Беляев Николай

СТАРАЯ КУРТКА

Взяв у кондуктора билетик, Андрей плюхнулся на жесткое автобусное сиденье. Несмотря на начало июня, погода была необычно прохладной, и он с удовольствием сунул руки в карманы куртки.

Куртка была старой, армейской. Андрей купил ее у какого-то американца совершенно случайно, болтаясь без дела по е-бэю, всего за 15 долларов, сам не зная зачем. Впрочем, на деле куртка оказалась удобной, не слишком теплой и не продуваемой насквозь, и не сильно поношенной на вид — разве что на левом плече был след от споротого то ли шеврона, то ли эмблемы, Андрей в этом совершенно не разбирался. Его вполне устраивало то, что куртка отлично подходила для такой погоды, как сейчас.

Ехать нужно было минут двадцать, Андрей прислонился головой к стеклу и подумал, что неплохо бы подремать — мимо не проедешь, до конечной, а в такую рань организм требовал отдыха, недополученного ночью. Да и вечером он потратил немало времени в довольно жаркой интернет-дискуссии, доказывая неизвестным, но активным оппонентам, что во время войны проклятые союзники получили свою часть победы практически даром…

Он сам не понял, что произошло — казалось, автобус резко тормознул, и Андрея потащило вперед, бросив на карачки.

Автобус? Какой автобус?

В лицо ветер швырнул соленые брызги. Андрей стоял на четвереньках на рифленом металлическом полу, по которому плескалась вода. Правая рука вцепилась в длинный полиэтиленовый пакет с чем-то тяжелым, левая судорожно искала в воздухе опору.

Пол опять швырнуло вверх, потом понесло вниз — желудок ухнул и попытался выдать остатки завтрака. Андрея повалило в сторону, но упасть не удалось — он только сейчас понял, что вокруг его люди, много людей… одетых в зеленоватые армейские куртки.

«Что это? Где я? Это сон???»

Стальные каски, оплетенные сетками, грязно-желтая амуниция, дырчатые ремни… Взгляд выхватил у одного из людей на поясе необычную флягу-бутыль с буквами «US».

«Американцы? Какой реальный сон… но почему мне страшно, страшно до жути?»

Андрей встал на колено и вцепился зубами в кисть руки. Пронзила жуткая боль — странно, что не брызнула кровь. Парень лет двадцати пяти, точно так же стоявший на колене слева с длинным пластиковым пакетом в руке, увидел это и криво улыбнулся.

«Что происходит???»

Это корабль. Да, корабль. Скорее всего, небольшой десантный плашкоут — Андрей видел такие мельком. Море, брызги, качка… Где я???

Он попытался привстать, но парень слева, отрывисто крикнув что-то — кажется, на английском — рванул его за рукав. Андрей успел увидеть впереди лишь темную полосу берега, полускрытую то ли туманом, то ли дымзавесой. И в этот же момент по ушам шарахнул то ли грохот, то ли воздушный удар — столб воды, поднявшись рядом с бортом, обрушился на плашкоут, мгновенно вымочив до нитки. Многих сбило с ног, Андрей видел, как несколько человек, стащив с голов каски, бросились вычерпывать воду, которой по металлическому — полу? — болталось уже с полметра.

Десантный корабль вошел в полосу едкого дыма — Андрей зажал нос рукавом — и выскочил опять под хмурое небо. Взрывы бухали где-то рядом. Кто-то что-то орал, но Андрей не мог разобрать слов. Волна опять швырнула плашкоут вверх-вниз, потом ощутился удар в днище, и корабль пошел юзом, тяжело, словно отчаянно тормозящая фура. Люди лихорадочно пытались удержаться на ногах в длинном и узком металлическом «пенале».

Еще один крик — и торцевая стенка «пенала» с лязгом ушла вниз. Внутрь опять хлынула вода — взамен только что вычерпанной. Впереди в мареве был виден берег.

Толчок в спину — Андрей обернулся: люди в зеленых куртках, его соседи по плашкоуту, поднимались один за другим, перехватывая поудобнее длинные пластиковые пакеты. Ружья, сообразил Андрей. В пакетах — ружья, чтобы они не пострадали от воды. Ему захотелось съежиться на полу и заорать: «Нет! Я не пойду! Это не моя война!», но чья-то сильная рука подняла его за шиворот и бросила вперед, к открытому проему. Он скосил глаза — тот, кто поднимался справа от него, судорожно крестился слева направо, губы его шевелились, словно читая молитву.

Удар! Впереди-слева поднялся пенный столб воды, десантный корабль все так же, юзом, поволокло в сторону. Андрея вытолкали на опущенную аппарель — еще несколько шагов, и он оказался по грудь в воде, ботинки увязли в песке. Направо и налево, сколько хватало глаз, на фоне серого неба от серых десантных кораблей, точно так же увязших на мели, тянулись к берегу цепочки людей. Слева все было затянуто дымом, мутная полоса берега помаргивала приветливыми огоньками. Выстрелы, понял Андрей. Это же выстрелы!

Хотелось лечь и не вставать, но это значило — нырнуть под воду. Вода не пускала, все движения казались замедленными — как во сне — словно Андрей шел по грудь не в воде, а в патоке, судорожно выдирая ботинки из песка, который, казалось, не хотел его отпускать.

Метров сто, наверное. До кромки воды — метров сто. Каска и амуниция на спине казались стокилограммовыми, невидимая в пластиковом пакете винтовка норовила вырваться из рук. Вперед! Шаг за шагом!

Противное чавканье, фонтаны воды — прямо перед ним прошла пулеметная очередь. Несколько человек, взмахнув руками, оступились, вода стала противного бурого цвета — то ли от крови, то ли от взбаламученного ботинками песка.

Еще не много… спасительная кромка воды. Спасительная ли? Последние несколько шагов Андрей бежал — или думал, что бежал, песок и вода держали крепко — и рухнул в накатывающиеся волны, желая больше всего стать маленьким, невидимым, незаметным. Куртка отяжелела от воды, светлый, почти белый песок, кажется, облепил его с ног до головы. Рядом рухнул на песок парень с шевроном на рукаве, стал лихорадочно раздирать пластик пакета. Несколько секунд — и у него в руках оказался «томпсон». Тот самый, гангстерский.

«Что это? Что вообще происходит? Где происходит? Когда???»

Андрей рванул свой пакет и вытащил из него тяжелую и неудобную винтовку незнакомой конструкции. Что это вообще такое?

Металлический язычок на боку… может, взвод, как у «калаша»? Андрей никогда не был фанатом оружия, но что-то, а взвести затвор сумел бы. Клац-клац! Вжавшись в песок и зажмурившись, он выставил винтовку перед собой и надавил на спусковой крючок. Выстрела не последовало.

Ааааа, черт! Несколько человек справа и слева, перебирая локтями, поползли вперед, Андрей пополз за ними. В небе что-то противно выло, где-то впереди грохнул взрыв, подняв огромный, до неба, фонтан песка и камушков и оглушивший до звона в ушах. Андрей потряс головой, ему казалось, что он в этой полоске воды и песка лежит уже час, не меньше. Фигуры тех, с кем он был в плашкоуте, маячили в нескольких метрах впереди. Попробовать, что ли?

Андрей рывком поднялся и бросился вперед, выдирая ноги из тягучего песка. Свист… грохот… удар.

Он понял, что сидит в автобусе, вцепившись в спинку переднего сиденья. Во рту было солоно — вероятно, прокусил губу. В голове еще звенело. Посмотрел вбок — пассажиры раннего автобуса не обращали на него ни малейшего внимания.

«Приснится же такое…» — и тут его взгляд упал на левую кисть. На ней красовался глубокий, чуть ли не кровоточащий след от укуса.

«Вот это сон… реальный. Не может быть такого…»

Андрей сунул руки в карманы и тут же выдернул их, удивленно впился в них взглядом: руки были все в налипшем песке. Мелком, белом песке. Еще раз осторожно сунул руку в карман… и вынул целую пригоршню песка — его были полные карманы.

Андрей откинулся на спинку неудобного сиденья и закрыл глаза. Вчерашняя интернет-дискуссия вдруг почему-то показалась ему далёкой и очень, очень смешной…

Content

Беляев Николай
СТАРАЯ КУРТКА