Ион Сапдару

Разлучник

Пьеса

Despărţitorul: Ion Sapdaru

Перевод с румынского Михаила Поторака

Действующие лица[1]:

Феликс Поенару[2]

Андрея

Джео Попеску

Джео Каранфил

Клемент

Виорел

Женика

Рамона

Стеликэ

Тренер

Брындуша

Беноне

Вирджиния

Ливиу

Якобаш

Митикэ

Адела

Николь

Меда

Альберт

Человек в маске

Второй человек в маске

Часть I

Сцена 1

Кафе. За одним из столиков сидит Феликс Поенару. Пьёт кофе и глядит на дверь. Ждёт кого-то. Появляется Андрея, девушка лет шестнадцати, одетая подчёркнуто небрежно: макияж и причёска — в стиле эмо. Андрея явно нервничает, оглядывается, ищет кого-то, но не находит, и нервничает от этого ещё сильнее. Феликс Поенару подходит к ней.

Феликс. Добрый день.

Андрея. Здрасте! (Даже не смотрит в его сторону, по-прежнему оглядывает зал, ища кого-то.)

Феликс. У меня там место есть, свободное. (Показывает свой столик.)

Андрея. Отлично. Теперь отвали.

Феликс. Хочешь вести беседу вот так, стоя?

Андрея. Слышишь, какая беседа? Отвали, сказала!

Феликс. Нам нужно поговорить.

Андрея. Чего тебе, дедок?

Феликс. Я не дедок.

Андрея. А кто? Дон Жуан? Отцепись от меня, я занята!

Феликс. Кого-то ждёшь?

Андрея. Окей, жду. А ты меня достаёшь, понял?

Феликс. Барышня …

Андрея. Блин, да оставь ты меня в покое! Чего тебе надо? Я не шлюха, ты адресом ошибся, не трись тут около меня.

Феликс. Вот, значит, как разговаривает ученица лучшего в городе лицея?

Андрея (раздражённо). Лучшего лицея?! Ты про этот курятник?

Феликс. Но ты ведь самая лучшая в этом курятнике, разве нет?

Андрея. Ну-у, это не так уж сложно. На фоне этой быдлоты. Подучишь уроки, подчитаешь пару книг, по инету полазишь, и всё — ты самая умная.

Феликс. Ага, и родители не переживают…

Андрея. А чего им переживать? Наоборот! «Ой, какая наша девочка умница- отличница! Чем бы нам её порадовать? Чего хочет наша деточка?» Хочу, чтоб отстали на хрен! Нате вам дневник, хоть обцелуйтесь с ним!

Феликс. Не берёшь подарки от родителей?

Андрея. Беру, я ж не лохушка. Просто задолбалась строить из себя кисейную барышню.

Феликс. Да, это непросто.

Андрея. Что ты хочешь этим сказать?

Феликс. Непросто дома быть доктором Джекилом, а вне дома — мистером Хайдом, нет?

Андрея. А с чего ты решил, что я бываю мистером Хайдом?

Феликс. Не решил, только предполагаю.

Андрея. Думаешь, я прямо такая жуткая оторва?

Феликс. Я этого не говорил.

Андрея. Думаешь, книжку эту не читала?

Феликс. Боже упаси! Уверен, что читала.

Андрея. Что-то голосок у вас больно медовый, сударь.

Феликс. «Медовый голосок, сударь». Где же ты нахваталась таких выражений?

Андрея. От бабушки. У меня бабушка в деревне жила, на Буковине. Я у неё на каникулах бывала. Бабушка умная была, офигеть.

Феликс. И чему ещё она тебя научила?

Андрея. A-a-а, многому! Вот, к примеру: «На языке мёд, а под языком лёд».

Феликс. А без мёда знаешь что-нибудь?

Андрея. Знаю!

Феликс. Сыпь.

Андрея. Какого хрена тебе от меня надо?

Феликс. Фу, как некрасиво.

Андрея. Я задала вопрос.

Феликс. Давай присядем.

Андрея. Слушай, это всё, конечно, прекрасно — литература и всё такое, но чего тебе надо? Я сказала уже, что не проститутка. Я не ищу тут клиентов, понятно? Ты кто вообще?

Феликс. Меня зовут Феликс Поенару.

Андрея. Супер. И?

Феликс. Нам нужно поговорить.

Андрея. А сейчас мы чем занимаемся?

Феликс. Я думал, сядем за стол, поговорим как люди…

Андрея. Блин, ну ты вообще… Говори, что хотел сказать, и отваливай. Сейчас явится мой парень, и я не хочу, чтоб он меня увидел с тобой за одним столом.

Феликс. Не явится.

Андрея. То есть?

Феликс. Виктор не придёт.

Андрея (заинтригована). Ты знаешь Виктора?

Феликс. Конечно.

Андрея. А, вот оно что… Ты — этот… Ладно, пойдём сядем.

Садятся за столик.

Феликс. Выпьешь чего-нибудь?

Андрея. Мне сок. Апельсиновый. (Феликс приносит стакан сока.) А с молдаванином что?

Феликс. Каким молдаванином?

Андрея. Ну, этим, кучерявым. Виталик, что ли, или как там его зовут?

Феликс. Не знаю такого.

Андрея. Ладно, неважно. Только чтоб ты знал, денег у меня нету.

Феликс (явно не понимает, о чём говорит девушка, но разыгрывает удивление). Нету?

Андрея. Виктор тебе не сказал? Это он должен был принести лавэ, его очередь…

Феликс (продолжая ту же игру). Его очередь?

Андрея. В прошлый раз я башляла. Хорошо еще, что отец не проверял давно заначку.

Феликс. Воруешь деньги у отца?

Андрея. Нет, пользуюсь услугами фонда ЗОЖ.

Феликс. Это чего такое?

Андрея. Заначка От жены. Секретная папина кубышечка. Я в неё залезаю время от времени. Всё равно он скандал устроить не может, иначе мама узнает. А насчёт денег мама у меня — просто зверь.

Феликс. Интересно!

Андрея. Не, ну честно — нету денег сейчас. Как сделаем? Звоню Виктору?

Феликс. Смысла нет.

Андрея. Дашь в долг?

Феликс. Дам — что?

Андрея. Слушай, Феликс, ты достал уже. Так дашь? Или я пошла?

Феликс. Ты меня с кем-то путаешь.

Андрея. Тебя не Виктор разве прислал?

Феликс. Он.

Андрея. Ну и…

Феликс. Ну и?

Андрея. Ладно, хватит… Ты разве не Дед Мороз?

Феликс. Нет, я… Я — разлучник.

Андрея. Кто-кто?

Феликс. Разлучник.

Андрея. В смысле?

Феликс. Я человек, который устраивает расставания.

Андрея. Это что, прикол? Типа «вас снимает скрытая камера»? Так я не поведусь.

Феликс. Никаких приколов. Виктор со мной связался, изложил суть проблемы, мы встретились, он внёс аванс, и вот я здесь.

Андрея. Какая проблема, какой аванс? Что происходит вообще? Ты родственник его что ли? Чего ты хочешь, я не догоняю.

Феликс. Про брачные агентства слышала? Так вот у меня — наоборот, что-то вроде агентства разводов. Я развожу пары. Поняла?

Андрея. Хочешь сказать, Виктор тебя сюда прислал, чтобы ты объявил, что он хочет со мной расстаться?

Феликс. Да.

Андрея (смеётся). Сегодня что, первое апреля?

Феликс. Дорогая Андрея, это не шутка. Объявляю тебе, что твой друг Викор Кэтэлин Пэдурару тебя более не любит и желает прекратить ваши с ним отношения!

Андрея (некоторое время помолчав, слегка шокированно). Почему?

Феликс. Ответ на это вопрос — вне моей компетенции.

Андрея. Я тебе не верю!

Феликс (вынимает из портфеля папку). Пожалуйста, вот договор.

Андрея (читает договор). Глазам не верю! Он заплатил тебе 150 леев, чтобы ты объявил мне о нашем с ним расставании? Блин, это уже клиника! А чего сам не пришёл мне сказать?

Феликс. Понятия не имею.

Андрея. Вот урод! Спутался с этой кретинкой Сидонией, так?

Феликс. Дорогая Андрея…

Андрея. Знаешь что? Только вот не надо вот этих ути-пуси, окей? Пришёл, сказал, спасибо, теперь свали и не трахай мне больше мозг!

Пауза, Феликс не уходит.

Андрея. А что он тебе ещё сказал?

Феликс. Больше ничего.

Андрея. Точно?

Феликс. Точно.

Андрея. Блин, какая же я лохушка! (Сдерживается, чтобы не заплакать.)

Феликс. Салфетку дать?

Андрея. Салфетки тоже входят в контракт?

Феликс. Нет, это за счёт фирмы.

Андрея. Я выгляжу полной дурой?

Феликс. Нет.

Андрея. Но уж и не царевной сказочной.

Феликс. Не драматизируй. Твоя жизнь только начинается. Ты ещё ребёнок.

Андрея. Ага, свежачок. В самый раз для озабоченных дедков вроде тебя.

Феликс. Послушай, почему ты выражаешься так по-жлобски?

Андрея. Потому что я и есть жлобка! Быдло и деревенщина. Я же тебе говорила, что росла в деревне, на Буковине, забыл? Тебя это раздражает? Что, думаешь, я не вижу, как ты пялишься на меня?

Феликс. Могу я задать один вопрос?

Андрея. Валяй.

Феликс. Что это за фигня с Дедом Морозом?

Андрея (в замешательстве). Да ну нафиг.

Феликс (настойчиво). Кто такой Дед Мороз?!

Андрея. Старик, который приносит детям подарки, не знал?

Феликс. Я знаю, что он приходит зимой.

Андрея. Когда надо, тогда и приходит.

Феликс (хлопает себя ладонью по лбу). A-a-a. Вот я идиот! (Помолчав.) Родители знают?

Андрея. Отстань от меня!

Феликс. Да что ты всё отнекиваешься? Думаешь, я не понимаю? Какие такие подарки приносит тебе Дед Мороз, отвечай!

Андрея. Ты из полиции?

Феликс. На вопрос ответь! Родители знают?

Андрея. Ну-у-у… В общем да.

Феликс. Врёшь! (Повышает голос.) Вот дерьмо, тебе же всего 16!

Андрея. А чего ты так завёлся? Что, 16 лет — не возраст?

Феликс. Нет, не возраст. Всё, теперь я уловил: Виктор тебя бросает, потому что ты…

Андрея. … наркоша. Охренеть, какой ты догадливый! Кстати, это именно Виктор меня подсадил! А когда эта овца, мамашка его, нашла у него дурь на кармане, он прогнал, что это я научила его ширяться, ага! Эта сучка крашеная забила мне стрелу в баре и давай меня кошмарить: «Деточка, Вики поедет учиться в Англию, а ты, деточка, можешь ему помешать!» Вики туда, Вики сюда — тьфу, я чуть не блеванула. И тогда я сказала ей, что беременна.

Феликс. Опаньки!

Андрея. Да не, это туфта, просто из себя её хотела вывести. У, как её заколбасило! (Изображает.) «Гнусная шлюшка! Соблазнила мне ребёнка!» И поскакала прямиком к моим родакам.

Феликс. И что твои?

Андрея. Потащили к гинекологу. Выяснилось, что всё нормально. Но эта дурында не угомонилась, подняла бучу в лицее. Припёрлась комиссия из министерства, такие тётки со скирдами на бошках. Потом ещё другие приехали, устраивали психотерапевтические сеансы, типа отучали нас от наркоты, придурки. Целый месяц такая вот развлекуха была в школе…

Феликс. А потом?

Андрея. Потом — суп с котом. Министерские свалили, приехал Виталик из Кишинёва, припёр пакован шмали, и мы по новой подсели.

Феликс. А Виктор?

Андрея. Сам знаешь. Виктор нанял чувака, чтобы тот мне объявил, что он говнюк и не хочет со мной больше встречаться.

Пауза.

Феликс. Дa-a-a… На языке мёд…

Пауза.

