Тайны вампирских сердец

Марина Рубцова

© Марина Рубцова, 2017

ISBN 978-5-4474-8527-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая

На протяжении месяца каждый день после работы Вика спешила в первую городскую поликлинику. И каждый раз, видя неподвижное тело мамы, задавалась вопросом: «Что подтолкнуло ее броситься с крыши?» К счастью, попытка самоубийства оказалась неудачной. Врачи спасли мать, но после операции она впала в кому. И теперь все зависит от нее самой. От ее желания жить. И все бы ничего, да только лечащий врач заявил, что шансов на полное выздоровление мало, даже если она выйдет из состояния комы. Можно попытаться сделать несколько операций, чтобы вернуть чувствительность ног, но и тут гарантий не дают.

В последнее время Вика работала как проклятая, даже брала работу на дом, желая получить хоть какие-то деньги для операции. Но три миллиона рублей сумма слишком большая. Даже трудясь без выходных, Вике не собрать ее быстро. А время идет, утекает как песок сквозь пальцы. Где же взять эти чертовы деньги?! Коллег просить бесполезно – найдут причину для отказа в долге. А из родственников у Вики никого нет, кроме мамы…

Отца она не знала, поэтому на него рассчитывать тоже не могла. И чего вспомнила о нем, ведь зарекалась не думать? Прошло уже двадцать три года с тех пор, как он бросил семью ради другой женщины. Как раз после рождения Вики. В детстве она не раз спрашивала маму об отце, но слышала лишь одно: «У него теперь другая семья, мы ему не нужны». С этой мыслью взрослела. Ненависть к отцу, имя которого даже не знала, росла с каждым годом и, в конце концов, превратилась в неприязнь к некоторым мужчинам: изменщикам и бабникам. Вика поджала губы, стараясь выбросить из головы мысли об отце. Не стоит думать о нем, тем более, когда так нужна матери.

Глянула на дисплей телефона – без десяти шесть. Отложив сшитые договора на край стола, взяла сумку и собиралась уйти, как вдруг зазвонил телефон внутренней связи.

– Боже, только не это, – буркнула под нос и нажала на кнопку приема. – Да, Вениамин Сергеевич!

– Вика, хорошо, что ты еще тут. Зайди ко мне на минутку.

Ей не хотелось задерживаться в офисе, но против шефа не попрешь. В этом году отпраздновали шестидесятилетний юбилей Гринева. Несмотря на солидный возраст, он не собирался покидать фирму, как того хотелось Вике. За два года работы секретарем в рекламной компании ей поднадоели двусмысленные взгляды шефа, попытки остаться с ней наедине и знаки внимания в виде конфет и красивых букетов. Как он не старался затащить ее в постель, ничего не получалось. И в последнее время Гринев перестал оказывать ей симпатию. Может, наконец, смирился с проигрышем? Но, похоже, рано радовалась!

Вика отворила дверь с табличкой «Генеральный директор» и шагнула за порог. Начальник сидел за Т-образным столом, откинувшись на спинку кожаного кресла и вертел в руке стеклянный шар со снегом, который ему на Рождество подарили сотрудники.

– Вызывали, Вениамин Сергеевич?

Взгляд уставших карих глаз скользнул по Викиной фигуре, что вызвало в ней бурю негодования. Гринев запустил пальцы в седые волосы, разделенные ровным пробором, и скривил губы в едва заметной усмешке. Вика настороженно замерла у стола. Начальник расстегнул верхнюю пуговицу белоснежной рубашки и, улыбаясь, указал на стул перед ним.

– Присядь. В ногах правды нет.

Вика покорно опустилась на мягкое сиденье и положила руки на колени. От волнения принялась крутить обручальное кольцо на левой руке. Неужели он снова за старое?

– Я хочу с тобой серьезно поговорить. – Глаза Гринева заблестели. – Мне срочно требуется личный помощник, и я подумал, что ты как никто другой подходишь на эту должность. Что скажешь?

– Я? – Вика растерянно уставилась на начальника.

Личный помощник? Это шутка? В компании ходили слухи среди сотрудников, что Гринев отпетый бабник и интриган, который всегда достигал желаемого. Поговаривали, что последняя девушка, которая была его личным помощником, исполняла все прихоти. Что-то вроде личной дрессированной собачки, с которой можно делать все, что душе угодно, и она никогда не станет жаловаться. Гринев частенько таскал Мартынову с собой на важные встречи. По слухам, она соблазняла партнеров, он подкладывал ее под конкурентов и сам охотно с ней спал. Однако и зарплатой не скупился. Спустя пару лет девушка уволилась. Видимо, надоело скакать перед шефом на задних лапках с высунутым языком и ублажать его извращенные фантазии. Если Гринев это предлагает Вике, пусть не надеется на согласие.

Начальник поднялся, достал из мини-бара графин с виски и два стакана.

– Ты подумай, время есть. – Плеснув немного коричневой жидкости в стаканы, протянул один Вике. – Выпей, тебе нужно расслабиться. Ты слишком напряжена.

Гринев словно раздевал глазами, мысленно проникая под тонкую ткань Викиного платья. Страшно представить, что он себе на воображал. Вика не переваривала таких мужчин – кобелей, которые ставили свои принципы и похоть превыше всего, которые плевали на чувства и желания других.

– Я не пью виски, – ляпнула первое, что пришло в голову. – Можно спросить: почему именно я?

– Ну, во-первых, ты ответственная, аккуратная, умная и… очень красивая. – Он взял стакан, сел на край стола и глотнул виски. – А во-вторых, мы уже два года тесно работаем, пора бы познакомиться поближе. Так сказать, перейти на новый уровень общения.

Сердце встревоженно екнуло. Ох, не нравился Вике этот разговор! Она знала – Гринев не отступится, пока не получит ее. Придется бросить работу, погрязнуть в долгах и лишить маму последней надежды на полноценную счастливую жизнь. Но выхода Вика не видела. В отличие от бывшей личной помощницы начальника, она не станет пресмыкаться перед мерзким любвеобильным шефом. Одна только мысль, что его руки будут лапать ее, а липкие губы касаться кожи, вызывала приступ тошноты. Вика непроизвольно скривилась.

Гринев же, опустошив стакан залпом, развернулся, налил еще и снова выпил в один присест. Вика напряженно смотрела на него и не верила, что это происходило с ней.

– Твоя модельная внешность – залог успеха нашей компании, – продолжал Гринев. – Ты будешь сопровождать меня на переговорах. Партнеры дар речи потеряют, когда увидят такую роскошную женщину. Захотят познакомиться поближе… Ну ты понимаешь. Витая в облаках, они подпишут что угодно. Я же со своей стороны обещаю тебе шикарную зарплату, красивую жизнь и кучу привилегий. Соглашайся.

– За кого вы меня принимаете?! – возмутилась Вика. – Я не буду играть в ваши дурацкие игры!

Чувствуя, что вот-вот может сорваться, взяла стакан с виски и, зажмурившись, выпила. Алкоголь обжег горло, проник в желудок. Вика закашлялась и зажала рот ладонью. Отвратительный вкус! В голове помутнело, щеки зажгло, зато напряжение спало.

– А ты подумай, – не унимался Гринев.

– Мой ответ – нет, – категорично заявила Вика. – Я не буду вашей марионеткой.

– На «нет» и сделки нет. Жаль. – Он пожал плечами. – Я думал, ты умная девочка, согласишься, а ты все цепляешься за гордость. В наше время нужно идти по головам, с благодарностью принимать то, что дают. Но я дам тебе последний шанс. Подумай до завтра. Ты ведь понимаешь, от чего отказываешься? У тебя появятся деньги… Много денег.

Внутри все полыхало от злости. Вика стиснула зубы, с презрением смотря на Гринева, который будто намекал на ее тяжелое положение, но что он мог об этом знать? Она никогда не посвящала в свои проблемы сотрудников компании, а уж тем более начальника.

– Меня вполне устраивает зарплата и должность.

– Как я уже сказал – жаль, – Гринев хмыкнул. – Думал, мы сработаемся. Строил планы. Придется подыскать кого-нибудь более сговорчивого. Того, кто не воспримет мое предложение в штыки. Кстати, как твоя мама?

– Откуда Вы о ней знаете? – всполошилась Вика.

– Неважно. Главное, знаю. Почему сразу ко мне не обратилась? Я ведь все понимаю. – Он наклонился и коснулся ее руки, Вика нахмурилась, глядя на узловатые пальцы. – Я помогу, только попроси.

Игриво-учтивый тон раздражал, как и клейкий взгляд, норовящий пробраться под одежду.

– Мне не нужны подачки, – сказала, как отрезала и отдернула руку.

Хотела встать, но Гринев поймал Вику за запястье.

– Позволишь матери умереть? – на его лице появилась кривая усмешка.

– Да как вы смеете?! – Вика выдернула руку из мерзкой влажной ладони, вскочила и направилась к выходу.

– Ты еще вернешься! Будешь умолять о помощи, и тогда я подумаю, дать ли шанс твоей мамаше! – крикнул он вслед.

– Ублюдок, – процедила сквозь зубы Вика и вышла из кабинета, посильнее хлопнув дверью.

Глава вторая

Сентябрь выдался теплым. Вика спешила на остановку. Хотелось поскорее залезть в машину и уехать домой. К счастью, такси удалось поймать быстро. Водитель оказался доброжелательным: поздоровался, улыбнулся и даже сделал скидку. В последнее время это редкость. С тех пор, как на улицах начала свирепствовать смертельная инфекция, люди стали осторожнее, предусмотрительнее и жестче. Она губила все на своем пути, в одночасье меняла характеры и привычки. И пусть вируса уже нет, ничего не изменилось за эти несколько месяцев.

В тот день, когда ужасная эпидемия нависла над страной, все изменилось. Россия с каждым новым днем превращалась в гниющую помойку, откуда начало разить смрадом и животным страхом. Вирус, который в народе окрестили «красной смертью», за несколько месяцев унес несколько сотен жизней. К счастью, эпидемию сумели остановить благодаря вакцине, разработанной крупнейшей на российском рынке фармацевтической компанией «Крейгбиомед». Ее глава, Оливер Крейг, утверждает, что раз в полгода необходимо обновлять кровь. Если же этого не делать, микрочастицы вируса, оставшиеся в крови, будут постепенно увеличиваться, мутировать, что приведет к новым вспышкам болезни.

Вика с ужасом смотрела в окно такси. Тротуары полупусты, не убраны, повсюду плакаты с лозунгом: «Хочешь жить – пройди вакцинацию». Животных вирус не пощадил. Бездомные кошки и собаки больше не ошивались по городу – они попросту вымерли.

Вике вспомнилось, как медсестра передвижного медпункта делала ей инъекцию.

– Я возьму у Вас двести миллилитров крови, – сообщила девушка. – Это нужно для того, чтобы кровь обновилась. Затем поставлю инъекцию с антивирусом. Она компенсирует Вам потерю крови.

– Что вы будете делать со всей кровью?

– Ее проверят и отправят в больницу. Возможно, она даже спасет чью-то жизнь.

После всех процедур ей выдали свидетельство о вакцинации, которое стало ее пропуском в больницу к матери. Ведь с началом эпидемии туда перестали пускать тех, кто не прошел вакцинацию.

Воспоминания оборвал громкий сигнал и резкое торможение.

– Куда прешь?! – возмутился водитель такси, всплеснув рукой пареньку, который выскочил на дорогу. – Черт знает что!

Через полчаса Вика добралась до своего района. Как всегда, вышла на перекрестке и забежала в небольшой магазин: купить овощи для салата. Продавщица, добродушно улыбаясь, сложила покупки в пакет. Эта приветливая тетушка не боялась посетителей, потому что, судя по всему, уже прошла вакцинацию. Не успел мир превратиться в кусок дерьма, как работодатели тут же включили в трудовые договора и контракты обязательное условие: раз в полгода появляться в больнице и в пункте приема крови, чтобы получить очередную дозу вакцины и обновить кровь.

Рассчитавшись, Вика вышла из магазина и побрела по ночной улице к родной пятиэтажке. Каждый шаг приближал к месту, где обнаружили маму. Поразительно, как ей удалось выжить, упав с пятого этажа? Видимо, у нее есть ангел-хранитель. Перешагивая через лужи, Вика несмело вошла в арку между домами. Это место каждый раз вызывало тревогу, но другого пути к дому не было. В детстве Вика страдала клаустрофобией, которая к двадцати трем годам приглушилась. Спасибо местному психотерапевту и его сеансам. А вот боязнь темноты так и не удалось победить. Вика ничего не могла с собой поделать: как только оказывалась в полной темноте, голову наполняли пугающие образы. Она нервно закусила губу и пошла быстрее, не поднимая глаз. Казалось, если не будет обращать внимания на окружающее, страх притупится. Это действительно помогало. До тех пор, пока слух не выхватил из пустоты звонкий стук обуви по асфальту, который вскоре затих.

Вика подняла голову. В серой дымке привиделись два огромных силуэта, точно не женских. Страх ледяной волной прошел вдоль позвоночника, вынудив замедлить шаг. Мужчины исчезли из поля зрения так быстро, что Вика растерялась, но взяв себя в руки, скорее пошла на тусклый свет фонарей. У выхода из арки она заметила, у самой стены, лежащего в позе эмбриона мужчину. И остановилась. Из случая с матерью Вика вынесла урок – относись к людям так, как хочешь, чтобы относились к тебе. Ведь если бы маме не помогли прохожие, скорее всего она скончалась бы до приезда «скорой». Имеет ли теперь Вика право пройти мимо человека, который оказался в похожей ситуации? Нет, не имеет.

Она бросилась к незнакомцу со словами:

– Что с Вами? Вы живы?

Наклонилась над ним. Мужчина пришел в себя и, опираясь ладонью об асфальт, попытался подняться. Не вышло – тут же рухнул обратно.

– Вытащи клинок… – с трудом проговорил он.

Вика недоуменно оглядела его и только сейчас заметила в груди рукоятку ножа. Внутри все сжалось. Она ахнула, прикрыв рот ладонью.

– Я вызову «скорую», – спохватилась Вика, шаря по карманам в поисках мобильного. – Не шевелитесь.

Наконец удалось отыскать телефон. Она принялась судорожно тыкать на кнопки, и в этот миг незнакомец прохрипел:

– Не нужно «скорую»… – и закашлялся.

От неожиданности Вика выпустила из дрожащих рук сотовый и испуганно уставилась на мужчину, не понимая, почему он отказался от помощи. Кровь на светлой футболке казалась огромным темным пятном. Один только ее вид внушал страх.

– Вытащи нож…

– Если вытащу, Вы умрете, – заключила Вика, поднимая с асфальта телефон.

– Ты должна… Если не вытащишь… – он снова закашлялся, – тогда точно умру… «скорая» не успеет… а так есть шанс. Ну же…

Его голос приказывал, хотя мужчина находился не в том состоянии, чтобы командовать. Господи, за что его так? Она сунула мобильный в карман и, подогнув драповое пальто под себя, села на корточки. Вика не выносила даже вида крови. Сама мысль о том, что она может запачкать руки, вызывала дурноту. Но преодолев страх, все же вцепилась в холодную рукоятку. Пальцы задрожали. Глубоко вздохнув, она медленно потянула. Ощутив сопротивление, поморщилась и замерла. Бог мой, сколько крови! Вика снова потянула, и лезвие выскользнуло из груди. Мужчина глубоко и резко вдохнул воздух, а потом сел, опираясь спиной на каменную стену пятиэтажки. Вика растерянно отбросила нож и, сорвав с себя шарф, попыталась остановить кровь. Незнакомец запрокинул голову и прикрыл глаза. Грудь перестала вздыматься. Вика опешила. Что делать? Паника нарастала. Чувствуя, что сама может грохнуться в обморок, попыталась расслабиться: выровняла дыхание. Поднеся ладонь к носу незнакомца, не ощутила дыхания – и, правда, не дышит. Это что, шутка? Она отогнула рукав его куртки и приложила два пальца к запястью. Кожа казалась холодной, пульс не прощупывался. Вика бросилась из арки в надежде вызвать помощь.

– Ну же! – нервничала она, тряся телефон. – Давай!

Но аппарат, словно нарочно, отказывался работать. Она уже собиралась метнуться обратно в арку, когда зажегся дисплей. Дрожащими пальцами Вика попыталась набрать номер, но раздавшийся за спиной голос остановил ее.

– Не нужно…

Снова послышался кашель. Обернувшись, Вика увидела того раненого незнакомца. Он стоял у арки, согнувшись и прижимая к груди шарф. Она с облегчением выдохнула. Жив! Но внезапное воскрешение казалось невероятным. Ведь мужчина не дышал, потерял много крови, а теперь стоял, словно ничего не случилось.

При неярком свете фонарей удалось хоть как-то рассмотреть его. Ростом он казался чуть выше Вики, около метра восьмидесяти. Темно-русые волосы находились в беспорядке, закрывали уши и падали на глаза.

– Ты в этом районе живешь? – спросил парень, опустив голову.

Она болталась, как у тряпичной куклы, отчего хотелось взять его лицо в ладони.

– А что? – настороженно выдала Вика, судорожно сглотнув.

– Отведи меня к себе, – голос стал тверже.

Вот только идея «сходить в гости» не вызвала у Вики положительных эмоций. Странно, что он хотел отсидеться у нее, вместо того, чтобы отправиться в больницу.

– Тебе нужна помощь.

– Так помоги, – скривился незнакомец. – Тебе ведь деньги нужны? Если ты поможешь мне, я в долгу не останусь.

– Да не нужно никаких денег. Что я не человек что ли? Я помогу Вам.

Вике стало не по себе. Да, ей жизненно необходима большая сумма, но она ведь не эгоистка! Не раздумывая больше ни секунды, решительно подхватила незнакомца за талию. Тот обвил ее шею рукой, и они неторопливо зашагали к дому. Тащить его на себе не пришлось – он великолепно справлялся сам. Вика лишь поддерживала, не позволяя ему оступиться.

С трудом удерживая парня одной рукой, Вика нащупала в кармане ключ и, открыв замок, толкнула дверь квартиры. Завела молодого человека внутрь и напоролась бедром на трюмо. Ойкнула. Больно, черт его дери! Но эта боль ничто по сравнению с той, что, наверняка, чувствовал парень. Вика провела гостя в свою комнату и, уложив на кровать, велела не убирать с раны шарф. Сама метнулась в коридор за аптечкой. Мысли не оставляли – правильно ли она сделала, притащив раненого незнакомца в дом? А если он бандит или убийца, ведь не зря отказался от помощи специалистов? Вопросы лились, точно проливной дождь. На одной чаше весов – страх неизвестности, на другой – желание помочь. Вика не имела никакого права осуждать парня за то, чего он, возможно, не совершал. Как гласит один из самых популярных библейских постулатов: «Не суди да не судим будешь».

Отгоняя мысли, вынула из ящика трюмо аптечку и вернулась в комнату. На мгновение задержалась на пороге, разглядывая молодого человека. Глаза парня были закрыты. Викин взгляд скользнул по его лицу, вверх от покрытого недельной щетиной подбородка, на миг замер на чувственных губах, поднялся по прямой переносице. Незнакомец резко открыл глаза, будто что-то почувствовал. Дыхание перехватило, сердце забилось настойчивее.

– Я нашла лекарства. – Она подошла к прикроватной тумбочке и положила на нее аптечку. – Нужно промыть рану или… Я не знаю, что именно нужно делать! Может, все-таки «скорую»? – на всякий случай спросила Вика, подкладывая под голову парня вторую подушку.

– Поверь, я не собираюсь умирать, – произнес он. Голос стал четким. – Мне просто нужно несколько дней. Отлежаться. А пока просто зашей рану.

– Что сделать? – опешила Вика.

– Зашить, – невозмутимо повторил он.

– Не могу, – она замотала головой. – Понятия не имею, как это делается! А если будет только хуже?

– Хуже уже не будет.

– Ты сам себе веришь? – удивилась Вика. – У меня нет ни нужных лекарств, ни хирургической иглы, ни ниток. Как я буду шить?

– Как сможешь. Возьмешь обычную иглу и простую шелковую нитку…

– Я тебя умоляю! Ты мазохист? – нервно хмыкнула она, смотря на парня сверху вниз. – Как я буду шить тупой иглой? Хочешь, чтобы я в обморок грохнулась от этого зрелища? Кто тогда тебе поможет? Нет, не уговаривай. Давай просто вызовем «скорую».

– Я же сказал – никакой «скорой», – категорично заявил незнакомец. – Зашьешь, как сможешь. И точка.

– Какой же ты упрямый! Я не буду этого делать, – покачала головой Вика, испуганно глядя на него. – Забудь!

Вику скривилась от мысли, что придется испачкаться в крови, но другого выхода не было. Раз ввязалась в эту авантюру, то должна идти до конца! Пришлось быстро взять себя в руки. Все-таки от нее зависела жизнь парня.

– Тогда я сам, – выдал он. – Подняться поможешь?

Вика помогла ему сесть, осторожно сняла с него куртку и повесила на спинку стула. Руки затряслись, когда она потянула залитую кровью футболку вверх. Изо рта незнакомца вырвался стон. Вика отправила вещь следом за курткой и взяла с тумбочки аптечку. Раскрыла и положила на кровать. Вынув антисептик, смазала руки, затем достала перекись водорода и кусочек ваты. Превозмогая страх, принялась обрабатывать рану. Парень поджал губы. Частично стерев с кожи засохшую кровь, Вика вытащила из аптечки самую острую иглу и обработала перекисью. Продев в ушко шелковую нитку, протянула раненому. Сердце бешено стучало.

– Держи. Зрелище будет не из приятных. Ты уверен? – спросила Вика, надеясь на то, что он передумает и позволит вызвать «скорую».

– Никакой «скорой»! – заявил молодой человек, будто прочел мысли.

Он был непреклонен. Взял иголку, согнул ее в форме буквы «С». Поразительно, как не сломалась. Потом стянул края раны до соприкосновения и, стиснув зубы, без колебаний продел иглу сквозь кожу.

Не в силах на это смотреть, Вика, зажав ладонью рот, отвернулась. Она слышала тяжелое дыхание незнакомца, скрип зубов. Не выносимо! Но его смелость и мужественность вызывали восхищение.

– Если тебе что-то понадобится, скажи.

Вика отошла к окну. Чувствуя приближение паники, попыталась собраться. Не время раскисать! Разум словно окутало туманом. Мысли путались, мелькающие в голове картинки приводили в ужас. Из замешательства ее вывел голос парня:

– Готово.

Вика развернулась и бросила взгляд на его грудь. На месте раны увидела всего несколько узелков.

– Прости, что тебе пришлось самому… – оправдывалась она.

Стало стыдно за свою трусость.

– Не беспокойся, – попытался улыбнуться он, но получилось не очень. – И в любом случае спасибо.

Вика подошла к кровати. Наклонившись над молодым человеком, чтобы вытереть со лба капельки пота, заметила, что его губы подрагивали.

– Ты здорово пахнешь, – с трудом выговорил он и отключился.

Вика решила дать парню немного отдохнуть, прежде чем приставать с расспросами. А интересовало ее многое. Например, кто его ранил и за что? Она ничего о нем не знала: ни имени, ни адреса, ни чем зарабатывал на жизнь.

Вика перевязала рану и, с облегчением выдохнув, села рядом на край постели. Убрала с его глаз волосы и, склонив голову набок, просто рассматривала. Притягательное бледное лицо так завораживало, что Вика с трудом совладала с желанием провести кончиками пальцев по небритой щеке, опуститься ниже, касаясь выразительных губ…

Что с ней творится?

Вика всегда шла на поводу чувств и обжигалась. Уже почти два года прошло с тех пор, как она развелась. По глупости вышла замуж за одноклассника сразу после школы, но брак оказался ошибкой. Вика поняла это, когда Толик начал упрекать ее, скандалить и, самое страшное – изменять. Предательство она простить не сумела и вскоре ушла. Вика поняла, что муж – это существо, созданное, чтобы причинять боль, а мужчины слеплены из одного теста. Все они рано или поздно предавали. Сначала отец, затем Толя… После развода Вика возвела в душе стену, не позволяя ни одному мужчине проникнуть за нее. Там скрывалась боль, которую причинил папа, лишив Вику возможности расти в полноценной семье. С возрастом усиливалась и ее неприязнь к бабникам. И уж не могла Вика подумать, что муж окажется одним из них. К счастью, она не простила измену и вскоре открыла для себя свободные отношения без обязательств. Решила, что лучше быть одной, не имея привязанностей, чем наматывать сопли на кулак каждый раз, когда любимый снова изменит. Поэтому ее романы были скоротечными и несерьезными. Как только Вика понимала, что привязывалась к мужчине, тут же его бросала. Сейчас же в ее постели спал прекрасный незнакомец, чье лицо и тело казались ей совершенными. Его мощные руки лежали вдоль тела. Плавные изгибы, твердая, как камень, грудь. Взгляд скользнул ниже и словно приклеился к неподвижному крепкому торсу. Захотелось коснуться рельефного живота, убедиться, что его мышцы так же тверды, как кажутся. Вика несмело протянула руку. Парень резко открыл глаза. Она вздрогнула. Чувствуя себя нелепо, соскочила с кровати, точно попалась на месте преступления, и отбежала к окну. Скривив губы, смотрела на подъезжающий к дому автомобиль.

– А мы ведь так и не познакомились, – тихо произнес парень.

– Я – Вика, – обернувшись, представилась она.

– Тим, – на его лице заиграла улыбка.

– Тим? То есть Тимофей? – улыбнулась Вика, желая поскорее забыть о неловкой ситуации. Глупо вышло.

– Тимофей Пирси. Но предпочитаю сокращение – Тим.

– Пирси? Ты иностранец?

– Отец был англичанином.

– Как интересно, – улыбнулась Вика и подошла ближе, скрестив руки на груди. – Так, что ты сделал парню, который всадил в тебя нож?

– Ничего.

– Просто так не пытаются убить, – настаивала она на ответе.

– Я не хочу об этом говорить.

Тим сел в кровати. Вике захотелось прикоснуться к нему, убрать непослушные пряди с лица.

– Ну хорошо, – сдалась она. Вернее, сделала вид. – Есть хочешь?

– Я не голоден, – с натяжкой произнес Тим, облизнув сухие губы.

– Как знаешь. Из меня все равно повар никудышный, – усмехнулась Вика.

И, правда, готовить у нее получалось разве что яичницу. Обедала в основном в офисе, иногда в кафе, реже в ресторанах.

Вике показалось, что она снова поддалась очарованию Тимофея. Поймала себя на мысли, что не может сопротивляться волнующему взгляду серых глаз.

– Тогда не буду тебе мешать. Отдыхай. Если что, я в комнате. И спать пока не собираюсь.

Глава третья

Воскресным утром Вика стояла у плиты, помешивая куриный суп. И как ее угораздило его приготовить? Зачерпнув ложкой немного бульона, попробовала. А что, неплохо получилось. Если учесть, что поваренную книгу она взяла в руки впервые, можно сказать – справилась на «отлично».

