Беляев Николай

КОМПАС НА ОБОРВАННОМ РЕМЕШКЕ

— Сааааш, ну и куда теперь? — плаксиво спросила Маша.

Тринадцатилетний Саша посмотрел на десятилетнюю сестру и как можно увереннее сказал:

— Давай хорошенько прислушаемся. Наверняка услышим что-нибудь.

— Аууу, — сорванно крикнула девочка и засопела, готовая заплакать.

По лесу они бродили уже часа три. Простой поход за грибами вылился в блуждание — Саша авторитетно заявил, что далеко никто идти не собирается, и компас не взял. Как оказалось, зря — от грибочка к грибочку, от деревца к деревцу… Светлый и совершенно нестрашный лес затянул, словно трясина, солнце закрыло облаками, и в какую сторону возвращаться к дороге — было решительно непонятно. Корзина оттягивала руки, словно свинцовая, девочка еле передвигала ноги — несмотря на то, что было сухо, уставшие ноги то и дело норовили зацепиться за какой-нибудь корень.

— Я еееесть хочу, — опять заныла девочка. Саша скрипнул зубами: предусмотрительно взятые с собой бутерброды они съели еще час назад. Ладно хоть, вода в пластиковой бутылке еще оставалась.

— Маш, погоди, не ной, — вдруг остановился мальчик. — Ничего не чувствуешь?

— Нет, — вытерла рукавом нос девочка.

— Дымом пахнет… Вон, оттуда. Побежали! Там или грибники, или туристы…

Хорошая новость прибавила сил, и ребята не пошли, а почти что побежали туда, откуда тянуло ветерком, принёсшим с собой запах дыма.

Это оказались не грибники и не туристы.

Ребята вышли на небольшую и сильно заросшую полянку, выглядевшую какой-то взъерошенной, словно она когда-то была сплошь разрыта. Тут было людно — на поляне расположились солдаты, человек тридцать. Горел костер, над ним болтался аппетитно булькавший котел, тут же на прогоравших дровах стояли закопченные плоские котелки, в которых плавала заварка.

— Эй, малые, вы откуда взялись? — окликнул ребят один из солдат. В руках у него был не привычный автомат, а винтовка с примкнутым игольчатым штыком. Да и одеты солдаты были не в привычную тёмно-зеленую форму с мелкими пятнами, а в одноцветную, балахонистую.

— Мы заблудились, — вежливо сказал Саша. — У нас компаса нет, подскажите, пожалуйста, где дорога на Заречье?

По усталому и заросшему щетиной лицу солдата скользнула улыбка. Он повернулся:

— Тащ командир, ребята! Похоже, местные!

— Давай их сюда, — раздалось от костра.

Солдат опустил винтовку и сделал ребятам знак идти. Сидевшие на поваленных стволах деревьев солдаты раздвинулись, пропуская детей к костру.

— Заблудились?

Это был, несомненно, командир. Даже форма отличалась — тёмно-зелёная рубаха, синие шаровары, фуражка с малиновым кантом, кобура и планшетка на боку… Саша смотрел удивлённо — он полагал себя знатоком военной формы, но такой ни разу не видел. Или видел… но где? Поискал взглядом погоны, но их не было — разве что петлицы на воротнике, малиновые, с двумя эмалевыми кубиками.

— Да, дяденька, — промямлил озадаченный мальчик.

— Давно бродите?

— Часа три, наверное… — Саша потянулся было за мобильником, но вспомнил, что смотрел на него всего несколько минут назад, безуспешно пытаясь поймать сигнал станции. — Да, три часа.

— Жрать хотите?

И Саша, и Маша, не сговариваясь, закивали.

— Тищенко, дай ребятам каши, — распорядился командир. — Поешьте, сейчас чай будет…

Саша с благодарностью принял от солдата котелок, в котором торчало две ложки, поставил на бревно меж собой и Машей. Девочка осторожно зачерпнула ложкой каши, подула, сунула в рот…

— Ай, горячая какая!

— Дуй, — улыбнулся командир. — Сейчас остынет… ешьте, ребята, пока есть возможность…

Саша, жуя кашу, с интересом рассматривал солдат. С удивлением увидел, что у некоторых на ногах не сапоги, а ботинки с обмотками — он таких и не видел ни разу, только на картинках в книжках. Привычных автоматов Калашникова, хорошо знакомых по кино и компьютерным стрелялкам, не было ни у кого — в основном длинные, как вёсла, винтовки, у некоторых — с торчащими магазинами, смутно напоминающие снайперские СВД, но попроще и без прицелов. У нескольких были короткие автоматы, а вон к дереву прислонен пулемёт со сложенными сошками и раструбом на стволе…

Солдаты, в свою очередь, удивленно разглядывали яркие ветровки ребят — сами они, в своих грязно-зеленоватых рубахах, совершенно сливались с листвой, а двое детей выделялись среди них цветными пятнами. Один из солдат, пожилой дядька с прокуренными вислыми усами и с четырьмя треугольниками на петлицах, заглянул в корзину, повертел несколько грибов:

— Вот эти выбросьте… Несъедобные.