Андрея. Говённая у тебя работа. Деньги хоть хорошие?

Феликс. Ну … не жалуюсь.

Андрея. Много людей расстаётся?

Феликс. Много.

Андрея. А как тебе вообще такая идея пришла?

Феликс. Просто. Один мой друг, человек робкий, захотел развестись и попросил меня поговорить с его женой. И я подумал, чем не стартап?

Андрея. А Виктор как на тебя вышел?

Феликс. У меня есть свой сайт. (Протягивает визитку.)

Андрея (читает). «…Расставание означает новые перспективы, новые горизонты, новые отношения, романтические приключения… Безупречное исполнение! …абсолютная деликатность, доступные цены» …вэ-вэ-вэ прощай точка ком… Идиотизм!

Пауза

Феликс. Ты его любишь?

Андрея. Сам как думаешь?

Феликс. Я думаю, нет.

Андрея. Почему?

Феликс. Потому что, если бы любила, не поверила бы в этот бред.

Андрея. Не понимаю.

Феликс. Меня наняла его мать. Виктор вообще не в курсе.

Андрея. А вот это вот всё — что было?…

Феликс. Это она написала сценарий. Я должен был говорить как бы от имени Виктора.

Андрея. Супер, ты отлично сыграл!

Феликс. Не сердись, она мне почти ничего не объяснила. Сказала только, что Виктор застенчивый, а ты — ведьма. (Улыбается.)

Андрея (шёпотом). Вот овца крашеная!

Феликс. Полегче, это всё-таки мама твоего любимого.

Андрея. Погоди! А чего ты вдруг раскололся? Или это тоже идея «мамы моего любимого»?

Феликс. Нет, это моя личная идея. Найди Виктора, ты нужна ему. И он тебе нужен. Постарайтесь слезть с дури, иначе загнётесь оба через пару лет.

Андрея. Блин, но как? Ты же вроде должен нас разводить, а не сводить? А деньги как же? Твой гонорар за «безупречное исполнение»?

Феликс. Возьми, заплатишь за сок. (Кладёт на стол деньги, встаёт.) И завязывай с наркотой, буковинская ведьма, я тебя прошу. (Идёт к выходу.)

Андрея. Эй, разлучник! Я наврала, когда сказала, что читала про доктора Джекила и мистера Хайда. Не читала. Фильм смотрела.

Феликс. Привет Виктору.

Сцена 2

Парк. Скамейка около статуи. На скамейке сидит Джео Попеску. Подходит Феликс.

Феликс. Здравствуйте. Извините, пробки просто адские.

Джео Попеску. Феликс?

Феликс. Да, это я.

Джео Попеску. Надеюсь, сейчас вы изложите ваше дело яснее. По телефону я почти ничего не понял. Вообще, я не хожу на встречи в парк с незнакомыми мужчинами. Вы — исключение.

Феликс. Спасибо. Но почему же я — исключение?

Джео Попеску. Мне понравился твой голос. Пардон, можно на «ты»?

Феликс. Конечно.

Джео Попеску. Mерси. Сразу должен предупредить: я не свободен. У меня есть пара.

Феликс И я не… свободен.

Джео Попеску. Ты — двустволка?

Феликс. Как это?

Джео Попеску. Так называли геев при коммунистах, «двустволки». Партийные шифровались, женились для прикрытия и спокойно потом лупили в два ствола. (Смеётся.)

Феликс. Гм… Не знал. Я догадывался, что среди коммунистов много… этих… Но не знал, что их так называли.

Джео Попеску (с любопытством). Когда ты сделал это в первый раз? В институте?

Феликс (пытается сыграть гея). На море.

Джео Попеску. Возбудился на нудистов?

Феликс. Нет, просто деньги кончились. Приехали с товарищем на пару недель отдыхать, но в первый же вечер пропили все деньги, и тогда товарищ говорит, мол, тут есть на пляже один богатый дяденька, любитель этого самого…

Джео Попеску. Фу-у-у! Я думал, это какая-то романтическая история. Пожалуйста, не надо грязи!

Феликс. Хорошо, тогда — к делу. Я представляю интересы господина Джео Каранфила.

Джео Попеску (вскакивает в испуге). Джео?

Феликс. Он меня нанял, чтобы я встретился с вами и сообщил следующее…

Джео Попеску. Что с Джео? Что с ним случилось?

Феликс. Спокойно, с Джео всё хорошо. Вот только он не может или, вернее, не осмеливается лично объявить вам о том, что ваши отношения отныне прекращены и не могут быть продолжены.

Джео Попеску. О Боже! Так это ты?! Ты, негодяй? Мерзавец! Я подозревал, подозревал, что у него мужчина!

Феликс. Прошу вас успокоиться и выслушать меня!

Джео Попеску. Не успокоюсь и не выслушаю! Как, как ты соблазнил его, подлый педрила? Своими гнусными историями про кабинки для переодевания на пляже? Или изнасиловал его, извращенец?!

Феликс. Господин Попеску, прошу вас прочитать это. (Протягивает договор.)

Джео Попеску (прочитав). Ничего не понимаю. Что за пошлая шутка?

Феликс. Вы узнаёте подпись господина Каранфила?

Джео Попеску (в шоке). Но почему? Почему?

Феликс. Успокойтесь…

Джео Попеску. Я в отчаяньи! Я убью его! И себя потом тоже убью!

Феликс. Этого ещё не хватало! Будьте мужчиной!

Джео Попеску. Вот только не надо этих казарменных шуточек!

Феликс. Простите, я не хотел вас обидеть. Просто мне показалось, что вы принимаете всё это слишком близко к сердцу.

Джео Попеску. Да как же не принимать? Вам, натуралам, не понять этого. Для вас всё просто. Вышел на охоту, схватил жертву и потащил в логово. По шашлычку, по пивку — и всё тип-топ. А мы другие…

Феликс. Господин Попеску, простите, но у меня нет желания дискутировать с вами на эту тему. Я, как говорится, при исполнении, и за эти рамки выходить не хотелось бы.

Джео Попеску. Пристрелить бы тебя за такие слова и за мерзкую, надменную мину, с которой ты их сказал. Жалко, пистолета нету…

Феликс. Я понимаю вашу боль…

Джео Попеску. Да что ты понимаешь? Тебе один гей заплатил за то, чтобы ты воткнул нож в спину другого гея. Завтра расскажешь про это за пивком, а твои дружки натуралы будут ухохатываться. Особенно когда уж такая пикантная деталь — обоих педиков зовут Джео.

Входит Джео Каранфил.

Каранфил. Привет, мальчики!

Попеску (в ярости). Немедленно объясни, что происходит!

Феликс. И мне хотелось бы знать, что вы здесь делаете?

Каранфил. Знаю, что поступаю неправильно, пытался бороться с собой, но я боялся, как бы не случилось чего-то плохого…

Феликс. Что могло случиться? Наш контракт, надеюсь, в силе?

Джео Попеску (истерично). Джео!

Джео Каранфил (спокойно). Да, Джео…

Джео Попеску. Я жду объяснений! Прямо сейчас!

Джео Каранфил. Объясняю… Я не хочу больше быть с тобой.

Джео Попеску. Ты меня больше не любишь?

Джео Каранфил. Прошу тебя …

Джео Попеску. У тебя появился кто-то?

Джео Каранфил. Мы не одни…

Феликс. Заплатите мне, и я сейчас же уйду…

Джео Попеску. А зачем тебе уходить? (Каранфилу.) Пусть, пусть он тоже слышит! Всё равно он знает про нас всё. Благодаря тебе! Говори, шлюшка подзаборная, что случилось?! С кем ты спутался?!

Джео Каранфил. Ни с кем я не путался. Просто не хочу быть с тобой.

Джео Попеску. И поэтому ты нанял какого-то типа, чтоб он мне передал? Зачем ты сказал ему мой номер телефона?

Джео Каранфил. А ты зачем пришёл на встречу? Налево потянуло, шалашовка?

Джео Попеску. Завтра через него весь этот гомофобский город узнает, что мы геи.

Джео Каранфил. И в чём проблема? Застеснялся? Почему ты не захотел, чтоб мы уехали в Данию?

Джео Попеску. Я уже говорил тебе! Потому что люблю свою страну! Да какая муха тебя укусила? Почему ты меня бросаешь?

Джео Каранфил (орёт). Придурок, ты украл мой постер!

Джео Попеску. Джео, зачем же при посторонних…

Джео Каранфил. Не ты ли сам просил его остаться?!

Феликс. Господин Каранфил, я выполнил предусмотренную контрактом работу. Прошу вас произвести расчёт, мне не хотелось бы…

Джео Каранфил. Нет, пожалуйста, останьтесь и послушайте тоже, это забавно. (Нервничает.) Этот человек уже шесть лет живёт со мной в квартире, которую оставили мне родители, когда уехали в деревню. Ни разу я даже не заикнулся ни о какой плате или о том, что емy надо бы купить что-нибудь в дом. Он уже шесть лет студент, но дотянул только до второго курса. Почему? Видите ли, y господина Джео Попеску есть некий порок…

Феликс. Я бы не хотел…

Джео Каранфил. Нет-нет, это не то, что вы подумали, Феликс. То, о чём вы подумали — не порок, а сексуальная ориентация. Я же говорю о казино. Дело в том, что господин Попеску — игроман!

Джео Попеску. Fuck me, грёбаный стыд!..

Джео Каранфил. Не перебивай! Дай мне остыть! Вот этот человек, Феликс, своими казино отравил мне жизнь. Он продал своё место в oбщаге, продал мой ноут, продал машину своего брата, который уехал на Кипр, продал мою медаль за олимпиаду по математике, книги, часы с кукушкой… Я закрывал глаза, потому что он был мне дорог. Я тянул деньги из родителей, брал кредиты в банках. Он тысячу раз клялся, что больше не будет играть. А несколько дней назад он украл самое дорогое, что у меня было — постер с автографом Фредди Меркьюри! Я купил его в Лондоне, в антикварном магазине. (Обращаясь к Попеску.) Сволочь, этого я тебе никогда не прощу!

Джео Попеску. Не понимаю, что ты так волнуешься из-за какой-то пожелтевшей бумажки. Смешно, честное слово.

Джео Каранфил. Что? Заткнись лучше! Убью!

Джео Попеску. Убей! Чтобы весь мир узнал, что Джео Попеску был убит из-за какого-то сраного постера.

Джео Каранфил. Ах ты, ёбаный твой рот, свинья неблагодарная! (Набрасывается с кулаками, начинается драка.)

Феликс. Господа! Уважаемые! Остановитесь! Вот кретины! (Пытается разнять дерущихся, получает удар по носу, до крови.) Этого мне ещё не хватало, получить по морде от педика!

Дерущиеся останавливаются.

Джео Каранфил. Что ты сказал?

Джео Попеску. Не лезь, я сам. Что ты сказал, урод? (Пришедший в ярость Феликс заламывает Попеску руку.) Ай-й! Пусти, грубиян! Джео, помоги!

Феликс. Не подходи, иначе я руку ему сломаю! Остаток денег давай!

Джео Каранфил. Успокойся! Нет у меня сейчас денег, Джео утром спёр их у меня из кошелька. Завтра отдам, обещаю. Пусти его.

Феликс. Да пошли вы! (Отталкивает Попеску и убегает.)

Сцена 3

Гримуборная в детском театре. Клемент в костюме Винни-Пуха накладывает последние штрихи грима. Виорел в костюме Пятачка курит. Актёры репетируют сцену из спектакля.

Клемент (гримируясь). «А не пойти ли нам в гости к Кролику?»

Виорел (гримируясь). «Ой, пойти! Пойти!»

Клемент. «Пойти-то пойти, но вот по какому поводу?»

Виорел. «Безо всякого повода, просто так!»

Клемент. «Просто так — не принято. Обязательно нужен повод…»

Виорел. Подскажи, куда на рыбалку поехать, чтоб недалеко.

Клемент. Во Фрэсинештах был?

Виорел. Был. Нету там ни хрена в той луже. Пара полудохлых карасиков.