Из комнаты донесся стон. Неужели гость проснулся? Вика уже начала волноваться, ведь Тим пролежал без сознания целые сутки, вот и думай: то ли «скорую» вызывать, то ли повременить. Вспомнив настойчивую просьбу – не звонить в больницу, она решила ждать.

Вынув из навесного шкафчика тарелку, Вика налила в нее немного супа. Поставив на поднос «на ножках», отправилась в спальню. Остановившись у комнаты, толкнула ногой дверь и вошла. Тимофей спал. Вика не стала его будить. Тихонечко подошла к окну, занавешенному легким белым тюлем и поставила поднос на компьютерный стол. Затем приблизилась к кровати. Тим открыл глаза, приподнялся и бездумно посмотрел на Вику.

– Я приготовила суп. Или что-то похожее, – усмехнулась она. – Я плохо готовлю, предупреждала. Но это лучше, чем ничего, правда? – Она вернулась к окну, взяла поднос и поставила на кровать. Сама присела рядом. Зачерпнув ложкой бульон, поднесла ко рту Тимофея. – Давай, попробуй. Тебе нужно набираться сил. Если слишком отвратительно, можно заказать пиццу. Я не обижусь.

– Я не голоден.

Он нахмурился, как трехлетний малыш, не желающий есть кашу.

– Не думала, что все настолько плохо, – Вика недовольно покачала головой.

– Да нет… – возразил он, не сводя глаз с ее руки. – Спасибо за заботу, но мне сейчас нужно другое.

– Что же?

Вика положила ложку в тарелку.

– То, что ты мне не сможешь дать… – Тим сглотнул слюну и засмеялся. – Не спрашивай.

Наклонившись, Вика коснулась его лба.

– Да ты весь горишь, дружочек. Нужно вызвать врача.

Она потянулась к тумбочке за радиотелефоном.

– Не-е-т… – Тим с силой вцепился в ее руку, но тут же ослабил натиск.

Какой же он сильный, несмотря на то, что потерял много крови.

– Тим, я не понимаю, почему ты отказываешься от медицинской помощи? Боишься, что тебя опознают? – высказала подозрения Вика. – Все-таки ты преступник, да? Надеюсь, ты никого не убил?

Тим явно потешался, это читалось на его лице – язвительный взгляд и легкая, едва заметная ухмылка.

– Что?! – возмутилась Вика. – Я не права?

– А если права?

– Значит, я должна буду сообщить в полицию, – развела она руками.

– Но не сообщишь, – уголки губ Тимофея приподнялись.

– Это почему?

– Тебе лучше знать, – загадочно произнес он.

От досады Вика поджала губы. Тим абсолютно прав – она не сможет сдать его полицейским. Тимофей ей нравился. И сильнее всего злило то, что ему об этом, кажется, известно. И чем дольше Вика смотрела на Тима, тем сильнее становилось желание оказаться во власти его рук. Она мотнула головой, отгоняя навязчивые мысли.

– Ты в курсе, что проспал сутки? – попыталась перевести разговор.

– Серьезно? – заулыбался Тим. На щеках заиграли ямочки.

– Я думала, ты уже не проснешься.

Вика взяла поднос с едой и поставила на тумбочку.

– Но я очнулся, все хорошо. – Тимофей сел в кровати и схватился за перебинтованную грудь. Лицо исказила гримаса боли. – О, смотрю, я что-то пропустил?

– Я перевязала тебя, пока ты спал.

– Ты – чудо. Спасибо. Благодаря тебе мне лучше.

– Я тебя умоляю! Моей заслуги здесь нет. Ты сам себя зашил, так что, все лавры тебе.

Тим усмехнулся.

– Если бы я остался на улице, то умер бы. Так что не скромничай. И не нужно говорить, что так на твоем месте поступил бы каждый, потому что это не правда.

– И не буду. С появлением вируса люди изменились, стали эгоистами. Они боятся за свои жизни, ведь «Красная смерть» может вернуться.

Вику удивляло то, как быстро Тим пошел на поправку. Возможно, нож не задел важные органы, поэтому ему стало лучше уже на второй день? Размышления прервал звонок в дверь. Вика бросила на Тимофея встревоженный взгляд и помчалась открывать. Что, если кто-то видел, как она вела его к себе, и пришел за ним? Беспокойство щекотало нервы. Открыв дверь, Вика с облегчением выдохнула. На пороге стояла Машка Миронова – подруга детства, журналистка седьмого канала. Она жила в Москве, но частенько приезжала к матери в Новосибирск.

– Охо-хо-ханьки, Викуська! – Мария обняла подругу и поцеловала в щеку. – Привет, дорогая! Столько времени тебя не видела!

Она ничуть не изменилась с последней встречи, хотя около года прошло. Светлые волосы, собранные в хвост на затылке, большие карие глазищи, изящные в черной оправе очки по последнему писку моды.

– Ну что, солнце, стоишь на пороге, заходи уже. – Закрыв за Марией дверь, Вика провела ее в кухню, усадила за стол. – Где пропадала? Рассказывай.

Пока Вика ставила на плиту чайник, Машка поведала о своей жизни.

– Была в Нью-Йорке. Делала репортаж. Ты бы только знала, сколько всяких анализов пришлось сдать перед вылетом, а сколько разных бумаг предоставить… Вся морока из-за проклятого вируса. Выпускать из России не хотели. Когда уже успокоятся, ведь прошло уже полгода, как эта зараза исчезла.

Сердито заверещал чайник. Вика разлила по кружкам кипяток и заварку.

– Бери конфеты, печенье. – Пододвинула вазу со сладостями подруге. – Знаю, ты любишь.

– Спасибо, – Мария отправила шоколадную конфету в рот и запила чаем. – М-м-м, обалдеть! – с полным ртом протянула она. – У тебя-то как дела? Как мама? Что врачи говорят?

– Да ничего нового. Нужна операция. Говорят, тянуть не стоит. Не знаю, что и делать. В долг крупную сумму никто не дает, а накоплений у меня совсем немного. Кстати, спасибо тебе за перевод. Ты единственная, кто не остался равнодушным.

– Да ну что ты, – улыбнулась подруга. – Ты же мне как сестра. Что-нибудь придумаем. Выкрутимся, как всегда. Где наши не пропадали? Я попытаюсь подключить связи. Общими усилиями соберем на операцию. Ты только не переживай. И не делай глупостей.

– Спасибо, солнце. Всегда знала, что на тебя можно положиться. Кстати, прикинь, тут на днях начальник вызвал. Откуда-то узнал, что мне деньги нужны…

– И предложил перепихнуться?

– Типа того. Засыпал мерзкими комплиментами, предложил стать его любовницей. Правда, в завуалированной форме. Личным помощником, то есть. Видали мы таких помощников. Через постель – по карьерной лестнице! Пообещал кучу привилегий и нереально крутую зарплату. Короче, решил воспользоваться ситуацией. Долго же ждал. Козел!

– Не то слово. Мужики только о сексе и думают. А самое смешное, что стариканы ничуть не уступают молодым. Виагры что ли наглотались? – хмыкнула она. – Значит, говорит: «прыгнешь в койку, денег дам»? А ты что?

– Сказала, что не позволю собой манипулировать.

– Вот и правильно. Молодец! Главное не передумай. – Машка погрозила пальцем. – А то я тебя знаю: прижмет, так согласишься, забудешь о гордости ради матери. Не вздумай!

– Маш, если выбирать между здоровьем мамулика и гордостью, я всегда выберу маму. Но пока время еще есть. А что бы ты сделала на моем месте?

– Не знаю. Наверное, все-таки переспала бы, – скривила лицо она. – Но я – это я. Ты – другое дело.

Мария поудобней устроилась на стуле, подогнув под себя ногу и, внимательно взглянув на Вику, спросила:

– Ты, кстати, уже прошла вакцинацию?

– Еще спрашиваешь! У нас обязаловка на работе.

– Ну и хорошо. Нужно пользоваться, пока бесплатно. Уверена, недалек тот день, когда государство начнет брать немалые деньги за лекарство. Как говорится: хочешь жить – плати. А вообще, я не доверяю вакцине. Хоть она и эффективна, но чувствую, что-то там не чисто. Чутье меня ни разу не подводило.

Машка отправила в рот печенье и, прожевав, продолжила:

– Короче, я решила провести расследование. Есть зацепки, но пока делиться не буду. Уж прости, дорогая, – Мария повела бровью.

– Ты что, под правительство копаешь? Смотри не заиграйся, Машка.

– Да не боись, все будет пучком. У меня свои методы, – подмигнула она, поднявшись со стула. – Ладно, я пойду. Дела.

Проводив Марию до двери, Вика решила проверить Тимофея. Он спал. Что ж, можно заняться небольшой уборкой: протереть пыль и вымыть окна. Закончив наводить порядок, она снова зашла к Тиму, который все так же спал. Не желая случайно разбудить его, уставшая Вика отправилась спать.

Утром как всегда собралась в больницу к матери, но перед уходом, заглянула к Тимофею.

– Доброе утро, – его губы мило растянулись, когда он увидел на пороге Вику. – Опять будешь кормить меня супом?

– Нет, придумаю что-нибудь получше, – с улыбкой пообещала. – Ты не против, если я ненадолго оставлю тебя одного?

– Конечно, нет. Я же все понимаю, тебе нужно работать.

– Вообще-то я собиралась… в больницу к маме, – с тоской произнесла Вика.

– Что-то серьезное? – нахмурился Тим.

– Она в коме.

– Сочувствую, – сказал он и поджал губы. – А знаешь, ты не теряй надежды, и твоя мама скоро придет в себя.

Так уверенно прозвучали его слова, что Вике на миг показалось, будто все так и будет. Она верила в это всей душой!

– Я надеюсь. Ладно, отдыхай. Скоро вернусь.

До больницы добиралась на такси где-то около получаса. Предъявив охраннику на входе свидетельство о вакцинации, прошла в здание. В коридорах стоял невыносимый гул. Накинув на плечи белый халат, Вика вошла в палату. Мама неподвижно лежала в постели, укрытая по пояс застиранным белым покрывалом. От ее лица тянулись разные трубки. Монитор показывал ритмичное сердцебиение. Казалось, она спала и в любой момент могла открыть глаза, как всегда сказать, что дочь хорошо выглядит. К сожалению, проклятая кома никак не отпускала.

– Мамулик, привет, – шепнула Вика, усаживаясь на стул рядом с кроватью. – Я достану деньги. Ты очнешься, и тебе сделают операцию, – она сжала ее исхудавшую руку. – Давай, мамулик, открой глаза. Времени мало. Ты должна бороться! Врач сказал, если в ближайшее время не выйдешь из комы, я могу потерять тебя. Я не переживу, мам! Ты ведь знаешь, что не переживу.

Вика не стала сдерживать слезы. Крупные капли скатывались по щекам и, собираясь на подбородке, падали на колени.

– Что же с тобой случилось? – всхлипнула она.

Еще недавно мама была красивой женщиной, а теперь страшно смотреть: исхудавшее лицо, впалые щеки, синяки и ссадины. Господи, лишь бы все обошлось, лишь бы она поправилась, встала на ноги… От мысли, что мама может остаться инвалидом, защемило сердце. Больничные стены давили на Вику до головокружения.

– Что же ты сделала с собой? А главное – почему? – прошептала она, не отрывая взгляда от неподвижного тела.

В какой-то момент почудилось, будто веки мамы дрогнули. Вика подалась вперед, вглядываясь в бледное лицо.

– Мамулик? Ты меня слышишь?

Ощутив подергивание пальцев, поднялась со стула и собралась уже бежать за доктором, как вдруг услышала:

– Что случилось?..

Мама приоткрыла глаза.

– Мамулик? Ты здесь?! – радостно вскрикнула Вика, склонившись над ней. – Все хорошо. Ты в больнице. Ничего не говори, тебе нельзя…

– Я не хотела… – слабым голосом произнесла она и часто заморгала. – Прости меня… Я не знаю… почему… это сделала. Помню, что хотела… – она сглотнула слюну, – сказать кое-что важное… Но что?..

В ее глазах застыли слезы.

– Не думай ни о чем. Главное – ты жива. Ты молодец. Я сейчас врача позову.

Вику удивляло то, что она видела. Ведь думала, люди после комы еще длительное время не могут говорить, восстанавливаются очень долго, а тут совершенно противоположная картина. Конечно, это радовало, но уж слишком как-то все быстро. Нужно поговорить с доктором.

– Послушай, Вика… – мама ухватилась за руку Вики, когда та уже собиралась позвать врача. В глазах ее вспыхнула боль.

Вика почувствовала себя виноватой. Ведь в тот день она собиралась прийти пораньше. Мама хотела рассказать что-то важное, но не успела… А все потому, что Вика задержалась. Если бы не эта задержка, она бы не бросилась с крыши… Как сейчас Вика помнила звонок соседки и встревоженный голос в трубке: «Ульяну отвезли в больницу». Но почему мама пыталась лишить себя жизни? – вот главный вопрос.

Вика снова не сдержала слез. Неужели все могло случиться иначе, если бы она пришла домой раньше?

– Ты хочешь что-то сказать?

– Письмо.

– Какое письмо? – нахмурилась Вика, но тут же спохватилась, вспомнив предсмертную записку: – То самое? Для Брайана Крайтона?

Та закивала.

– Мамулик, не волнуйся, я обязательно найду этого человека, обещаю. Ты только выздоравливай.

– Не спеши, – протянула мама. – Принеси письмо. Я должна… дописать…

В тот день, когда нашли маму, Вика обнаружила дома запечатанный конверт и записку. Как сейчас помнила строки: «Доченька, прошу, слетай в Москву, отыщи Брайана Крайтона и передай ему письмо. Это очень важно!» Больше мама ничего не написала, не объяснила свой поступок, не попрощалась. Так странно. Словно перед смертью ее волновал только неизвестный Брайан.

Вика с трудом сдерживала слезы, глядя на то, с каким трудом маме давались слова. Она была жизнерадостной женщиной, работала в солидной компании. Ее уважали, ценили, любили. А сейчас никто даже не вспоминал о ней. Конечно, кому она нужна такая? Только Вике. И она была готова на все, чтобы вернуть матери прежнюю счастливую жизнь. Если для нее важно найти некого Брайана, то Вика сделает это.

– Вик… почему я… не могу пошевелить… ногами? – вдруг спросила мама.

– Ты еще не совсем окрепла, – соврала Вика, сдерживая слезы. – Ну все, мамулик, отдыхай, я зайду перед отъездом в Москву. Принесу письмо. Допишешь, что хотела, и я поеду. Обещаю, что найду Брайана, раз это важно для тебя.

Поцеловав ее в лоб, она вышла из палаты и сообщила врачу радостную новость. Он осмотрел маму и, выведя Вику из палаты, сказал:

– Это удивительно. За годы практики я впервые вижу подобное. У вашей мамы нормально функционируют все органы, присутствует речь, она может двигаться. Это большая редкость. Большинство пациентов после нескольких лет реабилитации приходят к такому состоянию. Единственное «но», я вам уже говорил и повторю: поврежден спинной мозг. Есть вероятность того, что она никогда не сможет ходить. Только операция может вернуть Ульяне Владимировне чувствительность. Возможно, не одна. Время есть, но советую не откладывать.

– Я достану нужную сумму, обещаю. Спасибо, доктор.

Глава четвертая

Оказавшись дома, Вика первым делом отправилась в комнату Тимофея. Не терпелось узнать, все ли с ним в порядке. Ее одолевала тревога, ведь она впервые оставила его одного. Незнакомец в Викиной постели – раньше в голову не пришло бы притащить неизвестного в дом. Уже второй день она уверяла себя, что это ненадолго, что как только он поправится – уйдет. Тогда можно будет ехать на поиски Брайана Крайтона, как и хотела мама. Осчастливить ее – вот чего хотелось сейчас. Пока это все, что в ее силах.

– Привет, – произнесла Вика, входя в комнату.

Тим стоял у кровати. Мокрый, с полотенцем на бедрах. Как же он хорош! По его крепкому телу катились капельки воды. Время словно замедлилось, казалось, Вика следила за движением капли, которая остановилась на упругом животе. У нее перехватило дыхание.

– Я принял душ, ты не против?

Она не могла отвести глаз от накачанного пресса, но, спохватившись, смущенно подняла взгляд. Румянец обжег щеки.

Намокшие волнистые волосы струились по лбу и ушам Тимофея, вызывая в Вике желание подойти и смахнуть их.

– Да. То есть, нет, – она замотала головой, – не против, конечно. Делай что хочешь. Ты что-нибудь ел?

– Конечно, не волнуйся. – Тим приблизился, нежно взял ее ладонь. Мурашки пробежали по телу. – Вик, я понимаю, что доставляю тебе немало хлопот, поэтому сегодня уйду.

– Что? – опешила она, глядя в его лицо. – С ума сошел? Тебе нельзя. Я не отпущу. Нет!

– Не хочу злоупотреблять твоей добротой.

– Ты не мешаешь, – растерянно произнесла она. – С тобой даже легче.

Это действительно так. Месяц, пока мама находилась в больнице, Вика чувствовала себя одинокой и потерянной. В голову лезли тревожные мысли. Если бы не Тим – дорога к психотерапевту ей обеспечена. Да и скрывать от себя не имело смысла: Тимофей ей нравился – вот причина уныния. Вика поняла, что не готова отпустить его.

– Не оставляй меня сейчас.

Она расстроено потупилась.

– Все плохое когда-нибудь кончается. Думай о хорошем, и оно обязательно прилипнет к тебе, как липучка. Замучаешься отлеплять.

Улыбнувшись, Вика подняла голову и встретилась с удивительными серыми глазами.

– Останься, – с грустью прошептала она. – Уйдешь, когда полностью окрепнешь.

Взгляд упал на место, где еще недавно была рана. Вика отшатнулась, заметив лишь небольшой шрам.

– Что это? – ошарашенно протянула, всматриваясь в рубец. – А где…

Лицо Тимофея приблизилось настолько, что Вика ощутила теплое дыхание. Его рука скользнула по ее спине. Прежде чем успела сообразить, чего он хочет, его губы уже сомкнулись на губах Вике. Она ответила на поцелуй сама того не ожидая. Сначала робко, с осторожностью, потом смелее. Горячий поцелуй дурманил голову… Вика подалась вперед и оказалась во власти рук Тима. Его прикосновения постепенно взяли верх над внутренними запретами. Утверждение, что все мужики – козлы, таяло, как лед над пламенем свечи. Тимофей казался идеалом. Находясь рядом с ним, Вика испытывала то, чего никогда не чувствовала ни к одному мужчине. Она забыла обо всем, наслаждаясь подаренными минутами. И вскоре сама начала гладить Тима по еще не обсохшей спине. Не понимая, что за бес вселился в нее, позволила ему целовать себя. Поцелуи приятно обжигали кожу, даря наслаждение и счастье. Одно движение, и полотенце Тима упало на пол. Вика замерла в предвкушении, слыша бешеный стук собственного сердца.

Да, она хочет его… Здесь и сейчас…

Еще мгновение и она уже лежала на кровати. Тим навис над ней, выжидающе глядя в глаза. Этот взгляд завораживал. Губы снова встретились в жадном поцелуе. Страсть поглотила Вику, увлекая в пучину нескончаемого удовольствия. Дыхание сбилось. Руки Тимофея, такие властные, и в то же время нежные, ласкали ее тело. Сняв с Вики блузку, его рука скользнула под лифчик, сжала грудь. Вика выгнулась. Ловко стянув с нее брюки и белье, Тим покрыл обжигающими поцелуями трепещущее тело. Она стонала и выгибалась навстречу горячим губам. Желание нарастало. Тимофей взял Вику за бедра и уверенным движением вошел в нее. Приятная дрожь сковала тело. Посторонние звуки стихли. Только его прерывистое дыхание над ухом возбуждало еще сильнее…

После бесчисленных ласк Вика обессилено задремала на груди Тима.

Лежа в кровати в его объятиях, она пыталась привести мысли и чувства в порядок. Ругала себя за то, что пустила в свою постель незнакомца, ведь у нее существовало правило – не водить мужчин на свою территорию. Обманывать себя не имело смысла. Тимофей – лучший любовник из всех, что у нее были. Словно он не человек, а существо, созданное доставлять женщине незабываемое удовольствие.

Тим почему-то ухмыльнулся.

– Что? – возмутилась Вика, приподнимаясь на локте и заглядывая ему в глаза. – Я такая смешная?

– Вовсе нет. Ты очень красивая. Даже слишком.

Тимофей провел пальцем по ее щеке. Вика рухнула на постель, скрывая улыбку. Накрыв Викины губы поцелуем, он поднялся и отошел к окну.

Она уставилась в потолок, размышляя. От воспоминаний, что его губы делали с ней, Вика словно заживо сгорала от удовольствия. Безумие какое-то. Впервые отдалась человеку, которого знала всего ничего. Может быть, это сон? Вика повернула голову влево. Нет, Тимофей реален, стоит перед ней совершенно обнаженный. Боже! Что он делает?

– Не мешало бы прикрыться, – хмыкнула она, не сводя с него глаз.

Ну просто бог, сошедший с Олимпа, чтобы доставить Вике удовольствие! Вот, именно бог! Она мазнула взглядом по мощной спине, затем он опустился ниже.

– Тебе что-то во мне не нравится? – Тимофей взглянул на нее через плечо.

– Ф-ф-ф-ф, – со злостью выдохнула Вика, ощущая покалывание на щеках.

Поняла, что все еще смотрит на его упругие ягодицы. Приложив ладонь к глазам, требовательно произнесла: – Лучше прикройся.

Но Тим словно нарочно щеголял перед ней голой задницей. Потом все же поднял с пола одежду. Пока он одевался, Вика позволила себе пару раз подглядеть между пальцами, и в который раз восхититься хорошо сложенной фигурой. Осознала, что может никогда больше не увидеть Тимофея, не коснуться гладкой кожи. Отпустить его, значит, потерять навсегда. Но он, видимо, думал иначе, раз собирался уйти. Вика не могла позволить ему этого сделать. Ни один мужчина не бросал ее в постели, она всегда уходила первой. Тим не станет исключением.

Натянув джинсы, он повернулся. Взгляд Вики упал на грудь, туда, где еще вчера у него была рана. Сердце ухнуло вниз. Как вообще возможно то, что час назад она занималась любовью с человеком, который вчера подняться не мог без помощи? Мистика какая-то.

– Покажи мне рану, – потребовала Вика и, поднявшись, облачилась в простыню.

– Со мной все в порядке, – Тим беззаботно улыбался. – Ты спасла меня.

– Но… – либо она сошла с ума, либо Тимофей не человек, но тогда кто? – Прошло всего два дня… Люди месяцами лежат в больнице с такими ранениями или вообще не выживают… Что ты такое?

Она приблизилась и с испугом коснулась маленького рубца.

– Даже «что»? – хмыкнул Тим. – Веришь в сверхъестественных существ?

– Верю.

Повисла напряженная пауза.

В детстве с Викторий произошел не поддающийся объяснению случай. Однажды, возвращаясь из школы по старым железнодорожным путям, она увидела сидящую на рельсах девочку из старших классов, которую хорошо знала. На следующий день вся школа обсуждала ужасное убийство подростка. Но самым удивительным оказалось то, что смерть случилась утром, а девочку Вика видела после обеда. Получается, она видела призрака? Тогда никому ничего не рассказала, боясь насмешек. И сейчас, глядя на шрам Тима, еще сильней утвердилась в своих убеждениях. Мистика – неотъемлемая часть человеческой жизни.

– Считай, что у меня быстрая регенерация, – нарушил молчание Тим. – Такое бывает.

– Ладно, но это странно, – заметила Вика. – Вот бы у моей ма…

Она запнулась на слове и с сожалением опустила голову.

– Что ты хотела сказать? – Тим сел рядом и приподнял ее лицо за подбородок.

– Не хочу об этом говорить. Слишком больно.

– Что с твоей мамой? – он пристально взглянул на Вику.

– Она пришла в себя, но… поврежден позвоночник…

Ей захотелось выговориться, глядя в спокойные, точно океан при штиле, глаза. И Вика рассказала о том, что маме срочно нужна операция.

– Ты помогла мне, а я помогу тебе. Обещаю, – Тим провел костяшками пальцев по Викиной щеке.

Ей стало легче. Она прижала к лицу его руку, на мгновение прикрыв глаза. В душе зародилась надежда. Возможно, Тимофей, правда, послан ей судьбой?

– А что случилось с твоей мамой?

Вика ожидала такого вопроса, но, несмотря на нежелание ворошить прошлое, все же открылась Тиму.

– В тот вечер мама хотела сообщить мне что-то важное… – Вика отошла от Тимофея и села на кровать. – Но не успела. Я задержалась на работе, а она… – Голос дрогнул, сердце сжалось от неприятных воспоминаний. – Не понимаю, почему мама это сделала. Похоже, она и сама не знает.

– Что значит: «сама не знает»?

– То и значит.

– Ты уверена, что она не хотела этого делать и не понимает, почему пыталась покончить с собой? – переспросил Тим, взяв ладонь Вики.

– Ну да, она так сказала.

Тим потер подбородок, поднялся и отошел к окну. Он выглядел напряженным, точно пружина. И что его встревожило? Тишина казалась тяжелой, словно грозовая туча. Не в силах больше слушать ее, Вика подошла к Тиму и коснулась его плеча.

– Что с тобой?

Он развернулся.

– Случай с твоей мамой напомнил мне о прошлом.

Он поджал губы, в глазах застыла боль.

– Расскажешь?

Тим скрестил руки и отвернулся.

– Моя сестра, – начал он, пригладив волосы, – покончила с собой.

– Ужас, – на выдохе произнесла Вика, с изумлением смотря на Тимофея. – А что случилось?

– Один мерзавец предал ее, – тут же ответил он, будто ждал этого вопроса. – Бросил накануне свадьбы. Она не смогла смириться. Перерезала вены.

– Мне так жаль.

– Мне тоже. Я поклялся отомстить и уже много лет разыскиваю того, кто сделал это с ней. Поэтому мне нужно уехать из города. Кажется, я нащупал след.

– Это он тебя ранил?

– Ты обещала не спрашивать.

– Прости. Будь осторожен.

– Буду. – Он коснулся ее плеч. – Мне пора уходить, иначе пострадаешь ты.

– Я хочу, чтобы ты остался, – шептала Вика. – Прошу… Я не боюсь.

***

Тим стиснул зубы. Ему и самому не хотелось оставлять ее одну, но времени все мало. В любой момент могли нагрянуть агенты. А для Вики их появление чревато последствиями. Они никогда не оставляют свидетелей.

– Ладно, я останусь, но всего день, – он отстранил Вику и заглянул в глаза.

Хотел убедиться, что агенты не причинят девушке вреда. А потом уйдет.

– Пообещай ни о чем не расспрашивать.

– Ладно, – невероятно быстро согласилась Вика.

Странно, что эта упрямица так быстро сдалась. Это на нее не похоже.

