Дарья Донцова

Башня желаний

Посвящается лучшей дочери на свете Маше Донцовой

Иллюстрации Анастасии Нечитайло

© Донцова Д. А., 2017

© ООО «Издательство «Э», 2017

Глава 1. Вредная сестра

Если ты отнимешь у друга яблоко, то у тебя будет яблоко, но не будет друга.

– Вкусное, наверное, мороженое, – мечтательно протянул Никита, останавливаясь у ларька.

Катя дернула брата за руку.

– Пошли, неинтересно смотреть.

– Я, когда гляжу на эскимо, думаю, что ем его, – объяснил Никита, – мне нравится вон то, в шоколаде, с орешками, с вареньевой начинкой.

– Ты его когда-нибудь пробовал? – спросила Катя.

– Нет, – грустно признался брат, – мама не разрешает, и тебе тоже, говорит, сладкое вредно.

– Да она просто жадная, – отрезала Катя, – поэтому у тебя няни нет.

– Зачем мне няня? – удивился Никита.

– Маленьких без взрослых никогда не отпускают, – объяснила Катя, – вот мне и приходится везде с тобой таскаться. Потому что я старшая сестра. Это очень тяжело. Сейчас могла бы после уроков пойти с Лесей в кино, а надо тебя домой вести.

– Сам могу дойти, – надулся Кит.

– Ты крошка, – продолжала Катя, – невнимательный, идешь, под ноги не смотришь, постоянно падаешь. Хватит на мороженое глазеть. Оно из витрины к тебе в рот не прыгнет. Давай, топай!

– Нет, – огрызнулся Никита.

Катя моментально дала брату подзатыльник.

– Я старшая. Приказываю идти домой, так и нечего спорить.

Никита потер голову.

– Мое «нет» относилось совсем к другому! Ты не могла пойти с Лесей в кино, потому что Петрова тебя не приглашала. И где тебе деньги на билет взять? Бесплатно на сеанс не пустят. А насчет того, что я маленький… Тебе десять, а мне восемь, но мы учимся в одном классе. Я получаю только пятерки, а ты двойки. Ну-ка ответь, что такое палиндром?

– Расчудесно знаю, что это, но не скажу, – фыркнула Катя.

– И чем только ты на уроках занимаешься, сегодня же это объясняли, – вздохнул Никита. – Палиндром – это слово-перевертыш, его можно читать справа налево, слева направо, и все равно получится одинаково. Например, «заказ». Туда – «заказ», сюда – «заказ».

Катерина схватила Никиту за руку и потащила вперед. Ну почему жизнь так несправедлива? Мама никогда не дает им денег, а если дочь начинает просить у папы, он отвечает:

– Звонкую монету не клянчат, ее зарабатывают. Ты пока не можешь получать зарплату, потому что не обладаешь нужными знаниями. Поэтому мы, родители, тебе все необходимое покупаем. Учись прилежно в школе, потом заслужи диплом университета, вот тогда устроишься на хорошую работу и не будешь испытывать материальных проблем.

И так каждый раз! Но в понедельник отец вдруг произнес другую речь:

– Понимаю, некоторые твои одноклассники получают от родителей на расходы. По моему мнению, если десятилетняя школьница хочет иметь карманные деньги, то ей надо трудиться, чтобы их заработать. Можешь прогуливать по утрам и вечерам собаку нашей соседки, Нина Ивановна тебе будет за услуги пятьдесят рублей в день давать. Это вполне по силам девочке твоего возраста. Утром встанешь на час раньше и с Бруно во дворе побегаешь. Так как? Мне договариваться с Ниной?

Да уж! Хорошо папа придумал. Катя горестно вздохнула и протянула:

– Не хочу просыпаться в шесть!

– Тебе нужны деньги, а они зарабатываются, за так не даются, – нахмурился Леонид Петрович, – лентяй ничего не получает…

Катя посмотрела на шагавшего рядом веселого брата. Вот Никите ничего не надо! Купила ему мама брюки со свитером, и он доволен, без разницы ему, что надевать. А Катя разбирается в одежде, она просила у матери розовые джинсы в стразах, но та назвала их «варварски великолепными» и велела носить черные брючки, потому что они элегантные. Глаза Кати наполнились слезами. Элегантные черные брючки! В таких только тридцатилетние старухи ходят. Всем ребятам дают деньги, а Кате и Никите нет. Поэтому ее никто в компанию не приглашает. Правда, с Никитой все хотят дружить. Почему? Потому что он вундеркинд. Кит поступил в первый класс и через месяц его перевели во второй, потом в третий, теперь он уже оказался с сестрой за одной партой. Никита ухитряется за сорок пять минут решить на контрольной по математике все восемь вариантов заданий и разослать их по рядам. У брата память, как у слона, прочитает один раз параграф и запоминает его. Катя же никак не может выучить даже простой стишок, зубрит его, зубрит, а текст в голове не задерживается. У Никиты в дневнике одни пятерки, а у сестры сплошные двойки. Родители брата обожают, ему купили новый ноутбук, а старый отдали ей. А какой у Кати телефон! Раньше он принадлежал бабушке, потом Анне Ивановне мама подарила айфон. А трубку, которой пользовалась старушка, вручила Кате со словами:

– Ты не умеешь беречь вещи, все теряешь, эту модель не жалко будет.

И, как назло, противная трубка никак не теряется. Где ее она только не бросала! Но всякий раз кто-то кричит: «Девочка! Телефон забыла».

Катя остановилась у дома, на котором висела табличка «Ваш склад», и зашмыгала носом. Домой идти не хотелось, мама там занимается музыкой с кем-то из своих учеников. Вот чужих ребят она любит, считает их талантливыми. А Кате медведь на уши наступил и попрыгал на них, она ни одной ноты правильно не споет. Да еще сегодня в дневнике появилась двойка по истории за невыученное задание.

Глава 2. Встреча с Густавом

– Катя, – позвал тихий голос, – Катя! Реутова!

Девочка завертела головой в разные стороны.

– Кто меня зовет?

– Не знаю, – протянул Никита, – я тоже слышал баритон. Катя пнула брата ногой.

– Не умничай! Баритон!

– Я тут, – снова раздался незнакомый голос, – наклонитесь.

Дети послушно нагнулись.

– Окошко подвала видите? – зашептали из-под земли. – С решеткой, я за ней.

Катя всмотрелась в полукруглую дыру, которая находилась почти вровень с землей, и ахнула.

– Лягушка!

– Они не умеют разговаривать, – мигом возразил Никита.

– Я почтовый жаб, меня зовут Густав, – представилось существо.

– Ой! – Никита подпрыгнул и ущипнул Катю за руку.

– С ума сошел! – взвизгнула сестра.

– Когда что-то чудится, надо ущипнуть себя, чтобы проснуться, – пробормотал Никита.

– Себя, а не меня, – огрызнулась Катя.

– Я попал в беду, – сказал Густав, – но это ерунда, выберусь. А вот для Гали счет идет на часы.

– Это сон? – потряс головой Никита и прижался лицом к решетке.

– Катя! Лягушка одета! В красный камзол, на шее жабо, а лапы без ботинок.

Густав закатил глаза.

– Вот ты очень умный, а на самом деле глупец. Разве прилично голым по улицам бегать? И в Прекрасной Долине я ношу сапоги или кроссовки, дома сижу в тапочках. В мире людей в обуви неудобно, в ней быстро не попрыгаешь. И перестань звать меня лягушкой. Я жаб. Почтовый. Член Совета Старейшин Прекрасной Долины. Я настоящий. Живой. Не видение. И девочка Галя существует. Если вовремя не доставить волшебный компас, малышка погибнет. Вот!

Густав просунул сквозь прутья лапу, в которой была зажата ярко-красная коробочка.

– Отдайте это Фирсову Ивану Сергеевичу. Он живет в вашем доме, квартира номер один, за лифтом найдете лестницу, спуститесь, увидите дверь.

– Эй, откуда тебе известен наш адрес? – удивилась Катя.

Густав с шумом выдохнул.

– Долго объяснять. Я все знаю.

– Он волшебник, – пришел в восторг Никита.

– Чародеи существуют только в сказках для малышей, – засмеялась Катя.

– Говорящих лягушек тоже нет, – отрезал брат.

– Сколько раз повторять! Я жаб! – возмутился Густав.

– Раз ты все знаешь, тогда скажи, что у нас сегодня дома случится, – потребовала Катя.

Густав сложил лапы на груди.

– Не могу.

– Вот видишь, – обрадовалась Катя, – он совсем не маг!

– Хватит того, что мы видим говорящую жабу, которая умеет бойко болтать! – возразил Кит.

– Жаб, – поправил Густав, – я мужского пола!

– Предсказатели видят все, что произойдет вечером, завтра, через месяц, – отрезала Катя.

Густав чихнул.

– Все гадалки мошенницы. Невозможно знать твое будущее, Катя. Потому что оно зависит от тебя и может измениться в любую секунду.

– Это как? – не поняла девочка.

Густав почесал шею.

– С вами надо иметь адское терпение. Ну смотри. Сейчас ты еще поговоришь со мной немного, а за это время мимо подъезда проследует мужчина, который будет есть банан. Он бросит на землю кожуру, а ты, Катя, наступишь на нее, упадешь, сломаешь ногу, окажешься в больнице. Или ты более не станешь заниматься пустыми разговорами, а сию же секунду поторопишься к Фирсову. У тебя есть четыре минуты двадцать секунд. Неаккуратный дядька сейчас в магазине, он как раз банан покупает. Успеешь дойти до подъезда до того, как он кожуру бросит. Будущее – это всегда твой выбор. Сказки читала? Стоит богатырь на перекрестке перед камнем, на нем надпись: «Налево пойдешь, коня потеряешь. Направо пойдешь, невесту найдешь». И как ему можно будущее предсказать? Оно только от его решения зависит. Катя, у тебя сейчас тоже два варианта. Я знаю оба. Бежишь к Фирсовым, и нога будет цела. Не бежишь к Фирсовым, наступаешь на брошенную кожуру и ломаешь лодыжку. Но что выберешь ты, мне неведомо.

Катя сделала несколько шагов вперед.

– Эй, коробка! – напомнил Густав. – Ее отнести надо.

Катюша остановилась.

– А что мне за это будет?

– Ничего, – ответил Густав. – Поможешь человеку и станешь моим другом.

Катя схватила коробку и поспешила к дому.

– Погоди, погоди, – занервничал жаб, – компас нужно отдать только Ивану Сергеевичу, скажи ему: «Густав попал в беду, застрял между прутьями, жаб сам освободиться не может. Аварийную команду из Прекрасной Долины долго ждать, а у него полно посылок, их ждут».

– Ладно, – пообещала Катя.

– И ни в коем случае не бери подарков, – предостерег Густав. – Иван Сергеевич может тебе что-то предложить. Откажись! Иначе случится ну очень большая беда.

Катя махнула рукой и заторопилась к подъезду.

– Никита, иди с ней, – вдруг испугался жаб, – ой, чую, она может сделать глупость.

– Катька всегда их совершает, потому что сама глупая, – заметил младший брат.

– Ощущаю, как подкатывает огромная неприятность, – простонал Густав. – Ну зачем я ел булочки? Из-за них слегка потолстел и застрял. В мире людей слишком вкусные ватрушки. У нас такие даже Муля не печет. Ох! Мне прямо нехорошо от ужасного предчувствия. А вот и он!

– Кто? – не понял Никита.

– Человек с бананом, – пробормотал Густав.

Глава 3. Деньги

Мальчик обернулся и увидел мужчину в светлой рубашке и серых брюках. Проходя мимо дома, где живут брат и сестра Реутовы, он бросил на тротуар банановую кожуру.

– Быстро подними ее, – распорядился жаб.

– С какой стати мне убирать чужой мусор? – рассердился Никита.

– Лучше сделай это! – приказал Густав. – Чужой мусор может стать твоей проблемой.

– Еще чего! – фыркнул Никита.

Густав прищурился.

– Ну, как хочешь, я тебя предупредил и постарался доходчиво объяснить: за свое будущее несешь ответственность только ты.

– Странно выполнять приказы лягушки, даже если она носит камзол и говорит по-человечески, – отбрил Никита, – все подчиняются тому, кто умнее тебя.

Густав заморгал.

– Это был не приказ, а дружеский совет. И подчинить тебя себе сможет не только тот, кто мудрее, но и тот, кто глупее и слабее тебя.

– Вот еще, – засмеялся мальчик. – Не стану такого человека слушаться. Кстати, может, ты не знаешь, но улицы обязан подметать дворник. И я маленький, мне нельзя поднимать грязь.

Густав достал из кармана фонарик.

– Можно быть ответственным, трудолюбивым, добрым взрослым человеком в восемь лет, и можно быть безалаберным, ленивым, ни за что не отвечающим малышом, задув пятьдесят свечек на торте. Взрослость зависит не от возраста, а от того, какие поступки ты совершаешь. Взрослый прислушивается к чужим советам. До свидания, Никита. Недосуг мне более с тобой баклуши бить. Поступай, как считаешь нужным. Но все же дам тебе еще один совет, запомни: «Если ты отнимешь у друга яблоко, то у тебя будет яблоко, но не будет друга».

Из подвала послышалась тихая музыка, Густав исчез. Никита зашагал к подъезду, он никак не мог поверить, что пару секунд назад беседовал с говорящим жабом. Сзади внезапно раздался вопль:

– В сторону!

Никита шарахнулся, его правая нога неожиданно поехала вперед, мальчик замахал руками, но не устоял и шлепнулся на асфальт. Мимо него промчался на велосипеде какой-то подросток. Никита потряс головой, встал, опять чуть не грохнулся и понял, почему вдруг потерял равновесие. К подошве его правого ботинка прилипла полураздавленная кожура от банана. Кит не заметил, как наступил на нее. Он сделал шаг, ощутил, как что-то укололо его пониже спины, ойкнул, полез в задний карман брюк и вынул разбитый телефон. Трубка развалилась на части, когда Никита со всего размаха сел на нее. Густав оказался прав. Кит не захотел убрать мусор за неаккуратным прохожим, и теперь банановая кожура стала его проблемой.

Поняв, что жаб не зря предупреждал его, Никита почистил подошву о ступеньку крыльца подъезда, вошел в дом, завернул за лифт, увидел узкую лестницу, спустился по ней и сразу заметил Катю: сестра стояла около двери, на которой висела табличка с номером 1.

– Не знал, что здесь кто-то живет, – удивился Никита.

– Да ну? Неужели есть что-то, тебе неизвестное? – скривилась Катя. – Жму на звонок, а никто не открывает.

– Наверное, хозяев дома нет, – предположил брат.

Катерина захлопала в ладоши.

– Гениально! До такого вывода никто не додумается! Ты необычайно умен. Может, тебе сразу в одиннадцатый класс перейти?

– Там математика сложная, – вздохнул Никита, – сейчас не получится. Может, через два года…

Катя подняла руку, чтобы стукнуть брата, но тут дверь открылась, на пороге стоял очень худой мужчина.

– Здравствуйте, ребята, – сказал он. – Чем могу вам помочь?

– Вы Иван Сергеевич? – спросил Никита. – Отец Гали?

– Да, – удивился хозяин. – А вы кто?

Никита открыл рот, но Катя быстро пнула брата ногой и затараторила:

– Нас послал Густав. Почтовый жаб. Сам он прийти не может.

– Съел много ватрушек, – вставил свое слово Никита, – потолстел…

– …и застрял, – перекричала его сестра, – в подвале того дома, где склад.

– Ах ты, господи, – засуетился Иван Сергеевич, – что же делать! Надо бежать его вызволять. У него для меня очень важная посылка!

Катя протянула ему коробочку.

– Густав просил вам это передать.

– Волшебный компас! – подпрыгнул Иван Сергеевич. – Дети! Я так вам благодарен! Сейчас активирую компас! Заходите, угощу вас чаем с баранками. Пока стрелка нужное направление определит, пройдет минут двадцать.

Катя фыркнула. Чай с баранками? Да уж! Роскошное угощение!

– Спасибо, нам надо делать уроки, – сказал Никита.

– Очень хочу вас отблагодарить, – занервничал Фирсов. – Скажите, что я могу сделать хорошее для вас?

– Ничего не надо, – живо воскликнул Никита.

Катя исподтишка ущипнула брата.

– Я собираю деньги на телефон. У меня ужасная трубка, старая, в ней интернета нет.

– Конечно, конечно, – захлопотал хозяин. – Милая девочка, с удовольствием купил бы тебе сенсорный вариант, но я слегка стеснен в средствах, хотя буду рад внести свой вклад. Вот, возьми пять тысяч. Ей-богу, больше у меня нет.

– Лучше вернуть ему деньги, – пробормотал Никита, когда они с сестрой пришли к себе домой.

– С какой стати? – округлила глаза Катя.

– Густав запретил что-либо брать у отца Гали, – напомнил брат.

– Это просто пять тысяч, – возразила Екатерина, – а не подарок. Я их за работу получила, принесла коробочку.

– Жаб сказал, что нельзя ничего… – начал Кит.

Катя скривилась.

– Отстань!

– Неприятность случится, – ныл Кит, – верни купюру. Я не послушал Густава, поскользнулся на кожуре, упал, телефон расколошматил. Жаб чуял большую беду, просил меня удержать тебя от глупостей.

– Лучше за собой следи, – рассердилась Катя. – Ты айфон кокнул?

– Да, – грустно подтвердил Никита.

– Влетит тебе! – обрадовалась сестра. – А у меня скоро будет новенький смартфон. Копилка полная. Я на день рождения всех гостей попросила подарить деньги, еще бабушка дала вчера просто так, она не такая жадная, как папа. Мне не хватало три тысячи. Вот они!

Катя помахала перед лицом Никиты ассигнацией.

– Еще две останется. Как раз на чехол, антиударное стекло. У меня будет супертрубка, а ты станешь моей древней «раскладушкой» пользоваться. Так и быть, подарю ее тебе, потому что тебе ничего теперь не купят.

– Ты противная, – обиделся брат, – глупая и злая. Радуешься моей беде.

– А ты умнее всех, зато очень подлый, – не осталась в долгу Катя, – вечно на меня родителям стучишь, рассказываешь, что я уроки не сделала.

Тихо ругаясь, дети вошли в свою комнату, вскоре вернулись родители. Не успели они заняться своими делами, как в дверь позвонили. Катя не пошла в прихожую, она читала модный журнал, который ей дала соседка по парте.

– Катерина, Никита, идите сюда, – крикнула из холла мама.

Девочка быстро запихнула журнал в ящик стола и поспешила на зов.

Глава 4. Большая неприятность

В прихожей стояли мама и Иван Сергеевич.

– Этих детей вы ищете? – спросила Татьяна Михайловна.

– Да, да, да, – обрадовался Фирсов, – слава богу, нашел. Не знал номера квартиры, в которой вы живете, по глупости поднялся на последний этаж, пошел вниз, когда на первом очутился, совсем приуныл, решил, что неправильно расслышал, мальчик с девочкой в другом здании живут. А вы, оказывается, во второй квартире. Ребята, мне надо с вами поговорить.

– Пожалуйста, – кивнула мама, – только недолго, у них уроки не сделаны.

– Наедине, – уточнил Иван Сергеевич, – с глазу на глаз.

У Татьяны Михайловны вытянулось лицо.

– Это еще почему? У детей нет секретов от родителей. И я не могу позволить незнакомому мужчине говорить с Катей и Никитой без моего присутствия.

– При вас нельзя, – зашептал отец Гали, – ради меня сделали исключение. За мою дочь очень просила Клепа, наша кошка, поэтому Черчиль согласился помочь.

– Черчилль давно умер, – влез в разговор Никита, – он был премьер-министром Англии во время Второй мировой войны, а потом с тысяча девятьсот пятьдесят первого по пятьдесят пятый год.

– Наш гений любит знания демонстрировать, – прошипела Катя.

– Я люблю историю, даты хорошо помню, – уточнил Никита. – Я не ты, сознавайся, ты ведь уверена, что Куликовская битва вчера была.

– Черчиль – это мопс, – пояснил Иван Сергеевич, – я же ваш сосед Фирсов. Ничего плохого детям не сделаю.

Татьяна Михайловна покраснела.

– Говорите при мне. Или уходите.

– Хорошо, – согласился Фирсов, – моя дочь Галя пропала. Ее не могут найти. А в Прекрасной Долине есть волшебный компас. Его придумал Черчиль, с помощью прибора сразу станет ясно, где моя дочка. Черчиль согласился мне его прислать, потому что кошка Клеопатра, которая ранее у нас жила, а теперь, прислав вместо себя котенка Филиппа, вернулась домой, три часа рыдала у Фени на пороге. Феня жена Черчиля… Я доходчиво объясняю?

– М-м-м, – пробормотала Татьяна Михайловна, – ну…

– Как хорошо, что вы быстро все поняли, – обрадовался Иван Сергеевич. – Жаб понес мне посылку, но он съел много ватрушек, застрял в подвале между прутьями, я его еле освободил. Господи! Это все ерунда. Главное иное! Волшебный компас не включается. Галя погибнет. Густав сказал, что компас потерял волшебную силу, потому что Катя взяла у меня пять тысяч рублей.

Девочке стало жарко, она хорошо знала, что мама услышала только одно: ее дочери дали деньги.

– Вернее, я ей их подарил, чтобы поучаствовать в покупке айфона, – быстрее заговорил сосед, – это огромная тайна. Компас, не телефон. Чтобы он заработал, надо…

– Леня! – закричала мама. – Иди сюда скорей!

Катерина попятилась в сторону коридора.

– Стоять! – скомандовала мама.

Из кухни вышел отец.

– Что случилось?

Татьяна Михайловна уперла руки в боки.

– Наша дочь взяла у этого несчастного сумасшедшего пять тысяч рублей за то, что принесла ему какую-то ерунду.

Отец повернулся к Кате.

– Это правда?

– Нет, – пропищала девочка, – для начала нас там было двое, я и Никитка. Кит все затеял.

– Она врет, – испугался брат, – я говорил ей: не бери деньги!

На лице Леонида Петровича появилось такое выражение, что у Кати затряслись колени.

– Папочка! Все ложь! Сосед с ума сошел!

– Вы меня неправильно поняли, – затараторил Фирсов, – я сам дал купюру… Что делать? Катя, дорогая, зайдите ко мне минут через пять, Густав объяснил, что вам надо сделать, чтобы компас опять начал действовать. Но я не могу при всех рассказывать. Это тайна. Ох! Я разболтал про Прекрасную Долину! Боже! Боже! Что я наделал! Нет мне прощения.

Фирсов закрыл глаза рукой и убежал.

Отец запер за ним дверь и сурово произнес:

– Марш к себе в комнату. Беседовать будем.

Разговор длился больше часа, в конце концов Катя и Никита рассказали о своей встрече с Густавом. Как вы думаете, родители им поверили? Отец перетряхнул ранец дочери, нашел пять тысяч, скрипнул зубами и заявил:

– Поездка на море для вас отменяется. После окончания учебного года оба отправитесь в деревню к бабушке Наташе, ей надо с огородом помочь. Мы с мамой улетим купаться вдвоем. Ваши дни рождения не справляем, подарков не ждите. Вам запрещено смотреть телевизор, гулять, пользоваться компьютером…

– За что? – заплакала Катя.

Отец стукнул кулаком по письменному столу.

– Ты не поняла? Моя дочь выклянчила немалые деньги у больного соседа, несчастного сумасшедшего, он рассказывает про лягушку, которая ему принесла бог весть откуда компас, сделанный собакой. Позор тебе, Катерина!

– Густав жаб, – не удержался от замечания Никита, – лягушки и жабы не одно и то же.