Клемент (реплика из спектакля). «Может, сегодня у него день рожденья?»

Виорел (реплика из спектакля). «Нет, день рожденья у него уже был. Помнишь, когда ты съел у него весь мёд?»

Стук в дверь.

Клемент. А в Котыргаче пробовал?

Виорел. К этому козлу Брынзею я больше не поеду. Не помнишь, как в прошлом году меня чуть не разорвали его чёртовы доберманы, прямо на берегу его сраного пруда?

Стук в дверь.

Клемент. Да, войдите.

Входит Феликс.

Феликс. Добрый день. Простите, не помешаю?

Клемент. Да сколько можно повторять: в соседнюю гримёрку идите, там ваши клиентки. Нам не надо.

Феликс. Не понял…

Клемент. Вы разве не с косметикой?

Феликс. Нет.

Голос Помрежа (в селекторе). Винни-Пух, пройдите, пожалуйста, на сцену, следует сцена с рассерженными пчёлами. Повторяю: Винни-Пух, пройдите, пожалуйста, на сцену, следует сцена с рассерженными пчёлами.

Клемент. Всё! Ну, с Богом! (Крестится и выходит.)

Виорел. Что у вас, излагайте.

Феликс. Могу я поговорить с актёром Клементом Нисторикэ?

Виорел (немного подумав). Валяйте, я Нисторикэ.

Феликс. A-a-a, прекрасно. Простите, не узнал сразу…

Виорел. Вы меня знаете?

Феликс. Конечно.

Виорел. Любите спектакли для детей?

Феликс. Да, сына вожу на утренники.

Виорел. Слушаю вас.

Феликс. Позвольте для начала представиться. Меня зовут Феликс Поенару, я из агентства «Прощай».

Виорел. Чаем торгуете?

Феликс. Простите, вы неверно расслышали. Агентство «Про-щай».

Виорел. Aаа … прощай! Гм, странно … Это что, похоронная контора?

Феликс. Боже упаси. Это агентство разводов.

Виорел. A-a-a, теперь понял: Прощай, ничего не обещай, ничего не говори… Прощай, проща-а-ай…

Феликс. Совершенно верно…

Виорел. Ну, хорошо, где площадка?

Феликс. Площадка?

Виорел. Мероприятие ваше где проходит? Желаете, чтоб я был в каком-то определённом костюме?

Феликс. То есть? Каком костюме?

Виорел. То есть кем вы хотите, чтобы я был? Принцем, божьей коровкой, колбасой?

Феликс. У вас есть костюм… колбасы?

Виорел. Я был самой лучшей колбасой в «Приключениях Пантагрюэля». Даже Мируна Поп упоминала об этом. Некоторые говорят, что я в этой роли лучше Петрини.

Феликс. А кто такой Петрини?

Виорел. Неудачник. Тоже играет колбасу в детском театре, в Бухаресте.

Феликс. Мне кажется, вы не совсем верно меня поняли, я к вам по другому делу.

Голос Помрежа (в селекторе, шёпотом). Пятачку подготовиться к сцене с Кроликом. Пятачку подготовиться к сцене с Кроликом…

Виорел. Пожалуйста, поскорее, мне на сцену пора.

Феликс. Это довольно сложно…

Входит Клемент, вспотевший, снимает маску Винни-Пуха.

Виорел. Ну как?

Клемент. Дебилы! Удачи.

Виорел (Феликсу). Можете обождать? Я через пять минут вернусь. (Выходит.)

Клемент. Вы ещё здесь?

Феликс. У меня разговор к вашему коллеге.

Клемент. Скажите, у вас не возникает иногда желания убивать детей?

Феликс. Зачем?

Клемент. Просто так. Взять вот так за ноги и шарахнуть головой об асфальт. Или под машину толкнуть. Или позапихивать этим вонючим соплякам шарфы прямо в их слюнявые пасти. Вы можете объяснить, зачем эту мелкую погань водят в театр?

Феликс. Не знаю… Культуру там повысить, приобщиться к искусству…

Клемент. Нет, не за этим они приходят! Они приходят выносить мне мозг! Вот честное слово, если я ещё хоть раз услышу, как кто-то из них вопит, когда я играю, я спущусь в зал и пришибу парочкy говнюков. И пусть меня посадят, но хоть душу отведу!

Феликс. Тяжёлая у вас работа…

Клемент А никто не верит, даже жена! Говорит, мол, на что вам жаловаться, сидите себе целый день в тепле и сухе, кофе пьёте, девчонки вокруг как мухи вьются…

Голос Помрежа. Винни-Пух, приготовиться к сцене «Месть Совы»! Винни-Пух, приготовиться к сцене «Месть Совы»!

Клемент. Иду, иду, провались она, ваша сова… (Выходит.)

Входит Виорел.

Виорел. Какие славные детки! Хлопали как сумасшедшие! Вот что да — то да, роль Пятачка у меня выходит просто зашибись! Итак, вы пришли сделать заказ на корпоратив?

Феликс. Нет, дело в другом…

Виорел. А, да, да… Вспомнил. «Прощай, жестокий мир!»

Феликс. Совершенно верно. Уважаемый господин Нисторикэ, я пришёл к вам от имени вашей супруги, госпожи Марчелы.

Виорел (слегка ошеломлён, потом приходит в себя). И что с ней такое?

Феликс. Она не желает более быть вашей женой. Как представитель агентства «Прощай» я уполномочен вам объявить, что она подаёт на развод и переезжает к своей матери в Брязу.

Виорел (выдержав паузу). В Брязу прекрасные пруды, там щуки здоровенные водятся. Я как-то поймал парочку таких, что — мама дорогая! (Выдержав ещё паузу, как бы очнувшись.) Как, Марчела уходит от меня?

Феликс. Да, к сожалению.

Виорел. О нет! Скажи, что это шутка! Зачем принёс ты мне известье чёрное, о злобный горевестник!

Феликс (слегка напуган). Господин Нисторикэ, я вовсе не злобный горевестник, как вы изволили выразиться, я всего лишь передаточное звено, посыльный.

Виорел. Ах, знаю! Посыльный смерти ты моей!

Феликс. Господин Нисторикэ, я понимаю, что вы человек искусства, ранимый и тонкий, но вы ещё так молоды и вполне можете начать с чистого листа…

Виорел. С моим раком простаты?

Феликс (помедлив, ошеломлённо). Простите, не знал…

Виорел. Думаешь, почему меня бросает Марчела? Она помешана на сексе. Знаешь, в молодости мы занимались этим прямо на партсобраниях. С трибуны первый секретарь вещал про соцсоревнование, а мы с ней на последнем ряду — йо-хо-хо… Стоило мне уехать на гастроли, как она осыпала меня телеграммами: я скучаю по твоему «палачу в красной шапочке», по «сладким бубенчикам», по нашим «послеобеденным землетрясениям»… А то возьмёт, бывало, больничный и приезжает ко мне. Однажды примчалась в Турду ночным поездом, и мы… (Горестно замолкает.) … эх…

Феликс. Вы так её любите…

Виорел. Да хрен там! Видал, какая она страшная? Но зато в постели — королева! Если я не успевал заткнуть ей рот подушкой, весь квартал слышал, как мы трахались. Но вот теперь, с этой моей бедой…

Феликс. Искренне вам соболезную…

Виорел. А она без секса не может. Не может — и всё тут. Нашла себе, наверное, какого-нибудь жеребчика. Кто бы это мог быть, интересно? Не ты, случайно?

Феликс. Нет, господин Клемент, я не более чем курьер, я познакомился с госпожой Марчелой всего два дня назад.

Виорел. И она не потащила тебя в койку?

Феликс. Нет.

Виорел (искренне удивлён). Странно. Даже не похоже на неё.

Феликс. Что ж миссия моя, как говорится, выполнена. О деталях бракоразводного процесса госпожа Марчела сообщит вам лично. А мне позвольте откланяться…

Виорел. Не подскажешь, где тут поблизости хорошая рыбалка?

Феликс. Сожалею, но я не рыбак. (Собирается выйти, в это время входит Клемент.)

Клемент. Слушай, Виорел, а ты заметил, что Сова у нас сегодня бухая?

Виорел. Вот вообще не удивлён почему-то.

Голос Помрежа. Внимание, Пятачку приготовиться к сцене «Танцы зверушек»…

Виорел (Клементу). Мужайся, старик! (Поспешно выходит.)

Стук в дверь, входит костюмер Женика.

Женика. Господин Нисторикэ, вот ваши красные носки для второго акта.

Клемент. Спасибо, Женика! (Игриво.) Ах ты моя конфетка! Вот я тебя однажды поймаю, и устроим мы с тобой грандиозный перепихон!

Женика (тоже игриво). Слова, слова, господин Клемент! Пятый год уже только обещаете… (Выходит, хихикая.)

Клемент. Какая штучка! Вот кого вообще годы не меняют!

Феликс (в замешательстве). Я не понял…

Клемент. Я говорю, выглядит она потрясно…

Феликс (нервничая). Кто из вас Клемент Нисторикэ?

Клемент (слегка заинтригован). Я, конечно, кто же ещё?

Феликс (указывая на стул Виорела). А … этот господин кто?

Клемент (забавляясь). Он кто? Виорел Бадя, мой современник.

Феликс. Не понял!

Клемент. Что?

Феликс. Простите, ваш коллега, он что — не в своём уме?

Клемент. Как все актёры… Я, кстати, тоже. Что он вам рассказал? Историю с блюдцем? Показывал блюдце?

Феликс. Нет.

Клемент. А про Миттерана рассказал уже?

Феликс. Он сказал, что он — Клемент Нисторикэ.

Клемент. Ага, разыграть меня решил, поросёнок. А вы кто такой?

Феликс. Я, господин Нисторикэ, идиот. Я сел в лужу.

Клемент. Да говорите уже, хватит себя ругать.

Феликс. Я представитель агентства расставаний «Прощай». Посредничаю при разводах, расставаниях. Меня сюда направила ваша супруга Марчела. Я пришёл сказать, что она желает с вами развестись.

Клемент. Ну и хорошо. Это у неё хобби такое, мы уж сколько лет подряд всё разводимся.

Феликс. На этот раз всё серьёзно.

Клемент. Бросьте, мне лучше знать. Говорите, что вам рассказал Виорел.

Феликс. Ну, многое. Он сказал, что у него, извините, у вас — рак простаты.

Клемент. Это неправда…

Феликс. Он сказал, что его зовут Клемент Нисторикэ, и жена его бросает, потому что у него рак простаты, и он не может…

Клемент. Ещё что?

Феликс. Он рассказывал, как… занимался c ней сексом на партсобраниях.

Клемент. Он или я?

Феликс. Говорю же, он выдал себя за вас…

Входит Виорел.

Виорел. Да, я тоже заметил, что Сова — в зюзю.

Клемент (Виорелу, сварливо). Так ты у нас онколог?

Виорел. В смысле?

Клемент. С чего ты взял, что у меня рак простаты?

Виорел (торжествующе). Шикарно вышло, согласись?

Клемент. Нет, это нечестно! Никакой розыгрыш не должен выходить за рамки!

Виорел. А тогда, с кастингом, — этот как, в рамках было? Я, как последний лох, целый день торчал на киностудии в Буфте и ждал Копполу…

Клемент. Это было гениально, не будь занудой. И ну-ка, ну-ка расскажи: ты трахал её на партсобраниях?

Виорел. А вот это как раз правда. Когда она была моей женой, мы на собраниях давали жару, как кролики!

Клемент. Мне она никогда не рассказывала.

Виорел. Не хотела, наверное, чтоб ты комплексовал…

Феликс. Погодите, вы что, оба были женаты на госпоже Марчеле?

Виорел. Я — до революции…

Клемент. А я — после… Уже когда свергли Чаушеску.

Виорел. Прямо как в песне…

Виорел и Клемент (поют).

А если случится, что он влюблён, а я на его пути,

Уйду с дороги, таков закон. Третий должен уйтиии…

Пауза.

Феликс. …Прекрасно. До свидания… (Выходит.)

Виорел. Гм, и тебя Марчела бросила…

Клемент. Ой, да невелика беда!

Стук в дверь, возвращается Феликс.

Клемент. Что ещё?

Феликс. Тысяча извинений, но не дайте мне умереть от любопытства. Я насчёт блюдца. Что там за история такая с блюдцем?

Клемент. Aaa… ну расскажи ему, Виорел…

Виорел вытаскивает из ящика стола блюдечко и даёт Феликсу.

Виорел. Посмотрите внимательно. (Феликс смотрит.) Что видите?

Феликс. Вижу блюдце. (Переворачивает.) На обратной стороне гравировка: тросточка и котелок. Это случайно не…

Виорел. Да, молодой человек, это мне подарил сам Чарли Чаплин! Мы познакомились во Франции…

Клемент (снимая грим). Ага, щас! Он стырил его из ресторана «Шарло» в Джурджу!

Виорел. Неправда! Это зависть, зависть в тебе говорит! Волосы на себe рвёшь от зависти! Вся страна знает, что я познакомился с Чаплином в Париже!

Клемент. Ой, да хватит заливать-то, трепло старое! …

Виорел. Сам ты старый пердун! Сорок лет я тебе талдычу: я познакомился с Чарльзом Спенсером Чаплином в Париже!!!

Клемент. А я сорок лет говорю тебе, что ты врёшь!

Феликс выходит, растерянный, а актёры продолжают перебранку.

Сцена 4

Квартира. Стеликэ сидит в балаклаве. Рамона сердито расхаживает по комнате.

Рамона. И что ты расселся как на именинах?

Стеликэ. А что, мать твою, я должен делать?

Рамона. Вот на хрена ты его долбанул? Совсем башню снесло? Мы воры, а не мокрушники.

Стеликэ. Умная, да? А что мне оставалось? Ты зачем ему открыла?

Рамонa. Я, блин, не открывала! Было открыто. Это ты забыл запереть. Он позвонил, а потом толкнул дверь — и что мне было делать?

Стеликэ. Вот потому я его и приложил! А что надо было сказать: добро пожаловать, мы тут хатку ломанули, ща приберём кой-какие вещички и срулим? Я думал, это, мать его, хозяин!

Рамона (заходит в ванную, приглядывается). Не похож. Я же говорила, что хозяин уехал, я его неделю пасла. В горы, наверное, поехал, у него такой рюкзак здоровенный был.

Стеликэ. Может, родственник? Брательник там… Пошарь у него в карманах, поищи ксиву какую-нибудь.

Рамона. Сам пошарь, я боюсь.

Стеликэ. Да ладно, он кони-то не двинул. Я аккуратно бил.

Рамона. Ага, очень аккуратно — у него так башка загудела, как колокол прямо.

Стеликэ. Это не башка гудела. Это был звук тефлоновой сковороды. (Идёт в ванную, возвращается с документами, читает вслух.) Феликс Поенару. А хозяина как зовут?

Рамона. Тудорикэ или Тудораке — как-то так. На двери табличка есть. Как он там, живой?

Стеликэ. В отключке. Храпит как боров.

Рамона. Валим отсюда.

Стеликэ. Ну да! А с рожей твоей что делать?

Рамона. А что с ней не так?

Стеликэ. Сколько раз было говорено: не снимай балаклаву, мать твою за ногу и об угол!

Рамона. Да блин, а если я задыхаюсь в ней! Не могу я эту дрянь на лице носить! Что я, идиотка — по дому в маске ходить? Тут тебе не американское кино!

Стеликэ. Дура, он лицо твоё видел! В полицию стуканёт!

Рамона. Ну и что, что видел? Спорим, он уже не помнит ничего. Ты его так отоварил, что он даже имя своё не вспомнит. Да и темно там было, в прихожей.

Стеликэ (находит визитную карточку). А это что такое?

Рамона (отбирает у него карточку). Визитка. (Читает.) Агентство расставаний «Прощай». Менеджер Феликс Поенару.

Стеликэ. Это ещё что за фигня?

Рамона. Агентство расставаний, не слышал?

Стеликэ. Умная, да? И что, слыхала раньше про такое?

Рамона. Не… Ну и хер с ним. Давай, Стеликэ, рвём когти.

Стеликэ. Да ёб же ж твою мамашу! Ещё раз говорю: завязывай называть меня по имени, когда мы на деле!

Рамона. Я просила тебя не материться! Великий пост стоит, безбожник! И тебе нельзя меня расстраивать. Хочешь, чтобы я прямо тут родила?

Стеликэ (встревоженно). Что-то чувствуешь? Шевелится?

Рамона. Она ещё не может шевелиться, маленькая ещё.

Стеликэ. А чего — «она»?

Рамона. Я чувствую, что это девочка.

Стеликэ. Да ну нафиг! Я сказал: пацана хочу! Будет не пацан — пишите письма!

Рамона. Я не виновата! Сам слабак!

Стеликэ. Всё, кочумай! (Из ванной слышится возня.) Очухался. Маску надень!

Идёт в ванную и выводит оттуда связанного Феликса.

Феликс. Где я?

Стеликэ. В цирке.

Феликс. Почему у вас маски на лицах?

Стеликэ. Нравится нам так в доме ходить. Мы извращенцы.

Феликс. Вы — господин Тудорикэ?

Стеликэ. Ну. Что хотели?

Феликс. Развяжите! Зачем вы меня связали?

Стеликэ. Боимся. Вы вообще кто?

Феликс. Я представляю интересы вашей подруги, Олимпии. Я пришёл сказать, что она вас более не любит и желает с вами расстаться.

Стеликэ. И что?

Феликс. Развяжите меня!

Стеликэ. Брось, ты что, не можешь говорить связанным? Что там с Оливией?

Феликс. Олимпией… Постойте, вы ведь не господин Тудорикэ?

Рамона. Нет, это не он. (Стеликэ.) Сваливать пора, тут стрёмно!

Стеликэ. Нет, погоди, мне интересно стало. А ты тут каким боком?

Феликс. Где?

Стеликэ В этой истории. Она его бросает, а ты при чём?

Феликс. Я… Я не понимаю, кто вы такие?

Рамона. Всё, врубилась. Он типа посредник. Не знаю, блин, как правильно сказать… Короче, он разводит людей. Всё, уматываем.

Стеликэ. Не понял.

Рамона. Что ты не понял? Визитку видел? Пошли, пошли, я тебе всё потом объясню.

Феликс. И я врубился. Вы…

Стеликэ (с угрозой). Что — «мы»? Давай-давай, озвучь! (Берёт сковороду.)

Рамона. Стеликэ, нет!

Стеликэ. Дура! Я же говорил: не называй меня по имени! Теперь его точно придётся завалить.

Феликс (испуганно). Подождите, господин Стеликэ!

Стеликэ (замахивается сковородой). Забудь это имя! Убью!

Рамона. Успокойся! Да, вы всё правильно поняли. Мы — воры и как раз обносим эту квартиру. А вас какого дьявола принесло сюда именно сейчас?

Феликс. Я по работе пришёл. Я пришёл с известием к господину Тудорикэ.

Стеликэ. А эта Ольга, сама она чего не пришла сказать чуваку, что типа — всё?

Феликс. Её зовут Олимпия.

Стеликэ. Всё равно курва.

Рамона. Твоё какое дело? Нам линять надо отсюда!

Стеликэ. Да мне просто любопытно стало, на чём народ бабло рубит. Слышь, чувак, сколько ты за всю эту шнягу берёшь?

Феликс. Пожалуйста, развяжите меня. Руки болят.

Стеликэ. Не можем. Мы ещё не решили, что с тобой делать.

Феликс. Что вы задумали?

Рамона. Ничего мы не задумали. (Стеликэ.) Пойдём уже!

Стеликэ. Как это пойдём? Он же нас сдаст.

Феликс. Клянусь, я ничего не скажу! Я вас тут не видел.

Рамона. Ну? Видишь, человек поклялся. Валим!

Стеликэ. Ни хера! Он сразу позвонит легавым, и нас закатают. У него на роже написано, что настучит!

Рамона. И что ты предлагаешь, а? Убить его? Или, может, язык ему отрезать? Давай уже, решай что-нибудь, а то сейчас ещё кто-нибудь заявится и попалит нас тут.

Звонок в дверь.

Рамона (испуганно). Ну вот! Придурок! Накаркала!

Звонок звенит.

Стеликэ (Феликсу, шёпотом). Кто бы это мог быть?

Феликс (нормальным голосом). Не знаю!

Стеликэ. (шёпотом). Говори шёпотом, а то огребёшь тефлоном по тыкве!

Рамона. Я пойду гляну…(Выходит.)

Пауза.

Рамона (возвращается). Какая-то бабка в бигуди. Стоит с тарелкой голубцов. Соседка, наверное. Зашла хозяина угостить.

Стеликэ. Блин, а вот голубцов я заточил бы сейчас, да!

Рамона. Если бабулька звонит, значит, и хозяин скоро объявится.

Стеликэ. И что нам делать с этим… перцем?

Рамона (решительно). Ну-ка, дай мне его паспорт! (Стеликэ передаёт ей паспорт Феликса, Рамона читает адрес.) Улица Строителей 10, дом 34, подъезд «A», 4-й этаж, квартира 23. (Феликсу.) Ну смотри, если настучишь легавым, мы тебя по этому адресу найдём и яйца отрежем, понял? А жену твою машина собьёт, понял? А детей ваших будет растить государство, понял? Только попробуй заложить, титька тараканья!

Феликс (удивлённо). Рамона?

Стеликэ (испуганно). Что за..?

Феликс. Ты — Рамона Висарион?

Рамона (снова заглядывает в паспорт). Постой, постой… Я, кажется… Феликс… Феликс… да это же…

Феликс. Начальную школу помнишь? Мы с одноклассниками приходили к тебе домой, вы жили в доме на земле на окраине города. Мы ещё играли на пустыре около пивзавода, а твой отец, когда напивался, кричал, что мы по сравнению с тобой все дурачки, «титьки тараканьи».

Рамона (вспомнила). Феликсир! Феликсир! (Снимает маску и горячо обнимает Феликса.)

Стеликэ. Эй, что вообще происходит?

Рамона (взволнованно). Это первый мужчина, которого я поцеловала в своей жизни…

Феликс. В четвёртом классе…

Рамона. Помнишь, как мы воровали бутылки с пивом со двора пивзаводa и продавали потом их лоточникам на рынке?

Феликс. И покупали мороженое с красителями…

Рамона. И ходили на индийские фильмы. Там ещё всегда полно цыганок было в кинотеатре, и воняло от них просто адски.

Стеликэ. Алё, давай завязывай с воспоминаниями, нам смываться надо…

Рамона (с нежностью). Как поживаешь, Феликсир? Чем занимаешься?

Феликс. Сама видишь, чем занимаюсь, развожу людей!

Рамона. А я… квартиры обношу. Забыла вас представить. (Указывает на Стеликэ). Это мой муж, Стеликэ.

Феликс. Очень приятно.

Стеликэ. Извиняюсь, что приложил тебя сковородкой.

Феликс. Чего уж …

Стеликэ. Я надеюсь, ты не станешь выдавать свою… первую чувиху, с которой целовался.

Феликс (улыбается). Нет…

Стеликэ. Молоток! Это по-пацански! Давай, любимая, шевели батонами…

Рамона. Феликсирчик, родненький, я была так рада тебя повидать… Прощай!

Рамона и Стеликэ надевают маски, подхватывают баулы с крадеными вещами и выходят. Феликс кричит им вслед.

Феликс. Эй, а меня развязать? Развяжите, чтоб вас…

Никто не отвечает.

Часть II

Сцена 5

Группа мужчин и женщин сидят на стульях, составленных в круг. В центре круга — Тренер. Занятие по психотерапии семейных отношений.

Тренер. Христос воскресе!

Все. Воистину воскресе!

Тренер. Надеюсь, вы прекрасно отпраздновали Пасху…

Феликс (торопливо входит). Христос воскресе!

Все. Воистину воскресе!

Феликс. Прошу прощения, я… Мне нужен господин Эмиль Бордужа.

Тренер. Добро пожаловать, присаживайтесь. Бордужа — это я…

Феликс. Я к вам по поводу одной проблемы…

Тренер. Прекрасно вас понимаю. Мы для того и собрались здесь. У каждого из нас есть проблема, не правда ли, друзья?

Все. Да…

Тренер. Назовитесь, пожалуйста, уважаемый.

Феликс. Меня зовут Феликс… Я бы хотел…

Тренер. Давайте поздороваемся с Феликсом, май фрэндз …

Все. Привет, Феликс…

Тренер. Садись, Феликс… (Цепляет ему на грудь стикер с именем, которое тут же написал фломастером. Такие стикеры — на каждом из сидящих в кругу.) Ю вэлкам … Итак, кто начнёт сегодня? (Одна женщина поднимает руку.) Да, Брындуша, расскажи нам свою историю.

Брындуша (немного помявшись). Мой муж больше не любит меня…

Тренер. Так. И почему?

Брындуша. Он говорит, что я стала… как бегемотиха…

Беноне (муж Брындуши). А что, может, я не прав?

Брындуша (истерически). Это после родов! Я тебе сына родила!

Беноне (так же истерически). А другие что, не рожают? Твоя двоюродная сестра, Мела, двоих родила, а выглядит, как топ-модель.

Брындуша. Что ты мне всё тычешь своей Мелой! Она грудью не кормила! Я же обещала тебе, что начну худеть…

Беноне. Когда? Когда рак свистнет?

Брындуша. Когда перестану кормить грудью, хамло!

Тренер. Одну маленькую секундочку… Брындуша, расскажи нам, пожалуйста, в чём конкретно заключается твоя проблема?

Брындуша. Я же сказала… Он меня больше не не любит.

Беноне. Давай я скажу. Мы, в общем, больше не это самое…

Брындуша. Ублюдок!

Тренер. Ты хочешь сказать, что вы больше не занимаетесь любовью?

Беноне. Ну, я бы так не сказал, но в общем — да.

Тренер. Окей, тебе не нравится это выражение. Давайте сделаем упражнение на снятие психологического барьера. Поищем синонимы выражения «заниматься любовью»! Как ещё принято называть этот, так сказать, процесс? Спросим у остальных. Какие у вас будут предложения, гайз?

Пауза.

Вирджиния. Совокупляться…

Тренер. Найс… учёное выражение … Мо, плиз…

Вирджиния. Вступать в интимные отношения …

Ливиу. Джага-джага…

Тренер. Феликс, а что ты нам предложишь?

Феликс. Перепихнуться… трахаться… фуцки-дуцки…

Тренер. Сорри?

Феликс. Фуцки-дуцки … У меня когда-то была одна девушка, она так это называла.

Тренер. Интересно … Продолжим?

Брындуша. Я знаю одно, но… Нет, лучше промолчу.

Тренер. Давай, Брындуша, камон! Боже, здесь же все свои… Поддержим её друзья, эпплауд хёр!

Все аплодируют.

Брындуша (простодушно). Колотить банан…

Долгая пауза.

Тренер. Отлично. Мы не должны более комплексовать по этому поводу, не так ли? Как бы ни называли этот вид человеческой деятельности, она оживляет наше существование, делает его более привлекательным. Беноне, теперь ты. Объяснишь нам, что же произошло?

Беноне. Да ничего особенного. Просто моя жена растолстела. Ужасно! Я не узнаю её. Знаете, какая у неё была фигура пять лет назад, когда мы поженились? Скольким знакомым я рыла начистил за то, что пялились на неё и слюнки роняли! Я фоткал её постоянно, заставлял ходить по дому голышом и наснимал целые часы видео, в ванне купал, как ребёночка… А теперь… Теперь она таскает меня по тренингам, как будто проблема во мне. (Брындуше.) Со мной всё в порядке, поняла? Это не моя, а только твоя проблема! И состоит она в твоём ночном романе с холодильником. Гляньте на неё — кто-нибудь поверит, что пять лет назад у неё было тело круче, чем у Анджелины Джоли?

Брындуша (плачет). Это из-за беременности и родов, как ты не понимаешь…

Беноне. Так не надо было рожать!

Брындуша. Ну всё, это последняя капля! Развод! (Хватает сумочку и стремглав выбегает.)

Тренер. Джаст э момент… камон, гайз… Уважаемый Беноне…

Беноне. В задницу себе засунь свою терапию! Вместе со своим пафосом и деревенским английским! Фрейд в гробу ворочается от той херни, которую ты тут несешь! (В ярости.) Хэв э найс дэй! (Выходит.)

Пауза, неловкий момент.

Тренер (улыбается через силу). Что ж, бывает. Однако, как говорится, шоу маст гоу он… Давайте послушаем, что нам скажет Феликс.

Феликс. Я? А что говорить?

Тренер. Всё, чем считаешь возможным поделиться с нами. Что тебя беспокоит?

Феликс. Гм… Да ничего не беспокоит, если честно.

Тренер. Ладно, тогда что занимает твои мысли?

Феликс (задумывается). Расставания. Меня одолевают расставания. Я спрашиваю себя: почему люди однажды расстаются?

Тренер. Прекрасный вопрос. Давайте, друзья, поговорим об этом. Почему люди расстаются? Вилл лиссн…

Ливиу. Ну вот, вы же видели… Иногда из-за лишнего веса, к примеру.

Вирджиния (жена Ливиу). Ливиу, ты так ничего и не понял.

Ливиу (слегка задет). Думаешь?

Вирджиния. Тут речь о любви.

Ливиу. Полагаешь, я не в состоянии этого понять?

Вирджиния. Физическая метаморфоза демотивировала партнёра, вызвала у него отторжение объекта любви. Другими словами, он живёт прошлым, любит некую проекцию, некий спектр. Обожествляемая им Галатея обрела плоть, стала земной женщиной. И реальное воплощение образа его любви вызывает у Пигмалиона гнев. Толстой пишет об этом в «Войне и мире». Нагляднейший пример — метаморфоза Наташи Ростовой. Очаровательный угловатый подросток, резвившийся на балу, в конце концов превращается в натуральную бабу, словно знаменем размахивающую испачканной пелёнкой младенца…

Ливиу. Солнышко, извини, но всё гораздо проще. Парню просто наскучило. Каждому может наскучить… (Феликсу.) Думаю, большинство расстаётся именно из-за скуки…

Вирджиния. А я? Я тебе тоже наскучила?

Ливиу. Хочешь честно? Есть немного. Мне поднадоели все эти теории. Твоя степень лиценциата философии иногда, прости, раздражает. Почему, скажем, я должен сравнивать выход на пикник с фильмом Тарковского? Почему драка бомжей у помойки должна напоминать мне о психологии масс Гюстава Лебона? Почему ты не можешь, пардон, просто кончать? Ты ведь не кончаешь, а устраиваешь «кратковременный всплеск интенсивных эмоций»…

Вирджиния. Ты пошляк, Ливиу! Жан-Жак Руссо говорил…

Ливиу. Да пошёл он, твой Руссо! Да, я хочу быть пошлым! Хочу заниматься с тобой сексом в поезде, как тогда, когда мы, ещё студентами возвращались с моря, помнишь? Или как тогда в примерочной, в магазине!

Вирджиния (удивлена). Это когда такое было?

Ливиу. В поезде?

Вирджиния. Нафиг поезд! Примерочная!

Ливиу. Когда ты покупала себе платье из жатой ткани…

Вирджиния. В жизни не покупала ничего подобного! (Сурово.) Рассказывай!

Ливиу (в замешательсте). Что?

Вирджиния. Про примерочную, негодяй!

Тренер. Диа фрэндс…

Вирджиния (Тренеру). А вы не лезьте! (Ливиу.) Из жатой ткани, да?

Ливиу (пойманный с поличным). Я, наверное, спутал что-то…

Вирджиния. Нет! Ты не спутал — ты спутался! Распутник! (Выходит, следом за ней бежит Ливиу.)

Ливиу. Вирджи, солнышко, подожди… я всё объясню… (Выходит.)

Пауза.

Тренер. Чаю хотите?

Феликс (погружённый в свои мысли). Простите, что? Ах да, чай… Нет, спасибо.

Пауза.

Феликс. И часто у вас такое?

Тренер. Иногда и до драки доходит…

Феликс. Напрасно я затеял этот разговор о расставаниях, мне жаль…

Тренер. Три пары из четырёх, которые сюда приходят — на грани развода. Похоже на какую-то эпидемию.

Феликс. Печально…

Тренер. Ко мне обычно приходят парами. А вы? Сингл?

Феликс. Господин Бордужа, я перейду непосредственно к делу. По иронии судьбы вопрос, который я хотел бы с вами обсудить, также связан с расставанием… (Звонит мобильник Феликса.) Секундочку, прошу прощения. (Смотрит на дисплей телефона, потом резко — на Тренера. Он явно в замешательстве, но наконец отвечает на звонок.) Ало. Да, слушаю вас. (Около 10 секунд слушает.) Нет. (Снова слушает.) Нет, уверяю вас, что нет! Так… так… да. Понял вас. Всего доброго. (Убирает телефон.) Ещё раз извините…

Тренер. Окей. Итак?

Феликс. О чём мы говорили?

Тренер. О расставании…

Феликс (очевидно, что сейчас по телефону он говорил с женой Тренера, которая отменила заказ. Феликс вынужден выкручиваться). Ах да… Ну… В общем, я хотел попросить совета. Моя подруга, она врач. Мы знакомы два месяца, она чудесная девушка, но неделю назад она сказала мне, что работает… в морге…

Звонит мобильник Тренера.

Тренер. Ай-м сорри! (Отвечает по телефону.) Тэнзи, ай-м бёзей… Что? Что случилось? Почему ты плачешь? Что? Ничего не понимаю! Прошу тебя, перестань плакать! Что произошло? Опять? Конечно, люблю! Что значит «расстаться?» Даже в мыслях такого не было! Камон! (Феликс жестами показывает Тренеру, что зайдёт позже. Тренер не обращает на него внимания. Феликс тихонько выходит.) Конечно, я тебя люблю! Как именно люблю? Непередаваемо… окончательно… апокалиптически. Не плачь, плиз. О май год, нет, не поверю, никому не поверю, кто бы ни сказал… Да, я знаю, что ты не уйдешь от меня. Кто бы ни пришёл и ни сказал, что ты хочешь со мной расстаться, получит звиздюлей. Камон, бэби…

Свет медленно гаснет.

Сцена 6

Отдел полиции. Полицейский Илие Якобаш допрашивает семью Маринеску. Якобаш — молодой следователь, неуверенный в себе, нервный, со странным чувством юмора. На столе перед ним ноутбук. Допроc, видимо, завис в мёртвой точке.

Якобаш. Господа! Честное слово, это просто смешно! Поймите меня правильно: это моё первое расследование, и не очень хочется, чтобы оно стало последним! Как я такое напишу в отчёте? Давайте, пожалуйста, рассуждать как разумные люди. Начнём сначала. Когда началась эта… так сказать, история?

Адела. Когда ей было четыре года. Она пришла с няней с детской площадки и сказала, что нашла себе друга. Что они качались вместе на качелях. Его бросили родители, у него не было друзей, не было дома…

Якобаш. И вы… взяли его к себе домой?

Митикэ (вздыхает). Величайшая ошибка нашей жизни …

Адела (с издёвкой). Я разве не говорила, что всё обострилось, когда мы хотели его выгнать? (Полицейскому.) Она повалилась на пол ничком и стала орать как резаная… (Митикэ.) А ты? Зачем ты купил ему пижаму? С пижамы же всё и началось!

Митикэ. Она сказала, что он ходит голышом. Что мне оставалось? Не позволять же было паршивцу разгуливать с голой пипиской в комнате, где живёт девочка!

Якобаш. Он спал в её комнате?

Адела. Мы купили ему кровать…

Якобаш. А возраста он был какого?

Адела. Примерно ровесник Николь.

Митикэ. Он рос вместе с ней…

Адела. За стол садился с нами. И Боже упаси было не положить ему еды в тарелку… Она тоже отказывалась есть…

Митикэ. Ранец покупали ему каждый год…

Адела. Кроссовки, велосипед, коньки… На каратэ его записали…

Митикэ. Помнишь, как ночью скорую ему вызывали? Когда Николь показалось, что он проглотил детальку лего?

Адела. И дежурная врачиха, сонная такая, орала, что нас всех троих надо положить в психушку?

Митикэ. Николь отомстила тогда в своей манере — наблевала ей прямо на халат.

Адела. В театр всегда покупали по четыре билета… А если кто садился на его место, Николь устраивала скандал…

Митикэ. «Вы что, ослепли, не видите, там человек сидит?» …

Якобаш. Так, стоп, мы опять отклоняемся от главного. (С нажимом.) Кто такой Тоби?

Адела. Господин следователь, мы уже третий раз вам говорим: это воображаемый друг нашей дочери.

Якобаш (нервно). Опять?

Митикэ. Господин следователь, посмотрите, пожалуйста, сами в интернете. Просто напишите в Гугл «воображаемый друг» — ну что вам стоит?

Якобаш. Думаете, я не собрал информацию? У вашей дочери явно проблемы.

Адела (искренне удивлена). Какие проблемы?

Якобаш (открывает компьютер, кликает). Вот, нашёл. (Читает.) «Часто встречающийся феномен. В возрасте трёх-четырёх лет дети заводят себе воображаемых приятелей. Обычно это случается, если ребёнок — единственный в семье и отличается богатым воображением. Родителям ни в коем случае не следует разубеждать ребёнка в существовании воображаемого друга. Напротив, нужно с этим другом разговаривать и даже попробовать с ним подружиться…» бла-бла-бла… А, вот тут — следите внимательно. (Читает медленно, с нажимом.) «Подрастая, ребёнок заводит реальных друзей, а воображаемый — исчезает». Вашей дочери двадцать один год…

Митикэ. А Тоби — не исчез… Мы в курсе.

Адела (подавленно). Это правда… Это очень тревожно, господин полицейский! У неё нет друзей, она ни с кем не общается, всё время проводит только с ним. С нами разговаривает, только чтобы рассказать о нём. Тоби сказал! Тоби сделал! Тоби решил!

Митикэ. Хуже всего то, что этот сволочной Тоби нас не любит. С презрением относится…

Якобаш (сдерживает смех). Да не может быть!

Митикэ. Господь свидетель. А сколько мы для него сделали! Квартиру поменяли, потому что Николь сказала, что у Тобички астма. На море с собой брали. Оплатили ему автошколу. Они с Николь вдвоём ездили в лагерь в Ирландию.

Якобаш. Оплатили ему автошколу?

Адела. Да! Когда дочка училась водить, мы по её просьбе оплатили курсы и ему.

Митикэ. Я пытался его убить однажды… в Болгарии…

Якобаш. В смысле?

Митикэ. На море, на каникулах… Столкнул его за борт прогулочного катера.

Адела. Николь рыдала неделю, а потом сказала, что Тоби вернулся, а утонул совсем другой мальчик…

Митикэ. В четырнадцать она объявила вдруг, что Тоби начал курить и она тоже хочет попробовать. Я рассердился и запер его в чулане. Утром мы обнаружили нашу девочку спящей в чулане. С ним…

Адела. Они поступили в один институт. На факультет восточных языков. Сейчас на втором курсе оба.

Митикэ. У него, вроде, большие способности, так дочка говорит…

Пауза.

Якобаш. Уважаемые, вот что я вам скажу. Не как полицейский, а просто по-человечески. Как бы неприятно вам ни было это услышать. Обоим вам самое место в психушке, уж простите. Как вы можете так конкретно, так… не знаю… реалистично говорить о призраке! Это же фантом, наваждение! Вы рехнулись, честное слово! Всё это выглядит, как сцена из спектакля, я как будто в театр попал…

Адела. Господин следователь, а что нам делать? Она — единственный наш ребёнок. Да, мы исполняли её каприз с фантомом, и другие капризы тоже.

Митикэ. Мы же её любим, в ней — вся наша жизнь. Вот и делаем вид, что Тоби как бы реален…

Якобаш. Каприз, говорите? (Хочет сказать что-нибудь едкое, но сдерживается.) Ладно, давайте разберёмся с подозреваемым Феликсом Поенару.

Адела. Пожалуйста, господин полицейский, не называйте его так! Бедняга ни в чём не виноват, он помочь хотел!

Якобаш. Помочь? За тридцать евро?

Митикэ. Так это же его работа. У него фирма, господин следователь.

Якобаш. Что вышеупомянутый Феликс Поенару делал у вас дома двенадцатого мая?

Адела. Он пришёл по нашему приглашению Мы наняли его, чтобы он объявил дочери, что Тоби её покидает.

Митикэ. Мы хотели вернуть её в реальный мир. Думали, потрясение поможет, врачи так посоветовали.

Якобаш. Ну что ж… И как должно было произойти это самой потрясение?

Адела. Ей должны были сказать, что Тоби её больше не любит.

Митикэ. Больше не любит и вообще уехал. Насовсем!

Якобаш (заинтересованно). Куда?

Митикэ. Как называется эта страна, дорогая?

Адела. Тобиландия, забыл?

Митикэ. Точно! Он убрался в Тобиландию. И не хочет больше видеть Николь!

Якобаш. Так, стоп! Иначе и у меня сейчас, пардон, крыша поедет. (Нажимает кнопку на столе.) Пригласите, пожалуйста, Феликса Поенару.

Адела. Господин полицейский, наша девочка не сумасшедшая, она просто … немного особенная…

Входит Феликс.

Феликс. Здравствуйте.

Якобаш. Присаживайтесь.

Феликс. Спасибо!

Якобаш. Кстати, как, собственно, называется ваша профессия? В показаниях есть разные формулировки: (Находит на столе бумагу с показаниями Феликса.) посланник, вестник, курьер, посол… Лично меня вот это больше всего впечатлило: поставщик услуг по передаче сентиментальных посланий… Гм… Так кто вы, в конце концов, такой?

Феликс. Разлучник…

Якобаш. Вы и в прошлый раз говорили это слово. Я посмотрел каталог зарегистрированных профессий — там нет ничего подобного…

Феликс. А в чём проблема? Не нравится «разлучник», называйте меня почтальоном — это уж наверняка есть в регистре профессий.

Якобаш. Это вы так шутите? Или как? Я что-то не пойму…

Феликс. И я не пойму, что вас не устраивает. Работа как работа. Налоги плачу исправно, ничего не нарушаю, противозаконной деятельностью не занимаюсь…

Якобаш. Меня не устраивает то, что я не знаю как написать об этом в отчёте, чтобы не выставить себя кретином, понятно? (Обращается ко всем присутствующим.) Я вот вам зачитаю. (Берёт со стола отчёт и читает.) Двенадцатого мая текущего года в отделение… так… поступило заявление от господина Богдана Михалаке, владельца бара «Лас Вегас», расположенного по адресу: улица Спиру Харета, 21, дом… так… Заявитель жалуется, что 12 мая около 14.00 гражданка, позже опознанная как Маринеску Николета, двадцати одного года, проживающая в том же доме на четвёртом этаже, подъезд «Б», спрыгнула с балкона квартиры номер 16 и упала на навес над террасой бара «Лас Вегас». В результате этого происшествия Маринеску Николета пробила собой навес и упала на террасу, где в это время сидели за столиками клиенты бара. Мы получили заключение из больницы скорой помощи, куда Маринеску Николета была доставлена с переломом предплечья, контузией грудной клетки, растяжением связок правого бедра и тэдэ, и тэпэ… Требуется госпитализация сроком на семь дней и восстановительный период сроком на девяносто дней. Так… Далее идут показания свидетелей из числа посетителей бара и протоколы допроса подозреваемых: Маринеску Думитру и Маринеску Аделы…

Адела. Мне плохо…

Якобаш. …родителей пострадавшей Маринеску Николеты, а также гражданина Поенару Феликса, владельца фирмы «ООО Прощай». Вот, а дальше начинается какая-то ерунда… Родители, с целью разлучить дочь с — тут прошу проявить предельное внимание! — воображаемым приятелем, так называемым Тоби, заключили договор найма с вышеупомянутым Поенару Феликсом, разлучником. Согласно условиям договора гражданин Поенару обязался сообщить Маринеску Николете, что Тоби её более не любит и желает с ней расстаться. Маринеску Николета, в свою очередь, отказалась поверить этому сообщению, мотивировав отказ тем, что как раз в этот день… (Обращаясь сам к себе.) Господи, чем я тут занимаюсь? (Читает дальше.) …в этот день Тоби предложил ей выйти за него замуж. Услышав это, мать потерпевшей упала в обморок, а отец… (Сдерживает смех.) А отец столкнул Тоби с балкона. Потерпевшая вследствие поступка отца впала в состояние аффекта и бросилась с балкона вслед за воображаемым возлюбленным. (Следователь больше не может сдержаться и начинает ржать, как жеребец.)

Долгая пауза.

Якобаш. Ну и что вы об этом скажете?

Митикэ. Всё так и было…

Якобаш. Серьёзно? Хорошо, давайте попробуем восстановить события! (Обращаясь к Митикэ.) Где вы находились, когда дочь вам сообщила, что ей сделали предложение?

Митикэ (встаёт). На диване, рядом с женой.

Якобаш. Ага. А где был Тоби?

Митикэ. Около Николь, в дверях кухни…

Якобаш. Покажите, как вы схватили его за шиворот и сбросили с балкона.

Митикэ пантомимой изображает убийство Тоби. Якобаш истерически смеётся.

Якобаш. Господи Боже, чем мы тут занимаемся?

Остальные молчат.

Якобаш. Мой начальник вчера прочитал отчёт и сказал, что если я это не перепишу, он мне собственноручно запихает его в… Неважно… Люди, пожалуйста, давайте вернёмся в реальность! Давайте изложим какую-то реальную историю, меня же начальство моё сожрёт.

Адела. Но, господин следователь, ведь всё именно так и было, честное слово…

Якобаш. Твою ж… Послушайте, это полицейский отчёт, а не фантастический рассказ! Поздравляю, вам удалось вывести меня из себя! (Нажимает кнопку.) Николета Маринеску!

Входит санитарка, вкатывет коляску, в которой сидит Николь. Рука и нога у Николь в гипсе, на носу очки с толстыми стёклами. Николь — дурнушка. Таких не любит никто, кроме родителей. Санитарка выходит.

Николь. Здравствуйте. Здравствуйте, Феликс. (Феликс машет ей рукой в знак приветствия.)

Якобаш. Здравствуйте. Как ваше самочувствие?

Николь. Замечательно. Сегодня выписывают.

Якобаш. Мои поздравления. Расскажите нам, пожалуйста, о Тоби…

Николь. Он мой друг.

Якобаш. Это я знаю. Сейчас он где?

Николь. В городе. Ищет обручальные кольца к нашей свадьбе.

Якобаш. Мда!.. Гражданка Маринеску, расскажите о том, что произошло двенадцатого мая текущего года.

Николь. Я пришла домой, и родители познакомили меня с Феликсом. Он должен был рассказать мне что-то про Тоби.

Якобаш. Что?

Николь. Он говорил с Тоби по телефону…

Якобаш. О чём?

Николь. Он сказал, что Тоби меня очень любит, что он не может без меня жить, но ему нужно уехать.

Якобаш. В Тобиландию?

Николь. Да. Откуда вы знаете?

Якобаш (с самоиронией). Я же полицейский как-никак. (Феликсу.) Гражданин Поенару, зачем Тоби уехал в эту… Тобиландию?

Феликс (смущённо). Решил уйти в монастырь…

Якобаш (Николь). А вы, конечно, не поверили?

Николь. Нет.

Якобаш. Почему?

Николь. Потому что в Тобиландии нет религии.

Якобаш. Тамошние жители — атеисты?

Николь. Жители? В Тобиландии только один житель — Тоби.

Якобаш. Ну и тоскливые, должно быть, там места… Продолжим… Рассказывайте дальше.

Николь. Тут как раз подошёл Тоби. Он немного задержался, пил пиво с приятелями…

Якобаш. О как!

Николь. Я сказала родителям, что Тоби просит моей руки.

Якобаш. И?

Николь. Мама упала в обморок, а папа схватил Тоби за шиворот и сбросил с балкона.

Якобаш. А ты прыгнула за ним следом?

Николь. Да.

Пауза.

Якобаш. Сильно любишь его?

Николь. Знаете этот тест с ядерной войной? Ну, «как бы вы поступили, если…»

Якобаш. Я не особый поклонник таких вещей. Однако, что ж, прошу…

Николь. Представьте себе, что началась ядерная война, все люди на Земле должны погибнуть, останетесь только вы, и ещё у вас есть возможность спасти одного-единственного человека. Кого бы вы спасли?

Якобаш. Не знаю… Маму, наверное… Да, точно, маму…

Николь. А я бы спасла Тоби.

Якобаш. То есть — никого?

Николь. Я не понимаю!

Якобаш. Я, по-моему, ясно выразился: ни-ко-го!

Николь. Mама! Папа!

Адела. Деточка…

Николь. Что вы ему сказали?

Митикэ. Ничего плохого, Николь…

Якобаш. Они мне сказали, что ты познакомилась с ним на детской площадке, потом привела его домой, что он стал жить с вами, в твоей комнате, а когда пришло время, в которое эти фантомы обычно уходят, твой не ушёл, а наоборот, вцепился как клещ в тебя и твою семью. Что он избалованный паршивец, призрачный пакостник…

Николь. Это неправда! (Начинает плакать.)

Феликс. Господин следователь, вам не кажется, что вы выбрали не самый подходящий момент для проявления своих психотерапевтических талантов?

Якобаш. Господин разлучник, а вы? Вы выбрали подходящий момент, когда явились к ним домой и заявили: «Тоби тебя любит, но уехал в Тобиландию, чтоб постричься там в монахи»?! (Николь.) Тебе не надоело врать? Себе и родителям?

Николь. Я не вру, Тоби существует…

Якобаш. Нет! Не существует!

Николь. Мама!

Адела. Да, девочка моя, он существует… Господин полицейский шутит…

Якобаш (снова сдерживая смех). Уж вот такой я шутник! А кстати, когда Тоби вышвырнули с балкона, он себе ничего не сломал? Ребро там…

Николь. Нет, потому что у него есть крылья.

Якобаш. Ух ты! Так он ещё и птичка?

Митикэ (удивлённо). Про крылья ты нам никогда не говорила.

Николь. Они выросли у него совсем недавно, когда он узнал, что я беременна…

Адела. Ты… — что?

Николь. Так всегда бывает в Тобиландии: когда мужчина узнаёт, что его любимая беременна, у него вырастают крылья.

Митикэ. Постой, ты что… беременна?

Николь. Да, папа.

Адела. И кто отец ребёнка?

Николь. Тоби.

Адела. Митикэ! Я сейчас умру…

Якобаш. Всё. Достаточно на сегодня. Можете идти. Господина Поенару, попрошу немного задержаться.

Семья Маринеску выходит.

Якобаш (закуривает). Кури.

Феликс. Спасибо, я не курю.

Якобаш. Молодец.

Пауза.

Якобаш. Ты что заканчивал?

Феликс. Почему вы спрашиваете?

Якобаш. Секрет, что ли?

Феликс. Нет, но… ладно… Я закончил политехнический.

Якобаш. То есть ты у нас не просто хрен с горы, а с образованием?

Феликс. Не пойму, куда вы клоните.

Якобаш. Куда надо. Что это за хрень, вот этот твой бизнес?

Феликс. Я уже говорил вам. Бизнес как бизнес.

Якобаш. Ну ты крут! А я думаю, это голимое фуфло!

Феликс. Думайте, как хотите…

Якобаш. А что, скажешь, я не прав? При Чаушеску ты разве смог бы вот так ходить по чужим домам и толкать людям всякую херню? Ага, щас! Тебе пришлось бы вкалывать, как и всем, чтоб на кусок хлеба заработать! Это вам капитализм голову ударил, грёбаный капитализм! Жулья кругом развелось, что грязи! Пидоры права качают, цыганьё туда же, марамои эти из Майкрософт скупают самые светлые наши умы. У нас национальная катастрофа! Работать вообще никто не хочет! Ты на себя глянь, здоровенный же лоб, пахать можно, а ты… Не стыдно?

Феликс. Господин следователь…

Якобаш. Не перебивай, сука! Спасибо скажи, что эта чокнутая ласты не склеила! Я бы с тобой по-другому тогда поговорил. Вот легко закрыл бы тебя за умышленное доведение до самоубийства

Феликс. Вы преувеличиваете…

Якобаш. Ещё раз вякнешь, вышибу на хрен зубы, понял меня? Только одно тебе сейчас скажу, а ты запомни: хватит страдать хернёй! Не перестанешь — я тебя по-любому прижму, и тогда не жалуйся…

Феликс. Могу идти?

Якобаш. Можешь! Проваливай и помни: я тебя предупредил. Пора уже навести порядок в этой стране… Всё, пошёл вон!

Феликс выходит.

Сцена 7

Комната для приёма клиентов в офисе консалтинговой компании. Меда, молодая женщина в деловом костюме, работает за компьютером и говорит по телефону.

Меда (слушает собеседника). Нет! (Слушает.) Нет! (Слушает, отвечает с твёрдостью в голосе.) Нет! (Стук в дверь.) Я занята, отключаюсь! Да!

Феликс (стоя в дверях). Простите, это отдел «А. Ф.»?

Меда. Здравствуйте. Нет, это отдел «С.Ф.», а также отдел «Л.Ф», ликвидация.

Феликс. Наконец-то! Я могу войти?

Меда. Да, пожалуйста.

Феликс. Кто-то внизу сказал мне, что здесь «А.Ф.», но на двери написано «С.Ф.» и «Л.Ф.». Я уж не знал, где искать.

Меда. Здесь и был «A.Ф.», но в прошлом месяце его перевели в помещение поменьше, на второй этаж.

Феликс. Простите, а зачем нужен этот таинственный шифр — отдел «эс-эф», отдел «эл-эф»? Нельзя было просто написать: «создание фирмы, ликвидация фирмы»? Ну, или как-то по-другому, но чтоб хоть понятно было.

Меда. Вы желаете создать фирму?

Феликс. Нет! Желаю ликвидировать…

Звонит телефон Меды.

Меда. Прошу прощения! (В телефон.) Послушай, я на работе вообще-то! (Отключает.) Как называется ваша фирма?

Феликс. «ООО Прощай».

Меда. Слушаю вас.

Феликс. Так я уже сказал: хочу закрыть.

Меда. Обанкротились?

Феликс. Нет.

Меда. Компаньоны вышли из дела?

Феликс. У меня нет компаньонов.

Меда. У вас больше нет уставных органов?

Феликс. У меня больше нет охоты этим заниматься.

Меда. Это не может быть указано в качестве причины ликвидации.

Феликс. Но что же делать, если причина именно в этом?

Меда. Какой деятельностью вы занимаетесь?

Феликс. Расставания. Разводы. Разрыв личных отношений. Посредничество между враждующими сторонами, скажем так…

Меда. Ага. А я думала, что у вас похоронное бюро.

Феликс. Многие так думают. Это из-за названия фирмы.

Меда. И что, люди перестали расставаться?

Феликс. Да нет, расстаётся как раз всё больше и больше народу. Иногда мне кажется, что люди рождаются на свет для того, чтобы расстаться. Сходятся с единственной целью — чтобы потом разойтись. Тут не хватило бы и сотни таких фирм, как моя.

Меда. Простите, а можно полюбопытствовать…?

Феликс. Хотите спросить, как это обычно происходит? Да нет проблем, это все спрашивают. Всё просто. Приходит человек, обрисовывает ситуацию и причины, по которым он не может сказать это лично. Подписываем контракт, я беру аванс — расценки, кстати, вполне разумные — и отправляюсь в указанный адрес, то есть наношу визит тому, о ком речь.

Меда. И не боитесь?

Феликс. Боюсь? Чего?

Меда. Ну, всё-таки вы приносите человеку такое, я бы сказала… жуткое известие. Он может начать вам угрожать, полезть в драку…

Феликс. Оправданный риск… Но вы, в общем, правы отчасти — уж на что не могу пожаловаться, так это на недостаток адреналина.

Меда. Могу себе представить. Слёзы, крики, обмороки…

Феликс. Даже сердечные приступы. Я как-то разводил одну пару, они женаты были сорок лет. Когда старушка узнала, что дед хочет от неё уйти, у неё случился инфаркт, прямо при мне. Я разлучал подростков, стариков, китайцев, гомосексуалистов, шведские семьи. Однажды был случай с проституткой и сутенёром. Это был натуральный сюжет для сериала. Она влюбилась в клиента, вышла за него замуж и укатила с ним Голландию. А сутенёр ушёл в запой. Любил её, понимаете, безумно… Теперь в трамваях попрошайничает. Очень велик процент расставаний из-за политических разногласий. Особенно после выборов много таких. Когда партнёры голосовали за разных кандидатов…

Звонит мобильник Меды.

Меда (отвечает, раздражённо). Альберт, оставь меня, пожалуйста, в покое!

Феликс. Хотите, я выйду пока? Сможете поговорить…

Меда. Нет-нет, всё в порядке, простите. Это ваше занятие… Вам оно не кажется немного…

Феликс. Безнравственным?

Меда. Я этого не сказала.

Феликс. Да нет, нормально. Как бы вам объяснить? Мне всегда были интересны люди. Я люблю их узнавать, разбираться в их отношениях. Знаете, как у Шекспира: мир — это театр. Вот именно это и кажется мне самым привлекательным в моей работе: я каждый день смотрю какой-нибудь спектакль, а то и не один. И уверяю вас, это в тысячу раз интереснее, чем любое театральное представлением или фильм по телевизору! Это жизнь, живые человеческие чувства — неповторимые и ненаигранные… Всё происходит прямо здесь и сейчас, в реальном времени. Человек, услышав известие, сначала не понимает, потом удивляется, потом к нему приходит осознание беды, и он… реагирует. Какой там Голливуд?! Какая «новая волна»?! Когда-нибудь, в старости, я напишу об этом книгу. О расставаниях. Это будет бестселлер, каких ещё не бывало…

Меда. То есть, одно только шоу? А как же сострадание?

Феликс. А это как в больнице. Хирург не сострадает — он режет! И потом, расставание — не самая плохая вещь. Если чувствуешь, что всё зашло в тупик — зачем тянуть до бесконечности? Расставание — это новые перспективы, новое начало, новые отношения! Для чего киснуть в унылом болоте, когда за ближайшим углом тебя, может быть, ждёт любовь всей твоей жизни! Поменяй всё! Переломи судьбу! Вот девиз мой и моей фирмы.

Меда. Хорошо, а почему же вы хотите её закрыть?

С грохотом распахивается дверь, входит Альберт. Это типичный байкер — в кожаных штанах и куртке, бородатый, лохматый, с мотоциклетным шлемом в руке. Он раздражён и очень сердит.

Альберт (хрипло орёт). Трубку бросаешь, да? Трубку бросаешь, да? Трубку бросаешь, да?

Меда. Альберт!

Альберт. Кто этот тип? Кто этот тип? Кто этот тип? Я его урою!

Меда. Альберт, хватит орать, Это клиент, я тебе запрещаю!..

Альберт. Что ты мне запрещаешь? Что ты мне запрещаешь? Клиент, говоришь? Ты уже клиентов принимаешь, шлюха?

Феликс. Послушайте!!!

Альберт. Пасть заткни свою! Я не к тебе обращаюсь, я не к тебе обращаюсь! (Meде.) Отвечай!

Меда. Что ты хочешь?

Альберт. Я кое-что спросил у тебя по телефону! Я кое-что спросил у тебя по телефону! По телефону!

Меда (дрожащим голосом, но твёрдо). Нет, Альберт!

Альберт. Нет?

Меда. Нет!

Альберт. Нет? Нет? Не-е-ет?

Меда (переходя на крик). Не-е-ет!

Альберт. Ну, вы попали! Попали вы!

Подходит к двери, поворачивает и вытаскивает торчащий в замке ключ.

Альберт. Ну-ка, дружно посмотрели на Альберта!

Феликс. Простите, но мне надо идти!

Альберт. Нет, ты, дятел, останешься тут! Свидетелем будешь! Только не встревай! Не встревай, а то урою!

Феликс. Послушайте, Альберт!

Альберт (достаёт пистолет и направляет на Феликса). Думаешь, шучу? Думаешь, шучу? Думаешь, шучу?

Феликс. Нет, ничего такого уже не думаю! Всё, молчу.

Меда. Ты с ума сошёл? Откуда у тебя пистолет?

Альберт. Допрос устраиваешь? Допрос устраиваешь? Ты мне допрос устраиваешь?

Меда. Спрячь немедленно, положи в карман, это же опасно!

Альберт. Я же сказал тебе по телефону! Думала, шучу? Отвечай, думала?

Меда. Зачем он тебе?

Альберт. Зачем? Зачем нужен пистолет? Зачем нужен пистолет?

Меда (истерически). Зачем нужен пистолет?

Альберт. А вот зачем! (Приставляет ствол к виску.) Вот зачем! Отвечай на мой вопрос! Сейчас же! Отвечай! Отвечай!

Феликс. Эй, парень!!!

Альберт (направляет пистолет на Феликса). Заткнись! Только смотри и слушай, и всё! (Mеде, снова приставляя пистолет к виску.) Мир?

Меда. Альберт!

Альберт. Считаю до трёх! Считаю до трёх!

Меда. Я вызову охрану!(Пытается позвонить по мобильнику.)

Альберт (вырывает у неё мобильник и с силой швыряет об пол). Хрена лысого ты вызовешь! Отвечай! Мир? Или я застрелюсь! Мир? Мир?? Мир???

Стук в дверь.

Альберт. Кто там? Кто там?

Мужской голос. Это охрана. Мы увидели вас через камеру наблюдения. У вас в руке случайно не пистолет?

Альберт (находит камеру наблюдения и стреляет в неё). Случайно он! Теперь уже не видите?

Мужской голос (спустя некоторое время). Это ограбление или как?

Альберт. Или как! Слушай меня внимательно. Ты там стой, где стоишь, и даже не пытайся взломать дверь или ещё что-то в этом духе. Иначе я натяну тебе глаза на жопу и так оставлю, понял?

Мужской голос (спустя некоторое время, сбитый с толку). Нет, не понял. Повторите, пожалуйста.

Альберт. Не лезь сюда! Полезешь, я кого-нибудь убью! Теперь понял?

Мужской голос. Каковы ваши требования?

Альберт. Чтоб ты свалил к ебене матери! К ебене матери чтоб ты свалил!

Мужской голос (спустя некоторое время). Как вы сказали? Повторите, пожалуйста!

Женский голос. Меда, это я, Грациэла из отдела «А.Ф.». Что, опять?

Меда (устало). Опять…

Грациэла. Послушайте, Альберт, вы опять сюда явились? Оставьте, наконец, Меду в покое, как вам не надоест уже!

Альберт. Отойди от двери, пристрелю! (Стреляет в воздух.)

Грациэла (кричит). Ай!

Пауза

Альберт (Mеде). Мир?

Меда (Феликсу, нервно). Ну, а как вам вот это шоу? Годится как сюжет для сериала, правда? Видали такое в своём «ООО Прощай»?

Альберт. Хватит трепаться, отвечай на вопрос. Мир? (Угрожающе упирает ствол пистолета в висок). Мир?

Меда. Я тебе отвечу, только дай мне сначала с человеком поговорить. Прояви чуточку терпения. Нет — так и ответа не будет.

Альберт. Пять минут! Пять минут! Пять минут!

Меда. Вы бы как поступили в такой ситуации? Мы развелись три года назад. После того, как его друг насмерть разбился на мотоцикле и оставил сиротами троих детей. Я поставила ему условие — или я или мотоцикл. И он сказал: … «мотоцикл»!

Альберт. Мотоцикл и ты! Так я сказал! Мотоцикл и ты! Мотоцикл и ты!

Меда. С тех пор почти каждую неделю повторяются вот такие сцены!

Альберт. И будут повторяться! Мир? (Приставляет ствол к виску.) Мир?

Меда (медленно приближается к Альберту, гладит его по щеке и вдруг резким движением отбирает у него пистолет и приставляет себе к виску). Мотоцикл или я?

Альберт. Меда, девочка, ты меня убиваешь! Убиваешь меня! Убиваешь!

Меда (требовательно). Мотоцикл или я?

Альберт. Ты разрываешь мне сердце! Ты же знаешь, я не могу без мотоцикла!!

Меда (бросает пистолет к его ногам). Тогда иди и трахайся со своим Кавасаки, придурок!

Долгая пауза

Феликс. У вас дети есть?

Альберт. Нет.

Феликс. А у меня мальчик, во втором классе сейчас.

Меда. Пусть он будет здоров.

Феликс. Спасибо. Мы были женаты двенадцать лет, а ребёнка завести всё не могли. Жена где только не лечилась, по каким только врачам мы не ходили, всю Европу объездили, были у всех бабок и колдунов. Жена занималась йогой, планеризмом, жевала какие-то тибетские сорняки. Мы носили пожертвования во все, какие есть, монастыри…

А так-то наша жизнь была идеальной. Утром проснёмся, один — в ванную, другой ставит кофе на плиту вариться. Потом другой идёт в ванную, а первый — готовит завтрак. Молча едим и пьём, разве только иногда один другого спросит, как спалось. «Хорошо», — ответит второй. «Кофе ещё налить?» «Капельку, спасибо…» Потом я везу её на работу на машине. В четыре возвращаемся домой. Едим. Молчим. Потом она моет посуду, я телевизор смотрю. Вечером ужинаем. Смотрим телевизор. Я делаю ей массаж стоп. На следующий день опять: кофе, завтрак, работа, обед, телевизор, массаж, спать. И на следующий — всё то же самое… И так двенадцать лет. Мы не ссорились, не ругались… Два винтика в бесполезном механизме.

А малыш этот механизм взорвал. Перевернул наши жизни вверх тормашками. Мы тряслись над ним, как сумасшедшие, ночами носились с ним по больницам, а врачи смеялись над нашими родительским страхами. Мы снова начали наряжать ёлку, учить стихи для Деда Мороза. Мы с ног сбивались, ища подходящую присыпку для опрелостей у него на попке. Потом искали, в каком ателье можно заказать костюм принца или шмеля, искали чистоплотную няню и недорогую учительницу фортепиано. Мы стали ходить в цирк и кататься с горки, научились ухаживать за аквариумными рыбками, морскими свинками, хомяками, собирать и сушить гербарий. Одним словом, мы снова начали жить. Малыш спас наш брак…

Меда (плачет). А нам ребёнок не нужен, у нас же, понимаете ли, Кавасаки…

Альберт. Что ты привязалась к моему байку? Я тоже хочу бэби! Думаешь, я не хочу бэби? Не хочу бэби? Я всегда говорил тебе, что хочу бэби! Не хочу бэби? Это я-то не хочу бэби? (Его явно тронула история, которую рассказал Феликс.)

Меда (кричит). А я не хочу! Не хочу делать бэби с дураком, который в любой момент может свернуть себе шею, ясно?

Внезапно окно разбивается, и через него влетают в комнату двое спецназовцев в масках. Они валят на пол Феликса и орут.

Человек в маске. Не двигаться! Стрелять буду! На пол!

Второй Человек в маске. Лежать на месте! Руки, чтоб я видел! Где оружие? Оружие где?

Феликс. Господа, это ошибка!

Человек в маске. Заткнись террорист грёбаный, сука! Женщина, с вами всё хорошо? Вы не ранены?

Меда. Нет. Альберт, чего молчишь?

Альберт. Эй, оставьте его в покое, это я виноват. Я виноват. Вот мой пистолет, это травмат.

Второй Человек в маске. Ствол на землю! Бросай ствол, стреляю!

Альберт. Бросаю! Бросаю! Бросаю! Нате, пожалуйста!

Второй Человек в маске (Меде). Женщина!..

Меда. Да, это так… А этот господин — клиент… Он ни при чём…

Человек в маске. На пол, лежать! Руки, чтоб я видел!

Альберт. Я сдаюсь! Я сдаюсь! Я сдаюсь! Я сдаюсь! (Сам валится на пол.)

Второй Человек в маске (слегка удивлён). Что ты заладил как попугай?

Альберт. Сам ты попугай! Ты сам попугай! И папаша твой — попугай!

Человек в маске. Хавальник завали, сука! (Надевает на Альберта наручники.) Пойдём, в другом месте поговорим. (Рывком поднимает его на ноги и толкает к двери.) Шевели, падла, булками! Террорист, мать твою!

Альберт. Я хочу поговорить со своей женой! Я хочу поговорить со своей женой! Я хочу поговорить со своей женой!

Человек в маске. Женщина, что он несёт?

Меда. Это правда, он мой муж. Оставьте его!

Альберт. Ключ! У меня в кармане ключ! Достань!

Человек в маске достаёт из нагрудного кармана Альберта ключ и отдаёт ему.

Альберт (протягивает ключ Меде, едва сдерживая слёзы). Продай его… моего Кавасаки!

Человек в маске. Пошли?

Феликс. Эй, а как насчёт извинений?

Второй Человек в маске. Ты спасибо скажи лучше, что я тебе башку с ходу не прострелил! Извинений ему… Вот клоун! (Толкает Альберта.) Двигай давай!

Альберт (Меде). Ты будешь меня ждать? Мир? Мир? Мир?

Спецназовцы уводят Альберта.

Меда (бежит за Альбертом, в дверях). Мир! Мир, Альби! (Возвращается, счастливая.) Он мне сказал продать мотоцикл, вы слышали?

Феликс. Да, слышал.

Меда. Я должна вас поблагодарить. Ваша история…

Феликс. Не думаю, что она могла смягчить такого крутого парня…

Меду разбирает смех.

Феликс. Что такое?

Меда. Кто крутой, Альберт? Вы сказали — крутой? А знаете, где он работает? Он парикмахер в салоне красоты для собак и кошек! Болонок стрижёт!

Смеются оба. Пауза.

Феликс. Полагаю, ему ничего особо не будет.

Меда. Надеюсь. Ну что, продолжим?

Феликс. Знаете, я передумал закрывать фирму. Хочу только поменять род деятельности.

Меда (занимает своё рабочее место). Присаживайтесь. И какой род деятельности вас интересует?

Феликс. Ну… скажем, примирения. Посредничество при примирениях, возвращении прошедшей любви, восстановлении утраченных чувств.

Меда. Хорошо. Первый вопрос: как должна называться эта фирма?

Феликс. «ООО Мир»!

Меда. Давайте сверим по регистру….

Феликс и Меда склоняются над компьютером. Свет медленно гаснет. Через разбитое окно доносится адская музыка городского шума. Шумит раздражённый город, в раздражённой стране, на раздражённом континенте, на раздражённой планете…

Конец

Примечания

1

Пьесу могу играть семь актёров: три женщины и четверо мужчин. (Примечание автора)

2

Имена произносятся следующим образом: ПоенАру, ДжЕо, ПопЕску, КаранфИл, ВиорЕл, ЖенИка, СтэлИкэ, БрындУша, БенОне, ЛИвиу, ЯкобАш, МитИкэ, АдЕла, МЕда (Примечание переводчика)

Content

Ион Сапдару
Разлучник

Часть I

Часть II

Примечания