К сожалению, Тим не мог проникнуть в ее мысли и узнать причину. Жажда крови дала о себе знать. Срочно нужно поесть, иначе растеряет все то, чем его наградила матушка смерть. Голод оказался настолько сильным, что Тим с трудом сдержался, чтобы не убежать. Найти новую жертву, разорвать ей горло – это сейчас в приоритете. Но почему он так спокоен, когда рядом находится то, что ему необходимо, вернее та, что пахнет невероятно вкусно? Никогда еще Тим не ощущал такого волнующего сладкого запаха.

Чертова жажда! Сколько еще бороться с низменными инстинктами? День? А потом все закончится, Тим оставит Вику в покое. Ей ничто не будет угрожать, если его не будет рядом. Переждать бы эту ночь.

– Но завтра нам все равно придется расстаться. Затягивать нельзя, понимаешь? – Тим тут же одернул себя: – Конечно, не понимаешь. Скажу одно – тебе опасно находиться со мной. Я опасен!

– Я не боюсь опасности, – она откинула волосы с плеч и натянуто улыбнулась. – И не могу приказывать тебе. Конечно, ты уйдешь, просто я волнуюсь, – взгляд скользнул по груди Тима.

– Честно, со мной все хорошо, – уверил он. – И за это нужно сказать спасибо тебе. Ты помогла мне, а я помогу твоей маме. Обещаю.

Оставшийся вечер они провели за просмотром фильмов. Как давно Тим не смотрел телевизор, да еще в объятиях прекрасной девушки. Несомненно, Вика ему нравилась. Было в ней что-то особенное. Тим чувствовал в ней силу, она не просто человек, а нечто большее, но что, пока понять не удавалось. Одно знал точно – особенная… Впервые за свое вампирское существование ему захотелось о ком-то позаботиться, а именно о человеке.

Да и влечение к Виктории оказалось сильнее чертовой жажды. Девушка показалась Тиму не похожей на тех, что были у него раньше. Что-то есть в ее пленяющем взгляде, что-то такое, от чего он ощущал себя иным – человечным что ли. Но вампиры не меняются в одночасье, а значит, дело в ней – хрупкой девушке, которая не вызывает в нем меланхолию, как все предыдущие. Она ключ к спасению – отчуждению крови и принятию всех человеческих норм и правил.

Образ обнаженной Вики предстал перед мысленным взором Тима. Идеальные грешные изгибы сводили с ума искусного соблазнителя, привыкшего добиваться самой невероятной цели. Любая женщина могла оказаться в его постели, но ему не нужна любая. Его возбуждала Вика. Девушка рождала в Тиме животную страсть, чувства, на которые, как ему казалось, он не способен. Ее роскошные каштановые волосы источали блаженный аромат снежного утра, а бархатная кожа пахла молодой пшеницей. Тим был благодарен создателю за то, что тот подарил ему возможность чувствовать все это. Нюх вампира подобен собачьему, только гораздо тоньше и в несколько раз сильнее. Вика – девушка, которую он так долго искал, и Тим сделает все, чтобы она была счастлива.

Мысли вернулись в сегодняшнее утро, когда Вика поехала в больницу к матери. Дождавшись, когда она уйдет, Тим распахнул окно и увидел машину, в которую вскоре девушка и села. Закрыв глаза, отделил лишние звуки и сумел услышать слова, сказанные таксисту:

– Первая городская поликлиника.

Теперь он знал, где найти ее маму. И нашел. Опередив Вику, проник в палату и, прорезав ногтем подушечку пальца, дал женщине несколько капель своей крови. Кровь вампира ускоряет некоторые процессы в организме человека. Жаль, что не излечивает полностью…

Вика вытянула ноги и поцеловала Тима в грудь, чем вернула его в реальность. Тим провел ладонью по внутренней поверхности бедра девушки, нежно поглаживая роскошную кожу. Ее тело затрепетало, отзываясь на ласку. Она развернулась к нему, губы встретились, и новая волна желания накрыла их обоих.

Глава пятая

Утром Тима разбудил голос Вики.

– Не уходи, пока я не вернусь, – прошептала она и, проведя ладонью по его щеке, удалилась. Стук каблуков становился все дальше.

Тим с трудом сдерживал мучительную жажду. Еще час и он мог не выдержать. Как только дверь за Викторией закрылась, он поднялся с постели и ринулся к окну, распахнул. Холодный ветер ворвался в комнату, принеся едва уловимый запах отчаянья. Тима не пугала ни высота – он с легкостью мог приземлиться на ноги, выпрыгнув из окна, ни люди, которые могли его заметить – ведь он передвигается быстрее пули. Жаль, не сегодня. Дело в крови, которая нужна для поддержания сил и способностей, так же как и сон. Чтобы восстановить силы после серьезного ранения, Тиму приходилось спать. На самом деле вампиры могут несколько лет обходиться без сна, если будут хорошо питаться.

Позволив Вике выйти из подъезда, он выскочил из квартиры и ринулся в сторону парка. Тим шел на запах, как собака идет по следу. Аромат крови, которая текла в венах очередной жертвы, вел его к нужному месту. Появились знакомые тополя, лавочки, клумбы… Именно здесь он впервые разорвал глотку человеку.

Будто аромат весеннего цветения Тим чувствовал запах крови в воздухе. Такой сладкий, манящий, одурманивающий. Не опоздать бы. Человек, подошедший к последней черте – где он? Тим оглядел сквер – никого. Но он найдет его, непременно найдет. Прямо, направо, еще немного, и вот он уже стоит напротив остановки, пожирая взглядом белокурую девушку. Тим в считанные секунды оказался рядом.

– Привет, – произнес спокойно, стараясь казаться участливым, а в голове лишь одно – мучительный голод!

– Отвали, придурок, – произнесла она дрожащим голосом и всхлипнула.

Сердце встревоженно теплится в груди. В дрожащей руке окровавленный нож, с запястья капают бордовые капли. Мертвенный запах лишил рассудка. Если не Тим – она сама себя погубит. Ноздри сильнее защекотал липкий запах. Сладкий, как ваниль. Клыки невольно удлинились, превращаясь в острые бритвы.

– Отойдем? – улыбнулся он и потянул девушку за остановку.

Бегло осмотрел окрестность и, словно по команде «Фас!», вонзил в горло клыки. Захлебываясь густой кровью, ощутил смесь отчаяния, апатии и облегчения, передаваемую ему молекулами крови. Какое блаженство! Тело наполнилась энергией, сила возвращалась.

Бросив обмякшее тело за остановкой, Тим поспешно покинул место преступления. И только на обратной дороге осознал, что оставив труп здесь, невольно позволил ищейкам приблизиться еще на шаг. Нужно уходить! Раствориться в толпе большого города. Вика не должна попасть в список агентов особого департамента правительства.

Войдя в подъезд, он пулей промчался по лестничной клетке и замер у знакомой двери. Снова этот приятный запах! Как же она вкусно пахнет! Тим толкнул дверь и переступил порог квартиры. Подчиняясь чарующему аромату, медленно прошел в комнату. Вика сидела на кровати, обернутая в полотенце и прижимала к груди подушку. Ее кожа источала нежный аромат летнего утра. Хотелось коснуться ее, провести подушечками пальцев по щеке, дотронуться до влажных волос и ощутить их благоухание. Такая нежная и беззащитная.

«Я не должна была отпускать его… – выхватил Тим из ее головы. – Странно. Так быстро привязаться к человеку… Кто бы мог подумать? Но Тим не такой, как другие. Он особенный».

Вика вскочила, заметив Тима, и устремила большие зеленые глаза на него.

– Я думала, больше не увижу тебя, – раздался мелодичный голос, напоминающий перезвон колокольчиков.

Ее сердце бешено застучало, а в радужке блеснули слезы. Он подошел ближе, совсем близко, так, что ощутил теплое дыхание.

– Я же обещал.

И они еще долго молча смотрели друг на друга.

Что-то в этой девушке вызывало интерес. Тим ведь не взял у нее кровь! Терпел несколько дней, хотя давно мог без проблем подкрепиться, вылечить рану и зачаровать девушку, чтобы она ни о чем не вспомнила. Но нет! Он этого не сделал. И дело даже не в том, что Вика спасла его…

«Какая же у нее восхитительная улыбка!» – Тим поджал губы, осознав, какой оборот принимают мысли. Ему не следует думать о ней. Все-таки Вика человек, а это нарушение не так давно принятого закона – никаких любовных связей со смертными. Даже у мира мертвых есть свои предводители, которые на протяжении веков ежедневно прививали тривиальные правила сосуществования с людьми. Нарушишь их – считай, что труп. Есть Глава – ему подчиняются все вампиры безоговорочно. Он решает, кому жить, а кому умереть. Бессмертные, на самом деле, еще как смертны. Бессмертие – это вечность, но она в любой момент может быть отнята. Правда, вампира нельзя убить, ведь он уже итак мертв, его можно только уничтожить. Именно это сделают с ним, когда найдут – уничтожат! Так поступают со всеми, кто не желает подчиняться правилам.

Вика… Ее дыхание обожгло лицо, оторвав от мыслей. Когда она так близко, трудно держать себя в руках. Губы уже потянулись к губам девушки. Тим ощутил, что она хочет его не меньше, чем он ее. Ему едва удалось удержаться от соблазна сорвать с нее полотенце и покрыть поцелуями каждый сантиметр идеального тела. Вовремя остановился. Нельзя терять время. Если Главе станет известно о Вике, он душу из нее вытрясет, чтобы узнать о местонахождении Тима. Этого нельзя допустить! Пора скрыться…

Борясь с безумным желанием попробовать на вкус губы девушки, Тим отошел от Вики, но вдруг отчетливо услышал ее мысли: «Ну что ты смотришь? Чего боишься? Целуй же!» Что-то кольнуло в груди, наверное, желание доказать, что Тим никогда ничего и никого не боится. Она задела его самолюбие. Тим притянул ее к себе одной рукой, другой – провел по влажным волосам и поцеловал приоткрытые губы. Жадно и ненасытно. Ему показалось, что он причиняет ей боль, но остановиться не может. На удивление, Вика даже не пикнула. Терпела боль или даже не почувствовала, отдаваясь поцелую настолько, что все остальное не имело для нее никакого значения. Его рука скользнула по спине. Он ощутил, как трепещет ее тело, а кровь течет по артериям, дразня и искушая. И это еще сильнее возбуждало, наполняло силой. Хотелось стащить с Вики полотенце и заняться любовью. Пальцы уже уцепились за его край…

Нет, это чистейшей воды эгоизм. Ищейки близко. На счету каждая секунда. Тим отстранился от Викиных губ и вынул из кармана кулон в виде изумрудного сердца на золотой цепочке. С ним он не расставался уже восемьдесят три года, с тех пор, как обратился, с тех пор, как покончила с жизнью Лидия. Вложив в ладонь девушки подвеску, произнес:

– Это моей сестры. Пусть пока побудет у тебя. Он приведет меня к тебе, где бы ты ни находилась. Прощай, – прошептал в приоткрытые губы Вики и вышел из комнаты.

Сестра… От одной мысли о Лидии у Тима похолодело в груди. Он так любил ее, оберегал, но все равно не смог оградить от беды. Ему следовало лучше приглядывать за своей маленькой принцессой. Их отец умер от рака печени, на следующий день с горя слегла мать и вскоре скоропостижно скончалась. Тим с ранних лет воспитывал сестру. Он прекрасно помнил тот день, когда Лида привела в дом жениха. Ей на тот момент исполнилось восемнадцать, он же выглядел лет на сорок. Известие о предстоящей свадьбе его маленькой сестренки с взрослым мужчиной шокировало. Тим пытался поговорить с Лидией, объяснить, что она загубит свою жизнь, переубедить. Она не слушала, была ослеплена любовью… И вдруг покончила с собой. Как? Почему? Сестра была такой юной, невинной, всегда веселая, счастливая… Тим не понимал, что подтолкнуло ее к краю пропасти. Поклялся на могиле, что узнает причину и отомстит всем, кто виноват в кончине Лидии! Единственным подозреваемым оказался ее жених, который даже не появился на похоронах. Поэтому Тим отправился в Англию, откуда тот родом. Но время шло, а ему так и не удалось разыскать подонка. Это тяготило Тима, руки опускались. И вскоре он пристрастился к алкоголю. Трактир буквально стал его домом. Спирт позволял ненадолго отвлечься от гнетущих мыслей, и Тимофей с удовольствием топил горе в вине. До тех пор пока однажды к нему не подсел богатый англичанин. Представился Стефаном.

– Ты выбрал неверный путь, друг мой, – сказал он, – но я помогу отыскать правильный. Я дам тебе выбор. Скажи, что бы ты сделал, будь у тебя в запасе вечность и нетленное тело?

– Попытался бы найти ответ на съедающий душу вопрос.

– А если я скажу, что знаю его? Я давно за тобой наблюдаю и в курсе многих событий из твоей биографии.

Так Тим узнал о существовании вампиров. Стефан рассказал об отборе претендентов на бессмертие, что он присмотрел Тима и уже полгода за ним наблюдал. Оказалось, вампир знал все тайны семьи, был свидетелем радостных и печальных событий их жизни. А главное, он рассказал о том, что произошло с его сестренкой! Лидию бросил жених и она не смогла смириться… Если бы только она пришла к Тиму, все могло случиться иначе… Но чему быть, тому не миновать. Главное подозрения подтвердились – возлюбленный сестры оказался единственным виновником трагедии. Тогда Тим и загорелся местью сильнее, чем раньше. Кровь закипала в венах. С помощью Стефана он рассчитывал отыскать этого негодяя и убить. Тим, не колеблясь, принял дар Стефана, и тем же вечером тот обратил его в вампира. Имя убийцы врезалось в память как клеймо: найти и уничтожить. Он узнал, что обидчик в России, поэтому вернулся на родину с местью.

***

Вика какое-то время неотрывно смотрела в дверной проем, сжимая что-то в руке. Затем разжала пальцы. Это был изящный золотой кулон в виде изумрудного сердца на золотой цепочке.

В душе поселилась пустота. Вика глубоко вздохнула. Повесив на шею подарок Тимофея, отправилась в кухню, чтобы выпить чашку чая. Хотелось поскорее забыть обо всем, что произошло в последние несколько дней. Жить как прежде, не оглядываясь в прошлое. Его больше нет. Тима больше нет в ее жизни, и не будет. Она это прекрасно знала. Поставив чайник на плиту, села за стол, подперла кулаком подбородок и закрыла глаза. Мысли хаотично порхали в голове, словно стая испуганных бабочек.

Неожиданный звонок в дверь застал врасплох. Тим! Вика бросилась к двери, забыв о чае, но ее постигло разочарование. На пороге стояли трое мужчин в синих джинсах и черных толстовках с капюшонами. Выражения их лиц не сулили ничего хорошего. Вика попыталась захлопнуть дверь, но мужчина, тот, что выше и здоровее остальных успел подставить ногу.

– Где он? – рявкнул он и толкнул дверь.

Вика вздрогнула и, пошатнувшись, отступила в коридор. Бандиты ворвались в квартиру.

– Не понимаю, о ком вы? Кто вы такие?

Теперь Вика поняла, чего так боялся Тим, почему торопился уйти. Он просто переживал за нее, не хотел впутывать в свои дела. Вероятно, убил кого-то, обороняясь, поэтому сказал, что Вика была права, назвав его убийцей.

– Где Пирси? – повторил самый низкий из троих, с татуировкой на пол лица, скинув капюшон. И принюхался. – Он был здесь совсем недавно.

Вика удивленно уставилась на него. Что он вынюхивает?

– Упустили, кретины! Он почти был у нас в руках! – возмутился здоровяк, потирая лоб.

– Что будем делать? – спросил третий, с двухнедельной щетиной на лице и круглыми собачьими глазами, поглядывая на громилу.

Тот кивнул в сторону Вики. Она испуганно прижалась к стене, понимая, что так просто они не отпустят. Бежать некуда. Двое бандитов схватили ее по обе стороны за локти. Вика пыталась кричать, но ей зажали рот; старалась вырваться, но безрезультатно. Казалось, что легче сдвинуть с места бетонную стену, чем освободиться из цепких лап преступников. Она тяжело дышала, сердце бешено билось, словно пулеметная очередь.

Здоровяк подошел к Вике и заглянул в глаза.

– Сейчас мы тебя отпустим. Веди себя тихо.

Она закивала, оглашаясь с условиями. Подонки сдержали слово. Вика поправила одежду и с вызовом взглянула на их лидера-громилу.

– Не стоит нас бояться. Расскажи, где Пирси, – требовал мужчина. – Все, что знаешь.

– Мне ничего не известно. Он просто ушел. Кто я такая, чтобы передо мной отчитываться? Несколько дней назад я нашла его раненого и приютила на время. Это все, – выдала Вика.

«Почему я это сказала?» – удивилась она.

– Похоже, баба говорит правду, Рок, – обратился татуированный к громиле. – Пора уходить, иначе потеряем след.

Тот принюхался и, зловеще скривив губы, произнес:

– Кажется, у нас гости.

Входная дверь резко отворилась. На пороге застыл Тимофей. Вика раздосадовано поджала губы. Ему не следовало возвращаться.

– Отпустите девушку. Она не причем.

– Сдавайся, Пирси, или мои парни свернут ей шею, – велел Рок. – Ты и сделать ничего не успеешь.

– Хорошо, но только после того, как отпустите ее. И дадите время, чтобы стереть ей память.

«Стереть память? Что это значит? – недоумевала она, вопросительно глядя на Тимофея. – Кто Тим на самом деле, и что этим преступникам нужно от него?»

– Не вопрос, – улыбнулся Рок. – У тебя минута, приятель.

Бандиты отошли к двери. Тим взял Вику за руку, она машинально попыталась выдернуть ее.

– Прости, что вовлек тебя во все это. Нужно было сразу уйти, но раз уж так получилось… – Он потер подбородок. – Ты хотела знать, почему мои раны заживают так быстро?

Вика нерешительно кивнула.

– Я – вампир.

Она нервно сглотнула слюну и отступила на шаг, но Тим не позволил ей убежать. Лишь крепче сжал ее ладонь.

– Зачем ты мне это говоришь? – недоумевала Вика, чувствуя, как страх все сильнее завладевает ею.

– Хочу, чтобы ты знала.

– Пирси, время на исходе! – рявкнул кто-то из бандитов. – Заканчивай!

– Вика, посмотри на меня, – нежно прошептал Тим. Она подняла глаза, наполненные слезами. – Это ведь я, Тим. С тобой ничего не случится. Обещаю. И прости… Я хочу, чтобы ты забыла этот разговор и… те дни, что я провел у тебя. Ты должна все силы отдавать матери. Она единственная, за кого ты будешь переживать всей душой. За нее, а не за меня. Прощай.

Вика моргнула, слезы скатились по щекам.

– Мамочка, я непременно исполню твое желание – найду Брайана Крайтона, – прошептала она, – и начну уже завтра.

Глава шестая

С утра в офисе компании Вика рассказала начальнику о неотложной поездке в Москву, попросила неделю отпуска за свой счет. Вениамин Сергеевич молча выслушал и, прищурившись, ответил:

– Конечно, но знай, что пока ты развлекаешься, твое место может занять другая девушка.

Видимо, был до сих пор обижен недавним отказом. Вика гордо задрала голову и бросила в ответ:

– Начальник Вы, и Вам решать. Простите.

Она вышла из кабинета.

По дороге домой Вика набрала номер подруги, чтобы дать ей задание до того, как прилетит в Москву. Она была уверена, что Машка без проблем отыщет телефон или адрес Брайана Крайтона. Вот только сотовый предательски молчал. Ничего, можно и эсэмэс отправить.

«Машуль, можешь узнать что-нибудь о Брайане Крайтоне? Номер или адрес? Кто он вообще такой? Срочно нужно. Я завтра прилечу».

Следом за сообщением Вика отправила по эмэмэс фото Брайана.

Дома Вике хватило пары часов, чтобы собрать необходимые для поездки вещи. По пути в аэропорт она заскочила в больницу. Мама что-то дописала в письме и вручила Вике. Вскоре она уже находилась в зале ожидания аэропорта. Часов через пять объявили посадку. В самолете Вику укачало, и она проспала до самого прилета. В аэропорту прождала подругу около часа. Телефон молчал. Неужели Машка не получила сообщений? Пришлось ловить такси и отправляться к ней незамедлительно.

В тот момент, когда Вика уже ехала в московском такси, в кармане упрямо заверещал сотовый.

– Алло! Машка! Как я рада тебя слышать, солнце! – приняв вызов, Вика закричала от счастья.

– Привет, подруга! Прости, что не встретила, была на интервью. Только освободилась. Ты уже едешь? Давай бегом ко мне. Я скоро буду дома. У меня для тебя новости по поводу Брайана… Ну, того самого, – понизила голос Маша. – Вердикт не утешителен, походу ты влипла, подруга. А еще удивляешься, что я копаю под… кхм… Не телефонный это разговор, Вик. Все при встрече. Поняла?

– Интриганка! – крикнула в трубку Вика и сбросила вызов.

***

– Будь как дома, дорогая. Наконец-то ты соизволила почтить меня своим присутствием. Давай, бросай свои чюмаданы, раздевайся и бегом в кухню, – она выхватила у Вики сумки и положила на роскошный коричневый диван в гостиной. – Вчера купила новую кофе-машину, капучино она готовит отличный.

Машка все болтала и болтала без умолку, впрочем, как всегда. Этого у нее не отнять. Недаром же она подалась в журналисты. Чесать языком у подруги получалось лучше всего.

– Так вот как живут журналисты, – улыбнулась Вика, рассматривая квартиру. – Шикарно, ничего не скажешь!

Обстановка в современном стиле, все такое светленькое, приятное глазу. Кое-где темные акценты – диван, мебель, столик. Комнаты разделены арками, а кухня с гостиной создавали единое пространство.

Осмотрев каждый уголок, Вика пришла в кухню, где ее ждала подруга. Она как раз приготовила два капучино. Вика села за стол, откинулась на спинку стула и уставилась на Машку, которая нарезала колбасу.

– Как мама? – спросила она.

– Все так же. Нужна операция. У нее буквально полгода, потом будет поздно что-либо делать. Не представляю, где взять такую сумму.

– Викочка, я так за вас переживаю. Если бы я могла еще чем-то помочь. Может быть, все-таки обратиться на телевидение?

– Нет, ты знаешь мое отношение ко всему этому. Мама не вынесет нападок, с которыми непременно придется столкнуться на телевидении. Люди сейчас очень жестокими бывают. Да еще и не факт, что кто-то решит помочь. Лучше скажи, что ты узнала про Брайана? – попыталась отвлечься Вика. – Кто он такой?

– Вика-Вика, – покачала головой подруга, – стыдно не знать. Это же такая «шишка». Я как фото его увидела в твоем сообщении, чуть дар речи не потеряла. Позвонить сразу не смогла, дела.

– «Шишка»? – Вика положила ногу на ногу и отпила из чашки. – И кто он?

– Глава особого департамента правительства.

– Реально что ли? – Вика поперхнулась. Прокашлявшись, воскликнула: – Вот это сюрприз! Ты знаешь, как с ним встретиться? Мне нужно его увидеть.

– Продолжаешь меня удивлять, подруга! Увидеть. Хм! Думаешь, он станет тебя слушать?

– Мне очень надо, Маш. Я должна передать ему письмо. Мама просила, понимаешь? Она оставила мне этот конверт вместе с предсмертной запиской. Попросила разыскать Брайана и отдать ему. Это важно для нее.

– А что в конверте?

– Не знала и знать не хочу, – выдохнула Вика.

– Смеешься? – пшыкнула подруга. – Неужели ты не хочешь узнать, почему она пыталась уйти из жизни? У тебя не возникло вопросов, почему она оставила это письмо? Почему именно Брайану? Откуда вообще она его знает? Что их может связывать кроме секса? Думаю, ответ в письме.

– Секса? Да ты брось! Я бы знала, если бы у мамы кто-то был. А тем более мужик из правительства. Да и почему именно сейчас она о нем вспомнила? Я задумывалась над тем, кто этот Брайан, но не могу, понимаешь, не могу вскрыть письмо! – Вика вскинула руки. – Даже не уговаривай!

– А что, если в конверте важная информация, из-за которой твоя мама решилась на такой шаг? Например, компромат на кого-то? Она же работала в какой-то крупной фармацевтической компании. Что если там что-то о вирусе? Вполне может быть.

– Я не знаю, солнце, и не буду лезть во все это. Просто встречусь с Крайтоном и передам конверт, как того хотела мамулик. Я обещала, понимаешь?

– Возможно, ты права. Если в конверте компромат, тебе лучше не вмешиваться. Брайана Крайтон опасный человек. Я знаю. Давненько под него копаю.

– С ума сошла?

– Ничего удивительного. Конфетки бери, чего сидишь? Вкусные, – протянула Машка. – Вик, короче, я кое-что нарыла о Крайтоне. Он просиживал в Думе штаны лет десять, но с появлением вируса пробился к власти: стал главой департамента. Я копнула глубже и узнала… вернее ничего не узнала. О Крайтоне нет никакой информации: где родился, вырос, кто родители, словно этого человека вообще не существует. Понимаешь о чем я?

Она наклонила голову и вопросительно приподняла брови, ожидая ответа. Вика растерянно пожала плечами.

– Ни нарушений, ни штрафов, ни кредитной истории – ничего, словом, он вылез из низов и сразу стал важной «шишкой». Так не бывает. У него хотя бы должен был быть покровитель, согласись? Лично меня эта скрытность настораживает. Крайтон что-то скрывает, и я непременно выясню, что. Подозреваю, он не тот, за кого себя выдает. Вот о чем я.

– Маш, оно тебе надо? – спросила Вика, сделав очередной глоток. – Не лезь в это дерьмо, а то вляпаешься по самое «не хочу». И что потом?

– А потом, суп с котом. Викусь, я-то выкручусь, а вот ты… Говорю – Брайан опасный человек, а ты все равно хочешь с ним встретиться. Ну и храбрая же ты, Отрадная! – воскликнула подруга, хлопнув Вику по плечу. – Я горжусь тобой, упрямица моя. Короче, вот тебе его номерок, надеюсь, сумеешь договориться о встрече. Будь осторожнее. Он чертовски красив и обаятелен, зараза! Как дьявол.

Вика набрала в легкие побольше воздуха и тяжко выдохнула через рот. Что ж, терять времени она не будет. Сейчас же позвонит, назначит встречу, отдаст конверт и наконец-то вернется домой. Вика отправилась в гостиную за мобильным.

– Ну, вперед! – воскликнула, вернувшись в кухню.

Набрала записанный подругой номер и с нетерпением ждала, когда на том конце провода раздастся тяжелый властный голос. Именно таким сложился в голове образ Брайана из рассказов Марии: жестокий, не терпящий возражений, упрямый и требовательный. Вика взволнованно теребила шнурок мобильника и нервно покусывала губы. И когда в трубке послышался мужской голос, она растерянно замолчала, открыв рот. Слова застряли в горле.

– Э-э-эм… Здравствуйте, Брайан! – наконец воскликнула Вика, взяв себя в руки. – Вы меня не знаете, да и я Вас тоже, но, прошу, уделите мне всего пять минут.

Что же я несу? Она бросила взгляд на подругу.