Леонид Петрович прищурился.

– А за то, что ты упорствуешь в глупом вранье, не желаешь сказать: «Простите, больше никогда не стану повторять бред безумного соседа», за глупое упрямство и хамство вы сегодня из комнаты только в туалет выйдете, без ужина спать ляжете.

– Мама, – заныла Катя, – я же молчала, это Никита языком молол. Вот его и запирайте.

– Из-за тебя беда случилась, – возмутился Кит, – Густав предупредил, что…

– Еще раз услышу про Густава – оба ремня получите, – окончательно вспылил отец, и родители ушли.

Дверь в детскую захлопнулась, ребята услышали, как в замке заворочался ключ.

Никита швырнул в Катю учебником математики.

– Из-за тебя все!

Она что есть силы толкнула брата.

– Зачем умничать начал? «Лягушка и жаба не одно и то же!» Ботаник!

Глава 5. Начало путешествия

Ночью Катя проснулась от тихого стука. Девочка села на кровати и вскоре поняла: звук исходит от открытого окна. Она встала, подошла к подоконнику и увидела Густава.

– Предупреждал тебя, не бери подарков, – с укоризной заметил жаб.

– Он мне сам деньги дал, – всхлипнула Катя, – и вон какая ерунда получилась!

– Хорошо бы день назад повернуть, – подал голос со своей кровати Никита.

– Время не течет вспять, – заметил Густав, – да, начудили вы, нарушили главный закон.

– Какой? – спросила Катя.

Жаб почесал лапой щеку.

– Если кто-то сделал тебе добро, помни об этом всю жизнь, если сам кому-то сделал добро, забудь это мгновенно. И о том, что помог другому, не надо всем рассказывать, а уж брать за милосердие деньги…

Густав поморщился.

– Вы глупые и жадные.

– Я не такой, – возмутился Никита, – я умный, добрый.

– Почему тогда сестру не остановил? – хмыкнул жаб. – Ладно. Бесполезно спорить о том, что сделано. Я не могу прокрутить время назад, но могу сделать так, чтобы компас опять заработал.

– А почему он испортился? – только сейчас догадалась спросить Катя.

– Потому что за доброе дело нельзя требовать плату, – пояснил жаб, – я попросил тебя о помощи. А ты решила заработать. Волшебный прибор впитал энергию зла, которая исходила от того, кто его нес, и сломался. От жадного человека всегда исходят лучи негатива, они все разрушают. Но есть способ исправить положение. Можно вернуть тебя в тот момент, когда ты отдаешь Ивану Сергеевичу изобретение Черчиля. Если ты сделаешь это от чистого сердца, с доброй душой, компас укажет, где находится Галя. Иван Сергеевич не пойдет к вашим родителям… Ясно?

Катя захлопала в ладоши.

– Да. Сделай так скорей.

– Я уже говорил: не в моей власти повернуть время вспять, – грустно признался жаб.

– Зачем тогда пришел? – всхлипнула Катя. – Поиздеваться над нами?

– Я не могу вернуть вас на несколько часов назад, а вот Черчиль может это сделать, – произнес Густав. – Я чувствую свою вину. Не имел права использовать детей как посыльных. Закон запрещает нам общаться с людьми, Хранители помогают незаметно. А я окликнул вас. И то, что застрял между прутьями, испугался, что Галя не найдется, не оправдание. Беда началась благодаря моему обжорству. Но я упросил Черчиля помочь Гале, ради пропавшей девочки он согласился сделать все, что надо. Пошли.

– Куда? – хором спросили брат с сестрой.

– К двери, – пояснил Густав. – Вы хотите исправить то, что натворили?

– И поехать на море? – обрадовалась Катя. – Конечно.

Жаб покачал головой.

– Я думал, ты скажешь: «Хочу, чтобы компас обрел силу и Галя нашлась».

– Я ее не знаю, – фыркнула Катя, – мне хочется, чтобы папа перестал злиться, взял меня на море.

Жаб молчал.

– Эй, мы готовы все исправить, – занервничала Катя. – Получить подарки на день рождения.

– Придется поработать, – пробормотал жаб, – хотя, послушав тебя, я засомневался в успехе предприятия.

– Почему? – накуксилась Катя.

– Эгоист не сможет подняться на гору желаний, – вздохнул Густав, – его назад скинет. Ладно. Попробуем. Вдруг случится чудо. Одевайтесь.

– Мне тоже надо идти? – испугался Никита. – Я деньги у Ивана Сергеевича не брал. Все Катька натворила.

Девочка показала пальцем на Густава.

– А почему я его увидела? Не заори ты: «Кто-то нас зовет!» – я бы мимо подвала прошла, и все.

– Это ты крикнула! – заспорил Никита.

– Нет! – взвилась Катя. – Врешь.

– Да!

– Нет!

– Да!

– Перестаньте, – приказал Густав, – оба хороши. Никита, я просил тебя удержать Катю, остановить ее, если она захочет получить подарок.

– Приятно, что меня сделали главным виновником всех неприятностей, – разозлился Никита. – Давайте вспомним, с чего все началось? Кто объелся и застрял между прутьями решетки?

– Вот поэтому я и пытаюсь изменить ситуацию, – сказал жаб, – но, слушая вас, все сильнее и сильнее сомневаюсь, что затея удастся. Похоже, она обречена на провал. Вы что, совсем не любите друг друга?

– Зачем мне обожать задаваку? – заморгала Катя. – Он любимчик родителей. Пока Никитка не родился, я очень хорошо жила. Меня мама баловала. А как только он появился, взрослые лишь о брате заботятся. Я им стала не нужна. Целый год айфон выпрашиваю и не получаю, только ругают за отметки. А с Никиткой сю-сю: «Ты наш гений», и ему на подносике любые подарки тащат.

– Она врет! – запальчиво воскликнул мальчик. – Катька ленивая и лживая.

Густав засопел.

– Брат и сестра должны друг друга поддерживать.

– Еще чего, – хором сказали дети.

– Мне было лучше одной в семье, – буркнула Катя.

– И я хочу быть единственным ребенком у мамы с папой, – огрызнулся Никита, – это тебе внимания три грузовика! Мне просто комп-телефон купили, на стол бросили и пошли тебя уговаривать хорошо учиться. Тебя больше любят! Мне только вещи приобретают, а вокруг сестры пляшут, умоляют стишок выучить.

– Если у тебя появился младший брат или сестра, это не означает, что родители теперь любят старшее чадо в два раза меньше, – остановил ребят Густав. – С каждым ребенком на свет рождается новая любовь. Любовь не пирожок, она на куски не делится. Устал я вас слушать. Решайте. Идем к Черчилю или нет?

Никита посмотрел на запертую снаружи дверь детской.

– Вдруг мама заглянет, а нас нет. То-то скандал разразится.

– Дорога длинная? – уточнила Катя. – Туда-сюда до семи утра успеем?

– Время в Прекрасной Долине течет по-иному, чем здесь, – ответил Густав. – В мире людей еще ночь не закончится, а в нашей стране пройдет несколько месяцев. Одевайтесь, я отведу вас к Волшебной двери. Ох, чуть не забыл! Когда мы окажемся в Прекрасной Долине, вы будете одного роста с жителями, поэтому не удивляйтесь.

– У меня глаза закрылись! – запаниковала Катя. – Я их открыть не могу.

– И со мной так же! – испугался Никита. – Ой, ветер дует, такой сильный.

– Не бойтесь, – долетел до детей голос жаба, – вы сейчас отправитесь в Прекрасную Долину. Глаза распахнутся, когда вы окажетесь в гостиной дома Черчиля.

Катя и Никита ощутили, как их подняли над полом, посадили на что-то мягкое, похоже, на пуховую подушку, и она медленно поплыла по воздуху.

Глава 6. Чаепитие у Мули

Жаб не обманул. Подушка опустилась и замерла, глаза детей открылись.

– Ребята, садитесь, мы вас ждали, – сказала дородная собака в темно-бордовом платье. – Густав позвонил, предупредил о прибытии гостей. Надеюсь, вы любите кексы?

– Мама их лучше всех на свете печет, – запрыгал на стуле щенок в зеленом сарафане, – вон на том блюде шоколадные, слева апельсиновые.

– Чай трех сортов, – подала голос еще одна псинка, нос которой украшали очки, – марокканский самый вкусный, он с лепестками роз, которые выращивает мой муж.

Катя и Никита стояли с разинутыми ртами. Наконец девочка пролепетала:

– Мы где?

– В Прекрасной Долине, мой ангел, – ответил кто-то, сидевший у окна спиной ко всем.

– Вы собаки? – уточнил Никита. – Очень друг на друга похожи.

Пес повернулся.

– Мы мопсы, – улыбнулся он. – Я Черчиль, в желтом платье моя жена Феня.

Мопсиха помахала лапой.

– Это я.

– Куки, – представилась собачка в зеленом сарафане, – я самая честная.

– Хвастаться нехорошо, – остановила ее мопсишка с черной шерстью. – Я Зефирка, лучшая портниха Прекрасной Долины.

– Хвастаться нехорошо, – повторила Куки, – нас много. Главная здесь мама Муля, вот она.

Дородная мопсиха улыбнулась.

– Давайте назову всех остальных: Капа, Мафи, Марсия – это наша семья.

– Мафи не похожа на мопса, – ожил Никита. – Она дворняжка?

– Мафи в душе мопс, – произнес Черчиль, – главное, не какой ты снаружи, а какой внутри. И среди тех, кто сидит за столом, среди наших друзей, жителей деревни, представители разных пород. Тоффи чихуахуа, Диана пудель, Клеопатра и Сан Саныч…

– Они вроде кошки, – удивилась Катя.

– Я кот, – спокойно поправил Сан Саныч, – но это не мешает нашей дружбе.

– Как мы сюда попали? – изумилась Катя. – Вы говорите по-человечески?

Все присутствующие засмеялись.

– Между собой мы общаемся на универсальном языке, – пояснила Феня, – но вы его не знаете, поэтому сейчас мы беседуем, как люди.

Черчиль кашлянул.

– Вы прошли через дверь, которая соединяет мир людей с Прекрасной Долиной. Сейчас я вам кратко все объясню. Начну с доисторических времен, с момента, когда на Земле появился первый человек.

– Черчиль, у Кати и Никиты не так уж много времени, – деликатно остановила мопса Муля.

– Хорошо, дорогая, – неконфликтно согласился Черчиль, – вспомним первобытный строй…

– Милый, – снова притормозила оратора Муля, – а ты убрал энциклопедию? Или она в саду лежит? Вдруг муравьи сгрызут страницы.

– О нет! – подпрыгнул Черчиль и кинулся к двери.

Феня ринулась за мужем.

– Любимый, накинь жилетку, ты простудишься.

– Муравьи не едят бумагу, мама, ты соврала, – звонко заявила Куки.

– Скорей она применила военную хитрость, – хихикнула Зефирка.

Пуделиха завертела головой.

– Не вижу!

– Кого? – спросила Капитолина.

– Хитрушу, – ответила Диана. – Зефирушка только что сообщила, что он пришел!

Капитолина обняла соседку.

– Хитруша сейчас у себя дома, погреб красит. Ты просто не расслышала слов нашей мамы.

Диана приподняла одно ухо.

– А?

– Ты не расслышала Зефирку, – закричала Капитолина.

– Что? – прищурилась пуделиха.

Куки вскочила.

– Давайте хором. Раз, два, три.

– Ты не расслышала слова Зефирки, – заорали все, кроме Мули.

Под потолком, звеня подвесками, закачалась люстра.

– У Дианы болят уши, – шепотом пояснила Кате Куки, – она в речке купалась, простудилась. Доктор бурундук Паша лечит ее ужасно вонючей мазью. Фу. Бе-е. А еще лекарство щиплется. Ди не хочет плохо пахнуть, и ей не нравится, что ушки словно комары кусают. Поэтому она мазью не пользуется. Муля вечером к ней заходит и сама намазывает больные места. А Ди убежать норовит. Это неправильно. Диана совсем глухая стала.

– Я прекрасно слышу! – возмутилась пуделиха. – Куки! Ты говоришь глупости.

Мафи рассмеялась.

– И зачем мы вопили?

Муля взяла чайник и начала наполнять чашки Кати и Никиты.

– Если хочешь, чтобы тебя услышали, никогда не кричи, скажи, что нужно, очень тихо, к шепоту все прислушиваются. Давайте вкратце расскажу детям историю Прекрасной Долины. А потом они объяснят свою проблему. А вот и Черчиль с Феней вернулись, энциклопедию принесли. Дорогие мои, вы не будете против, если я сама объясню гостям, как появилась наша страна?

– Конечно, нет, у тебя это прекрасно получится, – торжественно заявил Черчиль.

Муля откашлялась.

– Когда на Земле появились первые люди, они оказались беспомощны, как новорожденные котята. Человечество выжило лишь потому, что у него есть Хранители-животные, посланные помогать неразумным двуногим. Корова и коза подсказали голодным, что можно надоить молока, а из него получать и творог, и сыр, и сметану. Лошади служили транспортом, куры несли вкусные яйца, кошки издревле лечили своим теплом радикулиты, плохое настроение, боли в руках-ногах. Собаки зализывали раны, отгоняли злых духов. Люди постоянно совершают глупости, то войну затеют, то революцию, вечно выясняют между собой отношения. Собаки и кошки пытаются объяснить неразумным: жить надо в мире, любить свою семью, не делать зла окружающим, не врать, не воровать, не завидовать. Но не в коня корм. Люди изобрели машины, сделали много научных открытий, в космос полетели. Они вроде умные, но глупцы, потому что никак не перестанут ругаться, выяснять, кто богаче.

Работать Хранителем тяжело. Человека, даже если он прекрасный, заботливый, ответственный, приходится постоянно оберегать. Поэтому срок нашей жизни в мире людей короток, Хранители устают и возвращаются к себе домой, в Прекрасную Долину, где живут счастливо, отдыхают, набираются сил и, если понимают, что готовы снова охранять человека, превращаются в щенка и уходят через Волшебную дверь к людям. А человек и не подозревает, что около него бессмертный Хранитель. Скажу больше, некоторые люди не догадываются, что их собственные души живут вечно. Поэтому многие хозяева, похоронив свою собаку или кошку, страдают. Но этого делать не стоит. Животное непременно вернется, просто его внешний вид станет другим. Покинув мир людей, мы снова оказываемся в своих родных семьях, получаем новое тело неразумного щенка, котенка и некоторое время растем, ничего не зная. Потом идем в школу, узнаем историю Прекрасной Долины, пьем особый чай, который готовит доктор бурундук Паша, и хоп! Память возвращается. Мы вспоминаем, кем были в мире людей раньше, кого охраняли, сколько раз ходили через Волшебную дверь к человеку. Сейчас моя мама Ада хранит прекрасную семью, но она сюда вернется, когда покинет мир людей, и снова станет щенком. Все просто. Вспомнив, кого охраняли, мы опять уходим к людям, к тем самым, которых берегли раньше, но они нас не узнают. Иногда, правда, у человека закрадываются сомнения…

Капа засмеялась.

– Мы с Адой на протяжении столетий заботимся о семье Кругловых. Однажды хозяйка вдруг сказала: «Смотрите, Мартина (так они меня называли) вылитая Боня моей бабушки. Боня умерла, когда я еще ходила в школу, но хорошо помню, что она спала, засунув голову под подушку, и обожала носить бусы. Все наши мопсихи именно так поступали. И Роза, и Эльвира, и Нэнси, а теперь Мартина. Ну просто чудеса! Почему собаки, живущие у нас, всегда ночью прячутся под подушку и приходят в восторг от бижутерии?»

А я сижу и думаю: «Хозяйка! Это же элементарно. Мы с Адой мама и дочка, у нас одни повадки. Роза, Эльвира, Нэнси… это все мы. А еще были Аманда, Криси, Натали, Жози, о них ты даже не подозреваешь, потому что в те времена ни тебя, ни твоей бабушки еще не существовало. И да, нам с Адой нравится спать, прикрыв голову подушкой, а еще мы в восторге от украшений. Не стоило тебе рыдать над телом Бони, это же я, в теле Мартины». Хранители никогда не умирают, они всегда возвращаются. Души животных бессмертны, а тела нет. Теперь, ребята, рассказывайте, что у вас стряслось!

Глава 7. Коробка с записочками

– Сложная задача, – заметила Феня, когда Катя и Никита, перебивая друг друга, завершили свой рассказ.

– Это я виноват, – уныло произнес Густав.

– Не нужно сейчас посыпать голову пеплом, – остановила жаба Капитолина, – лучше придумай, как им помочь.

– А он ничего не бросал на голову, – хихикнула Катя.

– Это такое выражение, оно означает, что человек о чем-то горько сожалеет, раскаивается, – объяснил Никита.

Катя сильно пнула брата ногой.

– Очень ты умный! Замолчи.

Зефирка вскочила и кинулась к окну.

– Упала!!! Вот же беда! Пойду, подниму ее! И доктора вызову!

– Кто свалился? – не понял Никита.

Феня поправила очки.

– Член семьи радужной сойки. Понимаете, Никита, в Прекрасной Долине не должно быть зла, грубости, лжи, клеветы, драк, ненависти, скандалов. Не хочу сказать, что все здесь ангелы. Мы животные, просто животные, нам свойственно подчас вести себя не очень хорошо. Но жители здесь добрые и ласковые, драк в нашей стране никогда не бывает. Даже крохотные щенки не устраивают баталий в песочницах, не бьют друг друга ведерками. Знаете почему?

Никита пожал плечами.

– Нет.

– Из-за радужной сойки, – пояснила Феня, – всякий раз, когда кто-то кого-то ударит, в месте ссоры скапливается темный сгусток злобы, он поднимается вверх и ранит одну из птиц, она падает.

– Некоторые очень сильно калечатся, – вздохнула Муля, – ломают лапки, крылья. Доктор бурундук Паша их потом долго лечит.

– Сойку жалко, – затараторила Куки, – поэтому мы драться перестали.

– Возиться можно, – пояснила Мафи, – беззлобно. Вот я сейчас Куки за ухо дерну, но не потому, что хочу ей больно сделать или не люблю ее. Это игра. Она на полет соек не влияет. А вот если выплескивается злоба…

– Она жива, – закричала Зефирушка, вбегая в комнату, – клювик только о камень разбила.

– Я уже вызвала Пашу, – сказала Капитолина, – послала ему сообщение.

Зефирка села на диван, положила рядом птичку и забормотала:

– Сейчас, сейчас, потерпи.

Катя посмотрела на маленький комок взъерошенных перышек, на испуганные, полные слез глаза птенца и воскликнула:

– Он упал, потому что я ударила Никиту?

– Это девочка, – пояснила Зефирка, – Розамунда, она самая маленькая. Рози шлепнулась, потому что ты выплеснула ненависть. Каждый раз, когда злишься по-настоящему, где-то погибает или калечится птичка. Если помнить об этом, то перестанешь злиться.

Катя молчала.

– Ты же об этом не знала, – ласково сказала Муля, – поэтому и не сдержалась. Катюша, ты хорошая девочка, просто кое-что тебе пока неизвестно.

– Да. И сразу скажу, что неправильный гнев, направленный в чужой адрес, – это бумеранг, – подхватил Черчиль, – он рано или поздно прилетит назад к тому, кто его в другого бросил. Не хочешь себе зла? Не делай зла никому.

Со двора раздался гудок. Зефирка взяла Розамунду и выбежала из комнаты.

– Доктор Паша приехал, – обрадовалась Марсия. – Черчиль, у нас получится помочь ребятам? Ты сможешь повернуть время вспять?

Мопс начал чесать лапой затылок.

– Ну… теоретически… знаю, что мой отец Карл один раз проделал подобное. Следовательно, это возможно. Но как это осуществить?

Феня быстро вышла из комнаты.

– Нужно составить план научной работы по поиску методики, – продолжал Черчиль, – сначала поставить эксперимент.

– Дорогой, – громко сказала Фенюша, возвращаясь, – когда Марсия задала вопрос, я сразу вспомнила твои умные слова.

– Какие, уточни, – попросил муж, – у меня все высказывания мудрые.

– Если не знаешь, что делать, прочитай параграф в справочнике, – объявила Фенечка, кладя на стол толстый том в красном кожаном переплете. – Вот! «Полезные советы для Хранителей на все случаи жизни. Составлены мопсом Карлом».

– Это труд моего отца, – объяснил Черчиль, – пользуется заслуженной популярностью, есть в каждом доме.

– Сейчас найду нужное, – объявила Фенечка. – Заготовка варенья, домашняя кулинария, капризы детей, проблемы в браке… О! Поворот времени вспять! Читать вслух?

– Да! – закричали все.

– Что? Не слышу! – затрясла головой Диана.

– Фенечка, говори потише, а то Ди начнет постоянно переспрашивать, – прошептала Марсия.

– По твоему мнению, я не только лишилась слуха, но еще и ум потеряла? – рассердилась на Марсию пуделиха. – У меня уши, как у прекрасного композитора Бетховена.

– Он был глухой, – хихикнул Никита.

– Вот только не надо говорить ерунду, – рассердилась Диана. – Человек, который сочиняет музыку, слышит лучше козы Тани.

– Читаю! – остановила пуделиху Феня. – «Поворот времени вспять очень сложная задача. Чтобы решить ее, нужно открыть Башню желаний, местонахождение которой известно только кошке Люси и коту Тоффи. Внутри башни есть особые часы и инструкция, как ими пользоваться. В одиночку повернуть время вспять нельзя. Это может сделать только коллектив из шести участников. Ключ от двери Башни желаний ни у кого не хранится. Он упадет в лапы того, кто сделает истинно доброе дело».

– Шесть участников! – закричала Куки. – Я пойду!

– Подожди, дорогая, – попросила Муля, – думаю, Черчиль сам составит список участников.

Мопс приподнял уши.

– Так, так. Башня желаний! М-да.

– Бежим к Люси, – обрадовалась Капитолина. – Тоффи сейчас в мире людей, а кошка дома.

– Сначала надо получить ключ, – резонно заметила Мафи.

– Это просто! – закричала Куки. – У Черчиля в кабинете есть коробочка. В нее жители Прекрасной Долины складывают записки со своими просьбами. Возьмем одну, и дело в шляпе.

– Хорошая идея, – одобрила Муля.

– Сейчас отправлюсь в дом к Фене и Черчилю, – засуетилась Куки.

– Лучше я сношусь, у меня ноги длиннее, – возразила Мафи, – хочу сделать доброе дело, принесу коробочку.

– Я первая про нее вспомнила, – надулась Куки.

– Вот и молодец, – не сдалась Мафи, – но бежать должен тот, кто умеет это делать. А это я!

– Нет, я! – уперлась Куки.

– Я! – подпрыгнула Мафи.

– Иду я, – заявила Диана, – а вы остаетесь.

– Почему? – заныли хором Куки и Мафи.

– Потому что нельзя ругаться из-за того, кто сделает доброе дело! Идти совсем недалеко. Дом Черчиля и Фени рядом с домом Мули, – отрезала пуделиха и ушла.

– Ди совершенно права, – сказал Черчиль.

– Вы слишком много внимания уделили ерунде, – сказал Никита. – Какая разница, кто притащит записки?

– Доброе дело надо совершать с чистым сердцем и ясным умом, – сказала Капа, – иначе оно может стать злом.

– Это как? – не поняла Куки.

Капитолина прищурилась.

– Зефирка обожает сладкое. Но она от него толстеет, а это плохо для здоровья мопсихи. Доктор бурундук Паша велел ей худеть. Куки, если Зефирушка попросит у тебя мармелад, ты угостишь сестру?

