускать гламур.

— Вы демон выше пятого ранга, это я могу сказать точно. Это так?

— Я — Темный Повелитель, юноша, — сказал он величественно.

Мы с Дэниелом обомлели и переглянулись.

— Вы — Хозяин Преисподней?! — удивленно пробормотал Дэниел.

Человек лишь махнул головой.

Дэниел внезапно вскочил и, схватив за руку, быстро поставил меня на ноги. Он закрыл меня своей спиной, и грозно сказал:

— Попробуй только тронь нас, и ты пожалеешь.

Улыбка сползла с лица Темного Повелителя и вернулась усталость.

— Сядьте, мои милые ангелы. Я вас не трону.

— Вы лжете!

Его брови сдвинулись на переносице.

— Либо вы сядете, и мы спокойно поговорим, либо вы никогда уже не увидите белого света, — повышенным тоном сказал он и добавил уже мягче: — Просто поговорим.

Я посмотрела на Дэниела и он, подумав, согласно махнул головой. Мы сели как можно ближе друг к другу и подальше от демона.

— О чем вы хотите поговорить? — начал Дэниел недружелюбным тоном.

— Спокойнее, мистер Сэндс.

— Вы знаете его?! — удивилась я.

— Милая Диана, как же вы наивны, — он засмеялся и его смех окутал меня бархатом. Приятное ощущение. — Я надеюсь, мой волк не сильно вас напугал?

— Так это вы послали его?! — возмутился Дэниел.

— Нет, я его не посылал. Но у меня очень верные подчиненные, и один из них, узнав о прибытии некой важной персоны, решил проследить за этим. Но, к сожалению, — его голос стал суровее, — он был неопытен и выдал себя, за что потом и поплатился.

— Так что вам нужно от нас?

— Я преследую ту же цель, что и вы.

— То есть? — не понял Дэниел.

— Предотвратить грядущий конец света, — спокойно пояснил Кортес.

Я не выдержала и рассмеялась. Он недоуменно посмотрел на меня.

— Что вы нашли смешного, леди?

— Только не говорите, что вы не хотите наступления конца света. Я точно не поверю.

— Хотите верьте, хотите нет, но мне это не на руку. Меня пока вполне устраивает текущее положение вещей, и я не хочу ничего менять.

— Но если не вы затеяли это, в чем я сильно сомневаюсь, тогда кто? — спросила я.

— Кому-то не понравилось то, как я правлю, и он решил занять мое место, показав, что сильнее меня.

— Но почему вы просто не устраните помеху? — поинтересовался Дэниел.

— Все дело в том, что я не знаю, кто претендует на мое место. Я же не могу уничтожать своих демонов направо и налево. Кто тогда останется в моей армии?

— Значит, вы хотите выяснить, кто это задумал?

— Совершенно верно.

— Вы сказали, что у вас много верных подчиненных. Неужели никто из них ничего не знает?

Он опустил голову.

— Он переманивает их на свою сторону, пробуждая в них желание убивать. Вот почему сейчас такая высокая активность. Этими действиями он подрывает мой авторитет, и я этого не потерплю.

— А зачем тогда понадобились мы? — спросила я.

Дэниел ответил на мой вопрос вперед:

— Ему нужна наша помощь. Вот и все.

— Чем могут помочь два слабых ангела Хозяину Преисподней?! — еще больше удивилась я.

Кортес посмотрел мне в глаза и произнес:

— Вы прекрасно знаете, что вы оба очень сильны. Восьмой уровень, если не ошибаюсь?

— Ошибаетесь, третий.

— Не стоит вешать мне лапшу на уши, леди. Я чувствую вашу силу. Восьмой уровень.

— Хотите сказать, что у меня восьмой уровень? — засмеялась я. — Вот вы меня насмешили.

— Вы даже не знаете своего ранга?! — сказал он с иронией и, помолчав, добавил: — Хотя, наверное, вы еще не проверялись. Но точно могу вам сказать, леди, что у вас восьмой уровень. Уж поверьте.

Я опять засмеялась и посмотрела на Дэниела. Его лицо выражало обеспокоенность и…

— Он говорит правду? — спросила я у Дэниела.

— Да, Диана. Правду. Я мог бы и раньше догадаться.

Вот черт! Но откуда?! Не могла моя сила так резко возрасти. Я ощущаю себя как обычно, ничего странного. Хотя… Вот откуда появились мои реалистические сны. Значит, это не исключение из правил.

— Теперь, когда вы, наконец, убедились в моей правоте, приступим к нашей проблеме. Мне нужна ваша помощь. Я знаю, что вам уже кое-что удалось узнать, и я надеюсь, что вы распутаете все до конца.

— Но все наши зацепки закончились на вас. Больше у нас ничего нет, — возразила я. К нам плавной походкой подошел бармен-эльф и обратился к демону.

— Чего-нибудь еще желаете, мой господин? — произнес он учтиво.

— Нет. Может, мои друзья чего-нибудь хотят? — он кивнул головой в нашу сторону. Говорил он мягко и спокойно, так, что и не скажешь что это — наш заклятый враг, на случай если он взбунтуется. Пока между нами заключен мир, и он придерживается этого договора, ему, да, собственно, и нам с его стороны, ничего не грозит.

Мы с Дэниелом синхронно замотали головой, и бармен, поклонившись Хозяину и нам, неспеша направился обратно к стойке. Волосы его развевались белым полотном, доставая почти до колен, и он, видимо, ими очень гордился, раз так выставлял напоказ.

— У меня есть кое-какая информация, предполагаемые подозреваемые из моей свиты. Вам необходимо будет проверить их.

— У нас есть выбор? — спросил Дэниел.

Хозяин отрицательно покачал головой. Получается, мы как две глупые мышки, попавшие в западню. Либо мы соглашаемся, либо мы просто исчезнем из этого мира. Навсегда. Да так, что от нас и горстки пыли не останется. Выбор, я думаю, очевиден.

Видя, что мы оба задумались, демон продолжил:

— Вы ничего не теряете и ничем не рискуете. Просто я даю вам дальнейшую информацию для поиска, помогаю вам. С вас же мне потребуется только имя предателя. Вот и все. Соглашайтесь.

Дэниел оглянулся, оценивая силу, против которой нам придется бороться при отказе. За то время, пока мы разговаривали, здесь собралось уже человек двенадцать. Он сумел отвлечь наше внимание и привел своих подчиненных. Против такого количества демонов, да еще во главе с Хозяином Преисподней, нам точно не выстоять.

— Мы согласны, — сказал Дэниел, с трудом произнося слова. Мне тоже не нравилось это предложение, но когда дело касается жизни и смерти, однозначно выбираешь первое.

— Алан тоже работал на вас? — спросила я, разглядывая Хозяина.

Его взгляд посуровел, плечи, накрытые черным плащом, ссутулились.

— Работал. Несмотря на то, что я скрывал его причастность к этому делу, кто-то узнал об этом и устранил его.

Меня пробрал ужас. Устранил. Эти слова разрушили мою теплящуюся надежду на то, что Алан еще жив. Страшно терять своих друзей. Несмотря на то, к какому лагерю он переметнулся, Алан был моим другом. Ведь мы сейчас тоже одной ногой переступили черту. Может, и у него не было выбора?

— Почему вы выбрали именно его? — спросила я. Мой голос не дрогнул, но на глаза навернулись слезы. Дэниел под столом сжал мою руку.

Демон резко откинулся на высокую спинку каменного стула, или лучше сказать трона, и взял со стола стакан. Стоит отметить, что на их месте я бы использовала кубки, а не стаканы, раз уж они делают акцент на средневековье.

— Во-первых, милая леди, он меньше всего вызвал бы подозрение, поскольку благодаря вам Гаррет уже давно исключен из наших рядов. А во-вторых, он был широко просвещен в демонологии и мог раскопать все, что угодно, если понадобится. Но, — он вздохнул, — к моему великому сожалению, Алан не успел распутать это дело.

— Алан был моим другом, и я прекрасно знаю, что по своей воле он бы ни за что не согласился браться за это расследование. Чем вы угрожали ему? — я слегка наклонилась над столом, дабы заглянуть этому подонку в глаза. Увидеть все зло, что в нем таится под этой личиной. Ведь, если бы не он, Алан был бы сейчас жив.

Демон раскатисто рассмеялся. Эхо, отразившись о каменные стены, вернулось к нам в трехкратном размере.

— Вас так это волнует, леди? Мне кажется, сейчас вы больше должны волноваться о своей шкуре и шкуре вашего другого друга, — он ехидно произнес слово «другого» и опять рассмеялся.

Меня разозлили его слова, злость, накопленная потерей Алана, вспыхнула во мне. Дэниел сильнее сжал мою руку, призывая к спокойствию. Я снова посмотрела на армию за нашей спиной, и поняла, что эту битву мы проиграли. Черные эльфы, демоны различных рангов скалились, наблюдая за нашей беседой. Лиц в полумгле почти не было видно, только проблески белых зубов, не означающих ничего хорошего. По крайней мере, для нас.

— Сукин сын, — пробормотала я, потупив взор. Ангелы на услужении у демона. Если Высший Совет прознает про это, можно прощаться со своей карьерой.

— Поосторожнее в выражениях, леди, — его улыбка померкла, а шум голосов за спиной стих. Молодцы, быстро схватывают настроение своего шефа.

— Вы не оставляете нам выбора, и хотите, чтобы я была с вами вежлива?! Мало того, что погиб мой друг, так еще и мы подвергаемся опасности по вашей вине! — не выдержала я.

— Разве я так много прошу? Всего лишь сообщить мне имя. Сказали бы спасибо, за информацию, которую я вам предлагаю. Без меня вы зайдете в тупик.

— Вы все время говорите о какой-то информации. Но мы так ничего еще и не услышали по делу, — вмешался Дэниел.

Демон подал знак свите и к нашему столу подошел один из его подчиненных, держа в руках небольшую папку. Хозяин взял ее и положил перед нами.

— Здесь все, что вам понадобится. Имена, основной род занятий и места проживания, — сказал он и пододвинул папку поближе к нам. — Если возникнут вопросы, там есть телефон, по которому со мной можно связаться. А если не доверяете технике, то добро пожаловать в мой клуб.

Он обвел головой все помещение. Конечно, такую обстановку мог придумать только сам Хозяин Преисподней, чем он, видимо, очень гордился. «Белая тень» — его детище. Но, на мой взгляд, даже для темных сил, здесь мрачновато.

— Мы можем идти? — спросил Дэниел.

— Да, конечно.

Мы с Дэниелом поспешно поднялись. Демон не шелохнулся. Видимо, на этом его правила приличия заканчиваются. Хозяин прошелся по мне взглядом, который ощущался даже физически, задерживаясь на каждой части моего гардероба, что тоже не показалось мне особо приличным. Глубокая чернота его глаз встретились с изумрудом моих и, не отрывая взгляда, он сказал, обращаясь к нам обоим:

— Надеюсь увидеть вас в скором времени. Чем скорее, тем лучше. И желательно с хорошими вестями.

Он продолжал смотреть мне в глаза, а я не могла отвести взгляд, медленно погружаясь в эту бездну. Он был сильнее меня, имел больше опыта. Демон показал мою беспомощность и ничтожество перед ним, продемонстрировав такой простой прием как удерживание взгляда. Он давал понять, что идти против него бесполезно.

Дэниел вывел меня из транса и прервал контакт, взяв за руку. Я заморгала, приходя в себя. Демон пугающе улыбнулся, обнажив зубы.

Мы широкими шагами направились к выходу. Никто не преградил нам дорогу. Дэниел протянул руку к двери, желая открыть ее, но она отворилась сама. Мы не оглядываясь, вышли, а в спину нам послышался дикий, безудержный и немного жутковатый смех.

Во мне вскипело раздражение. Нас выставили слабаками, безвольными идиотами, да еще и посмеялись вслед. Я это просто так не оставлю! Придет время, и я буду смеяться над Хозяином. Придет время.

Мои каблуки зашуршали по гравию, застревая между камнями. Я хотела поскорее уехать отсюда, подальше от этого клуба и никогда здесь не появляться. Если бы я не нашла этот проклятый блокнот Алана, мы бы не очутились в таком безвыходном положении.

Из-за машины вышла высокая фигура в черном плаще, с которой мы только что сидели за одним столом. Опять он решил продемонстрировать нам свои способности.

— Что тебе еще нужно от нас?! — закричала я, со злости пнув небольшой камень гравия в его сторону.

Плащ зашевелился и показалась рука, в которой тут же засиял огненный шар размером с футбольный мяч. Ничего доброго от этого нам не стоило ожидать.

— Ложись! — закричал Дэниел и повалил меня на дорожку. И вовремя — над нами пролетел со свистом шар огня. Промахнувшись мимо основной цели, он угодил в стену здания и разлетелся на сноп искр. Мы откатились за рядом стоящую машину, дабы не служить мишенью. Следующая его попытка может завершиться успехом.

— Не высовывайся, — прошептал Дэниел, а сам прополз до другого конца машины и, сформировав небольшой энергетический шар, послал его по направлению к нападающему. Но тот успел уклониться и теперь подходил к нам. Ему ничто не мешало кинуть в машину, за которой мы прятались, еще один шар, но он так не поступил. Может ему это не доставит такого удовольствия, как поджарить нас напрямую. Тяжелые ботинки громко шлепали по каменной дорожке.

Дэниел безуспешно пытался ударить в него энергией — человек в плаще создал магический щит и отражал все посылаемые в него шары.

Шаги приближались. Мое сердце начало пропускать удар за ударом, а разум начал отключаться. Дэниел что-то кричал мне, но я не слышала его. Внезапно для себя я встала из-за укрытия. Фигура в плаще была уже на расстоянии примерно пяти шагов. Человек скинул капюшон, и я увидела зловещую ухмылку и дикую злобу в глазах. Лицо было мне не знакомо. Человек, сузив глаза, от чего они стали похожими на змеиные, громко захохотал и выставил руку перед собой. На моих глазах на ней появился шар, отливающий красным и желтым оттенками. Человек слегка отвел руку назад, дабы придать шару большую скорость при броске. Но послать его он не успел. Я опередила его, выставив руки от себя, не осознавая, что делаю. Струя огня, вырвавшаяся из моих, направленных в стоящего передо мной человека, рук достигла своей цели. Он запылал как факел. Первые секунды он недоуменно смотрел на меня, но нестерпимая боль вернула его к реальности. Получить такого рода отпор он явно не ожидал — его магический щит был не предназначен для блокирования огненных атак. Человек закричал и, упав на землю, начал перекатываться по гравию. Но огонь, охвативший его, был сильнее, чем он предполагал, и в считанные секунды пламя поглотило его, оставив только куски дымящегося мяса и обломки костей.

Только сейчас я осознала, что сделала. Ко мне вернулся рассудок, а вместе с ним сильная усталость. Ноги, не выдержав веса моего тела, ставшего вдруг таким тяжелым, подогнулись, и я осела на землю. В глазах потемнело. Когда мир немного прояснился, я огляделась по сторонам.

Справа от меня, на почтительном расстоянии стоял Дэниел и широко раскрытыми глазами смотрел на то, что осталось от человека, напавшего на нас. За моей спиной, сбившись в кучу, стояли демоны, выбежавшие из клуба.

Дэниел посмотрел на меня, и я увидела в его глазах удивление и страх. Он боялся не человека, лежавшего сейчас грудой костей на дорожке. Он боялся меня. Я протянула к нему руку, и он инстинктивно подался на шаг назад. Я снова перевела взгляд на останки. Запах горелого мяса начал наполнять воздух, от чего к горлу сразу подступила тошнота. Меня замутило, но не столько от запаха, сколько от осознания происшедшего. Боже, что я сделала?!

— Мои поздравления, леди! — ко мне подходил Хозяин Преисподней, громко хлопая в ладоши. — Впечатляет!

Черт! Только его мне еще не хватало! А ведь это все из-за него. Если бы он не вывел меня из себя, то, возможно, этот неизвестный был бы сейчас жив. Правда есть одно но. Были бы тогда живы мы?

— Может, подумаете о переходе ко мне на службу? Мне не хватает таких подчиненных.

— Пошел к черту, — от души сказала я, не поворачиваясь к нему лицом. Я видела только его тень, покорно легшую справа от меня. Черная тварь шевелилась от прикосновений воздуха к плащу ее хозяина. Мир стал мне еще противнее, чем пару минут назад.

— Да ладно вам, Диана. Я серьезно.

— Я тоже.

Левую щеку страшно саднило. Видимо ободрала ее, когда Дэниел в целях безопасности повалил меня на землю. Превозмогая усталость и боль во всем теле, я неспеша повернулась, дабы увидеть своего «милого» собеседника.

Во всем черном, с черными волосами и такими же глазами, в развевающемся плаще он чем-то напомнил мне ворона. Только что произошедший случай не казался ему таким ужасным. Наоборот, на его лице отразилась зловещая радость и удовлетворение. Зрелище явно было ему по вкусу. По изрядно извращенному вкусу, в чем у меня не было ни малейших сомнений.

Он протянул мне руку, предлагая свою помощь. Ну, нет уж, лучше я прямиком отправлюсь в ад, нежели приму его помощь. Вот если бы на его месте был Дэниел, тогда я еще подумала. Но Дэниел по-прежнему стоял в стороне, боясь преодолеть то расстояние, что разделяло нас, а уж тем более взять меня за руку.

Что ж, придется самой себе помогать, впрочем, как и всегда.

Я сгруппировалась и, оттолкнувшись от земли, приподнялась на несколько дюймов, но тут же вынуждена была вернуться в исходное положение — мир перед глазами начал резко погружаться во тьму и потянул меня за собой. Итак, первая попытка не удалась. В принципе, мне и так не плохо. Зачем подниматься и куда-то идти, если можно тут спокойно сидеть, не вызывая головокружения и не причиняя боли моему физическому телу.

Хозяин убрал свою руку, оценив, что его помощи я не приму, но от этого он нисколько не огорчился. Даже, наоборот, мое упрямство раззадорило его. Он продолжал расписывать все, что я получу, если приму его предложение.

— Вы станете моей правой рукой, Диана. Все мои подчиненные станут вашими. Вас будут называть «Королева тьмы». Подумайте, прежде чем отказываться. Такой шанс выпадает раз в жизни.

— Вы плохо слышите? По-моему, я ужу ответила на ваш вопрос, — произнесла я, с трудом ворочая языком. Посылать его было намного проще.

— Я понимаю, сейчас у вас потрясение, — не сдавался он, — но пройдет некоторое время и вы осознаете свою силу и поймете, что среди таких как они, — он брезгливо махнул в сторону Дэниела, — вам не место. Тогда я с радость раскрою перед вами свои объятия, милая Диана.

Я ничего не ответила, но, видимо, со стороны было похоже на то, что я задумалась, потому что Дэниел вдруг подошел и, взяв меня за руку повыше локтя, попытался поднять с земли. Или просто его задели слова демона. Одно из двух, третьего не дано.

Но слишком поздно он отреагировал. У меня уже появилось ощущение, что я осталась одна со всем на меня свалившимся. Опять одна.

Я выдернула свою руку, от чего сустав неприятно заныл. Дэниел непонимающе заморгал и отступил назад. Демон лишь засмеялся. Громким и пугающим смехом, от чего голова моя была готова расколоться.

— Не будьте столь высокомерны и самолюбивы, — сказала я, неспеша поднимаясь на ноги без чьей либо помощи, стараясь при этом не сверкать бельем. Кстати, надо будет не забыть высказать Линде все, что я о ней думаю. И вот я уже на ногах, правда, пришлось затратить немало усилий для достижения этой высоты, но это того стоило. В этот раз повезло — мир не погрузился во тьму и не перевернулся с ног на голову. Уже радует.

— Что вы, Диана. Я чуть ли не пресмыкаюсь перед вами. Вы когда-нибудь хотели стать богиней?

— Нет, — ответила я. — По крайней мере, в ближайшем будущем.

Я оперлась на машину, не так давно служившую нам с Дэниелом укрытием. В ногах еще ощущалась слабость.

— Мы можете ею стать. Перед вами все будут преклонять колени. Только не говорите мне, что вы сами этого никогда не хотели.

— Поверьте уж, никогда.

Мне показалось странным такая перемена отношения ко мне. Неужели, со стороны вся эта огненная феерия, устроенная мной, выглядела еще ужаснее, чем мне показалось?!

— Не тратьте свои драгоценные слова на ветер. Лучше скажите, кто это был? — спросила я, кивком показав на останки.

— Об этом сложно судить по тому, что вы от него оставили, — демон опять рассмеялся.

— А все-таки? — допытывалась я.

Его улыбка резко померкла не оставив и намека на нее. Лицо приняло суровые черты.

— Если бы я знал. Могу сказать только одно — это был один из моих. Лица я его не видел, но почувствовал его черную ауру.

— Хорошо же ваши демоны подчиняются вам, — усмехнулась я.

— Я уже говорил, что у меня появился конкурент, который переманивает моих подчиненных на свою сторону. Он узнал, что вы едете ко мне. Подумайте, кто мог предать вас.

— Лучше подумайте, кто мог предать вас, — я показала рукой в стоящих неподалеку демонов. — Кто-то из них донес, что мы встречаемся с вами, потому что от нас никто не мог узнать о встрече.

Мои слова поразили его. Он изменился в лице и обернулся на свою армию. Те, в свою очередь, испуганно сбились в кучу под взглядом своего хозяина.

Я почувствовала, что мои ноги адаптировались к прямохождению и, отстранившись от холодного металла чужой машины, направилась к своему милому джипу. Благо он стоял вдалеке от всей этой разборки и в итоге не пострадал.

— Желаю удачи, — бросила я на ходу. Не завидую тому, кто сделал донос. До утра он не доживет.

17

— Что теперь будешь делать? — спросил Дэниел, подъезжая к нашему дому. Это его первые слова после случившегося. Всю дорогу он ехал молча. Молча сел за руль, когда я улеглась на заднем сидении, молча вел мой джип через наступившую уже к тому времени темноту. Не задал ни одного вопроса. Хотя, что я могла ему ответить, если сама не понимаю, что со мной происходит. Очевидно одно — я меняюсь. Но в какую сторону? В лучшую или в худшую? Если брать во внимание мои сны и внезапное появление мощной струи огня из рук, спалившей за пару секунд человека, то больше подходит второе.

— Не знаю. Я так устала.

— Понимаю, — сказал он и опять замолчал.

Мое тело сейчас мечтало только о теплой ванне и мягкой кровати, совершенно не обращая на попытки мозга обдумать произошедшее. Все потом. Сперва отдых.

Но у Дэниела видимо были другие планы. Остановившись на стоянке, он не торопился выходить из машины. Вместо этого он отстегнул свой ремень безопасности и повернулся лицом ко мне, насколько это можно было сделать с переднего сидения. В его глазах не было той жизнерадостности, что я привыкла видеть. Он всем видом выражал серьезность — задумчивые глаза и суровые морщинки в уголках рта.

— Откуда у тебя демоническое владение огнем? — спросил он, смотря мне прямо в глаза. В его взгляде я встретила только упрек и не тени жалости ко мне. Ведь это не только напавший на нас демон стал жертвой. Я сама ею стала от рук своей же собственной силы.

— А я надеялась, что ты мне это скажешь, — вздохнула я, меняя положение на сидячее. Поскорее бы выйти и размять мышцы, а то руки и ноги затекли от непредназначенного для лежаний сидения.

— Ты знала, что обладаешь властью над огнем? — продолжал он свой допрос.

— Откуда? — взвинтилась я. — Я даже не знала, что у меня восьмой уровень. И кто мне об этом сказал? Не ты, а Темный Повелитель!

— Прости, — он опустил глаза. — Я не был в этом уверен.

— Мог хотя бы поделиться подозрениями, — парировала я.

— Так ты не знала о силе? — переспросил он после секундного молчания.

— Я же говорю, нет.

Дэниел облегченно вздохнул. Неужели он думал, что я морочу ему голову, скрываю что-то от него?

— Почему тогда вышла из-за укрытия?

— Сама не знаю. Это было как помешательство. Я понимала, что он все равно нас достанет, и нет смысла скрываться за преградой.

— Мы могли убежать, — убеждал Дэниел, скорее себя, чем меня.

Я покачала головой.

— Не могли. Он был уже слишком близко. А энергетические шары не нанесли ему никакого урона. Он построил щит.

— Да, я видел, — его взгляд устремился в боковое окно. Уже стемнело. Фонари, освещающие стоянку, провоцировали игру теней, блуждающих повсюду. Теперь нам нужно опасаться каждого темного силуэта за спиной, в любой момент готового обернуться безжалостным убийцей. Будет ли это холодное оружие или магия, не имеет смысла. Исход один — два холодных трупа на еще неостывшей от солнечных лучиков земле.

— Что будем со всем этим делать? — поинтересовалась я у Дэниела. Он лишь пожал плечами, беспредметно смотря в разлившуюся за окном темноту.

Холод начал пробирать меня, но вытаскивать из-под себя плащ, который я скинула перед отъездом из клуба и на котором уютно устроилась во время поездки, не хотелось. Слегка подавшись вперед, я посмотрела в зеркало заднего вида и ужаснулась. Впалые глаза потеряли блеск зеленого луга, сменив оттенок на болотный. На лице обильно размазалась дорожная пыль, частично скрыв большую ссадину на левой щеке и еле заметный синяк на лбу. Волосы в ходе баталии растрепались и сейчас скорее напоминали пучок соломы, перетянутый посередине веревкой. В общем, видок еще тот, я вам скажу.

Не мудрено, что Дэниел предпочитает разглядывать окрестности, нежели лицезреть мой измученный вид. Он, конечно, выглядел лучше, ведь не ему пришлось бороздить лицом дорожку перед клубом. Хотя, если бы не он, то я уже была бы трупом, и мои обгорелые останки послужили бы визитной карточкой этого демона.

Я скучно вздохнула и завела разговор в так давно интересующее меня русло.

— Может, теперь расскажешь, какой силой обладает ангел восьмого ранга, — поинтересовалась я.

Дэниел снова обратил свой взор на меня.

— Насчет тебя ничего определенного пока сказать не могу.

— Расскажи о себе, — попросила я.

Он задумался, а я ждала. Хоть что-то интересное. Наконец, я узнаю о нем хоть что-нибудь. Но он и тут начал обходить себя стороной.

— Вообще, восьмой уровень говорит о том, что мощность твоих способностей возросла в несколько раз. Теперь ты сама можешь заряжать амулеты.

— Это я знаю, — нетерпеливо перебила я его. — Что еще?

Возможно, блеск в моих глазах придал ему уверенности, хотя я бы не сказала, что ее ему не доставало, и Дэниел начал оживленно рассказывать.

— Усиливаются телепатические возможности — теперь ты можешь ломать умственные барьеры любой сложности, порой даже не замечая этого.

— Это ты мне уже демонстрировал, — я улыбнулась впервые после случившегося. Он ответил лучезарной и немного лукавой улыбкой.

— Помимо этого в твоем распоряжение теперь власть над одним из двух элементов природы: воды или воздуха. В твоем случае это пока не известно, но в скором времени, я думаю, мы это выясним.

— А под твоим контролем воздух? — спросила я, вспомнив волшебство, устроенное Дэниелом для меня в лифте.

Он кивнул, и я увидела, как его глаза наполнились нежностью. Все лучше, чем страх или неприязнь. Мое сердце тоже защемило от воспоминания тех нескольких минут, что мы провели наедине в стальном замкнутом боксе.

— Именно повиновение одного из этих элементов является главным нашим отличием от других уровней.

— А девятый уровень существует?

— Насколько я знаю, нет. Восьмой — предел.

— Тогда, получается, мы на верхушке этой пирамиды.

Только сейчас я целиком поняла, что сама являюсь частью той легенды о наиболее мощном уровне среди ангелов. Но особенных чувств почему-то это не вызвало. Мы ни на дюйм не приблизились к решению нашей главной проблемы — предотвращение апокалипсиса, поэтому если подаренная свыше мне сила хоть немного поможет в этом, я буду ей благодарна. Пока же от нее я не видела ничего хорошего.

— Пойдем в дом, а то у меня уже все мышцы затекли, — пожаловалась я и потянулась к двери.

— Тебе необходим отдых, — согласился он, еще раз оглядев мой жалкий вид. Вот во что превращаются богини под конец рабочего дня.

На ватных ногах я дошла до двери своей квартиры. Взяв у Дэниела свой плащ, который он так мило согласился донести, я заметила в его руках папку. Увидев направление моего взгляда, он пояснил:

— Пока ты будешь отдыхать, я посмотрю, что за информацию нам подкинул демон. Может, найдется что-нибудь стоящее.

Я согласно кивнула:

— Если понадобится моя помощь — зови. У нас осталось не так много времени, а подойти к разгадке мы так и не смогли. Сколько у нас в запасе еще дней?

— Дня три. Затем луна перейдет в фазу полнолуния. Если они закончат все приготовления за эти дни, то реализуют свой план именно в эту ночь, поскольку папоротник цветет только до двадцатого числа. Нам нужно найти их до этого.

— Тогда будем искать, — вздохнула я. У меня были свои планы на ближайшие несколько лет, и конец света в них явно не вписывался. Придется постараться.

Я открыла дверь и, пожелав Дэниелу удачи, хотела войти, но он остановил меня.

— Диана, я думаю, мистеру Катчеру не стоит пока знать о твоей новой силе и власти над огнем.

— Почему? — поинтересовалась я, хотя свой ответ у меня уже имелся. Огонь — отличительный знак темных сил и я таки сумела отличиться.

— Тебя могут отстранить от текущего дела. Тем более, лишние слухи нам не нужны, — сказал он.

— Ты тоже думаешь, что я демон? — спросила я, что называется в лоб.

— Нет, конечно, нет, — поспешно сказал он. — Ангел не может стать демоном. Это невозможно.

Но сказано это было не очень убедительно.

— Ты сам в этом не уверен, — подытожила я. Он отвел взгляд. Я оказалась права.

— Не уверен, но завтра мы это проверим. А сейчас отдыхай.

— Обещай, что если найдешь, что-нибудь интересное, то позовешь меня, — настаивала я, одной рукой удерживая дверь, а другой держа плащ. Обе, и без того за день перегруженные, начали ныть. Длинный кожаный плащ — это вам не перышко и здорово оттягивает руку.

— Обещаю, — улыбнулся он и, внезапно наклонившись, поцеловал меня в щеку. Губы оказались еще более мягкими, нежели я предполагала.

Я улыбнулась в ответ и, зайдя в квартиру, закрыла за собой дверь. Неожиданность этого проявления нежности ошеломила меня. Отпечаток его губ приятно жег кожу, будто случайно попавший солнечный лучик. Может он прав, и я осталась тем, кем и была с рождения? Конечно, с чего бы мне вдруг становиться демоном. Я — ангел.

Только вот наполненный страхом взгляд Дэниела, там на парковке у клуба, не вписывался в это хорошее, доброе, вечное.

Огонь. Безжалостно сжигающий дома, пастбища, леса еще с древних времен, оставляющий после себя черные, безжизненные пепелища и трупы людей и животных. Противный запах паленого мяса, заползающий в легкие и заставляющий перестать дышать, смешивается с запахом смерти — холодным, мертвенным, слегка сладковатым на вкус и таким осязаемым. Крики, стоны и нечеловеческие вопли заменяют пение птиц, ранее радовавших человеческий слух. Черные угольные деревья, навеки потерявшие листву, дополняют эту и без того безрадостную картину. Для некоторых жизнь закончилась.

С давних пор огонь был воплощением демонической силы. И сегодня я использовала ее. Хотя, здесь нужно еще решить вопрос «Кто кого использовал?». Я даже не подозревала о ее существование. Как я могу превратиться в демона? Это противоречит всем догмам нашей жизни, заложенным в нас с детства. Как могу я, выращенная бороться с различного рода нечистью, стать одной из них?! Несмотря на то, что я с самого детства проявляла свой отнюдь не ангельский характер, я воплощаю в себе только добро и придерживаюсь концепции служения обществу, людям. Хотя, по идее я должна была ненавидеть весь мир и весь человеческий род, так жестоко поступивший со мной и многими другими. Лет сто назад, когда люди еще только узнали, что существуют расы, отличные от них, они категорически отвергали подобных нам. Почти всем детям, родившимся в то время, была уготована судьба встать на одну из двух кардинально противоположных сторон — темную или светлую. Носить крылья либо щеголять рогами. Не в буквальном смысле, конечно. Матери, напуганные способностью их милых детишек швырять игрушки на расстоянии, читать их мысли или заставлять воду подобно змее ползти по гладкому полу, не на шутку перепугались. И этот страх направил их на самое худшее, что они могли сделать в роли матери — отдать детей в приют. Начали создаваться специальные школы — интернаты для будущих ангелов, в которых детей учили контролировать и разумно использовать свои силы. Им давалось помимо простого, стандартного образования, еще и магическое. Так, они становились чародеями, предсказателями, целителями, ангелами широкого профиля и многими другими. Их объединяла одна цель — защищать человечество любой ценой, даже ценой собственной жизни. Эльфы появились задолго до этого — еще в эпоху неолита — но проявили свое существование не так давно, когда магия стала неотъемлемой частью жизни на Земле. Они не опускаются до нашего уровня, то есть не живут среди людей, искренне считая, что стоят во главе всего мира.

Именно благодаря этому мировому пересмотру ценностей, я оказалась носителем магической силы, данной, как нам с детства твердили, свыше и считающейся благодатью. Время шло, а отношение к подобным нам не менялось. Моя мать не оказалась исключением и отказалась от меня, отправив в одну из таких школ. Моя память не оставила о ней никаких воспоминаний, хотя, по-моему, ранее они были в моей голове. Оставшись одна на попечении неизвестных мне людей, я испытала тяжелейший психологический кризис, в результате чего часть этих воспоминаний благополучно стерлись, чему я безгранично рада. Я всегда мечтала о жизни в нормальной семье и завидовала простым людям, так беззаботно живущих в свое удовольствие. К сожалению, мне никогда не испытать всего того, что дано им и не доступно нам. Как после этого говорить, что жизнь прекрасна?

18

Квартира выглядела так, как я ее и оставила. Хотя, что здесь могло измениться без меня. Комната, а именно стоящая в углу большая дубовая кровать, привязала к себе все мое внимание. Усталость сбивала меня с ног, поэтому я решила перестать с ней бороться и уплыть, гонимая волной приятных сновидений. Кровать стала верхом блаженства, учтиво приняв мое истерзанное тело в свои мягкие пуховые объятия. Новые силы мало того, что не приносили желаемого добра, так еще и напрочь изматывали. Думать о сегодняшнем дне тоже не получалось — мысли путались одна об другую, сворачиваясь в тугой, нераскручивающийся клубок. Оставив все размышления на завтрашний день, я погрузилась в сон.

Тени, отбрасываемые небольшим количеством стоящих вдоль стены ламп, отнюдь не были веселыми, скорее нагоняли жути. Я шла по длинному коридору, не сворачивая и не останавливаясь. Лампы были единственным источником света в этом помещении, где, казалось, в каждом углу затаилось что-то темное и злое. Витающая в воздухе атмосфера зла ощущалась даже физически. Впереди мелькал неясный огонек, который при приближении превратился в большое помещение с морем свечей в центре. Аромат кориандра, с привкусом ванили, мягко просачиваясь через нос, заполнял легкие, вызывая в них неприятное жжение. Слишком большая концентрация.

Посреди этого зала стоял длинный стол, но на очень низеньких ножках. Если бы не они, то он был бы похож на один из тех столов, что использовали в древние времена на пиршествах. Но то, что лежало на столе, по размерам не было похоже ни на бараний окорок, ни на молодого поросенка.

Мои ноги начали подходить ближе, к столу. То, что я увидела, точно лишило бы меня чувств, если б тело, в котором я находилась, было моим. Но, к сожалению, оно действовало против меня, не подчинялось мне. Я была всего лишь немым свидетелем, поскольку даже речь, изрекаемая этой физической оболочкой, мне не принадлежала.

Предо мной, перетянутая толстыми ремнями по рукам и ногам, с заклеенным липкой лентой ртом, лежала, так хорошо мне знакомая, Джудит Ленгдон. Переборов первый приступ ужаса, я внимательно начала ее рассматривать. На ней была длинная холщовая рубашка, сияющего белоснежного цвета, которую вполне можно назвать балахоном. Лицо ее было повернуто к стене, глаза закрыты — она спала. Вероятнее всего она находилась под действием наркотиков потому, что в такой обстановке и в таком неудобном положении вряд ли будешь лежать и наслаждаться жизнью. От слез и размазавшейся косметики, да еще при таком освещении, лицо ее было похоже на хеллоуинскую маску. Копна длинных белокурых волос небрежно рассыпалась вокруг головы, придавая ей некий ореол. От жестких ремней, прижимающих ее к этому подобию стола, на руках и ногах образовались страшные кровоподтеки. Сколько же времени она так лежит?!

Человек, в теле которого я находилась здесь, начал ходить по кругу, выкладывая на полу белые камни, больше напоминающие кристаллы соли довольно крупных размеров. Его действия были неторопливыми и размеренными, а также довольно уверенными. Сказывался большой опыт.

Минут через пять закончив ходить по кругу, он воззрился на свое творение. Я чувствовала через черноту его души, находящейся рядом со мной, его удовлетворение от проделанной работы. Он явно был доволен результатом. Но еще я ощутила приближение чего-то более значительного, захватывающего. Его била дрожь, не имеющая никакого отношения к страху или холоду. Это была дрожь предвкушения. Такого яркого и желанного.

Камни, так заботливо выложенные, вместе представляли собой небольшой круг, с начерченными по краям рунами. Внизу, под головой Джудит, камнями был изображен полумесяц, а внизу — пентаграмма. Только ее еще не хватало. Это окончательно подтвердило то, что этот человек является членом какой-то секты, послушником Тьмы. О Боже, что же они собираются делать с бедной Джудит!

Человек неспеша прохаживался по помещению, посматривая на жертву, продолжавшую лежать без сознания. Он чего-то ждал. Но чего? Пока жертва очнется?