– Хорошо, я слушаю, – его голос смягчился.

– Меня зовут Вика. Я должна передать вам письмо по просьбе одного дорогого мне человека.

– Извините, но вы обратились не по адресу. Всего хорошего!

– Нет, постойте! – выкрикнула Вика. – Имя Ульяны Ветровой Вам о чем-нибудь говорит?

Повисло тягостное молчание. Он в обморок что ли упал?

– В кафе на Луначарского через два часа, – вдруг вымолвил Брайан.

– Спасибо. Я приду.

Сбросив вызов, Вика обняла подругу.

– Солнце, благодарю за помощь. Я этого никогда не забуду.

***

Ровно через два часа Мария подбросила Вику в кафе, а сама осталась молча наблюдать в машине.

Цокая каблуками по асфальту, Вика лавировала мимо столиков, раскинувшихся под затянутым тучами небом. Вскоре ее взгляд выхватил среди десятка лиц одно знакомое, то, которое она видела на фотографии. Вика приблизилась к Брайану. Машка была права, воочию он безумно красив, на фотографии выглядел не таким совершенством. Мужчина лет сорока, но ни чем не уступавший во внешности двадцатилетнему парню. Молодое лицо, карие миндалевидные глаза, обрамленные густой волной ресниц, пронзающие насквозь. Вика невольно сглотнула, усаживаясь на стул. Крайтон ослабил галстук, выжидающе глядя на нее. Видимо ждал, когда она отдаст то, с чем явилась.

– Добрый вечер, – натянуто улыбнулась она. – Я – Вика.

– Вика, – медленно повторил Брайан, словно пробуя на вкус ее имя, смакую каждую букву. – Рад знакомству. Брайан.

Он протянул руку. Вика, несмело пожав ее, улыбнулась.

– Давайте сразу перейдем к делу, – начал Крайтон. – У меня мало времени.

Вынув из сумочки конверт, протянула его собеседнику.

– Это от Ульяны? – Брайан взял письмо и бросил оторопелый взгляд на Вику.

Она кивнула. Ее озадачило то, как нежно Брайан произнес имя мамы, будто они давно и близко знакомы. Может, Машка права, и они, в самом деле, были любовниками? Если нет, то что их связывало? Не думая ни секунды более, Вика задала самый важный на сегодняшний день вопрос:

– Откуда вы знаете мою маму?

– Ульяна Ваша мать? – удивленно спросил он, запустив пальцы в темные волосы, зачесанные назад.

Непослушные пряди упали на невысокий лоб.

– Да. Это что-то меняет?

– Просто не думал, что у нее есть дочь. Мы с Вашей мамой очень давно знаем друг друга. К сожалению, уже давно не виделись.

Вика опустила глаза. Если Брайан и мама – давние друзья, он бы мог одолжить денег на операцию. В душе затрепетала надежда на то, что мама может поправиться окончательно.

– Я не знаю, что в этом письме, и написала ли мама о… – она запнулась на слове, – о том, что собиралась покончить с жизнью.

Рассказав Крайтону о случившемся, Вика без зазрения совести попросила у него деньги в долг.

– Я все верну… Со временем. Если не сделать операцию в ближайшие полгода, она навсегда останется инвалидом. Мама с этим не смирится и может снова попытаться…

– Так, все, не нужно пессимистических мыслей, – оборвал на полуслове Брайан. – Сбросите мне эсэмэской название больницы, где лежит Ульяна. С ней все будет хорошо. Я об этом лично позабочусь.

Слово «лично» внушило доверие. Он произнес его так, что Вика вдруг беспрекословно поверила в то, что этот человек не оставит ее мать в трудную минуту.

– Мне нужно идти. – Крайтон поднялся, отдернул смятый пиджак и удалился.

Глава седьмая

В полшестого утра подруги уже сидели за столом в кухне, попивая свежий кофе. Вика хотела проводить Машу на работу, поэтому поднялась рано, желая сделать ей приятное. Приготовила сандвичи, сварила любимый Машкин напиток – все для нее, любимой. Зевая, Вика сладко потягивалась, ощущая каждую окаменевшую мышцу. Все-таки непривычно спать не в своей постели. Говорят, когда спишь на новом месте впервые, приснившийся мужчина и будет твоим суженым-ряженым. Вика действительно видела во сне молодого человека. Она была уверена, что никогда его не знала, но странное чувство, преследующее ее всю ночь, оставило странный осадок в душе.

В дверь неожиданно позвонили.

Кто бы это мог быть так рано? Хотя, чего удивляться, Машка – известный в Москве журналист, может быть, ее часто посещали осведомители. Пока подруга открывала дверь, Вика дожевывала бутерброд. Внезапно из коридора послышался голос, и он явно походил на голос Крайтона. Брайан кричал, что пришел за Викой, был чересчур взвинчен, нет, даже разъярен. Вика нервно сглотнула, не зная куда деться. Что ему от нее нужно? Зачем он здесь, да еще и кричит? Наверное, всему причиной стало письмо, которое Крайтон прочитал. Но что же такого страшного мама в нем написала? Вика отпрянула к окну, и в этот момент перед ней показался Брайан. Машка пыталась остановить его, хватала за рукава пальто, кричала, что за проникновение в частную собственность призовет его к ответственности. Брайан был непоколебим. Он быстро приближался к Вике, в глазах горело пламя ярости. Страх защекотал нервы, вынуждая жаться спиной к подоконнику.

Господи, Машка ведь предупреждала, что он опасен, а она не слушала. К тому же Вике до сих пор неизвестно, что находилось в загадочном конверте.

– Ты пойдешь со мной, – приказал Брайан не терпящим возращений тоном, схватив Вику за руку.

Она трепыхнулась, но вырваться не получилось. Слишком сильна оказалась хватка, будто стальные оковы, сжали запястье.

– И когда это мы успели перейти на «ты»? – прыснула Вика, пытаясь освободиться. – Да пустите же!

Брайан ничего не ответил, просто вдруг отпустил.

– Одевайся. У тебя пять минут.

– Я никуда с Вами не пойду!

Он словно не слышал Вику:

– Возьми самые необходимые вещи, сегодня ты будешь ночевать в другом месте.

Страх сковал. Что же Вика сделала? Неужели он хочет арестовать ее? Нет, иначе бы сразу об этом сказал. Когда она успела перейти дорогу главе особого департамента правительства? Правительства! Боже, чего Крайтон хочет?

– Какое Вы право имеете? – возмутилась Машка.

Ох, лучше бы она не вмешивалась! Брайан медленно повернул голову в сторону подруги, окинул ее бешеным взглядом, таким, что Вике стало безумно страшно за Марию. Взгляд маньяка, ему трудно противостоять. Лучше сделать все, как велит Крайтон, тогда никто не пострадает. И Вика пошла за вещами.

Собрав необходимое: кое-какую одежду, предметы гигиены, белье, косметику, документы, Вика дрожащими руками застегнула молнию на сумке. От неизвестности дрожали колени. Надев джинсы и серый вязаный кардиган, вышла в гостиную, где ее ждали Брайан и Машка. Подруга с презрением смотрела на незваного гостя, а когда он с Викой вышел из квартиры, крикнула вслед, что так этого не оставит. Но лучше бы она не лезла в это дело. Вика как-нибудь сама справится. По крайней мере, попытается. Все-таки Брайан старый приятель ее мамы. Он не посмеет причинить вред дочери человека, которому хочет бескорыстно помочь. Или не бескорыстно? Что если вместо оплаты он решил воспользоваться Викой, и жизнь матери с этого момента зависит от нее?

У подъезда их поджидал черный джип с крутым номером C 007 CC. Брайан галантно распахнул дверь перед Викой, она послушно залезла на заднее сиденье. Интересно, куда он ее повезет? Сам «похититель» устроился по соседству, велев водителю ехать. По дороге Брайан слова не проронил, лишь только подозрительно поглядывал на Вику, которая умирала от страха и любопытства одновременно. Может, он маньяк?

Наконец страх немного притупился, и Вика сумела поднять глаза на Крайтона.

– Делайте со мной что хотите, но, прошу, помогите маме. Спасите ее.

– Я же обещал, – не глядя на Вику, ответил он, потом снова погрузился в мысли, но ненадолго. – Почему ты презираешь мужчин?

– Кто Вам это сказал? – спросила Вика, чувствуя, как щеки обжег румянец.

Он практически попал в точку. Вика не то чтобы презирала, но негатив испытывала. К особому контингенту мужчин.

– Догадался.

– Потому что все мужики – козлы, понятно? И Вы в том числе. Я в этом уже убедилась.

Она потерла запястье, где все еще ощущала натиск сильных пальцев Брайана. Он хмыкнул. Машина притормозила на светофоре.

– Надеюсь, ты изменишь свое мнение, когда узнаешь меня лучше.

– Не собираюсь этого делать, – резко возразила она.

– Придется, ведь мы будем жить вместе, – сообщил Крайтон.

Сердце на несколько секунд остановилось.

– Что? – возмутилась Вика. Да как он смеет? Против ее воли.

– Что слышала, строптивая, невоспитанная девчонка, – хладнокровно ответил Крайтон. – Буду тебя перевоспитывать.

– Это я невоспитанная? И это говорит тот, кто недавно хватал меня за руку и силком запихнул в машину?

– Ты сама села, – все так же невозмутимо держался он.

– Признаюсь, преувеличила, но это дела не меняет. Я не хотела ехать с Вами. Кстати, почему я до сих пор тебе «выкаю»? Ты сумасшедший! Маньяк! И не достоин уважения.

Наконец-то джип тронулся. Помчался по шоссе, лавируя между движущихся автомобилей.

– Я все еще жду ответ на вопрос: почему ты предвзято относишься к мужчинам?

– Я же сказала, что все вы козлы! – на эмоциях прыснула Вика.

– Это не ответ. Должна быть причина.

– Ладно… – она нервно облизнула губы. – Отец бросил семью, когда мама носила под сердцем меня. Ушел к другой. Только негодяй мог так поступить. Муж шлялся по барам, в то время как я пропадала в институте. Нашел себе любовницу, думал, не узнаю. Развелись. Начальник предлагал стать его подстилкой. Этого достаточно для предвзятого отношения или продолжить?

– Не нужно.

– Вот и говорю – мужиками правит секс. Все вы похотливые кобели.

Вика про себя усмехнулась. Кто бы мог подумать, что о таких вещах она будет говорить человеку из правительства. Больше она ни слова не сказала до самого дома.

Водитель проехал в открытые ворота и припарковал автомобиль у крыльца двухэтажного частного особняка. Окна лукаво поблескивали на солнце, дом напоминал немалый бриллиант и вызывал восхищение. Вот это громадина! Сдавалось, Вика попала в сказку, но не тут-то было. Внутри все оказалось еще гораздо красивее. В холле по обе стороны стен взмывали на второй этаж две лестницы. По одной из них сейчас поднимался водитель Брайана с Викиной сумкой в руках. Лестницы сходились в центре, образуя балкон, откуда, по-любому, зал был как на ладони.

Вика замерла и взглянула на блестящий полимерный пол. Она стояла на круге, в центре которого красовалась буква «К», а по бокам оливковые ветви. Рисунок походил на логотип или товарный знак. Подняв голову, увидела огромную хрустальную люстру, свисающую с потолка, точно диковинный цветок из сада Адониса.

– Пойдем, я покажу твою комнату, – велел Брайан. – А во время ужина расскажу, что написала твоя мама.

Неужели Вика была права, и ее внезапный переезд к одному из самых влиятельных персон России связан с письмом?

Она поднималась по лестнице вслед за своим «похитителем», держась за гладкие, приятные на ощупь перила. Пройдя по длинному широкому коридору, Вика и Брайан оказались возле комнаты. Крайтон осторожно распахнул дверь, пропуская ее вперед.

На двуспальной кровати, застеленной темно-фиолетовым блестящим покрывалом, лежала сумка с вещами Вики. Напротив располагался высокий изящный столик из темного дерева, а над ним висел жидкокристаллический телевизор. Между вытянутыми узкими окнами, занавешенными плотными шторами в цвет покрывала, стоял диван, обтянутый бежевой кожей. На паркетном полу лежал ковер точно такого же цвета. К противоположной стене прилегал плательный шкаф и несколько стеллажей для разной мелочи.

– Спасибо, конечно, за такую комнату, – сказала Вика, разглядывая интерьер, – но я не собираюсь оставаться здесь надолго.

– Давай ты решишь это после того, как я расскажу, что в письме.

Вика кивнула.

– Вот, возьми это. – Брайан вынул из кармана серебряный крестик, держа за обычную льняную веревку. – Надень и никогда не снимай. Это важно. Когда-нибудь я расскажу почему.

Она протянула руку и взяла крест, повесила на шею и спрятала под майку.

– В общем, пока разложи вещи, а я займусь делами. Встретимся в обеденном зале за ужином.

Как только Брайан ушел, Вика принялась раскладывать одежду. Если Крайтон не собирается причинять ей зло, то зачем насильно увез от подруги? И потом, что мама могла написать ему перед тем, как совершить страшный поступок? Она ведь собиралась умереть…

Вика кое-как дождалась вечера. Рассматривая себя в зеркало, отметила, что серое обтягивающее платье длиной чуть выше колен и рукавами-фонариками удачно подчеркнуло фигуру. Вполне неплохой выбор для ужина с главой департамента. Не слишком вызывающе, в меру скромно и удобно. Распустив волосы, спустилась в гостиную.

***

Обеденный зал был внушительных размеров. Вика словно попала на королевский прием. Длинный стол, заставленный красивыми закусками и яркими фруктами. Такое обилие еды Вика видела разве что на корпоративе. И все это только для нее. Перед ней стояло плоское блюдо с паэльей и бокал изысканного красного вина. Волнение все сильнее теплилось в груди. Словно на приеме у президента. Подозрительный взгляд Брайана, сидящего напротив, вынуждал нервничать. Чего он так смотрит? Вика нервозно тыкала вилкой в тарелку, стараясь не смотреть в омут темных, точно два каштана, глаз.

– Давай выпьем за знакомство, – вдруг сказал Крайтон.

Вика вздрогнула и несмело подняла взгляд. Улыбнувшись уголками губ, взяла бокал. Ей не терпелось услышать о том, что же мама написала в письме, но Брайан, будто нарочно тянул время. Черт его дери!

– Понимаю, тебе не терпится узнать, что в письме, – подтвердил он ее мысли, – но я бы сначала хотел поговорить о тебе.

– Только при условии, что после Вы ответите на мои вопросы. Баш на баш. – Вика сделала глоток, вино приятно обожгло горло. – Я должна доверять Вам, если уж нам придется жить под одной крышей.

– Согласен.

– Задавайте свой вопрос.

– Почему ты не научишься прощать? Мне кажется, в тебе слишком много ненависти, которая перекрывает воздух.

– Это мое право – ненавидеть. К сожалению, меня окружали не только хорошие люди. Были и те, кто предавал. Наверное, это пошло из детства… Когда я впервые спросила у мамы про отца. Трехлетняя девочка не могла понять, почему у всех есть папы, а у нее нет. Лишь в одиннадцать я узнала, что этот трусливый подлец сбежал, узнав о беременности мамы. Да еще и к другой бабе, – Вика исподлобья взглянула на Брайана. – Моя очередь. Где Ваша семья?

– У меня нет семьи. Ни жены, ни детей – никого.

– А друзья?

– Всего один, но это уже второй вопрос.

– Ну и работку Вы себе выбрали, – хмыкнула Вика. – Ваш вопрос?

– У тебя есть враги?

– Кто же их знает? Возможно, и есть. Думаю, у каждого найдется хоть один враг.

– Такого ответа мне достаточно, – прищурился Брайан.

Вика задумалась. Ей хотелось скомпрометировать его, задать вопрос, на который бы он отказался отвечать.

– Расскажите мне о вирусе. Откуда он взялся? – спросила она, уверенная в том, что Крайтон не станет разглашать правительственную тайну.

– Хм. Интересный вопрос. – Брайан на несколько секунд задумался. – Ты знала, что вирус имеет искусственную природу?

Слова Брайана потрясли Вику. Неужели он настолько уверен, что она не растреплет об этом всему городу уже завтра?

– Что это значит? Его создали искусственно?

– Именно.

Вот тебе на! Оказывается, какая-то сволочь хотела нарочно погубить человечество? Невероятно! Права оказалась Машка – здесь что-то нечисто.

– Кто-то намеренно убил всех этих людей? А зачем Вы мне это говорите? – растерялась Вика.

Она ошибалась на счет Брайана.

– Ты сама спросила, – он вскинул брови.

– Да, но разве это не секретная информация?

– Секретная. Но… Доверие. Разве не этого ты хотела? – удовлетворенно улыбнулся Крайтон и глотнул вина.

Вика растерянно опустила глаза. Выходит, маме есть на кого положиться в трудную минуту. И раз уж дело на то пошло, можно попытаться выудить еще немного информации. Вспомнив слова подруги о том, что Брайан «черная лошадка», чья жизнь покрыта тайной, спросила:

– Как Вы стали главой департамента? Не помню, чтобы до момента эпидемии ваше лицо мелькало по телевизору. Как-то все загадочно. Никому не известный депутат внезапно стал важной правительственной персоной, – разошлась она.

Брайан изменился в лице. Напрягся, нахмурился, поджал губы, исподлобья уставившись на Вику. Она заметила, как раздуваются его ноздри.

– Это тебя не касается, – сказал, как отрезал. – Настоятельно советую не лезть в мои дела. Я сам решу, что тебе нужно знать, а что нет.

Резкий тон не понравился Вике. Это указывало лишь на то, что подруга не зря начала копаться в «грязном белье» Крайтона. Напряжение, повисшее в воздухе, стало раздражать. И чтобы развеять обстановку, Вика задала очередной вопрос:

– Мамулик никогда не рассказывала о Вашей дружбе.

– По моей просьбе. Не хотел впутывать ее в свои дела, порой не совсем чистые.

– Но я же ее дочь, мне-то могла рассказать.

– Могла, но, видимо, не сочла нужным, – предположил Крайтон.

– Что изменилось в этот раз? Почему она отправила меня к Вам? Давайте, Брайан, раскройте карты. Не испытывайте мое терпение.

Вика положила вилку. Аппетит пропал. Появился лишь азарт и желание вывести Крайтона на чистую воду. Он не должен скрывать правду, если хочет, чтобы Вика жила в его доме.

– Ульяна считает, что тебе угрожает опасность, поэтому ты здесь, – откликнулся Брайан.

– Опасность? Вы смеетесь? – нервно хихикнула Вика. – С чего бы мне верить? Может, Вы один из тех кобелей, которые привыкли получать все, чего хотят? Можно мне взглянуть на письмо?

Брайан сделал вид, что не слышал оскорблений.

– Я покажу тебе его часть.

Он извлек из внутреннего кармана дорогого серого пиджака конверт. Вынув письмо, сложил его пополам и протянул Вике.

– Читай. Здесь.

Вика вбросила взгляд на строки, написанные почерком матери.

«…Я собиралась в Москву, чтобы разыскать тебя, но внезапно получила электронное письмо с угрозой. Неизвестный обещал расправиться с Викой, если я уеду из Новосибирска. Время от времени мне напоминали, чтобы я не покидала пределы города. Брайан, прошу, помоги моей девочке! Кто-то хочет отобрать у меня дочь, только ты сможешь ее защитить. Ты моя единственная надежда…»

– Боже мой, – Вика обеспокоенно прикрыла рот ладонью. – А если мама не сама спрыгнула с той долбаной крыши?! Ее ведь могли столкнуть. Накачать какой-нибудь дрянью и затащить на крышу. Поэтому она не помнит, как решилась на такой шаг. А если опасность все еще существует? – Она убрала с колен салфетку, бросила на стол и соскочила с места. – Мне нужно срочно вернуться в Новосибирск!

– Возможно, ты права, все именно так и было, но не руби с плеча. Мы должны действовать обдуманно. Никаких резких телодвижений. Этим ты можешь все испортить. Эмоции в данном случае лишь во вред.

Вика запустила пальцы в волосы. Единственная мысль не давала спокойно дышать: что если мама в опасности? Как Вика могла оставить ее одну в таком состоянии?

– Да пока мы будем сидеть, сложа руки, с ней может случиться беда! – злилась Вика, не понимая спокойствия Крайтона.

– Я еще вчера, как прочитал письмо, отправил человека в Новосибирск, – заявил Брайан. Вика не заметила его приближения. Он взял ее за плечи и слегка встряхнул. – Все будет хорошо, Виктория!

– Как я могу Вам верить? – она подняла на него глаза. – Я Вас не знаю! Не давайте обещаний, которых не сможете сдержать.

– Послушай, я сейчас позвоню своему агенту и узнаю, как там твоя мама. Хорошо?

Он убрал руки с плеч Вики и, достал из кармана брюк мобильный, набрал номер.

Вика с нетерпением ожидала ответа, взвинчено теребя обручальное кольцо на левой руке.

– Андрей, ну как там дела? Как Ульяна? Все хорошо? Ничего подозрительного?.. Ладно. Будь внимателен, ничего не упусти. Если что, сразу звони в любое время. До связи.

Закусив губу, Вика вопросительно смотрела на Брайана.

– Все хорошо. Ульяна чувствует себя отлично, – успокоил он. – Скоро ей сделают операцию, и она снова сможет ходить. Я распорядился, чтобы нужную сумму перевели для твоей мамы на счет больницы. Так что не переживай. Как только мы найдем человека, угрожающего вам, ты сможешь вернуться в Новосибирск.

– Спасибо. – Вика, сама от себя не ожидая, обняла Брайана и прижалась так крепко, как могла. В глазах застыли слезы. – Вы правы, не все мужчины козлы.

Она почувствовала на спине теплое прикосновение рук, и ей стало спокойно, как никогда.

Глава восьмая

Прошла неделя с того момента, как Вика переступила порог этого дома. Жить под опекой Крайтона оказалось не так просто. Независимость Вики была ущемлена, она тяжело переносила это. К счастью, Брайан оказался порядочным человеком. Иногда Вику даже пугало то, с какой теплотой и заботой он к ней относился. Не понимала, почему Крайтон так печется о совершенно незнакомой девчонке. И мама тут вовсе не причем. Здесь нечто большее… Может, дело в личной симпатии? Возможно, он хочет большего, чем просто соседство под одной крышей? Эти мысли изводили Вику и днем, и ночью, мешали спать и разумно думать. К черту!

Сладко потянувшись в кровати, она сбросила одеяло и отправилась в ванную. Приведя себя в порядок, набросила на плечи темно-фиолетовый халатик из нежного шелка и, нацепив тапочки, спустилась в обеденный зал. Времени было около семи, но Брайан до сих пор находился дома. Он сидел за столом, жуя завтрак и между тем, внимательно изучал какие-то документы.

– Доброе утро, – лениво проговорила Вика, усаживаясь напротив Крайтона.

– Доброе утро, Виктория, – он скользнул по ней взглядом. – Кофе?

За неделю Брайан умудрился изучить ее привычки. Теперь он знал, что каждое утро Вика пьет крепкий кофе, который помогает проснуться, а перед сном слушает классическую музыку, чтобы расслабиться. К сожалению, сам Брайан остался для Вики загадкой, которую ей безумно хотелось разгадать. Он всегда был чересчур напряженным, скрытным, почти всегда уходил от ответов. Но Вика не теряла надежды, что со временем Брайан привыкнет к ней и тогда удастся узнать его лучше. Именно поэтому каждый новый день начинался с вопроса.

– Чем займешься сегодня? – спросила Вика, наливая в чашку кофе. – Может, хоть на несколько часов отложишь дела и покажешь мне город? Надоело париться в четырех стенах.

– Сходи с подругой в кино, – предложил он, затем пригубил чашку, продолжая пялиться в документы.

Как обычно не ответил на вопрос.

– Ты же знаешь, что здесь у меня только одна подруга. Машка не может уделять мне внимание каждый день. – Вика поднялась и, обогнув стол, подошла к Брайану сзади. Положив руки ему на плечи, наклонилась. – Что ты там читаешь?

Он прижал документы к груди.

– Не твое дело. Ты же знаешь, что это…

– …секретная информация, – издевательски продолжила Вика. – Ну расскажи мне что-нибудь! – простонала она. – Ты ведь хотел, чтобы я доверяла тебе. Скажи, над чем работаешь? Это досье на какого-нибудь мафиози?

Вика принялась легонько массировать плечи Крайтона. Пальцы скользили по шелковой ткани рубашки.

– Почти, – сдержанно ответил Брайан.

– Ну расскажи, – не унималась она. – Хоть разок сделай исключение.

– Говоришь так, будто я никогда тебе ничего не рассказывал. А ведь эти знания могут быть опасны. Если хоть кто-нибудь узнает о том, что я тебе рассказал…

– Никто не узнает! – оборвала Брайана Вика.

– Ладно, ты ведь не успокоишься, пока не добьешься своего, – хмыкнул он. – Это личное дело одного опасного преступника.

– Ух ты! И что он сделал?

– Лишил жизни несколько десятков человек. Он серийный убийца.

– Обалдеть! Это все так интересно. Гораздо увлекательнее, чем писать отчеты и подчиняться похотливому начальнику. Ладненько, я тогда пойду пить кофе. И да, мог бы сказать, что приставил ко мне охрану.

Брайан промолчал.

Вика не раз видела, как за ней наблюдает здоровяк в отутюженном костюме. Брайан думал, что она его не заметит? Ну и глупец! Вика всегда была внимательна к мелочам, хорошо запоминала лица, поэтому мужчина, который каждый день мелькал перед глазами, не мог остаться без внимания. Он не был похож на бандита, весь такой опрятный и при костюмчике, что свидетельствовало о том, что это один из секьюрити Крайтона, тех, что круглосуточно стерегут особняк.

С охранниками, что ли, поболтать? Скука неимоверная…

Вика взяла со стола свой кофе и направилась в комнату.

– Я через минуту убегаю, – сообщил Брайан вслед. – Если решишь куда-то сходить, позвони мне, хорошо? Как уже говорил, я должен быть в курсе твоих передвижений. Мы ведь хотим тебя защитить, так?

– Угу, – пролепетала Вика, на ходу пригубив чашку.

Поднимаясь по крутой лестнице, вспомнила о разговоре с подругой, которая настоятельно советовала найти письмо мамы и узнать то, что утаил Брайан. Вика остановилась у его кабинета, ее одолевали сомнения. Мысль о том, что придется рыться в чужих вещах, не доставляла удовольствия, она принципиально не хотела этого делать, так как считала унизительным. Но любопытство и желание узнать о том, чем не захотел делиться ее «опекун» взяли верх над принципами Вики. Если что-то взбрело ей в голову, отступиться уже не получалось…

Осторожно отворив плечом дверь, Вика проскользнула в кабинет. Она знала, что Брайан много времени проводил здесь, но никогда не заходила сюда. Сейчас кабинет пуст, у Вики есть как минимум восемь часов, чтобы найти письмо и узнать всю правду.