– Конечно, – закричала Куки, – я не жадная.

– Вот это ответ того, кто не подумал, – хмыкнула Марсия, – а теперь включи мозг. Хорошо ли будет Зефирке от твоей доброты? Мармелад ее еще толще сделает. Во вред такое хорошее дело. В данном случае надо проявить жадность. И это будет добрая жадность.

Со двора донеслось веселое чириканье, в комнату вернулась Зефирка.

– Не дам тебе мармелада, – завопила Куки, – и не проси.

– У нас есть мармелад? – облизнулась Зефируша. – А почему его на столе нет?

– Розамунда выздоровела? – перевела разговор на другую тему Муля.

– Да, Паша ей клювик вылечил, – улыбнулась Зефирка.

– А вот и я, – закричала Диана, входя в столовую.

– Как будем доброе дело выбирать? – поинтересовалась Марсия, глядя, как пуделиха ставит на стол коробку.

– Кто-то закроет глаза, засунет лапку внутрь и вытащит бумажку, – продолжала Муля.

– Отлично! Пусть это будет Феня, – решил Черчиль, – давай, дорогая.

Фенюша сняла очки, закрыла глаза, Куки подняла крышку, жена Черчиля порылась лапкой в ворохе сложенных листочков и выудила один.

– Разжмуривайся и читай скорей, – потребовала Мафи.

Фенюша посадила очки на нос, откашлялась, аккуратно развернула бумажку.

– «Прошу помощи в деле стирки постельного белья. У меня лапка болит, а машинка не работает. Диана».

– Ой, ой, – смутилась пуделиха, – не думала, что моя записочка попадется. Неудобно получилось.

– Все в порядке, дорогая, – успокоил собачку Черчиль, – не ты вынимала бумажку, а Фенюша. Это просто совпадение.

Глава 8. Стирка белья

– Ди! Когда ты в последний раз стирала пододеяльники? – спросила Зефирка, глядя на здоровенную кучу белья, которая высилась в чулане.

– Не помню, – смутилась Диана, – лапка заболела… э… в июле. Я ее уколола, собирая ежемалинку на варенье.

– Да? – с недоверием протянула Мафи. – Сейчас август. Как ты за месяц ухитрилась столько простынок и наволочек загваздать?

Капа встряхнула один пододеяльник.

– Наверное, каждый день постель меняешь! Ой! Да тут одни пятна! Ты что-то пролила? Принимала в кроватке лекарство? Мне доктор бурундук Паша как-то прописал перед сном микстуру от живота. Я ее глотнула, подавилась, закашлялась, все и вылилось на пижамку. Еле ее отстирала.

Диана потупилась.

– Ну…

– И здесь такие же, – удивилась Зефирка, расправляя наволочки.

– И тут, – прибавила Марсия, растягивая другой пододеяльник.

– Диана, почему ты нам не сказала, что заболела и регулярно на ночь употребляешь микстуру, – укорила пуделиху Зефирку – мы о тебе позаботились бы.

– Мама умеет делать лучший в мире чай от ста недугов, – заметила Куки, – он даже Мафи от глупости помогает.

– Нехорошо так говорить о сестре, – сделала Куки замечание Феня.

– За глаза плохо, а прямо в лицо можно, – не сдалась Куки, – и я не сплетничаю, а говорю чистейшую правду.

– Некоторую правду лучше сказать Мафи на ушко, а не при всех, – заметила Капитолина, – кое-что надо сообщать по секрету.

Марсия подергала носом.

– Очень приятно пахнет. Ди, какие у тебя духи?

– Я ими не пользуюсь, – ответила пуделиха.

– А откуда аромат? – не успокаивалась Марсия. – Вроде ванилин…

– И шоколад, – добавила Мафи.

– Это от белья, – запрыгала Куки. – Диана, у тебя стиральный порошок такой здоровский? Покажи пачку?

Пуделиха взяла с полки упаковку.

– Вот.

– У нас такой же! Феня! Почему наш без запаха? – заныла Куки.

Жена Черчиля понюхала коробку.

– Этот тоже без отдушки.

– Пахнут пятна! – объявила Мафи.

– Фу! Ты их нюхала, – скривилась Куки.

– Диана, ты ешь в постели конфеты? – облизнулась Зефирка.

– Нет, – пролепетала пуделиха, – мороженое! Сливочный белый пломбир.

– О-о-о! – простонала Зефирка. – И остаешься тощей, как зубочистка.

– Но пятна коричневые, – пробормотала Марсия, – а сливочное мороженое белое. И сейчас пахнет шоколадкой.

– Я кладу в вазочку брикет, – начала объяснять Диана, – целый, полкило.

– А-а-а, – завыла Зефирка.

– Потом беру сухое какао, – продолжала хозяйка дома, – насыпаю его на мороженое, перемешиваю, порошок превращается в жидкий шоколад.

– У-у-у-у, – проныла Зефируша, – это так вкусно.

– Ложусь в кроватку, – зачастила Диана, – включаю телевизор, смотрю мультики и ем!

По подбородку Зефирки потекли слюни.

– И всякий раз случается маленькая неприятность, – объяснила Диана, – часть какао не растворяется, остается сухим. Сделаю вдох, порошок попадает в нос, я чихаю… Какао взлетает вверх и садится на белье. Пытаюсь его стереть, оно размазывается. Начинаю есть, а с ложечки мороженое обязательно капнет. Слопаю вкусное…

– О-о-о-о! – запела Зефирушка.

– Вытру лапки о пододеяльник, – признавалась Диана. – И что делать? Не спать же на грязном. Приходится перестилать постельку, я очень аккуратная.

– Боюсь даже представить, что бы со мной мама сделала, начни я в постели пломбир есть, – вздохнул Никита.

– Да уж, – поежилась Катя, – мы бы живы не остались.

– Мама лучший друг щенка, – объявила Мафи.

– Но только не тогда, когда ребенок по одеялу мороженое размазал, – возразил Никита.

– Раз, два, три, четыре, – начала считать Марсия. – Ба! Здесь тридцать пододеяльников!

Зефирка зашмыгала носом.

– Она каждый день мороженое лопает! Счастливица!!!

– Понятно теперь, почему Диана плохо слышит, – захихикала Мафи, – она уши простудила. Они у нее от пломбира насквозь проморозились.

– Некрасиво осуждать меня за маленькую слабость, – бросилась в атаку пуделиха, – можно подумать, вы сами пример для подражания. Зефирушка! Сколько кексов ты вчера съела?

Черная мопсиха села и протянула перед собой передние лапы.

– Три на завтрак, два после него, один до обеда, четыре после, и еще… Ой! Когти закончились.

– На задних лапах зажимай, – съехидничала Катя, – глупая обжора! Стало тихо.

– У тебя, наверное, тоже есть мелкие грехи, – нарушила молчание Капитолина, – и у Никиты.

– Нет, – отрезала Катерина, – ничего плохого я никогда не делаю.

– А я слишком умный, чтобы совершать глупости, – в тон сестре ответил Никита.

– Вы прямо как Правильный Во Всех Отношениях Мопс, – пробормотала Зефирка, – это герой сказок, он всегда все делает как надо. В отличие от нас, которые постоянно что-то не то совершают.

– Правильный Во Всех Отношениях Мопс ни разу не ошибся, – добавила Куки.

– Он отличник и всегда учит уроки, – подхватила Марсия.

– Помогает маме без нытья, – засмеялась Мафи.

– Встает в пять, ложится в восемь, не спорит со взрослыми, ест кашу на завтрак, занимается спортом, – перечислила Капитолина, – он идеален. Но на самом-то деле его нет. Не беда, если сделаешь что-то не так, объешься мороженым в кровати, беда, если начнешь считать себя Правильным Во Всех Отношениях Мопсом.

– Мы пришли не за тем, чтобы нравоучения выслушивать, – покраснела Катя, – ваш Густав нас в нехорошую историю втянул.

Снова повисла тишина.

– Если не захочешь, никто тебя никуда не втянет! – воскликнула Куки. – Мы сами решаем, что можно, а что нельзя делать. Тебе предлагают совершить гадость, а ты не соглашайся.

Катя поджала губы, Никита скорчил рожу, а Капитолина постучала лапой по большому тазу.

– Хватит болтать. Давайте стирать. О! Стихи получились!

Глава 9. Хитрость Дианы

Работа закипела. Мафи наливала ведрами воду в корыто. Зефирка раскладывала белье по разным кучкам, слева – очень грязное, справа более чистое. Марсия растворяла порошок. Капитолина схватила один пододеяльник и посмотрела на Катю.

– Бери другой.

– Фу – поморщилась девочка, – белье грязное.

– Чистое не стирают, – засмеялась Капитолина.

– Мне противно, – передернула плечами Катя. – Почему я должна прачкой работать?

– Мы делаем доброе дело для Дианы, – напомнила Зефирка.

– Я не хочу этим заниматься, – фыркнула Катя.

– А я мальчик, мужчины белье не стирают, – хмыкнул Никита.

– Вот тут ты ошибся, – возразила Капитолина, – лучшие прачки на свете китайцы.

– Но я не житель Поднебесной, – огрызнулся Никита, – в России мужики не занимаются таким делом.

– Нам нужен ключ от Башни желаний, – терпеливо пояснила Мафи, – и время повернуть вспять надо вам, мы только помогаем это сделать.

– Если не будете участвовать, ключик может не упасть в лапки, – пропыхтела Куки, укладывая белье в корыто.

Катя закатила глаза, ногой пнула к Куки простыню и заявила:

– На! Поднимай!

– Никита, помоги выжать пододеяльник, – попросила Зефирка, – у меня не получается.

Кит закатил глаза, но откликнулся на зов. Катя села на подоконник и со скучающим видом начала наблюдать за суетящимися мопсихами. Диана стояла у стены и бормотала:

– Ой, спасибо! Так правая лапка болит!

Часа через четыре, когда белоснежное белье начал сушить во дворе ветер, Мафи спросила у хозяйки:

– Диана, что с твоей стиральной машиной?

– У нее барабан не работает, – ответила пуделиха. – Эй, не открывай дверцу!

Но Мафи уже нажала на ручку.

– О! Да в нем пачки какао лежат. Почему ты хранишь их здесь?

– Купила сразу сто упаковок, – смутилась Диана, – в шкаф они не влезли. И все же сразу не съесть, а порошок сбивается в комья. Я его в машине верчу десять секунд, и комочки разваливаются. Очень удобно. Только стирать невозможно, не вытаскивать же всякий раз коробочки.

– С ума сойти! – подпрыгнула Куки. – Мы все когти стерли, потому что тебе лень стиральную машину освободить было?

– Ну… – протянула пуделиха, – не лень, просто долго, неудобно, муторно, занудно. Сначала вытащи, потом положи назад.

– Зачем тебе столько какао? – поразилась Марсия.

– На мороженое сыпать, – пояснила пуделиха.

– Можно купить одну пачку, потом, когда она закончится, пройти за второй, – пожала плечами Зефирка.

– Эдак я по два-три раза на дню буду в лавку носиться, – хмыкнула Диана, – какао быстро расходуется.

– Ты лопаешь так много сладкого? – оторопела черная мопсиха. – Сейчас заплачу от зависти!

– А где ключ? – перебила Катя. – Вроде он должен с неба упасть.

Все задрали головы, потом начали осматривать землю.

– Ничего, – констатировала Феня.

– Может, мы неправильно что-то сделали? – расстроилась Марсия.

– Или это не доброе дело, – всхлипнула Куки.

– Поняла! – обрадовалась Фенечка. – Ключ, наверное, свалился с потолка в нашем доме. Побежали туда поскорей.

Все мопсихи кинулись назад. Катя и Никита медленно пошли за ними.

– Бред какой-то, – сказал мальчик, – ничего у них не получится, суетятся, говорят ерунду. Не повернуть им время вспять.

– Тогда мне лучше здесь остаться, – пробормотала Катя, – не хочу домой возвращаться, отец очень злой. Может, ключ и правда у них где-то в коттедже валяется.

– Не стоит верить в глупости, – заметил Никита, открывая дверь в особнячок Мули.

– Что вы так медленно? – спросила Куки, выбегая в прихожую.

– Нашли ключ? – обрадовалась Катя.

– Нет, – крикнула мопсиха, – но такое узнали!

Куки скрылась в комнате.

– Что они выяснили? – удивился Никита.

– Отыскали новый рецепт кексов, – хихикнула Катя, – похоже, здесь все ужасные обжоры.

Дети вошли в комнату, увидели на столе горы сложенных листочков и Черчиля, он разворачивал бумажку одну за другой и читал.

– Прошу помощи в деле стирки постельного белья. Прошу помощи в деле стирки постельного белья. Прошу помощи в деле стирки постельного белья… Диана! Почему все просьбы одинаковые и исходят от тебя?

Пуделиха начала пятиться к двери.

– Ну… я их живенько написала, в коробочку запихнула, сюда принесла. Мне одной столько белья не постирать. А как сделать, чтобы мою просьбу вытащили? А? Я подменила чужие просьбы своими. Спасибо, спасибо, дел полно, до свидания!

Пуделиха развернулась и испарилась.

– Она обманщица! – затопала лапами Мафи. – Вот почему ключ не упал! – Думаю, ничего не свалится, потому что не все принимали участие в стирке, – сообщил Черчиль. – Куки сказала, что Катя и Никита просто наблюдали.

– Я подала белье. Ваша Куки гадкая ябеда! – возмутилась девочка.

– Один раз! – подчеркнул Никита. – Ногой пнула.

Сестра ударила его что есть мочи кулаком в грудь.

– Сам-то хорош! Ни фига не делал!

Со двора послышался отчаянный писк.

– Опять птичка упала, – расстроилась Зефирушка и убежала.

Все посмотрели на Екатерину.

– Перестаньте на меня глазеть, – потребовала та, – я не хотела, чтобы сойка пострадала. Это Никита виноват! И Куки ябеда! А я хорошая!

Черчиль постучал лапой по столу.

– Внимание. Нам надо повернуть время вспять. Давайте сформируем отряд, который сначала пойдет к кошке Люси, а потом к Башне желаний.

– У нас нет ключа, – перебила мопса Катя. – Какой смысл затевать прогулку?

– Мы его точно добудем, – воскликнула Куки.

– Да? – с сомнением в голосе спросила Катя. – Ты ключ своим длинным языком из земли выкопаешь?

– В отряде должно быть шесть членов, – слегка повысил голос Черчиль, – Катя и Никита точно идут, остается еще четыре свободных места.

– Без меня нельзя! – запрыгала Куки. – Никак нельзя без меня. Без меня никак!

– Хорошо, – согласился мопс, – трое.

– Нужен кто-то постарше, – вскинула голову Капитолина, – я, например.

– Двое, – объявил Черчиль, – но у нас перекос в женскую сторону. Предлагаю кота Боню из соседнего дома. Он очень умный. Получается два мальчика и три девочки, – обрадовался Черчиль, – теперь идите к Люси, Боня вас догонит. Насчет шестого члена отряда не волнуйтесь, он сам найдется!

– Возьмите пакет, – засуетилась Муля, – в гости без подарков не ходят.

Глава 10. Знакомство с Ареттой

Кошка Люси не очень обрадовалась незваным гостям, сначала она даже не хотела впускать их в свой домик. Но, увидев пластиковую сумочку которую ей протянула Капа, смилостивилась.

– Ну ладно. Входите. Снимите ботинки. Вымойте лапы. Не набрызгайте на пол. Вытрите их о свое платье.

– Лапки? – уточнила Куки.

– А что еще? – удивилась Люси. – Что намочили, то и обсушите.

– Лучше дайте полотенце, – попросила Катя.

– Вы его испачкаете, – ответила кошка, – придется стирать, тратить воду, электричество, порошок. Нынче все дорого. Если б я вас пригласила, тогда воспитание велело бы мне выдать гостям полотенце. Но вы сами заявились, поэтому не обессудьте. И не включайте горячую воду. Холодной пользуйтесь.

– Не очень-то она гостеприимная, – заметила Катя, подставляя ладони под ледяную струю.

– Ну она же и впрямь нас не приглашала, – вздохнула Капитолина.

– Я бы ее стукнул и ушел, – заявил Никита.

– Если начнем драться, еще одна птичка поранится, – пропищала Куки.

Капитолина начала трясти мокрыми лапами.

– И у нас есть цель: узнать, где находится Башня желаний. А когда идешь к цели, драться и обижаться нельзя.

– Я уже все! – объявила Куки, вытирая лапки о голову.

Катя стояла, держа руки на весу.

– Хочешь, вытри их о мое платье, – предложила Капитолина, – оно ситцевое, живо высохнет.

Екатерина быстро обсушила ладони подолом юбки мопсихи.

– Ты не сказала «спасибо», – заявила Куки.

– А ты почему делаешь мне замечание? – возмутилась Екатерина.

Никита посмотрел по сторонам.

– Чем руки вытереть?

– Моя одежда вся мокрая, – пригорюнилась Капитолина.

– У тебя рубашка сухая, воспользуйся ею или кофтой Кати, – посоветовала Куки и ушла.

– Возьми полотенце, – сказал тихий голосок, и в ванную вошла рыжая кошка в синем балахоне с длинными рукавами, которые полностью закрывали ее лапы. – Вот! Держи. Это мое личное.

– Здравствуй, Аретта, – улыбнулась Капитолина. – Как дела?

– Спасибо, Капа, все хорошо, – ответила киса.

– Познакомьтесь, перед вами дочка Люси, – сказала Капитолина, – а это Катя и Никита, они наши гости из мира людей.

– Я поняла, – кивнула Аретта. – Вы чего-то хотите от мамы?

– Да. Нам нужно узнать, где находится Башня желаний, – ответила Капитолина.

Аретта вздрогнула.

– Понятно. Мамочка очень любит подарки. Если вы их не принесли, навряд ли она станет вам помогать.

– Мы ей пакетик с кексами от Мули притащили, – сообщила Катя.

– Мамуля говорит, что еда не подарок, – вздохнула Аретта. – Нужно что-то… солидное, большое. Чем крупнее штука, тем больше вероятность, что мамуля поможет.

Капитолина погладила Аретту по плечу.

– Спасибо, дорогая. Сейчас сбегаю домой. Никита, пойдем со мной. Есть одна роскошная вещь, но она тяжелая.

– А почему я должен идти? – надулся Кит. – Катька старше.

– Ты мальчик, она девочка, – пояснила Капитолина, – поэтому нелегкую ношу ты должен тащить.

– Глупости, – уперся Никита, – я маленький. Катька большая.

– Если не сделать маме большого подарка, она навряд ли станет помогать, – тихо повторила Аретта, – мамочка очень хорошая, просто ей презенты нравятся.

Капитолина вытянула вперед правую лапу и начала загибать на ней когти.

– Если мы не узнаем адрес Башни желаний, не пойдем туда. Не попадем в Башню желаний, не повернем время вспять. Не повернем время вспять, волшебный компас не обретет свою силу, и маленькая Галя погибнет. Мне одной здоровенную штуку не дотащить. Кто-то из вас должен помочь.

– Кто такая Галя? – спросила Аретта.

Капитолина быстро рассказала дочери Люси о том, что случилось в мире людей, по какой причине почтовый жаб привел в Прекрасную Долину Катю и Никиту.

– Какой ужас! – испугалась Аретта. – Бедная Галя! Представляю, как сейчас переживает Густав, ругает себя за слопанные ватрушки. И у Кати с Никитой столько переживаний, их мучает чувство вины! Ой-ой! У меня есть барбарисовые конфетки, мне их хомяк Трифон дал за то, что я его домик убрала. Сейчас принесу их. Барбарисовые конфетки – лучшее средство от тревоги и печали. И они такие вкусные-вкусные, так долго рассасываются!

– Я ем только шоколадные трюфели, – скривилась Катя, – леденцы оставь себе. И по какой причине мне испытывать вину?

– Да, – неожиданно согласился с сестрой Никита, – я ничего плохого не сделал. Я очень умный и всегда поступаю правильно.

– Катя взяла деньги у отца Гали… – начала Аретта.

– Все затеял Густав! – зашипела девочка. – Не слопай он ватрушки с творогом – ничего бы не случилось! Но, похоже, вы все тут обжоры, только о еде и говорите. Мопсы на все голоса хвалят кексы матери, ты нам конфеты предлагаешь. И я сюда не из-за какой-то Гали, которую не знаю, пришла.

– А из-за чего? – осведомилась Капитолина.

– Не хочу сидеть в комнате без телевизора, ужина, сладкого… – зачастила Катя.

– И в деревню к бабке ехать не желаю, – подхватил Никита, – там тоска, люди вокруг глупые, и на огороде надо противных жуков собирать. Пусть время вспять повернется, Катька тогда денег не попросит, и мы на море отдыхать поедем. С Галей мы не дружим.

– Вообще ее никогда не видели, – пожала плечами Катя, – нельзя же из-за всех переживать.

Стало тихо. Потом Аретта сказала:

– Капочка, я тебе помогу.

– Ари, ты не сможешь, – ответила Капитолина, – извини, что напоминаю, но твоя лапка… Подарок маме дог Берримор и овчарка Майкл приволокли. Нам его не унести, нужен кто-то сильный, как Никита.

Аретта обняла Капитолину.

– Я великолепно управлюсь. Я давно поняла простую истину: то, что нельзя отнести, можно притащить. У нас непременно получится. Пошли в сарай, по дороге объясню, что придумала.

Глава 11. Дорогой подарок

– Руки хорошо вымыли? – строго спросила Люси, когда дети появились на пороге гостиной.

– Да, – ответила Катя и сделала шаг вперед.

– Стой! – скомандовала Люси. – Неужели не видишь ковер?

– И что? – не поняла девочка.

– Мне его подарил кот фараона Тутанхамона, – мечтательно протянула Люси, – я тогда звалась Нубис и жила в Египте. Нельзя такую вещь топтать. Обойдите его аккуратненько по краешку где нет ковра, и садитесь на диван.

– Вам несколько тысяч лет? – хихикнул Никита. – Что-то не верится.

Люси заморгала.

– Разве ты не знаешь, что животные никогда не умирают? Мы переселяемся в разные тела, помогаем людям, потом возвращаемся в Прекрасную Долину и живем тут до того момента, когда нам опять на службу пора.

– Интересно, как вы коврик с собой прихватили? – засмеялся мальчик. – Или он тоже в другой палас переселился и тут очутился?

– Глупый ребенок, – фыркнула Люси, – я попросила Густава, он его привез. Жаб что угодно притащит.

– Кто глупый? – возмутился Никита. – Я? Ну-ка скажите, город Уагадугу столица какого государства?

Люси распушила усы, но промолчала.

– Ага! – торжествующе воскликнул Никита. – А я знаю страну Буркина-Фасо! И как она раньше называлась? Эта страна?

– Не умничай, – велела Катя.

– Идите отсюда, – фыркнула Люси.

– Куда? – удивилась девочка.

– Вон, – топнула лапой кошка, – навсегда.

– Нам нужен адрес Башни желаний, – напомнила Катя.

Люси вздыбила шерсть, оскалила зубы и вытянула правую лапу вперед. Из розовых подушечек выскочили острые, длинные, угрожающе загнутые когти.

– Вон, – повторила хозяйка, – иначе плохо будет.

Дети выскочили во двор.

– Они тут все сумасшедшие, – воскликнул Никита. – Почему кошка озверела?

– Потому что ты стал свою ученость демонстрировать, – пояснила Катя. – Куркина Масо! Ой! Мой шарфик. Его ветер с шеи сдул. Он улетает! А я его очень люблю.