Командир, глядя на ребят исподлобья и держа ложку над куском хлеба, поинтересовался:

— Не страшно одним по лесу ходить… в такое-то время?

— Не страшно, — простодушно ответила Маша с набитым ртом. — Вы же нам поможете, правда?

Лицо офицера помрачнело — словно тень набежала, Саша даже удивился такой перемене. Командир стиснул зубы и прошептал почти неслышно:

— Поможем. Обязательно поможем… Изо всех сил, ребятки…

Что-то было во всём этом… что-то странное. Саша ломал голову над загадкой, и наконец понял — солдаты не выглядели так, словно были на учениях. Они выглядели так, словно были на войне… на реальной войне. Но какая война сейчас, в Ленинградской области, в начале XXI века?

Но тем не менее… Усталые, небритые лица. Сильный запах пота, пороха и дыма, словно въевшийся в эту странную военную форму. Стоптанные, извозюканные грязью сапоги и эти ботинки со странными обмотками…

Солдаты выглядели какими-то нереальными. Но Саша, прихлёбывая обжигающий чай из поданной кем-то жестяной кружки, понимал, что в то же время они кажутся именно что самыми что ни на есть настоящими…

— Заречье… — тихо сказал командир. Посмотрел на компас на руке — массивный, Саша таких и не видел ни разу. — Заречье, — повторил он. Достал из планшетки карту. — Это вон в ту сторону…

Повисла пауза. Несколько секунд, и командир, махнув рукой, вытащил из кармана еще один компас, на оборванном ремешке. Протянул его Саше:

— Держи, малец. Идёте ровно на северо-восток. Ровненько. Тут километра два, — командир взглянул на выглянувшее из-за облаков солнце. — Выйдете довольно быстро. И… не поминайте лихом.

— Спасибо вам огромное, — вскочил мальчик, стиснув в руке спасительный компас. — Спасибо огромное, товарищ командир!

Сестренка, видимо, отлично понимая, что главная проблема решена, улыбалась широко, словно встающее солнышко, и многие из солдат тоже машинально заулыбались, несмотря на серые от усталости лица.

— Удачи вам, ребята, — тихо сказал командир. — И удачи всем нам…

На поле у окраины деревни вышли минут через сорок, и Саша чуть не запрыгал от радости, несмотря на усталость. Еще четверть часа — и они уже входили во двор.

— Нагулялись? — ворчливо поинтересовалась бабушка, выплескивая в компостную яму воду из ведра. — Что-то долго вы.

Саша, поднатужившись, поднял корзину, поставил ее на крыльцо:

— Вот, ба… Не зря сходили.

— Не заблудились? — Андрей, двоюродный дядя, худощавый тридцатилетний парень с выгоревшими на солнце волосами, вылез из-под «уазика». Вытер замасленные руки о грязную тряпку. — Мы вас еще пару часов назад ждали… хотел идти вас искать.

— Не, дядь Андрей, — улыбнулся Саша. — Почти заблудились, но солдаты помогли, мы их в лесу встретили. И дорогу показали, и компас дали…

Саша стоял спиной и не видел, как судорожно перекрестилась бабушка. Но зато увидел, как расширились глаза Андрея.

— Компас? Какой компас? — одними губами проговорил парень.

— Вот, смотри, — Саша протянул Андрею компас на оборванном ремешке. Тот взял его осторожно, повертел в руках… Сковырнул ремешок, посмотрел клеймо на нижней крышке…

— Довоенный, — тихо, очень тихо сказал он. — Как новенький… — Он поднял глаза на Сашу: — Что за солдаты, племяш? Где вы их встретили?

— Мы точно на северо-восток оттуда шли, — неуверенно проговорил мальчик. — Два километра, сказал их командир. Поляна такая странная, будто перекопана недавно… Человек тридцать.

Андрей опустился на крыльцо. Пошарив по карманам, достал сигарету, закурил. Помолчал.

— Бойцов и было тридцать, — наконец сказал он. — Мы с поисковиками подняли их год назад под майские. Никого не опознали. Они погибли летом сорок первого, еще до начала блокады… похоже, попали под обстрел. Когда были на привале…

Петлицы.

Саша вспомнил.

Именно такую военную форму он видел на картинке в одной из книг, которую показывал Андрей. Довоенная форма. Гимнастерки с петлицами, свободные штаны, сапоги или ботинки с обмотками… И винтовки.

Солдаты Великой Отечественной.

— Это как же, — пробормотал он. Маша удивленно хлопала глазами.

Андрей повертел в руке компас. Показал Саше его нижнюю часть, которую до этого скрывал оборванный ремешок.

«Лейтенанту А. И. Самойлову за умелые действия на учениях» — была там гравировка.

— Мы теперь знаем командира, — тихо сказал Андрей. — А значит, есть шанс установить подразделение и, может быть, и имена бойцов…

Стояла тишина. Где-то далеко в лесу куковала кукушка.

— Может быть, еще несколько бойцов… вернутся с той войны.

Content

Беляев Николай
КОМПАС НА ОБОРВАННОМ РЕМЕШКЕ