В комнате преобладал бордовый цвет, но встречались и оттенки коричневого. Например, кожаное кресло было темно-коричневого цвета, как и массивный письменный стол, на котором царил полный порядок. Кстати, хорошее место для хранения письма. Вика ринулась к нему, поставила кофе и принялась выдвигать шкафчики. Перерыв их, ничего не нашла. Она проверила все книги, аккуратно расставленные в шкафу. Безрезультатно. Куда же он спрятал письмо? Видимо, предвидел действия Вики. Какой же он предусмотрительный, черт его дери! Это лишний раз доказывало, как хорошо Брайан ее узнал.

Вика почти потеряла надежду, но вдруг взгляд замер на корзине с мусором. Смятый в комок бумажный лист привлек внимание. Непроизвольно опустив руку в ведро, Вика достала его и осторожно расправила. Это был фоторобот молодого мужчины лет двадцати восьми, довольно симпатичного, по красоте ни в чем не уступавшего Крайтону. Скорее всего, тот самый «серийник», о котором говорил Брайан. Ну и красивые же эти маньяки! Вика не могла оторвать взгляда от глаз парня. Они точно завораживали, затягивали в бездну, вынуждали неотрывно смотреть на снимок. На мгновение показалось, что когда-то она уже видела это лицо, внушающее непонятный трепет. Да, точно! Вика не могла так просто его забыть. Мысли испарились, время, словно, остановилось на рубеже прошлого и настоящего. Она на миг зажмурилась, чтобы прийти в себя, вернуться в реальность и, смяв листок, бросила обратно в корзину.

Ладно, черт с ним, с письмом. Скорее всего, Брайан хранит его в спальне. Ведь как ни странно, она закрыта на ключ, в то время когда двери кабинета открыты для посетителей. Для отвода глаз, что ли? Не страшно, как-нибудь в другой раз появится возможность пробраться туда.

Полдня Вика провалялась перед телевизором. Умирала от скуки, не зная чем себя занять. Хотелось лезть на стену или содрать эти чертовы обои! Настолько привыкла отдавать себя работе, что и часа не могла просидеть без дела. После недолгих раздумий она решила устроить себе экскурсию по дому, дабы не все уголки этого очаровательного особняка обошла. Вика, конечно, могла уговорить кого-то из накачанных охранников составить ей компанию, но знала, что Брайан бы этого не ободрил. Вместо того чтобы очаровывать белозубой улыбкой секьюрити, спустилась вниз. И, слава Богу, что вычеркнула из списка идею с охранниками, потому как встретила в гостиной Брайана.

– Так рано? – приподняла бровь.

– У меня важная встреча. Только душ приму, – бросил на ходу Брайан.

Это шанс!

Пользуясь случаем, Вика пошла вслед за Крайтоном. Нужно закончить то, что начала утром – найти письмо. Осторожно приоткрыв дверь спальни Брайана, заглянула в комнату. На кровати лежала рубашка и брюки, из ванной комнаты доносился шум воды. Крадучись проникнув в спальню, Вика, не теряя драгоценного времени, огляделась. Здесь не было ни стола, ни книжного шкафа. Заглянув под подушку, ничего не нашла. Проверила матрас – тоже безуспешно. Прикроватная тумбочка оказалась набита полотенцами. А может, он прячет письмо в гардеробной? К несчастью, проверить мысль не успела. Дверь ванной отварилась, и на пороге показался Брайан. От неожиданности Вика прикусила губу и замерла, виновато поглядывая на Брайана.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он, удивленно хлопая глазами.

Руки на бедрах, придерживают влажное полотенце, по груди стекает ручеек.

Вика растерянно сглотнула, нелепо уставившись на Крайтона. Куда деться – не знала. Как выкрутиться, что говорить?

– Э-э-эм-м… жду тебя, – нервно улыбнулась, поправляя волосы.

Внезапно мозг обожгла дурацкая мысль, но она оказалась единственной, поэтому проигнорировать ее Вика не могла. Почти вплотную приблизилась к Брайану и, заглянув в глаза, раскованно прошептала:

– Я тебе нравлюсь? – провела рукой по не обсохшей груди.

Брайан схватил ее за запястье.

– Твой вопрос не уместен! – он повысил тон, поджал губы. В глазах заплясали искорки гнева. – Еще раз попытаешься обратиться ко мне с подобными вопросами, пеняй на себя, поняла?

Вика испуганно закивала, озадаченно смотря в глаза Крайтона. Стыд опалил щеки, злость бушевала внутри. Дура! Не могла придумать что-то получше? Но, черт возьми, как он смеет отвергать ее? Кто он такой, чтобы так с ней обращаться? А Вика тоже хороша: надо же было ляпнуть такое!

Брайан отпустил руку, Вика потерла запястье и пулей выскочила из комнаты. Он еще пожалеет о том, что отшил ее! Злость переполняла. Никогда и никому Вика не позволяла насмехаться над собой и всегда добивалась своего. Любой парень, которого выбирала, попадался в ловко расставленные сети. Брайан не исключение. Разве он не мужчина? А они все одинаковые – кобели.

Немного успокоившись, Вика принялась дальше изучать особняк. Она знала, что Брайан уже ушел и ничто не мешало продолжить с того места, где остановилась. Спустившись вниз, завернула под лестницу, где не раз тайком наблюдала, как Брайан входит в находящуюся там дверь, которая вела… А черт знает куда! Пришло время выяснить, что он скрывает.

На удивление, дверь поддалась натиску с первого раза. Возможно, за ней нет ничего интересного, раз Брайан не запирает ее. Шагнув за порог, Вика попала в узкий темный коридор, освещенный лампочкой у входа. Ничего, свет есть, значит, не так страшно.

Несмело двинувшись вперед, поняла, что виднеющиеся впереди ступени, вероятнее всего, вели в подвал. Это подтверждал и влажный холодок, который с каждым шагом все сильнее сковывал тело Вики. А еще запах сырости. Обняв себя за плечи, она спустилась вниз. Перед глазами предстало довольно просторное помещение, слабо освещенное и унылое. Напоровшись бедром на угол, видимо, стола, Вика потерла ушибленное место. На ощупь отыскав на плоской поверхности фонарь, включила его и взвизгнула, когда лучи света озарили мужскую фигуру. Скованные цепями руки пленника были подняты над головой, а цепь обвита вокруг железной перекладины.

Выронив фонарь, Вика дрожащими руками подняла его с холодного пола и снова направила свет на мужчину. Хотела убедиться, что глаза не сыграли с ней злую шутку. Она испуганно вглядывалась в неподвижное истерзанное тело, все в крови и порезах. Ужас брыкался внутри, повелевая убежать, испариться, но Вика не могла уйти. Что-то не позволяло. Она не понимала мотивов Крайтона, но знала однозначно, что он не вправе вершить самосуд.

Вика обвела взглядом незнакомца. Повсюду кровь… Ноги, как и руки, скованны цепями, а тело пронизано мелкими стеклянными осколками. Увиденное настолько потрясло, что Вика зажала рот дрожащей рукой. Сердце барабанило в груди, едва не разрываясь на части. Какая жестокость! Что бы ни сделал этот человек, пытки – это уже слишком. Если это дело рук Крайтона, то его и животным-то назвать нельзя, потому что звери так себя не ведут. Это бесчеловечно! Не желая больше ни минуты находиться в чудовищной обители мясника, Вика бросила фонарь и выбежала из помещения. Закрывшись в комнате, с ужасом думала о том, что узнала. Даже к ужину не спустилась. Кусок в горло не лез, да и смотреть в глаза Брайана не сумела бы.

А ведь она даже не знает, жив ли тот парень.

Всю ночь Вика не сомкнула глаз. С трудом дождавшись утра, она все-таки решила поговорить с Брайаном о случившемся. Внутри все кипело, нужно было срочно выговориться, поэтому, как только начало светать, она влетела в спальню Крайтона.

– Да кто ты вообще такой?! – закричала Вика. – Кажется, я в тебе ошибалась. Только чудовище может так поступать!

Брайан угрюмо посмотрел на нее, застегивая пуговицы на белоснежной рубашке.

– Во-первых, доброе утро, Вика. А во-вторых, не нужно кричать. Успокойся и объясни, что произошло. Почему вдруг я стал чудовищем в твоих глазах?

– Не понимаешь? – его отрицание еще больше заводило. – Что за человек у тебя в подвале? Ты его пытал? Можешь не отвечать, все с тобой ясно. Похоже, опасаться следует тебя, – бросила Вика и быстро удалилась из комнаты.

Брайан нагнал ее в коридоре, и за локоть развернул к себе.

– Он особо опасный преступник. Моя задача – выбить из него правду.

– Пытая?! Ты серьезно? – она вырвала свою руку. – Мы не в Средневековье.

– У каждого свои методы, – с пугающим спокойствием произнес Брайан. – Жалеешь ничтожество, которое лишило жизней невинных людей? Ты действительно думаешь, что он стоит твоего сострадания? Настоятельно советую больше не спускаться в подвал.

– Ты жесток. Я не могу жить под одной крышей с тираном и больше не нуждаюсь в твоей защите.

– Если ты думаешь, что я так просто отпущу тебя, ошибаешься, – сквозь зубы проговорил Брайан, пригрозив указательным пальцем. – Твоя мама надеется на меня, и я готов на все, чтобы оправдать ее доверие.

– Делай, что хочешь, – фыркнула Вика и быстро удалилась.

После ссоры с Брайаном она чувствовала себя неловко. На душе кошки скребли. Вика стояла на балконе, соединяющем две лестницы в холле. Взглядом проводив «опекуна» до выхода из особняка, задумалась. Память то и дело подбрасывала обрывки увиденного вчера зрелища. Желая убедиться, что мужчина жив, а так же назло Крайтону, Вика отправилась в запретное место. У входа в подвал ее ждал неожиданный досадный сюрприз – здоровенный охранник. В голове тут же созрел план действий. Вика поднялась в кабинет Крайтона, взяла от него ключ, сунула в лифчик и вернулась обратно. Секьюрити стоял в напряженной позе, скрестив руки на груди. На лице ясно написано: «Не входи – убьет». Но Вика сдаваться не привыкла. Нацепив на себя маску искусительницы, легкой походкой направилась к верзиле. Высокие каблуки звонко застучали по темному полимерному полу.

– Привет, – улыбнулась Вика, остановившись перед мужчиной в черном костюме. – Есть минутка?

– Вам что-то нужно, Виктория…

– Андреевна. Но давай опустим формальности. Называй меня просто Викой.

Ей пришлось провести ладонями по своим бедрам, будто разглаживая несуществующие складки на облегающем морковного цвета мини-платье.

– Хорошо. – Охранник опустил руки и мазнул заинтересованным взглядом по Викиной фигуре. Он сглотнул, рот приоткрылся, в глазах блеснул огонек. – Как вам угодно.

– Как тебя зовут? – поинтересовалась Вика, одарив его легкомысленной улыбкой.

– Геннадий.

Она закусила нижнюю губу, гордо задрав подбородок.

– Я давно за тобой наблюдаю, Гена. – Вытащила из-под его пиджака галстук и, нескромно намотав на руку, потянула. Прошептала на ухо: – Ты мне нравишься.

Тот среагировал мгновенно: прижал Вику к себе за талию, так крепко, что ей не удалось выскользнуть. Она выпустила галстук и почувствовала, как заиграли напрягшиеся мускулы на его руках. Гена зарылся лицом в ее распущенные волосы, покрывая жгучими поцелуями шею и область декольте.

– Подожди-подожди, – остановила охранника. – Не перед входом же. Пойдем со мной.

Вика взяла ладонь Геннадия и повела мужчину за собой.

– Я не могу уйти. Приказ Крайтона, – разочарованно отозвался громила, дернув ее за руку.

– Брайан ничего не узнает. Обещаю.

Секунды сомнений улетучились, как только Вика прижалась к нему всем телом и поцеловала гладковыбритую щеку.

– Веди, хозяйка.

Поднявшись по крутой лестнице на второй этаж, Вика снова схватила охранника за руку и повела в кабинет Брайана. Гена опешил.

– Это же кабинет хозяина, – прошептал он, ошарашенно глядя в глаза Вики.

– Тем опаснее и возбуждающе.

Она игриво облизнула нижнюю губу и подтолкнула верзилу к столу, вынудив сесть на край. Вика хотела ускользнуть, но мужчина притянул ее к себе огромными ручищами. Вырваться из стальной хватки оказалось не так просто. Он принялся целовать ее лицо, лапать за всевозможные места. Вика с отвращением уворачивалась от неприятных поцелуев и наконец ей удалось оторвать его от себя.

– Какой нетерпеливый, – томно прошептала. – Я на секундочку отлучусь. Только дверь закрою на ключ.

Вика бросилась к двери, быстро отворила и ловко выскользнула из кабинета. Вынув из лифчика ключ, проворно вставила в замочную скважину и повернула несколько раз.

– Эй, ты что делаешь?! – услышала обеспокоенный голос Геннадия и усмехнулась.

Она в очередной раз убедилась, что все мужики слеплены из одного теста, и соблазнить их не составляет труда.

– Геночка, – театрально произнесла Вика, – прежде чем что-то предпринять, подумай. Или я скажу Брайану, что ты меня домогался. Я закрылась в кабинете, а ты выбил дверь и пытался меня изнасиловать. Так что посиди здесь немножко, а я скоро вернусь. Хорошо? Обещаю не задерживаться.

Вика хихикнула и пошла вдоль коридора. Спустившись в холл, завернула под лестницу и отворила неприметную дверь, ведущую в подвал особняка. Следуя уже знакомому маршруту, за считанные минуты оказалась на месте. Осторожно вошла в слабоосвещенное просторное помещение; сердце резко сжалось. Взяв со стола фонарь, медленно, шаг за шагом приближалась туда, где вчера обнаружила пленника.

Справа звякнули цепи, Вика резко дернулась, направив свет фонаря в сторону. Нервно облизнув сухие губы, заметила темный человеческий силуэт.

– Помоги… – простонал пленник. Цепи снова брякнули.

Живой! Это хорошо.

Его руки, как и вчера, скованны толстыми железными браслетами, цепи от которых тянулись вверх и были обмотаны вокруг перекладины. Вика растерянно водила фонариком вверх-вниз, разглядывая заумную конструкцию. Из одежды на парне были лишь штаны. Вика скользнула по обнаженному крепкому телу. Плоть была пронизана стеклянными осколками… множеством осколков. Багряные пятна крови беспорядочно покрывали грудь и живот. Вика поморщилась.

– Это сделал Крайтон?

Она не могла поверить, что Брайан мог сотворить такое. Если он способен на подобную жестокость, то правильно ли она делает, продолжая жить с ним в одном доме?

– Кто ты? – спросила она и протянула руку к его лицу, приподняла за подбородок.

И тут же оторопела, словно призрака увидела. Вдоль позвоночника змейкой прошла холодная дрожь. Фоторобот этого парня она видела в спальне Брайана.

– Это ты? – лишь сумела выдавить из себя.

Незнакомец простонал, закатив глаза. Голова стала тяжелой. Он вот-вот потеряет сознание! Вика выпустила из рук фонарь, тот брякнул, ударившись о пол. Схватив лицо парня в ладони, она велела ему смотреть на нее.

– Эй, даже не смей отключаться. Я здесь и хочу помочь. Что мне сделать?

– Осколки… – пролепетал в ответ.

Не нужно было слышать окончание фразы, все и так ясно. Вика принялась осторожно вытаскивать крохотные стеклянные частички из его тела. Наверное, так и нужно избавляться от фобий. Хоть руки и дрожали, но на этот раз вид крови не пугал Вику. Она старательно вынимала осколок за осколком, пока они не закончились.

– Освободи меня, – попросил пленник.

– Не могу, – категорично заявила Вика, мотая головой. Она словно очнулась от помутнения, которое привело ее сюда снова. – Боюсь даже представить, что Крайтон со мной сделает. Нет. Я и этого не должна была делать. Не знаю, почему помогла и вообще пришла сюда снова. Все, я ухожу.

Она направилась к выходу. Каблуки зацокали по бетону.

– Постой! – выкрикнул незнакомец, но и ежу понятно, что крик дался с трудом. – Понимаю, ты меня не знаешь, поэтому опасаешься. К тому же Крайтон, скорее всего, наговорил тебе обо мне ужасных вещей. Но, поверь, ты последняя, кому я захочу причинить боль.

Дрожь прошла по телу. Поежившись, Вика обняла себя за плечи. Почему ей кажется, что он не лжет?

Света от лампочки оказалось достаточно, чтобы видеть лицо молодого человека. Что-то в нем казалось до боли знакомым… Именно до боли. Сердце встрепенулось, когда пленник в упор уставился на Вику, словно мысленно повелевая вспоминать. Картинки из сна замельтешили перед глазами. Она пыталась лучше рассмотреть его. Резкий овал лица, губы ровные, четко очерченные, такие, что хочется невольно коснуться их. Аккуратный небольшой нос, сильные густые брови. Но главное – глаза… Точно такие же, как у парня из сна… Светлые, миндалевидные со слегка опущенными уголками, поражающие своей глубиной, затягивающие в омут нежности. Взгляд, молящий о пощаде, но в то же время пугающий, пышущий ненавистью. Точно, это он! Только во сне волосы молодого человека были длинные, пряди закрывали уши, длинная челка слегка прикрывала глаза, а у этого короткая стрижка и челка небольшая, приподнятая от корней. Факт остается фактом – это один и тот же человек, о котором Крайтон рассказывал страшные вещи.

– Прости, но моя жизнь мне дороже. Мама в больнице, и только я могу о ней позаботиться. К тому же, я тебя не знаю.

– Разве? Я – Тим. Тебе нужно лишь напрячь память. Вспомни, Вика.

– Откуда ты знаешь мое имя? – опешила она. – Мы знакомы?

– Когда-то ты уже спасла мне жизнь, – загадочно произнес пленник.

От его слов в душе все перевернулось, будто лед растаял. Вика изо всех сил пыталась извлечь из памяти воспоминания, но не получалось. Нет, что-то подсказывало, что в словах парня есть доля правды, но пока для Вики она казалась недоступной. Не получалось уловить то, что так туманно витало в подсознании… Какие-то смутные образы, обрывки фраз, но главное, печальный взгляд светлых глаз. Эта странная смесь ощущений, слов и мыслей не давала покоя. Все спуталось.

***

«Когда-то ты уже спасла мне жизнь». Тим думал, что произнеся эту фразу, память услужливо подкинет Вике воспоминания. Но ошибался. Недельная голодовка и незначительные увечья сказывались на его способностях. Хорошо, что убить его мог только точный удар заостренным предметом в сердце, а крошечные осколки причиняли лишь ноющую боль, лишали сил и способностей. Судя по всему, Крайтон не собирался убивать Тима или, как вариант, решил насладиться зрелищем, а потом хладнокровно прикончить. С отступниками он никогда не церемонился. Один удар ножом в сердце – и прощай надежда на счастливые бессмертные годы.

Нахмурившись, Вика крутила обручальное кольцо на безымянном пальце левой руки. Она всегда так делала, когда нервничала. Это не ускользнуло от глаз Тима еще тогда, при первой встрече.

– Если я спасла тебя, то почему не помню этого?

– Твоя память заблокировала воспоминания, но ты обязательно все вспомнишь, – пообещал Тим.

Он дернулся. Оковы крепко сжимали запястья. Сколько он уже без крови? Неделю? Две?

– Я не понимаю, – фыркнула Вика. – Что вообще происходит? Кто ты такой?

Ее взгляд казался испуганным. Бедняжка не знала, кто на самом деле Тим, и что это он несколько недель назад заставил ее обо всем забыть. Тогда ему не хотелось вовлекать ее в опасную авантюру, но сейчас она по самые уши в этом дерьме. И Тим обязан помочь ей выкарабкаться. Как Вика попала под покровительство Крайтона, одному дьяволу известно. Но если хоть один волосок упадет с ее головы, Тим лично прикончит его.

– Так, если ты будешь игнорировать мои вопросы, – голос Вики вывел Тима из раздумий, – я развернусь и уйду.

– Нет, нет, не уходи. Дело в том, что когда-то я просил тебя не задавать вопросов, и ты согласилась. Доверилась мне. Сделай то же самое сейчас. Просто поверь, а после, обещаю, рассказать все как есть.

– Что от меня требуется? – холодно отозвалась Вика.

Разумеется, не стоило ожидать, что девушка бросится в его объятия. Она не помнила Тима, но пришло время узнать его и… правду, которую он хотел скрыть ради ее безопасности. Сейчас же, когда рядом с Викой один из самых опасных вампиров, безопасность может ей только сниться. Крайтон что-то задумал, этот хладнокровный вампир не стал бы опекать человека без веских на то причин. И раз уж Тим решил защищать Вику, ей следует узнать то, что он принадлежит к древнему, как сама жизнь, роду бессмертных.

– Достань мне пакет с кровью. Обещаю, после я отвечу на любой твой вопрос.

– Пакет с кровью? – она хотела спросить зачем, но вовремя спохватилась – согласилась же не задавать вопросов. – Постараюсь, – так же спокойно отозвалась она, будто Тим просил пирог с капустой, и тут же направилась к выходу. – Надеюсь застать тебя здесь.

Ему показалось или она съязвила? Ведь к ее приходу его, правда, может не оказаться… в живых. Тим надеялся, что Вике все же удастся не попасть на глаза Крайтону и пронести пакет с кровью в подвал. Тогда он восполнит силы и выберется отсюда.

– Поторопись, – бросил он вслед, когда ее фигура уже скрылась из виду.

Часов через пять скрипнула дверь. Не так уж и много времени прошло. Что для вампира значат пять часов, когда впереди вечность? Вика, как и обещала, принесла заветный пакет.

– Как ты его достала? – удивился Тим. – Надеюсь, не вляпалась в неприятности?

– Подруга выручила. Пустяки, – она напряженно растянула губы в мимолетной улыбке. – Что делать с этим?

Вика протянула пакет. Тим впился в него взглядом и сглотнул слюну. Ноздри раздувались, пытаясь уловить аромат крови. Жажда затмила рассудок, клыки начали удлиняться, впиваясь в губы. В голове стучало одно слово: «Кровь!» Если Тим не возьмет себя в руки, Вика сбежит и больше не вернется. Никогда! Он сжал кулаки, пытаясь совладать с безумным желанием. Сейчас главное – освободиться.

– Дай мне выпить.

К черту слова и убеждения, он покажет ей воочию, кто есть на самом деле.

– Что? – с недоумением отозвалась Вика, замерев перед Тимом.

– Мне нужна кровь. Дай пакет. Дай. – Он всем телом тянулся к Вике, цепи грозно звенели. – Просто поднеси ко рту. Пожалуйста.

Глаза Вики испуганно таращились на вампира. Она все же несмело приблизилась, протянув то, что сейчас ему было нужно больше всего на свете. Как только пакет с кровью застыл перед лицом Тима, он впился в него клыками и, прикрыв глаза, принялся засасывать хоть и холодную, но все равно доводящую до безумия жидкость. Дарующую силы и возвращающую способности.

За секунды разделавшись с едой, он ощутил, как раны стали затягиваться. Силы возвращались. Тим схватился за цепи и сорвал их с железной перекладины одним рывком. Энергия буйствовала внутри, эмоции зашкаливали. Изо рта вырвался крик, больше похожий на рычание. Единственное, что сумел выхватить взгляд Тима – перепуганные глаза девушки, прижимающейся спиной к каменной стене. Сердце ее бешено билось в груди. Он вмиг приблизился и замер в нескольких сантиметрах от нее, прислушиваясь к спасительным ударам. Тук-тук, тук-тук… Животрепещущее тело, не знавшее боли. Втянув носом пьянящий аромат кожи, Тим тут же пришел в себя, словно очнулся от столетней спячки. Боже, как он мог так напугать ее? Вика тряслась, продолжая прижиматься спиной к стене, а взгляд… Взгляд загнанной в угол жертвы.

– Теперь ты все знаешь, – прошептал Тим, погладив пальцами щеку девушки.

Она прикрыла глаза, ноздри раздувались, а грудь вздымалась. Как бы ему хотелось, чтобы Вика наслаждалась его прикосновениями, как однажды, но ее страх был слишком силен.

Тим провел ладонью по волосам Вики и пулей вылетел из особняка. Солнечный свет ударил по глазам. Тим прищурился, машинально прикрыв глаза от яркого света. Хоть кожа вампира и чувствительна к ультрафиолету, но не плавится, соприкасаясь с лучами. Правда этот контакт доставляет массу не очень приятных ощущений, зато можно не прятаться. А с болью вампиры примирились давно.

Тим бежал. Остановился лишь тогда, когда очутился далеко от особняка Крайтона. Принюхался. И снова пьянящий запах отчаяния. Он направился по следу, как обученный пес, в надежде утолить голод и спасти очередную заблудшую душу.

Глава девятая

Вика медленно шла по площади, разглядывая достопримечательности. Сегодня она выбралась из дома для того, чтобы воочию увидеть Кремль. Сидеть под охраной головорезов Крайтона больше не было сил… Вика ловко обвела вокруг пальца очередного охранника и сбежала.

Кремль оказался внушительным, однако она равнодушно рассматривала древние постройки, гораздо больше ее интересовал парень из подвала – Тим. Неужели ей довелось увидеть настоящего вампира? Если нет, то для чего он пил кровь? А потом без проблем сорвал мощнейшие цепи… Он точно вампир. И осознание этого нисколько не пугало Вику.

Как только она остановилась, в памяти словно рассеялись тучи, высвобождая воспоминания. Перед глазами замелькали обрывки ушедших дней: нежные прикосновения, страстные поцелуи, сплетение тел и прерывистое дыхание. Она занималась любовью с Тимом. Да, это было. Ей не показалось! И его рана затянулась за сутки, он назвал это быстрой регенерацией. Значит, Тим точно вампир! И если Брайан держал его в подвале, значит, знал, кто он. Вот чем занимается отдел Крайтона – поимкой вампиров.

– Вика!

Она услышала голос впереди, подняла глаза. Сердце затрепетало. Вика вспомнила все, что было между ними, и его уход.

– Прости, что сбежал, – произнес Тим.

Он стоял всего в шаге от нее. В темной толстовке с накинутым на голову капюшоном и черных штанах. Ни чем не примечательный парень. И только Вика знала, кто на самом деле был перед ней.

– Я знаю, кто ты.

– И тебя это не пугает? – всепроникающий взгляд Тимофея вызывал приятный трепет во всем теле.

– Нисколько. Я хочу знать все. Теперь-то расскажешь?

Неожиданно заморосил дождь. Тим обнял Вику, и они поспешили в ближайшее кафе. Переступив порог заведения, заняли дальний столик в углу, сев друг напротив друга.

– Я так внезапно ушел, что не успел тебя поблагодарить. Спасибо, Вика. Ты снова спасла мне жизнь.

– Пустяки, – улыбнулась она, разглядывая его. – Ты подстригся. Тебе идет.

– А ты все такая же красивая.

Тимофей протянул руку и накрыл ее ладонь своей. У Вики захватило дух.

– Расскажи мне о вампирах.

– Не могу. – Он едва заметно покачал головой и убрал руку. – Ты и так узнала то, о чем не должна была знать. Расскажу больше, и они убьют тебя.