– Так тебе и надо, – злорадно выпалил Никита, – попрощайся с тряпкой. Куркина Масо! Ты очень ленивая, географию и ту выучить не можешь. Буркина-Фасо! Вот так страна называется, а раньше ее имя было Верхняя Вольта.

Катя со слезами на глазах смотрела на тоненький шарфик, который ветер забросил на высокую ель.

– Это подарок на день рождения от тети Оксаны, а она всегда очень дорогие вещи из лучшего магазина приносит! Кит, можешь забраться на дерево и снять шарф?

– Я же вредный, умничаю много, – хмыкнул брат, – сама лезь.

– Не умею по веткам скакать и высоты боюсь, – всхлипнула Катя, – а у тебя это отлично получается, я видела, как любимый братик у бабушки в деревне на самую высокую сосну взбирался. Ты же хороший.

Никита засмеялся.

– «Братик любимый» – теперь я тебе нравлюсь. Когда надо что-то сделать, я замечательный? Ну уж нет! С какой радости мне тебе помогать? Что ты мне хорошего сделала?

Послышалось веселое чириканье, на ветку в которой запутался тоненький, почти невесомый шарф, села птичка.

– Ее попроси, – расхохотался Никита, – скажи: «Воробей, принеси тряпку».

Катя расплакалась. Сойка посмотрела вниз, схватила клювом шарф, спланировала на плечо к Кате и сказала:

– Вот.

– Спасибо, – прошептала девочка.

– Завяжи его на шее, тогда не потеряешь, – посоветовала птичка. – Хорошего тебе дня, Катя.

– Откуда ты меня знаешь? – удивилась девочка.

– В нашей деревне вести быстро разлетаются, – засмеялась сойка. – Меня зовут Рита.

Птица вспорхнула и улетела.

– Тяни, еще немного, – послышалось слева.

– Фу-у, – произнес голос Капитолины, – я знала, что она тяжелая, но не предполагала, что такая.

Во дворе Люси появились Капитолина, Аретта, Куки и палево-серый кот. Они все тащили кусок брезента, на котором лежала огромная корона из желтого металла, вся утыканная разноцветными стекляшками.

– Фу, – выдохнул кот, – неужели мы ее дотащили?

– У нас получилось, – обрадовалась Аретта, – глаза боятся, а лапки делают. Теперь ее надо поставить.

– Боня, пожалуйста, возьми подставку, – попросила Капа.

Кот быстро выполнил просьбу мопсихи, схватив лежащую около символа царской власти подставку.

– Теперь ее надо установить, – запрыгала Куки. – Ари, где лучше?

– Наверное, на крыльце справа, – посоветовала кошечка.

– Ну, начали! – потерла лапы Капитолина. – Хватаемся за рога короны и…

– Рога короны, – расхохотался Никита. – Капитолина, да ты знаток геральдики. Эти «рога» называются зубцами.

На мордочке Капы появилась растерянность.

– Да? Не знала. Я их всегда рогами называла.

– Что такое кираньтика? – спросил кот. – Это можно съесть? Или оно в домашнем хозяйстве пригодится?

– Геральдика, – начал Никита, – это…

– Специальная историческая дисциплина, которая занимается изучением гербов, а также традиций и практики их использования. Является частью эмблематики, – неожиданно сказала Куки. – А части короны это: обруч, листки, зубцы, пластинки, крест или держава, золотые дуги, подушка из пурпурного бархата. Обруч и дуги украшают драгоценными камнями.

Никита открыл рот и уставился на мопсиху. Катя захихикала.

– Хватай ее за рога! – азартно воскликнула Капитолина.

Боня, Аретта и Куки присели, уцепились за зубцы лапами, Капитолина встала с другой стороны.

– Вы толкаете, я ее устанавливаю. Ну! Раз, два… три!!!

Кошки и мопсихи в едином порыве подняли подарок. Капитолина схватила его, попыталась удержать и не справилась с задачей. Тяжелая корона стала падать вперед.

– Держите ее, – завопила Куки, отчаянно цепляясь за то, что ее старшая сестра именовала рогами.

– Стараемся, – пропищала Аретта, хватаясь одной лапкой за варварски великолепное изделие.

– Изо всех сил, – добавил Боня, – но она…

Договорить кот не успел. Корона стала заваливаться на Капитолину, мопсиха предприняла отчаянную попытку удержать символ царской власти, но не смогла и упала на спину. Корона плюхнулась на Капитолину, вместе с ней спланировали Боня, Аретта и Куки, которые не догадались разжать лапы.

– Капуся, ты жива? – испугалась Аретта.

– Ага, – прокряхтела мопсиха, – меня так просто не раздавишь. Я крепкая.

– Значит, тебе хорошо! – обрадовалась Куки.

– Очень, – простонала Капитолина, – удачно спиной на мягкую землю попала, не на дорожку. Но мне станет намного лучше, если вы все с меня слезете.

– Ох! Мы не догадались это сделать, – воскликнул Боня, вскакивая.

– Ужас, какие мы глупые, – расстроилась Аретта, поднимаясь.

– Да уж, ума у нас мало, – согласилась Куки, вставая.

Капитолина выползла из-под короны, энергично встряхнулась и чихнула.

– Как нам ее поставить?

Боня стукнул себя лапой по лбу.

– У меня в голове вата вместо мозга. Есть идея! Подождите здесь.

Куки села на пенек.

– Капитолина, у тебя ничего не болит?

– Ерунда, – отмахнулась старшая сестра.

– Куки, откуда ты знаешь информацию про части короны? – обрел дар речи Никита.

Мопсиха отвернулась от мальчика.

– Ну… где-то слышала… у меня хорошая память.

– А-а-а, – протянул Никита, – память – это не ум. Вот я очень умный, гений!

– Тебе повезло, – сказала Капитолина, – только никакой твоей доблести в этом нет. Хороший мозг тебе подарили мама и папа. Тебе легче знания получать, чем другим, прочитал один раз параграф и запомнил его. А другому надо материал неделю изучать, и вот он настоящий герой.

– Почему? – покраснел Никита.

– Потому что он приложил море усилий, не сдался, не бросил учебник, а сумел разобраться, – пояснила Капитолина, – ты же легко все получил, как конфетку съел.

– У нас в классе есть Ленка, она зубрит-зубрит-зубрит домашние задания, – засмеялся Никита, – на переменке повторяет, вроде выучила. А вызовут ее к доске… анекдот прямо! Кое-как расскажет, сто раз запнется. У Ленки одни тройки.

– Ее тройка дороже твоей пятерки, – отрезала Капитолина.

– Вот и нет! – рассердился Никита. – Я золотой отличник. Я гений. А Катька на трояках катится!

Капитолина наклонила голову.

– Знаете, откуда Куки все про корону, и не только про нее, знает? Она вот уже много лет хранит семью ученых. Когда-то Куки жила в монастыре, ее человек летопись вел. Потом он из обители ушел, женился, его дети, внуки, прапраправнуки – все наукой занимаются, доклады пишут, учебники. Куки, когда одна дома остается, читает книги из библиотеки. Но она никогда своими знаниями не щеголяет, потому что понимает: негоже хвастаться тем, что у тебя хороший мозг.

– Да Катька лентяйка! – с презрением сказал брат. – Поэтому и глупая! Сестра изо всей силы стукнула Никиту по затылку.

– А ты знаешь кто?

Раздался отчаянный писк, около ног Кати упала радужная сойка.

– Рита! – испугалась Куки. – Ее злобой на землю сбросило.

Капа бросилась к толстой березе, постучала по ней лапой, открылась дверца.

– Доктор Паша, скорей, скорей, – закричала Капитолина, – Рита поранилась. Мы во дворе дома Люси.

– Буду через десять секунд, – ответил голос, – я у магазина. Куки села около птички.

– Рита, я люблю тебя! Рита, я тебя люблю.

Аретта бросилась к сойке.

– Рита, я люблю тебя! Рита, я люблю!

Катя тоже опустилась на корточки и молча смотрела на крохотное тельце. Рита лежала на спине, закрыв глаза. Девочке стало страшно, и она пробормотала:

– Сойка умрет?

– Ну-ка, расступитесь, – велел толстый бурундук в белом халате, – дайте осмотреть больную. М-да… ого!..

– Она умрет? – тихо повторила Катя.

– Поломаны крылья, выбита лапка, сотрясение мозга, – начал перечислять бурундук, – будем надеяться на лучшее. Очень сильный заряд злобы взлетел. Надо было сразу его фонтаном любви гасить.

– Мы пытались, – прошептала Куки.

– Мы пытались, – эхом отозвалась Аретта.

Рита приоткрыла глаза.

– Мне очень больно!

– Она очнулась! – заликовала Капитолина. – Дорогая, сейчас Паша увезет тебя в клинику.

– Спасибо, – пролепетала Рита, – меня как ракетой сбросило. Ужасно больно! Сил нет терпеть.

– Сейчас сделаю тебе укол и станет лучше, – пообещал доктор Паша. – Ну-ка, помогите мне. Куки, Капитолина, притащите передвижную кровать, понесем Риту в машину. Мопсихи, вы справитесь? У меня только огромные носилки. Я привез домой ротвейлера Снапа, он лапу сломал. Потом заглянул в магазин, хотел ехать в больницу, и тут вызов от вас поступил.

– Мы очень сильные! – хором заявили собачки. – Можем слона вместе с трактором утащить.

– Я с ними, – засуетилась Аретта.

– Тебе будет очень трудно, – остановил кошечку врач. – А мопсишек двое, нужен кто-то в помощь.

– Где машина? – спросила Катя.

Врач показал рукой.

– Прямо у калитки.

– Я тоже возьмусь за ручку, – сказала девочка.

Носилки оказались очень тяжелыми, но Куки, Капитолина, Катя и Аретта справились. Катя, правда, удивилась, почему Аретта держит ручку одной лапой, и хотела ехидно спросить: «Тебе, случайно, не очень тяжело?» Но тут Рита шепнула:

– Спасибо вам всем! Я обязательно поправлюсь. А тебе, Катя, двойная благодарность. Без тебя мопсихи и Аретта не смогли бы справиться.

У Кати вдруг стало горячо за ушами.

– Ну… это я стукнула Кита, поэтому тебя злостью на землю сбросило.

– Ты же не хотела мне навредить, – пролепетала Рита. – Мне жаль, что ты переживаешь, не расстраивайся, все будет хорошо, мне совсем не больно.

Уж лучше бы сойка, услышав от девочки правду, завопила на нее, клюнула, ударила лапой. Но Рита утешила Катю, оправдывала ее, не рассердилась, соврала, что не чувствует боли. У Кати в груди появилось странное ощущение, словно кто-то положил внутрь слева ледяной кирпич. Глядя вслед уезжающей машине, девочка не понимала, почему она не двигается, когда остальные ушли.

– Корона на подставке! – закричал хор голосов.

Катя вздрогнула и поспешила на звук.

Глава 12. Золотая корона

Золотая корона стояла справа от входа в коттедж кошки Люси.

– Как вам это удалось? – удивилась Катя.

Боня показал моток толстой веревки.

– Привязали и подняли.

Аретта бросилась в дом.

– Мама, мама, смотри, что тебе дочки Мули и ее гости подарили.

Спустя пару минут на крыльце показалась Люси. На плечах у нее был меховой палантин, на голове сидела кожаная шапочка, украшенная букетиком искусственных цветов.

Хозяйка окинула взглядом золотое безумие, ее усы стали похожи на щетку для обуви.

– Это мне?

– Муля основала премию «Помощь». Ты стала ее лауреатом, – льстиво запела Капитолина. – Награда сделана в виде короны милосердия, она свидетельствует о том, что ты добрая, всегда готова поддержать тех, кто попал в беду.

– Верно, – кивнула Люси, – я такая. А у кого в нашей деревне еще есть такой приз?

– Он только у тебя, – заверила Капитолина. – Жюри рассматривало несколько кандидатур. Но ты оказалась вне конкуренции.

– Вот это по справедливости, – заулыбалась Люси, – когда меня награждают, а других нет, это правильно. Когда же другим дают медали, а мне ничего, это ошибочно. А кто еще претендовал на корону?

– Черчиль! – выпалила Капитолина. – И Феня! Но они не набрали нужное количество голосов. А за тебя все подняли лапы. И хвосты в придачу!

Люси вскинула подбородок.

– Ну что ж! В таком случае приглашаю всех выпить чаю. Всех, кроме него! Он меня Буркулюкой обозвал! Спросил, знаю ли, я что такое Гудибуду, а когда я удивилась, стал ругаться. Буркулюка! Фас ее!

Все повернулись к Никите.

– Она ничего не поняла, – возмутился он. – Речь шла о городе Уагудугу, столице государства Буркина-Фасо.

– Слышите? – подпрыгнула Люси. – Вот опять Гуду-буду, Буркалюка и фас ее.

Капитолина взяла Люси за лапку.

– Дорогая, Никита – представитель мира людей. Он приехал поздравить тебя с присвоением награды. У человеков постоянно новые слова появляются. Ты в последний раз служила Хранителем… э… когда?

– Давно это было, – произнесла кошка.

– Вот потому ты и не в курсе, что люди теперь называют королеву – Буркулюка. Фас ее – целую лапку, Никита тебя от души поздравил.

– А-а-а, – протянула Люси, – так бы сразу и сказал. Идите на веранду. Аретта, неси чай. Я сейчас вернусь.

– Капа, ты глупо соврала, – засмеялся Никита, усаживаясь за стол.

– Иногда войну выигрывает не самый умный, а самый хитрый, – улыбнулась Капитолина, – а вот и Аретта.

Дочь Люси появилась на веранде, держа в одной левой лапе поднос.

Боня вскочил.

– Ари, я тебе помогу.

– Не надо, – смутилась кошечка, – сама чудесно справлюсь.

Аретта присела перед столом, начала опускать на него поднос, слегка наклонила его, стоящий на краю чайник зашатался, из его носика на колено сидящей рядом Кати выплеснулась малая толика заварки.

– Что ты делаешь?! – заорала девочка. – Косорукая!

– Прости, не хотела. Извини, пожалуйста, мне очень жаль, – стала извиняться Аретта, – это случайно получилось.

– От твоих разговоров пятно на моих брюках не исчезнет, – сердилась Катерина. – Почему поднос одной лапой несла? Двумя надо! Из-за тебя у меня брюки испорчены.

– Сейчас принесу универсальный пятновыводитель, – пообещала Аретта и убежала.

Все присутствующие молча смотрели на Катю, один Никита взял из вазочки пряник и стал его есть.

– Что вы на меня уставились? – спросила Катя.

– Ты обидела Аретту, – объяснила Куки, – она очень старалась, подавая чай.

– Если кто-то ведет себя глупо, он не должен дуться на справедливые замечания, – заявила Катя. – Может, ваша чудесная Аретта из шкуры вывалилась, чтобы заварку притащить, но она даже с таким простым делом справиться не может. Младенцу ясно: поднос держат двумя руками. Двумя! Она бы еще его на хвост водрузила. Совсем глупая. Смотрите, что с моими брюками стало!

– Зефирка сошьет тебе новые, – пообещала Куки, – она гениальная портниха! Ее зовут всех невест одевать.

– Всегда мечтала заполучить штаны, сшитые собакой, – покраснела Катя. – Нет уж! Спасибки. Аретте надо было за поднос двумя лапами взяться! А она тут цирк развела, присаживаться начала!

– У Ари одна передняя лапка! – сказал Боня.

Катя осеклась.

– Что?

– У всех кошек четыре лапы, а у Ари три, – объяснила Куки, – правой передней нет. Совсем.

– Почему? – удивился Никита. – Под машину попала?

– Она такая родилась, – вздохнул Боня. – Доктор Паша может все! Но отрастить Аретте новую лапу он не способен.

– Кошка-инвалид, – пробормотала Катя, чувствуя, как ледяной кирпич в груди стал таким холодным, что начал обжигать.

– Нет, нет, нет, – зачастила Куки, – Аретта умеет шить, вязать, рисовать, писать, готовить, убирать дом, занимается гимнастикой. Она герой! Научилась все одной лапкой делать.

– У нас в классе есть Оля, у нее глаза косые, поэтому с ней никто не дружит, – сказал Никита, – у Лазаревой очки толщиной со стену, она вечно спотыкается и ноет.

– Аретту все любят! – взвилась Куки. – А вы нехорошие дети. Разве можно не принимать в компанию девочку, если у нее глаза плохо видят?

– У нее еще уши еле слышат, и она глупая, – буркнул Никита, – ябеда. Всегда ходит с мамой за ручку, жалуется ей, что ребята на переменах толкаются. Сама виновата, ходит медленно, вот и получает.

Глава 13. Подготовка к походу

– Лучший на свете пятновыводитель, – засуетилась Аретта, вбегая в комнату, – сейчас ни малейшего следа не останется.

– Вы хотели получить план дороги к Башне желаний? – спросила Люси, входя на веранду с папкой в руке.

– Да, да, да, – завертелась на стуле Куки.

Хозяйка села в кресло и открыла папку.

– Мой родственник Тоффи, который сейчас в мире людей, установил две тысячи лет назад эту Башню для того, чтобы помочь жителям Прекрасной Долины, – продолжала Люси. – Она на самом деле может исполнить все, что захочешь. Но есть несколько условий.

– Ну вот! – закатил глаза Никита. – Так и знал! Придется что-то делать.

– Даром ничего не дается, – отрезала Люси, – и убери локти со стола.

– Мне так удобно, – заспорил мальчик.

– Здесь я хозяйка, – отрезала Люси, – поэтому будет по-моему. Вам нужен план? Он есть только у меня. Значит, будь вежлив и ласков со мной, иначе ничего не получишь. Ты своими локтями протираешь красивую скатерть, которую в десятом веке из Бирака привезли.

– Это что за страна? – удивился Никита. – Может, Ирак?

– Не спорь со мной, а то я план не дам, – пригрозила Люси. – Условия такие. Вас должно быть шестеро.

– Да, да, да, – затараторила Куки, – пять членов команды уже есть: Капитолина, Никита, Катя, Боня…

Куки посмотрела на кота.

– Ты же пойдешь с нами.

Боня приложил лапки к груди.

– Польщен этим предложением. Счастлив. Готов.

– Капитолина, Никита, Катя, Боня и я, – повторила Куки. – Черчиль сказал, что шестой участник сам найдется.

Люси кашлянула, Капитолина взглянула на сестру.

– Куки, сделай одолжение, не перебивай меня. Башня выполнит только одно желание, – продолжала кошка, – но его должны высказать все. Если, допустим, Куки захочет грузовик шоколада, а Капитолина гору бус и браслетов, Башня желаний вас вон выгонит.

– Мне и в голову не придет просить украшения, – быстро сказала Капитолина.

– Это я для примера сказала, – заулыбалась Люси, – всем известно, как ты обожаешь цацки. Так вот, повторяю, желание должно быть единодушным. И хорошим. За плохое Башня вас накажет.

– Отшлепает, – хихикнул Никита.

– Нет, – очень серьезно ответила Люси, – отправит в страну за озерами. Там плохо.

– Страна за озерами? – полюбопытствовал Никита. – Почему в ней плохо?

– У меня нет времени на пустые разговоры, – нахмурилась Люси. – Куки, не ешь мармелад.

Мопсиха быстро вернула желейную конфетку в вазу.

– Она отравлена? – пошутил Никита.

Но хозяйка восприняла его слова всерьез.

– Конечно, нет. Угощение стоит для того, чтобы вы понимали: в доме достаток. Но зачем есть то, что не предлагают? Потом мне придется заново угощение покупать. Деньги тратить. Когда войдете внутрь, четко следуйте инструкции. Ключ от двери сам упадет в лапы того, кто сделает доброе дело. Бескорыстно. Вот схема.

Люси протянула Куки бумажку.

– Читай, дорогая, текст вслух.

– Пройти через Синие горы, – озвучила мопсиха, – с другой стороны хребта увидите Башню с розовыми стенами.

– Все верно, она огромная, – кивнула Люси, – когда откроете, все поймете. Итак, повторяю, вы должны быть единой командой, никаких ссор, распрей. Думайте не о себе, а о товарище, уступайте ему лучшее место у костра. Никого не осуждайте.

– Это как? – не сообразила Катя.

Люси выпрямила спину.

– Если ты устроишься у огня на мягкой подстилке, а Куки сядет на холодный камень вдали от костра, то надо встать и сказать: «Куки, иди погрейся». Если Капитолина свалится в холодную речку, нельзя над ней смеяться. Надо пожалеть мопсишку вытереть ее. Если Боня решит пойти в поход, надев на лапы вьетнамки, ни в коем случае не шепчите за его спиной: «Вот глупец, идет по камням в шлепках». Необходимо Боню остановить на пороге дома и объяснить: «Очень неумно направляться в горы в неподходящей обуви. Возьми кроссовки».

– …Ты только что предупредила, что нельзя твердить: «Вот глупец, идет по камням», а через секунду говоришь, что надо ему сказать: «Очень неумно…», ну и так далее. Где логика? – ехидно поинтересовался Никита.

Люси прижала уши.

– Ты не понял? За глаза нельзя сплетничать, осуждать кого-то. А в глаза прямо и честно нужно, даже необходимо предупредить кого-то о том, что он собирается совершить несусветицу.

– Несусветица, – захихикала Катя, – ты прямо как наша бабушка выражаешься.

– Анна Ивановна, – мечтательно протянула Люси, – она услышала слово «несусветица» от своей бабули Валентины Федоровны Шабановой. Как я…

Люси осеклась.

– Продолжай, раз начала, – потребовал Никита. – Откуда имя нашей бабки знаешь?

Хозяйка почесала лапкой подбородок.

– Не имею права открывать вам тайну.

– Нет уж, говори, – велела Катя.

Люси положила пушистый хвост себе на плечо.

– Ладно. Мы храним вашу семью. Я и Аретта отлично помним Анну Ивановну маленькой девочкой. Она была такой…

– Вранье! У нас никогда не было кошек! – возмутился Никита. – Папа и мама их терпеть не могут.

Люси посмотрела на Капитолину.

– Рассказать им?

– Не стоило бы, но ты уже кое-что разболтала, – грустно заметила Капитолина, – теперь обратного пути нет.

– Отец Анны Ивановны, ваш прадедушка, был очень строгим человеком, – сказала Люси. – Аретта жила у вас с того времени, как Анечке исполнилось шесть лет, сменила меня, я устала и поехала домой. Один раз Ари играла с Аней в прятки, спряталась в буфете, дверца хлопнула ее по передней лапке и сломала ее.

– Ой! – в один голос воскликнули Куки и Боня. – Мы не знали!

– Валентина Федоровна, мама Ани, прабабушка Никиты и Кати, стала лечить Ари, – говорила дальше Люси, – потратила много денег, муж на нее разозлился и выгнал Аретту.

– Куда? – ахнула Куки.

– На помойку, – безжалостно уточнила Люси, – в мороз, в январе, без попонки! Кричал: «Целый день работаю, а вы деньги на кошку тратите!» Ари пошла искать кнопку вызова почтового жаба, но в том районе она была совсем далеко. Бедная кошечка шла по снегу долго, а когда наконец вызвала помощь, упала в обморок. Бригада спасателей долго искала Аретту, а когда ее нашли, стало понятно, что больную лапку надо прямо на месте ампутировать.

Люси замолчала. Аретта обняла ее.

– Все не так страшно. Я позвонила Густаву и, опля, снова очутилась с тобой дома.

– Аретта, как всегда, бывает с теми, кто в Прекрасную Долину вернулся, превратилась в крохотного котенка, – вздохнула Люси, – но у нее отсутствовала правая лапка. После возвращения домой моя дочка больше к людям не ходила. Реутовы не принимают животных. Мы теперь в постоянной тревоге за их семью находимся. Без Хранителя людям очень плохо. У вас много неприятностей. Если ваши родители Аретту к себе в дом возьмут, в семье поселятся мир и спокойствие. Но как им это объяснить?

– Я ничего об этой истории не слышал, – пробормотал Никита.

– И я, – добавила Катя, чувствуя, как ледяной кирпич в груди начинает шириться и заполнять желудок. – Мама о ней ни слова не сказала.

– Татьяна Михайловна ничего не знает, – пояснила Люси. – Анна Ивановна ей об Аретте никогда не рассказывала, она не хочет, чтобы Таня плохо про своего дедушку думала. Но сама Анечка Ари помнит.

– У нее есть моя фотография, – улыбнулась Аретта, – лежит в тумбочке.

– Вы видите мир людей отсюда? – опешил Никита. – Как?

– У Черчиля есть прибор, похожий на телевизор, – растолковала Люси, – надо пойти к нашему самому уважаемому и умному мопсу, он включит экран. Когда люди спят, их Хранители тайком беседуют с теми, кто живет в Прекрасной Долине.

– У нас дома такой штуки нет. Я бы о ней знал, – отрезал Никита. Все присутствующие засмеялись.

– Ты просто не знаешь, где искать нужно, – пояснила Капитолина. – Все передатчики надежно спрятаны. Но они есть в каждом доме, в котором живут Хранители.

Люси встала.

– Вам пора собираться, надо еще одного члена команды найти.

– Аретта, пойдешь с нами? – спросила Капитолина.

– Да, да, да, – запрыгала Куки, – соглашайся. Пожалуйста.

– У меня одна лапка, – напомнила Ари, – дорога идет через горы, не хочу стать вам обузой.

– Ты нам нужна, – сказала Капитолина. – Так, Боня?

Кот кивнул.

– Эй, вы нас не спросили, – обиделся Никита, – в походе мы главные!

Все сидевшие на террасе переглянулись.

– Хорошо, – протянула Капитолина, – если вы против Аретты, она останется дома. Ваша кандидатура?

– Я никого здесь не знаю, – пробормотала Катя.

– Я тоже, – с неохотой признался Никита. – Может, Феня? Она умная.

– Фенюша еще и талантливый писатель, – улыбнулась Капитолина, – ее книги выходят в мире людей, правда, под псевдонимом. В издательстве думают, что их пишет хозяйка семьи, которую Фенюша вместе с нами хранит. Но у Фенечки недавно родился ребенок, нельзя оставаться малышу без мамы.

– Зефирка? – предложила Катя. – Она с виду крепкая, и все лапы на месте.

Стало тихо.

– Будем откровенны, – заговорила Капитолина, – мы все любим Зефирку. И сейчас не сплетничаем, не осуждаем ее, говорим правду. Зефирка застрянет в пещерах, через которые идти придется. Ей давно нужно похудеть. А у Мафи экзамены в школе, она бы и рада учебники забросить и по горам гонять, но ей никто не разрешит. У Мафи очень сложный курс «Психология человека». Марсия тоже занята, ей предстоит причесывать кошку Шебу, всех ее подруг и гостей. Шебочка замуж входит.

Аретта бросила быстрый взгляд на Боню и вздохнула.

– Ну, давайте проголосуем, – попросила Капитолина. – Кто за членство Аретты в отряде? Я, Куки, Боня. Кто против?

– У нас нет выбора, – поморщилась Катя.

– Даже если мы сейчас поднимем руки, все равно проиграем, вас больше, – заявил Никита.

– Вот и хорошо, – обрадовалась Куки. – Ари! Собирайся.

Повеселевшая Аретта умчалась.

Капа улыбнулась.

– Подождем, пока Ари все сложит, и двинемся домой. Нам тоже пора вещи собирать.

Глава 14. Доброе дело для кролика

– Мы узнали дорогу, собрали отряд, но не получили ключа, – вздохнула Куки, когда все пошли к домику Мули, – надо срочно совершить доброе дело.

– Какое? – спросила Аретта.

– Надо зайти к кролику Борису и полить у него огород, – засуетилась Куки, бросилась к невысокому заборчику, окружавшему домик, и закричала: – Боря, Боря…

Из дома выглянул длинноухий хозяин.

– Ну? Что тебе надо? Если пришла за морковкой, то не дам. Ты ее почти всю у меня слопала.

– Нет, нет, – завопила Куки, – то есть да, да. Угощалась морковью. Не хотела ее выдергивать, но она у тебя такая вкусная. Лучше мармелада.

– Конечно, – приосанился Борис, – я выращиваю прекрасные овощи, за ними со всех концов Прекрасной Долины едут. Но это не означает, что ты имеешь право приходить сюда в любое время и лопать столько моркови, сколько в тебя влезет. А помещается в тебя, Куки, очень много, больше, чем в корзину.

– Боря, – что есть сил заорала Куки, – неделю назад я принесла тебе в подарок кексы от Мули, а ты дал мне морковочку и сказал, что я могу теперь угощаться на твоем огородике в любое время дня и ночи. Я это хорошо запомнила, потому что раньше мне никто не говорил: «Куки, приходи в любое время дня и ночи на мой огород и бери там что хочешь».

– Ты мне вручила кексы, я тебе в отдарок овощ, а мои слова про посещение грядок просто вежливость, соблюдение приличий, демонстрация хорошего воспитания. Я и помыслить не мог, что ты воспримешь фразу всерьез. Когда еж Трифон, встретив тебя на улице, восклицает: «Добрый день, дорогая, хочешь чайку?» – ты спешишь к нему в гости?

– Нет, – заголосила Куки, – никогда.

– Вот видишь, – сказал кролик, – значит, понимаешь, что некоторые приглашения по сути таковыми не являются. Ты не торопишься за стол к ежу, потому что…

– …у него очень грязно, – перебила его Куки, – чай рыбой воняет, тарелки липкие, а шоколадки он предлагает старые-старые, они невкусные совсем.

Кролик заморгал.

– Боря, – еще громче закричала Куки, – сегодня я не буду жевать морковку.

– Даже если захочешь, не сможешь это сделать, – отрезал хозяин, – ты всю уже схомячила. Есть яблочки, но я тебе их не предлагаю!

– Просто хочу тебе помочь! – сиреной завывала Куки.

– Не надо, – испугался кролик, – я уже бегал с лейкой.

Но Куки горела желанием получить ключ и рвалась совершить доброе дело.

– Вон там совсем сухая земля!

– Спасибо. Сам справлюсь, – вновь отказался от помощи кролик.

– Нам нетрудно, – надрывалась Куки, – живо управимся, нас много. Только скажи: где у тебя кран?

– Что? – подпрыгнул кролик. – Мало того что ты сгрызла всю морковь на моей плантации, так еще и приятелей привела. Все. До свидания.

Борис зашел в домик и захлопнул дверь.

– Не получилось, – простонала Куки. – И почему он от помощи отказался?

– Зачем ты так вопила? – спросил Никита. – У меня уши как при взлете самолета заложило.

– Борис глухой, – зашептала Куки, – вообще ничего не слышит.

– Но он тебе разумно отвечал, – удивилась Катя.

– Это потому, что я громко говорила, – пробормотала Куки.

Дверь домика распахнулась, на пороге возник кролик.

– Ты передумал, – обрадовалась мопсиха. – Где лейки?

– Я никогда не меняю один раз принятое решение, – надулся Борис. – Вышел спросить у тебя. Куки, посмотри, что у меня на макушке.

– Шерсть, – закричала мопсиха.

– А еще?

– Усы? – предположила Куки.

Борис закатил глаза.

– Куки! У меня есть уши! Неужели ты их не видишь?

– Они очень большие, – завизжала Куки, – огромные, их невозможно не заметить. Твои уши намного больше тебя по росту.

– А теперь ответь, можно ли быть глухим, имея такие уши? – спросил кролик. – Отвечу сам: нет. Я прекрасно слышу. Разобрал, стоя в доме, шепот, который ты адресовала своим спутникам. В другой раз не надрывай горло в моем присутствии, у меня от тебя голова заболела. До свидания!

Борис опять исчез в домике, не забыв хлопнуть дверью.

– Трифон говорил, что Борис глухой, – растерянно начала оправдываться Куки.

– Интересно, отчего еж так решил, – рассмеялась Капитолина.

– Всякий раз, когда Трифон приглашает Борю в гости на овощной шашлык, кролик бежит прочь, говоря: «Триша, я ничего не слышу, ни одного твоего слова не разобрал».

Никита расхохотался.

– Куки, ты говорила, что не ходишь пить чай к Трифону!

– Да, да, да, – подтвердила мопсиха, – он жуткий грязнуля, а я не могу пользоваться замызганной чашкой и пить заварку, которая воняет рыбой.

– Похоже, Борис тоже брезгливый, – сказала Аретта. – Куки, кролик просто прикидывался больным на все уши, чтобы не ходить к ежу в гости.

– Да? – изумилась Куки. – Почему он правду Трифону не сообщит? Зачем врать-то?

– Кролик слишком хорошо воспитан, – вздохнула Капитолина. – Чересчур хорошо. А чересчур хорошее воспитание – это плохое воспитание. Сообразила?

– Нет, – отрезала Куки. – Ты часто заковыристо высказываешься, а сейчас совсем непонятно говорила.

– У нас нет ключа, – напомнил Боня, – давайте дальше думать про доброе дело.

Глава 15. Бельчонок потерялся

– Что-то плохо в Прекрасной Долине с добрыми делами, – запричитала Куки. – Вот очень хочешь кому-нибудь хорошее сделать и… ничего не получается. Пошли к реке.

– Зачем нам туда? – насторожилась Капитолина. – Купаться после обеда Муля не разрешает. И мы не захватили полотенца, костюмы, шапочки, тапки.

Куки взяла Катю за руку.

– Капитолина очень предусмотрительная: если мы идем гулять или на экскурсию собрались, она непременно прихватит огромную сумку, в которой окажется все!

– Да, так оно и есть. Капитолина даже на прогулку берет с собой свою здоровенную торбу на колесиках, – подтвердил Боня. – А зачем мы к речке пришли?

– Хотим сделать добрый поступок, – потерла лапки Куки, – столкнем тебя в воду и вытащим.

– Я не согласен, – испугался кот.

– Может, Никита в воду прыгнет? – задумчиво протянула мопсиха. – Начнет тонуть…

– Я прекрасно плаваю, – возразил мальчик.

– И я превосходно ныряю, – быстро добавила Катя, – мы в бассейн ходим.

– Но нам необходимо сделать доброе дело, – расстроилась Куки. – Ой! Смотрите! Бельчонок! Его похитили.

Катя прищурилась.

– Белка просто сидит.

– Это не взрослое животное, – пробормотала Аретта, – совсем малыш, еще в школу не ходит.

– Он привязан, – испугалась Куки и стремглав бросилась к бельчонку с криком: – Не бойся, я сейчас помогу тебе.

Когда все остальные подошли к лужайке, Куки уже почти распутала узлы, с помощью которых крошка был привязан к большому дереву.

– Дорогой, как тебя зовут? – нежно спросила Аретта.

– Степан, – дрожащим голоском ответил юный пленник.

– Ты, наверное, устал сидеть на привязи, – пожалела его Капитолина.

– Очень, – прошептал тот, – я хочу побегать.

– Ура, – закричала Куки, – все! Свобода. Степан, сейчас отведем тебя к маме.

– А-а-а-а, – завизжал малыш, вырвался из лап нежно его обнимающей Куки и в мгновение ока взлетел на ель.

– Эй, эй, ты куда? – занервничал Боня. – Мы тебя спасли, теперь надо домой идти.

– Кто тебя похитил? – спросила Капа. – Назови имя!

– Что вы тут делаете? – раздался за спиной Кати чей-то сердитый голос.

Девочка обернулась и увидела большую толстую белку с огромным роскошным хвостом.

– Матильда! – воскликнула Капитолина.

– Да. Это я, – согласилась белка. – А где Степа?

– Кто? – смутилась Аретта.

– Степан! – уточнила Матильда. – Мой сын!

– Не знала, что ты стала мамой, – заюлила Куки, – сейчас расскажу Муле, она тебе испечет поздравительный торт с орехами. Какие ты больше любишь? Грецкие или кешью?

– Ты, наверное, счастлива, – заулыбалась Аретта. – Дети такой подарок!

– Ну… – протянула Матильда, – конечно, рада. Вот только у Степы мотор в хвосте. Невероятно егозливый мальчик получился. Не успеешь моргнуть, как он набезобразничает. Сегодня он в особом ударе, я чуть с ума не сошла. К обеду морская болезнь от его беготни началась. Повела его гулять, так он по всем кустам пролез, везде нос засунул, в муравейник прыгнул, из лужи попил…

Белка приложила лапу к голове.

– Мигрень в мозг крокодилом вгрызлась. Пришлось за таблеткой домой скакать. Степана я к стволу дерева привязала. И где мой сын, а?

– Я тут! – закричали с высокой елки.

– И как он выпутаться умудрился, – затрясла хвостом Матильда, – я узлов напутала море. Вот беда! Вот незадача.

– Ма, лови, – велел Степа и прыгнул на другое дерево, – меня мопсиха отвязала! Маленькая!

Матильда вздыбила шерсть, распушила усы, поставила хвост столбом, подняла верхнюю губу, из-под которой обнажились длинные острые зубы, схватила лапой Боню за шкирку и начала его трясти.

– Ты сошел с ума?

– Матильда, я кот, – стал отбиваться Боня, – не мопсиха.

– Ма, меня другая выпустила, – остановил белку сынишка, – вон та, которая по тропинке удирает.

Матильда взглянула на Никиту.

– Я человек. И мальчик, – испуганно произнес Кит.

– А я девочка, не собака, – быстро сообщила Катя.

– Степана освободила Куки, – подсказал Никита, – но она удрала уже.

– Ма, я убегаю! – весело закричал Степа.

Матильда кинулась к ели и, покряхтывая, полезла вверх по стволу.

– Ну, Куки, погоди, – кричала она, – Муля, Черчиль и Феня сегодня непременно узнают про твое безобразное поведение.

– Матильда, прости Куки, – попросила Аретта, – мы хотели доброе дело сделать. Увидели малыша, привязанного к дереву, и подумали, что его кто-то похитил!

Матильда замерла и обернулась:

– Аретта! В Прекрасной Долине никто не способен обидеть ребенка. В следующий раз, когда соберетесь творить добрые дела, подумайте, может, они вовсе даже не добрые, а глупые.

Глава 16. Ключ

Когда Капитолина, Аретта, Боня, Катя и Никита нагнали Куки, та пригорюнилась.

– Опять не получилось.

– К сожалению, да, – кивнула Капитолина. – И что нам теперь делать?

– Надо пойти к Муле и Черчилю, – предложила Аретта, – авось они что-то придумают.

– У меня в голове целый список хорошего, – оживилась Куки. – Первое. Нарубить дров для жабы Гертруды. У всех во дворе поленницы сложены, а у нее нет. Бедненькая замерзнет.

– Зачем Герти дровишки? – удивилась Капа. – Она на зиму укладывается спать, ни камин, ни печь не топит.

– Да? – смутилась Куки. – Не подумала про это. Тогда можно вымыть окна в доме крота Филимона.

Боня погладил Куки по голове.

– Солнце мое, Фили очень сердится, если к нему кто-то без приглашения приходит. И окон у него нет, дом у крота подземный.

– Опять хотите кому-то скамейку сломать? – пробубнила кошка в красивом зеленом платье, проходя мимо компании. – Нельзя по лавочкам прыгать!

– Тетя Марта, это случилось очень давно, – обиделся Боня, – я тогда только одну свечку на деньрожденном торте задул. Папа сразу вашу скамейку починил.

– Верно, – не стала спорить Марта, – сиденье как новое. Но осадочек остался.

– У тети слишком хорошая память, – печально сказал Боня, – я уже школу окончил, автомастерскую открыл, жениться собираюсь, а Марта всякий раз, как меня видит, детскую шалость вспоминает.

– Вот наш дядя Фанди не такой, – похвасталась Куки, – мы с Жози, его дочкой, моей лучшей подругой, один раз тапочки Фанди случайно к полу приклеили, и он…

– Марта уронила браслет, – перебила болтовню Куки Катя, – он у нее с лапы соскользнул и в лужу упал.

– Ну и пусть там лежит, – надулся Боня, – так ей и надо за вредность.

– Блестящий? – спросила Аретта. – Всеми цветами переливается?

– Да, – кивнула Катя, – очень приметный, я сразу обратила на него внимание.

– Подарок Барсика, – объяснил Боня, – младшего сына Марты. Он сейчас в мире людей работает. Марта по нему скучает.

– Боня, а ты где жену ищешь? – полюбопытствовала Куки.

– Ну… пока не начал, – смутился тот, – чисто теоретически решил жениться.

– Между прочим, я прекрасно готовлю яблочный пирог, – вкрадчиво протянула мопсиха, – ты же любишь шарлотку. Всегда у нас в гостях много кусков слопываешь.

– Э… э… – забормотал Боня, – э… э…

Капитолина сдвинула брови.

– Куки, прекрати! Во-первых, ты умеешь только один пирог делать. Во-вторых, семейная жизнь – это не совместное поедание шарлотки, а нечто большее, в-третьих, прежде чем думать о замужестве, нужно окончить школу, выбрать профессию. В-четвертых…

– Хочется белое платье, как у кошки Таши, когда она свадьбу играла, – призналась Куки, – туфли с блестящими камушками, сумочку и много подарков. А семейно жить можно у нас дома, мама лучше всех готовит, мне от нее уезжать неохота.

– А в-четвертых, – повысила голос Капитолина, – коты на мопсихах не женятся. Чтобы я больше глупостей о твоих брачных планах не слышала! Даже я пока о свадьбе не думаю. А тебе и подавно нечего.

– Надо достать браслет Марты, – неожиданно сказала Аретта, – она не заметила, что его потеряла. А когда увидит, что украшения нет, не будет знать, где его искать, и очень расстроится.

– Он в лужу упал, – повторила Катя.

– Вы в ней пошарьте, – засмеялся Никита.

– Фу, – скривилась Куки, – противно!

– Вода грязная, – заметил Боня, – неприятно в нее лезть.

Капа вздохнула, присела и опустила в лужу лапу.

– Бе-е, – передернулась Куки, – как тебе это в голову пришло?

Капитолина встала.

– Очень глубоко, не могу дотянуться до дна. Никита, у тебя руки длинные, попробуй браслет найти.

– Еще чего! – фыркнул мальчик. – Даже не подумаю в этой грязище возиться. Пусть Катька туда ныряет!

– Что? – возмутилась Катя, подняла руку и уже собиралась отвесить брату затрещину, но тут с радостным чириканьем «я здорова» мимо пролетела Рита.

Девочка вспомнила лежащую на спине птичку, ее стон: «Меня волна злобы сбила, ой, как больно», опустила руку и спокойно произнесла:

– Нет. Не стану лезть в грязь.

– Ты меня не треснула, – изумился Никита, – не пнула, не оборала. Эй, Катька, ты заболела?

Сестре очень хотелось схватить противного мальчишку, столкнуть его в лужу, но над ее головой весело щебетала Рита. А Катя боялась снова увидеть сойку на земле с поломанными крылышками. Это было странно. Раньше девочка никогда не задумывалась, что делать кому-то по-настоящему больно очень неприятно. И плохо станет не только тому, кто свалился на землю, но и тому, кто спровоцировал это падение. Первый испытает физическую боль, а второй моральную. Ледяной кирпич внутри Кати заворочался и сжал ей горло. Девочка проглотила горький комок и молча отошла подальше от брата, который все хихикал.

– Катя, Никита, у вас руки длиннее, – продолжала Капитолина, – легко достанете браслет.

– Да никогда, – отрубил Кит, – нет предмета, ради которого я в эту грязь полезу.

Аретта молча вошла в лужу, зажала лапой нос и с головой ушла под мутную воду.

– Она сошла с ума! – ахнула Куки.

– Кошка сейчас утонет, – захихикал Никита, – она небось плавать не умеет.

Боня быстро скинул ботинки, прыгнул в лужу, и тут Аретта вынырнула. В лапке у нее был зажат браслет.

– Вот! – объявила кисонька. – Добыла.

Капа сняла платок и набросила его на голову Ари, Боня стянул свитер и надел его на дочь Люси.

Послышалось звяканье, Куки наклонилась и подняла с земли блестящий предмет.

– Ключ! Прямо с неба свалился. Мы долго пытались сделать доброе дело, но он не падал. Почему сейчас шлепнулся?

– Боня, быстро веди Аретту к нам, – приказала Капитолина, – ей нужно срочно принять ванну и переодеться.

Кот и кошка побежали вперед по улице.

– Давай сюда, я повешу ключик на шею, – велела Капитолина, – он на цепочке. Почему мы сейчас получили ключ от Башни желаний? Потому что Ари совершила доброе дело просто так, не ожидая похвалы или награды. Она его не планировала, не думала: «Вот вытащу украшение Марты и получу награду». А доброе дело считается добрым, только если его совершают от всей души, бескорыстно, потом не хвалятся, не рассказывают всем, какой он хороший, и не попрекают того, кому помог, не напоминают ему постоянно: «Я тебе оказал услугу, теперь благодари меня бесконечно». Если ты сделал кому-то доброе дело, забудь об этом сразу. Если кто-то сделал тебе доброе дело, помни об этом всю свою жизнь.

Глава 17. Ночной разговор

Катю положили спать в маленькой комнате, где на стенах висело много картин.

– Здесь живет Ада, наша бабушка, – объяснила Феня, которая принесла девочке несколько пушистых полотенец. – Адюша талантливая художница, у многих жителей Прекрасной Долины есть ее пейзажи. Она не любит большие помещения. У тебя нет сумки с собой. Вот рюкзак. Сложи в него все необходимое.

– Нам придется долго бродить по горам? Далеко до Башни желаний? – уточнила Катя.

Феня села на стул.

– Если идти бодрым шагом и не попадать в неприятности, то за сутки доберетесь. Но это мое предположение. Как будет на самом деле, не знает даже Черчиль. Нельзя предсказать будущее, оно зависит только от тебя. Приготовь все нужное и ложись спать. Завтра очень рано вставать.

– Я не маленькая, – рассердилась Катя, – не надо мне нравоучения читать.

Фенюша расправила на коленях платье.

– Почему ты приняла дружеский совет за нравоучение? Смотри, какую красивую вещь мне сшила Зефирка. Пуговки-жемчужинки, поясок белый, кармашки. Правда чудесное платье? Хочешь, Зефирушка тебе что-нибудь смастерит? Брючки? Кофточку? Она все умеет.

– В мире людей такие платья никто не носит, – скривилась Катя, – они считались модными в эпоху динозавров.

– Правда? – растерялась Фенюша. – А мне оно так нравится. Буду носить его с радостью. Главное, что оно мне по душе, а модное или нет, мне все равно. Спокойной ночи, Катенька. Я положила тебе самые мягкие подушечки и пуховое одеяло. Хороших снов. На тумбочке книжка, необычайно интересная. В шкафу на полочке спрятаны два кекса и кружка с какао. Мама не разрешает есть в постели, но тебе завтра предстоит трудный день, поэтому я решила нарушить запрет Мули.

Когда Феня ушла, Катя хотела открыть шкаф, но тут в спаленку втиснулась Зефирка, которая держала в лапах пакет.