Ответ не заставил долго ждать — вдалеке послышался шорох шагов, становящихся все громче и отчетливее с каждой секундой. В зал небольшой вереницей вошли пять человек. Все были в черно-красных мантиях с глубокими капюшонами, не позволяющими мне разглядеть их лица. С их появлением темнота слегка сгустилась, бархатом окутав всех присутствующих. Свечи перестали служить источником света, став простым украшением.

— Все готово, мой господин, — заискивающим тоном произнес человек, в теле которого я находилась. При этом он повернулся к одному из пришедших. Только сейчас я заметила, что все кроме одного были одеты в одинаковые мантии. Лишь тот, к кому обратились «господин» носил черную мантию с красным капюшоном и такого же цвета полосками, проходящими змеями по всей поверхности одеяния. На капюшоне были нарисованы змеиные глаза. За счет того, что он был глубоко надвинут на лицо, нарисованные глаза оказались примерно на том месте, где находились настоящие. Меня пробрала жуть от его вида. Какой-то змеелюб.

— Тогда начнем, — сказал «господин» голосом, похожим на змеиное шипение, эхом, отдавшимся в моем сознании.

Он начал произносить какие-то заклинания на неизвестном мне языке. Возможно, что это латынь или давно забытый древний язык. Вшестером они выстроились, образовав круг, по линии, выложенной камнями на полу. Другие подхватили произносимые слова. Моя душа замерла с ужасом, но, в тоже время, с интересом наблюдая за происходящим. Гул голосов слился в один еле различимый шепот. Постепенно звук увеличивался. Внезапно «господин» умолк, но все остальные не останавливаясь продолжали произносить непонятные мне слова. И тут в его руках блеснул какой-то предмет. Он поднял руку, зажимавшую его выше, и я чуть не задохнулась от накатившего за меня страха.

Высоко над головой он держал небольшой клинок. Но размер вовсе не говорил о его безвредности — остро заточенное лезвие хищно блестело в густой, словно патока, темноте.

Он занес его над Джудит, и в это время я увидела, что ее глаза открыты, и она этими полными животного ужаса глазами смотрит на склонившегося над ней человека, а именно на его руку.

Она не пыталась сопротивляться, лишь слезы безмолвно струились по ее щекам и стекали крупными каплями вниз. Мне кажется, я даже слышала как они, падая, гулко разбиваются об пол. Мое сердце начало пропускать удар за ударом, дыхание перехватило. Господи, только не это! Только не это!

Но мои молитвы не были услышаны. Я увидела, как клинок в быстром рывке пошел вниз, нацеленный на сердце, и закрыла глаза. Я не могла смотреть, как умирает один из нас. Пусть я не была сильно близко с ней знакома, но она ни в коем случае не заслуживает смерти, тем более такой. И, что еще важнее, не от рук этих подонков. Если бы у меня были физические глаза, то из них рухнул бы поток слез, оплакивающих бедную Джудит. Но я ощущала себя только метафизически, поэтому ничего не произошло. Вместо этого в моей душе зародилась ненависть. Ненависть к этим палачам. «Я отомщу за тебя, Джудит, обязательно отомщу!»

Я знала, что все это происходит в моем сне. Хотя сном его можно назвать только отчасти. Для меня реалистический сон был уже не нов. Сегодня я не пострадала в нем, и даже намека на это не было, но я стала свидетелем такого извращенного убийства, а именно жертвоприношения, в чем я была уверена.

Открыв глаза, я тут же закрыла их. Представшее передо мной зрелище было не менее ужасным — извлекали ее сердце. Мало того, что они убили ее, так еще и кромсают еще неостывшее тело.

Так, все, с меня хватит! Больше я не выдержу!

Я сконцентрировалась и, вылетев из тела одного из послушников Тьмы, устремилась прочь. Темный коридор. Нужно посмотреть, что это за здание.

Выход уже близко. Сейчас…

И тут из сна меня буквально вырвал настойчивый звонок телефона. Темнота начала рассеиваться, появился свет ночника. Нет, только не сейчас! Еще немного!

Но нет. Видимо, судьба решила иначе. Удача опять отвернулась от меня, злорадно усмехнувшись напоследок и разразившись телефонной трелью.

Я молнией вскочила с кровати и, споткнувшись обо что-то в царившей комнате полумгле, чуть не упала. Но, сохранив равновесие, и проскакав на одной ноге, поскольку вторую я порядочно ушибла, я все-таки добралась до источника непрекращающегося и изрядно уже надоевшего звука.

— Слушаю, — рявкнула я в трубку, потирая ушибленную ногу. Мои мысли были сейчас далеко от этого места — там, где лежит изуродованный труп моей коллеги, окруженный сворой сатанистов — и поэтому ни с кем разговаривать мне сейчас не хотелось.

— Так ты дома? Слава богу, а то уж я подумала, что что-то произошло.

— С чего это вдруг? — не поняла я.

— Я ждала твоего звонка, а ты не позвонила как обещала.

И из-за такой глупости она позвонила, прервав мой сон, имеющий столь важное значение для всех нас?!

— Прости. Не до этого было.

— Ясно. Так как все прошло? — поинтересовалась она. Длинные разговоры в мои планы сейчас не входили. Все, чего мне хотелось — так это найти Дэниела и рассказать все, что я видела. Это намного важнее глупой и бессмысленной трескотни.

— В полном ажуре. Извини, мне сейчас некогда. Я перезвоню, как только освобожусь.

— А что такое? — не унималась Линда.

— Все потом. Расскажу со всеми подробностями.

— Ладно. Только не забывай обо мне, как сегодня, — попросила она. Я молча согласилась с ней. Думаю, она должна быть в курсе дел, хотя бы частично.

— Да, да. Пока.

Услышав слова прощания, адресованные мне, я положила трубку и, накинув лежащий на прикроватной тумбочке халат, помчалась к Дэниелу. Одеваться я не стала, дабы не тратить время. Думаю, ночная рубашка и халат вполне сгодятся. Я похвалила себя за осмотрительность, заставившую меня сегодня спать не в нижнем белье, а в чем-то более весомом и приличном.

Обуться, к великому моему сожалению, я забыла, о чем тут же пожалела, выбежав на холодную площадку между квартирами. Пол был не просто холодный, а ледяной. Но возвращаться я не стала, не было времени. Я сгорала от нетерпения рассказать Дэниелу об увиденном.

Я забарабанила в его дверь, что было силы. Может, я еще не совсем проснулась, а, может, рассудок малость помутился от пережитого ужаса, но я забыла о том, что существует такой полезный предмет, как звонок. Вместо этого я оббивала костяшки рук об железную дверь, создавая невообразимый шум. Но, если честно, мне было наплевать на то, что подумают соседи, увидев меня в таком виде или услышав мой отчаянный стук.

— Что случилось? — взволнованно спросил Дэниел, открыв двери своей квартиры и увидев меня на пороге в халате и с перепуганными глазами.

— Она мертва! Они убили ее! — завопила я, потеряв остатки самообладания, вспомнив лицо Джудит и ее мучителей.

Дэниел грубо затащило меня в квартиру и, бегло оглядев площадку, запер дверь.

— Кто кого убил? — спросил он.

— Они!.. Джудит!

Видимо он понял, что я нахожусь сейчас не в состоянии для расспросов, поэтому, подойдя ко мне и взяв за плечи, он мощно тряханул меня. Я начала приходить в себя. Скорее оттого, что челюсти, встретившись, больно прикусили язык, а может и оттого, что я ничего подобного от него не ожидала. Но способ оказался действенным.

Дэниел, взяв за руку, подвел меня к дивану, стоящему в одной из комнат и усадил на него. А сам, как обычно, занял позицию напротив, оперевшись на стол. Я ошарашено смотрела на него, все еще прижимаю руку ко рту, будто так можно облегчить боль.

— Извини, что так грубо.

— Все нормально, — с трудом проговорила я.

Он пошел на кухню и вернулся со стаканом кристально чистой, прозрачной воды.

— Выпей. Полегчает.

Я взяла у него стакан и сделала небольшой глоток. Хуже, по крайней мере, не стало. Теперь уж я могла говорить.

— Расскажи, что произошло, — мягко попросил он.

Я как можно подробнее пересказала ему все, что мне удалось увидеть, прерывая свой рассказ лишь для очередного глотка воды. Мне тяжело давались слова. Может, если бы у меня на глазах умер неизвестный мне человек, дело обстояло бы иначе. Но, навряд ли. Это столь изощренное и продуманное убийство у любого вызвало бы неподдельный ужас и потрясение. Под конец, рассказывая ему о том, что из жертвы на моих глазах вытаскивали сердце, из глаз потекли тонкие струйки соленых слез. Там я не могла дать волю своим чувствам, так теперь они вырвались наружу ничем не удерживаемые. Я оплакивала безвинно умершую Джудит Ленгдон.

— Мне очень жаль, — промолвил Дэниел, опустив взгляд.

— Я видела ее глаза. Я видела ужас, застывший в них. Я горжусь ей, не доставившей удовольствия этим гадам своими криками и уговорами. Она держалась молодцом, как никто на ее месте.

Тут я осеклась и посмотрела на Дэниела:

— Это ведь был не сон? Не плод моего воображения?

— Нет, к моему глубочайшему сожалению, шансы за то, что это был сон, ничтожно малы. Можно сказать, равны нулю. Это происходило в реальности.

Он помолчал и добавил:

— Больше ты ничего не видела?

— Нет, это все. Я пыталась определить, что это за здание, но не успела — меня разбудил телефонный звонок. Сегодня был первый раз, когда я пожалела, что у меня есть подруга.

— И я думаю, не последний, — добавил еле слышно Дэниел. Мой рассказ тоже поверг его в мрачное настроение. И это не удивительно.

— Что ты имеешь в виду? — переключилась я.

— Да так, ничего особенного. Мысли вслух, — вздохнул Дэниел и начал неспеша расхаживать по комнате. Насколько я успела узнать, он это делал, когда размышлял над чем-то серьезным. Я всматривалась в его задумчивое лицо, пытаясь угадать, о чем он думает. И неожиданно для себя, я увидела его мысли. И не только. Передо мной мелькали неясные образы, быстро сменяющие друг друга. Я успела уловить только один — женщина в белом переднике достает из духовки печенье и раскладывает его по тарелкам. Ее лицо искрится и сияет от счастья. Больше я ничего не успела увидеть — все оборвалось. Дэниел вытолкнул меня из своей головы.

— Извини, я случайно, — промолвила я, вжавшись в диван и ожидая чего-то страшного.

Дэниел повернулся и, увидев мое лицо, улыбнулся, хотя его глаз эта улыбка не затронула — они были напряженными и задумчивыми.

— Я знаю. Но ты должна стараться контролировать свои силы.

— Но как? Если бы я знала.

— Я научу тебя всему необходимому.

— Прямо сейчас? — воодушевилась я.

Он улыбнулся еще шире, и в глазах его заплясали веселые огоньки.

— Нет. Завтра. Сейчас тебе нужно отдохнуть.

— Но я ведь… — я запнулась на полуслове, увидев время на часах. Я проспала всего полтора часа?! А я еще удивилась, почему Линда позвонила так поздно. Еще только десять часов вечера. Получается, что я отдохнула всего ничего, но я уже не ощущаю усталости, которая просто валила меня с ног полтора часа назад. Странно.

— Я уже не чувствую усталости, — бодро сказала я.

Дэниел с сомнением на меня посмотрел, но спорить не стал. И правильно — меня не переубедишь.

— Хорошо. Тогда предлагаю присоединиться тебе к просмотру информации от Хозяина. Пойдем.

Я встала и последовала за ним в спальню. По габаритам она была слегка больше моей. От прежних хозяев здесь осталась довольно добротная мебель: большая двуспальная кровать из красного дерева, из такого же материала письменный стол. Вместо стульев стояли два с виду удобных кресла, покрытые пушистыми золотисто-коричневыми, цвета пережаренной карамели пледами. Идентичный им по цвету, но больший по размеру, укрывал кровать. Расшитая по его краям бахрома доставала до ковра на полу. Ковер слегка не соответствовал интерьеру — кофейный с золотыми прожилками и в некоторых местах уже затертый. Возле кровати стоял торшер, заполняющий комнату светом. Он не был единственным источником света — над столом нависала круглая голова настольной лампы. За моей спиной возле окна стоял большой шкаф с зеркальной дверцей, зрительно увеличивающей пространство комнаты. В целом, обстановка мне понравилась. Ковер был идеально чист, ни соринки. Меня кольнула собственная совесть — моя квартира не могла похвастаться такой чистотой. Уборка давалась мне с трудом, так же как приготовление завтрака или обеда. Себя я оправдывала тем, что работа занимает все мое свободное время, что собственно так и есть, а в законные выходные охота отдохнуть как никогда. Сходить с Линдой по магазинам, в кино на новую премьеру или же поваляться дома с книжкой в руках. Не вполне соответствует моему представлению об отдыхе, но тоже ничего.

— Устраивайся поудобнее, — сказала Дэниел и после того, как я уселась на кровать, сел в кресло. Свет, исходящий от лампы, хорошо освещал лежащие на столе документы: фотографии и записки.

— Что у нас имеется? — спросила я.

— Информация на подозреваемых, их фотографии. На примете пять человек, то есть демонов.

— Радует, что не десять.

— Подожди радоваться, — перебил он меня. — Эти пятеро не демоны нижнего ранга. Один из них, например, Видящий.

— Кто? — не поняла я. Мои познания насчет магии были очень недальновидны. Единственный предмет, который меня интересовал — это «Маглитология», то есть наука о магических свойствах камней. Именно поэтому на моем кольце переливается всеми цветами радуги фиолетовый аметист, который охраняет меня от всего дурного: наговоров, очарования и прочего. По крайней мере, я так думала до того, как на меня свалились все эти сумасшествия. Сейчас же я склонна думать, что все, что изучает данная наука, не имеет никакого практического применения, чистый вымысел.

— Видящий, — повторил Дэниел, — что-то наподобие экстрасенса. Может предсказывать события на шаг вперед.

— Я вообще не понимаю как это возможно. Люди ведь не марионетки какие-то. Порой они меняют свои решения за доли секунды. Как это можно предвидеть?

Дэниел пожал плечами.

— Есть мнение, что все, что с нами происходит, предначертано судьбой. Мы слепо верим, что принимаем решения сами, и не знаем, что следуем по тропе уже протоптанной специально для нас.

— Возможно и такое, — согласилась я. Сейчас нет времени для философствования и разгадывания великих тайн Вселенной. Займемся этим как-нибудь на досуге. — Кто еще покушается на трон Тьмы?

— Парочка некромантов, чернокнижник и один демон без специальности.

— Хорошая у нас будет компания на оставшиеся три дня. Соскучиться не успеем, — мрачно пошутила я. — Какой уровень у последнего?

— Кажется, шестой, — Дэниел зашуршал бумагами. — Да, шестой.

— Неужели он бы пошел против самого Хозяина? — усомнилась я. — Понимаю там чернокнижник или некромант. У них хоть имеются дополнительные возможности. А этот зачем будет лезть?

— Не знаю, но исключать его не стоит. Как говорится: в тихом омуте черти водятся.

Я была согласна с ним, но возникали сомнения. Некроманты вполне могут претендовать на место Хозяина Преисподней, им это по силу, ведь им подвластны мертвые: вампиры, зомби и прочая нежить. Чернокнижник — наиболее, на мой взгляд, подходит на роль захватчика. Насколько я понимаю, он специализируется на древних источниках, рассказывающих о черной магии. Возможно, оттуда он и узнал об этой легенде. Если говорить о Видящем, то тоже непонятно зачем ему идти против воли Повелителя Тьмы. Разве его силы предсказания подходят для борьбы за место Хозяина? Навряд ли.

— С кого начнем? — с воодушевлением поинтересовалась я. Чем быстрее мы начнем их проверку, тем больше у нас шансов успеть предотвратить конец света.

— На мой взгляд, следует начать с самых незначительных персон.

— С демона без образования? — спросила я. Дэниел улыбнулся и согласно кивнул:

— Он отличается от всех остальных. Вот мы и проверим сразу, он это или не он.

— Идет. Когда начнем?

— Не торопись слишком. Я тебе еще не сказал, где его можно найти.

— И где?

— Насколько я успел узнать, его зовут Шандр и он — один из приближенных Хозяина. Дабы на время расследования отдалить его от себя, Темный Повелитель поручил ему какое-то задание. Этим он облегчил нам работу. Теперь нам не придется бегать в его поисках по всей преисподней, мы можем найти его дома. Кстати, недалеко от нас.

— Я думала, что демоны не живут среди людей. Или, по крайней мере, стараются не жить.

— Они почти не отличаются от остальных нелюдей в этом вопросе. Ведь твой друг тоже жил в простом доме.

Я покачала головой:

— Алан был лишен демонической силы.

— Может он и до этого жил там.

Я пожала плечами. Да, кажется, он один раз упоминал в рассказах о своей прошлой жизни свой дом. Не завидую тем, у кого за стенкой живет неприрученный демон, да еще планирующий конец света. Аж жуть берет.

— Нагрянем к нему утром?

— Ну не сейчас же. Посмотри на время.

— Боишься разбудить демона? — подколола я. Настроение у меня немного поднялось, хотя неизвестно почему. Минут десять назад я готова была плакать навзрыд, а сейчас, наоборот, бурное воодушевление. Может, это мои новые силы сказываются на и без того нестабильной психике?

— Боюсь, что не успею отдохнуть! — рассмеялся Дэниел. — Я ведь натерпелся сегодня не меньше твоего, а еще ни минуты не отдыхал. Тебе меня не жалко?

— На том свете отдохнешь. Кстати, довольно скоро. Через три дня.

— Могла бы и не напоминать, — вздохнул он. — У меня только этим и забита голова.

— Не забудь, что завтра ты меня будешь учить контролировать силы.

— Уж это ты мне точно не дашь забыть. Могу прямо сейчас преподать тебе небольшой урок.

Я села поудобнее, от нетерпения как ребенок шаркая ногами по ковру.

— Готова. Давай.

Дэниел открыл первый ящик стола и, порывшись в нем, вытащил на свет небольшой амулет. Рассмотреть его я не успела — он полетел в мою сторону. Поймав его, я почувствовала тепло, исходящее от камня. По форме напоминает мой Белый амулет, только чуть больше по размеру. Цвет — нежно-зеленый.

— Это что? — я оторвала глаза от амулета и посмотрела на Дэниела.

— Амулет Силы, — пояснил он. — Накапливает излишки твоей силы.

— Похож на Белый амулет, — сказала я, вертя в руках гладкий на ощупь камень. Новый — ни одной царапинки.

— Да, частично.

— И как его использовать?

— Почти так же как используешь свой амулет. Только представь, что ты не высасываешь из него силу, а наоборот — энергия стремится в него по твоей руке.

— А мне он зачем?

— Чтобы ты больше не читала мои мысли и не поджигала никого.

Он засмеялся и откинулся на спинку кресла. Свет от лампы осветил темные круги под глазами. Волосы были забраны — как мне уже успело понравиться — в тугой хвост. От этого лицо его приняло более мужественное выражение, слегка скрасив явную красоту. Ведь для борьбы с врагами красота — это лишнее.

— А как я узнаю, когда остановиться? — не отставала я.

— Он поменяет цвет. На первое время заполняй его до появления голубого оттенка. Его можно использовать и для обратных целей, это что-то вроде резерва. Ты в любое время может взять оттуда часть своей силы, если потребуется.

— Круто, — сказала я и, вспомним про правила приличия, добавила: — Спасибо.

— Рад помочь, — улыбнулся он и, прищурив глаза, добавил: — Ты тоже можешь для меня кое-что сделать.

— Что? — заинтересованно спросила я, положив амулет на кровать рядом с собой. К сожалению, халат, одетый на мне, не предполагал наличия карманов. Неудобно как-то перед Дэниелом в халате расхаживать, но ладно, переживу. Идти и переодеваться не хочется. Теперь я уже не жалею, что купила длинный халат, или, точнее, относительно длинный — чуть ниже колен. Сейчас это оказалось кстати, поскольку ночная рубашка, одетая под ним, была непростительно короткой. А так у меня вполне приличный вид.

— Твои бутерброды на обед произвели на меня неизгладимое впечатление. Буду рад попробовать их снова.

— Ты издеваешься? Я ни разу в жизни не приготовила ничего съедобного, а уж тем более вкусного.

— Ты — женщина, у тебя это в крови.

— Может и так. Но помимо желания, должно быть и умение. Рядом со мной не было того человека, который бы меня научил хотя бы основному.

— Прости, я не хотел, — он отвел взгляд, поняв, что затронул больную тему.

— Ничего, все в порядке. Все это в прошлом.

Я встала и направилась к двери. На пороге я задержалась и обернулась к Дэниелу:

— Я приготовлю, вот только за последствия не отвечаю. Это будет на твоей совести.

Мне вслед донесся веселый настоящий смех. Он частично растопил лед на моей душе, давивший на меня после всего случившегося и увиденного сегодня. На душе стало теплее.

19

За окном была слишком темно для этого времени. Это говорило лишь об одном — скоро зима. Из приоткрытого окна, задев занавески на окнах, подул свежий, слегка холодноватый, воздух. По коже побежали мурашки, и я поторопилась закрыть окно. Взгляд задержался на покрытом бесчисленным количеством звезд небе. На темном ковре неба сияла молодая, растущая луна, уже перешедшая стадию первой четверти. Осталось три дня, а мы почти не сдвинулись с мертвой точки в нашем расследовании. Лишь как невольные зрители наблюдаем со стороны на происходящее и ничего поделать не можем. Сегодня можно сказать прямо на моих глазах убили одного из пропавших ангелов. Я видела только одну смерть, но сколько их уже произошло или еще впереди? Известно только одно — не менее двенадцати, если мы не успеем остановить того, кто возглавляет эту секту демонов.

Еще эти чертовы сны. Какой от них толк? Я даже не смогла увидеть название того места, где произошло убийство, только испытала сильное моральное потрясение. Жестокое, беспощадное и кровавое убийство навсегда запечатлелось в моей голове, оставив глубокую рваную рану в душе. Я не увидела ни одного лица, только голос, точнее два. Так, стоп. Голос. Точно! Если я услышу его еще раз, то обязательно узнаю его, такое не забудешь. Как все просто! Всего лишь нужно послушать голоса демонов, и мы будем знать уже наверняка, кто идет против своего Хозяина и намеревается превратить мир в хаос.

Из размышлений меня вырвало громкое шипение — на сковороде подгорали гренки. Захлопнув окно, я поспешила к плите. Ну вот, опять. Сколько не стараюсь, все равно никогда ничего не выходит съедобного. Это говорит лишь о том, в чем я постоянно стараюсь убедить окружающих — я не создана для кухни. Она и я понятия несовместимые.

Дэниел как раз появился в тот момент, когда я отдирала от сковородки подгорелые гренки. Вид у него был уставший и на лице сказывался весь прошедший день. Мало того, что он еще не отдыхал, так еще и голодный, а я даже накормить его нормально не в силах. Все, если мы проживем эту неделю, то на следующей пойду на курсы кулинаров изучать азы приготовления вкусной и полезной пищи.

— Судя по запаху, вроде что-то съедобное, — сказал Дэниел, подходя к плите.

— Было, — уточнила я, — пока не подгорело.

Верхушка была поджарена до румяного золотистого цвета и манила всем своим видом, но другая сторона имела угольно-черный оттенок и выглядела очень неаппетитно.

— По-крайней мере ты старалась.

— Если бы я не задумалась, то сейчас у тебя был бы хоть какой-то ужин. А так…

Я устало села и облокотилась локтем на стол, подперев голову. Все у меня получается не так, как хотелось бы. И это длится всю мою сознательную жизнь.

— Вполне ничего, — сказал он, попробовав приготовленные мной гренки. — А над чем задумалась?

Я оживилась. Приятно считать себя умной, а именно таковой я себя сейчас и считала, забыв на время о своей непригодности в кулинарии.

— Я думаю, что смогу вычислить стоящего за всем демона по его голосу. Когда мое астральное тело находилось на месте убийства, я слышала голос главного демона. На мой взгляд, он и тот, кто идет против Хозяина — это одно и то же лицо. А уж его голос я точно не забуду.

«Он будет преследовать меня всю жизнь», — добавила я про себя, и это было чистой правдой. Горькой, но правдой.

— Молодец, — искренне сказал Дэниел и, взяв тарелку с едой, сел за стол, напротив меня. — Это намного упрощает расследование и сокращает время, которого у нас не так уж и много. Ты — молодец.

Я зарделась и дабы сделать еще что-нибудь хорошее, достала сок из холодильника и разлила его по бокалам. Апельсиновый — мой любимый. Видимо, пока я ездила сегодня по магазинам, Дэниел успел заехать за продуктами. Помимо сока на полках появились баночки йогурта, молоко, и разного вида зелень.

Из ветчины и сыра я в два приема сделала несколько бутербродов и, украсив их зеленью, подала к столу. И тут я поняла, что распоряжалась у него на кухне явно не как гость. Мое рвение приугасло и Дэниел, заметив это, засмеялся:

— Будь как дома. Мой холодильник и моя кухня всегда к твоим услугам.

— Спасибо. Ешь, — я пододвинула к нему тарелку с бутербродами. Сама я пока есть не хотела — сон отбил весь аппетит. Пусть хлеб с лежащим на нем сыром и не напоминал бьющееся в последних силах сердце, окрашенное кровью, но воспоминания об этом вызывали неприятные ощущения. И пока в моем желудке нет и намека на пищу, я могу не волноваться за последствия.

— Теперь я должен тебе полноценный завтрак, — сказал Дэниел, доедая последний бутерброд. — И я надеюсь, что на это раз моя глупость не помешает тебе в полной мере насладиться им.

Улыбка на его лице была уже не такой измученной, а в глазах появились задорные искорки.

— Не вини себя за то происшествие. Теперь я понимаю, как трудно держать себя под контролем. Тем более ничего личного ты там не увидел.

— Ага, — ответил он и широко улыбнулся, обнажив белоснежные зубы. Вид у него стал очень довольный, как у кота, налопавшегося сливок.

— Или видел? — переспросила я, хотя и так было понятно, что из моего сознания он что-то успел ухватить и этим «что-то» был отнюдь не размер обуви.

Он молчал, продолжая улыбаться. Мой возмущенный вид привел его в еще большее веселье. Он откинулся на спинку, сложив руки на груди. Я преодолела расстояние, образовавшееся между нами, слегка растянувшись по поверхности стола в его направлении, задев животом об край, отчего мои синяки противно заныли. Но боль не была сильной, следовательно, они уже на стадии исчезновения, что подтверждает мою догадку о том, что они больше принадлежат к магии, поскольку обычные синяки так быстро бы не прошли. Хоть что-то приятное.

— Так что? — спросила я.

— Что «что»? — переспросил он от души веселясь.

— Ты прекрасно знаешь «что», — увидев, что он отрицательно мотает, я добавила: — Что ты еще видел?

— Я же говорю, ничего.

Я бы поверила ему, если бы не его глаза. Они вступали в противоречие со словами.

— Ну и ладно. Не хочешь — не говори, — я вернулась в исходное положение и приняла позу, похожую на его как две капли воды. — Только знай, что я тоже порылась в твоей голове и нашла много интересного.

— Это что же? — с усмешкой спросил он.

Я решила действовать его методами и взять его на провокации, подразнить немного.

— Так я тебе и сказала.

— Жаль тебя огорчать, но пока ты еще не можешь пробить мою защиту и порыться в моих воспоминаниях.

Он был так самоуверен в себе, что мне захотелось похвастаться своим достижением:

— Нет, могу. И я сегодня это сделала.

— Ты могла прочесть мои мысли и то на секунду. А увидеть воспоминание ты не смогла бы. Пока.

— Но я видела, — настаивала я.

— Допустим. И что ты видела? — снисходительно спросил он.

— Я видела, как твоя мама готовила печенье. Она выглядела очень счастливой, — сказала я, прокручивая в памяти это воспоминание, мне не принадлежащее.

— И как она выглядела? — спросил он, еще думая, что я его обманываю.

— На ней был белый передник. У нее были темные, шоколадного цвета, волосы, похожие на твои, но на пару тонов темнее, — я пыталась вспомнить еще какие-нибудь отличительные черты. — Ее волосы забраны в хвост, достающий примерно до лопаток. А на ее руке был зеленый браслет скорее всего из изумруда.

По мере моего рассказа улыбка на его лице уменьшалась, а когда я упомянула о браслете, совсем померкла. Он сидел, потрясенно глядя на меня. Я почувствовала себя в чем-то виноватой. Не следовало мне рассказывать об этом.

— Извини, — тихо проговорила я. — Я это случайно увидела. Больше ничего.

— Я ставил сильную защиту на воспоминания и не понимаю, как ты могла пробиться сквозь нее.

— Я этого, к сожалению, тоже не знаю.

Он задумался над чем-то. Я, конечно, могла об этом узнать, но не стала, поскольку мне бы тоже не понравилось, если бы мои мысли читали все кому не лень.

— Ладно. Твоими способностями займемся завтра, в свободное от погони за демонами время. Идет?

— Да, — обрадовалась я.

Он взглянул на часы, и лицо его опять приобрело уставший вид. Волосы, забранные в хвост, частично выбились из него и теперь ниспадали на лицо крупными вихрями. При свете лампы они отливали золотом и невольно привлекали внимание. Наверное, я сильно долго смотрела на это великолепие, поскольку, опустив, наконец, свой взгляд на его глаза увидела, что он внимательно и с интересом наблюдает за мной.

— Думаю, мне пора, — проговорила я, поспешно вставая. Я почувствовала легкое жжение щек и поняла, что покраснела. Вообще — то, это мне не свойственно, но похоже, что с приходом новых сил, мой характер и темперамент начали кардинально меняться. Не особо приятно, поскольку себе я нравилась такой, как была.

Проходя мимо Дэниела я наклонилась и поцеловала его в щеку, затем, пожелав спокойно ночи, отправилась в свои хоромы. Одолев расстояние между квартирами как можно быстрее — только там я вспомнила, что все еще босиком — я залетела пулей в свою квартиру, отметив, что не закрыла за собой дверь, когда побежала к Дэниелу с известием об убийстве. В будущем не следует такого допускать, а то мало ли что. Мне и так проблем хватает.

И каково было мое удивление, когда очутившись в своей комнате, я увидела Отерона, сидящего на моей — уже заправленной — кровати. Он ждал меня. И по его лицу я поняла, что ждал долго.

— Мне кажется, или я вас не приглашала? — ехидно спросила я.

— Не время для иронии, — ответил эльф.

— От чего же. У меня на все хватает времени, — не унималась я.

На его детском лице появилось не детское выражение лица. Видимо, он не любит шуток.

— Может, мы поговорим серьезно?

— Может, я вообще не хочу с вами разговаривать.

Меня раздражало то, что кто-то может спокойно заходить ко мне, да еще указывать мне в моем собственном доме. Это уже предел наглости. Неужели все эльфы такие?! С ярко выраженной манией величия.

Отерон встал и я еле сдержалась, пытаясь не рассмеяться — при моем высоком росте он еле доставал мне до талии. Если бы он был обычным ребенком, как выглядит, то не было бы никаких неувязок, а так…

— Я мог вообще вам ничего не рассказывать, но поскольку это касается и вас, то я решил поставить вас в известность. Но раз уж…

— Постойте, — перебила я его. — Извините, просто у меня сегодня был тяжелый день. Присаживайтесь.

Я жестом указала на кровать, но в тоже время решила показать, что хозяйка здесь я.

— Вам что-нибудь принести выпить? — спросила я, хотя даже не подозревала, что пьют эльфы. Что касается привычек и образа жизни, они во многом отличаются как от людей, так и от нелюдей, поэтому я была рада, когда он отказался.

— Так что вы мне хотели рассказать?

— Около часа назад были найдены тела трех ангелов. Все трое из вашей фирмы.

— О боже! — выдохнула я, присаживаясь в кресло, стоящее рядом с окном. Я знала, что они убили Джудит. Но троих… Уже троих…

— Все они были в одинаковых одеждах с дырой на груди.

— Сердце… — прошептала я.

Отерон насторожился:

— Откуда вы знаете? — мудрые серебристые глаза сканировали меня будто рентген. Я поежилась.

— Это естественно, раз дыра на груди, как вы сказали.

Мне было неприятно врать, но рассказывать о том, что я своими глазами видела одно из убийств, мне тоже не хотелось. Стать достоянием гласности как обладательница реалистических снов мне не особо льстило. А если еще всплывет случай с применением демонической силы, то самое малое, что со мной произойдет — это увольнение с работы. Конечно, я могла бы перейти на сторону Тьмы, но мои моральные принципы и совесть меня бы не простили, не говоря уж о друзьях.

— Ну, да, — смутился он. — Но их не просто убили ударом в сердце. Они извлекли его.

— Ужас! Это бесчеловечно.

— А что вы от них ожидали? Гуманизма? Они уже на протяжении многих тысячелетий только и делают, что вредят людям всеми мыслимыми и немыслимыми способами, — высказался эльф.

— Но, так… Да еще ангелов…

— Что правда, то правда. Это первый случай такого жестокого обращения с небесными посланниками.

— И где нашли их тела? — спросила я, поеживаясь, но не от холода, а от животного страха.

— На территории вашей фирмы. Охранники услышали какой-то шум и вышли проверить. Трупы ангелов лежали почти у самых дверей здания.

— Но зачем они подбросили их нам? Не для того же, чтобы мы их похоронили нормально.

— Конечно, нет. Скорее всего, они хотели показать вам вашу беспомощность.

— Но зачем? Я считала, что их главная цель — это свершение легенды, а не наведение ужаса на всех ангелов штата.

— Одно другому не мешает. Они знают, что вы занимаетесь этим делом и пытаетесь выйти на их след. И этим своим поступком они указывают на то, что вы только зря тратите время, и ничего у вас не получится.

— Вы тоже так думаете? — поинтересовалась я.

Отерон улыбнулся, но не радостно, а скорее злорадно:

— А вы думаете иначе? Осталось всего три дня, а вы так ничего полезного и не узнали, все топчетесь вокруг да около.

Мне не понравился его тон. Вообще я представляла себе эльфов такими воздушными, светящимися и благородными, но то, что сейчас сидит передо мной, не подходит ни под одно из этих описаний.

— Неправда, у нас есть некоторые зацепки. А если бы некоторые еще не лишали нас информации, то сейчас мы были бы уже на полпути к цели, — съязвила я и добавила. — Ведь это эльфы должны поддерживать баланс и следить за соблюдением правил договора. Или же конец света входит в этот договор?

— Я пришел сюда не размышлять по поводу значимости каждой из рас и качества выполнения ими их функций.

— Да, конечно. Что еще можете сообщить? — спросила я уже спокойным тоном. Он прав, мы не должны сваливать ответственность друг на друга, тем более сейчас, когда мы должны объединить свои усилия для борьбы с главным врагом.

— Для завершения ритуала им понадобится очень сильный обладатель магических сил.

— Из темных или светлых?

— Это зависит от того, для чего он им понадобится. В легенде не сказано ничего определенного на этот счет. Но, вероятнее всего, они собираются сделать с ним тоже самое, что и с остальными — принести в жертву, дабы выпустить их силу на свободу и принять в себя.

— К чему вы ведете? — я решила уточнить, поскольку не поняла, зачем он это мне рассказывает.

— В нашем штате сейчас находится несколько человек, подходящих под эту характеристику. А если быть точнее, то их трое: двое темных и один светлый — ангел.

— И что вы предлагаете?

— Они обязательно придут за одним из них, когда наступит подходящее время. И, я думаю, что в это время, если мы раньше не успеем их найти, можно будет устроить ловушку.

— А ловушка не бывает без приманки… — закончила я за него.

Отерон покачал головой в знак согласия, и его лицо оживилось. Он был счастлив. От чего? И тут до меня дошло:

— И кто будет этой приманкой?

— Поскольку убивать одного из своих, на мой взгляд, очень глупо, то они выберут ангела.

— И как его имя?

Я конечно ожидала чего угодно, но явно не этого. Его слова поразили меня.

— Дэниел Сэндс, ваш друг, насколько я знаю.

— Ну, нет уж! Дэниел не будет подсадной уткой! — я вскочила с кресла как ужаленная и подошла ближе к эльфу с намерением взять его за шкирку и выкинуть за дверь.

Неприятная для меня улыбка сошла с его лица не оставив и следа.

— Я думал, вы будете умнее.

— Умнее?! А почему бы в роли наживки не взять вас? — спросила я с явным раздражением. Мне не нравится то, куда зашла наша беседа.

— Мне стыдно это признавать, но я слабее, чем он. Помимо этого, умирая, эльфы не могут передать свою силу никому.

— Везучие, — съязвила я. — А почему вы пришли ко мне, а не к Дэниелу лично?

— Он не должен ничего знать, иначе он будет привлекать к себе ненужное внимание. Так нам будет легче за ним следить.

— Да вы что. И вы искренне надеетесь, что я ничего ему не расскажу и позволю попасться на крючок как бестолковой рыбешке?!

Отерон тоже встал и я думаю, что не из приличия перед стоящей перед ним дамой. Насколько я уже успела понять, они нас — ангелов, да и всех остальных — ни во что не ставят.

— Уж поверьте, не скажете, — уверенно сказал он, доставая что-то из кармана.

Последнее, что я увидела, это серебристую пыльцу, летящую мне в лицо. Мои глаза против моей воли закрылись, и я впала в забытье.

20

Громкий стук в дверь пробудил меня от затянувшегося беспамятства, в котором я находилась. Открыть глаза я смогла только с третьей попытки. Сделав это, я тут же глубоко пожалела — ощущение было такое, будто Сахара сменила свое местоположение, переместившись на мое лицо, и тонны ее песка застилали мои глаза. Лицо было опухшим, словно я стала жертвой нападения сотни диких ос. Все тело было ватным и каким-то неестественным. В общем, хуже я себя никогда еще не чувствовала. Продолжавшиеся монотонные удары в дверь болью отзывались в моей голове, и это было то, что заботило меня на данный момент.

Звуки стали резче и яростнее. Где-то рядом раздалась переливчатая мелодия сотового телефона. Мои органы слуха послали заряд раздражения в мозг, вызвав у меня непреодолимое желание прекратить эту какофонию. Я в очередной раз открыла глаза и на этот раз почувствовала себя немного лучше. Не совсем веря, что тело, лежащее на кровати, принадлежит мне, я поочередно пошевелила всеми своими конечностями и несколько удивилась, осознав, что это все-таки я.

Откинув одеяло, я увидела, что спала в одежде, что уже само по себе было странным, но сейчас это имело для меня второстепенное значение. Главное — устранить источник шума, наполнившего мою квартиру.

Я неспеша поднялась и пошла на звук, на ходу спотыкаясь и цепляясь за какие-то предметы, но увидеть их очертания я не смогла, поскольку в комнате почему-то стало темно. Наверное, своими манипуляциями я уронила один из торшеров. Но все равно было слишком темно. Обычно даже при ночном небе, сплошь закрытом тяжелыми грозовыми тучами, я свободно видела в темноте, но сейчас не могла этим похвастаться.

Подходя ближе к источнику, к тяжелому звуку ударов в дверь присоединились чьи-то голоса. Встревоженные, неспокойные. Скорее всего, что-то случилось. Может, нужна моя помощь.

Черт! Почему так темно! В следующий раз буду оставлять на ночь свет включенным.

На ощупь я определила местонахождение замков и слегка трясущимися руками повернула их. Чьи-то руки схватили меня и отодвинули назад, позволяя их владельцу войти.

— Я позабочусь о ней, миссис Стюарт, — сказал голос.

Знакомое имя. Кажется, так зовут мою соседку сверху. Миссис Анабель Стюарт. Консервативная старушка, придерживающаяся старомодных взглядов на мир, но в тоже время позволяющая вести беседы на очень интересные темы за чашкой чая. Она очень много повидала на этом свете и готова поделиться своим опытом. Я ей доверяю настолько, что зачастую посвящаю ее в свои секреты и мысли, в надежде получить вразумительный ответ.

— Миссис Стюарт, — машинально повторила я и удивилась звучанию своего собственного голоса — хриплые нотки смешивались с каким-то акцентом, хотя я не знала никакого другого языка кроме своего родного.

— Диана, посмотри на меня! — раздался голос, показавшийся мне очень знакомым, но в тоже время далеким. Я по-прежнему не видела того, кому он принадлежал, но поняла, что это мужчина. Его руки сжали мои повыше локтя и слегка встряхнули меня. Моя голова свободно заколебалась в разные стороны. Внезапно тиски ослабли, и я услышала быстрые удаляющиеся еле слышные шаги. Но вскоре они вернулись. И тут на мое лицо обрушился поток ледяной воды.

Свет вернулся в мой мир яркими солнечными лучами, пробивающимися через занавешенные шторами окна. Вместе с ним вернулся и здравый смысл. Передо мной стоял Дэниел, держа в руках пустой кувшин. По его белому цвету лица я поняла, что что-то не так.

— Что случилось? — спросила я, постепенно приходя в себя.

Он облегченно вздохнул, но руки его слегка подрагивали. К лицу вернулся естественный оттенок.

— Это я у тебя хотел узнать, — сказал он, ставя кувшин на стоящую рядом тумбочку. — Ты хорошо себя чувствуешь?

— Вроде да. А что-то не так?

— Кроме того, что сейчас час дня, на звонки и стук в дверь ты не отвечаешь и ходишь как лунатик с закрытыми глазами?! По-моему этого вполне достаточно.

Я не совсем понимала смысл его слов, но, посмотрев на часы, висящие на противоположной стене, осознала, что он прав. Неужели я вчера так устала, что сегодня проснулась в полдень?! Кстати, что вчера было? Все так расплывчато… Кажется, я кого-то убила…

— Ты хорошо себя чувствуешь? — повторил он. Его глаза внимательно смотрели на меня, пытаясь определить в каком из своих миров я сейчас нахожусь.

— Да, я же уже сказала, — нервно ответила я. Ко мне возвращалось мое обычное раздражение — это уже хорошо. Приятно чувствовать себя самой собой.

— Ты не очень хорошо выглядишь, — честно сказал Дэниел.

— Спасибо за комплимент, — фыркнула я. Приятно было это слышать от него. — А все-таки, отчего такая паника?

— Я думал, что с тобой что-то случилось.

— С чего вдруг? — удивилась я, щурясь от яркого солнца. — Пойдем присядем.

Дэниел послушно пошел за мной в комнату, на ходу посвящая меня в таинства сегодняшнего утра.

— Проснувшись, я почувствовал, что что-то не так. А поскольку я здесь почти никого не знаю, то первое, что пришло мне на ум — с тобой что-то произошло. Тогда я пошел к тебе, но на звонок в дверь ты не отвечала. Сначала я подумал, что ты куда-то вышла, но, позвонив тебе на сотовый, услышал за дверью далекую мелодию и подумал, что ты вряд ли ушла без телефона. Хотя, я и без того ощущал твою силу, ощущал, что ты в квартире.

Его речь была быстрее, чем обычно и я поняла, что он переволновался. Только сейчас я заметила, что волосы его всклокочены ото сна, а по рубашке сразу было видно, что она была одета второпях. Дэниел испугался за меня, и какой-то части моей темной личности это казалось очень приятным.

— Но я просто спала. Со мной все в порядке, — я попыталась его успокоить.

— Но ты больше двух часов не реагировала на стук в дверь. Скажешь потом своей соседке спасибо за то, что твоя дверь стоит сейчас там, где и должна. Если бы не миссис Стюарт, я бы разнес ее в щепки.

— У меня был глубокий сон. Видимо, я вчера сильно переутомилась. Ничего серьезного.

— Помимо этого ты еще и ходила с закрытыми глазами, — не отставал он.

Честно говоря, я не люблю излишнего внимания к своей персоне, уж тем более по пустякам. Этот разговор начал меня утомлять.

— Мало ли кто ходит с закрытыми глазами. Это не так страшно.

— Это кажется не таким страшным, пока ты не выпрыгнула из окна своей собственной квартиры, — перебил он меня.

Я попыталась перевести все это в шутку:

— Подумаешь. Столько лунатиков живет во всем мире, и лишь считанные единицы плохо заканчивают свою жизнь. Кроме того, я давно хотела полетать. Чем не предлог.

Он, к сожалению, не оценил моей шутки. В его глазах полыхнул огонь и, вскочив, он начал расхаживать по комнате, периодически смотря на меня.

— Это не шутки. Если бы все было так просто, то меня сейчас бы здесь не было. В том-то и дело, что я ощутил нечто. Переживание, испуг, ощущение чего-то неправильного.

— Последствие сна. Тебе приснился плохой сон.

Он резко сел на пол перед моими ногами, чего я точно никак не ожидала и поэтому рефлекторно отстранилась, и, оказавшись уровнем ниже, внимательно посмотрел мне в глаза.

— Это не был сон. И это мне не показалось. Ангелам нашего уровня не свойственно ничего беспричинного. Я чувствовал, что ты в опасности. И даже сейчас это чувство не проходит.

Я попыталась засмеяться, и это вышло очень нелепо и как-то не естественно. Дэниел говорил так уверенно, что я сама поверила в то, что он рассказывал.

— Но я в порядке, — снова повторила я, хотя теперь сомнения заползли и в мою душу.

И он подтвердил их, добавив только одно слово:

— Пока.

— Но для беспокойства нет оснований. Что со мной может случиться?

— Я тебе еще не все рассказал, — он на мгновение опустил глаза, он тут же поднял их, возобновив прерванный контакт. — Утром звонил мистер Катчер и сообщил кое-что.

— Что? — нетерпеливо спросила я.

— Вчера вечером кто-то подбросил тела пропавших ангелов под двери нашей фирмы. Они были убиты тем же путем, что и Джудит Ленгдон.

Мои глаза округлились от ужаса, но удивление было не таким, каким должно было быть. Создавалось такое ощущение, что я уже это знала, до того, как пришел Дэниел.

— Они явно хотели нагнать ужас на всех ангелов, работающих там, но просчитались со временем — до утра тела убрали, а с охранников взяли клятву о неразглашении. Мистер Катчер рассказал только мне, поскольку все произошедшее непосредственно касается нас.

— Но ангелы должны знать, что произошло с их коллегами. Даже ради того, чтобы они сами не попались в эту ловушку! — возразила я.

— Все и так уже знают, что пропадают ангелы, и поэтому ведут себя осторожно. Известие о страшной смерти товарищей повергнет их в панику.

Я была с ним не согласна, но спорить не стала. Я, конечно, могла пойти сама и рассказать обо всем, но брать на себя ответственность за последствия не решилась. Все таки я по прежнему нахожусь на службе у мистера Катчера, и это он решает все вопросы, касающиеся доверенной ему организации. Я всего лишь простой служащий.

— И ты решил, что я тоже стала их жертвой? — спросила я, хотя его ответ был уже мне известен. В подтверждении моих слов, он опустил глаза. Когда он снова поднял их и посмотрел на меня, я чуть не задохнулась от нежности, что буквально сквозила в его взгляде. Нежность, забота и преданность.

— Все это показалось мне связанным. Обнаруженные трупы, обеспокоенный шеф, да еще и твоя пропажа…

— Но я ведь не пропала, — тихо ответила я, не находя подходящих слов. Мне хотелось успокоить его, пригладить его взвихренные волосы, но я не позволила себе этого сделать. На то было много причин. И одна их них — время еще не пришло. Кстати, о времени. Часы показывали уже половину второго, а мы еще ничего не успели сделать. Время неумолимо двигалось вперед, оставляя нас позади. Его становилось все меньше и меньше. Необходимо торопиться, дабы завершить то, что нам нужно завершить, найти того, кого нам нужно найти. Иначе будет поздно. Здесь уже не скажешь «Лучше поздно, чем никогда», поскольку в нашей ситуации это было равнозначно.

21

Наспех перекусив у Дэниела, мы поехали на работу, чтобы узнать от мистера Катчера подробности произошедшего. Мы знали, что ничего нового не узнаем, но попробовать все равно стоило. После этого мы с Дэниелом запланировали набег на логово одного из демонов из черного списка. Оставалось два дня, а количество демонов, подлежащих расспросу, не уменьшилось ни на одного.

Подъезжая к зданию, я заметила кое-какие изменения — стало больше охранников, и все они были вооружены до зубов. Те, кто сумел пробраться через силовое поле, установленное нашим шефом, были либо слишком умны, либо слишком сильны. И то, и другое явно не играло нам на руку.

Раз число охраны возросло, значит, мистер Катчер решил в большей степени понадеяться на людей, нежели на магию. Вообще, у нас мало работало людей. В основном в таких сферах, где ангелы были не слишком сильны — охране и системном обеспечении. Конечно, мы можем защищать что-либо, но силы, в отличие от пуль, заканчиваются быстрее. Некоторые из нас проверили это на себе и сейчас находятся по ту сторону жизни. Это случилось в те времена, когда люди считали только себя достойными на жизнь на Земле и создавались специальные расистские организации, призванные сокращать количества нелюдей. При этом они не подразделяли подобных мне на хороших и плохих. Для них мы все были одинаковыми. Я была маленькой в то время, но хорошо знаю этот момент из учебников. С тех пор мне постоянно приходит на ум одна мысль — правильно ли мы поступаем и тех ли мы уничтожаем и лишаем сил?

Техника тоже давалась с трудом. Почти каждый из нас умел пользоваться компьютером, ставшим незаменимым в век новейших технологий, но на этом наши познания заканчивались. Я не знаю ни одного ангела, который бы мог разобрать и собрать компьютер, модернизировать его, провести локальные сети. Поэтому этим занимались два наших специалиста — человека: Эдвард Хафф и Ричард Шторм — своего рода гении. Том Катчер собственноручно отбирал их, и именно они направили деятельность нашей фирмы вровень с научным прогрессом.

— Ваш пропуск, — спросил охранник, подойдя вплотную к машине, заглянув при этом во все окна. Он был новеньким, поскольку раньше я его здесь не видела, да и слишком он был бдительным. Может, это и было хорошо для всех, но меня слегка раздражало.

Получив обратно наши пропуска, фотографии на которых охранник напрямую сверил с нашими лицами (мое при этом показалось ему очень подозрительным), я поехала на парковку. Сегодня на ней было меньше машин, нежели обычно. Может, слухи все-таки дошли до их ушей, и они решили скрыться от опасности как суслики, попрятавшись в своих норах. На мой взгляд, это вряд ли поможет — если кто-то очень сильно захочет их найти, то вытащит даже из-под земли. Есть лишь один способ избежать возможной гибели — устранить врагов вперед, чем они доберутся до нас. Все элементарное — просто.

— Как думаешь, наши уже все знают? — спросила я Дэниела, вылезая из машины.

— Маловероятно, — ответил он, затем подумав добавил: — Хотя, если среди ваших есть ангел, работающий на другую сторону, то возможно все.

Я хлопнула дверцей джипа сильнее, чем рассчитывала. Из моей головы совсем вылетело, что на нашей шее висит еще одна проблема — поиск предателя среди наших сотрудников, к которой мы даже не притронулись. Но, я думаю, она имеет скорее второстепенный характер и к ее решению мы приступим позже.

Солнце ярко освещало сентябрьское небо, предвещая теплую и ясную погоду. И, согласно метеорологическим прогнозам, она простоит всю неделю. Радует, что не придется гнаться за демонами под проливным дождем.

Здание встретило нас пустынными коридорами и звенящей тишиной. Похоже, что новости сюда уже дошли. Во мне начало просыпаться раздражение — неужели они бросили свою работу и попрятались по домам?!

Поспорив с Дэниелом — скорее из-за плохого настроения — на чем лучше добраться до пятого этажа, я смирилась и согласилась на лифт. Настроения не было, поэтому мы ехали молча. На этот раз обошлось без поломок, чему я была рада — и без того проблем выше крыши.

Выйдя из лифта, я крайне удивилась, не увидев на своем рабочем месте Мелиссу Хэнкс — явление крайне редкое. Ее бумаги, как и всегда, аккуратными стопочками лежали на столе. И я не без удовольствия вспомнила о том, как на днях она их собирала по всей приемной.

— Над чем так злорадно ухмыляешься? — поинтересовался Дэниел, увидев мое лицо, на котором против воли отразились нахлынувшие воспоминания.

— Да так, — отмахнулась я. — Тебе не понять.

Он спорить не стал и, обогнув меня, постучался в дверь шефа. Звук эхом отразился в стоящей тишине. Здесь всегда было не особо много народа, но сегодня все казалось каким-то иным, чужим и странным.

— Войдите, — раздалось из-за двери.

Увидев шефа, я ужаснулась — за эти несколько дней он будто постарел лет на десять: ряд морщин полосками пробороздил его лицо, остановившись около глаз и в уголках рта, лицо осунулось, а во взлохмаченных волосах засеребрилась седина. Одежда была мятой, отсутствовал галстук.

— Вы ужасно выглядите, — вырвалось у меня. Мистер Катчер поднял на меня измученные глаза, и меня поразила отрешенность, читающаяся о взгляде. Передо мной сидел человек, почти смирившийся со своей участью и происходящим вокруг.

— Наступили тяжелые времена, Диана. Вы были уже на третьем или четвертом этаже? — без эмоций спросил он. Голос его звучал тихо и безжизненно.

Мы с Дэниелом синхронно замотали головой, а шеф продолжил:

— Почти никто не вышел на работу. Я не знаю как, но все в курсе, что произошло. Они боятся.

— Мы думаем, что эти новости разошлись благодаря нашему двойному агенту, — сказал Дэниел.

— Вы не выяснили, кто он?

— Пока еще нет. Сейчас мы заняты поисками убийцы.

— Подозреваемые?

— Пятеро, — ответил Дэниел. — Из темных.

— Сколько дней?

Я отметила, что шеф сегодня был немногословен, что собственно и соответствовало ситуации. Ему еще предстоит отчитываться перед Высшим Советом за смерти ангелов и за обнаруженные на его территории трупы. Если бы мистер Катчер позаботился о наружном видеонаблюдении, то возможно кое-что все-таки удалось бы узнать. А так…

— Не более трех, — ответила я, а про себя добавила «А если точнее, не более двух с половиной», что более соответствовало правде. Но еще сильнее огорчать шефа я не стала — лучше тешить себя малой надеждой, чем вообще не иметь ее.

— Их кто-нибудь видел? — спросил Дэниел. Он не упомянул кого конкретно, но и так все поняли.

— Нет. К тому времени все уже разошлись по домам, а охрана не видела ничего подозрительного. Они услышали какой-то шум и, выйдя проверить, обнаружили их…

Он затих. Было видно, что слова давались ему с трудом. Я представляю себе тот ужас, что вызвали у него увиденные тела. Тела его работников, за сохранность которых он должен был отвечать как руководитель.

— Где сейчас тела?

— В морге, — еле слышно произнес мистер Катчер.

— В полицейском? — поинтересовалась я.

Шеф все тем же потухшим взглядом посмотрел на меня. Казалось, его лицо навеки лишилось эмоциональной выразительности, как и слова, и стало каменным.

— Нет. Я не мог позволить полиции узнать об этом. Мне еще не хватало только корреспондентов, снующих вокруг и задающих ненужные вопросы. Придется проводить расследование своими силами, — вздохнул он.

— Никаких зацепок на трупах не обнаружили? — спросил Дэниел.

— Нет. Ни одной, — ответил шеф, рассматривая гладкую поверхность письменного стола, за которым сидел. Вдруг он резко поднял голову, и я еле удержалась, дабы не отшатнуться — в его глаза пылала злость, дикая злость. Я перевела взгляд на Дэниела и увидела, что он тоже озадачен и удивлен поведением шефа.

— Они насмехаются над нами, — сказал мистер Катчер изменившимся голосом, который я впервые слышала от него. — Они хотят, чтобы мы осознали свою беспомощность.

Так, стоп. Где-то я уже слышала эти слова. От Дэниела? Вроде нет, он настроен так же оптимистично, как и я. Тогда от кого? Возможно, мне показалось, но чувство такое сильное…

— Мы не сможем остановить их, — продолжал он. Его голос начал переходить в крик. Крик души. — Нам остается только смотреть и ждать все новых и новых трупов! Все ангелы в страхе попрятались, забыв обо всем на свете, кроме своей собственной шкуры! Разбежались как трусливые мыши! А кто виноват?! Конечно я!

Так, так. Видимо, с Советом он пообщался до нас. И это общение носило не очень обнадеживающий характер.

Мы с Дэниелом обеспокоено переглянулись.

— Может, мы пойдем? — обратилась я к мистеру Катчеру. Мои слова дошли до него не сразу. Он замер на полуслове, в упор смотря на стену, позади нас. Не знаю сколько бы это продолжалось, если бы я не окликнула его по имени. Два раза. При этом помахала рукой перед его лицом.

— Что? — его взгляд стал осмысленным.

— Мы пойдем, — сказала я, ставая и подавая тем самым пример Дэниелу. В мои планы не входит успокоение шефа. Мне бы свое душевное состояние привести в норму.

— Да, конечно.

Лишь у двери он окликнул меня. Я обернулась.

— Рано утром я видел здесь Линду Ренделл. Может, она искала тебя, — сообщил шеф и добавил: — Она показалась мне какой-то странной. Не испуганной, как все, — он замолчал, подбирая подходящие слова — скорее так выглядит человек, который всю жизнь мечтал о повышении и наконец-то его получил.

Я удивилась, выслушав его. У Линды заслуженный отпуск. Что она могла здесь делать, да еще рано утром.

— Спасибо, я позвоню ей, — сказала я и вышла, прикрыв за собой дверь.

Дэниел был озадачен не менее меня. И поведением шефа, и сложившейся ситуацией.

— Что-то здесь не так, — сказал Дэниел, когда мы направлялись к лифту.

— Ты о чем? — не поняла я.

— Да обо всем. Что-то мы выпускам из виду, но я никак не могу понять что именно. Мне кажется, ключ ко всему где-то рядом, но мы его не замечаем.

— Да ты еще и философ, — фыркнула я.

— Нет, правда. Какого-то фрагмента не хватает, чтобы сложить эту мозаику.

— Если честно, у нас нет ни одного.

— Есть подозреваемые, есть трупы, есть легенда. Но чего-то все равно не хватает.

— Ага, — согласилась я и нажала на кнопку, вызывая лифт. — Не хватает времени.

Дэниел вздохнул и решил не спорить со мной. Все равно ничего не добьется.

— К себе заходить не будем? — спросил он, переводя разговор в другое русло.

— Смыла нет, — ответила я, в душе ужаснувшись, представив себе очередную встречу с Фрэнком. Хотя, скорее всего, он тоже сегодня не вышел на работу, побоявшись страшных демонов, поджидающих его за углом. Это вызвало во мне улыбку — хорошо, когда есть черный юмор.

За время беседы с шефом здесь ничего не изменилось — те же пустые коридоры и угнетающая атмосфера. Зато машин на парковке убавилось, что явно говорило о том, что даже самые смелые решили уехать домой.

— Садись, а я пока позвоню, — сказала я Дэниелу и кинула ему ключи от своего джипа.

Я достала телефон и набрала номер Линды.

— Да? — услышала я знакомый голос.

— Привет, это Диана. Чем занимаешься? — спросила я, начиная разговор.

— Готовлю обед. Не хочешь присоединиться? — беззаботно поинтересовалась она, и у меня забрезжила мысль «Может, она ничего не знает».

— Нет, спасибо, — ответила я и тут же спросила: — Что ты делала сегодня на работе?

Я спросила таким тоном, который даже мне показался резким, но извиняться не стала в надежде на то, что она не обратит внимания. Но, по наступившей тишине, я поняла, что внимание она все-таки обратила.

— К чему этот вопрос? — недовольно спросила Линда.

— Просто хотела узнать, зачем ты заезжала. Шеф видел тебя и сказал об этом мне. Вот, я и решила позвонить, узнать, — быстро сказала я. Затевать ссору с подругой не особо хотелось.

— Да, я была там, — ответила она и поспешно добавила: — Заехала за кое-какими документами.

— Что за документы? — спросила я.

— О продлении отпуска. Мне понравилось отдыхать, вот и решила продлить себе удовольствие.

— Ясно, — ответила я. — Никаких новостей не знаешь?

— Говорят, что нашли трупы пропавших ангелов. Это правда?

— К сожалению, да.

— О, ужас! — прореагировала она, прежде чем я успела договорить.

— Да, это ужасно, — согласилась я. — Больше ничего не знаешь?

— А что-то еще случилось?

— Нет, — поспешила заверить я, — ничего. Но если что-нибудь новое узнаешь, звони.

— Конечно, позвоню.

— Ладно, тогда до связи?

— До связи. Может, все-таки придешь на обед? — в надежде спросила она. В любой другой раз я бы с удовольствием приняла ее приглашение, поскольку она готовила просто превосходно, но не сегодня.

— Нет, еще раз спасибо. Пока.

— Пока.

Я отключила телефон и задумалась. Она лгала мне. Не слишком ли часто это стало повторяться? Сначала Ален, теперь Линда.

Я села в машину и поделилась своими мыслями с Дэниелом.

— С чего ты взяла, что она лжет?

Он сидел рядом со мной на переднем сидении, что тоже случалось, насколько я успела заметить, редко.

— Она сказала, что заезжала за документами, продлевала отпускной.

— Ну и что? — не понял Дэниел, хотя это было очевидно.

— Документами у нас заведует только миссис Хэнкс, а как ты успел заметить, на работе она сегодня не появлялась.

— Может, она была утром, а потом уехала, — предположил он.

Да, почему-то об этом я не подумала. Но на душе легче не стало, слишком уж поспешно она выдвинула эту версию о том, что заставило ее приехать. Насколько я успела узнать Линду, формальности ее никогда особо не волновали. А тут, на тебе: документы, да еще и рано утром. Помимо этого я невольно вспомнила то, что сказала Эвану в тот день, когда собиралась встречать Дэниела в аэропорту. Тоже Мелисса и тоже документы.

— Все равно, что-то здесь не вяжется. По-моему это не было основной целью ее приезда.

— Тогда что? — спросил Дэниел.

Я промолчала, поскольку ответа на это не знала и закинула этот вопрос на вершину кучи, уже успевшей образоваться в моем сознании. Куча вопросов, и ни одного ответа.

Поскольку выехали из дома мы относительно недавно, то решили сразу ехать по адресу нахождения первого демона по имени… Шандр. Да, точно, Шандр.

— И что будем делать, когда приедем? — спросила я, смотря на дорогу. Поток машин шел по обе стороны от меня, сигналя друг другу, будто от этого движение пойдет быстрее.

— Зададим ему пару вопросов.

Я усмехнулась:

— Например, «Это не вы случайно планируете конец света?».

Он одарил меня своим фирменным взглядом, который вызвал у меня истерический хохот. Все эмоции, накопившиеся во мне, вышли с этим смехом. Стало легче.

— Насмеялась? Тогда продолжу. Спросим у него, что ему известно обо всем происходящем.

— Так он тебе и ответил, — иронично сказала я.

— Ответит, это приказ его хозяина. Видишь перстень?

Я отвлеклась от дороги и посмотрела на Дэниела. На его ладони лежал золотой перстень с довольно большим камнем. Если не ошибаюсь, оникс. Красиво, очень красиво.

Дэниел тем временем продолжал:

— Это знак Хозяина. Его воля. Они будут вынуждены отвечать на наши вопросы, если по-прежнему служат своему Хозяину.

— Тогда я ничего не понимаю. С тем же успехом Хозяин сам может расспросить своих слуг. Зачем ему понадобились мы?

— Не может. Он не сможет определить, говорят они правду или нет.

— А мы сможем? — удивилась я.

— Да. Мы можем определить, кто из темных говорит правду, а кто лжет. Они, наоборот, могут найти лгуна среди светлых, что нам не доступно. Правда, это доступно не всем, и не всегда.

— Ясно. Зачем тогда нам кольцо? — спросила я, поворачивая на Западную улицу. Осталось всего ничего.

Теперь усмехнулся он:

— Потому что без него мы даже не успеем поздороваться до того, как нас сожгут.

— Так с ними еще и здороваться надо? — сострила я. Да, действительно, с кольцом я сглупила. Но с кем не бывает?

— Предоставь это мне. Ты, как я уже успел выяснить, доброжелательностью и приветливостью не отличаешься.

— Скажи спасибо, что у меня заняты руки, а то бы я…

— Что? — усмехнулся Дэниел.

Я посмотрела на его ухмыляющуюся физиономию и подумала о том, что на обратном пути он сядет за руль, а я буду сидеть и глумиться над ним. Смеется тот, кто смеется последним.

— Узнаешь, — сказала я и, проехав еще пару миль, остановилась около дома, как две капли воды похожего на мой.

— Ну что, пойдем здороваться, — вздохнула я, выходя из машины.

Поднявшийся ветер развевал мои волосы, постепенно сооружая из них подобие птичьего гнезда. Обратив взгляд на запад, я увидела тяжелые темные тучи, медленно плывущие в нашем направлении и не предвещающие ничего хорошего. Вот и верь после этого метеорологам. За что им только деньги платят?! Обещали ведь хорошую и ясную погоду.

Сверив номер дома с известным нам адресом, мы направились к подъезду. Лужайка около дома радовала глаз своей зеленью. Неподалеку располагалась клумба с разносортными цветами: белые, красные, желтые. Поскольку цветы никогда не были моей слабостью, то опознать их по виду я не смогла. Клумба выглядела очень ухоженной — кто-то трудился над ней не покладая рук. Мое воображение нарисовала бредовую картинку — демон, орудуя лопаткой и лейкой, усердно работает над клумбой, сотворяя свой шедевр. Знойное солнце нещадно нагревает его согбенную спину и пот ручьями стекает с лица, но он продолжает свою кропотливую работу. Ничто не может отвлечь его. Затем он с воодушевлением созерцает свое творение. Он подарил новую жизнь. А затем, вымыв руки, он идет на свою черную работу забирать жизни у других…

Дэниел тоже смотрел на красоту, придавшую свежесть этому дворику и на его лицо озарила улыбка, приятная моему взгляду.

— Ты подумал о том же, о чем и я? — поинтересовалась я.

— Если ты об авторе этого великолепия, то да, — сообщил он.

— Что, если над этим трудился наш демон? — выдвинула я свое предположение.

Дэниел подошел к двери и как джентльмен открыл ее, приглашая меня войти первой.

— Тогда нам предстоит веселое знакомство либо с психически нездоровым демоном, либо с обладающим богатым духовным потенциалом.

— Ты видел и таких?

— Я видел и не таких, — сказал он и я в очередной раз подумала о том, что я его совсем не знаю, а все мои попытки что-либо разузнать заканчиваются полным провалом. Он для меня по-прежнему остается человеком — загадкой, хотя не столько человеком, сколько загадкой.

— Квартира семь, — произнесла я. — Я всегда считала, что семь — это счастливое число, божественное. Теперь же я и не знаю что думать.

— Может, наш демон думает так же, — хмыкнул Дэниел.

— Либо насмехается над общепринятыми убеждениями, что более вероятно, — сказала я, нажимая на звонок.

Сердце забилось быстрее, а по телу пошла нервная дрожь. Неведение всегда пугало меня, а то, что ожидало нас за дверью именно этим и являлось. Я первый раз шла к демону за тем, чтобы задать ему пару вопросов и я боялась того, что может последовать вместо ответов. А если это и есть демон, решивший воплотить легенду в реальность? Радоваться нам или огорчаться? И выйдем ли мы тогда живыми из его логова?

Руки стали холодными и влажными — я испугалась. Из-за двери не доносилось и намека на чье-то присутствие, никто не спешил открывать дверь. Эти мгновения показались мне вечность, но вот щелкнул замок (надо же, и демоны чего-то опасаются!) и дверь начала приоткрываться.

Дэниел, видя, что я подпрыгнула, услышав щелчок, отстранил меня слегка в сторону, и приготовился лицом к лицу встретиться с тем, кто ожидал нас по ту сторону двери.

И вот мы его увидели. Я даже удивилась, когда он предстал перед нами во всей красе. На вид лет сорок, маленького роста, азиатской внешности. На худощавом, но пропорциональном теле надет спортивный костюм, на ногах домашние тапочки. Волосы черные, коротко стриженные. В руках бутылка бренди, кстати, уже наполовину пустая. Первая моя мысль — мы ошиблись дверью. Но, прежде чем я успела сказать это Дэниелу, человек, стоящий перед нами, заговорил:

— О, белокрылые явились!

По его голосу я поняла, что он пьян сильнее, чем мне сначала показалось.

— Это он нам? — не поняла я, обращаясь к Дэниелу.

— Вам, вам. Кроме вас же здесь никого нет, — сказал человек, и бренди в бутылке начало раскачиваться, вторя его телу. Создавалось впечатление, что он сейчас потеряет равновесие и свалится перед нашими ногами. Но ничего такого не происходило. Мы так и топтались на пороге, не зная как действовать дальше. Первым начал Дэниел.

— Вы — Шандр? — спросил он у человека.

Тот закатил раскосые глаза и издал еле слышный горловой звук.

— Ну а кто же еще?! Заходите, раз пришли.

Он развернулся и шатаясь направился в одну из комнат — как я предположила, гостиную. Мы последовали за ним. С порога я увидела, что квартира представляет собой некое хранилище роскоши: дорогая мебель, картины Сальвадора Доли, и по-моему явно не репродукции, пушистые персидские ковры с толстым ворсом, большое количество антиквариата. Все это не соответствовало невзрачному виду ее владельца. Обои с шелкографией, на которых были изображены райские птицы, покрывали стены комнаты, в которой мы оказались. Одна стена была полностью зеркальной, поэтому создавалось впечатление, что в комнате нас шестеро. У противоположной стены стоял диван и два кресла красного цвета. Шторы на окнах были сделаны на заказ, поскольку в магазине я такого великолепия еще не встречала, и за них, я думаю, пришлось очень даже немало заплатить. Большой плазменный телевизор был закреплен на специальной подставке. По обе стороны от него стояли большие китайские вазы. И я нисколько не удивлюсь, если они относятся к династии Мин. У человека, а точнее демона, живущего здесь, явно не было чувства меры. А столь дикое сочетание и несоответствие цветов вызывало замешательство: красный мебельный набор, ковер сочно-зеленого цвета, лимонные шторы и бледно-голубой потолок. Похоже, что у этого демона бездонная кредитная карточка и он этим нещадно пользуется, не задумываясь о том, что он сочетает несочетаемое, как, например, китайские вазы и картины Дали. И это я увидела только одну комнату. Представляю, что творится в остальных. Конечно, мои финансы тоже позволяли мне обустроить свою квартиру «на ура», но я вовремя поняла, что не в деньгах счастье. У меня на первом месте при выборе мебели стоят удобство и качество, а не цена и известность. Именно поэтому я все еще живу в своей небольшой квартирке в спокойном районе города, а не в каких-нибудь шикарных апартаментах на сотом этаже небоскреба. А этот тип явно не придерживался такой концепции.

— Так все-таки вы — Шандр? — в очередной раз спросил Дэниел, после минуты молчания, потраченной на созерцание этой квартиры.

Человек уселся в одно из кресел, стоящее ближе к окну, и поставил бутылку с бренди, с которой он нас встретил, на низенький стеклянный столик, опорой которому служили позолоченные резные ножки.

— Шандр, Шандр. А вот кто вы? — спросил он, добавив при этом: — Да вы садитесь. В ногах правды нет.

Мы с Дэниелом сели на диван. Стоял этот ансамбль не очень удобно, поскольку для того, чтобы увидеть собеседника мне приходилось либо высовываться из-за спины Дэниела, либо вести разговор стоя. Ни тот, ни другой вариант мне не нравился, но пришлось выбрать первое, поскольку стоять мне сейчас не хотелось больше всего. Так и быть, предоставлю Дэниелу узнавать информацию.

— Мы пришли по поручению вашего Хозяина, — начал Дэниел, повернувшись в пол-оборота к демону.

— Хозяяиин, — протянул он. — Что же он еще от меня хочет?

Он снова взял бутылку и приложился к ней. Я поморщилась, поскольку его вид вызывал лишь омерзение. И это еще называется демон.

— Он хочет, чтобы вы ответили на пару вопросов, — пояснил Дэниел. Его лица я не видела, но почувствовала, что ему эта картина тоже не доставляет удовольствия.

— Ааа. Вопросы. Вопросы, — заплетающимся языком произнес он. — Ну, что ж, задавайте. Раз сам Хозяин…

По-моему его сознание начало отключаться от большого количества выпитого бренди, поскольку он не обратил внимание на то, что мы ангелы. Либо он слишком умный, либо слишком глупый. Одно из двух. Может, он только строит из себя ничего не понимающего. Что ж, выясним.

— Вы знаете что-нибудь о происходящем? — Дэниел начал с наводящих вопросов.

— А что такое? — заморгал глазами Шандр. — Что-то случилось?

— Вашего Хозяина пытаются сместить. Вы к этому причастны?

Демон засмеялся, сильно запрокинув голову назад. У нас же причин смеяться пока не было, поэтому мы молча ждали, когда закончится этот приступ неуместного смеха.

— Хозяина?! Сместить?! Вы что, разыгрываете меня? — спросил он, охрипшим от смеха голосом.

— Нет, мы говорим серьезно. Это не наши домыслы. Сам Хозяин настаивает на этой версии.

Смех прекратился, и взгляд демона приобрел более осмысленное выражение, чем минуту назад.

— Впервые об этом слышу.

— А о легенде «Эсцилибриум» тоже слышите впервые? — спросил Дэниел.

Насколько я успела заметить, весь этот разговор вызывал у демона неподдельное удивление и у меня возникло ощущение, что он не лжет. Либо это так, либо он очень хороший актер. Не знаю как Дэниел собирается определить правоту его слов, не через детектор лжи же его пропускать, но я думаю, итог совпадет с моим мнением. По всем параметрам пока этот демон не подходил под того, которого мы ищем, но ведь он может прятаться под любой личиной, так что надо держать ухо востро.

— Впервые. А о чем она? — лицо его больше не отражало ни тени веселья, вызванного началом разговора. Вместо этого в его глазах загорелся интерес. Его разум был помутнен бренди, но некая малая его часть все равно функционировала рационально, и наш разговор лишь усилил ее способности воспринимать действительность.

— О конце света, но подробности вам лучше не знать, — увернулся Дэниел. Да, уходить от прямого ответа он мастер, в чем я успела убедиться на своем опыте. — Так вы точно ничего не знаете?

— Нет, абсолютно ничего, — грустно сказал Шандр. — Я давно не появлялся в обществе своих, а уж тем более среди людей, поэтому не в курсе дел.

— Люди еще не знают, — влезла в разговор я.

— Да? И им никто не скажет? — удивился он.

— Нет. В этом нет необходимости. Помочь они не смогут, лишь будут мешать, — ответил за меня Дэниел.

— Но, они должны знать, что живут последние дни, — вздохнул демон, да так горестно, что я прониклась к нему. Не слишком то уж он был похож на демона, истребляющего людей как дичь и планирующего завесить мир полотном мрака.

— Хозяин упоминал, что дал вам некое поручение, задание. В чем оно заключается? — поинтересовался Дэниел. Сейчас он был больше похож на полицейского, ведущего допрос свидетеля, в любой момент готового перевести его в высший ранг — подозреваемого. У меня бы так никогда не получилось — голос слишком женственный и эмоционально окрашенный. Да впрочем, я никогда и не собиралась работать в полицейском участке, поскольку родилась не человеком, а ангелом.

Я в очередной раз оглядела комнату, и возникло непреодолимое желание встать и продолжить обследование оставшейся части квартиры, но пока реальных причин для этого нет. Пока наш демон веден себя прилично и никаких подозрений не вызывает.

— Да так, пустяки, — отмахнулся он и закинул ногу на ногу. Получилось это у него не очень изящно.

— А все-таки? — не отставал Дэниел.

— Проверить бухгалтерские бумаги по паре казино.

— Казино? — переспросила я, подозревая, что мне послышалось.

— Да, казино, — подтвердил демон, но вдаваться в подробности не стал, вновь присосавшись к бутылке. Дэниел решил просветить меня в этом непонятном для меня аспекте жизнедеятельности демонов:

— Даже демонам нужны деньги. Хозяину принадлежит большинство казино в этом городе и не только. Они играют на людской жадности и любви к деньгам, стимулируют самые низменные черты людей, удовлетворяя тем самым свои и загребая при этом баснословные деньги.

— Да-да, именно так, — подтвердил Шандр, усердно кивая головой. Этот тип не подходил под мое уже сформировавшееся представление о демонах. Оказывается, и демоны бывают разные.

— Именно этим вы и занимаетесь последние несколько дней? — решил уточнить Дэниел. Ему, как и мне, видимо не терпелось поскорее закончить с вопросами и уйти отсюда.

— Да, этим. И знаете, что я выяснил? — спросил Шандр, еле ворочая языком. В его глазах блеснул злобный огонек, который, надеюсь, не имел к нам никакого отношения.

— Что?

Демон резко махнул бутылкой в сторону и закричал:

— Эти человечьи твари скрывали от нас тридцать процентов от всех доходов!

— На вас работают люди? — переспросила я.

— Да! Эти жалкие людишки! — затем последовала изрядная нецензурная брань, которой я отродясь не слышала.

— Может, пойдем? — я тронула Дэниела за плечо. Если мы останемся, то ничего кроме новых ругательских слов и махинаций по укрытию прибыли не узнаем. Этот демон не в курсе последних дел. По изрядному количеству пустых бутылок, валяющихся за креслом, на котором он сидел, можно сказать о том, что он живет в своем собственном мире в обнимку с бренди и не ведает ничего из того, что творится за стенами его квартиры.

— А как вы думаете, кто мог пойти против Хозяина? — поинтересовался Дэниел, пытаясь выведать из этого жалкого на вид демона хоть какую-то полезную для нас информацию.

— Я же сказал, что это просто невозможно. Среди нас нет таких, кто по силе равен Хозяину, — его гнев начал переключаться на нас. Я еще раз тронула Дэниела за плечо, призывая к отходу.

— Спасибо за содействие, — сказал Дэниел, поднимаясь.

— Ага, — махнул рукой Шандр и в очередной раз приложился к бутылке. Демон-пьяница — ничего не скажешь, хороший помощник. Интересно, Хозяин знает о его маленькой слабости? Скорее всего нет, раз включил его в список подозреваемых.

22

— Не его голос ты слышала? — спросил у меня Дэниел, когда мы наконец-то покинули квартиру Шандра и сели в машину. Я — как и хотела — рядом с водителем.

Я отрицательно покачала головой:

— Нет. Это был не он. У этого демона слишком уж жалкий вид.

— Может, он слишком хитер и специально для нас разыграл это представление, — предположил Дэниел, закрепляя ремень безопасности.

— Возможен и такой вариант. Но не будем зацикливаться на нем, у нас еще четверо демонов в очереди.

— Что правда, то правда, — согласился он и добавил: — Я плохо знаю город, поэтому понадобятся твои подсказки.

— К твоим услугам, — улыбнулась я, — А где обитает наш следующий подозреваемый?

— Если не ошибаюсь, то данные перед тобой, — усмехнулся Дэниел.

Действительно, перед моими глазами лежала пара листов, исписанных аккуратным почерком. И что-то подсказывало, что это не почерк Дэниела. Даже от букв исходила некая сила, будто их наделили магическим содержанием, но определить, что они влекут за собой я не смогла. После Шандра, под номером два шел Гард — некромант средней руки, специализирующийся на поднятии мертвых с возможностью управления ими, наложении порчи и сглаза, а также вызов душ умерших естественной смертью. Интересно, что он делает с этими душами?

— Тебе лучше этого не знать, — заверил меня Дэниел, не отрывая взора от дороги.

— Опять начинаешь? — взъелась я.

— Всего лишь умерил твое любопытство.

— А я тебя просила? Может, это был риторический вопрос? — не отставала я. Похоже чтение моих мыслей входит у него в привычку, которую я могу уже сейчас отнести в разряд нежелательных для меня.

— Все, молчу, молчу. Читай дальше, — с улыбкой сказал он и, услышав не очень лестные слова в свой адрес, добавил: — И не ворчи как старая старуха.

— Больно надо, — сказала я и снова углубилась в изучение списка.

Дальше шел адрес — Веллингтон Авеню, 34. Насколько я знаю, этот дом находится почти на окраине города рядом с Тринити парком. Один раз я была в том районе — заезжала к Эмили Уотсон — коллеге по работе. Помню, она тогда познакомила меня со своим маленьким сыном — Итоном. Немного позже у него начали проявляться магические способности, и Эмили была страшно рада, узнав, что сын пойдет по ее стопам. Но, позже выяснилось, что магия, которой был наделен ее ребенок, имела не ангельский характер — ему суждено было стать демоном. Ее горю не было предела. Когда выяснилась правда, Эмили пыталась покончить с собой, но неудачно. Больше я о ней ничего не слышала, поскольку она уехала из этого города. Жива ли она еще, и что с ее сыном, я не знаю.

Я перешла к третьему пункту списка — тоже некроманту, но уже высшей руки по имени Зейн. Этот, согласно предложенной Хозяином информации, обладает помимо перечисленных выше еще и умением наводить различного рода проклятия, большинство со смертельным исходом: проклятие «Черного скарабея», «Язвенной плоти» и многие другие. Впечатляет, но этот род занятий не очень-то подходит тому, кто собирается покончить с миром. Я думаю, что этому демону проще было наслать какое-нибудь проклятие на все человечество, нежели выполнять все условия, предписанные в легенде. Хотя, может, он любитель трудностей.

— Куда мы едем? — спросила я у водителя, обратив внимание на дорогу.

— В кафе. Нужно все обдумать, прежде чем ехать к следующему демону, — пояснил Дэниел. — Кроме того, пора перекусить.

— Да, главное сейчас — это еда. Раз уж скоро конец света, так хоть наесться как следует надо напоследок, — с иронией прокомментировала я. — Вдруг на том свете кормить не будут.

— А вдруг? Я тебя не заставляю, не хочешь — не ешь. Нам ходячие скелеты не помешают. Вдруг, наш демон испугается и сам все расскажет.

— И не надейся, — буркнула я и проводила взглядом окрестности, на которые открывался великолепный вид из окна моего джипа. Но наслаждаться пришлось не долго — сильный порыв ветра, залетевший в машину, с яростью взлохматил мне волосы и попытался унести листы с информацией, лежащие на моих коленях. Подняв стекло, я продолжила изучать список.

Так, с Зейном все понятно. Проклятие, мертвецы, зомби и прочее. Следующий — чернокнижник, а если точнее, чернокнижница. Патриция Лайл — единственная женщина в этой великолепной пятерке. Могу поспорить, если она феминистка, то все убийства ее рук дела. Захотелось блеснуть своими силами и тем самым принизить Хозяина, показав, что может добиться абсолютно всего, несмотря на то, что она женщина. По крайней мере, других причин для этого с ее стороны, я не вижу. Стала бы я планировать конец света, если бы была способна это сделать? Скорее всего, нет, меня и так все устраивает. Я бы ограничилась парочкой несерьезных проклятий на известных мне личностей, которые, на мой взгляд, это заслужили. И не более.

Последним шел Видящий — Истор. Предсказания, изменение линий судьбы и так далее. Личный советчик Хозяина. Даю голову на отсечение, что он — именно тот, кто нам нужен. Непосредственная и постоянная связь с Хозяином, участие в принятии каждого решения могли сформировать у него завышенное представление о своих силах и вызвать вопрос «Чем я хуже?», в итоге чего он и ввязался в эту авантюру. Я решила поделиться с Дэниелом своими соображениями.

— Это Истор, — твердо сказала я, чем вызвала удивление у Дэниела. К тому времени, мы уже подъезжали к кафе «Время обеда». Я много раз была в этом кафе и поэтому мне не пришлось читать название для того, чтобы определить, куда мы приехали. Возможно, именно из-за его непримечательного названия, посетителей здесь всегда было мало, чем, собственно, оно мне и нравилось. Мало того, что готовят здесь просто великолепно, так еще можно посидеть в одиночестве и поразмышлять. Благо тем для этого у меня всегда было предостаточно: интересная работа, лучшие друзья, несостоявшаяся личная жизнь и нелицеприятное будущее.

— Думаешь это он?

— Из всей пятерки только у него есть веские причины.

— Думаешь, ему надоело быть в услужении у Хозяина, и он сам захотел встать у власти?

Я усердно закивала головой:

— Да, именно так. Чем не повод?

Дэниел задумался, монотонно постукивая пальцами по рулю.

— Возможно и такое, но других мы не можем просто так вычеркнуть из списка. Может, существуют причины, о которых мы пока не знаем, — наконец сказал он.

— Может, ты и прав. Только давай проверим сначала его, а уж потом всех остальных, — попросила я его.

— Я знал, что ты так решишь, — улыбнулся он и вздохнул: — Что ж, к Истору, так к Истору.

23

Официантка в белом переднике, если его можно было назвать таковым, учитывая застиранный вид и не поддающиеся выводу жирные пятна, поставила перед нами прозрачный кувшинчик с салфетками и, положив одно меню на двоих, ушла. Я искренне жалела хозяйку этого заведения — даму в возрасте, которая, несмотря на небольшое количество посетителей и незначительный доход, продолжает свое дело, изо всех сил стараясь угодить тем, кто заглянул сюда. Одной из заслуг является то, что относительно низкие цены никак не отражаются на предлагаемой еде, которая всегда на высоте. Из всех блюд, предлагаемых здесь, половину готовит сама хозяйка. В основном, это разнообразная выпечка, от запаха и вида которой уже текут слюнки.

Стараясь хоть чем-то помочь этому кафе, я постоянно скидываю небольшую сумму денег в специально отведенный для этого ящичек, расположенный рядом с входом.

Последний раз я была здесь месяца два назад. С тех пор занавески на окнах обновились — вместо однотонных синих поток солнечного света начали перегораживать бледно сиреневые, на которых распускались пышные бутоны ярко красных роз. Может, кому-то они покажутся слишком вычурными, но мне нравится. Они, как и все остальное в этом заведении, излучают природную доброту и энергичность владелицы. Поэтому здесь я чувствую себя уютнее, нежели дома.

Дэниел протянул мне меню, но я отказалась, покачав головой. За несколько лет посещений этого кафе я выучила его меню наизусть. Я подозвала официантку, протиравшую соседний столик, и сделала заказ:

— Будьте добры, порцию яблочного пирога, черничные оладьи и апельсиновый сок.

Официантка, видимо новенькая, поскольку я вижу ее здесь первый раз, аккуратно все записала и обратилась к Дэниелу:

— А вы, мистер, что будете?

Дэниел посмотрел на мое счастливое лицо и заказал то же самое, что и я, включив еще салат.

— Тебе здесь нравится? — спросил он, когда официантка пошла за нашим заказом.

— Угадал. Это мое любимое кафе. Я часто сюда прихожу, — сказала я. — Ты ведь это знал?

Дэниел не ожидал, что я так быстро его разоблачу, и поэтому не знал, что ответить. Он опять копошился в моих мыслях. Но на удивление это не вызвало у меня раздражения. Может, начинаю привыкать, а может, атмосфера, царящая здесь, действует на меня подобным образом, оставляя лишь положительные эмоции. Так или иначе, возник лишь один вопрос: «Почему я не почувствовала вторжения в свой разум, раз обладаю такой же силой, как и сам Дэниел?». Но спрашивать это у Дэниела сейчас мне не хотелось. Единственное мое желание на данный момент — это насладиться великолепно приготовленным обедом.

На принесенное мне блюдо я, позабыв все правила приличия, накинулась как бык на тореадора. Только целью моей было съесть свою жертву, а не покалечить. Дэниел сначала с усмешкой смотрел за процессом поглощения, но, распробовав, решил не отставать от меня. Когда на моей тарелке остались лишь крошки от некогда бывавших на ней оладий, я решила, что теперь можно и поговорить. Поскольку посетителей здесь было не так уж и много — два человека, и кроме того они сидели на противоположной стороне, говорить можно было открыто, не боясь, что нас подслушают.

— Значит, едем на Мэннинг Авеню, — подытожила я, прочитав адрес Истора. Я была удивлена тем, что демоны, как и все остальные нелюди, живут среди простых людей в обыкновенных домах. Почему-то до этого момента я всегда считала, что их место обитания расположено где-нибудь под землей. Глупо, конечно, было иметь такую точку зрения, но радует лишь то, что не у меня одной возникало это ошибочное суждение.

Дэниел молча кивнул, доедая яблочный пирог. Закончив с ним, он заговорил на неприятную мне тему — моей прошлой и сегодняшней жизни.

— Расскажи что-нибудь о себе, — мягко попросил он.

Я усмехнулась, вспомнив, сколько раз я совершала подобные попытки, пытаясь разузнать хоть что-то о нем, и чем они заканчивались. Видя, что мы закончили с обедом, официантка, спросив, не будем ли мы еще что-нибудь заказывать и, получив отрицательный ответ, быстро убрала пустые тарелки. Тогда я продолжила начатый разговор.

— Хорошо, только с одним условием.

— Каким? — поинтересовался Дэниел.

— Ты тоже расскажешь о себе.

Он лукаво улыбнулся, и ответил:

— Идет.

— Вопросы задаем по очереди. Согласен? — спросила я. Так «мистер Икс» уже точно не отвертится.

Он махнул головой, соглашаясь со мной. Откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди (по-моему, это его любимая поза), он задал первый вопрос.

— Когда проявились твои первые способности?

— Лет в пять. Именно тогда меня и сдали в интернат. Но узнала я о них лет в десять, когда, разозлившись, чуть не взорвала всю школу. Пришлось накладывать на меня сдерживающее заклинание и брать с меня соответствующую клятву, — повествовала я.

Сейчас я могу уже спокойно разговаривать на эту тему. Прав тот, кто говорит, что душевные травмы заживают очень долго, но на мое счастье я уже «здорова». Года два назад разговор на подобную тему вызвал бы у меня бурю эмоций, причем самого разнообразного характера. А сейчас нет. Все в прошлом, хотя времени прошло не так уж и много.

— Похоже, ты была еще тем сорванцом, — усмехнулся Дэниел.

— Нет, неправда. Подобные случаи происходили очень редко, — запротестовала я. — А ты каким был в детстве?

Его лицо вдруг стало задумчивым. Он наигранно усердно вспоминал те времена, как будто они происходили очень давно и участки памяти, отвечающие за эти воспоминания, сильно затерлись. Несмотря на старательно пролегшую морщинку посередине лба, глаза его искрились весельем. Я не вытерпев, вытянулась над столом и слегка толкнула его в плечо:

— Ты ненамного старше меня, а, следовательно, старческий маразм тебе еще не грозит.

Он обиженно надул губы как маленький ребенок и меня одолел неудержимый смех от его вида. Я расхохоталась, причем так громко, что даже сидевшие в относительной близости от нас посетители обернулись и косо посмотрели на наш столик, а в частности на меня. Но остановиться я уже не могла. Причем я с грустью отметила, что это был не просто беззаботный смех, а прорыв тех эмоций, что копились у меня на душе последние несколько дней. Именно на это Дэниел и рассчитывал, за что я ему и благодарна. Лучше так, чем разреветься или кого-нибудь поджарить (хотя, я надеюсь, тот случай с демоном был единичным и больше не повторится). Когда, наконец, я успокоилась и салфеткой промокнула выступившие слезы, Дэниел ответил на мой вопрос:

— Я был довольно спокойным ребенком. Поскольку я был единственным ребенком в семье, то родители уделяли мне все свое внимание и оберегали, как будто я был хрустальным. По выходным мы выезжали на пикник или ездили на рыбалку. В общем, подвигов, какими богато твое детство, я не совершал, о чем очень жалею.

— Ты шутишь?

— Отчего же. Нет. Вполне серьезно. Думаешь, хорошо жить лишь в своем благополучном кругу, где все тебя любят и оберегают от всяческих опасностей?

— Именно о таком детстве я и мечтала, — вздохнула я.

— Ты серьезно? — спросил он, и после моего кивка головой, подытожил: — Мы мечтаем о жизни, которой живут другие, не зная, что другие мечтают о такой жизни, как у нас.

— Верно, — согласилась я. — Расскажи мне о своей матери.

— Она была очень хорошим человеком, врачом. И всю жизнь помогала людям. Была готова примчаться по первому зову в любую непогоду, будь то ливень или смерч.

Я чувствовала волнующую доброту и очарование, сквозящее в его словах при воспоминаниях о матери. Я постаралась вспомнить что-нибудь подобное о своей, но не смогла. Может, это связано с тем, что когда я лишилась ее, мне было только шесть, либо с тем, что эти воспоминания были нежелательными и стерлись из моей памяти. Зато в моей голове засело воспоминание о матери Дэниела, выхваченное из его памяти. Вот, счастливая семья.

— Что случилось с твоими родителями? — тихо спросила я, боясь задеть его этим вопросом. Но он держался молодцом. Представляю, скольких трудов это ему стоило, ведь он лишился их не так давно.

— Автокатастрофа. Они ехали из отпуска, когда их подрезал лесовоз. Они погибли на месте.

— Прости, — я сжала его руку в своих и все-таки пожалела, что задала этот вопрос.

— Ничего.

Хотя он и не выглядел расстроенным, по крайней мере, не подавал виду, мне стало жаль его. Бывали времена, когда я скучала по своей матери, и тогда мне было очень плохо, хотя она не шла ни в одно сравнение с матерью Дэниела. А каково тогда ему?

— Знаешь, что, — сказала я, решившись, — если что-нибудь еще захочешь обо мне узнать — прибегай к своему любимому способу узнавания информации — чтению мыслей. Я открою одну из заслонок специально для тебя, хотя они, похоже, особую проблему тебе и не составляют.

Его глаза округлились, и я опять чуть не рассмеялась от его глупого выражения лица. Это уж точно сыграть никак нельзя. Он был поражен моей щедростью и лишь удивленно хлопал глазами.

Я посмотрела на часы и начала доставать кошелек. Дэниел тут же запротестовал.

— Плачу я. Ты и так уже сильно расщедрилась.

— Так и быть. Но чаевые все равно за мной.

Пока Дэниел расплачивался, я выложила на стол приличные чаевые, и, достав сотню долларов, направилась к двери. Ящик с пожертвованиями для этого кафе в тон царящей здесь обстановке, а в особенности, новым шторам, был обшит бледно сиреневым бархатом с золотой вышивкой. Дэниел, увидев, что я скинула туда деньги, последовал моему примеру. Такие вот мы ангелы. Помогаем всем по мере своих сил и возможностей. Зовите и мы придем. Жаль только нам помощи ждать не от кого…

24

Несмотря на то, что это был привилегированный район города, дом, стоящий перед нами, выглядел нежилым и сильно запущенным. Три окна, расположенные на лицевой стороне, были завешаны плотными темными шторами, через которые свет даже при желании проникнуть бы не смог. Обкрошенная черепица на крыше свидетельствовала о том, что владелец этого дома не уделяет его внешнему виду никакого внимания. Трава на газоне не стриглась несколько лет, а о плюще, обвившем почти весь дом, я вообще промолчу.

Скажу лишь, что я изменила свое мнение по поводу места жительства демонов. Теперь я могу с полной уверенностью утверждать, что жуткий и устрашающий вид можно придать любому жилищу, независимо от того, под землей оно расположено или же в приличном районе.

Вот только не сказала бы, что здесь живет Видящий, предсказатель, советник Хозяина. Парочка кровожадных вампиров — я еще соглашусь, очень похоже на их логово, полностью лишенное поступаемого извне света. Может, мы ошиблись?

— Нет, адрес тот, — ответил Дэниел на незаданный мною вопрос.

Я спокойно отреагировала на это, поскольку сама дала ему допуск до моих мыслей, а лишать его этого сразу как-то неудобно. Кроме того, я увидела одно достоинство такого общения — экономия времени. Если бы мои навыки были так же развиты, возможно, мы бы полностью перешли на телепатическое общение. А так оно получается односторонним. Но ничего, я еще научусь. Главное — время.

— Пойдем на штурм? — спросила я, улыбнувшись, хотя радоваться было нечему. Мы еще не видели владельца этого дома, а уже тем более не знаем его намерений. Кому понравиться, когда к тебе нагрянет бригада ангелов, не известно с какой целью.

Мы с Дэниелом, нога в ногу, вышагивали к дверям этого двухэтажного особняка. Я почувствовала себя секретным агентом, не хватает только черных очков для полного счастья.

Я немного разочаровалась, увидев звонок на входной двери, вместо ожидаемого кольца, какие раньше использовались в замках. Но надежда не потеряна — надеюсь, привидение, обитающее здесь, и гремящее цепями по ночам, я все-таки увижу.

Дэниел несколько раз нажал на звонок, но никаких звуков мы не услышали. Считая, что он неисправен, как и многое в этом доме, я уже хотела громко постучать по двери, когда обнаружилось, что она не заперта. Она была просто прикрыта и отошла под первым моим боевым напором.

— Пойдем? — я взглянула на Дэниела.

Он сомневался, высчитывая в уме последствия, которые могут осыпаться на наши головы, но все-таки решил и, открыв дверь, вошел первым. Я следом.

Дом выглядел так же, как и снаружи, даже хуже. Старые гобелены были местами пожжены, а там, куда огонь не дошел — порваны, причем в лохмотья. Паркет под ногами противно скрипел. Если здесь кто-нибудь есть, в чем я уже стала сомневаться, то благодаря такому полу о нашем присутствии он уже узнал. Керосиновая лампа, какую я видела только на картинках, была единственным источником света на первом этаже. Еле видное мерцание на втором этаже говорило о присутствии такой же лампы и там. Неужели и правда вампиры? Меня пробрала крупная дрожь.

— Не глупи, их не бывает, — прошептал стоящий рядом Дэниел.

— Я раньше об оборотнях так же думала, — так же тихо ответила я.

Но слова Дэниела немного успокоили меня. Не столько их смысл, сколько сам звук. Иначе бы я просто оглохла от стука своего сердца, взбесившегося в груди.

— Может, прибавишь маленько света, как тогда в лифте? — попросила я Дэниела, который направился обследовать комнату слева от входа.

Его манипуляций руками я не различила, но результат был налицо — под потолком образовалось светящееся бледно голубое пятно, представляющее собой скопление множества нитей. Красиво. Интересно, а каким элементом я могу управлять? Водой или воздухом?

Теперь можно было спокойно осмотреться. Мебели в этом доме было очень мало, а если и была, то очень старая — антиквариат. Прямо передо мной стояли большие часы с маятником, но, как и все в этом доме, они не работали. Насколько я смогла рассмотреть, обе стрелки находились на двенадцати. Ничего не скажешь, хорошее начало.

— На первом этаже никого нет, — сказал Дэниел, закончив осмотр, пока я разглядывала часы.

— Идем на второй?

Он кивнул и направился к лестнице, которая вела на второй этаж. Она была довольно узкой и перил не предусматривала, поэтому мы, смотря под ноги, осторожно начали подъем. Скрип присутствовал и здесь. К нему примешался еще один еле различимый звук — человеческий голос. Кто-то здесь был, и, скорее всего, не один. Источник звука находился в самой дальней комнате, если считать от лестницы. Дверь была открыта, и из прохода вырывался серебристый дымок, который и послужил нам ориентиром в навигации по второму этажу.

Бормотание становилось более громким, но смысл слов уловить я не могла, поскольку это были совершенно разные, друг с другом не сочетаемые, обрывки текста.

Дэниел по-прежнему шел впереди. Наконец, мы добрались до нужной комнаты. Перед нашими глазами предстала следующая картина: на полу сидит старик в позе лотоса, какую обычно используют йоги, его глаза закрыты, а губы шевелятся, произнося слова, часть из которых была на неизвестном мне языке. Руки он воздел к потолку, будто готовясь в случае чего удержать его от падения ему на голову. Одет он был не менее странно — в штаны и просторную тунику из темно синего грубого материала. Волосы и борода переливались серебром, и то, и другое доходило почти до пояса. Перед ним стояли две чаши: в одной горел огонь, а из другой, клубясь, появлялся сизый дым.

«Сейчас?» — спросила я мысленно Дэниела, надеясь, что он услышит. И я оказалась права — он посмотрел на меня и отрицательно закачал головой.

Мы ждали, но картина не изменялась. Если бы не губы, то я сказала бы, что перед нами искусно сделанная статуя пожилого человека — так неподвижно он сидел. Неизвестно сколько бы еще времени это длилось, если бы мы не решили вмешаться. Время — это именно то, чего нам явно не хватает.

Как только Дэниел переступил через порог комнаты, старик замолчал, но не открыл глаз. Я же в то время замерла в нерешительности — идти за Дэниелом или немного подождать здесь. Может я и могу одним движением руки спалить человека, но страх мне не чужд. Особенно если вокруг полно различных странностей.

— Мы пришли по поручению Хозяина, — твердо сказал Дэниел, будто старик хочет возразить ему. Но тот по-прежнему молчал. Дэниел хотел уже повторить свое «приветственное» слово, когда раздался сухой старческий голос, напоминающий скорее шелест сухих ветвей под напором ветра.

— Я не глухой и повторять мне не нужно, — сказал старик и лишь после этого опустил руки и открыл наконец-то глаза.

От его взгляда меня тут же пробрала мелкая дрожь, настолько он был колючим и хищным. Если бы меня попросили сравнить его с какой-нибудь птицей, то я выбрала бы ястреба. Уж этот точно не упустит свою добычу из цепких лап.

— Нам нужно поговорить с вами, — продолжил Дэниел.

— А она так и будет топтаться на пороге? — кивнул он в мою сторону, затем махнул рукой и добавил: — А впрочем, как хотите. Только чертей моих там не затопчите.

Я взвизгнула и преодолела расстояние между мной и Дэниелом за секунду. Лишь затем оглянулась и то, что я увидела, пробрало до костей. У самого порога была проведена ровная белая линия, разделяющая пространство этой комнаты и коридора. Но не от этого на моей голове волосы встали дыбом. Со стороны коридора что-то, вернее, кто-то, пытался пробраться к нам. Их было около пяти. Черные, размером чуть больше упитанной крысы, с длинными хвостами и острыми рогами. Они постоянно скалились, и в полумраке это было особенно заметно. Их зубы по размеру могли принадлежать скорее акуле, а по остроте — пиранье. Они периодически бились о невидимую стену, которая пролегла вдоль прочерченной белой полосы, нетерпеливо вздергивая маленькие пятачки, будто интересуясь исходившим от нас запахом. И намерения их были очевидными и отнюдь не включали приятное знакомство и обмен любезностями. Я вспомнила, что лишь мгновение назад стояла там, у порога, и даже не задумывалась об их существовании.

Черти отчаянно пищали как летучие мыши, не теряя надежды попасть внутрь комнаты и поближе познакомиться с нами.

— Это наши гости, — сурово сказал им старик. — Угомонитесь.

Их пыл слегка унялся, и белоснежные зубы перестали сверкать в царящей полутьме. Часть из них скрылась из виду, видимо найдя более интересное занятие, а оставшиеся устроились у порога с интересом наблюдая за нами и поблескивая черным жемчугом глаз.

— Спрашивайте, что хотели, — сказал Истор, собирая с пола остатки своего ритуала. Стоило ему только дотронуться до чаши с огнем, как он погас. То же самое произошло и с дымом — он растаял в доли секунды, не оставив ни следа, ни запаха. Вместе с ним исчезло и освещение, но не надолго — тут же по хлопку зажглись два светильника, стоящие ближе всего к нам. Свет, исходящий от них был очень тускл, но все же с части комнаты спал покров тьмы.

Присесть нам он не предложил, с намеком на то, что мы тут явно не желательные гости и долго не пробудем. Да впрочем, не особо-то и хотелось. Сам он уселся на широкое меховое кресло с большими резными подлокотниками, изрядно покрытое пылью и выжидающе посмотрел на нас. Но в основном на Дэниела, окинув меня лишь беглым презрительным взглядом.

— Вы знаете что-нибудь о похищении ангелов и проведении ритуалов? — начал Дэниел.

— Конечно. Это часть меня — все знать, — хмыкнул Истор, закинув ногу на ногу. Для полной картины не хватало только кубинской сигары.

— Значит, вы знаете и зачинщика? — тут же спросил Дэниел с появившейся в голосе надеждой.

Старик рассмеялся, жутко и зловеще. Его борода при этом лихорадочно затряслась. Мне захотелось кинуться отсюда и бежать без оглядки, но, кинув взгляд в сторону порога, где в ожидании сидела кучка «милых» чертенят, тут же оставила эту мысль.

— Это вы?! — озарило вдруг меня.

Смех прекратился, взгляд стал более осмысленным, но смотрел он не на меня, а на Дэниела.

— Вы как парочка слепых мышей, ищущих в темноте выход, но не понимающих, что его нет. Вы бегаете по кругу, натыкаясь друг на друга. Но выхода просто не существует — это ловушка, причем довольно искусно сделанная.

— Почему вы так говорите? — возразила я, отчасти напуганная его словами и уверенностью, сквозящей в них. Краем глаза я заметила заметное оживление за порогом. Черти, видящие перемену и недовольство своего хозяина, радостно запрыгали. Но знать, к чему это, я не хочу.

— Это реальность. Всего лишь реальность, — вздохнул Истор.

— Так вы нам скажете, кто этот демон? — не вытерпел Дэниел, которому, так же как и мне, не понравились слова демона.

— Я подневольный и подчиняюсь высшим кругам, поэтому даже при всем своем желании, не смог бы честно ответить на ваш вопрос. Я скован Черной Верностью.

— Черной Верностью? — переспросила я.

— Печатью неразглашения, — пояснил Истор.

— Но мы действуем напрямую от Хозяина, — вмешался Дэниел. — Если вы знаете предателя — назовите его имя.

Старик измученно улыбнулся, наши вопросы, которые он считал довольно глупыми, начали надоедать ему.

— Юноша, вы знаете, что такое Печать неразглашения?

— Смутно.

— Тогда я поясню вам. Тот, на кого она будет возложена, не сможет и слова сказать о сокрытой тайне. Ни произнести. Ни сказать. Ни подумать, чтобы это стало доступно другим. Это очень сильное заклятие и слому не поддается.

— Хотя бы намекните, — не теряла надежду я. Неприятно ощущать, когда правда находится у тебя перед носом, но ты не можешь даже дотронуться до нее.

— Все, что я могу сделать, это предупредить. Оно близко и скоро коснется одного из вас. Будьте осторожны, и возможно этого не произойдет, — сказал он, поднимаясь из кресла. — Ответ на все вопросы у вас перед глазами. Нужно лишь получше присмотреться и увидеть его. А теперь вам пора.

Он принялся расставлять свои чаши, готовясь продолжить то, на чем мы его прервали своим появлением.

— Мы будем вынуждены доложить Хозяину о нашем разговоре, — сказал Дэниел.

— Делайте, что считаете разумным, но не забывайте мои слова. Ответ перед вами.

— Где можно найти этого демона? — напоследок спросила я, надеясь выудить из старика хоть какую-то информацию.

— Не могу сказать. Я и так слишком много сообщил вам. Вам пора, — повторил демон, принимая нужное положение и поднимая руки вверх ладонями. Чаши снова заработали, полыхая огнем и распространяя сизый дым.

Мы с Дэниелом направились к выходу, но, подойдя к порогу, я отпрянула и чуть не наступила на ногу шедшему за мной Дэниелу.

— Они вас не тронут, — сказал старик.

Черти тут же сникли и опустили мордочки, при этом недовольно виляя хвостами. Они отступили от двери, давая возможность нам пройти. Я быстро прошмыгнула в дверной проем, переступив через белую черту, и зашагала к лестнице, желая побыстрее выбраться из этого странного жилища. Дэниел не отставал. Мы молча спустились, обдумывая разговор, который нисколько не прояснил ситуацию, лишь напустил в нее еще больше мрака. Голубоватое пятно под потолком на первом этаже еще не потеряло магические свойства и продолжало освещать пространство вокруг себя.

Скрипя паркетом, я уже подошла к выходу, когда почувствовала, что кто-то впился мне в левую ногу. Я быстро обернулась и встретилась глазами с чертенком.

— Отцепи его, — завопила я, обращаясь к Дэниелу. Он тут же нагнулся и через мгновение в его руках, извиваясь и пытаясь вырваться, барахтался черт. Он пищал, пробовал извернуться и цапнуть за руку Дэниела.

Я поспешила выйти из этого дома и как можно скорее. Будучи уже за пределами его досягаемости я обернулась. Дэниел держа чертенка на вытянутых руках, так же подошел к двери, и лишь после этого бросил его в темноту дома, тут же закрыв дверь.

— Сильно укусил? — заботливо спросил Дэниел, когда мы отошли на порядочное расстояние от этого мрачного дома. Нога противно ныла, от чего еще не увидев раны, я могла судить о том, что следы остались и пройдут не сразу.

— Нужно обработать, — изрек он, после того, как я задрала джинсы на левой ноге и он внимательно осмотрел рану.

Сама я это видеть не хотела, но любопытство все-таки одолело. На коже цвета легкого загара ярко выделялись отпечатки зубов, окрасившиеся кровью, и похожие на красочное тату. Оказалось не так страшно, как я думала.

Пока мы разговаривали с Истором, погода на улице испортилась и начал крапать мелкий дождь. Небо затянуло тучами, а ветер заметно усилился.

— Знаешь, что я подумала? — просила я Дэниела, садясь за руль.

Дэниел застегнул ремень, проверил мой и вопросительно посмотрел на меня.

— Что, если никто из этих пяти демонов не имеет к происходящему никакого отношения?

— Это маловероятно. Во-первых, Хозяин выделил этих личностей, как имеющих реальные шансы занять трон. А во-вторых, это все, что у нас имеется.

— Насчет первого, как раз, у меня и возникли сомнения. Шандр не очень-то похож на демона, имеющего большую силу и требующего власти. А его вид вообще оставляет желать лучшего.

— Меня это тоже смущает, но может его внешний вид прямо противоположен его возможностям.

— Возможно, — согласилась я. — А что скажешь насчет слов Истора?

— Он сказал правду о том, что не может нам помочь. Я ощутил на нем действие Печати.

— Каким образом? — удивилась я.

— Трудно объяснить словами. Я просто ощутил удерживающую силу, исходящую от него. Он под заклятием.

— «Ответ перед вами». Что он этим хотел сказать?

— Искать нужно среди того, что у нас имеется.

— Но у нас ничего нет, — возразила я. И куда пропал весь мой оптимизм?

— Среди тех, кого мы знаем. Среди того, что мы знаем, — задумчиво ответил Дэниел.

— То же мне, философ, — буркнула я.

— Что ты сказала? — очнулся он.

— Ничего. Так что мы имеем?

— В легенде больше никаких деталей не оговаривалось?

Я начала вспоминать и пересказала Дэниелу все, что всплыло в моей памяти. Когда я закончила, он покачал головой.

— Ничего нового.

— Вот и я о том же, — вздохнула я.

— А что ты предлагаешь? Других зацепок и подозреваемых у нас нет. Времени на их поиск тоже нет.

— Значит, будем следовать нашему плану и для начала закончим проверку пяти демонов. Двоих уже можно вычеркнуть из списка. Остается еще трое.

— Да, — согласился Дэниел и с досадой добавил: — Если бы не эта Печать, мы бы уже знали имя нашего демона.

— Слишком уж короткий у нас получился разговор с этим Видящим. Я надеялась, он оправдает свое название и прольет хоть толику света на это темное дело.

— Я тоже на это надеялся, но, очевидно, фортуна не на нашей стороне.

В душе я согласилась с ним. Неудачи одна за другой преследуют нас. Спросите, кому же она тогда благоволит? Отвечу: тому, кто выкрадывает и убивает небесных посланников, сеет зло на такой податливой почве, как человеческое племя и стремится к мировой власти. Неужели все силы мира хотят того же? Вероятно, да. За многие тысячелетия жизни на Земле люди пользовались ее дарами, сначала во благо и себе, и природе, а затем только себе. На протяжении этого времени совершенствовались условия жизни людей. Теперь всем этим заправляют продвинутые технологии, которые наносят природе неисправимый вред. Человечество из гостей превратилось в собственников. Не пойму только одного. Если они так всем надоели, зачем же было тогда внедрять нас в их ряды. Нас, призванных защищать этих вредителей. Зачем? А теперь мы на грани мировой катастрофы и надежда на ее избежание немыслимо мала.

— С нами что-нибудь случится? — без эмоций спросила я.

— К чему этот вопрос? — всполошился Дэниел, оторвав взгляд от созерцания близлежащих домов, принадлежащих небедной прослойке общества. Добавлю, что примерно треть из них составляют мои коллеги. Не все же такие как я. Для кого-то роскошь является неотъемлемой частью жизни.

«Только паники нам еще не хватало» — подумал Дэниел. Эта мысль появилась в моей голове внезапно, причем я для ее получения не приложила никаких усилий. Надо же, совершенствуюсь.

— Я не паникую, — так же спокойно пояснила я. — Просто интересно, кого из нас коснется эта легенда.

— А с чего ты взяла, что это произойдет?

— Помнишь, так сказал Истор.

— Еще он сказал, что этого можно будет и избежать. Главное, быть осторожными.

— А чего остерегаться? Ни один демон не напал на нас за все это время.

— А возле клуба? — напомнил Дэниел.

— Единичный случай. Тем более мы не знаем, имел ли он хоть какое-то отношение к этому делу или был просто любителем.

— Поэтому и нужно остерегаться. Будем держаться вместе и ничего ни с одним из нас не случится, — ответил Дэниел и, смахнув со лба каштановый завиток, продолжил изучать улицы, по которым я прокладывала наш путь.

— Надеюсь, — вздохнула я, моля удачу передумать и вернуться к нам. Именно ее нам сейчас так не хватает. Немного удачи, сил и времени. Я вдавила педаль газа до упора, чем вызвала удивление у Дэниела. Шанс у нас в руках и я не позволю себе упустить его.

25

После довольно продолжительных споров, в результате которых, как и обычно, победил Дэниел, следующим на очереди проверки оказался некромант высшей руки — Зейн. Пока мы добирались до места его проживания, так мило указанное Темным Повелителем, Дэниел посвятил меня в таинства жизни некромантов. Я в очередной раз удивилась тому, как много он знает, по сравнению со мной, хотя разница в возрасте между нами небольшая. За эти несколько дней, что я его знаю, у меня создавалось впечатление, что душа в нем — это душа старца. Конечно, он не шел в сравнение с Отероном, как ярким представителем мудрости, но превышал мой умственный потенциал в несколько раз.

Он рассказал мне о различного рода проклятиях, применяемых демонами, а в частности, некромантами, а также о том, какие последствия они несут как для объекта, так и для субъекта влияния. Самое меньшее и наиболее благоприятное из них — это смерть, быстрая и легкая. Так, по крайней мере, решила я, услышав от Дэниела подробности. Таких ужасов я еще не слышала никогда. Увечья, струпья, язвы, гниение плоти и тому подобное. Одним словом — кошмар.

Когда мы нашли нужный дом, стало уже темнеть. Целый день поездок по городу меня утомил, но выбирать не приходилось. Либо сейчас, либо никогда. Согласно нашему «графику» если сегодня мы проверим Зейна, то на завтра останутся Патриция и Гард. Закончив с их проверкой к полудню, я надеюсь, у нас останется время еще на дополнительные поиски, если эти ни к чему не приведут. А отдохнуть на том свете успеем…

Со стороны дом как дом. Ухоженный зеленый газончик, парочка пушистых кустарников, затемненные пластиковые окна, синяя черепица на крыше. В общем, ничего необычного.

На звонок нажал Дэниел. Несмотря на разлившийся по всему дому звук, открывать нам дверь никто не торопился. Подождав минут пять, мы направились осматривать дом с внешней стороны. Я зашла с правой, а Дэниел — с левой стороны. Мои поиски не принесли успеха — стекла были настолько затонированы, что разглядеть через них, что творится в доме, оказалось невозможным.

Дэниелу повезло больше — он обнаружил подвал, дверь которого была не заперта. Он изложил мне план действий.

— Ты с ума сошел? — ужаснулась я. — Лезть без спроса в чужой дом?! Да еще дом некроманта?!

После того, что он мне рассказал о некромантах и их силе, мысль забраться в дом одного из них, показалась мне бредовой. Только проклятий на мою голову еще не хватало.

— Я так решил. Ты останешься здесь и будешь наблюдать за обстановкой снаружи. Если что, сразу предупредишь меня.

— Нет, — я замотала головой. — Ни ты, ни я не полезем туда. Это самоубийство. А что если у него там, — я махнула головой в сторону открытой в жесте приглашения дверцы — полчища мертвецов? Ты хочешь стать одним из них?

— Похоже, я переусердствовал, — сказал Дэниел вслух.

— Ты о чем? — не поняла я.

— Не стоило в таких красках рассказывать тебе о некромантах. Старания насторожить тебя привели к таким последствиям, — вздохнул он.

— Значит, ты все-таки думаешь, что нам что-то грозит?

Он еще раз вздохнул. На этот раз протяжнее и горестнее.

— Я уже не знаю что думать. Но предосторожность не помешает.

Дэниел приоткрыл вторую половинку дверцы, ведущей в подвал, и сообщил со стальной ноткой в голове, которой от него я еще не слышала.

— Уезжай домой. Если до полуночи я не появлюсь — позвонишь мистеру Катчеру и все ему расскажешь. Во всех подробностях. Поняла?

Лучше бы он со мной так не разговаривал. Этими словами он заставил чувствовать себя отборной трусихой. Если он надеялся, что я тут же повернусь и последую его инструкциям, то он глубоко ошибался. Пусть мне и было страшно, но выставлять это на показ я не собираюсь. Если он может, значит, смогу и я.

— Нет. Никуда я не поеду, — отрезала я.

— Не надо героизма, Диана. Я не хочу рисковать тобой.

— Я уже не ребенок, и могу сама позаботиться о себе, — я подошла к подвалу и, на миг закрыв глаза от нахлынувшего страха, вступила в темную прохладу этого склепа.

Проход был очень низким, поэтому с моим высоким ростом спускаться оказалось трудно. Благо ступеней здесь было не так много.

Здесь было, как и полагается, холодно и темно, но проблему со светом Дэниел решил быстро своим коронным способом. У меня будто камень с души упал, когда я огляделась и не увидела того, что так бурно рисовало мое воображение: полуистлевшие скелеты с гниющими кусками плоти, монстрообразные зомби и прочее. Но если их нет здесь, это еще не говорит о том, что их нет в других комнатах.

Подвал был почти пуст. Лишь старенькое кресло-качалка и стеллаж со старыми книгами в потрепанных обложках — романы, детективы, детские сказки. У меня возникло ощущение, что здесь живут обыкновенные люди. Никаких тебе книг о мертвецах, зомби и культах Вуду. Лишь одно меня удивило — большое количество бутылок одинаковой формы, но различного цвета. Часть из них была закупорена резиновыми пробками. Я взяла одну из них чтобы рассмотреть поближе. Стекло было бледно голубого цвета, с какой-то надписью, выведенной аккуратными печатными буквами. Язык, на котором она была написана, не был мне знаком, поэтому останавливаться на значении я не стала. Содержание бутылки оказалось довольно интересным. Внутри нее находилась некая черная субстанция, похожая на дым, пойманный в бутылку. Он клубился в ней, принимая различные формы. Интересно, а в незамкнутом пространстве, он рассеется или будет также плавать в виде сгустка? Любопытство победило здравый смысл, и я попыталась вытащить пробку, но, оказалось, моих сил было недостаточно — бутылка была закупорена на совесть. Я уже хотела попросить помощи у Дэниела, когда пробка поддалась и слегка продвинулась в направлении от горлышка. Субстанция внутри замерла. У меня возникло сомнение насчет того, правильно ли я поступаю, но руки уже не слушались разума и продвигали пробку все дальше. Горлышко было длинным и узким, поэтому пришлось попотеть. Когда я уже почти достигла цели и пробка вот-вот должна была выйти, Дэниел выхватил ее у меня из рук.

— Ты что делаешь?! Ты хоть знаешь, что это?! — закричал он, но не так громко, как того требовала ситуация.

Я будто очнулась от гипноза.

— Это — души, — продолжал он. — Ты не представляешь, что было бы, выпусти ты эту тварь на свободу.

— Души? — удивилась я. — Но, зачем держать их в бутылках?

— Ты это не у меня спроси, а у того, кто их замуровал в этих сосудах. Ты только что чуть не выпустила на волю душу Черного Атмака, — пояснил Дэниел, показав на надпись на бутылке.

— А кто это?

— В прошлой жизни — это серийные убийцы, маньяки, на счету которых десятки человек. Даже после смерти они опасны, а точнее их души. Добыть их очень сложно, но если ты — профессионал в этом деле, то это не составит труда.

— А зачем же он тогда ее держит? — не поняла я.

— Он — демон, Диана. Ты не забыла? Я удивляюсь только, зачем он держит ее здесь? Такую вещь надо хранить в сейфе за стальной дверцей, где никто до нее не сможет добраться.

Он поплотнее закупорил бутылку, ввинтив пробку как можно глубже, и поставил ее на место. Затем рассмотрел этикетки на других сосудах.

— Все остальные — души простых людей. Видимо, эта попала сюда случайно.

— А на каком языке так написано? — поинтересовалась я, отвлекаясь от того, что только что не повстречалась лицом к лицу с душой маньяка.

— На алтрейском, — ответил Дэниел. — Это устаревший язык и сейчас на нем никто не говорит, но не так давно он входил в обязательную программу изучения в школах для ангелов. По крайней мере, я успел попасть в этот поток.

— Ты их так и оставишь тут?

— А что ты предлагаешь? Взять их с собой? — удивился он, ставя розовую бутылку к стене, — Мы не можем взять их, как и оставаться с ними надолго. Все они довольно разумны и могут подчинить разум любого, будь на то желание, силы и время.

— Да, кажется, именно это со мной и произошло, — задумалась я. — Я не могу объяснить, почему мне вдруг захотелось ее открыть. Здесь было не только любопытство.

Дэниел согласился со мной, а также разделил желание убраться из этого подвала. Но не туда, куда хотелось мне, а в неизведанные глубины некромантовского дома.

Петли двери, ведущей в дом, были хорошо смазаны и, поэтому, она не заскрипела при открытии. Мы оказались в начале просторного коридора, разветвляющегося в конце на три комнаты — две слева и одна справа. Та, что справа, оказалась кухней. Стандартной и ничем не примечательной — кухонный гарнитур в серых тонах, такого же цвета холодильник, обеденный стол и стулья. Заглянув в холодильник, я нашла некое сходство со своим — продуктов почти не было, лишь несколько замороженных полуфабрикатов. Да еще пиво в стеклянных бутылках. Сначала мне показалось, что это опять души, но данная субстанция не была наделена разумом, а, наоборот, была призвана мутить его. Пока я разглядывала «изобилие» продуктов, Дэниел осматривал ящички. Но найти ничего полезного для дела не удалось.

Следующая комната была гостиной. По размерам она была небольшой, поэтому ее исследование мы закончили довольно быстро. И опять никаких зацепок.

Зато в третьей комнате нас ждал сюрприз. Сюрприз, от которого я была готова упасть в обморок, и от которого волосы на голове встали дыбом. Перед нами лежал труп.

Хотя то, что предстало нашим глазам, трупом назвать можно с большим трудом. Скорее, бесформенная масса. Преодолев подступившую к горлу тошноту, я все-таки осмелилась посмотреть на то, что осталось от некогда бывшего демона. Если уж начала играть крутую девчонку, то надо продолжать.

Он лежал ровно посередине комнаты в начерченной на полу пентаграмме. В каждом из ее углов стояло по зажженной свече, часть из которых уже догорела. Видимо, все это произошло не так давно, максимум — полчаса назад. Этим можно объяснить и отсутствие характерного запаха. Руки и ноги были раскинуты в стороны, будто он бился в конвульсиях. О возрасте и внешности оказалось трудно судить по тому, что от него осталось, тем более, что лежал он лицом вниз.

Вокруг трупа был ореол слизи в вперемешку с гноем, сочившемся из большого количества ран на теле демона. Вся его одежда была пропитана этим «раствором». На руках зияли черные отверстия, будто его кто-то прогрыз изнутри.

— Думаешь, это наш некромант? — тихо спросила я, хотя теперь необходимости в соблюдении тишины не было.

Дэниел не ответил, он подошел поближе к телу и, взяв одну из свечей, посветил на его правую руку. Что я могла выдержать в полутьме, при свете оказалось еще ужаснее. Чтобы не расстаться с вкусным обедом, я отвернулась.

— Это он. Наш некромант.

— Откуда ты узнал? — поинтересовалась я, заметив, что Дэниел отвел от трупа свечу.

— На его правой руке татуировка в виде черепа и две горизонтальные полосы в виде змей. Это означает, что он Мастер Высшей руки.

— Его убили?

— Скорее всего, он сам себя убил.

— Как это, сам? — не поняла я. На самоубийство вроде бы не похоже.

— Помнишь, я рассказывал тебе об обратном действии проклятий?

— Да.

Я начала припоминать. Дэниел говорил, что проклятие может возвратиться к своему хозяину в десятикратном размере, если сила того, на кого оно будет наложено, окажется больше силы некроманта. Видимо, именно это здесь и произошло.

— И что за проклятие смогло превратить его в это? — ужаснулась я.

— Не знаю. В этой части некромантоведения я не особо силен.

Он прошелся по краям пентаграммы, но ничего нового не найдя, вернулся к телу. Затем он присел и осмотрел другую руку Зейна. По его преобразившемуся лицу, я поняла, что он что-то обнаружил.

— А вот и оно, — радостно сказал он, хотя причин радоваться я не видела. Стараясь не обращать внимания на труп, я подошла поближе к Дэниелу и посмотрела на находку. Это была небольшая кукла из белой материи с нарисованными зелеными глазами и приклеенным к голове клочком черных волос. К ее телу черными нитками был пришит кусок голубой ткани с выведенными черной пастой буквами.

— Посвети, — попросил Дэниел, вертя куклу в руках. Упрашивать меня не пришлось — самой было интересно узнать, что там за послание.

Почерк я узнала сразу — тот же, что и на сосудах в подвале. И на этот раз надпись была на алтрейском.

— Что здесь написано?

Я не видела, какие изменения произошли с лицом Дэниела, но я увидела то, как дрогнула его рука.

— Что такое? — испугалась я. — Что там написано?

— Имя, — еле слышно прошептал он.

— Чье имя? — не отставала я.

Он несколько секунд молчал, восстанавливая самообладание, и лишь затем ответил.

— Джудит Ленгдон.

Вот этого я явно не ожидала.

— Джудит? Но зачем? Ее ведь уже убили?

— Не знаю, и знать не хочу. Может быть, именно поэтому проклятие и вернулось к своему хозяину.

— Какой ужас! — я не могла поверить в то, что на месте этого мертвого демона могла быть Джудит. Конечно, ей итак пришлось несладко, но она хоть не мучилась перед смертью. Зачем было насылать на Джудит проклятие. Может, этот тип имел личный мотив на совершение такой гадости. Не знаю. Надо расспросить ее друзей и проверить архив. Может, что-нибудь и отроем.

— Значит, и это не тот, кого мы ищем? — вздохнула я.

Дэниел все еще смотрел на куклу, теперь уже задумчиво. Мой вопрос отвлек его от этого занятия.

— Да. Это не он. Хотя, он мог быть помощником в этом деле.

— А я так не думаю, — возразила я, приобретая способность рассуждать разумно. — Раз он насылал проклятие на Джудит, следовательно, не знал, что ее уже нет в живых.

— Да, точно, — рассеянно ответил он, что не укрылось от моего бдительного взгляда.

— Что-то не так? — спросила я, тронув его плечо. Он вздрогнул.

— Нет. Все в порядке. Просто так много непонятного.

— Да, мне тоже неуютно здесь.

Он засунул куклу в карман, погасил свечи и, взяв меня за руку повыше локтя, повел к выходу.

— Мы его здесь так и оставим?

— Да. Ничего трогать не будем. Мало ли что. Я сообщу потом об этом шефу.

Мы поспешно выбрались из подвала, где меня поторапливал Дэниел, и поэтому я не успела попрощаться с заключенными в сосуды душами. Интересно, что теперь с ними будет? Перейдут ли они к новому хозяину или освободятся? Видимо, мы много времени проторчали в этом доме, хотя мне казалось, что прошло не больше получаса, но темнота на улице свидетельствовала об обратном. Теперь мне самой уже захотелось поскорее уехать отсюда. Мы сели в машину и, выжимая до конца педаль газа, поехали домой.

26

Домой мы приехали к девяти часам. Только когда мы подошли к подъезду я поняла, как сильно устала, как физически, так и психологически. День у меня выдался столь же насыщенный, что и вчера, и опять не обошлось без трупа. Пусть к смерти этого демона я и не имела никакого отношения, но на душе все равно было гадко. Надеюсь, во сне он мне не приснится, а то не хватало еще проснуться и обнаружить рядом с собой изъеденное тело мертвого демона. С моими реалистическими снами не знаешь наверняка, проснешься ли ты такой же, как и заснула. Мир полон неожиданностей.

— Ты не могла бы мне дать ключи от своей машины? — спросил Дэниел, когда мы подошли к дверям моей квартиры. — Хочу завтра с утра съездить к шефу и доложить ему о нашей находке.

— Тогда я с тобой.

— Нет, в этом нет необходимости. Ты лучше выспись хорошенько. Завтра у нас намечается не менее трудоемкий день. Так что отдыхай.

— Ладно, так и быть, — согласилась я, широко зевнув. — Но только, если появится новая информация, сразу сообщи. Обещаешь?

— Обещаю, — улыбнулся он, и мне стало легче. Я знала, что на него можно положиться и была безумно этому рада. В последнее время, когда у всех появились какие-то секреты, он оставался для меня единственной отдушиной. Он заботился обо мне и всячески оберегал. И за это ему большое спасибо.

Зайдя в квартиру, я в полной силе ощутила притяжение земли. Мои ноги подкашивались от усталости, в голове гудело. Единственное спасение — аспирин и спокойный сон. Но, видимо, моих страданий никто не видел, потому что сразу же, стоило мне закрыть дверь и разуться, зазвонил телефон. Выругавшись про себя как следует, я взяла трубку.

— Слушаю.

— Диана? — прозвучал знакомый голос. Конечно, как же я сразу не догадалась, кто мне может звонить. Его-то мне и хотелось слышать сейчас больше всего. Темный Повелитель.

— Узнали?

— К сожалению, да. Чем обязана?

— Вы сами знаете, леди. И я жду доклада.

— В письменной или устной форме, — сумничала я. И зря. Даже находясь на значительном расстоянии от моего собеседника, я ощутила его недовольство.

— Не надо испытывать мое терпение, леди. Скажите спасибо, что я не приволок вас сюда за шиворот.

— Ах, вот оно как! — взъерошилась я. — Мы не напрашивались к вам на работу и отчитываться перед вами не обязаны.

— Ну, ну, успокойтесь, пока не навлекли на себя беду. Вы, надеюсь, не забыли, что я — Хозяин Преисподней и все демоны округи в моем подчинении?

— Не забыла, — буркнула я, готовая разрыдаться от досады. — Но сейчас я сильно устала для беседы. Уж извольте.

— Вам тяжело говорить или держать трубку? — ехидно спросил он.

— И то, и другое. Небось, это не вы разъезжали по всему городу и разговаривали со своими заклятыми врагами.

— Такими ли врагами? Насколько я помню, Алан Гаррет тоже был демоном, а по совместительству и вашим другом.

— Алан — другое дело.

— Отчего же? Разве он не убивал и не был на стороне зла?

— У каждого могут быть ошибки. И Алан лишь отчасти виноват в том, что сотворил. В то время он был молод и не осознавал, что делает. Он раскаивался, — сказала я, вспомнив своего друга. Не такого, каким я его видела последний раз, а таким, каким он был раньше, до случая с этой проклятой легендой.

— Поверьте, судьба выбирает не наугад кому стать демоном, а кому ангелом. Все это заранее заложено в человеке. И если Алан встал на путь тьмы, то только исходя из своих внутренних качеств.

— Неправда, Алан был очень хорошим, — запротестовала я. — Хотя, откуда вам это знать. Вы ведь сами — исчадие ада.

— Поаккуратней на словах, леди.

— А что, разве не так?

— С вами совершенно невозможно разговаривать спокойно, — подытожил Темный Повелитель, громко вздохнув.

— Вот и не надо. Так вы сдаетесь? — обрадовалась я.

— Нет. Но даю вам время до завтрашнего вечера. Надеюсь, вы не разочаруете меня.

Я уже хотела ответить ему очередной колкостью, пришедшей на ум, но в трубке послышались короткие гудки. Все-таки оставил за собой последнее слово. Ладно, вернемся к тому, на чем остановились — отдыху.

На удивление, сил хватило еще на посещение ванны и проверку автоответчика. За время моего отсутствия никто не звонил. Это опять навело меня на подозрительность. Раньше Линда звонила мне каждый день и болтала чуть ли не по часу. А за сегодняшний день ни разу не набрала мой номер. Странно. Неужели я оказалась права, и у нее завелись от меня секреты? Тогда это объясняет многое, в том числе и ее странное поведение в последние дни. Она не звонит, лжет мне и всячески скрывает правду, повышает голос… Что-то подсказывает мне, что все это неспроста. Но что за секреты, в которые она меня не посвящает? Связано ли это с происходящими событиями? Может, ей известно что-то о похищении ангелов? И что она на самом деле делала сегодня в здании фирмы?

Ну вот, еще несколько вопросов появились на горизонте. А решения все нет, и нет. Что делать? Решать их, но на свежую голову. Сейчас мне не до них, и без того голова раскалывается. Только отдых и ничего более. Надеюсь, сновидения на сегодня не намечаются. В противном случае, мне не выдержать еще одного лицезрения убийства. Стоило мне коснуться подушки, как я провалилась в царство Морфея…

Заливший комнату ослепительный солнечный свет пробудил меня ото сна. Значит, я все-таки зря ругала метеорологов, и погода на самом деле оказалась хорошей. Часы на стене замерли на отметке семь. Наверное, села батарейка. Пошарив по комоду рукой, я нашла наручные часы. Двадцать минут десятого. Вот это другое дело.

Чувствуя заряд бодрости и прилив сил, я потянулась и не спеша поднялась с кровати. Отдохнуть удалось на славу. Зная, что ночью мне ничего не снилось, я на всякий случай проверила кровать и осмотрела себя с головы до ног в зеркало. К своей радости, отметила, что синяки уже прошли не оставив и следа. Странная штука эта магия.

Посетив ванную комнату, я принялась за гардероб. После небольших раздумий остановилась на темно синих джинсах с вышивкой по бокам и бежевой кофте с глубоким V-образным вырезом. Обувь — как и обычно — кроссовки, но на этот раз под цвет джинс — синие. Волосы забрала в высокий хвост. Вот теперь, можно сказать, готова.

Поскольку Дэниел еще не вернулся, а машины, чтобы поехать в кафе у меня не было, пришлось завтракать дома в гордом одиночестве. Сил на пешую прогулку я тратить не стала — чувствую, они мне сегодня понадобятся как никогда.

27

От не особо приятного поедания пищи вперемешку с просмотром новостей, меня отвлек звонок в дверь. Нетерпеливый и… пугающий. Не знаю почему, но мое внутреннее чутье, которое принято считать интуицией, вовсю вопило о том, что что-то случилось. Поэтому сломя голову я бросилась к двери. И я оказалась права.

В дверях, прислонившись к косяку, стоял Дэниел. На лице под левым глазом красовался довольно приличный кровоподтек, а правую щеку украшала ссадина. Белая рубашка была в пыли и отчасти в крови. Джинсы также не отличались чистотой, но их спасло то, что они были темными.

— Что случилось? — охнула я.

Он с трудом отлепился от стены, и похромал в квартиру. На спине, пропитав некогда белую рубашку, растеклось кровавое пятно. Это уже не шутки. Проявив бдительность, я осмотрела подъезд, и, закрыв дверь, последовала за Дэниелом.

— На меня напали, — сухо пояснил он, расстегивая пуговицы на рубашке. — Первую помощь оказывать умеешь?

Я замотала головой. Курсы медсестер я никогда не посещала, да и от вида крови могу спокойно в обморок грохнуться.

— Тогда научишься, — хмыкнул он. — Неси аптечку.

Я безропотно принесла все, что он сказал, а именно — бинты, антисептик и болеутоляющее. К тому времени, как я вернулась с медикаментами, он рассматривал в зеркало свою спину. От обилия крови голова у меня слегка закружилась, но, успокоив себя тем, что я видела и похуже, трезвым взглядом посмотрела на проблему.

— Нужно зашивать, — констатировала я.

— Именно этим ты сейчас и займешься.

— Я? Ты что, смеешься? — начала было я, но увидев его лицо, осеклась. — Я не умею.

— Здесь нет ничего сложного, — несколько резко сказал он, после чего дал подробную инструкцию, что мне делать.

Спорить с ним было бесполезно, поэтому я принялась за работу. Минут через двадцать рана была аккуратно зашита и продезинфицирована. Я осталась довольна результатом. Не знала, что способна на такое. Дэниел в течение всего процесса молчал, стиснув зубы, и лишь пару раз вздрогнул от боли. Обработав затем ссадину на щеке, я наконец-то спросила о произошедшем.

— Расскажешь, что случилось?

— Пара демонов не очень высокого уровня напала на меня посреди бела дня в самом центре города. Вот и все.

— Как это? — удивилась я. — Почему?

Дэниел ухмыльнулся. Эта история нравилась ему не больше, чем мне.

— Не успел спросить. Они как-то сразу напали.

— Как это произошло? — спросила я, не обращая внимания на его издевательский тон.

— Я как раз возвращался от мистера Катчера, когда раздался негромкий хлопок, и машина заглохла. Собираясь узнать, что произошло, я вышел из машины. И тут появились они.

— Это посреди улицы? — изумилась я. Никогда еще демоны не вели себя столь открыто и развязно. Видать, почуяли, что скоро придет их время.

— В переулке. На пол пути сюда.

— И что, они сразу набросились на тебя?

Он кивнул.

— Они были намного слабее демона, который напал на нас возле клуба. Иначе бы я здесь не сидел.

— А как они выглядели?

— Как обычные люди. Ничего примечательного. Только вот у одного из них я разглядел татуировку в виде змеи.

— Тогда они точно были из этой шайки, — вздохнула я, нервно подергивая край кофты. — Как тебе удалось уйти?

— Первого я сразу сразил энергетическим шаром, пока он не успел построить барьер. Со вторым пришлось помучиться.

— Это он тебя так? — сочувствующе спросила я, кивнув в направлении спины.

— Да, — согласился Дэниел. — Потом, поняв, что проигрывает, демон убежал.

— Свидетелей не было?

— Пара человек. Увидев нас, они кинулись звонить в полицию. А поскольку времени на разъяснения у меня не было, я побыстрее уехал с места происшествия.

— Машина не пострадала?

Он измученно улыбнулся.

— А я-то все думал, когда ты спросишь.

— Просто нам на ней сегодня колесить по всему городу, — возмутилась я, — Думаешь, у меня нет денег на новую?

— С машиной все в порядке, — успокоил меня Дэниел. — Цела и невредима. Как и я.

— Если как ты, — дружелюбно усмехнулась я, — то ей нужен капитальный ремонт.

Он отмахнулся и, закрыв глаза, привалился на спинку дивана.

— Может, тебе еще обезболивающее дать? — предложила я, с жалостью смотря на его страдания. Надеюсь, шрам у него не останется от моего «рукоделия».

— Нет, спасибо. Если тебе не трудно, принеси мне рубашку, а то эта уже ни на что не сгодится. Заодно захвати амулет, который я тебе вчера подарил. Он в комнате на письменном столе.

— Нет проблем, — сказала я и, взяв у него ключи от квартиры, направилась к выходу.

Но, как оказалось, ключи и не понадобились. Дверь была прикрыта, но не заперта. Мне стало страшно. Потихоньку открыв дверь, я прислушалась — тишина, никаких посторонних звуков. Мягко ступая, я зашла в квартиру. Всюду царил полнейший беспорядок. Сомневаюсь, что над этим постарался Дэниел. Вещи, книги, бумага — все было разбросано по полу, матрацы перевернуты, будто здесь что-то искали, разбитый светильник покрывал своими осколками кофейно-золотистый ковер. Странно, вроде я не слышала никаких посторонних звуков. И кто это мог сделать? Простой человек, решивший ограбить эту квартиру, или же здесь не обошлось без магии? Вероятнее всего второе. Задайте мне этот вопрос дней пять назад, я бы без малейших сомнений ответила, что это был обыкновенный грабитель. Но сейчас, когда мы на пороге магического переворота, на нас ведется активная охота, я убеждена на втором варианте. Только вот что понадобилось им в квартире Дэниела?

Стараясь не наступать на разбросанные вещи, я прошла к шкафу. Взяв первую попавшуюся футболку — синюю с красным драконом — и обведя взглядом пол в поисках своего Амулета Силы, которого, как я и предполагала, на столе не обнаружилось, я пришла к выводу, что его украли. Но кому могла понадобиться такая безделушка непонятно. Насчет пропажи чего-то еще судить не могу — квартира не моя и что где лежало не знаю. Нужно сообщить Дэниелу. Боюсь, это не последний «сюрприз» за сегодняшний день…

Отреагировал он не так бурно, как я ожидала. Видимо, особо его уже ничем не удивишь. Но, после того как я упомянула о пропаже амулета, тут же ринулся в свою квартиру, да так, что я за ним еле успела.

— Так и есть, — вздохнул он, задвигая ящик стола.

— Что? — не поняла я, усевшись на край кровати.

Дэниел зажал голову руками и уткнулся взглядом в поверхность стола.

— Дэниел? — позвала я, обеспокоенная его поведением. Что же такого серьезного произошло?

— Мой амулет. Он тоже пропал.

— Ну и что? Купишь себе другой, — поспешила успокоить его я.

— Ты не понимаешь. Дело не в самом амулете, а в его содержимом. Я несколько лет накапливал в него силу. Что если он попал во вражеские руки?

— Еще не известно, кто здесь побывал. Может, обыкновенный вор. У тебя хранились здесь какие-нибудь драгоценности или деньги?

— Нет. Наличности не было, а карточка у меня всегда с собой.

— Больше ничего ценного?

— Нет.

— Вот видишь. Скорее всего, грабитель был раздосадован ничего не найдя и чтобы не уходить с пустыми руками захватил наши амулеты. Все просто.

— Ты думаешь? — переспросил он.

— Конечно. Все так и было.

Я так старалась убедить его, что сама поверила в непричастность темных сил к этому погрому.

— Все равно, если он еще не достался демонам, то может достаться.

— Тебя это так волнует? — не вытерпела я. — Даже если они его используют для своих темных дел, неужели это может сравниться с грядущим концом света? Уверяю тебя, хуже уже не будет.

— Ты права, — согласился он. — Это не столь важно сейчас. Тогда за дело.

— Но ведь ты ранен, — возразила я. — Может, я одна продолжу объезжать наших подозреваемых?

Не успела я договорить, как Дэниел в негодовании вскочил из-за стола.

— И ты думаешь, что я смогу спокойно смотреть телевизор и плевать в потолок, пока ты будешь подвергать себя опасности, и ждать очередных смертей?! Я надеялся, ты лучшего мнения обо мне.

— Да, конечно лучшего. Просто ты ранен… — смутилась я.

— И что? Ходить могу, да и ладно, — отрезал Дэниел, грозно сверкнув глазами. — У нас осталось двое демонов и один из них, возможно, тот, кого мы ищем. Нам понадобится вся наша сила. Вперед.

Мне осталось только послушно пойти за ним. На выходе он закрыл дверь на ключ, хотя, на мой взгляд, особой необходимости в этом не было. После чего я забежала к себе за сумочкой и телефоном. Пришло время действовать.

28

Всю дорогу он мужественно терпел боль, устроившись на заднем сидении. Действие болеутоляющего быстро заканчивалось и поэтому Дэниелу пришлось несладко. Чтобы побыстрее добраться до места я выжимала педаль газа до отказа, лишь на светофоре сбавляя скорость. Благо на этом промежутке дороги движение было не столь оживленное, и полицейские не повстречались на нашем пути, иначе обычным штрафом я бы не отделалась.

Остановилась я около невысокого многоэтажного здания, выкрашенного от чего-то в зеленый цвет. Это что, новая мода? Посмотрим, что за жители в нем обитают.

Выйдя сама, я предложила помощь Дэниелу, но он отказался, рявкнув что он не инвалид и обращаться с ним подобным образом не надо. Но дверь перед ним я все-таки открыла, за что была награждена тяжелым взглядом золотистых глаз. Чтобы не подвергать Дэниела лишним нагрузкам до третьего этажа мы поднялись на лифте.

Звонка на двери с номером 12 не было, поэтому Дэниел громко постучал. Через несколько секунд дверь отворилась, и вы увидели того, кого никак не ожидали здесь увидеть. Это лицо когда-то преследовало меня в кошмарах, а в остальное время перебиралось и в окружающую реальность. Фрэнк Перри.

— Ты?! — ахнула я, подходя ближе. Да, несомненно, это был он, только вот цвет волос немного изменился с нашей последней встречи — стал на тон темнее.

— Я вас знаю? — изумился он, чем вызвал еще большее удивление у меня. Я не знала, что ответить на такой вопрос.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Дэниел с ноткой гнева в голосе. Ему, как и мне, этот тип не внушал симпатии.

— Живу, — спокойно ответил Фрэнк. — А вы собственно кто?

Теперь уже и Дэниел присоединился к моему шоковому состоянию. То, что передо мной стоял Фрэнк — это не было галлюцинацией, и подтверждением тому был Дэниел, который сразу же узнал моего заклятого врага. Но все равно что-то было не то. Его речь, слегка отдающая акцентом, жгуче черные волосы и незнакомый взгляд.

Видимо Дэниел соображал быстрее меня, поскольку именно он задал терзающий нас обоих вопрос:

— Вы — Гард?

— Я то да, — не вытерпел мнимый «Фрэнк». — Может быть, скажете кто вы?

— Мы пришли по поручению Хозяина. Нам нужно задать вам пару вопросов.

Гард прищурил левый глаз и с сомнением воззрился на нас.

— От какого такого Хозяина?

— От Темного Повелителя, — пояснил Дэниел.

— У меня нет Хозяина. Я сам по себе, — усмехнулся Гард.

— А он нам сказал обратное.

— Не бойтесь, вам лишь нужно ответить на несколько вопросов, — вклинилась я.

— А кто сказал, что я боюсь, мисс?

Я не успела ответить. Раздался более знакомый мне голос — голос Фрэнка Перри. На этот раз это был точно он.

— У нас гости? — заинтересованно спросил он, подходя к двери, и лишь когда он увидел этих «гостей», его интерес мгновенно пропал.

— Вы?! — воскликнул он. — Что вам нужно?!

Мы с Дэниелом ошарашено переводили взгляд с одного на другого. Они — близнецы!

— Как вы узнали, что я здесь? — продолжал он, спускаясь на крик. — Вы следили за мной!

— Успокойся, Фрэнки, они ко мне, — перебил его Гард.

— Да ты хоть знаешь, кто они?!

— Нет, они еще не успели представиться.

— Как ты оказался здесь, нам совершенно не важно. Мы пришли не к тебе, — сказал Дэниел.

— Так вы знакомы? — поинтересовался Гард у Фрэнка. Тот кивнул головой.

— Это ангелы из нашей фирмы.

— Ангелы, — хмыкнул Гард. — Весьма интересно. Что же ангелам понадобилось от меня? Да еще от имени Темного Повелителя.

— Может, обсудим это не на пороге? — предложил Дэниел.

— Ладно, проходите.

Гард уверенной плавной походкой повел нас вглубь квартиры, толкая вперед Фрэнка. Дэниел последовал за ними, оставив мне почетное право закрыть дверь.

— Вы — близнецы? — спросила я, как только мы разместились в одной из комнат.

— Да. А как вы догадались? — театрально удивился Гард, развалившись в кресле напротив нас. Фрэнк расположился по правую сторону от него, испуганно поглядывая в окно. Я решила, что он боится. Но кого и с какой стати?

— Мы уже поняли, что вы остры на язык, — нетерпеливо перебил его Дэниел. — Может, поговорим серьезно?

Фрэнк испуганно пискнул, продолжая теребить край шторы и переводя взгляд с нас на улицу за окном.

— Успокойся, — рявкнул на него брат. — Иди, сядь.

Фрэнк послушно сел на второе кресло, стоящее в некоторой отдаленности от нас. Я никогда не видела Фрэнка в таком виде. Обычно он был излишне самоуверен и заносчив. Сейчас же от этого не осталось и следа.

— Я вас слушаю, — сказал Гард.

— Знаете ли вы что-нибудь о легенде под названием «Эсцилибриум»? — спросил Дэниел.

— Нет, — спокойно ответил некромант.

— А о том, что на место Хозяина Преисподней претендует некий демон высшего ранга?

— Впервые.

— Вы не знаете, кто за этим может стоять? — вступила в разговор я, оторвав взгляд от Фрэнка и переведя его на Гарда. Боже, какое сходство. И это притом, что одному было предназначено стать демоном, а другому — ангелом. Ирония судьбы.

— Не имею представления.

— Диана, я могу с тобой поговорить наедине? — спросил меня Фрэнк.

«Ты не против?» — мысленно спросила я у Дэниела, надеясь, что он меня услышит. Я не обманулась — ответ пришел незамедлительно, всплыв в моем сознании.

Я встала и последовала за Фрэнком в соседнюю комнату, обустроенную под комнату для гостей. Помимо кровати и углового шкафа, здесь разместился еще небольшой диван шоколадного цвета. Не дожидаясь приглашения, я села.

— О чем ты хотел со мной поговорить? — холодно спросила я.

Фрэнк начал нетерпеливо расхаживать по комнате, сцепив руки за спиной в замок и изучая взглядом узоры на ковре.

— Я прошу тебя не говорить Высшему Совету о Гарде. Они не должны знать, — сказал, наконец, он, замерев на полушаге.

— Это почему же? — удивилась я, в очередной раз за день.

— Они уволят меня! — воскликнул Фрэнк. — Они лишат меня сил и выгонят на все четыре стороны!

— Значит, я должна помалкивать? — спросила я.

— Да, — ответил он, и тут же спохватился: — Нет, не должна. Но я очень прошу тебя, не говори им.

Я задумалась. Ничего противозаконного в этом родстве, на мой взгляд, не было. Надобности в доносе об этом мистеру Катчеру, а уж тем более Совету, я не видела. Я смотрела сейчас на Фрэнка и поражалась его жалкому виду. Вот что, значит, скрывалось за его личиной все это время. Кто бы мог подумать? Но, к сожалению, ненависть к нему в моей душе никуда не делась и сейчас она рвалась наружу. Идея отомстить за все то зло, что он мне принес, затуманила мой мозг. Разве представится еще такой шанс?

— И ты думаешь, что я внемлю твоим просьбам и не расскажу все мистеру Катчеру? — съязвила я.

— Я знаю, что ты не опустишься до такой подлости, — ответил он.

Зловещая улыбка пересекла мое лицо, и Фрэнк, увидев ее, вздрогнул.

— Ты плохо меня знаешь, Фрэнки.

Его затрясла мелкая дрожь. Он опять замельтешил перед глазами, усиленно работая мозгами, в поисках выхода из ситуации. И, видимо, он его нашел.

— Я расскажу тебе все, что знаю о том деле, по поводу которого вы пришли.

Я тут же оставила свои игры и внимательно посмотрела на него.

— Что тебе известно об этом? — заинтересовалась я.

— Немного, но очень важное.

— Говори.

Он сел на край кровати и собравшись духом начал рассказывать.

— Несколько дней назад я собирался зайти к мистеру Катчеру с просьбой, чтобы он выделил мне собственный кабинет, как вам. Миссис Хэнкс не оказалось на месте. Видимо, она спустилась на один из этажей. И когда я уже подошел к двери, что-то меня остановило, — он говорил быстро с придыханием. — Голоса. Мистер Катчер с кем-то беседовал. Но это была не Мелисса — опровергнул он мое предположение, — второй голос принадлежал мужчине и был очень странным. Точнее, не странным, а пугающим. Будто шипела змея…

Меня передернуло. Шипение змеи. Что-то наподобие этого я тоже слышала. Предводитель демонов. Именно его рука лишила жизни Джудит.

— Дальше, — нетерпеливо подтолкнула я его.

— Я частично слышал их разговор. Из приемной.

— Вот тут ты врешь, — возразила я. — Шумоизоляция в кабинете мистера Катчера просто великолепная и ни звука из разговора услышать невозможно.

Фрэнк лукаво усмехнулся.

— Поверь моему опыту, если я что-то захочу услышать — то мне это удастся и никакие стены этому не преграда.

— Ну и что же ты услышал?

— Часть их разговора была на непонятном мне языке, но кое-что уловить я все-таки сумел, — он шумно сглотнул, — Они разговаривали о каком-то очень важном деле. Говорил в основном другой человек. У меня создалось впечатление, что он о чем-то докладывает шефу. Они называли имена наших сотрудников и спорили. Пару раз я слышал слово «Эсцилибриум». Что это?

— Древняя легенда, — задумавшись, ответила я. — Это все?

— Нет, — ответил Фрэнк. — Я услышал шаги за своей спиной и решил, что это идет миссис Хэнкс. Чтобы не быть застигнутым ею за подслушиванием, я постучался. Голоса тут же замолкли. Я вошел и встретился с недовольным взглядом шефа. Я хотел уже было извиниться за то, что помешал их разговору, но слова застряли у меня в горле — никого кроме меня и мистера Катчера в кабинете не было. Потрясенный, я как можно короче изложил ему суть дела. Он сказал, что подумает. Тогда я поскорее вернулся к себе в отдел. Мне было не по себе.

— Все? — перебила я его. Что-то его рассказ не внушал мне доверия. Вероятнее всего, Фрэнк напился так, что ему привиделся весь разговор. А как же еще объяснить то, что никого постороннего в кабинете не оказалось? Либо он придумал все с самого начала и до конца, стараясь спасти свою шкуру.

— Да, все, — согласился он и замолчал, ожидая, как я отреагирую.

— Вранье, — сказала, наконец, я. — В следующий раз поменьше пей.

Он вскочил будто ужаленный.

— Все так и было. Клянусь тебе.

— Если бы ты приплел к своему рассказу не шефа, а кого-нибудь другого, то, может быть, я тебе бы и поверила. Но тут ты промахнулся.

— Но это правда! — воскликнул он, размахивая руками. — Я ничего не выдумал!

Что-то мне этот бред начал надоедать.

— Все. Хватит с меня лжи, — недовольно сказала я, вставая. Я с детства не любила сказки, ведь в них жизнь была такой прекрасной и беззаботной, а на самом деле все не так.

Внезапно он дернул меня за руку и развернул к себе. По руке прошла волна боли.

— Я не обманываю тебя! — закричал Фрэнк. — Это правда!

— Оставь меня в покое! — раздраженно ответила я, вырывая руку из его медвежьих лап. Но он держал крепко и не хотел выпускать. Кроме того, моя вторая рука тоже попала в плен.

— Пусти! — закричала я и тут же почувствовала, что свободна. Взглянув в глаза Фрэнка, я хотела высказать ему все, что о нем думаю, но он будто застыл, вперив взгляд мне за спину. Я повернулась, и меня пробил страх. Диван, на котором я несколько минут назад восседала, был объят голубоватым пламенем. Горел он бездымно, не переходя при этом на другие предметы интерьера.

— Это сделала ты… — прошептал Фрэнк, смотря на меня как на какое-то чудовище, и тут же выскочил из комнаты.

На шум подошли Дэниел и Гард. Оба с интересом и изумлением смотрели на пылающий диван.

Гард оценивающе посмотрел на меня, и начал приближаться ко мне, будто дрессировщик к тигру.

— Вот оно что. Так мы, оказывается, коллеги.

Я все еще не понимала, что случилось и какое отношение имею ко всему этому я.

«Он думает — ты демон» — услышала я голос Дэниела в своем сознании.

«А ты как думаешь?» — спросила я у него.

Он промолчал. Все ясно. Ничего хорошего нет. Опять я потеряла контроль, и моя сила взяла надо мной верх. О, Боже! Пострадал диван, но на его месте мог быть Фрэнк. Ведь именно на него была направлена моя злость. Еще мгновение и я бы убила ангела, пусть не самого лучшего, но все-таки ангела. Ужас.

— Хорошая работа, — одобрительно сказал Гард, осматривая пылающий диван со всех сторон.

— Стараюсь, — хмыкнула я. — Кажется, сейчас я чуть не спалила вашего брата.

— Вам повезло, — ухмыльнулся Гард. — Иначе вы бы поплатились за это головой.

— А где, собственно, он сам? — осведомилась я, пустившись в поиски по квартире.

— Умчался на улицу. Думаю, сегодня мы его уже не увидим, — ответил некромант.

— Он сообщил тебе что-нибудь полезное? — поинтересовался Дэниел, присевший на краешек кровати. Видимо, боль в спине давала о себе знать. Диван к тому времени уже догорал, переливаясь последними красками. Опять я устроила шикарный фейерверк.

— Нет, ничего особенного. Нес всякую околесицу.

— А от моего братца ничего другого и не услышишь, — пояснил Гард, встав в дверном проеме.

— Почему я о вас ничего не знала вплоть до этого дня? — спросила я у него.

— Он всю жизнь боялся того, что кому-нибудь станет известно о родственной связи белоснежного ангела и повелителя мертвецов.

— Что в этом страшного? — не понял Дэниел.

— Ничего. Но он внушил себе, что это что-то ужасное. Он любит меня, я чувствую, но страшится правды.

— Где вы жили в детстве? — задала я вопрос, пришедший на ум.

Лицо некроманта мгновенно помрачнело, а в глазах зажегся неприятный блеск, такой, что я тут же укорила себя за слишком длинный язык.

— Я ответил на все ваши вопросы, так что можете идти.

Он не слишком гостеприимно махнул в сторону входной двери, давая вполне понятный намек на то, что нам здесь не рады. Хотя, я его понимаю. Если бы ко мне заявились с дурацкими вопросами, да еще про личную жизнь, то самое малое, что я сделала бы — выдворила их за дверь. А особо любопытные испытали бы на себе мое жгучее недовольство, причем «жгучее» в прямом смысле. Значит, я все-таки демон. Убеждай, не убеждай себя — не помогает. Моя уверенность в обратном тает с каждым часом, да что часом — секундой.

29

— Как твоя спина? Болит? — осведомилась я у Дэниела о его состоянии, когда мы разместились на мягких сидениях моего джипа. Я даже не подозревала, то машина станет моей правой рукой. А теперь на тебе, разъезжаю по всему городу, да еще и на полной скорости. Конечно, это не гоночная машина, но выжать из нее можно порядочно.

— Не то слово, — пожаловался он.

— Может, отвезти тебя в больницу? Вдруг мы занесли инфекцию?

— Не волнуйся, не занесли. А что касается больницы, то сейчас на это совершенно нет времени. И так заживет.

— Что-то мне не нравится твой оптимизм.

— А мне твой скептицизм, — парировал Дэниел. — И давай закроем этот вопрос.

— Ладно, — недовольно согласилась я. — О чем тогда будем разговаривать?

— Тем много, — ответил он. — Поджог в квартире некроманта, разговор с Фрэнком. Что выбираешь?

— Никакого поджога я не устраивала.

— Значит, диван самовоспламенился, без чьей либо помощи, — с усмешкой перебил он, развалившись на заднем сидении джипа.

— А может и так? С чего ты взял, что это сделала я?

— Ну, во-первых, ваша перепалка была превосходно слышна нам, а что получается, когда ты не в настроении, я знаю.

— Во-вторых? — ехидно поинтересовалась я.

— Во-вторых, твое отношение к Фрэнку мне известно.

— Хочешь сказать, — перебила я его, — что на самом деле я хотела спалить Фрэнка?!

Он согласно кивнул головой, от чего я взбесилась еще больше. Если бы не его и без того плохое состояние, я бы огрела его чем-нибудь от всей души.

— Что за монстра ты из меня делаешь?! Думаешь, если я один раз оступилась, то это навсегда?

Ему хватило совести немного смутиться за свои слова, но всего лишь на какую-то незначительную долю.

— Я не это имел в виду.

— А что же тогда?

Дэниел не нашелся, что ответить, но и так все было ясно.

— Что поведал тебе Фрэнк? — уже спокойно спросил он.

— Вы же все слышали, — фыркнула я, крайне недовольная на всех и вся.

— Начало мы упустили, — пояснил он, игнорируя мои колкости.

— Ничего интересного.

— А все-таки?

Так и быть. Я рассказала ему все, что узнала от Фрэнка, при этом раза три высказалась о том, что я об этом думаю.

— Не похоже на то, чтобы он врал, — наконец, сказал Дэниел, когда я закончила рассказ.

— Почему ты так решил? — изумилась я.

— Много совпадений.

— Это какие же?

— Человек со змеиным голосом.

— Допустим, что дальше?

— Странное поведение мистера Катчера.

— Странное? — переспросила я. — Я думаю, истерика и отрешенность как нельзя лучше подходят в данной ситуации.

— В том-то и дело, — ответил Дэниел.

Я ждала продолжения. Что-то я запуталась во всем этом деле. Может, плюнуть на все это и укатить отдыхать на какой-нибудь необитаемый остров подальше от всех и преспокойно ждать конца света. Хоть отдохнуть успею напоследок. Это лучше, чем взорваться от избытка информации и эмоций.

— Вчера я заезжал к мистеру Катчеру и увидел его совершенно с другой стороны. Он радовался как маленький ребенок.

— Радовался? — удивилась я. Неужели шеф сошел с ума?! Неудивительно. Боюсь, то же самое ждет и нас в конце пути.

— Он смеялся. Причем это была не истерика, уж поверь.

— А он как-нибудь объяснил свое поведение?

— Он не знал, что я его видел таким. Когда я вошел, он сразу изменился в лице, надев маску печали и горя. Но глаза… они светились от радости.

— Может, ему сообщили что-то хорошее, а, увидев тебя, он сразу вернулся к горькой действительности, — предположила я.

— Возможно, — согласился Дэниел.

— Он тебе что-нибудь сообщил по нашему делу?

— Нет. Ничего нового. Больше трупов не находили, а о пропаже ангелов судить трудно — никто не появился на работе.

— Прекрасно. Похоже, мы единственные работаем, причем всем во благо. Я буду требовать с шефа пожизненную премию.

Дэниел рассмеялся, но тут же замолчал, когда боль от раны раскатилась по всей спине мощными волнами.

В то время мы проезжали около Тринити парка. Мне ужасно захотелось мороженого, и я остановилась на стоянке, сообщив Дэниелу о своих намерениях. Он был не против, хотя после того, как я узнала, что он считает меня монстром, знать его мнение по какому-нибудь поводу мне совершенно не хотелось.

Мороженое оказалось клубничным, моим любимым. Все-таки есть счастье в этом мире, правда меня оно почему-то все время обходит стороной. Дэниел уплетал холодное лакомство рьянее меня, да так, что я усомнилась, кому хотела принести радость — себе или ему.

Людей в парке сегодня было как обычно много. Тут и молодые и старые. Одни греют свои кости на солнце, как сейчас мы, другие играют среди стройных стволов деревьев, третьи делают пробежку, усиленно заботясь о своей фигуре. Мне в этом смысле повезло — я родилась ангелом, а среди ангелов не замечено персон с избыточным весом. Поэтому всю свою жизнь я ем столько, сколько хочу и все, что заблагорассудится, не заботясь о лишних фунтах. Еще этой проблемы мне не хватало.

— Что тебе удалось узнать от Гарда? — спросила я, смакуя каждую ложку мороженого.

— Ему ничего не известно, — ответил Дэниел. — У него сейчас другое задание — вызвать с того света тройку душ.

— Зачем?

— Заказчик хочет что-то спросить у них. Кажется, насчет клада. Кто-то из его родственников прибрал к рукам семейные ценности, не поделившись. Только вот кто из этих троих — не известно.

— Вполне безобидная работенка. Поднимай мертвых направо — налево.

Пожилая женщина, устроившаяся рядом с нами, косо посмотрела на обоих и поспешила пересесть на соседнюю скамью. Человек, ничего не скажешь.

— Ну не скажи, — возразил Дэниел. — Если что-нибудь неправильно сделать, то безобидный мертвец может превратиться в кровожадного зомби.

— Тогда на одного некроманта станет меньше, — изрекла я.

— И гонимый жаждой плоти и крови зомби нагрянет в город, и будет нападать на всех кому не лень.

— Ты шутишь? — ужаснулась я.

— Нет. Такое случается, только очень редко.

— Мне ни разу не довелось увидеть ожившего мертвеца, — вздохнула я.

— И ты жалеешь об этом?

— Нет, не особо. Но все-таки, исходя из рода профессии, хотелось бы просветиться в этом вопросе.

— Могу устроить, — предложил Дэниел.

— Что? — не поняла я.

— Экскурсию на кладбище с просмотром совершения ритуала поднятия мертвеца.

— Правда? — обрадовалась я. — А когда?

Он усмехнулся, наблюдая за мной. А я задумалась — может, я и на самом деле монстр, раз интересуюсь такими вопросами? Но почему тогда в душе я не ощущаю себя таковой?

— Когда разделаемся с текущим делом и возьмем отпуск.

— Согласна. Буду ждать.

Мы доели мороженое и, не спеша, впитывая солнце всем своим существом, двинулись к машине. Никто не напал. Я никого не подожгла. Разве это не счастье?

30

— Мне кажется, что с этим делом мы потерпели полнейший крах, — высказалась я.

— Почему ты так решила? — удивился Дэниел, хотя и ему был известен ответ. Мы проверили уже четверых из пяти подозреваемых, а так и не вышли на нашего главного демона.

— У меня сомнение насчет того, что Патриция — именно та, кого мы ищем. Во-первых, потому, что голос, который я слышала, принадлежал мужчине. Дальше продолжать?

— Нет, — грустно сказал Дэниел. — Но проверить ее все равно надо. Вдруг ей что-то известно.

— Я не против, все равно больше идей нет.

Но удача обошла нас боком — приехав на место, указанное Хозяином Преисподней как обиталище чернокнижницы Патриции Лайл, мы обнаружили заброшенный старый особняк. Стоящий на окраине города, абсолютно пустой, с выбитыми стеклами и заросшей лужайкой, по которой никто уже так лет пять не проходил. Опрос соседей показал, что здесь уже давно никто не живет. Прежнюю хозяйку считали ведьмой (это в наш-то век!) и обходили стороной не только ее, но и дом. И после ее исчезновения ни одна душа не решилась заселиться в опустевшее жилище. Говорили, что из этого дома по ночам доносятся жуткие крики и душераздирающие стоны. Но, что-то мне не особо в это верится. Люди любят придумывать сказки.

— Что теперь будем делать? — спросила я у размышляющего Дэниела. С потерей последней зацепки настроение резко упало до нуля.

— Я с докладом пойду к Темному Повелителю. И попробую еще что-нибудь узнать нового. Может, он подкинет нам пару хороших идей, ведь это дело касается его как никого другого.

— Спасибо, что спас меня от этой участи, — поблагодарила я.

— Ты у нас слишком темпераментная и можешь что-нибудь натворить. Кроме того, тебе все-таки найдется задание — навестить мистера Катчера и выяснить что-нибудь там. Он зачем-то просил тебя заехать, а говорить о цели поездки отказался.

Я удивилась. Что могло понадобиться от меня мистеру Катчеру, да еще не сказать об этом Дэниелу.

— Почему бы нам вместе не съездить к нему? — предложила я. За эти дни я так привыкла к компании Дэниела, что перспектива разделиться не казалась мне удачной.

— Так нужно. Во-первых, мы сразу убьем двух зайцев. Не стоит забывать, что времени у нас осталось мало. Во-вторых, мистер Катчер захотел побеседовать с тобой наедине, а я там буду лишним.

— Ладно, — нехотя согласилась я. — А как ты туда доберешься?

— Вызову такси, — ответил он. — Высади меня здесь.

Я остановилась возле крупного торгового центра и набрала телефонный номер вызова такси. После того, как мне сообщили, что заказ принят, я, пожелав Дэниелу удачи, покатила в «Angel Incorporated». Добралась не слишком быстро — ужасные пробки тормозили меня каждые пять минут.

Сколько ни старалась, обнаружить охранников у здания фирмы мне не удалось. Видимо, шеф решил, что если нет того, кого нужно охранять, то нет смысла и в охране. Спокойно проехав мимо пропускного пункта, я отправилась на стоянку, которую то же обнаружила пустой, не считая машины шефа, которая все время независимо от времени года и суток стояла здесь. Работа для моего босса — это и его дом одновременно.

Казалось, здесь все вымерли. Мертвая тишина, стоящая здесь, заставила меня, чуть ли не бегом преодолеть расстояние до дверей здания.

В помещении народу не прибавилось, и в воздухе первого этажа звенела тишина. Поскольку в последнее время лифты не вызывают у меня доверия, пришлось подниматься до пятого этажа по лестнице. Как и ожидалось, никто по пути мне не встретился.

Рабочее место нашего секретаря Мелиссы находилось в том же состоянии, что и вчера, следовательно, она тоже боится выходить на улицу из-за орудующего демона-маньяка, а если быть точнее, то целой банды таких типов. Да, не удалось мистеру Катчеру удержать даже такого трудоголика как миссис Хэнкс. Хотя, сама обстановка во всем здании навевает жуть: стены и предметы мебели в темных и невзрачных тонах — сером, черном, белом. Я удивляюсь, неужели у шефа нет денег на придание офису более рентабельного вида? Если так, то часть своей следующей зарплаты я добровольно отдам на эти цели.

А вообще, интересно, откуда Высший Совет берет столько денег на выдачу такой большой зарплаты ангелам. Может, они, как и Хозяин Преисподней владеют сетью казино, приносящих приличный доход.

Дверь в кабинет шефа была слегка приоткрыта. Оттуда доносился его голос, видимо разговаривает по телефону.

Без промедления я открыла дверь и встретилась с парой глаз, одна из которых принадлежала мистеру Катчеру, а вторая — его гостю. На лицах обоих засветилась улыбка, но почему-то ничего хорошего она у меня не вызвала.

— Добро пожаловать. Мы тебя уже заждались, — прошипел гость, и мое сердце забилось раза в три быстрее, готовое выпрыгнуть из груди. Этот голос я знала, как и его обладателя, а также то, что он может сделать. Я хотела сказать об этом боссу, но хватило одного взгляда, чтобы понять, что к чему. Нас обвели вокруг пальца как двух слепых котят.

— Почему? — прошептала я, обращаясь к мистеру Катчеру. Он лишь улыбнулся в ответ. Больше я ничего не увидела, и не услышала, поскольку провалилась в темноту, почувствовав сильный удар по голове. Последняя мысль была о том, что я все-таки сумела по уши вляпаться в это дело.

Сколько времени я провела в бессознательном состоянии не знаю. Перед моими глазами проплывали обрывки реальности, но ничего определенного из них я ухватить не смогла, все рассеивалось. Наконец, я очнулась.

Очнулась, как и ожидалось, непонятно где. Определить, что это место не имеет к нашему зданию никакого отношения, удалось с первого взгляда на окружающие предметы. Комнатка, вырисовавшаяся в тумане, застилающем мои глаза, была очень маленькой и больше походила на кладовку, чем на жилое помещение. Стены были завешаны старыми гобеленами с изображениями сцен из известных мюзиклов и спектаклей, потерявшими со временем свою первоначальную красочность. Теперь они больше походили на куски тканей темных оттенков. На одной из стен, по всей вероятности, раньше висело большое зеркало — об этом свидетельствует характерный след. Под потолком висел большой абажур бардового цвета со следами застарелости — бахрома потрепалась, ткань покрылась толстым слоем пыли, как, собственно, и лампочка, от чего освещение здесь было не очень хорошим, но основные детали разглядеть можно. Еще бы голова так не раскалывалась. Точно, меня ведь хорошенько огрели по затылку. Так и есть. На голове я нащупала шишку размером чуть меньше яйца, которая страшно болела, даже если к ней не прикасаться. Чем это они меня интересно так приложили?

Я поднялась с байкового одеяла, так заботливо кинутого моими похитителями для моего полнейшего удобства, и проковыляла к двери. Глупо надеяться, что они оставили ее открытой, но все-таки… Голова кружилась, но туман в глазах потихоньку начал рассеиваться. Такое ощущение, что они меня чем-то обкололи. Хотя, может, именно это они и сделали.

Дубовая дверь — единственная новая вещь в этой берлоге — была заперта с другой стороны, причем не на ключ, поскольку замочной скважины я не увидела, а скорее всего на засов. Я разбежалась, насколько позволили миниатюрные габариты моей тюремной камеры, и со всего размаху ударила в дверь. На будущее, не пытайтесь повторить мою ошибку — мало того, что это глупо — бороться с крепостью дуба, так и еще и больно. Тупая боль, разлившаяся по всей левой руке, исказила мое лицо и извлекла на свет отборные ругательства.

Пошатавшись минут десять по комнате в поисках лазейки и потеряв всякую надежду я плюхнулась на одеяло, предоставив размышлениям заполнить мою голову.

Больше всего меня сейчас интересовал вопрос по поводу того, зачем им нужна я, хотя ответ так и вертелся на языке — затем же, зачем и Джудит Ленгдон, Кларк Крайтон и другие. Мне уготована роль жертвенной овцы, не больше и не меньше. Но, если мистер Катчер сам является соучастником в этом деле, зачем тогда нужно было втягивать в него меня и Дэниела? Да еще и специально вызывать его, если только… Черт! Если только Дэниел не меньше замешан в этом деле! Вот почему он ничего не рассказывал о себе, скрывал правду и отправил меня одну в это змеиное логово. А я-то наивная, доверяла ему. Хороший из него вышел актер, лучше некуда. Получается, что слепой котенок только один — и это я. Мной манипулировали как хотели, тянули за ниточки в разные стороны.

Я со всей силы ударила кулаком по полу, вымещая свою злость. На глазах выступили соленые капельки слез беспомощности. Вспомнились слова Истора по поводу того, что ответ у нас перед носом, но мы — а точнее я — его не видим. Оказывается, все было еще ближе, чем могло быть. Все действие разворачивалось у меня перед глазами, а я-то считала, что контролирую ситуацию… Глупо… Глупая, наивная Диана…

Я оглядела себя — все та же одежда, значит, скоро принесут белоснежную холщовую рубашку и можно будет попрощаться с этим грешным миром, еще более грешным, чем я предполагала. Жаль, пожить не успела. А чем, собственно, я заслужила такую участь?! Пол жизни терпела унижения, другую половину работала во благо всего человечества и мира в общем. Разве я сделала хоть что-то плохое? Да, конечно, я сожгла одного демона, но и то только в целях самообороны. Почему же мне тогда суждено закончить свою недолгую жизнь на ритуальном столе?

Мои тягостные размышления прервал некий тихий звук, а точнее — шорох. Ну вот, только крыс мне здесь еще не хватало. Я прислушалась — шуршание продолжалось — и пошла на этот звук. Упершись в одну их стен, остановилась и приложила к ней ухо. Звук стал четче и настойчивее. Неужели, эта крыса такая голодная, что лезет сломя голову, дабы отведать вкусного и свежего мяса?

Я отодвинула гобелен, от которого тут же в разные стороны заклубилась пыль, забившая мне нос и заставившая хорошенько чихнуть. Скрежет когтей тут же прекратился, и я услышала чей-то голос, но разобрать слов мне не удалось. Значит, с той стороны не крыса, а такой же пленник, как и я. Что делать: радоваться, что придется умирать не в одиночку или начинать оплакивать две загубленные души? Выбираю третье — узнать, кто же мой таинственный сокамерник.

За гобеленом обнаружилось небольшое слуховое окно, вероятнее всего раньше, еще до прихода новых технологий, служившее вентиляцией. То, что это здание старее меня в несколько раз, я уже поняла. Отверстие в стене было прикрыто решеткой, но со временем петли износились и наполовину рассыпались, так что мне не составило особого труда отломить ее и прочистить открывшийся проход. Пока я проделывала манипуляции с решеткой, по ту сторону возобновилась работа, еще усерднее, чем раньше. Видимо, мне с решеткой повело больше.

Но вот, послышался звон — решетка упала на пол — и раздался мужской голос, показавшийся мне очень знакомым.

— Там кто-нибудь есть? — поинтересовался мужчина с той стороны стены.

— Да. Вы кто? — спросила я, прислонившись ухом к отверстию.

— Диана? — удивился голос, вторя моему изумлению.

— Фрэнк?

Нет, этого не может быть. Только Фрэнка мне не хватало. Я-то надеялась провести свои оставшиеся минуты за приятной беседой. Но судьба решила меня добить и подкинула Фрэнка Перри.

— Как ты здесь оказался? — безрадостно спросила я.

— Я прогуливался по городу и как раз направлялся домой, когда из тени вышли два демона и вырубили меня, — объяснил он. — А ты?

— Меня предали, — вздохнула я, вытирая набежавшие слезы. — Меня все предали.

— Мистер Катчер?

— Ага, — ответила я и вспомнила, что Фрэнк рассказывал мне о шефе, о его разговоре с человеком — змеей. — Прости, что не поверила тебе.

— Да ладно. Теперь это уже не важно.

Мы просидели минут пять наедине с собой, погрузившись в размышления. Первым тишину прервал Фрэнк.

— А почему ты сказала, что тебя все предали? Кто все?

— Шеф, Дэниел, Алан Гаррет. Возможно и Линда…

— Дэниел? — изумился Фрэнк. — Но ведь он вместе с тобой занимался расследованием, если я правильно понял.

— Правильно. Занимался. Но в тоже время водил меня за нос, уводя от истинной цели. Скорее всего, ему принадлежит одна из главных ролей.

— А Линда? — перебил он меня. — Она же твоя подруга?

— Ага, подруга, — хмыкнула я. — Алана и Дэниела я то же считала своими друзьями. А как вышло? У нее появилось слишком много секретов от меня, она стала нервной и начала цепляться ко мне из-за мелочей.

— И что нам теперь делать? Как отсюда выбраться? — спросил Фрэнк.

— Не знаю. Выход только один — через дверь. Но она сделана из дуба и не пробивается. Я уже пробовала.

Будто в ответ на мои слова по руке прокатилась остаточная волна боли, напомнив об нанесенном ей уроне.

— У меня тоже дубовая дверь, — вздохнул Фрэнк.

На этом наш разговор закончился. Я услышала, как Фрэнк поднялся и начал расхаживать по своей комнате. Я же подтащила к слуховому окну одеяло и поудобнее устроилась, завернувшись в него. Стало тепло, и глаза начали слипаться, призывая меня вступить в страну снов. И я почти сдалась, когда Фрэнк окликнул меня по имени.

— Диана? Только не говори, что ты спишь, — с ноткой иронии в голосе спросил Фрэнк.

— По-моему меня чем-то накачали, — пояснила я, потирая мочки ушей, чтобы избавиться от остатков сна. — Такое состояние, будто я в тумане.

— Неудивительно, ведь ты провалялась в беспамятстве целый день…

— Целый день?! — изумилась я. — Ты шутишь?

— Нет, я серьезно. Тебя притащили сюда еще вчера днем. После того как разговоры за стенкой стихли, я попытался связаться с тобой — правда, тогда я еще не знал, что это ты — но стуки в стену ни к чему не привели. Тогда я обнаружил отверстие в стене, которое было закрыто решеткой. Мне повезло — в куче мусора у стены я нашел осколок зеркала, которым и начал потихоньку пропиливать заржавевшие петли. Один раз меня чуть не поймали — пришли кормить — но, слава Богу, все обошлось, иначе бы я никогда не узнал, кто в соседней комнате.

— Значит, сегодня уже семнадцатое сентября, — тихо сказала я, прислонив голову к стене. От каменного пола веяло холодом и пришлось укутаться посильнее в одеяло, дабы не простудиться. Хотя, я это сделала скорее неосознанно, поскольку если знаешь, что до завтра можешь и не дожить — не особо-то заботишься о своем здоровье. — У тебя нет часов?

— Есть, половина двенадцатого, — ответил Фрэнк и горестно вздохнул: — А у меня на сегодня были билеты на чемпионат по баскетболу.

У меня против воли вырвался едкий смешок:

— С братом демоном собирался сходить?

Он, видимо, нисколько не обиделся.

— Да. Мы оба любим баскетбол и не пропускаем ни одной игры.

— Если ты в родстве с демоном, как же ты оказался здесь? — поинтересовалась я.

Он молчал. Я могла бы прослушать его мысли, было бы желание, но в данном случае можно обойтись и без телепатии — Фрэнк рассматривал вероятность подставы именно со стороны своего брата.

— Брось, — сказала я. — Пусть он этого особо и не показывает, но Гард любит тебя.

— Откуда тебе знать, — отмахнулся Фрэнк.

— Знаю, уж поверь, — твердо ответила я, вспомнив слова Гарда по поводу того, чтобы со мной случилось, если бы я подожгла не диван, а его братца.

Нужно что-то делать. Нельзя же просто сидеть и ждать, пока за нами не придут нелюди в черно-красных плащах и не уведут на бойню. Представив себя на месте Джудит в тот момент, когда ее сердце пронзает кинжал, я вздрогнула, здорово испугавшись. По спине заструился холодный пот. Убрав непослушную прядь с лица, я руками расчесала волосы и заплела их в косу, стараясь хоть чуть-чуть привести себя в порядок.

— А то, что ты сделала с диваном, это был фокус? — поинтересовался Фрэнк.

— Нет. Это мои новые силы, черт бы их побрал.

— А что еще ты можешь поджечь? — продолжал допытываться Фрэнк, не обращая внимания на мои бранные слова.

— Когда будем на том свете, спроси у демона, напавшего на…, - я поморщилась, вспомнив Дэниела, — меня неподалеку от одного клуба. То, что от него осталось за считанные секунды едва ли хватило для нормальных похорон. А почему ты спрашиваешь?

— А дерево? Дуб, ты можешь поджечь? — запальчиво спросил он, с загоревшейся надеждой в душе.

— Зря надеешься. Я не умею вызывать силу огня. Это она мной управляет, а не я ей, — нейтральным тоном ответила я.

— Попробуй! Это наша единственная надежда! — продолжал настаивать Фрэнк.

Я вздохнула. Пустая и бесполезная трата времени, лучше начинать молиться за все свои грехи, чем пробовать совершить немыслимое. Но, чтобы убедить Фрэнка, да заодно и себя, я поднялась, прихрамывая на затекшую ногу, и подошла к двери. Холодная ладонь легла на гладкую поверхность дерева. От дуба исходил легкий запах лака — значит, дверь еще совсем новая. Я сконцентрировалась, уперев взгляд в поверхность двери. Выставила руки перед собой, как в тот вечер, когда на нас напал демон, и… ничего не произошло. Дверь стояла на месте целая и невредимая.

Минут пять я тренировалась, мысленно представляя эту чертову дверь пылающей в голубоватом огне и источающей характерный запах дыма, но сила огня и не думала пробуждаться, пусть даже и ради моего спасения.

— Ничего не получается, — сообщила я Фрэнку, который с нетерпением ждал положительных результатов моих упорных трудов.

— А как это у тебя получилось с диваном?

— Я была зла на тебя, поскольку считала твой рассказ отборной ложью. А ты продолжал настаивать на обратном…

Точно, так и есть. Сила приходит ко мне, когда я сильно раздражена. Так произошло и с неизвестным демоном и с диваном в гостиной Гарда. Злость — ключ ко всему. Но как специально вызвать ее?

— Тогда разозлись, — посоветовал Фрэнк.

— Тебе легко говорить. Как мне это сделать?

— Подумай о том, что тебя больше всего раздражает.

Я начала перебирать в памяти все, что могло бы послужить хорошим источником для начала пожара в душе, но ничего определенного не обнаружила. Да, я презираю Дэниела за его предательство, но это не вызывает нужного уровня раздражения. Мистер Катчер — то же самое.

— Не могу, — извиняюще промолвила я. — Это происходит спонтанно.

По ту сторону стены наступило тягостное молчание, да, впрочем, и меня особо не тянуло на задушевную беседу. Но тут тишину нарушил негодующий возглас Фрэнка:

— Да ты всю жизнь ничего не можешь сделать как надо! Неудачница!

— Что, прости? — опешила я. Может, я опять задремала и мне этот разговор снится?

— «Не могу», «не получается» — даже находясь на грани жизни и смерти, ты ничего не можешь сделать! Ты даже свои силы не можешь приручить. Именно поэтому ты стала такой легкой добычей для демонов и их планов. Надо же, работать на мистера Катчера, вести порученное им расследование, якшаться с предателем. Помнишь, я тебе сказал, что он с дефектом, твой Дэниел? Так вот я оказался прав, как и в том, что у тебя все парни были такими, — разгорячился Фрэнк.

Мои кулаки сжались так, что ногти впились в ладони. Боль и ненависть, копившаяся во мне с детства благодаря Фрэнку начала всплывать наружу. Самым больным оказалось то, что все, что он сейчас говорил — чистая правда.

— Не твое дело, с кем мне общаться. Лишь бы не с тобой, — коротко бросила я, обиженно отворачиваясь от стены, будто он увидит этот жест.

— Когда-то я и тебя считал нормальной, но постепенно понял, что у тебя самой не все в порядке с головой. Вспомнить только все твои выходки. Особенно на всемирный день ангелов, когда ты заявилась на праздник в стельку пьяная, да еще и почти голая. Или вспомнить твоего дружка — уже и не помню, как его звали, имя еще такое дурацкое — Элтрет.

— Элтер, — раздраженно исправила я.

— Разницы никакой, — продолжал он. — Даже этот Элтрет не смог с тобой ужиться. Повешался бедняжка… Или это ты ему помогла?

— Это не твое дело! — закричала я, не вытерпев вмешательства в свою личную жизнь и с таким трудом забытое детство. Последней каплей стала его речь о моей матери.

— Правильно сделала твоя мамаша, что сдала тебя в интернат, хотя таких как ты лучше сразу душить еще в колыбели…

Я мгновенно вскочила на ноги, взбешенная его словами. Как он может так говорить обо мне и моих родных?! Вот бы мне добраться до него…

Глазами, полными слепой ярости, я оглядела свою камеру и остановилась на единственном препятствии, отделяющем меня от надоевшего Фрэнка — дубовую дверь. Я не осознавала, что делала в тот момент. Помню лишь, как спустя секунду зачарованно смотрела на охваченное огнем дерево, будто воплощенное из моих грез.

Вспыхнув будто спичка, дверь сгорела в несколько раз быстрее дивана, полыхая голубоватыми искрами пламени. Лишь когда на ее месте остались тлеющие головешки, и передо мной засветился проход, я поняла, что свободна. Осторожно выглянув из-за обгоревшего косяка, я не спеша вышла в коридор — узкий и темный, именно тот, по которому я летела в метафизическом обличье прочь от мертвого тела Джудит. Никто нас не сторожил — это уже хорошо, значит, есть возможность уйти незаметно. Я подбежала к соседней двери, закрытой — как я и предполагала — не на ключ, а на щеколду, но на полушаге остановилась. Может, оставить Фрэнка здесь? Расправиться с ним раз и навсегда? Нет, я же все-таки ангел. Если оставлю его на верную смерть, то всю оставшуюся жизнь буду себя винить.

Как только дверь оказалась открыта, мне на шею бросился счастливый Фрэнк с тихими криками «Получилось!». Я опешила и отшатнулась от его объятий.

— Не поняла, — бросила я, разглядывая его. Невыспавшийся, со щетиной, взлохмаченными волосами и в покрытой пылью одежде, он чем-то походил на заплутавшего путника, несколько дней ходившего по непролазным джунглям и наконец-то вышедшего к ближайшему селению. Такого восторга мне еще не приходилось наблюдать.

— Я знал, что моя задумка принесет плоды, — сказал он и, видя, что я не понимаю о чем речь, продолжил: — Поскольку у тебя самой не получалось вызвать негодование, то мне пришла на ум идея помочь тебе в этом. Извини, если чем-нибудь обидел. Но, поверь, я говорил это только во имя нашего общего блага.

— Мне и раньше доводилось слышать от тебя подобное, — ответила я под воздействием еще не прошедшей обиды.

Он смутился.

— Я знаю, что сделал тебе много гадостей, но все в этом мире ошибаются. Теперь я твой должник и если ты захочешь, то могу навсегда исчезнуть из твоей жизни.

«Да, именно этого я и хочу» — мысленно ответила я, но в слух сказала другое:

— Давай обсудим это позже. Сейчас нужно выбираться, пока не стало слишком поздно.

— Уже слишком поздно, — послышался очень знакомый голос, который будто бархатом окутывал с ног до головы, стоило заговорить его обладателю. Только это был не просто бархат, а бархатный саван.

— Темный Повелитель. Собственной персоной, — без каких либо эмоций вымолвила я, поворачиваясь к говорящему лицом. Фигура в красно-черном плаще. Значит, тоже один из них.

— Я тоже рад вас видеть, — он шутливо поклонился. — Правда, я думал увидеть вас в несколько другом состоянии. Придется уволить демона — медика, а лучше… — он вытянул руку в перчатке в сторону и со всей силы сжал ее в кулак, издав соответствующий треск. При этом его лицо осветила зловещая улыбка, не предвещающая ничего хорошего.

— Кто это? — испуганно спросил Фрэнк.

— Сейчас тебе лучше этого не знать, — ответила я ему, не отрывая взгляда от Хозяина Преисподней. Он не приближался, но и не собирался уходить.

— Где мы? — спросила я тоном, требующим непосредственного ответа.

— А вы еще не догадались? — с усмешкой поинтересовался Повелитель. — В моем царстве.

Моя душа сползла в пятки. Неужели мы под землей?!

— Нет. Не надо бояться. Вы еще живы. Пока живы. А это, — он обвел руками пространство вокруг себя, — мое детище — «Белая тень».

— Ваш клуб? — удивилась я.

— Да. Когда-то здесь был театр. Я помню те времена. Я любил ходить на пьесы, которые ставили здесь. Актеры играли просто великолепно, — он закатил глаза к потолку, — прекрасная игра, шикарные костюмы и чудесные декорации, но вскоре на смену им пришли полные бездари, и театр потерял свою изюминку. Тогда я и решил сделать здесь клуб. Правда, хорошо получилось?

— Мрачновато, — ответила я, прорабатывая в голове план побега. — А зачем тогда нужно было придумывать всю эту историю про захват трона и мнимых подозреваемых?

— Разве не понятно? Чтобы отвлечь вас, направить на ложный путь. Разве вы не получили удовольствия от знакомства с моими подчиненными?

— Мы ничем вам не мешали. Зачем нужно было впутывать нас в эту историю?

— Нет, вы сами в нее впутались, Диана, — Хозяин Преисподней замотал головой. — Разве это не вы явились в мой клуб в поисках «Кортеса»?

Я молчала, а он в то время продолжал.

— Скажите спасибо своему другу Алану Гаррету, а точнее, скажете потом, — засмеялся он и его смех раскатился гулким эхом по всей длине коридора, отталкиваясь от голых серых стен. — Ведь если бы не его небрежность, вы бы никогда и не узнали об этой легенде и не заинтересовались ею.

— Но мистер Катчер…

— О, об этой личности вообще отдельный разговор. Поначалу он пытался противостоять моим силам, но, поняв, что находится в меньшинстве, решил переметнуться. И как видите, ему это удалось. К сожалению, не могу предложить вам того же, поскольку время для подобных бесед безвозвратно ушло, и вы довольно опрометчиво отвергли мое предложение о сотрудничестве. Теперь для вас, милая Диана, приготовлена другая роль в моем миниатюрном театре, причем главная роль. Вы будете моей изюминкой.

— Никем я не буду, — возмутилась я, не вполне понимая его слова.

— Теперь это уже не вам решать, — уже без улыбки ответил он и двинулся в нашем направлении.

Недолго думая, я развернулась и помчалась от него прочь не разбирая дороги с единственной целью — выбраться отсюда. По тяжелому дыханию Фрэнка за моей спиной, я поняла, что он не отстает. Вслед нам доносился раскатистый смех.

31

Пол был каменным, как и в комнате, в которой меня держали. Поскольку даже камни подвластны времени, то в полу наблюдались большие выбоины, в которые то и дело попадали мои ноги. Я бежала вперед, не сворачивая, в надежде найти входные двери. В сознании теплилась надежда, что я им нужна живая, и стрелять мне в спину огненным шаром никто не будет. Я поняла, что просчиталась лишь, когда позади меня тихо вскрикнул и повалился на пол Фрэнк. Я резко затормозила и будто в замедленной съемке обернулась. Он лежал на полу, раскинув руки в нелепой позе, лицом вниз и не шевелился.

— Не заставляй меня сделать то же самое и с тобой, — сказал шедший по коридору Темный Повелитель. Его плащ на ходу развевался, создавая подобие черных крыльев. Черный Вестник.

Я еще раз взглянула на неподвижное тело Фрэнка и вновь побежала. Думать, что со мной произойдет — не хотелось. По крайней мере, меня и так не оставят в живых, разве что продлят жизнь на пару часов.

Мне удалось сделать еще шагов десять, когда я с налету врезалась в невидимое препятствие, больно ударившись при этом головой и упав на пол. Я не была сражена шаром, как Фрэнк. Это было что-то другое — прозрачная стена, выросшая на моем пути.

Пока я приходила в себя, ко мне подошли Темный Повелитель и еще кто-то. Лица второго мне разглядеть не удалось, поскольку от удара в глазах все двоилось. Затем я почувствовала укол в руку, и в глазах окончательно затуманилось. «Я все-таки попалась», — промелькнула в моем сознании мысль и тут же исчезла, погрузившись в черный омут беспамятства…

Очнулась я на удивление быстро — мне кажется, не прошло и пяти минут. Но то, что я увидела, открыв глаза, заставило очень сильно испугаться — передо мной на полу распласталось мое же тело. Первая мысль, пришедшая в голову — «Я умерла!», но, внимательно присмотревшись, я увидела бьющуюся жилку у себя на шее и монотонно поднимающуюся и опускающуюся грудную клетку. Рукав на правой руке был закатан и на белом бархате кожи виднелся след от укола, скорее всего — снотворное. Значит, я жива, но под властью лекарства. Но почему же тогда моя душа витает в свободном состоянии? Ответ пришел незамедлительно — я опять нахожусь в реалистическом сне, который на самом деле отнюдь не является сном, скорее другим фокусом видения реальности.

— Позаботься о других, — сказал мне Темный Повелитель, а точнее не мне, а демону — медику, в теле которого я сейчас существовала.

— Да, мой повелитель, — ничтожно пролепетал демон, после чего Хозяин Преисподней вышел из комнаты, в которой мы находились.

Видимо, после того, как меня усыпили, мое неподвижное тело перенесли в одну из свободных комнатушек, которая оказалась точной копией предыдущей. Если это здание раньше служило театром, то похожие друг на друга как две капли воды небольшие помещения — это гримерные. На стенах висели все те же гобелены, разве что эти были еще больше потрепаны и изорваны, а местами зияли огромные дыры.

Медик потянулся к моему лежащему на полу телу и оправил рукав, при этом прикоснувшись к моей коже. И самое интересное и удивительное, что я каким-то образом почувствовала это прикосновение, но не со своей стороны, а со стороны этого демона — моя кожа показалась мне очень холодной и слегка одеревенелой. Правильно, столько снотворного в меня вкатить, будто я лошадь какая-то.

Демон заботливо прикрыл меня одеялом — ведь мое здоровье теперь было превыше всего, поскольку, как мне стало известно, я буду играть главную роль — после чего собрал свои инструменты в небольшой ящичек медбрата и, еще раз оглянувшись, направился за дверь. Выйдя, он задвинул щеколду в нужное положение и двинулся налево по коридору, проходя мимо однотипных закрытых дубовых дверей. Прошел он и мою бывшую камеру с остатками пепла на пороге, задержавшись на пару секунд ради лицезрения моего творения, даже не подозревая, что сейчас я нахожусь ближе, чем он думает и отнюдь не в бессознательном состоянии.

Я фиксировала положение комнат, ответвления коридора и молилась, чтобы он подкинул мне какую-нибудь важную информацию, но, видимо, этот демон имел очень низкий ранг в общей системе и нисколько не интересовался происходящим, скорее напоминая этим робота. Он остановился возле одной из комнат и, отперев дверь, не спеша вошел внутрь. Я увидела на цветном одеяле человека, лежащего без сознания лицом вниз, расплескав вокруг себя шелковый водопад каштановых волос. Демон — медик присел, а вместе с ним и я, и перевернул человека на спину. Я ахнула про себя — это был Дэниел. В той же одежде и с тем же синяком под левым глазом, оставленным ему повстречавшимися на пути демонами. Но что он здесь делает? Почему они держат своего помощника в том же состоянии, что и меня? Неужели, он всего лишь жертва?!

Холод пришел с осознанием моей неправоты. С чего вообще я взяла, что Дэниел с ними заодно? Так, начнем сначала. Мистер Катчер вызвал его для помощи в расследовании — это так, но если верить словам Темного Повелителя шеф сначала пытался противостоять воплощению легенды в жизнь. Может, он сначала вызвал Дэниела, а потом решил переметнуться? Если так, то все встает на свои места и Дэниел не их маньяк-сообщник, а очередная жертва, подвернувшаяся под руку, сама приплывшая в искусно расставленные сети. Тогда объясняется и нападение на Дэниела по пути от мистера Катчера. Просто тот понял, что Дэниел что-то заподозрил и попытался его устранить, но не хватило сил.

Что-то в облике Дэниела было не так — слишком синими были его губы и кончики пальцев. Видимо, демон это тоже заметил, поскольку обеспокоено взял его за руку и проверил пульс, после чего прикоснулся ко лбу. Вместе с медиком и я ощутила кожу Дэниела — на ощупь она напоминала мою, только была еще холоднее. Правда в этот раз ощущения были более размытыми, будто я прикасалась к нему рукой в плотной перчатке.

Демон отвернулся к своему кейсу, достал оттуда шприц и небольшую ампулу. Наполнив шприц до середины, он задумался, рассчитывая нужную дозу, чтобы не ухудшить и без того плохое состояние Дэниела. Наконец, он сделал все приготовления и, выбрав место для укола на правой руке, собирался уже было вколоть лекарство, но почему-то остановился. Хотя известно почему — остановила его я, только каким путем осталось загадкой даже для меня. Просто я не хотела, чтобы это произошло. И когда он остановился на последней секунде, я не поверила своему счастью. Неким образом мне удалось на время завладеть его телом, но, сколько это продлится, я не знала, поэтому решила действовать быстро.

Управлять руками демона, преодолевая противоборство его собственного тела против инородной субстанции, оказалось довольно сложно. Но я старалась изо всех сил. Первым делом я выдавила содержимое шприца на пол, после чего убрала его обратно в кейс, чтобы убедить потом этого демона в том, что он выполнил указание и обезвредил Дэниела еще на некоторое время. Затем с огромным трудом поднялась, приложив оставшиеся усилия, и дрожащей походкой направила демона к выходу, по дороге пару раз подвернув ему ногу. Ничего, переживет. Дверь я прикрыла с той стороны, но на щеколду запирать не стала, с надеждой, что Дэниел вскоре очнется и успеет выбраться до того, как обнаружат, что его комната открыта. Следующим пунктом в моем плане значилось повторное посещение моей камеры с целью отпереть и мою дверь, но по мере продвижения я теряла контроль над своим «подопечным» — видимо, его организм нашел способ и начал энергично выталкивать меня из тела. Эти метафизические толчки я ощущала реально. Постепенно они становились все сильнее и сильнее. В итоге я устала бороться, стараясь подольше остаться в этом теле, и обессиленная была низвергнута обратно в темноту.

На этот раз поспать мне пришлось подольше, но очнулась я не сама — меня усердно трепали по плечу. «Дэниел!» — подумала я и с радостью в душе открыла глаза, но вместо мягких золотых глаз увидела пустоту холодных серых. Ко мне пожаловал гость — человек, которого я меньше всего хотела бы видеть — мистер Катчер. Увидев, что я проснулась, он уселся в сборное кресло, которое он, видимо, принес с собой, ожидая пока я окончательно приду в себя.

Я еще никогда не чувствовала себя хуже, чем сейчас: мои зубы отбивали дробь, кожа на руках под тонким тканью кофты посинела от холода и одеревенела, ныла спина, а голова так вообще раскалывалась. Укутавшись с головой в одеяло, я обратила недружелюбный взгляд на своего бывшего босса. Он, в отличие от меня, просто сиял изнутри, радость и жизнь так и кипели в нем. Поскольку я молчала разговор начал он.

— Как ты себя чувствуешь? — безучастно поинтересовался он.

— Так же, как и выгляжу, — буркнула я.

— Да, ладно, все не так уж и плохо, — засмеялся он, закинув ногу на ногу. Мне приходилось смотреть на него снизу вверх, что явно льстило его самолюбию.

— Зачем вы пришли?

— Навестить тебя. Я подумал, что поскольку ты работала у меня, то я должен проявить дань уважения и ответить на интересующие тебя вопросы, а их, я думаю, у тебя накопилось очень много, — выговаривая каждое слово, произнес мистер Катчер. Сегодня на нем был белый костюм с небесно голубой рубашкой. Значит, принарядился для праздника.

— Почему вы предали нас? — спросила я то, что давно крутилось в уме.

— Ну, я никого не предавал, просто принял другую точку зрения.

— Теперь это так называется, — ехидно подметила я. — Вас по ночам не преследуют души убитых ангелов? Нет? А должны.

Он жестом остановил меня, мгновенно утратив улыбку.

— Я пришел сюда не слушать твои нравоучения.

— Зачем тогда? — я театрально выгнула брови, изобразив удивление. — Может, для того чтобы отпустить мои грехи? Так вот, сначала вылезьте из своих.

— Тебя не интересует твоя дальнейшая судьба? — изумился Том Катчер.

Да, конечно, будто я без него не знаю, что меня ждет в дальнейшей перспективе.

— Я уже и так все знаю. Я — жертвенная овца.

— Ну что ты, Диана. Тебе отведена более благородная роль — роль тринадцатого воина.

Он произнес это так, будто мне выпала огромная честь, удостоиться которой мечтает каждый.

— Именно благодаря твоей силе произойдет то, чего мы так долго ждали, — продолжал он, не обращая внимания на мой непонимающий вид. — Ты станешь ключом в другой мир, новый мир.

— И что это за тринадцатый воин? — с сомнением спросила я. Может, меня все-таки оставят в живых.

— Разве ты не помнишь легенду? — хмыкнул он. — Тебе предстоит завершить ритуал.

— Каким образом? — осведомилась я, стараясь пробудить в памяти текст легенды. Но лучше бы я этого не делала и питалась ложными надеждами до логического конца — «и тринадцатый воин закончит ритуал, оставив свое сердце на черном алтаре». Страх прокатился во мне мощной волной, заставив еще сильнее биться сердце и отразившись на лице.

— Ну не надо так бояться, Диана. Не вы первая пройдете через это, — пытался успокоить меня Том Катчер, будто речь шла всего лишь об удалении зуба или еще чем-нибудь подобном, а не о насильственной смерти.

Его слова добили меня. Сейчас я ощущала себя подопытной крысой, которую после проведения ряда ужасающих опытов решили пожалеть и умертвить.

— Почему я?

— За это скажите спасибо себе, а точнее своим новым силам, — начал Том. — Именно их появление заставило нас отказаться от первой кандидатуры и обратить внимание на вас. Мало того, что вы обладаете восьмым уровнем, так еще соединили в себе демоническое и ангельское начала. Вы — уникум. Таких как вы больше не существует.

— Откуда вы узнали о моих новых силах? — удивилась я, зная, что Дэниел не собирался рассказывать об этом шефу.

— А вы уже забыли, как сожгли демона около этого клуба одним взмахом руки? — переспросил он.

Точно. Ведь он сообщник Темного Повелителя и осведомлен в этом происшествии.

— Но поскольку у нас были сомнения, мы решили проверить вашу силу другим путем. Вы успели навестить некроманта Зейна? — спросил он и, после моего ответного кивка, продолжил: — Тогда вы знаете, что с ним случилось.

— Он наслал порчу на нечеловека с силой больше его, за что и пострадал, — высказала я идею, услышанную тогда от Дэниела.

— А вы помните, чья кукла находилась в его руках?

— Да, Джудит Ленгдон.

— Что?! — он засмеялся, тогда как я не увидела в этом ничего смешного. — Джудит Ленгдон?! С зелеными глазами и черными волосами?!

Он смеялся, а до меня доходил смысл его слов. Ведь у Джудит были не черные, а белые волосы, и явно не зеленые глаза.

— Чья же это была кукла?

— Конечно, твоя, — ответил он, и, увидев мою реакцию, развеселился еще больше: — Мы проверяли тебя. И ты оправдала наши ожидания и даже превзошла их.

Моя кукла. И порчу, следовательно, пытались навести на меня. Но почему тогда Дэниел не рассказал мне об этом? То-то он так странно отреагировал на этот кусок материи.

Все начинает проясняться, появляются новые детали, о существовании которых я даже и не подозревала, ответы на интересующие вопросы сами плывут в руки. Только вот со временем накладка вышла — я взаперти, а дело близится к полнолунию. Одна надежда на Дэниела — если ему удастся выбраться, то он попытается вызволить и меня отсюда.

— Не боитесь, что я и вас могу убить? — с издевкой в голосе спросила я.

Он сразу помрачнел и задумался — мысль о том, что я могу причинить ему вред, как-то не приходила в голову. Но он тут же покачал головой и улыбнулся, не придав достаточного значения моему вопросу.

— Если бы ты могла это сделать, то не сидела бы здесь, — подытожил мистер Катчер.

— Вы упомянули первого кандидата. Кто это?

— А вы еще не догадались?

— Если бы догадалась, не спросила бы, — огрызнулась я, в очередной раз переведя взгляд на дверь, в надежде увидеть в проеме лицо Дэниела, пришедшего мне на выручку. Но там никого не было. Дверь была не заперта, а просто прикрыта, оставляя небольшой зазор. В голове промелькнула идея оглушить мистера Катчера и попробовать выбраться отсюда, которая тут же показалась мне бредовой. Допустим, я смогу одолеть бывшего шефа (это если учитывать что он крупнее меня и более способен в магии, нежели я), но за пределами комнаты у входа, возможно, меня ждет пара охранников, раз, как сказал Темный Повелитель, да и Том Катчер, мне принадлежит «главная роль» в их театрализованном представлении. Если я убегу, то придет конец всей их затеи. А этого они постараются не допустить.

— Это Дэниел Сэндс, — торжественно сказал мистер Катчер, сияя, будто золотая монетка.

— Дэниел? — опешила я.

— Да, — продолжал он. — Мне стоило больших трудов найти ангела такого высокого уровня, а затем втереться ему в доверие и вести себя так, чтобы он ничего не заподозрил. Когда подошли сроки, я под предлогом помощи с его стороны, пригласил Дэниела к нам в фирму. Он согласился.

— Вы все продумали, только вот зачем вам понадобилась я? Зачем нужно было придумывать историю про сокрытие его настоящего уровня? — не поняла я.

— Все просто, Диана. Нам нужно было создать иллюзию и тем самым вызвать доверие у Дэниела. А насчет выбора тебя как его помощника, могу сказать одно — это случайность. На твоем месте мог оказаться кто угодно — просто нам улыбнулась удача.

— Удача, — хмыкнула я. Опять она изменила нам. Вот бы встретиться с ней лично и побеседовать с глазу на глаз. И еще верь после этого в сказки — «добро побеждает зло». Трудно бороться за правое дело, когда все против тебя.

— Именно она. Выбор случайно пал на тебя и, как видишь, мы не прогадали.

— А что теперь будет с Дэниелом? — горестно спросила я.

— Он — наш запасной козырь. Если ты выкинешь какой-нибудь фокус и нам придется от тебя избавиться, то Дэниел заменит тебя на черном алтаре, — пояснил мистер Катчер.

Ага, значит, они все-таки могут меня убить, ведь у них есть еще один кандидат на роль «изюминки». Может, мне покончить с собой, если Дэниел сможет выбраться, но не успеет освободить меня? Тогда они пропустят нужный момент, и конец света не наступит. Ладно, припасу этот вариант на всякий случай, но не больно-то охота к нему прибегать — хочется еще пожить на этом свете.

— А вам какая выгода со всего этого? Вы ведь рождены не демоном и с концом света придет и ваш конец.

Он задумался. Похоже, этот вопрос уже всплывал в его сознании и ответ на него был достаточно расплывчат.

— Вы об этом думали? — продолжала я, пытаясь сбить его с темного пути, на который он встал, но не с целью освободить его душу от темных пут, нет — в надежде, что, одумавшись, он освободит меня. Но мистер Катчер не поддался на провокацию.

— Это вас не касается, я знаю, что делаю, — он встал, складывая за собой кресло, на котором сидел весь наш недолгий разговор.

Он неторопливо подошел к двери и лишь затем обернулся.

— Еще увидимся, — сказал он и добавил: — Но, я думаю, не скоро. Я не тороплюсь на тот свет.

Он вышел, после чего раздался звук закрываемой щеколды, отзвучавший эхом в моем сердце. Надежды рушились, мечты не сбывались, а время неумолимо двигалось вперед…

32

Нервы постепенно начали сдавать, а помощь все не шла. Конечно, вероятность того, что Дэниелу удастся выбраться незамеченным слишком мала, но лучше иметь хоть такую надежду, чем ничего. Я пробовала ходить по комнате, осмотрела все стены и углы, но в итоге уселась обратно на одеяло и начала укорять себя за то, что не надела наручные часы. Пару раз ко мне заглядывали охранники, проверяя на месте ли я, будто я могу испариться из этой комнаты, не воспользовавшись дверью. Это были два молодых демона лет семнадцати. Они бросали на меня испуганные косые взгляды, выглядывая из-за двери. Значит, слышали, что произошло с их сотоварищем по расе или видели, во что превратилась дверь моей предыдущей камеры. Несколько раз попробовала разозлиться и повторить историю с поджогом, но ничего не получалось. Может, из-за того, что рядом не было Фрэнка, который подначивал бы меня, а может из-за действия транквилизаторов, которыми меня напичкали, и благодаря которым я теперь не ощущаю почти никаких эмоций кроме апатии.

Поскольку ни часов, ни окна в моей комнате не было, я не знала, сколько сейчас времени и могла только догадываться, сколько мне осталось жить. От вынужденного безделья сознание мое начало затуманиваться, а глаза закрываться, но я боролась со сном, не позволяя провести свои последние часы в таком состоянии. Я ждала, и ждала, и ждала…

Снова послышался звук отодвигаемой щеколды, но вместо уже порядком поднадоевшего лица охранника я увидела другое лицо — лицо Темного Повелителя. В его руках было то, чего я давно ждала — холщовая рубашка, предназначенная специально для меня. Вот только с цветом я слегка ошиблась — она была не белоснежной, а кроваво-красной.

— Одевай, — сказал мне Хозяин Преисподней, кивком указав на брошенную рядом со мной рубашку. Я отметила, что он перешел на «ты».

Я сидела не шевелясь, глядя на стенку перед собой. Только сейчас мне стало страшно по настоящему. До этого момента я тешилась надеждой на Дэниела, на возможное спасение, но теперь можно подвести черту и поставить жирную точку.

— Слышишь? — он наклонился и заглянул мне в глаза. Что он увидел в них, я не знаю, но это заставило его отшатнуться. Что же могло так испугать Хозяина всего Темного мира? Безнадежность, отчаяние и пустота, ничего более.

— Почему с остальными было проще? — задал он мне вопрос и присел рядом на корточки.

— Может, потому, что вы непосредственно не присутствовали при ритуале? — предположила я.

— А это тебе откуда известно? — неподдельно удивился он, в ответ на что я ухмыльнулась.

— Видела своими глазами. Неужели вы не до конца проверили мои силы?

— Как это «видела»?

— Глазами, — ответила я и указала их на своем лице. — Вот этими.

Он непонимающе взирал на меня, пытаясь самостоятельно найти ответ на этот вопрос.

— Мне доступны реалистические сны, — сказала я.

Его брови непроизвольно поползли вверх, но он быстро восстановил самообладание. Теперь его лицо не выражало никаких эмоций.

— Тем лучше, — ответил он, поднимаясь. — Тем лучше.

Прежде чем покинуть мою комнату, Темный Повелитель добавил:

— У тебя в запасе еще два часа. Будь готова.

С этими словами он вышел, но они еще долго звучали у меня в голове. Два часа… Что это по сравнению с целой жизнью?

Прошло более двадцати минут, прежде чем ко мне пожаловал другой гость, появления которого я не ожидала и чуть не прослезилась от счастья. В воздухе запахло ванилью, а перед моими глазами засветилось серебристое облако. У меня создалось ощущение, что я опять грежу наяву, но хватило сильного щипка, чтобы убедиться в обратном. Я заворожено смотрела на это чудо широко открытыми глазами. Когда туман рассеялся, четко стала видна фигура человека, а если быть точнее, эльфа. Моего самообладания едва хватило, чтобы не броситься ему на шею и заплакать от избытка чувств.

— Еле пробился, — чихнув, сказал эльф и начал смахивать со своей одежды серый налет. Его белые волосы также были покрыты пыльцой, напоминавшей пыль.

Я замерла на своем кусочке острова, которым мне служило одеяло, и во все глаза наблюдала за эльфом. Он наконец-то обратил внимание на меня, и не спеша начал приближаться. Дошел он очень быстро, поскольку моя комната была довольно маленькой по габаритам.

— Вы — Диана? — осведомился эльф. Я махнула головой в знак согласия. Он продолжил:

— Вы то мне и нужны, — сказал он, оглядываясь вокруг. — Не так уж у вас тут и удобно. Даже присесть не куда.

Это был высокий эльф, одетый в лиственного цвета одеяние. По виду я бы не дала ему более двадцати лет по нашим меркам, но, скорее всего, ему раз в десять больше. Глаза его были холодного голубого цвета с серебристыми прожилками.

— Не особо то вы разговорчивы, мне говорили обратное, — заметил эльф, смотря на меня свысока.

— Посидели бы вы тут с мое, так вообще бы разговаривать перестали, — взъерошилась я в ответ на его не особо-то доброжелательный тон. Он усмехнулся:

— Так, уже лучше. Теперь я точно знаю, что это вы.

Он стоял на том же месте, что и Темный Повелитель полчаса назад и на его лице вдруг отразились понимание и жалость.

— Кто вы? — спросила я, заинтригованная его неожиданным появлением.

— Я — Рэлиот, младший эльф клана Хрустального Леса, — представился эльф и учтиво поклонился. Мне стало не по себе, что встречаю его в таком виде, и решила подняться, но эльф остановил меня взмахом руки.

— Не время для обмена любезностями. Если все пройдет так как надо, то еще успеете проявить дань уважения.

— Что пройдет? — поинтересовалась я.

— То, что задумано, — чуть резче ответил он.

Я покосилась на дверь, вспомнив, что за ней стоит пара охранников, очень чутких и бдительных. От эльфа не ускользнуло направление моего испуганного взгляда.

— Не бойтесь, они нас не услышат, — сказал он и пояснил: — Я создал магическое поле, но боюсь долго не смогу его продержать. Чужая территория, видите ли.

— Но они могут войти, — возразила я. — Они довольно часто проверяют мою комнату. Боятся, что я испарюсь прямо у них из под носа.

— Я долго не задержусь.

— А как вы собираетесь выйти?

— Так же как и вошел, — с искринкой в голосе ответил Рэлиот и добавил уже серьезным тоном: — А теперь ближе к делу. Меня послали сюда для проведения разведки. Проверить, как вы себя чувствуете, сколько человек вас охраняют и какова ситуация в общем.

— Кто вас послал? Отерон? — назвала я имя единственного знакомого мне до этого момента времени эльфа.

Рэлиот слегка скорчил лицо, будто отмахивался от назойливой мухи, которой, в его глазах, я и являлась.

— Нет, не он. Он младший эльф, как и я, и сам является подчиненным. Тем более мы с ним из разных кланов, — заметил Рэлиот.

— Тогда кто?

Его терпение быстро закончилось. Вообще, эльфы славятся своим высокомерным характером и нестабильным темпераментом, который может меняться за доли секунды. Рэлиот, по-видимому, типичный представитель своей расы.

— Это все, что вас сейчас интересует? Или вы уже смирились со своей участью и не заинтересованы в ее избежании? — выпалил он.

У меня от его слов навернулись слезы, и мне стоило огромных усилий не пролить их горным потоком. Меня обидели его резкие слова, но смысл в них был. Вместо того чтобы внимательно слушать, я задавала глупые вопросы.

— Я буду молчать. Обещаю, — сказала я Рэлиоту. Тот заправил за остроконечное ухо длинную прядь белоснежных волос и, смерив меня недовольным взглядом, продолжил:

— Сейчас мы не в состоянии освободить вас, — при этих словах сердце мое упало, — слишком хорошая защита, как магическая, так и охранная. Потребовались большие затраты сил для того, чтобы отправить меня сюда к вам. Мы еле пробили их поле, но вскоре оно восстановится и мне придется уйти.

— Зачем же вы тогда пришли, если не можете освободить меня? — растерянно с обидой в голосе спросила я у эльфа.

— Чтобы увидеть обстановку и посвятить вас в план по вашему же освобождению.

— Зачем меня освобождать? — насторожилась я.

— Вам нравится здесь? — усмехнулся эльф.

Я быстро замотала головой.

— Без вас все их планы сойдут на нет, — пояснил Рэлиот.

— Дэниел, — вздохнула я. — У них есть Дэниел.

— Нет. Уже нет.

— Как? Они убили его? — ахнула я, почувствовав как кончается воздух.

— Нет, — рассмеялся эльф, глядя на мое убитое горем лицо. — Он в безопасности. У нас.

— Но как?

— Его охраняли не так хорошо как вас. Да еще, как обнаружилось, они забыли закрыть его дверь.

Я улыбнулась. Ага, как же, «забыли». Да если бы не я, он сейчас так и лежал бы напичканный транквилизаторами, не способный даже самостоятельно поднять руку. Дозы, какую хотел вколоть ему демон-медик, хватило бы, чтобы усыпить слона. С него обед в одном из лучших ресторанов с итальянской кухней, если конечно я останусь жива после сегодняшней ночи.

— Что вас так развеселило? — настала очередь эльфа удивляться.

— Да так, ничего, — отмахнулась я. — Продолжайте.

Он странно посмотрел на меня как на умалишенную. Может, он думает, что у меня уже поехала крыша от всего происходящего. Нет, милый Рэлиот, я еще держусь.

Минут за десять эльф успел мне рассказать об операции, провернутой для спасения Дэниела из этого логова и то, как он рвался ко мне на выручку. Но эльфы его остановили и вразумили, сказав, что идти одному за мной — это равносильно самоубийству. Нужно действовать всеми имеющимися людскими (ангельскими и эльфийскими) ресурсами и лишь тогда они смогут противостоять армии Темного Повелителя. Но, как оказалось, подготовка займет немало времени, и все приготовления закончатся лишь часа через два, как раз к началу активных действий со стороны Хозяина Преисподней.

— А что, если вы не успеете? — спросила я, выслушав краткий пересказ эльфийского плана.

— Мы постараемся, — коротко ответил Рэлиот.

Согласно их плану действий, к полуночи магическая охранная система будет обезврежена, и они смогут проникнуть в здание бывшего театра, а ныне клуба, незаметно. При этом будет прервана связь Хозяина с его подчиненными, чтобы у того не было возможности вызвать подкрепление.

— А мне какая роль отводится во всем этом?

— Никакой. Старайтесь не вызывать подозрений — это главное. А когда все начнется, спрячьтесь куда-нибудь.

— Но я же не мышь какая-нибудь, чтобы прятаться, — возмутилась я.

Эльф вздохнул, борясь с нахлынувшим раздражением.

— Если не будете делать то, что от вас требуется, то преспокойно отправитесь на тот свет раньше положенного срока.

Да, веский аргумент. Хочешь жить — прячься в нору. Но не я ли недавно ругала, на чем свет стоит, ангелов попрятавшихся по своим домам из-за страха перед смертью? А теперь мне придется испытать все это на себе.

В воздухе зазвучал настороженный звон колокольчика, который мне уже приходилось слышать.

— Пора? — спросила я.

— Пора. Дыра в поле закрывается.

— Да, кстати, — спохватилась я. — Как вы узнали, что мы здесь?

Эльф улыбнулся, обнажив ряд ровных зубов.

— Благодаря вашим Амулетам Силы. Они привели нас сюда, к своим обладателям.

— Так это вы вломились в квартиру Дэниела и сделали такой погром?! — обомлела я, не веря своим ушам. У меня даже в мыслях не было, что эти высокомерные и отчасти благородные эльфы могут пойти на такой безнравственный поступок, как взлом с кражей.

— Иначе бы вы что-нибудь заподозрили. Еще спасибо скажете.

— Да, уж. Спасибо. Можно было бы и поаккуратнее.

Он снова улыбнулся и прошел на середину комнаты, готовый к транспортировке.

— А меня вы не можете взять с собой? — напоследок спросила я, уже зная каким будет ответ.

Рэлиот покачал головой, грустно улыбнувшись одними уголками рта.

— Тогда, до встречи, — так же грустно улыбнулась я и вяло махнула ему рукой.

Он исчез так же быстро, как и появился, оставив в воздухе мельчайшие серые пылинки с одежды. Я опять осталась одна, но на этот раз уже с более весомой надеждой в душе. На помощь идут. И, я надеюсь, они не опоздают.

33

Время неумолимо текло вперед, то убыстряя, то замедляя темп. Я чуяла приближение вечера, и сердце пропускало удар за ударом, слушая отголоски шагов в коридоре, когда кто-нибудь держал путь мимо моей камеры. Охрана ко мне больше не наведывалась, но я слышала их приглушенные голоса, прислонив ухо к дубовой двери. Жаль только разговаривали они на своем наречии, что не позволило мне подцепить хоть какую-то информацию о моей судьбе, да и вообще о грядущем событии в целом. Хотя, особой потребности в словах я не видела — достаточно послушать интонацию в их разговоре и сразу становится понятно, что очки не в нашу пользу.

Я не могла найти себе места. В очередной раз попробовав поджечь дверь и потерпев поражение, я обессилено присела на одеяло. Я чувствовала кожей каждую минуту, которая проходила в ожидании, подобно предыдущей. Мне даже удалось вспомнить парочку молитв из забытого детства и повторить их раз десять.

За отведенные мне часы я успела перебрать в памяти всех своих знакомых и друзей. Вспомнила Линду и Эвана, то, как прошлым летом мы ездили отдыхать на Сэйшелы и провели весь отпуск, барахтаясь в океане. Удостоила светлой памяти и Фрэнка, помогавшего мне до последнего и пострадавшего отчасти из-за меня. Он был неплохим парнем, хоть и вел себя совершенно противоположным образом.

Раз пять взгляд падал в соседний угол, куда в порыве гнева я забросила красную рубашку, принесенную мне Хозяином Преисподней. Она была моим багажом на тот свет или, точнее сказать, стопроцентным пропуском. Счастливый лотерейный билет. Только вот с какой стати он выпал именно мне? За какие заслуги?

Прохлада, исходящая от каменного пола начала проникать внутрь меня, заставляя каждую клеточку судорожно сжиматься. Но главной причиной все-таки был страх, глубоко засевший в душе и усердно пожирающий остатки надежды.

Я не видела иного выхода из создавшегося положения кроме как положиться на обещанное эльфом спасение, поскольку от меня сейчас — полусонной и вымотанной — проку нет никакого. Пусть я и ангел восьмого уровня, во что я до сих пор не очень-то верю, но мне тоже нужен отдых для восстановления сил.

Дверь открылась так внезапно, что я вздрогнула. Стальной коготь страха сжал мое сердце, заставив его забиться сильнее. Руки покрылись холодным потом. И вот вошел он. Я прокручивала этот момент в голове несколько раз, раздумывая как мне вести себя, когда он появится: забиться в угол, заплакать, стоять перед ним на коленях или, наоборот, кинуться с кулаками, попробовать выбежать. Но вот он появился, а я не знаю, что делать. Время вокруг замерло.

— Я вижу, ты еще не готова? — осведомился Темный Повелитель, небрежно скользнув по мне взглядом. Его голову покрывал черный капюшон, но это не помешало мне заглянуть ему в глаза. Если он и старался не выдавать своих эмоций, то его глаза сказали мне все. Он был безмерно счастлив, уже представив, что к завтрашнему утру будет единственным правителем мира, жестоким и всевластным. Душа его была так же черна, как и глаза. Если до этого я и надеялась, что смогу вызвать сострадание у этого демона, то сейчас это показалось мне нереальным. Я увидела его истинное лицо, которое он так усердно старается скрыть от посторонних. Изодранная в клочья душа и увитое ядовитым плющом сердце. Ему уже ничем нельзя помочь… и мне тоже.

Он отвернулся слишком поздно, оборвав ментальный контакт. Я успела увидеть его сущность, познать внутренний мир. Я увидела много того, от чего кровь застывает в жилах.

— Зачем мне это знать? — я с трудом выдохнула воздух.

Хозяин Преисподней молчал, стоя ко мне спиной. Наконец, он заговорил, и слова его острым лезвием прорезали туман тишины.

— Просто я показал тебе свою истинную форму.

— А я не просила, — ответила я, кинув взгляд в направлении двери и поспешно переведя его обратно. Может, рискнуть и попытаться сбежать. Но не успела продумать этот вариант, как он повернулся.

— Теперь ты уже себе не принадлежишь.

— Что?! — возмутилась я. — Я не вещь, чтобы кому-нибудь принадлежать! А уже тем более вам!

— Успокойся, — мирно посоветовал Темный Повелитель, и я непроизвольно закрыла рот, внимательно наблюдая за ним. Его лицо отражало задумчивость.

— Видишь ли, мне почему-то жаль тебя, — отрешенно сказал он, уперев взгляд в стену, на которой ранее, когда еще здесь был театр, висело зеркало.

Я молчала, не вполне понимая, о чем он говорит.

— Может, это потому, что в тебе есть родственные мне демонические силы, — продолжал он.

— Я — ангел, — поспешила напомнить я.

Он переключился на меня, сцепив руки в замок за спиной.

— Ты в этом уверена? — с сарказмом спросил «Кортес».

Да, конечно, я не знала, кем сейчас являюсь на самом деле, но признаваться в этом ему совершенно не хотелось.

— По сравнению с вами, я — чистый ангел.

Он засмеялся. Мне же повода повеселиться не представилось. Затем он прошелся по комнате мне за спину, остановившись возле угла, в который я забросила рубашку. Я проследила за ним взглядом. Затем вновь посмотрела на дверь. Либо сейчас, либо никогда.

— Что ты видела в своих снах? — спросил он тихо, будто разговаривая сам с собой.

И тут я решилась. Резко подскочив, я ринулась к давно манившей меня открытой двери. Но стоило мне добежать, как она захлопнулась передо мной. Затормозить я не успела, поэтому с налету врезалась в нее, больно стукнувшись лбом. Усердно потирая его, я повернулась к Темному Повелителю. Он пресек мою попытку к побегу, даже не повернувшись для этого ко мне лицом.

— Ты мне нравишься своим оптимизмом и силой воли. Другие сдавались быстрее, — прокомментировал он.

— А я — не другие! — разозлилась я. Кулаки на руках судорожно сжались, от чего ногти впились в ладони.

— Что тебе снилось? — спокойно повторил «Кортес», игнорируя мое состояние готовности к битве. Возможно, он считал меня просто комаром, которого он может прибить одним взмахом руки.

Поняв свою беспомощность, я разжала кулаки и с отупевшим видом смотрела на полумесяцы, оставленные ногтями на ладонях, не чувствуя при этом физической боли.

Я вернулась на исходную позицию — старое, доброе одеяло, к которому я уже успела привыкнуть и, обхватив колени руками, погрузилась в себя. На разговор с Хозяином меня не тянуло. Если он хочет с кем-нибудь поговорить, то пусть найдет себе другого собеседника.

Он вздохнул, послышался шум шагов за моей спиной и через мгновение он уже стоял передо мной, небрежно держа в руках красную рубашку.

— Я пытался оттянуть этот момент, но… — в его голосе появились нотки сожаления, но только на мгновение. — Время пришло.

Я лицезрела его обувь, не поднимая взгляда на лицо. Он протянул мне рубашку. Я же не пошевелилась.

— Предлагаю тебе по-хорошему. Либо одеваешься сама, либо мои слуги помогут тебе. Что выбираешь?

Чему быть, того не миновать. Мне не льстила возможная помощь со стороны его демонов, поэтому я выбрала первый вариант. Все равно он добьется своего. Конечно, можно посопротивляться, но это меня не спасет, лишь слегка оттянет время.

Я молча протянула руку и взяла рубашку. Она скользнула мне в ладонь, обдав могильной прохладой. Может, это не совсем подходящая ассоциация, но это именно то, что первым пришло на ум в данной ситуации.

— В твоем распоряжении десять минут, — сообщил мне демон, направляясь к двери ровной величавой походкой, будто некая важная персона, коей он себя и считал, по всей видимости. Полы плаща при движении плавно развевались, напоминая размах крыльев. Ворон удалялся, и я бы отдала все на свете за то, чтобы он не вернулся. Но я не властна над высшими силами, управляющими нашими жизнями. Тяжела жизнь марионетки.

34

Меня вели по длинному коридору под руки двое демонов, а третий семенил следом, упираясь тупым взглядом мне в спину. Они торопились и мне приходилось ускорять шаг, приближаясь все ближе к конечному пункту моей жизни. Рубашка была слишком длинной и путалась об ноги, мешая идти. Моим спутникам приходилось сбавлять темп и это их сильно злило. Хозяин не удостоил меня своим почтением для того, чтобы собственноручно сопроводить до алтаря, а поручил это своим верным слугам, которые как зомби безмолвно и с усердием выполняли поручение своего Хозяина. Глаза их злобно блестели, а губы застыли в кривой ухмылке.

Правая рука страшно затекла — один из моих конвоиров вцепился мне в запястье так, будто я могу превратиться в туман и испариться из его цепких рук. На мои просьбы ослабить хватку, он ничего не ответил, лишь сильнее сжал пальцы, так, что я пискнула от боли. Обуться мне не разрешили, поэтому мне приходилось идти босиком по каменному полу. Но, видимо, никого кроме меня возможность сильно простудиться не беспокоила.

Коридор освещался слабо, что не позволило мне получше рассмотреть окружающую обстановку. Здесь было большое количество дверей, ведущих в бывшие гримерки и другие подсобные помещения, использовавшиеся когда-то для нужд театра. Сразу было видно, что ремонт не затронул ничего кроме дверей и части ламп, использовавшихся для освещения коридора. На стенах старые потрепанные гобелены сменялись обрывками обоев с витиеватым рисунком. Местами валялись клубки пыли. Все это наводило уныние и тоску, печаль по ушедшим временам.

Теперь я точно знала, что именно по этому коридору я летела в своем сне, стараясь быть подальше от места, где убили Джудит и где сегодня предстоит умереть мне, если мои «ангелы-хранители» не появятся раньше. Возникло то же ощущение, что и тогда. Я чувствовала, что была здесь раньше. Только в этот раз главные двери, к которым мы неумолимо приближались, были прикрыты. Что там готовится для меня? И удастся ли мне пройти по этому коридору еще раз? Я знала ответы, но даже мысленно боялась их произнести. Будем надеяться на лучшее.

И вот мы оказались у цели. Демон, что следовал за нами, обогнал нас в считанные секунды и с каким-то извращенным удовлетворением и предвкушением неизведанного, распахнул створки двери. Здесь также стоял полумрак, несмотря на огромное количество свечей, расставленных вокруг. Приторный запах кориандра тут же заполз мне в легкие, голова слегка закружилась. Только сейчас я вспомнила, что не ела практически целые сутки, если не больше. Но самое странное в том, что помимо отсутствия аппетита у меня не было и слабости, характерной для состояния голода. Может, вместе с транквилизатором, они вкалывали мне что-то еще?

Зал был пуст. Это было большое помещение, частично освещенное свечами. Раз мы в здание театра, то логично предположить, что это — основная его часть, включавшая ранее сцену. Неподалеку от входа разместился алтарь, от вида которого меня бросило в холодный пот, а по телу прошелся слабый импульс тока. Я вспомнила Джудит и те муки, что ей пришлось испытать.

Хорошенько осмотреться мне не позволили — бесцеремонно подтолкнули вперед, поближе к алтарю, который незначительно возвышался над полом. Все приготовления были завершены: как и в прошлый раз вокруг стола на каменном полу был выложен круг из белых камней, но сегодня они чередовались с алыми, напоминающими капельки крови очень яркого, отчасти неестественного, насыщенного цвета. Чем ближе я подходила, тем яснее видела всю картину. Жертвенник был тщательно отполирован, но от въевшейся крови не избавишься никаким путем, как не старайся — хаотичные бурые разводы крепко пропитали дерево. Если бы я не знала, где нахожусь, то решила бы что на бойне, где разделывают неподвижные обмякшие туши крупного рогатого скота и ни что иное. А кличка «Мясник», я думаю, как нельзя лучше подойдет к их главному — Темному Повелителю.

От прикрепленных к поверхности стола ремней исходил еле заметный запах свежей кожи. Надо же, позаботились обо мне, заменили ремни. Вот только их забота мне…

В очередной раз все происходящее показалось мне сном, жутким, но все-таки сном. Может быть, поэтому я находилась в состоянии какой-то апатии. Конечно, мне не льстила перспектива быть разделанной на этом столе как кусок мяса, но особой тревоги у меня не возникало. В глубине души я уже попрощалась со своим существованием, но на ее поверхности все еще плавала надежда на спасение от рук эльфов и Дэниела. Не знаю почему, но я верила, что он приложит все усилия для моего спасения, как я помогла ему, хоть он об этом и не догадывается. Нужно надеяться и ждать, надеяться и ждать.

Если я и могла ждать, то демоны, что привели меня сюда, нет. Взяв меня под руки и преодолев слабые и бессмысленные попытки освободиться с моей стороны, они уложили меня на алтарь и пристегнули ремнями, да так туго, что ремешки с силой вонзились мне в тело, причиняя нестерпимую боль. Я сказала им об этом и попросила ослабить ремни, но вынуждена была закрыть рот, поскольку встретилась с веским аргументом — либо я молчу сама, либо меня погрузят в молчание против воли, с помощью укола снотворного. Пришлось смириться. Мне нужно оставаться в сознательном состоянии, чтобы помочь Дэниелу и команде, когда они заявятся сюда.

Дерево холодило тело. Для вечернего наряда в таком холоде рубашка, одетая на мне, подходила как нельзя хуже. Радовало лишь то, что мне позволили остаться в своем белье. По коже волнами побежали мурашки.

Двое из моих тюремщиков удалились, оставив третьего сторожить меня. Вглядываться в темноту потолка мне вскоре надоело и краем глаза я принялась следить за демоном, взявшим в руки мел и начавшим подписывать руны под алтарем. Этот нечеловек был невысокого роста со стандартными, незапоминающимися чертами лица. Зато бросались в глаза его огненно-рыжая шевелюра и блестевшая в правом ухе бриллиантовая серьга. Таких демонов мне еще не доводилось встречать в своей жизни. А он, по всей видимости, ни разу не видел таких, как я, поскольку часто бросал в мою сторону заинтересованный взгляд. А может все дело в том, что если со мной что-нибудь случится, то ему, в лучшем случае, оторвут голову, в прямом смысле этого слова.

— Как тебя зовут? — осторожно спросила я, порадовавшись, что демон со шприцом ушел и у меня есть возможность наладить контакт с оставшимся демоном. Может, что-нибудь хорошее из этого выйдет.

Парень замер в нерешительности, не зная ответить или нет. Боясь быть застигнутым за разговором со мной, демон испуганно огляделся. Любопытство победило, и он ответил.

— Зариус, — в его словах засквозила гордость.

— А меня Диана.

— Я знаю, как тебя зовут, — ответил парень и продолжил рисовать руну справа от меня, но продлилось это недолго. По его лицу было видно, что он что-то хочет спросить. Так и оказалось.

— Правда, что ты имеешь власть над огнем?

— Правда, — я удовлетворила его любопытство. — А ты над какой стихией?

Этот вопрос вызвал у него всплеск эмоций, из чего я сделала вывод, что он не раз им задавался. На вид Зариус был примерно моего возраста, но душой он напоминал мне маленького ребенка, который еще сам не разобрался, что хорошо, а что плохо. И я решила на этом сыграть.

— Ни над какой, — в сердцах ответил он, махнув рукой.

— Как? — как можно старательнее удивилась я. — Ведь у тебя высокий уровень!

— С чего ты взяла? — настороженно спросил Зариус.

— По тебе сразу видно, что у тебя высокий уровень, — парировала я.

— Разве? — наивно спросил он.

— Конечно. Я и не думала иначе.

— Нет, у меня только третий уровень, — огорченно сообщил парень. — Но Хозяин говорит, что если я буду помогать ему, то после сегодняшнего повышу свой уровень. Я стану сильнее.

Я удивилась его наивности. Неужели, и я была такой?! Сейчас создалось впечатление, что он намного младше меня.

— Так сказал твой Хозяин? — переспросила я у него.

Он подтвердил.

— А те, что были с тобой — это твои друзья? — продолжала допытываться я.

Зариус поморщился:

— Никакие они мне не друзья. Всю черную работу оставляют мне, будто я им какая-то шестерка. Но пусть посмотрят, подождут. Уже завтра я обрету такую силу, что они мне и слова против не посмеют сказать.

Я кивнула, соглашаясь с ним. Зариус принялся с двойным усердием продолжать чертить руны. Я вздохнула, не зная, что еще спросить у него. Нужно было тянуть время и постараться переманить его на свою сторону. Но как это сделать? Нужно было что-то предпринять, но мысли не шли в голову. Оставалось только молча следить за работой. Краем глаза я заметила, что кто-то вошел в дверь. Я приподнялась, чтобы получше рассмотреть гостя. Если бы я не знала, что у Фрэнка есть брат-близнец, то решила бы, что мне явилось привидение.

Он был одет так же, как и они — в черный с кровавыми разводами плащ, а на голове был капюшон. Но все равно я узнала этого человека — это был Гард. Первая мысль, что промелькнула у меня в голове — «Он заодно с ними!». Зариус тоже обратил внимание на вошедшего. Он поднялся, теребя в руках мел.

— Повелитель хочет видеть тебя, — сказал некромант Зариусу, быстрыми шагами приближаясь к нам.

— Но… — замялся молодой демон. — Я не могу. Мне поручили охранять ее.

— Это уже не твоя проблема, — отрезал Гард и добавил с ноткой негодования в голосе: — Тебя призывает Хозяин.

Я переводила взгляд с одного на другого, стараясь угадать, на чьей же все-таки стороне Гард. Некромант, казалось, не обращал на меня никакого внимания. Зариус был в растерянности, не зная, какое из двух поручений выполнять. С одной стороны, некромант превосходил парня по уровню силы, что влекло за собой подчинение, особенно, если это касается приказаний Хозяина. Но с другой стороны, он не мог бросить меня одну, прекрасно зная, какое я имею значение для успеха сегодняшнего события. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы принять решение. Парень махнул головой и сделал шаг по направлению к выходу. Но на полпути он остановился и резко обернулся.

— Нет. Я ни куда не пойду, — твердо сказал Зариус.

— Ну, что ж. Выбор твой, — вздохнул некромант и, сложив две руки вместе ладонями вверх, дунул на парня. Я зачарованно наблюдала за происходящим на моих глазах действием.

Демона окутало клубком черного тумана. Когда он немного рассеялся, я увидела то, от чего кровь застыла в жилах. Все его лицо было покрыто язвами. И не только лицо. Все тело представляло собой сплошную кровоточащую рану. Изумление застыло на лице молодого демона, а рот безмолвно открылся. Но вместо крика донеслась тишина. Он ничего не мог сделать. Раны увеличивались на глазах, и вскоре он упал — ноги отказались его держать. Лишь после этого Гард посмотрел на меня.

— Фрэнк… — начала было я.

— Я знаю, — сказал Гард. — Именно поэтому я здесь.

Он подошел к алтарю и принялся развязывать ремни, освобождая меня. Я была рада его появлению, хотя недоумевала по поводу того, зачем ему это надо, ведь он демон, как и они. Смущал и ритуальный плащ, одетый на нем.

— Почему вы освобождаете меня? — спросила я.

Некромант опешил и с удивлением воззрился на меня.

— А вы предпочитаете мученическую смерть? — с усмешкой поинтересовался он.

— Нет, конечно, нет.

— Тогда к чему этот вопрос?

Я замялась, не зная как правильнее выразить свою мысль:

— Но… вы же демон…

Гард нахмурился, а взгляд карих глаз стал жестче.

— Вы считаете, что если я — демон, то во мне нет ничего человеческого?! — я с опозданием отрицательно замотала головой. — Они убили моего брата, половину меня! Теперь я должен отомстить. И единственное в чем я вижу возможность мести — это сорвать их планы. Теперь вы понимаете?

— Понимаю, — поспешила ответить я. — Тогда не будем терять времени. Они могут прийти в любой момент.

Гард применил свой неостывший пыл на развязывание пут, сковавших мое тело и через пару минут я была свободна. На руках и ногах остались следы от жестких ремней, но не это волновало меня в данный момент. Нужно уходить отсюда и чем быстрее, тем лучше. Взгляд мой непроизвольно упал на мертвое тело Зариуса, будто разъеденное кислотой. Жаль, конечно, парня, но такова наша жизнь — либо ты, либо тебя.

— Как мы отсюда выберемся? — спросила я у Гарда.

— У меня есть идея, — ответил он и принялся снимать плащ под моим ничего не понимающим взором. — Вы наденете плащ и попробуете пройти через главный вход, поскольку все остальные заблокированы.

— А вы?

— Обо мне не беспокойтесь. Я же все-таки демон, — горько усмехнулся он и добавил: — Мне нужно забрать тело брата. Я не могу оставить его здесь.

— Что если меня узнают? — забеспокоилась я, оглядываясь на двери и прислушиваясь к несуществующему звуку шагов.

— Не думаю. Они слишком самоуверенны и считают, что вам никуда не деться. Мысленно они уже пожинают плоды задуманного представления.

— Но мне сказали, что все здание под усиленной охраной. Никто не может войти сюда.

— Но я же вошел, — сказал Гард. — А вам будет еще проще, поскольку вы будете выходить, а не прорываться внутрь. А кто вам сказал про охрану?

— Эльф. Рэлиот. Из клана Хрустального Леса.

— Эльф? — насторожился некромант, протягивая мне плащ.

— Ну да, эльф. Он навестил меня, пока я сидела в комнате. Он сумел прорваться через поле, установленное Темным Повелителем, чтобы произвести разведку. Рэлиот сказал, что они придут за мной, как только соберут все силы.

— «Они» — это кто?

— Эльфы из различных кланов, ангелы и Дэниел.

— Дэниел — это тот парень, что приходил с вами вчера? — уточнил Гард.

— Да, он. Он сумел сбежать из своей камеры, иначе его постигла бы та же участь, что и других ангелов.

— В соседних комнатах кто-нибудь еще был?

— Нет, никого. По крайней мере, я никого не видела и не слышала.

— Отлично, — пробормотал демон, помогая мне надеть плащ, который мне был немного великоват, но полностью закрывал красную рубашку, которую я постеснялась снять в присутствии Гарда.

Пол, как и раньше, был холодным, но на это раз я готова была терпеть что угодно, лишь бы выбраться из этого ужасного места. Гард заметил, что я босиком и это нисколько не порадовало его.

— Вы не можете так идти, — констатировал он. — Это привлечет внимание.

— Что же тогда делать?

— Подождите, — он бегло оглядел мои ноги и принялся расшнуровать свои ботинки.

— Может не стоит?

— Есть другие предложения? — он с укором посмотрел на меня. — Примерьте.

Несмотря на то, что Гард носил обувь относительно небольшого для мужчины размера, мне они оказались великоваты. Некромант присел, помогая мне зашнуровать ботинки потуже.

— Попробуйте пройтись, — попросил он.

Я послушно сделала несколько шагов. Не так страшно, как казалось поначалу. Ходить смогу. Благодаря сильной шнуровке, нога при ходьбе не выскальзывала, и это уже радовало.

— Теперь все в полном порядке, — он оглядел меня с ног до головы и был доволен результатом.

— Огромное спасибо вам, — от души поблагодарила я его.

— Ботинки потом вернете, — заулыбался он, но глаза остались грустными и потерянными. Он не надеялся на то, что выйдет отсюда живым. Как только обнаружится моя пропажа, всех поднимут на уши и обыщут каждый уголок. Сомневаюсь, что Гард сумеет выбраться до этого, да еще с телом брата.

— Знаете, — сказала я ему, когда мы подходили к двери, — Фрэнк очень сильно любил вас.

— Я знаю, — ответил Гард и отвернулся, чтобы я не заметила слезинки в уголках его глаз.

Мы молча приблизились к двери. Ему хватило этого времени, чтобы успокоиться, по крайней мере, внешне.

— Пройдете прямо по коридору, затем повернете налево, — напутствовал Гард. — Накиньте посильнее капюшон, чтобы скрыть глаза. Не волнуйтесь, они все так их носят. Если попытаются с вами заговорить, не обращайте внимания и идите дальше. Ни в коем случае, не прибавляйте шага, иначе вызовете подозрение. А так они решат, что вы выше их по рангу и отстанут. У входа дежурят несколько охранников, но сомневаюсь, что они попытаются вас остановить. В общем, действуйте по ситуации. Надеюсь, все получится.

Я замучено улыбнулась. План, конечно, был хорош, но закончится ли он успехом — вот вопрос.

— Здесь я вас покину, — сказал Гард, как только вы вышли за пределы зала.

Я пожелала ему удачи и после того, как он растворился в царящем здесь полумраке, решила идти навстречу своей свободе. От нее меня разделяло всего ничего, но как тяжело могут даться эти шаги — не известно. Надвинув посильнее на лицо капюшон, я двинулась в путь.

35

Время, за которое я прошла пол пути, показалось мне вечным. Стараясь не ускорять шаг, я не торопясь переступала ногами в великоватых для меня ботинках. За все это время удача впервые улыбнулась мне — никто не повстречался на моем пути. Но, я знала, что радоваться рано. Все самое трудное впереди — пройти блокпост. С каждым шагом я становилась все ближе к цели. Вот впереди неясно замаячил поворот налево. И стоило мне только подумать о том, какая я все-таки счастливая, как из-за этого поворота показалась очень знакомая фигура в таком же плаще, что был на мне, только более величественном. Мое сердце учащенно забилось. Страх заполнил все мои внутренности, заставив их сжаться. Что мне делать? Как себя вести? Прятаться поздно, он уже меня увидел. Идти, как ни в чем не бывало, то же не пойдет. Меня начала пробивать мелкая дрожь, а руки и спина покрылись липким потом. «Действуй по ситуации» — так советовал Гард. Надо что-то придумать.

Пока все эти мысли проносились галопом в моей голове Темный Повелитель приближался. Оставалось уже несколько шагов до нашей встречи. Я вознесла похвалу плохому освещению, иначе мой маскарад не удался бы даже отчасти. Три шага… Два…Один…

— Мой Хозяин, — учтиво поприветствовала я его, слегка наклонив на ходу голову и постаравшись изменить при этом голос. Надеюсь, он не заметит той дрожи, с которой были сказаны эти слова. Он не остановился и даже не подал виду, что принял во внимание мои слова и само мое существование. А мне это как раз и было нужно.

Сдерживаясь от того, чтобы не обернуться, я двигалась к повороту, убыстряясь с каждым шагом. Но тут мое «Я» сыграло со мной злую шутку. Тетива напряжения, натянутая в моем сознании лопнула и не в силах совладать с собой я побежала. И это было самой страшной ошибкой, какую я только могла допустить, да еще тогда, когда свобода была так близко. Не успела я повернуть за угол, как раздался окрик Хозяина, и моя душа окончательно ушла в пятки, заставив бежать еще быстрее. В висках затрепыхался пульс подобно пойманной в клетку птице.

Вот и выход. Я достигла конца пути, только вот его мне перегораживала тройка бравых ребят. И их улыбка не сулила мне долгой жизни и несметных сокровищ. Один из них мне был уже знаком — тот, что угрожал мне уколом снотворного, если я буду открывать рот.

— Что тут у нас за птичка? — усмехнулся он, приближаясь ко мне. Двое других скалились, поигрывая цепями толщиной с мою руку. Звон цепей двойным эхом раздавался в моей затуманившейся голове. Я попалась по собственной глупости.

Демон протянул ко мне руку и рывком откинул капюшон.

— Вот это да! Старая знакомая.

Их лица светились будто начищенные медяки в предвкушении той награды, что они получат за мою поимку от Хозяина. А то, что он не поскупится можно гарантировать стопроцентно.

Мало того, что я подвела саму себя, так еще и Гарда, а если брать шире — то и всех ангелов, эльфов и людей. Нет, так дело не пойдет.

— Куда-то собралась? — ехидно поинтересовался второй демон.

— Собралась. И вы мне не помешаете, — с наглой улыбкой на лице ответила я.

Их лица тут же застыли в недоумении, и они переглянулись. Этого мне вполне хватило для того, чтобы выхватить у одного из них цепь и, размахнувшись, ударить ею наглого демона стоящего ближе всего ко мне. Удар был несильный, но пришелся точно по голове, отчего демон пошатнулся и упал навзничь. Пока остальные продолжали тупо наблюдать за происходящим, я побежала к двери. Но сильный удар по ногам заставил упасть на пол — демон метко орудовал цепью. Они подошли ко мне как раз в тот момент, когда двери здания распахнулись, и в помещение ворвался свежий сентябрьский воздух, вместе с армией эльфов и ангелов. Двое демонов открыв рты, смотрели на пестрое сочетание мелькающих одеяний, не совсем понимая, что происходит. Кажется, они не были готовы к такому штурму. Как и обещал Рэлиот, им на помощь никто не спешил — сильные демоны были уже обезврежены. Радость переполнила меня. Я расслабилась.

— Ты в порядке? — надо мной склонился Дэниел. Волосы его были взъерошены, а глаза пылали медью битвы.

Я открыла рот, чтобы ответить ему, но слова застыли на устах, а глаза накрыл темный покров тьмы.

Очнулась я в мягкой кровати и, судя по окружающим предметам, у себя дома. Яркое солнце пробивалось через плотную ткань шторы, освещая комнату. Да, без сомнений я дома. И это прекрасно. Может, ничего не произошло? И все то, что случилось со мной — эти демоны, Темный Повелитель, убийство ангелов — всего лишь страшный сон? Скорее всего. Мне проще поверить в это, чем в то, что из-за меня чуть не произошел конец света, пусть я и не сама выбрала себе главную роль.

Но стоило мне сладко потянуться, как все мои опасения подтвердились. Тут же заныла спина, и заломило суставы на руках и ногах, да так, что было больно даже пошевелить ногой. И это не удивительно после такого удара цепи. Надеюсь, ничего не сломано. Если мне так плохо, каково же пришлось тому подонку, которому я заехала такой же цепью по голове? Думаю, намного хуже.

Стоило мне немного отвлечься, как я услышала голоса. Звук шел от моей кухни, но суть разговора разобрать я не могла, как и то, кто его ведет.

— Эй, там кто-нибудь есть? — прохрипела я, удивившись тому, куда делся мой голос. Прокашлявшись, я повторила вопрос и на этот раз удачно — двери в комнату тут же распахнулись, и я увидела своих друзей — Линду и Дэниела. Сияя от радости, они с двух сторон обступили мою кровать. Линда присела на краешек и крепко обняла меня, заставив меня сморщиться от боли.

— Ой, извини.

— Ничего, — отмахнулась я. Голос по-прежнему хрипел.

— Что с моим голосом? — спросила я у них.

— Ты простудилась, — ответил Дэниел, мягко улыбаясь. — Но ничего страшного. Несколько дней постельного режима и ты будешь в порядке.

Я откинулась обратно на подушку, наслаждаясь каждым мгновением. Мгновением жизни.

— Как вчера все прошло? — поинтересовалась я, смотря в потолок. Но наступившая тишина насторожила меня, и я перевела взгляд на Дэниела.

— Что-то произошло?

— Нет, нет, — поспешил заверить меня Дэниел. — Все прошло как и было запланировано. Сила демонов высшего уровня была временно заморожена, магическое поле сломлено благодаря нашим умелым эльфам.

— А Темный Повелитель? Что с ним? — перебила я его.

— Его больше нет.

— Что же тогда не так? — не поняла я.

— Гарда тоже больше нет. Он удержал Хозяина, пытавшегося погнаться за тобой, ценой собственной жизни. Когда мы подоспели, он уже был мертв.

Я отвернулась к стене. Гард помогал мне до конца и погиб от рук Хозяина. Если бы я не побежала, что все могло бы обойтись. Эта ноша будет камнем висеть на моей душе, и я никогда не забуду о Гарде и его брате Фрэнке, помогавшим мне до последнего. Если бы не они, то меня бы уже не было в живых, как и всего сущего, собственно.

— А еще все это было не вчера, а неделю назад, — тихо сказала Линда.

— Что? — я резко повернулась, отчего в глазах заплясали звездочки.

— Неделю назад, — еще тише повторила она.

— Я неделю пролежала овощем?! — воззрилась я на Дэниела, будто он в этом виноват.

Он махнул головой в знак согласия:

— Все это время ты пролежала в больнице с температурой и бредила. Лишь вчера утром тебе стало лучше, и нам позволили забрать тебя домой с условием не отходить от твоей постели ни на шаг.

Лишь сейчас я заметила темный круги от недосыпания и переживания под глазами моих друзей. Линда была не накрашена, что ей не свойственно, а лицо Дэниела украшала щетина.

— Я этого не заслуживаю, — прохрипела я, и слезы заструились потоком из моих глаз, перерастая в рыдания.

— Ну что ты, — ответила Линда и принялась меня успокаивать. Дэниел вышел, чтобы не смущать меня, потихоньку прикрыв за собой дверь. И я была благодарна ему за это — не хочу, чтобы меня видели в таком состоянии. Вместе со слезами уходило все то, что мне выпало пережить. Я очищалась.

36

Еще пару дней я потратила на то, чтобы окончательно прийти в себя. Линда и Дэниел все это время не отходили от меня ни на шаг, помогая как физически, так и морально. Эван пришел всего один раз и то лишь на полчаса. Но я его не виню, у него сейчас очень много работы. Его временно поставили на место руководителя нашей организации, вручив бразды правления. Теперь он мой шеф, как бы комично это не звучало. Если его работа в течении установленного срока удовлетворит Совет, то его в полной мере возведут в должность, предоставят права и наделят соответствующей силой. Когда я увидела Эвана, у него был изнуренный, но счастливый вид. И ему было чему радоваться — он сумел собрать всех сотрудников буквально за пол дня, разместив их по рабочим местам и нагрузив работой, что очень понравилось Совету. Хотя, как он сказал, работы сейчас мало — демоны попрятались по углам и бояться проявлять активность, но, я думаю, долго это не продлится. Поскольку миссис Хэнкс на работе больше не появилась — никому не известно, куда она делась — а нового секретаря еще не назначили, то Эван собственноручно подписал мне больничный лист. На мой адрес пришло немалое количество писем, большинство из которых было от моих коллег с пожеланием скорейшего выздоровления. Сомневаюсь, чтобы все они были написаны от чистого сердца, но все равно приятно. О судьбе мистера Катчера мне ничего не известно, да и не хочется знать. Он не заслужил внимания к своей персоне. Может быть, когда-нибудь я и захочу узнать правду, но не в ближайшее время это точно. У меня осталось еще одно очень важное дело, не терпящее отлагательств, и именно ему я решила посвятить этот день.

— Ты уверена в том, что хочешь это сделать? — в очередной раз спросил Дэниел.

— Да, это единственное правильное решение за всю мою жизнь.

Мы сидели на мягком кожаном диване в приемной миссис Тэтчер, ожидая своей очереди. Мне было назначено на десять минут двенадцатого, но мы приехали минут на двадцать раньше. Приемная была непомерно большая, но в тоже время довольно уютная, благодаря соответствующей мебели и кремовым обоям. И секретарь миссис Тэтчер — Паола — была весьма вежливой приятной особой, правда немного надоедливой. Она не могла понять, почему я не желаю выпить чашечку кофе, которое она готовит «просто великолепно». Мои объяснения она не принимала и настаивала на своем. Лишь когда я повысила тон и попросила нас оставить, она извинилась и вернулась на свое рабочее место, обиженно кусая губу. Что ж, дело ее.

— Мисс Фишер, — окликнула меня вышедшая из дверей женщина лет тридцати пяти с приятным лицом, вызывающим доверие, и густой копной русых волос, распущенных по плечам.

Я поднялась и направилась к двери, шутливо помахав на прощание Дэниелу. Но ответного жеста не последовало — Дэниел не разделял моего радостного настроения. Он не считал мою задумку правильной и до последнего пытался отговорить меня.

— Присаживайтесь в кресло поудобнее, — сказала мне миссис Тэтчер. — И не волнуйтесь.

— А я и не волнуюсь, — спокойно ответила я, погружаясь в небольшое кресло и откидывая руки на подлокотники.

— Тогда все пройдет просто отлично, — заулыбалась она, вызвав улыбку и у меня.

Миссис Тэтчер прошла к сделанному из красного дерева шкафу и достала оттуда шар, похожий на тот, что используют при игре в боулинг, только цвет у него был не черный, а небесно голубой. Она протянула его мне и я ни минуты не колеблясь взяла его, удивившись его невесомости. Теперь бы я сравнила его скорее с перламутровой жемчужиной, только большого размера.

— Обхватите его покрепче руками, — попросила меня миссис Тэтчер. — А теперь закройте глаза и представьте, что внутри вас находится воздух и не только в легких.

Я сделала все так, как она сказала и кивнула головой.

— Этот воздух всасывается в вашу кровь и вместе с ней мчится по всем вашим сосудам. Но вы должны заставить его течь только по сосудам ваших рук. Вы сможете это сделать?

Я улыбнулась про себя методам ее работы, но раз уж пришла по собственному желанию, то придется идти до конца.

— Да, смогу, — ответила я, подавив улыбку. Пока все шло отлично.

— А теперь направьте ваш кровоток через пальцы рук в шар, выпуская в него воздух, и продолжайте до тех пор, пока я не скажу «хватит».

Это оказалось еще проще, чем я предполагала. Подобные действия я проводила в комнате Дэниела, когда он обучал меня работе с Амулетом Силы. Тот же принцип, и не надо представлять никакого «воздуха» внутри себя.

Я почувствовала, как сила потекла через мои пальцы густым шелковистым потоком, наполняя шар. Вот и все, обратного пути нет. Осуществилось то, ради чего я собственно и пришла — отказаться от не предназначенной для меня силы и навсегда попрощаться с восьмым уровнем.

— Хватит, — сказала миссис Тэтчер и осторожно взяла шар у меня из рук. Я открыла глаза и взглянула на шар — внутри него переливались два потока — черный и нежно зеленый, то разделяясь, то сливаясь в один. И этого зрелища хватило, чтобы окончательно убедиться в верности принятого решения. Не желаю я больше находиться на верхушке пирамиды, постоянно боясь сорваться вниз. Пусть лучше жизнь моя будет спокойна и размеренна с моим третьим уровнем.

— Вот и все, — миссис Тэтчер заперла шкаф на ключ и повернулась ко мне.

Я попыталась подняться, но она тут же усадила меня обратно, поскольку голова у меня немного закружилась.

— Это временно. Вы потеряли большое количество силы и вашему организму нужно время для того, чтобы восстановиться. Думаю, остатка сегодняшнего дня хватит. Полежите в постели, поспите.

— Опять постель, — вздохнула я.

— Вы пока посидите, а я пойду дам необходимые рекомендации молодому человеку, с которым вы пришли.

Я не успела возразить, как она уже упорхнула за дверь. Я чувствовала себя вполне сносно и думаю, забота со стороны Дэниела будет излишней.

Минуты хватило для того, чтобы взбодриться и без труда подняться с кресла. Открыв двери в приемную, я увидела, как миссис Тэтчер рьяно давала Дэниелу советы по уходу за мной.

— Спасибо миссис Тэтчер, — поблагодарила я ее за оказанную мне услугу и взяв Дэниела за руку буквально увела от разошедшейся миссис Тэтчер.

— Ты в порядке? — спросил он, когда мы сели в его машину — новый кабриолет серебристого цвета. Это был подарок от нашей фирмы за оказанную помощь. Остается открытым вопрос — где мой подарок? Ведь я тоже приложила немало усилий? Думаю, месяцем отдыха им явно не отделаться, к тому же если учитывать, что у власти теперь мой друг.

— В полном, — я сняла резинку с волос и шутливо их растрепала. — Куда поедем?

— Конечно, домой, — удивился он моему вопросу. — Миссис Тэтчер сказала…

Я не дала ему договорить, закрыв его рот рукой.

— Я не намерена еще целый день проваляться в постели. Если ты еще раз об этом заикнешься, то сильно пожалеешь, — сказала я ему и добавила: — А поедем мы, для начала, в мое любимое кафе. Я слышала у них сегодня праздничное меню.

Дэниел сделал недовольное лицо, но только для вида. Уже через минуту он шутил и смеялся вместе со мной. Машина несла нас вперед, а ветер трепал мои непокорные локоны.

День выдался на славу, да так, что к вечеру я в буквальном смысле валилась с ног от усталости. Впрочем, и коктейли внесли свою лепту. Голова слегка кружилась, а ноги гудели. Не без помощи Дэниела я поднялась до своей квартиры. В коридоре было прохладно — кондиционер работал на славу.

— Спасибо за прекрасный вечер, — сказала я Дэниелу, заглядывая в его медно-золотистые глаза.

— Спасибо тебе, — ответил он, и у меня захватило дух от той нежности, что разлилась по его лицу.

Он слегка наклонил голову и поцеловал меня. Прикосновение его губ было невесомым, а поцелуй — нежным и долгим. Мир закружился вокруг меня разноцветными бабочками, унося с собой в их царство, где живет любовь. Эти мгновения показались мне самыми чудесными за все это время. Я жила и умирала одновременно.

Он отстранился первым, как и я с трудом переводя дыхание. Его лицо озарила радость, но в глазах на одно мгновение промелькнула грусть, которую я все-таки успела заметить.

— Спокойной ночи, — пожелал он и чмокнул меня в щеку.

Я уже повернулась открывать дверь, когда внезапно мне в голову пришла недобрая мысль.

— Дэниел, — окликнула я его, он обернулся. — Мы ведь завтра увидимся?

— Конечно, — сказал он, улыбнувшись, но глаза целиком выдали его. Он прощался со мной и сегодняшний день был последним для нас.

Я ничего не ответила, но на следующий день убедилась в этом не найдя его в соседней квартире, а машины — на стоянке. Он уехал. И вместе с ним уехала частичка меня. Через пару минут приехала Линда и по ее виноватому виду я поняла, что она все знала заранее.

— Он не хотел тебя расстраивать, — попыталась оправдаться она, теребя ключи от машины.

— А так я совсем не расстроилась, — вспыхнула я.

— Ему тоже было тяжело так уезжать.

— Представляю, — я хмыкнула, пнув попавшийся под ногу камешек, вымещая злость на нем.

Линда укоризненно посмотрела на меня, но тут стукнула себя по лбу и кинулась к машине.

— Совсем забыла, — сетовала она, доставая из машины небольшую коробку, чем заинтересовала меня.

— Это тебе подарок от Дэниела. Он попросил меня передать.

Я взяла протянутую мне коробку с нарастающим интересом. Что может быть внутри? Когда я открыла ее, то секунду стояла в шоке, хлопая ресницами. На донышке мирно спал маленький дымчатый котенок.

— Тут еще открытка, — указала Линда на одну из стенок коробки. Я передала ей коробку и развернула открытку. Я сразу узнала его почерк — ровный и интригующий. Дэниел поздравлял меня с наступающим днем рождения, а также просил прощение за то, что уехал не попрощавшись. А чтобы я не скучала, об этом позаботится Лекс. Его послание согрело душу, но больше всего я обрадовалась другим словам — «До скорой встречи».

— Он вернется, — улыбнулась я Линде и взяла проснувшегося котенка в руки. — Слышишь, Лекс, он вернется.

Эпилог

Как и ожидалось, демоны довольно быстро пришли в себя и начали вести привычный для них образ жизни. Вероятнее всего, у них появился новый Хозяин, поскольку такое место не может долго оставаться незанятым. В связи с этим возникла потребность и в моей рабочей силе. Эван оставил за мной право выбора отдела, где я буду работать, и я остановилась на отделе расследований, по крайней мере, пока. Линда перешла ко мне в напарники. Дел у нас не так уж и много, но хватает на целый день. Бывают дни, когда прихожу домой совсем обессиленная. Приняв душ и через силу перекусив, я падаю в кровать и засыпаю под размеренное мурлыканье Лекса. Но случается и такое, что я подолгу не могу уснуть, размышляя или перебирая в памяти особо запомнившиеся моменты. Пару раз просыпалась от звонка в дверь и летела открывать с надеждой, что наконец-то приехал Дэниел, но это оказывались либо соседка, либо рекламный агент. Но я не теряю надежды и верю, что он сдержит слово и однажды, открыв спросонья дверь, я увижу его улыбающееся лицо.

Примечания

1

Эриль — мастер рунной магии.

Content

Маргарита Гурова
БЕЛАЯ ТЕНЬ

Пролог

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

Эпилог

Примечания