– Кто – они?

– Вик…

– Я не боюсь. Расскажи.

– Ну почему же ты такая упрямая? Ты не представляешь, на что способны наши предводители ради своей безопасности и безопасности своего народа. Если кто-то из людей узнает о вампирах, то все. Это приговор. Таких людей находят и уничтожают. Я открыл тебе тайну лишь потому, что ты под опекой Крайтона. Он сумеет защитить тебя. Кстати, почему он тебе покровительствует?

– Брайан старый друг моей мамы. Он меня защищает, правда я не знаю от кого. Мамулик считала, что мне нужна защита. Вот Брайан и притащил меня к себе. Я одного не понимаю, почему Крайтон держал тебя в подвале? На тебя охотится правительство, ты, правда, преступник? Они знают, кто ты? – вопросы посыпались, как град.

– Вик, тебе не следует вмешиваться в дела Брайана. Поверь.

– Ну хорошо, тогда скажи, мы с тобой еще увидимся?

– Честно – не знаю. Сейчас со мной не безопасно.

Вика закусила губу, вспомнила об изумрудном кулоне, который отдал ей Тимофей в последнюю встречу. Он говорил, что подвеска приведет его к Вике. Теперь им больше не нужно искать друг друга. Нужно вернуть вещь. Расстегнув цепочку, Вика сняла украшение и протянула Тиму.

– Забери. Он больше не нужен. Ты нашел меня.

Тимофей молча взял его и сунул в карман.

– И я уже не потеряю тебя, – улыбнулся он, но вдруг лицо изменилось. Взгляд стал настороженный. – Нужно уходить. За нами след.

Тим поднялся и, схватив Вику за руку, потащил к выходу из кафе. По пути они зацепили вошедшую в заведение женщину. Тимофей извинился.

На улице их ждала облава. Вика опешила и среди всеобщего оживления заметила Брайана.

– Взять его! – крикнул он, указав пальцем на Тима, который крепко держал Вику за руку.

Хватка тут же ослабла, он выпустил ее ладонь и бросился бежать. Следом метнулись пять головорезов в капюшонах, очень похожих на тех, что она видела в своей квартире. Так это были люди Брайана?! Не успев опомниться, Вика почувствовала, как кто-то сзади схватил ее за подмышки и куда-то поволок. Она начала брыкаться, но освободиться не смогла, ее крепко держали. И только на заднем сидении машины, куда ее запихнули, поняла, что это был один из охранников-переростков Крайтона.

– Сиди и не пикай, детка! – велел он, наставляя на нее пистолет.

Вика замерла, глядя на дуло с глушителем, и нервно сглотнула. Вскоре на переднее сиденье заскочил Брайан.

– Ты что, кретин! Не смей наставлять на нее оружие.

– Извините, шеф, – буркнул тот и спрятал пистолет.

Вика несколько секунд таращилась Крайтону в затылок, желая прожечь в нем дырку. А когда «опекун» повернулся, уставилась на него исподлобья, с трудом подавляя в себе желание, выцарапать глаза.

– Ты рехнулась, моя дорогая? Что это еще за выходки? – его взгляд метал молнии. – Пристегнись, дорога предстоит длинная.

Вика не шелохнулась. Ему надо, пусть и пристегивается. Крайтон вышел из машины и вскоре очутился на одном сидении с ней. Перекинул через нее ремень безопасности и защелкнул.

– А теперь объясни, – он повернулся к Вике. – Как Пирси оказался на свободе? Зачем ты принесла ему кровь?

– Откуда ты узнал? – Вика опустила глаза, чувствуя вину.

– Ты даже не удосужилась забрать пакет, – спокойно произнес Брайан. – Я жду.

– Я не знаю, – созналась Вика. Тогда ведь она на самом деле действовала на автомате. Видимо себя не обмануть. Она не помнила Тима, но тело и разум ничего не забыли. – Так получилось. Сначала хотела насолить тебе за то, что ты меня отверг, а потом все случилось само собой. Он попросил достать крови, я позвонила подруге, и та принесла пакет.

– Оперативненько так, молодец, – Вика боковым зрением заметила, как Брайан неодобрительно покачал головой. – Получается, тебе известно о вампирах. О чем еще Пирси успел рассказать?

– Да ни о чем. Все вопросы он игнорировал, так что не волнуйся, все ваши государственные тайны остались неприкосновенными. Тебе не придется пачкать руки, избавляясь от меня.

– Что ты такое говоришь, Виктория?! – возмутился он, будто ему было дело до нее.

Махнул рукой водиле. Тот завел двигатель, и машина рванула вперед.

– А что, разве не так? По крайней мере, в кино всегда избавляются от тех, кто оказался в курсе правительственных тайн. Возьмем в пример…

– Хватит! Не желаю ничего слушать. Пообещай, что в следующий раз, прежде чем совершить глупость, спросишь меня.

– Ха-ха, как смешно, – она скривила лицо.

– Хорошо, допустим, это «да». Далее… Помнишь, я дал тебе серебряный крестик? Ты носишь его? – дождавшись положительного ответа, Брайан продолжил: – Это защита. Благодаря ему, вампиры не смогут завладеть твоим сознанием.

– Обычный крест? Классика. Забавно.

Автомобиль притормозил на светофоре.

– Серебро причиняет вампирам боль, а крест издревле отпугивал нежить. Когда есть раздражитель – вампирские чары не действуют. То же самое на солнце. Если вампир попытается завладеть сознанием человека под солнечными лучами, у него ничего не получится.

– Вампиры не боятся солнца? – удивилась Вика. – Я думала, оно их враг номер один.

– Это миф. Солнце только причиняет неудобства. Можно просто натянуть солнцезащитные очки, укутаться в одежду. Поэтому ни один человек никогда не сумеет выделить вампира из толпы.

– Да уж, – проговорила Вика, уставившись в тонированное окно.

Джип дернулся, пулей помчался в сторону окраины, обгоняя впередиидущие автомобили. У Брайана зазвонил телефон. Он ответил на звонок.

– Да!.. Ушел? Вот черт!.. Ищите, ищите! Если будут какие-то зацепки, сразу звоните мне. Делайте что хотите, но верните Пирси! До связи.

Вика в сердцах улыбнулась. Тимофею удалось ускользнуть. Крайтон со злостью нажал на кнопку сброса вызова и поджал губы.

– Что будет с Тимофеем, когда его найдут?

Вика не заметила, как машина уже подъезжала к особняку. Въехала в открывшиеся ворота.

– Это не должно заботить тебя, – Брайан смотрел вперед, будто сквозь сиденье.

– Он мне нравится. Не трогай его, пожалуйста.

– Как только я получу нужную информацию, он будет уничтожен. Этого не изменить.

Вика стиснула зубы, не зная, как помочь Тимофею. Джип остановился у особняка.

– Выходи, – велел Крайтон, – приехали.

– Брайан, пожалуйста! – она схватила его за рукав пиджака, когда он открыл дверь, чтобы выйти. – Не трогай Тима. Пожалуйста! Я прошу тебя!

Он освободился от ее хватки и захлопнул дверь. Скотина! Негодяй! Вика выскочила из джипа.

– Я ненавижу тебя! Ты не человек! – кричала она, следуя за Брайаном по пятам. – У тебя нет сердца! Убийца! Ты не можешь отнять у меня любимого человека!

Ей и самой стало не по себе от произнесенных слов. Она только сейчас поняла, что, в самом деле, полюбила Тима.

Глава десятая

«Ненавижу Крайтона! Ненавижу! – в сердцах кричала Вика, лежа на кровати и глядя в белый натяжной потолок. – Если он хоть пальцем тронет Тима, я сама прибью его!

Со злостью схватив с прикроватной тумбочки телефон, она перевернулась на живот и набрала номер Машки. Подруга тут же приняла вызов, что странно, зная ее загруженность.

– Привет, симпапуля! – воскликнула Мария. – Ну-с, как твое ничего? Ты как раз вовремя. Я на перерыве. Потом очень длинное и нудное интервью. Ты по делу или поболтать?

– Здравствуй, солнце! Дела… Как бы тебе сказать… – Вика почесала затылок. – Вроде все хорошо, но…

– А вот без этих «но» ты не можешь, нет? Рассказывай, что случилось?

– Ну-у-у, – протянула она, – я тут влюбилась.

– Ха! Сказала так, словно в магазин сходила! Так что же мешает тебе быть вместе с возлюбленным? – поинтересовалась Машка, но тут же опомнилась: – Черт! Это Крайтон? Ну, ты даешь, подруга! Как давно у вас началось? Или он в ус не дует, что ты его…

– Так, сбавь обороты. Это не Брайан, упаси Господи. Да, он красавчик, но, честно, этот отутюженный гусак меня раздражает. Так бы и прибила.

– Вот это да! И чем он заслужил такое твое отношение?

– Он хочет убить Тима… Парня, который мне нравится.

– Которого ты любишь, – уточнила Мария.

– Ну да. Да! Так и сказал, поймаю – убью.

– Так может это метафора? Может, Крайтон тебя к нему ревнует?

– Крайтон ревнует? Ерунда. Он от меня шарахается, как от чумной! И, правда, хочет избавиться от Тима. Видела бы ты его. – Вика перевернулась на бок. – Маш, я не могу сейчас тебе всего рассказать, но поверь, Брайан был серьезен, как никогда. В общем, мне нужна твоя помощь. Подскажи, как лучше припугнуть его, не знаю… шантаж, может, какой. Ну, чтобы он оставил Тима в покое. Ты в таких делах получше меня соображаешь.

– Соблазни его, детка, и сними на камеру, как он лапает тебя. Потом выберешь нужные кадры и напечатаешь фотки. И вуа-ля – он у тебя в кулаке! Крайтону есть что скрывать, и скандал в прессе ему не нужен. А уж я постараюсь раздуть из этих фото историю. Так и вижу, как пестрят заголовки типа: «Глава ОДП силой удерживал девушку в своем особняке» или «Глава ОДП соблазнил юную школьницу». Лицо-то твое мы прикроем… Так что действуй! Камеру я тебе подгоню. Мушка такая, что он ее не заметит, – протараторила Маша.

– Не уверена, что с ним это пройдет. Я уже как-то пыталась его соблазнить, когда он случайно застал меня в своей комнате.

– И что?

– Что-что! Отшил. Сказал, больше так не делать. Отчитал, как пятилетнюю.

– Ну, значит, он гей. Не знаю, каким идиотом нужно быть, чтобы отшить тебя. Короче, попытайся еще раз. Если не прокатит, значит, точно гей. А это тоже тебе на руку. Прикинь, заголовки: «Глава ОДП любит мальчиков» и фото, как он отмахивается от тебя! Ахаха!

– Да уж, – хмыкнула Вика. – Я, конечно, попробую, но не знаю, получится ли. Стремно как-то. Боюсь, сломаюсь или сдохну от отвращения, – прошептала Вика, опасаясь, что кто-то из охранников мог стоять за дверью по приказу Крайтона. – Не люблю мужиков за сорок.

– Не дрефь. Зато мужики за сорок охотно клюют на молоденьких красавиц вроде тебя. Все, давай, мне пора бежать. Удачи. Целую, подруга! Потом расскажешь, как все прошло.

– Давай, солнце! И тебе удачи!

Вика положила телефон на тумбочку, снова легла на спину и уставилась в потолок, обдумывая Машкину версию по спасению Тимофея. Ну а что, вполне нормальный ход. Вдруг Миронова права, и Брайан поведется на шантаж?

Не прошло и двух часов, как курьер доставил Вике посылку от Машки: малюсенькую камеру и флешку с программой. Установив ее на свой ноутбук, Вика улучила момент и спрятала камеру в спальне Брайана на полке, среди статуэток. Когда все было готово, она надела красивое ажурное белье, накинула на плечи короткий шелковый халатик и отправилась в спальню Крайтона. Сердце бешено билось. Выдавая волнение. Только бы получилось! Толкнув дверь рукой, Вика вошла. Брайан в одних штанах лежал на кровати и читал документы. Его тело такое крепкое и хорошо слаженное… Красивая бархатистая кожа… Разве у мужчин бывает такая?

– Брайан, – дрожащим голосом произнесла она. – Я…

– Что-то случилось? – Он соскочил с кровати и, взяв ее за плечи, вынудил посмотреть в глаза. – Ты испугана. Что с тобой?

– Мне страшно одной. Можно я немного посижу тут?

– Конечно, оставайся, если тебе так будет спокойнее.

Он вернулся в постель и снова уткнулся в бумаги. Вика робко села рядом и положила руки на колени. Что-то не давало покоя. Идея соблазнения Брайана теперь не казалась хорошей, но раз пошла на это, нужно довести дело до конца. Ради Тимофея. Вика слегка повернула голову в сторону Крайтона, пробежалась взглядом по мускулистой груди, покрытой темными прямыми волосками.

– Над чем работаешь? – взволнованно пролепетала она, не узнавая своего голоса.

Она развернулась к нему всем телом, наклонилась вперед и коснулась крепкого плеча.

– Кое-что по работе, – равнодушно бросил он, даже не подняв глаз.

Вика, упираясь ладонями в жесткий матрас, приблизилась к Брайану и томно прошептала на ухо его имя, едва касаясь кожи.

– Может быть, мы… – не унималась она, продолжая разыгрывать симпатию.

Не дав ему опомниться, ловко сбросила с плеч халат и нависла над Крайтоном. Он возмутился, попытался подняться, но Вика не позволила: уперлась ладонями в его грудь, завалила на кровать.

– Ты что?! – разозлился он. – А ну пошла вон!

– Я не кусаюсь, не бойся. Ты ведь тоже этого хочешь.

Вика попыталась поцеловать Брайана, но он изворотливо перекатился в сторону и встал с кровати. Черт бы его подрал! Почему сопротивляется? Неужели Машка права, Брайан – гей? Она села, закинув ногу на ногу, и сексуально выгнулась.

– Ты не понимаешь, что творишь, Виктория! – Брайан подбоченился, пронзая ее гневным взглядом.

– А что такого? Мы достаточно знакомы и оба взрослые люди. Я все поняла. Ты приревновал меня к Тиму, разозлился, увидев нас в кафе. Ты мне нравишься, Брайан, а я нравлюсь тебе. Так что же нам мешает немного побезумствовать?

Сама не ожидала от себя такого… Щеки опалила краска стыда.

Брайан тяжело вздохнул, запустил пальцы в волосы и прошелся по комнате. Плотно сжатые губы и вздымающаяся грудь выдавали его ярость.

– Ты многого не знаешь, Виктория! – Брайан остановился у окна, и потер подбородок. – Черт! Я больше не могу скрывать. Да простит меня твоя мама.

– Причем здесь мамулик? – Вика от удивления соскочила с кровати и уставилась на Крайтона. – Вы что были любовниками? Поэтому ты не хочешь меня? Все еще любишь ее? Какой кошмар! – Она пригладила волосы. – Мог бы сразу сказать, я бы тогда не питала иллюзий и не выставляла себя круглой дурой.

– Вика! Успокойся и не говори ерунды.

– А что мне еще думать? Ты уже второй раз отвергаешь меня. Я такая страшная или от меня воняет как-то не так?

Она скрестила руки на груди.

– Вот ты снова говоришь глупости. – Брайан коснулся ее плеча. – Ты очень красивая и нравишься мне, но…

– Снова «но». Почему нельзя обойтись без них? Почему нельзя просто подойти, – она приблизилась и взяла лицо Брайана в ладони, – и поцеловать.

Губы потянулись ко рту Крайтона, но он вдруг резко схватил Вику за запястья и отстранил от себя.

– Потому что я твой отец! – выдал он и отпустил ее руки.

Слова разразились точно гром среди ясного неба. Вика застыла на месте, неотрывно смотря в глаза Брайана. Пыталась понять. А когда до нее дошел смысл сказанных им слов, она неосознанно прикрыла откровенное декольте ладонями и нервно рассмеялась.

Что он несет? Как он, может быть ее отцом, ему же от силы сорок?! А маме уже под пятьдесят.

– Если ты не хочешь меня, так и скажи. Незачем придумывать небылицы, Брайан. Сколько же тебе было лет, когда вы с мамой зачали меня? – хмыкнула Вика. – Пятнадцать-шестнадцать? Ромео и Джульетта, блин! Вот только Джульетта не слишком стара была для тебя, нет?

– Мне было четыреста восемнадцать лет, – спокойно произнес Крайтон.

– Зашибись, – нервно хихикнула Вика. – Я что тебе совсем не нравлюсь?

– Виктория, – он приподнял пальцем ее подбородок. Лицо было серьезным, как никогда, – послушай, меня внимательно. Ты не все знаешь. Твоя мама просила не говорить тебе, но я больше не вижу причин скрывать это. Ты должна знать, кем являешься.

– И кем же? – нагло улыбнулась она.

– Ты – дочь вампира, а значит наполовину вампир.

Вика чувствовала, как улыбка сползает с ее губ. Что за ересь говорит стоящий напротив мужчина? Он в своем уме?

– Бред, – недоверчиво промямлила она, а в глазах застыли слезы.

– Не бред. Я – вампир, а ты моя дочь. Ты дампир.

Вика чувствовала, как ею овладевает отчаяние. Подняв с пола халат, накинула его на плечи и отошла к окну, зацепив плечом Брайана. Не произнося ни слова, ошарашенно смотрела вдаль сквозь стекло и хлопала влажными ресницами. Нет, не может быть! Это ложь! У нее нет отца. Но чем дольше думала об этом, тем сильнее свыкалась с мыслью. Все ведь складывается. Мама обратилась за помощью к Брайану… Он заботился о Вике, потому что все это время знал, что та его дочь. Боже, а она как последняя шлюха хотела залезть в его постель. Вика чувствовала отвращение к себе и снова, и снова заживо сгорала от стыда. Губы задрожали, она прикрыла их ладонью. Отчаяние затмило рассудок. У нее есть отец! Отец, которого никогда не знала и понятия не имела о его существовании, отец-вампир! Вика развернулась. Брайан все это время стоял за ее спиной. В гневе она метнула в него фразу:

– Вот как выглядит подонок, бросивший мою маму. Как ты мог?! Почему?! Она же носила под сердцем твоего ребенка. Меня! – сорвалась на крик Вика, одной рукой придерживая халат, другой толкнув Крайтона в грудь.

– Я не знал, что она ждала тебя. Мне нужно было уйти, чтобы уберечь твою маму. В то время Глава нашего рода запретил вампирам состоять в любовных отношениях с людьми. Если бы о нас узнали, ее бы убили, понимаешь? Оливер посоветовал мне жестоко отвергнуть ее, чтобы она возненавидела меня. Поэтому я подстроил так, чтобы она застала меня с другой женщиной.

– Достаточно! – не выдержав подробностей, воскликнула Вика. – Не продолжай.

Ей вспомнился Тим. Он ведь тоже ушел, чтобы защитить ее. Возможно, Брайан не такой плохой, каким кажется, но Вика еще долго не сможет смириться с тем, что он ее отец. И, Боже, она сама наполовину вампир! С детства чувствовала, что не такая, как все. Постоянно видела призраков, хотя не обладала экстрасенсорными способностями. Получается, они видела их, потому что сама наполовину сверхъестественное существо?

– В общем, – промямлила Вика, – мне нужно обо всем подумать. Я спать. И… – опомнилась она, – прости за это шоу.

Все еще чувствуя себя идиоткой, сгорая от стыда, вышла из комнаты.

Глава одиннадцатая

Ночь поглотила столицу. Тим бежал по лесу уже несколько часов. Ищейки Крайтона нагоняли, но ему удалось оторваться. Простое везение. И как Тим не заметил слежки? Эта оплошность могла стоить ему жизни, а Вике сулить кучу неприятностей. Идиот, как он мог не подумать об этом?

Вернувшись в город, Тим побрел по тротуару, освещенному желтым светом уличных фонарей. Остановился у ночного кафе и, снова убедившись, что преследования нет, вошел внутрь. Смесь различных запахов резанула ноздри. Тим поморщился.

– Чашку кофе! – Он махнул официантке рукой, усаживаясь за свободный столик.

Чтобы не выделяться из толпы, вампирам приходится пить и есть. Они не получают удовольствия от пищи. Это просто очередная необходимость, иначе их давно бы обнаружили.

– Еще что-то желаете? – улыбнулась девушка, поставив перед Тимом чашку с кофе.

– Нет, спасибо. – Он сунул ей пятисотку. – Сдачи не надо.

Официантка расцвела и поблагодарила.

Что для вампира деньги, когда для него открыты любые двери? Ему не нужно работать, ведь всегда можно взять платиновую карту у одного из богатеньких буратино, а когда она закончится, найти другого «спонсора».

Залпом выпив горячий напиток, Тим откинулся на спинку стула и задумался. Из головы не выходили мысли о Вике. В ее глазах не было страха, когда они говорили о вампирах. Ни капли! Неужели, Крайтон обо всем рассказал? Это невозможно! В вампирские тайны запрещено посвящать людей, иначе не выжить.

Вампиры с самых начал контролировали все: правительство, транснациональные корпорации, банковскую систему, мировые СМИ, нефтяные и фармацевтические картели, полицию, разведку… Если о них узнавали, то таким людям стирали память, избавляясь от ненужных воспоминаний. А если человек не поддавался гипнозу, его по-простому изводили. У него начинались неприятности, его запугивали. Смертные понятия не имеют, сколько нормальных людей заточены в психбольницы, сколько пропавших без вести уничтожены вампирами только потому, что узнали правду. Это работало веками и будет работать всегда. Но страшнее другое. Для того чтобы система работала, вампирам нужны силы и способности. Кровь необходима для жизни, она поддерживает бессмертное тело в тонусе, а адреналин – наполняет энергией, даруя определенные способности и силу. Такие, как чтение мыслей или манипуляция сознанием. Получить адреналин сложнее. Жертва должна испытывать животный страх, сравнимый разве что со страхом от скорой смерти.

Веками вампиры жили среди людей, сеяли панику, чтобы напитать человеческую кровь страхом и после вместе с кровью жертвы получить порцию адреналина. Такие посевы устраивались регулярно. Войны, терроризм, акции протеста, эпидемии и даже столкновения футбольных фанатов, нападения нацистов и скинхедов – все это планировалось с одной целью: посеять панику и увеличить свои возможности с помощью адреналина в крови жертв. Тотальный контроль везде и во всем!

В этом задействовались не все вампиры, но Тиму не посчастливилось – он оказался в списке распределения. Год назад его отправили в Новосибирск и назначили ответственным за сохранение тайны о существовании вампиров. Если кто-то случайно узнавал о них, Тиму приходилось запугивать таких людей, если они не поддавались гипнозу. Но однажды ему надоело тратить время впустую, обязанности тормозили розыск убийцы сестры, и Тим решил выйти из всего этого. Но ему не позволили. Его имя занесли в список отступников или по-простому – смертников. И теперь он мишень номер один для Крайтона.

Тим очнулся от воспоминаний. Словно побывал в прошлом. Нужно уходить, восполнить силы и затаиться. Пока ищейки на хвосте, подобраться к убийце сестры будет непросто. Но я найду его, и тогда…

Резко поднявшись, Тим направился к выходу из кафе. Оказавшись на улице, замер у двери, втянул носом воздух. Запаха крови не ощутил, зато кожей почувствовал чье-то отчаяние в метрах ста от кафешки. Напав на след очередного самоубийцы, Тим кинулся в нужном направлении. Как собака-поводырь, ведущая слепого хозяина, отчаяние вело Тима на встречу с очередной жертвой, чью душу еще можно спасти. Вампиры очень восприимчивы, они способны улавливать настроение человека, различать эмоции. Отчаяние можно почувствовать за несколько сотен метров. И сейчас Тим четко ощущал на себе всю боль и печаль смертного, жаждущего покинуть этот мир.

Он остановился у девятиэтажного дома, задрал голову, выискивая взглядом человека. След явно вел наверх. Тим подпрыгнул, зацепился за решетку старого балкона, подтянулся, нащупал ногой перила. Оттолкнувшись, ловко ухватился за следующую решетку. Спустя несколько секунд оказался на крыше, стоя за спиной миниатюрной девчонки, голову которой накрывал капюшон серой толстовки. Она стояла на краю крыши, готовая броситься вниз в любую секунду. Тим слышал шум крови в ее венах, чувствовал, как обреченно билось еще живое сердце. Девчонка готова расстаться с жизнью, а он намерен принять в дар ее кровь. Тим не мог иначе. Взять немного крови, а потом отпустить жертву, внушив что-то – не в его возможностях. С того дня, как его обратили в вампира, появились проблемы с самоконтролем. У него не было наставника, который бы научил его останавливаться. Тим всегда опустошал тела жертв. Это стало одной из причин, почему он однажды решил питаться кровью самоубийц – людей, которые сами выбрали для себя смерть. А еще он считал, что таким способом спасает их души.

– Эй! – окликнул Тим.

Девчонка резко обернулась, удивленно захлопав большими заплаканными глазами.

– Ты кто такой? – она наступила на бордюр и посмотрела вниз. – Не подходи!

Он шагнул к ней, игнорируя просьбу, и выставил руки вперед.

– Я не спасать тебя пришел. Просто поговорим, а потом можешь делать, что захочешь.

– Так ты тоже пришел сюда за этим?

Большие глаза обреченно уставились на Тима.

Девчонка всем телом развернулась к нему и скинула капюшон. Белокурые локоны рассыпались по хрупким плечам. Тим оторопел, глядя на ангельское создание, так похожее на его маленькую сестренку.

– Лида? – не веря глазам, спросил он, но отдаленно понимал, что эта девушка не может быть его сестрой.

Но ее небольшой рост, большие глаза и светлые волосы – все напоминало ему о сестре.

– Подойди ближе, не бойся. Я не причиню тебе вреда.

Девушка несмело приблизилась, держась на безопасном расстоянии от Тима. Ветер трепал ее длинные волосы, бросал ей в лицо. Она убирала их, смешно поморщив нос. Точь-в-точь как Лида.

– Сколько тебе лет? – спросил Тим.

– Восемнадцать. А что?

– У меня была сестра. Ты очень похожа на нее. – Тим зло стиснул зубы, вспомнив об убийце Лидии, а потом спросил: – Почему ты хочешь это сделать?

– А что меня здесь держит? – пожала хрупкими плечиками девушка. – Я потеряла все! Родители и сестра, – голос задрожал, – погибли в аварии. Квартиру отобрали за долги. Мне негде жить. Я никто. У меня ничего и никого не осталось. Я не нужна этому миру. В другом мне будет лучше.

Она сжала губы, которые затряслись, из глаз скатились слезы. Девчонка вытерла их рукавом и шмыгнула носом.

– А ты уверена, что попадешь, куда хочешь?

Она отвела взгляд, задумалась.

– Что ты имеешь в виду?

– Души самоубийц не уходят в свет, они застревают между мирами, иногда задерживаются в этом в качестве заблудших душ. Я видел много таких. Поверь, это жуткое зрелище.

– Ты ненормальный! – закричала блондинка, слезы хлынули с новой силой. Ее голос подхватил ветер и разнес по округе.