– Ох и тесная спальня у Ады, – вздохнула она, – прямо не повернуться. Катюша! Дорога у вас будет тяжелая. Возьми мою курточку, она очень удобная и модная. Я ее сшила после того, как лучшие журналы мод изучила. Глянь, какая прелесть получилась. И она никогда не промокнет, хоть под водопадом в ней сиди, хоть в океане купайся, это особый материал.

– Ничего так, – согласилась Катя, – вполне приличная куртка.

– И переобуйся, – попросила Зефируша, – по камням идти на каблуках невозможно. Если не хочешь кроссовки обуть, то хоть ботиночки на шнурочках натяни, вот они.

– Ладно, – удивляясь сама себе, согласилась Катя.

– В кармане курточки железная коробочка, а в ней сюрпризик от меня, – хитро улыбнулась Зефирка, потом внезапно обняла Катю. – Я люблю тебя и желаю удачи.

От мопсихи приятно пахло печеньем, конфетами и еще чем-то уютным. Шерстка у нее была очень мягкая, шелковистая.

После ухода Зефирушки Катя съела кексы, запила их шоколадным напитком и взяла толстый том, который приготовила для нее Феня. Книга называлась «Краткая история Прекрасной Долины. Жизнеописание героев». Катя открыла ее и начала читать текст, набранный затейливым шрифтом.

«Первое упоминание о Прекрасной Долине мы находим в летописи, составленной мопсом Карлом в эпоху, когда люди еще не научились делать дубины, чтобы сбивать с деревьев яблоки. Карл принес семье, которую хранил, большую ветку и показал, как с ее помощью можно получить вкусные фрукты…» Катя зевнула раз, другой, третий, глаза девочки сами собой закрылись.

В середине ночи Катя проснулась от духоты. Феня действительно подобрала для нее самые мягкие пуховые подушки и такое же одеяло. Девочке стало жарко. Катюша сбросила перину, встала, открыла окно, вдохнула воздух и удивилась. Пахло яблоками, конфетами, корицей и чем-то еще невероятно приятным. Катя не могла отойти от подоконника, она с наслаждением вдыхала аромат. И вдруг в тишине ночи, которую нарушал только стрекот кузнечиков, послышались голоса. Катя высунулась наружу и увидела, что ее спальня угловая, слева находилась большая веранда, на которой сейчас сидели Капитолина и Муля.

– Тебе придется нелегко, – сказала главная мопсиха семьи.

– Понимаю, – вздохнула Капитолина. – Один Боня из команды молодец. Куки может наделать глупостей. Она сначала прыгает в костер, потом думает: а следовало ли мне в огонь скакать. Аретта с одной лапкой. Да, она храбрая, умная, но физически не из сильных. Но основная головная боль – это Катя и Никита.

– С ними непросто, – согласилась Муля, – похоже, дети раньше никогда не ходили в походы. У них нет вещей, я предложила им выбрать обувь в кладовой. Катя взяла туфли на каблуках, Никита – кожаные ботинки на шнурках. Похожие Черчиль надевает, когда собирается студентам лекции читать.

Капа засмеялась.

– Да уж! В такой обуви они по горам и пяти шагов не пройдут, ты им объяснила, что нужны кроссовки? Особые, для каменистой местности.

– Более того, я их принесла, – продолжала Муля, – но Катя не захотела их даже примерить, заявила: «Уродство».

– Обувь ерунда, – вздохнула Капитолина, – полчаса поковыляет по тропинке и переобуется. Хуже с характером. Им совсем не жалко Галю. Повернуть время вспять хотят не для того, чтобы Волшебный компас заработал и указал, где находится девочка. Нет, они мечтают о поездке на море, боятся, что окажутся в деревне и там им придется огород копать. Крайне ненадежные партнеры, думают в первую очередь о себе. Никита решил, что он гений, поэтому задирает нос.

– Мальчик на самом деле очень одаренный, – заметила Муля, – но по-настоящему умный человек никогда не станет демонстрировать свою эрудированность, хвастаться ею.

– Как мы проплывем по подземной реке? – заволновалась Капитолина. – Преодолеть ее может лишь спаянная команда, где все спиной к спине и держатся за лапы. За Куки, Ари и Боню я не переживаю. Но как поведут себя дети? Очень хочется оставить их дома, взять Мафи и Марсию. Жаль, Зефирушку не прихватишь, она в проходах застрянет.

Муля пару раз чихнула.

– Башня исполнит желания только тех, кто в нее вошел. Нельзя попросить что-то для того, кто не преодолел путь. Дорога к Башне – это проверка мужества, готовности ради достижения цели терпеть неудобства, испытание на прочность. Если проявишь слабость, трусость, страх, убежишь прочь – не жди исполнения желаний. Башня ничего не сделает, потому что она поймет: не очень-то ты этого хотел. Если же шел, упал, встал, шел, упал, встал, ободрал колени, локти, плакал, но шел, не сдавался, шагал, несмотря ни на что, дрожал от страха, но двигался вперед, вымок в реке и не остановился, увидел Огненную змею, чуть не умер от ужаса, упал, встать не смог, пополз вперед. И полз, полз, полз… То когда наконец дополз, смог попасть в Башню, вот тогда твое желание точно исполнится. Путь к исполнению мечты пролегает не от победы к победе, а от падения к падению. Упал, встал, пошел, упал, встал, пошел, упал, не встал, пополз… Тем, кто лежит на диване, Башня не помогает, она их не уважает.

– Да я-то все понимаю, – протянула Капитолина. – Катя сегодня отказалась достать браслет из лужи, вода ей грязной показалась. Никита тоже не помог. Им не было жаль Марту вот ни на секундочку. У детей ледяные сердца. Но самое страшное не это. Ладно, пусть Реутовы не испытывают сострадания к посторонним, но они не любят друг друга, постоянно ругаются, подсмеиваются над бабушкой, считают родителей глупцами. Зря Густав их к нам привел, маловероятно, что поход увенчается успехом.

– Ты слишком сгущаешь краски, – остановила Капитолину Муля, – даже в самой плохой собаке можно найти зерно хорошего. Подумай, что положительного в детях? Найди в них росток добра.

– М-м-м, – протянула Капитолина, – когда мы были у Люси, Катя ударила Никиту, волна злости, исходившая от нее, сбила Риту.

– Ой, ой, – испугалась Муля.

– Сойка серьезно поранилась, – продолжала Капа, – но доктор Паша смог ее поставить на крыло… Позднее Никита посмеялся над сестрой, та хотела отвесить ему затрещину, и тут прилетела Рита с известием, что она здорова. Катя уже руку подняла, а птичка щебечет. Знаешь, девочка удержалась. Не стала бить брата, хотя тот продолжал издеваться. Она просто отошла в сторону. Молча.

– Вот видишь, – обрадовалась Муля, – надеюсь, ее ледяное сердце можно растопить. Мы обязаны помочь этим детям. Хранители несут ответственность за всех людей, а не только за тех, о ком заботятся. Пошли в дом, пора ложиться спать.

Мопсихи удалились. Катя легла в постель и с запозданием рассердилась: что за чушь несли глупые собаки? Она очень хорошая, просто вокруг нее все противные. За что ей любить Никиту? А не за что.

Глава 18. Походная песня

В поход отправились в пять утра. Катя вышла во двор, когда все остальные уже стояли у калитки.

– Это все, что ты берешь? – удивилась Капитолина, которая вынесла из дома огромный рюкзак.

– Мы же всего на один день, – отчаянно зевая, ответила девочка.

– В путешествии возможно всякое, – заметила Капитолина, – лучше быть во всеоружии.

– Интересно, как ты это тащить собралась? – рассмеялся Никита. – Мешок весит больше, чем ты.

– Просто, – пожала плечами Капитолина и нажала на кнопку, торчащую на кармане мешка.

Из гигантского рюкзака снизу вывалились колеса, а сверху выдвинулась ручка. Мопсиха схватилась за нее.

– Ну, вперед и с песней!

Куки и Аретта, одетые в спортивные костюмы и кроссовки, а вместе с ними и Боня пошли вперед, громко выводя песню.

– Мы идем по дороге, не устанут наши ноги, не боимся ничего, не страшимся никого. К Башне желаний придем, двери ее отопрем… А-а-а-а!

Капитолина повернулась к ребятам.

– Ну почему вы молчите?

– Мы не знаем слов потрясающей песни, – ехидно усмехнулся Никита.

– Феня их только вчера написала, – объяснила Куки, – специально для нашей экспедиции. У каждого похода обязательно должна быть своя песня.

– Ну и как мы можем ее горланить? – засмеялась Катя. – Впервые слышим эти ужасные стихи!

– Они чудесные, – топнула лапой Куки, – если не затвердили слова, то исполняйте припев, он очень простой. А-а-а-а! Такой любая собака мигом заучит! Даже щенок Вилли на это способен.

– Лучше я молча буду идти, – вздохнул Никита.

– Нельзя, – покачала головой Капитолина, – мы одна команда. Значит, все делаем вместе.

– Отлично, – кивнул Никита. – А почему я должен поступать по-вашему? У меня другое мнение насчет этих завываний.

– Давайте решим спор честным голосованием, – робко предложила Аретта. – Кто за то, чтобы идти вперед и с песней?

Куки, Боня и Капитолина поняли лапы, сама Ари проделала то же самое.

– Четверо, – посчитал Боня. – А кто против? Вы оба? На два голоса больше за пение.

– Ну вообще! – засмеялась Катя. – Вас всегда будет больше. Это нечестно!

– Почему? – удивился Боня. – Вы можете переубедить кого-то. Найдете эксперименты.

– Ты, наверное, хотел сказать «аргументы», – развеселился Никита.

Капа схватила свой рюкзак за ручку.

– Хватит спорить. Все поняли, что имел в виду Боня. Времени не так много. Катя, Никита, если не знаете слов, просто пойте «а-а-а-а!».

– Чушь прямо, – фыркнула девочка, – не хочу и не буду.

Глаза Куки начали наполняться слезами.

– Ты сорвешь поход. Всем известно, если в команде нет единства, она до цели не дойдет.

Ари достала из кармана брюк платок и протянула его Куки.

– Не волнуйся, мы справимся, повернем время вспять, компас заработает, Иван Сергеевич найдет Галю.

– Пошли скорей, – повеселела Куки, – сейчас начнем погромче петь, чтобы наши три голоса звучали как пять.

– Будем как рефрижераторы! – обрадовался Боня. – Отличная идея, Куки.

– Рефрижераторы, – захихикала Катя, – ой, не могу. Боня! Это холодильник.

– Он хотел сказать – репродукторы, – уточнила Аретта, – то есть громкоговорители, это такая штука, в нее можно прошептать, а она как заорет!

– Спасибо, объяснила, а то я не знал, – разозлился Никита. – Хватит муссировать одно и то же. Надоело.

– Марсии тут нет, – удивилась Куки. – Почему ты сказал: «Муся»? Мы ее так сокращенно зовем.

– «Муссировать» это глагол, который означает «упорно обсуждать какую-то тему», – высокомерным тоном сказал Никита. – Я знаю намного больше умных вещей, чем вы все вместе взятые, поэтому, Аретта, не тратьте время на рассказ о значении слова «репродуктор». Хотя, может, Катька его не знает, она двоечница!

Девочка остановилась, подняла руку, потом опустила ее и молча пошла дальше. Около получаса маленький отряд двигался вперед. Куки, Боня, Ари и Капитолина оглушительно громко пели.

– Пришли, – внезапно объявила Капа.

– Так быстро? – удивился Никита.

– И зачем надо было тащить рюкзак размером с дом? – засмеялась Катя. – Капитолина, ты слишком предусмотрительна.

Старшая мопсиха открыла рюкзак и вынула оттуда серый пакет.

– Мы добрались до Синей горы. Достичь ее – ерундовое дело. Видишь, какая она громадная?

Катя запрокинула голову.

– Вершины не видно.

– И Синяя гора не одна, – продолжала Капитолина, – если преодолеем ее, увидишь Красную, потом Желтую. Целая гряда. Еще никому не удавалось перелезть через все пики. Даже великий альпинист дог Бэрримор спасовал на Зеленой скале.

– И где Башня желаний? – удивилась Катя.

– За хребтом, – махнула лапой Куки, – нам надо очутиться по ту сторону гор.

– Гениально! – поморщилась Катя. – Если никто этого осуществить не мог, как мы в нужном месте окажемся?

– Если что-то нельзя отнести, это можно оттащить, – улыбнулась Ари. – В нашем случае проплыть. Под горой течет подземная река. Мы сядем в лодку – и вперед.

– Что-то не вижу шлюпки, – скривился Никита.

Капитолина протянула Боне пакет.

– Надувай!

Глава 19. Катастрофа

Когда пакет превратился в резиновую лодку, Капитолина вытащила из своего мешка шесть небольших палочек. Потрясла одну, и та превратилась в весло.

– Здорово Черчиль шлюпку сконструировал, – похвалила самого умного мопса Аретта, – занимает мало места, а когда ее надуешь, выдерживает огромные нагрузки.

– Никита сядет сзади, в паре с ним будет Боня, – начала распоряжаться Капитолина, – Аретта и Куки посередине, мы с Катей на носу. Я буду считать вслух гребки. Главное, работать веслами согласованно. Ну, устраиваемся.

– Почему ты нами командуешь? – надулся Никита. – Я умнее любой собаки.

– Возможно, – не стала спорить Капитолина, – но нельзя быть всегда умнее всех. Ты хочешь, чтобы Галя вернулась домой? Ох, не то спросила! Ты хочешь поехать отдыхать на море? Не полоть огород у бабушки в деревне?

Никита поджал губы.

– Если у тебя есть такое желание, то милости прошу в лодку, если нет, поплывем без тебя, – договорила Капа.

– Я вам не нужен? – нахмурился мальчик.

– Нет, – ответила Капитолина. – Конечно, чем меньше состав отряда, тем труднее и опаснее дорога. Но мы справимся.

– Зачем тогда и мне тащиться? – обрадовалась Катя. – Подожду у Мули в саду, пока вы вернетесь.

– Четверо участников – это очень мало, – занервничала Аретта. – Черчиль не разрешает идти в поход, если в группе нет хотя бы пятерых членов.

– У нас нет выбора, – вздохнула Капитолина, – надо найти Галю. Дети, не хотите принимать участие в походе?

– Мы еще не сошли с ума, – засмеялась Катя, – по собственному желанию в резиновой мыльнице кататься.

– Хорошо, – кивнула Капитолина, – рассаживаемся. А вы топайте по тропинке назад, никуда не сворачивая, живехонько дома окажетесь.

– Есть кое-какая информация, которую вам нужно знать, – произнесла Ари, – да, время вернется вспять, Густав доставит компас, Галя отыщется. Все у Фирсовых будет хорошо. Но вы поедете в деревню. Для Реутовых ничего не изменится.

– Почему? – возмутились дети.

– Потому что Башня помогает лишь тем, кто к ней пришел, попросил оказать помощь, – растолковал Боня, – а нельзя помочь тому, кто не просит о помощи.

– Некогда нам болтать, – отрезала Капитолина, – садимся. Развяжите обувь.

– Я поеду, – решила Катя, – конкретно не желаю жуков с картошки собирать. Фуу!

Все начали устраиваться в лодке, последним в нее сел Никита.

– Катя, у тебя обувь завязана, – заметила Куки. – Слышала? Капа приказала шнурочки распустить.

– Твоя сестра не имеет права ничего мне приказывать, – заявила девочка.

– Это не приказ, а мера безопасности, – пояснила Капитолина.

– Сама знаю, что мне делать, – отрезала Катя.

Куки посмотрела на Ари, та громко вздохнула.

– Если кто-то говорит: «Не надо хватать крапиву», лучше послушаться, – философски заметил Боня.

Катя закатила глаза.

– Замолчите!

– Ладно, – пробормотал кот, – но, на мой взгляд, добрый совет никогда не бывает лишним.

– Вперед! – закричала Капитолина.

Все схватились за весла.

– Ать-два, ать-два! Работаем слаженно! Не останавливаемся. Ать-два! Ать-два! – безостановочно повторяла Капитолина.

– От твоих воплей голова заболела, – рассердился минут через пятнадцать Никита.

– Иначе нельзя, – пропыхтела Куки, – собьемся с ритма.

– Жуть, – пробурчал Кит.

– У меня руки сейчас отвалятся, – заныла спустя некоторое время Катя, – надо отдохнуть.

– Нельзя, – возразил Боня, – в этом месте река особенно коварная. И посмотри на Ари, она одной лапой молча работает.

– Нечего мне кошку-инвалидку в пример ставить, – разозлилась Екатерина, – хватит ею восторгаться. Она не умная, не красивая, вы ей врете, чтобы Аретта не поняла, как к ней на самом деле все относятся. Как к неполноценной!

– Пожалуйста, греби слаженно со всеми, – попросила Капитолина.

– Нет! Я устала! – закричала Катя и отпустила весло.

– Скорей возьми его, – испугалась Куки, – здесь есть водовороты зла. Нас затянет в них. Нельзя ссориться в походе. Ни в коем случае.

– Вы мне надоели, – заорала девочка.

– И мне, – неожиданно согласился с сестрой Никита и сложил руки на коленях.

– Ать-два, ать-два, – зачастила Капитолина, – держимся, стараемся, держимся… нас мало, но мы справимся…

Из реки поднялась огромная волна, она вздыбилась стеной, изогнулась и рухнула на лодку. Катя и Никита ощутили, как чьи-то ледяные пальцы сдергивают их со скамеечек. В рот, нос и уши детей полилась вода, тела стали тяжелыми, ноги перестали двигаться, руки словно кто связал крепкими веревками.

Катя попыталась крикнуть, но не смогла.

– Ботинки, ботинки, – донеслось до ее слуха, – скинь их.

Девочка попыталась избавиться от обуви, но та плотно сидела на ступнях. В голове Екатерины промелькнула мысль: «Зря я не послушалась Капитолину, не развязала шнурки». Неведомая сила поволокла ее на дно, воздух в груди у Кати заканчивался… И тут что-то ударило ее снизу, голова оказалась над водой. Прямо перед глазами Кати замаячила мордочка Аретты.

– Держись, – прошептала кошка и подпихнула к Кате весло, – оно не тонет. Вцепись в него, я сниму с тебя ботинки.

– Они крепко завязаны, – всхлипнула девочка.

– Я развяжу, – пообещала Ари, – не бойся, просто держись.

– Ты не сможешь одной лапкой, – заплакала Катя.

– Не бойся, – повторила Аретта, – у меня полно крепких острых зубов.

Кошка нырнула, Катя повисла на весле, в ужасе глядя по сторонам. Река словно взбесилась, в одних местах она поднималась фонтанами, в других образовались черные ямы. На секунду перед глазами Кати мелькнули задние лапы мопсихи. Но было не ясно, чьи они, Капины или Кукины. Внезапно около девочки показалась голова Никиты. Брат, хватая ртом воздух, вынырнул из воды и начал бить по ней руками. Катя быстро подсунула ему кусок весла. Кит уцепился за него и посмотрел на сестру, в его глазах плескался ужас.

– Мы сейчас утонем.

– Держись, Ари сказала, весло не уходит на дно, – прошептала Катя.

В ту же секунду ноги девочки стали легче, и она поняла, что Аретта смогла стащить с нее ботинки. Послышалось фырканье, прямо перед лицом Кати из воды высунулась крыса.

– А-а-а, – завопила девочка, – помогите же кто-нибудь! Крысятина меня съест.

– Это я, Боня, – отплевываясь, пояснил кот, – просто шерсть намокла и прилипла! Гребите налево, там берег, я буду вас подстраховывать.

– А где Аретта? – испугалась Катя.

– Здесь, – ответил тихий голосок, – позади, я нашла еще одно весло.

– Налево, налево, налево, – закричала Капитолина, потом раздалось пение: «Мы идем по дороге, не устали наши ноги…»

К сопрано Капы присоединился дискант Куки:

– Не боимся ничего, не страшимся никого.

– К Башне желаний придем, дверь ее отопрем, – заголосили Боня с Ареттой.

– А-а-а-а! Отопрем! – запела Катя и почувствовала, что в руках прибавилось силы.

– О-о-о-о! Придем, – завел Никита, – придем!

Глава 20. Шоколадка

– Мы спаслись! – ликовал Боня, когда Аретта, Катя и Никита выбрались на каменистый берег, где стояли Капа и Куки.

– Я так испугалась, когда лодка неожиданно перевернулась, – пропищала Куки.

– Да, я тоже струхнула, – призналась Аретта, – мы совершенно неожиданно въехали в волну гнева. Я о ней слышала, но никогда не видела.

– Нам в школе рассказывали, – кивнула Куки, – вода реагирует на злость, капризы. Чем они больше, тем страшнее вал. А Катя и Никита…

– А Катя меня за крысу приняла, – быстро перебил мопсишку Боня, – я перед ней вынырнул, а Катюша как завопит: «Крысятина меня съест!»

– Я и подумать не могла, что это ты, – начала оправдываться Катя, – кот был жирный – и вдруг тощий!

– Боня не толстый, – возразила Аретта, – просто у него очень много шерсти, а тут она намокла и прилипла к телу. Сейчас он обсохнет и станет красавцем. Хотя Боня всегда хорош собой и умен.

Капитолина подняла лапу.

– Внимание! У нас пропали все вещи. Мой рюкзак утонул. Ваши сумки тоже. Еды нет. Но вот хорошая новость: попить можно из реки. Пошли вперед. Нам надо до вечера идти, а потом подумаем, как устроиться на ночлег. Ну! Давайте с песней.

– Смотрите! – закричала Куки, бросаясь в сторону. – Это же кроссовки Аретты. Вот повезло! Вот удача! Вот здорово! Их выкинуло из воды. Ура!!!

– Непонятно твое ликование, – поморщился Никита, глядя, как Аретта всовывает лапки в обувь, – Куки, это же не твои кроссовки.

Мопсиха заморгала.

– Я за Ари радуюсь, она теперь не пойдет босиком. Только ей мокро будет.

– Ерунда, – заулыбалась Ари, – на ходу спортивные ботиночки живо высохнут.

Маленький отряд пошагал по камням, кошки и мопсы пели, Катя и Никита старательно выводили:

– А-а-а-а!

Через несколько часов Капитолина устроила привал, все сели, и Боня сказал:

– Во всем плохом есть и хорошее.

– Интересно, что хорошего ты видишь в данной ситуации? – спросил Никита. – У нас нет еды, спичек, чтобы разжечь костер.

– Зато не надо мыть лапы перед ужином, – ответил Боня.

– И чистить зубы, – обрадовалась Куки.

– Если пару дней не поесть, талия делается тонкой, – заявила Аретта.

– В пещерах тепло, – подхватила Капа, – ветер не дует. Нам здорово повезло.

Катя встала и пошла к речке.

– Пойду попью.

– Иди, – кивнула Капа, – большая вода закончилась, теперь это крохотный ручеек, в котором даже сойка Рита не утонет.

Катя повернула налево, сделала с десяток шагов, присела, зачерпнула пригоршню воды, начала ее глотать и вдруг ощутила во внутреннем кармане куртки нечто небольшое и плоское. Одежда, несмотря на то что Катя плавала в воде, как и обещала Зефирка, удивительным образом не промокла. Девочка расстегнула молнию и вытащила… железную коробочку, похоже, это был тот подарок, который ей в дорогу положила Зефирка. Катя открыла находку и ахнула – внутри лежала большая толстая шоколадка.

Дрожащими пальцами Катя развернула фольгу и поняла, что плотная упаковка не пропустила внутрь воду, шоколад выглядел так, словно его только что доставили из магазина.

Рот Кати наполнился слюной. Дома она бы и не посмотрела на такую плитку, в ней не было ни изюма, ни орешков, но сейчас, когда смертельно хотелось есть, девочка обрадовалась так, словно ей принесли самое роскошное блюдо.

Катюша отломила дольку, состоящую из трех «кирпичиков», спрятала коробочку на место в карман, собралась откусить от дольки, начать есть сладкое и услышала голос Куки:

– Чем так вкусно пахнет?

Катя повернулась и увидела мопсиху, которая смешно дергала носом.

– Шоколадка! – воскликнула Куки. – О-о-о! У тебя есть сладкое!

– Случайно в кармане завалялась, за подкладкой нашла, – соврала Екатерина.

– Куртку тебе Зефирка дала, – подпрыгнула Куки, – а у нее повсюду конфеты припрятаны. Можно мне шоколадку понюхать? Если вдохнуть аромат, то будет казаться, что поела.

Катя посмотрела на голодную мордочку Куки, на ее большие, широко распахнутые, чуть выпуклые глаза, поколебалась, потом отломила один коричневый прямоугольничек и протянула мопсишке.

– На.

– Это мне? – с придыханием спросила Куки.

– А кому еще? – усмехнулась Катя. – Вроде мы тут одни.

Куки осторожно взяла подарок, понюхала его, на секунду закрыла глазки. На лице мопсихи появилось выражение восторга. Куки постояла, потом, завопив:

– Смотрите, что у нас есть! – понеслась туда, где сидела вся честная компания.

– Ну зачем так кричать, – сделала ей замечание Катя, – ешь тихо.

Куки притормозила, оглянулась и, бросив:

– Не могу же я одна это слопать, когда все голодны, – кинулась вперед.

Катя съела две дольки, запила их водой, вернулась к остальным членам команды и увидела, что Боня, облизав кусочек шоколадки, передает его Кате.

– Фу! – поморщилась девочка. – Что вы делаете?!

– Шоколадка маленькая, – пояснила Аретта, – разломить ее на всех невозможно, раскрошится, поэтому мы решили, что каждый сделает по одному облизыванию и так до тех пор, пока шоколад не закончится.

– А я не буду в облизе участвовать, – затараторила Куки, – пока бежала, шоколадка в лапке чуть-чуть растаяла, у меня теперь когти сладкие, с меня хватит.

На секунду Кате показалось, что коробочка в ее кармане превратилась в гирю, но девочка ничего не сказала. Она молча смотрела, как Капитолина и кот облизывают шоколадку, а Куки полирует языком правую переднюю лапу.

– Спасибо, Катюша, – сказала Капа, когда квадратик испарился, – ты очень добрая, поделилась с нами шоколадкой.

– Могла сама ее съесть, – зачастила Куки, – но ты проявила себя как настоящий друг.

Никита молчал.

– Ну, пошли, – скомандовала Капитолина.

Все встали и двинулись вперед.

Глава 21. Огненная змея

Когда Кате показалось, что ее ноги сейчас отвалятся, Капитолина воскликнула:

– Мы выходим из подземелья.

– Ура! – заорала Куки, кинулась вперед, остановилась и пробормотала: – На улице темно.

– Конечно, – согласился Боня, – сейчас уже поздний вечер, солнце село, надо устраиваться на ночлег.

– Вот хорошее место, – обрадовалась Капитолина, – ровная площадка, тут и ляжем.

– Прямо на землю? – поежился Никита.

– Спальные мешки съела волна гнева, – вздохнула Аретта.

– Холодно как, – вздрогнула Куки и взъерошилась, – вот бы костер развести.

– Спичек тоже нет, – констатировала Аретта.

– Неприятный козел, – кивнул Боня.

– Козел? – удивилась Капитолина. – Боняша, что ты имеешь в виду?

– Когда происходит нечто неожиданное, это называют козлом, – объяснил кот. – Мой дядя Лева, наш лучший пианист, всегда так говорит: «Ну и ну. Вот так козел! Удивительный козел!»

– Оказия! – осенило Капу. – Хорошо, Боня, что ты сейчас про Леву вспомнил, в противном случае никогда бы не догадалась, какое слово ты имеешь в виду. Левушка любит слово «оказия», то есть неожиданность.

– Ветер ледяной, – задрожала Куки, – а у меня подшерсток еще мокрый.

– В пещере влажно очень, вот мы и не высохли до конца, – лязгая зубами, заметил Боня.

Никита пощупал голову.

– А у меня волосы совсем сухие.

– Ты не целиком покрыт шерстью, – пояснила Капитолина, – и у людей нет подшерстка, а в мою шубку не сразу когти воткнешь, такая она густая.

Никита посмотрел в сторону леса.

– Вон там полно веток, если набрать их побольше, я попытаюсь добыть огонь.

– И как ты это проделаешь? – удивилась Ари. – Зажигалка утонула.

Никита встал и пошел к месту, где густо росли деревья.

– Никогда не участвовал в походах, ни разу сам не разводил огонь. Но я много читаю. Мне нравятся книги Жюля Верна. Он давно писал, но романы его и сейчас интересны. В «Таинственном острове» герои оказываются, как мы, без ничего. В месте, где никто не живет. Жюль Верн описал, как можно добыть огонь с помощью двух сухих палочек.

– Да? – изумилась Капитолина. – Что-то с трудом верится в это. Возможно, писатель пошутил.

– Если попробуем, хуже не станет, – пожал плечами Никита и стал осматривать куски дерева, валявшиеся на земле.

– Вроде вот эти подойдут, – сказал он наконец, – еще немного сухого мха, теперь наберем дров.

Все стали стаскивать на полянку хворост. Никита сложил его домиком, потом воткнул одну сухую палочку в другую и начал быстро-быстро вертеть ее ладонями.

– Ничего, – разочарованно пропела Куки.

– Быстро не получится, – пропыхтел Никита.

Минут через пять Катя ехидно осведомилась:

– Тебе не надоело?

– Смотрите! Дымок! – закричала Ари, показывая на конструкцию, которую соорудил мальчик.

– Сунь туда сухой мох, – велел мальчик, – мне нельзя прерываться.

– Огонек! – ликовала Капа. – Никита, ты на самом деле гений!

– Да, – согласился тот, – а вы сомневались.

– Нет, – хором воскликнули все, кроме Кати.

– Теперь нарвем вон тех зеленых метелок, – ажитировалась Капитолина, – сделаем подстилку и ляжем вокруг костра. Чтобы огонь не потух и в целях безопасности будем дежурить по очереди. Первая Аретта, потом Катя, затем Куки, я, Боня и Никита. Кто за?

– Полный косинус, – с удовлетворением заметил Боня.

– Консенсус, – поправил Никита, – косинус в математике. И синус там же.

Подстилку сделали быстро, все легли, Аретта села у огня.

– Подкладывай ветки постоянно, – приказала, зевая, Капа, – поглядывай по сторонам.

– Вдруг Огненная змея появится, – задрожала Куки. – Муля рассказывала, что она в лесу водится.

– Огненная змея является только по вызову, – пробормотала Капитолина, укладываясь на бок, – среди членов нашего отряда нет того, кто может ее пригласить. Спи спокойно!

Капа громко засопела, Куки свернулась улиткой, прижалась к старшей сестре и вскоре заснула. Никита и Боня тоже задремали. Аретта сидела лицом к огню, спиной к товарищам. Катя, которая устроилась чуть поодаль от остальных, не отрывая взгляда от Ари, тихо достала железную коробочку, открыла ее, отломила кусочек шоколадки, положила в рот и ощутила блаженство. Ей было так вкусно! Ничего лучше она за всю жизнь не ела.

Внезапно в горле что-то зацарапало, на Катю напал кашель.

Аретта переместилась к девочке.

– Ох, похоже, ты простыла.

– Не-а, – ответила Катя, – просто в горле запершило.

– Ты легла далеко от всех, – не успокаивалась Аретта, – лучше сбиться в кучу, тогда будет теплее. Давай я тебя погрею.

Ари легла около девочки, прижалась к ней, обняла лапой, укрыла своим хвостом, потом хихикнула:

– Извини, от меня пахнет мокрой кошатиной. В воде, в которой я искупалась, не было шампуня. Так есть хочется, что повсюду чудится аромат шоколада. Вот сейчас лежу возле тебя, и на секунду мне показалось, что я нахожусь рядом с Зефиркой. Она вечно лопает плитки, которыми кошка Нинон торгует. Они уложены в железные коробочки. Очень вкусные. Не коробочки. Шоколадки. Ну прямо ноздри мне аромат сладкого щекочет. У тебя нога не болит?

– Нет, – удивилась Катя, – а должна?

Аретта поближе придвинулась к девочке.

– Под водой было темно, когда я шнурки перекусывала, цапнула тебя случайно. Неужели ты не почувствовала?

– Нет! – ответила Катя. – Наверное, ты в носок вцепилась.

– Вот хорошо-то! – обрадовалась Аретта. – А то я переживала, что укусила тебя.

Катя вспомнила, как однолапая кошка, забыв об опасности, храбро нырнула в реку, освободила ее от ботинок. И спасительное весло Катерине подтолкнула Ари. Если подумать, то понятно: кисонька ей жизнь спасла. Сейчас Ари очень хочет есть, а у Кати в кармане почти целая шоколадка. Может, угостить дочь Люси? Девочка хотела уже засунуть руку в карман, но остановилась. Если она сейчас предложит кошке шоколад, то Аретта поймет: у Кати есть еда. И придется ей со всеми делиться. Нет. Нельзя показывать плитку. Неизвестно, сколько времени еще топать до Башни желаний, а потом ведь нужно будет возвращаться назад. Шоколадка маленькая, Кате она самой пригодится.

В груди девочки неожиданно снова зашевелился ледяной кирпич, но теперь он превратился в здоровенный ком и стал занимать еще и живот.

– Пойду подброшу веток в костер, – пробормотала Ари. – Сейчас станет холоднее, но я вернусь и согрею тебя. Мы, кошки, прекрасно умеем работать печкой для человека.

Аретта села и вскрикнула:

– Мамочка!

В голосе кисоньки слышался такой испуг, что Катя приподняла голову, взглянула в сторону костра и опешила. Из полусгоревшего хвороста поднималась толстая огненная лента с пылающим белым световым шаром на самом верху.

– Вставайте! – закричала Аретта. – К нам пришла Огненная змея.

Глава 22. Битва

Все вскочили на ноги и замерли.

– Мама, – прошептала Куки, – она существует.

Лента изогнулась, дернулась, стала шире, раскаленный белый шар затрясся.

– Сюда, – скомандовала Капитолина, бросилась за большой валун и упала на живот. Остальные поступили так же.

Раздался свист, над головой Кати пролетело что-то очень горячее.

– Кто это? – простонал Никита.

– Огненная змея, – прошептала Аретта, – я никогда ее не видела, но бабуля рассказывала, что ее папа встречался с чудовищем. Они пошли с приятелями за ягодами Борди, набрали совсем немного, потопали домой, и… тут змеища. Пока один из друзей не признался, что всех при дележке ягод в свою пользу обманул, она в них шарами кидалась.

Снова послышался резкий звук, затем сзади раздался громкий хлопок. Все обернулись.

– Дерево горит, – испугалась Катя, – сейчас огонь может по лесу побежать.

– Я думала, рассказы про Огненку – это сказки для маленьких щенков, – пропищала Куки, – нам Феня их постоянно читала и говорила: «Будьте добрыми, не жадничайте, тогда вам змея не страшна». А она есть!

– И-и-и-и, – раздалось от костра, и большой валун, за которым прятался отряд, покрылся трещинами.

– Она попала в гранит, – воскликнула Капитолина.

В голосе командира похода впервые послышался страх.

– Что нам делать? – затряслась Куки.

– Сейчас, сейчас, – зачастила Капа, – я соображаю.

– Вон там большая канава, – крикнул Никита, – если мы забьемся в нее, получим шанс спастись. Раньше в деревнях, когда пожар начинал с дома на дом перекидываться, делали между участками рвы. Огненная стена не могла через них перебраться.

– Бежим! – велела Капитолина.

Все опрометью кинулись к оврагу.

– Ой, Катя, у тебя кровь на пятке, – воскликнула Аретта, когда дети, мопсы и кошки очутились на дне канавы.

– Поранилась, – изумилась девочка, рассматривая свои ступни, на одной из которых имелся грязный, рваный носок.

– Ты джурапку потеряла, – предположил Боня.

– Что такое джурапка? – изумился Никита.

– Носок, – ответил Боня, – так всегда моя бабушка говорит.

– Наверное, он слетел во время бега, – расстроилась Катя, – может, неподалеку лежит. Сейчас посмотрю.

Катя высунулась из оврага и ахнула. Огненная лента превратилась в огромный столб, шар-голова раздулся до размеров джипа. Не успела девочка вскрикнуть от ужаса, как из нее выскочила широкая лента огня и понеслась в ее сторону. Катя упала на дно канавы, попала ногой по голове Никиты и на секунду сжалась в комок – сейчас брат точно больно стукнет ее. Кит схватил сестру за талию и прижал к себе.

– Спокойно. Не бойся. Я с тобой.

Катя хотела ответить: «Да уж! Много от тебя, гения нашего, толку, когда всех спалить хотят», но неожиданно сказала:

– Спасибо, мне очень страшно. Змеища стала еще больше. И она движется к нам.

– Так! – встрепенулась Капитолина. – Я немного растерялась, но сейчас пришла в себя и вспомнила, что говорится в наших преданиях. Как можно победить огромный ужас? Куки. Отвечай. Это ты?

– Нет, нет, нет, – затряслась мопсишка.

– Быстро признавайся во всех жадностях, – потребовала Капитолина.

Куки всхлипнула.

– Я не дала за день до нашего ухода Зефирке шоколадный кекс. Она на него нацелилась, лапу протянула, а я быстрее оказалась. Цап вкуснятину. Зефируша стала просить укусить от маффина, а я не дала-а-а-а!

Мопсишка зарыдала. Боня погладил ее лапой по голове.

– Успокойся. Ты нехорошо поступила, но такая малость, как кекс, не могла вызвать змеищу.

– Ты не прав, – возразила Капитолина, – дело не в сладком, а в обстоятельствах. Дома кексов полно, Зефирка легко может пойти в столовую и взять хоть десять штук. Другой вопрос, надо ли ей это делать, учитывая, что рост Зефирушки совпадает с ее объемом талии. Другое дело, если б сестра с нами пошла, а у Куки обнаружился бы кекс, и та Зефирке от него откусить бы не дала. У нас при себе никаких продуктов нет, запасы утонули, очень нехорошо лакомиться в таком случае одной.

– Почему вы все время про жадность твердите? – спросила Катя.

– Разве ты сказку про Огненную змею жадности не читала? – изумилась Аретта. – Ее все наизусть знают.

– Катя из мира людей, – напомнил Боня, – а там наших книжек нет. Давным-давно, когда на Земле только-только появились Хранители, собаке Черри никак не удавалось накосить травы, чтобы покормить корову Чернушку, и та перестала давать молоко. Но раз нет молока, то нечего надеяться на вкусный творог, сметану, ряженку, кефир… Наступила зима. И Черри поняла, что им с коровой есть нечего. А у Эдгара, соседа Черри, было много-много сена, столько, что и девать некуда. Черри пошла к Эдгару и попросила:

– Дай мне немного сухой травы. Мы от голода с Чернушкой очень ослабели.

– Иди отсюда, – ответил пес. – Почему я должен с тобой делиться? Мне самому мало.

Черри заплакала и отправилась домой, но не успела она сделать пару шагов, как около дома Эдгара появилась Огненная змея и устроила пожар. И тогда все в Прекрасной Долине узнали, что жадность всегда вызывает огонь, который хочет сжечь все вокруг. Остановить его можно только с помощью доброты и любви. И тогда же мы узнали главное правило дружбы: если отнимешь у друга яблоко, то у тебя будет яблоко, но не будет друга.

– Почему нельзя отбирать яблоко? – не поняла Катя. – Чем оно такое особенное? А если, например, апельсин, банан, книгу, игрушку, конфету оттяпать?

– Яблоко – это собирательный образ, – вздохнула Капа. – Если хочешь, чтобы кто-то стал твоим другом или остался им, то нельзя у него ничего забирать силой: еду, деньги, вещи, любовь, работу, дом… Отнять-то можно все, перечислить это невозможно, поэтому говорят про яблоко. А второе правило звучит так: «Если у тебя есть одно яблоко, а друг голоден, всегда поделись с товарищем, даже если сам очень хочешь есть». И это опять не только про яблоки. Если будешь агрессивным и жадным, у тебя никогда не будет друзей. Вот о чем говорят правила настоящей дружбы.

– Дружба бывает не настоящей? – уточнила Катя.

Капитолина кивнула:

– Да. Корыстной. Когда с тобой общаются, чтобы что-то от тебя получить.

– А что случилось с Черри, Чернушкой и Эдгаром? – спросил Никита.

– Черри живет в соседней с нашей деревне, – ответила Капа, – ее все очень уважают, ведь она одна из первых Хранительниц. У Черри молочная ферма, у нее все вкусные продукты покупают. Чернушка главная в стаде. Животные никогда не умирают, мы просто тела меняем.

– А Эдгар? – поинтересовалась Катя.

Куки посмотрела на Аретту, та взглянула на Боню, последний уставился на Капитолину.

– Не хочется говорить о нем, – поморщилась мопсиха, – Эдгар не исправился, он стал еще жаднее и в конце концов чуть не погубил Прекрасную Долину. О том, как пришлось спасать нашу страну, рассказала в своей книге Фенечка. Кстати, она передала рукопись свой хозяйке, Фенюша бережет семью одной писательницы. Та была вынуждена выпустить повесть под своим именем, в мире людей собаки не могут заключить контракт с издательством[1].

– Кроме Огненной змеи есть еще Удав зависти, – вздохнула Аретта, – жадность сжигает, зависть душит. Паук лжи! Он вруна в паутину затягивает.

– Жадность пробуждает Огненную змею, – вздрогнула Капитолина, – и мы сейчас этого монстра видим.

– Так что нам делать? – всхлипнула Куки.

Глава 23. Подвиг Аретты

– С жадностью есть два способа борьбы, – прошептала Аретта, – доброта и любовь.

– Сначала надо понять, кто вызвал Огненную змею, – остановила кошку Капитолина.

Ба-бах! – раздалось за спиной.

Катя обернулась. Огромная ель за канавой вспыхнула факелом.

– Ой! – обомлела Аретта. – Никита, ты говорил, что пламя через канаву не перескочит!

– Обычно огонь бежит по земле, ему перепрыгнуть ров не удается, – испуганно ответил мальчик, – а эта гадость плюется горящими шарами, они по воздуху летят, им овраги нипочем.

Ба-бах! Занялось еще одно дерево, на этот раз справа.

– Быстро говорите, кто жадничал, – потребовала Капитолина.

– И что будет, если мы это узнаем? – затрясся Боня.

– Ему надо выйти навстречу Огненной змее и сказать: «Я нехорошо поступил. Больше это не повторится. Вот, возьмите то, что мне жалко отдавать было» – и бросить в огонь то, из-за чего скупился. И Огненная змея исчезнет. Аретта, это ты?

– Нет, – прозаикалась кошечка, – у меня ничего с собой нет, все вещи погибли.

– А медальон на шейке? – спросила Куки.

– Он мне нравится, потому что зеркальный, – пожала плечами Ари, – но если кто-то его попросит, не жаль отдать. Недорогая штучка, я сама ее купила в лавке енота Пети за две копейки, там таких море.

– И я не жадина, – быстро добавил Боня.

– Тоже не очень трясусь над своей собственностью, – вздохнула Капитолина, – хотя утонувший рюкзак мне жалко, но это не жадность.

Все посмотрели на детей. Никита опустил голову.

– Неохотно своим делюсь. Один раз больно побил Катю, когда она мой ноутбук взяла. Если честно, я жадный. Очень. И вообще, нехороший я человек.

Девочка с изумлением слушала брата. Неужели это он говорит? Никита, который считает, что все люди вокруг глупые, противные, а он гений, поэтому ему можно делать все, что угодно? Его ум извиняет любые поступки. Брат, который ни разу не угостил ее конфеткой? Брат, не желающий помочь ей с домашними заданиями? Заносчивый, вредный, ябеда? И он вдруг называет себя плохим?!

– Я только сейчас понял, какая страшная вещь жадность, – продолжал Кит, – она меня сожжет! Мне надо стать добрым. Но в походе я не жадничал. У меня же ничего нет!

Ба-бах! Теперь вспыхнул растущий слева кустарник.

– Она нас в кольцо зажимает, – прошептал Никита, – умная змея.

– Да, – согласилась Капитолина, – ум может быть как добрым, так и злым. Если человек умный, это не означает, что он хороший. Катя, ты у нас одна осталась.

Девочка скрестила руки на груди, ощутила под одной ладонью карман с железной коробочкой, где лежала шоколадка, представила себе, как она выходит из оврага, движется навстречу змее, и выпалила:

– Нет, нет, я тоже утопила свой мешок.

Ба-бах! Позади оврага встала стена огня.

– Нам конец, – прошептала Куки и придвинулась к Никите.

Он снял с себя куртку и набросил на мопсишку.

– Не бойся, я тебя спрятал.

– Капа, что делать? – спросил Боня.

– Не знаю, – пролепетала глава отряда, – думаю. Может, что в голову взбредет.

Аретта выскочила из оврага.

– Эй, ты куда! – завопил Боня. – Вернись!

Но Ари не послушалась, она отбежала от канавы, встала и закричала:

– Змея! Это я виновата. Я главная жадина! Я не дала свои книжки Куки. Я хочу исправиться. Я больше не буду так поступать. Я люблю Куки. Я желаю ей добра!

На секунду стало тихо, все высунули головы из укрытия. Огненный шар стал меньше, потом он приоткрылся, из него вылетел тонкий, ослепительно-белый язык и ударил Аретту прямо в грудь. Кошка упала. Нитка огня развернулась, полетела назад к змее и воткнулась в нее. Чудовище раздулось.

– Аретта! – зарыдала Куки. – Ее убили! Аречка! Мне совсем не нужны те книжки! Я просто позавидовала, что красивые сказки с картинками у тебя есть.

Никита выскочил из оврага, он побежал к Аретте, держа высоко в руке часы, которые ему подарили на день рождения. Голова монстра снова выпустила луч света, тот угодил в стекло хронометра, отразился от него, помчался к змее, ударил в огненный ужас… Змея сделалась чуть ниже, но не сдалась, теперь в Никиту полетел пучок белых «нитей».

– Его сейчас убьют, – закричали Боня, Капитолина, Куки и начали выпрыгивать из канавы.

Ледяной кирпич, занявший все тело Кати и добравшийся до шеи, внезапно лопнул. Девочка почувствовала, как внутри становится горячо, так жарко, что из глаз потекли слезы. Выхватив из кармана железную коробочку с шоколадкой и высоко подняв ее над головой, Катя вылетела из укрытия и ринулась навстречу Огненной змее, громко выкрикивая:

– Я! Это я! Я! И только я! Я виновата! У меня есть шоколадка! Я ела ее в одиночестве. Простите меня все! Больше никогда так делать не стану!

Белый сноп сменил направление, отвернулся от мальчика и полетел к девочке. Катя выставила вперед руки с коробочкой. Перед глазами вспыхнул огонь, невыносимо-яркий, бело-голубой… Смотреть на него было невозможно, Катя закрыла глаза, что-то толкнуло ее, и неожиданно пропали все звуки.

Глава 24. Кроссовки

– Катюша, – сказал тихий голос.

На лоб девочки легла чья-то мягкая лапка.

– Катюша, открой глаза, – попросил некто.

Девочка села и распахнула веки.

– Ты жива, – закричала Куки. – Ура!

– Ура, – подхватили Капитолина и Боня.

– Ура, – прошептали слева.

Катя повернула голову и увидела Аретту Кошечка сидела, привалившись спиной к стволу дерева. Шерстка на ее груди была черной, а единственная лапка оказалась окровавленной.

– Что с тобой? – испугалась Катя.

– Луч ударил в мой зеркальный медальон, – сказала Ари, – сжег шерстку на груди, а когда я попыталась от него отмахнуться лапкой, сильно ударил по ней.

– Тебе больно! – воскликнула Катя.

– Да нет, – соврала Аретта, – ерунда.

Из леса с охапкой листьев вышел Никита.

– Капа, это нужное растение?

– Молодец, – ответила главная мопсиха, – сейчас я его помну и на лапку Ари наложу. Кровь течь перестанет.

– Кит! – обрадовалась Катюша. – Ты жив!

– Сам удивлен, – улыбнулся брат.

– Зачем ты выбежал из оврага? – спросил Боня. – Почему держал часы?

Никита сел на землю.

– Увидел, как луч, упав на зеркальный медальон Аретты, полетел назад и ранил змею, и понял: огонь можно отразить, направить назад, и он убьет чудовище. Но украшение Ари рассыпалось в пыль.

– Да, – подтвердила кошечка, – от него ничего не осталось.

– Зеркала у меня при себе никогда нет, – продолжал Никита, – я же не девочка. Зато на руке были часы, которые папа подарил мне на день рождения, у них зеркальный браслет. Я попытался отразить им луч, но не смог, упал, и тут выбежала Катя…

– Ты не пожалел свои часы, – протянула сестра.

– Испугался, что Огненная змея сначала убьет Аретту, а потом и остальных, – объяснил Никита и потер рукой грудь. – У меня почему-то внутри тепло и такое ощущение, будто вкусно поел. Хотя на самом деле я голодный.

– А коробочка с шоколадкой-то не сгорела, – облизнулась Куки, – вон она лежит.

Катя встала, подобрала коробку, откинула крышку и предложила:

– Угощайтесь! Простите меня, пожалуйста, за жадность.

Куки отломила дольку.

– И вовсе ты не жадная, просто на время пожалела сладкое. Со мной тоже так бывает. Ты нас спасла.

– Каждый мог спрятать конфеты, – вздохнул Боня, взяв кусочек шоколадки, – ты не жадная, ты очень хорошая. Ты нас спасла.

– Я иногда пряники ем тайком, – призналась Аретта. – Ой, какая вкусная плитка! Ты очень храбрая. Ты нас спасла.

– Давно не пробовала ничего столь отменного качества, – покачала головой Капитолина, – наслаждение. Катя, ты герой. Ты нас спасла.

Никита взял крохотный кусочек.

– Катюсь! Я горжусь тобой. Ты нас спасла.

Брат обнял ее, Катя прижалась к Никите.

– И я люблю тебя. Очень.

Катя вздохнула.

– О! Кирпич совсем растаял. У меня в груди, когда мы попали в Прекрасную Долину, появился маленький холодный камушек, потом он становился больше, еще больше и превратился в огромный кусок бетона. Ледяной, тяжелый. Стек в живот. А сейчас мне тепло, и голод отступил.

– Злость холодная, хуже мороза, а любовь теплая, – улыбнулась Капитолина, заворачивая лапку Аретты в листья, – тепло убивает холод. Ты перестала злиться, и к тебе тут же пришла любовь.

– Любить лучше, чем ненавидеть, – пропищала Куки. – Капа, Ари выздоровеет?

– Да, да! – слишком весело сказала мопсиха. – Непременно. Ну а теперь нам надо войти в Башню желаний. Вон она уже видна за той поляной. Пошли, тут ходу меньше получаса.

– Нам на пути может еще какое-то мерзкое существо встретиться? – предусмотрительно осведомился Боня, поднимая с земли толстую палку.

– Нет, – ответила Капитолина, – хватит с нас волны и Огненной змеи.

Маленький отряд двинулся вперед. Через короткое время Катя стала отставать.

– У тебя нога болит? – спросила Аретта, подходя к девочке.

– Пятку поранила, – ответила Катя, – когда мы к оврагу бежали.

Аретта быстро сбросила свою обувь.

– Надевай.

Катя улыбнулась.

– Спасибо, ты очень добрая, но твои кроссовки могут мне не подойти по размеру. Мы теперь с тобой одного роста, но размер ступни у нас наверняка разный.

– Мы в Прекрасной Долине, – парировала кисонька, – здесь все иначе, чем в мире людей. Если делаешь кому-то подарок с любовью, то он обязательно подойдет. Возьми один кроссовок.

Катя выполнила указание.

– Ой! Прямо как по мне сшит.

– Вот видишь! – обрадовалась Ари. – Я же говорила!

Катя всунула ногу в спортивный ботинок, наклонилась, чтобы завязать его, и сразу выпрямилась.

– Нет. Не могу их принять. Как ты пойдешь босая?

– Я кошка, – усмехнулась Аретта, – в мире людей бегаю без туфелек, ножки совсем не нежные. Распрекрасно так дотопаю. Я тебе помогла бы шнурки затянуть, но лапка меня не слушается, видишь, плетью висит.

Аретта быстро пошла вперед. Катя догнала Капитолину, схватила ее за плечо и шепотом осведомилась:

– У Ари лапка заживет?

– Честно? – так же тихо отозвалась Капитолина.

– Конечно. Зачем мне вранье? – удивилась Катя.

– Некоторые люди боятся горькой правды, – вздохнула мопсиха, – они предпочитают сладкую ложь. Навряд ли. Огонь лапку очень сильно обжег.

Катя охнула.

– Как же Ари будет жить? Совсем без передних лапок?

– Может, еще и обойдется, – без особой уверенности ответила Капа. – А вот и Башня желаний.

Все остановились около Башни с розовыми стенами. Капитолина сняла висевший на шее на цепочке ключ, открыла замок и сказала:

– Входите.

Отряд молча вступил в темное помещение.

– Темно, – пропищала Куки, – я ничего не вижу.

На стене вспыхнула маленькая лампочка, под ней была надпись:

– «Возьмитесь за руки и отвечайте честно на вопросы», – громко прочитал Боня. – А кто спрашивать-то станет?

Помещение озарилось уютным розоватым светом.

– Ничего себе! Какой огромный зал, – ахнул Никита.

– Здравствуйте, – сказал приятный женский голос, – я Башня желаний. А вы Капитолина, Аретта, Боня, Куки, Катя и Никита?

– Да, – в едином порыве ответили все.

– Откуда вы нас знаете? – поразилась Куки.

– Стой молча, – шепнула мопсишке Капитолина, – здесь она спрашивает.

Куки зажала лапкой рот.

– Ой.

– Я могу исполнить только одно ваше желание, – продолжала Башня, – и только если все этого хотят. Желание должно быть добрым и бескорыстным. Если вы хотите денег, славы, то это не ко мне. Вам понятно?

– Да, – кивнула Катя.

– Теперь, крепко держась за руки, подумайте о том, что вам нужно, – велела Башня, – сосредоточьтесь.

Минуту в помещении царила тишина, затем раздался возглас:

– Не могу исполнить.

– Почему? – расстроился Никита. – Что не так?

– Нет единства, – ответила Башня, – даю вам десять минут на размышление.

Капитолина оглядела членов отряда.

– Куки, ты что хочешь?

– Повернуть время вспять, – ответила мопсишка, – чтобы компас заработал.

– И мы, – в один голос объявили Боня, Аретта и Никита.

– Я того же мнения, – кивнула Капитолина. – Катя?

Девочка опустила голову.

– Пусть у Аретты вылечится больная лапка. И вырастет та, которой нет! Вот!

– Но тогда время не повернется вспять, – объяснила Капа, – вы не поедете на море.

– Ерунда, – отмахнулась Катя, – будем жуков в деревне собирать. Я поступила подло, когда взяла деньги у Ивана Сергеевича, хочу, чтобы все исправилось. Но пусть у Аретты появятся две здоровые лапки.

– Нет, – возразила кошка, – спасибо, Катюша, мне и так хорошо, я всю жизнь управляюсь одной левой, думаю, вторая мне только мешать станет. Галя маленькая, вдруг девочку сейчас обижают, бьют, голодом морят? Давайте лучше повернем время вспять!

– Твоя единственная лапка обожжена, она не работает. Как ты станешь справляться с одной только лапкой? – закричала Катя.

– Ребенок может погибнуть, – тихо перебила ее Аретта.

– Ты даже поесть сама не сумеешь, – воскликнула Катя, – одеться, умыться…

– Я кошка, – улыбнулась Ари, – полакаю из блюдца, помоюсь языком.

– Кому ты будешь нужна! – заплакала девочка. – Без лапок! За тобой придется ухаживать. Кто согласится всю жизнь провести рядом? Одна ты не выживешь.

– Я, – громко сказал Боня, – давно люблю Аретту, но стеснялся об этом сказать. Сейчас же, мне кажется, самый подходящий момент. Дорогая Аретта, выходи за меня замуж.

Ари попятилась и уткнулась мордочкой в плечо Кати.

– Я тебе не нравлюсь, – испугался кот, – или ты считаешь меня жадным? Предложение руки и сердца надо делать с кольцом? Оно есть. Давно куплено в лавке французских бульдогов Мози и Роки. Взял самое дорогое, наиболее красивое, но стеснялся к тебе подойти. А сейчас осмелел, но кольцо в поход не брал.

Аретта подняла мордочку.

– Я согласна. Я давно люблю тебя. И я тоже стеснялась сказать о своих чувствах. Думала: зачем такому умному, красивому Боне кисонька с одной лапой?

Боня ринулся к невесте и обнял ее.

– Буду любить и заботиться о тебе всю жизнь.

Аретта тронула Катю за руку.

– Видишь? Моя судьба чудесно устроилась. А Галя где-то плачет.

– Нам нужно, чтобы волшебный компас снова заработал, – напомнил Никита, – а для этого следует повернуть время вспять.

– Хорошо, – согласилась Катя, – пусть будет по-вашему.

– Давайте опять возьмемся за руки и обратимся к Башне, – обрадовалась Куки.

– Стойте, – велела Капитолина, – надо попрощаться. Как только желание исполнится, Катя и Никита исчезнут и окажутся дома. Нам лучше сейчас сказать друг другу «до свидания».

– Мы больше не увидимся? – приуныла Катюша. – А как же Зефирка, Марсия, Мафи, Муля, Феня? Я не обниму их на прощание?

– Мы передадим им твою любовь, – пообещала Капитолина.

Все начали целоваться. Потом девочка сняла со своей шеи цепочку с медальоном в виде буквы «К» и повесила его Аретте на шею.

– Пусть он всегда будет с тобой. Я люблю тебя, Ари, и вас всех люблю.

– И мы вас с Никитой любим, – ответили жители Прекрасной Долины.

– Вы готовы? – спросила Башня желаний.

– Да, – уверенно ответила Капа.

Все схватились за руки и лапы. Повисло молчание.

– А-а-а-а, – вдруг закричала Аретта, – а-а-а.

– Что? Что? Что? – занервничала Капитолина. – Смотрите!

– У Аретты полностью выздоровела больная лапка, – обрадовался Никита.

– Ой! У нее растет правая, – завизжала Капа, – белая! У Аретты теперь две передние лапоньки, но одна совершенно белая.

– Аретта Белолапкина, – засмеялся Боня.

Кошечка посмотрела на свои конечности.

– У меня две лапки! Одна белая! О нет! Башня желаний, забери их назад! Поверни время вспять.

– Я решила выполнить оба ваших желания, – ответил приятный голос, – я сама себе хозяйка, что хочу, то и делаю. Аретта, у тебя очень доброе сердце, и за это я делаю тебе подарок: две лапки. Правда, одна будет белой.

– Спасибо, спасибо, – заплакала Ари, – я так хотела выздороветь. Белая лапка – это чудесно.

– Белая лапка – самая прекрасная на свете, – закричал Боня.

– Катя и Никита, – продолжал голос, – сейчас вы снова очутитесь в мире людей и навсегда забудете про Прекрасную Долину.

– О нет! – закричала девочка. – Только не это. Пожалуйста! Я хочу вспоминать про Мулю, Куки, Зефирку, Марсию, Капитолину, Мафи, Аретту, Боню и всех других. Не отнимайте воспоминаний.

– Да! Пожалуйста, – подхватил Никита. – Если мы все забудем, мы опять станем прежними злыми эгоистами. А я не хочу быть таким.

– Поворачиваю время вспять, – не обращая внимания на слезные просьбы людей, заявила Башня.

Свет погас, стало совсем темно. Дети схватились за руки и прижались друг к другу. Засвистел ветер, пол ушел из-под ног, издалека, словно сквозь вату, донесся хор голосов:

– Мы вас любим! Мы вас никогда не забудем!

Послышался звон колокольчиков, в нос ударил неприятный запах, раздался шум, гул… Ребята открыли глаза.

Эпилог. Возвращение

– Как тут неприятно пахнет, – поморщилась Катюша.

– Машинами, – пожал плечами Никита, – выхлопными газами, не цветами, не травой, не кексами с корицей.

– Катя, – позвал тихий голос, – Катя.

Девочка бросилась к окну подвала, прикрытому решеткой.

– Густав! Мы тут. Давай скорее компас!

Большие глаза почтового жаба стали совсем огромными и чуть не выкатились ему на щеки.

– Катя?!

– Густав, ты ее не узнал, – засмеялся мальчик, – поторопись. Надо найти Галю.

– Никита! – закричал почтовый жаб.

– Да что с тобой, Густав? – испугалась Катя. – Может, ты заболел? Принести тебе какао? Конечно, оно будет не такое вкусное и целебное, как у Мули, но тоже ничего. И…

Девочка замолчала, потом ахнула и схватилась ладонями за щеки.

– Кит! Мы узнали Густава!

– И ты говорила про какао Мули, – изумился брат, – и пахнет здесь сейчас не так, как в Прекрасной Долине.

– Башня желаний не отняла у нас воспоминаний, – обрадовалась Катюша. – Почему?

Густав развел лапами.

– Ответа нет. Может, забыла? Старая она очень, вот и случился провал в памяти. Да, есть люди, которые перемещаются между нашим и вашим миром, но из вас послов делать не собирались. И вот!

– Как сказал бы Боня: «Случился удивительный козел», – засмеялся Никита.

– Радостная оказия, – ликовала Катя. – Компас!

Почтовый жаб протянул девочке коробочку. Катюша кинулась к подъезду родного дома.

Никита тоже дошел до парадного и остановился. Через пару минут из двери выскочил Иван Сергеевич, он чуть не столкнулся с мужчиной, который шел по тротуару. Отец Гали, держа в руках компас, побежал в сторону метро, пешеход швырнул на асфальт банановую кожуру. Никита поднял ее и бросил в урну, потом вернулся к окну подвала склада.

– Густав, сейчас я тебя, любителя ватрушек, освобожу.

– Да уж, пожалуйста, – прокряхтел почтовый жаб.

– Вообще говоря, тебя стоит оставить там, пока ты не похудеешь, – заметила только что подошедшая Катя, – обжорство до добра не доводит. Сделай выводы.

– Умом я понимаю, что нельзя столько вкусного слопывать, а живот просит, – вздохнул Густав. – Говорю ему: «Эй, желудок, успокойся». А он мне в ответ: «От одной маленькой плюшечки плохо не станет».

– Как нам попасть в подвал? Окно забрано решеткой, – пригорюнилась девочка.

Никита потряс один прут, тот неожиданно легко отошел.

– Смотри! – обрадовался мальчик.

Дети пролезли в подвал и высвободили из плена Густава.

– Спасибо вам, я поскакал дальше, – обрадовался почтовый жаб, – у меня полный мешок посылок. Я как вьючный верблюд! А назад еще тяжелее ноша окажется.

– Почему? – удивилась Катя. – У вас в Прекрасной Долине все есть. Жаб вздохнул.

– Зефирка просит вашу пастилу, у нас такую не делают! Капитолина велела непременно заскочить к французским бульдогам Роки и Мози, они приготовили для нее браслеты на лапы из голубых камушков. Куки ждет от кота Басти подарок, какой, не знаю, это секрет. Феня и Черчиль…

– Понятно, – остановила Густава девочка, – хлопот у тебя…

– Смотрите, – перебил сестру Кит. – Видите?

Катя взглянула туда, куда показал Никита, и увидела Ивана Сергеевича, который нес на руках маленькую девочку. Сосед поравнялся с Катей и Никитой, остановился, затем сказал:

– Спасибо вам, ребята. Компас меня прямо к Галюше привел. Я нашел свою дочку. Это я виноват, дверь в нашу квартиру не запер, а маленькая девочка решила одна погулять. Впредь буду внимательным и аккуратным. Как мне вас отблагодарить? Что вам купить-подарить?

– Ничего не надо, – ответила Катя, – мы рады, что с Галей ничего плохого не случилось.

– Эта радость – самая большая нам награда, – прибавил Никита.

Когда Иван Сергеевич унес Галю домой, Катя наклонилась к окошку:

– Густав! Ты еще тут? Удачи тебе!

– Спасибо, – поблагодарил жаб и исчез.

– Увидим ли мы его когда-нибудь еще? – вздохнул Никита.

– Надеюсь, что да, – ответила Катя, – и Аретту тоже, я по ней уже скучаю. И по Куки, и по всем. Пойду домой, сяду математику зубрить. Завтра контрольная, а я ничего в задачах не понимаю. Эх, похоже, опять двойку получу.

Никита обнял сестру.

– Постараюсь доходчиво тебе все объяснить.

– Правда? – обрадовалась Катя. – Спасибо огромное. А то я совсем приуныла.

– Мы идем по дороге, не устали ноги. Все печали пройдут, когда мы вместе, – пропел Никита.

– Когда мы вместе, – подхватила Катя.

* * *

Прошла зима, за ней пролетела весна, началось и закончилось лето, снова пришла осень, потом зима, наступил декабрь. На улице стало холодно. Никита старательно помогал Кате делать уроки, и она стала получать твердые четверки, среди которых порой сияли и пятерки. Иногда дети вспоминали Прекрасную Долину. Каждый раз, проходя мимо окна подвала склада, ребята всматривались в темное пространство за прутьями, но ни разу не видели почтового жаба.

Тридцатого декабря бабушка пришла домой, неся в руках свой шарф.

– Разве можно ходить с голой шеей! – упрекнула ее Татьяна Михайловна.

Анна Ивановна положила кашне на стул и развернула его. Никита и Катя увидели двух котят. Один был серый, тигрового окраса, другой рыжий с белой лапкой.

– Прямо под ноги мне кинулись, – объяснила бабушка, – плакали, от холода тряслись.

– Кошки! – воскликнул отец, появляясь в прихожей.

– Да, – кивнула Анна Ивановна, – и вот что я вам скажу! Много лет тому назад, когда я была ребенком, в нашем доме жила кисонька, один в один, как эта.

Бабушка показала на рыжего котенка.

– Только у этой белая лапочка, а у…

– Аретты была обычная, – перебила Катя.

Никита округлил глаза.

Катя быстро прикрыла рот рукой.

– Ой!

– Откуда ты знаешь имя киски? – изумилась старушка.

– Бабулечка, ты нам один раз, когда мне было совсем мало лет, рассказала, как Аретта оказалась на морозе, – лихо соврала Катюша, – ее твой папа выгнал.

– Да? – изумилась Анна Ивановна. – Мне казалось, что я никому ту историю не рассказывала.

– И откуда я тогда знаю имя Аретта? – вкрадчиво спросила Катя.

– Действительно, – кивнула бабушка, – хотя сама себе удивляюсь, не собиралась никому говорить о… Не важно. Леня, Таня, эти котята будут жить с нами. Я уверена, что они принесут нам счастье. Все. Точка.

Отец сдвинул брови, Катя и Никита испугались. Сейчас он рассердится, он не очень любит животных. Нет, папа не обижает ни собак, ни кошек, но дома их держать не желает.

– Симпатичные, – вдруг сказал Леонид, – пусть остаются. Но их надо отправить к ветеринару, здоровье проверить.

– Такие милые, – обрадовалась мама. – Катя, смотри, у рыженькой на шее цепочка с кулончиком, точь-в-точь как та, что ты год назад потеряла. Может, кошечка чья-то? Надо объявление написать. Дети, вам нравятся котятки?

Катя и Никита молча кивнули, у них от радости пропали голоса.

– Рыженькую назовем Аретта, – продолжала бабуля, – а вот какое имя придумать полосатенькому?

– Боня! – хором воскликнули брат с сестрой.

– Отличная идея, – одобрила мама, – Боня и Аретта.

Катя схватила Ари и побежала с ней по коридору.

– Ты теперь будешь хранить нас, – шептала она по дороге кисоньке. Следом поспешил Никита с Боней.

– Да, – тихо ответила Аретта, – сначала меня хотели послать к вам одну. Но учитывая то, что мы с Боней недавно поженились, нас отправили вместе. Хочешь, покажу тебе нашу свадьбу?

Катя вбежала в детскую и посадила Ари на диван, Никита проделал то же самое с Боней.

– Конечно, мы хотим увидеть торжество, – сказали дети.

Аретта спрыгнула на пол, подошла к окну, стукнула лапкой по батарее и что-то прошептала. В стене открылось окошко.

– Ой! – хором воскликнули ребята. – Что это?

– Связь с Прекрасной Долиной, – улыбнулась Ари, – она есть в каждом доме в мире людей. Сами вы ее не откроете, а Хранители могут. По ночам, когда в квартире все спят, мы общаемся с друзьями, получаем советы. И на улицах есть кнопки вызова почтового жаба. Иногда люди удивляются: ну почему их кот, пес, хомячок, крыска не спит, по какой причине по квартире шляется? Все просто. Хранитель направляется к окну разговоров.

Аретта прикоснулась лапкой к стене. Окошко ярко засветилось, возникло изображение.

– Какое у тебя платье, – ахнула девочка, – Зефирка постаралась! О! Муля! Марсия, Мафи, Куки, Феня, Черчиль…

– Вот это торт! – воскликнул Кит. – Пять ярусов! Муля его, наверное, сутки пекла.

На экране появилось крупное изображение Капитолины, раздался ее родной, любимый, ласковый голос:

– Катюша, Никита, я отлично знаю, что Аретта покажет вам запись. Мы очень любим вас, надеюсь, вы не забыли главное правило дружбы?

– Нет, – хором ответили брат с сестрой. – Если ты отнимешь у друга яблоко, то у тебя будет яблоко, но не будет друга.

Примечания

1

Капитолина рассказывает о книге Дарьи Донцовой «Амулет добра».

Content

Дарья Донцова
Башня желаний

Глава 1. Вредная сестра

Глава 2. Встреча с Густавом

Глава 3. Деньги

Глава 4. Большая неприятность

Глава 5. Начало путешествия

Глава 6. Чаепитие у Мули

Глава 7. Коробка с записочками

Глава 8. Стирка белья

Глава 9. Хитрость Дианы

Глава 10. Знакомство с Ареттой

Глава 11. Дорогой подарок

Глава 12. Золотая корона

Глава 13. Подготовка к походу

Глава 14. Доброе дело для кролика

Глава 15. Бельчонок потерялся

Глава 16. Ключ

Глава 17. Ночной разговор

Глава 18. Походная песня

Глава 19. Катастрофа

Глава 20. Шоколадка

Глава 21. Огненная змея

Глава 22. Битва

Глава 23. Подвиг Аретты

Глава 24. Кроссовки

Эпилог. Возвращение

Примечания