– Ты тоже ненормальная, раз решилась на такой поступок.

Тим выхватил из ее мыслей сомнения. Она почти поверила ему, но вдруг отступилась. Вспомнила родителей, сестру, боль утраты, бессонные ночи на лавочке в парке без единой крошки во рту. И снова захотела умереть.

– Тогда убей меня, – прошептала девушка, роняя слезы на грудь. – Убей, чего ты стоишь?! Помоги… – в отчаянии зашептала она, будто обезумев. – Все решат, что я сама… Давай же!

– У тебя есть серебряный крестик с собой? – спросил Тим, желая убедиться, что нет помех для гипноза.

– Ты что, рехнулся? Какой крестик?

– Ответь! – настаивал он.

– Нет, нету, – девчонка помотала головой.

Тим подошел почти вплотную, схватил ее за плечи, вынуждая смотреть в глаза, и медленно произнес:

– Сейчас ты спустишься вниз и больше никогда не посмеешь думать о самоубийстве. Поняла?

Девушка закивала.

– Ты забудешь все плохое и начнешь жизнь с чистого листа. – Он достал из кармана деньги и сунул ей в ладонь. – Вот, снимешь комнату. На первое время тебе хватит. Устроишься на работу, встретишь человека, которого полюбишь. Создашь семью. Нарожаете кучу детишек, и все у тебя будет хорошо. Теперь иди.

Девчонка моргнула и, не замечая Тима, направилась к выходу с крыши.

Он еще какое-то время был там. Смотрел вниз, на огни большого города, обдумывая момент, когда предстанет перед убийцей Лидии.

***

Вика была потрясена заявлением Брайана. Мерила комнату шагами, скрестив руки на груди. Как он может быть ее отцом? Почему мама скрывала правду? Лишь потому, что Крайтон вампир? Вопросы лились рекой. Подойдя к окну, раздвинула шторы и вцепилась в подоконник до боли, до онемения. Это не может быть правдой! Мама не могла всю жизнь обманывать. Или могла? Вика запуталась, не знала, кому верить, кого жалеть, а кого осуждать. Полночи не получалось сомкнуть глаз. Какой уж тут сон, когда здесь такое?! Санта-Барбара, ей Богу! Сначала узнала, что вампиры живут среди людей, и парень, который ей понравился, один из них. Потом объявился отец, тоже бессмертный, вдобавок ко всему оказалось, что она сама наполовину вампир. Как тут уснешь? Ну как?

И все же вскоре ее склонило в сон.

Проснулась от того, что солнце ярко светило в лицо. Потянувшись, зевнула и нехотя вылезла из теплой постели. После утренних процедур думала спуститься в обеденный зал, но передумала. Не хотелось видеть Брайана. Однако он сам спустя пару часов постучал в дверь ее комнаты.

– Виктория, можно войти?

Она вздрогнула и, сев в кровати, поправила волосы. Прочистив горло, отозвалась:

– Да, заходи.

Дверь отворилась, и на пороге показался Брайан.

– Доброе утро, – спокойно произнес он. – Ты не спустилась к завтраку.

– Я… – промямлила Вика, вспомнив свой вчерашний поступок.

Какой же она была дурой. Не стоило слушать Машку… О черт! Камера! Она до сих пор в комнате Брайана!

– Вот, прочти, – Крайтон подошел и протянул письмо.

Вика удивленно глянула на него и, взяв бумажный лист, принялась читать. Буквы плясали перед глазами, смысл написанного иногда ускользал, поэтому продолжила вслух:

«…Когда родилась Викуся, она сильно болела. Врачи говорили, что малышка слишком слаба, что она не выживет. Разводили руками, говорили, что ни чем не могут помочь. Однако моя девочка выкарабкалась. А все потому, что она твоя дочь. Она сильная. Вся в тебя. И такая же красивая. Твоя точная копия…»

Вика глянула на Брайана.

– Ребенок вампира и человека изначально обречен на смерть, – прокомментировал он. – Такие дети не выживали.

– А я?

Он присел рядом на кровать.

– Ты единственная в своем роде. Дампир. Ты особенная. Возможно, кто-то об этом узнал, поэтому твоя мама отправила тебя ко мне. Я узнаю, кто угрожал ей, а пока пообещай, что с этих пор будешь осторожна. Обещай, что не станешь больше убегать от охранников. Это ради твоей же безопасности.

– Хорошо, – согласилась Вика, поняв всю серьезность происходящего.

Вероятно, этот «кто-то» и внушил маме покончить с собой, чтобы избавиться от человека, которому известно о дампире. От этого предположения сердце больно екнуло, а в груди похолодело. Волнение охватило Вику, стоило лишь подумать, что мама там совершенно одна. Без поддержки. Утешало только то, что с ней охранник Брайана, который при необходимости защитит ее.

– Ладно, я поехал на работу, – сказал Брайан, поднявшись. – А ты, пожалуйста, останься дома. Можешь пригласить подругу, но не выходи сегодня никуда. На крайний случай Павел отвезет тебя, куда нужно. Он сегодня в твоем распоряжении. Все, я ушел.

Он поцеловал Вику в щеку и, подойдя к двери, скрылся за ней.

Глава двенадцатая

Дампир – это слово вертелось на языке уже несколько часов – все то время, пока Вика смотрела телевизор в своей комнате. Или делала вид, что смотрела. Слова Брайана не выходили из головы. На удивление, Вика быстро примирилась с тем фактом, что она только на половину человек. Даже мысль о том, что ее отец самый настоящий вампир не вызывала никакого отторжения. Напротив, пробудила некий восторг и трепет. Теперь, зная правду, все стало как-то проще… Еще одной тайной меньше.

Когда Вика собиралась позвонить подруге и уже даже взяла смартфон, раздался звонок. Она вздрогнула и, глубоко вдохнув и выдохнув, посмотрела на дисплей. Машка! Легка на помине!

– Привет, Машуль! Я как раз собиралась позвонить тебе.

– Во как! – хихикнула та. – Мы на одной волне, – тут она стала серьезной. – Слушай, мне надо с тобой поговорить. Это важно. Я кое-что нарыла, но это не телефонный разговор. Понимаешь, да? Сможешь приехать в то кафе, где ты первый раз встретилась с Брайаном?

– Солнце, понимаешь, тут такое дело… Мне нельзя сегодня никуда выходить. Я обещала па… Брайану.

– О-о-о, я что-то пропустила?

– Ну-у… – протянула Вика. – Я тоже кое-что узнала. О том, кто такой Брайан и почему так оберегает меня. При встрече все объясню. Давай сделаем так. Я отправлю за тобой водителя, и он привезет тебя сюда.

– В особняк Крайтона? Ты в своем уме?! – возмутилась подруга. – Как-то рискованно. У него же повсюду глаза и уши.

– Не волнуйся, Брайана нет, а охранники лезть в наши дела не будут. Обещаю. Ты ведь не думаешь, что в моей комнате стоит скрытая камера, – проговорила Вика и снова вспомнила, что до сих пор не забрала камеру из спальни отца.

– Не знаю. Ладно, пусть твой водитель заезжает за мной в редакцию. Адрес знаешь. Все, до встречи. Чмоки-чмоки!

Машка отключилась. Вика положила смартфон на стол и поспешила в спальню Брайана. На удивление, она оказалась не заперта на ключ, как обычно. Неужели теперь он доверяет Вике настолько, что позволит входить сюда во время своего отсутствия? Или же здесь больше нет того, что Брайан так яро скрывал?

Отбросив рассуждения, Вика забрала крошечную камеру с полки и, сунув ее в карман ярко-синего шифонового комбинезона, спустилась вниз. Застав водителя на кухне, написала ему адрес редакции и велела привезти сюда подругу. Сама вернулась в комнату и решила глянуть, что запечатлело Машкино устройство.

Смотреть на вчерашние безобразие оказалось так стыдно, что Вика собиралась захлопнуть ноутбук, но что-то ее остановило. Оказывается, вскоре после того, как она ушла из комнаты Брайана, ему кто-то позвонил. И разговор этот ей не понравился.

– Да! Какого черта ты делаешь?! – недовольно рявкнул Брайан. – Я же сказал, чтобы ты не звонил на этот номер!

Там ему что-то ответили, после чего он смягчился:

– Ну хорошо. Говори… Это твои проблемы! Сотри ему память… Тогда пригрози, запугай, я не знаю. В крайнем случае – убей. Мне тебя еще учить надо?! Если хоть кто-то узнает, что это мы выпустили вирус – ты труп. Разговор окончен.

– Черт! – Крайтон швырнул телефон на кровать и, остановившись посреди спальни, потер лицо.

Вика закрыла ноутбук и, встав из-за стола, подошла к окну. Услышанное не укладывалось в голове. Брайан говорил, что вирус создан искусственно, но то, что сам причастен ко всему произошедшему… Этот проклятый вирус унес множество жизней ни в чем не повинных граждан. Зачем заражать людей, а потом излечивать их? Вика вспомнила тот день, когда ей делали инъекцию… Сначала взяли кровь, мотивируя тем, что это нужно для обновления. Затем поставили антивирусный препарат, который, якобы компенсирует и потерю крови, и защитит от инфекции. Что-то здесь не так, и Вика обязательно узнает всю правду от Брайана. Сегодня же! Она его дочь, он не посмеет соврать ей!

Не находя себе места, набрала номер Крайтона и со злостью рявкнула в трубку, когда он принял вызов:

– Мне нужно с тобой очень серьезно поговорить! Прямо сейчас!

– Дорогая, ты же знаешь, что я не могу сейчас приехать. Я занят.

– Чем? Разрабатываешь новый вирус? – выплеснула, не сдержавшись.

– Что ты сказала?.. – отозвался Брайан. – Будь дома. Я сейчас приеду, и мы обязательно это обсудим.

Когда он, как ураган, ворвался в комнату Вики, она открыла ноутбук и показала ему видео:

– На, полюбуйся! Я все знаю. Отрицать бесполезно!

Брайан несколько секунд смотрел в монитор, потом захлопнул крышку ноутбука и повернулся к Вике.

– Зачем ты лезешь в мои дела? Они тебя не касаются. Ты и так слишком многое знаешь. Но это!.. Ты не понимаешь, во что влезла, Виктория!

– А ты понимаешь? Убить столько людей и не чувствовать ничего. Это бесчеловечно!

– Иногда приходится чем-то жертвовать ради выживания.

– Так все это было ради крови? Только ради чертовой крови?! – взорвалась она.

Ярость, которая бушевала внутри, требовала немедленного выхода.

– Не только. Ради мира между двумя видами. Пришлось пожертвовать несколькими тысячами, чтобы спасти миллионы. Вампиры веками нападали на людей, убивали их ради пропитания. В позапрошлом году только в России без вести пропало более двадцати процентов людей, и эта цифра с каждым годом растет. Количество вампиров увеличивается. Большинство из них не умеет контролировать себя, отсюда и убийства. Но мы нашли способ этого избежать. Благодаря питанию, которое вампиры получают из банков крови, нам не нужно охотиться.

– Но ведь можно было другим способом получить кровь, не используя вирус. Не убивая людей.

– Нельзя. Нам нужна не просто кровь, а кровь, пропитанная эмоциями людей. Страх, паника, обреченность – вот что дает вампиру силу. Адреналин!

– Ерунда какая-то. Люди, которые сдают кровь… Кажется, я поняла. Эпидемия! Страх умереть от вируса…

– Вампиру нужен адреналин только раз в несколько десятков лет, иногда даже сотен лет – чтобы поддерживать силу, способности. А для выживания подходит обычная кровь, которую теперь можно получить в любом из банков крови. То есть, сея панику с помощью эпидемии или войны, мы получаем кровь с адреналином, заряжаемся ею на десятки лет вперед…

– Я в шоке. Эпидемии, войны… А как же последствия? Как же люди, которые гибнут из-за вашего эгоизма? – Вика кипела от негодования.

– Дорогая, думаю, ты и так достаточно сегодня узнала. Давай больше не поднимать эту тему. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

– А со мной? – раздался голос Машки позади, вынудив Вику и Брайана повернуться. – Что вы сделаете со мной? Убьете?

Брайан незаметно оказался рядом с Машкой и, схватив ее за горло, прижал к стене. Вика ахнула, закрыв рот ладонями. Сердце пустилось вскачь. Страх за жизнь подруги острыми шипами впился в кожу.

– Что ты слышала?! – требовал Брайан ответа, неотрывно смотря в глаза подруги своей дочери.

– Все, – прохрипела она.

Он оскалился, и Вика впервые увидела его настоящее лицо. Дрожь пробежала по телу, дыхание замедлилось.

– Брайан, отпусти ее! – закричала Вика, оправившись от потрясения. Подбежала к нему, подрагивающей ладонью прикоснулась к его плечу. – Пожалуйста. Она никому ничего не скажет.

– Ты уверена, что она будет молчать? Знаю я этих журналистов… – презренно произнес Брайан, переведя взгляд на покрасневшее лицо Маши, которой не хватало воздуха. – Готовы умереть ради сенсации.

– Будет! Если ты сотрешь ей память.

Так надо. Для ее же безопасности.

– Что? – выдавила из себя подруга. – Нет…

– Прости, родная. Знаю, ты много времени потратила на то, чтобы раскопать все это, но так надо, пойми. И в первую очередь для тебя. Да отпусти же ты ее наконец! – закричала на Крайтона. – Ты же убьешь ее!

Он разжал пальцы, Машка закашлялась, хватаясь за горло. Брайан приподнял ее лицо за подбородок и, заглянув в глаза, произнес:

– Где ты хранишь свои наработки? Мне нужно все, что ты нарыла о вампирах.

– Все в моей квартире, в портфеле с кодовым замком, – не сопротивляясь, ответила Машка.

Вика никогда раньше не видела, как вампиры пользуются гипнозом.

– Код! – потребовал Брайан.

– 83256.

– Хорошо, а теперь забудь обо всем, что ты узнала. Ты пришла сюда по приглашению Виктории. Вы много говорили, смеялись, вспоминали прошлое. А сейчас пойдете пить чай.

Машка закрыла глаза, а открыв их, как ни в чем не бывало, с улыбкой воскликнула:

– Кто-то обещал чай с моим любимым печеньем!

– Да-да, пойдем на кухню.

Вика приобняла подругу, задавая ей направление, и бросила на Брайана осуждающий взгляд через плечо. Он виновато поджал губы и передернул плечами.

Глава тринадцатая

Прошел месяц с того дня, как Вика узнала правду о вирусе. Машка так и не вспомнила ничего из того, что заставил ее забыть Брайан. И вот теперь, сидя напротив подруги в одном из московских клубов, Вика поняла, что это к лучшему. Такой беззаботной и счастливой она давно не видела Машку. Ну хоть что-то Брайан сделал хорошего.

– Долго ты еще будешь жить у Крайтона? – спросила подруга, вертя в руке бокал с красным вином.

– Не знаю, – выдала Вика и поджала губы.

Она и в самом деле не знала. Хоть отца не простила, но продолжала жить в его доме, желая быть в курсе происходящего.

– А Тим? Ты его так больше и не видела?

– Нет. Я не знаю, где он и что с ним. Жив ли еще, – от последних произнесенных слов хотелось разреветься.

Вика взяла со стола бокал с вином и осушила одним глотком.

– Эй, ты чего? – Машка потянулась к ней и накрыла ладонью ее руку. – Все с ним хорошо. Слышишь?

Она лишь закивала, сдерживая слезы.

– Давай-ка закажем еще одну бутылочку вина, – предложила подруга.

И махнула рукой, призывая проходящего мимо официанта подойти к их столику.

– Принеси-ка нам еще одну бутылку бордо. И побыстрее!

Парень не заставил себя ждать и уже через две минуты стоял у столика. Однако Вику удивило присутствие красной розы на подносе официанта. Он взял цветок и протянул его ей вместе с небольшой открыткой.

– Это для вас. От того мужчины в капюшоне за барной стойкой.

Вика глянула в сторону бара и заметила незнакомца, но не смогла понять, знакома ли с ним. Тем временем официант ушел.

– У-у-у, – пропела Машка, – у тебя появился таинственный поклонник? Это так романтично. Знаешь, я бы на твоем месте не терялась так. – Она засмеялась. – Ну же! Что там написано?

Вика вслух прочла открытку:

– Моей чудесной спасительнице. Мы обязательно еще увидимся.

Сердце дрогнуло и забилось быстрее, разгоняя кровь. Вика счастливо улыбнулась и уткнулась носом в нежный бутон, втянула чарующий аромат. Боже, это Тим… Значит, с ним все в порядке. Брайан не добрался до него. От этой мысли на душе расцвели ландыши, стало так спокойно.

– Эй, солнце! Я все еще здесь! Я чего-то не знаю? От кого это?

– От Тима, – улыбаясь, поведала Вика.

Она была на все сто процентов в этом уверена. Ведь ей уже не единожды приходилось спасать его. Тим жив, и он в Москве.

На следующий день за завтраком Вика решила серьезно поговорить с Брайаном о Тимофее.

– Есть какие-то новости о Тиме? – решительно спросила она, пристально вглядываясь в его лицо.

– Тебя до сих пор волнует этот отступник? – приподняв бровь, спокойным тоном поинтересовался Крайтон и взял в руки столовые приборы.

– Этого, как ты говоришь, отступника, я люблю и сделаю все, чтобы быть с ним. И, если ты желаешь своей дочери счастья, прошу, оставь Тима в покое.

– Ты что-то о нем знаешь? Вы встречались? – игнорируя просьбу Вики, задал вопрос Брайан, разрезая ножом тост с паштетом.

Вике же есть совсем не хотелось. Она намеревалась заставить отца отказаться от охоты на любимого.

– Я тебе ничего не скажу. Ты тоже можешь молчать, но я знаю точно, что с ним все хорошо. И, что бы ты ни делал, мы все равно будем вместе.

Лежащий на столе айфон Брайана неожиданно зазвонил, оборвав Викину речь.

– Да! – ответил он на вызов. На том конце провода ему что-то сказали, после чего, спросил: – Ты уверен?.. Тогда ты знаешь, что делать. До встречи, – попрощался Крайтон и убрал телефон во внутренний карман темно-синего пиджака.

Отец быстро доел тост и, запив чаем на ходу, встал из-за стола. Он явно спешил.

– Вика, ты куда-нибудь сегодня пойдешь?

– Да нет пока, а что? – поинтересовалась я, чувствуя недоговоренность.

– Ничего. Просто спросил. Мне нужно поработать над одним важным делом. Было бы хорошо, если бы ты пошла погулять.

– То есть ты прогоняешь меня, – решила пошутить.

– Ну почему сразу прогоняю? – кажется, он воспринял ее слова всерьез. – Понимаешь, ко мне должны приехать важные люди…

– Все-все, поняла! Я позвоню подруге, мы сходим в кино. Кажется, ей дали пару недель отпуска.

– Борис отвезет вас. Хорошо повеселитесь.

Спустя двадцать минут Вика с водителем Брайана уже ехала за Машкой. Вскоре у нее зазвонил телефон. Номер, который высветился на дисплее, оказался ей не знаком.

– Алло!

– Доброе утро, Виктория Андреевна! Это Николай Владимирович, лечащий врач Вашей матери, Ульяны Владимировны.

– Да, я Вас слушаю, Николай Владимирович! Что-то с мамой? – встревожилась она.

– Нет-нет, все хорошо. Деньги на операцию появились как раз в подходящий момент. Мы уже было отчаялись: Вы пропали, дозвониться до Вас не получалось, а время идет. Оставались дни… Если бы мы не сделали операцию в срок, Ваша мама могла навсегда остаться инвалидом, но все обошлось. Все настолько хорошо, что вторая операции ей может и не понадобиться…

– Николай Владимирович! – прервала его Вика. – Спасибо Вам большое! Не знаю, как Вас и благодарить.

– Не стоит. Это мой долг. Лучше скажите спасибо человеку, который перевел деньги.

– Да, конечно. Я обязательно выражу свою признательность Брайану, – закивала она, глядя в окно автомобиля.

– Вам нужно благодарить другого человека, – возразил доктор. – Перевод на счет больницы пришел от Тимофея Пирси, если не ошибаюсь.

– Тим? – неосознанно произнесла Вика. Она уже ничего не понимала. – Но… Деньги должен был перевести Брайан Крайтон.

– Ах да! – воскликнул Николай Владимирович. – Был второй перевод, но за ненадобностью мы вернули всю сумму отправителю.

– Понятно. Спасибо за Ваш звонок. Как только смогу, я обязательно приеду. Позаботьтесь о маме.

– Не волнуйтесь. Все будет хорошо.

Попрощавшись с врачом, Вика убрала телефон в сумочку и задумалась. Получается, Тим опередил Брайана. Ее переполняли чувства, которые выливались наружу со слезами. Так хотелось поскорее увидеть маму.

***

В кино Вика не могла найти себе места, все время ерзала на сидении. Дурное предчувствие сдавливало грудь. Брайан не просто так выставил ее из дома. Ведь раньше к нему тоже приезжали важные люди, с которыми он закрывался в кабинете, и она никогда не была ему помехой. А сейчас… Интуиция подсказывала, что нужно быть дома. А своей интуиции Вика привыкла доверять. Часы как назло тянулись медленно. Кое-как досидев до конца фильма, Вика схватила Машку за руку и потащила на выход.

– Ты чего? – удивилась подруга.

– Не знаю. Предчувствие нехорошее. Солнце, прости, мне нужно срочно домой.

– А что случилось-то? – нахмурилась Маша.

– Пока сама точно не знаю. Ты не обидишься, если я попрошу тебя ехать на такси?

– Конечно, нет, ты чего?! Давай, пока. И не переживай, возможно, ты просто себя накручиваешь. Если что, я на связи.

– Хорошо.

Вика поцеловала подругу в щеку и, сев в машину, попросила Бориса отвести ее домой как можно быстрее.

Глава четырнадцатая

Дом встретил Вику оглушительной тишиной. Как только вошла, сразу отправилась в кабинет отца. Он был открыт, а на столе лежал айфон. Между тем тревога нарастала. Сердце больно сжималось, предвещая что-то. Она не понимала, что с ней происходит, поэтому собиралась найти Брайана и поговорить с ним. Возможно, он объяснит ее состояние.

В столовой его не было, решила поинтересоваться у охранника, возможно, он знает, куда запропастился Брайан. И пошла в комнату охраны. Осторожно открыла дверь и хотела уже задать вопрос, но помещение оказалось пустым.

Хм, куда это все подевались? Что-то странное происходит. К чему бы это?

И тут взгляд случайно зацепился за изображение на одном из мониторов. Не веря глазам, Вика приблизилась и, нагнувшись, присмотрелась. Хотела убедиться, что зрение не подвело. И убедилась.

Запустив пальцы в волосы, отступила, не понимая происходящего. Там, на мониторе, был Тим, скованный цепями. А рядом стоял Брайан, скрестив руки на груди, и еще один мужик в костюме и с ножом в руках. Изображение было черно-белым и не совсем качественным, разобрать что-либо было сложно.

– Виктория Андреевна, что вы здесь делаете? – раздался удивленный бас за спиной. – Вам нельзя здесь находиться!

Не обращая внимания на мужчину, она развернулась и выскочила из комнаты, задев того плечом.

Вика сразу поняла, где искать Тима. Полная решимости спасти любимого, побежала прямиком в подвал, где уже когда-то бывала. Не заметила, как преодолела множество невысоких ступеней, ведущих вниз. И вот, казалось бы, тусклый свет уже близко… Как вдруг мертвую тишину разрушил стон Тимофея. Да такой отчаянный, наполненный болью, что сердце Вики едва не остановилось. Она перевела дыхание и побежала дальше. Влетев в уже знакомое помещение, где явственно чувствовалась прохлада от каменных стен, закричала:

– Оставьте его в покое!

Оба мужчины развернулись и с удивлением уставились на нее. Тот, что с ножом, отошел от Тима и метнул на Крайтона озадаченный взгляд.

– Вика! – рявкнул Брайан. – Что ты здесь делаешь?

Он подошел и схватил ее за руку, желая увести, но она не собиралась оставлять все, как есть. Не собиралась позволять этим нелюдям продолжать мучить своего парня.

– Руки убери! – сквозь сжатые зубы прошипела Вика, с ненавистью смотря на Крайтона.

Вырвалась из его захвата и бросилась к Тиму. Его глаза были полуоткрыты, голова болталась, как у тряпичной куклы. Весь изрезанный, измученный, залитый собственной кровью. Да на нем живого места не было! Даже кулон сестры на шее был измазан в крови.

– Тим! Тим! Ты слышишь меня? – Вика пыталась достучаться до него, взяв его окровавленное лицо в чашу своих ладоней.

Он открыл рот, но слова не шли, только стоны, от которых внутренности переворачивались.

– Что вы делаете с ним?! Зачем?! Прекратите это сейчас же!

– Ты уверена, деточка, что этот ублюдок заслуживает твоего сострадания? – этот чужой и напыщенный голос вызывал негодование. – Ты ведь даже понятия не имеешь, с кем связалась.

Выпустив из рук лицо любимого, развернулась и со злостью выплюнула в наглую рожу этому типу:

– Это вы понятия не имеете, какой Тим на самом деле.

– Уверена? – все так же лукаво блеял он.

Брайан же пока не вмешивался в наш диалог. Стоял в сторонке, наблюдая за происходящим.

– А ведь это Тимофей Пирси внушил твоей маме покончить с собой, – заявление незнакомца больно ударило под дых. – Он вынудил ее прыгнуть с крыши! А теперь скажи мне, что ты хочешь: чтобы я продолжил… – Он тронул большим пальцем лезвие ножа, будто проверяя, насколько он остр. – Или отпустил его на волю?

Вику словно парализовало. Она не могла ни двинуться с места, не произнести ни слова. А когда до нее полностью дошел смысл, выкрикнула:

– Это не правда! – и, переведя взгляд на Крайтона, вопросительно произнесла его имя.

– К сожалению, правда, – подтвердил он, чем лишил Вику опоры. – Я не говорил тебе, чтобы не разбить сердце. Поэтому просил забыть о нем.

Ноги подкосились, она едва удержалась на месте. Как-то все странно. Чувствовалась какая-то недоговоренность.

– Пирси хотел убить ее! – озлобленно бросил мужчина.

– Оливер, позволь мне, – оборвал его Крайтон и, приобняв Вику за плечи, продолжил. – Помнишь, я говорил, что отправил в Новосибирск своего человека для охраны твоей матери? Так вот, Пирси появился там за несколько дней до операции Ульяны. Он хотел закончить то, что начал. Хотел убить ее, потому что привык заметать за собой следы. Там мы его и взяли – у постели твоей мамы.

Ей до сих пор не верилось, что тот, кому она доверяла, как себе, тот, в кого безумно влюбилась, оказался не тем, кем себя выдавал. А самое страшное то, что он виновник всех бед Вики. Но зачем ему убивать маму, если это он дал денег на операцию? Вика ничего не понимала. Но чем больше пыталась понять, тем больше путалась.

– Я не понимаю… Зачем ему убивать мою маму? Он ведь спас ее…

– Пирси – серийный убийца! Маньяк – если быть более точным. Он отступник, а у каждого из них свои странности. Этот питается кровью самоубийц. Он играет с жертвой перед тем, как убить. Как паук – плетет свои сети, а потом нападает, когда жертве уже не выбраться. Внушает человеку покончить с собой. Убеждает себя в том, что делает хорошее дело, якобы спасая душу самоубийцы. И высушивает тело. Продуманная схема. Видимо, и твою маму он хотел «спасти», – произнес он с нажимом на последнее слово. – Но почему-то сразу не довел дело до конца! И только сейчас вернулся к этому.

– Не верю! – Вика мотала головой, не желая принимать правду, которую мне давали. – Тим! – она глянула на него, но он был не в том состоянии, чтобы разговаривать. – Он не мог… Вы не знаете Тима…

Вика скинула руку Крайтона с плеча и обняла себя, желая защититься.

– О, деточка, – начал Оливер, – я знаю Пирси больше восьмидесяти лет, в отличие от тебя. Это он повлиял на твою маму. Это его наш человек застал в палате Ульяны, когда он собирался убить ее!

Боль огромной волной ударила в грудь, выбив из легких весь воздух, когда до Вики наконец дошло понимание. Его же застали на месте преступления! Ошибки быть не может!

Брайан приобнял Вику, не позволяя упасть. Она вцепилась в плечи отца, как в спасательный круг, и разревелась, понимая, что впустила в свою жизнь чудовище. Корила себя за то, что подпустила отступника так близко к своей матери, и это едва не стоило ей жизни.

Отчаяние душило, кровь в венах закипала. Вика проклинала весь белый свет. В ней взыграла жажда мести, она выплескивалась наружу со словами, которых раньше Вика бы не произнесла никогда:

– Сделай ему больно. Так, как было больно мне, когда я нашла маму в луже крови…

– Я присмотрю за ней, а ты закончи тут… – последнее, что услышала Вика перед тем, как выбежать из подвала. Это были слова Оливера.

***

Тим, как и обещал Вике, перевел нужную сумму на счет клиники. И когда ее матери сделали операцию, лично отправился в больницу навестить Ульяну Владимировну и узнать о состоянии здоровья. Дождался, когда охранник – один из секьюрити Крайтона – уйдет подкрепиться свежей кровью, и вошел в палату. Мама Виктории была под действием лекарства, поэтому поговорить с ней не удалось, к сожалению. Тим уже собирался уходить, как вдруг кто-то нанес ему удар чем-то острым в спину. Волна боли разошлась по всему телу, а туман окутал сознание…

Придя в себя, он понял, что попался. Закованный в цепи, не находил сил чтобы сорвать их. Будто чем-то накачали, ослабили. Только потом понял, в чем дело. Оба запястья были перерезаны, а под ногами красовалась лужа крови. Оттуда и слабость. И теперь, чтобы восстановить силы, нужно подкрепиться.

Вскоре перед Тимом появились Брайан Крайтон и Оливер Крейг. На Крайтона ему было плевать, а вот Крейг… Хотелось оторвать этому ублюдку голову! Жаль, руки в оковах. Ненависть к этому вампиру день за днем прожигала Тима изнутри, как кислота. И сейчас она горит огнем, сводит с ума. Наконец-то он встретился с ним лицом к лицу!

– Ну что, попался, щенок?! – прорычал Крейг и усмехнулся. – Теперь ты никуда не денешься. Я буду пускать тебе кровь, пока твои вены окончательно не высохнут.

Он подошел ближе и воткнул серебряный нож в правое легкое Тима. Адская боль пронзила резко, разлилась ядовитым потоком по всему телу.

– Ах ты тварь! – прорычал Тим сквозь плотно сжатые зубы. – Как только освобожусь, я убью тебя! Ты заплатишь за…

Очередной удар ножом оборвал речь Тима.

– Олли, хватит! – скомандовал Крайтон, все это время наблюдавший со стороны.

Подошел ближе. Тим смотрел на него исподлобья, ожидая вопросов. Он ведь даже не знает, что за тварь этот Оливерг Крейг.

– Кому ты успел рассказать о вирусе? – спокойно спросил Брайан.

Так вот оно что?! Они хотят уничтожить всех свидетелей. Думают, Тим слил информацию. Избавятся от свидетелей, затем расправятся и с ним. Только ничего у них не выйдет! Тим собирался держать рот на замке. А если хотят пытать, пусть пытают. И не в такие передряги попадал.

Глава пятнадцатая

Глотая слезы отчаяния, Вика выбежала из дома. Бежать! Не замедляясь! Подальше отсюда! Но вскоре пришлось остановиться и перевести дыхание. Стоя на обочине дороги, она вытирала слезы, которые все лились и лились. В голове образовалась каша из мыслей, трудно было разобраться в происходящем.

Подъехала машина.

– Вика, садись! – раздался голос Оливера. – Здесь недалеко есть тихое местечко… Давай, прыгай в салон. Я кое-что расскажу о твоей матери.

– О маме? Что?

– Садись, пообщаемся, – Оливер наклонился и открыл ей дверь.

Терять было нечего. Шмыгнув носом, Вика безразлично кивнула, соглашаясь со словами Оливера, и залезла в черный джип. Автомобиль тронулся с места и куда-то поехал. А куда именно, Вике было не важно. Лишь бы подальше от этого дома.

– Ты не волнуйся, – сказал Оливер, глянув на нее, – скоро все это закончится. И когда с Тимом будет покончено, станет легче. Я обещаю.

Вскоре джип остановился на обочине дороги.

– Что случилось? – безразлично поинтересовалась Вика.

– Думаю, тебе не помешает. – Оливер протянул ей бутылку из белого стекла, наполовину заполненную янтарной жидкостью.

Не задумываясь, она взяла ее и, открутив крышку, пару раз глотнула. Алкоголь опалил горло. Вика закашлялась, затем глубоко вдохнула.

– Так, ладно. Достаточно. – Оливер выхватил у нее бутылку и глотнул виски. – А теперь я расскажу тебе одну интересную историю… обо мне, Брайане и твоей маме.

Вика развернула корпус к нему и приготовилась слушать.

– Когда Ульяна начала встречаться с Брайаном, я думал, что он просто развлечется с ней, а потом сотрет воспоминания. Но я ошибся. Брайан слишком сильно привязался к ней. Да так, что готов был пожертвовать дружбой со мной ради этих отношений.

Вике показалось, или в голосе Оливера действительно проскользнули нотки зависти?

– Знаешь, – продолжил он, – вампиру так трудно найти того, кому можно довериться… Идти по жизни с кем-то, кто станет тебе опорой. Но мне повезло. У меня был такой человек – Брайан. Мы были лучшими друзьями, пока в его жизни не появилась твоя мать! – его тон сменился, стал более агрессивным.

– Я не понимаю… – насторожилась Вика. – Вы вините мою маму в том, что она вклинилась в вашу дружбу?

Что-то не нравился ей этот разговор.

– Дружбу? Ты так и не поняла? Я не о дружбе говорю! Брайан для меня больше, чем просто друг… Понимаешь?

– Вы что, гей? – выдвинула предположение Вика.

Все это так нелепо. И неожиданно.

– А ты думала, что все геи манерные и красят губы блеском? – усмехнулся Оливер, но тут же снова стал серьезным. – Я не просто винил Ульяну в том, что Брайан начал от меня отдаляться, я хотел, чтобы она ушла из его жизни навсегда, но…

Так, стоп! Кажется, каша в голове начала проясняться. Он хотел избавиться от мамы…

– Так это вы… – ошарашено выдала Вика, с ужасом глядя на Оливера. – Вы пытались убить мою маму! Вы внушили ей покончить с собой! А потом свалили вину на Тима!

От страшной догадки все внутри с болью сжалось, а глаза наполнились слезами.

– Бинго! – победно воскликнул вампир. – К сожалению, там все случилось не совсем гладко, но результат меня устроил. Твоя мамаша впала в кому. У нее не было шансов, но она выкарабкалась.

От этих слов горячая волна крови ударила в голову, первобытная ярость на миг затмила сознание. Вику охватило такое негодование, что ему стало тесно внутри. Оно требовало выхода. Глядя в лицо подонку, который чуть не убил ее мать, Вика чувствовала, что вот-вот взорвется. Но, сжав руки в кулаки, старалась не идти на поводу эмоций. Она должна мыслить разумно.

Вика вылезла из джипа. Запустив пальцы в волосы, отбежала от машины и остановилась. Взгляд судорожно забегал по асфальту, она тяжело и часто дышала через рот и не знала, что делать. Эта правда душила ее.

Хлопнула дверца автомобиля, и голос Оливера снова ворвался в сознание:

– Когда твоя мать узнала о беременности, на тот момент они с Брайаном уже не общались несколько месяцев. Поэтому она сначала позвонила мне. Попросила совета. Я велел ей ничего не говорить Брайану ради безопасности ребенка. И она молчала многие годы, оберегая тебя. Но несколько месяцев назад Ульяна снова мне позвонила. Сказала, что собирается поехать в Москву и наконец-то рассказать Брайану о тебе. Все ныла, что не может больше скрывать от него правду. Я пообещал устроить им встречу, а сам отправил ей на электронную почту письмо с угрозой. Велел не покидать город. Я думал, что Ульяна угомонится, но потом узнал, что она купила билет до Москвы. Пришлось убрать ее с дороги. Я нег позволить ей снова встать между мной и Брайаном, – Оливер ехидно улыбнулся, а Вику от этой улыбки затошнило.

Теперь она все поняла. И эти угрозы, о которых писала мама в письме Брайану… Все это один человек, вернее вампир!

Вику переполняла ненависть! Она разрывала ее изнутри! Его счастье, что сейчас с мамой все хорошо, иначе убила бы! Вика не знала, как, но нашла бы способ! Злость и обида на вампира вырвалась наружу со словами:

– Какого это – знать, что твоя задумка рухнула? Мамино письмо разрушило твои грязные планы, – усмехнулась Вика.

– Печально, конечно. Но не все еще потеряно. Сейчас, пока Брайан делает грязную работу, я покончу с тобой! А потом приду за твоей мамашей! Брайан веками принадлежал мне! – он сорвался на крик. – И так будет вечно!

Его слова спровоцировали выплеск гнева:

– Брайан никому не принадлежит. Он не домашний песик, чтобы держать его при себе и тискать, когда захочется. У тебя ничего не выйдет. Даже если ты избавишься ото всех, кто стоит у тебя на пути, Брайан никогда не опустится до того, чтобы стать твоим любовником! Ты это понимаешь?!

– Понимаю, – согласился Оливер. – Но мне достаточно того, что он всегда просто будет рядом.

– А Тим? Зачем ты подставил его?

– С ним у меня свои счеты!

Вика вспомнила слова, которые сказала перед уходом Брайану, и ей стало плохо. Она же собственноручно вынесла Тиму приговор! О Боже! Нужно вернуться домой и остановить отца!..

Вампир медленно приближался. Вика попятилась, не зная, как можно сбежать от этого бездушного существа.

– Не подходи ко мне! – Выставила руки вперед ладонями, чувствуя, как отчаянно бьется сердце.

– Или ты что? – ехидно бросил Оливер. – Что ты можешь против меня?! Прощай, Виктория!

Вика задыхалась от безысходности, продолжая отступать. Но внезапно ощутила какой-то прилив энергии, силу, не понятно откуда взявшуюся. Она, словно раскаленная лава, разливалась по всему телу. Молниеносно приблизившись, вампир кинулся на Вику, и вгрызся ей в шею острыми клыками. Она уперлась руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть. А дальше… Вот он уже лежит на асфальте в метрах десяти от нее. Но как? Вика и сама не поняла, как у нее хватило сил отбросить его на такое расстояние.

– О-о-о, – протянул Оливер, поднимаясь, – да в тебе пробудились способности дампира! – в его голосе сквозил сарказм. – Но они тебя не спасут! Поэтому советую сдаться по-хорошему. Ведь я все равно тебя достану.

Вика не понимала, что с ней произошло, почему она чувствует в себе столько силы и уверена в том, что сможет дать отпор вампиру. Не знала, как управлять пробудившимися способностями, а каждая минута промедления могла стоить Тимофею жизни.

Вытащив из кармана кожаной куртки телефон, набрала номер Брайана, но длинные гудки рвали сердце на части. Хотя… Оставалось надеяться на то, что он все еще в подвале с Тимом.

Оливер, смеясь, сказал:

– Ну как тебе это чувство? Когда знаешь, что ничего сделать не можешь. Твой дружок скоро сдохнет, и тебе не по силам это изменить, соплячка!

Он сделал медленный шаг навстречу Вике, его рука нырнула в карман и что-то оттуда вытащила. Вика отступила к машине, мысленно ища способ остановить взбесившегося вампира.

– А знаешь что это? – Он показал ей шприц и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Это вещество за пару секунд парализует вампира. Я создал его для поимки Пирси, но поскольку он уже, скорее всего, труп, проверю его на тебе.

Оливер зубами снял защитный колпачок с иглы и, незаметным для глаз движением, приблизился. Остальное Вика видела, будто в замедленной съемке. Вот его рука со шприцом поднимается, чтобы нанести удар, затем очень медленно опускается. Мгновенно среагировав, Вика перехватила шприц и, вывернув вампиру руку, вонзила иглу ему в шею. Влив непонятное вещество в тело вампира, отшвырнула шприц и удовлетворенно выдохнула.

На лице Оливера вздулись вены. Он начал хватать ртом воздух, глаза стали стеклянными, зрачки расширились до невозможности. Схватившись за шею, вампир повалился на колени и упал без чувств.

Вика, дрожа всем телом, смерила его презрительным взглядом и бросилась к машине. Сердце в испуге трепыхалось в груди. Только бы успеть спасти Тима!

Глава шестнадцатая

Джип мчался по дороге в сторону особняка Крайтона.

«Тим, прости меня! – прокричала Вика в сердцах. – Только держись, пожалуйста!»

Пальцами одной руки нервно сжимала руль, другой судорожно водила по экрану смартфона, ища номер отца. И снова никто не ответил! Набрала домашний, в надежде, что кто-то из охранников или прислуги снимет трубку, но снова облом. Черт! Умерли что ли все? От этой мысли сердце больно сжалось. Вика надавила на педаль газа, машина быстрее рванула вперед. Если не успеет – Тима казнят. Она больше никогда не увидит его – того, кого любит больше жизни. Простит ли она себя, если с ним что-то случится?

Повторила попытку дозвониться до отца. На том конце послышался голос:

– Да, Вика!

– Что с Тимом?! Он жив? Ты ведь не…

– Он жив. Пока… – Вика едва сумела разобрать слова.

Похоже, сигнал в подвале пропадает.

– Не трогай его! – прокричала в надежде, что Брайан услышит. – Дождись меня! Я все тебе объясню. Тим не виновен! Слышишь? Он не внушал ничего маме… Алло?! Брайан, ты меня слышишь?!

Раздались гудки… Да что же это такое?!

Швырнув телефон на сиденье, заехала на частную территорию Крайтона и, выскочив из джипа, побежала в дом. Слова охранника у ворот пропустила мимо ушей. Не важно, что он там сказал, главное остановить Брайана. Не позволить ему совершить ошибку!

Сбежав по ступеням в подвал, остановилась. Брайан стоял на том самом месте, где был подвешен Тим, и вытирал окровавленные руки полотенцем. Оглядела помещение – кроме отца здесь больше никого не было. Неужели опоздала?! Тело затряслось, глаза наполнились слезами, а рот приоткрылся, но сил на вопрос не находилось. Боялась услышать ответ. Дышать стало тяжело, воздуха катастрофически не хватало. Паника нарастала внутри.

Вика так и стояла, в упор смотря на отца, не проронив ни слова, задаваясь немым вопросом.

– Я рад, что ты вернулась, Виктория.

– Где Тим? – несмело вымолвила; голос сорвался. Выдержав паузу, с ужасом спросила: – Что ты сделал?

Глаза расширились, слезы скатились по щекам и обожгли душу.

– Все в порядке, дорогая. Иди сюда, – Брайан протянул руки, желая ее обнять, но она осталась стоять на месте.

Отчаяние захлестнуло. Сейчас Вика ненавидела Брайана больше всех на свете. Его и… себя. За то, что он ее отец, за то, что поддалась эмоциям, за то, что не успела! Боль душила, одновременно разрывая на части и без того раненое сердце.

Не в силах больше находиться в этом помещении, Вика рванула с места. Рыдая, добралась до своей комнаты и вошла. Окно было открыто, занавески колыхались легкими порывами ветра. Сев на кровать, она облокотилась о колени и запустила пальцы в волосы. Слезы продолжали литься, чувство потери не отпускало. Вина ухватилась за горло, начала душить. Ведь это Вика поверила Оливеру и пожелала смерти Тиму. Нет ей за это прощения.

Желая прилечь на постель, она развернулась корпусом влево и… не поверила глазам. На подушке лежала та самая подвеска сестренки Тимофея, которой он так дорожил. Вика взяла ее в руку и задумчиво покрутила в пальцах. Она точно помнила, что в тот момент, когда Тим был закован в цепи в подвале, кулон висел у него на шее. Крошечный росток надежды начал прорастать в душе. Тимофей жив! Сердце снова забилось от догадки, а Вика, прижав к сердцу заветный кулон, снова расплакалась. Но уже от счастья.

Она выбежала из комнаты, чтобы поговорить с отцом, и столкнулась с ним в холле.

– Виктория, детка, послушай меня… – начал Брайан, но Вика не дала ему договорить.

– Где Тим? – тяжело дыша, выпалила она.

– Милая, – с нежностью произнес Брайан, взяв ее лицо в ладони. – Я хотел тебе сказать, но ты не стала меня слушать. Тим жив. Я не убил его. – Он провел ладонью по волосам Вики. – Все хорошо, девочка моя.

– Где он?! – взволнованно воскликнула Вика, смотря в глаза отца, в которых было столько любви, что можно было утонуть в них.

– Он скоро вернется. Обещаю тебе. Все будет хорошо. Пойдем, выпьем кофе.

– Лучше чего покрепче, – Вика выдавила из себя смешок и пошла за отцом в столовую.

Он налил ей виски, она осушила стакан и, кажется, стало легче. А потом был разговор, который открыл Брайану настоящее лицо его давнего друга.

– Мне нужно позвонить, – внезапно сказал отец, шаря по карманам.

Вика протянула ему свой телефон и с интересом уставилась на него. Однако говорить Брайан при ней не стал. Вышел из столовой, но Вику это не остановило – она отправилась следом. И услышала часть разговора:

– Тим, это Крайтон! Я знаю, где Оливер! Выйди на трассу и иди в…

Этого ей хватило, чтобы понять всю опасность, грозящую Тимофею. Действие препарата, который она вколола Оливеру, могло уже пройти. А значит, жизнь Тима под угрозой. Пока отец говорил по телефону, она осторожно прошмыгнула в холл. Выйдя на улицу, приветливо улыбнулась охраннику, будто ничего не случилось, и села в джип, на котором приехала. План был такой: Вика отвлечет внимание Оливера, тем самым помогая Тиму расправиться с вампиром!

***

Тим бежал, не зная куда. Просто отдался в руки своего чутья, которое еще ни разу не подводило. Жажда мести вела его, не позволяя остановиться. Оливер не мог далеко уйти. Не в этот раз!

Сегодня, в подвале, когда Тим остался наедине с Крайтоном, случилось непредвиденное. Вампир, который хотел его смерти, вдруг смягчился. Дал Тиму немного крови, чтобы восстановить силы, и спросил:

– Ты, правда, любишь мою дочь?

– Дочь? – не понял Тим.

– Да, Вика моя дочь.

Тим замялся, свыкаясь с этой мыслью. Потом ответил:

– Да, я люблю ее. Она лучшее, что случалось со мной в жизни. И я бы не стал подвергать ее опасности. А вот твой друг… Куда он подевался? На твоем месте, я бы не сильно доверял ему.

– Почему? – Брайан смотрел с прищуром, казалось, он и сам в чем-то подозревал Крейга. – Какие у тебя с ним счеты?

– Он погубил мою сестру. Лидия покончила с собой, когда он ее бросил.

– Оливер встречался с девушкой? – брови Крайтона взметнулись вверх, он искренне удивился заявлению Тима. – Я думал, он гей. Конечно, не знал наверняка, но догадывался. Я ни разу не видел его с женщиной.

– Видимо, моя сестренка была для него прикрытием. Не знаю, для чего он вскружил ей голову, а потом бросил, но Крейг ответит за это!

– А Ульяна… Зачем ты хотел убить мать Виктории?

– Я не собирался ее убивать. Я пришел узнать о ее состоянии. Оливер обставил все так, как нужно было ему. Настроил тебя против меня. А сейчас, скорее всего, уже сбежал. Отпусти меня. Я должен его найти! На этот раз он получит по заслугам.

Брайан внял просьбам Тима. Дал ему крови, вернул телефон, одежду, вручил клинок и отпустил. Перед тем, как отправиться за Крейгом, Тим поднялся в комнату Вики и оставил ей кулон сестры. На случай, если он не выживет. Пусть у нее будет память о нем.

А потом ринулся на поиски врага. Но Крейгу удалось скрыться. Однако это ненадолго! Ему не уйти от правосудия!

В кармане брюк зазвонил мобильный. Тим остановился и принял вызов.

– Да.

– Тим, это Крайтон! Я знаю, где Оливер! Выйди на трассу и иди в сторону города. Как найдешь его, передай от меня пламенный привет!

– Хорошо, я все понял.

– Помощь нужна? – спросил он.

– Нет, это моя битва! Я справлюсь!

– Тогда возвращайся живым. Ты нужен Виктории.

Сунув телефон на место, Тим развернулся и пошел по указанному Брайаном пути. И не прогадал. Крейг будто бы ждал его. Скрестив руки на уровне грудной клетки, стоял на дороге с ехидной улыбочкой на лице, которую хотелось содрать. Вырвать c корнем. Тим остановился напротив, метрах в тридцати от него. Взглядом, полным ненависти, окинул Оливера, воссоздавая картинку того дня, когда нашел мертвой сестру. Кровь взыграла в венах, его охватила ярость, больше похожая на безумие. Да такая сильная… словно гейзер бил. Кулаки сжались, зубы сомкнулись.

– Оу, я удивлен! – воскликнул Крейг и с рычанием кинулся на Тима, оскалив белоснежные клыки.

Он обернулся, встретив прыжок Оливера выставленным вперед клинком. Лезвие вошло в плоть, но не задело сердце – Тим промахнулся. Да быть этого не может!.. Ублюдок сплюнул кровь и, вытащив клинок, отшвырнул в сторону. Его рана мгновенно затянулась, и он продолжил наступать.

– Похоже, кто-то давно не тренировался, – усмехнулся Крейг и повторил попытку.

Его удар пришелся Тиму под дых. Тот несколько секунд не мог дышать, но потом резко вдохнул и отразил серию мощных ударов. Пусть Оливер намного старше и сильнее, но Тим хорошо тренирован и обучен. Ему всегда удавалось безошибочно просчитывать шаги противника, благодаря чему все еще жив. И сейчас он знал, что у Крейга в рукаве припрятан козырь. Именно поэтому тот сменил тактику: перестал нападать и остановился, в ожидании чего-то.

– Что, кишка тонка, сопляк?! – издевался Крейг. – Может, отступишься, пока не поздно? Даю тебе минуту на раздумья, а потом просто вырву твое сердце. Отправишься вслед за своей сестренкой!

Внутри у Тима вспыхнул огонь ненависти. Он кинулся на вампира, сбил его с ног и принялся вколачивать сильнейшие удары в пышущее сарказмом лицо. Жажда мести, кипевшая внутри столько лет, требовала выхода. Но Крейг скинул Тима и, вскочив на ноги, угрожающе зашипел.

Желание наказать виновника в смерти сестры, будило в Тиме ярость. Он не мог позволить ему скрыться безнаказанным. Тем более сейчас, когда расплата так близко. Тим оскалился и с рычанием стал надвигаться. Крейгу не уйти живым!

И вдруг его тонкий слух уловил шуршание шин по асфальту. Тим перевел взгляд с Оливера на подъехавший джип. О нет, только не это! Машина остановилась и оттуда вышла Вика. В мгновение ока Крейг оказался за ее спиной и, схватив девушку сзади за горло, довольно растянул губы в коварной улыбке. Тим знал, что он трус, но чтоб настолько…

– Пришла мне на выручку, детка? – голос вампира не предвещал ничего хорошего. – Премного благодарен.

Тим смотрел на Вику и не знал, чем ей помочь, как вырвать ее из лап этого ничтожества. Один неверный шаг – и Крейг оторвет ей голову. Однако страха от нее не чувствовал. Храбрая девочка, она совершенно его не боится.

– Отпусти Вику, – потребовал Тим, – и я дам тебе уйти!

Решение пришло само собой. Пусть этот трус бежит, а Тим найдет его снова и уже точно убьет.

– Ну уж нет, – потешался Крейг, – я не доставлю тебе такой радости. Я убью ее, потом тебя. Обставлю все так, будто ты прикончил Вику, а я избавил мир от такого ничтожества, как ты. Брайан поверит мне, и все будет, как прежде.

Едва он успел договорить, как за его спиной появился Брайан. Прямой удар колом под лопатку сделал свое дело: Крейг отпустил Вику и развернулся к Брайану, пытаясь что-то сказать, но изо рта вырывались лишь неразборчивые хрипы. Тиму хватило секунды, чтобы поднять с асфальта клинок и вонзить его в сердце врага со спины!

Вика взвизгнула и укрылась в объятиях отца.

Тим стоял неподвижно, наблюдая за тем, как тело Крейга высыхает на глазах, превращаясь в мумию. Приятное тепло разливалось по телу – удовлетворение.

– Все кончено, солнышко, – произнес Брайан, прижимая Вику к груди. – Теперь все будет хорошо.

Тим перевел взгляд на Вику и Брайана и улыбнулся, смотря на то, с какой любовью девушка прильнула к отцу. Наконец-то все кончено! Виктория отстранилась от Крайтона и бросилась в объятия Тима. Прижалась к груди и крепко обняла. Она ничего не говорила, но он и без слов знал, вернее, чувствовал все то, что сейчас творилось в ее душе. Облегчение. Умиротворение. Радость. Теперь, когда правда открылась, а злодей повержен, Тим ни на шаг не отпустит Вику от себя.

– Оливер получил то, что заслужил, – ворвался в сознание голос Брайана, рассеяв мысли. – Я избавлюсь от его тела, а вы возвращайтесь домой. Думаю, вам есть что обсудить. А завтра я перевезу Ульяну в Москву, и вся семья будет в сборе.

– Тим, – прошептала Вика, – я думала, что больше не увижу тебя.

И подняла голову, заглядывая в его глаза.

– Ну я же обещал, что мы обязательно еще увидимся, – улыбаясь, произнес Тим и накрыл губы Вики поцелуем.

2012 – 07.12.2015

Емайл для связи с автором: marinaru1984@yandex.ru

Content

Тайны вампирских сердец
Марина Рубцова

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая