Дубровный Анатолий Викторович

Битва в кружке пива

Анатолий Дубровный

Битва в кружке пива (СИ)

Высокие шпили замка, рвущиеся в небо, только подчёркивали массивную несокрушимость оборонительных бастионов старинной резиденции герцогов Кумберлендских, ныне королей Объединённого королевства. Резиденция располагалась на высоком скальном холме, доминирующем над долиной реки Бери. Ниже по течению широко раскинулся город Кумбери — столица королевства. Окружающие город стены с высокими башнями, лишь не многим уступали фортификационным сооружениям королевской резиденции. Лучи ещё неяркого восходящего солнца отражались от золоченых куполов храма бога Отца, бога Сына и богини Матери, играли во многочисленных разноцветных витражах окон зданий города. Крыши из разноцветной черепицы поражали глаз своими яркими красками и разнообразием форм. Огибающая серебристой лентой город река, смотрелась изысканной оправой великолепного бриллианта. Да, Кумбери недаром считался одним из красивейших городов континента.

Молодая миловидная женщина, любовавшаяся видом города из окна королевского замка, улыбнулась и перевела взгляд на буйно цветущий сад камней, отделённый от парка раскинувшегося под окном живой изгородью из сакуры, экзотического дерева привезенного из страны далеко восходящего солнца. Королева, это именно она любовалась городом и садом из окна, приветливо кивнула невысокому, плотному мужчине с восточными чертами лица, вышедшему в сад с большой садовой лейкой.

— Здравствуйте, ваше величество, — церемонно по-восточному поклонился мужчина.

— Здравствуйте, мастер Мао Лин, — лишь обозначив кивок, сказала королева.

— Цветы сакуры распускаются, — ещё раз поклонился мастер Мао Лиин, — Красота цветов сакуры ни с чем не сравнима, но цветение сакуры всегда было предвестником событий несущих кровь и смерть.

Только теперь королева обратила внимание на едва распустившееся белые цветы, нежно розовеющие в лучах багрового закатного солнца.

— Как они прекрасны,— тихо и печально сказала королева, — как жаль, что подобная красота появляется перед войнами и другими событиями, сулящими несчастья. Но вы же мастер знаете, что король вынужден начать эту войну, бесчинствам королевства зла и его правителя Чёрного Колдуна должен быть положен конец. И мой муж, король Объединённого королевства готов это сделать, какие бы жертвы нас не ожидали.

— И это очень тяжело и прискорбно, — поклонился мастер, — Прошу разрешения, ваше величество, я займусь садом.

Королева разрешающе кивнула и продолжила любоваться садом. Её руки опирались на широкий подоконник, ноги в мягких туфельках стояли на оббитой бархатом скамеечке. Окна замка находились довольно высоко от пола. Эта архитектурная особенность осталась с тех времён, когда замок не был опоясан укреплениями и выполнял функции крепости. В коридоре послышались шаги, распахнулись двери, и в комнату быстрым шагом вошёл король. Он подошёл к королеве, поцеловал ей руку:

— Здравствуйте моя дорогая.

— Здравствуйте, дорогой. Посмотрите, цветы сакуры распускаются. Мастер Мао Лин говорит, что это всегда предвещает беды.

Уступая своему супругу, место у окна, королева сошла со скамеечки, и король тут же нетерпеливо вскочил на неё. Он оглядел окрестности. Но его внимание привлекли не красоты города и сада, взгляд короля остановился на воротах цитадели. Громко цокая копытами, из ворот выходили закованные в сталь рыцари, верхом на боевых конях, их шлемы украшали плюмажи из чёрных перьев. Яркое полуденное солнце отражалось от их, начищенных до зеркального блеска, лат. Король улыбнулся, это на смотр армии выходила гвардия, тяжёло вооруженные рыцари, основная ударная сила армии королевства. В дверь постучали.

— Входите, — громко сказал король, отворачиваясь от окна.

Двери раскрылись, и комнату вошёл генеральный сенешаль КПСС[1]. Это был достаточно высокий, атлетически сложенный мужчина с рыжими усами. Его голову покрывал глухой шлем, без прорезей, полностью закрывавший лицо, на ногах были окованные железными пластинами сапоги. На боку висел полуторный меч, без ножен.

— Гм, — сказал король.

— О, господин генеральный сенешаль КПСС, — сказала королева и покраснела.

— Вы прекрасно выглядите, — добавила она, стараясь не смотреть на сенешаля, но взгляд её упрямо возвращался на фигуру стоящую у дверей.

— Гм, — громче сказал король,— Дорогая, не могли бы вы оставит нас с сенешалем, нам надо обсудить предстоящий поход.

— Да дорогой, — запунцовевшая королева кивнула и вышла из комнаты. Король за руку увлёк сенешаля к окну:

— Послушай, Эжен, ты не мог бы одется поприличнее, хотя бы штаны одеть к сапогам.

— Сир, я спешил доложить вам о приготовлениях к походу.

Король ещё раз осмотрел своего сенешаля, хмыкнул и сказал:

— Ладно, на этот раз замнём, но следующий раз появляясь перед королевой всё таки оденься. И я давно хотел тебя спросить, как тебе удаётся вешать свой меч на бок без перевязи и даже без ремня?

— О, это старинная фамильная тайна, она передаётся от отца — сыну, от деда — внуку.

— А если нет сына или внука?

— Тогда от матери — дочери, от бабки — внучке.

— И, что женщины вашего рода тоже так ходят? Я имею ввиду — в глухом шлеме и с мечём на боку?

— Непременно! В отсутствие мужчин способных носить меч, наши женщины становятся воительницами!

— Хм, хотел бы я посмотреть на ваших женщин, когда они одеты только в глухой шлем и носят меч ... на боку. Впрочем, оставим это, как подготовка армии?

— Все войска в сборе, союзники тоже все прибыли. Проведём смотр и можно выступать.

Взгляд сенешаля упал на мастера Мао Лина, поливавшего из садовой лейки цветущий сад камней.

— Что это, ваше величество? — в недоумении воскликнул сенешаль.

— Очередная причуда королевы, сад камней. Если на него долго смотреть, то это чему-то способствует. Мастер Мао Лин утверждает, что просветлению. Я как-то смотрел почти час, просветления не заметил, зато в глазах потемнело.

— Но если это сад камней, то почему эти камни разноцветные? И так цветут?

— Королеве скучно долго смотреть на серые камни. Вот мастер Мао Лин и выращивает на них мох и прочую плесень. Когда Королеве надоест, прикажу помыть. Смотр армии проведём в двенадцать, сразу после совещания с нашими магами.

Этот трактир располагался на восточной окраине Кумбери. Восточная окраина города была местом, которое в другом месте назвали бы трущобы. Но это слово совсем не подходило к этому району. Чистенькие, аккуратные домики ни как нельзя было принять за неблагополучный район. Городской совет строго следил за соблюдением чистоты и хотя бы вида благополучия по всему городу, что впрочем, было лишним для остальных районов Кумбери. Восточная сторона была же местом обитания людей сомнительных, хоть и частично уважаемых профессий. Ну, разве нельзя не назвать мастером карманника виртуоза, или наёмного убийцу не знающего неудач. Или того же гопника [2], поджидающего свою жертву в, нет, не в тёмном, а просто плохо освещённом переулке и одетого в безукоризненный смокинг. Даже нищие, а нищенство было запрещено королевским указом и каралось смертной казнью, одетые во фраки, прохаживаясь по паперти церкви с видом денди, вежливо приподымая свои начищенные цилиндры, говорили прихожанам и прохожим:

— Не соблаговолит ли, ваша милость, оказать помощь джентльмену, временно испытывающему небольшие финансовые затруднения.

Так вот, трактир представлял собой добротное двух этажное здание и назывался «У пьяного тролля». На вывеске трактира был мастерски нарисован пьяный тролль с большой пивной кружкой. Тяжёлая дубовая дверь открывалась в большой зал, где, у дальней от входа стены, за дубовой же стойкой располагался хозяин, как две капли воды похожий на тролля с вывески, но совсем не пьяного. Его внушительные мышцы грозно перекатывались в разных выступающих частях не менее внушительного тела. Опёршись могучими руками на барную стойку, он гулким басом вещал, трем внимательно слушавшим его утренним посетителям:

— Когда я служил под знамёнами герцога Кумберлендского, батюшки нашего короля, я хорошо усвоил слова нашего сержанта, что во всём должно быть единоначалие и всегда следую этому правилу!

— А как это, единоначалие, — спросил один из посетителей.

— А это когда начальник только один, и начальник это я, — гулко захохотал троллеподобный хозяин.

Необычайно красивая рыжая девушка сидевшая за столом в дальнем конце зала слегка поморщилась и её острые ушки, свидетельствующие о эльфийском происхождении, болезненно дёрнулись. Подруга, а девушки сидели напротив друг друга за одним столом, тоже красивая и рыжая, но постарше и с более резкими чертами лица, приподняла левую бровь:

— Грим сегодня в ударе, нашёл благодарных слушателей, которые к тому же, сами платят за свою выпивку и, судя по его довольной роже, он слупил с них немало. Ты всё же собралась идти. Дороги сейчас не спокойны и война вот-вот начнётся. Может, переждёшь у меня?

— Нет Альма, ты же знаешь, мне надо идти. Да и тебя могут, если не мобилизовать, то нанять в любой момент. Не беспокойся, я пройду через Лес. Если, что Хранитель Леса мне поможет.

— Любитель ракетного топлива? Чем ты его угостишь в этот раз? И ради богов, не пугай его своими страшными когтями. — Со смешком проговорила старшая девушка.

— Это он про когти рассказал? — Фыркнула младшая, — вот взяла у Грима его самогона, хотя Хранитель мне и так поможет.

— Да, ты деду понравилась — усмехнулась Альма, — И не только деду, вон и Грим, после твоей песенки про пьяного тролля собирался нанять музыкантов, чтоб они её разучили и исполняли здесь каждый вечер. И сам он её постоянно напевает.

— Лучше б он молчал, — поморщилась младшая девушка, — Его немузыкальный рёв трудно назвать пением. Хотя, ты права пользу с этого я поимела.

Усмехнувшись, девушка помахала трактирщику рукой. Грим тут же прервал свои откровения и, повернувшись в сторону кухни, что-то рыкнул. Оттуда выглянула подавальщица, глянула на трактирщика указавшего ей на девушек и скрылась на кухне. Через пару мгновений она вышла с подносом, на котором стояли миски с горячим рагу и большой кувшин эля[3], и понесла это всё девушкам.

— Да, не каждому Грим так старается угодить, — усмехнулась старшая девушка.

Когда девушки уже доели свой завтрак, тяжелая входная дверь распахнулась от сильного пинка и в трактир вошла колоритная парочка. Первый — высокий и могучий парень, не уступавший хозяину заведения размерами мышц, но явно превосходивший его в гибкости и подвижности. Второй — среднего роста красивый и атлетически сложенный. Одежда и вооружение говорило о принадлежности парней к «диким гусям»[4].

— Привет Альма! — Закричал меньший с порога, как только увидел девушек.

— Привет Франк, привет Дорн, — поздоровалась старшая девушка с подошедшими парнями.

— Альма, представь нас своей очаровательной спутнице — голосом опытного ловеласа проворковал меньший парень.

— В другой раз, — произнесла младшая, поднимаясь, — Мне пора.

Она наклонилась, поцеловала Альму, при этом стали видны рукоятки мечей в наспинных ножнах. Девушка взяла с лавки футляр с гитарой и направилась к выходу.

— Извини, сестра, — в спину уходящей девушке сказал меньший.

— Кто это? Тоже наёмница. Я её раньше не встречал, — обернулся он к Альме.

— Менестрель, а ещё вестник, Франк, — сказала наёмница, да Альма была наёмницей, причём одной из лучших.

— Но какая девушка! — Цокнул языком Франк, а не проронивший ни слова Дорн покраснел.

— Не вздумай так говорить ей, или заигрывать и приставать, как это ты умеешь в своём гусарском стиле, она тебя просто размажет, — глядя в след девушке, грустно сказала Альма.

— Да ну!

— Ты, что не понял? Она вестник! А кто такие вестники ты должен знать, не маленький ведь, — ехидно поддела парня девушка. Франк задумчиво посмотрел в сторону, куда ушла девушка-вестник.

Один из выпивох слушавших разглагольствования трактирщика незаметно кивнул своим товарищам и тенью выскользнул из трактира.

— И так, господа маги, что вы можете предложить нам в качестве магической поддержки в нашей борьбе с силами зла, — сказал король, оглядывая магов собравшихся в ярко освещённом солнцем зале совета королевского замка.

— Ваше величество, вы же знаете, что после Великой войны 2038 года, когда маги противоборствующих сторон применили Великое заклинание антимагии, заклинания боевой магии блокируются. Действуют только заклинания бытовой и целительской магии, да и то не все. — Поднялся со своего места ректор Академии Магических Искусств, самый сильный маг королевства.

— И что, ни кто до сих пор не может разблокировать это заклинание?

— Ваше величество, создание такого мощного заклинания истощило резерв всех сильнейших магов того времени, что и было причиной гибели не только самих магов, но и их лучших учеников. К сожалению, это привело к утрате многих знаний и нам приходится по крупицам восстанавливать самую малую толику тех знаний и умений. — Грустно опустил голову ректор.

— Но как же недавняя смена главы королевства зла, наша агентура доложила, что во время поединка магов имело место заклинание, мощность которого разрушило целую башню Чёрного замка.

— Да ваше величество, мы об этом знаем. Этот поединок был довольно странным. Во-первых, он не сопровождался возмущениями магического поля, что в принципе не возможно при противостояниях такого уровня. Во-вторых, очень странный побочный эффект заклинания — окрестности замка на три мили[5] в округе были, забрызганы дерьмом.

— Действительно странно, — хмыкнул король, — Но из погодных или бытовых заклинаний вы хоть что-то можете скомпоновать?

— Ваше величество, сил магов-погодников хватит только на небольшой дождик или рассеять тучи и предотвратить град. Утихомирить, а равно вызвать ураган у нас не получится.

— То есть, в лучшем случае у вас получится обеспечить нашей армии тень в жаркий день, — скептически заметил король, — Ну а бытовые заклинания? Ведь были уже попытки?

— Да, ваше величество, — поднялся граф Шембри, командовавший армией во время Илланского освободительного похода, — Как вы помните, во время похода, которым я имел честь командовать, была попытка проведения магической диверсии. Сорок шлю..., прошу прощения, куртизанок были магически заражены интересной болезнью и заброшены в лагерь противника. Каждый, кто гм, пообщался с куртизанкой, на следующий день должен был сильно ослабеть.

— Так ведь операция закончилась успешно, и потерь мы не понесли — кивнул головой король, — Так мне доложил начальник разведки.

— Не совсем так, — возразил граф Шембри — в результате ошибки эти шлю..., куртизанки были заброшены не в расположение командования вражеской армии, а на участок где стояли лагерем болотные гоблины [6].

— И что гоблины их... использовали? — С удивлением спросил король.

— Использовали, — ответил граф, — Но не по прямому назначению, гоблины их просто съели. И поскольку у болотных гоблинов сильно стадное чувство они поделили куртизанок на всех.

— Какой кошмар! — Сокрушённо воскликнул король, — Но мы же победили в той битве!

— Да, ваше величество, когда на следующий день орда гоблинов пошла в атаку, их всех прошиб понос.

— И они бежали с поля боя, или просто отступили?

— Нет, ваше величество, гоблины на такую мелочь не обратили внимание. А вот наши элитные части Гаринийских пикинеров не выдержали. Сама атака болотных гоблинов страшна, мало кто может её выдержать. Но вид идущей в атаку орды, и при этом поносящей во все стороны жидким дерьмом, пикинеры не выдержали, они бежали, бросая щиты и пики.

— Но мы же победили!

— Да, ваше величество, гоблины гнали пикинеров тринадцать миль. Пикнеры бежали не столько от страха, сколько от зловония. Но тринадцать миль сплошного поноса настолько обессилили гоблинов, что они просто попадали. Наши доблестные пикинеры вернулись и перерезали валяющихся гоблинов. Но многих из наших воинов пришлось выносить с этого поля боя, они сомлели от зловония.

— Потерь ведь не было? Ни кто ж не погиб.

— Да, ваше величество, потерь не было. Если не считать съеденных шлю.., гм, куртизанок. А лишившееся своей главной ударной силы вражеское войско отступило из Илланской провинции, не принимая боя.

— Этот единичный случай, ваше величество, только подтверждает невозможность использовать магии на поле боя, — вмешался ректор Академии Магических Искусств, — Ведь даже куртизанки готовые ради нашей победы поработать по своей основной специальности, не желают быть съедены во славу вашего величества.

— И это очень прискорбно, такое падения нравов и угасание верноподаннических чувств — заметил король, поморщившись от лучей заходящего солнца ударивших сквозь окна зала ему прямо в лицо, — Что ж господа без четверти полдень, подошло время смотра войск. Прошу участников пройти на поле парадов.

Поздний вечер дня накануне описываемых событий

Мрачный огромный замок, казалось, своей массой придавил все окрестности. Его высокие шпили будто бы рвали низко идущие тёмные тучи. С черных туч, время от времени, срывались яркие молнии и били в шпили замка. В центральной башне мертвенным, бледным светом светилось окно. В комнате, положив ноги на стол, сидел Чёрный Колдун [7], он был довольно молод, лицо его, можно сказать, даже миловидное, как это не странно, не несло следов страшных пороков и роковых страстей присущих его званию и должности. На столе стоял большой хрустальный колдовской шар, внутри шара страстно извивалась совершенно обнажённая фигура Лиссажу. Молодой Чёрный Колдун [8] с интересом за ней наблюдал. У стены в развратных позах стояли скелеты трёх обнажённых женщин. В дальнем углу стоял ещё один скелет, седобородого старца с крючковатым носом и злым выражением лица.

— Всё развлекаешься, — недовольным голосом проскрипел из угла скелет старца, — Нет бы, делом занялся, вон в Объединённом королевстве опять войска собирают, воевать ведь с тобой снова будут.

— А я им знамений предвещающих беду и сулящих неудачу накидал, должны испугаться, если голова есть.

— А если нет, если головы нет, так и не испугаются, да и отрубить нечего, хи-хи. И какие знамения ты им показал?

— Одно самое что ни на есть зловещее, — гордо сказал Колдун, — солнечное затмение. Когда-то князь Перемышльский не внял такому знамению и его военный поход на поломанов был крайне не удачен. Теперь при таком предупреждении не то, что полководец ни один рядовой воин с места не тронется. Ещё саранчу им на поля накликал, ну и ещё парочку, так, по мелочи.

— А проконтролировать? Погубят тебя твои безалаберность и разгильдяйство. Подумать только — моё наследие досталось худшему из моих учеников!

— Ну, как же худший, ведь я же тебя победил! Всё по правилам.

— Где ж по правилам! Ты победил меня хитростью и коварством!

— Ха! Если бы я бросил тебе вызов по твоим дурацким правилам, ты бы и меня зарезал, как до того полсотни своих бывших учеников.

Надо сказать, что у чёрных колдунов существовало правило — после окончания обучения ученик должен бросить вызов своему учителю. И если побеждал ученик, он занимал место учителя, естественно при этом убивая побеждённого. Если побеждал учитель, то он мог оставить жизнь ученику, выгоняя того «на вольные хлеба», но такое случалось редко — ведь ученик, набравшись опыта и сил, мог вернуться и бросить повторный вызов. Впрочем, старый колдун не оставлял шансов своим ученикам.

— Зачем ты брал этих бедняг в обучение? Ведь ни кто уже не хотел учиться. — Продолжил молодой Колдун, — меня ты тоже силой принудил изучать свое черное ремесло.

— Ты самый бездарный из всех, и победил меня хитростью и коварством! — Скрипучим голосом продолжал разоряться скелет, казалось ещё мгновение и он в запале начнёт брызгать слюной, — Учеников брать, это традиция, освящённая веками!

— Вот, дурацкие традиции, освящённые веками, тебя и подвели. Говорил я тебе, давай построим ватерклозет, как все цивилизованные люди. А ты «традиция, традиция, наши предки так ходили и мы так будем», сортир с дыркой в полу это не традиция а архаика и ретроградство. Вот и получил в задницу толовую шашку, соблюдая свои традиции. А знатно рвануло! Правда, потом пришлось потрудиться, что б собрать твой скелет.

— И долго ж ты в дерьме ковырялся, что б это всё устроить?

— Ну почему ковырялся? Зашёл перед тобой, бросил шашку в дырку, а потом слабенькое бытовое заклинание левитации, а ты ни чего и не почувствовал, пока она тебе в задницу не воткнулась. А ты — «самый бездарный ученик», а я гений!

Бывший и новый колдуны так перепирались с тех пор, как молодой поднял в виде скелета и подчинил своей воле старого. И эти перепалки явно доставляли удовольствие молодому, смакующему свой оригинальный способ устранения старого.

— Ладно, посмотрю завтра, что там и как. А сейчас я уже спать хочу. — Сказал Колдун, делая пас рукой, заставивший замолчать скелет в углу.

Не высокая грациозная девушка шла по улице восточной части города. Ближе к городской стене девушка повернула в узкий переулок. Не то что бы узкий, узким переулок был по сравнению с улицей. В славном городе Кумбери самые узкие переулки должны были быть такой ширины, чтоб свободно могли разъехаться два рыцаря в полном вооружении. Конечно, по славному городу Кумбери рыцари в полном вооружении не разъезжали, но и без вооружения и с оруженосцем, скачущим рядом, знатный рыцарь мог ехать, к примеру, в весёлый квартал к куртизанкам. А на встречу ему такой же знатный рыцарь из весёлого квартала. И тут возникает вопрос, кто должен уступить дорогу, если каждый считает более знатным себя. Ну не устраивать же им поединок, посреди улицы мешая проезду другим знатным рыцарям и простым горожанам. А так спокойно разъехались и даже поделились полезной информацией, о куртизанках.

Девушка быстро шла по переулку. Красивые деревянные, каменные и ажурные кованые заборы и заборчики чередовались с живыми изгородями из кустарника и подстриженных декоративных деревьев. Вокруг была такая красота, просто не подумаешь, что за всем этим скрываются дома терпимости, сомнительные заведения, а то и вовсе притоны. Внимание девушки привлекло шебуршание за живой изгородью впереди, и шум сзади. Её уши дёрнулись и насторожились, чутко отслеживая направления на подозрительные звуки. С правой стороны, на деревянном заборе, с тихим мявом вопросительно изогнула спину чёрная кошка.

— Я вижу и слышу, подруга, — тихо произнесла девушка не замедляя, но и не ускоряя шага. С хрустом и громким сопением сквозь живую изгородь проломились три мужика с бандитскими рожами, два шкафоподобных и один похожий на тумбочку, облезлую.

— Что надо, — спросила девушка, не замедляя шага.

— Поговорить, — сказала тумбочка, раскручивая над головой сеть.

— Шшшшух, — прошипела сеть, взлетая в воздух и падая на девушку.

— Сссшшшссс, — свистнули адаманитовые клинки, покидая ножны и разрезая сеть на шесть кусков. [9].

— Гех, — выдохну левый шкаф, опуская на голову девушки дубину.

— Чвак, — ответила его челюсть, встретившаяся с ногой девушки, которая красивым пируэтом ушла от разговора с дубиной шкафа.

— Хрусь, хрусь,— внесли свою лепту зубы в свернутой челюсти.

— Хрум, — ноги девушки, выходящей из сальто, встретились с бочкообразной грудью второго шкафа застывшего на мгновение с поднятой дубиной над головой.

— Вшшссс,— левый адаманитовый меч чиркнул по горлу набегающего сзади ещё одного шкафа.

— Чвык, — рукоятка правого адаманитового меча встретила лоб второго [10] переулочного шкафа.

— Бум,— наконец ответил второй шкаф всем телом впечатываясь в деревянный забор.

— Тресь, тресь, тресь,— радостно поприветствовали его ломающиеся штакетины забора.

— ЫыЫыЫыЫы, — Завибрировал рёвом шкаф со свёрнутой челюстью, обнаружив не только свёрнутую челюсть, но и отсутствие в ней зубов, и начал снова подымать дубину, наверное, от горя.

— Чвык, — привычно в лоб повторила рукоятка меча.

— Бум, бум, бум, — проявили удивительное единодушие шкафы, падая на землю.

— Ииии,— включился мужик-тумбочка ещё ни чего не понявший [11], но уже почувствовавший, что надо делать ноги. Он развернулся и взял с места такой старт, словно был автомобилем формулы один на призовых гонках. Но на третьем шаге его нога наступила на банановую кожуру, неизвестно откуда взявшуюся в переулке.

— Иях, бум, — ноги мужичка-тумбочки прощальным салютом взлетели выше головы, и он этой самой головой приложился о мостовую переулка.

— Мияау, — удовлетворённо поставила завершающую точку чёрная кошка.

— Ты права подруга, — сказала эльфийка, — И с этими поговорили, но ни чего нового они мне не сказали. И воняют как козлы, как можно с такими крайне не культурными собеседниками вести долгую светскую беседу. Пришлось по быстрому все вопросы утрясти. Спасибо за помощь подруга.

— Мяв, — вежливо ответила кошка и, задрав хвост, гордо удалилась, мягко ступая по верху забора.

Мрачный огромный замок в свете тусклого дня казался ещё мрачнее и огромней. В той же комнате, а вернее рабочем кабинете Колдуна казалось, ни чего не изменилось. Также стояли на своих местах и в тех же позах скелеты, так же кабинет заливал мертвенный, бледный свет люминесцентной лампы.

— Надо бы лампу поменять, а то достала уже как старый колдун, — пробурчал вошедший в кабинет Колдун, — А может тебя вместо лампы повесить.

Он бросил хмурый взгляд в угол, где безмолвно стоял скелет старца. Колдун подошёл к столу, сел в кресло и постучал по магическому шару. Внутри шара пошли молочно-белые разводы, и что-то зашипело. Колдун недоумённо посмотрел на шар и постучал ещё раз. Ничего не изменилось. Сделав пас рукой, он оживил стоящий в углу скелет.

— Хе, хе, разрядился, заряжать надо,— злорадно проскрипел скелет.

— Сам знаю, — поморщившись, сказал Колдун.

— Жертва нужна, младенец, но лучше невинная девушка, — снова проскрипел скелет.

Колдун нажал кнопку, расположенную на углу стола, что-то где-то зазвенело. Подождав секунд десять, он начал резко и часто нажимать на кнопку. Потерзав кнопку пару минут, Колдун раздражённо и громко закричал:

— Арчибальд, скотина, ты, что не слышишь?

— Я здесь ваша милость, — в открывшуюся дверь вошёл слуга викторианской внешности.

— Ты, скотина, что не слышал звонка и не видел горящей сигнальной лампочки?

— Видел, ваша милость.

— Так чего же ты ждал! — ещё громче и раздражённее закричал Колдун.

— Когда вы меня позовёте, ваша милость, я отвечаю на зов только вашей милости и больше ни на чей.

— Ну, как тут внедрять достижения цивилизации, кругом одни дураки и ретрограды. — горестно вздохнул Колдун, — Что там у нас с невинными девушками, остались ещё?

— Ни как нет, — по военному вытянулся слуга, — последнюю невинную девушку вы, ваша милость, вчера винной сделали.

— Это как? — удивился Колдун.

— Напоили, ваша милость, а потом того. А после того как вы её того, вы, ваша милость, снова с ней пили, и как-то не прилично совсем пили, на брудуру... нет, на бредыро...

— На брудершафт, дурак! И что она сейчас?

— Лежит в комнате, где вы, ваша милость, пили, за голову держится и стонет, что чем так пить лучше бы её в жертву принесли. Так нести, ваша милость, будем в жертву приносить?

— Я сейчас тебя в жертву принесу!

— Как будет угодно вашей милости, а кому вы, ваша милость, будете приносить меня в жертву? Для какого демона готовить ритуал? — Невозмутимо осведомился слуга.

— Себе в жертву принесу, идиот! А что? Это мысль! Я буду первый Черный Колдун, который сам себе жертвы приносит. Это свежо, оригинально..., но пошло — вздохнул Колдун, — Сам себе, это ж надо ..., да пить надо меньше. Ладно, иди, и приготовь мне чего ни будь холодного и кислого. Рассолу из погреба принеси!

Слуга неторопливо, с достоинством удалился, да именно удалился, а не ушёл.

Колдун немного посидел в кресле, потом открыл дверцу на тумбочке стола и стал там копаться, бормоча:

— Младенцев в жертву — жалко, а невинных девушек, да и винных тоже, нет, они для другого предназначены. Он достал два провода оканчивающиеся штекерами и воткнул их в разъёмы в основании хрустального шара, после чего начал осторожно вращать верньера настройки, расположенные там же в основании шара. По шару пошли цветные полосы, после чего появилось изображение. Колдун, вглядываясь в шар, увидел поле парадов возле королевского замка, войска, построенные для смотра-парада.

— Ё... моё, — поражённо прошептал Колдун. Его удивили не войска, и даже не их количество. Он заворожено смотрел на картинку, показываемую ему шаром. Там над полем ярко светило солнце, другое солнце всходило, как ему и положено, на востоке, третье солнце заходило на западе, и ещё одно как-то слегка шатаясь, ползло по небу вдоль горизонта, почему-то с запада на восток.

— Это что? Это как? — Растерянно произнёс Колдун.

— Это вот твоё затмение, ты перепутал вектора темпорарис малефицимум в заклинании, — злорадно заскрипел скелет.

— А это что? — Колдун показал на солнце, гуляющее вдоль горизонта с запада на восток.

— А это, твой чих во время активации заклинания, бездарь, — ещё злораднее заскрипел скелет, — Нет, я таки дождусь, когда тебя угробят твои безалаберность и разгильдяйство при составлении и активации заклинаний, мало я тебя драл.

Колдун не обратил внимания на злобное шипение скелета-старикашки, он лихорадочно вращал ручки настройки пытаясь поймать другие картинки. Наконец он вывел изображение полей, но вместо саранчи насланной им в качестве дурного знака, он увидел колонны тараканов, выходящих из крестьянских изб и домов горожан и идущих к ближайшему водоёму топится.

Яркие солнца продолжали освещать поле парадов перед королевской резиденцией. В центре возвышалась трибуна, на которой с комфортом расположился король со свитой. Рядом, приткнулась трибуна комментаторов и прессы. За королевской трибуной высилась большая виселица, на которой раскачивалось штук сорок висельников в роскошных одеждах, некоторые из них ещё подёргивались. По краям поля и за полем шпалерами были выстроены войска.

— Начнем, пожалуй, — король взглянул на часы, — пора, сенешаль парада, начинайте.

— Парад! Равняйсь! Смирно! Равнение на средину! Слушайте, его величество, короля Объединенного королевства, Джеймса первого.

Король благосклонно кивнул и взял протянутый ему микрофон магического усилителя голоса:

— Генералы и сенешали, — громко разнёсся голос короля не только по полю, но и по всему королевству, усиленный магическими репродукторами, — Офицеры и подофицеры ...

— ... Повара и маркитантки, — закончил король перечисление всех должностей и званий своей армии спустя полчаса, — Коварный враг точит свои гнилые зубы на наше процветающее королевство, он хочет ....

И ещё через полчаса король закончил:

— Поздравляю вас с началом боевых действий!

— Виват! Виват! Виват! — Дружно заревела армия.

— Парад! На трёх линейных дистанции, пехота шагом, конные рысью — марш, — проорал сенешаль парада.

И войска пошли, парад начался.

— По традиции, парад открывают барабанщики-кадеты военного лицея его королевского величества, — начал надрываться в магический микрофон комментатор. На поле действительно появилась нестройная толпа кадетов, остервенело лупившая в барабаны.

— Это что они? — Удивлённо спросил король.

— Кадеты, — ответил сенешаль парада, — Их не учат бить в барабан, всё-таки будущие офицеры, но традиция. Вот они и стараются бить погромче, аж с шага сбиваются.

— На поле появляется лёгкая пехота, это идут щитоносцы, копьеносцы, меченосцы, — продолжал надрываться комментатор, — Рогоносцы!

— А это ещё кто? — С подозрением спросил король.

— Это подразделения лёгкой пехоты, вооружённые длинными мощными копями, с раздвоенными лезвиями на конце, такие длинные копья-рогатки против конницы и троллей, — пояснил сенешаль парада.

— Вот торжественным маршем проходят полки средней пехоты, идут пикинеры, мушкетёры, аркебузиры, фузилёры, бузотёры!

— А это? — Поднял бровь король.

— Вспомогательные части, они растирают порох и сушат его. От заклинаний обычной бытовой магии порох отсыревает и берётся комками, — опять пояснил сенешаль парада.

— На поле выходят стрелковые полки! Идут арбалетчики, лучники, пучники!

— А...? — Опять удивился король.

— А черт его знает, кто это и что они делают. Генеральный сенешаль КПСС недавно ввёл этот род войск, — Пожал плечами сенешаль парада.

— И ...? — Повернулся король к генеральному сенешалю.

— Эльфийские лучники держат в воздухе десять, а то и одиннадцать стрел [12], — начал пространное объяснение генеральный сенешаль, — Наши могут шесть — семь. Получается, что колчан в тридцать стрел они опустошают за пять минут, носимый лучником запас три колчана и это очень мало. А большее число носимых колчанов приводит к потере боеспособности лучника. Вот и пришлось ввести вспомогательные войска для переноски стрел во время боя.

— А почему пучники?

— Подносят во время боя пучки стрел — значит пучники.

— Ну, хорошо ввёл пучников, так ввёл, — Зевнул король.

В это время на поле линейные сделали три шага назад и взяли копья в положение — горизонтально.

— Тржественным маршем скрытно проползают эльфийские разведчики-пластуны, — восторженно завопил комментатор. На поле ни чего не происходило, только раздался лёгкий шелест, как от слабого ветерка в верхушках деревьев.

— Вот ползут, — кивнул на поле сенешаль парадов, — Лучшие разведчики всех времён и народов, и не видно ж стервецов!

— А шуршит, что? — Спросил король, — И чего это они? — Кивнул на линейных.

— Должны ж наши эльфийские союзники хоть как-то обозначить себя. А линейные загораживают копьями поле, чтоб какой-нибудь идиот на поле не выскочил. А то в прошлую войну, в правление вашего батюшки, ваше величество, во время торжественного скрытного проползания эльфийских разведчиков, какому-то придурку вздумалось перебежать поле. Думал, там никого нет. Ну и наступил на руку командиру эльфийских разведчиков-пластунов светлейшему принцу Эльвиариндилу. Такой вот у эльфов конфуз получился. Еле замять международно-межрассовый скандал получилось. — Рассказал сенешаль парада.

— И как замять получилось? — Полюбопытствовал король.

— Такие оскорбления смываются только кровью. Пришлось выдать того придурка эльфам.

— А какой казнью его казнили эльфы? — Заинтересовался король.

— Жуткой, защекотали до смерти, ваше величество, щекотали полтора месяца.

— Во звери! — Восхитился король.

— Но мне кажется, что бедняга умер не от пытки щекоткой, а просто от голода. Ведь эльфы, ваше величество, все эти полтора месяца его не кормили.

— Во изверги! — Ещё больше восхитился король, — Но я что-то не припомню, что б эти разведчики приносили какую-то пользу во время прошлых военных кампаний.

— Их основная задача — противодействовать таким же разведчикам-диверсантам дроу, это тёмные эльфы живущие в лесах граничащих с территорией королевства зла, а так ни какой пользы и помощи от них в боевых действиях, действительно, нет, — пояснил сенешаль парада.

Пока шёл разговор торжественное проползание эльфийских разведчиков закончилось. Линейные вернулись на свои места. Застучали барабаны и раздался слитный гул печатающихся шагов.

— Вот идут батальоны гномских стрелков! — Захлёбываясь от восторга завопил комментатор.

Чётко печатая шаг и держа идеальное равнение, на поле вышли батальонные коробки знаменитых гномьих стрелков. Одетые в блестящие кольчуги из оружейного мифрила, гномы несли на левом плече свои дальнобойные рогатки. [13], За плечами каждого гнома был рюкзак с метательными снарядами. Обычно это откалиброванные круглые камни или свинцовые шары. Круглые шлемы гномов закрывали почти все лицо, оставляя видными лишь аккуратно постриженные шкиперские бородки. [14].

— Из своих грозных рогаток гномы выпускают в минуту до восьми метательных снарядов, весом в полкило [15], которые на расстоянии в двести метров способны свалить рыцаря в месте с конём, если рыцарь вместе с конём не свалит раньше! — Продолжал восторженно вопить комментатор.

— Вот от этих молодцов, действительно, есть польза, — сказал генеральный сенешаль, с удовольствием оглядывая почти квадратных гномов.

В одном из уголков Леса стояла избушка. На курьих ножках. Даже не на ножках, а на мощных ногах способных нести совсем не маленькую избушку по пересечённой местности со скоростью в восемьдесят миль в час. На самоходной платформе на курьих ножищах, помимо избушки, располагалась стартовая площадка с двумя двухместными ступами. [16]. В данный момент избушка находилась в парковочном состоянии.

Сквозь окно было видно внутреннюю обстановку избушки. В углу находилась русская печь, или конструктивно напоминавшая русскую, стол, лавки под окнами и большой булькающий котёл посреди избушки. Возле котла топталась зловещего вида старуха. Она что-то бормотала себе под нос, который украшала большущая бородавка. Старуха взяла большую деревянную ложку и начала мешать своё варево, приговаривая противным дребезжащим голосом:

— Варится, варится, ну хорошо, свариться, а что получится? И куда бы потом применить эту гадость? Может погуще сделать?

Старуха скептически посмотрела в котёл с кипящей субстанцией, взяла со стола кувшин с широким горлом и открыла его. Из кувшина на неё смотрели четыре лягушки. Старуха стала по одной доставать лягушек и кидать их в котёл. Лягушки с бульканьём исчезали в кипящем вареве.

— Славно как получится-то, — засмеялась старуха высоким надтреснутым смехом.

— Привет, — раздалось с порога. Возле открытой двери стояла девушка какого-то бледно-сине-зелёного цвета, одетая только в свои волосы. Впрочем, густые волосы, тоже сине-зелёного цвета, но более насыщенных тонов, закрывали её всю и доставали ей до щиколоток.

— Чего нада? Не видишь, зелье варю, — недружелюбно отозвалась старуха.

— Приворотное? — Заинтересовалась вошедшая.

— Отворотное! Леших и кикимор всяких отворачивать! Что б не мешали!

— Ууу, — разочарованно протянула сине-зелёная девушка. Она подошла к котлу, тотчас из кипящего варева высунулись лупоглазые лягушачьи морды. Девушка сделала им ручкой и лягушки радостно заквакали.

— А зачем тогда варишь? — Опять спросила девушка.

— Нада! Сильная вещь получится, однако, — поморщившись, ответила старуха. И вдруг громко и скрипуче закричала:

— Страшное колдовство сотворю! Ураган, бурю вызову!

И сбавив тон, как бы в раздумье добавила:

— Или мёртвых наподнимаю.

— Ааа, тренируешься, — понятливо кивнула сине-зелёная.

В углу на печке кто-то завозился, и в темноте загорелись четыре жёлтых глаза.

— Уууу, дармоеды, ужо я вас, — грозно сдвинула брови старуха, обернувшись к печке. На печке захихикали. Потом грозно зарычали. И тоненькими голосами затянули:

— Не ешь нас грозная ведьма! Мы тебе песенку споём или службу сослужим.

— Какую службу? — Заинтересованно, басом спросила ведьма.

— Мы тебе яичко снесём, не простое, а золотое!

— Издеваются, — обижено сказала старуха девушке.

— Привет! — Сказала девушка в сторону печки.

— Привет Наки! — Дружно ответили с печки — Давай поиграем, на озеро пойдем, в глубине поплаваем, больших рыб под корягами попугаем.

— И шла она день и ночь, и был её путь труден и тернист, — раздался замогильный голос со стены, из под висящего покрывала.

— Тьфу, на тебя, — сказала ведьма, сдёргивая покрывало. Под покрывалом обнаружилось зеркало в деревянной оправе. Но в зеркале ни чего не отражалось, потом там, как на экране монитора появилось изображение. Зеркало показало лесную тропинку, по которой быстро шла маленькая, рыжеволосая эльфийка.

— Идёт! Ужо встретим, так встретим, — опять басом проговорила ведьма.

— Встретим! Встретим, — радостно закричали с печи тоненькие голоса.

— Дед говорил не только она, но ещё гости будут, Альма приведёт, вот их встретить надо. Ладно, пошла я. — Сказала сине-зелёная, засовывая руку в кипящий котёл. В вынутой руке оказалось большое, красное яблоко. Девушка, захрустев яблоком, пошла к двери, за ней радостно квакая, поскакали выпрыгнувшие из котла лягушки. Возле двери она повернулась к печке:

— Потом поплаваем, когда вас бабка отпустит, — кивнула она в сторону старухи.

Старуха, всплеснув ладонями, села на лавку и капризно надула губы:

— Вот, теперь бабкой назвала, ещё и обзывается, кикимора болотная, а сама пришла и мне такое страшное колдовство испортила!

На печи снова захихикали, потом в два голоса заговорили:

— Ихха, давай полетаем, посмотрим что там и как.

— Пока нельзя, слышали, что Наки от деда передала, гостей встретить надо, за одно и повеселитесь — молодым голосом сказала старая ведьма.

А парад, тем временем, шёл своим чередом. Уже прошли все пешие соединения. Проскакали лёгкие эльфийские конники и дикие союзные орки. Процокали подкованными копытами, ну понятно кто, тяжёловооружённые рыцари на своих рыцарских конях. И вот на поле парадов выкатилась техника.

— По полю парадов катятся грозные боевые гилюли! — Продолжал восторженно вопить уже порядком охрипший комментатор.

— Вот они, наша гордость, наши боевые гилюли, наводящие страх и ужас на врагов! — Тоже восторженно проговорил сенешаль парада, — Их применение всегда приносило нам победу. Вы помните, ваше величество, Мерсийскую битву?

— Что-то такое припоминаю, кажется, это было ещё при моём отце?— Сказал король.

— Да, ваше величество, тогда Менесийская торговая республика отвоёвывала Зелийские провинции. Помните, пол Зелии было захвачено союзными Чёрному Колдуну арцами. — Вмешался в разговор генеральный сенешаль, большой знаток истории, а также тактики и стратегии:

— Тогда армия менесийцев в решающей битве встретилась с войсками арцев, под городком Мерсийск, что в южной Зелии. Левый фланг занимали сами менесийцы, собственно их ополчение. На него было мало надежды, вы же, ваше величество, знаете, какие из этих торгашей вояки. Центр занимали батальоны наёмников. На правом фланге наш экспедиционный корпус. Противник имел более чем двукратный перевес в живой силе. Когда всё было готово к бою и войска выстроились для битвы, генерал граф Эмерли, командовавший нашим экспедиционным корпусом, понял — поражение неизбежно. И он принял решение — прикрыть отступление своих войск, применив боевые гилюли. И когда на позицию выкатили все боевые гилюли, левый фланг противника охватила паника. И они бежали! Но вы, ваше величество, помните, что в войске Чёрного Колдуна бежавших с поля боя ждёт неминуемая смерть. Так вот, все войска левого фланга противника бежали, но не в тыл! Пробежав за своим центром, они пристроились за, опять же, своим правым флангом. В это время на штурмовку наших позиций летели драконы, слава богам, тогда Чёрный Колдун ещё не применял своих ужасных ядрёных бонб. Увидев перебегающий и пристраивавшийся за правым флангом левый фланг, драконьи всадники прекратили атаку и спустились узнать, что происходит. Спустившись, они, на всякий случай, тоже заняли очередь за перебежавшим левым флангом. Тут набежал наш доблестный экспедиционный корпус, который, увидев столь поспешное отступление противника, бросился преследовать убегающего врага. Вы же помните, ваше величество, граф Эмерли всегда был сторонником классической тактики ведения боя сформулированной великим генералиссимусом фон Клаузевицием. Который учил — если враг бежит, то его надо непременно догнать и перегнать, если, конечно, получится.

— Зачем? — ошарашено спросил король, он как все венценосные особы был не сильно силён в теории.

— Догнать и перегнать, а потом подождать. По замыслу фон Клаузевиция, убегающий враг, наткнувшись на войска, от которых он убегал и, которые уже стоят перед ним, должен полностью деморализоваться и начать массово сдаваться в плен.

— А если враг развернётся и побежит обратно?

— Тогда этот манёвр следует повторить. И так до тех пор, пока враг, таки, не сдастся!

— О! Великий фон Клаузевиций. Он победил в двадцати пяти великих битвах. Он не знал поражений, — восторженно закатил глаза сенешаль парада.

— Позвольте господа, — Грубо влез в разговор сенешаль кавалерии, грубый и неотёсанный кавалерийский мужлан, окончивший две академии, — Ведь фон Клаузевиций выиграл все эти битвы, по переписке?

— Конечно, — снисходительно заметил генеральный сенешаль, — Великий фон Клаузевиций был гениальным теоретиком, он разрабатывал стратегию и тактику ведения боевых действий, так зачем же ему самому непосредственно участвовать в этих самых боевых действиях.

— Так чем же кончилась Мерсийская битва? Напомните мне, — король не хотел показать, что совсем не помнит таких великих событий. В юности он отлынивал от уроков истории, предпочитая вольтижировку и фехтование.

Генеральный сенешаль продолжил:

— Увидев выстроившуюся очередь, наши воины тоже быстро встали в неё. Ведь убегающий враг далеко не убежит, а выброшенного дефицита может на всех не хватить. Потому как если очередь — это не спроста, это за чем-то. За нашими очередь заняли те, кто был в центре вражеского построения. Последними заняли очередь замешкавшиеся наёмники из нашего центра. И перед позицией менесийцев выстроилась очень большая очередь. И вы же знаете этих торгашей, ваше величество, они, увидев та-аакую очередь, тут же развернули торговлю.

— Чем же они торговали?

— Ну, вы же знаете этих торгашей, ваше величество, у них всегда есть. И тогда у них было. Вот этим было, они и начали торговать.

— Сколько ж у них было, этого было, его ж не могло хватить на две армии? — Изумился король.

— Когда стало кончаться то, что у них было, ваше величество, они запустили три перегонных куба, которые везли с собой. Сразу видно торгашескую натуру — идя на битву, они прихватили с собой товар, который всегда можно продать. Они извели ближайший лес на табуретовку. Этой табуретовкой, ваше величество, они торговали три дня. На четвёртый день солдаты обеих армий обнаружили, что пропили не только всё оружие, но и большую часть одежды до исподнего, а некоторые пропили даже исподнее.

— Как и солдаты нашего экспедиционного корпуса! — Возмутился король.

— Как это не прискорбно, да, ваше величество. Но Граф Эмерли, очень умелый и решительный полководец, пригрозил разрывом союзнических отношений и немедленной атакой наших жаждущих похмелиться солдат. Менесийцы предпочли вернуть всё нашим солдатам, и отдать ещё то, что у них оставалось. И пока наши солдаты уничтожали то, что осталось, из того, что было, менесийцы позорно сбежали с поля боя, унося всё, что успели наторговать. А обезоруженная и раздетая вражеская армия сам ушла из Зелии, страшась гнева черного колдуна солдаты, в Арц так и не вернулись. Вот таким образом, ваше величество, битва была выиграна, но только лишь благодаря нашим боевым гилюлям и доблести солдат нашего экспедиционного корпуса. Но эти торгаши, ваше величество, имеют наглость приписывать победу себе, и даже учредили праздник который отмечают в день Мерсийской битвы.

— И вот в честь этого события этот их праздник «Успешного алкогольного избавления», — кивнул головой сенешаль парада.

— А чего мы ещё ждём, — Спросил король, — Войска прошли, техника проехала. Где обещанное чудо-оружие? Оружие, которое мы сможем противопоставить ужасным ядрёным бонбам чёрного колдуна. А? Сенешаль-инженер, где?

— Ваше величество большое боевое глюкало ещё не готово, — ответил сенешаль-инженер, и тут же нажаловался, — Как всегда, подвели смежники, военные интенданты затянули поставки необходимых комплектующих.

— Опять! Опять интенданты! — Вскричал король, — Немедленно повесить!

И после секундной заминки:

— Половину, да, да половину. Если повесим всех, то кто ж будет заниматься снабжением армии.

— Ваше величество, так третьего дня уже повесили, половину, — доложил сенешаль-прокурор и показал на виселицу за трибуной, — Так, сказать, в назидание...

— Гм, что ж делать, — задумался король и тут же нашёл решение, достойное самого Соломона, — Этих снимите, пускай работают, а тех повесьте.

— Ваше величество! Как же они смогут работать? Они ж уже три дня висят! — Воскликнул сенешаль-прокурор.

— Снимайте, это же интенданты! Снабженцы! Эти канальи из любой ситуации выкрутятся, — хмыкнул король.

Интенданты, висящие на виселице за трибуной, перестали раскачиваться и подёргиваться и с интересом прислушивались к разговору высокого начальства.

Кабинет в правительственном крыле королевского замка

Кабинет, обставленный скромно, но со вкусом. По размерам кабинета было видно, что он принадлежит одному из высших должностных лиц королевства. Сам хозяин кабинета, сухопарый мужчина с орлиным профилем и светящейся усталой мудростью в глазах сидел не за большим письменным столом, а за чайным столиком в углу кабинета. Надо сказать, что светящаяся усталая мудрость в глазах считалась непременным условием для занятия высших управленческих должностей в королевстве. Многие чиновники, да что там чиновники и дворяне тоже, часами стояли у зеркала, что б добиться нужного свечения усталой мудрости в глазах.

— Пусть стоят, — говорил хозяин кабинета, когда ему докладывали о таких стояльцах, — Хоть какое-то дело у них есть, и мне не мешают. Не понимают, что для того, что б занять хоть, сколько ни будь важную должность, ум должен, засветится не только в глазах.

Напротив хозяина кабинета сидел такой же орлинопрофильный мужчина взгляд, которого кроме свечения усталой мудростью ещё и пронзал насквозь. Это были: канцлер королевства — хозяин кабинета и министр внутренних дел и внешней безопасности королевства — гость хозяина. На столе перед ними стояла открытая, но непочатая бутылка Шамброне 2556 года и три хрустальных бокала. Они собирались выпить и ждали третьего. И третий пришёл, вернее пришла. В кабинет быстрым шагом вошла королева:

— Здравствуйте господа!

— Здравствуйте, ваше величество! — Встали мужчины.

— Что ж, начнём, — сказал канцлер, наполняя бокалы, — Как идут приготовления к походу у его величества.

— Чем бы дитя не тешилось, — вздохнула королева.

— Лишь бы не мешало, — добавил, улыбнувшись, канцлер.

— Но давайте приступим к нашим делам, — сказал министр.

Надо сказать, что всеми обширными землями Объединенного королевства управляли эти трое. Да и Объединённым королевство стало не так давно, только после династического брака правителей союзных ранее королевства Гриневильского и герцогства Кумберлендского, королевы Эльвиры и герцога Джеймса. Умная королева присоединила к своему обширному, но не богатому королевству, богатое герцогство. И более умные и умелые чиновники Гриневильского королевства стали высшими чиновниками Объединенного королевства. Зато в герцогстве Кумберлендском было больше родовитого дворянства и богатых купцов, и была сильнее армия, чего ни как не скажешь о разведке.

— На сегодняшний день мы имеем активную подготовку к военному походу в королевство зла, — продолжил министр, — И кто бы мне сказал, где это королевство находится? Хотя мы знаем, где находится резиденция Чёрного Колдуна.

— Эдвин, — Обратился по имени к министру канцлер, его друг детства и однокашник по учёбе, — Тебе ли не знать, что королевства зла, как такового не существует. Есть десяток королевств и образований по меньше, номинально признающих верховным правителем Чёрного Колдуна. И ещё несколько якобы государств в пограничных областях ни кого не признающих.

— Вот, и я о том же, его величеству, если он всё-таки вздумает выступить в поход, придётся до границы идти пол тысячи миль и ещё столько же до резиденции чёрного колдуна. — С сарказмом произнёс министр, — И это делает полномасштабную войну делом очень трудным, да вообще не возможным! Обычно, государство намеревающееся оттяпать земли у соседей объявляет себя сторонником нашей или протвной стороны, зная, что, в большинстве случаев, это его ни к чему не обязывает, но может обеспечить некоторую поддержку. Иногда, только моральную.

— Господа! Но мы же собрались здесь не для того, чтоб обсуждать общеизвестные вещи, — вмешалась королева.

— Да, ваше величество, но открылись новые обстоятельства, вам будет интересно послушать, — сказал министр. Он встал, подошёл к письменному столу и позвонил в колокольчик. Дверь приоткрылась, и министр громко произнёс:

— Позовите князя Горбовски.

В кабинет вошел подтянутый мужчина средних лет с пронзительным взором. Пронзительность взора была таким же атрибутом сотрудников разведки, как непременная усталая мудрость для высших чиновников. Князь поклонился присутствующим.

— Князь, коротко расскажите, что было в вашем последнем докладе, — кивнул ему министр.

Начальник разведки, а именно им был князь Горбовски, поклонился ещё раз:

— Нашими наблюдателями была замечена вышедшая из Леса девушка, эльфийка, которая посетила ряд городов нашего королевства. На наш запрос светлые эльфы ответили, что эта эльфийка им не известна. Тогда мы попытались установить за ней более плотное наблюдение. Но нам это не удалось, она всё время ускользала и появлялась в другом месте. Последний раз наружное наблюдение заметило её в трактире «У пьяного тролля», в восточной части Кумбери. Когда она вышла из трактира, вслед за ней пошёл наш агент и сразу же её потерял. Он прошёл по предполагаемому её маршруту и обнаружил боевиков банды Скользкого. Два были убиты, остальные без сознания с сильными телесными повреждениями.

— Это не о чём не говорит, есть женщины — мастера боевых искусств, — перебила королева.

— Да, конечно, — Согласился князь, — Но допрос Тумбочки, это первый помощник Скользкого, — пояснил князь, заметив вопросительные взгляды слушателей. И продолжил:

— Допрос Тумбочки выявил интересные сведения. Банда хотела взять эльфийку, так как там знали, что та не просто вышла из Леса, но и через Лес неоднократно проходила. И не просто проходила, а войдя в Лес на нашей стороне утром, днём того же дня выходила у эльфийских лесов.

— Это сотни миль, — Поражённо проговорил канцлер.

— Да, фактор расстояния перестаёт быть препятствием для передвижения войск, — сказал министр, — Но не это главное, расстояние перестаёт быть препятствием для атаки драконов несущих ядерные бомбы. Им не надо преодолевать тысячи миль до королевства, и в этом случае, наши наблюдатели поздно сообщат о налёте. От Кумбери до Леса всего сотня миль и мы не успеем поднять перехватчики. Продолжайте князь.

И князь продолжил:

— Допрос задержанных также выявил, что подобными способностями обладает наёмница по имени Аьма.

— Почему бандиты не сделали попытки захватить её? — Спросила королева.

— Бандиты не решились, рассказывая об этом, Тумбочка, испытывал явный страх, он сказал, что связываться с анкаррой себе дороже.[17]

— Легендарные существа, анкарры, — прошептала королева и, повысив голос, спросила, — Почему об этом мы узнаём только сейчас и от какого то бандита, и что вы намерены предпринять.

— Если наши сведения об анкаррах верны то ничего, если же нет, то тоже ничего, не хотим рисковать, мы не глупее бандитов, — поморщившись, сказал министр, — Но использовать наёмницу в своих целях, мы постараемся.

— Вы свободны, князь, — Кивнул министр князю Горбовски и, дождавшись, когда князь покинул кабинет, продолжил, — Нашей резидентуре удалось частично выяснить, что представляют собой ядерные бомбы. Нынешний черный колдун сварил в алхимической лаборатории, какую то смесь, которую назвал толом. Эта смесь обладает взрывной способностью в разы превосходящей возможности пороха. Этим толом, он начиняет ядра из обожженной глины, вес этих ядер колеблется от двух до четырёх тонн. Такими ядерными бомбами были уничтожены — большая часть армии и две очень не маленькие приграничные крепости Варрийского королевства. Вы знаете, армия варрийцев собиралась для большого вторжения в герцогство Арц. Солдаты армии вторжения при вступлении на территорию герцогства Арц начали грабить, насиловать и убивать мирное население, в общем, обычные боевые действия. Но Черный Колдун, почему-то, рассвирепел и принял такие вот не адекватные меры. Но дальше развивать успех не стал, войска Арца границу не перешли.

— Что ты собираешься предпринять, Эдвин? — Спросил канцлер.

— Так, есть одна задумка и наша анкарра, а может и таинственная эльфийка нам помогут, — ухмыльнулся министр.

Кабинет Колдуна

Колдун, как всегда, вальяжно расположился в своём кресле. Напротив него сидел человек, чуть моложе Колдуна. Оба держали в руках бокалы с вином, початая бутылка которого стояла на столе. Рядом с бутылкой светился колдовской шар, по которому шла трансляция парада войск Объединённого королевства и его союзников. Колдун, чуть пригубив, спросил, с интересом смотрящего в шар своего собутыльника:

— Что скажешь, Роб?

— А что тут говорить, — ответил граф Роберт, первый министр и глава всех разведслужб Федерации, — Красиво идут. И покачав свой бокал, любуясь игрой света в багровой жидкости, продолжил:

— Опереточная армия, разбежится после первой же бомбардировки, да и наши элитные части превосходят их как по выучке, так и по вооружению. В общем если дойдут до границы... Знаю, знаю ты против войны, но если сами нарываются?

— Да, мне не хотелось бы доводить до прямого военного столкновения, это будет большая война, а не приграничные стычки наших дворянчиков с ихними. Последние события подтвердили серьёзность их намерений.

— Ты про попытку вторжения в Арц? Да, варрийцы серьёзно подготовились к войне. Я тебя предупреждал. А тебе солдат жалко было. Небольшой превентивный удар принёс бы гораздо меньшие жертвы, как с нашей, так и с их стороны.

— Роб, но кто ж знал, что они начнут такое вытворять!

— Марат, ты вон правитель, ладно, ладно глава федерации, а остался таким же наивным подмастерьем, как и был.

— Да, было время, наверное, самое счастливое время — наше ученичество у мастера Гурода, — мечтательно вздохнул Колдун, — Жаль, что быстро закончилось.

— Ну, тебе ли жаловаться, — усмехнулся граф Роберт, — Глава Федерации, великий Чёрный Колдун, повелитель бурь и прочая, и прочая. Мастер Гурод, вон вспоминает своего любимого ученика — говорит, лучший был, а какой был изобретатель.

— Навещаешь старика? Как он там? — Спросил Колдун.

— Да, одиноко ему, лучшего ученика Чёрный Колдун к себе забрал, а потом и второй ученик в политику подался.

— Надо бы ему весточку подать, что я не погиб.

— Так многие и так догадываются, кто у нас сейчас великий Чёрный Колдун. Сначала у Чёрного Колдуна новый ученик появился, а потом вдруг резко поменялась политика правителя. Мастерам льготы дали, купцам послабления, налоги уменьшили, произвол дворян прекратили. И из резиденции черного колдуна идеи и изобретения сыпятся как из рога изобилия. Младенцев в жертву больше не приносят, а жертвенные девушки домой возвращаются. А то, что половина из них беременные, так они даже этим гордятся.

— Ладно тебе, я уж покраснел весь.

Граф Роберт глянул на Колдуна и скептически хмыкнул:

— Да уж покраснел, ты и подмастерьем по служанкам и белошвейкам бегал, а тут... Раньше невинных девушек стража сюда волокла, плач и рёв стояли. Родители убивались, что последний раз дочерей видят, ведь жертвы колдун приносил по настоящему. А сейчас, выглянь вон в окно, очередь невинных дев стоит, и все хотят быть твоей жертвой. Пора ясли открывать для детей великого Чёрного Колдуна, а как подрастут и школу. Школа имени Великого Чёрного Колдуна для его же детей, а? Как, звучит?

— Ладно, вернёмся к нашим баранам, — Колдун кивнул на хрустальный шар, который как раз показывал прохождение рыцарской конницы, — Что с ними делать-то будем.

— Есть одна задумка. Послал я тут эмиссара в королевство, хочу с князем Эдвином Замойски в более плотный контакт войти.

— С министром внутренних дел и внешней безопасности Объединённого королевства! — Изумлённо воскликнул колдун.

— Да именно с ним, — кивнул граф Роберт.

— Но зачем? — Не менее изумлённо спросил Колдун.

— Высокая политика, — Поучающим тоном сказал Роберт, — Для того, что успешно строить друг другу козни и противостоять им, главы разведки должны очень плотно общаться друг с другом, и даже дружить. Только так, делясь информацией, и планируя совместные операции, будешь всегда в курсе того, что замыслил противник. Вот, недавно князь мне передал, что озабочен тем, что можно через Лес ходить и при этом тысячу миль проходить за пол дня. Ты ни чего об этом не знаешь?

— Легенда эльфов, как наших — дроу так и светлых, тайные тропы позволяющие сокращать расстояния и сжимать время. Умение, утерянное эльфами во время Великой войны 2038 года, да если не ошибаюсь именно 2038 года. Этой войной закончился золотой век магии. И надо же было нашим предкам устроить ту драчку, одним словом сами идиоты и нам подгадили. Сейчас никто не знает, как это делать. А Лес... Посылал я туда пару экспедиций, все проходили по лесу кто месяц, кто два, но все выходили на опушку Леса, в том же месте где вошли. Кто шел просто по лесу, кто по тайге, а кто и по тропическим джунглям. У кого почти вся экспедиция погибала, а для кого была просто как загородная прогулка. Вот так-то, — грустно закончил Колдун.

— Князь сообщил о какой-то рыжей эльфийке, она шастала по нашим территориям как хотела. А выходила всегда из Лесу и возвращалась туда же. Вот посмотри, использовали твоё последнее изобретение для идентификации ауры, сняли её параметры, когда она последний раз через Федерацию проходила. — Достал из кармана кристалл граф Роберт.

— А ну-ка, ну-ка любопытно, — сказал Колдун, вставляя кристалл, в обычный с виду, полицейский считыватель ауры, — Любопытно, любопытно.

Колдун подкрутил ручки настройки, и вдруг сильно побледнев, хрипло проговорил:

— Не может быть, не может быть! Роберт! Сейчас же снять с неё всякое наблюдение! И вообще оставит её в покое. Не дай боги нам с ней связаться!

Зал трактира «У пьяного тролля»

— Так вот, главное, это единоначалие под моим началом, то бишь командованием и мудрым управлением. Только полное послушание мне, всех этих лентяев позволит поднять мне штабус моего заведения! — Важно изрекал хозяин трактира слушавшим его всё тем же выпивохам.

— Статус, — Тихо произнесла Альма, сидевшая за тем же столом, что и раньше. Её товарищи сидевшие напротив, грустно ей покивали.

— Штабус определяет всё! Сначала корчма при дороге, потом таверна. Корчма может быт и в деревне и в городе. Таверна же только в городе, а уж трактир только в большом городе. Ну а потом ресторация — это уже в лучших районах большого города или даже столицы, — продолжал вещать трактирщик.

— Чего сидим, — спросил белобрысый Франк, — Деньги кончаются, работы нет, уходить пора.

— Куда? По всему королевству дороги перекрыты, войска на войну собирают, шпионов разных ловят, да и не шпионов тоже. Купцы затаились. Караваны почти не ходят. А в армию мне вербоваться не хочется. Да и вам думаю тоже. И не нравится мне что-то в последнее время. Три каравана уходили, раньше нас с радостью в охрану взяли бы, а тут купцы глаза отводят, бормочут что-то, отказывают, — грустно проговорила рыжая девушка.

— Вот и я о том же, не чисто что-то тут, ноги уносить надо, как бы поздно не было, — не унимался Франк, Дорн по обыкновению молчал. Своё отношение к бедственному положению троицы наёмников он выражал лишь тяжкими вздохами.

Двери со скрипом пропустили двух парней быстро прошедших к стойке, потом ещё двух, и ещё двух. Последняя пара заняла место у дверей.

— Поздно ноги уносить, — сказала Альма. Руки Франка легли на пояс с метательными ножами, Дорн насупился и положил руку на рукоять меча. Дверь снова скрипнула, пропуская элегантного, подтянутого мужчину средних лет с пронзительным взором. Мужчина быстрым шагом прошел к столу троицы наёмников. Слегка кивнув головой, он произнёс:

— Рад вас видеть, прекрасная Альма. Разрешите присесть за ваш столик.

Дорн насупился ещё больше, а Франк недоумённо поглядел на Альму.

— Не могу сказать вам того же князь. Но и отказать будет себе дороже, при таком то сопровождении, — девушка кивнула на людей князя находящихся в зале, — И что хочет всесильный начальник разведки Объединенного королевства от скромных, безработных наёмников.

— Ваша осведомлённость поражает меня, так же как и ваша красота, — ещё раз обозначил поклон князь.

— Князь, переходите к делу, — Альма насмешливо посмотрела на князя Горбовски, — Ведь такой занятый человек как вы вряд ли пришёл бы сюда, что б полюбоваться моей несравненной красотой.

— Что ж, я бы хотел предложить вам и вашим друзьям работу по специальности, — перешёл к делу князь.

— Тем более, что мы не найдём работы ни здесь в столице, ни во всём королевстве. Это вы постарались князь? Зачем такие сложности? — Наёмница тряхнула рыжей головой, Франк удивлённо слушал разговор, Дорн изображал насупленную статую.

— Зато я точно знаю, что вы не откажетесь, — улыбнулся князь, — На время контракта вы получаете статус государственных служащих, и втрое большую оплату, чем за проводку каравана.

— Хорошо, — сказала Альма, — Что мы должны сделать? Надеюсь не надо ни кого убивать?

— Как вы могли подумать, что я могу такое вам поручить, — деланно возмутился князь, — Надо провести небольшой караван в одно из королевств, контролируемых чёрным колдуном, через Лес. Я знаю, вы это можете.

— Всего-то, а если мы откажемся?

— Другой работы вы всё равно не найдёте, и в случае отказа могут пострадать ваши друзья. А у ваших друзей есть родные, близкие, — улыбаясь, проговорил князь.

— Через Лес ходить очень опасно, не все выходят, — предупредила девушка.

— Очень надеюсь на ваши умение и благоразумие, — продолжая улыбаться, проговорил князь.

— Хорошо, как я понимаю, команда у вас уже готова, — спросила наёмница. Князь утвердительно кивнул. Альма поднялась:

-Тогда, завтра в шесть у восточных ворот. До свидания Князь. Приятно было побеседовать со столь учтивым собеседником.

За день до событий в трактире «У пьяного тролля». Кабинет князя Эдвина Замойски в министерстве внутренних дел и внешней безопасности Объединённого королевства. В кабинете расположились сам хозяин и начальник разведки князь Горбовски. Хозяин кабинета сидит за рабочим письменным столом, его посетитель за приставным столиком для совещаний.

— Князь, вы подобрали команду для выполнения нашей миссии? — Сцепив руки в замок, спросил министр.

— Да, ваша светлость, — раскрывая папку в тисненом кожаном переплёте, ответил начальник разведки, — Исходя из важности и многозадачности миссии, я предлагаю следующий состав.

Он достал из папки несколько листов мелованной мелко исписанной бумаги и протянул министру. Министр взял бумаги и углубился в чтение, комментируя прочитанное вполголоса, как бы ни к кому не обращаясь, но своими комментариями выражая отношение к предлагаемым кандидатурам:

— Командир капитан Шарки — дельный офицер, умеет находить выход из не стандартных ситуаций, зам командира тоже, два боевика, сержанты. Гм, а не мало ли для такой миссии. Аналитик, гм, зачем вы включили Трамса в команду? Он же голубой и ещё, как мне докладывали, увлекается молоденькими мальчиками.

— Ваша светлость, он отличный аналитик, и за ним в этом походе присмотрят, а в Лесу вряд ли он найдёт объект своего увлечения. Кроме того, его не жалко и потерять.

— Отличный аналитик и не жалко потерять? — Поднял бровь министр.

— Да, ваша светлость, отличный, если не отвлекается на сторону. А в походе я думаю, он будет полезен, на завершающей стадии операции нужен аналитик, а вы знаете, плохих у нас нет. Поэтому пришлось выбрать такого, чтоб не было жалко, если не вернётся.

— Хорошо, эльф Лувинаэль — снайпер, да эльфы настояли на своём представителе в команде, хорошо хоть дали специалиста, а не балласт. Гном Дронин, специалист по механике и подрывник. — Министр отложил листок, и позвонил в колокольчик, и приказал появившемуся в дверях секретарю:

— Позовите капитана Шарки.

В кабинет вошел подтянутый мужчина средних лет, одетый в одежду рейнджера. Он почтительно, но без подобострастия поклонился сидящим и доложил:

— Капитан Шарки прибыл по вашему приказанию, мой князь.

— Садитесь капитан, — сделал приглашающий жест министр. — Итак, вы ознакомлены с задачей миссии и составом вашего отряда. Аналитика беречь до выполнения миссии, он вам пригодится и в Лесу и на территории Федерации, это земли контролируемые чёрным колдуном. — Пояснил министр, заметив лёгкое удивление на лице капитана. И продолжил:

— Эльф и гном не должны увидеть результата выполнения задания, меры для этого на ваше усмотрение. Поведёт отряд и через Лес и частично через Федерацию, известная вам наёмница Альма. Её будут сопровождать её подельники Франк и Дорн. Вот здесь всё сложнее. С ней в конфликт не вступать, её спутников не задевать, но в случае боевого столкновения с противником, особо не прикрывать, сами выкрутятся. О цели миссии они не должны даже догадаться. Лучше всего будет, если вы оставите их на дальних подступах к объекту, а возвращаясь, подберёте. А на объекте эльф и гном погибнут. Какая жалость. При отступлении сделайте так, чтоб погоня вышла на наёмницу и её товарищей. Обратно пойдёте по нашей цепи. Пароли, адреса явок вам сообщат. Задача ясна?

— Так точно, — вскочил и вытянулся капитан, — Разрешите вопрос?

И дождавшись разрешающего кивка министра, продолжил:

— Я понял, что наёмницу и её спутников не следует задевать, но и оберегать, тоже не следует?

— Она вам нужна как проводник через лес, в боевых столкновениях ни её саму, ни её спутников не задействуйте, — сказал начальник разведки, — И если всё можете идти, завтра в шесть у восточных ворот.

— Что думаете, князь? — Спросил министр, после того как капитан вышел.

— Смертники, — пожал плечами начальник разведки.

— Да смертники, и есть некоторый риск во всей этой затее в свете контактов с графом Робертом, да князь не удивляйтесь, именно первым министром и главой всех разведслужб Федерации. Думаю, вам об этом уже пора знать. И если миссия удастся, то получим, неплохие козыри в переговорах с Черным Колдуном. А если нет, ну что ж, может, удастся стравить спецслужбы федерации и анкарру. Озаботьтесь, что б информация об участии наёмницы достигла кого надо в Федерации. А мы сделаем вид, что группа ушла до начала наших контактов с графом Робертом. И лично проконтролируйте выезд отряда.

— Ну, что скажешь? — спросил Колдун графа Роберта, — Вот она твоя политика, в лицо переговоры о сотрудничестве, а за спиной ножик точим.

— А это и есть нормальная политика, когда ножик за спиной. Кто ж упустит возможность подгадить другу-сопернику, тем более тогда, когда он об этом и не подозревает, — меланхолически заметил граф, — Я тоже для любезного князя кое-чего приготовил, как же без этого.

И граф изобразил «голливудскую улыбку», Колдун глянул и дёрнулся от неожиданности:

— Ты, это что?

— Это неотразимая улыбка политика, — самодовольно сказал граф, — Нравится?

— Если это был бы не ты, я подумал бы, что пришли на меня покушение делать. Что, ты тоже её перед зеркалом отрабатывал как чиновники королевства усталую мудрость? И как, усталая мудрость уже получается? — Ехидно спросил Колдун.

— Для политика, мудрость не главное. Главное это улыбка. Чаще улыбайся и будь проще и за тобой пойдут люди. А за мудрым ни кто не пойдёт. Политика — дело тонкое, главное не показать что ты самый умный. Ум только вредит успешному политику, — сделал неожиданный, но вполне закономерный вывод граф.

— Хорошо, что я не политик, — Колдун сделал вид, что вздыхает с облегчением, — Я простой и понятный всем, можно даже сказать, родной тиран и деспот. И, слава богам, что мне не надо соблюдать эти политические тонкости.

Колдун и граф засмеялись Они сидели в знакомом кабинете и наблюдали, как министр и начальник разведки проводили инструктаж командира команды, собранной для выполнения спецоперации. Наблюдали, глядя в хрустальный шар Колдуна. Граф с интересом досмотрел столь занимательную передачу и задал вопрос:

— А маги Академии так могут через свои шары подсматривать?

— Теоретически да. А практически у их шаров мощности не хватает. Шар ведь всё время подпитывать надо. Старый хрен, — Колдун кивнул в сторону молчаливо стоящего скелета в углу, — Жертвы постоянно приносил, а в Академии маги обходятся своими силами. А сил то вот сколько. — Он показал кончик мизинца.

— А ты?

-А я, ты видел шпили на замке?

— Да уж, понастроил, не замок, а ёжик в тумане. И всё время тучи над замком и из туч в эти шпили молнии постоянно бьют.

— А то! — Самодовольно улыбнулся Колдун, — Во первых — имидж повелителя бурь, а во вторых эти шпили — энерговоды.

— Что? — недоумённо спросил граф Роберт.

— Энерговоды! Молнии — это электрическая энергия и я её собираю.

— Как гномы? Но они собирают её в свои аккумуляторы, — граф, как бывший ученик мастера-искусника и нынешний глава разведслужб, знал обо всех последних технических достижениях, — Но в них же много не влезет!

— Это в гномьи свинцовые или кадмиевые, — снисходительно сказал Колдун, — У меня же, золотые кольца, а к ним заклинание глубокого охлаждения и быстрого скольжения, вот и получился аккумулятор на основе сверхпроводимости и с бесконечной ёмкостью.

— Бесконечной?

— Теоретически да, а практически ограничения есть, но мне хватает. Ты же только что убедился, — Колдун показал рукой на колдовской шар. Шар матово светился, уже ничего не показывая. Колдун протянул руку и щёлкнул выключателем. Шар погас. Колдун погладил его рукой и произнес, обращаясь к графу:

— Ёмкость моих аккумуляторов большая, но энергию беречь следует. Так что ты предполагаешь противопоставить этой команде приключенцев-диверсантов?

— Почему приключенцев? — Удивился граф.

— Лезут в Лес, значит, непременно найдут приключение на свою задницу, — хохотнул колдун, — Даже если поведёт их эта интересная наёмница — Альма. Кстати, не плохо было бы перевербовать и её, и её друзей.

— Уже работаем, — сказал граф, — Князь зацепил её, именно через друзей и их родных. У неё то самой никого нет. Я хочу предложить политическое убежище и, если понадобится, то и охрану и её друзьям и их родным. Думаю, она оценит такой жест доброй воли. Кстати, я так и не смог выяснить, откуда она здесь появилась.

— Интересно, интересно, — почесал кончик носа Колдун, — Откуда взялась, неизвестно. Через Лес ходит, как хочет и когда хочет. И ни кто ей не указ. А сама — анкарра, легендарное существо. Кстати, Роб, не вздумай применить к ней силовые методы.

— Да что я, не понимаю, — сделал вид, что обиделся граф, — Мы ласково, уговорами.

— А знаешь, что, — Колдун вскинулся от пришедшей в голову мысли, — Устрой-ка ты мне с ней встречу, когда она выйдет из Леса на территорию Федерации.

Отряд королевских агентов-боевиков и сопровождающая их с товарищами Альма, двигался через Лес уже почти целый день. От Кумбери до границы Леса сотню миль преодолели за три дня. Быстроте передвижения, в немалой мере, способствовал приказ всесильного начальника разведки — всем службам Объединённого королевства оказывать всяческое содействие отряду. Отряд продвигался Лесом по широкой тропинке, даже не тропинке, а скорее просеке, своей шириной напоминавшей переулки Кумбери. Впереди, парой, ехали наёмница и командир отряда капитан Шарки. За ними ехал в одиночестве гениальный аналитик Трамс. Ехать с ним рядом никто не хотел, что не мешало ему всё время оборачиваться и строить глазки следующим за ним наёмнику Дорну и эльфийскому снайперу Лувинаэлю. Дорн молча краснел и хмурился, эльф Лувинаэль не обращал внимания, он был выше этого. Затем шли, лошадь-тяжеловоз гнома Дронина, казалось, вёзшая кроме гнома ещё и целую гномью кузню, и легконогая лошадка наёмника Франка. За ними ехала пара сержантов, похожих как братья близнецы, прозванных — левый и правый, по занимаемому ими месту в строю. Замыкал колонну заместитель командира отряда, угрюмый лейтенант.

— Лес, Лес, ужасный Лес, — громко произнёс гном Дронин, — А где эти ужасы, день едем, и как на прогулке.

— Так Альма ж ведёт,— ответил Франк, — Ты вон съедь-ка с тропинки в сторону.

— И что будет? — насмешливо произнёс гном, — Загрызут страшные монстры?

— Проводница знает своё дело, — поддержал Франка один из сержантов, тот который левый.

— Кабы не она, уже б схарчили, — авторитетно заметил правый сержант.

Эльф обернулся и с неодобрением посмотрел на гнома, но ничего не сказал. Этот сын лесов был странно напряжён, с тех пор как въехали в Лес. Эльф всем своим видом показывал, что ему в этом Лесу не нравится.

Гном притих, а потом вполголоса спросил у правого сержанта:

— Что, были случаи?

— А как же, — обрадовался собеседнику правый.

— Барон фон Приан со всей дружиной, а это пятьдесят полнодоспешных рыцарей и сотня оруженосцев, только от опушки на милю в лес углубились, — поддержал разговор левый, — Так от барона только сапоги со шпорами и остались, а остальных прям с доспехами и схарчили.

— С железными? — Удивился гном.

— С железными! — Подтвердил правый.

— А сапоги-то чего оставили? — Спросил гном.

— Портянки дюже вонючие у барона были, — серьёзно ответил левый, — Даже монстры побрезговали.

— Во, во, — сказал Франк, покосившись на портянки гнома, торчащие из-под шнуровки сапогов, — А мы уже мили на две в Лес углубились, вот отойдёшь от Альмы, только на портянки и остаётся надеяться — авось лесные монстры побрезгуют, не съедят.

Гном с сомнением посмотрел на краешек своей портянки, торчащей из не плотно зашнурованного сапога. Зашнуровывать сапоги до конца ему было лень. Потом, подняв глаза на Фоанка, спросил:

— Вы то много раз в Лес ходили, и ничего с вами не случилось. Так почему с бароном-то произошло?

— Барон, дурак был, попёр, на силу понадеялся. Мы то с Альмой всегда ходили, но ни разу так далеко, как сейчас, в Лес не углублялись, — ответил Франк

Капитан, прислушивавшийся к разговору подчинённых, повернулся к наёмнице-проводнице:

— Я тоже слышал о прискорбном случае с бароном фон Прианом, и о том, что его отряд сгинул в Лесу. И если Лес столь неприступен, что никто не может более чем на полмили зайти в него, то откуда эти жуткие слухи о найденных, в миле от опушки Леса остатках отряда барона.

— Не верьте, капитан, что что-то нашли, — ответила наёмница, — Это всего лишь слухи. От отряда барона не осталось ни чего. Лес следов не оставляет.

Капитан скептически хмыкнул, посмотрев на яркую зелень окружающего Леса и полоску ещё голубого неба в просвете просеки над головой. Лес казался мирной и приветливой рощей.

Едущему вторым Трамсу, надоело только лишь строить глазки скачущим сзади, и он решил перейти к более решительным действиям. Повернувшись почти на сто восемьдесят градусов, он восхищённо произнёс:

— Ах, господин Дорн, какой у вас грозный и мужественный вид, я восхищаюсь вами с момента нашей встречи!

Дорн покраснел и нахмурился, но ни чего не ответил. Трамс продолжил атаку:

— Как бы я хотел с вами поближе познакомиться, и пообщаться, — он пошевелил пальцами в воздухе, — В неформальной, более близкой, я бы даже сказал, интимной обстановке.

Он так увлёкся, что отпустил поводья лошади, и лошадь, почувствовав свободу, сошла с тропы и попыталась шагнуть в Лес, потянувшись за сочной зеленью. Резкий порыв холодного ветра неожиданно ударил по отряду, сразу же потемнело. В сумерках, между угрожающе зашумевшими деревьями замелькали неясные тени. Где-то послышался многоголосый волчий вой.

— На тропинку! Идиот, — громко закричала Альма, — На тропинку, если жить хочешь.

Отряд остановился и сбился в кучу, воины схватились за мечи.

— Не гневайся на меня Лес! Привела я сюда чужаков не своей волей. Дай нам пройти, не будет от нас лиха и убытка тебе, Лес, — тихо зашептала наёмница, но все в отряде отчётливо услышали её слова. Некоторое время ни чего не происходило, потом Лес как будто вздохнул и стал успокаиваться. Альма повернулась к отряду и зло сказала:

— Это Лес! Забыли! Если хотите выбраться живыми, слушаться меня беспрекословно! — И уже спокойнее добавила, — Вои приедем на Поляну, там можно будет отдохнуть.

Посреди поля парадов стояла механическая конструкция, напоминавшая два магистральных паровоза поставленных рядом, да и размерами этот механический монстр не уступал этим паровозам с тендерами. Большая чёрная труба, в центре конструкции изрыгала чёрный же дым, с время от времени, появлявшимся пламенем. Из четырех труб, поменьше и расположенных квадратом вокруг большой трубы, помимо дыма и огня ещё вырывались струи шипящего пара. В открытые топки, находящееся в торце конструкции, люди, во множестве суетящиеся вокруг этого агрегата, забрасывали уголь и дрова. Множество рычагов, шатунов, колёс и колёсиков двигались, дёргались и крутились, придавая этому сооружению жуткий и даже угрожающий вид. На знакомой трибуне в полумиле от адского агрегата расположился король и королева Объединенного королевства со свитой. В свите присутствовали, помимо генерального сенешаля, сенешали родов войск, отдельных подразделений и служб, гражданские чиновники высших рангов. Один из них, генеральный конструктор чудо агрегата, давал пояснения:

— Мы видим действующую модель большого боевого глюкала. Эта модель не только действующая, но и изготовлена в натуральную величину. Эта модель, изготовленная в натуральную величину, предназначена для демонстрации принципа действия большого боевого глюкала...

— Ну, так покажите нам большое боевое глюкало в этом самом действии, — раздражённо сказал король, ему уже надоело многословие конструктора, и он хотел воочию увидеть как же это боевое глюкало действует, — Как оно работает?

Конструктор, указав рукой на чадящий и свистящий агрегат, с достоинством продолжил объяснения:

— Это действующая модель, она уже действует, но ещё не работает. То есть, мы можем увидеть теоретический принцип действия без применения его на практике...

— Так она стреляет или просто давит противника, — опять перебил конструктора король, ему надоели уже пространные объяснения главного конструктора, и он всё-таки хотел увидеть, что же это глюкало делает.

— О вид этой, этого глюкала ужасен, — наморщила носик королева, — Враг будет поражён насмерть.

— О да, ваше величество, один вид этого механического монстра способен поразить войска противника, они все умрут... От смеха, — сказал канцлер, которому уже давно надоела демонстрация этого чуда инженерной мысли. Вдруг, со стороны глюкала, раздался сильный хлопок, затем последовал свист, громкое шипение и дикие крики обваренных горячим паром людей.

— Вот, заработало, оно поражает не только своим видом, но и другими более серьёзными поражающими факторами, — кивнул в сторону окутанного паром глюкала канцлер, — И только своих. Чтобы чужие боялись и близко не подходили, а то ещё сломают что нибудь, и испортят это чудо конструкторской мысли.

Король гневно посмотрел на генерального конструктора:

— Почему только модель, и почему не работает? У нас война вот-вот начнётся, а новой боевой техники нет! Объяснитесь!

Ваше величество! — закричал перепуганный конструктор, — Смежники подвели, нужные комплектующие вовремя не получены!

Король кивнул на виселицу за трибуной:

— Смежники уже висят. И для основных исполнителей место найдётся.

— Ваше величество! Недостаток финансирования проекта не позволил нам в этой действующей модели, должным образом раскрыть нужные параметры, определяющие основную боевую составляющую факторов, способствующих полному раскрытию возможностей воздействия, приводящего к поражению и удалению из зоны боевых соприкосновений основных контингентов противника, на коих произведено влияние...

— Так будет она работать или нет! — Заорал рассерженный король, он ничего не понял из того, что жалобно вопил на одной ноте генеральный конструктор.

— Так недостаток финансирования, — опять заканючил конструктор — не позволяет...

— Хватит! Это я уже слышал! — Прервал стенания конструктора король, и повернулся к канцлеру, — Князь, друг мой, я поручаю вам это архиважное дело, нам нужно большое боевое глюкало, а не действующая, но не работающая модель, — король грозно посмотрел на конструктора, и продолжил:

— Именно так! Большое боевое глюкало должно быть готово к выступлению армии, делайте, что хотите, можете даже сварить заживо этого генерального конструктора и всё это его конструкторское бюро в кипящем масле!

— С удовольствием, ваше величество, — поклонился королю канцлер, — Непременно сварю! В кипящем масле, и соли добавлю.

— Зачем соли, — непонял король.

— А чтоб дольше варились, — пояснил канцлер.

Король удовлетворённо кивнул и повернулся к королеве:

— Дорогая, вы, наверное, заскучали, вам не интересны наши мужские дела?

Королева рассеянно кивнула, она прислушивалась к разговору канцлера и генерального глюкального конструктора.

— В каком объёме финансирование вам необходимо, что б закончить в срок этот агрегат, — спросил у конструктора канцлер, кивая в сторону чадящего и парящего глюкала. Генеральный конструктор на мгновение задумался и выпалил, побледнев от собственной наглости:

— Восемнадцать тысяч дублонов. [18]

Хорошо, вы их завтра получите, — кивнул канцлер, конструктор воспрял духом и его глаза алчно заблестели, а канцлер продолжил:

— Утром получите, и сразу же вокруг мастерских будет выставлена усиленная охрана, это чтоб вам не мешали и чтоб вы не на что не отвлекались. А если через две недели ваше глюкало не будет закончено, нет, варить я вас не стану, масла жалко. Я прикажу вас и всю вашу команду засунуть в топки этого глюкала, законопатить его и сбросить в лернейскоё болото. Можете быть свободны.

Генеральный конструктор спустился с трибуны и рысью побежал к своему слегка обваренному паром коллективу. Воспользовавшись тем, что король, что-то увлечённо обсуждал с группой своих сенешалей, королева тихо обратилась к канцлеру:

— Такая сумма денег, это плюс к той сумме, которую король выделил на разработку и изготовление этого уродца, — королева кивнула в сторону шипящего механического монстра, — И вы, князь, думаете, что эти проходимцы сумеют это достроить за две недели?

— О, нет! Они не придут завтра за запрошенной суммой, потому как это,— канцлер тоже кивнул в сторону конструкции и суетящихся во круг неё людей, — Достроить в принципе не возможно.

Королева удивлённо подняла брови:

— Почему ж вы не сказали королю? Ведь уже потрачены такие деньги!

— Вы же знаете, как трудно перечить королю когда он чем-то увлечён, а деньги... Этот повышенной проходимости конструктор больших боевых глюкал и его компания не явятся завтра за запрошенной сумой.

— Почему? — Ещё больше удивилась королева.

— Потому, что после того как они получит деньги, я поставлю охрану, которая будет иметь приказ — никого не выпускать из их НИИ ББГлюк [19]. А через две недели казню всех их за не исполнение приказа короля. Поэтому все они разбегутся сегодня, не ожидая завтрашнего дня. А мы завтра объявим их в всекоролевский розыск, и наш любезный князь Эдвин их всех переловит в течения дня, от него им не скрыться, он давно установил за ними наблюдение. И эти уже государственные преступники, поскольку он сбежали от выполнения королевского приказа, да ещё с королевскими деньгами, будут наказаны по всей строгости с конфискацией всего имущества. Так мы вернём все деньги, которые наш король, столь опрометчиво выделил этим проходимцам на их сомнительный проект. Все их счета в банке под контролем у разведслужбы нашего князя.

— Но гномы никому не выдают тайны вкладов в свои банки!

— Бывают исключения, князь бывает очень убедителен, — улыбнулся канцлер.

Отряд приключенцев-диверсантов шёл по Лесу уже четвёртый день. Особых происшествий не было, может потому, что случившееся в первый день так всех впечатлило, что наёмницу действительно слушались безоговорочно. Правда, на первой же ночёвке к лагерю вышел ужасный монстр весь покрытый иглами, когтями и клыками. Он вышел к лагерю, посверкивая своими пятью страшными желто-зелеными глазам. Отряд переполошился и выстроился в оборонительное каре, приготовился, если не защитится, то хотя бы, дорого продать свои жизни. Оставшаяся совершенно спокойной Альма, не прерывая ужина, сказала, что топотун не опасен и не нападёт. Ей не очень-то и поверили, вид зверя как раз говорил об обратном. Топотун рыкнул на приготовившихся к обороне диверсантов и сделал вид, что хочет напасть. Но остановился, посопел, посопел и ушёл, так как и пришёл — совершенно бесшумно. После ухода зверя, гном долго и задумчиво рассматривал свои сапоги, которые перед появлением зверя, он как раз снял, собираясь постирать портянки. Сапоги с повешенными на них портянками стояли на пути монстра к лагерю. Этот случай окончательно убедил его в чудодейственных оборонительных свойствах нестиранных портянок. И он перестал их стирать. Теперь с ним никто не хотел ехать рядом, и он ехал замыкающим.

— Капитан, ваш лейтенант напрасно рисует кроки нашего маршрута. Это Лес, через пол часа как мы прошли, этой тропинки уже может и не быть. Так, что по этим крокам вернуться вы не сможете, — обратилась Альма к капитану и, посмотрев на длинные тени деревьев, заметила — Скоро мы будем на Поляне.

— Уважаемая Альма, а как же вы находите здесь дорогу? — Спросил капитан. В ответ наёмница только пожала плечами. Отряд продолжил свой путь. Небо над головами было ещё ярко голубым, но в Лесу уже заметно смеркалось. Наемница неожиданно подняла руку, останавливая отряд. Замершие люди и не совсем люди увидели, как тропу переползали крокодилы. Крокодилы совсем не маленьких размеров были раскрашены во все цвета радуги, а некоторые из крокодилов слабо светились в сумерках.

— Что это? — шепотом спросил капитан.

— Крокодилы, — пожала плечами наёмница.

— Очень странно, — прошептал капитан.

— Конечно, странно, — согласилась Альма, — Крокодилы, и так близко от Поляны.

— Нет, этот их цвет, почему у них такой странный цвет.

— Цвет? — Переспросила наёмница, — Может у них новогодний маскарад.

— Новый год же не скоро!

— А кто их этих крокодилов знает? — Опять пожала плечами наёмница, — Может у них как раз сейчас новогодний маскарад?

Меж тем, шествие рептилий закончилось, и отряд двинулся дальше. Подъехав к довольно большому ручью, Альма сказала:

— Здесь можно будет набрать воды и напоить лошадей.

Ещё не много проехав, отряд выехал на маленькую лужайку под большим дубом. Сквозь поредевшие деревья впереди просматривалась большая поляна.

— Приехали, Поляна, — сказала наёмница,— Лошадей оставим здесь, дальше пешком.

— Не знаю, мы так далеко в Лес раньше не заходили, — заметив вопросительный взгляд одного из сержантов, пожал плечами Франк и поражённо уставился вверх. Там лавируя между деревьями, летела корова. У коровы были красивые стрекозиные крылышки. Корова, увидев отряд, замычала, явно приветственно.

— Эх, подоить бы! — Мечтательно сказала наёмница и, заметив направленные на неё удивлённые взгляды, пояснила, — У них молоко с мёдом, очень вкусное.

Шмяк! Это упала лепёшка от второй коровы, которую не заметили, глазея на первую.

— Хорошо, что коровы стаями не летают, — глубокомысленно произнёс Франк.

— Почему? — Поинтересовался гном.

— Потому, что когда их стая,— Франк посмотрел на лепёшку, — Не увернуться и не спрятаться, особенно в лесу.

— А пахнет почти так же, — сморщил нос левый сержант, глядя на по-прежнему торчащие из сапогов портянки гнома, — А может даже приятнее.

Альма расседлав лошадь, и сняв с неё дорожную сумку, быстро пошла к видневшейся поляне. Остальные, привязав лошадей, тоже поспешили за ней. Выйдя на поляну, приключенцы-диверсанты на противоположном конце увидели странное сооружение, напоминавшее избушку, поставленную на что-то похожее, на большие куриные ноги. И сама избушка сильно смахивала на сидящую курицу.

— Избушка, избушка стань ко мне...

— Задом! — Радостно перебил Альму аналитик Трамс.

— А входить как будешь... — Начала рассерженная Альма, но её опять перебил развеселившийся сержант, правый:

— Через задницу!

— Как всегда, — дополнил левый сержант, — Потому как он аналитик от слова ана...

— Нечего мне избушку мою беспокоить, — раздался скрипучий сварливый голос, — Не графья, чай, обойдёте!

Отряд обошёл избушку и по скрипучей лестнице без перил, все поднялись в горницу. Избушка внутри оказалась больше чем выглядела снаружи. В углу широкой горницы стояла печь, напоминавшая русскую, но с гораздо большими устьем и горнилом. В центре стоял большой стол, накрытый не первой свежести скатертью. Вдоль стен стояли лавки, на одной из которых сидели мальчик и девочка лет шести-семи. Оба пепельноволосые, оба одеты в шорты и футболки. Отличить девочку от мальчика можно было только по большому синему банту, на голове у девочки.

— И кого это нелёгкая принесла, на ночь глядя. Проходите, гости дорогие рассаживайтесь. — Приветливо проскрипела старуха, суетящаяся у стола. Гости начали рассаживаться по лавкам вдоль стен. Трамс сразу же подсел к детям со стороны мальчика. Альма вытащила из сумки два леденца ввиде петушков на палочке и отдала детям.

— Спасибо, Альма, — хором ответили дети, и начали увлечённо облизывать леденцы.

— И как тебя зовут, очаровательное дитя, — слащавым голосом обратился к мальчику Трамс.

— Ужин его зовут, а её завтрак, — сварливым голосом сказала перешедшая к печи старуха. Подошедшая к ней и заговорившая что-то тихим голосом Альма, отвлекла её внимание от гостей.

— Ужин, ах какое занимательное имя, — просюсюкал Трамс подвигаясь к мальчику. Капитан поморщился и хотел было что-то сказать, но тут мальчик оторвался от леденца и обвёл всех взглядом своих больших жёлтых с вертикальным зрачком глаз. Потом улыбнулся Трамсу, продемонстрировав два ряда острых зубов и лизнул леденец чёрным раздвоенным языком. Трамс побледнел и начал отодвигаться.

— Хватит рассиживаться, гости голодные, — проскрежетала старуха, обращаясь к мальчику, — Давай, садись на лопату!

Мальчик быстро сжевал леденец вместе с палочкой, после чего разделся, аккуратно сложив одежду на лавку. Подошёл к старухе и сел на подставленную лопату. Старуха открыла заслонку устья печи, оттуда пахнуло сильным жаром.

— Иииеэх, — Выдохнула старуха, задвигая лопату с мальчиком в печь. Вынув, пустую лопату, старуха закрыла заслонку. Запахло горелым мясом и паленой шерстью. Сидящие на лавках с ужасом смотрели на старуху, некоторые с трудом сдерживали рвоту.

— А я? — Тоненьким голоском обижено спросила девочка.

— А ты потом! — Рыкнула старуха.

— Я сейчас хочу! — Капризно надула губы девочка.

— Потом я сказала! — Опять рыкнула старуха, и тем же рыкающим голосом ласково обратилась к гостям, — Гости дорогие сейчас испечётся, мясца свежего отведаем, — и, закатив глаза, басом добавила, — С кровью!

После чего взяла кочергу и открыла заслонку. Мимо нее, сверкнув белыми ягодицами, промелькнула девочка и скрылась в бушующем пламени. Сидящие на лавках успели заметить, как вспыхнул и моментально сгорел синий бант, который девочка не успела снять. Гости с ужасом посмотрели на две горки аккуратно сложенной детской одежды. Ещё сильнее запахло горелым мясом и палёной шерстью. Еле сдерживая рвоту, Трамс рванул на улицу.

— Мы, пожалуй, не будем вас стеснять, — попытался изобразить вежливый поклон капитан, пятясь к двери, весь его отряд уже выскочил наружу вслед за Трамсом.

— Куда ж вы гости дорогие, а я хотела ещё вами баньку растопить, тьфу с вами, уже заговариваться начала, за одно и помылась бы! — Дребезжащим басом закричала им вслед старуха.

— Сидеть, — негромко приказала наёмница, попытавшимся было улизнуть из избушки Франку и Дорну.

— Сейчас, сейчас ужинать будем, — забормотала старуха, вытащила из раскалённой печи протвинь с вкусно пахнущим жареным поросёнком и поставила его на стол накрытый белоснежной скатертью.

— Что это? — Спросил, принюхиваясь, Франк.

— Раньше было маленькой свиньёй, а теперь жаркое, с лесными травками тоже принюхиваясь, ответила наёмница и, уже обращаясь к старухе, сказала:

— Ихха, мне кажется, с запахами ты перестаралась, откуда палёной шерсти взяться-то было?

— Зато проняло-то, как, — звонко засмеялась старуха.

В кабинете колдуна шло важное совещание. Об этом свидетельствовала на половину опустошённая бутылка вина столе и ещё пять пустых под столом. Совещались Колдун и его друг граф Роберт, первый министр и глава всех разведслужб Федерации.

— Ты меня уважаешь? — Поднял очередной серьёзный вопрос повестки дня Колдун. Ответить граф Роберт не успел, дверь распахнулась, и на пороге появился слуга викторианской внешности.

— Сколько раз тебе ... — Колдун попытался сфокусировать взгляд на слуге, — Чтоб без доклада не ик ...

— А если хочешь ик, — поддержал Колдуна граф Роберт, — То мог бы там под дверью, всё что тебе приспичило... Ик, доложить. И не отвлекать тут нас от важных дел!

Слуга с достоинством поклонился:

— Там, ваша милость, жертвы возмущаются.

— И что им надо? — Попытался нахмурить брови колдун.

— Волнуются, когда жертвоприношение начнётся? Они и в баню сходили, и накрасились, уже и оделись, вернее разделись, давно готовы и ждут.

— У нас тут... — начал граф, но замолчал, увидев как от сильного толчка в спину, слуга вылетел на средину кабинета. В кабинет ворвались пять рассерженных девушек, почти совсем раздетых.

— Мы... Нас... Три дня... В жертву... Когда? — Все разом громко и возмущенно заговорили девушки.

— Мааалчать! Я великий... У меня тут... — Попытался поймать ускользающую мысль Колдун, — У меня тут... Великий...

Девушки замолчали и восхищённо уставились на Колдуна. Колдун сумел, наконец, сфокусировать взгляд, взгляд сфокусировался и остановился на совсем полураздетых девушках. И Колдун смущённо попытался продолжить свою уже совсем ускользнувшую мысль:

— Ну, не великий у меня, а большой... — И услышав хмык графа Роберта, запутался окончательно, — Ну не совсем большой...

— Милые дамы, — пришёл на помощь своему другу граф, — Мы тут решаем важные вопросы, ик, безопасности и обороны страны. — Он с трудом оторвал свои глаза от раздетых девушек, и оторванные глаза переместились на пустые бутылки под столом. Граф сосредоточился и произнёс, глядя на эти пустые бутылки:

— Родина в опасности! Враг под столом... Эээ... У ворот!

— Да! — Подержал его, наконец согнавший часть мыслей в кучу Колдун, — Никаких жертв пока Родина в опасности! И не от кого, совсем, пока не победим...

— А как же традиция? Ведь надо ж соблюдать... Каждые три дня... Хотя бы по одной... — Опять хором заговорили девушки, жалобно глядя на Колдуна. Колдун беспомощно перевёл глаз на слугу:

— Арчибальд...

— Традиция это святое! Традиции надо чтить! — Мстительно изрёк слуга.

— На время военной опасности действия традиций приостанавливаются, вплоть до... Ик! — Попытался прийти на помощь граф, и решительно закончил:

— Приказ первого проконсула Федерации Свободных Государств!

— Какой приказ? — Удивлённо спросил Арчибальд, за всю его многовековую службу чёрным колдунам, традиции жертвоприношений чтились и никогда не нарушались.

— Приказ военного времени! — Граф посмотрел на часы, — Военное время два часа пополудни. Издаёшь приказ? — Он посмотрел на колдуна. Колдун победно обвёл всех взглядом, три раза. Первый раз он не смог разглядеть, второй раз — разглядел, но пьяный взгляд не смог остановиться, и пошёл на третий круг.

— Издаю! И чтоб комендантский час, ик! Ты! Немедленно! — Указал Колдун в сторону девушек и закончил свою мысль, — Каждая, комендантский час...

— Каждой комендантский час, итого три часа, комендантских... Обеспечить! — Чётко сформулировал мысль Колдуна ввиде приказа граф Роберт.

Колдун, наконец, остановив свой взгляд на слуге, грозно выдал:

— А теперь в зону!

— Какую зону, ваша милость? — Спросил запутанный полётом мыслей правителя и его министра испуганный слуга.

— В зону особого внимания! — Развил наконец-то пойманную мысль Колдун.

— Зачем? — Ещё больше испугался слуга, его повелитель бывал иногда очень грозен, когда ему пытались перечить.

— Там тропа! Полная опасностей и лишений! — Ещё больше воодушевился Колдун, — И мы на неё встанем и пойдём до конца. А кто не с нами, тот против нас, ик. Того мы лишим великого, то есть большого... Всего! И вас тоже, этого, самого... — Глядя на вновь оживившихся девушек, попытался закончить свою речь, явно снова потерявший свою мысль Колдун.

— Военная тропа, — снова пришёл на выручку Колдуну граф Роберт, — Долг призывает нас отбыть... Немедленно!

Схватив Колдуна поперёк туловища, граф потащил его на широкий балкон, даже не балкон, а террасу. На террасе сидели два оседланных дракона. Взвалив Колдуна поперёк седла, граф быстро привязал толи Колдуна к седлу, толи седло к Колдуну. И почти теряя последние силы, граф сам с трудом влез в седло своего дракона. И отвечая на вопросительный взгляд дракона, граф громко скомандовал:

— В район! Ик! По ревизии! На ревизию!

— Ик! — Подтвердил команду свесившийся со своего дракона Колдун.

Дракон недоумённо посмотрел на вышедшего слугу. Арчибальд пожал плечами:

— Повелитель собрался в район боевых действий, прямо на тропу, полную опасностей и лишений...

Драконы фыркнули, и раскрыв свои большие крылья резко рванули вверх. Арчибальд проводил взглядом быстро удаляющихся правителя и его верного министра, повернулся к растерянным девушкам:

— Быстро одеваться и работать, не знаю, кого из вас повелитель назначил комендантом, поэтому обеспечивать соблюдение комендантского часа и организовывать другие мероприятия военного времени придётся всем вам. — И благоговейно добавил, — Повелитель изволил начать войну!

Мерно махая крыльями, драконы летели над лесом. [20]. Наконец они увидели внизу тропу полную лишений и опасностей и резко спикировали вниз. От сильного встречного ветра Граф Роберт проснулся, и когда драконы приземлились, он снова был готов действовать. Быстро отвязав от драконьего седла Колдуна, он небрежным взмахом руки отпустил драконов. Потом, поставил Колдуна в вертикальное положение и громко провозгласил:

— Вот она тропа полная лишений и ик! И мы по ней пойдём!

— Пойдем, — согласился, Колдун не открывая глаз, ему было тяжело стоять, и очень хотелось спать

— До конца! — Радостно закричал граф.

— До конца! — С энтузиазмом подхватил колдун, он открыл глаза и увидел, куда можно прилечь подремать.

— И нас не испугают... — Хотел продолжить граф, но не почувствовав рядом Колдуна обернулся. Колдун, свернувшись калачиком, уже посапывал прямо на тропе полной лишений и опасностей. Граф Роберт пару раз качнулся и начал придирчиво выбирать место, где и себе можно будет прилечь, но тут на тропинку бесшумно вышел зверь. Он весь был покрыт когтями, иглами и зубами. Его пять глаз горели зловещим жёлтым огнем. Зверь грозно рыкнул. Колдун не открывая глаз, совершенно трезвым голосом громко сказал:

— Арчибальд! Я же говорил, без доклада не входить! И вообще, не беспокоить меня после жертвоприношения! Я устал! И вообще вон! А то распылю...

Колдун дрыгнул ногой, перевернулся на другой бок и громко засопел. Граф перевёл взгляд с Колдуна на зверя и недовольно проговорил:

— Арчибальд! Что за вид! Почему вы сегодня не бриты. — И наклонившись к самой морде зверя, дохнув свежим перегаром, доверительно сообщил, — И вообще, между нами говоря, у вас, Арчибальд, ужасно опухла рожа, я бы не советовал вам в таком виде показываться на глаза первому проконсулу!

После столь длиной речи, граф Роберт тоже улёгся на тропу и громко захрапел. Зверь помотал головой, прогоняя алкогольные пары, выдохнутые на него графом, но не прогнал. Его все пять глаз уже не горели жутким жёлтым огнём, а разбегались в разные стороны. Страшный зверь безуспешно попытался собрать разбегающиеся глаза, но ему это не удалось. Тогда он попробовал ещё раз рыкнуть, но на это раз рык получился тоненьким и обиженным, зверь громко топая заплетающимися ногами и подвывая, удалился в лес.

Приключенцы-диверсанты, выскочив из избушки на курьих ножках, со всех ног рванули на лужайку, где привязали коней. Отдышавшись, единогласно решили ночевать здесь. В избушке, конечно, комфортнее, но не в той же, где живёт ведьма. Сержанты разжигали костёр, лейтенант с гномом готовили крупу и вяленое мясо для каши, эльф отрешённо созерцал звёзды. Капитан командовал процессом, все были при деле. Понятно, что к ручью за водой послали Трамса. Аналитик, взяв котелок и подбодрённый напоминанием, что на Поляне безопасно, пошёл к ручью. Набирая воду, он ворчал:

— Безопасно, то безопасно, но в избушке-то пострашнее будет, чем в лесу.

— Разве? — Раздался мелодичный голос, Трамс поднял голову — прямо перед ним, на ветке склонившейся до самой воды, сидела обнажённая девушка. Она расчесывала свои, блестевшие в свете луны, сине-зелёные волосы длинными когтями. Девушка улыбнулась, похлопала своими шикарными ресницами и томным голосом спросила:

— Ну? И чего молчим? Язык проглотил, при виде моей не земной красоты, да?

— Я, я, я, — залепетал Трамс и, выронив котелок, вылил на себя воду, — Ой! Ой, ой, ой.

— А, — скривилась девушка, — Яой! Понятно. И не просто яой, а яойойой! Это, наверное, что-то особенное, очень большое, но вряд ли светлое. Тогда тебе по этой тропинке, там и будет тебе и яой и яойойой. Ну! — Грозно добавила она, махнув перед носом Трамса когтями. Бедный аналитик, забыв о котелке и воде для каши, со всех ног бросился по тропинке. Посреди лужайки, куда он выскочил, стоял джентльмен. На джентльмене был чёрный смокинг, белая манишка, белоснежные манжеты, но это всё было только выше пояса, ниже пояса не было ни чего. Нет, там было, но такое! Если б этого джентльмена показали по телевизору в мире Земля, то его бы показали сразу в двух телепередачах: — в передаче в Мире Животных, потому, что у него были поросшие шерстью козлиные ноги с копытами; А во вторй передаче — Очевидное-Невероятное он просто произвёл бы не бывалый фурор, размерами того, что показали бы. Джентльмен расплылся в улыбке и проблеял:

— Иди ко мне мой сладенький! Я так по тебе соскучился!

Трамс обозрел фигуру козлоногого, особенно то, что сильно выдавалось вперёд на нижней части и задрожал. А козлоногий протянув руки, начал приближаться к несчастному аналитику.

— Аааа, — заорал Трамс и рванул в обратную сторону. Но, пробежав метров двадцать, он выскочил на другую полянку, где стояли уже два козлоногих. Они оба пошли к перепуганному Трамсу, блея:

— Что ж ты, шалунишка, убегаешь, ты же хочешь!

— Хочешь, и молчишь!

— Мммм, — в ужасе замычал Трамс.

— Хочет и мычит, — проблеял один козлоногий.

— Так хочет, что аж мычит, — поправил его другой.

Трамс с криком развернулся и побежал в обратную сторону, но там его ждали уже три козлоногих. Так бегая по Лесу, аналитик выбежал на полянку, где козлоногих была целая толпа. Тут силы его оставили и он упал. Не в силах подняться, Трамс с ужасом смотрел на эту приближающуюся толпу. Козлоногие радостно блея, всё теснее и теснее обступали его...

Под деревом не дождавшись Трамса, решили уже пойти за ним. Но тут в Лесу, совсем не далеко, грозно рыкнул какой-то зверь. Рыкнул ещё раз, а потом жалобно завыл. Все сгрудились в кучу, выхватывая оружие. Только гном, быстро разувшись, достал из сапог свои портянки и замахал ими в сторону опасности. Портянками уже можно было ударить кого нибудь как палкой, потому что портянки уже не гнулись. В стороне, совсем противоположной той, куда направили свое оружие и портянки диверсанты, громко фыркнули. Там стояла обычная кошка, пепельного цвета [21]. Диверсанты-приключенцы сгрудились теснее и попытались вытолкнуть гнома с его портянками в сторону презрительно смотревшей на них кошки. Их испугала не масть кошки, а её размер. Кошечка была такая, что тигр рядом с ней выглядел бы котёнком. Кошка ещё раз фыркнула села и басом сказала:

— Маааууу!

Ветер шумел в вершинах деревьев, но внизу там, где среди стволов могучих великанов тянулся к восходящему солнцу зеленеющий подлесок, было тихо. По петляющей тропинке шла рыжая девушка. Она что-то весело напевала в такт мелодии льющейся из наушников плеера. Время от времени она протягивала руку и срывала с кустов сочные большие ягоды и, стряхивая утреннюю росу, с удовольствием их ела. Одета она была по походному в элегантный замшевый костюм от Риора, [22]. Два изогнутых, парных адаманитовых меча в наспинных ножнах, гитара в чехле и не большая сумка через плечо — вот и всё, что было у девушки из имущества. Легко перепрыгнув, через ручеёк она остановилась. Тропинку солидно пересекали, важно переставляя лапы, три большие лягушки. Девушка удивлённо подняла бровь. Первая лягушка была синего цвета в жёлтую крапинку, вторая раскрашенная в цвета радуги, ну а третья вообще как пожарная машина — ярко красная. У каждой лягушки вдоль спины, шел хохолок из шерсти того же цвета, что и она сама. Девушка дёрнула острыми ушками, и произнесла:

— Дед, твоя работа? Что это у тебя лягушки под панков косят?

— Да неужто я бы такое безобразие учинил бы, — раздался слегка дребезжащий голос из кустов, и на тропинку вышел почти сказочный персонаж, похожий на лешего и водяного одновременно, одетый в подобие тирольского костюма.

— Дед, плохо прячешься, я тебя ещё милю назад засекла, — улыбнулась эльфийка.

— А вот и нет! — Самодовольно подкрутил тут же выросший ус этот почти сказочный персонаж, — Я за тобой от самой опушки иду.

— А если от опушки, то чего не показался?

— А проверял, не увязался ли за тобой кто? Тут вот всякие лиходеи повадились, вот отваживаю.

— Всё на тех эльфов, что меллорны сажали, дуешься? — Засмеялась девушка.

— Да, что на них дуться, тёмные они, слабо образованные, хоть и элфы. Лес, говорят, у тебя аморальный, даже малоноры выражаются.

— Аномальный, а меллорны вырождаются, — поправила рыжая девушка и, протянув руку, сорвала с куста ягоду.

— Вот я и говорю, аморальный, где ж это видано, чтоб земляника на кустах росла и со сливу была размером. Да энти элфы ежели такое увидят, так враз на слюну изойдут.

— А я люблю землянику, а нагибаться за ней некогда, спешу я. Вот Лес и попросила. А что со сливу так ты ж за мной от опушки идёшь, — опять засмеялась рыжая эльфийка. И кивнув головой каким-то своим мыслям, спросила:

— Ты Малка давно видел?

— Неделю назад гостил. Лягух видела? Он им наплёл, что в Париже зелёное уже не модно надо другие расцветки носить. А белыми и пушистыми быть старомодно. Вот они модницами и заделались. Тьфу, срамота какая! — Встопорщил уже не усы, а усищи владелец тирольского костюма, — Велел тебе передать, что он будет ждать на перекрёске, на следующей неделе, время ты знаешь.

— Хорошо, — Кивнула головой рыжая эльфийка. Потом открыла сумку и достала оттуда пятилитровую ёмкость.

— Вот, это тебе. Извини, ракетного топлива достать не удалось, — эльфийка передала лесовику фляжку. Он открыл, понюхал, лизнул и тяжело вздохнул. Девушка улыбнулась и шутливо погрозила лесовику пальцем. Глянула вперёд и снова удивилась, чуть дальше, тропинку переползали крокодилы. Крокодилы были таких же весёленьких расцветок, как и лягушки.

— Это, что, тоже Малк постарался, — спросила девушка.

— Неа, это они мигрируют, — ответил лесной дед, пряча фляжку.

— А чего так разукрашены, — кивнула в сторону крокодилов эльфийка.

— Мигрируют, прошлый раз вот также мигрировали. И надо же такому было случиться, пересеклись с носорогами. Носороги их не заметили и потоптали маненько, носороги же плохо видят.

— Но это проблема не носорогов, а тех, кто у них на пути, — засмеялась девушка.

— Вот им и посоветовали, раскрасится в яркие цвета, видно у твоего Малка, охальника, набрались. — Сказал дед, и на не высказанный вопрос девушки ответил, — Ну, понятно кто. Кто ж тут ещё шастать может. Забежишь к ним на Поляну? Правда, там у них сейчас гости. Но тебе там всегда рады.

— Непременно зайду, — тряхнула рыжей головой девушка, — А что за гости?

— Да, Альма каких-то диверсантов привела, к Чёрному Колдуну ведёт.

— А зачем?

— Это ты у неё спроси.

— Спрошу. Пойдём на Поляну?— Спросила рыжая эльфийка лесного деда.

— Ты иди, я позже наведаюсь, — и как бы извиняясь, дед добавил, — Дела у меня тут ещё есть.

— Тогда я пошла,— кивнула головой эльфийка, и весело насвистывая, продолжила путь. Но она не прошла и полумили, как её внимание привлёкли всхлипы и поскуливания, перекрывающиеся невнятным бормотанием. Девушка осторожно раздвинула кусты. И замерла от неожиданности, на поляне толпа козлоногих, одетых как джентльмены — выше пояса, и с ужасающими размерами того, что ниже пояса, пытались стащить штаны с толстенького коротышки одетого как рейнджер Объеденённого королевства. Всхлипывал и поскуливал коротышка. Он уже не отбивался, и только несогласованность действий, не позволяла козлоногим довести свое занятие до конца. При этом козлоногие матерились как стадо сантехников. Рыжая эльфийка хмыкнула и поманила к себе пепельноволосого мальчика сидевшего на ветке дерева, на противоположной стороне полянки. Мальчик одним движением перемахнул всю полянку и оказался возле девушки. Привстав на цыпочки, он поцеловал её в щёку и сказал:

— Привет, Мора!

— Привет Дени! — Потрепала мальчика по голове эльфийка и, указав на творящееся на полянке безобразие, строго спросила, — Это что?

— Яой! И не просто яой, а яойойой! — Важно и гордо ответил мальчик и, указав на коротышку, добавил,— Он очень сильно хотел!

— Яой таким не бывает, — хихикнула девушка, сверкнув золотистыми глазами.

— А каким? — Тут же с любопытством спросил мальчик, и его острые ушки с маленькими кисточками на концах повернулись к эльфийке.

— Рано тебе ещё, — засмеялась рыжая девушка. Мальчик обиженно надулся. Эльфийка засунула руку в сумку и достала шоколадку:

— Держи, это тебе!

Мальчик, тут же забыв обиду, схватил шоколадку, развернул обёртку и увлечённо захрустел. Эльфика прислушалась к бормотанию козлоногих, подняв бровь, спросила у мальчика:

— А текст для этих, откуда взял?

— Дед с Мехом чинили ходовую избушки, ну и уронили бронеплиту на ногу Меху. Вот он такое и говорил. И ещё такое, — мальчик щелкнул пальцами и козлоногие на полянке заговорили громче, выдавая даже не трёх этажные построения, а уже просто небоскрёбы. Эльфийка покачала головой:

— Силён Мех, такого и я не слышала.

— Нравится? Я тоже такого ещё не слышал! — С восторгом кивнул мальчик. Девушка строго на него посмотрела:

— Не красиво маленьким взрослых подслушивать! Особенно когда взрослым бронеплита на ногу упала!

— Я не подслушивал! — Возмутился мальчик, — Мех так орал, что вся Поляна и её окрестности слушали, и я не маленький, я старше Меха!

— Для сеиссшесс ты ещё очень маленький. А где Найтин?

— Она дальше, под деревом, остальных пугает, пойдем, посмотрим?

— А этого так и оставим? За собой надо убирать! — Укорила мальчика эльфийка.

— Пусть сидит, мороки сами утром развеются.

— Так не интересно. Учись! — Эльфийка подняла руку и сделала пальцами вращательное движение. Козлоногие перестали выстраивать многоэтажные выражения, взялись за руки и повели вокруг хнычущего Трамса хоровод, при этом напевая:

— В лесу родилась елочка, в лесу она росла...

Этого Трамс вынести уже не смог, он закатил глаза и рухнул в обморок.

Утро, избушка на куриных ногах. Франк и Дорн проснулись от какого-то шума. Вечером Альма уговорила их остаться ночевать в избушке, а не бежать в лес от страшной ведьмы. Одновременно раскрыв глаза, они увидели суровую наёмницу, которая стоя у печки, пекла блины, давая пояснения девушке или скорее девочке лет четырнадцати-пятнадцати. [23]. Обе девушки были одеты в сарафаны. Рыжие волосы Альмы и пепельные девочки были подвязаны, чтоб не мешать процессу блиновыпекания.

— Вот, главное в меру налить теста, тогда блин получится не толстым и не тонким, а в самый раз. — Объясняла девочке тонкости приготовления блинов Альма.

— Не верю своим глазам, Альма в сарафане и печёт блины! — Громко воскликнул Франк, — Ты же не любишь готовить, а в женской одежде я тебя впервые вижу!

Дорн промолчал, но его вид показывал, что он тоже очень сильно удивлён. Девушки повернулись, у обоих были зелёные глаза, только у младшей зрачки были вертикальные. Альма улыбнулась и сказала:

— Проснулись, сони. Вставайте, завтрак скоро будет готов. И сходите пока, проверьте как там наши подопечные, живые ещё? Не померли от страха?

Глядя на неё сейчас, трудно было поверить, что это один из самых умелых и опасных бойцов королевства и федерации, так — обычная крестьянская девушка, хозяйничающая в своей избе.

— Если встретите Царапку и Пушистика скажите им, чтоб щли домой, скоро завтрак будет готов, — проговорила девочка мелодичным голосом.

— И не пугайтесь их,— снова улыбнулась Альма. И девушки снова занялись своим увлекательным занятием. Быстро одевшись, девушки деликатно отвернулись, наёмники вышли на улицу.

— Ты что нибудь понимаешь? — Спросил Дорна Франк. Дорн промолчал и в ответ только пожал плечами. Впрочем, Франку и не нужен был ответ, он привык, что его друг не очень многословен.

— Мне кажется, я понял, — продолжил Франк, — Вот куда Альма иногда пропадает на пару месяцев, здесь её дом, и сейчас она пришла домой.

Дорн опять пожал плечами и направился по тропинке в сторону стоянки отряда, Франк последовал за ним. Подойдя к ручью, они умылись, потом Дорн, набрав воды в котелок, потерянный Трамсом, осуждающе покачал головой и пошёл по тропинке к лужайке под большим деревом, где они накануне оставили лошадей. Слегка задержавшийся Франк услышал тихий смех, серебряными колокольчиками переливающийся над водой. Подняв голову, в поисках источника этого чарующего звука, он увидел удивительно красивую девушку, сидящую на низко склонившейся ветке. Её нежная светло-изумрудная кожа была прикрыта зелёными, почти синими волосам, служившими девушке одеждой. Незнакомка с интересом смотрела на Франка, он же, впервые в жизни не нашёл, что сказать понравившейся ему девушке.

— Я... — С трудом выдавил он из пересохшего горла. Девушка как-то грустно посмотрела на Франка, и тихо спросила:

— Яой? Тоже?

Франк энергично замотал головой.

— Да? А почему молчишь? — Задала вопрос незнакомка.

— Вы, вы прекрасны, — произнёс Франк пересохшими губами, — Прекраснее вас я ни кого ещё не встречал!

Девушка улыбнулась и спрыгнула с ветки.

Дорн вышел на лужайку под большим деревом и удивлённо замер. Приключенцы-диверсанты сбились в тесную кучу и, пытаясь, спрятаться друг за друга, как флагами размахивали кто портянками, кто носками. Судя по их внешнему виду, размахивали они долго, и уже подустали. Но как только интенсивность размахивания падала, лениво наблюдавшая импровизированную демонстрацию пепельная кошка, взбадривала коллектив махателей поощряющим урчанием, больше похожим на угрожающий рык. Но близко к диверсантам не подходила, ядрёный запах портянок и носков окружал махателей как кокон. Казалось, что для того, что бы до них добраться, этот кокон придётся рубить топором. Дорн с укором посмотрел на кошку. Кошка посмотрела на Дорна и, встопорщила усы. Неожиданно кошка насторожила уши и стремительным текучим движением исчезла с поляны. Никто не понял, в какую сторону она прыгнула. Диверсанты перестали махать и тяжело дыша, опустились на траву. Дорн указал на вещи аналитика. Гном всхлипнул и сказал:

— Нету больше нашего Трамса, схарчили дикие звери, всю ночь хруст от его косточек стоял. Мы сами вот, насилу отбились от страшной монстры.

Дорн поставил, принесенный им котелок с водой, и решительно углубился в чащу. Менее чем в пятидесяти метрах от стоянки диверсантов-приключенцев лежал в обмороке Трамс, но и при этом он жалобно подвывал. Эти подвывания и уловило чуткое ухо Дорна. Дорн поднял аналитика за шиворот и оттащил к остальным диверсантам. Потом приглашающее кивнул в сторону поляны с избушкой. Приключенцы дружно выразили своё не желание туда идти. Дорн пожал плечами, как бы говоря, что ж я предложил, а отказаться ваше дело, и направился обратно на поляну.

Мора и Дени тихонько подкрались к лагерю диверсантов-приключенцев. Выглянув из зарослей, они увидели забавную картину, напоминавшую одну из демонстраций верноподанейших чувств, которые проводились в Объединенном королевстве. Сгрудившись в кучу, диверсанты яростно размахивали как флагами кто портянками, а кто носками, усиливая стоявший в воздухе специфический запах. Мора удивлённо спросила:

— Чего это они?

— Нечисть и монстров отгоняют, три дня нестиранные портянки первейшее средство.

— А носки, что тоже?— Эльфийка показала на капитана.

— Тёмный и необразованный тип, — осуждающе сказал мальчик,— Не знает, что помогают только портянки, носки не помогают.

— Как только Найтин эту вонь выдерживает, — скривилась Мора и, не повышая голоса, позвала, — Найтин!

Кошка с места прыгнула в заросли, развернувшись в прыжке на сто восемьдесят градусов. Рядом с Морой приземлилась уже девочка, такая же пепельноволосая как мальчик и очень на него похожая.

— Здравствуй Мора! — Поздоровалась девочка, целуя эльфийку в щеку.

— Привет, Найтин! — Сказала эльфийка, — А что это вы оба по лесу голышом бегаете?

— Через реактор из избушки вылезли, — пояснил мальчик, — Он сейчас в холостом режиме, но всё равно там больше двух тысяч градусов. Одежда ж сгорит. Жалко.

— У меня твой бантик сгорел, синенький — пожаловалась девочка.

— Она его снять забыла, — наябедничал мальчик. Девочка обижено надула губки. Дени вздохнул и протянул Найтин свой наполовину сгрызенный шоколад. Эльфийка засмеялась и вынула из сумки вторую шоколадку и отдала девочке. Найтин быстро сняла обёртку и, тоже захрустела шоколадкой. А Мора достала голубую ленточку и быстро завязала в волосах девочки большой красивый бант.

— Я тебя люблю, — сказала девочка и поцеловала эльфийку в щёку. Мальчик тоже чмокнул Мору в щёку с другой стороны:

— И я тебя люблю.

— А я тебя люблю сильнее, — ещё раз чмокнула эльфийку девочка.

— И я тебя люблю сильнее, — не отстал от девочки мальчик.

Около избушки две девушки в сарафанах, одна рыжая другая пепельноволосая, накрывали на стол. Завтракать они решили на улице, для чего вынесли плетёный стол и такие же стулья. От этого занятия их отвлекла вышедшая из Леса троица. В центре быстро шла рыжая эльфийка, а по бокам подпрыгивая, почти бежали мальчик и девочка.

— Здравствуй Мора, — поздоровалась Альма и, рассмотрев пришедших, всплеснула руками и воскликнула, — Как же так можно измазаться!

— Привет, Мора! — Сказала старшая девочка, не одобрительно рассматривая вымазанных шоколадом детей и тем же шоколадом зацелованную Мору.

— Любят они меня, — серьёзно сказала эльфийка и, рассмеявшись, добавила, — Сильно и ещё сильнее.

— Тебя все тут любят, — кивнула головой старшая девочка и, посмотрев на детей, строго добавила, — Ну как так можно есть, что даже попа в шоколаде вымазана была? А ну быстро пошли мыться!

— Давай я с ними пойду, да и сама тоже искупаюсь, — предложила Альма. Она повела детей в Лес к большому ручью. Большой ручей, вернее небольшая речка, протекал в Лесу на противоположной стороне Поляны, и впадал в большую Реку милей ниже.

Пока Альма мыла детей, эльфийка тоже умылась. Потом, Мора повела к избушке вымытых и одетых детей, мальчик и девочка снова начали признаваться эльфийке в сильной и ещё сильнее любви. Подождав пока удаляющаяся компания скроется за деревьями, Альма разделась и, с разбегу бросилась в воду. Наёмница немного поплавала в ледяной воде, то, что вода ледяная ей даже нравилось. Вдоволь наплескавшись, Альма направилась к берегу. Она почти вышла из воды, когда увидела идущего к воде молодого человека в чёрном, с серебряным шитьём, костюме. Молодой человек быстро приближался, шустро перебирая руками и ногами, так как шёл он к воде на четвереньках. Это так удивило Альму, что она позволила этому молодому человеку приблизиться к берегу. Впрочем, он не обратил на наёмницу никакого внимания, а может, просто не заметил. Добравшись до воды, юноша с радостным стоном погрузил лицо в воду, сделать ему это было очень легко — шёл то он на четвереньках, и счастливо забулькал. Потом он поднял голову и посмотрел на девушку. Альма уже было собралась наказать нахала, как юноша резко опустил голову в воду. Потом поднял голову из воды и снова плюхнул обратно. И так повторил несколько раз.

— Сумашедший какой-то, — решила девушка, и немного отступила назад, — А может самоубийца, хотя для того чтоб утопится надо зайти поглубже, а чтоб разбить голову — воды многовато, да и дно покрыто мелкой галькой.

А молодой человек с энтузиазмом продолжал свои странные действия. А по тропинке из леса вышел ещё один молодой человек одетый более роскошно. Его шикарный, хотя и несколько помятый, костюм был покрыт золотым шитьём с бриллиантами. На голове у него было, лихо сдвинутое набок, воронье гнездо.

Колдун проснулся и открыл глаза. Над ним раскинулось голубое небо с белыми облаками.

— Что-то это мне напоминает, — простонал Колдун, — И воздух свежий, наконец, то систему кондиционирования отладили. Только почему кровать такая жесткая и во что это я одет?

Он повернул голову и увидел зелёные кусты. На это действие голова отозвалась болью и обрывками каких-то странных воспоминаний. Страшно хотелось пить. Колдун услышал невдалеке плеск воды и попытался подняться на ноги. У него это не получилось. Пить захотелось ещё сильнее. Тогда он пошёл к воде, не вставая на ноги. Но, даже передвигаясь на руках и ногах, он отметил некоторое покачивание тропинки. Добравшись до воды, он с наслаждением погрузил в неё своё лицо. Сделав пару глотков, он поднял голову и увидел в воде чьё-то отражение. Подняв взгляд выше, он задохнулся от восторга, перед ним стояла богиня. Её тело, будто высеченное из бело-розового мрамора было совершенно, её густые распущенные волосы играли на солнце всеми оттенками червонного золота. Колдун попытался встать на ноги, чтоб поприветствовать явившееся к нему божество подобающим образом, но его рука поскользнулась на скользкой речной гальке, и он плюхнулся лицом в воду. Раздосадованный Колдун попытался снова встать, но тут поскользнулась вторая рука. И в третий раз многострадальная рука поскользнулась. И четвертая, как и пятая попытки, встать потерпели неудачу.

Граф Роберт проснулся от странных, но смутно знакомых звуков.

— Несомненно, птицы, но как-то странно поют, — недовольно пробормотал граф и открыл глаза. Над ним сидела и возмущённо каркала ворона. А на тропинке он увидел резво удаляющегося колдуна, вернее его заднюю выступающую часть, поскольку колдун как-то странно передвигался — на четвереньках. Граф Роберт пошарил вокруг себя, нащупал свою шляпу отметив, что она какая-то необычно колючая, одел её и медленно и осторожно поднялся на ноги. Очень осторожно граф пошёл за колдуном, осторожно потому что каждое движение вызывало ужасную боль в голове. Ворона сидевшая на дереве ещё пару раз возмущённо каркнула и, подобрав с земли шляпу графа Роберта, успокоилась, видно сочтя это равноценной заменой сбитому с дерева недостроенному и похищенному гнезду.

Граф Роберт вышел из за деревьев и поражённо замер. Он увидел богиню, стоящую в лесной речушке. Его аналитический и почти трезвый ум политика сразу определил основные признаки, определяющие божественность незнакомки. Во-первых — девушка была очень красива. Во-вторых — она была совершенно одна в лесу и полностью обнажена. И, в-третьих — перед ней на коленях стоял колдун и энергично отбивал поклоны, поднимая при этом тучи брызг. Граф сорвал с головы свою шляпу и склонился в учтивом придворном поклоне. Но шляпа, неожиданно рассыпаясь какими-то мелкими прутиками, выскользнула из рук. Пытаясь её поймать, граф резко наклонился вперёд и упал на колени. Решив, что ему этим ниспослан знак свыше, подсказка как надо поступать в присутствии богинь, он тоже с энтузиазмом начал отбивать земные поклоны.

Альма с удивлением смотрела на двух придурков, стоящих перед ней на коленях и энергично кланяющихся. Что бы это значило — подумала она. Но тут тот из придурков, который был ближе к ней перестал кланяться, окончательно погрузившись в воду что-то забулькал. Девушка схватила его за шиворот и, выволокла потенциального утопленника на берег.

— Хм, Альма, ты, что это здесь мужиков собираешь, которые тебе сперва кланяются, а потом от твоей красоты топиться начинают, — сказал выходящий из кустов красавец мужчина, одетый в тирольский костюм.

— Дед! Ну что это в Лесу творится! Какие-то придурки искупаться не дают, к девушкам пристают! — Возмущённо заговорила Альма.

— Вот я и пришёл разобраться, кто это такие и откуда взялись.

— И как это их твоя хвалёная охранная система пропустила.

Владелец тирольского костюма внимательно оглядел молодых людей и хмыкнул:

— Кажется, я знаю кто это. И охранная система сработала. Она вчера их опознала как полуживые объекты, мало похожие на людей. Вот и не подняла тревогу.

— Ладно, Дед ты тут разбирайся,— сказала Альма и скрылась за кустами.

Граф Роберт перестал отбивать поклоны и попытался встать. Это действие превысило критическую массу и, его голова взорвалась. Осколки головы разлетелись в разные стороны. Импозантный мужчина покачал головой, естественно своей, сунул руку в кусты и достал оттуда большую стеклянную запотевшую кружку с янтарной жидкостью внутри. Сверху кружку накрывала белая пена. Мужчина вложил кружку в руки графа. Роберт одним глотком выпил пол кружки, его голова стала собираться обратно. Когда он допил, голова уже была в норме. Одетый в тирольский костюм, достал такую же кружку и для Колдуна, который начал подавать признаки жизни. Граф Роберт уже совсем пришёл в себя, голова его тоже уже была на месте и почти не болела. Он обозрел окрестности и его взгляд остановился на тирольском костюме.

— Спаситель наш! Благодетель! Отец родной! — Горячо начал граф, Колдун уже встал на ноги и присоединился к графу:

— Большое спасибо! Вы нас просто спасли! А не подскажите, где мы сейчас находимся?

— В Лесу, касатики, в самой его серёдке. А не поведаете ли, болезные мои, чего это вы сюда полезли, и как сюды попали-то? — Спросил владелец тирольского костюма.

— Мы летели, то есть прилетели на драконах, — начал вспоминать колдун, — А куда и зачем? — он развёл рукам.

— На тропу, военную, полную опасностей, а вот действительно, зачем? Наверное, воевать, вот только с кем? — Граф помнил больше, но всего и он не смог вспомнить.

— Воевать нам здеся не надобно, а вот опасностей вам устроить могём, — сказал их собеседник. И тут до колдуна дошло, где они с графом оказались. Он растерянно огляделся, и спросил:

— Как в Лесу? Сюда ж ни кто не может проникнуть! Что нам теперь делать? И как отсюда выбраться?

На тропинку вышла Альма, уже одетая и причёсанная. Колдун, увидев её, снова рухнул на колени и заговорил, обращаясь к девушке:

— О, прекрасная Богиня, не гневайся на нас, мы не хотели, мы случайно, и теперь просим пощады и готовы искупить свою вину! И с радостью примем любое наказание которое вы нам назначите!

Роберт с сомнением посмотрел на почти крестьянский сарафан девушки, совсем не похожий на божественные одеяния. По крайней мере, одежды богов на храмовых изображениях выглядели несколько иначе. Но, не смотря на свои сомнения граф тоже, на всякий случай, упал на колени и попытался поклониться, но вновь наполненную кружку из рук не выпустил.

— Первый раз вижу, как земные поклоны отбивают с кружкой пива в руках, — засмеялся достаточно молодой мужчина, которого девушка почему-то называла дедом. — Вот, Альма у тебя и почитатели появились, или скорее верующие. Скажи им что-нибудь, подобающее моменту.

Альма смутилась и попыталась поднять с колен колдуна, но он не поддался. Тогда Альма схватила его за шиворот, подняла и слегка встряхнула. Поставила на землю и сказала:

— Я не богиня, я простая наёмница, состою в гильдии наёмников, зовут меня Альма, — и заметив попытку колдуна снова встать на колени, строго сказала, — И не смейте тут вставать передо мной ни на какие такие колени! А то вон на дерево повешу!

И наёмница ещё раз встряхнула Колдуна, он ошалело помотал головой и с жаром проговорил:

— Альма? Просто наёмница? О нет! Вы Богиня! Самая прекрасная!

Граф Роберт понял, что девушка не богиня, но с колен не встал и на всякий случай допил пиво. Молодой дед хмыкнул, забрал у Роберта пустую кружку и приглашающее махнул рукой:

— Ладно уж, пошли на Поляну там разберёмся, что с вами делать.

Перед избушкой на Поляне завтракали. Ели блинчики, испечённые Альмой и старшей девочкой, пили чай из большого пузатого самовара и молоко, от летающих коров, которое принес в двух кувшинах одетый в тирольский костюм мужчина. На столе, кроме самовара, кувшинов с молоком и большой миски с блинчиками, стояли ещё вазочки с черничным, земляничным и брусничным вареньем. За столом сидели: Мужчина в тирольском костюме, Альма, Старшая девочка, рыжая эльфийка, Найтин и Дени, граф Роберт, как всегда немногословный Дорн и Колдун. Девушки тихо переговаривались о чем-то своём, одетый в тирольский костюм усердно угощал всех молоком. Колдун почти не ел, он не сводил восторженного взгляда с Альмы. Дорн не отказывался от молока и с удовольствием его пил. Граф Роберт пил чай и пока с успехом уворачивался от брызг варения, летевших из блинов свёрнутых в трубочки, которые ели дети. Найтин и Дени чисто вымытые, но уже перемазавшиеся всеми тремя видами варенья, увлечённо мазали этим вареньем блины и сворачивали их в трубочки, так, как на свою голову и свой костюм, научил их граф Роберт. Мальчик обратил внимание на задумчивого Колдуна и спросил, обратившись к графу Роберту:

— Яой?

— Нет, это любофф,— авторитетно заявила девочка.

Граф, обрадованный тем, что внимание детей переключилось на менее безопасный объект, чем блинчики с вареньем и, больше не надо уворачиваться от брызг, решил отвлечь детей умной беседой, глубокомысленно сказал:

— Любовь бывает разная.

— Какая? — Уши детей синхронно повернулись к графу.

— Бывает платоническая, а ещё бывает политическая, — и, видя неподдельный интерес своих слушателей, продолжил, — Это любовь электората к партии политиков, ну и, соответственно, наоборот.

— А кто такой электорат? — спросил Дени.

— А кто такая партия? А она красивая? — спросила Найтин.

— Партия, это объединение политиков, — снисходительно объяснил граф Роберт и, заметив непонимание своих слушателей, показал на взлетающую над Лесом стаю громко галдящих ворон, — Примерно такое.

— Ааа, — протянул мальчик, и тоже посмотрев на стаю хищных птиц дерущихся за свою добычу, добавил, — Партия — это хищная стая политиков, когда они делят свою добычу.

— А электорат? — Спросила девочка, разочарованная тем, что партия совсем не красивая, а скорее наоборот.

— Электорат, выбирает политика в лидеры, вожди, так сказать. Без электората политика теряет смысл! — Поучающе поднял палец вверх граф Роберт.

— Без электората политикам скучно,— хихикнула Мора, она тоже с интересом слушала рассуждения графа.

— А как электорат узнает, какого политика надо выбирать, — спросил Дени.

— Политик должен соответствовать, — важно изрёк граф Роберт, и вновь увидев на лицах слушателей непонимание, пояснил, — Политик должен любить свой электорат...

— А как? — Тут же хором спросили дети.

— Намного активнее, чем электорат любит своего политика, и с отеческой улыбкой, это непременное условие! — И граф продемонстрировал фирменную улыбку политика. За столом сразу стихли разговоры, все посмотрели на графа. Дети тут же попытались повторить улыбку графа, но даже удлинившиеся клыки, горящие жёлтым огнём глаза и выпущенные внушительные когти не дали того эффекта. Разочарованная результатом своей попытки улыбнуться улыбкой политика, Найтин подцепила когтями свёрнутый трубочкой блин. Блин лопнул и обрызгал графа земляничным вареньем. Граф этого не заметил, он увлечённо продолжал:

— И когда политик активно любит свой электорат, электорат преклонит перед ним свои колени и будет готов ради своего вождя...

Дени понимающе кивнул и щёлкнул пальцами. Рядом со столом возникла очень натуральная картина. Политик с лицом графа Роберта активно любил коленопреклонённый электорат. Электорат, почему-то был с лицом Дорна. У политика костюм был забрызган вареньем, которое смотрелось как запёкшаяся кровь. Картину дополняла капающая с уголка рта политика, застывшего в фирменном отеческом оскале, зелёная ядовитая слюна. Граф, увидев эту картину, поперхнулся и замолчал. Мальчик, слегка склонив голову, удовлетворённо произнёс:

— Яой! Нет, яойойой. Яойойой — это политика, — и скопировав интонации голоса графа Роберта, поучающее добавил, — Большая политика!

За столом наступила мёртвая тишина, все поражённо застыли, созерцая вполне материальную иллюзию. Тишину нарушил грозный крик, даже не крик, а рык мужчины в тирольском костюме:

— Ты чему мне это, мальцов учишь! Охальник! Мало мне лягух и крокодилов раскрашенных! Так тут ещё один выискался, политик на мою голову...

— Дед он же не со зла. Он же поделиться своими глубокими знаниями хотел. — Засмеялась рыжая эльфийка.

— Да уж не со зла, все они не со зла, а потом разгрести не получается... Политики недоделанные... — Остывая произнёс дед.

Старшая девочка, укоризненно покачав головой, щёлкнула пальцами, развеивая иллюзию.

— А что, очень поучительно получилось. Надо было бы это сохранить и показывать перед выступлениями наших политиков и других государственных мужей, — засмеялась Альма. Колдун кивнул головой, продолжая так же с восторгом смотреть на Альму. Девушка нахмурилась и сказала, обращаясь к Колдуну:

— Ну, что ты так на меня смотришь, тебе же объяснили, что я не богиня. Я обычная наёмница и этим зарабатываю свой хлеб.

Колдун достал из воздуха роскошный букет из роз и молча протянул их девушке. Девушка взяла букет и смущённо спросила:

— Это мне?

Колдун также молча кивнул. Альма полюбовалась букетом и произнесла:

— Красивые. Жаль будет, когда завянут. А давай их посадим у избушки. Поможешь?

Колдун снова молча кивнул, и они, поднявшись, пошли к избушке.

— Это любофф, — сказала младшая девочка. Все посмотрели на неё. А она смотрела совсем не в ту сторону, куда пошли Колдун и Альма. Она смотрела на опушку. Там взявшись за руки, шли Франк и бледно-синяя девушка. Он направлялись к сидящим за столом.

— Вот, у них и наступил брачный период... — серьёзно сказал мальчик. Девочка дёрнула его за руку, и он замолчал. Подошедшие Франк с девушкой остановились у стола. Франк опустился на одно колено и произнёс:

— Наки! Я отдаю тебе своё сердце и прошу твоей руки! Наки будь моей женой!

— Я согласна, — тихо ответила сине-зелёная девушка.

— А я что говорил, — громким шёпотом произнес мальчик. Девочка ещё раз дернула его за руку и укоризненно на него посмотрела. Мальчик быстро намазал вареньем блин, аккуратно его свернул и протянул девочке, она, благосклонно кивнув, взяла блин.

— Достоин ли ты, быть мужем нашей Наки, — громко спросил обладатель тирольского костюма.

— Я буду очень стараться,— ответил всё также стоящий на одном колене Франк.

— Дед он достоин. Я его люблю, — сказала Наки.

— Лубофр, — удовлетворённо кивнула головой с набитым ртом младшая девочка.

— А к ужину будут дети, — сказал мальчик и от полноты чувств, показал клыки и выпустил когти. Рыжая эльфийка захихикала:

— На завтрак блины, на ужин дети, ма-аленькие.

На мальчика уставились, кто с недоумением, а граф Роберт и Дорн со страхом. Мальчик пояснил свою мысль:

— На рассвете познакомились, за завтраком свадьба, теперь главное не терять темп...

Девочка снова дёрнула его за руку. Мальчик вздохнул и начал быстро сворачивать ещё один блин с вареньем.

За избушкой наёмница и Колдун разбивали клумбу. Они сажали розы. Посадить срезанные розы, так чтоб они прижились и продолжали цвести — трудная задача. Но колдун справился. И даже сажая розы, Колдун продолжал смотреть на наёмницу.

— Ну, что ты так на меня смотришь, ну не богиня я сколько раз тебе об этом говорить, — Проговорила Альма. Нельзя сказать, что ей не нравилось такое внимание со стороны Колдуна, только немного смущало, тем более что Колдун ей тоже был симпатичен. Она вздохнула и продолжила:

— И я не из высшего света, я... — она хотела сказать — простая наёмница, но набравшийся смелости Колдун выпалил:

— Я знаю, вы анкарра!

Сразу напрягшаяся и посмурневшая Альма тихо проговорила:

— Да я анкарра, и какое это...

— Для меня это не имеет никакого значения, вы мне очень нравитесь, и я не смею даже надеяться... Вы не знаете... Ведь мною пугают детей, я тоже... — Горячо и сбивчиво заговорил Колдун.

— Знаешь, давай на ты. Мне так удобнее. — В свою очередь, перебила Колдуна Альма. — Да я знаю кто ты. Ты — великий Чёрный Колдун, первый проконсул Федерации Свободных государств, но мне на это наплевать. А детей пугают именем твоего предшественника.

И она протянула Колдуну руку. Колдун схватил её руку и попытался поцеловать, но Альма сильно сжала руку Колдуна и сказала:

— Не надо! Я не знатная леди. Я безродная сирота-найдёныш. И ты мне тоже нравишься, но не будем спешить.

-Альма! — Сказал Колдун, в свою очередь, сжимая её руку, — Меня зовут Марат, для тебя просто Марат.

Вот! Я же говорю — любофф, — радостно закричала девочка, увидев выходящих из за избушки и держащихся за руки Колдуна и наёмницу. Мальчик, сворачивающий очередной блин, хмуро буркнул:

— Брачный период!

— Пушистик, Царапка! — Укоризненно сказала старшая девочка.

— Злючка, мы больше не будем, — хором ответили мальчик и девочка.

— И что мы будем, касатики, с вами делать-то? — Спросил мужчина в тирольском костюме, обращаясь скорее к Альме чем к Колдуну и графу

— Нам надо на территорию Федерации, — сказал граф Роберт.

— Я их с собой возьму, — ответила Деду Альма, не отпуская руку Колдуна.

— А ты это как аргументируешь перед своими террористами-диверсантами, — кивнул головой дед в сторону Леса, где на полянке под большим деревом страдали упомянутые террористы.

— Скажу, что наткнулась в Лесу на охотников возвращающихся домой.

— Какие в лесу охотники! — Поднял удивлённо брови Дед.

— Разрешаешь же ты заходить в Лес травникам, знахаркам, так почему бы не быть охотникам, некоторым избранным? — Альма хитро посмотрела на деда в тирольском костюме.

— Ох, внучка, создаешь ты мне прецедент, — Сокрушённо покачал головой Дед, и обратился к Колдуну и графу:

— Вот, Альма за вас попросила-то, так тому и быть. Вы ужо её не подведите, а то я вам тады-то не спущу!

Колдун и граф закивали головами, Колдун кивал чаще и интенсивней. Мужчина в тирольском костюме тоже пару раз кивнул головой, благосклонно. Альма и Колдун, продолжавшие держаться за руки сели за стол рядышком.

Граф Роберт тихо спросил у рыжей эльфийки показывая на мужчину в тирольском костюме:

— А что это вы этого гм, мужчину, Дедом зовёте, он же ещё молодой?

— Мужчина в полном расцвете сил, — засмеялась эльфийка, — Хранитель леса выглядит, так как хочет, и одевается, так как ему хочется одеться. А почему Дед, так он ровесник этого мира, а может быть и старше.

— А почему у них такие странные имена? — Кивнул в сторону пепельноволосых детей любопытный граф. Эльфийка пожала плечами и ответила:

— Это не имена, это позывные пилотов звена палубных истребителей адмиральского курьера «Лесная волшебница».

— Пилоты? Палубные истребители? — Непонимающе переспросил граф.

— Пилот, обычно офицерская должность, звание не ниже второго лейтенанта. У Пушистика, кстати, звание капитан-лейтенант. Впрочем, забудь, это долго объяснять.

Граф, глядя на перемазанных вареньем детей, растерянно проговорил:

— Лейтенант, капитан-лейтенант, но как! Они же дети!

— Потерявшиеся дети, — грустно проговорила рыжая эльфийка, и после небольшой паузы добавила, — Дети которым несколько тысяч лет и которые ещё будут детьми несколько тысяч лет.

Граф задумался, эльфийка повернулась к старшей девочке и сказала:

— Ихха, одолжишь мне свою ступу, мне надо на Перекрёсток.

— Конечно, бери Мора,— ответила старшая девочка и, посмотрев на детей, добавила, — Если встретишь Инэллину, передавай привет. И скажи ей если надо...

— Да! Да! Мы всегда готовы, — радостно закричали Дени и Найтин.

Звёздная система тринадцать сто пятьдесят четыре не обладала планетами пригодными для жизни. Планет, скорее планетоидов было всего три, но зато в системе присутствовал мощный астероидный пояс. Да и звезда системы — красный карлик не представляла собой, что-нибудь особенное, — обычный красный карлик. Но эта система обладала одним несомненным достоинством — она находилась на пересечении звёздных трас. Это было место промежуточного выхода кораблей из гипера, точка корректировки координат перед следующим прыжком. Этими двумя обстоятельствами: непригодностью системы для колонизации и удобством её расположения, воспользовалась мегакорпорация Галактическая Индустриальная Группа — ГИГ. Корпорация купила у правительства Союза Свободных Суверенных республик последнюю из боевых станций, оставшуюся после войны с Империей. Надо сказать, что ту войну Союз проиграл и, по условиям мирного договора, должен был уничтожить все тяжёлые корабли и боевые станции. Но утилизировать такого монстра стало бы в немалую копеечку. Поэтому правительство Союза с радостью продало недостроенную станцию ГИГу, тем более что хитрые дельцы корпорации официально перешли под юрисдикцию Империи, так что статьи мирного договора о репарациях формально были соблюдены. Корпорация быстренько перегнала станцию в систему тринадцать сто пятьдесят четыре, и объявила её своим транспортно-торговым терминалом. Эта была третья боевая станция СССР. Первая была уничтожена имперским флотом в битве в системе Вирана. Вторую, тоже недостроенную, забрал себе имперский флот.

Стации были похожи на морских ежей. В центре бронированное ядро диаметром в три мили и иглы, являющиеся основанием для боевых платформ. Ядро боевой станции, как и любой военный корабль, да и не только военный, защищалось силовым отражающим полем, по своей сути являющимся сложной комбинацией из различных полей от обычного электромагнитного до отталкивающего гравитационного. Наступательным вооружением являлись мезонные орудия различных калибров, стрелявшие сгустками мезовещества закапсулированного в поле подобное силовому отражающему. При попадании в материальный объект поле разрушалось и происходило искажение пространства сопровождаемое ещё и взрывом мезовещества. Если же цель была прикрыта защитным полем то более слабое поле снаряда поглощалось сильным защитным, с разрушением структуры мезовещества заряда. Разрушение мезовещества происходило как процесс холодной аннигиляции. Холодная аннигиляция не сопровождалась выбросами энергии и не приносила вреда объекту, защищенному защитным полем, и окружающей этот объект среде. Таким образом, артиллерийская дуэль сводилась к продавливанию защитного поля корабля залпами корабля-соперника, и победить должен был более мощный, энерговооружённый, корабль, и обычно так и происходило. Но было одно «но», для того чтобы выстрелить, надо было убрать своё защитное поле. И в момент залпа своих орудий, корабль оказывался практически беззащитным перед залпом чужих. Сам залп длился доли секунды, но теоретически этого должно было хватить. И если боевой станции противостояло несколько эскадр или флотов, то частота их залпов могла создать такой теоретический момент. Поэтому иглы, а на самом деле мощные колонны толщиной до сорока метров и длинной в пол мили, являлись основанием орудийных башен, пусковых ракетных установок, локационных станций дальнего обнаружения, вынесенных за пределы основного защитного поля станции. Всё это имело свои автономные защитные поля, и даже при полном разрушении одной или нескольких из орудийных башен или пусковых ракетных установок, станция сохраняла свою боеспособность.

Естественно, что со станции ГИГа основное вооружение было демонтировано, но и оставшееся делало станцию грозным противником, который был не по зубам пиратским флотилиям и даже боевым флотам мелких государств. Внутренние ангары, ремонтные доки станции были вынесены за пределы основного корпуса и разместились в пространстве между иглами-башнями. Там же разместились пассажирские и грузовые терминалы, всевозможные склады, ремонтные и не только заводы. Тем не менее, всё это оставалось прикрытым основным защитным полем станции. Освободившееся внутреннее пространство переоборудовали под жилые палубы, отели, рестораны и другие развлекательные заведения. В общем, некогда боевая станция превратилась в торговый город, где жили, работали, торговали, развлекались представители различных разумных рас вышедших в большой космос. В итоге, неофициальное название бывшей боевой станции — Перекрёсток, стало официальным.

В полумраке громадного зала центрального боевого поста скучали четыре человека, вернее, три человека и один эльф. Более сотни экранов, мерцая в дежурном режиме, показывали не только пространство вокруг станции, но и всю звёздную систему, поделенную на сектора наблюдения. Четверо дежурных никак не могли справиться с объёмом той информации, что отображали мониторы боевого поста, да это и не входило в их задачу. Дежурная смена находилась в зале на случай не штатной ситуации, а с контролем пространства прекрасно справлялась БИУС [24] станции. Основная работа была у многочисленных диспетчеров терминалов, где жизнь кипела круглые сутки. Прилетали и улетали большие и малые суда, пассажирские и грузовые, каботажные и дальнего следования, частные яхты и огромные лайнеры.

Неожиданно сонную тишину главного поста нарушил вызов одного из диспетчеров:

— Сэр, двадцать первый терминал, неопознанное маломерное судно заходит на швартовку.

Дежурные удивлённо переглянулись, БИУС контролировала все, абсолютно все, летающие объекты системы размером чуть больше футбольного мяча. Даже многочисленные камни астероидного пояса были систематизированы и их орбиты занесены в память БИУС. Здесь же БИУС молчала, и это было странно, ну не могла она пропустить приближение к станции управляемого маломерного судна. Диспетчер продолжил:

— Маломерное судно приблизилось к причальным воротам, даю изображение.

На экране появилась что-то похожее на ступу. Ступа выходила из виража перед самыми причальными воротами ангара для маломерных судов. В ступе сидела девушка, эльфийка, её рыжие волосы красиво развивались как от встречного ветра. Она недовольно качнула головой, и в динамиках раздался её голос:

— Долго мне ждать, или вынести к чертям ваши ворота?

— Ух, какая красивая, а волосы-то, волосы, красное золото! — Восхищённо сказал один из дежурных.

— Она же без скафандра! И как волосы могут развиваться? Там же вакуум, — удивлённо произнёс старший смены.

— Открывайте быстрее, она действительно может сломать ворота шлюза, — приказал диспетчеру эльф.

— Но как? Как она прилетела? Почему её не засекла БИУС, и как мы её можем слышать? — Старший смены кивнул на одетую в чёрный замшевый костюм и сидящую в простой ступе, без признаков какой либо аппаратуры связи, эльфийку. Эльф только молча пожал плечами.

Дежурная таможенно-досмотровая группа двадцать первого терминала, состоящая из двух человек по причине позднего времени, тоже скучала. Уже была ночь, а ВИП персоны, для которых и был предназначен двадцать первый терминал, не любят прилетать и улетать по ночам. В динамике раздался ехидный голос диспетчера:

— Принимайте гостью.

Шлюзовые ворота дрогнули и поползли в разные стороны. Не дожидаясь пока он разойдутся полностью, в зал быстрым шагом вошла рыжая эльфийка с золотистыми глазами. Одета она была в элегантный чёрный замшевый костюм от Риора. Два изогнутых, парных адаманитовых меча в наспинных ножнах, гитара в чехле и небольшая сумка через плечо. Она была без скафандра. ОНА БЫЛА БЕЗ СКАФАНДРА! Еле ворочая, отвисшей от изумления, челюстью, таможенник произнёс:

— Ваше имя, леди. И цель визита на Перекрёсток.

— Морэдэль Ван'Нур, частный визит,— Мора с уважением посмотрела на таможенника, сам в шоке, еле языком ворочает, а службу блюдёт — вот, что значит профессионал. И опережая следующий вопрос, ответила:

— Нет, коммерцией заниматься не собираюсь.

Второй, более молодой таможенник не отрывая глаз от девушки, восторженно прошептал:

— Морэдэль Ван'Нур! Сама великая Морэдэль!

После чего, всхлипнув, судорожным движением вырвал страницу из книги регистрации прибывающих, и протянул её Морэдэль:

— Леди Морэдэль, умоляю автограф... Я ваш... Все выступления...

Эльфийка улыбнулась, взяла листок, достала из воздуха пишущую ручку, в виде гусиного пера, и написала — «Недремлющему стражу терминала. На память. От Морэдэль». И протянула листок молодому таможеннику. Он принял листок дрожащими руками, низко поклонился, и открыл двери, пропуская девушку во внутренние помещения станции. Эльфийка ещё раз улыбнулась таможенникам, и шагнула в проход. Старший таможенник пришёл в себя только тогда, когда девушка скрылась в глубине коридора. Он повернулся к всё ещё блаженно улыбающемуся младшему товарищу:

— А документы проверить, а досмотр... — Тут его взгляд упал на страничку, вырванную из книги регистрации прибывающих, — Ты что наделал! Это же бланки строгой отчётности!

— Ты не понимаешь, это же Морэдэль Ван'Нур! Сама Морэдэль! Великий менестрель! — Восторженно прошептал младший таможенник и посмотрел на красочный плакат над своим столом. На плакате была изображена рыжая золотоглазая эльфийка с гитарой. Старший посмотрел на плакат, потом перевёл взгляд на младшего и уже уважительно проговорил:

— Ну, ты и хват! И как это я тоже не догадался автограф попросить. Ведь если это продать, — он кивнул на вырванный листок, — Можно наплевать и на службу, и на пенсию, с такими-то деньжищами...

Младший таможенник посмотрел на своего старшего товарища как на врага народа и крепче прижал к себе листок с автографом, как бы давая понять, что он скорее умрёт или убьёт кого-нибудь, чем расстанется с заветным листком.

Морэдэль быстро прошла несколькими коридорами станции при этом поднявшись на одном лифте, а потом спустившись на втором, и остановилась перед вывеской «У пьяного тролля», улыбнулась и, толкнув вращающиеся двери, вошла. Таверна или скорее салун была полупустая, пара небритых докеров, усталых после смены, компания космодесантников и несколько штатных выпивох, полагающихся подобным заведениям. Её взгляд остановился на худом и невысоком юноше с резкими, но очень привлекательными чертами лица. На руке юноши висел изящный веер. Эльфийка подошла к юноше, села за стол напротив него и негромко проговорила своим серебристым голосом:

— А что Крум делает так далеко от родных пустынь?

— Привет Мора! Эта фраза стала уже твоим постоянным приветствием, — так же тихо ответил юноша.

— И тебе привет, Малк! — Улыбнулась Мора.

К отряду приключенцев-диверсантов присоединилось два охотника Роберт и Марат. Их привела наёмница. Она объяснила капитану Шарки, что встретила их в Лесу и что они тоже направляются из Леса в одно из государств Федерации. Капитан не очень поверил, но Альма, не вдаваясь в дальнейшие объяснения, лишь пожала плечами.

Лесная тропинка, по которой ехал отряд, была такая же широкая, как и прежде. Впереди ехала наёмница с охотником Маратом, они всё время о чем-то тихо переговаривались. За ними двигались капитан и охотник Роберт. Капитана просто глодали сомнения: — а не в сговоре ли охотница с присоединившимися охотниками. Жизнерадостный охотник Роберт все время вертел головой, как будто он в Лесу первый раз, тем самым ещё больше усиливая подозрения капитана. Третьей парой были эльф Лувинаэль, которому был подозрителен и Лес, и попутчики, и едущий рядом наемник Франк, явно спятивший. Наёмник всё время мечтательно улыбался и начинал тихо смеяться, когда отряд переезжал через ручьи. Гном Дронин с аналитиком Трамсом были следующей парой. Гном привязал свою секиру к седлу, а в чехол от секиры спрятал чудодейственную портянку, чтоб всегда была под рукой. Аналитик был непривычно молчалив и задумчив. Предпоследней парой ехали два сержанта пытавшиеся выяснить, который из них левый, а который правый. Они перепутались во время ночного нападения страшного монстра и до сих пор не могли разобраться в этом животрепещущем вопросе, и это их сильно угнетало. Замыкали колонну хмурый лейтенант и как всегда немногословный наёмник Дорн. Поэтому они оба молчали — лейтенант хмуро, Дорн многозначительно.

Некоторое время, отряд сопровождала страшная ночная монстра. Потом к ней присоединились ещё две таких же гигантских пепельных кошки. Они то кувыркались впереди на тропинке, то мелькали в чаще, то слева, то справа от колонны диверсантов. Ближе к полудню над тропой пролетела рыжая ведьма в ступе. Он приветственно помахала отряду метлой. Наемники и охотники помахали в ответ, к ним присоединились монстры из леса, они поприветствовали ведьму громким рычащим мявом. Диверсанты-приключенцы дружно схватились за оружие, а гном за портянку и стали делать знаки, отгоняющие нечисть. Ведьма захохотала, заложила крутой вираж и унеслась в неизвестном направлении. Кошки тоже исчезли в лесной чаще. И отряд продолжил свой путь.

— И часто вы бываете в Лесу? — Вкрадчиво спросил капитан Шарки у охотника Роберта. Охотник оторвался от созерцания окружающей тропу чащи, и повернулся к капитану:

— Часто.

— Но почему же тогда вы с таким интересом его разглядываете?

— А сколько я бываю в Лесу, столько не перестаю ему удивляться, — ответил Роберт, он как всякий опытный политик умел виртуозно вешать лапшу на уши собеседника и, посмотрев на капитана честными глазами, продолжил:

— А если не секрет, вы куда направляетесь? Судя по составу вашего отряда, у вас не рядовая миссия.

Этот вопрос ещё больше усилил подозрения капитана относительно охотников, и он задал встречный вопрос:

— А почему вы так решили?

— Командир в немаленьком офицерском чине, заместитель тоже офицер. Два воина-боевика, два специалиста, один из которых снайпер и, наконец, аналитик.

— А вы удивительно наблюдательны для простого охотника! — Капитан не мог себя заставить говорить этому странному охотнику «ты», были в нём какая-то сила и лоск, как у опытного придворного.

— Так я охотник где? В Лесу! Наблюдательность и умение правильно делать выводы порой спасают нам жизнь. Мы охотники, сами себе и командир, и боевик, и аналитик в одном лице. Я к чему веду, когда вы выйдете из Леса, вам понадобится проводник по территориям Федерации, и мы смогли бы вам оказать такую услугу. Ведь мы с товарищем, — охотник кивнул головой на увлечённо беседующих второго охотника и наёмницу, — Хорошо знаем не только Лес.

Капитан минуту подумав, кивнул головой:

— Я подумаю над вашим предложением. Подумаю, стоит ли вас нанять, как проводников по землям Федерации. Но давайте вернёмся к этому разговору, когда выйдем из Леса.

— И тебе привет, Малк! — Улыбнулась Мора. И сев за столик напротив юноши, продолжила, — Что ж поделаешь, если наши встречи происходят в самых неожиданных местах. Хранитель Леса передал мне, что ты срочно хотел меня видеть.

— Да, произошли некоторые события.

Мора вопросительно подняла бровь. Малк щёлкнул пальцами, подзывая официантку, и продолжил:

— У нас новый повелитель.

— А что с Хзирамом, он уступил своё место наследнику, а сам удалился размышлять в Чертоги Севера?

— Хзирам убит. — Малкираз замолчал, подождал пока подошедшая растрёпанная девица неопределённого возраста поизображает официантку. Когда официантка, расставив бокалы, больше напоминающие пивные кружки, и поставив на стол бутылку с мутной жидкостью, удалилась, продолжил:

— Хзирам убит, и убиты ещё несколько его братьев, прямых наследников.

— И кто занял его место, или трон пустует, — поинтересовалась эльфийка, брезгливо рассматривая «бокалы» и бутылку, якобы, с вином.

— Нэлькаэр, амулет указал на него.

— Малыш Нэль?

— Он не малыш, до Хзирама правил именно он. Правил тысячу сто двадцать лет. И не плохо правил. И ещё он мой дед.

— Никогда бы не подумала, — качнула головой Мора, — Он так молодо выглядит.

— Он Стьеххар и этим всё сказано, — гордо проговорил Малкираз. [25]

— Так выходит ты тоже тогда Стьеххар? — Проговорила Мора и, улыбнувшись, добавила, — вот так и узнаёшь правду о друзьях, мимоходом, между великими делами, которые тоже совершаешь мимоходом. Я так поняла, что твоё пребывание здесь именно с этим связано.

— Да, есть одна проблема. И у этой проблемы есть имя — «Уничтожители», повелитель Нэлькаэр стёр с лица земли последнюю их резиденцию в Мире Возрождения, но их ещё много осталось, расползлись по мирам. И следы привели сюда.

— Сюда? — Эльфийка с недоумением обвела взглядом убогие стены салуна.

— В этот мир, и в частности на эту станцию.

— Не думаю, что совет директоров ГИГа окажет тебе содействие, я не удивлюсь, если узнаю, что кто-то из руководства ГИГа в этом замешан.

— Я в этом и не сомневаюсь, я хотел бы... — Крум просительно посмотрел в золотистые глаза эльфийки...

— Конечно, я всегда помогаю мелким, — Мора потрепала Малка по голове, взъерошив и так не покорные рыжие волосы юноши.

— Я просто маленький даже по меркам Крум, а не мелкий! — Юноша обиженно вскинулся. Вот так всегда Мора его подкалывала, а он всегда обижался. Это была их игра, и она им обоим нравилась.

— Хорошо, маленький, — согласилась Мора и, обведя взглядом забегаловку, носящую гордое имя «У пьяного тролля», вопросительно посмотрела на юношу.

— Эта забегаловка не привлекает внимание полиции, здесь даже приличных драк не бывает. Здесь слабая прослушка, и я её нейтрализовал. — Ответил Малк на не высказанный вопрос Моры. Эльфийка брезгливо посмотрела на так и нетронутое вино и, поднимаясь, сказала:

— «У пьяного тролля»! Грим бы увидев такое надругательство, разнёс бы это заведение и удавил бы хозяина. Идём, отсюда! Скоро на Перекрёстке появится одна моя знакомая, думаю, она нам поможет.

Большой кабинет, стол хозяина кабинета сделанный из натурального дерева, стены отделаны панелями тоже из натурального дерева. Уже одно это говорило о баснословном богатстве владельца кабинета. Сам владелец, не только кабинета, но и акций обеспечивающих двадцать пять процентов голосов в компании ГИГ, сидел за столом. Напротив него, за столом для совещаний, сидел, можно было бы сказать, юноша, если бы не хищное выражение миловидного лица с взглядом, как у охотящейся змеи. Они смотрели на большой экран, занимающий почти всю противоположную стену кабинета. На экране было изображение одного из многочисленных коридоров станции «Перекрёсток».

— Ваша милость, — раздался голос из динамика, — Он вышел из салуна, с ним какая-то девка.

— О чем они там говорили, — спросил юноша со змеиным взглядом, но его голос был удивительно приятным.

— Мы не смогли прослушать, штатная аппаратура отказала, а свою мы не успели поставить, они слишком быстро вышли.

— Ладно, работайте по плану. Объект надо взять живым и по возможности целым.

— А с девкой что делать, — спросил голос из динамика.

— Ликвидируйте, свидетели нам не к чему.

Из-за поворота коридора появились юноша, почти мальчик, и девушка. Их нечеловеческую природу выдавали удлинённые уши и разрез глаз. Они шли быстрым шагом и когда дорогу им преградили четыре громоздких силуэта в защитных доспехах [26], они продолжили свое движение, не снижая скорости. Все нападавшие в каждой руке держали по пневматическому иглометателю. Зашипели игольники, выбрасывая одной очередью всю свою обойму [27]. Туча игл, от которой, казалось, было не возможно спастись, не причинила вреда ни юноше, ни девушке. Девушка отбила все летевшие в неё иглы круговым движением своих мечей, неизвестно как появившихся у неё в руках. Юноша изящным волнообразным движением просто уклонился от игл ему предназначенных. Он вскинул веер, до сих пор свободно висевший на его руке, и нападавшие в доспехах повалились на пол, у каждого из них из глаза торчала маленькая арбалетная стрела, пробившая бронированное стекло забрала. У всех стрелы торчали из левого глаза, а у одного из правого.

— Теряешь квалификацию, — укоризненно произнесла девушка, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и отбивая выпады набежавших сзади, явно, демонов, судя по их чешуйчатой коже и быстроте движений. Юноша пожал плечами, и круговым движением веера отрезал головы двум из четырёх демонов напавших на него с фронта, при этом чиркнув силовым продолжением веера по потолку. Когда, спустя два удара сердца, количество нападавших уменьшилось до четырёх, девушка успела тоже положить двоих, в неё, из бокового ответвления коридора ударил луч станкового лучемёта. Она скрестила мечи и на их перекрестье поймала луч. Луч, отразившись от мечей, разрезал мифриловую сеть, летевшую на юношу. Потом девушка повела мечами и отражённый луч, описав дугу, разрезал оставшихся демонов и направляемый девушкой, пройдясь по потолку, ушёл в ответвление коридора, откуда появился. Там что-то полыхнуло, раздался грохот и повалил дым, кто-то застонал. Пожав плечами, девушка спрятала мечи в ножны, посмотрела на юношу, и его веер уже висящий на руке, кивнула, и они быстрым шагом продолжили свой путь.

— Т'хатт!!! Тфрэхх с ними обоими!!! — Прошипел молодой человек, занимающий место за гостевым столиком в кабинете генерального директора мегакорпорации ГИГ. Человек, сидящий за директорским столом, посмотрел на потухшие экраны, покачал головой и сказал, обращаясь в пустоту:

— Паркинс, дайте команду проверить девяносто седьмой сектор, и пошлите туда ремонтную бригаду, там уничтожены все камеры слежения и могут быть другие, более серьёзные повреждения, — и уже обращаясь к ругающемуся молодому человеку, вернее выглядевшему очень молодо нечеловеку, кивнув на потухшие экраны, произнёс, — И так ваши планы потерпели полное фиаско, надеюсь, вы возместите убытки, нанесённые станции вашими неумехами.

— Ты! Жалкий человечишка... — начал нечеловек, но человек его перебил:

— Не забывайтесь, Тхэджэс! Вы здесь гость! И между нами была договорённость, что мы вам не препятствуём, а не помогаем! Это ваши внутренние разборки... — Человек снова кивнул на экран, — И вы применили станковый лучемёт вопреки всем правилам...

Человек гневно посмотрел на собеседника и продолжил:

— Применение тяжёлого оружия запрещено в закрытых помещениях космических станций, вам повезло, что ваш лучемёт не успел повредить, что-нибудь из важного оборудования станции. Вам придётся оплатить ремонтные работы, счет будет предоставлен в ваше представительство в ближайшие полчаса. Паркинс, позаботьтесь! — Человек, опять обратился к пространству кабинета. Затем, повернувшись к своему разозлённому собеседнику, закончил:

— Не смею вас больше задерживать!

Демон, уже было видно, что это демон, вскочил, и яростно сверкая глазами, выбежал из кабинета. Человек некоторое время сидел, глядя на вновь загоревшиеся экраны, один из которых показывал удаляющегося по коридору станции демона, пребывающего в бешенстве. Потом, кивнув каким-то своим мыслям, сказал в пространство:

— Паркинс, пригласите директоров.

Через пару минут в кабинет вошли Прест Торнс — технический директор, Гуго Уелс — финансовый директор, вместе с хозяином кабинета Григом Дерксом — генеральным директором они владели семьюдесятью пятью процентами акций корпорации ГИГ, то есть были фактическими её владельцами. Хозяин кабинета сделал приглашающий жест, и гости расселись за гостевым столиком.

— Ну, что скажите, — спросил присоединившийся к ним хозяин кабинета. Он достал из бара бутылку коньяку и разлил по бокалам. Не много погрев бокал с божественной жидкостью в ладонях, Гуго Уелс задумчиво посмотрел на генерального директора:

— А ты рисковый, Григ. Так вести себя с демоном Стьеххар.

— Ни какого риска, он понимает, что без нас ему не справиться. И потом у меня тоже есть кое-какие козыре в рукаве.

— Ты о блокирующем генераторе? Но у меня есть сведения, что пленённый Стьеххар всё ж таки освободился и при этом убил беднягу Кренига.

— Этот дурак Крениг сам виноват. Он удерживал Стьеххар пятнадцать лет и не придумал ни чего лучшего, как насиловать и издеваться. Вот и поплатился. Пленённого Стьеххар надо убивать сразу. Кстати, вы знаете, что Стьеххар захваченный и похищенный Кренигом — это новый Тёмный повелитель Крум?

— И как же теперь... — Растерянно начал Гуго Уелс, но хозяин кабинета перебил его:

— Не беспокойся, Стьеххар принял наш генератор за магический артефакт, а потом наши агенты уничтожили генератор, так что здесь всё чисто.

— Да, многие наши изделия принимаются за магические артефакты, — засмеялся Прест Торнс.

— Может потому, что они могут совершать магические действия? — Спросил Гуго Уелс.

— Чушь! Магии не существует! — Резко взмахнул рукой технический директор.

— А как же объяснить способности магов, ведьм, да и другие паронормальные явления?

— А так и объяснить, что мы пока не всё знаем. А колдуны и прочие ведьмы, экстрасенсы... Не спорю некоторые из них владеют определёнными способностями, но все эти способности можно объяснить, хотя бы теоретически, — и заметив скептический взгляд финансового директора, произнёс, — Да, согласен, есть явления и способности некоторых индивидуумов которые не поддаются объяснению, пока. Вот, например, наш раздражительный гость,— он кивнул головой в сторону двери, и продолжил:

— Телепортация, смена облика, казалось бы, вещи необъяснимые, но мы же научились это всё блокировать. Необыкновенная живучесть — два сердца у Крум и три сердца у Стьеххар, плюс двойной набор хромосом, три ядра в клетке и вдесятеро большее количество митохондрий в той же клетке, что и даёт просто космическую скорость регенерации. Увеличенное впятеро количество волокон в мышцах — вот и сила и скорость. Всё объяснимо.

— А как же боги?! Демиурги, наконец! — Вскричал Гуго.

— А кто их видел? А если мы и видим проявление «божественной силы» — то это люди или другие разумные достигшие высот в совершенствовании своих паранормальных способностей.

— Но между божественными проявлениями проходят века и даже тысячелетия!

— Существо, достигшее определённого совершенства в своих, повторюсь, паранормальных умениях определённых высот, просто обязано много уметь. Или это просто мутации — как у тех же Стьеххар. И что мешает обладателю паранормальных способностей сотворившему «чудо» назваться именем известного или забытого божества, в целях саморекламы, так сказать. — Хохотнул Прест Торнс.

— Но источники силы! А сотворившие миры Демиурги! — Гуго Уелс привёл свой самый веский аргумент.

— Источники, так называемой силы, это аномалии пространства-времени излучающие особенные волны-поля, именуемые всевозможными магами — линиями силы. Некоторые разумные имеют способность видеть эти линии. Вот с помощью энергии этих линий и творятся «чудеса». И, кстати, мы тоже ими пользуемся, наши корабли через гиперпространство идут именно по этим линиям, да и энергию для прыжков и защитных полей берут от них же. Так что по твоим словам, Гуго, в наших генераторах-преобразователях есть нечто божественно-демиурговское. Хотя линкор, который может несколькими залпами главного калибра разнести на мелкие фрагменты планету, тоже можно приравнять к божеству — божеству войны и разрушения. А космодесантников высаживающихся с такого линкора и выжигающих всё живое на поверхности к ангелам мщения. А демиурги, вот представь, Гуго, ты Демиург, ты создал мир. И вот допустишь ли ты гибель своего мира? А сколько планет в минувшую войну подверглось кварковой бомбардировке? А четыре планеты, которые были полностью уничтожены! В пыль! Что, в свою очередь, привело к страшным катаклизмам на других планетах этих звёздных систем. А планеты, к гибели всего живого на которых привела деятельность их жителей. Разве бы до такого допустил сотворивший эти миры Демиург? Вот, то-то. — Победно закончил технический директор. Григ Деркс слушал перепалку своих партнёров с улыбкой, их спор его забавлял, он слышал все аргументы спорящих много раз. Каждый раз как бы побеждал Прест Торнс, но всё равно спорящие оставались каждый при своём мнении. Он поднял коньячный бокал, как бы салютуя спорщикам, потом сделал глоток божественного напитка. Победно улыбающийся Прест Торнс и слегка насупленный Гуго Уелс повторили его жест и тоже отпили из своих бокалов. Посерьёзневший генеральный директор указал на экран, где висела картинка остановившейся записи событий, произошедших на пересечении двух коридоров пол часа назад:

— Ваши теоретические споры, конечно, интересны, но что вы об этом думаете?

— Хм, я думаю миф о непобедимости Крум рассеян, — кивнул на экран Прест Торнс.

— Тот рыжий парень — Стьеххар, хоть и очень молодой, — заметил Гуго Уелс.

— Стьеххар все выглядят очень молодо, почти как дети, хотя им может быть по нескольку тысяч лет. Но она то не Стьеххар, — Торнс кивнул на девушку.

— Она эльфийка, а от них можно всего ожидать, — сказал коммерческий директор.

— Много эльфов служат в нашей корпорации и эта запись обнадёживает. Выходит, эльфы могут противостоять Крум, — сказал Торнс, он был не только реалистом, но и оптимистом.

— Жаль, что нет записи разговора этой парочки в салуне, все устройства прослушки, почему-то отказали, — посетовал Гуго Уелс.

— Не надо слепо надеяться на технику, она имеет свойство ломаться в самый неподходящий момент, — усмехнулся технический директор, — Вот запись их разговора.

Он протянул своим собеседникам листочки с текстом.

— Но как? — изумился Гуго Уелс.

— В этой таверне был наш агент, он изображал пьяного, и он прочитал по губам и запомнил весь разговор. Теперь вы понимаете, почему нам нет особого смысла помогать Тхэджэсу. Ссорится с правителем Крум нам сейчас не с руки. — Грег Деркс внимательно посмотрел на своих гостей, и обратился к самодовольно улыбающемуся техническому директору:

— Как обстоят дела с проектом «Перевёртыш», это может быть наша козырная карта как в отношениях с милейшим Тхэджэсом, так и с новым-старым Тёмным властелином Крум.

— Как вы знаете, через нашего агента удалось выйти на экспериментальную группу в одном из рабских домов Крум. Это группа Изменчивых. Они способны менять наравне с внешностью и строением организма, возраст, генетический код, состав крови, способ мышления под представителя конкретной расы. — Обстоятельно начал докладывать Прест Торнс, но генеральный его перебил:

— Прест, мы это знаем, что уже сделано?

— Удалось устроить несчастный случай и захватить троих, но как оказалось, наш агент несколько преувеличил их возможности. Нет, их возможности как Изменчивых равны, но дальше идёт специализация: Мастер Проникновений, способный с одного прикосновения взломать замок или проникнуть в помещение даже через щель в каменной кладке, Мастер Трансформации, который может превращаться в неживое, Мастер Смерти, способный умертвить любое живое существо одним прикосновением или, не касаясь своей жертвы, на расстоянии. Идеальная шпионско-диверсионная группа. К сожалению, нам пока не удалось убедить их пойти на сотрудничество с нами.

— Как же их содержат, с такими-то способностями, — поёжился комерческий директор.

— Силовое поле, не волнуйтесь, мы не повторим ошибки Кренига, — улыбнулся технический директор, но его улыбка вышла больше похожей на оскал, — В случае не штатной ситуации предусмотрен механизм уничтожения.

— Подгони своих работничков из «Конторы», — сказал Григ Деркс. Технический директор был также начальником разведки корпорации — «Конторы».

— Ну что ж, перейдём ко второму вопросу нашего совещания, — продолжил генеральный директор. Но его перебил бесплотный голос из центра кабинета:

— Сэр, посты дальнего обнаружения засекли выход из гипера пяти тяжёлых кораблей и полтора десятка более мелких.

— Вот, второй вопрос сам пожаловал, — криво усмехнулся Григ Деркс. — Имперская ревизия, к нам приехал ревизор. И совсем не инкогнито.

— Запрос по личному каналу связи, сэр, соединять? — Задал вопрос бесплотный голос.

— Чего уж там, соединяй, — улыбка генерального стала ещё более кривой и кислой.

В центре кабинета появилось голографическое изображение женщины в капитанском мундире. Женщине можно было дать и двадцать пять и сто двадцать пять лет. Она, не смотря на очень коротко остриженные чёрные волосы, была очень красива. Но это была красота ледяного айсберга, эта красота завораживала, ею хотелось бесконечно любоваться, но подойти страшно, казалось, она просто заморозит неосторожного.

— Ледяная Ведьма,— одними губами, беззвучно прошептал технический директор.

— Приветствую вас, господа, — присутствующим в кабинете показалось, что от красивого грудного голоса женщины температура кабинета понизилась на десять градусов.

— Приветствую вас, капитан Дорсет, — поклонился генеральный директор. Женщина-капитан насмешливо оглядела притихших как мыши перед кошкой всесильных директоров корпорации Галактическая Индустриальная Группа. Директорам было, чего боятся, это была чрезвычайный представитель генерал-губернатора сектора капитан первого ранга, капитан адмиральского курьера «Лесная волшебница», Инэллина Дорсет, среди сослуживцев прозванная «Снежная королева».

— Завтра мы выйдем из Леса, что вы намерены делать дальше? — Спросила наёмница Альма капитана Шарки. Отряд расположился на ночёвку на небольшой, но живописной поляне. Все занимались своими делами. Сержанты, так и не выяснившие кто из них левый, а кто правый, рубили хворост для костра. Аналитик Трамс под деревом грустил в одиночестве. Франк, глупо улыбаясь, умотал к ближайшему ручью. Эльф Лувинаэль зорко осматривал окрестности поляны ,на предмет всяческих опасностей, он по прежнему никому не доверял. Гном Дронин с чудодейственной портянкой на перевес занял круговую оборону. Наёмник Дорн готовил продукты для ужина и при этом очень многозначительно молчал. Охотники Марат, Роберт, наёмница Альма и капитан Шарки расположились возле палатки и вели беседу в ожидании ужина. Лейтенант бдительно за всем этим наблюдал.

— Так что же вы намерены предпринять? — Повторила наёмница, глядя на капитана, — В таком виде вашему отряду просто опасно идти по территории Федерации.

Наёмница обвела взглядом людей капитана, одетые в форму рейнджеров Объединенного королевства, диверсанты смотрелись бы, мягко говоря, странно на территории если не враждебного, то явно не дружественного государства. Капитан тоже оглядел свою команду и, покивав головой, сказал:

— Согласно легенде, мы должны представиться научной экспедицией. У нас есть соответствующая одежда и экипировка.

— Это могло бы сработать, — заметил охотник Роберт, — Если бы не уж очень подозрительный вид ваших людей, капитан. Если гнома ещё и можно принять за мастера рудознатца, только не понятно, что рудознатец делает на равнине, так далеко от рудных гор. Эльфа за собирателя гербария, то они... — Роберт показал на хмурых сержантов и ещё более хмурого лейтенанта.

— Что не так? — Спросил капитан. Роберт хмыкнул и продолжил:

— За милю видно, что они боевики, с таким же успехом их можно выдать за воспитанниц института благородных девиц.

— Вы можете предложить лучший вариант?

— Другой экипировки, кроме как под научную экспедицию, у вас ведь нет? — Утвердительно сказал охотник и, посмотрев на наёмницу, продолжил,— Тогда надо попросить нашу проводницу вывести нас из Леса в таком месте, где бы наш внешний вид, и состав отряда были бы естественны и не вызвали бы подозрения.

Все вопросительно посмотрели на наёмницу, она, на минуту задумавшись, сказала:

— Мы выйдем на границе Леса, Федерации и Проклятых пустошей. Там и более странные отряды попадаются.

— Но это же очень опасно! — Решил возразить капитан, — На пустошах обитают дикие орки, а рядом Лернейские болота с болотными гоблинами и, наконец, в болотах водятся совершенно опасные твари — те же гидры!

— Да, это отличная идея, — охотника Роберта совсем не смутили возражения капитана, — Тогда можно будет и состав отряда объяснить и направление нашего движения. Вы, капитан, начальник, нет, не экспедиции, а просто исследовательского отряда, посланного одним из торговых домов Менесийской республики. Цель — поиск нового караванного пути. Гном — специалист строитель, ведь надо же присмотреть вдоль нового караванного пути места для фортов-факторий, да и просто разметить опорные пункты. Эльф — специалист по разным тварям и консультант по выбору безопасных путей. Ваш лейтенант — картограф, наносит пройденное на карту, тем более, что он всю дорогу рисует кроки, и я вам скажу, абсолютно бесполезные в Лесу. Ваши бойцы — прекрасно подходят на роль охраны. Альма и два наёмника — проводники, они много походили с торговыми караванами, и знают много дорог, даже через неизведанные земли. Ну, а я с Маратом — охотники, должен же кто-то вас снабжать провизией, да и просто бывалые люди, которые не лишние в таком опасном предприятии, как разведывание новых караванных путей. Таким образом, вашим людям не надо изображать из себя учённых, они, фактически, будут изображать самих себя. Наш исследовательский отряд заканчивает свою миссию и возвращается в Менесийскую республику. Вот вам и причина, почему мы следуем через столицу Федерации, ведь это самый короткий путь от точки нашего выхода из Леса в Менесию. Ну, как вам мой план?

Все с уважением посмотрели на охотника Роберта, хотя эльф посмотрел с подозрением, он окончательно перестал доверять этим странным охотникам.

— Лихо! — Сказал капитан, — Отличная версия, простая, правдоподобная и практически всё объясняет. Роберт, а вы случайно в разведке не служите, уж очень вы хорошую версию прямо таки в лёт придумали.

— Нет! Ну что вы! Конечно, не служу! — Горячее заверил капитана охотник, ему надо было бы добавить: — Я не служу в разведке, я её возглавляю. И это было бы чистой правдой.

— Я им не верю, капитан. Что помешает им сдать нас первому же патрулю, когда мы войдём в обжитые земли Федерации, — решил высказать свои подозрения эльф Лувинаэль.

— Да, что вы на это скажите? Уж очень подозрительно выглядит ваше ни чем не обоснованное искреннее желание нам помочь. — У капитана тоже проснулись подозрения.

— С одной стороны желанием заработать, — усмехнулся охотник Роберт, — С другой, уверенность, что вы ничем не сможете навредить нашему государству. Ведь правитель это ещё не государство. Я так понимаю, у вас задумана какая-то каверза именно против Чёрного Колдуна.

— Мы можем дать вам магическую клятву не сообщать о вас ни чёрному колдуну, ни его слугам, — вмешался в разговор второй охотник, молчавший до сих пор. Наёмница не смогла сдержать улыбки, это ж надо магическая клятва не сообщать самому себе то, что ты сам и узнаешь. А слугам тоже не обязательно это сообщать, достаточно просто приказать взять диверсантов под стражу, не вдаваясь ни в какие объяснения.

— Да, желание заработать у вас сильнее патриотизма, — саркастически сказал капитан, слова второго охотника его успокоили. Магическая клятва — это очень серьёзно. Но капитан не учёл, что дающие страшные нерушимые клятвы в совершенстве владеют искусством уходить от выполнения условий этих клятв и не выполнять того, что наобещали.

Идиллию восстанавливаемого доверия нарушил страшный крик гнома. Безутешный гном показывал на странного зверя, одновременно напоминавшего белку и крысу, уносившего его последнюю чудодейственную портянку. Зверь был размером с упитанного зайца и как он сумел незамеченным подкрасться к гному, было совершенно непонятно.

— О! Реликтовая белко-крыса! — Восхитилась Альма, — Они обычно воруют орехи и живут в мире Ледникового периода.

— Моя чудодейственная портянка, как же теперь я без неё! — Почти плакал гном.

— Мы уже выходим из Леса, — сказал грустный наёмник Франк, он уже вернулся от ручья. В отличие от других приключенцев-диверсантов его явно печалило скорое расставание с Лесом. — А за пределами Леса, твоя чудодейственная портянка утратит свои волшебные свойства, и ты ни от кого не отобьешься.

— И вони станет меньше, — проворчал один из сержантов, — Хотя, если перед схваткой кинуть во врага этой чудодейственной портянкой...

— Или дать врагу её понюхать, — подхватил второй сержант, — То враг упадёт замертво или сильно контуженным и победа обеспечена.

Густая пыль подымалась к небу, и серая мгла накрывала армию, находящуюся на марше. Великая армия шла к своей славе. Не сознавая величие момента, армия ревела и скрипела, ржала и грохотала, мычала и топала. Ревели ослы и сержанты. Настоящий сержант никогда не упустит случая повоспитывать вверенных ему рядовых, указать на упущения в форме, оружии и всякие другие солдатские грехи. Поэтому сержантский рык, стоящий над колонами пехоты, сливался в сплошной рёв. Настоящий осёл всегда присоединится к рёву своего собрата, такого же или чуть отличающегося от него осла, поэтому ослы тоже самозабвенно ревели. Громко ржали гусарские лошади, они из солидарности присоединились к ржанию своих седоков, гусар, которые ржали, может даже громче лошадей, над рассказами о похождениях в столице гусарского поручика Ржевски. Скрипели интендантские телеги. Грохотали боевые гилюли. Армия шла.

Король с королевой в окружении группы придворных, сенешалей родов войск и чиновников разных рангов, наблюдали с пригорка марш армии.

— Какое величественное зрелище, великая армия идущая на смертный, но справедливый бой, — воскликнул король, — Как это прекрасно, сложить голову на поле брани за справедливое дело! Лучшей доли для воина и пожелать невозможно! И я хотел бы так кончить свои дни, в героической битве...

— Ах! И тоже хотела бы! — Королева заломила руки и подняла к небу глаза, — И прямо в этой битве...

— Что, дорогая?— Повернулся король к королеве.

— Что б вы героически погибли за правое дело... Вы в роскошном гробу весь иссеченный врагами, но победивший. А я рядом в траурном платье и так горюю, так горюю...

Король на мгновение задумался, потом представил эту картину, достойную эпического героя и благосклонно кивнул королеве. И придворные лизоблюды и блюдолизы тут же подхалимски закивали:

— Ооо! Как это романтично — король в горбу, а королева горюет и в трауре...

— Хотелось бы и поскорее, — чуть слышно пробормотал канцлер.

— Дорогая, завтра по случаю завершения первого дня похода, я думаю объявить рыцарский турнир, — проговорил король, обращаясь к королеве, — Благородные рыцари преломят свои копья в честь прекрасных дам!

— Что-то я не вижу здесь прекрасных дам, кроме как... — Проговорил канцлер и многозначительно посмотрел в конец обоза, где скрипели телеги маркитанток и телеги с красными фонариками, в которых тоже ехали женщины, и они тоже иногда подрабатывали как маркитантки, но это было не основное их занятие.

— Благородные дамы завтра нас догонят, не все ж такие самоотверженные как вы дорогая, — Король слегка поклонился в сторону королевы.

— И рыцари в их честь наломают дров, я хотел сказать копий, — поправился канцлер и, поклонившись королеве, сказал, — Помните, ваше величество, как в честь своей дамы ломал копья граф Тембрийский.

— Да, маркизе ДЄОленур сначала очень понравилось, но когда граф сразил восьмого соперника, она не знала как будет выходить из своей ложи, дорогу её преграждала груда сломанных копий и трофейных доспехов.

— Да, знатно граф тогда дров нарубил, — хмыкнул канцлер.

— Но, дорогая не ужели дамам не нравиться когда в их честь льётся благородная кровь! — Воскликнул король.

— Дорогой, после турнира в честь пятого дня после весеннего равноденствия, это когда барон Травиньяк ударом копья оторвал голову барону Гугильяку и хотел торжественно преподнести сей трофей даме своего сердца. Да, да, помните, он немного промахнулся, и голова бедного Гугильяка вместо того, что б упасть княгине Шалински к ногам, попала ей в декольте, а потом, пачкая княгиню кровью, скатилась по платью. Княгиню тогда долго в чувство приводили. О, дорогой, я устала, и меня не привлекают эти ваши воинские забавы, — сказала королева и повернулась к канцлеру, — Я прошу вас сопровождать меня до столицы.

— Желание моей королевы,— закон для меня,— Поклонился королеве канцлер.

— Я хочу отправиться немедленно, — капризно сказала королева.

— Моя дорогая! Вы не останетесь на вечерний пир, — король совсем не расстроился, без королевы пир превращался в холостяцкую оргию с маркитантками и им сопутствующими.

— Нет! — Решительно сказала королева и, опёршись на руку канцлера, пошла к своей карете, — Вы канцлер, поедите со мной и развлечёте меня беседой.

Когда шум создаваемый великой армией стих, королева обратилась к канцлеру:

— Если армия будет так двигаться, и король на каждом привале будет устраивать многодневные рыцарские турниры, к концу военной кампании мы будем готовы сдаться Чёрному Колдуну, у нас уже просто ни на что не будет денег!

— Я распущу ополчение. Отпускаю гномов и орков, у них очередной конфликт с друг с другом, что очень для нас кстати. Эльфы уходят сами, они опять задрались со своими тёмными собратьями. Так что у короля останутся только гвардия и дворянские дружины. Гвардию мы и так кормим, где бы она не находилась, а дворянские дружины должны обеспечивать себя сами.

— Хорошо, а что у нас остаётся в столице?

— Гриневильские гвардейцы, они преданы лично вам, моя королева, а страну контролируют рейнджерские полки, этого хватит даже разгромить «великую армию» если король вздумает вернуться, — с усмешкой ответил канцлер.

— О, король сам подсказал хороший выход — героическая смерть в битве, это так романтично — герой король и оплакивающая его, убитая горем вдовствующая королева.

— Ну, если король не дойдёт до поля битвы и не сложит там голову, то мы попросим помочь ему в этом благородном деле, князя Горбовски.

И королева с канцлером засмеялись.

По просторному помещению летали какие-то клочки и обрывки. Тхэджэс рвал и метал. Два Крум, заныкавшись в дальние углы помещения, с благоговением взирали на гнев своего повелителя. Выпустив когти, Тхэджэс уже содрал обивку с мягкой мебели и перешёл к панелям, которыми были обшиты стены. Он позволил своему гневу вырваться наружу, только тогда, когда он достиг своих помещений на станции. Его самолюбие было сильно, нет, не сильно, страшно, ужасно уязвлено, надгрызено, покусано! Операция, которую он сам тщательно спланировал и подготовил, с треском провалилась. Этот сопляк Малкираз, племянничек, чтоб его демоны побрали, с лёгкостью ушёл от всех ловушек и, напоследок, больно щёлкнул его по носу. Мало того, что он со своей рыжей девкой, а эльфиечка очень даже ничего, перебил лучших его боевиков, так сделал это на глазах этого торгаша Грега Деркса, этого ничтожества, этого... Мало того, что этот торгаш сам видел, так ещё и запись сделал и покажет эту запись своим подельникам, чтоб их демоны побрали! Демоны побрали — да Тхэджэс долго пребывает среди людей, уже и ругательства как у этих мягкотелых и короткоживущих. Демоны! Он сам демон, и не просто демон, какой-то Крум, он Стьеххар! Бешенство прошло, осталась горечь. Тхэджэс сел на остаток некогда роскошного дивана.

— Алие! — Позвал он. В разгромленном помещении появилась Крум. Тонкая и гибкая даже по меркам Крум, тем не менее, она была опасным бойцом. Одна из первых в проекте Изменчивых, специализация — телохранитель, убийца, шпион. Она опустилась перед ним на колени:

— Мой повелитель! Ты в гневе, ты расстроен. Не печалься! Твоя верная Алие с тобой. Прикажи и все твои враги умрут!

— Если бы это было так просто, Алие, — Тхэджэс привлёк девушку к себе и нежно взъерошил светло каштановые волосы, Алие не была чистокровной Крум она, как и её отец Виренталь были полукровками. — Я не знаю, справилась бы ты сегодня, а я боюсь тебя потерять, как потерял Рени.

— Не печалься, Рени погиб, исполняя свой долг, — мягко сказала Алие.

— Нет, Рени погиб, исполняя волю Виренталя, а я даже не знаю, нужен ли мне трон Тёмного повелителя, признает ли меня кристалл. Виренталь тащит меня на трон с упорством маньяка, убивая моих братьев. Знаешь, мне больно, когда убивали моих братьев, хоть Виренталь говорит, что это необходимо. Когда был убит Хзирам и погиб Рени, мне было вдвойне больно. Рени убил Хзирама воспользовавшись своими способностями Изменчивого, но не сумел уйти от Стьеххар! И Виренталь посылая его, знал, что Рени погибнет! Виренталь сошёлся с людьми, благодаря ему, люди смогли сделать эти генераторы блокирующие многие наши умения, запирающие нас в одной ипостаси. Он открыл людям многие тайны и всё это ради чего, ради власти. Власти над Крум. Его, полукровку, не признают ни Крум, ни амулет. Он думал, что нашёл марионетку, которая, взойдя на трон, будет покорно исполнять его волю!

Алие прижимала к своей груди голову бессвязно бормочущего Тхэджэса, она гладила его рыжие волосы, волосы истинного Стьехар. Она была готова ради него на всё, убить любого, безропотно умереть. И не потому, что была рабыней с вложенной рабской программой, и не потому, что её господином был Стьехар, а потому что это ей бы приказал сделать Тхэджэс. Юноша, о котором она не смела, мечтать даже в мыслях.

Тхэджэс успокоился, Алие всегда действовала на него успокаивающе, он отстранился от своего телохранителя и приказал одному из Крум статуями, застывшими в углах комнаты:

— Миренталя ко мне! А сами вон!

Миренталь был младшим братом Виренталя, он безумно любил свою сводную сестру плдругу истинного Стьеххар, и после её смерти перенёс свою любовь на её ребёнка, тоже истинного Стьеххар — Тхэджэса.

— Миренталь, я сегодня был у повелителя этой станции, короткоживущего, Грега Деркса, он меня оскорбил и унизил. Я думаю, что он сделал это с согласия, а может и по прямой просьбе сэхэ Виренталя. Он хочет поставить меня на место, я проявил в последнее время слишком много самостоятельности, я стал плохо управляем. Я усомнился в той великой цели, которую Виренталь поставил перед собой и перед нами, ради которой он искалечил своих детей, — Тхэджэс кивнул на стоящую рядом Алие, — Сломал и твою жизнь. Я не могу здесь ни кому доверять, кроме тебя и Алие. Мы должны отсюда уйти. Быстро!

— Да сэхэ Тхэджэс, — Миренталь склонил голову, — К нашему исчезновению я давно всё подготовил, и у меня тоже есть верные Крум.

Губы Миренталя тронула лёгкая улыбка. Он не был так покорен своему честолюбивому старшему брату, как это казалось со стороны, и он был рад бунту Тхэджэса.

— Хорошо, — Прговорил Тхэджэс, — Но сначала мы сделаем вот что...

В салоне имперского сектора станции «Перекрёсток», сидели рыжая эльфийка, рыжий молодой Крум и красивая женщина с коротко остриженными чёрными волосами, в мундире капитана первого ранга. Они пили кофе и вели неторопливую беседу.

— Да, мы прибыли сюда провести полную инспекцию деятельности ГИГа. У всех больших, и не только больших, корпораций рыльце всегда в пушку. А у местных корпоратов не то что в пушку, а в вонючей слежалой шерсти. Мы знаем о заводах в поясе астероидов, о продукции там производимой, о работорговле здесь процветающей. И о том, что местное руководство приютило здесь гнездо Уничтожителей, — женщина в мундире капитана первого ранга кивнула в сторону молодого Крум. Поставила чашечку на столик и продолжила:

— Впрочем, это не входит в мою задачу, моя эскадра только осуществляет блокаду станции и астероидного пояса, ревизионная комиссия прибудет завтра вместе с основными силами флота адмирала Даниэля Романова.

— Ого! Сюда с ревизией прибывает ненаследный принц Империи Даниэль, — удивилась эльфийка, — Здорово же наследили корпораты, что трусить их прибывает сам губернатор восточного сектора.

— Да, Мора, — утвердительно кивнула головой капитан первого ранга и посмотрела в сторону юноши, — Я смогу устроить сэхэ Малкираза в нужное подразделение комиссии. И вы сможете, не вызывая подозрений, проверить интересующие вас помещения и выяснить нужные вам вопросы.

И отметая не высказанные возражения, она продолжила:

— В комиссии много нелюдей, орки, эльфы. Вас представят, — капитан первого ранга снова посмотрела на Малкираза, — Как эльфа, технического эксперта, специалиста по обнаружению скрытых систем видео наблюдения и прослушки.

Малк поклонился и спросил:

— А не вызовет ли это возражений у губернатора?

— Нет. Принц Даниэль заинтересован в добрососедских отношениях Империи и Крум. Он сам приказал всячески способствовать пресечению деятельности Уничтожителей.

Малк изобразил вежливое удивление осведомлённости капитана первого ранга. Инэллина Дорсет улыбнулась:

— Да, не удивляйтесь, сэхэ Малкираз, мы в курсе всех событий происходящих в Мире Возрождения. Я выражаю вам свои и генерал-губернатора восточного сектора Империи соболезнования, я знала вашего отца, повелителя Хзирама. — Она встала и склонила голову, её примеру последовали Малкираз и Мрэдэль.

— Я также выражаю надежду, что повелитель Нэлькаэр ДЄАрнекко понимает, что корпораты ГИГа действовали самостоятельно, вопреки воле Императора и генерал-губернатора сектора. И ещё раз хочу вас заверить, сэхэ Малкираз, что вам будет оказано содействие во всех ваших действиях по поиску и наказанию всех нанесших ущерб семье повелителя Нэлькаэра. — Капитан первого ранга ещё раз поклонилась.

— Элли, кончай со своим официозом, развела тут церемонии как на дипломатическом приёме, — хихикнула Морэдэль.

— Но я же чрезвычайный представитель генерал-губернатора сектора, командующий пограничной эскадрой, поэтому должна соответствовать, — сказала Инэллина Дорсет, и снова обратившись к Малкиразу, проговорила:

— Мне действительно очень жаль, хороший был парень твой отец, сколько мы с ним выпили, и повоевали вместе. Да ладно, поймаем сволочей... Мора, как там малышня?

— А что им сделается. Живут в Лесу у Деда. Молоко летучих коров пьют. Над всякими приключенцами издеваются. Вон вместе с Малком лягушек и крокодилов раскрасили. Сама бы к ним заскочила.

Капитан только тяжело вздохнула:

— Ты ж видишь... — И она развела руками.

— Да припахали тебя, — сочувственно сказала Мора, — Отпуск, что ли возьми, по здоровью...

Инэлина снова вздохнула и посмотрела на Малкираза.

— Понимаю, — тоже вздохнула Морэдэль, — Долг.

Голограмма капитана адмиральского курьера «Лесная волшебница», Инэллины Дорсет давно исчезла, связь отключилась, а совет директоров ГИГа ни как не мог выйти из ступора, вызванного её появлением. Наконец Грег Деркс вздохнул и произнёс:

— Что ж, мы не первый раз в трудном положении, давайте подумаем, чем это может нам грозить, — он кивнул на экраны, где хищные силуэты имперских кораблей окружали станцию, перекрывая все возможные пути подхода-отхода.

— Хм, обычная имперская инспекция, до заводов в поясе они не доберутся, — хмыкнул Гуго Уелс, он пытался бодриться.

— А вот на это я бы не рассчитывал, нам надо готовиться к худшему, о наших заводах в поясе им,— Грег Деркс кивнул в сторону имперских кораблей, закончивших свои эволюции и неподвижно зависших в пространстве,— Всё станет известно в ближайшие часы, если уже не известно. Прест расскажи, что нарыла твоя контора.

Прест Торнс включил планшет и начал читать:

— Инэллина Дорсет, окончила имперскую лётную школу за три года до последней войны. Получила чин второго лейтенанта, направлена вторым помощником капитана на эсминец «Грозный». За два года службы дослужилась до первого помощника и звания лейтенант. Перед самой войной отличилась на больших имперских манёврах. В войну вступила в звании капитан-лейтенанта, командира эсминца «Грозный». Войну встретила в системе Терилас, в составе эскадры контр-адмирала Даниэля Романова. Дальше вообще тёмная история. Вы знаете, что система Терилас была атакована превосходящими силами флота Союза, перевес в тяжёлых кораблях был двойной. Кроме того, у адмирала Берковина были ещё два новейших сверхлинкора. Романов хороший, даже талантливый флотоводец, но как говорят против лома... В общем, как разумный человек, чтоб сохранить людей и планету с мирным населением, Романов согласился сдаться. Но кто же знал, что этот ублюдок Берковин, прикажет провести тотальную зачистку всей планеты и утилизацию всех военнопленных.

— Утилизацию? — Поднял брови Гуго Уелс.

— Уничтожение, причём этот садист Берковин показал видеозапись этих казней контр-адмиралу Романову. И вот тут начинается то самое странное, по официальной версии Романов отдал приказ отряду супер рейнджеров, которые скрывались в джунглях планеты. Отряд захватил орбитальный бомбер, попутно, разгромив космодром. Бомбер побоялись сбивать, у него на борту были ядерные заряды. Бомбер вышел на орбиту и состыковался с одним из супер линкоров. И вот, этот отряд рейнджеров захватил линкор, а пилотировала бомбер капитан-лейтенант Дорсет.

— Что ж тут странного? Хорошо спланированная и отлично выполненная военная операция, — пожал плечами Гуго Уелс.

— Странного тут хоть отбавляй, — Прест Торнс сделал неопределённый жест рукой. — Первое — как адмирал Романов, находясь на орбите в тюремной барже, смог передать что-то на поверхность планеты в джунгли. Второе — где скрывался этот отряд супер рейнджеров, на планете до этого были обычные десантные части. И в ходе боев они все были или разгромлены или понесли такие потери, что просто утратили боеспособность. Третье — когда эсминец «Грозный» совершил вынужденную посадку на планету, там уже были десантные части войск Союза подавившие сопротивление наземных частей Империи. Десантники вытащили израненных уцелевших членов экипажа эсминца и перекололи их ножами. Единственную не раненную, второго помощника капитана, перед тем как прирезать, пустили по кругу.

— А что с капитаном Дорсет?

— От капитана Дорсет осталась только левая половина, и та сильно обгоревшая. Дорсет просто бросили в джунглях, подыхать. Но продолжу, очевидцы, оставшиеся в живых после нападения на космодром, рассказали: — когда этот отряд супер рейнджеров под командованием капитан-лейтенанта Дорсет штурмовал охранный периметр космодрома, то в её отряде были измождённые люди, проведшие месяц в джунглях, а, отнюдь, не супер бойцы. Это четвёртое, пятое — бомбер мог принять на борт не более тридцати человек, а на линкоре, который он взял на абордаж, находился батальон десанта, и ещё штатный экипаж корабля. Да и капитан-лейтенант Дорсет хоть и талантливый пилот, может, и командир, но она бы не смогла в одиночку управлять линкором, получается, что в подразделении десантников, были пилоты, комендоры, штурманы.

— Но это же нонсенс!

— Именно, но как тогда объяснить последующие события? Захватив линкор, капитан Дорсет направила его к тюремной барже, где содержались оставшиеся в живых остатки личного состава имперской эскадры и перегрузила всех пленных, вместе с контр-адмиралом Романовым на линкор.

— А флот адмирала Берковина? Почему он не оказал противодействие?

— Основные силы флота передислоцировались на границу системы, на подходе была вторая имперская эскадра того сектора. Линкор задержался, что б забрать с поверхности планеты пять батальонов своего десантного наряда. А те пять крейсеров, что тоже ещё были у планеты, линкор уничтожил пятью залпами. Заметьте, всего пятью. Я не думаю, что экипаж линкора перешёл на сторону имперцев, тем не менее, линкор сразу же после захвата открыл огонь. Вот вам и вопрос: — откуда у капитана Дорсет взялись комендоры и навигаторы? Далее, линкор ушёл в астероидный пояс.

— Линкор? В астероидный пояс? Без разведки трассы?

— Да, мало того, он не просто спрятался в астероидном поясе, он прошёл внутри пояса значительное расстояние и сумел выйти неожиданно и в неожиданном месте для вернувшейся эскадры и двумя, всего двумя залпами, уничтожить оставшийся у адмирала Берковина линкор, вместе с самим адмиралом. И воспользовавшись возникшей сумятицей уйти из системы, попутно уничтожив ещё семь кораблей. Контр-адмирал Романов встретил подходящую имперскую эскадру и с ней вернулся, понятно, что у эскадры Союза, шансов не было.

— А что наш капитан? — Спросил заскучавший от обилия военных подробностей Гуго Уелс.

— А капитан Дорсет, вернее то, что от неё осталось, была комиссована. По мнению мед-комиссии она должна была умереть ещё на планете. Но через полгода она вернулась в том виде, в каком мы имели неудовольствие её видеть, — Прест Торнс кивнул головой в сторону имперских кораблей, и продолжил, — Вернулась капитаном своего корабля «Лесная волшебница», это переоборудованный, я даже сказал бы — модернизированный линкор имперского проекта 234, «Разрушитель». С него сняли четыре из восьми орудийных башен, и каким то образом усилили защиту и увеличили скорость. По старой дружбе уже полный адмирал Романов дал ей каперский патент. Она восемь лет пиратничала на коммуникациях союза, за ней гонялись не только отдельные эскадры, но и целые флоты. Потом адмирал, каким то образом, вёл её и весь её экипаж в статус вольноопределяющихся комбатантов, и присвоил её кораблю этот странный класс — адмиральский курьер.

— Однако у этой дамочки есть деловая хватка, и корабль её собственность, и на довольствие в составе флота поставили, — восхитился Гуго Уелс.

— Есть хватка, где простой офицер, взяла деньги, чтоб купить недостроенный линкор и достроить его по индивидуальному проекту? И заметьте, налоговая служба Империи её проверяла, всё чисто. А дальше она всплыла при битве в системе Вирана ...

— Это там где было нанесено решающее поражение Союзу?

— Да, и сделал это адмирал Романов. У Романова было четыре новейших линкора, и восемь линкоров предыдущих проектов, у флота Союза было тоже четыре новейших линкора, десять линкоров предыдущих проектов. По остальным кораблям было примерное равенство. Но у союза была хорошо подготовленная минная позиция в астероидном поясе, и тайно прибывшая боевая станция «Свободный Союз» — старшая сестра нашего «Перекрёстка». То есть шансов у адмирала Романова практически не было.

— А причём здесь капитан Дорсет.

— Как вы знаете, Романов провёл обходной манёвр, его три линкора через астероидный пояс по заранее разведанным трассам прошли в тыл построения флота Союза и уничтожили основные силы флота — четыре новых линкора и боевую станцию и обрушились с тыла на то, что осталось. А кораблей было не три, а четыре и этого нет в официальных сводках и отчётах .

— Дайте, я угадаю: четвёртым кораблём был адмиральский курьер «Лесная волшебница», а, по сути, облегчённый линкор с чудо канонирами на борту, и трасы были не разведаны, и провела имперские линкоры через астероидный пояс капитан Дорсет. — Криво улыбаясь, сказал Грег Деркс. — И пиратничала наш капитан, активно используя астероидные пояса, причем совершенно неизвестных ей звёздных систем. Отсюда вывод, что она обладает каким-то секретом, позволяющим ей чувствовать себя в астероидных поясах как рыба в воде. Теперь понятно её внезапное появление, за день до основной ревизионной комиссии, она заблокировала все, что спрятано у нас в астероидном поясе и наведёт на эти объекты ревизоров. Давайте подумаем как нам...

Он не успел закончить фразу, свет мигнул, погас и зажёгся снова. Грег Деркс бросил в пустоту в центре кабинета:

— Что там случилось?

— Взорвана энергостанция, введена резервная, специалисты и охрана выясняет причину, нарушения внутреннего охранного периметра нет, — доложил голос.

— Мне кажется, что это наш любезный Тхэджэс решил показать свои зубки, — улыбнулся Прест Торнс.

— Чем это может угрожать? Не может ли это быть связано с нашим проектом по Изменчивым. Ведь при исчезновении питания отключается защитное поле, удерживающее Изменчивых в их помещениях. — забеспокоился Гуго Уелс.

— Ни чем не угрожает, энергоснабжение восстанавливается за доли секунды, дублирование у нас шестикратное. Всё-таки «Перекрёсток» строился как боевая станция, — продолжая улыбаться, сказал Прест Торнс. И кивнул в сторону экранов, — Жаль, что основное вооружение пришлось снять, мы бы с ними по-другому разговаривали.

— Не думаю, адмирал Романов уничтожил «Свободный Союз» прикрытый четырьмя сверхлинкорами. А у нас частично разоружённая станция и только патрульные корветы, — сказал Грег Дерк.

— А восстановление энергостанции оплатит нам сэхэ Тхэджэс, — вслед за Торнсом тоже заулыбался Гуго Уелс. Грег Деркс явно не разделял оптимизма своих товарищей, он хмуро сказал:

— Вряд ли оплатит, после такой демонстрации он, скорее всего, ударится в бега, а без него у сэхэ Виренталя денег будет не густо. Мы же его и так финансируем. Так что вряд ли нам возместят убытки.— И вдруг нахмурившись от какой-то пришедшей мысли, произнёс в пространство кабинета:

— Охране, немедленно проверит лабораторный сектор, помещения Изменённых, — и, обращаясь к удивлённым директорам, сказал:

— Тхэджэс — Стьеххар, а от них можно всего ожидать. Для телепортации им может хватить той доли секунды, пока не работали блокирующие генераторы.

Уже не отряд диверсантов, а исследовательский отряд торгового дома Монтулетти Менесийской республики, возвращался из тяжёлой экспедиции. Руководил отрядом почтенный майстре Шаркинни. Майстре как и положено был одет в долгополый купеческий сюртук, по последней моде Менесии. Остальные были одеты: наёмники как наёмники, охрана как охрана, гном и эльф как гном и эльф, ну а охотники как охотники. Страдал от не привычной одежды один капитан, изображавший майстре, остальные, как и обещал охотник Роберт, изображали самих себя. Капитана теперь постоянно называли — майстре, чтоб не оговорится при посторонних. Отряд шёл по границе между Лернейскими болотами и Проклятыми пустошами. Никто не помнил, кто и почему орочьи степи назвал — Проклятые пустоши, но название прижилось и стало общепринятым. А болота назвали в честь опаснейших порождений, которые там водились — гидр, названых лернейскими толи в честь героя, который их победил или наоборот, героя съеденого ими. А может гидр назвали в честь местности, где они водились. Этого тоже никто не помнил. Отряд двигался с максимальной осторожностью, хотя обжитых мест уже было не далеко, произойти могло всякое. Едущая впереди наёмница насторожилась и подняла руку, но она опоздала. Путь отряду преградили болотные гоблины. Самый большой зелёный гоблин растянул свою пасть в гримасе, толи улыбка, толи он так пугал, и гулко заговорил:

— Моя твоя, твои звать на обед, — и облизнувшись, добавил, — Вкусно!

— Нас приглашает на обед в качестве главного блюда, — прокомментировал охотник Роберт.

Гном привычно зашарил в поисках портянки и горестно вздохнул, помянув реликтовую белко-крысу. Охотник Роберт хмыкнул и прокомментировал, намерения гнома:

— Портянка здесь не помогла бы, разве, что как острая приправа к блюду — вареный гном.

— Не хочу быть варенным! — Замотал головой гном Дронин,. Охотник хмыкнул:

— А вы гурман, или как это называется. Не хотите быть вареным, а хотите быть зажаренным в портянках. Какое, однако, пикантное блюдо — гном, жаренный в собственных портянках. Думаю, они оценят, — Роберт кивнул в сторону скалящихся болотных гоблинов, — Оценят, и может, отпустят остальных. Дорогой друг, — Роберт снова обратился к гному, — Спасибо за такую жертву с вашей стороны!

— Не хочу, — гном ещё энергичнее замотал головой.

— Экий вы привереда! Вареным быть не хотите, жареным быть не хотите, — сокрушённо покачал головой охотник Роберт, — Может вас замариновать, или просто замочить? Замоченный гном, а?

Меж тем охотник Марат выехал вперёд и заговорил на гортанном рычащем языке.

— Что он говорит? — Спросил капитан, вернее теперь майстре.

— Предлагает гоблинам пропустить наш отряд, взамен предлагает отдать им самого упитанного, — невозмутимо сказал Роберт, и посмотрел на аналитика. Трамс задрожал всем телом, при этом начал громко всхлипывать. Гном наоборот — приободрился, не смотря на свои габариты, он не был самым упитанным, и даже посмотрел на аналитика с сочувствием.

Охотник Марат, что-то резко сказал гоблинам и показал какой-то знак на раскрытой ладони. Гоблины явно пригорюнились и, развернувшись, понуро побрели в сторону болота.

— Как ему это удалось? — Опять спросил майстре-капитан.

— Он сказал, что некоторые члены нашего отряда крайне ядовитые, — охотно объяснил Роберт.

— А без шуток.

— А без шуток, у нас есть магический пропуск из канцелярии чёрного колдуна. — И сразу отметая новые вопросы и возможные подозрения, сказал, — И этот пропуск стоил нам не малых денег. Надеюсь, майстре, вы теперь не жалеете о тех деньгах которые нам заплатили.

Майстре-капитан молча кивнул, он сначала считал, что сумма запрошенная охотниками за свои услуги чрезмерна. А потом успокоился, он решил, что охотники действительно те за кого они себя выдают, его убедила даже не магическая клятва, а именно размер запрошенного.

— Чего это он? — Подъехавший охотник Марат кивнул на трясущегося аналитика. Трамс никак не мог отойти от испуга. Роберт задумчиво посмотрел на мелко вибрирующего аналитика и произнёс:

— Ритуальная тряска, наверное, помогает от болотных гоблинов. А может просто профессиональные телодвижения некоторых аналитиков. Аналитики-трясуны — новое, прогрессивное направление логической мысли.

Марат укоризненно посмотрел на своего товарища, занял своё место, рядом с наёмницей и отряд продолжил своё движение.

Солнце клонилось к закату, и если не считать появления болотных гоблинов, день прошёл спокойно. Едущие впереди наёмница и охотник Марат не проявляли признаков беспокойства, или делали вид, что всё хорошо. Но охотник Роберт едущий рядом с майстре-капитаном, не смотря на всю свою весёлость, явно нервничал. Капитан давно обратил на это внимание и, наконец, не выдержал:

— Уважаемый Роберт, что вы так беспокоитесь?

— Понимаете, орда болотных гоблинов в это время, и в такой близости от обитаемых земель, это очень настораживает.

— Что не так?

— Болотные гоблины боятся подходить к границам обжитых земель Федерации, патрули пограничной стражи их безжалостно уничтожают.

— А если большая орда?

— Тогда патруль отходит к основным силам, вызываются на помощь армейские части из ближайшего гарнизона.

— А мирные селяне?

— В пограничной полосе все поселения хорошо укреплены, и застать врасплох их жителей не возможно, их всегда предупредит об опасности пограничный патруль. А мы подъехали уже достаточно близко к обжитым землям и должны были встретить хотя бы один из многочисленных патрулей. А их нет. Значит, все оттянулись под защиту стен. Гоблины? Вряд ли, они сами были напуганы, иначе не отстали бы от нас так быстро. Гоблины сами от кого-то уходили, только вот от кого?

— Вот от них, — сказала наемница, указывая вперёд. Там преграждая дорогу, стояли в ряд кошмарные создания. Своим хитиновым панцирем и клешнями в полтора человеческих роста они напоминали огромных раков. Длинный гибкий хвост наподобие скорпионьего, тоже покрытый хитиновой чешуёй, оканчивался полутораметровым ядовитым жалом. Вокруг морды с пастью с тремя рядами острых зубов, величиной в два пальца взрослого человека, шевелились трехметровые щупальца с присосками, тоже покрытые хитиновой чешуёй и увенчанные внушительным когтем.

— Гидры! — Выдохнул капитан, — Все назад!

— Сзади! — Раздался крик замыкающего отряд лейтенанта. Сзади на дорогу выползало не меньше дюжины таких же чудовищ.

— Скачите вперёд! — Хрипло сказал охотник Марат, — Я сейчас пробью дорогу.

— Гидры передвигаются быстрей лошадей, — сказала наёмница. Марат взял её руку сжал и, глядя в глаза, проговорил:

— Я останусь и задержу их, скачи, ты успеешь до пограничного укрепления.

Наёмница, тоже глядя в глаза Марату, тихо прошептала:

— Нет, если ты останешься ты погибнешь.

— Ну и пусть, но ты спасешься!

Альма грустно посмотрела на Марата, вот она встретила человека, который ей нравился, а она нравилась ему. Он сказал что знает, что она анкарра, но он не представлял, что такое анкарра. Да и ни кто в этом мире уже не имел представление, что такое анкарра. Она тяжело вздохнула, и её сознание захлестнул багровый туман.

Люди и нелюди сбились в кучу и с ужасом смотрели на демона, в которого превратилась пусть временами суровая, но общем-то добрая девушка. Этот демон с лёгкостью расправлялся со страшными порождениями Лернейских болот. Такое количество гидр, мог остановить только хорошо вооружённый гарнизон в надёжном укреплении. Не прошло и минуты, как с двумя дюжинами гидр было покончено. От бронированных чудовищ остались только ошмётки. От демона застывшего перед отрядом, отшатнулись все, даже наёмники-друзья Альмы. Охотник Марат шагнул вперёд и обнял стоящего с поникшими плечами демона.

— Мне всё равно, что ты анкарра, я люблю тебя и такой, — прошептал Марат, он крепче обнял страшное когтистое и клыкастое чудище и поцеловал его. Поражённые люди наблюдали, как в страстном поцелуе слились охотник Марат и уже не демон, а девушка Альма.

— Вот, — подняв палец к верху, важно изрёк охотник Роберт, — Настоящая любовь способна творить чудеса! Я бы крикнул — горько! Но они и так целуются. Ну что вытаращились, видите девушке переодеться надо! — Накинулся он на остальных членов отряда. Одежда Альмы после превращения в анкарру и битвы с гидрами пришла в негодность, она оглядела себя, покраснела и, спрятавшись за Марата, стала доставать запасную одежду.

Тхэджэс лежал в воздуховоде лабораторного сектора станции. Возможность телепортации для Стьеххар была заблокирована работающими генераторами. Но кто запретит Стьеххар прогуляться по трубам воздуховодов. Люди здесь не пролезли бы, но тонкий и гибкий Тхэджэс чувствовал себя вполне комфортно. Тем более, что в трубах воздуховода было чисто. Об этом заботились роботы-уборщики, двух Тхэджэс сломал, пока добирался до этого места. А вот не фиг мешать прогуливаться Стьехар, даже если он ползком гуляет по воздуховоду. Сквозь маленькую дырочку, проковырянную в стенке воздуховода, Тхэджэс видел двери помещений, где находились Изменчивые. Стьеххар ждал. Ждал когда верная Алие проведёт диверсию на энергостанции. Взрыв выведёт энергостанцию из строя, а переключение на резервную занимает пол-секунды. Этого должно хватить. Тхэджэс предложил план похищения Изменчивых, а детали проработал Миренталь. Он с ещё двумя, присоединившимися к ним, Крум должен будет ждать Тхэджэса и Алие в условленном месте.

Тхэджэс напрягся, он почувствовал нарастающую вибрацию взрыва. Вот, блокирующее поле пропало, и время для Стьеххар остановилось. Когда, как и было рассчитано Миренталем, свет загорелся снова рядом с Тхэджэсом в воздуховоде, вернее не рядом, а вдоль воздуховода, лежали ещё три Крум.

— Я предлагаю вам свободу, — тихо проговорил Тхэджэс, — Если вы отказываетесь, то можете спуститься к своим камерам.

Тхэджэс не оглядываясь, быстро пополз по воздуховоду, он с удовлетворением отметил, что все три Крум последовали за ним. Быстро преодолев полмили по лабиринту системы вентиляции, он выпрыгнул на пересечение двух коридоров. Там его уже ждали Миренталь, Алие и два Крум. Тхэджэс показал рукой на стену, Миренталь понятливо кивнул:

— Мы уничтожили датчики слежения в пяти коридорах. Это не остановит погоню, короткоживущие всё равно нас вычислят по неисправным датчикам. Но начнут поиски не сразу и сразу по пяти направлениям.

Тхэджэс согласно кивнул Виренталю и вопросительно посмотрел на освобождённых Изменённых.

— На каких условиях вы предлагаете нам свободу? — Спросил один из Изменённых.

— Ни на каких, вы свободны, просто свободны. Сейчас нам надо выбраться со станции, а потом вы можете идти куда хотите. Но я хотел бы, чтоб вы последовали за мной, — ответил Тхэджэс.

Все измененные просто кивнули головой, а задавший вопрос сказал:

— Хорошо, сейчас мы идём с вами, потом каждый из нас сделает свой выбор.

— Вот и хорошо. Двигаемся.— Отдал команду Тхэджэс. И маленький отряд бегом двинулся по коридору. Пробежав ещё полмили, отряд снова нырнул в трубу воздуховода. Миренталь вёл маленький отряд в единственное место на станции, куда не могли дотянуться руки директоров — в имперский сектор. Там он планировал отсидеться некоторое время, а потом захватить подходящий корабль.

Пройдя по воздуховодам [28], Беглецы наткнулись на преграду в виде силового поля. Они уже были в имперском секторе, и искали укромное место, где можно было бы пересидеть переполох, вызванный их действиями. Но как обычно самый лучший план, в процессе осуществления, рушится под влиянием не учтённых мелочей. Ни Миренталь, ни Тхэджэс не знали, а потому и не приняли в расчёт прибытие имперской эскадры. И то, что эскадра заблокирует всё движение космических судов. Миренталь уже давно почувствовал, что их загоняют силовыми преградами в определённое место, но не останавливался, он надеялся, что скорость передвижения позволит им вырваться из ловушки, ведь имперцы не могли знать, что имеют дело с Крум, а не обычными людьми. Но вот уже дальше двигаться было не куда, сзади тоже возникла преграда. Миренталь не хотел драться с имперцами, но другого выхода он не видел. Подав знак начала атаки, Миренталь проломил стенку воздуховода и вывалился в довольно просторное помещение, сильно напоминавшее салон. За столиком сидели Стьеххар, эльфийка и человеческая женщина. Судя по кофейным чашкам и непринуждённым позам, они не должны были ждать нападения. Но потому как они восприняли появление беглецов, это не явилось для сидящих неожиданностью. Ещё Миренталь отметил присутствие в помещении трёх терриек, вооруженных мечами. Необычным было то, что явно опытные террийки-воины не имели полагающихся их статусу татуировки. Но больше всего Миренталю не понравилась, сидящая с кофейной чашечкой, женщина, он безошибочно почувствовал в ней самого опасного противника. Мимо него тенью промелькнула Алие, она тоже безошибочно определила самого опасного противника и атаковала. Но её адаманитовые мечи скрестились с мечами рыжей эльфийки, непостижимым образом преградившей путь атакующей Изменённой. Высыпавшиеся из пролома Крум, кто с мечами, кто с выпущенными когтями застыли, между ними и остальными находящимися в комнате крутился вихрь остро отточенного адаманита стремившегося поразить хрупкие девичьи тела.

— Понимаю, — тоже вздохнула Морэдэль, — Долг.

Инэллина Дорсет опустила ресницы, как бы подтверждая слова эльфийки. Капитан взяла со стола свою чашечку кофе, и не успела сделать пару глотков, как свет в помещении мигнул, погас на мгновение и загорелся снова. Инэллина поставила чашечку и громко спросила:

— Ирен, что там?

— Взрыв на энергостанции, капитан, они переключились на резервную, — ответил приятный женский голос.

— Похоже, твои мятежные родственники начали действовать, даже раньше, чем я ожидала, — она посмотрела на Малка, и опять громко сказала:

— Ирен, скоро у нас будут гости. Отследи возможные перемещения группы из нескольких Крум. Скорее всего, они будут двигаться по воздуховодам. И если они будут прорываться в имперский сектор, открой щиты и не препятствуй движению наших гостей.

Инэллина долила из кофейника себе кофе и проговорила, обращаясь к своим собеседникам:

— Наливайте, ждём гостей, у нас есть время выпить ещё по чашечке.

— Капитан, группа из восьми Крум вошла в имперский сектор, двигаются по воздуховоду. — проговорил женский голос.

— Направь их сюда, не бегать же нам за ними, мы их подождём здесь в комфорте, — объяснила Иннэлина, заметив удивлённый взгляд Малкираза. — Однако лихо они, по воздуховодам, хотя и предсказуемо, а вот корпораты их проворонили, понадеялись на следящую и защитную системы. Вот что бывает, когда плохо изучаешь техническую документацию используемой техники.

— Инэллина, не будь занудой, мы осознали и прониклись несомненной пользой изучения инструкций, — засмеялась эльфийка. Капитан к ней присоединилась.

В комнату вошли три террийки, вооруженные мечами. Старшая, приветственно кивнув головой, произнесла приятным голосом:

— Мы будем нелишними, — и, предав меч и пояс с ножами капитану, сказала, — Я включила защиту, энергетическое оружие не сработает.

Капитан кивнула головой и, показала на стену:

— А вот и гости.

Декоративная панель затрещала и, развалилась, в комнату буквально влетел Крум, судя по светло каштановым волосам, полукровка. За ним возникли ещё семь Крум. Из этой группы, не останавливаясь, на капитана молнией бросилась девушка Крум с занесёнными для удара адаманитовыми мечами. Но как бы она быстро не двигалась, на её пути возникла эльфийка. Две девушки одна рыжая, другая светло каштановая окружённые тёмным блеском адаманита, сплелись в страшном танце. Если бы присутствующие были обычными людьми, они увидели бы крутящийся вихрь со сверканием, как молний в грозу, адаманитовых клинков. Для простого человеческого уха звон клинков слился бы в одну протяжную тоскливую ноту. Но все присутствующие видели все детали этой схватки. Девичьи тела стремительно перетекали из одной связки в другую, изгибаясь в страшном танце. Звон мечей создавал завораживающую мелодию, аккомпанирующую этому танцу. Но вот будто оборвалась струна, прервав бешеную мелодию, исполняемую гитаристом виртуозом. Каштановая девушка лежала на полу её мечи были выбиты из рук. А рыжая девушка стояла над ней, один её меч был прижат к горлу каштановой девушки, второй блокировал любые другие движения.

Алие правильно оценила степень опасности присутствующих в помещении, куда они вывалились из воздуховода. И бросилась на женщину сидящую в расслабленной позе с чашечкой какого-то напитка. Алие прекрасно понимала, что убить эту странную человеческую женщину ей вряд ли удастся, но хотя бы вывести из строя. Потеря командира, неизбежно внесёт сумятицу в стан противника и даст пару мгновений, которых хватит остальным, чтоб прорваться. И Тхэджэс будет вне опасности! Но на её пути возникла рыжая эльфийка, до этого сидящая в такой же расслабленной позе как и та странная женщина. Одним стремительным ударом меча Алие попыталась устранить препятствие со своего пути. Но эльфийка уклонилась от одного удара, отбила второй и атаковала сама. Теперь уже Алие пришлось уйти в защиту. Связка сменяла связку, каскад благородных фехтовальных и грязных, применяемых в кабацких драках, приёмов, не смогли пробить защиту эльфийки. Она казалось, наслаждалась этим боем. Но вот меч Алие попал в ловушку, искусно сплетённую мечами эльфийки и, вырвался из руки, за ним последовал и второй меч. И сбитая с ног Алие, оказалась прижатой к полу мечами эльфийки. Что ж путь воина полон опасности и смертельного риска, и он может в любой момент прерваться подобным образом. Но Алие не оправдала доверия своего повелителя, и теперь из-за её неумелости может пострадать или даже погибнуть Тхэджэс. Алие спокойно смотрела в лицо своей смерти, но на её глазах непроизвольно выступили слёзы.

Морэдэль преградила путь полукровке Крум, одновремённо выхватывая свои мечи. С ходу, уклонившись от первого удара и парировав второй, эльфийка сама перешла в атаку. Раскручивая атакующие связки, и с лёгкостью отбивая редкие атаки полукровки, Мора подумала, что девочка неплоха, но ей не хватает скорости, да и техника не на высоте, хотя давно не встречала такого интересного противника. А то всё кабацкие драки, да неповоротливые наёмники привыкшие решать исход схватки силой ударов. Эльфийка продолжала играть с этой Крум, получая удовольствие от поединка, когда краем глаза отметила движение Стьеххар в стане противника. Резко крутанув мечи, она поймала в ловушку сначала один меч противницы, затем второй. Дальше — голая техника и противница лежит, прижатая к полу остриями мечей.

— Ну, и чем мы обязаны столь неожиданному и агрессивному визиту, — раздался насмешливый голос капитана Дорсет. Она уже стояла возле Тхэджэса, одной рукой удерживая его в захвате, а во второй руке держала широкий десантный нож, приставленный к горлу Стьеххар. Заметив движение Миренталя, она качнула головой:

— Не стоит, я успею, и отрезать ему голову и встретить тебя. — И уже обращаясь ко всем прибывшим Крум, повысила голос:

— Итак я жду объяснений, не испытывайте моего терпения.

— Я готов сдаться, — прохрипел Тхэджэс, — Изменчивые тут не причём, мы освободили их из заключения на станции, и прошу вас, отпустите Алие.

— Вы и так в наших руках, а впрочем, тебе решать, — капитан обратилась к Малкиразу, — Тебе решать, это твои соплеменники.

Малкираз спокойно сидел за столом, его веер, до этого свободно висевший на руке, был раскрыт и направлен на вторгшихся Крум. Малк глянул на Тхэджэса, тот хоть и был в надёжном захвате и с ножом у горла, держался, так как будто это он был хозяином положения, только его взгляд, полный боли и отчаяния, остановившийся на лежащей, на полу девушке выдавал его беспомощность. Малк поймал взгляд эльфийки и кивнул ей, соглашаясь с её решением. Мора отступила на шаг, отсалютовала лежащей девушке мечом, неуловимым движением вбросила свои мечи в ножны и протянула удивлённой девушке Крум руку. Та неверяще посмотрела на эльфийку и робко протянула ей свою. Мора помогла девушке подняться. Алие сложила руки в молящем жесте и обратилась к капитану Дорсет:

— Это я напала на вас, он не виноват, возьмите мою жизнь, отпустите его.

— Какое трогательное единодушие, — рассмеялась капитан, она уже отпустила Тхэджэса и снова заняла своё место за кофейным столиком. — Прямо образец рыцарского благородства, а не заговорщики.

— Вы вправе убить нас, но прошу не надо унижать, — проговорил Миренталь, склоняя голову. Капитан внимательно глянула на Миренталя, и сказала, обращаясь к Изменчивым:

— А вы свободны и можете выбирать, за кем или куда хотите проследовать.

— Я бы хотел вернуться в Мир Возрожденя, — сказал один из Изменчивых.

— Я бы хотел предложить свои услуги Империи, — поклонился Инеллине Дорсет второй. Третий задумчиво посмотрел на Тхэджэса и сказал:

— Если госпожа будет не против, я бы хотел последовать за сэхэ, — и он поклонился Тхэджэсу.

— А вы неплохой психолог, — кивнула ему капитан и чему-то улыбнулась. И оглядев остальных Изменчивых, сказала, — Я принимаю ваше решение.

Потом посмотрела на Малкираза:

— Теперь ваше решение, принц.

— Они не держат зла на мою семью, в том, что было сделано их вины тоже нет. У дома ДЄАрнекко нет претензий. — Проговорил Малк и вопросительно посмотрел на Мору. Эльфийка пожала плечами, как бы показывая, что она тут совершенно не причём, так, кофе выпить зашла.

— Что ж, можете быть свободны, — капитан Дорсет сделала лёгкий полупоклон в сторону Крум, — Но прежде чем вы нас покинете, попрошу, передайте мне кристалл. — И она протянула руку в сторону Миренталя. Тот не колеблясь, достал из нагрудного кармана своего комбинезона небольшой кристалл и с поклоном передал его капитану:

— От вас трудно, что-либо скрыть, я не хотел бы быть вашим врагом.

— Вот и чудно, я тоже не хотела бы гибели столь учтивого Крум, — ответила Инэллина Дорсет. Она взяла кристалл и передала его одной из стоящих рядом террийок, та, приняв кристалл, вышла из помещения. Инэллина обратилась к Миренталю:

— Вас проводят до границы имперского сектора и дальше, до одной из таверн. Там сейчас находится экипаж патрульного фрегата корпоратов «Стерегущий», бортовой номер — двадцать один. Сам фрегат стоит на третьем служебном причале, это рядом с таверной. Надеюсь, что вам не надо объяснять, что надо сделать?

— О! Это больше того, на что мы могли надеяться после нашего вторжения, — Миренталь светски поклонился капитану Дорсет.

Капитан кивнула террийке и та, сделав приглашающий жест, пошла к дверям, Крум последовали за ней. Когда Крум и Изменчивые покинули помещение, капитан Дорсет задумчиво сказала:

— А из мальчика выйдет толк, он на правильном пути и это не смотря на воспитание, которое он получил. И соратников он подобрал хороших, и то, что один из Изменчивых решил отдать ему свою верность, о многом говорит.

— Ну, и ты от скромности не умрёшь, — улыбнулась эльфийка,— Второй то готов служить империи, но только в твоём лице.

— Я такая, — тоже заулыбалась Иннэлина.

— За это её все и любят, — раздался голос из серого облачка. И из этого облачка вышел мальчик примерно в полтора метра ростом, нет, не мальчик, а миниатюрный Стьеххар.

— Повелитель! — Встал Малкираз.

— Ах, оставь, здесь все свои, — сказал Нэлькаэр ДЄАрнекко и обнял Малка.

— Приветствую, Нэль! — Кивнула Инэллина Дорсет.

— Ах, Элли! А ты разве не прижмёшь к груди своего старого друга, — проворковал Нэлькаэр.

— Ты же знаешь, Нэль, мне всегда хочется прижать тебя к своей груди,— сказала Инэллина, оглядывая щуплую, миниатюрную фигурку Тёмного повелителя — С единственным желанием — покормить.

— Вот, я трачу на неё бездну своего обаяния, а она если и отвечает мне любовью, то только материнской, — забавно надув свои губки проговорил Нэлькаер.

— Что поделаешь, первое впечатление самое сильное, когда на планете Кивара-2 я спасала испуганного ребёнка, то ни как не могла подумать, что это и есть сам грозный Тёмный повелитель Крум. — Заулыбалась не менее грозный, чем Тёмный повелитель, капитан. И поймав удивлённо-вопросительный взгляд эльфийки, Объяснила ей:

— Защитное поле действует, просто Нэлькаер умеет телепортироваться, обходя защитные поля подобного рода.

— Даже поля имитирующую структуру алмаза? Ведь для Стьеххар это не преодолимый барьер, — не поверила Морэдэль.

— Да, даже такие защитные поля. Помнишь, Ирен, тот случай на приёме в честь юбилея императора, — улыбаясь, обратилась она к вошедшей террийке, — Когда обалдевшая охрана пыталась выяснить, кто этот подросток, поедающий торт, и как он попал в абсолютно защищённый бункер.

И объяснила всем остальным:

— Приглашённый на торжество Тёмный повелитель прибыл один, без охраны, совершенно оригинальным путём, через телепорт и, увидев роскошный торт, не смог удержаться, чтоб не попробовать. А, попробовав, несколько увлёкся.

— Торт был вкууусный, — голосом обиженного ребёнка пропел Тёмный повелитель.

— Потом уже успокоенный начальник охраны донимал Нэлькаера, куда он спрятал свой пропеллер, который должен был быть у него на спине.

— Я до сих пор не понимаю, какое отношение имеет вентилятор на заднице к торту! — Ещё более обиженно проговорил Нэлькаер.

— Это древний фольклор, про любителя тортов который прилетал через окно, ел торт, а потом обещал ещё вернуться, когда испекут новый, — улыбаясь, сказала эльфийка.

— На него тоже нашли управу, — террийка кивнула в сторону Темного повелителя и подала кристалл капитану Дорсет, — Здесь есть описание генератора создающего поле, которым Тёмного повелителя можно спеленать, что уже было проделано на практике. И не только это, здесь информация о технологиях разработанных корпоратами, на основе сведений переданных им неким Виренталем и данные о организации «уничтожителей».

Капитан взяла кристалл и передала его Тёмному повелителю Крум:

— Вот возьми, надеюсь, это тебе во многом поможет.

— Но ты, конечно же, сделала копию.

— Да, в вопросах касающихся безопасности Империи компромиссов быть не может, — проговорила посуровевшая капитан, — Но от имени Наместника сектора и Императора я могу дать слово, что данные сведения не будут разглашены.

— Даже так, и ты имеешь такие полномочия от Императора? — Спросил Тёмный повелитель.

— Да! И не только от Императора.

— Многоликая вернулась, — очень серьёзно сказала рыжая эльфийка. Темный повелитель Крум на миг прикрыл глаза, как бы принимая к сведению то, что он только что узнал, а потом посмотрел на эльфийку и склонился в поклоне:

— Вы Морэдэль Ван'Нур, я много слышал о вас и давно мечтал познакомиться.

— Для друзей просто Мора, и можно на ты, — ответила Моредель, подавая руку тёмному повелителю. Он взял поданную руку поцеловал, а потом улыбнулся своей не отразимой улыбкой и крепко пожал протянутую ему руку:

— Нэлькаэр ДЄАрнекко, для друзей просто Нэль, тоже можно на ты. Хочешь, я тебе покажу Стуар'Нэккае.

— Конечно, хочу! Кое-кто давно обещает показать мне город Крум, с Дворцом Повелителя и Храмом Тиллиинерриля,— Мора обвиняюще посмотрела на Малкираза, тот покаянно развел руками.

— Может, ты немного задержишься здесь у нас, тем более что я знаю волшебное слово, которым можно удержать Тёмного повелителя Крум, — Инэллина Дорсет хитро посмотрела на повелителя и произнесла волшебное слово, — Обед! Ирен и Анна испекли свои фирменные пирожки.

— Ах! Я не в силах противится! — Жалобно сказал повелитель и умоляюще посмотрел на Мору.

— Да, сначала обед, а потом пойдём смотреть прекрасный Стуар'Нэккае, — засмеялась эльфийка.

Исследовательский отряд торгового дома Монтулетти Менесийской республики, возвращался из тяжёлой экспедиции. Он приближался к городу Лурия, являвшейся столицей одного из королевств входящих в Федерацию Свободных Государств. По совместительству этот город выполнял функцию столицы Федерации, так как рядом с городом возвышалась громада замка чёрного колдуна. В город охотник Роберт предложил не входить и, разговорившись с встречными, приключенцы узнали, что в городе объявлен комендантский час. В столице активно готовились к войне, только было не понятно с кем и когда эта война начнётся. Чёрный колдун назначил комендантами города сразу пятерых девушек, и они, изо всех сил стараясь оправдать доверие чёрного колдуна, развили бурную деятельность. Кроме комендантского часа были регулярные дневные проверки, облавы и другие подобные мероприятия, которые по непонятным причинам проводились только в столице.

Майстре-капитана предложение охотника Роберта вполне устраивало, целью отряда была не столица, а замок чёрного колдуна. Охотник рекомендовал приличный постоялый двор с хорошей харчевней, и весь отряд остановился в гостинице «Лунная кастрюля». Время до ужина решили скоротать, приведя себя в порядок. Альма, как единственная девушка, получившая комнату на одного человека, принимала ванну, вернее бочку. Остальные тоже мылись, благо в каждом номере, была ванная комната, оборудованная большой бочкой с подачей воды по трубам. Наёмник Франк мылся вторым, после Дорна. Дорн, помывшись, пошёл вниз в зал, узнать насчёт ужина. Франк грустно сидел на краю бочки, за его спиной журчала вода, набирающаяся в эту ёмкость, заменяющую ванну. Франк грустил, он хотел обратно в Лес к своей любимой. За его спиной послышался особенно сильный всплеск и затем раздался тихий смех. Франк резко обернулся, на противоположном краю бочки сидела Наки. Она протянула руки к наёмнику. Франк протянул руки к девушке их руки встретились, оно подались навсречу друг другу. Их тела сплелись в страстных объятиях, при этом громко плюхнувшись в наполненную на половину бочку.

Все участники похода, вымытые и переодевшиеся, собрались в обеденном зале и ожидали заказанный ужин. Не было только наёмника Франка.

— Что-то ваш товарищ очень долго, надо бы проверить, не утонул ли он, — усмехнувшись, сказал майстре-капитан. И повернувшись к заухмылявшимся подчиненным, скомандовал аналитику:

— А ну сходи-ка, проверь.

Трамс немного оживший, после того как отряд покинул страшный Лес и не менее страшные земли между Проклятыми пустошами и Лернейскими болотами, воспрял духом и к нему начали возвращаться прежние замашки. Он кивнул и радостно побежал выполнять приказание капитана.

— Чем вы думаете заняться сегодня вечером, — вопрос майстре был адресован одновремённо наёмнице и охотникам. Наёмница пожала плечами, а охотник Роберт сказал:

— Я хочу сходить в город, в музыкальный салон на улице Каштанов, там будут выступать музыканты. Знаете, хочется немного развеяться после диких земель и вкусить блага цивилизации. Вы ко мне присоединитесь? — Обратился он к Альме и Марату.

— Конечно, присоединимся вкусить, то есть я хотел сказать послушать, — рассеянно ответил охотник Марат. Он по-прежнему не сводил влюблённого взгляда с наёмницы, и она отвечала ему тем же. Свои чувства они уже не скрывали. Это немного успокаивало подозрительного эльфа. Он как все эльфы был немного романтиком, и его умиляли чувства влюблённых. Кроме этого, как разведчик, Лувинаэль считал, что влюбленные, занятые друг другом и своим чувством, не способны на крупные пакости. Но он не ослаблял своей бдительности, так как был уверен — разумное существо способно мелкую пакость сделать в любом состоянии.

— Хорошо, вы приобщайтесь к благам цивилизации, а мы немного прогуляемся, а потом ляжем спать, — капитан хотел, не откладывая в долгий ящик, провести рекогносцировку местности у замка чёрного колдуна с тем, что бы как можно скорее приступить к выполнению порученной ему миссии. И он рад был избавиться на сегодняшний вечер от наёмников и охотников.

По лестнице ведущей на второй этаж к жилым комнатам, буквально скатился перепуганный аналитик. Он мелко трясся и как рыба безмолвно раскрывал рот. Наконец дар речи к нему вернулся и он прохрипел:

— Там, там... Наёмник ведьму того...

— Какую ведьму? И чего того? — Удивлённо спросил майстре-капитан.

— Того... Ведьма того, того наёмника!

— Так кто того, кого того... Тьфу, совсем сбил с толку, что там того и кто кого? И откуда здесь ведьмы? Надо пойти проверить, — капитан, грозно сдвинув брови.

— Я бы не стал этого делать, — задумчиво произнёс охотник Роберт.

— Почему?

— Если Франк того ведьму, то помешать ему будет не по джентельменски. А если же ведьма его того... Нет не советую!

— Почему?

— Потому, что когда она закончит с Франком, она может того и того, ну того, кто туда пойдёт и ей помешает. А рассерженная ведьма это я вам скажу это ого-го.

— Но она когда закончит с охотником, она может спуститься сюда и... — Пискнул аналитик.

— Может, — глубокомысленно заметил охотник, — Ещё как может.

— Но, что же делать! — Уже совсем запаниковал Трамс.

— Надеюсь, ваши товарищи вас защитят, — охотник посмотрел на спутников аналитика. Сержанты всем своим видом показывали, что они готовы не защитить, а наоборот, отдать Трамса ведьме, если она сюда спустится. А сами они быстренько сделают ноги, пока страшная ведьма будет — того аналитика. Остальные члены отряда были солидарны с сержантами. Сверху раздались шаги. Отряд быстро сбился в кучу. Стоящие в стороне охотники и наёмница с интересом наблюдали, как приключенцы пятятся к дверям, прикрываясь дрожащим аналитиком. Наёмник Дорн как всегда глубокомысленно молчал, он был занят — он пробовал ужин, принесенный служанкой. Спускающиеся под руку Франк и красивая девушка с удивлением наблюдали переполох среди отряда приключенцев-терористов. На девушке было тёмно-зелёное платье, её чёрные волосы, казалось, слегка отливали зеленью. Девушка приветственно кивнула головой:

— Добрый вечер!

— Здравствуй, Наки! — Приветливо сказала наёмница. Дорн ничего не сказал, лишь кивнул, он уже усиленно жевал, переполох среди приключенцев не мог оторвать его от такого важного дела как ужин.

— О прекрасная Наки, вы сегодня очаровательны, — поклонился охотник Роберт.

— Вы знакомы? — С подозрением спросил капитан.

— Конечно, мы же не первый раз останавливаемся в этой гостинице, — невозмутимо ответил охотник.

— Так, что же вы того... Ведьма того, этого! Какого!

— Разве это я? Это вот ваш подчинённый! — Возмутился охотник Роберт и указал на дрожащего аналитика.

— А что этот достойный человек так дрожит? — Нежным голосом спросила черноволосая девушка, и улыбнулась. Улыбнулась, показав клыки, но так что б это было видно только Трамсу.

— Новое направление аналитической мысли, аналитик-трясун. Мыслительный процесс сопровождается активными вибрационными движениями. — Охотоно пояснил охотник Роберт.

После ужина охотники и наёмники с присоединившейся к ним девушкой ушли развлекаться. Городские ворота уже были закрыты, но и в пригороде было достаточно развлекательных заведений. Гном завалился спать. Хмурый лейтенант был оставлен сторожить снаряжение, а Трамса не взяли, как временно не дееспособного, уж очень он трясся. А остальные приключенцы с капитаном пошли на разведку.

— Как ты думаешь, не пора ли их брать? — Спросил Роберт Марата.

— Нет, пускай ещё побегают, интересно, что у них припасено в запасе. Уж очень хочется посмотреть, что в этот раз придумал хитроумный князь Горбовски. — Ответил охотник Марат, он же Чёрный Колдун.

Их компания уже побывала в салоне, послушала музыку, и теперь просто гуляла по ночному пригороду.

— А давайте зайдём в гости к Чёрному Колдуну, — предложил Роберт, — У него ещё вино оставалось, Шамброне 2556 года.

— О! — Сказала Наки, и посмотрела на охотника Марата, — А грозный Чёрный Колдун не рассердится?

— Не рассердится! — Замотал головой Марат.

Компания свернула в небольшой переулок и зашла в маленькую таверну. За стойкой стояла пожилая женщина. Несколько посетителей сидело в глубине зала.

— Добрый вечер, матушка Немиш, — поздоровался Марат, Роберт тоже поздоровался с женщиной. Она подняла глаза:

— И вам добрый вечер, а Марат и Роберт, а кто это с вами.

— Друзья, — ответил Марат,— А это Альма, моя невеста.

Матушка Немиш, близоруко сощурилась, рассматривая девушку, и одобрительно кивнула:

— Красивая, ты уж не обижай её.

— Такую обидишь, она сама кого угодно обидеть может, мало не покажется, — засмеялся Роберт.

— А с вами мужиками только так и надо, погоди и на тебя управа найдётся! — Матушка Немиш шутливо погрозила пальцем. И посмотрев на девушек, покачала головой:

— А вы не простые девушки, да не простые. Хранителю привет передавай, от Немиш, — кивнула она Наки, и снова обратившись к Марату, спросила,— Пройти хочешь?

И не дожидаясь ответа, открыла дверь за стойкой и приглашающе махнула компании:

— Проходите.

Компания прошла недлинным коридором и вышла в небольшую комнату.

— А ведь матушка Немиш ведьма и очень сильная, — сказала Наки, обращаясь к Марату.

— Да, и кто ты она сразу догадалась, а вот кто Альма не поняла. — Подтвердил охотник, он же Колдун, — Кто такие анкарры в этом мире уже мало кто помнит.

Он сделал несколько пассов рукой и вместо стены загорелся квадрат портала.

— Ого, я про порталы давно не слышала, вроде здешние маги их не умеют уже делать, — удивилась Наки.

-Умеют, просто энергии не хватает, — сказал Марат и, отвечая на не заданный вопрос, продолжил, — Я придумал, как накапливать энергию на такие вот штучки. Видишь, получается, правда пока на небольшие расстояния.

Марат закончил активацию портала и сделал приглашающий жест:

— Прошу!

По просторному помещению опять летали какие-то клочки и обрывки, это уже Виренталь доламывал и дорывал то, что осталось целым после Тхэджэса. Виренталь был Крум полукровка. Это было видно по светлокаштановым волосам и массивной для Крум фигуре. Доломав остатки мебели, и окончательно содрав со стен декоративные панели, он немного успокоился. Он посмотрел, куда бы сесть, но в помещении мебели уже не осталось. Он глянул на сжавшихся по углам Крум, тоже полукровок и проговорил:

— Что ж это может быть и к лучшему, хотя денег Тхеджеса нам будет не хватать. Но отступники за это заплатят. Жестоко заплатят, пусть среди них мой брат и недостойная дочь. А деньги... Деньги это зло, от них все беды. И нам помогут добыть это зло те, кто приносят беды. А эти презренные короткоживущие торгаши, они ещё имели наглость потребовать, чтоб я возместил убытки нанесенные им Тхэджэсом. И это после всех тех знаний, что я им передал. Что ж, это они мне возместят все убытки. Что встали, собираемся и уходим, быстро! И заложить здесь заряды! — Набросился Виренталь на безмолвных Крум, стоящих в углах помещения. Один из них посмел возразить:

— Но, сэхэ, заряды не принесут здесь вреда, сработает система пожаротушения и герметизации повреждённого...

— Знаю, — грубо оборвал его Виренталь, — Это отвлечёт наблюдение и возможную погоню. Пока они откроют заблокированный сектор, и будут разбираться, что здесь произошло, мы уже будем далеко.

В отсеке, занимаемом Крум Виренталя, началась суета. Казалось, все носятся без всякого смысла, но уже через пару минут отсек был пуст. Ещё через пару минут там прогремела серия взрывов, сработала система пожаротушения и аварийной блокировки сектора, но Крум — злоумышленники уже были далеко.

Инэллина Дорсет задумчиво смотрела на удаляющийся от станции фрегат, без опознавательных знаков.

— Капитан, уничтожить? — Спросила террийка сидевшая за пультом канонира.

— Нет, мне кажется, что любезный Виренталь выведет нас к базе пиратов, дорогой которую мы давно ищем. По кораблю, боевая тревога! Старт через тридцать секунд, даю обратный отсчёт.

Капитан нажала клавишу, и механический голос заполнил отсеки «Лесной волшебницы»:

— Тридцать, двадцать девять, двадцать восемь...

Члены экипажа, быстро заняли свои посты, те же, кто не принимал непосредственного участия в управлении кораблём, заняли противоперегрузочные коконы. «Лесная Волшебница» обычно уходила с парковочных орбит с ускорением, вызывавшим пяти-шести кратные перегрузки.

— От этих Крум, одни убытки, я же предупреждал — не надо с ними связываться, мало того, что один взорвал энергостанцию, второй вот выжег три отсека, и убытки, убытки теперь нам их ни кто не возместит!

— Технологии, которыми мы владеем благодаря Виренталю, уже с лихвой окупили все убытки, которые нам нанесли эти Крум. Гуго, не нойте, лучше займитесь ревизионной коммисией, какие претензии они собираются нам ещё выставить. — Грег Деркс поморщился и отключил связь с кабинетом финансового директора ГИГа. Немного посидев, он включил связь техническим директором:

— Прест, что у нас ещё плохого?

— Похоже, что все Крум покинули нашу станцию. Тхэджэс угнал наш патрульный фрегат «Стерегущий», бортовой номер — двадцать один.

— Как это ему удалось?

— Экипаж в полном составе пьянствовал в близлежащем кабаке, и Крум как-то удалось снять с них личные коды доступа. Как выясняем. А имперские патрульные корабли их пропустили, не иначе как капитан Дорсет была в курсе, а может, это она всё и организовала.

— А Виренталь, что тоже в сговоре с имперцами?

— Это вряд ли, «Лесная волшебница» снялась с парковочной орбиты и скрытно пошла за фрегатом Виренталя, — и, предваряя вопрос Деркса, Прест Торнс сказал:

— Мои люди выяснили, как Виренталю удалось протащить и спрятать на станции фрегат. Обычная коррупция. Он дал взятки кому нужно. Виновные примерно наказаны. Что б другим не повадно было.

— Прест, наказаниями ты коррупцию не изживёшь, следующий раз наши работнички будут лучше прятаться, а взятки всё равно брать будут.

Марат и его спутники прошли через портал и оказались в мрачном помещении, скорее зале.

— Как, здесь не уютно, — поёжившись, произнесла Наки, — Мрачно, и кругом камень, давит. Как здесь можно жить?

— А здесь никто и не живёт, — начал объяснять Марат,— Это так сказать, преддверие ада. Места обиталища, страшного Чёрного Колдуна. Всякий кто прошёл через портал, по велению Чёрного Колдуна или тайно проник в замок, должен впечатлиться, и наполниться ужасом.

Они вышли из зала, и попали в не менее мрачный коридор, в который выходило около двух десятков дверей. В коридоре стояло четыре воина в чёрных доспехах, это были «Чёрные гвардейцы» элитные воины гвардии Чёрного Колдуна. Наёмница с сомнением посмотрела на гвардейцев:

— А не мало ли, для охраны порталов напрямую ведущих во дворец?

— В самый раз. Это первый заслон, они поднимают тревогу и сюда из караулки ещё десяток прибежит.

— Десяток? Так мало?

— Это элита. Что б задержать одиночек их вполне хватит. А при масштабном вторжении или появлении диверсионных групп, типа наших приключенцев, их задача оказать бешеное сопротивление, а потом без потерь отступить. Или вообще смыться, если вторгшиеся захотят, всё-таки их уничтожить.

— Как смыться?

— А здесь рядом зал, где находится Кристалл силы Чёрных Колдунов, обычно вторгшиеся направляются туда, а не гоняются за убежавшими гвардейцами. Хотите посмотреть на него?

Все выразили желание полюбоваться на старинный артефакт, дающий силу вот уже почти сотне Чёрных Колдунов. Группа прошла по ещё одному коридору, и оказалось в величественно мрачном зале. В центре на постаменте из чёрного гранита горел багровым светом Кристалл. Он был размером в рост человека. Чрно-багровые лучи испускаемые кристаллом, подсознательно внушали ужас.

— Нравится? — Самодовольно спросил чёрный колдун.

— Средоточие чёрной силы, если его разбить, то чёрные колдуны утратят всё своё могущество! — Прошептал наёмник Франк. Наки теснее к нему прижалась.

— О! Впечатлились! Недаром я старался, да если его разбить... Только при мне его уже три раза разбивали. И чтобы его разбить надо приложить очень большие усилия, как магические так и физические. И тех, кто разбил, можно брать почти голыми руками. — Чёрный Колдун аж светился от гордости.

— Но как же... Ведь легенда... — Франк не мог поверить в то что говорил Марат.

— Да, где-то лет девятьсот назад был такой чёрный колдун толи Сардельнапалм, толи Науходонос... — Начал чёрный колдун.

— Какие странные и пугающие имена, — Прошептала Наки.

— Да в древние времена чёрные колдуны считали, что даже их имя должно устрашать. Так вот, одному из них надоели постоянные покушения «светлых сил» на его жизнь. И он где-то откопал старинное предание о величайшем злодее всех времён и народов неком Кащенко. Тот злодей был ещё и бессмертным. Но как вы понимаете и бессмертного можно убить. И этому Кащенко Бессмертному надоели постоянные покушения на его жизнь, они отвлекали его от основных злодейских дел. И он придумал такой трюк — он зачаровал свою смерть и поместил её на кончик иглы, а иглу спрятал в яйцо...

— Глупое решение, во первых это больно — иглу в яйцо, — наёмник Франк аж поморщился, представив себе подобный способ хранить свою смерть. — А во вторых, желающих его убить, от этого не убавится. И желая добраться до его смерти, будут они все его бить всё время по яйцу, а такого даже бессмертный не выдержит. Тем более, что неизвестно в какое яйцо он спрятал свою смерть. Значит, бить будут по обоим, — сделал неутешительный для злодея вывод Франк.

— Нет, яйцо было куриное, и поместил злодей это яйцо в утку, а утку в зайца. Зайца в сундук, а сундук повесил на дерево, которое росло на каком-то острове, — объяснил злодейский замысел Марат.

— Вот уж действительно злодей, так над бедными зверюшками издеваться, — возмутилась Наки, — Это как же он утку-то в зайца запихивал, а потом бедного раздувшегося зайца в сундук засунул. Они ж там долго не протянут, от голода помрут.

— Ну, не знаю, то предание об этом умалчивает. Но нашему чёрному колдуну сама идея понравилась. И он сваял чёрный кристалл, и распустил слухи, что сила чёрных колдунов в этом кристалле. И покушаться, стали не на колдуна, а на кристалл, кто разбивает, кто, даже, подчинить пытается, чтоб самому стать чёрным колдуном.

— Вот такой сразу сделал? — Наёмница Альма показала рукой на кристалл, она стояла, прижавшись к Марату.

— Нет, сперва кристалл был размером с голову, и его пару раз даже похищали. Но сами понимаете, кристалл похищен, а колдуну хоть бы хны. Так и такую полезную легенду не долго угробить, поэтому какой-то следующий колдун сделал его побольше и снабдил заклинанием самоликвидации, если кристалл через три дня не вернётся сюда, то он взрывается. Ну, а я сделал его уже такого размера и придал необходимый антураж.— Засмеялся чёрный колдун. — Так что вот она — цель наших приключенцев-террористов, и они сейчас рыщут где-то в окрестностях, разведывая подходы.

— Идём отсюда, — сказала Альма, — Это хоть и обманка, но всё равно действует очень угнетающе.

— Так и должно быть,— подтвердил Колдун, — Теперь понимаете, что здесь большая охрана ни к чему.

Бывший патрульный фрегат «Стерегущий», бортовой номер — двадцать один висел в пространстве не далеко, по космическим меркам, от станции, которую он недавно покинул. Бывший патрульный, потому что экипаж на нём были беглые Крум, захватившие его. Фрегат должен был приступить к патрулированию, но выйти в космос ему помешала имперская эскадра, заблокировавшая пространство вокруг станции «Перекрёсток». Команда фрегата решила отпраздновать не запланированный выходной в ближайшей таверне, чем и воспользовалась группа Крум, отколовшаяся, вернее сбежавшая, от Уничтожителей Виренталя. Запасов продовольствия, воды и кислорода хватило бы на длительный переход, энергию энергетическая установка черпала из линий силы, или мировых энергетических связей, как называли их учёные этого мира, линий пронизывающих пространство всех миров. Кораблям, оснащённым такими энергоустановками — генераторами не требовалась дозаправка, он могли лететь теоретически вечно, время полёта ограничивали запасы для жизнедеятельности существ составлявших экипаж и износ генераторов. Большие корабли, имеющие замкнутый жизненный цикл, могли находиться в пространстве тоже теоретически вечно.

Фрегат висел, прикрытый защитными и отражающими полями максимальной мощности. Тхэджэс и Миренталь решили не убегать от опасности в лице Виренталя и его Уничтожителей, а затаиться и посмотреть, что же тот предпримет, ведь лучшая защита это нападение.

— Есть старт со станции корабля типа фрегат, старт осуществлен не из зоны причалов. — Доложил один из Крум сидящий за пультом. Все беглецы, а они все находились в рубке, повернулись к экранам.

— Это Виренталь, это его фрегат, — сказал Миренталь, — Смотрите, имперцы его пропустили.

— Почему они не расстреляли корабль, нарушивший блокаду? — Спросил Тхэджэс.

— Наверное, у нашей знакомой есть какие-то планы относительно этого корабля и его экипажа, — ответил Миренталь, и указал на экран, показывающий пространство в котором висели имперские корабли, — Мы пойдём за ней, если она будет сопровождать фрегат... Смотрите!

Большой силуэт «Лесной Волшебницы» мигнул и исчез. Миренталь даже присвистнул от удивления:

— Вот это мощность! Держитесь за фрегатом, за «Лесной Волшебницей» мы не сможем идти, у неё слишком сильные поля отражения. За фрегатом и на максимальном удалении!

— Капитан! За нами хвост! — Отрапортовала террийка Анна, сидящая за пультом следящих систем.

— Сжечь? — Спросила террийка Ирен, сидящая за пультом канонира.

— Нет, это Тхэджэс, ему тоже интересно, куда это направляется любезный Виренталь, пусть идут, тем более, что они нас не видят.

Корабли разогнались до скорости перехода и нырнули в гиперпространство. Корабль Тхэджэса шел, ориентируясь только на показания детектора масс, который ловил слабое эхо корабля Виренталя. А на «Лесной Волшебнице» чётко видели оба корабля, её приборы это позволяли.

Через трое суток полёта корабли вышли из гипера. Впереди была звёздная система, обозначенная в атласах как сорок один ноль двенадцать. Система представляла собой несколько планет, одна из которых классифицировалась бы в звёздном атласе как — условно пригодная для жизни, остальные были просто каменными глыбами без какой либо атмосферы. Все планеты находились внутри пояса астероидов, очень мощного в этой системе и имеющего форму шара. Надо сказать, что по необъяснимой прихоти Творца или Творцов, все звёздные системы имели пояса астероидов, одни меньше, другие побольше. Но здесь пояс был прямо рекордным.

— Вот она, Тортуга, логово пиратов, — удовлетворённо сказала Инэллина Дорсет, — Ни как руки не доходят выжечь это разбойничье гнездо. То война с СССР, то разборки с корпоратами. Любезный Виренталь привёл нас прямым путём, теперь можно будет беспрепятственно и неожиданно привести сюда флот.

Известный путь в систему представлял собой запутанную траекторию гипер прыжков через необитаемые системы. Там кроме минных полей были ещё и наблюдательные посты пиратов. При движении большого флота предупреждённые пираты успевали стянуть свои силы и подготовить оборону. Кроме пояса астероидов систему прикрывала сеть фортов и батареи тяжёлых орудий. Поэтому даже имперский флот понёс бы непоправимо тяжёлые потери при штурме этого пиратского логова. Пиратская база возникла во время большой войны Империи и Союза. К становлению и укреплению этого пиратского государства приложили руку и корпораты, что не мешало пиратам грабить их тоже. Кто назвал систему Тортугой уже неизвестно, но название прижилось.

Корабль Виренталя ответил на запрос со сторожевого поста, после чего на него прибыл лоцман. Он повёл фрегат сложным фарватером через лабиринт скальных обломков и минных полей. Капитан Дорсет задумчиво посмотрела вслед фрегату, и решила:

— В пояс мы на «Лесной Волшебнице» не пойдём, можем, но не пойдём. Корабль будет резервом, страховкой.

— А что мы тогда предпримем? — Спросила одна из террийок.

— Мы пойдём в пояс на фрегате Тхэджэса, дайте связь.

В рубке фрегата снова собралась его не многочисленная команда. Все смотрели на удаляющийся корабль Виренталя.

— За ним мы последовать не можем, не знаем фарватера, и эти, — Миренталь указал на форт пиратов, запирающий начало фарватера, — Не пропустят, просто расстреляют. Ждать тоже нет смысла, мы не знаем, сколько там пробудет Виренталь. Так что будем делать?

Ответить ему ни кто не успел. Зажёгся экран связи. На экране возникло знакомое лицо капитана Дорсет. Она оглядела находящихся в рубке, по этому уже можно было судить, что связь установлена двухсторонняя, и произнесла:

— Вы решили не много повоевать? Но сил у вас явно не хватит, — капитан кивнула на укреплённую звёздную систему, — Предлагаю вам союз. Для начала пристыкуйте свой фрегат к моему кораблю.

— Хорошо, капитан, — ответил за всех Тхэджес. Миренталь пожал плечами, как бы говоря — другого выхода у нас всё равно нет.

В большой кают-компании «Лесной Волшебницы» собрались свободные от вахты члены команды адмиральского курьера и вся команда Тхэджэса. Инэллина Дорсет оглядела собрание, удовлетворённо кивнула и произнесла:

— Все заинтересованные лица в сборе. Перейдём к делу. Нам надо проникнуть на пиратскую базу и узнать, что им предложит Виренталь и что они надумают сделать после его предложения. Поэтому мы, те, кого я отберу, пойдём в систему, пойдём на вашем фрегате, — она кивнула в сторону Тхэджэса и его команды, — «Волшебница» останется здесь, как прикрытие и средство быстро отсюда уйти, в случае непредвиденных обстоятельств.

— Я бы хотел тоже пойти в систему, — подал голос Тхэджэс, — Я обладаю некоторыми способностями, которые там пригодятся.

— Хорошо, — кивнула капитан,— Я знаю способности Стьеххар, ты идёшь, и из твоей команды я возьму Изменчивых. Она кивнула в сторону Алие и изменчивого присоединившегося к Тхэджэсу. Потом назвала тех, кто пойдет от её экипажа, и спросила:

— Есть возражения?

— Я тоже должен пойти, — встал Миренталь.

— Хорошо, вы тоже, — согласилась капитан.

Марат и Альма стояли в мрачном рабочем кабинете чёрного колдуна. Марат уже продемонстрировал Альме волшебный хрустальный шар в действии. Они понаблюдали блуждание приключенцев-террористов в темноте вокруг замка, и теперь просто целовались. В дверь постучали.

— Кто там ещё? — Недовольно спросил Марат, при этом сильнее прижимая к себе наёмницу.

— Это я, повелитель, — на пороге появился Арчибальд с подносом, на котором стояли — бутылка Шамброне 2556 года, бокалы и лёгкие закуски.

— Арчибальд, что случилось? Ты случайно не заболел? Тебя всегда можно было дозваться только с третьего раза, а чтоб ты сам и... — И Колдун в недоумении показал на поднос, — И потом ты ещё никогда не называл меня повелителем, в лучшем случае — ваша милость.

— Возможно, госпожа проголодалась и её мучает жажда, — слуга с почтением, нет даже с благоговением, поклонился девушке, потом поклонился Колдуну, — Только у истинного Чёрного Колдуна, повелителя тёмных сил, подругой может быть демон — анкарра!

— Да, и Альма не просто моя подруга, она моя невеста и я хочу, чтоб наша помолвка состоялась завтра. И свадьбу, думаю, тоже не будем откладывать, — Марат с нежностью посмотрел на девушку, — Да откладывать не будем. Арчибальд, ты знаток всех традиций и подобных тонкостей, займись.

— О! Повелитель! Повелительница! — Арчибальд ещё ниже поклонился влюблённой парочке, на его лице отразилось неподдельное счастье. Он ещё раз поклонился и вышел из кабинета.

— Вот, как мало надо человеку для счастья, всего лишь чтоб главный злодей Ойкумены женился на демоне, — с улыбкой сказал Колдун.

— А как он узнал, что я анкарра? — Спросила Альма.

— Он уже служит не одному поколению Чёрных Колдунов, видел и знает очень много, мне иногда кажется, что в магическом плане он сильнее любого Чёрного Колдуна.

Колдун разлил вино по бокалам и подал один девушке. Альма пригубила вино и оглядела кабинет:

— Всё-таки у тебя тут очень мрачно.

— Наследство предыдущего чёрного колдуна, я тут пока ничего не менял, так, кое какие усовершенствования.

Альма с неодобрением ещё раз огляделась, и взгляд её остановился на трёх скелетах совершенно обнажённых женщин, стоящих в очень развратных позах:

— Это ещё что?

— Я же говорю, осталось от прежнего хозяина кабинета, вон он стоит, — и Колдун указал на скелет старого чёрного колдуна.

— Убрать! Немедленно! — Приказала наёмница строгим голосом.

— Слушаю и повинуюсь, о прекраснейшая из всех прекрасных демонов, — поклонился девушке Колдун. Затем щёлкнул пальцами, и скелеты женщин рассыпались. А скелет старого колдуна ожил, и заорал дребезжащим противным голосом:

— Что, недоучка, допрыгался? Сейчас этот вызванный тобой демон тебя и сожрёт! Это надо же быть таким тупицей, чтоб вызывать демонов без охранного круга!

Колдун, поморщившись, сказал:

— У этого душа осталась, те души, — он кивнул на рассыпавшиеся скелеты, — Я сразу отпустил. А с этим просто не знаю, что делать. Очень уж злобная душа...

— Этого тоже отпусти, а? Ну, Марат, отпусти. — Альма была не злой демон, и никого не собиралась съедать, тем более своего любимого. И старого Чёрного Колдуна ей тоже стало жалко.

— Он же может такого натворить! Его душа сама же не уйдёт.... А впрочем... — И Марат щёлкнул пальцами. Скелет старого чёрного колдуна осыпался, но полупрозрачный силуэт остался стоять. Потом взлетел и торжествующе захохотал и мерзко воя улетел сквозь стену.

— А он может ... — Начала Альма, но Марат её перебил:

— Нет, любимая, он уже не сможет, что-либо натворить. А сейчас его поймают и займутся перевоспитанием.

Марат нежно обнял своего любимого демона и поцеловал, Альма ему ответила. Для них перестали существовать и злобные призраки старых Чёрных Колдунов, и террористы-приключенцы рыщущие вокруг замка, да и весь остальной мир.

Фрегат, прикрытый защитными и отражающими полями максимальной мощности, вошёл в астероидный пояс звёздной системы «Тортуга» со стороны противоположной входному фарватеру. Здесь находился только один форт, но больше было и не надо. Астероидный пояс, сначала состоящий из отдельных обломков, чем дальше в глубь, тем больше превращался в густую кашу. Кашу больших, до размеров астероида, и маленьких, как футбольный мяч, обломков, хаотично двигающихся и сталкивающихся друг с другом. Капитан Дорсет уверенно вела фрегат в этой каше, непонятно как избегая столкновений. При этом скорость была достаточно быстрой. Миренталь не мог понять как эта, пускай и с большим опытом, но человеческая женщина могла это делать. Он бы так не смог, да что он, даже для Стьехар это было бы тяжело, если вообще возможно. Хотя Тхэджэс выглядел невозмутимо и был абсолютно спокойным. Спокойными были и террийки, сидящие за консолями канонира, внешнего контроля и управления двигателем. Видно было, что они абсолютно доверяют своему капитану и возможно такие переходы они осуществляют не первый раз.

Весь переход занял шесть часов. Когда до планеты на орбите, которой висела пиратская крепость, оставалось десять минут лёта, капитан Дорсет завела фрегат в тень большого обломка скалы или малого астероида. Оставив ходовые двигатели на холостом ходу, что позволяло начать движение в любой момент капитан обратилась к команде:

— Анна, Ирен и Мари остаются на корабле, будьте готовы к старту в любую минуту, возможно, нам отходить придётся с боем. В случае обнаружения уходите поглубже в пояс, там вас не достанут. Мы идём следующим порядком, первая волна Изменчивые, за ними я, Миренталь и Тхеджес. Вам, — она обратилась к тройке Изменчивых, — Надо будет перехватить кого-нибудь из персонала крепости и, используя свои возможности, притворится ими. Затем открыть нам шлюз, мы войдём внутрь, и там я подключусь к информационной сети станции. Не думаю, что Виренталя пустят на планету, да и он сам туда не пойдёт. Слишком осторожный, чтоб далеко уйти от своего корабля. И по традиции всех десантников, скомандовала:

— Попрыгали! Нормально? Тогда пошли!

Шесть фигур одетые в лёгкие скафандры выскользнули из выходного шлюза фрегата и тройками, с небольшим интервалом, скользнули к крепости. Инэллина Дорсет предпочла лёгкие скафандры тяжёлой броне, аргументировав это тем, что брать штурмом пиратскую крепость она не собирается, а для скрытого подхода и быстрого ухода лёгкие скафандры с облегчённой бронёй самое то. Подойдя ближе, капитан Дорсет увидела, что в крепости производят толи ремонтные, толи профилактические работы. Капитан решила поменять план проникновения в крепость. Она тихо щелкнула языком, и её группа вся собралась за последним перед крепостью, скальным обломком. Она жестом отдала команду, и группа дружно ухватив какой-то контейнер, потащила его к пиратской крепости. В крепость проникли через большой грузовой шлюз. Вокруг сновало множество людей в скафандрах самого различного вида, пираты не придерживались какой-либо формы, и их скафандры поражали разнообразием. Так, что ещё шесть человек одетых в скафандры ни кого не заинтересовали. Заклинив контейнер так, чтоб он заблокировал возможность закрытия ворот шлюза, группа углубилась во внутренние помещения крепости. У ближайшего коммуникационного колодца капитан Дорсет достала из своей сумки прибор, очень напоминавший стандартный ремонтный анализатор. Подключившись к одному из оптоволоконных кабелей, она сосредоточено в течение тридцати секунд смотрела на экранчик анализатора. Нахмурившись, она отключила прибор и сказала:

— Хорошая защита, отсюда войти в сеть не получается, надо войти с какого-нибудь командного пульта.

— Пульт управления огнём батареи подойдёт? — Спросил Миренталь, Капитан Дорсет кивнула.

— Тогда идём, я знаю планировку таких крепостей. Идите за мной, — сказал Миренталь и повёл группу по лабиринту коридоров.

Мерзко хохоча и злобно завывая [29] призрак бывшего чёрного колдуна летел по коридорам замка. Да он сейчас всего лишь призрак, но не даром он был самым злобным колдуном, а этот недоучка теперь жестоко поплатится. Силы ещё остались и уменье творить зло, тоже никуда не делось. Бывший чёрный колдун аж зажмурился от предвкушения и захохотал ещё зловеще. Но его триумфальный полёт был грубо остановлен. Бывший колдун как будто налетел на стену и был жёстко зафиксирован.

— Почему нарушаем? Почему явление в неустановленное время, да ещё в столь не подобающем виде. И где твоё разрешение?— Перед призраком колдуна стояло очень строгое привидение в ветхом саване.

— Какккое разрешение? Какой вид? — удивлённо пролепетал бывший Чёрный Колдун.

— Согласно решению Сухорёвобергской конвенции за каждым призраком закреплена определённая территория, и покидать ее, без разрешения смотрящего запрещено, перелетать на чужой участок можно только с разрешения хозяина этого участка. Ты без разрешения вторгся на наш коллективный участок!

— Какой участок? И почему коллективный? — Бывший колдун растерялся, он не мог ничего понять.

— Участок обитания коллектива призраков — колприз. Этот замок является колпризом — добровольным объединением призраков и привидений, сливших личные участки своего обитания в коллективную собственность! Добровольно отказавшихся от личной собственности в пользу общественной! — Важно сказал призрак в саване, подняв для убедительности палец. Бывший колдун только помотал головой, он никак не мог сразу вникнуть в такие тонкости общественного устройства жизни призраков. Привидение в саване сокрушённо покачало головой и продолжило:

— Или ты хочешь повторить судьбу Паникавеевского призрака.

— Кого? — Напористость этого призрака сбивала бывшего колдуна с толку.

— Паникавеевского призрака, этого презренного нарушителя Сухорёвобергской конвенции.

— Какой конвенции?

— Сухорёвобергской. Пятьдесят лет назад авторитетные призраки и привидения собрались в замке Сухорёвоберг и решили, положит конец беспределу, когда в одном замке переизбыток призраков, а в другом нет никого. Ведь в этом случае замок без призраков оказывается, без присмотра. А что такое замок без призраков? Сирота горемычная! Ведь так!

— Так, — согласился всё ещё ничего не понимающий бывший колдун.

— Вот видишь! А в замке, где от призраков не протолкнуться, тоже порядка нет! А Паникавеевскому призраку выделили под территорию обитания Паникавеевский замок, пусть маленький, но довольно уютный. А он, мол, мало места, развернуться негде. И нарушил конвенцию — вторгся на чужую территорию. Там ему, естественно не были рады, и с позором изгнали. А выделенный ему замок уже заняли. Вот он неприкаянный и бродил по чужим территориям, в приличные места его уже не пускали. Он с горя опустился и начал крестьян пугать. Воровал у них кур и гусей. Ты только подумай! Призрак, ворующий гусей! И вот в одной деревне его подстерегли и поймали, там на практике был очень талантливый молодой маг. Так вот, поймали и обездвижили, и селяне побили этого нарушителя граблями и лопатами. Подумать только, бить призрака — граблями и лопатами! Какой позор! А напоследок прикололи вилами к стене мельницы. И каждый, кто приезжал на эту мельницу, считал своим долгом плюнуть на приколотое к стене привидение. Мельник, шельмец этакий, распустил слух, что это приносит удачу. И теперь к нему народ валом валит.

— К кому?

— К мельнику, естественно, у него же теперь доходы вдвое выросли. Ну и призрак без внимания не остаётся. Ты что тоже хочешь вот так висеть приколотый вилами к стене, и что бы на тебя все плевали?

Бывший колдун замотал головой, потом вспомнил, что он колдун и попытался колдануть что-нибудь на этого нахального и разговорчивого призрака, но с ужасом почувствовал, что у него ничего не получается. Призрак в саване внимательно посмотрел на потуги бывшего колдуна и сказал:

— Э, да ты видно новенький! Совсем недавно призраком стал. Ладно, в беде не бросим, призраки своих не бросают! Мы тебя где-нибудь здесь трудоустроим. Звать тебя как!

— Э... — Пробормотал вслед за призраком в саване бывший колдун.

-Э, какое странное имя. Лучше сменить, на что-нибудь более благозвучное, например Элэндиль, такое красивое эльфийское имя. Ты случайно не эльфом был?

Колдун снова замотал головой.

— А жаль, эльфов у нас ещё небыло, ты стал бы первым — такая экзотика. Ладно, будешь Эвлампий, а что, тоже не плохо. И вот твоё рабочее место. Цени, сразу угловым ставлю. — И призрак в саване указал на закуток в коридоре, откуда тянуло сыростью и плесенью.

— Как угловым? — Спросил ново наречённый Эвлампий.

— Мог бы стеновым, это первая, низшая ступень. Сидишь в стене, время от времени высовываешься и воешь, ну или как-то по другому себя обозначаешь. А угловой уже не в стене, а в своём углу может повыть, а ну-ка, изобрази.

И бывший колдун, а ныне Эвлампий послушно завыл. Завыл страшно и грозно.

— Не верю! — сказал призрак в саване, — Не верю, где экспрессия, где угроза, воешь как-то без души. А ну-ка повтори.

И Эвлампий завыл, вложив в этот вой всю свою ярость, от такой неожиданной смены статуса.

— Не, не слышу угрозы. Не убедительно. Как-то жидко. Пугать тебе рано. Будешь угловым страдальцем. Вот на!

И на руках и ногах Эвлампия появились ржавые кандалы. Бывший колдун от неожиданности дёрнулся и цепи зазвенели.

— Уже лучше, — удовлетворённо произнёс призрак в саване, — Продолжай вот так и дальше, если хорошо себя зарекомендуешь, может, дослужишься до коридорного.

И видя недоумение Эвлампия, пояснил:

— Коридорный отвечает за коридор, он старший над угловыми и стеновыми. Твой в том конце коридора, сейчас подойдёт. Познакомишься. А я смотрящий за замком. Самый главный здесь призрак! А ты как рассветет, приходи в подвал, в главную пыточную, знаешь где?

Эвлампий послушно кивнул. А главный смотрящий продолжил:

— Она сейчас заброшена, и мы там сделали наш главный клуб, ну место общих встреч, приходи, пообщаешься со всеми членами нашего колприза, повеселишься, и вот ещё...

Призрак-смотрящий сделал жест рукой и Эвлапия обернул белый ветхий саван.

— Вот, так-то лучше, а то в таком непотребном виде, голым по замку разгуливать... А у нас всё-таки и дамы есть.

Марат выключил хрустальный шар и посмотрел на Альму:

— Вот, видишь, всё устроилось лучшим образом...

Инэллина Дорсет сидела в кресле командира северной батареи крепости. В космосе, естественно, не было ни севера, ни юга, ни остальных частей света, но для удобства ориентации сами понятия остались. Её прибор, так похожий на стандартный ремонтный анализатор, был подключён к разъёму главного пульта. Остальные члены её команды расположились кто где. Час назад они подошли к бронированным дверям командного пункта северной батареи. Пока один из Изменчивых — Мастер Трансформации принял облик одного из офицеров батареи и перепирался с вахтёнными в командном пункте, другой Изменчивый — Мастер Проникновений, проник в закрытое помещение пункта и открыл бронированную дверь. Ворвавшейся десантной команде капитана Дорсет потребовалась всего пара секунд, чтоб уложить всех находящихся в помещении. Убивать никого не стали, просто обездвижили и уложили у дальней стены. Потом Инэллина Дорсет через разъёмы пульта подключилась к БИУСу крепости, и теперь скачивала всю доступную информацию о расчищенных фарватерах, о расположении минных полей, о расположении и вооружении фортов, пароли и коды доступа к БИУСам управления огнём батарей, в общем, всё, что можно скачать. Также она взломала защиту и подключилась к системе визуального слежения внутренних помещений крепости.

Большой обзорный экран командного пункта северной батареи показывал не обстановку окружающего пространства, а роскошный салон вип-сектора крепости. В салоне находились всё пять пиратских адмиралов. Вообще-то формально пиратской «республикой» управлял совет капитанов. Чтоб попасть в этот совет, надо было иметь свой корабль, классом не ниже корвета. Но реально, всем заправляли атаманы пяти крупнейших банд, помпезно именующимися пиратами — кланами, а сами главари кланов называли себя адмиралами. Остальные мелкие банды и отдельные корабли, по ситуации, присоединялись к тому или иному клану. В салоне кроме пиратских адмиралов присутствовал ещё Виренталь, и он как раз говорил:

— Я предлагаю вам лёгкую добычу. Станцию корпоратов ГИГа — «Перекрёсток», пути подхода и нужные пароли я вам передам.

— Мы получаем от корпоратов ГИГа корабли и вооружения, а также другие необходимые нам товары, и ссорится с ними, нам бы не хотелось, — возразил один из адмиралов, — После поражения СССР в войне с Империей, мы перестали получать поддержку от него. И пока мы не наладили деловых контактов с ГИГом, сидели, фактически, на голодном пайке.

— А я бы пощипал этих жирных свиней, — подал голос другой адмирал, пират по кличке Кровавые потроха, или как звали его за глаза другие адмиралы — Требуха.

— Ты зарвался, нечего было нападать на конвой ГИГа, а они об это узнали, и потому не продали тебе те три корвета, — возразил первый адмирал, — А нам сейчас с ними ссориться ни как нельзя. Имперцы активизировались, видно готовят новую карательную экспедицию.

— Пусть готовят, не впервой, отобьемся, — засмеялся Требуха, — Опять поломают свои зубы о наши форты.

— Ни скажи, они привлекли самую боеспособную эскадру из флота восточного сектора, а там много ветеранов, и по слухам, поведёт её небезызвестная вам Инэллина Дорсет.

— Ледяная стерва, — прошипел Требуха, он уже сталкивался с капитаном Дорсет, и унести тогда ноги ему удалось только потому, что капитан отвлеклась на эскадру Союза оказывающую «братскую помощь» представителем освободительных движений — как тогда именовались пираты.

— Это всё хорошо, но как моё предложение, — вмешался Виренталь, — Хочу сказать, что это первая часть предложения, вторая — я могу указать координаты точки перехода в неизвестную закрытую галактику.

Пираты загомонили, закрытая галактика, неизвестная, а потому незащищённая международным законом о невмешательстве в развитие самобытных цивилизаций, и естественно, флотами подписавших этот закон галактических государств, была практически беззащитна и являлась лакомой добычей. Но с другой стороны пиратские адмиралы понимали, что хотя куш был и очень высок, но поссорится с ГИГом, означало лишиться основного места сбыта награбленного и главного поставщика боевых кораблей, вооружений и прочей техники. Через некоторое время адмиралы начали успокаиваться, Виренталь терпеливо ждал. Когда шум затих, он сказал:

— Атака «Перекрёстка» является непременным условием передачи вам координат точки перехода в неизвестную ни имперцам, ни какому-либо другому государству закрытую галактику.

— Адмиралы! Я предлагаю высказаться по этому поводу, — перекрывая вновь поднявшийся шум, громко сказал первый адмирал. — Лично я против нападения на «Перекрёсок»!

Против, высказались ещё трое адмиралов, а Требуха презрительно оглядел всех, высморкался и огласил свою точку зрения:

— Я готов рискнуть, победитель получит в своё владение целую галактику, а трусы пусть сидят здесь и подбирают объедки корпоратов!

— Из-за тебя мы не хотим лишиться поддержки ГИГа, и ты понимаешь, что при нападении на закрытую галактику все космические державы забудут свои разногласия и набросятся на нарушителя закона о невмешательстве. Они будут думать, что ты действуешь не сам, а под крышей одной из них. А дать кому-то преимущество в виде нового ресурса — целой галактики... Они же все набросятся на тебя, на тебя, а не на нас, потому что мы открестимся от тебя и даже объявим вне закона, нашего закона свободных флибустьеров.

— Ну и пусть, всё равно влачить здесь жалкое существование, я не согласен! Нас здесь рано или поздно придушат! Да и кто узнает? Если, конечно, вы и не заложите! — Яростно проговорил адмирал Требуха. И повернувшись к Виренталю, протянул свою руку:

— Я согласен на твои условия, сэхэ Виренталь!

Зазвенел вызов коммуникатора одного из адмиралов, он послушал и громко сказал:

— Господа адмиралы! В поясе обнаружен скрывающийся неизвестный фрегат! Он прошел туда, минуя посты у фарватеров.

— Уничтожить, немедленно уничтожить! Нет, захватить и допросить! — Разом подняли крик все адмиралы.

— Предлагаю, выслать к неизвестному кораблю дежурное звено и наши охранные корветы. Там всё-таки всего лишь фрегат. И они, пользуясь подавляющим численным преимуществом, задавят его своими полями, и захватят! — Перекричал всех первый адмирал. Остальные закивали, соглашаясь с ним. Адмирал отдал необходимые распоряжения и повернулся к Виренталю:

— Не за вами ли, сэхэ, этот фрегат шёл?

— Нет! Ваши станции слежения засекли бы его ещё на подходе к системе, и через фарватеры он не проходил, так что, милейший, ищите утечку у себя. — Гневно ответил Виренталь.

В командном пункте управления огнём все смотрели на капитана Дорсет. Она переключила экран на внешний обзор и, глядя на выходящие, на линию атаки пиратские фрегаты и корветы, проговорила:

— Ах, как скверно! Конечно, девочки уйдут, но тогда и нам придётся долго до них добираться через астероидный пояс, а это время. То время, которго Виренталю и Требухе хватит, чтоб начать свою авантюру. А этого допустит никак нельзя! Будим уходить с шумом, вызывая основное внимание этих на себя. — Она кивнула на экран, имея ввиду, толи пиратские корабли, выстраивающиеся в боевой порядок, толи сборище пиратских адмиралов, которое на большом экране сейчас показывалось в маленьком окошечке в углу. Капитан подвинулась ближе к консоли управления и защёлкала клавишами, переходя на ручное управление орудиями батареи. Закончив наведение, она утопила клавишу открытия огня. Во всей крепости мигнул свет, северная батарея открыла беглый огонь всей мощностью своих орудий. Пиратские корабли, не ожидавшие столь мощного нападения с тыла, вспыхивали огненными шарами один за другим. Миренталь оторвался от экрана, когда последний пиратский корабль превратился в облако плазмы и сказал:

— Но сейчас вся охрана бросится сюда, а нам тоже надо отсюда уходить.

— Уже бегут, — капитан Дорсет указала на боковой экран, на котором были видны бегущие штатные охранники крепости и охранники адмиралов, все в тяжёлых доспехах, — Мне надо ещё три минуты, чтоб докачать информацию, а потом мы уйдём, я заблокировала броневые переборки.

— Но за это время они окружат этот сектор, как же мы уйдём? — Спросил Тхэджэс.

— Воспользуемся вашим опытом, сэхэ, по системе вентиляции, — улыбнулась капитан. Миренталь согласно кивнул, он тоже хотел предложить именно этот путь отхода.

Пиратские адмиралы в бешенстве смотрели, как батарея их крепости расстреливала их же корабли.

— Кто там, на дежурстве? — Прорычал первый адмирал в экран коммуникатора.

— Смена не отзывается, предполагаем, что командный пункт захвачен диверсантами. — Ответил коммуникатор.

— Предполагаете! Всю охрану туда! И свободных от смен тоже!

— Уже пошли. Но кто-то заблокировал на подходе к рубке все бронедвери, мы теряем время прорываясь.

— Заблокируйте все возможные пути отхода! Закройте все входные шлюзы и грузовые ворота тоже!

— Есть заблокировать! Сэр, ворота одного шлюза не закрываются, их чем-то заклинило.

— Чёрт с ними, оставьте там охрану из вахтённых остальных к пункту управления огнём северной батареи!

Пиратские адмиралы смотрели на экраны своих коммуникаторов, ругались и отдавали своим людям порой противоречивые указания. Виренталь подошёл к адмиралу Требухе и протянул ему руку:

— Я принимаю вашу помощь, адмирал. Поговорим позже, когда это уляжется, — он кивнул на главный экран, показывающий метание солдат крепости. И обращаясь ко всем адмиралам, сказал, — Я, с вашего позволения тоже хотел бы принять участие в охоте, это меня немного развлечёт.

Быстро выйдя из салона, он прошёл в помещение, где были размещены его люди, вернее не люди, а Крум. Подняв всех, он повёл их не к рубке управления огнём, захваченной диверсантами, а к не закрывшемуся шлюзу.

Капитан Дорсет удовлетворённо хмыкнула и отсоединила свой анализатор от пульта управления, посмотрев на свою команду готовую к эвакуации, скомандовала:

— Миренталь, ставьте таймер мины на сорок пять минут, и уходим.

— Есть! Но это очень много, пираты её обнаружат и обезвредят.

— Пока обнаружат, пока обезвредят. Они не смогут открыть огонь с заминированного пульта, а запасной не будет работать, пока цел основной. Да и этих успеют вынести, — капитан кивнула на обездвиженную смену.

Миренталь выставил время взрыва и посмотрел на капитана. В рубке они остались вдвоём, остальные уже скрылись в коробе воздуховода. Он галантно пропустил Инэллину Дорсет перед собой в выбитый проём вентиляционной трубы:

— Прошу, вы дама.

Капитан усмехнулась и скрылась в отверстии, за ней туда нырнул Миренталь. Крум и капитан Дорсет передвигались по трубе воздуховода быстрее, чем солдаты крепости по коридорам. Худым и гибким Крум это не составляло труда, но и капитан Дорсет от них не отставала. Хотя человек даже средней комплекции уже давно и безнадёжно застрял бы. Не прошло и сорока секунд как они вынырнули из воздуховода около заклиненных ворот шлюза. С ходу, сбив растерявшуюся охрану, они направились к внутренним воротам шлюза. Внутренние ворота представляли собой обычные створки, в отличие от бронированных наружных. Но тут дорогу беглецам преградили пятнадцать Крум во главе с Виренталем. Стрелять в тесноте коридора было опасно, можно попасть в своих, да и отражённый луч мог попасть в того, кто его выпустил. В ход пошли мечи. Хватило двадцати секунд, чтоб разметать заслон.

— Он мой! — Закричал Миренталь, скрестив мечи с Виренталем. Он явно превосходил своего старшего брата в искусстве мечного боя. Теснимый Миренталем Виренталь отходил в боковой коридор, и было видно, что развязка близка. Но тут за спиной Миренталя поднялся один из Крум Виренталя, до этого лежавший на полу и притворявшийся мёртвым. Он резким движение вогнал свой меч в спину Миренталя, воспользовавшийся этим Виренталь сильным ударом отрубил голову своему противнику. Крум нанесший удар в спину был тут же разрублен пополам Тхэджэсом. Но этог мгновения Виренталю хватило, чтобы скрылся в боковом коридоре. Отдавая дань павшему Миренталю, капитан Дорсет на мгновенье застыла неподвижно, все последовали её примеру.

— Да будет счастлива твоя охота в великом Лесу, мы будем помнить тебя,— произнесла капитан. Плазменные лучи пистолетов скрестились на останках воина в огненном погребении. Отдав последнюю дань погибшему Миренталю, команда капитана Дорсет, установив последнюю мину на внутренних воротах шлюза, покинула пиратскую крепость.

В гостинице «Лунная кастрюля» весёлая компания наёмников и охотников появилась только под вечер следующего дня. По их довольному виду было ясно, что все они не плохо провели время. Впрочем, диверсанты-приключенцы, после бессонной ночи проведенной в блужданиях по окрестностям замка, тоже проснулись только под вечер. Капитан был доволен проведенной рекогносцировкой. Уже под утро, когда рекогносцировщики собрались возвращаться домой, они наткнулись на какого-то нищего бомжа, который в качестве пристанища облюбовал пещеры не далеко от замка Чёрного Колдуна. Блуждая по этим пещерам, бомж обнаружил проход в подземелья замка, образовавшийся в рухнувшем своде одной из пещер. И за десять золотых [30] он показал этот проход диверсантам-приключенцам. Капитан с помощью магического амулета, выданного ему в Академии Магических Искусств, убедился, что до артефакта дающего силу Чёрным Колдунам от этого прохода очень близко. Его также приятно удивила немногочисленность внутренней охраны. Как объяснил, тот же общительный бомж, основная охрана находилась сверху, а здесь ну от кого же охранять? И потом, полупьяный бомж, его угостил вином капитан, оказал любезность диверсантам-приключенцам, упав в какую-то очень глубокую яму, и там свернул себе шею, избавив их от необходимости самим ликвидировать этого свидетеля. Правда при этом пропали десять золотых, так как за ними в глубокую яму никто спускаться не решился.

За общим ужином охотник Марат и наёмница Альма объявили о своей помолвке. За ними о своей помолвке объявили наёмник Франк и неизвестно откуда взявшаяся девица Наки. При этом аналитик Трамс, почему-то до судорог боявшийся эту милую девушку, вздохнул с облегчением и посмотрел на охотника Роберта и наёмника Дорна. Наёмник Дорн покраснел, а охотник Роберт засмеялся:

— Нет, у нас помолвки не будет, мы просто друзья, — и Роберт похлопал ещё больше покрасневшего Дорна по плечу. Трамс тяжело вздохнул, ему так хотелось верить в большую и светлую любовь, а какая может быть большая и светлая любовь к женщине, тем более, когда она клыкастое и когтистое чудище.

— Слушайте! Слушайте! Великий чёрный колдун, первый проконсул Федерации Свободных Государств изволил объявить о своей помолвке, которая состоится завтра! — Раздались на улице крики глашатаев.

— Это не про вас ли? — Сострил капитан.

— А кто их знает, эти уличные СМИ. — Задумчиво ответил охотник Роберт.

Охотник Марат и наёмница Альма смущённо переглянулись, и Марат произнёс:

— Мы всех приглашаем.

Капитан приключенцев-диверсантов подумал, что лучшего времени для проведения задуманной операции, чем завтрашняя ночь быть не может. По личному опыту он знал, что в дни, а особенно ночи после таких праздников всякая охрана очень плохо несёт свою службу, а бывает, что и вообще не несёт эту службу никуда. Поэтому он сделал озабоченное лицо и проговорил:

— Можно считать, что наша миссия уже выполнена. И я не хотел бы здесь задерживаться. Завтра нам надо произвести необходимые приготовления и послезавтра утром мы двинемся в обратный путь.

— Может, хоть на часик, ну на пол часика загляните? — Чарующий голос девицы Наки, прямо завораживал.

— Может утром, перед отъездом заглянем, — капитан подумал, что это не плохая идея стряхнуть погоню, если она будет после или в случае неудачи выполнения их миссии, на веселящуюся анкарру и её друзей.

На следующий день к гостинице «Лунная кастрюля» подъехали два экипажа. Из первого вышел прямо таки лорд-канцлер или спикер палаты пэров, столько в нём было важности и достоинства. Весёлая кампания охотников и наёмников, с присоединившейся к ней девицей Наки, фамильярно называя благородного джентльмена — Арчибальдом, загрузилась в экипажи и укатила, видно на помолвки, сразу обе. Приключенцы-террористы отоспались впрок и ближе под вечер, когда народные гуляния по случаю объявленной ранее помолвки Чёрного Колдуна, достигли своего апогея, стали собираться на дело, то есть собрались осуществлять задуманную акцию. Левый и правый сержанты тщательно подгоняли снаряжение и наносили десантный грим на лицо и открытые части тела — чёрные, зелёные и жёлтые полосы. Капитан и лейтенант это уже сделали. Гном подошёл к этому делу очень основательно, он покрыл своё лицо слоем жёлтого грима, затем зелёного и поверх всего чёрного. Теперь чернокожий Дронин, больше всего был похож на тёмного гнома, если бы такие существовали. Эльф Лувинаэль вдумчиво наносил грим симметричным затейливым орнаментом на растительные темы. Аналитик Трамс пытался скопировать защитный камуфляж эльфа, Лувинаэль недовольно посмотрел на потуги аналитика и добавил в свой орнамент зелёные листочки. Когда все приготовления были закончены, капитан вдруг подумал, что в таком виде им вряд ли стоит идти по городу к замку чёрного колдуна. Но заглянувший в комнату хозяин всплеснул руками:

— Господа тоже готовятся к карнавалу? Какие у вас оригинальные маски и костюмы!

— К карнавалу? — Удивился капитан.

— К карнавалу по случаю помолвки первого проконсула,— пояснил хозяин.

— Да, да именно к карнавалу, — сразу поддержал эту версию хмурый лейтенант.

Пройдя окраинами веселящегося города, террористы вышли к пещере, в которой жил тот бомж неудачник. Их удивило искренне веселье и радость людей живущих под гнётом страшного Чёрного Колдуна и совсем не страдающих от этого. Но задумываться над этой загадкой было некогда, и террористы углубились в подземелья. Они уже перешли через пролом в стене пещеры в коридоры подземелий замка. Планировать было проще, в действительности, коридоры представляли собой настоящий лабиринт. Капитан уже хотел прибегнуть к поисковому амулету, хотя была опасность, что всплеск магического воздействия засечёт охрана, как неожиданно что-то завыло в углу одного коридора. Оттуда бряцая цепями, выплыло привидение. Террористы выхватили оружие и встали в оборонительную позицию. Трамс заметил во рту воющего привидения золотой зуб, и вышел вперёд, он был хорошим аналитиком, умел анализировать и делать правильные выводы. Трамс вышел вперёд и дрожащим голосом, всё-таки ему было страшно, сказал:

— Не будет ли уважаемый призрак столь любезен, что покажет нам нужную дорогу, мы готовы заплатить.

Вой призрака резко прервался и привидение деловито сообщило:

— Тридцать золотых за указания дороги и ещё двадцать за пояснения и рассказ о местных достопримечательностях.

— А можно обойтись без пояснений и рассказов, — спросил гном, он как все гномы был несколько прижимист и всегда хотел сэкономить.

— Нельзя, — сварливо сказал призрак, — Такса установлена правлением колприза, я вам и так скидку делаю.

— Правлением чего? — Удивился капитан.

— Колприза! Коллективной призрачной собственности на этот замок. И я как ответственный за угол этого коридора имею полномочия, — важно сказал призрак, опять блеснув золотым зубом.

— Полномочия? От кого? — Капитан никак не мог вникнуть в произносимое призраком.

— От самого смотрящего, ну и от коридорного само собой, — быстро добавил призрак, увидев кого-то за спиной террористов. Обернувшиеся приключенцы увидели ещё одно привидение, скалящееся зубами своего черепа. У этого призрака было три золотых зуба. Привидениё тоже звякнуло своими цепями и строго спросило:

— Что тут у тебя Эвлампий?

— Вот, группа экскурсантов, скидки просят,— радостно отрапортовало первое привидение.

— Первый раз? Да? Тогда никаких скидок! Скидки только после третьего раза или группам по предварительной записи. И что это у них за вид, — призрак с подозрением посмотрел на террористов-приключенцев. Но почувствовавший возможность заработать первый призрак, быстро доложил:

— Это, эта, ролевики! Возвращаются с ролёвки, и вот интересуются бытом реальных подземелий! В натуре!

— Ну, показывай и деньги взять не забудь. И осторожнее сегодня, тут нарушители прорвались, сам смотрящий разбираться вышел. — Сказал призрак-коридорный. Продолжить разговор они не успели, пространство коридора пошло волнами и в нём появились ещё три призрака, у двух вид был очень страшен, а у третьего было вполне миловидное человеческое лицо. Коридорный развернулся и стал делать какие-то пассы руками. Пространство вокруг призраков заколебалось, но они не пропали. Одетый в рваные лохмотья один из пришлых призраков попытался выйти из ловушки и при этом страшно выл. Второй совсем голый, если так можно сказать о призраке, но обвешанный разными цепями и цепочками, ржавыми и новыми тоже попытался вырваться, при этом всё время, роняя свои цепи. Третий не делал никаких попыток, только хитро улыбался.

— Кто это? — Хрипло спросил капитан.

— Нарушители конвенции, злостные, — охотно пояснил призрак Эвлампий, — Вот тот который всё куда-то пойти пытается призрак Комунизьма, всё бродит и бродит, а так, в общем, то не опасный. Вот тот металлист, — Эвлампий указал на призрака в цепях:

— Пролетариат, у него ничего нет, видите, голый и босой, одни цепи, и терять ему нечего кроме своих цепей, вот он их, и теряет, и если вырвется, то потом это его железо долго собирать придётся. А вот тот как бы смирный — самый опасный. Это Социализьм с человеческим лицом, вот он, если вырвется ох и дел натворит! Всех покусает! И, говорят, это очень заразно!

Вырваться страшным призракам не дали, набежала толпа местных привидений, под предводительством призрака в ветхом саване, но в золотых кандалах и с толстой золотой цепью на шее, и развеяла нарушителей, или может, вытолкала в другое измерение. Потом местные призраки удалились, а призрак предводитель повернул свою голову-череп к диверсантам, и блеснув полным набором золотых зубов строго спросил:

— Кто такие?

— Это, смотрящий, экскурсанты ролевики, пришли на экскурсию, реальный опыт перенимать. Вот сто золотых обещают. В натуре! — Хором заговорили коридорный и угловой и, обращаясь к диверсантам спросили, — Обещаете, да?

— Конечно, вот деньги,— капитан безропотно выложил огромную сумму, уж очень его впечатлила расправа над призраками нарушителями. Призрак смотрящий взял золотые монеты и благосклонно кивнул:

— Ну, хорошо, экскурсию разрешаю. Покажите, что им там надо для перенимания опыта, пыточные подвалы может быть, ну и что там ещё захотят. — И он величественно удалился. Поскучневший коридорный, деньги то достались не ему, махнул костями руки призраку-угловому:

— Ну, Эвлампий ты нашёл, тебе и показывать.

И коридорный тоже удалился по своим делам.

— Хе, хе, что желаете посмотреть? — Цыкнув золотым зубом, проскрипел призрак-угловой.

Капитан решил не откладывать основное дело и так уже сильно задержались, он приказал призраку:

— Веди к магическому кристаллу чёрных колдунов, желаем посмотреть.

— Так туда без специального пропуска не пустят, охрана там.

— Ты веди, там разберёмся!

И призрак, ещё раз цыкнув золотым зубом, повёл приключенцев-террористов коридорами подземелий замка. Зайдя за угол одного из коридоров, они наткнулись на десяток охранников, одетых в форму гвардейцев чёрного колдуна. Все выхватили оружие, и радостно бросились в драку. Сержанты, прикрывая друг друга, махали полуторными мечами, эльф крутил свои парные клинки, гном громко хекая махал секирой, аналитик выставил перед собой кинжалы, спрятался за спины своих товарищей. Гвардейцы Колдуна, образовав непробиваемый строй, успешно отмахивались, но вперёд не шли. Капитан понял, что они ждут подмоги, и если эта подмога подойдёт, то у его людей шансов не будет. Он достал магический амулет и начал произносить формулу активации. Командир гвардейцев Колдуна, увидев действия предводителя нападающих, выкрикнул команду, и все его подчинённые резко развернувшись, бросились бежать по коридору от нападающих. При этом, командир гвардейцев, показывая пример, улепётывал впереди всех. Приключенцы в удивлении остановились, только увлёкшийся гном ещё секунд десять азартно махал своей секирой. Наконец, успокоив гнома, террористы двинулись вперёд, вслед за убежавшими гвардейцами. Завернув за поворот, капитан и его люди обнаружили запертую массивную дверь, оббитую железными полосами. Капитан подёргал за кольцо, дверь не поддалась. Гном несколько раз ударил в дверь своей секирой, на двери не осталось даже царапин. Капитан вздохнул и активировал один за другим магические амулеты открытия, разрушения и развеивания, но дверь и к этим попыткам осталась равнодушна.

— Цсск,— цыкнуло золотым зубом привидение, выходящие из стенки. Оно спряталось на время потасовки, а сейчас выглянуло видно привлечённое руганью приключенцев.

— О, уважаемый Эвлампий, не подскажете что за этой дверью, и как эту ..... открыть? — Капитан, после тщетных попыток взломать упрямую дверь, уже не находил слов.

— Эта дверь ведёт в святая святых чёрных колдунов, в зал Великого Чёрного Кристалла! — Важно проговорил призрак.

— А чего ж тогда охрана сбежала-то и не стала охранять-то? — Спросил гном, он даже слегка расстроился от такой лёгкой победы над гвардейцами.

— А чего охранять-то? — Передразнил призрак, — Дверь-то заколдована, фиг откроешь-то!

— Любезный Эвлампий, не поможете ли нам в нашем искреннем желании увидеть эту чудную реликвию.— Произнёс эльф Лувинаэль своим дивным эльфийским голосом, — Наша благодарность вам будет безгранична!

— В разумных пределах,— Добавил гном, ему было жалко денег даже казённых и даже на благородное дело, деньги-то они всегда деньги.

— Сто золотых, — назвал разумный предел призрак.

— Ну, это, ни в какие двери! — Возмутился гном.

— Тогда сами, и совершенно бесплатно. Прошу! — Указал на запертые двери призрак.

— Ладно, — сказал капитан, доставая последние деньги.

— Вот и ладненько, вот и чудненько,— проскрипел призрак и приложил свою руку к створкам двери. Дверь открылась. В центре мрачного зала на постаменте из чёрного гранита горел багровым светом Кристалл. Он был размером в рост человека. Чрно-багровые лучи испускаемые кристаллом, подсознательно внушали ужас.

До фрегата Инэллина Дорсет и её спутники добрались без приключений. Как только капитан заняла кресло навигатора, фрегат двинулся, но не глубь астероидного пояса, в по внутренней его кромке. Фрегат шёл к началу фарватера проложенного в поясе. Предваряя вопросы своих спутников, Инэллина пояснила свои действия:

— Подобные системы кажутся неуязвимыми, запутанный и хорошо охраняемый фарватер внушает обитателям Тортуги ложное чувство безопасности. Им кажется, они здесь надёжно защищены, и никто к ним сюда без спроса не войдёт. А мы сделаем так, чтоб и выйти никто не смог, по крайней мере, нужное нам время.

Фрегат подходил к форту, закрывающему начало фарватера изнутри системы. Там может и не видели приближающийся корабль, но готовились встретить проникшего в систему врага, им о нём сообщили из крепости, откуда капитан увела свою десантную группу. Защитные поля форта уже были подняты, его орудия готовы выплеснуть свои мощные заряды. Инэллина лёгкими движениями джойстиков управления погрузила фрегат глубже в пояс, чем он шёл до этого. Террийка Анна, сидевшая за пультом управления защитными полями, изменила их конфигурацию. И фрегат воя своими перегруженными генераторами погнал перед собой кучу больших и маленьких обломков. Защитные поля закрывали не только от воздействия орудийного огня, но и от различных метеоритов, но не больших размеров. И при длительном и мощном воздействии на защиту происходил перегрев и как следствие перегрева взрыв генераторов, что приводило к разрушению всего корабля. Крум Тхэджэса восхищённо смотрели на террийку. Захватить и удерживать такое количество камней в защитном поле — это было высшее мастерство оператора. Фрегат тем временем начал разгонятся. Прочный корпус трещал от перегрузок, генераторы выли, казалось, на последнем пределе, готовые вот-вот взорваться. Тхэджэс и его Крум не могли поверить своим глазам, даже для них перегрузки были велики, а как их выдерживали эти люди, и не просто выдерживали, но ещё и управляли кораблём в этих условиях. И люди ли это? Тем временем фрегат с комом каменных обломков, удерживаемых защитными полями изменённой конфигурации, и превосходящих по массе сам корабль в тысячи раз, приблизился к форту на расстояние открытия огня. Инэллина Дорсет резко затормозила и этот момент Анна убрала защитные поля, и вся масса камня, больше ни чем не удерживаемая понеслась к пиратскому форту. Пираты даже успели сделать один залп, но это не остановило лавину обломков. Защитное поле форта замерцало и начало деформироваться, что свидетельствовало о крайней перегрузке генераторов.

-Залп, — скомандовала капитан Дорсет, и террийка Ирен нажала клавишу управления огнём, свет внутри фрегата мигнул, вся мощность его генераторов была сброшена в накопительные контуры орудий. Находящиеся на грани срыва защитные поля форта не выдержали, и серия внутренних взрывов начала разрушать форт изнутри. Фрегат прошёл мимо разрушающегося форта и вошёл в фарватер. Проходя по извилистому пути внутри астероидного пояса, капитан Дорсет и её террийки пять раз проделали подобный трюк с камнями, засыпая расчищенный фарватер каменными глыбами.

— Это задержит их основные силы, — Инэллина Дорсет посмотрела на экран задней полусферы, показывающий подходящие к взорвавшемуся форту пиратские корабли. На экране переднего обзора появился приближающийся форт, прикрывающий наружный вход в фарватер и дозорные пиратские корабли, собравшиеся, чтоб встретить фрегат наглецов, похулиганивших внутри пояса. Капитан Дорсет глядя на этот комитет по встрече нарушителей, заметила:

— Но мы туда не пойдём.

И фрегат, свернув с фарватера в хаос пояса, снова начал свой смертельно опасный слалом. Хоть как Инэллина Дорсет запутывала свой путь в поясе, всё же в месте выхода её поджидали три корвета пиратов, успевших первыми подойти, остальные корабли патрульной флотилии ещё подтягивались. Фрегат вырвался из каменного крошева пояса почти на максимальной скорости, с отключенными защитными полями. Капитан с террийками повторили свой манёвр с захватом камней силовыми полями, поэтому первые залпы пиратских корветов отразили не защитные поля, а прихваченные камни. Вся мощность генераторов была направлена в разгонные двигатели. Капитан рисковала, но риск себя оправдал, пиратская эскадра идущая встречным курсом не успела произвести наведение своих орудий на такую быструю цель. Разворот пиратских кораблей тоже занял некоторое время, и фрегату удалось значительно оторваться. За ним в погоню пошли не все пираты, только самые настырные. Когда система Тортуга и оставшиеся корабли патрульной флотилии скрылись с экранов локаторов, Инэллина Дорсет начала сбавлять скорость и, заметив вопросительно поднятые брови Тхэджэса, весело сказала:

— Пусть они думают, что у нас перегрелись генераторы, мощность упала, всё-таки мы прошли через пояс, а там перегрузки генераторов должны быть запредельными. И теперь у нас только половинная мощность, и на защитные поля тоже. Вон как бегут брать нас тёпленькими.

Она включила переговорное устройство, и на его экране возникло строгое мужское лицо, капитан улыбнулась и проговорила:

— Мишель, видишь?

— Так точно, капитан. До огневого контакта четыре минуты.

— Действуй!

Через четыре минуты перед пиратами, почти догнавшими дерзкий фрегат, появилась «Лесная Волшебница», её орудия первым же залпом накрыли три пиратских корабля, второй залп уничтожил оставшиеся два, попытавшиеся затормозить и развернутся. «Лесная Волшебница» всё-таки была линкором, хоть и значительно переоборудованным.

Перед избушкой на Поляне снова завтракали. За столом сидели трое пепельноволосых детей, рыжая эльфийка, и двое рыжих, тоже вроде бы эльфов, но если присмотрется — эльфийскими были у них только уши, и то не совсем. Старшая девочка угощала всех блинами, она их сама напекла и страшно этим гордилась. К блинам было варенье черничное, земляничное и брусничное в красивых хрустальных вазочках, большой пузатый самовар гордо возвышался посреди стола. Рыжий гость, тот который постарше, что-то рассказывал, не забывая при этом доливать чай и уплетать блинчики с вареньем:

— И вот вскочил я на своего верного кайндхе, [31] выхватил свои верные адаманитовые клинки, и поскакал на врага! И было тех врагов несметное множество, и рубил я их три дня и три ночи...

— Надо было из плазменных пушек, и не на ящеродемона вскакивать, а истребитель взять или хотя бы атмосферный штурмовик, — деловито заметила девочка, мальчик согласно кивнул и добавил:

— И навесные ракетные установки на подвески под крыльями прицепить или роторные пушки, гораздо быстрее покрошить несметное множество врагов получилось бы.

Рыжая эльфийка засмеялась и, взъерошив детям волосы, заметила:

— Вот, дети прогресса, ни чем их не удивишь, и подавай им всё суперсовременное.

— Мора, но где же ты такое видела, или в какой из твоих баллад поётся, чтобы эпический герой вскакивал верхом на истребитель или атмосферный штурмовик, и в таком виде скакал на врага! — Поперхнулся чаем рыжий.

— Нэль, а ты эпический герой? — Серьёзно спросил пепельноволосый мальчик.

— Несомненно! — Гордо выпятил грудь эпический герой. Младшая девочка критически осмотрела рыжего героя и высказала своё мнение:

— Неа, ты для эпического героя слишком маленький, и истребителя у тебя нет!

Рыжий рассказчик обиженно замолчал и попытался подцепить последний блин с тарелки, но младшая девочка уже вцепилась в него когтями правой руки. Рыжий тоже выпустил когти, и некоторое время они с сопением перетягивали блин каждый в свою сторону. Наконец блин разорвался пополам, причём большая половина досталась девочке, она победно посмотрела на рыжего, всем своим видом демонстрируя преимущество атмосферного штурмовика перед верховым демоном кайндхе. Второй рыжий засмеялся:

— Нэль, ты прямо как ровесник Найтин! Впал в детство!

— Неправда! — Возмутилась младшая девочка, — Я старше!

— А я оттуда и не выпадал, — тоже завозмущался Тёмный Повелитель и, состроив обиженную мордашку, жалобным голосом протянул:

— Злыеее вы, жааалко бедному, голодному мнеее блииинчика, вот уйду я от вас!

— Не уходи, — пожалела его старшая девочка, — Я сейчас ещё принесу, я печку как кухонный блок настроила, она у меня теперь сама блины печёт.

И она метнулась в избушку, и тут же оказалась у стола с полным блюдом горячих блинов. Нэлькаэр ДЄАрнекко засопел ещё громче, но уже гораздо благосклоннее:

— Ладно, вот это съем и тогда подумаю — уходить или нет.

— А молочка от наших летающих коров, и медку свеженького, — раздался голос и около стола появился Хранитель Леса с двумя берёзовыми бидончиками. Он налил всем в чашки молока из одного бидончика, а из второго налил в хрустальную вазочку, возникшую на столе, мёду. Нэлькаэр ухватил чашку двумя руками и, не отрываясь, выпил молоко, после чего протянул её хранителю за добавкой, при этом состроив умильно просящую мордочку:

— Ещё, пожалуйста, бедному, голодному и обиженному! А можно я пастухом к летающим коровам пойду?

— Хм, в свободное от исполнения обязанностей Тёмного Повелителя время, — хмыкнул второй рыжий.

— А это если Мора отпустит, — засмеялась младшая девочка, и обвиняющее наставив палец на Нэлькаэра, продолжила, — Ты к ней в подтанцовку подрядился, а теперь в пастухи сбежать хочешь.

— Я же в швободное от ошновной рабоы вееемя! А танцы это — швятое! — Попытался снова завозмущаться Тёмный Повелитель, но с набитым блинчиками и мёдом ртом это у него не получилось.

— А ты танцевать умеешь? И ты тоже? — Спросила младшая девочка и с интересом посмотрела на рыжих демонов.

— Он гораздо лучше, — второй рыжий кивнул на Тёмного Повелителя.

— Малк, не скромничай, у тебя тоже очень хорошо получается, — улыбнулась рыжая эльфийка.

— Так вы оба у Моры в подтанцовке будете? — Захлопала в ладоши Найтин, — Тогда танцуйте!

— Как прямо сейчас? — Поперхнулся Малкираз.

— Да прямо сейчас! И здесь! А Мора вам сыграет! — Девочка вскочила из-за стола и топнула ножкой.

— Но, принцесса, для этого требуется приготовиться, настроиться и распеться, наконец! И вообще я ещё не поел. — Возмущённо проговорил Нэль. — И пока как следует, не подкреплюсь, никаких танцев!

— Да, Нэлькаэру надо подкрепиться, не может же он танцевать на голодный желудок, но не расстраивайся, Найтин, на свадьбе мы и споем и станцуем. А пока я вам просто сыграю. — Морэдэль открыла гитарный футляр и достала красную мандолину.

— Мора, а где твоя гитара, — спросила старшая девочка, рассматривая музыкальный инструмент эльфийки. Морэдэль настраивая мандолину, кивнула на пустой футляр:

— Здесь она.

— О! Мора, ты научилась делать пространственные карманы, — сказал мальчик.

— Я всегда это умела, раньше надобности не было. А теперь слушайте, — сказала Морэдэль и заиграла на мандолине. Звуки музыки поплыли над поляной. Все слушали, затаив дыхание, даже Нэлькаэр перестал жевать. Стихли последние аккорды и над поляной повисла тишина, все буквально, застыли под впечатлением сыгранного Морэдэль. Эльфийка спрятала мандолину в футляр, щёлкнул закрывающийся замок. Младшая девочка захлопала в ладоши:

— Мора, как замечательно! Я тебя люблю!

И Найтин чмокнула Морэдэль в щёку, тут же в другую щёку эльфийку чмокнул мальчик:

— Мора я тоже тебя люблю!

— А я тебя люблю сильнее! — Ещё раз чмокнула со своей стороны девочка.

— Ох, бедный я, бедный! И никто меня бедного не любит, — запричитал Тёмный Повелитель, прерывая признания в любви детей к Морэдэль. Дети перестали целовать Мору и серьёзно посмотрели на Тёмного Повелителя, потом перевели взгляды на Малкираза. Он кивнул детям, и они дружно сказали:

— Тебя мы тоже любим.

— Только не красить мне лягушек и над крокодилами не измываться! — Строго сказал Хранитель, — А то знаю я вас, сначала всё хорошо, а потом хулиганить начинаете. Слышите рыжие, и не делайте мне тут такие честные глаза!

— А в какой цвет лягушек красили? — Заинтересовался Нэлькаэр.

— Но, но! — Погрозил хранитель пальцем. — Кто будет хулиганить, на свадьбу не возьму!

— Так Альма и Наки всех пригласили! — Возмущённо завопили дети.

— Все пойдём, завтра утром выйдем, — сказала Морэдэль.

Капитан Шарки с трудом раскрыл залитые кровью глаза. Он увидел эльфа Лувинаэля, который пытался оказывать помощь остальным приключенцам-диверсантам, которые были разбросаны по мрачному залу кристалла чёрных колдунов. Кристалла больше не было, а его осколки блестели по всему помещению. Капитан попытался помотать головой, голова ответила сильной болью. Рядом застонал лейтенант.

— Вот и конец чародейской силе Чёрных Колдунов, — раздался голос гнома, — А знатно шарахнуло, вон, как нас приложило!

Капитан поморщился, это была его ошибка, артефакт уничтожения надо было активировать с безопасного расстояния, а не тут, в этом зале. Расслабились, слишком всё гладко до этого получалось, и Лес прошли, и Лернейские болота, и Проклятые пустоши, и всё без потерь. Везло до сих пор, но везение всегда кончается в самый не подходящий момент. На грохот взрыва уже могли спешить гвардейцы чёрного колдуна, тем более, что те охранники, которых встретили на пути сюда, явно побежали за подмогой. Капитан приказал очнувшимся сержантам собрать большие осколки кристалла в специальный мешок. Когда его приказание было выполнено, капитан оставил в зале ещё один артефакт, предназначенный для полного уничтожения остальных осколков кристалла, так, чтоб от него и следов не осталось.

Когда диверсионный отряд подошёл к провалу, в который упал тот неудачник бомж, показавший приключенцам-диверсантам дорогу в подземелья замка, капитан активировал заклинание. Ещё раз грохнуло, и остатки колдовского кристалла в зале были полностью уничтожены.

— Капитан, что вы собираетесь с этим делать, — спросил Лувинаэль, указав на мешок с осколками, — Ведь по условиям договора между Объединённым королевством и Светлым лесом, кристалл должен быть полностью уничтожен!

— Видите ли, — начал капитан, при этом кивнул лейтенанту. Лейтенант выхватил меч и рубанул эльфа сверху вниз, капитан же развернувшись, ударил кастетом гнома в висок. Гном заметил замах капитана и попытался уклониться, но не успел. Он успел только наклонить голову, удар капитана пришёлся в шлем, и удар был столь силён, что сбил гнома с ног. Гном взмахнул руками и упал в провал, до этого ставший могилой бомжа.

Эльф, не смотря на то, что стоял к лейтенанту спиной, успел среагировать на удар. Меч лейтенанта чиркнул его по руке, второй удар Лувинаэль принял на свои выхваченные клинки. Отведя удар в сторону, эльф сам провел контратаку, его левый клинок чиркнул лейтенанта по горлу. Подхватив падающее тело лейтенанта, эльф толкнул его на капитана. Фонтан крови из разрубленной шеи лейтенанта попал в лицо капитану, воспользовавшись этим, Лувинаэль бросился бежать в глубь подземных коридоров замка. Капитан вытер кровь с лица и отдал команду сержантам:

— Догнать и ликвидировать! — И заметив колебания сержантов, повысил голос:

— Это приказ! Выполнять!

Сержанты, выхватив свои мечи, бросились за эльфом. Капитан, показав на мешок с обломками колдовского кристалла, скомандовал аналитику:

— Бери мешок и за мной!

— А как же ... — Трамс показал рукой в глубь подземелий, куда скрылись эльф и сержанты.

— Сами выберутся, если выберутся. — Хмыкнул капитан, — А если и не выберутся... Что ж ...

И грозно рыкнул на аналитика:

— Шевелись, давай!

Пиратская эскадра выходила из гипера в системе тринадцать сто пятьдесят четыре. Сначала вышли корветы охранения, за ними основные силы — фрегаты рейдеры и крейсера. Последними вышли три линкора. Правда, линкорами их гордо называли сами пираты, а на самом деле это были переоборудованные сухогрузы. Они проиграли бы артиллерийскую дуэль и эсминцу имперцев.

Патрульные фрегаты корпоратов быстро оттянулись под защиту полей и орудий станции «Перекрёсток». Станция закрылась мощным защитным полем, орудия в башнях пришли в движение, нащупывая цели.

— Жалкие трусы! — Презрительно сказал пиратский адмирал Требуха, он стоял возле своего кресла на мостике флагманского линкора. В рейде участвовал только его клан, и примкнувшие к нему мелкие группы самых отмороженных, остальные побоялись идти против совета капитанов, озвучившего мнение пиратских адмиралов, о нежелательности нападения на станцию корпоратов. Показанный Виренталем фарватер и переданные пароли, позволили пиратам неожиданно выйти в непосредственной близости от станции. При всей своей наглости и показной храбрости, Требуха не решился сразу сам атаковать станцию, он объявил «Перекрёсток» «свободной добычей», то есть, кто первый ворвётся тот первый и грабит столько, сколько хочет, в смысле, грабит столько, сколько сможет увезти на своем корабле. Себе же он оставил, с наводки Виренталя, самый жирный кусок — заводы и лаборатории в астероидном поясе, но об этих объектах он никому пока не сообщил. Теперь он с удовольствием наблюдал за атакой станции вольными корсарами. Ни о каком порядке атаки пиратами станции не могло быть и речи, воодушевленные той легкостью, с которой они прошли наружные оборонительные пояса, они всей массой пошли на станцию. Требуха удовлетворённо хмыкнул и включил связь с фрегатом Виренталя:

— Нашу часть сделки мы выполнили, пора и вам выполнить свою часть.

— Но станция ещё не захвачена, — возразил Виренталь. Требуха презрительно сощурился:

— Это дело нескольких часов, выйти из боя мы уже не сможем, так что попрошу координаты закрытого мира.

— Хорошо, я уверен, что вы не нарушите условия нашей сделки. Пересылаю вам инфопакет с координатами прохода.

Требуха потер руки, хоть этот жест и не пристало делать мудрому боевому адмиралу, но избавится от своих привычек, ему так и не удалось. Потирание рук при благоприятно складывающихся событиях, был один из его любимых жестов.

— Есть инфопакет с координатами, — сказал Хорёк, один из четырёх пиратских адмиралов оставшихся в совете после ухода адмирала Требухи. Он находился на мостике своего флагмана, остальные пиратские адмиралы тоже были каждый на своем корабле. Пиратский флот скрытно следовал за эскадрой Требухи. Адмиралы не собирались ему помогать, а вот выступить спасителями корпоратов и под шумок тоже пограбить, были не прочь. Кроме того, они надеялись, что Требуха приведёт их к точке перехода в закрытый мир, и они, не связываясь с хитрецом Виренталем, получат то, что хотят.

— А не пора ли нам начинать операцию по спасению корпоратов? — Спросил Конопатый Бегемот, самый нетерпеливый и драчливый из пиратских адмиралов.

— Подождём, что-то очень уж легко его пропустили к станции, это вполне может быть ловушка, да и сам Требуха осторожничает, бросил вперёд «мясо».

— Сэр, инфопакет зашифрован неизвестным шифром, мы не можем его расшифровать! — Доложил с экрана внутрикорабельной связи один из офицеров Хорька.

— Вот, чёрт. Я же говорил, что этот пройдоха Виренталь подстрахуется, он видно, ключ к шифру передал Требухе раньше. А Требуха, думаю, надует Виренталя. Недаром же он не вводит в дело корабли своего клана. Подождём. — Высказал своё мнение Хорёк, с трёх экранов связи ему согласно кивнули остальные адмиралы.

— Сэхэ, а не поторопились ли мы с передачей координат точки перехода в закрытый мир. Судя по всему, Требуха не намерен сам атаковать «Перекрёсток», он послал вперёд примкнувших к нему вольных капитанов, а сам готов уже уйти. — Высказал своё мнение о картине боевых действий, отображающихся на обзорных экранах фрегата его капитан.

— Так было и задумано, ты помнишь Сюджли, когда мы уходили с перекрёстка, здесь уже были имперцы. Они не ушли, они просто спрятались, да и встреченные нами в крепости около Тортуги отступники, были не одни, а с капитаном Дорсет. Думаю, она в курсе всех планов наших пиратских друзей. И даже если бы на станцию навалились эскадры всех кланов и все вольные капитаны, то у них ничего бы не вышло. Нет взять станцию они бы не смогли. — Сказал Виренталь, пожевав губами, он продолжил, — Но я уверен, что нашего друга Требуху остальные адмиралы без присмотра не оставили, и пойдут за ним к точке перехода всеми своими эскадрами.

— Но, сэхэ, зачем вы тогда отдали ему координаты? — Удивился капитан Сюджли. Виренталь криво улыбнулся:

— Они все хотят нас обмануть, все короткоживущие хотят нас обмануть, но мы их умнее. Я дал неточные координаты точки перехода. Нет, Требуха найдет её, но к этому времени там соберутся остальные адмиралы со своими эскадрами, да и имперцы подтянутся, а «Перекрёсток» останется без защиты, вот тут мы и скажем наше слово, и горе корпоратам!

— О, сэхэ, вы мудры, служить вам высшая честь и наслаждение!

— Не перегибай палку, Сюджли. Дай-ка команду провести глубокое сканирование задней полусферы.

Через некоторое время, глянув на экраны локаторов, Сюджли восхищённо сказал:

— Ещё раз искренне повторю, вы мудры, сэхэ. Вон отметки кораблей адмиралов Тортуги, похоже, они все здесь, со всеми своими эскадрами.

Виренталь посмотрел на часы и зевнул, напряжённые события последних дней несколько выбили его из колеи и заставили подкорректировать свои планы, а все свои планы он не раскрывал никому, даже верному Сюджли. Ещё раз зевнув, Виренталь проговорил:

— Что и требовалось доказать, уходим, нам сейчас здесь делать больше нечего. И даже опасно оставаться. Пойду, отдохну, разбудишь, через шесть часов.

— Внимание батареям «Перекрёстка», огнь на две пятых мощности. И пропустите пару кораблей в семнадцатый и двадцать первый сектора, пусть высадят десант. Это подстегнёт остальных активнее атаковать. Командиры десантных нарядов эсминцев «Бойкого» и «Безупречного», в ваших секторах сейчас будут гости, отключите гравитацию, и особо не геройствуйте, выбивайте их десант на расстоянии.— Капитан Дорсет командовала обороной станции «Перекрёсток» с мостика «Лесной Волшебницы», спрятанной в астероидном поясе системы тринадцать сто пятьдесят четыре. Виренталь был абсолютно прав, имперская эскадра никуда не ушла. Она спряталась в хаосе камней и обломков пояса. Мало того, у пультов управления орудий станции сидели комендоры имперской эскадры, и в пустых ангарах секторов, куда выбросили свои абордажные команды, специально пропущенные пиратские корабли, находились имперские десантники в тяжёлых доспехах.

— Капитан! Перехвачено сообщение с корвета, стоящего отдельно от основных сил пиратского флота, сообщение представляет собой зашифрованный инфопакет. — Доложила террийка Анна. Инэллина Дорсет кивнула:

— Хорошо, когда дешифруете, доложите. И проведите глубокое сканирование пространства со стороны атакующих.

— Капитан! За основными силами эскадры атакующих обнаружен флот, в количестве около двухсот вымпелов, и вот дешифровка инфопакета, — Анна, вывела информацию на рабочий дисплей своего командира. Капитан некоторое время рассматривала полученную информацию, после чего скомандовала:

— Батареи станции, огонь на уничтожение всех кто в зоне досягаемости! — И пояснила свои действия террийкам и Схэджэсу, сидевшему в гостевом кресле, — Видите те отметки, это основной флот пиратов, он ждет, куда пойдет Требуха после станции. А Требуха и не собирался атаковать, он пожертвовал присоединившимися вольными капитанами, чтоб создать у Виренталя впечатление, что он всерьёз напал на «Перекрёсток». Но сейчас, когда Виренталь сбросил ему координаты точки перехода, Требуха выйдет из боя и уведёт свою эскадру, а за ним последует весь флот пиратских адмиралов. А хитрец Виренталь дал не совсем правильные координаты, так что Требуха не сможет быстро пройти в закрытую галактику и его на переходе нагонят остальные. И тут на них навалится наш флот, который уйдёт от «Перекрёска» в погоню за пиратами, а Виренталь, похоже, в этот момент наведается сюда. Атаковать в лоб станцию он не будет, скорее всего, придет под видом туристического лайнера, это оправдает наличие на борту большого количества разумных. А штатная охрана станции оказать противодействие Крум не сможет. Вот такой замысел Виренталя. И мы ему последуем.

— Как? Если вы обо всём догадались, то зачем идти у него на поводу? — Удивился Тхэджэс.

— Это он будет думать, что мы попались на его удочку, а на самом деле всё будет немного по-другому.

— Внимане, эскадра! — Проревел в переговорное устройство адмирал Требуха, — Поворот «все вдруг» на сто восемьдесят градусов и полный ход! Координаты точки рандеву сброшены в БИУСы ваших кораблей!

— Как? Почему? Какого... — Раздались недовольные выкрики капитанов эскадры Требухи, — Как же атака на станцию?

— Смотрите ублюдки, дети пьяного гоблина и шальной кометы, — ещё громче проревел Требуха. И капитаны на своих тактических экранах увидели, как пространство вокруг станции буквально залило огнём, как сгорают атаковавшие станцию, и не успевшие выйти из зоны досягаемости её орудий, корабли. После молчания длившегося пару секунд, раздался голос одного из капитанов:

— А наш адмирал голова! Сразу понял, когда когти рвать надо!

— Разговорчики! — Снова рыкнул, но уже не так грозно довольный Требуха, — Самый полный в точку по сброшенным вам координатам!

— Требуха уходит от станции, — проговорил в переговорное устройство Хорёк, — За ним на пределе чувствительности локаторов.

И достав из бара вделанного прямо в адмиральский пульт управления бутылку виски, сделал глоток прямо из горлышка, после чего ни к кому не обращаясь, сказал:

— Вот ты и доигрался милый друг!

Хорёк и Требуха испытывали давнюю взаимную неприязнь друг к другу.

Лувинаэль бежал по мрачным коридорам подземелий замка, он уже сам заблудился в бесконечных поворотах и переходах, но оторваться от погони, которая буквально наступала ему на пятки, ему так и не удалось. Действие обезболивающего заклинания закончилось, и рана, нанесенная ударом лейтенанта, очень болела и кровоточила. Эльф пришёл к выводу, что преследователи снабжены поисковым амулетом настроенным именно на него, и его рано или поздно настигнут. Лувинаэль, с горечью подумал, что у капитана был приказ ликвидировать его и гнома, при любом исходе их миссии. И что это за союзники, которые всегда готовые нанести удар в спину. Ну что ж, он разведчик, эльфийский рейнджер и рано или поздно смерть должна была его настигнуть. И именно сейчас это должно случиться, и он встретит свою смерть без страха! Лувинаэль остановился, несколько раз глубоко вздохнул, восстанавливая дыхание, достал свои мечи и приготовился встретить преследователей. Из-за поворота выскочили запыхавшиеся сержанты, они затормозили и суматошно замахали своими мечами. Эльф, не давая им восстановить дыхание после бега, атаковал. Силы были примерно равные, два клинка Лувинаэля противостояли двум мечам сержантов, но время играло против эльфа. Он был ранен, скоро он обессилеет от потери крови и сыграет роль численное преимущество противника. И эльф, ещё ускорившись, яростно бросился в атаку. Но стремительной атаки не вышло, Лувинаэль с ужасом понял, что сработало направленное против него заклинание замедления и сейчас его зарубят как на бойне, но сержанты тоже были заблокированы подобным образом.

— Вот, господин коридорный, хулиганы-диверсанты пойманы лично мной, — раздался знакомый сварливый голос призрака Эвлампия, — Что прикажете с ними сделать? Развеем или какое другое наказание придумаем?

— Так они же ещё живые! — Недовольно произнёс призрак коридорный.

— Ну, это дело поправимое, сейчас мы их быстренько того, и станут они неживыми, совсем, — потёр призрачные руки Эвлампий.

— Наносить физические повреждения живым разумным нельзя. Пятый параграф, пункт семь Сухорёвобергской конвенции.

— А мы и не будем наносить, мы их и пальцем не тронем, мы их сейчас аккуратненько в нише закроем и подождём пока они сами того, от голода. И, на всякий случай, в разных нишах закроем, чтоб они друг друга не съели, а то попортят материал. — Призрак Эвлампий никак не хотел отказываться от своих кровожадных намерений.

— Нет, это не наша компетенция! — Призрак коридорный важно выговаривая такое мудреное слово даже поднял вверх палец, — мы отведём их к Смотрящему, он и решит, что с ними делать.

Он сделал сложный жест рукой и пленники влекомые какой-то силой пошли по коридору. Поплутав по подземельям, они вышли в большую комнату со сводчатым потолком. В центре стоял стол, заваленный разными бумагами. За столом сидел призрак Смотрящий, он, сморщив лоб, что-то писал. В углу стояла большая арфа, за арфой маялся ещё один призрак в рубище. Повинуясь кивку призрака Смотрящего, призрак за арфой ударил по струнам, струны арфы отозвались звуком, напоминающим что-то среднее между скрипом не смазанных дверных петель, и воем мартовского кота. Вторя этому мерзкому звуку, призрак визгливо заорал:

— Слааавтеся боги нааашиии мииилостииивыеее! Во веекии веееков...

Вошедшие живые с ужасом узнали в призраке за арфой лейтенанта. Мерзкие звуки, издаваемые этим дуэтом, заставили скривиться даже сержантов, а эльф с его музыкальным слухом был почти в шоке:

— Что это?

Призрак Смотрящий, отложив бумагу, на которой он что-то писал, в сторону, сказал:

— Прошу извинить, много работы, квартальный отчёт, как ни как. А это,— он показал на привидение лейтенанта, — Наказание за грехи его тяжкие, вот так будет петь хвалу богам. Триста лет, а там посмотрим.

— Это пение хвалы богам? — В ужасе воскликнул эльф, — Это же невозможно слушать, не дай боги, боги услышат...

— А богам и не надо это слушать, — перебил эльфа Смотрящий, — Это его наказание, сам поёт, сам и слушает. И так триста лет, непрерывно!

Лувинаэль представил, что его в качестве наказания могут триста лет заставить слушать это пение лейтенанта, задрожал, почти как аналитик Трамс:

— Всё что угодно, только не это! Гореть в огне, вариться в кипящей смоле, да лизать раскалённую сковородку, наконец! Но только не это!

Призрак Смотрящий благосклонно покивал:

— Похвальное желание. Гореть, вариться и лизать. Вижу — ты осознал! Но это потом, это от тебя никуда не уйдёт. Поспособствуем когда помрёшь, и так, что б все три твои желания одновременно исполнились, но слабо представляю, как бесы это тебе обеспечат. Но пока ты живой, будет тебе другое наказание за твои злодеяния.

Смотрящий глянул на Эвлампия, и тот голосом несчастного сироты запричитал:

— Проникли обманом в зал кристалла, произвели запрещённое колдовское действие. Кристалл разрушили. Зал испоганили. Куда теперь экскурсии водить! Такие убытки, такие убытки...

— Но, но — прервал причитания Эвлампия Смотрящий, — Заплатишь в кассу колприза подоходный из той сотни, что взял за дверь, семьдесят процентов.

Но, увидев удручённый вид привидения, Смотрящий сжалился:

— Ладно, можешь ещё один золотой зуб вставить, но только один! Понял?

Эвлампий радостно закивал.

В зал вошли два живых человека, вернее один человек и гном. Человеком был несчастный бомж, упавший в провал. Бомж был одет в мундир лейтенанта гвардии Чёрного Колдуна, и конвоировал гнома Дронина, сброшенного в тот же провал, тоже живого, хоть и слегка помятого. Лейтенант гвардии оглядел собрание, поморщился от звуков издаваемых дуэтом — арфой и призраком за ней, и передал два кристалла призраку Смотрящему:

— Вот два телепорта настроенные на Светлый лес и Подгорное королевство. Отправишь этих, — лейтенант кивнул на эльфа и гнома, потом посмотрел на притихших сержантов, — А эти пойдут со мной.

Когда лейтенант гвардии, конвоирующий сержантов, удалился из помещения, Смотрящий, достал из кучи бумаг какой-то документ и протянул его эльфу:

— Вот, это тебе, передашь Владыке светлого леса и совету глав эльфийских домов. Это послание Повелителя. А это тебе, — смотрящий достал ещё один документ и протянул его гному, — Передашь Подгорному королю и совету старейшин кланов.

Призрак щёлкнул по одному кристаллу и возле его стола засветился зелёным цветом проём портала, кивнув эльфу, Смотрящий скомандовал:

— Шагай! Ать, два. Или хочешь с этим арфистом дуэтом петь.

Лувнинаэль с ужасом глянул на готовящегося снова завопить славословия богам призрака за арфой и, прижав документ к груди, а уши к голове быстро шагнул в телепорт. Отправив гнома, Смотрящий грозно взглянул на арфиста:

— Чего примолк, пой, давай. Триста лет ещё не прошло!

Призрак Эвлампий подобострастно захихикал.

Хранитель Леса вел своих гостей по удобной утоптанной тропинке. Он шёл впереди и нёс на спине на манер рюкзака большой берестяной короб. За ним шли с корзинками рыжая эльфийка, старшая девочка и младший демон. В корзины, они собирали различные лесные ягоды. Для того, чтоб собирать ягоды этой троице даже не надо было сходить с тропинки, деревья и кусты сами протягивали им ветки усеянные плодами. Мора собирала с деревьев землянику, Ихха собирала чернику и бруснику, причём ягоды у неё в корзинке не смешивались. Малкираз собирал вишни и лесные орехи, скорлупа со срываемых им орехов сразу сама осыпалась. За ними шагал мальчик, он гордо нёс доверенный ему Морой футляр, в котором кроме гитары была ещё и чудная красная мандолина. Замыкал процессию Тёмный Повелитель, он не менее гордо нёс на руках младшую девочку. Хоть девочка не намного была меньше его, ему это не составляло никакого труда. Найтин недовольно надувала губки, но было видно, что ей нравится передвигаться на руках у Нэлькаэра.

— А что это Хранитель такой большой ящик тащит? — Спросил рыжий демон у сидящей у него на руках девочки. Девочка серьёзно ответила:

— Там припасы нам на пикник, мы перед пещерой-порталом остановимся, и подарки на свадьбу.

— Так можно ж было в подпространственный карман сложить, — удивился Нэлькаэр.

— Доставать подарки на свадьбе из подпространственного кармана не солидно, — вместо девочки ответил мальчик.

— А почему мы по Лесу идём к какой-то пещере? Можно ж было переход открыть прямо с Поляны, — не унимался демон.

— А с Поляны неинтересно, — на этот раз ответила Найтин.

— И прогуляться по Лесу всегда полезно, смотрите, красота вокруг какая, — добавил Хранитель, он слышал все разговоры у себя за спиной.

— Возле пещеры полянка красивая и ручеёк течёт, и даже озеро есть. Мы там пикник устроим, а потом уже перейдём в Лурию в таверну Матушки Немиш. Не посреди же улицы в городе выходить, — объяснила девочка.

— О, какое мудрое решение, сначала перекусить на пикнике, а после пикника подкрепится в таверне! — Восхитился Нэлькаэр.

— А потом ещё угостится за свадебным столом, — засмеялась Морэдэль, — Тем более, что свадьба двойная.

— О! Значит, и угощение будет двойное! — Сделал вполне логический вывод Нэлькаэр.

— Ты такой маленький и так много съесть хочешь. Зачем? — Поинтересовалась младшая девочка.

— Он, наверное, вырасти хочет, — предположил мальчик.

— Вот вырасту большой...— Начал Нэлькаэр, а Мора продолжила дальше:

— Как гора, и буду страшным и грозным...

— И толстым! — Восторженно хором закончили мальчик и девочка.

— Вот, разве вырастишь тут с вами, и подкрепиться толком не дадут, — обиделся на такую чёрствость Тёмный Повелитель.

— Пришли! Привал! — Громко сказал Хранитель Леса, снимая свой рюкзак-короб. Он вывел приглашённых на свадьбу на очень живописную полянку. Небольшой водопад падал со скалы в красивое синее озеро, из озера выбегал большой ручей, даже скорее не ручей, а маленькая речка. Возле водопада в скалах расположилась толи пещерка под беседку, толи беседка под пещерку. Девочка соскользнула с рук тёмного повелителя, и быстро раздевшись с визгом, бросилась в озеро. Мальчик, получив разрешающий кивок от Моры, разделся, аккуратно положил футляр с гитарой на свою одежду и последовал за Найтин. К ним присоединилась и старшая девочка. Хранитель поманил демонов за собой. Дождавшись пока мужская троица скроется в беседке-пещерке, эльфийка присоединилась к купающимся.

В центре беседки-пещерки стоял плетёный столик и такие же кресла, а в углу находился камин-мангал, в котором тлели угли. Хранитель поставил свой короб возле стола и стал доставать оттуда съестные припасы, одновременно сервируя стол. На стол он выставил: блюдо креветок, маринованных в розовом молодом вине и запечённых с острым перцем, осьминожку, тушеного с тремя сортами картофеля [32], морковью, стручковой фасолью и баклажаном и ещё какое-то блюдо, явно из море-продуктов. Он выставил также хрустальные бокалы и бутылки с брусничной и малиновой настойкой. Ну и естественно, бидончик с молоком летающих коров. Шампура с акульим шашлыком он водрузил на мангал.

— Ооо! Мои любимые! А откуда вы знаете? — Восхитился Нэль, и, увидев не знакомое блюдо, заинтересованно спросил, — А это, что?

— Это каракатица, тушенная в собственных чернилах по венециански, а гарнир называется спагетти. — И видя недоумение и даже недоверие Нэлькаэра, пояснил, — Был такой город — Венеция, торговая республика, на «старой Земле», ну вроде здешней Менесийской республики, кстати, тоже располагался город на островах в морской лагуне.

— А откуда это здесь, в Лесу? — Нэль развёл руками, как бы показывая, что вокруг Лес, а не море. Хранитель хитро прищурился:

— Это мне для дорогого гостя, Тёмного Повелителя, Хранитель Морей прислал, уважил мою просьбу.

— А эти два бокала кому? Найтин и Дени будут пить молоко из бокалов? — Нэлькаэр указал на два лишних столовых прибора, выставленных на стол Хранителем Леса.

— А это у нас ещё гости будут, тоже на свадьбу приглашённые. Кто? Ну, увидите, увидите.

Весёлая компания, плескавшаяся в озере, заметила двух девушек шедших по тропинке. Высокие, стройные девушки с русыми волосами о чём-то переговаривались и время от времени смеялись. Когда он подошли, купавшиеся уже вылезли из озера и одевались.

— Здравствуйте, — поздоровалась девушка в зелёном платье, вторая девушка в синем платье тоже приветственно кивнула.

— Здравствуй Энна, здравсвуй Тейли, — поздоровалась эльфийка.

— Ольга, — сказала девушка которую Морэдэль назвала Энной, — Ольга, так будет лучше.

— Здравствуйте, — хором поздоровались дети, и начали называть свои имена, — Ихха, Дени, Найтин.

Девушка, которую Мора назвала Тейли, насторожено смотрела на детей. Девушка назвавшаяся Ольгой засмеялась и погладила младшую девочку по голове и спросила:

— А что тут делают маленькие сеиссшесс, да ещё совсем одни?

Старшая девочка насупилась, и заметно напряглась. Младшая девочка доверчиво прижалась щекой к руке Ольги и сказала:

— Мы заблудились, тётя Оля, ты отведёшь нас домой?

Девушка Ольга опустилась на корточки, в таком положении её глаза стали чуть ниже глаз стоящих напротив неё Найтин и Дени, обняла их:

— Бедные дети, я не могу отвести вас домой, я не знаю, как и не знаю куда. Да и вообще не могу там пройти.

— Но вы же...

— Да, но тссс, пусть это будет нашей тайной. Мы будем её хранить и никому, никому не скажем, — Ольга вытерла уже появившиеся слезинки у девочки.

— Мы хотели сами, но ещё больше заблудились, — доверительно сообщил мальчик.

— Если я узнаю куда, я обязательно вам расскажу, а сейчас пошли к Хранителю, он уже, наверное, нас ждёт, — Ольга поднялась и повела прижавшихся к ней детей в беседку. За ними пошли остальные.

Увидев входящих, Хранитель Леса низко поклонился и торжественно начал:

— Приветствую вас светлые бо...

— Ольга, просто Ольга, не нарушайте нашего инкогнито, Хранитель.

— Тейли, — тоже представилась вторая девушка.

— Для меня большая честь приветствовать вас, — тоже раскланялся Нэлькаэр, и тут же начал ябедничать, — Вы знаете, удивительно гостеприимные хозяева, но почему-то морят меня голодом.

— А вы сказали, что вы ужасный Тёмный Повелитель? — Улыбнулась Ольга.

— Да знают они, знают, но им авторитеты не указ, — Ужасный Тёмный повелитель сделал пальцы веером. Все засмеялись. Нэлькаэр тяжело вздохнул, и сказал, обращаясь к протянутому ему Хранителем Леса акульему шашлыку, — Вот никто мне не посочувствует, может, хоть ты накормишь бедного и голодного меня?

— Малкираз, — представила младшего демона Ольге и Тейли эльфийка. Малкираз учтиво поклонился и тихо спросил у Тейли:

— Если не ошибаюсь, вы богини. И вы тоже приглашены на свадьбу?

— Да, мы тоже приглашены на свадьбу. — Ответила девушка, и пояснила, — Одна из аватар Ольги — анкарра. А здесь за правителя одной из стран выходит замуж девушка-анкарра. И на это событие собрались анкарры со всех окрестных миров, кому-то из них пришла в голову мысль объявить Ольгу, — Тейли кивнула в сторону второй девушки, о чём-то разговаривающей с Хранителем леса, — богиней-покровительницей. И все анкарры это поддержали. Вот Ольга и решила совместить явление богини своим новым верующим и веселье на свадьбе.

— Как это по демонски, думаю, анкаррам это понравится, они ведь тоже демоны, пусть наполовину,— согласно кивнул Малкираз, — И богиня демонов — это звучит!

Кабинет канцлера Объединённого королевства

В кабинете триумвират правителей королевства, сам канцлер, министр внутренних дел и внешней безопасности королевства и королева Эльвира. На столе неизменная бутылка Шамброне 2556 года.

— Господа вы получили послания Чёрного колдуна? — Обратилась к присутствующим королева.

— Да, ваше величество, — ответил министр, он приподнял свой бокал и любовался игрой света в янтарной жидкости. — Интересно не только содержание писем, но и то, как они попали к нам. Ведь мы все обнаружили их в своих кабинетах. В кабинетах, расположенных, заметьте, в очень хорошо охраняемых зданиях. Только я получил письмо от первого министра Чёрного колдуна — графа Роберта. А вы, ваше величество, неужели от самого Чёрного колдуна? И позвольте полюбопытствовать, что он вам пишет?

Королева достала из сумочки письмо и показала его своим собеседникам. Это было даже не письмо, а скорее открытка, украшенная розочками и золотыми колечками.

— Оригинальное оформление, — удивился канцлер, — А содержание?

— Приглашение на свадьбу,— ответила королева, — Очень вежливое приглашение, я даже не знаю, что ответить. И в приглашении сказано, что за ответом посланник придёт сегодня. А у вас, господа?

— У меня предложения о экономическом сотрудничестве, причём в такой форме, что трудно отказаться, — сообщил канцлер.

— А у меня разбор последней нашей операции, с подробностями, — криво усмехнулся министр.

— Да, как там ваша хитроумная диверсия? Вы так и не ввели нас в курс дела, чем там всё закончилось?

Министр тяжело вздохнул и начал рассказывать:

— Первое донесение мы получили, когда отряд прибыл в Лурию, и полученные сведения были крайне тревожны. Оказывается, по неприступному для нас Лесу, свободно шастают какие-то охотники из Федерации, да ещё имеющие магический пропуск из канцелярии Чёрного Колдуна. Но и это не самое страшное. Во втором донесении, командир отряда сообщил, что миссия выполнена, артефакт, дающий силу чёрным колдунам, уничтожен и его осколки, не все, конечно, скоро будут доставлены. Но тут пришли ноты протеста из Светлого леса и Подгорного королевства. Эльф наблюдатель оказался каким-то племянником их Владыке, а гном тоже не последний человек, хм, гном среди гномов. А их обоих наш капитан попытался ликвидировать, и довольно топорно. И вот, что очень интересно, и эльф и гном были переправлены в свои земли из замка Чёрного колдуна телепортом. Да, да, телепортом, что как утверждают наши маги из Академии Магических Искусств совершенно невозможно. Получается, что разрушение артефакта не только не лишило силы Чёрного колдуна, но ещё больше его усилило.

— И теперь мы имеем, в сухом остатке, ссору с нашими союзниками и усилившегося Чёрного колдуна... — Начал канцлер, но королева его перебила:

— И моего мужа, короля Объединенного королевства, неизвестно где шляющегося с гвардией и ополчением. И вот-вот эльфы и гномы объединятся с Чёрным колдуном и через Лес ударят прямо по нашей столице. Мне остаётся только одно, попросить мастера Мао Лиина показать, как у него на родине знатные люди поступают в таких без выходных ситуациях!

— И как же? — Заинтересовался канцлер.

— Они специальным ритуальным мечом красиво вспарывают себе живот!

— Не представляю, как можно красиво вспороть живот. И потом, ваше величество, вам это не подойдёт, — возразил канцлер.

— Почему же? Если красиво... — Начала королева, но её перебил канцлер:

— Нет, не красиво! Вы только представьте себе, ваше величество, вы лежите в гробу в белом платье среди алых роз и со вспоротым животом. А когда гроб понесут, кишки будут сзади волочиться. А ваш безутешный, рыдающий супруг, будет о ваши кишки всё время запинаться.

— Ооо, ради того чтоб увидеть рыдающим своего супруга я даже готова вспороть живот, — королева на несколько секунд задумалась и добавила, — Кому-нибудь.

Потом, представив себя с распоротым животом, королева содрогнулась:

— Но можно же живот и прикрыть чем-нибудь.

На что канцлер возразил:

— Нет, нельзя, подданные не будут видеть как мужественно и красиво приняла смерть их королева.

— Господа, королева со вспоротым животом это конечно очень интересно, но нам всё же надо определиться с нашими дальнейшими действиями, — вмешался в обсуждение столь увлекательной темы министр, — Только не предлагайте вспороть животы немедленно, я думаю, что из сложившейся ситуации есть менее болезненные выходы...

Министра прервал стук в дверь, и на разрешение в кабинет заглянул секретарь и сообщил, что в приёмной ожидает ректор Академии Магических Искусств, министр с канцлером переглянулись

— Вот, вы правильно сделали, что вызвали ректора, он нам объяснит всё непонятное, — обрадовалась королева. Министр с канцлером переглянулись ещё раз, и канцлер сказал:

— Его никто не вызывал, он сам пришёл, вот только с чем?

— Ректор только, что вошёл в приёмную, но от охраны не поступало докладов о его прибытии и перемещениях по зданию, — доложил секретарь. Канцлером глянул на министра, тот только пожал плечами, и канцлер махнул рукой секретарю. Секретарь исчез за дверью и через пару секунд в кабинет вошёл ректор Академии Магических Искусств.

— Здравствуйте, ваше величество, здравствуйте господа, — поздоровался ректор и, увидев лежащее приглашение королевы, сказал:

— Я вижу, вы тоже получили послание от, — ректор запнулся и продолжил, — От первого проконсула Федерации.

— Как? Вы Чёрного колдуна уже так называете? — Удивилась королева. Ректор посмотрел на неё и продолжил:

— Должен вам сказать, что этого молодого человека можно назвать как угодно, но не Чёрным колдуном, хотя он и занимает его место. Я имел с ним беседу...

— Как? Когда? — Воскликнул канцлер, остальные тоже были почти в шоке, кроме ректора, естественно. Ректор укоризненно покачал головой и продолжил:

— Я принял его приглашение посетить его лабораторию, и я не жалею. Я просто поражен глубиной и масштабами его работ. — И увидев попытку канцлера задать ему вопрос, поднял руку, — Да я был у так называемого Чёрного колдуна в гостях, прошёл я туда через телепорт. Да через телепорт, кстати, послания вы получили тоже через телепорт...

— Но это значит, что он или его подручные могут в любое место и в любую минуту... — На этот раз ректора перебил министр. Ректор недовольно сдвинул свои кустистые брови и ответил министру:

— Могут, в любое место и в любую минуту. Но я продолжу, да Марат, кстати, его так зовут, владеет телепортацией, кроме этого, у него есть хрустальный шар, который в отличие от наших, позволяет просматривать любые события и на любом расстоянии...

— Так это значит... — Опять перебил ректора министр, на что ректор ещё больше нахмурил брови:

— Ваше высокопревосходительство, извольте выслушать до конца, а выводы будете потом делать! Так вот, мы сейчас наблюдали ваше секретное совещание, и Марат попросил меня сообщить вам, что он намеревается нанести вам визит и пояснить некоторые возникшие у вас вопросы.

Сказать, что у слушающих ректора после его заявления отвисли челюсти, значит преуменьшить их реакцию на подобный поворот событий. Но в ещё больший ступор их повергло случившееся далее. В углу кабинета засветилась арка портала и оттуда вышли два молодых человека и рыжеволосая девушка. Шедший первым молодой человек, одетый в роскошный мундир, остановился и представился сам и представил своих более скромно одетых спутников:

— Первый министр федерации граф Роберт Токарийский, Проконсул федерации Марат, невеста проконсула Альма!

Первым пришёл в себя министр:

— Мы рады вас приветствовать! Разрешите представить — её королевское величество, королева Эльвира, его светлость лорд-канцлер Объединенного королевства князь Станислас Замойски, и я первый министр князь Эдвин Багрейски. С ректором Академии Магических Искусств, графом Грегориусом, я думаю, вы уже знакомы.

— Да, — ответил тот, кого назвали Маратом, судя по имени, это и был тот самый страшный Чёрный колдун, — Знакомы, и теперь рады познакомится с вами, ваше величество и ваши высокопревосходительства.

— Ах, давайте без церемоний, ведь здесь собрались те, кто правит самыми большими государствами, известных земель. — Королева тоже пришла в себя, — А почему проконсул?

Марат хотел, было ответить, но его опередил граф Роберт:

— Видите ли, ваше величество, я ему тоже говорю, пора короноваться, а он всё упирается. А тут и свадьба на носу, кстати, ваше величество, вы получили приглашение? Так вот, свадьба, и его законную супругу как надо будет называть — проконсульша, или проконсулиха?

Королева прыснула, прикрывшись ладошкой, все остальные тоже заулыбались, а Марат показал своему министру кулак. Нисколько не смутившийся граф Роберт продолжил:

— А так будет королева, и всем понятно как обращаться, — и, повернувшись к девушке, поклонился ей, — Ваше величество, королева Альма!

Альма несколько смутилась от всеобщего внимания, и тоже показала графу Роберту кулак. Он сокрушённо развел руками вот, мол, с каким контингентом приходится работать, и укоризненно посмотрел на пару молодожёнов. Альма смутилась и как бы оправдываясь, сказала:

— Я же не принцесса, чтоб сразу в королевы, я простая наёмница...

Её перебил сразу сориентировавшийся первый министр Объединенного королевства:

— О, прекрасная Альма, если не ошибаюсь, вы состоите в гильдии наёмников?

Альма кивнула, не понимая, куда клонит князь. А князь продолжил:

— Насколько я помню устав гильдии наёмников, то при замужестве наёмница, член гильдии не освобождается от своих обязательств. Да, женитьба на особе королевской крови автоматически освобождает от всего. Но до свадьбы гильдия может потребовать выполнения обязательств.

— Думаю, гильдия не потребует, — улыбнулся Марат.

— О я не в том смысле, что вы могли бы подумать, — извиняющее поднял руки князь Эдвин, — Просто, поскольку штаб-квартира гильдии находится в Объединенном королевстве, я возьму на себя смелость предложить вам от имени нашей королевы, — он поклонился королеве Эльвире, — Титул баронессы фон Приан.

Королева тоже начавшая понимать кто такая наёмница Альма, и в каких последних событиях она участвовала, согласно кивнула головой и обратилась к наёмнице:

— Несомненно, вы достойны, только не баронского, а графского титула, — и отдала распоряжение канцлеру, — Позаботьтесь, чтоб баронству Приан присвоили графский статус и немедленно оформили право на владение графине Альме!

Граф Роберт улыбаясь, кивал головой.

Эскадра адмирала Требухи почти в полном составе вышла из гипера в точке перехода в закрытую галактику. При штурме станции перекрёсток Требуха потерял только три корабля своего клана, там погибли все присоединившиеся к нему вольные капитаны. Первыми вышли три линкора и восемь крейсеров, фрегаты и корветы подтягивались за большими кораблями.

— Слышь, адмирал, сдаётся мне, что Виренталь если не кинул нас, то попытается, конкретно, подставить, — обратился к Требухе капитан Скунс, его заместитель и первый помощник. Он был умён и очень хитёр, выбиться же в адмиралы ему не позволяли трусость и качество, за которое он и получил кличку Скунс. Требуха поморщился и спросил:

— Почему это ты так думаешь?

— А вот гляди,— и Скунс показал на экран локатора, — Всё чисто, никаких аномалий, и детекторы массы молчат. А в таком месте по пространству должна рябь идти, а детекторы массы показывать, будто есть как бы вкрапления в пространстве.

— Ты откуда знаешь? — Удивился Требуха, Скунс сморщился, что должно было означать улыбку:

— А помнишь, адмирал, такого адмирала Флинта?

Адмирал Флинт был легендой у пиратов Тортуги. Удачливый капитан, а потом и адмирал, командовавший самой большой эскадрой, или кланом, как говорили пираты. Все его авантюры заканчивались неизменным успехом, в пике своей славы ему, по слухам, удалось достать координаты точки перехода в закрытую галактику, и он ушёл туда вместе со всем своим кланом. В закрытой галактике нет техногенных миров, все миры находятся, в лучшем случае, на уровне позднего средневековья. Для вооружённых плазменными и роторными пушками, да и просто автоматическим оружием пиратов, такие миры — мечта. Захватить целый мир и стать в нём полновластным господином, что может быть заманчивей. Правда, через пару поколений захватчики опускались до уровня местных жителей, утрачивая свои знания и технику. Но это было уже потом.

— Так вот, — продолжил Скунс, — Я был штурманом на одном из его кораблей, пацаном ещё был. И узнал о том, что Флинт задумал, может быть самым последним, а до этого не нравилась мне та его затея с походом неизвестно куда. И я подготовился линять, ну заправил топливом катер, а не спасательную шлюпку, натаскал туда жратвы и регенерационное оборудование там отладил. Потом когда узнал, куда идём то, как и все радовался. Вот только искали мы эту точку перехода долго, почти месяц, а когда нашли, появилась имперская эскадра. Я сумел уйти только потому, что сидел в это время на поиске и увидел выходящие из гипера корабли, дал тревогу и сразу кинулся к катеру, прыгнул как можно дальше от кораблей Флинта и потом заглушил всё, что могло работать, даже систему регенерации, две недели задыхался, в своём дерьме плавал. Имперцы расстреляли эскадру Флинта, и потом ещё долго прочёсывали пространство, уничтожая даже спасательные шлюпки. А мой катер за скалу видно приняли, у меня ж ни чего не работало, молчало всё. А остальных, порешили они всех, ты же знаешь, международный закон о невмешательстве в развитие самобытных цивилизаций. И это место я узнал, тогда, как выбрался, не помню, и координат не знал, Флинт в секрете их держал. А вот место узнаю, вон видишь на экране как бы пыль, это флот Флинта, вернее то, что от него осталось.

— И что ты предлагаешь, сразу драпать? — Спросил требуха, а сам подумал, — Как же дал ты сигнал тревоги, когда имперский флот увидел, наверное, сразу драпанул, потому и спасся.

— Нет, адмирал, вот туда нам идти надо, там точка перехода, а не здесь. Мы её тогда нашли, ещё бы не много и ушли бы.

— Хорошо, — Согласился, Требуха задавай координаты прыжка для эскадры, тем более что здесь не далеко.

И эскадра Требухи не меняя походного порядка совершила ещё один прыжок. К точке перехода подошли в том же походном ордере. Первым переход совершил флагманский линкор. Затем пошли крейсера, остальные корабли, не нарушая строя, подтянулись ними. Когда в ряби перехода скрылся четвёртый корабль, из гипера вышла имперская эскадра и сразу открыла огонь. Пятый крейсер эскадры Требухи начавший переход, сразу превратился в огненный шар. Стена огня отсекла остальные корабли эскадры от вожделенного спасения. Неготовые к нападению пираты не успели поднять, шиты силовых полей, но если бы и успели, это им бы это не помогло, перевес имперцев был подавляющим. Четыре линейных крейсера, настоящих линейных крейсера, а не переделанных сухогруза, и «Лесная волшебница» растёрли в космическую пыль пиратскую эскадру за пять минут.

— Капитан! Противник уничтожен! — Доложил Инэллине Дорсет командир одного из крейсеров.

— Отлично, Эшли, — ответила капитан Дорсет, — Подготовьте засаду, скоро здесь ещё будут гости, когда с ними разберётесь, оставьте здесь четыре эсминца и четыре фрегата и возвращайтесь к станции, там тоже весело будет. Как младший флагман принимайте командование эскадрой.

— А вы капитан? — Почтительно спросил младший флагман эскадры. Капитан усмехнулась, и кивнула на мерцающее пространство точки перехода:

— А я туда, надо догнать прорвавшихся. Что-то они сразу вышли на точку перехода, не ужели Виренталь дал правильные координаты. Это на него не похоже. И не волнуйтесь, Эшли, у меня есть допуск, и я буду совсем там не беспомощна. — Улыбнулась своему помощнику Инэллина, они оба знали, что там за колеблющемся и мерцающим пологом перехода, были не просто миры не вышедшие из средневековья, там были миры, наполненные магией, и они представляли опасность для выходцев из техногенных миров не меньшую, чем те для них.

Виренталь сжимал кулаки так, что когти впивались в ладони. Боги явно отвернулись от него, хотя какие могут быть боги у демона? Цепь неудач продолжала преследовать его. А так всё хорошо начиналось. Благодаря переданным им знаниям, корпораты сумели построить блокирующий способности Стьеххар генератор. Потом этот сластолюбец Крениг, с наводки Виренталя и используя генератор, захватил самого Нэлькаэра ДЄАрнекко, но не уничтожил его сразу, а решил попользоваться, видите ли у него чувства! За что, идиот, в итоге и поплатился. И освободился Нэлькаэр, как раз в тот момент, когда тщательно спланированная операция устранения Тёмного Повелителя Хзирама ДЄАрнекко увенчалась успехом. Правда, при этом погиб Рени, один из двух Изменчивых Виренталя. Да он пожертвовал собственными детьми, чтоб получить эти идеальные машины убийства, но кто ж мог подумать, что влияние Тхэджэса на Алие окажется сильнее чем его. И потом это отродье ДЄАрнекко, щенок Тхэджэс сбежал, при этом каким-то образом сманил с собой Миренталя и Алие, в верности которых Виренталь даже усомнится не мог. Прикормленные корпораты, тоже предали. Все планы рушатся. Нэлькаэр, который занял опустевший трон Тёмного Повелителя, быстро и решительно уничтожил все резиденции «Уничтожителей» вместе с большинством из них. Практически, разгромил всю организацию, так долго и кропотливо создаваемую Виренталем. Ну, кто бы мог ожидать столь решительных действий от этого маленького и хрупкого Стьеххар?

И теперь так хорошо подготовленная операция по захвату станции корпоратов рушилась на глазах. Три туристических лайнера, ранее захваченных наёмниками Виренталя пришвартовались к причалам «Перекрёстка» и люди наёмники отвлекая охрану от основных сил, Крум — остатков «Уничтожителей», ринулись в глубь станции. Но там оказались не жилые и развлекательные уровни, а пустые ангары насквозь простреливаемые имперцами. Крум из третьего корабля сломили бы сопротивление имперских солдат, но отсек, куда проникли Крум, был отстыкован от станции и расстрелян подошедшими двумя эсминцами. Виренталь смотрел, как имперцы истребляли половину оставшихся у него боевиков. Конечно, можно ещё нанять наёмников, но им надо платить, а фанатики из людей, годны только на то, что бы быть живыми бомбами. Он мог бы бросить свои три фрегата на имперцев и, скорее всего, уничтожил бы эти два эсминца. Но сколько может ещё кораблей у имперцев скрывается в астероидном поясе? И какой ещё сюрприз подготовила «Ледяная Ведьма». Виренталь посмотрел на верного Сюджли, тот отрицательно покачал головой. Отметок «Лесной Волшебницы» и линейных крейсеров имперцев на экранах локаторов не наблюдалось, но это ни чего не значило, они могли быть в засаде и только и ждали, чтоб фрегаты Виренталя подошли к «Перекрёстку». Виренталь подавил тяжёлый вздох, вождь должен быть твёрдым в любой ситуации и излучать веру в будущую победу, и решительно сказал:

— Уходим, курс на точку перехода, но выйдем немного в стороне, имперцы могли и там засаду оставить.

— Сэхэ, но как же... — Начал Сюджли, Виренталь его перебил:

— Им мы уже ничем не поможем, нам надо сохранить оставшиеся силы. Мы пойдём в закрытую галактику и там, среди магических миров найдём новых сторонников. — И видя недоуменный взгляд Сюджли, пояснил, — Изобразим демонов, посланцев Хаоса, или что-то вроде этого, люди падки на подобное, фанатики везде найдутся. А магам пообещаем господство, ну где-нибудь, над кем-нибудь. И вернёмся с новыми силами. А потом и в Мир Возрождения вернёмся. Как победители.

— Сэр, три фрегата не принимавшие участия в нападении, но скрывающиеся под защитными полями, уходят, — доложил капитан линейного крейсера. Капитан первого ранга Эшли Ван-Гертен, командовавший имперской эскадрой в отсутствие Инэллины Дорсет, посмотрел на экран показывавший боевую обстановку и скомандовал:

— Два линейных крейсера и корабли сопровождения, за ними. Похоже, Капитан Дорсет была права, он попробует прорваться в закрытую галактику.

Фрегаты Виренталя вынырнули из гипера вне зоны досягаемости локаторов кораблей засады. Посланные автоматические разведчики обнаружили засаду и были этой засадой уничтожены. Виренталь решил прорываться, другого выхода не было. На хвосте висела имперская эскадра, те самые линейные крейсера, которых он опасался. Его фрегаты, выстроившись треугольником, ринулись в точку перехода. Фрегаты, идущие впереди, завязали перестрелку с кораблями засады и тут же потеряли ход, получив несколько попаданий. Воспользовавшийся этим фрегат Виренталя проскочил между ними и, прикрываясь их корпусами от выстрелов имперцев, нырнул в серую пелену точки перехода. Вышедшие из гипера корабли имперской эскадры одним залпом добили фрегаты Крум.

— Сэр! Один фрегат прошёл точку перехода! — Доложили Ван-Гертену. Он посмотрел на серую пелену, в которой скрылся фрегат нарушитель и произнёс:

— Мы не имеем права углубляться в закрытую галактику, подготовить и послать автоматический курьер с донесением для капитана Дорсет. — Он указал на серую пелену перехода, потом приказал, — Кораблям охраны продолжать нести службу. Эскадре подготовится к возвращению к станции «Перекрёсток».

О свадьбе и одновремённой коронации первого проконсула Федерации, его уже никто не называл Чёрным Колдуном, было объявлено неделю назад. В Лурию съезжались гости. Приглашённые короли и прочие правители со своими свитами должны были прибыть телепортом. Менее знатные гости приезжали на каретах и верхом. Простолюдины, решившие поучаствовать в свадебных гуляниях, тянулись на телегах, повозках и тоже верхом. Некоторые приходили пешком, всем им приходилось выстаивать длинные очереди перед воротами города, пропуская более знатных и богатых.

К длинной очереди у ворот подошла странная группа. Впереди шёл уже не молодой мужчина, он нёс за спиной рюкзак, больше похожий на берестяной короб. За ним шли две необычайно красивых русоволосых девушки. За руку девушки в зелёном платье держался пепельноволосый мальчик, лет семи. Рядом с девушкой в синем платье, оживлённо с ней разговаривая, шла девочка, или скорее девушка лет пятнадцати. За ними важно шёл маленький, примерно полтора метра ростом, рыжий эльф, который совсем без напряжения, нёс на руках девочку, семи лет, и при этом что-то ей рассказывал. Последними шли, опять же, рыжие эльфийка и эльф. У тоже очень красивой эльфийки, на плече висела гитара в футляре. Вся процессия проследовала сквозь расступающуюся перед ней очередь, прямо к воротам. Сержант, начальник смены, удивлённо смотрел, как эта странная процессия подошла к посту его солдат. При этом две кареты спорящих знатных господ, кто из них должен проехать первым, раздвинулись сами собой. Сержант хотел, было прикрикнуть на обнаглевших простолюдинов, а кем ещё могут быть пришедшие пешком, что б они встали в очередь и не лезли впереди благородных, вдруг вытянулся во фрунт и отдал честь, благосклонно кивнувшей ему, девушке в зелёном платье.

— Чего это он? — Спросила у рыжего эльфа сидящая у него на руках девочка. Эльф, хотя разве у эльфов бывают такие глаза, когти и главное зубы, отметил про себя сержант, начал объяснять:

— Это он поприветствовал Ольгу, тем, что отдал ей честь.

— Как, сразу так и отдал её, всю свою честь, и себе ни капельки не оставил? — Громко удивилась девочка и, посмотрев на покрасневшего сержанта, пожалела его, — Бедненький, как же он теперь совсем без чести будет-то?

— Ну, невелика потеря, тем более, что вряд ли у него её много было, — заметил странный эльф, и грозно сдвинув брови, спросил у сержанта, — Взятки брал?

— Так точно, вашбродь, брал! — Бодро отрапортовал сержант, причём было видно, что это говорить ему очень не хочется. Нэлькаэр поморщился от подобного к нему обращения, всё-таки он был Тёмным Повелителем, а не каким-то офицером местной армии. Недовольно глянув на сержанта, от чего у того по всему телу поползли мурашки страха, и объяснил девочке сидящей у него на руках:

— Вот видишь, принцесса, и взятки брал, и мзду тоже брал, и подворовывал, наверное, куда только здешний владыка смотрит. Надо будет его спросить, как он допустил подобное безобразие. А ты, — Нэлькаэр грозно посмотрел на стоящего, на вытяжку сержанта,— Больше не воруй! И службу неси!

— Только не далеко, — добавила девочка, и пояснила, — А то унесёт далеко, далеко и никто не найдёт эту службу и другим ни чего не останется.

И Тёмный повелитель с девочкой проследовали за остальными. Начальник караула, лейтенант, слушал этот разговор, не показываясь на глаза этой странной компании. Когда же они прошли ворота, так и не заплатив входную пошлину, махнул рукой, кого-то подзывая. К нему приблизился невзрачный человек среднего роста с совсем незапоминающейся внешностью. Лейтенант показал на удаляющуюся компанию и сказал:

— Проследи куда пошли.

Вернувшийся через час серый человечек доложил:

— Они пошли в таверну Матушки Немиш.

Лейтенант вошёл в караулку, там он включил некое подобие хрустального шара, связывающего пост у ворот только с Главным Управлением Охраны Порядка, и доложил о странных гостях.

В таверну процессия зашла в том же порядке, в каком проходила городские ворота. Матушка Немиш увидев гостей, всплеснула руками и выскочила из-за стойки. Заметив предостерегающий жест русоволосой девушки, Матушка Немиш поприветствовала девушек всего лишь как уважаемых посетителей, поздоровалась с остальными и бросилась помогать снимать короб-рюкзак пожилому мужчине. Тот кряхтел, всем своим видом показывая, как он устал, и как ему тяжело. Остальные весело переговариваясь, сели за стол у стены. Эту суету с удивлением наблюдали несколько посетителей находившихся в это время в зале таверны. Один из посетителей, больше похожий на тролля чем на человека хмыкнул и приветственно помахал своей могучей лапищей вновь прибывшим. Заскрипела внутренняя дверь и в общий зал буквально ворвались Марат с Альмой и Франк с Наки. И вновь возникла кутерьма с взаимными приветствиями, обниманиями и целованиями. Когда же все, наконец, успокоились и начали окончательно рассаживаться за сдвинутыми столами, Альма помахала троллеподобному посетителю, подзывая его за свой столик. Он, грузно топая, подошёл, и Альма его представила:

— Познакомтесь, мастер Грим.

— Мы знакомы, — улыбнулась рыжая эльфийка, — Как же вы мастер, оставили без присмотра свой замечательный трактир в Кумбери.

— Мастер Грим, глава гильдии наёмников, — продолжила, улыбаясь Альма, — А трактир у него это — хобби.

— Ооо! — Сказала эльфийка, — Отличная маскировка, никогда не подумала бы.

— А то! — Басом ответил мастер Грим, — На том и стоим.

И состроив грозное лицо, прогудел:

— Главное, чтоб во всём порядок был, а порядок будет только там где единоначалие и единственный начальник это я!

Все весело засмеялись, а Марат, посмотрев на свою невесту, сказал:

— Так ты знала, что с гильдией у тебя никаких вопросов не возникнет? А...

— Конечно, Марат, но князь Эдвин так хотел оказать мне услугу, что я просто была не в силах ему отказать.

— Что за услуга? — Насторожился Мастер Грим, — Альма, с князем, этим любителем шпионских игр, надо держать ухо востро!

— С подачи князя Эдвина, и только для того, чтоб отмазать Альму от, якобы претензий лиги наёмников, королева Эльвира пожаловала Альме титул графини де Приан, — пояснил Марат.

— А не фон Приан? Приан это же баронство,— удивился мастер Грим.

— Повысили статус, теперь это графство, — улыбнулся Марат, — Они же понимают, что владения моей жены автоматически вливаются в моё, теперь уже, королевство.

И заметив удивлённые взгляды, пояснил:

— Меня уговорили одновремённо со свадьбой и короноваться, так, что Альма не долго пробыла графиней, уже завтра она станет королевой.

— Так ты... Вы, чёрный колдун? — Поперхнулся мастер Грим.

— Первый проконсул, — поправил его Марат, и добавил, — До завтра.

— Я бы хотела попросить вас... — Несмело обратилась Альма к девушке Ольге, до этого с интересом слушавшей разговор. Ольга улыбнулась:

— Тебя, давай на ты, я тут не официально и совершенно инкогнито, конечно согласна, да я знаю о чём ты хотела меня попросить. А твоим дружкой [33],— Ольга посмотрела на Марата, — Будет твой первый министр, граф Роберт, где он, кстати?

— Высокая политика, что б её, — в сердцах сказал Марат, — Пригласили на свадьбу правителей всех окрестностей. Королева Эльвира со свитой, Дож и главы знатных семейств Менесийской торговой республики, короли и королевы государств поменьше, три из пяти глав светлоэльфийских домов во главе со своим Владыкой, Подгорный король и старейшины всех семи гномьих кланов, все три главы домов дроу. И все со свитами, и со всеми надо переговоры провести. Вот Роберт этим и занимается. А вам я рад.

— А мне? — Обиженно спросил Тёмный повелитель, до этого усиленно дегустировавший угощение, принесенное служанками Матушки Немиш.

— Ооо! Вам, Тёмный Повелитель, я особенно рад. — Марат поклонился в сторону блюда с пирожками, за которым Нэлькаэра почти не было видно, — Мы с вами учиним какое-нибудь страшное злодейство, чтоб Тёмный Повелитель и Чёрный колдун да не спелись, да что б чего-нибудь не сотворили!

Тёмный Повелитель приосанился и гордо запихнул себе в рот сразу два пирожка:

— Обаатео соовоим!

— Ооооуууу! — Радостно подхватили мальчик и девочка, это у них вышло как волчий вой, при этом они сверкали желтыми глазами. Немногие посетители, шарахнулись кто к стенам, кто к дверям.

— А ну не распугивайте мне клиентов, — нахмурила брови Матушка Немиш, — Страшные злодейства будете творить за порогом, а здесь ни-ни! Это обоих касается! И Чёрного колдуна и Тёмного Повелителя. И не строй мне глазки, а то пирожков больше не дам! — Погрозила она Тёмному Повелителю.

— Всё под контролем, вам боятся не чего, — прогудел мастер Грим, обращаясь к перепуганным посетителям.

— Да, вы слышали здесь самое безопасное место, — засмеялась рыжая эльфийка, — Страшные злодейства будут сотворятся снаружи...

— И только после ужина,— добавил прожевавший пирожки Тёмный Повелитель, и потянулся за добавкой.

Девушка Франка робко попросила рыжую эльфийку:

— Мора, а ты согласишься быть дружкой у меня на свадьбе?

— О чём речь, Наки! Конечно, я согласна! Я...

Но договорить ей не дали, в таверну ворвались с алебардами на перевес, городские стражники. Их старший, здоровый усатый дядька, громко заорал:

— Кто тут выл! Кто тут порядок и покой нарушает! Где тут эти демоны, а ну выходи! Сейчас мы вас...

Тёмный Повелитель, только прожевавший пирожок и нацелившийся за следующим скривился и тихо пробурчал, ни к кому не обращаясь:

— Ну, что за люди поесть не дадут. Убежал из таверны, так беги себе дальше, нет же, неймётся ему, обязательно надо страже заложить...

Начальник отряда стражи обвел помещение таверны грозным взглядом, что он решил делать дальше, никто так и не узнал, за его спиной с рёвом поднялось чёрное нечто. Страшный монстр своей косматой головой упирался в потолок. Его тело покрывали чешуя и свалявшаяся шерсть, когти кроме рук и ног, или скорее лап, были ещё и на локтях и коленях. Зубы были не то, что в три ряда, а просто заполняли всю пасть. В общем, вид был страшен. Монстр обвел зал таверны мутным взглядом красных глаз и заревел ещё громче. Непонятно было, от чего он так ревёт, толи пугает, толи просто не может рот закрыть от того количества зубов, что в этом рту находятся. Стражники забились в угол и выставили перед собой алебарды. Монстр махнул лапой и сломал сразу две штуки.

— Ооо! Демон когтисто-зубастый, исчезающий вид! — Восторженно проговорил мальчик но, присмотревшись, заметил:

— А хвост где?

Из-за спины демона появился хвост, это был не простой хвост, это была змея, похоже очень ядовитая, так, как из её пасти капал яд. Змея сделала выпад в сторону, попытавшегося было проскочить мимо демона, стражника. Тот завизжал и кинулся обратно, при этом, сбив с ног ещё двоих своих сослуживцев. Хвост-змея подняла голову над плечом демона и угрожающе зашипела, перекрыв рёв демона. Мальчик покачал головой:

— С ядом явный перебор, слишком много. А так прямо как по Марвину, Демон когтисто-зубастый, змеехвостый, зловонный.

— О, ты и Марвина читал? — Удивился Марат. Мальчик важно кивнул головой:

— Да, все пятьдесят два тома, «Происхождение и естественный отбор различных форм жизни и не жизни». Вот только этот демон ещё и зловонным должен быть.

Нэлькаэр усмехнулся и зал накрыла волна удушливой вони. Все позажимали носы. Мальчик укоризненно посмотрел на Тёмного повелителя:

— С запахом тоже перебор, тройка тебе!

Нэлькаэр хотел, было обиженно надуться, но ему погрозила пальцем Матушка Немиш. Тяжело вздохнув, Нэль поднялся из-за стола и встал перед приготовившемся к атаке демоном. Вытянув вперёд руку, Тёмный Повелитель громко и грозно произнёс:

— Крибле, крабле... Эээ... Хрумсь!

— Бумсь! — Сказала рыжая эльфийка.

Бумс — припечатал головой об пол, согласившийся с таким доводом демон. Но упал не совсем, он заворочался, пытаясь снова встать, большая змея, которая была у него вместо хвоста, поднялась и опять зашипела.

— Сареш, а должна быть гринза, — показал на змею мальчик,— Явное несоответствие с описанием демонов когтисто-зубастых, змеехвостых, зловонных, двадцать седьмой том «Происхождения» Марвина.

Змея пристыжено замолчала, видно поняв свою неправильность и свое несоответствие трудам классика. А мальчик, тоном лектора, читающего лекцию нерадивым студентам, продолжил:

— По Марвину, у таких демонов, хвостовая змея в безвыходном положении кусает себя за хвост, вернее, за то место, откуда растёт, тем самым, прекращая или предотвращая свои мучения и мучения своего носителя.

Змея с сомнением посмотрела на то место, откуда росла, кусать за задницу зловонного демона ей явно не хотелось. Потом она подняла голову и зашипела, на этот раз жалобно.

— Бедненькая, — пожалела ядовитую змею девочка, и протянула ей руку. Змея с хрустом отломилась от демона и полетела, уменьшаясь в размерах, к девочке. Долетевшая маленькая змейка оплела запястье ребёнка красивым браслетом.

Видно боль от вырванного хвоста придала демону новые силы, он снова заревел и начал подниматься. Тёмный повелитель поморщился и вновь вытянул руку в сторону демона.

— Бумсь, — снова сказала рыжая эльфийка.

— Что бумсь? — Не понял Нэлькаэр.

— Крибле, крабле, бумсь! — Зашипела на Нэлькаэра Мора, ничуть не хуже змеи, — Бумсь, а не хрясь!

— Ааа! Крибле, крабле, бумсь! — Торжественно выговорил Тёмный Повелитель.

— Какое интересное заклинание для изгнания демонов, — поднял брови Марат. Эльфийка хихикнула:

— От Нэлькаэра ещё и не того можно ожидать.

Демон, впечатлённый оригинальностью заклинания, снова рухнул на пол, но ворочаться не перестал. Мастер Грим поднялся, спокойно прошёл к столу, за которым сидел раньше, достал из-под стола секиру внушительных размеров и в несколько ударов разрубил демона, зловоние сразу пропало, тело поверженного демона тоже стало исчезать.

— Слава мастеру Гриму, победителю демонов! — Закричала девочка и зааплодировала, к ней сперва присоединился мальчик, а потом и все остальные. Хлопали все посетители таверны, включая помятых стражников. Мастер Грим раскланялся, и скромно произнёс:

— Друзья, не надо оваций, мне достаточно того, что вы будете называть меня, без всяких величаний, скромно так — мастер Грим, великий победитель демонов.

— Вот так рождаются легенды, — заметил второй рыжий Крум, сидящий за столом. Нэлькаэр обиженно надул губы:

— А я? Как же я?

— Друг мой, не важно кто построил дорогу, а важно кто забил последний, золотой костыль, как говорят гномы. А вы останетесь неизвестным героем, и мы о вас будем помнить, — начал утешать его Марат. [34] Поэтому предлагаю, как говорит мой друг Роберт, на это забить.

Потом Марат наклонился к Матушке Немиш и что-то ей прошептал. Матушка кивнула головой и громко сказала:

— Всё закончилось хорошо и в компенсацию за пережитые волнения, всем выпивка и угощение. За счёт заведения!

Служанки стали разносить всем пиво и различные закуски. Перед сразу повеселевшим Тёмным Повелителем, поставили блюдо с пирожками.

— Мы, с вашего позволения, вас покинем, всё-таки у нас завтра свадьба, — поднялась со своего места Альма, за ней поднялись Марат, Франк и Наки. Альма просительно посмотрела на Ольгу и Марат перехвативший этот взгляд поклонился девушкам:

— Леди, прошу вас быть моими гостями.

— Мы с удовольствием принимаем ваше приглашение,— улыбнулась Ольга. Тейли согласно кивгнула.

Наки захлопала в ладоши:

— О, Мора, я покажу тебе своё свадебное платье!

И часть компании ушла в коридор за стойкой. В таверне остались оба Крум, Хранитель и мастер Грим. Через некоторое время к этой мужской компании присоединилась и Матушка Немиш. Нэлькаэр скорчил жалобную мордашку и Матушка Немиш, заулыбавшись, подозвала служанку. Та ещё принесла угощение для рыжего демона.

— Такой маленький и куда в тебя столько влазит? — Удивлённо прогудел великий победитель страшных демонов.

— У меня молодой растущий организм, — Важно сказал Нэлькаэр.

— Сколько ж тебе лет?

— Чуть больше тысячи.

— Совсем юный, — хмыкнул Грим, и кивнул в сторону второго Крум,— А ему сколько?

— Малку меньше сотни.

— Что ж он так не ест?

— Не дорос ещё.

— Грим, ну что ты пристал к ребёнку, дай ему спокойно поесть, — вступилась за Тёмного Повелителя Матушка Немиш.

— Хорош ребёнок, чуть больше тысячи лет, — опять хмыкнул Грим.

— Для демонов Мира Возрождения — это ещё юность, — сказал до сих пор молчавший Хранитель леса. И повернулся к матушке Немиш, — Там, я тебе, Немми, из Леса гостинцев принёс.

— Спасибо, не забываешь старую знакомую, — поблагодарила Хранителя Матушка.

— Так уж и старую, всё маскируешься, — пожурил её Хранитель.

— Да, Немиш, а тебе то сколько лет? — Спросил Грим.

— Ну, Грим, это не вежливо спрашивать у женщины, сколько ей лет. И потом, ты что, не помнишь уже, как спасал молоденькую девчонку от костра? — И Матушка пояснила, — Попалась я инквизиторам, опутали заклинанием, жечь хотели, если бы не молодой наёмник, так бы и сожгли.

— Так ты тогда тоже из леса вышла, а сколько там живут один Хранитель знает. Да и сейчас, думаю, ты многим молодым фору бы дала. Это я вот уже не тот молодой наёмник, — грустно закончил Грим. Матушка Немиш просительно посмотрела на Хранителя, тот улыбнулся:

— Эхе-хе, что уж с вами делать, как сказал Дени, брачный период наступи у вас, что ли? Ладно, с этими свадьбами закончим, приводи своего милого в Лес, вижу же, давно попросить хотела.

— Как в Лес, — всполошился Грим, он был храбрым, но таинственный Лес его всё же пугал.

— Так прямо и в Лес, — засмеялась Матушка Немиш, — Познакомься, Хранитель Леса, и если он тебя сам пригласил, то ни чего страшного с тобой не случится, скорее наоборот.

Грим посмотрел на Хранителя, встал и поклонился.

С трудом, удерживая строй и рыская по курсу, обычным пространством двигались пять кораблей, всё, что осталось от эскадры адмирала Кровавые потроха, более известного широкой пиратской общественности Тортуги как Требуха. Скунс, заместитель и первый помощник адмирала подсчитывал потери, сразу это сделать не удалось, так как прорвавшиеся через точку перехода пираты совершили ряд гиперпространственных прыжков, надеясь сбить со следа погоню. Во время этих хаотичных прыжков пропал замыкающий походный ордер крейсер. То ли просто отстал и потерялся, то ли не выдержали генераторы, в этом случае этот крейсер просто взорвался. Состояние оставшихся кораблей тоже было плачевно, в гипер мог уйти только флагманский линкор, у остальных генераторы дышали на ладан, и пытаться совершить подпространственный прыжок, для них было смерти подобно.

Скунс тяжело вздохнул, у них почти не осталось наземных войск, к тому же вся техника находилась на уничтоженных имперцами транспортах. В случае столкновения с противником экипажам и десантным нарядам оставшихся кораблей придётся пользоваться только ручным оружием: плазмерами, лазерными пистолетами и абордажными саблями. Можно, конечно, использовать орудия кораблей, но для этого их надо сажать на грунт. И скорее всего, после посадки корабли просто не смогут взлететь. Скунс посмотрел на экран обзорного локатора и скептически хмыкнул, похоже и посадить эти корыта будет очень трудно, они могут при посадке рассыпаться. Его взгляд скользнул на экран курсового регистратора.

— Ааа... Ааа... Адмирал! — В ужасе начал заикаться Скунс.

— Что? Имперцы догнали! — Резко обернулся Требуха. Скунс молча указал на пустой экран. Адмирал Требуха уставился на монитор:

— Что? Экран сдох, этого нам только не хватало!

Скунс лихорадочно защёлкал клавишами и, подняв голову от клавиатуры, помертвевшим голосом сказал:

— Память вычищена, вся информация уничтожена, как будто это кто-то сделал специально.

— Как такое может быть! Там же пятикратное дублирование, как может пропасть информация о пройденном маршруте! Быстро запроси корабли, — Требуха мотнул головой в сторону экрана обзорного локатора. Скунс снова защёлкал клавишами, на это раз коммуникатора, набирая общий запрос. Пришедший ответ подтвердил самые худшие опасения, на остальных кораблях тоже пропала вся информация о пройденном маршруте.

— Всем молчать! — Заревел Требуха по громкой связи, давя возникшую было панику в зародыше, — Вы, что собирались возвращаться? Прямо в лапы имперцев? На виселицу? Да какую там виселицу, они просто бы сожгли вас вместе с кораблями! Мы найдём себе заселённый Мир и станем там хозяевами! Что мы не сможем разобраться с какими-то дикими аборигенами?! И каждый, слышите, каждый станет бароном, да что там бароном графом! Жить будете в золоте, любая девка будет ваша!

— Оружия-то у нас осталось всего, ничего, — раздался робкий голос.

— Для дикарей хватит! — Уверенно сказал Требуха.

— А где этот Мир-то? — Неуверенно спросил, кто-то,— Уже почти неделю летим, и ничего нету.

— Будет вам Мир, это я обещаю, адмирал Кровавые потроха! — Требуха уже не был уверен, что уйти в закрытую галактику — хорошая идея, но приходилось делать вид, что всё идет, так как и задумано.

На командном мостике «Лесной Волшебницы» находилась дежурная смена. Капитан Дорсет сидела в своём кресле. В углу помещения стояли Тхэджэс, Алие и террийка Ирен. Пятнадцать минут назад старший смены доложил о исчезновении информации из памяти курсового регистратора. Теперь Инэллина Дорсет просто сидела с закрытыми глазами, а дежурная смена терпеливо ждала. Тхэджэс кивнув в сторону капитана, и тихо спросил у Ирен:

— Что она делает?

— Слушает Мир, — так же тихо начала объяснять террийка, — Из памяти курсового регистратора пропала вся информация, не только о пройденном маршруте, вообще вся. Так всегда происходит, когда корабль удаляется на определённое расстояние от точки перехода. Потому и нельзя проходить в закрытую галактику, не потому что это опасно для её миров, в первую очередь это опасно для корабля нарушителя, он не может соорентироваться в пространстве, и будет скитаться, пока не выработает свой ресурс, или пока его экипаж не вымрет от старости. А наш капитан может ориентироваться здесь и без приборов, сейчас она слушает, куда ушли корабли нарушители. И ты тоже прислушайся к своим ощущениям.

Тхэджэс тоже прикрыл глаза и зашевелил ушами как будто к чему-то прислушиваясь, от напряжения морща лоб. Террийка заулыбалась:

— Слушай не ушами, да и не напрягайся ты так.

Некоторое время они молчали, а потом Тхэджэс сказал:

— Чувствую, но очень смутно.

— Чувствуешь, потому что ты Стьеххар, у вас это врождённое, а смутно, потому что этому тоже учиться надо.

— Но я ни чего не чувствую, — несмело подала голос Алие.

— Это потому, что ты просто Крум. Крум не обладают и малой частью способностей Стьеххар. Вон Тёмный Повелитель, тот вообще, между Мирами шастает, как по своему дворцу, — объяснила Ирен.

Капитан Дорсет открыла глаза. Посмотрев на вполголоса переговаривающихся террийку и Крум она усмехнулась и проговорила:

— Пять пиратских, так называемых, крейсеров двигаются в обычном пространстве к миру Рея. Да к тому самому миру, где сейчас находятся Злючка, Царапка и Пушистик, — пояснила она в ответ на вопросительный взгляд террийки, — Там их смогут встретить. Да, прорвалось шесть кораблей, но один взорвался, во время гиперпрыжков. Мы пока останемся здесь, У нас тоже будет работа и очень трудная. И ещё донесение от капитана Ван-Гертена, в закрытую галактику прорвался фрегат Виренталя. Вот с ним тоже могут быть проблемы.

На имперских эсминцах и фрегатах, оставленных в засаде, ревели базеры боевой тревоги, некоторое время раздавались хлопки, это задраивались люки в переборках, расчёты занимали свои места, согласно боевому расписанию. Через двадцать секунд всё стихло, в отсеках повисла напряжённая тишина, тишина, которая бывает перед грозой или смертельным боем. Капитан второго ранга Казимир Рекро, флагман засадного отряда, выслушав короткие доклады, удовлетворённо кивнул. Экипажи заняли свои места, даже быстрее, чем это предусматривалось нормативами флота Империи. Посты дальнего обнаружения засекли очередных желающих прорваться в закрытую галактику. Флагман отряда, удивлённо присвистнул, начав просматривать выведенную на экран информацию о вероятном противнике. На засадный отряд надвигалась эскадра, состоящая не менее чем из трёх десятков вымпелов, причём восемь из них были тяжёлые корабли классом не ниже линейного крейсера. Казимир повернул голову к сидящему рядом командиру флагманского эсминца, тоже капитану второго ранга:

— Ну, что скажешь?

— Похоже на корабли СССР, вон, — командир эсминца показал на отметки тяжёлых кораблей, — Эти четыре, линкоры типа «Орлан», последняя разработка Союза перед битвой в системе Вирана. А вот эти, линейные крейсера типа «Ферзь».

— Да, это их последняя разработка, они с тех пор не строили таких крупных боевых кораблей, так что эти монстры уже устарели, — хмыкнул флагман, — Да устарели, но нам их хватит. Они и сейчас представляют грозную силу, а в таком количестве тем более. Интересно где Союзовцы их прятали, ведь они сохранены в обход Договора. Мы с ними не справимся. Разве, что задержим и то не на долго.

И приняв официальный вид, командир отряда включил циркулярную связь на все подчинённые ему корабли:

— Приказ по отряду — в силу не возможности противодействия проникновения нарушителей в закрытую галактику приказываю, приступить к выполнению варианта «Бис».

И имперские корабли, активировав стационарные минные поля и сбрасывая за собой дополнительные мины-ловушки, ушли в гипер.

На капитанском мостике линкора «Возмездие» помимо штатной команды присутствовали адмирал Риан Берковин и технический директор ГИГа Прест Торнс. «Возмездие» был один из четырёх линкоров сохранённых просле войны с Империей, и соответственно спрятанных от имперской комиссии по разоружению. Риан Берковин был сыном адмирала Берковина погибшего в начале той войны в системе Терилас. Прест Торнс, до своего перехода в корпорацию ГИГ, возглавлял четвёртое главное управление внешнеё разведки СССР. В конце войны, когда было понятно, что поражение Союза неизбежно, он перешёл в корпорацию, превратившись из высокопоставленного функционера в добропорядочного бизнесмена. Когда же, жаждущее реванша, правительство союза приняло решение провести эту операцию, он вновь был призван на службу.

Эскадра, сотоящая из четырёх линкоров, четырёх линейных, четырёх тяжёлых, восьми лёгких крейсеров, фрегатов и корветов сопровождения выщла из гипера в районе точки перехода. По плану неожиданно вышедшая из гипера эскадра, должна была уничтожить имперские корабли охраны, не дав им уйти и тем более, сообщить своим о рейде союзовцев. Но имперцы, каким-то образом обнаружили эсадру Союза ещё в гипере, и успели уйти. И отсчёт времени пошёл, основные силы имперцев могли появиться в любую минуту. Адмирал Берковин недовольно посмотрел на Торнса:

— Откуда имперцы могли узнать о нас? Ведь операция готовилась в строгом секрете. Опять ваша служба «крота» прошляпила.

— Разведка тоже не всесильна, — развёл руками Прест Торнс, — Мы работаем над этим вопросом.

— Что делать будем? Операция под угрозой. — Спросил адмирал Берковин.

— Операцию отменять нельзя! Даже если бы мы уничтожили корабли засады, то об этом рано или поздно стало бы известно имперцам. Поэтому действуем по плану. Командуйте переход, адмирал.

— Господин советник, а вы уверены, что стой стороны, — адмирал показал на серую пелену точки перехода, — Ваше устройство будет работать, и мы сможем там ориентироваться.

— Абсолютно, испытания показали полную работоспособность нашего навигатора, — уверенно произнёс Прест Торнс.

На экране внешнего обзора появились яркие пятна, и сразу же пришёл доклад о трёх подорвавшихся на минах корветах передового охранения. По команде адмирала вперёд выдвинулись четыре фрегата оборудованных параванами. Когда, ценой потери ещё трёх фрегатов, проход к точке перехода был протрален, туда пошли основные силы флота. Но даже в относительно безопасном проходе эскадра потеряла один линейный крейсер, он подорвался на одной из блуждающих мин-ловушек, сброшенных имперскими кораблями перед уходом. Когда в серой пелене точки перехода скрылась почти вся союзная эскадра, из гипера неожиданно вынырнули имперские фрегаты и сходу атаковали три корвета тылового охранения. Два корвета были сразу же уничтожены огнём орудий, а третий взят на абордаж и захвачен.

Высокие арочные потолки, ажурные колонны, поддерживающие своды, стрельчатые окна, застеклённые разноцветными витражами, всё это создавало впечатление лёгкости и воздушности храма. Храм Всех Богов изнутри, да и снаружи напоминал величественный готический собор. А сейчас его главный зал, освещенный магическими светильниками, был красив как никогда. Главный жрец Храма Всех Богов, преосвященный Мелисандрус с гордостью оглядел это великолепие, с удовлетворением он посмотрел и на стройные ряды старших и младших жрецов, одетых в белые одежды. Белые одежды жрецов должны были означать чистоту служителей храма. Белизна одежд явно свидетельствовала о внешней чистоте, а вот внутренняя чистота как раз и не была видна из-за этих самых одежд. Главный жрец заметил перемигивание двух младших жрецов и нахмурился, да, какая тут внутренняя чистота, вернее чистота помыслов, одно на уме. С внешней чистотой, как раз всё было-то в порядке, вчера весь персонал храма побывал в бане. Жрец погрозил нарушителям, порядок и благолепие были восстановлены. Жрецы стоящие стройными рядами были выстроены для проведения сразу двух обрядов бракосочетания и коронации правителя Федерации. Главный жрец немного волновался, раньше отношения служителей культа с правителями, они же Чёрные Колдуны, были несколько напряжены. Иногда доходили даже до прямой конфронтации — жрецы проклинали и предавали анафеме Чёрных Колдунов, а те просто рубили головы неугодным служителям культа, варили их в кипящем масле, или придумывали ещё какое развлечение для себя и толп зевак. Но сегодня знаменательный день! Чёрный Колдун перестанет быть Чёрным Колдуном, а станет королём, соответственно и Храм получит новый статус. Тем более, что Чёрный Колдун попросил, подумать только, не приказал, а попросил провести обряд бракосочетания. Он женится на графине де Приан, графине соседнего государства — Объединённого королевства, с которым у Федерации Свободных Государств до сих пор была война. А это мир, новые отношения, новые возможности для умных людей. А он, Мелисандрус, несомненно, умный человек. Главный жрец гордо вскинул голову, что ж он позаботится, чтоб оба обряда бракосочетания, вместе с Чёрным Колдуном женился и его друг, прошли на самом высоком уровне. Раздался скрип дверей, главный жрец поморщился, не смазали, не уследил, ну он задаст нерадивым младшим жрецам, простите Боги грешные мысли в столь торжественный момент.

В раскрывшиеся двери стали заходить приглашённые: королева Объединенного королевства Эльвира со свитой, Дож и главы знатных семейств Менесийской торговой республики, Владыка Светлого леса и три главы светлоэльфийских домов, Подгорный король и старейшины всех семи гномьих кланов, все три главы домов дроу. Все, соответственно, со свитами. Потом стали заходить короли и королевы государств поменьше, ну и прочие разнокалиберные правители. Всех их расставлял по местам главный распорядитель церемонии — дворецкий Арчибальд. При этом глашатай объявлял титулы и должности приглашённых. Главный жрец благословлял входящих именем всех Богов. Когда же вошли последние, главный жрец застыл соляной статуей — это были демоны. Маленькие рыжие демоны. Но, не смотря на свой рост и внешнюю легкомысленность, это были очень сильные демоны, особенно тот, что постарше. Глашатай, повинуясь жесту распорядителя Арчибальда, громко провозгласил:

— Тёмный Повелитель Мира Возрождения, Нэлькаэр ДЄАрнекко. Полномочный представитель Тёмного Повелителя Мира Возрождения, Малкираз ДЄАрнекко!

Тёмные демоны заулыбались, продемонстрировав клыки, и пошли на свои места, самые почётные места! Тёмный Повелитель, проходя мимо насупившегося Владыки светлого леса, послал ему воздушный поцелуй. Младший демон раскланялся с дроу, которых явно забавляла сложившаяся ситуация.

Главный жрец перевёл дыхание и поднял руки в гневном жесте, он собрался, было, произнести формулу изгнания демонов, мракобесов и прочей высшей нечисти, как тут зазвучали фанфары, и во вновь распахнувшиеся двери вошла свадебная процессия.

Впереди шла пепельноволосая девушка, почти девочка, в белом платье, он несла факел, горящий бездымным магическим огнём. Огонь в факеле символизировал неугасимость любви молодожёнов и такую же неугасимость огня в будущем семейном очаге. За ней в строгом чёрном костюме отделанным серебром шёл, пока ещё, Чёрный Колдун. Он держал за руку свою невесту, красивую рыжеволосую девушку в воздушном белом платье. Рядом с ними шла вторая пара. Среднего роста атлетически сложенный парень в тоже чёрном костюме вёл под руку девушку с зелёными волосами. Её белое платье имело какой-то неуловимый сине-зелёный оттенок. Шлейфы платьев невест несли пепельноволосые девочка — у невесты Чёрного Колдуна, и мальчик — у второй невесты. Главный жрец снова застыл. Невеста Чёрного колдуна была демоном! Пускай не так явно выраженным как первые два вошедших, но демоном! Вторая невеста тоже была нечистью, причём нечистью высшей!

— Чего это он руки поднял? — Громким шёпотом спросила пепельноволосая девочка.

— Сдаётся, — таким же громким шёпотом, гулко разнёсшимся в притихшем Храме, ответил мальчик.

— А кому? — Не унималась девочка.

Мальчик задумчиво оглядел всех присутствующих, как бы спрашивая — кому? Не увидев подходящей кандидатуры, он вопросительно уставился на главного жреца. Почтенный служитель культа, застывший в такой странной позе, поймал взгляд жёлтых с вертикальным зрачком глаз, и окончательно впал в ступор. Дети тоже имели демоническую сущность! Первый проконсул Федерации, он же Чёрный Колдун, с интересом посмотрел на окаменевшего в такой оригинальной позе жреца, тот то ли собрался, кого благословить, то ли проклясть, то ли просто треснуть своим посохом по голове. Потом первый проконсул пару раз провёл рукой перед лицом жреца и даже пощёлкал пальцами:

— Почтеннейший, мне, конечно, лестно, что я произвожу такое впечатление на наше духовенство, но может, мы всё-таки начнём церемонию?

Очнувшийся главный жрец хотел, было указать первому проконсулу на вопиющее безобразие — демоны в храме! Но тут его словно ударило током, или аналогом тока, что там может бить в магическом мире? В храм вошла Богиня, нет две Богини! Это были прекрасные девушки, одетые в скромные зелёное и синее платья, которые смотрелись на них как королевские мантии. Они шли в группе дружек невест и женихов. Главный жрец почувствовал присутствие нескольких божественных сущностей. Он с изумлением обнаружил, что троица пепельноволосых детей, ранее воспринимавшихся им как демоны, тоже имеют божественную ауру. От такого наплыва богов в вверенный ему храм преосвященный Мелисандрус пришёл в состояние близкое к экстазу, и он упал ниц.

— Чего это он? — Опять спросила девочка.

— Пощады просит и сдается на милость победителя, — авторитетно разъяснил мальчик.

— Так ведь он же ни с кем не дрался, — удивилась девочка, — Кто ж его победил?

Остальные жрецы, до этого стоявшие стройными рядами, видя такое поведение своего начальства, тоже, теми же стройными рядами повалились в лежачее положение. Главный жрец, приподняв голову и глядя на богинь восторженным взором верного пса получившего от хозяина косточку, залепетал:

— Ва... Ваше...

— Ваше божественное благородие, нет, ваше божественное высокоблагородие — раздался громкий шепот с места, где стояли рыжие демоны.

— Ваше божественное высокоблагородие! — Послушно повторил главный жрец.

— Во вверенном мне гарнизоне, за время моего дежурства... — Продолжил подсказывать рыжий демон.

— Во вверенном мне гарнизоне... — На автомате продолжил повторять жрец. Богиня в синем платье, до этого хмурившаяся, заулыбалась, а Богиня в зелёном платье громко засмеялась.

— Вот видите, Ольга и Тейли, как Марат жрецов вышколил к вашему приходу, при виде начальства сразу без команды, строем упали-отжались, а потом их командир рапортует, — Обратился старший рыжий демон к девушкам, и благосклонно кивнув лежащему жрецу, добавил, — Рапортует, как и положено верному почитателю, из положения лёжа.

Среди дроу послышались смешки, в то время как остальные гости кто хмурился, кто просто прибывал в растерянности, дроу же явно забавляла сложившаяся ситуация. А рыжий демон начал, вовсю подмигивать светлым эльфам. И если их владыка и один глава светлоэльфийского дома гневно хмурились, то два других главы смотрели на нахала, явно заинтересовано. Вдохновлённый этими взглядами, Тёмный Повелитель снова обратил свой благосклонный взор на жрецов:

— Ну, чего молчим, а воославить светлую богиню? Запевай!

И лежащие ниц жрецы дружно затянули:

— Слава тебе, светлая богиняааа...

Невеста первого проконсула с упрёком посмотрела на Тёмного Повелителя, это всё таки её свадьба, а этот рыжий хохмач пытается устроить из такого события привычный ему балаган. Девушка, а вернее богиня, в зелёном платье уловила недовольство невесты, и кивнула второй богине:

— Тейли, возьми проведение обряда в свои руки. Видишь, здешние жрецы оказались не на высоте, а я участвую как дружка невесты.

Вторая невеста молчала, удивляясь действиям окружающих, незнакомая с обычаями людей, она решила, что у них свадьбы так и происходят.

Девушка в синем платье шагнула вперёд, схватила главного жреца за шиворот и рывком его подняла, потом негромко приказала остальным жрецам:

— Всем встать! Начинаем обряд! — И встряхнув главного жреца, добавила, — Если, что не так буду делать, подскажешь.

— А как же демоны, — пролепетал жрец, — В Божьем храме!

— Это светлые демоны, — ехидно сказала Светлая Богиня, — Всё кончили дискуссию, начинаем!

— Что не делается, всё к лучшему, — философски заметила Ольга, и утешила нахмурившуюся невесту, — Зато Альма, тебя обвенчает Светлая Богиня, а не какой-нибудь занюханный главный жрец.

Поднявшийся было в зале ропот, сразу утих, теперь всем было видно божественную сущность начавшей проводить обряд девушки. Дальше всё пошло как по маслу, Тейли руководила, жрецы совершали нужные телодвижения и произносили нужные слова, играла красивая музыка, пел хор. Главный жрец, сперва только таращил глаза и надувал щёки, а потом и он втянулся, смирившись с демонами в Божьем храме. Только рыжая эльфийка, дружка второй невесты, изредка морщилась, когда хор жрецов не попадал в ноты.

Свадебная церемония и коронация закончились. Король Марат и королева Альма со свитой покинули храм, гости тоже потихоньку стали подтягиваться к телепорту, ведущему в бывший замок Чёрного колдуна, теперь уже королевский замок. До торжественного банкета оставалось ещё три часа. Банкет должен был быть проведен в новомодном стиле насоветанном рыжей эльфийкой и двумя рыжими демонами, впрочем, богиня, проводившая церемонии свадьбы и коронации не возражала. Торжественный банкет почему-то назывался «шведский стол».

— Да, тут и возразить нечего, — задумчиво вполголоса проговорил королеве Эльвире лорд-канцлер Объединенного королевства, — Разве его можно теперь назвать Чёрным Колдуном, если его венчала и короновала Светлая Богиня.

— Может это и к лучшему, — так же вполголоса ответила королева, — Он не будет больше творить чёрных дел.

— Он в этом и раньше не был замечен, — многозначительно улыбнулся канцлер, и в ответ на удивлённо поднятые брови королевы пояснил, — Если правитель злодей, то забрать у него лакомый кусок, например герцогство Арц, святое дело. А вы, ваше величество, обратили внимание, что здесь присутствуют сам Подгорный король и старейшины всех семи гномьих кланов. Чем можно объяснить такое их внимание к происходящему?

— Первый проконсул, вернее, король Марат первый, пообещал поделиться с ними новыми технологиям в металлургии и обработке изделий из металлов, — пояснил стоящий тут же ректор Академии Магических Искусств.

— Надо было им продать чертежи того большого боевого глюкала,— задумчиво проговорил канцлер, — Пусть бы строили, и не отвлекались бы на политику, а так мы почти лишились наших гномьих союзников.

— А вдруг бы они его построили, и это глюкало у них бы заработало? — Скептически хмыкнул первый министр, князь Эдвин, — Нет уж, пусть эти горе-изобретатели больших глюкал приносят пользу на серебряных рудниках, а с королём Маратом и королевой Альмой нам теперь надо дружить. И ни каких больше игр, вы вот их видели? — Он украдкой показал на небольшую группу молодых людей стоящих у самого выхода.

— Симпатичные молодые люди, — заметила королева, — А кто это?

— Анкары, и они признали Альму своей королевой.

— А с виду вроде обычные люди, откуда они здесь? — Спросила королева Эльвира.

— Пришли из других миров, то ли сами умеют ходить между мирами, то ли кто-то построил для них порталы, — тихо сказал первый министр, — Выясняем.

— А не скажет ли уважаемая королева Эльвира, почему она одна, без своего супруга, доблестного короля Джеймса,— вкрадчиво спросил королеву подошедший Владыка Светлого леса.

— У него очень уважительная причина, он ведёт победоносную войну, — вместо королевы ответил лорд-канцлер Объединенного королевства.

— И с кем же ведётся столь трудная, но победоносная война, не просветите ли меня, князь? — Ехидно продолжил Владыка Светлого леса.

— А то вы не знаете, пресветлый Владыка, с тёмными силами Чёрного колдуна, — сварливо ответил лорд-канцлер.

— И как успехи столь светлого дела, ваше высокопревосходительство, — продолжал ехидничать светлый эльф.

— Как всегда победоносно, король Джеймс во главе своей доблестной армии наступает, а враг в страхе бежит, — также сварливо продолжил лорд-канцлер.

— Ах, Тэлиэинариэль, хоть вы то не издевайтесь, — страдальчески закатила глаза королева Эльвира.

— Да, пресветлый Владыка, а то вы не знаете. У вас там при армии короля две роты ваших разведчиков-пластунов осталось. Не ужели у вас с ними связи нет, и они вам не докладывают о всех действиях нашего драчливого величества. — Продолжил тем же тоном лорд-канцлер. Владыка Светлого леса улыбнулся:

— Да, ваше высокопревосходительство, тут вы абсолютно правы, вашего короля без присмотра ни как нельзя оставлять, гномы тоже два батальона своих стрелков оставили, мало ли куда он свою армию повернуть вздумает. А что касается короля Марата и его очаровательной супруги, то и тут вы абсолютно правы, — Владыка Светлого леса обозначил поклон в сторону князя Эдвина, первого министра Объединённого королевства.

— Конечно, пресветлый Владыка, я редко ошибаюсь, — вернул такое же обозначения поклона князь Эдвин, — думаю и вас не оставили равнодушным последние события.

— С чего вы взяли, что Светлый лес интересуют дела людей? — Поднял бровь эльф.

— Ах, Тэлиэинариэль, мы все в одной лодке, нам-то вы можете сказать, ведь Лувинаэль вам доложил о ходе нашей совместной миссии, — улыбнулась королева Эльвира.

— Вернее о полном её провале, — тоже улыбнулся Владыка светлого леса, и с укоризной продолжил, — И я не ожидал от ваших людей такого коварства — напасть на союзника.

— Мы разобрались, это была самодеятельность капитана Шарки, виновные понесут наказание, — вмешался князь Эдвин, — Но почему провал, наша экспедиция прошла через самое сердце Леса, чего до сих пор не удавалось никому, получена бесценная информация...

— Что королева Альма анкарра, мы знали давно, — перебил князя светлый владыка, — А теперь узнали, что она в Лесу своя и пользуется поддержкой обитателей Леса. Довольно странных обитателей. И неизвестно, насколько опасных. А это делает и так очень могущественного Чёрн... короля Марата, почти всемогущим. С его-то возможностями, — Светлый владыка кивнул в сторону светящегося телепортационного портала, через который гости переходили в замок.

— А вы никак, не можете пережить вашу неудачу с попыткой посадить Меллорны в Лесу, — заметил ректор Академии Магических Искусств.

— Да, Меллорны в этом Лесу переродились во что-то нам непонятное, мы потеряли с ними всякую связь, — вздохнул пресветлый Владыка, — Но и этого мало, этот Лес закрыл, подумайте только, нам эльфам, детям лесов, путь в свою глубину. Мы можем заходить только на опушку, а дальше нас Лес не пускает. Лувинаэль первый эльф, кто проник в глубь Леса! И проник в составе человеческого отряда!

— А ведь и раньше вас, эльфов, Лес далеко не пропускал, недаром же вы сделали ту попытку с Меллорнами, — укоризненно покачал головой лорд-канцлер.

— Да, лес в нашем мире — неизвестная величина, и с этим ни чего поделать нельзя, — ещё раз вздохнул эльф.

— Для вас, эльфов, это действительно вызов, — согласно кивнул лорд-канцлер, — Гости невесты, кстати, вышли из Леса. Надо попытаться наладить с ними отношения, мы не посягаем на Лес, может у нас и получится то, что не вышло у вас.

— Да помогут вам в этом деле боги,— серьёзно сказал Владыка Светлого леса.

«Мститель», фрегат Виренталя, уверенно приближался к миру Рея, находящемуся в закрытой галактике. Вообще то она была «закрытой» для кораблей техногенных миров, а местные жители прекрасно здесь ориентировались, естественно те, у кого были для этого способности. Виренталю же помогало ориентироваться совсем не чутьё демона Стьеххар, он не был Стьеххар, и не мог свободно перемещаться среди миров. Но у него был один артефакт на него настроенный. Этот артефакт позволял безошибочно находить путь только к миру Рея. Виренталь расположил хрустальный шар, а это и был артефакт, перед собой и пытался вызвать того, кто дал ему этот шар. Но могучий колдун, некогда презентовавший артефакт, никак не хотел отзываться. Виренталь уже в пятый раз повторял попытку вызова, и когда он уже совсем отчаялся достучаться до Чёрного колдуна, сзади раздался недовольный, дребезжащий голос:

— Ну, чего надо? Чего трезвонить-то?

Резко обернувшийся Виренталь увидел, слегка колеблющийся призрак. Призрак выглядел несколько странно, ветхий саван был на месте, а вот цепи были совсем не ржавые, а золотые или позолоченные. И во рту призрака Виренталь заметил несколько блеснувших золотых зубов.

— Так, чего надо-то? — Недовольно повторил призрак. Виренталь узнал в привидении своего старого знакомого — Чёрного Колдуна, но как сильно тот изменился, не считая того, что стал призраком.

— О, Повелитель чёрных сил... — Начал Виренталь, но призрак остановил его взмахом руки. И третий раз спросил:

— Надо-то чего? По быстрому изложил, а то некогда мне тут с тобой лясы точить. У меня заседание скоро, надо речь подготовить.

— Какое заседание? Что готовить? — Невпопад спросил сбитый с толку Виренталь.

— Заседание правления колприза, а я кооптированный в правление собранием первичной ячейки нашего сектора и теперь являюсь полномочным представителем со всеми вытекающими последствиями, — пояснил призрак.

— Заседание чего? И что и куда вытекает?

— Сегодня будет рассматриваться животрепещущий вопрос о повышении благосостояния всех членов колприза, путём дальнейшего совершенствования качества услуг по проведению мероприятий демонстрации достопримечательностей расположенных на территории нашего колприза...

— Почтеннейший Чёрный колдун! — Невежливо перебил призрака потерявший терпение Виренталь, — Это всё хорошо, но...

— А ты помолчи, когда умные призраки говорят, — резко оборвал Виренталя призрак, — Не понимаешь ничего в политике партии, так и не лезь, а послушай, может, и сам тоже поумнеешь.

— Каких партий? — Виренталь просто не мог уследить за полётом мыслей призрака.

— Партия у нас одна! Партия Коллектива Призраков — ПКП. Она нас направляет и ведёт к светлому будущему...

— Какое у призраков может быть будущее? — Опять не выдержал Виренталь.

— Светлое! Тебе же объясняю, время на тебя драгоценное трачу, а ты вот не слушаешь, перебиваешь всё время. А может ты против, а? Кто не с нами, тот против нас! Так сейчас тебя в распыл пустим, у нас это быстро. Нет призрака, в смысле человека, так и проблемы нет!

— Эээ, не надо меня в распыл, я послушаю, — струхнул Виренталь, Чёрный колдун, когда ещё не был призраком, имел очень скверный характер, а теперь видно совсем с катушек съехал.

— Осознал? То-то. Ну, ничего, может из тебя ещё выйдет толк. Ну, что начнём?

— Что начнём?

— А в призрака тебя превращать, станешь полноправным членом нашего колприза.

— Эээ, это большая честь для меня, но я пока не достоин этого, — начал выкручиваться Виренталь, его совсем не прельщал немедленный переход в состояние привидения.

— Что же ты отвлекаешь от важных дел, а может, ты хочешь на экскурсию в зал колдовского артефакта, так сразу бы и сказал! Я как смотрящий этого зала, готов предоставить тебе скидку. Для тебя, — призрак оглядел отсек фрегата, где они находились, — Ну как для тебя и твоих людей, двадцать процентов, подумай только какая скидка, целых двадцать процентов!

— Я, эээ, мне... — начал Виренталь, то тут к нему обратился вахтенный офицер:

— Сэхэ! В пределах разрешения сканеров появились корабли! Они пока нас не видят, но через двадцать минут войдут в зону уверенного обнаружения.

— Вот, они с удовольствием примут твое предложение, и даже скидки не попросят. — Виренталь показал призраку на экран, где светились отметки обнаруженных кораблей, — А у меня появились срочные дела, ты уж извини, старый друг, и следующий раз я обязательно приму твое великодушное предложение о переходе в призрачное состояние и вступление в ваш уважаемый кол... эээ...

— Колприз, ну думай, думай, а пока с тебя за ложный вызов двадцать процентов от стоимости услуги, ты уж извини, старый друг, но такой порядок, — ехидно ответил призрак.

— И сколько? — Спросил Виренталь.

— Триста золотых, и торг здесь неуместен! — Твёрдо ответил призрак, и было видно, что уступать он не намерен. Виренталь аж задохнулся от возмущения, но призрак был не преклонен. Виренталь отсчитал требуемую сумму и довольный призрак, забрав деньги, растворился в воздухе, при этом в хрустальном шаре возникла надпись — «Без доклада не входить». Пару раз мигнув, надпись исчезла, и её место заняла другая — «Своим любопытством ты отвлекаешь от важных дел занятого призрака».

Тяжело вздохнув, Виренталь обернулся к вахтенному навигатору:

— Ну, кто это там?

— Похоже на пиратскую эскадру, сэхэ, только очень потрёпанную и крайне малочисленную.

— Похоже, Требуха таки прорвался и направляется именно к этому миру. Интересно, как он нашёл сюда дорогу. Ну, что ж, пожелаем ему успехов в этом мире, что-то здесь изменилось и не в лучшую сторону, — Виренталь потёр лоб и добавил, — Для меня, во всяком случае. Но далеко уходить мы не будем, понаблюдаем за развитием событий.

Торжественный банкет, посвящённый бракосочетанию и коронации, перешёл в завершающую стадию. Банкет проходил в стиле пир обычный торжественный, новомодному стилю «шведский стол» решительно воспротивился дворецкий Арчибальд. Он заявил, что подобные безобразия будут возможны только через его труп и его пожалели. Гостей традиционно рассадили за столами на стульях. Рыжим демонам досталось почётное место среди других властителей. Они сидели между светлыми эльфами и дроу, а напротив них расположились королева Объединённого королевства и её вельможи.

Светлые эльфы сперва недружелюбно косились на демонов, но природное обаяние, остроумие и дружелюбие Нэлькаэра скоро растопило лёд неприязни. А когда подали сладкое, Тёмный Повелитель один умял такой большой кусок шоколадного торта, что вызвал удивление у всех окружающих. Этот поступок убедил светлых эльфов в белой пушистости Властелина Демонов, ну не может быть такой сладкоежка злодеем, тем более, что Чёрный колдун оказался тоже совсем не таким каким его они представляли. И вот после сладкого, тёмный повелитель приобняв двух светлых эльфов, предварительно узнав у слуг, где здесь покои для отдыха гостей, увёл доверчивых, хихикающих эльфов с собой.

— Малк, а где Нэль, — между ректором Академии Магических Искусств и лорд-канцлером Объединенного королевства, всунулась пепельная голова, — Скоро будет Мора петь, а он же обещал танцевать!

— Вот, съел и ушёл, — кивнул на пустое блюдо оставшийся рыжий демон.

— Как это ушёл? Почему ушёл? С кем ушёл? — Сначала растерянно, а потом с нарастающим возмущением стала задавать вопросы обладательница пепельноволосой головы. Рыжий демон меланхолично кивал на каждый вопрос, а потом, дожевав кусочек торта, кивнул в сторону светлых эльфов, пояснил:

— Вот с ними и ушёл.

— Как с ними? Они же здесь, — удивилась девочка.

— Эти остались, он ушёл с другими светлыми эльфами, как только торт доел,— пояснил рыжий демон. В глазах девочки загорелись огоньки вдохновения, и она сокрушённо покачав головой, укоризненно сказала рыжему:

— О, грозный Малкираз, старший демон-убийца внутреннего круга внешней стражи, как же ты мог такое допустить!

— Что? Что допустить? Найтин, ты о чём? — Удивился Малк, не столько вопросу девочки, сколько тому, как она его назвала.

— Ты же призван не допустить поедания приглашённых на свадьбу твоим подопечным демоном-проглотом. — Трагически воскликнула девочка, и обратилась к оставшимся светлым эльфам, — А вы разве не знаете, что рыжие демоны могут впасть в кулинарное бешенство, если съедят много сладкого. И тогда они начинают поедать всех подряд!

Эльфы с вновь возникшим подозрением уставились на рыжего демона доедающего второй кусок торта. А пепельноволосая Найтин продолжила:

— Да-да, впадают в кулинарное бешенство и кидаются на всё съедобное! И не только демоны-проглоты, но и все остальные рыжие демоны!

Малкираз поперхнулся тортом и закашлялся. Девочка, показывая на него рукой, радостно продолжила:

— Вот и у него начинается! — И обратившись к эльфам, воскликнула, — Ну чего сидите? Сейчас ка-ак бросится!

Малк закашлялся сильнее, а эльфы с ужасом уставились на него и попытались отодвинуться.

— Что же нам делать? — Спросил Владыка светлого леса.

— Спасайтесь, спасайтесь! — Радостно посоветовала им девочка.

— Это же цивилизованные демоны, а цивилизованные демоны, как и все другие нечеловеческие расы разумных не едят, — высказался ректор Академии Магических Искусств, и добавил, — Согласно договору всех разумных.

— Так он же перед тем как съесть, совсем их выпотрошит, а потом ещё и освежует, — авторитетно заявила девочка, — Разве можно выпотрошенного и освежёванного эльфа считать разумным?

— Зачем освежует? — Спросил прокашлявшийся, но ещё не пришедший в себя Малкираз. Девочка наморщила лоб, и на мгновение задумавшись, выдала:

— Освежует, чтоб свежее был, демоны же не едят всякую несвежую гадость, от которой плохо пахнет! Ведь, правда, же? — Обратилась она к Малку. Рыжий на автомате подтвердил:

— Всякую несвежую и воняющую гадость не едят.

И почему-то посмотрел на светлых эльфов. Обиженные такими инсинуациями светлые эльфы почти хором возмущённо ответили:

— Не правда, от нас не воняет!

— О! Не воняет! Они и так свежие, — обрадовалась девочка и разрешила рыжему демону, — Можешь их есть не свежуя, или освежовывая? Ну, чего сидишь? Ешь, давай! Быстрее! Тебе ещё с Морой выступать.

— Найтин, что ты так долго, а где Нэлькаер? — Всунулась с другой стороны от ректора Академии Магических Искусств ещё одна пепельноволосая голова. Малкираз снова поперхнулся и закашлялся, при этом скребнув когтями руки по столу. Увидев кашляющего над куском торта Малкираза, мальчик возмутился:

— Ешь быстрее! И пошли!

— Да! Ешь быстрее, с то они убегут! — Поддержала мальчика девочка.

— Кто убежит? — Не понял мальчик, и девочка радостным голосом ему сообщила:

— У наших демонов случилось кулинарное бешенство, и они хотят всех съесть. Начали со светлых эльфов, вон, Нэль уже двоих уволок. Наверное, уже съел, сейчас за остальными вернётся, а Малк вот тянет, не ест. Малк, — обратилась она к рыжему демону, — Давай, ешь их, а то Нэль вернётся съест и этих. А тебе опять не достанется, опять придётся людей есть, а они не вкусные!

— Должен вам заметить, юная леди, что цивилизованные демоны, всё-таки других разумных не едят. И потом, мы же в гостях, а хозяин обычно обеспечивает своим гостям безопасность.— Снова вмешался ректор Академии Магических Искусств. Девочка попыталась вдвинутся между ректором и лорд-канцлером ещё больше, так, чтоб взглянуть на мальчика заглядывавшего с другой стороны ректора. У неё это не совсем получилось и она, выпустив когти и вцепившись ими в стол, громко закричала:

— Дени, ну скажи же ему, что демоны впавшие в кулинарное бешенство едят всех!

— Да, конечно, — сразу подтвердил мальчик, — Всех едят, но сперва приготавливают.

— И как же приготавливают, — вкрадчиво спросил лорд-канцлер.

— Ну, это же кулинарное бешенство, — неуверенно начал мальчик, и посмотрев на бледных светлых и ухмыляющихся тёмных эльфов, с большей уверенностью продолжил, — Да сначала готовят, фаршируют морковкой и запекают в белом вине. Нет, в белом вине запекают только тёмных эльфов.

— Почему это в белом вине запекают только тёмных эльфов? — Почти обиженно спросил Владыка светлого леса. Тёмные тоже всем своим видом выразили заинтересованность в столь актуальном вопросе как кулинарное приготовление эльфов.

— Потому, что тёмные эльфы очень гармонично смотрятся в белом вине, чёрное на белом. А вот из светлых эльфов и белого вина кулинарная композиция не получится, нет, светлых просто фаршируют морковкой. — С апломбом опытного приготовителя блюд из эльфов пояснил мальчик.

— А как же запрет на поедание разумных, — также вкрадчиво продолжил лорд-канцлер.

— А разве можно назвать разумным эльфа фаршированного морковкой, да ещё желающего быть запечённым только в белом вине? — Удивлённо спросил мальчик.

— Да, действительно, трудно, — заметил лорд-канцлер и подмигнув удивлённо смотрящим на него эльфам, — Вы уж, господа, определитесь с тем в чём вы предпочитаете запекаться.

— Вот! Слушайте знающего человека, определяйтесь быстрее, в чём вас печь будем, — закричала ободрённая поддержкой с неожиданной стороны девочка. Королева Эльвира, до этого внимательно слушавшая разговор, весело засмеялась.

— Некоторые впавшие в кулинарное бешенство, сейчас пойдут спать, — проговорила незаметно подошедшая рыжая эльфийка. Обернувшиеся участники разговора увидели подошедших девушек — дружек двух невест, в недавнем обряде бракосочетания.

— Ну, Мора, мы же хотим ещё увидеть выступления менестрелей и танцы, — жалобно затянула пепельноволосая девочка.

— Тогда, марш на свое место, и не пугайте гостей.

— Так Нэль же... — Начала девочка, и увидела вышедших из боковых дверей слегка растрёпанных Тёмного Повелителя и двух светлых эльфов. Она сделала круглые глаза и протянула, — О, живые, и даже не надкусанные.

Мальчик тоже с интересом рассматривал подходившую троицу, и понимающе качнув головой, он сказал:

— Ооо! Яо...

— Быстренько, быстренько побежали на своё место, — перебила его рыжая эльфийка, — Мы сейчас вас догоним.

На мостике флагманского линкора «Белое пламя» находилась только дежурная вахта. Старший вахты, сидя в кресле главного навигатора меланхолично бесился. Меланхолично, потому что шли уже пятые сутки полёта в обычном пространстве, ничего не происходило, и в ближайшее время вряд ли могло произойти. Бесился, именно потому, что вряд ли могло произойти. Остатки эскадры двигались в никуда. Старший вахтённый убрал ноги с пульта и щёлкнул клавишей вызова. На экране коммуникатора появилась такая же унылая и небритая физиономия, картину дополнял густой синий дым за физиономией.

— Опять курите, — лениво заметил старший вахты, — Нарушаете, кислород жжете. Смотрите там, а то ведь вместо меня мог быть и адмирал.

— Да пошёл ты задницу со своим адмиралом, Косой! Всё равно подыхать в этих коробках, раньше или позже. Вы на своей «Белой горячке» хоть прыгнуть можете, а мы еле три «S» выжимаем[35].

«Белой горячкой» флагманский линкор называли, потому что до того как стать «Белым пламенем» корабль носил имя «Горячая красотка» и был обычным каботажным сухогрузом. Остальные корабли, именуемые крейсерами и эсминцами, тоже начинали свою карьеру как грузовые суда.

— Прыгнуть-то можем, только вот куда. Вся информация о пройденном маршруте стёрта, куда идём, только адмирал знает...

— Ни хрена твой адмирал не знает, если бы знал уже бы пришли, — перебил Косого его собеседник, — Ты ж лейтенантом флота был, что не понимаешь, что идём в задницу если уже не пришли туда. Эх... — Небритый сплюнул прямо на экран, но не попал, досадливо скривился и отключился.

Косой тоже отключил коммуникатор, снова положил ноги на пульт и задумался. Действительно, перспективы были очень не радостны, изношенные регенерационные установки не справлялись и начали давать сбои, резервный запас воды, кислорода и продовольствия подходил к концу. Всё-таки это были не боевые суда и тем более не экспедиционные, а каботажники, рассчитанные на короткие рейсы, и не предполагалось, что они будут далеко удаляться от обжитых миров. Вот уж и в правду — эх... Косой засунул руку под кресло и из кармана предназначенного для хранения НЗ, достал бутылку, скрутил колпачок и сделал пару больших глотков. В голове зашумело, радостнее не стало, зато всё стало по фиг. Косой улыбнулся и плюнул в центр главного обзорного экрана и попал. Попал точно в центр, настроение слегка поднялось, вот ведь — мастерство не пропьёшь! Косой сделал ещё два глотка, и уже было собрался продемонстрировать свое мастерство ещё раз, как на обзорном экране произошло какое-то шевеление, и в углу побежали колонки цифр. Косой неверяще уставился на экран и, очнувшись, вдавил клавишу вызова командира корабля.

Через пару минут на мостике собралось всё начальство — капитан корабля, адмирал Требуха и его помощник Скунс. На заплеванном экране уже можно было разглядеть планетную систему и, судя по показаниям приборов, там была кислородная планета, а значит и жизнь.

— Боевая тревога! Подготовиться к высадке! — Скомандовал Требуха и, глядя на заплёванный экран своего корабля и такие же экраны остальных кораблей, рявкнул,— Главный калибр вам в задницу, приведите корабли в порядок!

— Как будем высаживаться, — тихо спросил Скунс, — Ведь челноков мало, их не хватит, чтоб взять нормальный десант.

— Будем сажать эти лоханки на грунт, — Требуха показал на рыскающие в колонне корабли, — Всё равно от них уже никакого толку, на орбите оставим «Пламя» и «Проказницу», если что на них хоть можно будет уйти в гипер.

— Адмирал, ты что, думаешь, что там нам окажут сопротивление. По спектру излучения, это не техногенный мир, хотя и богатый жизнью.

— Не сомневаюсь, но думаю, что пушки кораблей при любом раскладе будут не лишними. Да и этих бездельников надо занять делом, а то уже о бунте подумывать начали, ну и так на всякий случай, как говорится бережёного...

Через пятнадцать часов корабли подошли к кислородной планете. Все эти пятнадцать часов экипажи приводили корабли в порядок и готовились к высадке. При выходе на низкую орбиту были сброшены беспилотные разведчики. Три из восьми сразу же развалились, с остальных пошла информация. Все свободные от вахт приникли к экранам, а вахтенные и так туда смотрели. Картинки, передаваемые с разведчиков, показывали, что планета заселена довольно густо, хотя были большие массивы лесов, гор, степей и даже болот. Судя по архитектуре городов, цивилизация уже должна была достигнуть второй ступени технического развития, но явных признаков не наблюдалось. А над одним из городов был сбит разведчик, именно сбит. Причём сбит каким-то непонятным образом. Остальные стали совершать облёты городов, не приближаясь к ним близко.

— Да, вот вам и средневековая цивилизация, как они могли сбить разведчика, — задумчиво потёр подбородок Скунс, — Думаю нам надо высаживаться на некотором удалении от городов, желательно ближе к лесным массивам, но не совсем в лесу.

— Почему? — Спросил Требуха.

— В степи мы будем как на ладони, не известно чем аборигены располагают, опять же ветер, ураган и другие катаклизмы на открытой местности опасны, а лес стоит, значит, там не бывает сильных ветров, или деревья защищают.

— Тогда в лесу лучше.

— Совсем в лес тоже не хорошо, всякие неизвестные дикие звери, и в лесу ещё могут партизаны завестись

— Направь-ка разведчиков к тому лесу,— Требуха указал на большой лесной массив, выглядевший особо мощно.

— Сэр, что-то странное, от этого леса нет никакого излучения и биосканеры молчат,— доложил оператор беспилотного разведчика, — Такое впечатление, что тот лес накрыт каким-то экраном поглощающим любые излучения.

— Ну-ка, ну-ка, подведи-ка поближе, — скомандовал Требуха. Затем произошло что-то и вовсе непонятное — разведчик, приблизившийся к этому лесу, бесследно исчез. То же произошло и с остальными аппаратами.

— Да, что-то в тот лес мне не хочется, — проговорил Требуха, — Будем сажать десант в степь. Покажи-ка предыдущую картинку, — Обратился он к оператору. Прокрученная запись показала степь, и армию, состоящую из рыцарской конницы и чего-то ещё напоминавшего пехоту ополчения.

— Вот туда мы и сбросим десант, заодно возьмём пленных, допросим и узнаем обстановку. Думаю, мои ребята справятся с этими клоунам, — адмирал презрительно кивнул на экран с рыцарской конницей. И повернувшись к Косому, он сказал:

— Лейтенант, назначаю тебя командиром десанта.

Великая армия Объединённого королевства, продолжала упорно идти к своей славе. Армия ещё не вступала в бой с силами Чёрного Колдуна, но уже уменьшилась больше чем в три раза. С королём осталась только кумберлендская гвардия — тяжёлая рыцарская конница, частично кумберлендское дворянское ополчение, две роты эльфийских разведчиков пластунов, два батальона гномьих стрелков, и боевые гилюли с расчётами. Остальные не вынесли тягот столь победоносного похода и разошлись по домам.

Армия неделю назад вышла на границу орочьих степей. Это знаменательное событие король и совет сенешалей решили отметить большим рыцарским турниром, уже пятнадцатым за этот боевой поход. Турнир удался, рыцари преломили копья, а после отметили это событие, как полагается, остальная армия с радостью к ним присоединилась в столь доблестном деле. И вот похмелившаяся и частично протрезвевшая армия громыхая, ругаясь, ревя, ржа и блея, двинулась в дальнейший поход.

Король Джеймс со свитой остановился на небольшом холме, наблюдая за армией, вытягивающейся в походную колонну.

— Что-то медленно двигаемся, — недовольно проговорил король, обращаясь к генеральному сенешалю.

— Так, ваше величество... — Начал сенешаль, но не закончил, его прервал нарастающий гул идущий с неба. Все задрали головы и увидели как с небес, в той стороне, куда направлялась армия, спускаются три большие башни. Башни медленно и величаво опускались на землю, хотя нет, две башни в последний момент просто упали. Армия остановилась и замерла, через некоторое время в башнях открылись ворота и оттуда начали выходить странные существа и выезжать не менее странные повозки.

— Что это? — Спросил король и требовательно посмотрел на свою свиту, но из его приближённых никто не смог что-либо объяснить. Вперёд выступил жрец храма Всех Богов, сопровождающий короля и армию в походе. Он огладил свою бороду и важно произнёс:

— Я думаю Чёрный Колдун, наконец-то принял наш вызов и прислал своих презренных клевретов.

— И что? — Нетерпеливо спросил король и показал на копошащихся существ в странных одеяниях, — Чего они тянут, не выстраиваются в боевые порядки, они что, не думают с нами сражаться?

— Убоялись, — уверенно ответил жрец, — Увидели вашу грозную армию, ваше величество, и убоялись.

И как бы подтверждая слова жреца, от толпы копошащихся пришельцев отделилась толи необычная повозка без лошадей, толи какой-то большой зверь сразу несущий четырёх седоков. Это транспортное существо быстро побежало в сторону королевской армии. Жрец сделал рукой знак, отгоняющий демонов, и существо остановилось. Оно остановилось, не доехав до холма, на котором стоял король и его свита, метров пятьдесят. Из повозки вылезли не-то люди не-то демоны, столь странен был их облик. Они как бы о чём-то спорили, энергично размахивая руками, потом существо открыло пасть и трое демонов засунули туда четвёртого, но не совсем, нижняя половина торчала из пасти и как-то подёргивалась. Видно это существо жевало несчастного демона, которого три других демона скормили своему ездовому зверю. Король и рыцари его свиты передёрнулись от омерзения. Меж тем три оставшихся демона вытащили из повозки что-то напоминающее маленький ствол боевой гилюли и направили его на находящихся на холме. Из этого ствола раздались громкие каркающие звуки.

— Что это они,— спросил король, на этот раз, обращаясь прямо к жрецу. Жрец, как самый сведущий в повадках демонов и прочей нечисти человек, уверенно объяснил:

— Пугают.

И выступив вперёд, жрец повторил знак, отгоняющий и усмиряющий демонов. Каркающий голос захрипел и замолчал, ободренный успехом жрец, не прекращая делать ритуальные знаки, уже обеими руками громко закричал:

— Истинно говорю вам, демоны поганые, не боимся мы вас, ибо вера наша крепка и несокрушима! Верим мы истинно в Бога Отца, Бога Сына и Богиню Мать нашу. И пошли вы на нас войной подлой и неправедной! И сокрушим мы вашу силу нечистую как боги наши сокрушили вашу мать, тёмную богиню Ванусинуис. Опустим мы свои забрала из стали и веры, и пойдём на вас без страха! И увидите вы, петухи ещё не пропоют третий...

Странные то ли люди, то ли демоны слушали проповедь-экзорцизм жреца с нарастающим беспокойством и видно не выдержали, один из них громко заревел и направил на жреца какой-то предмет, блеснул яркий луч и жрец развалился на две половины. Король сориентировался мгновенно.

— Трубач! Атака! Господа! За мной! — Скомандовав свите, король надвинул забрало своего шлема, бросил коня в галоп. Какие-то предметы появились в руках всех демонов, и яркие лучи ударили в короля и его свиту. Кто-то громко вскрикнул, кто-то упал вместе с лошадью, но у большинства рыцарей страшные лучи отразились от начищенных до блеска доспехов. Пришельцы кинулись к своему экипажу, но тут на них обрушился град камней и других метательных снарядов выпущенных из своих рогаток гномьими стрелками. Одного пришельца сбило с ног, над двумя другими засветилась радужная пленка, отражающая камни, но мгновения их замешательства хватило для того чтоб доскакавшие король и рыцари его свиты, насадили пришельцев на копья и перевернули их повозку. Не останавливаясь, король поскакал дальше, за его спиной трубил трубач, и нарастал гул от ударов тысяч копыт — это рыцари кумберлендской гвардии, разгоняясь, шли в атаку.

Оставшийся на холме генеральный сенешаль не поддался общему порыву, он, рассылая ординарцев командовал армией. Разворачивалось для атаки дворянское ополчение, выкатывались на позиции боевые гилюли, перестраиваясь на ходу в атакующие линии, бежали гномьи стрелки. Только эльфийские разведчики пластуны куда-то быстро и скрытно уползли.

На орбите остались «Белая горячка», то есть «Белое пламя» и «Проказница», а три корабля принявшие к себе на борт десантные наряды и с этих двух кораблей, пошли к поверхности планеты. Корабли натужно ревя планетарными двигателями, рывками шли на посадку. Это были настолько старые корабли, что они не использовали «генераторы линий силы» для околопланетного маневрирования.

Удар посадочных опор о грунт отозвался сильным сотрясением корпуса, скрежетом и грохотом. Косой вытер лоб, покрытый холодным потом, он с трудом удержал корабль на посадочной глиссаде, и еле поставил его на опоры. Два других корабля в последний момент рухнули на грунт, и теперь, Косой по коммуникатору слушал крики и ругань, раздававшиеся с этих кораблей.

— Ну, что лейтенант, командуй высадку, — обратился к нему командир сводного отряда десантников, громила по кличке — Бульдог. Внешний вид, да и нрав его вполне соответствовали кличке. Тяжело вздохнув, Косой спросил, мотнув в сторону лежащих на боку кораблей:

— А эти?

— Эти пускай догоняют, а не успеют, нам больше достанется, — ухмыльнулся Бульдог.

— Десант на грунт, действуем по третьему варианту, — отдал команду по громкой связи Косой.

— Вперёд выродки, — заревел Бульдог, — Пошевеливайтесь!

— Капитан, может, сначала проведём переговоры, — к Косому обратился тщедушный навигатор, по кличке Студент. Он был то ли не доучившимся студентом, то ли инженером неудачником, но в технике он разбирался очень хорошо.

— Какие переговоры, как мы с ними говорить будем,— недовольно пробурчал Бульдог.

— У нас есть кибер-переводчик «Лингвист-3А», конечно, не последняя модель, но тоже ничего. Предложим им сдаться, а потом возьмём к себе на службу. Это же дикари, вон они уже испугались одного вида наших кораблей.

На мутном экране внешнего обзора, действительно, была видна группа застывших людей одетых в какие-то пародии на штурмовые скафандры и сидящих на странных байках. У этих байков не было колёс, а были четыре подпорки, не дающие им упасть.

— Ну, давай попробуем, посмотрим на них вблизи, пока высадятся и развернут технику наши... Ублюдки! — Закончил Косой, увидев, как вывернуло взорванный вышибным зарядом, грузовой люк у лежащего на боку корабля, — Аккуратнее надо!

— Видно заклинило, а чего аккуратнее, эта лоханка уже не поднимется. И не надо жалеть. — Хмыкнул Бульдог, — Ладно я с вами, посмотрю на этих клоунов вблизи.

— Может, возьмём кого-нибудь для охраны, — робко вставил Студент.

— От кого охранять? — Ещё раз презрительно хмыкнул Бульдог и заорал, — Эй, сучьи дети, выкатите краулер и побыстрее.

— Грузи свое чудо техники,— скомандовал Студенту Косой.

Загрузившись в краулер, Косой, Бульдог и Студент покинув место высадки с бестолково копошащимися пиратами, быстро поехали в сторону живописной группы стоящей на холме. Не доехав метров пятьдесят до группы аборигенов, краулер заглох. Пираты вылезли из машины. Бульдог, с руганью набросился на водителя. И тот, пообещав быстро всё исправить, открыл капот и залез в отсек двигателя до половины и стал что-то там делать, от усердия суча ногами. Пока студент настраивал кибер-переводчика, Косой и Бульдог обратили внимание на вышедшего вперёд высокого мужика, одетого во что-то напоминающее халат и ночную рубашку одновременно, показавшего им «козу».

— Чего это он? — Спросил Бульдог.

— Шут, наверное, — сделал предположение Косой.

В это время из раструба переводчика раздался каркающий голос. Косой поморщился и вопросительно уставился на студента, тот пояснил:

— Кибер-переводчик по изображению определил расу и возможный язык, и обратился с приветствием на этом языке. А вот когда они ответят, тогда переводчик сделает фонетический анализ и начнёт переводить точнее.

— Что, это за гавкание, — не выдержал бульдог.

— Арумийский диалект, — взглянув на экран пульта управления, ответил Студент.

— Они вроде не похожи на прямоходящих ящеров, — удивился Косой.

— Дерьмо твоя марахайка, — авторитетно заявил Бульдог.

В это время мужик в ночной рубашке ещё раз сделал рукой «козу», а потом второй рукой показал совсем уж неприличный жест, и что-то громко заорал. Студент быстро переключил переводчика в режим приёма. Тот некоторое время молчал, видимо анализировал этот самый фонетический ряд, а потом металлическим голосом начал выдавать обрывки фраз, видно всё сразу перевести у него не хватило мощности.

— Демоны поганые... — Так начал переводчик, Бульдог нахмурился, а переводчик выдал следующую фразу, — Бога отца, Бога сына... мать...

— Чтооо? — Зарычал Бульдог, а переводчик ответил:

— И пошли вы на...

— Куда? Да он что? Маты гнёт, сука! Да ещё руками показывает куда идти и как! — Уже заревел Бульдог. А переводчик продолжил:

— Вашу мать...

— Ааа -ррр! — аж захлебнулся от возмущения Бульдог.

— Может он не так как-то переводит, — предположил Косой, а переводчик выдал:

— В — анус — и — ну...

— Что? Что это? — Замотал головой Бульдог.

— Это слово по научному означает, когда в задний... — Попытался объяснить Студент, но Косой его перебил:

— Если по-простому — это означает в жопу и...

— Опустим мы — вас без страха!

— Гырр... — Красная рожа Бульдога, казалось, ещё немного и треснет.

— И — вы — петухи — ещё... — Совсем уверенно выдал переводчик. Такого оскорбления Бульдог уже вынести не смог, с хриплым рёвом он выхватил свой лучевик и развалил наглого клоуна на две половины. Аборигены, сидящие на странных безколёсых байках, ни капельки не устрашились столь грозной демонстрации высоких технологий, а каким-то не постижимым образом, с всё нарастающей скоростью двинулись на пиратов.

— Огонь! — Выхватывая свой лучевик закричал Косой, Бульдог уже садил по накатывающимся аборигенам с двух рук. Но это было бесполезно, на дикарях была зеркальная броня, отражающая лазерные лучи. Пару раз Бульдог попал в сочленения на броне и несколько этих безумных байкеров упали, вместе со своими байками, но это не остановило остальных.

— В машину! Уходим! — Скомандовал Косой и, краем глаза заметив ещё одну угрозу, закричал, — Воздух! Защиту!

Косой и Бульдог успели активировать индивидуальные защитные экраны, до того как на них обрушился, непонятно, как и откуда взявшийся на поверхности защищённой атмосферой планеты, метеоритный дождь. Студент же, пытавшийся тащить кибер-лингвиста, получил камнем по голове и лёг на землю, сверху на него упал не оправдавший надежд переводчик. Перед тем как совсем погрузится в темноту, Студент увидел, как блестящие наконечники больших палок байкеров пробили бронированные скафандры Косого и Бульдога.

— Быстренько, быстренько побежали на своё место, — перебила его рыжая эльфийка, — Мы сейчас вас догоним.

Дети рванули к месту, где готовились к выступлению музыканты, певцы и танцоры. Владыка Светлого леса поднялся со своего места и низко поклонился, за ним поднялись светлые и тёмные эльфы и тоже низко поклонились. Королева Эльвира и её сопровождающие с удивлением смотрели на рыжую эльфийку и русоволосую девушку, которым, обычно надменные эльфы, оказывают такое уважение.

— Я Тэлиэинариэль из дома Сияющего Водопада, Владыка Светлого леса, приветствую вас Анари... — Торжественно начал Владыка Светлого леса, но русоволосая девушка его перебила:

— Ольга, просто Ольга.

— Морэдэль Ван'Нур, менестрель. — В свою очередь, представилась рыжая эльфийка. И посмотрев на Тёмного Повелителя, сказала, — Пошли, выступления скоро начнутся.

Нэлькаэр извинился перед светлыми эльфами, с которыми пришёл, и направился за эльфийкой-менестрелем. Ольга обратилась к эльфам:

— Вы знаете, сейчас начнётся выступление музыкантов, менестрелей, танцоров и прочих артистов. Я хотела бы попросить вас и кого-нибудь из вас, — она взглянула на Светлого Владыку и тёмных эльфов, — А также вас, — Ольга посмотрела на королеву Эльвиру, — войти в коммисию, которая будет оценивать выступающих.

— А почему, вы не оцениваете их, — ещё раз поклонился девушке Светлый Владыка.

— Это будет не спортивно, я лицо заинтересованное, — улыбнулась девушка и, увидев, что тёмные эльфы уже выбрали своего представителя в высокую комиссию, пригласила всех в соседний зал. Замешкавшиеся канцлер и первый министр Объединенного королевства, переглянулись и канцлер сказал:

— Ты заметил, Эдвин, как наши вечно надменные эльфийские союзники стелятся перед этой Ольгой, да и тёмные, те ещё гордецы, от них не отставали.

— Да, Станислас, эта «просто» Ольга совсем не проста, — задумчиво ответил первый министр. И они тоже пошли в соседний зал, где должны были происходить выступления артистов.

Зал бывшего замка Чёрного Колдуна, а теперь замка короля Лурии, где должны были проходить состязания, поражал своими размерами. Сюда собрались не только те, кто был приглашён на банкет по случаю бракосочетания и коронации, но и просто все желающие послушать и посмотреть выступления артистов. Естественно гостям, пришедшим с банкета, были отведены лучшие места. Высокая комиссия расположилась в ложе, рядом с королевской. А перед большим помостом, где будут выступать участники конкурса, поставили стол для авторитетного жюри. В жюри вошли артисты, уже не участвующие в подобных конкурсах, но принимавшие активное участие в жизни богемы, то есть в шельмовании ещё выступающих. Члены артистического жюри гордо именовали себя «музыкальными» критиками. Поэтому наряду с этим жюри, эти-то точно ни кому не присудят первого места — чисто из вредности и зависти, была и приглашена высокая комиссия. Вот эта комиссия и будет выбирать достойных.

Когда все расселись на своих местах, глашатай или как обозвала его Морэдэль — конферансье, объявил первого конкурсанта. Надо сказать, что объявляли только имя выступающего, без всех титулов и званий, это делалось, чтоб конкурсанты чувствовали себя в равных условиях. Одно дело, когда объявляют — менестрель, Перилитас из Залесья, и совсем другое, когда вот так — победитель всевозможных конкурсов и соревнований, трижды заслуженный и дважды народный...

Выступали певцы и музыканты, по одиночке и целыми коллективами, было даже несколько акробатов и силовых жонглёров, впрочем, последние успеха не имели. Очень многие из присутствующих зрителей могли проделать то же самое. И вот дошла очередь до Моры и Нэля, они были поставлены в самый конец списка выступающих. На этом настояла королева Альма, аргументировав это тем, что после них остальным уже будет нечего делать, разве, что красиво удавиться на сцене, чтоб хоть как-то привлечь к себе внимание зрителей. Конферансье объявил:

— Менестрель Морэдэль и Нэлькаэр из Мира Возрождения!

Вышедшие на помост, именуемый новомодным словом сцена, особого впечатления не произвели. Не высокая, красивая рыжая эльфийка, и маленький, рыжий вроде тоже как бы эльф, ведь клыков и когтей Тёмного Повелителя сразу-то было не видно. Они от остальных тёмных эльфов отличались только цветом волос. Но вот эльфийка заиграла на своей гитаре. Сначала тихая мелодия как появившийся рассветный лучик солнца, который сначала робко, а потом всё уверенней и уверенней разгоняет ночную тьму, всё громче и громче заполняла зал. Вот к гитаре присоединились барабаны и флейты, создавалось впечатление, что играет целый оркестр. Пальцы менестреля порхали по струнам, музыка уже лилась как водопад, казалось, что эту дивную музыку можно увидеть и даже прикоснуться к ней. Вперёд выступил, до этого стоявший в тени, второй выступающий. Его медленные и плавные движения завораживали, он был похож на змею, раскачивающуюся перед броском. Его движения становились всё быстрее и быстрее, и вот на сцене танцует не живое существо, на сцене в завораживающем танце извиваются языки рыжего пламени. Хотелось, чтоб эти волшебные музыка и танец длились вечно. Но всё когда-то кончается, и когда музыка стихла, в зале несколько мгновений стояла тишина, а потом зал взорвался. Кто яростно аплодировал, кто кричал, кто, от избытка чувств топал ногами. Орки свой восторг выражали свистом, а гномы с рёвом подбрасывали вверх свои топоры. Вокруг них сразу же образовалось пустое пространство, а вдруг какой-нибудь гном слишком высоко кинет топор и тот упадёт немного в сторону.

Когда поздравления и награждения закончились, приглашённые гости перешли в зал, где проходил торжественный банкет, там уже были накрыты столы для не менее торжественного ужина. Ужин организовали, не иначе как воспользовавшись благодушной расслабленностью строгого ревнителя традиций — дворецкого Арчибальда, в том самом странном новомодном стиле — «шведский стол». Ужин проходил в тёплой и дружественной обстановке. Гости, прихватив закуски, разбрелись группами по интересам. Слуги бесшумно скользили между гостями, разнося бокалы с винами и более крепкими напитками.

Нэлькаэр оказался в окружении светлых и тёмных эльфов, которые забыли о своей вражде, ради того, чтоб выразить Тёмному Повелителю своё безграничное восхищение и восторг. Видно было, что и Светлому Владыке тоже хочется присоединиться к млеющим от счастья своим подданным и недругам, но его окружили королева, канцлер и первый министр Объединенного королевства, к ним присоединился и ректор Академии Магических Искусств.

— Признайтесь, Тэлиэинариэль, вы ведь узнали, кто эта девушка, Ольга, спутница Светлой Богини. — Обратилась к эльфу королева Эльвира.

Повелитель Светлого леса грустно посмотрел на королеву и вздохнул.

— Но всё таки, Светлый Владыка, что вы знаете о этой девушке, Ольге? И о Светлой Богине! Ведь вы с самого начала как их увидели, сильно напряжены, я бы даже сказала, пребываете в смятении. — Не отставала от Повелителя Светлого леса королева. Эльф грустно на неё посмотрел и снова вздохнул, было видно, что это знание действительно его угнетает.

— Это не моя тайна, и я не вправе её раскрывать, — немного напрягшись, ответил Владыка Светлого леса.

— И вам не кажется странным присутствие на свадьбе таких гостей — Светлая Богиня, Тёмный Повелитель демонов, — королева кивнула в сторону окружённого эльфами Нэлькаэра.

— Да, и ещё эти странные гости, прибывшие со Светлой Богиней, — добавил канцлер Объединённого королевства, указав поворотом головы на немолодого джентльмена, беседующего с дворецким Арчибальдом и пепельноволосых детей окруживших рыжую эльфийку.

— А вам не кажется странным, что женой Чёрного Колдуна стала демон, и ещё то, что вокруг неё тоже собрались такие же демоны, — ответил вопросом на вопрос Светлый Владыка.

— Мы уже поняли, что король Марат совсем не Чёрный Колдун, а его очаровательная королева, хоть и демон, анкарра, но долгое время жила среди людей и ни чем не проявляла свою демоническую сущность. — Ответил канцлер. — И её новые поданные тоже, анкарры. А вы знаете, кого они выбрали своим богом, вернее богиней покровительницей?

Канцлер полюбовался любопытством, которое отразилось на лицах его слушавших, и продолжил:

— Богиню Анариэнну!

— Хранительницу Равновесия, — благоговейно прошептал ректор Академии Магических Искусств, все повернулись к нему, а светлый владыка страдальчески поднял брови.

— Странный выбор, — нахмурилась королева, — Ведь Анариэнна — скорее карающая богиня, чем дающая благости. Хотя они же частично демоны, может, поэтому и выбрали в покровители столь суровую богиню.

— Да, от демонов такого вполне можно ожидать, — вмешался первый министр, — Я бы не удивился, если бы они выбрали в покровители Тейлиарру!

— Богиню Мести? — Подняла брови королева, — Господа, хватит меня пугать, ведь так всё хорошо вышло — Чёрного Колдуна уже нет, ужасный Тёмный Повелитель — милый и обаятельный, страшные демоны-анкарры вполне вменяемые и цивилизованные!

— Тейлиара — Богиня, Несущая Возмездие, ваше величество, — поправил королеву ректор Академии Магических Искусств.

Две русоволосые девушки в синем и зелёном платьях стояли у окна с бокалами в руках, они не присоединились ни к одной из групп и не принимали участия в беседах, но при этом слышали все разговоры и видели всё, что происходит в зале. Ольга, девушка в зелёном платье улыбнулась и посмотрела на девушку в синем платье:

— О Тейлиарра, грозная Богиня Мести, когда ты явишь нам свой несущий ужас лик?

— Вот только вино допью и сразу же начну являть, — фыркнула девушка в синем платье, — Но если без шуток, Энна, чем тебя привлёк этот мир, ведь не только на свадьбу сюда мы пришли?

— И на свадьбу тоже, в кои веки удаётся так просто повеселиться, не чувствовать себя всемогущей Богиней, а просто приглашённым гостем, причём искренне приглашённым.

— Но всё же Энна, ведь Равновесие здесь восстановлено?

— Не совсем, Тейли, не совсем, этот мир оказался в узле событий, затрагивающих судьбы этой и нескольких близлежащих веток Вечности. Поэтому я хочу понаблюдать за развитием событий и вмешаться, если будет надо.

— Тогда, если ты не возражаешь, я составлю тебе компанию, мне тоже интересно. Я же всё-таки оч-чень грозная Богиня, — девушка посмотрела в сторону группы их обсуждавших.

— Буду только рада, помощи столь грозной Богини, — ответила Ольга, и девушки засмеялись. Они подняли свои бокалы и легонько ими соприкоснулись.

Возле большого камина с жарко пылающим огнём, рыжеволосая эльфийка и старшая пепельноволосая девочка укоризненно смотрели на Найтин и Дени. Те успели стащить с подноса проходящего мимо слуги большие бокалы с крепким вином и, шокировав окружающих, быстро их выпили. Теперь под изумлёнными взглядами гостей и осуждающими Моры и Иххи, доедали хрустальные бокалы. Вокруг них начала собираться толпа приглашённых.

— Ну, как вам не стыдно, — укоризненно сказала старшая девочка.

— Бедные дети, их не кормят, не поят. Приходится перехватывать на лету, что Создатель послал, — состроив жалобную гримасу, тяжело вздохнув, проговорил Тёмный Повелитель.

— Нэль, это всё твое вредное влияние, — обличающее наставив палец на Нэлькаэра, гневно сказала рыжая эльфийка. — Ты их ещё научи огнём плеваться!

— А они разве не умеют? — Искренне удивился Тёмный повелитель, и с готовностью начал урок, — Чтобы дохнуть огнём надо...

— А ну перестань! — Уже всерьёз рассердилась эльфийка.

— А мы умеем! — Хором ответили дети и дунули в камин, там полыхнуло огромное пламя, частично вырвавшееся в зал и заставившее отшатнуться собравшихся вокруг гостей.

— Ну, разве так можно? — Спросила Светлая богиня, они с подругой тоже подошли. Светлая богиня приобняла за плечи мальчика, а её подруга девочку.

— А как? — Спросила девочка.

— Здесь лучше этого не делать, а потом я тебе покажу, как лучше. — Сказала Светлая Богиня.

— Правда?

— Правда, — подтвердила Богиня.

— Вот они Светлые Боги и Богини, — с обидой в голосе сказал Тёмный повелитель, обращаясь к продолжавшим восторженно смотреть на него эльфам, — Только найдёшь себе талантливого ученика и начнёшь обучать его чему-нибудь полезному, тут же появляются и уводят.

— Да очень полезное умение — плеваться огнём, — хмыкнула эльфийка.

— Но Мора, в жизни всё может пригодиться. И огнём дышать и кромешный мрак создавать...

— И под покровом созданного кромешного мрака, умыкнуть тортик, шоколадный, — обличающее сказала Морэдэль.

— Ну, было один раз, сколько ж можно меня попрекать, я же уже осознал и пообещал, что больше так не буду.

— А как будешь,— спросила младшая девочка, жадно слушающая разговор.

— А давайте я вам сказку расскажу, — предложила детям Светлая Богиня.

— Тейли вам будет сказку рассказывать, а вы ляжете спать, — строго сказала эльфийка.

— Нууу, Мора, ну ещё немножко... — заканючили младшие дети.

— Уже пора спать, — вмешался подошедший мужчина, которого дети и рыжая эльфийка называли дедом.

— Да, да ложитесь, я вам сказку расскажу, — подтвердила Светлая богиня. И под изумлёнными взглядами остальных гостей дети начали быстро раздеваться. Снятую одежду они аккуратно сложили и отдали рыжей эльфийке. Мальчик тронул девочку за руку:

— Найтин, бантик, опять забыла? — Девочка тяжело вздохнула и сняла синий бантик, видно было, что ей жалко расставаться с украшением, даже на время. Потом младшие дети залезли в камин, прямо в пылающий огонь. Старщая девочка, проследив за детьми, тоже разделась и, прихватив с собой кочергу, тоже забралась в камин. Гости с ужасом за всем этим наблюдали. Некоторые были просто шокированы.

— Ааа.. А кочерга зачем, — невпопад спросила королева Эльвира. Эльфийка упаковывавшая одежду детей в свой рюкзачок, подняла голову:

— Так они же спать будут, — и увидев непонимающий взгляд не только королевы, но и многих гостей, спросила,— Ну, вам бы понравилось, если бы вас утром будили, тыкая в вас кочергой?

Светлая богиня, которую её подруга звала Тейли, материализовала у камина удобное кресло, села в него, сунула руку в камин, что-то там поправила и начала тихим голосом рассказывать:

— Очень давно, в далёком-далёком мире, жили-были...

Уже был поздний вечер или ранняя ночь. У камина в удобных креслах сидели Ольга и Тейли, рядом с ними, в таком же кресле, сидел Хранитель Леса. С другой стороны камина, в кресле сидела эльфийка Морэдэль. Малкираз, рыжий демон, попытался подсесть к ней в кресло, но был отогнан сердитым фырканьем и теперь скромно примостился сбоку на ручке этого же кресла. Немного поодаль стояли канцлер и первый министр Объединенного королевства. Остальные гости, кто разъехался, кто остался ночевать в королевском замке, в выделенных им покоях. Тёмный повелитель тоже ушёл в свои покои, при этом прихватив с собой всех эльфов и светлых и тёмных.

— Малк, а зачем Нэлькаэр прихватил с собой всех эльфов, ну двух, ну трёх, ещё понятно, но всех? — спросила эльфийка.

— Наверное, не хотел ни кого обидеть, — сказал Малк.

— Что же он с ними делать будет, со всеми-то?

— Ну, есть он их точно не будет, — улыбнулся рыжий Малк, — Так небольшую пьянку устроит.

— С эротическим уклоном? — Засмеялась эльфийка, — Это уже будет оргия. И ещё ему придётся смотреть, чтоб светлые не передрались с тёмными. А то может получиться международный скандал, а если ещё тёмные поколотят Светлого Владыку...

— Не передерутся, — уверенно сказал рыжий демон, — У Нэлькаэра богатый опыт по организации таких гулянок.

Канцлер и первый министр прекратили свою беседу, и подошли ближе к рыжей парочке. Канцлер поклонился Морэдэль:

— Позвольте выразить свое восхищение вашим выступлением. Оно было великолепным, я просто в восторге. Я ни когда раньше не слышал ни чего подобного. Это было просто божественно, ваша музыка это что-то такое, что нельзя передать словами.

— Канцлер, я ещё ни разу не видела и не слышала, чтоб кто-то пытался передать музыку словам, — засмеялась эльфийка.

— Позвольте и мне выразить свое восхищение, — первый министр тоже поклонился девушке.

— Я рада, что вам понравилось, — тоже наклонила голову эльфийка.

— Как жаль, что вы так редко посещаете наше королевство и совсем не балуете нас подобными выступлениями, — вздохнул канцлер, и снова поклонился, — От имени нашей королевы я приглашаю вас посетить наше королевство.

Морэдэль чуть заметно хмыкнула, она и так посещала Объединённое королевство, когда хотела, без всяких приглашений. А канцлер продолжил:

— Я имею честь пригласить вас и ваших друзей, — он кивнул на вторую группу расположившихся у камина, — Не будите ли вы, так любезны, прекрасная Морэдэль, представить нас вашим друзьям?

— А почему бы вам не представится самим, любезный канцлер, — столь же учтиво ответила эльфийка.

— А не сочтут ли Светлая Богиня и её подруга это дерзостью?

— Не сочтут, — вмешалась в разговор Светлая Богиня. Канцлер очень учтиво поклонился:

— Лорд-канцлер Объединенного королевства, князь Станислас Замойски.

Вслед за ним ещё учтивее поклонился первый министр:

— Первый министр Объединенного королевства, князь Эдвин Багрейски.

Тут подошёл ректор Академии Магических Искусств, ему не спалось, толи возраст, толи любопытство, и поклонился так учтиво, что учтивее просто дальше некуда:

— Ректор Академии Магических Искусств, граф Грегориус Рейс.

— Тейлиара, Богиня, Несущая Возмездие, — представилась Светлая Богиня.

— Анариэнна, Богиня, Хранительница Равновесия, — представилась её подруга.

— Оо, — сказал канцлер.

— Оооо, — более содержательно высказался за ним первый министр.

— Аааа, — тоже внёс свою лепту ректор, он видно решил не повторяться за высшими чиновниками Объединённого королевства, а высказать свою точку зрения.

— М-да, по классике жанра вы сейчас должны шарахнуть молнией, а потом явить свой грозный лик во всей красе, — ехидно обратилась к Богиням эльфийка Морэдель и, спихнув Малкираза с ручки кресла, добавила, — И ты тоже давай представься по всей форме — как там, страшный Малкираз, старший демон-убивец внутреннего круга внешней стражи, как там Найтин говорила?

— Грозный демон... — Автоматически поправил рыжий демон, и укоризненно посмотрел на эльфийку, — Мора, ну ты хоть не подкалывай.

Глядя на впавших в ступор канцлера, министра и ректора, а также на обиженного демона, Богини заулыбались. Заулыбавшийся в появившуюся у него бороду, Хранитель Леса начал доставать из воздуха большие кружки с молоком. Он стал раздавать кружки всем присутствующим, приговаривая при этом:

— А вот молочко прямо из-под летающей коровки, очень пользительное, витаминов море, опять же успокаивает.

Канцлер, министр и ректор, получившие в руки по кружке, с удивлением уставились на обычного сельского деда, в домотканых рубахе и штанах, и в лаптях! Они могли поклясться, что только что это был совсем другой человек.

— А вы кто? — Задал вопрос, немного пришедший в себя, канцлер и, глянув в кружку, так же невпопад спросил, — Откуда?

— Из Лесу, вестимо, тамошний я. Да вы пейте, пейте, как выпьете, добавочки налью.

И все стали пить молоко, молоко действительно было вкусное. Мора и Малкираз потянулись за добавкой, к ним присоединились и Богини. Канцлер и министр сначала осторожно с недоверием, а потом с явным удовольствием опустошили свои кружки. Ректор осторожно пробовал маленькими глотками, было такое впечатление, что он проводит химический анализ. Канцлер протянул Хранителю кружку, и тут до него дошло, что тот сказал, и он опять невпопад спросил:

— Как из Леса, из какого Леса?

— А что у нас тут много Лесов, — удивился Хранитель, — Есть, правда, ещё эльфийские, но то не лес, так срамота одна, одно слово — пущи.

Ректор Академии Магических Искусств тоже допил молоко, его взгляд остановился на двух Богинях пьющих молоко, и запинаясь, он пролепетал:

— Дозволено ли будет, мне ничтожному, обратиться к Великим...

— Не надо так официально, — перебила его Богиня Возмездия, — Мы здесь инкогнито, тоже на свадьбу приглашённые.

— Но ваше появление здесь означает, что Равновесие нарушено и подлежит немедленному восстановлению, а совершивший это деяние подлежит наказанию, поскольку возмездие всегда неотвратимо настигает виновного в нарушении...

— Граф, — мягко перебила его вторая Богиня, — Мы пришли сюда не для того, чтоб немедленно восстанавливать и неотвратимо настигать, мы здесь, можно сказать, с частным визитом.

— Но как же Равновесие? Как же Возмездие? — Даже несколько обиженно спросил ректор. Богиня тяжело вздохнула и ни к кому не обращаясь, пожаловалась:

— Вот так всегда, ни какой личной жизни, в кои-то веки просто выбрались поразвлечься, так на тебе — восстанавливай, настигай, совершай.

— Милый граф, — обратилась к ректору другая Богиня, — Даже если бы все перечисленные вами деяния должны были бы произойти, неужели вы думаете, что мы бы сами явились народу и стали бы гоняться за кем-то с огненными мечами и устраивать здесь другие катаклизмы.

— Да, вы редко сами являетесь смертным, но вы посылаете в выбранный мир своего посланника, и этот посланник не всегда мессия, иногда это Князь тьмы, Архидемон, — сказал ректор. Все посмотрели на покрасневшего Малкираза. Рыжая эльфийка хмыкнула:

— Да Малк, не тянешь ты на Архидемона.

— Почему? — Спросил рыжий демон.

— Мелковат, — вынесла свой вердикт Морэдэль и, предвосхищая следующее предположение, продолжила, — Нэлькаэр хоть и Тёмный Повелитель, но тоже не подходит для этой роли. Слишком легкомысленный и добрый, и потом, где вы видели Архидемона, объедающегося шоколадным тортом. Так, что спите спокойно, ваше время ещё не пришло, — успокоила она людей.

Командир оставшейся на корабле вахты злился и завидовал. Злился потому, что его оставили на корабле старшим орудийных расчётов — ну по кому тут стрелять? По тем клоунам на холме? Так их разгонят одними лучевиками, даже не прибегая к плазмерам. А завидовал, потому, что не будет участвовать в первой стычке и не пограбит тех, на холме. Клоуны то клоуны, а обвешаны драгоценностями как новогодние ёлки игрушками, это он разглядел, настроив экран внешнего обзора на максимальное увеличение. Но Косой решил подстраховаться и оставил вахту у орудий, ведь стрелять мог только этот корабль, остальные два лежали на боку, и были пригодны только в качестве временного жилья, с ограниченными удобствами. А вы попробуйте попользоваться удобствами, которые лежат на боку.

Командир дежурной вахты смотрел как краулер с Косым, Бульдогом и Студентом подъехал к группе клоунов в шапках с перьями и заглох. Вот ведь, даже простая техника на ладан дышит, что уж говорить о оборудовании кораблей. Меж тем переговоры начались, что-то говорил кибер-переводчик, а потом от клоунов вышел какой-то мужик в ночной рубашке и стал что-то отвечать. Косой и Студент слушали, о чём-то переговариваясь, а Бульдог от чего-то разозлился, причём так, что аж подпрыгивать начал. Впрочем, Бульдог всегда злился, злобный тип со скверным характером. Командиру дежурной вахты стало скучно, и он попытался повторить коронный трюк Косого, но не попал даже в экран и расстроился ещё больше. Это действие отвлекло его от наблюдения, и когда он снова обратил внимание на переговорщиков, те уже лежали на земле, а клоуны на странных байках без колёс неслись на не успевших развернуть оборонительную линию пиратов. Командир дежурной вахты заворожено смотрел на этих клоунов в шапках с перьями, колющих длинными палками пиратов и давящих их своими байками. Он помотал головой и закричал в переговорное устройство канонирам у орудий, те видно занимались тоже чем угодно, но не смотрели на экраны:

— На батарейной палубе огонь! Огонь! Стреляйте же идиоты!

— Какого ты там... — Начали отвечать с батарейной палубы, но видно тоже увидели то, что творилось снаружи, — Ёооо! Блин космический и комета через задницу!

Взвыли привода, разворачивая орудия, но выстрелить так и не успели. В борт корабля, не защищенного полем отражения ударил рой метеоритов. Корабль покачнулся и начал падать. Командир дежурной вахты удивился — откуда на защищённой атмосферой планете такой плотный метеоритный рой и почему он летит параллельно поверхности планеты, и почему эти метеориты, попадая в корпус корабля, взрываются. Когда командир уже не дежурной и уже не вахты пришёл в себя после удара полученного при падении корабля, он первым делом посмотрел на ещё работающий экран внешнего обзора, там уже всё было кончено. По полю разбрелись победившие клоуны, они добивали тех пиратов, которые подавали признаки жизни. Пират скрипнул зубами и посмотрел на датчики готовности орудий, одно ещё могло стрелять.

— Батарейная, огонь! — Прохрипел командир, но оттуда не ответили, он посмотрел на датчики ворот шлюзов и похолодел, ворота все были открыты. Пираты когда высаживались на грунт даже и не подумали их закрыть. Скорее всего клоуны, убившие всех его товарищей, уже шарили по кораблю. Что ж у него остался шанс хотя бы отомстить, и бывший командир дежурной смены, сорвав пломбу, дёрнул рычаг форсажа реактора. Корабль-то был старый, и планетарные двигатели ещё использовали реакторы вместо «генераторов линий силы». Когда стрелка перешла красную линию, пират улыбнулся и поднял руку, чтобы нажать на клавишу пуска двигателей, но не успел. Последнее, что он увидел, это был красивый юноша в зелёной одежде и почему-то с длинными острыми ушами. Командир вахты упал под косо стоящий пульт, у него из глазницы торчал метательный нож.

Нуринэль, командир эльфийских пластунов, проникших в странную и большую небесную колесницу демонов, подошел к убитому. Этот демон в отличие тех, что были снаружи, очень был похож на обычного человека, и шкура у него была обычной человеческая, а не как у тех, снаружи, ту ножи не пробивали. Эльф вытащил из убитого нож и вытер о его же одежду, странную, но вполне обычную. Но Нуринэля не оставляло чувство тревоги, что-то было неправильно, он чувствовал нарастающую опасность. Эльф поднял взгляд на стену помещения, покрытую странными окнами, хотя они были направлены в небо, но сквозь них было видно то, что делается снаружи вокруг этой колесницы. Пол под ногами стал ощутимо вибрировать, и в помещении стало теплее, на стене с окнами загорелась иллюминация из красных огоньков, и неживой голос стал что-то произносить. Эльф развернулся и быстрым шагом пошёл из этой демонской колесницы. А механический голос продолжал повторять ему в спину на непонятном эльфу языке:

— Началась не управляемая реакция, возможна опасность взрыва, немедленно заглушить реактор! Началась не управляемая реакция, возможна опасность взрыва, немедленно заглушить реактор!

На борту корабля «Белое пламя», зависшего на низкой геостационарной орбите, оставшийся экипаж приник к обзорным экранам, туда выводилась картинка с камер следящих систем пиратских кораблей, ушедших на планету. Аппаратура барахлила, поэтому вместо нормальной связи получился — полудуплекс. Оставшиеся на орбите видели и слышали свой десант, но передать ни чего не могли. Уже со спуском начались проблемы, старые, изношенные планетарные двигатели с трудом справлялись со своей задачей. Корабли пиратского клана адмирала Требухи давно не ремонтировались, запчастей-то взять было неоткуда. Корпораты, которые тайно снабжали пиратов, отказали Требухе, а всё из-за его жадности, он как-то раз напал на конвой ГИГа. А те естественно об этом узнали, среди пиратов у них были свои люди.

Корабли десанта сели на планету, если это можно назвать посадкой, только один встал на опоры, два других упали на бок, тем самым, сделав свои пушки абсолютно бесполезными. Пираты начали выгрузку оружия и снаряжения, а Косой и Бульдог зачем-то собрались вести какие-то переговоры с аборигенами.

— Стрелять надо, стрелять, — прорычал Требуха, — Сразу стрелять, а не переговоры переговаривать. Когда половину положишь, тогда и можно переговаривать, те, кто остался сразу сговорчивыми становятся. Ну и что с этими клоунами переговаривать, вон у них даже байки без колёс, палками подпёртые, наверное, боятся упасть.

— Это средневековые рыцари, я о них читал в древних хрониках, — прервал монолог Требухи один из пиратов, в молодости он был чернорабочим в каком-то архиве, поэтому считался знатоком древней истории.

— И что из этого? — Спросил Требуха.

— Это значит, что под ними не байки, а боевые рыцарские кони.

— Кони? А что это такое, это то на чём эти средневековые рыцари сидят? И что такое средневековые?

— Название такое, наверное, вроде как благородные, и те средневековые рыцари всё время дрались. — Пояснил грамотный пират.

— Зачем дрались?

— За обладание прекрасными дамами.

— С кем дрались за обладание, с дамами?

Знающий пират, не нашёлся, что ответить, видно до того места с кем дрались средневековые рыцари, он не дочитал.

— Ладно, оставим, дам на потом, — сказал Требуха, — Что это всё таки за кони, и чем они могут быть опасны?

— Конь боевой товарищ, которого имел рыцарь, — прикрыв глаза и вроде как бы цитируя текст по памяти, проговорил начитанный пират, — Если рыцарь не имел коня, он не мог быть рыцарем.

— В каком смысле — имел? Получается, поимел коня и стал рыцарем, это было одноразовое действие или надо было так делать постоянно? — Удивлённо спросил Скунс.

— Эээ... — Не нашёлся, что ответить начитанный пират, но потом с уверенностью заявил, — Постоянно. В одной из древних хроник ещё было сказано — и принял он смерть от коня своего.

— Дикость и жуткие нравы, если не поимел во время коня, то получается, конь мог и порешить своего рыцаря. — Скривился Скунс, — И зачем же такие жуткие ритуалы?

— Для поддержания боевого духа, — продолжил свои объяснения пират-архивист, и процитировал ещё один отрывок древней хроники, — И вышел он на бой... И обнажил сей грозный муж, то чем гордость его была, вся сила его в ём была и его рыцарско достоинство... Обнажил он свой греймандрил...

— Ооо, как загнул-то, — восхитился Скунс, — И слово-то, какое подобрал, сразу видно благородный. Не то, что вы, вахлаки, — рявкнул Скунс на ухмыляющихся пиратов, — Даже обычные вещи матерными словами обзываете.

— Зачем достал-то, в смысле обнажил, — заинтересовался Требуха, — Он, что перед боем нужду справить решил, так его припёрло? Не от страха ли? Ну и что дальше?

— Ну, дальше не совсем понятно, — смутился пират.

— Давай, давай ври продолжай, — подбодрил его Скунс, и начитанный пират продолжил цитировать:

— И поскакал он на своего ворога, подняв свой греймандрил. И ударил он ворога сим греймандрилом по шелому, то есть по голове, — пояснил пират.

— Гм, ну поскакать на ворога с поднятым рыцарским достоинством... Трудно представить, хотя картина, наверное была впечатляющая, но ударить врага этим по голове... Тут или ты врёшь, или твои древние хроники. — Закончил Скунс, под громкое ржание остальных пиратов.

— Смотрите, доехали! — Закричал один из пиратов, указывая на экран. Там краулер с переговорщиками заглох не доехав, метров пятьдесят, до сидящих на боевых конях средневековых рыцарей.

— Дай увеличение, — приказал Требуха. Пират переключился на камеру краулера, рыцари на картинке приблизились.

— Ёоо моё, блин космический, — раздались возгласы поражённых пиратов, издали выглядевшие недобайками рыцарские кони, вблизи поражали воображение. Громадные звери, почти в рост человека, покрытые толи блестящей чешуёй, толи противолазерными доспехами смотрелись очень солидно. Тут один из зверей раскрыл свою пасть и издал громкий звук, напоминавший грубый смех. Казалось, умные глаза этого страшного зверя смотрят на пиратов с презрением.

— Да, если такого поимеешь, то потом своим достоинством точно сможешь бить врагов по головам сразу насмерть. — Задумчиво сказал Скунс.

Внимание всех переместилось на экран. Там кибер-переводчик что-то закаркал, в ответ один из аборигенов одетый как человек, если можно назвать нормальной одеждой цветастую ночную рубашку, начал говорить. Он нёс такое, что Бульдог, не выдержав оскорблений, свалил этого клоуна одним выстрелом.

— Сразу бы так...— Начал адмирал Требуха, но дальнейшие события заставили его поперхнуться. Средневековые рыцари на своих рыцарских конях двинулись вперёд с непостижимой быстротой и, буквально за несколько мгновений, достигли краулера переговорщиков. Проткнули их своими длинными палками, перевернули краулер и понеслись дальше. У наблюдавших за этим пиратов, создалось впечатление, что эти рыцари одеты в противолазерную броню, лучи лазерного оружия отражались от их доспехов.

— Плазмерами, плазмерами, — заскрипел зубами Требуха. И, как будто услышав его, пираты начали стрелять из плазмеров. Несколько зарядов угодило в скачущих рыцарей, и они покатились по земле вместе со своими чудовищными конями. Но потом, Требуха, да и все остальные пираты, могли бы поклясться, что всех нападающих накрыло защитным полем. Сгустки плазмы ударялись в невидимую преграду и растекались по ней, не причиняя вреда рыцарям. Вот рыцари доскакали до высадившихся пиратов. На орбите с ужасом наблюдали за гибелью десанта. Рыцари буквально смяли не успевших выстроить боевые порядки десантников, даже если бы они и сумели, то всё равно не смогли бы ничего противопоставить удару тяжёлой конницы. Тех пиратов, которые попытались сразу убежать и спрятаться отстреливали какие-то коротышки из странного оружия. Это оружие не было ни энергетическим не кинетическим, тем не мене его снаряды валили пиратов с ног.

— Почему молчат пушки корабля, — В отчаянии схватился за голову Скунс. На единственном стоящем корабле открылись орудийные амбразуры, и стволы пушек хищно зашевелились, нащупывая цели, но выстрелов не последовало. Какие-то уродливые конструкции, которые аборигены подкатили к месту высадки, окутались паром и выбросили круглые снаряды. Эти снаряды разом ударили в стоящий корабль и взорвались. Корабль зашатался и повалился на бок, его теперь уже бесполезные пушки уставились в небо. По полю вокруг лежащих кораблей бродили аборигены, добивая пиратов и собирая своих раненых.

— Тысяча космических демонов, — прошептал кто-то из пиратов, — И это примитивный мир, не знающий высоких технологий, замедляющие стержни ему в глотку!

С упавшего корабля пошла передача телеметрии, старший навигатор, глядя на данные, сказал ни к кому не обращаясь:

— Отключилась защита реактора, пошла неуправляемая реакция...

Закончить он не успел, зазвенели базеры боевой тревоги, навигатор перевёл взгляд на обзорный экран показывающий космос над кораблём и поражённо проговорил:

— Флот! Имперцы! Они нас догнали!

— Это не имперцы, это союзовцы. Но нам от этого не легче, — тоже глянув на экран, сказал Скунс и громко закричал:

— Все по местам! Минутная готовность, генераторы на полную мощность, уходим! С разгона сразу в прыжок!

— Куда прыгать-то будем? — Спросил навигатор, — Куда прокладывать трассу?

— Куда угодно только скорее, — закричал Скунс.

Уже давно была ночь. В зале у камина в креслах сидели две Богини и Хранитель Леса. Морэдэль и Малкираз спали, свернувшись клубочком в одном кресле. Рыжые эльфийка и демон решили не идти в выделенные им покои, а прикорнуть здесь же у камина, по-походному. Поскольку кресло было одно, то Мора сжалилась над Малком и разрешила ему тоже тут спать, при этом строго предупредила:

— Ночью не обниматься!

Малкираз целомудренно пристроился с самого краешка, сложил руки лодочкой и положил их под голову, Мора удовлетворённая таким послушанием расположилась на своей половине.

В камине заворочались, и вырвавшееся пламя на несколько мгновений разогнало полумрак. Богиня в синем платье протянула руку в пламя, что-то там поправила, и погладила, в камине затихли. Богиня улыбнулась и посмотрела на свою подругу:

-Ты знаешь, Энна, если бы мне сказали, что я буду рассказывать сказки сеиссшесс, и укладывать их спать, ни за что бы не поверила.

— Это же дети, — сказал Хранитель Леса, — Маленькие дети.

— А сколько им лет? — Поинтересовалась Богиня.

— Говорят, пять тысяч, — ответил Хранитель. Обе Богине приподняли брови в жесте изумления.

— Дети? — Переспросила Богиня Тейлиара.

— Дети, — подтвердил Хранитель Леса, — И думаю, ещё долго ими останутся. Что мы знаем о сеиссшесс? Что они безжалостны, как слепая стихия, что они способны уничтожить мир, попавшийся им на пути, но они же способны и создать новый мир, причём очень не плохой мир.

— И это так, походя, между прочим, создать прекрасный мир и тут же из него исчезнуть, — скептически сказала Богиня, — Хотя примеры есть, как бездумного уничтожения, так и такого же создания.

— Мне кажется, что у них просто другое миропонимание, они просто другие. Так, получилось, что я пересеклась однажды с сеиссшесс. — Задумчиво проговорила вторая Богиня, — Так вышло, причем сеиссшесс с которым я столкнулась, на меня даже внимания не обратил. Будто, чем-то озабоченный человек идёт по своим делам, и ему нет дела до муравья ползущего по тропинке на его пути.

— Верное сравнение, — заметил Хранитель, — Что мы знаем о сеиссшесс, что они появляются ниоткуда и уходят в никуда. Если Миру не повезло находиться у них на пути, то сеиссшесс могут его уничтожить. Уничтожить без злобы, просто как досадную помеху. А создают миры... У меня сложилось такое впечатление, что кому-то из них просто захотелось передохнуть, вот он и сделал себе удобную лавочку. Или вырастил дерево, чтоб посидеть...

— Интересное объяснение, — улыбнулась Тейлиара, — Чтоб посидеть, отдохнуть, сперва выращивают дерево, потом его рубят, и на свеженьком пенёчке отдыхают.

— Я же, говорю, нам их всё равно не понять, — склонил голову Хранитель.

— А эти, дети, — Тейлиара кивнула на камин, — Эти сейчас милые дети, не станут ли они, когда вырастут, такими же бездушными чудовищами?

— Не думаю, — отрицательно покачал головой Хранитель, — Он ведут себя как вполне нормальные разумные существа, правда, с огромными возможностями, предела которым не знают сами.

— Алекс, — обратилась Анариэнна к Хранителю Леса, — А как ты их нашёл, и почему тебя они называют — дедом?

— Упали на голову, — хмыкнул Хранитель и, видя удивлённые взгляды Богинь, подтвердил, — Да, прямо на голову, причём так, что я думал — тут моя жизнь и закончилась.

Сорок пять лет назад, столичная планета восточного сектора империи Паэлия, здание штаба Военно-космических сил, кабинет командующего флотом восточного сектора

Полный адмирал Даниэль Романов, сидел за столом и смотрел на экран с последними информационными сводками, но мысли его были заняты другим. Контр-адмирал Романов получил полного адмирала за успешную операцию в системе Терилас. Сначала всё складывалось для него и подчинённой ему эскадры крайне неудачно. Романов был флотоводцем от Бога, он успел уже выиграть несколько сражений в этой недавно начавшейся войне. Но тут ему просто не повезло, союзовцы стянули к системе Терилас силы, превосходящие на порядок те, что были в его распоряжении. Новейшие линкоры просто выбили передовое охранение имперцев с расстояния недосягаемого для пушек кораблей, находящихся под командованием адмирала Романова. Чтоб предотвратить планетарную бомбардировку и сохранить мирное население, адмирал принял решение капитулировать. Тяжёлое решение для молодого, полного амбиций адмирала. Но высадившееся на планету войска Союза, начали тотальное уничтожение мирного населения, та же участь ждала и адмирала, и личный состав его эскадры, и подчинённые ему пехотные части, их всех своим решением он обрёк на такую печальную участь. Хотя, если бы он не капитулировал, это всё равно случилось бы, но немного позже. Оставалось одно — достойно принять свою смерть. Но тут случилось чудо. Небольшое пехотное подразделение, которым командовала, чудом уцелевшая, капитан сбитого эсминца «Грозный», захватило новейший линкор союзовцев, освободила из плена самого адмирала и остатки личного состава его эскадры. При этом этот странный экипаж уничтожил второй линкор и треть эскадры захватчиков.

Адмирал прикрыл глаза, перед его внутренним взором снова возник мостик линкора, где в капитанском кресле сидела израненная капитан-лейтенант Инэллина Дорсет, три маленькие обнажённые фигурки, мечущиеся вдоль огромного пульта управления линкором. Фигурки детей? Карликов? Он так и не узнал, кто это были. На мостик солдаты отряда капитан-лейтенанта Дорсет пустили только его. А потом был безумный слалом в астероидном поясе, падение на светило системы, с последующим разворотом в пылающей короне звезды, что стало полной неожиданностью для преследующих их кораблей эскадры союзовцев во главе со вторым линкором. Перегрузки достигали двенадцати же, адмирал несколько раз терял сознание, и это притом, что он сидел в противоперегрузочном кресле. А смуглые фигурки метались и метались вдоль консолей управления. Они вели корабль, управляли огнём батарей, выполняли все действия, которые были рассчитаны на дежурную смену в двадцать два человека. Когда линкор вырвался из системы, они передали управление его офицерам и унесли уже не подававшую признаков жизни Инэллину Дорсет в лазарет. Больше он их не видел. Он хотел узнать кто это у капитан-лейтенанта Дорсет, но её положили в регенерационную камеру, настолько она была плоха. Потом была встреча со второй эскадрой спешившей на выручку первой, и тоже не имевшей никаких шансов, если бы у союзовцев остались их чудовищные линкоры. Но один уже был уничтожен, а второй оказался у имперцев. И роли поменялись, лишившиеся своего командования, погибшего вместе со вторым линкором, союзовцы сдались.

Хроника расправ с мирным населением и военнопленными, опрометчиво снятая союзовцами и попавшая в руки имперцев, произвела в обитаемой галактике эффект разорвавшийся бомбы. От них сразу же откололись Поландарская, Хунигарская и Чемиховская республики, владевшие маленькими, но стратегически важными звёздными системами, куда Империя немедленно ввела войска, тем самым, заставив Союз растянуть свою оборону. А ещё один бывший сателлит Союза, Чинайская империя, воспользовавшись моментом, оттяпала Сибрайское звёздное скопление, почти две трети сырьевой базы Союза. Таким образом, битва в системе Терилас, как её теперь стали называть, остановила продвижение союзовцев, и теперь они оборонялись, а не наступали. Адмирал понимал, что до победы ещё далеко, но она теперь вполне реальна. И творцом Терилаской победы, или как теперь называли эту победу — Терилаского чуда, считали его, но он знал, кто на самом деле сотворил это чудо. И творец этого чуда, или один из творцов, сейчас умирала в медицинском центре флота. Адмирал лично распорядился положить капитан-лейтенанта Дорсет в один из трёх самых мощных регенераторов, но это не помогло. Как сказали медики — повреждения организма не совместимые с жизнью, просто чудо, что её смогли живой довезти до Паэлии и до медицинского центра.

Адмирал Романов открыл ящик стола и достал фотографию, с неё на него смотрела улыбающаяся молодая девушка в погонах второго лейтенанта, этот снимок был сделан сразу после выпуска имперской лётной школы. Он, тогда только получивший звание контр-адмирала, и как ненаследный принц империи вручал погоны и офицерские кортики выпускникам. Ему сразу и очень понравилась серьёзная второй лейтенант. А потом был бал, где они танцевали. Потом он добился перевода талантливого офицера в свою эскадру. И направил её корабль на самый безопасный участок, который оказался самым опасным. А потом она не выполнила его приказ, приказ уйти, её эсминец до последнего прикрывал наземные войска. А когда он думал, что всё кончено, она спасла не только его жизнь, но и его честь. Романов вздохнул и поставил фотографию на свой стол.

На пульте, вделанном в стол, зажёгся сигнал вызова. Адмирал нажал клавишу и спросил у секретаря:

— Что ещё там?

— К вам начальник разведки, господин адмирал.

Адмирал вдавил клавишу до упора и в кабинет быстрым шагом вошёл, почти вбежал капитан первого ранга.

— Что у вас, Валери, вскрылась агентурная сеть союзовцев, или диверсия на верфях?

— Донесение охраны из медицинского центра, господин адмирал, похищена капитан-лейтенант Дорсет.

— Как похищена? Кем? И зачем кому-то понадобилось похищать умирающего офицера? И куда смотрела охрана?

— Прибывшая охрана, вызванная медицинской сестрой, обнаружила исчезновение реанимационной камеры, в которой лежала капитан-лейтенанта Дорсет.

— А сама капитан-лейтенанта Дорсет? — Почти выкрикнул адмирал Романов.

— Пропала вместе с камерой. Реанимационная камера была вырвана из своих креплений и унесена в неизвестном направлении.

— Полуторатонную камеру унесли в неизвестном направлении, предварительно сломав дюжину дюймовых болтов, унесли с двадцать пятого этажа, и охрана не заметила? А медицинская сестра, что в это время делала? Почему вызвала охрану так поздно, у неё на глазах выламывали камеру из креплений, и что никто ничего не слышал?

— Сестра говорит, что её будто парализовало, а все коммуникации, подходящие к камере от аппарата жизнеобеспечения, аккуратно заглушены и отключены. Потому и не сработала следящая система.

— Кто! Кто это был! Хоть это, эта парализованная сестра видела! — Закричал потерявший терпение адмирал.

— Сестра говорит о маленьких фигурках, говорит, вроде как бы это были дети.

— Не карлики?

— Маленькие и худенькие, всё отключили, оторвали камеру и унесли. Вышли через окно.

— Капитан, вы соображаете, что говорите! Дети сорвали с креплений почти двухтонную камеру и выпрыгнули с ней через окно! С двадцать пятого этажа?

Начальник разведки ничего не успел ответить, вновь замигал сигнал вызова, адмирал раздражённо вдавил клавишу и спросил:

— Ну?

— Господин адмирал, донесение для начальника разведки с диспетчерской башни космопорта, нештатная ситуация!

— Сами разобраться не могут,— зло бросил адмирал, — Тыловые крысы, соедини!

Загорелся коммуникационный экран, на нём появился дежурный. Он, увидев кроме начальника разведки ещё и командующего флотом, сразу же начал доклад:

— Господин адмирал, на орбиту по крутой баллистической кривой вышел не установленный борт, при старте он запросил разрешение и подтвердил все коды и пароли.

— Как по крутой баллистической? Это что, автомат? Там же ни кто живой не останется.

— Да господин адмирал, при такой траектории ожидаемая перегрузка должна быть больше тридцати же! И борт стартовал не со стартовых столов, а из сектора аш-семь-ве. Это полигон хранения списанной техники. Даю запись предполётного обмена.

Звонкий детский голос, немного певучий, что придавало ему странный акцент, отвечал на вопросы дежурного диспетчера. Не дождавшись окончания записи, дежурный продолжил:

— Биометрическая телеметрия, снятая с приборов борта выявила двух человек.

— Кто? — Выдохнул адмирал Романов, холодея от страшного предчувствия.

— Капитан-лейтенант Инэллина Дорсет и второй лейтенант Мишель Дюкло.

— Что за борт?! Немедленно перехватить! — Сорвался на крик адмирал Романов.

— Это боевой шагающий робот типа зэт одиннадцать, — доложил дежурный, — только, что получили запись старта.

— Почему не смотрели во время старта, — быстро спросил начальник разведки.

— Так, это же полигон списанной техники, можно сказать кладбище, вооружение снято, горючего нет, за чем там постоянно следить, только запись.

На экране появилась картинка, средний боевой шагающий робот «Туарег», сначала медленно, а потом все, ускоряясь, уходил в небо.

— О боги, — проговорил начальник разведки, — На прыжковых двигателях! Он же выше ста метров не поднимается, и даже полных баков хватает на пятнадцать минут полёта!

— Орбиту! Запросите орбиту! — Снова сорвался на крик адмирал. И тут же с орбиты диспетчеру доложили:

— Малотоннажный борт без опознавательных знаков две минуты назад ушёл в гиперпрыжок с низкой орбиты. Требую наказать пилота за нарушение инструкций и правил безопасности.

— О боги, — повторил вслед за начальником разведки дежурный, — Шагающий робот в гиперпрыжок! Это невозможно!

Адмирал Даниэль Романов тяжело опустился в кресло и уронил голову на скрещенные руки, по его щекам текли слёзы.

Ещё тридцать минут назад

Мишель Дюкло, второй лейтенант, младший инженер ремонтного центра отряда эсминцев, приписанного к первой эскадре восточного сектора Империи, сидел на садовой скамейке в скверике перед медицинским центром. Он не думал о самоубийстве, офицеру Империи такие мысли не к лицу, но и дальнейшая жизнь потеряла смысл. Сейчас, на двадцать пятом этаже медицинского центра, умирала та, ради которой он был готов на всё. Он не смел даже подойти к ней, он любовался ею издали, она была для него недосягаемой богиней. И вот она умирает, а он остался жить. Она совершила чудо, спасла всех попавших в плен солдат Империи, и его тоже, и за это чудо она отдала свою жизнь. И вот теперь он сидит здесь живой и здоровый, а она умирает. Он готов был завыть от отчаяния и горя, и даже поднял голову к тёмному небу. С этого тёмного и такого к нему несправедливого неба, падало прямо на замершего лейтенанта что-то большое и квадратное, очень похожее на гигантский гроб. Мишель как завороженный смотрел на это толи знамение, толи избавление от всех земных бед и печалей. Сейчас этот гроб упадёт ему на голову и всё кончится.

Гроб или большой ящик затормозил и совершил манёвр уклонения, с головой второго лёйтенанта разминулся всего на пол метра. Плавно опустившийся ящик оказался реанимационной камерой, её держали два ребёнка, третий ребёнок постарше задавал направление полёта. Мишель сквозь прозрачную крышку камеры увидел обожженное, изуродованное лицо своей любви, и молча вцепился в какой-то штуцер, торчавший сбоку ящика.

— Ты чего? — Недружелюбно спросил старший ребёнок, на вид лет четырнадцати и одетый в какие-то лохмотья. Покосившись на вцепившегося мёртвой хваткой в реанимационную камеру военного, ребёнок грозно засопел.

— А ну пусти! — грозно сказал второй ребёнок, а третий агрессивно добавил:

— А то, как щас дам!

— Сейчас, а не щас,— машинально поправил лейтенант и, глядя на любимое лицо, прошептал, — Инэллина...

— Ты, что её знаешь? — Спросил старший ребёнок, уже было собравшийся оттолкнуть Мишеля от камеры, — Тогда не мешай нам, она здесь умрёт, её надо отнести в другое место.

— Я готов, — сказал лейтенант, он как-то сразу поверил, что эти странные дети, утащившие реанимационную камеру, весящую почти две тонны, могут помочь. И он повторил, — Я готов, всё, что угодно, только бы она жила!

Меньшие дети скептически оглядели лейтенанта, как бы говоря — взрослый и такой большой военный, ну чем ты можешь нам помочь? Потом они переглянулись, и видно что-то решив, разом кивнули. И один из малышей державший ящик, они так и не поставили его на землю, мотнул головой на крышку:

— Залазь, — и, видя недоумение лейтенанта, добавил, — Пешком за нами не успеешь.

Лейтенант замешкался, но старший ребёнок подхватил его и закинул на ящик. Странная троица сорвалась с места, лейтенант сначала зажмурился, а потом раскрыл глаза. Скорость, с которой бежала эта троица, была примерно миль пятьдесят в час.

— Вы куда? — Спросил немного пришедший в себя Мишель.

— Нам надо какой-нибудь космический корабль, Элли не выдержит перелёта без защиты, — не сбавляя скорости ответил один из малышей. Лейтенант автоматически отметил его совершенно ровное дыхания, он ни сколько не запыхался, и это при той скорости, которую эти дети развили, и том весе, который они тащили.

— Там охрана, вас не пустят к кораблям, — ответил лейтенант, малыш на мгновение задумался, а лейтенант кивнул на забор, мимо которого они пробегали, — Может там найдётся корабль с ещё не слитым горючим, но это вряд ли.

Странные дети не сбавляя скорости, перепрыгнули, или перелетели через четырёхметровый забор и оказались на какой-то площадке заваленной разнообразной военной техникой. Это был полигон, а вернее свалка со списанными различными боевыми машинами. Лейтенант хотел сказать, что это свалка, что искать надо ближе к корпусам мастерских, когда малыш кивнул в сторону и сказал этот подойдёт, и их бег остановился напротив боевого робота «Туарег».

— Это подойдёт, — удовлетворённо повторил малыш, второй малыш согласно кивнул:

— Тогда грузим.

Они поставили свою ношу на землю, открыли грузовой отсек, просто вырвав бронированную дверь, засунули туда реанимационную камеру и поставили дверь на место. Лейтенант мог бы поклясться, что дверь не просто поставлена а и ещё приварена к корпусу сваркой, а он-то в этом разбирался. Старший ребенок, подхватив лейтенанта, запрыгнул в люк кабины экипажа, на четырёхметровую высоту. За ними последовали и младшие дети. Пока лейтенант недоумённо оглядывался, младшие дети разобрали переборку, отделяющую грузовой отсек от кабины экипажа. А старший из этой троицы объяснил:

— Нам надо на чём-нибудь взлететь, а Элли сейчас в стазисе, но долго так нельзя, ваши лекари совсем лечить не умеют.

— Но как вы на этом взлетите, это боевой шагающий робот «Туарег» и он только невысоко прыгает вверх, да и топливо из него уже слито.

Один из младших детей сел за пульт и провёл по нему рукой. Пульт ожил, на нём загорелись огоньки, на курсовом мониторе побежала строка готовности. Загудел топливный насос, подавая горючее в прыжковые двигатели. Мишелю казалось, что он видит сон, как могла ожить эта рухлядь, а ребёнок за пультом явно собрался взлетать. Лейтенант тронул его за плечо:

— Если мы взлетим, нас собьют ракетами противоздушной обороны!

— Мы можем и так прорваться, но не хотим ссориться с товарищами Элли, потому и не стали забирать какой-нибудь корабль из космопорта. А что надо, чтоб не сбивали?

— Надо связаться с диспетчерской башней и назвать все коды и пароли, — объяснил лейтенант и виновато добавил, — Только я их не знаю.

Малыш несколько мгновений посидел с закрытыми глазами, а потом начал говорить, так как будто действительно связался с диспетчером, и диспетчер ему ответил! То, что малыш называл нужные пароли, Мишель уже воспринял как должное, он уже ни чему не удивлялся. Получив разрешение «Туарег» взлетел. Глядя в пустую орудийную амбразуру, Мишель не мог поверить, поверхность планеты удалялась с такой скоростью, будто шагающий робот поднимался с ускорением вызывающим перегрузку не меньше чем тридцать же. Но лейтенант, никакой перегрузки не чувствовал. И когда этот странный летательный аппарат вышел на низкую орбиту, звёзды и видимая часть планеты пропала, а за смотровым окном появилась какая-то белесая муть.

— Гипер, — удовлетворённо произнёс малыш, отрываясь от пульта.

— Как гипер, — не поверил лейтенант, — Этого не может быть!

— Да? — Ехидно спросил второй малыш, и перед глазами Мишеля как будто снова прокрутили события прошедших тридцати минут, а старший ребёнок спросил, обращаясь к сидевшему за пультом управления:

— Дени, а куда мы летим?

— К ближайшему месту, наполненному жизненной силой, ведь Элли нельзя лечить погружением в источник.

— А когда там будем? — Спросил второй малыш.

— Через три часа, быстрее нельзя, они не выдержат, — первый малыш ткнул пальцем в лейтенанта и камеру с Инэллиной.

— Пальцем показывать не прилично, — нравоучительно сказал старший из этой троицы, — Дени, Найтин давайте идите мыться! А то вон, какие грязные, что о нас подумают?

Дети быстро ушли в санитарную кабинку. Там зашумела вода. Лейтенант прислушался — откуда в этой старой списанной рухляди вода? А откуда в баках горючее на межгалактический перелёт, если их ёмкость рассчитана на несколько коротких прыжков? Мишель потёр виски, очень странные дети, и дети ли? Да нет дети, мальчик и две девочки, одна постарше, и ведут себя как дети. Мишель хмыкнул — да уж, разве нормальные дети себя так ведут? А он первый человек, который увидел гипер не через экраны навигационных приборов, находясь за толстой бронёй и защитными полями межзвёздного корабля, а через обычный иллюминатор, подумать только, боевого робота! А впрочем, всё это не важно, Инэллина, Элли, будет жить, теперь он в этом не сомневался.

Через два часа сорок минут «Туарег» вышел из гипера, но не на высокой орбите, и даже не на низкой, как ожидал лейтенант Дюкло, а прямо в атмосфере планеты, над бескрайним лесным массивом. За пультом управления снова сидел Дени, а девочки, старшая и младшая, пристроились по бокам, их пепельноволосые головы склонились к мальчику. Как Дени вёл в пространстве этого шагающее-летающего робота, Мишель так и не понял. Экраны пульта управления не светились, только бегали огоньки различной сигнализации. Лейтенант уже научился различать младших детей, хотя они были похожи как две капли воды, да ещё и одеты в одинаковую одежду, её Мишель сварил, с помощью универсального технического ножа, на котором был газовый миниатюрный резак, из запасных комплектов, оставшихся в шкафчике робота. Старую одежду, вернее те лохмотья, что считались одеждой, старшая девочка просто испепелила, легонько дунув. И лохмотья сгорели бездымным пламенем совершенно не оставив ни каких следов.

Робот заложил вираж и пошёл на посадку, но тут на лейтенанта навалилась перегрузка. Страшная и непонятная перегрузка, она буквально выворачивала суставы, при этом по всему телу прокатилась волна жуткой боли, и лейтенант потерял сознание.

Он бежал по Лесу, меняя облики и наслаждаясь свободой. Вот, через лесной ручей перескочил легконогий олень, вот, через колючий кустарник проломился тяжёлый бронированный носорог, вот, в верхушках деревьев зашумел ветер. Это всё был он, он чувствовал Лес от вековых деревьев исполинов до маленькой травинки, от могучих носорогов и неповоротливых слонопотамов, до махонького муравья. Он и был Лесом, Хранителем Леса, Сила равная Богам. Только вот Боги черпали силу в поклонении верующих, а ему это было не нужно. Он брал свою силу непосредственно у природы. И ему не было дела до людей, этих короткоживущих, копошащихся во круг Леса. От них были одни неприятности, они всё стремились навредить Лесу, даже Эльфы, вроде как лесной народ, но тоже постоянно портили первозданные леса своей магией и своими экспериментами.

Хранитель ощутил смутное беспокойство, даже угрозу. Что эти людишки опять задумали? Хотя нет, угроза исходила не от людей, на этот раз угроза надвигалась с неба, и угроза нешуточная.

Послышался далёкий рокот, и в небе появилась огненная точка, она быстро приближалась к Лесу. Хранитель зачерпнул силу, рассыпанную вокруг, и сплёл могучие жгуты, этими жгутами он схватил нарушителя. Сейчас он его раздавит и вышвырнет из этого Мира, туда, откуда это опасное создание прилетело. Но его могучие захваты, были сломаны, скручены и он сам оказался крепко спеленатым неведомой силой. То, что ему противостояло, было во много раз мощнее всей силы этого мира. Хранитель с ужасом узнал природу того, что на него напало — сеиссшесс, страшные, бездушные сеиссшесс. Противостоять им ничего, и никто не мог. Боги, почувствовав приближение сеиссшесс, стремились уйти с их дороги или так спрятаться, чтоб о том, что здесь только что были Боги, ничего не напоминало. И эта Сила обрушилась на его Мир. Хранитель понял, что пришла его гибель, но Мир! Мысль о гибели его Мира была страшнее смерти. И он, безо всякой надежды, взмолился:

— Пощадите! Возьмите мою жизнь! Пощадите Мир!

И ответ пришёл, странный ответ, казалось, говорил обиженный ребёнок:

— А чего ты бьешься, ты первый начал, мы тебя не трогали!

— Всё, что угодно, я готов искупить свою вину, только пощадите Мир! — Хранитель не мог поверить, что сеиссшесс ему ответили.

— У нас Элли умирает, нам надо место, где можно зачерпнуть жизненную силу.

— Кто такая Элли, — спросил изумлённый Хранитель. Ответ удивил его ещё больше.

— Человек.

Перестав фыркать огнём, летающая лодка, очень напоминавшая большую курицу, только без крыльев и головы, опустилась на край Поляны. Хранитель, принявший вид человека, подошёл, чтоб встретить не званных гостей. Удар, им полученный от сеиссшесс, не прошёл даром, и Хранитель принял форму седобородого старца. Лодка покачалась на голенастых ногах и застыла, открылась дверь, на траву поляны спрыгнуло трое детей, одетых в странную серебристую одежду. Сверху она напоминала пончо, а снизу, что-то типа юбочек, которые носят мужчины в некоторых горных кланах людей. Вот, оказывается, как выглядят сеиссшесс, и то во что они одеваются. Дети огляделись и направились к Хранителю. Подошедшие пепельноволосые дети с интересом рассматривали встречающего.

— Дед Мороз! — Восхищённо произнесла младшая девочка, а такой же мальчик, продолжил:

— Добрый Дедушка Мороз, ты нам поможешь?

— У нас Элли умирает, надо быстрее, пожалуйста! — Добавила старшая девочка.

— Ну, давайте, несите вашу Элли, — скомандовал удивлённый Хранитель. Дети вытащили из чрева своей летающей курицы большой металлический ящик, украшенный какими-то торчащими во все стороны сучками, тоже металлическими. Ящик так напоминал гроб, что у хранителя закралось подозрение, а действительно, не гроб ли это. Но дети были слишком маленькие и не походили на некромантов, а в ящике Хранитель ощутил хоть очень слабые, но признаки жизни. Он указал на ящик и строго сказал:

— С этим нельзя!

Дети открыли этот гроб и очень бережно достали оттуда живое существо, но в каком состоянии! Это была женщина, вернее то, что от неё осталось. Обожжённое и израненное тело, страшные прорехи в ауре, она должна была давно умереть, если бы не стазис. Хранитель даже испугался, что как только уберут стазис, душа покинет это тело. Он осмотрел женщину и спросил:

— Кто накладывал стазис?

— Я, — ответил мальчик. Дед расправил бороду и удовлетворённо кивнул, стазис был наложен очень грамотно, можно сказать — мастерски. Хранитель открыл дорогу к маленькому лесному озеру и дети несущие свою ношу шагнули туда. Маленькое озерцо было ярко голубого цвета, в его центре находилась огромная белая лилия. По знаку Хранителя, дети осторожно опустили женщину в лилию и мальчик снял стазис. Хранитель Леса начал исцеление. Ему стало жалко эту женщину, как же ей досталось, кроме физических ран, страшные душевные раны, порвавшие ауру в клочья. Закончив исцеление тела, Хранитель начал работать с аурой. Он аккуратно сращивал края, накладывал заплатки, привычно используя магию Леса, после такого человек, становился уже не совсем человеком, а чем-то большим. Дети внимательно наблюдали за его работой, и через некоторое время, Хранитель почувствовал, как к его рукам присоединились ещё три пары маленьких ручек. Дело пошло гораздо быстрее, каждый из детей вплетал в ауру раненой что-то от себя. После всех этих действий, женщина осталась человеком только внешне. Только закончив работу, Хранитель понял, как он устал. Он сейчас действительно напоминал старого деда, кивнув на закрывшуюся, и опустившуюся под воду лилию он сказал:

— Теперь надо подождать неделю, может две, и всё будет хорошо, выздоровеет ваша Элли. А кто она вам?

Ответ его обескуражил. Дети ответили:

— Мама.

Возвращались к железной, бескрылой и безголовой летающей курице не через переход, а просто по лесной тропинке. Хранитель обдумывал прошедшие события, а дети просто радовались, ведь уже всё хорошо — их мама Элли будет жить, они в интересном лесу, тем более, что лесной Дед тихонько побрасывал им разные ягоды которые появлялись на кустах, росших вдоль тропинки. Уже подходя к Поляне, они услышали басовитое рычание, а потом и увидели — большая чёрная кошка, встав на задние лапы, пыталась выцарапать что-то из робота.

— Там же Мишель, она же его съест! — Закричала старшая девочка.

— Ой, какая красивая! — Закричала младшая девочка.

— Второй лейтенант, зовут Мишель, — обстоятельно объяснил мальчик.

Две девочки были уже у робота. Старшая скрылась внутри, а младшая обняла кошку, повиснув у неё на шее. Хранитель с удивлением наблюдал, как зелёные глаза девочки пожелтели, зрачки стали вертикальными. К чёрной кошке уже ластился пепельный котёнок размером с тигра. Мимо хранителя мелькнула серая тень, и возле кошки появился ещё один котёнок. Кошка оставила в покое боевого робота и принялась увлечённо вылизывать котят.

— Своих пора заводить, Лира, — ворчливо сказал Хранитель кошке, — а не с чужими возиться.

— Муур, — согласно ответила кошка, но вылизывать не перестала. К двум котятам присоединился третий и мурлыкающие кошки направились в лес.

Хранитель подошёл к железному сооружению, постучал по металлу ноги и строго спросил:

— Есть тут кто?

Из круглой дыры в боку железной курицы осторожно выглянула голова и спросила:

— Оно ушло?

— Кто оно?

— Чудовище, гигантский тигр, наверное, ещё и саблезубый!

— Нет, Лира не тигр и не саблезубый, обычная кошка, мышей ловит.

— Какие же должны быть мышки? С кабанов размером? — Поёжился человек, выглядывавший из люка.

— Может чуть больше, — ответил Хранитель, — Но ты не бойся, это на другом конце Леса, выходи, давай.

Человек, а это был именно человек, теперь Хранитель ясно это видел, поёжился и пожаловался не известно кому:

— Вот, убежали, меня бросили тут, а я вылезти не могу, высоко ведь. Да ещё звери эти огромные, дикие, целый выводок.

— Лира одна была, а к ней присоединились те, кто с тобой прилетели, знаешь ли, кто это?

— Ихха, Дени и Найтин, дети, только немного странные.

— Да уж страннее некуда, — проговорил хранитель и пошевелил пальцами. Человек вылетел из входного люка робота и аккуратно опустился на землю.

— Ух, спасибо, — с облегчением произнёс он. Хранитель отметил, что человек нисколько не удивлён, тем как он был перемещён на землю. Значит, он был знаком с магией.

— Маг или посвящённый? — Спросил Хранитель.

— Дед, или как вас называть, не знаю, вы что? Магии не существует, разве только в сказках.

— Хранитель Леса, — представился Хранитель, — Но и на Деда обижаться не буду.

— Мишель Дюкло, второй лейтенант, младший инженер-механик ремонтного центра отряда эсминцев, приписанного к первой эскадре восточного сектора Империи, — Мишель представился по всей форме, даже попытался щелкнуть каблуками.

— Ого, — удивился Хранитель, — Граф, что ли, или герцог, а может король?

— Да ну, скажите такое, какой я граф. Я вообще не из благородных, простой механик.

— Так бы сразу и сказал — Механик, Мех значит?

Мишель махнул рукой, Мех, так Мех. Тоже не плохое имя, а главное по делу.

— Так расскажи мне мил-человек по имени Мех, как вы сюда дорогу-то нашли, кто вы такие и что мне от вас ожидать можно, а зачем вы здесь я уже понял. — Хитро прищурился Хранитель.

— Я не много знаю, и не всё понял, да и если подробно рассказывать не быстро выйдет.

— А мы не куда и не спешим, времени у нас ого-го сколько. — Хранитель протянул Меху кружку с вкусно пахнущим парным молоком и сел в возникшее плетёное кресло. Мех удивлённо огляделся и, повинуясь приглашающему жесту своего собеседника, сел во второе кресло.

— И расскажи, вот начни с того, кто эта женщина, что вы лечить привезли?

Мех отхлебнул из кружки вкуснейшего молока с мёдом, и начал рассказывать:

— Инэллина Дорсет, капитан лейтенант, капитан эсминца «Грозный»...

Две недели спустя. Поляна в Лесу

Это была даже не поляна, а скорее небольшой луг, расположившийся в самом сердце Леса. Скособоченный боевой шагающий робот стоял на опушке, границе Леса и Поляны. Громадный робот выглядел игрушкой на фоне деревьев исполинов, обступивших Поляну. Возле робота суетились двое людей, вернее один человек, второй лейтенант Дюкло и Хранитель Леса, тоже выглядевший как пожилой человек. Одетые в комбинезоны технической службы они были очень похожи на ремонтников, готовивших грозную боевую машину к очередному выходу. Правда, знающий человек, сразу же определил бы отсутствие вооружения у робота.

— Надо приладить, эти броневые плиты на место, видите, как болтаются, а это не порядок, — объяснял свои действия Хранителю второй лейтенант.

— Да порядок должен быть во всём, — согласно кивнул Хранитель. Его странные гости находились в лесу уже вторую неделю. Раненая женщина уже почти поправилась и должна была вот-вот выйти из лечебного озерка. Дети бегали по лесу, знакомясь с его обитателями. Хранитель поймал себя на том, что думает о них с большой теплотой. Да и второй лейтенант со своей любовью возится с всякими странными железяками, ему тоже нравился. Да что лейтенант вон эта самая железяка, совершенно чужеродное тело в его Лесу, не вызывало чувства протеста, а скорее интерес к внутреннему устройству этой хитрой механической штуки.

— Вот эту плиту сейчас приладим, и будет полный порядок, — комментировал свои действия лейтенант.

— Слышь, Мех... — Начал Хранитель очередной вопрос, Мехом лейтенант стал, когда он представился хранителю по всей форме. По должности второй лейтенант Мишель Дюкло был младшим инженером-механиком.

— Слышь, Мех... — Повторил Хранитель, но не успел закончить. Броневая плита сорвалась с креплений и упала лейтенанту на ногу.

— Аааа! Твою мать... — Заорал второй лейтенант, плита ему сломала ногу, Хранитель тут же наложил обезболивающее заклинание и начал лечение. Отсутствие боли и вид быстро заживающей ноги, только раззадорили лейтенанта, он же был флотским лейтенантом, а флотские всегда выражали свои эмоции очень красочно. И всё время, пока шло лечение, а лечил Хранитель почти сорок минут, Мех красочно рассказывал о сексуальных пристрастиях и способах размножения боевых роботов, их броневых плит, космических кораблей, звёздных систем ну и всех остальных, по мелочи. Хранитель пару раз пытался остановить Меха, но того это только подвигало на более красочные подробности. Наконец Хранитель закончил лечение, и Мех, глядя на порванную окровавленную штанину, тоже закончил:

— Твоё коромысло в дупло коленвалом...

Хранитель молча указал глазами и Мех, глянув в ту сторону, увидел Найтин и Дени стоящих с разинутыми ртами и большим круглыми глазами. Они внимали Меху с усердием прилежных студентов-отличников, слушающих лекцию любимого профессора, кажется, даже не дышали. И как только Мех замолчал, тут же посыпались дополнительные вопросы по прослушанной теме:

— А как это, букашки таракашки боевого робота, все вместе или по очереди...

— А хренотень всякая, почему вылазит через...

— А где у коромысла дупло и почему туда коленвалом...

Хранитель укоризненно покачал головой и сказал, очень опрометчиво сказал:

— Вот, сами же взрослые виноваты в том, что у детей появляется нездоровый интерес, — Хранитель пошевелил пальцами показывая, толи нездоровость самого вопроса, толи размер интереса, — К таким щекотливым вопросам, как откуда берутся дети.

Острые уши детей синхронно повернулись в сторону Хранителя и два детских голоса хором спросили:

— Дед, а откуда берутся дети?

— Гм, — поперхнулся Хранитель и быстро перевёл стрелки на Меха, — Вот у него спросите, он боо-ольшой знаток этого вопроса, как в живой, так и в неживой природе, и может долго говорить на эту тему.

Второй лейтенант густо покраснел, одно дело в сердцах высказаться, другое дело объяснять столь щекотливые вопросы любознательным малышам.

— А ты им теперь расскажи про тычинки, пестики, — посоветовал Хранитель и ехидно добавил, — А можешь личным примером показать.

Мех беспомощно оглянулся, как бы ища поддержки у окружающего их леса. Мальчик по-своему его понял и сделал жест рукой, открылось окно, показывающее картинку как на мониторе. Там видно было болото, где два бегемота, вернее бегемот и бегемотиха подымая волны грязи, активно пытались продолжить свой род.

— Ну, — требовательно сказал мальчик, — Показывай!

— Что? — Спросил Мех с ужасом глядя на любовные игры разошедшихся бегемотов.

— Где у них тычинки, пестики?

— Эээ, это не совсем удачный пример, — Хранитель движением руки убрал изображение и обращаясь к Меху, опять ехидно сказал:

— Ты уж лучше на примере жучков, бабочек...

— Ну, когда жучки с бабочками... — Заикаясь, начал ещё больше покрасневший Мех. Но его снова перебил не выдержавший Хранитель:

— Мех, ну где ты видел, чтоб жучки с бабочками, это же противоречит природе, ты ещё тараканов сюда приплети, этих противоестественных городских тварей. Всё у вас людей, особенно городских как-то извращённо...

— А извращённо это как? — Тут же спросила девочка.

— Это когда противоречит природе, — гордо ответил мальчик, всем своим видом показывая, что он понял этот вопрос, — Когда жуки с бабочкам, тогда и появляются тараканы, совсем противоестественные городские твари.

Тут уже и Хранитель Леса покраснел. Они растерянно переглянулись с Мехом, а девочка требовательно сказала:

— Ты лучше личным примером покажи, Дед сказал, что ты знаток и что можешь...

Мех покраснел ещё больше, хотя дальше вроде уже было не куда. Его спас встрепенувшийся Хранитель:

— Лилия раскрывается, быстро к озеру!

И они шагнули с Поляны прямо вглубь Леса, к небольшому лесному озеру. Мех ошарашено покрутил головой, за одну руку его держал Хранитель, за другую девочка. Мех никак не мог привыкнуть к манере своих друзей перемещаться по Лесу.

Казалось, маленькое озеро кипело. Вся его поверхность была покрыта пеной, и вот среди пены показался большой цветок, поднявшийся со дна озера. Лилия, а этим цветком была лилия, раскрылась и из него поднялась черноволосая женщина. Поднялась подобно Афродите из пены. Мех задохнулся от восторга, ему надо бы было отвести глаза, женщина была совершенно обнажена, но он был не в силах это сделать. Женщина сделала шаг и оказалась на берегу, подошедшая Ихха подала ей большое махровое полотенце, скорее даже не полотенце, а простыню, Женщина грациозным движение завернулась в эту простыню. И тот час же к ней прижались счастливые дети.

— Элли, Элли, — почти хором заговорили они, — Мы так рады, так рады...

— И я тоже очень рада, — ответила женщина низким, но очень мелодичным голосом,— Спасибо вам, Ихха, Найтин, Дени,

Называя имена, она целовала обнимавших её детей, потом поклонилась Хранителю Леса:

— И вам спасибо, Хранитель!

— Да, что там, дочка, — ответил растроганный Хранитель, оказывается, это приятно когда тебя искренне благодарят, пусть даже это делает человек. Хранитель внимательно посмотрел на женщину, как бы оценивая работу, да она уже и не совсем человек.

— Мы за тебя волновались, мы без тебя скучали, — тараторили дети, прижимаясь к женщине. Женщина нежно гладила пепельные головки.

С момента прибытия странных гостей в Лес прошло два месяца. Дети совсем освоились в Лесу, изучили все его закоулки и, было видно, что им здесь нравится. Мех уже не пугался гигантских кошек, да и других обитателей Леса тоже. Они с Хранителем по вечерам беседовали о разных интересных друг для друга вещах. Хранитель рассказывал Меху о природе, а Мех, в свою очередь, о различных механических изобретениях людей своего мира. И только Инэллина грустила.

За утренним завтраком, а такие утренние завтраки за плетёным столиком, который Хранитель поставил перед скособочившимся боевым роботом, стали традицией, Инэллина грустно вздохнув, сказала:

— Спасибо тебе Дед за всё, у тебя здесь очень хорошо, но мне надо обратно, там идёт война и моё место, как офицера, именно там.

— Элли мы с тобой, — тут же присоединились дети, они называли Инэллину то Элли, то мамой.

— Я бы хотела, чтоб вы с дедом остались, — мягко сказала Инэллина, как ей не жалко было расставаться с детьми, но она считала, что им не место на войне.

— А как мы без них попадём обратно, — вставил своё слово Мех, и посмотрел на боевого робота, — «Туарег» приведен в порядок, можно хоть сейчас лететь обратно.

Инэллина скептически подняла брови, Мех смутился и добавил:

— Ну, всё, что можно было привести, обшивка, реактор, ходовая. — И ещё раз, грустно вздохнув, добавил, — Вооружение то снято, да и горючего нет.

В это время младшая девочка попыталась утащить последнюю плюшку, их пекла Инэллина, и надо сказать плюшки получались очень вкусные, но мальчик уже успел ухватить эту плюшку раньше. Девочка грозно насупила брови и не менее грозно сказала:

— Отдай! Моё!

Мальчик безропотно отдал.

— Что ж ты, Найтин, своего братика обижаешь? — Попытался укорить её Мех.

— А он мне не братик, — ответила девочка.

— Кто же он тебе? — Удивился Мех.

— Он моя половинка, — серьёзно сказала Найтин и, видя недоумение своего собеседника, пояснила, — Половинка души.

— Суженный, — хмыкнул Мех, — Суженный, ряженный.

— Как это ряженый? — Спросила девочка.

— Ряженый — это когда рядятся, — объяснила старшая девочка.

— А для чего рядятся, — не унималась младшая.

— Это когда суженный не хочет быть суженным, то он рядится, — начал объяснять мальчик.

— Но Дени, для чего?

— А для того, чтобы напугать свою суженную, он её напугает до смерти и она или совсем умрёт, или убежит. А раз нет суженой то он больше и не суженный. — Объяснил мальчик. За ним давно заметили склонность логически всё объяснять. Найтин осуждающе посмотрела на Меха:

— Какие у вас, у людей странные и жестокие законы! До смерти пугать своих суженых, это не гуманно, и не красиво!

Мех поперхнулся молоком, он ни как не ожидал такого обвинения в свой адрес. Он вытер молоко и обиженно ответил:

— Вот так всегда, чуть что, чуть где — так сразу Мех, Мех.

— Если не можем использовать робота, значит надо искать другие пути, — вернулась к прежней теме Инэллина.

— Я вам покажу тропинку, по ней можно выйти в других Мирах, — вздохнув, сказал Дед, и пояснил, — Лес ведь не только в этом Мире, он и в других Мирах есть. Надо знать, как ходить. Я вам покажу, может когда-нибудь, и навестите меня.

— Дед, Дед мы к тебе будем приходить, правда, правда, — закричали дети.

— Я тоже буду к тебе приходить, — улыбнулась Деду Инэллина.

— Только вот, что, — сказал внешне сурово, но было заметно, что ему приятно такое отношение, Хранитель, и указал на скособоченного «Туарега» — Вы-то уйдёте, а вот этот истукан будет тут стоять, это как-то...

И Хранитель пошевелил пальцами, не находя нужных слов, чтоб описать присутствие ржавого робота в зелёном лесу.

— Не эстетично, — пришёл на помощь мальчик и тоже пошевелил пальцами, как будто подражая Деду. Контуры робота потекли, и он начал оплывать.

— Избушка, избушка на курьих ножках, Дени, хочу избушку на курьих ножках, из сказки — закричала девочка, хлопая в ладоши. Нахмурив лобик, она продекламировала:

Там чудеса, там витязь скачет,

Русалка на ветвях с хвостом,

Сидит и очень громко плачет,

А леший брагу пьёт с котом,

На курьих ножках, с дымоходом,

Избушка там стоит не зря,

Там королевич мимоходом,

Пинает пьяного хмыря.

— Найтин! Где ты такое услышала — Всплеснула руками Инэллина и обличающее посмотрела на второго лейтенанта.

— Ну, что сразу как что, так сразу Мех, Мех, — попытался он оправдаться, но под напором неоспоримых фактов признался, — Пока вы, мэм, были больны, я рассказывал детям сказки, ну пытался рассказывать, они же любят сказки.

— Следующий раз за излишнюю инициативу, лейтенант, получите наряд вне очереди.

Меж тем робот немного осел и раздался вширь, его кое-где ржавые металлические бока стали деревянными, появилась двухскатная крыша с трубой, из которой вился дымок. Ноги стали куриными, с широко расставленными пальцами, аппарель позади корпуса стала чем-то вроде веранды-стартовой площадки для двух двухместных ступ, в них превратились спасательные капсулы.

— Вот, совсем другое дело, — удовлетворённо проговорил Хранитель. Он, пока Инэллина лежала в лилии, тоже занимался с детьми, и многому их научил, благо они схватывали всё буквально на лету, а сил и способностей у них было с большим избытком. Мальчик посмотрел на Хранителя и тот его похвалил:

— Молодец, всё правильно сделал, — а потом на правах хозяина сделав приглашающий жест, обратился ко всем, — Прошу.

И вся компания пошла, осматривать избушку. Снаружи чуть покосившаяся избушка, перекос был оставлен для того, чтоб не выходить из образа, внутри была совершенно ровной и больше размерами. На середине стоял стол, накрытый белой, вышитой скатертью, под окнами широкие лавки, тоже накрытые вышитыми покрывалами. Один угол занимала большая печь, очень похожая на русскую. Пахло свежеструганным деревом и сдобой.

Старшая девочка принялась переделывать скатерть и покрывала на лавках, изменилась ткань и вышивка — они стали более нарядными. Остальные с интересом осматривали окружающую обстановку. Мех заинтересовался печкой, она была очень похожа на печки стоящие в сельских домах большинства планет Империи и назывались «русскими», он вспомнил, что сам рассказывал про её конструкцию и устройство Дени. Увидев интерес Меха к печке, Дени пояснил:

— Это из реактора и кухонного комбайна, правда, здорово получилось?[36]

— Вот дочка, у тебя в Лесу есть собственный дом, — сказал Хренитель и, обращаясь уже не только к Инэллине, но и к детям продолжил. — Вам теперь есть куда возвращаться, и здесь вам всегда будут рады, а я буду вас ждать, — голос Хранителя дрогнул.

— А я? — Обиженно спросил Мех.

— И ты тоже, куда уж без тебя, тебе тоже дом построим, — улыбнулся Дед.

За окнами зала с камином уже занимался рассвет. Хранитель леса задумчиво щурился на огонь.

— Интересная история, Алекс, — задумчиво проговорила Тейлиарра, — Теперь понятно, откуда у тебя дочки и внуки.

— Дочка, — поправил Богиню Хранитель, — Альма и Наки тоже внучки.

Заметив вопросительно поднятые брови богинь, он сказал:

— Тоже интересная история, но в другой раз, — и он указал на светлеющее небо. Потом посмотрел на спящих рыжих демона и эльфийку. Малкираз лежал в той же позе, что и заснул, с целомудренно сложенными руками лодочкой под головой, а вот Мора сама его обняла руками и ногами. Хранитель вопросительно поднял бровь.

— Им так удобнее, — улыбнулась Богиня. — Я специально не стала создавать второе кресло, ведь они не пошли в выделенные им покои, а остались здесь.

— Да, — тоже улыбнулась вторая Богиня, — даже если бы было лишнее кресло, они бы всё равно устроились в одном.

Хранитель, также молча, одними бровями выразил свое согласие с мнением Богинь. Некоторое время сидели молча, просто глядя на огонь, потом Тейлиара спросила вторую Богиню:

— Энна, а ты видела храм, который построили тебе в городе, очень красиво. И верующие не только анкарры, а и простые люди, и их количество всё увеличивается. Если так пойдёт дальше, то на Рее ты станешь главным божеством. После потери кланов служивших тебе, такая поддержка не помешает.

— Посмотрим, посмотрим,— задумчиво ответила Богиня Равновесия, — Основу нового клана я себе уже заложила.

И отвечая на невысказанные вопросы Тейлиарры и хранителя, пояснила:

— Анкарры, многие из них, прибывших сюда, попросили принять их на службу. Здешняя королева тоже не прочь. Но я отговорила, не пристало замужней даме, да ещё королеве...

И Богини тихонько рассмеялись. Альма понравилась им обоим, и они искренне желали ей счастья. Они видели, что Марат её искренне любит, и Анариэнне не хотелось мешать счастью двух любящих сердец. Богиня тихонько и печально вздохнула. В зале повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине.

— Куда угодно только скорее, — закричал Скунс. Операторы лихорадочно защёлкали клавишами, рассчитывая траекторию прыжка с максимально быстрым уходом корабля в гипер. Натужно выли генераторы, преобразующие межмировые линии силы в энергию, необходимую кораблю для разгона и прыжка. Изношенные генераторы еле давали шестьдесят процентов номинальной мощности, но у второго корабля дела были ещё хуже. Он сорвался с орбиты без команды Требухи, там тоже увидели приближающуюся эскадру, и так же как на «Белом пламени», увидели слишком поздно, сказалось устаревшее оборудование. Теперь оба корабля стремились как можно быстрее разогнаться, причём траектория ухода была выбрана так, чтоб заслонится от приближающейся эскадры астероидным поясом. Пираты не питали иллюзий, вражеские корабли будут видеть их и сквозь пояс, в этой системе астероидный пояс был очень слабым, но астероиды и камни этого пояса помешают стрелять по пиратам. Корабль Требухи уже значительно опережал второй корабль пиратов, когда того настигли фрегаты передового охранения неприятеля. Настигли и сделали ошибку, сразу открыв огонь. Хотя капитан фрегата возглавившего погоню просто не рассчитывал, что улепётывавшие корабли находятся в столь плачевном состоянии, и их защита не выдержит даже предупредительного выстрела. На месте предпоследнего корабля пиратской эскадры Требухи вспухло облако взрыва. Воспользовавшись этим, Скунс резко поменял курс, уходя в тень большого астероида. Облако раскалённых газов прикрыло манёвр пиратского корабля, и фрегаты погони пронеслись мимо. Они, конечно, обнаружат смену курса преследуемого и начнут сканирование пространства, но время будет упущено. Скунс направил корабль почти в притирку к большой глыбе, стремясь использовать её слабое поле тяготения для увеличения своей скорости, но тут мигнули датчики детекторов массы, сигнализируя о преграде на пути корабля, и завыла сирена, предупреждающая о критической перегрузке генераторов защитного поля. Откуда тут что-то может быть — успел удивиться Скунс, как произошёл срыв защитного поля и страшный удар потряс корабль.

Очнулся Скунс оттого, что кто-то бил его по щекам. Стерев с лица кровь, он в тусклом свете аварийного освещения увидел опухшую рожу своего адмирала. Сначала Скунс удивился — когда это адмирал успел напиться до состояния такой опухлости, а потом вспомнил, что произошло. Он резко попытался сесть, но всё тело отозвалось болью, его сил хватило только прохрипеть:

— Погоня! Где погоня, они сейчас возьмут нас на абордаж!

— Не возьмут, они нас пока не видят. И у них есть чем заняться, кроме обследования вашего корабля, разумеется. А вот мы благодаря вашим героическим усилиям не можем отсюда скрыться.

Голос был смутно знаком, и когда Скунс немного пришёл в себя, он узнал в говорившем Виренталя. Того самого Виренталя, с визита которого на Тортугу, всё и началось. А Виренталь продолжил:

— Вы, милейший, умудрились врезаться в мой корабль, слава Перводемонам, мы уцелели, хоть генераторы сгорели от перегрузки. Остатки команды вашего адмирала я взял на свой корабль, так, что теперь вы все выполняете мои команды, — в голосе Виренталя прозвучала скрытая угроза, — А ваш корабль, вернее то, что от него осталось мы выбросили из пояса, его обследовали ваши преследователи и решили, что вы врезались в астероид, тем более, что трупов в корабле хватало.

Скунс посмотрел на Требуху, тот пожал плечами — мол, так сложились обстоятельства, хорошо хоть мы живы остались, а всё остальное — дело наживное, и не в таких переделках бывали. Виренталь отошёл к обзорному экрану, на котором отражалось окружающее пространство, А Требуха стал рассказывать своему помощнику:

— За той глыбой, которую ты так близко обходил, стоял корабль нашего друга, — произнеся слово — друга, Требуха скривился, — Защитные поля сорвались, к счастью у нас была только половинная мощность, и взрыва не произошло. Но от перегрузок погибла большая часть команды, уцелели только те, кто находился в антиперегрузочных креслах и коконах.

— А.., — Начал Скунс, но Требуха его перебил:

— А у него мощность была только на четверть, и ты попал ему точно в отсек генераторов как кием по бильярдному шару, и выбил отсек в пространство там он и взорвался. Потом мы выбросили наш покорёженный корабль из пояса, и эти, — он махнул в сторону обзорного экрана, где была видна вновь прибывшая неизвестная эскадра, решили, что мы врезались в астероид.

— А.. — Опять попытался спросить Скунс.

— Не знаю, — ответил на не высказанный вопрос Требуха, — Не знаю, но они нас не видят. Виренталь говорит, что это амулет невидимости, ты же знаешь, я не верю в колдовство, но если это не колдовство, то пусть мне выстрелят главным калибром в задницу.

Пройдя точку перехода, эскадра СССР не стала задерживаться и ожидать корветы тылового охранения, не прошедшие через переход за основными силами, а сразу нырнула в гипер. После выхода из гипера был обнаружен след прошедших ранее неизвестных кораблей, идентифицированных как вооруженные каботажные суда.

— Интересно, оказывается, здесь тоже существуют космические перевозки, хотелось бы выяснить, кто их осуществляет, — произнёс адмирал Риан Берковин. Прест Торнс изучавший, на мониторе своего рабочего места, данные о неизвестных кораблях, задумчиво сказал:

— Я тоже хотел бы это знать. Но это нам только на руку, не надо проводить поиск, мы пойдём по их следу. Эти корабли откуда-то вышли и куда-то идут, причём идут в обычном пространстве, а не в гипере, значит цель их полёта где-то близко.

— А если они только вышли, и дальше уйдут в прыжок?

— Тогда мы вернёмся по следу и посмотрим, откуда они пришли, — пожал плечами Прест Торнс, — Думаю, что след не исчезнет, корабли очень старые и сильно фонят.

Экспедиционной эскадре повезло сразу же наткнутся на след состоящий из гравитационных возмущений, оставленный кораблями пиратской эскадры Требухи. Его корабли, совершая хаотические гипер прыжки, на самом деле прыгали по кругу, невдалеке от точки перехода.

— Сэр, — сказал капитан флагманского линкора, тоже рассматривавший на своём мониторе информацию о преследуемых кораблях, — Это каботажники, дедвейт около двадцати тысяч тонн, построены на Метиранских верфях, проект сорок семь, их сняли с производства шестьдесят лет назад. Там не все такие корабли, но большинство.

— Смит, откуда вы знаете?

— Последние десять лет я служил в патруле, сэр, и хорошо изучил эти корыта. В свое время их довольно много захватили пираты, да и мы во время войны сплавили транспортники этого неудачного проекта в виде гуманитарной помощи на Тортугу. И они стали излюбленными кораблями тамошних «повстанцев», — криво усмехнулся капитан, и пояснил, — В отличие от сугубо гражданских проектов у этих предусмотрены орудийные башни, две под средний калибр и шесть под мелкий. После войны нам пришлось за ними погоняться, когда охраняли караваны.

— Интересно откуда они здесь? — Заинтересовался адмирал.

— Да уж не от имперцев, это наш проект и наше производство. Но мы не продавали и не поставляли сюда, я бы знал, — задумчиво произнёс Прест Торнс. — Скорее всего, это пираты с Тортуги, интересно как им удалось найти точку перехода и прорваться сюда, имперцы их точно бы не пустили. Впрочем, адмирал, отдайте приказ — при встрече уничтожить, не вступая в переговоры. — И видя удивление слушавших его, Торнс пояснил, — Они сейчас для нас конкуренты и нежелательные свидетели, да только уничтожить, в плен не брать.

Некоторое время на мостике царило молчание, потом Прест Торнс заговорил снова:

— Адмирал, скоро мы пройдём точку невозврата, вызовите на мостик нашего командира яйцеголовых, профессора Гейтиса.

Адмирал отдал необходимые распоряжения и в зал управления линкором вошёл сухощавый мужчина с круглыми очками на носу.

— Ну, Вильям, продемонстрируйте адмиралу свою технику, — вместо приветствия сказал Торнс.

— Здравствуйте господа, — вежливо поздоровался вновь пришедший, — Сейчас вы всё увидите.

Снова повисла тишина, буквально через минуту разорванная удивлёнными возгласами, не сумевших сдержать эмоции операторов. Мониторы всех систем светились девственно чистыми экранами.

— Как видите, господа, вся информация о пройденном курсе пропала, и не только эта информация. Пропала вся навигационная информация, — гордо сказал учёный, так гордо, как будто это он лично стёр всю эту информацию.

— Ну, — сказал адмирал Берковин, — Демонстрируйте нам ваше изобретение.

— Вот, смотрите, — сказал учёный выдвигая ранее опечатанную панель дополнительного операторского места, — Смотрите вот дублирующая система, ранее она работала в пассивном режиме, а сейчас мы её сделаем основной.

Он что-то переключил, набрал какие-то команды, и экраны навигационной системы снова ожили, побежали колонки цифр появились графики и проекции окружающего корабли космоса.

— Конечно, у нас нет информации о том, что впереди, но вся накопленная информация сохраняется и анализируется.

— Да, это действительно прорыв, позволяющий осваивать пространство закрытой галактики. Поздравляю док, и как вам это удалось? Если, конечно, это не служебная тайна, — сказал адмирал. Учёный глянул на Преста Торнса и, получив разрешающий кивок, начал объяснять:

— Как вы знаете, в пространстве закрытой галактики не работают обычные компьютеры, вернее работают, но только не дальше определённого расстояния от точки перехода. А без компьютеров навигация не возможна.

— Док, вы не лекцию читаете, давайте суть и покороче, — перебил его адмирал. Профессор кивнул, он вроде как слегка обиделся, поэтому продолжил более сухо:

— Ну, если совсем коротко, нужен компьютер, работающий на новых принципах, подобно человеческому мозгу, мы ведь здесь в закрытой галактике, ничего не забываем, всё помним.

— Ну, это же глупость, человеческий мозг не сравнится с компом, он слишком медленный и имеет склонность забывать, — опять перебил профессора адмирал.

— Вот в этом и есть главное заблуждение! — Воскликнул профессор.— Человек использует свой мозг на семь процентов. Это защитная реакция от перенапряжения, если бы человек использовал свой мозг на сто процентов, то мозг бы выгорал через семь-десять лет. И то, что человек забывает — тоже заблуждение, человек способен вспомнить несколько страниц текста с невообразимой точностью, даже если эти страницы видел мельком и тогда когда ещё не умел читать! Вспомнить и прочитать, куда там компьютерным системам распознавания! Человеческий мозг может обучаться, в отличие от компьютера! А так называемую маломощность, мы ликвидировали, построив кластерную систему!

— Вы хотите сказать, что вам удалось построить суперкомпьютер из человеческих мозгов!

— Да именно из человеческих мозгов, — гордо улыбнулся профессор, — Построить, обучить и заставить работать над нужными нам задачами.

— Но как? — Удивился адмирал, — Ведь пока обучишь обычного новобранца, пока он начнет правильно и быстро выполнять приказы, да и то всё время сачкануть норовит!

— Это потому, что вы берётесь обучать уже сложившуюся личность. Мы тоже сначала пытались идти этим путём, но поняли, что это тупик. Личность — это, прежде всего память, если память стереть, то и личности не будет. Но со стёртой памятью пропадают и все знания, и приходится обучать сначала. А мозг со стёртой памятью почему-то хуже обучается. Мы пробовали все варианты. Личность, от которой остался только мозг — отказывается сотрудничать. Тупик! Мозг с уничтоженной памятью, со стёртой личностью — плохо обучается, такое впечатление, что удаётся стереть личность не до конца и мозг тоже сопротивляется. Тоже тупик!

— И как вам удалось преодолеть этот тупик?

— Идея просто гениальная, моя идея! Надо взять мозг готовый обучаться, но ещё не являющийся вместилищем личности. В результате проведенных экспериментов, было установлено, что лучше всего подходит мозг полуторагодовалого ребёнка. Мозг начавший развиваться, объединив в своеобразный кластер 1024 таких мозга, на удалось создать биологический суперкомпьютер!

— Но док, вы же сами говорили, что человеческий мозг использует свои возможности только на семь процентов?

— Это тоже была трудность, которую мы преодолели, — гордо сказал профессор, — Стимуляторы, электроды и вот наш суперкомпьютер использует свои мозги на все сто процентов!

— А как же время жизни, то есть работы?

— Да, это существенное ограничение, время работы такого компьютера пять лет, а потом надо готовить новый, и заменить в кластере умерший мозг нельзя, приходится уничтожать весь кластер и готовить новый, и при этом два года тратится на обучение.

— Да действительно существенное ограничение, — заметил Прест Торнс, — Но это не умаляет ваших заслуг, док.

— А сколько вы использовали для своих экспериментов... Мозгов? — спросил внимательно слушавший капитан линкора, его голос прозвучал очень глухо, и лицо было неестественно бледным. На это никто, из восторженно слушавших о достижениях науки, не обратил внимания.

— Не помню, что-то около нескольких сотен тысяч, — рассеяно произнёс профессор.

— Сэр, планетная система! — доложил один из операторов, прервав лекцию профессора.

— Эскадра! Красная готовность, выдвинуть передовое охранение, проверить пространство системы. На планеты с обнаруженной жизнью сбросить беспилотные разведчики. — Начал отдавать команды адмирал Берковин, Прест Торнс и профессор Вильям Гетис оказались оттертые в сторону. Эскадра готовилась к бою и высадке десанта, всем стало не до них. Только капитан флагманского линкора бросил хмурый взгляд в сторону профессора Гетиса.

— Обнаружено два корабля уходящих от третьей планеты системы, — доложил командир фрегатов передового охранения.

— Уничтожить! — Коротко бросил адмирал.

— Есть! — ответил командир передового охранения и через некоторое время доложил, — Цель номер два уничтожена огнём, цель номер один столкнулась с астероидом.

— Ну, что за бездари, — сказал адмирал Берковин, — На всю систему всего пара камней и то они умудрились в один врезаться. Сбросьте на повреждённый корабль досмотровую группу, осмотрите и уничтожьте. Если есть опасность взрыва генераторов, расстреляйте издали, так чтоб обломков не осталось.

Основные корабли эскадры уже выходили на орбиту третьей планеты, на которой спектральный анализ показал наличие жизни и куда сбросили беспилотные разведчики, когда поступил очередной доклад:

— Сэр, все беспилотные разведчики при входе в верхние слои атмосферы прекратили передачу информации.

— Как прекратили?

— Просто замолчали, сэр. Картинка идущая с разведчиков второй волны показала, что разведчики первой волны просто исчезли, за ними исчезли и остальные.

— Дайте запись на монитор, — скомандовал адмирал. Действительно, беспилотные разведчики первой волны просто пропали с экранов, как будто их там и не было.

— Что скажите, док? — Обратился адмирал к профессору Гетису.

— Эээ, могу сказать, что это не аннигиляция, — неуверенно пробормотал профессор, — Вообще это не моя область научных знаний. Я, знаете ли, специалист по математическому кибернейро моделированию.

— Живодёр, — одними губами прошептал капитан линкора.

— Ну, понятно, что их не сбили, — недовольно сказал адмирал, — А визуальные наблюдения?

— Насколько позволяет оптика, сэр, даже с такой высоты видно, что на планете есть города, пусть и примитивные с неразвитой транспортной сетью, судя по дорогам, но города.

— Отлично, — потёр руки адмирал, — Готовьте высадку десанта, начинаем через шестнадцать часов.

Утро, уже не раннее, но ещё не позднее

У камина, в котором продолжал пылать жаркий огонь, в кресле сидел Хранитель Леса, кресла Богинь пустовали. Морэдэль и Малкираз, прикорнувшие в четвёртом кресле уже проснулись, и умылись в небольшом водопадике, созданным для них Хранителем. Теперь они пили молоко от летучих коров в больших кружках, которые им дал Хранитель Леса, и выглядели свежими и вполне довольными жизнью. К ним присоединилась королева Эльвира, хорошо отдохнувшая. Сопровождавшие её князья Замойски и Багрейски, а также граф Рейс выглядели не выспавшимися, сказались полуночные посиделки у камина. Король Марат и королева Альма запаздывали, понятно — молодожёны, запаздывала и вторая пара. В зал вошли несколько помятые, но очень счастливые эльфы и Тёмный Повелитель. Эльфы не сводили с Нэлькаэра влюблённых глаз, а рыжий демон гордо вышагивал взятый под руки с одной стороны Владыкой Светлого леса, а с другой дроу, одним из глав тёмно-эльфийских домов.

— А что у нас на завтрак, — спросил Тёмный Повелитель, обращаясь одновременно ко всем присутствующим, — Знаете ли, моему молодому организму надо хорошо питаться, особенно по утрам.

— А ты одного эльфа съешь, вон у тебя их сколько, — хихикнула Мора.

— Мора, ну ты же взрослая и солидная, а не ребёнок как Найтин, ну как ты можешь так клеветать на своего старого друга, — надул губы Нэлькаэр, — И вообще, я не только о себе думаю, я проявляю заботу обо всех присутствующих, ну как так можно морить гостей с утра голодом?

— Так сказал бы Арчибальду, что ты голодный, он бы распорядился, чтоб тебя накормили, — пожала плечами рыжая эльфийка.

— Он промчался мимо, нас даже не заметил. Побежал угождать проснувшейся своей демону-повелительнице, как будто других демонов на свете уже не существует, — пожаловался Тёмный повелитель.

— Я уже распорядился накормить страждущих, — раздался голос короля Марата, он входил в зал под руку с Альмой, за ними шли Франк с Наки. Оглядев значительно уменьшившееся количество гостей, вслед за эльфами из отведенных для них покоев вышли гномы, остальные гости разъехались по гостиницам и постоялым дворам ещё вчера, Марат сделал приглашающий жест рукой:

— Прошу всех к столу, в соседний зал.

Морэдэль легонько постучала по низенькой каминной решётке:

— Ихха, Дени, Найтин, пора вставать, уже утро.

В камине заворочались, оттуда полетели искры. Рыжая эльфийка отстранилась и недовольно поморщилась, кочерга сейчас бы точно не помешала. Мора не была Богиней, и совать свою руку в огонь не собиралась. Хранитель улыбнулся и показал глазами на группу эльфов во главе с Тёмным повелителем, направляющихся в соседний зал. Мора ещё раз легонько постучала по каминной решётке и сказала:

— Ну, как хотите, останетесь без сладкого, Нэль всё съест!

Из камина посыпались искры и оттуда дети буквально вывалились. Эльфы обернулись на шум, Владыка Светлого леса осуждающе покачал головой, но руку Тёмного повелителя не выпустил.

— Ваше величество, Нэлькаэр ДЄАрнекко, — громко позвал Тёмного повелителя король Марат, он выглядел очень озабоченным, рядом с ним стоял не менее озабоченный дворецкий Арчибальд. Он неслышно подошёл к своему королю и что-то прошептал ему на ухо. Тёмный Повелитель, уловив в голосе Марата сильное волнение, кивнув головой, сопровождавшим его эльфам, быстро подошёл к королю и вопросительно изогнул бровь.

— Я бы хотел, чтоб вы на это глянули, возможно, вы сможете прояснить ситуацию, — проговорил Марат,— Прошу пройти в мой кабинет. Там хрустальный шар, я вам покажу.

Нэлькаэр посмотрел на Хранителя леса и пошевелил бровью. Хранитель понимающе кивнул и застыл, будто к чему-то прислушиваясь, потом кивнул каким то своим мыслям и очертил рукой в воздухе овал. Очерченное пространство помутнело, увеличилось и стало похоже на большое зеркало, вернее даже не на зеркало, в нём ничего не отражалось, а на большой экран, поскольку в нём появилась какая-то картинка.

— Не стоит к вам подниматься, ваше величество, Хранитель покажет нам то, что вас обеспокоило, — мягко сказал Тёмный Повелитель, сейчас в нём ничего не напоминало того проказливого мальчишку, который только, что обнимался с эльфами, он даже как будто вырос. Это был действительно Тёмный Повелитель, аура тёмной силы, соткавшаяся вокруг него, прямо кричала об этом. Эльфы просто задохнулись от восхищения, светлые от сладкого ужаса, тёмные от дикого восторга. А тёмный Повелитель столь же мягко продолжил:

— Мы сейчас увидим предмет вашей тревоги.

В большом зеркале-экране, которое создал Хранитель, присутствующие увидели полевой лагерь армии короля Джеймса. Судя по беспорядку в нём царившему, лагерь был разбит на месте недавнего сражения. Палатки королевской армии стояли неровными рядами, немного в стороне. Сама же битва произошла не позже вчерашнего дня. Убитые и раненые были уже убраны, везде были разбросаны какие-то странные обломки. Но не это привлекло всеобщее внимание, большие туши похожие на выброшенных, на сушу морских животных, вызвали возгласы удивления у некоторых присутствующих. Король со свитой, ясно было видно — что король ранен, стояли у одной такой туши. Она была тёмно вишнёвого цвета и, в отличие от двух других имевших грязно-серый цвет, вызывала смутное беспокойство.

— А кораблик, похоже, сейчас рванёт, — задумчиво проговорил Нэлькаэр и посмотрел на Малкираза и Морэдэль, и они все трое перевели взгляд на потягивающихся детей. Вслед за ними на детей уставились все присутствующие.

— Да, сейчас как бабахнет, — подтвердила предположение Тёмного повелителя младшая девочка.

— Средне-тоннажные каботажники, дедвейт двадцать тысяч тонн, причем устаревшей конструкции, построены лет пятьдесят-семьдесят назад, судя по обводам корпуса — Метиранские верфи. Они строили суда для перевозки грузов между малоосвоенными мирами, поэтому у них источником энергии для планетарных двигателей служит мюонный реактор, холодного типа, достаточно грязная, но мощная штука, — обстоятельно разъяснил мальчик. Из сказанного мало кто что понял, и старшая девочка пояснила:

— Будет взрыв и достаточно мощный, в радиусе воздействия поражающих факторов окажутся все там присутствующие, — Ихха кивнула на импровизированный экран, — Кроме этого, местность, подвергшаяся влиянию взрыва, будет заражена остаточными продуктами реакции на длительное время.

— Эээ, это значит, что все там, — канцлер Объединённого королевства, как и все остальные мало, что понял, но суть уловил сразу, и тоже показав на демонстрируемую картинку, сказал, — Будет мощный взрыв, и всем кто там находится, грозит гибель.

— Именно это и хотели сказать наши юные друзья, — поклонился канцлеру Тёмный повелитель. Дети насупились, видно обиделись на Нэлькаэра за «юных друзей», а младшая девочка показала Тёмному Повелителю язык. Тот сразу начал перед ней извиняться, расшаркиваясь:

— Прошу простить меня, принцесса. Я...

— Но надо же что-то делать, ведь все они там могут погибнуть! — Перебила его королева Эльвира и просительно посмотрела на троицу пепельноволосых детей, на них же были устремлены и взгляды остальных присутствующих в зале.

— И что можно сделать? — Задал вопрос Тёмный повелитель. Король Марат развёл руками, он хоть и был бывшим Чёрным Колдуном, но его сил вряд ли хватило бы на устранение этой опасности.

— Я попробую выбросить эту гадость за пределы нашего Мира. — Сказал Хранитель Леса.

— Не, Дед, — отрицательно покачала головой младшая девочка, — Если эту заразу тронуть, то она сразу же и взорвётся.

— Надо заглушить реактор ходовых двигателей, видите, он у него пошёл в разнос. Замедлительные стержни из активной зоны реактора выдвинули, и пошла неуправляемая реакция, температура очень сильно повысилась и стержни расплавились и вот теперь обратно нечего вдвигать.

— А вы можете его заглушить? — Спросила у детей Мора.

— Да как два пальца об асфальт! — Уверенно ответила младшая девочка. Рыжая эльфийка и Хранитель Леса с укоризной посмотрели на Тёмного Повелителя, тот сразу начал оправдываться:

— Это не я, я не говорил, я вообще не знаю, что такое асфальт и как об него пальцами...

— Нэль, я тебе покажу, — радостно закричала девочка, она рада была научить своего нового друга чему-то такому, чего тот ещё не знает.

— Да, — ответил мальчик на вопрос эльфийки, — Можем.

— Я очень прошу вас, — начала королева Эльвира, к её просьбе присоединились и светлые эльфы с гномами, ведь там были эльфийские разведчики-пластуны и гномьи стрелки. А Тёмный Повелитель подмигнув младшей девочке, сказал:

— За доброе дело полагается добрая награда, я думаю, что шоколадный торт со взбитыми сливками подойдёт!

— Два торта, шоколадных торта с сильно взбитыми сливками, — тут же заявила младшая девочка.

— Найтин! — Укоризненно сказала королева Альма, и также укоризненно посмотрела на Тёмного Повелителя, — Как можно... Там же сейчас взорвётся... Люди погибнут!

Королева Эльвира умоляюще смотрела на детей, младшая девочка кивнула остальным детям и голосом вымогателя профессионала произнесла:

— Три шоколадных торта со взбитыми сливками!

— Хорошо, хорошо, только скорее, сделайте же что-нибудь, — заламывала руки королева Эльвира, эльфы и гномы тоже смотрели очень просящее и в то же время осуждающе. В ответ на все эти упрёки мальчик пожал плечами:

— До взрыва ещё шесть минут и тридцать две секунды, за это время можно все Лернейские болота оббежать.

Но, видя нетерпение окружающих, он ещё раз пожал плечами, вздохнул и полез обратно в камин, за ним также тяжело вздыхая, всем своим видом показывая, какая тяжёлая работа предстоит, полезла и младшая девочка. Старшая девочка, помахав рукой всем присутствующим и подмигнув Тёмному Повелителю, тоже скрылась в камине.

— Они уже там, — кивнул на зеркало-экран, продолжавший показывать события в лагере короля Джеймса, Хранитель леса. Все взгляды упёрлись в чуть подрагивающую поверхность, там пару долгих минут ни чего не происходило, а потом та туша, которая уже была вишнёвого цвета, начала быстро темнеть. Затем её уже почерневший бок треснул и сквозь расширившуюся трещину к королю Джеймсу вышли три маленькие фигурки и начали, что-то тому агрессивно доказывать.

— Пожалуй, и нам стоит туда наведаться, а то ваши внуки, — Тёмный Повелитель поклонился в сторону Хранителя Леса. — Не получив обещанных сладостей разгонят армию вашего супруга, — и Тёмный Повелитель изобразил галантный поклон в сторону королевы Эльвиры. Движением руки он создал портал и, приглашающе кивнув всем остальным, направился туда первым. Эльфы как светлые, так и тёмные, видимо не желая отрываться от своего кумира, последовали за ним. Последними в портал прошли гномы.

Король Джеймс открыл глаза. Над ним серело небо, и нестерпимо болел правый бок, ещё болела левая нога. Король попытался повернуть голову, голова тут же взорвалась болью. Король застонал.

— Лежите, лежите, ваше величество, — на него набросились сразу с двух сторон и прижали, не давая поворушиться. Король взревел, вернее, попробовал взреветь и попытался раскидать навалившихся на него врагов, ему это почти удалось, тем более что враги не сопротивлялись. Глаза залило багровой пеленой, и боль стала невыносима, король застонал. В его приоткрывшийся рот влили какую-то мерзко-пахнущую жидкость, она и на вкус была отвратительна. Король хотел выплюнуть, но враг схватил его за челюсть и резко дёрнул. Король непроизвольно глотнул и мир взорвался ослепительной вспышкой.

-Оооо! — застонал король.

— Вот и славно, вот и хорошо, — проговорил смутно знакомый голос. Король сквозь рассеивающуюся пелену увидел знакомое лицо своего придворного лекаря-мага.

— Ты что здесь делаешь, тебя, что тоже враги захватили?

— Какие враги, — удивился лекарь, — Вы в своей палатке, ваше величество, а враги все в плену, ну те которые живы остались.

— В чьём плену? — Не понял король.

— В нашем плену, вы победили, ваше величество! Эта битва войдёт в анналы истории!

— В чьи анналы?

— Истории! Вы что, ваше величество ни чего не помните? Ваша атака на врага и победа!

И король вспомнил, странных демонов, разваливающегося пополам старшего жреца храма Всех Богов, после того как демон метнул в него ту странную, беззвучную молнию. И то, как он скомандовал атаку и саму атаку на армию прилетевших с неба демонов. Король вспомнил как он скакал на демона, а тот метал в него эти беззвучные молнии, но молнии отскакивали от его начищенных до зеркального блеска доспехов, великолепных доспехов освященных в храме Всех Богов и укреплённых магией в Академии Магических Искусств. Как говорится, на Богов надейся, а магию применяй. Король покрутил головой и обнаружил свои великолепные доспехи в углу на привычном месте, но в каком виде! Почерневшие и кое-где оплавившиеся, теперь понятно, почему он в таком состоянии, если даже доспехам так досталось.

Король прикрыл глаза и стал вспоминать. Вот он пронзил копьём демона убившего жреца и метавшего молнии. Сбив конём второго демона, который делал какие-то колдовские пассы руками, от чего над ним то возникала, то пропадала радужная пелена, король стряхнул с копья первого, почти надвое рассечённого демона и поскакал дальше. Он мчался на демонов, которые суетились около своих огромных летающих лодок, мчался и слышал за собой грохот копыт, то скакала его гвардия, его рыцари. Демоны начали метать беззвучные молнии, но молнии не нанесли особого вреда его рыцарям, у них доспехи мало, чем уступали королевским, да и кони были тоже защищены доспехами, конскими. Потом демоны начали метать огненные шары, некоторые попали в рыцарей и сбили их с ног, некоторых вместе с конями. Коней сбили с ног, а рыцарей выбили из сёдел. Но боевые маги, сопровождавшие королевскую армию, почти моментально разобрались в природе колдовского огня, и поставили магическую защиту. И удар, магически защищённой, тяжёлой рыцарской кавалерии смял, так и не успевших выстроить свои боевые порядки, демонов. Потом рыцари и набежавшая гномья пехота добивали, тех, кто сопротивлялся, и брали в плен сдающихся демонов. Король подъехал к входу в летающий корабль демонов и оттуда в него ударил колдовской огненный шар, магическая защита уже была снята, больше король ничего не помнил.

Почувствовав себя лучше, король открыл глаза, и ещё слабым голосом произнес:

— Эй, кто там есть, ко мне!

И в палатку ввалилась толпа сенешалей и чинов поменьше.

— О ваше величество! Какая выдающаяся победа, какая дерзкая атака, она непременно войдёт в анналы...

— Хватит, — резко бросил король, — Я не хочу больше слушать, в чьи анналы вошла моя атака. Я хочу посмотреть на побеждённого врага.

Два ординарца подхватили короля под руки, и он вышел из палатки. Лагерь был разбит немного в стороне от туш летающих кораблей демонов. Перевёрнутые повозки демонов, а это были именно повозки, гномы стаскивали в кучу на краю лагеря. Два корабля имели грязно серый цвет, а третий светился грозным вишнёвым светом, от него исходила волна жара. Возле этого корабля стояли боевые маги, жрецы и командир эльфийских разведчиков пластунов светлый Нуринэль. Король приказал подвести его к этой группе.

От огромной туши ощутимо отдавало жаром. Замети короля, которого подвели к собравшейся группе, жрецы и маги поклонились, эльф не сразу, но тоже поклонился.

— Что это? — Спросил король.

— Неизвестное колдовство, — ответил новый старший жрец храма Всех Богов. Он вечером провёл общее собрание жрецов и единогласно выбрал себя главным. Лысая голова жреца блестела от пота, он указал на раскалённый бок демонского корабля и сказал:

— Маги не могут определить природу этого колдовства, думаю надо провести обряд очищения и всеобщий молебен.

— Вряд ли это поможет, — вмешался эльф, — Я чувствую, нарастающую опасность, надо было вчера отсюда уходить, сегодня уже поздно!

Король хотел спросить, чем вызвано такое мрачное предчувствие командира эльфийских разведчиков, как жар, исходивший от демонического корабля начал внезапно спадать, его оболочка затрещала от такого резкого охлаждения. Громко хлопнув, разошлась одна из трещин, явив собравшимся у корабля его ещё раскалённое нутро. Из этой трещины появились три демона, ну кто же ещё может появиться из пышущего жаром демонского корабля. Демоны были маленького роста, приглядевшись, король, увидел, что это две девочки, одна старше, другая младше и мальчик. Демонята отряхнулись и требовательно уставились на короля.

— Ну? — спросила младшая демоница и, указав на короля пальцем, видимо безошибочно определив в нём главного, требовательно продолжила, — Давай!

— Ээээ, аааа, — король не нашёлся, что ответить на такое наглое требование, но демоница ещё требовательнее сказала:

— Ну, чего тянешь? Давай, говорю!

— Аааа, эээ, мнээ,— продолжил король.

— Ня! — Поправил его демонёнок и повторил, — Ня!

— Ня! — послушно повторил король.

— Тупой какой-то, — сделал неожиданный вывод демонёнок, а маленькая демоница агрессивно добавила:

— Давай, я ему счас как врежу!

— Ваше величество, не поддавайтесь. Это высшие демоны вышедшие из огня, их обычное оружие не возьмет, затяните с ними переговоры, возможно, они будут требовать человеческих жертв, крови, а может и души. Займите их разговором, а я подготовлю ритуал изгнания, — жарко зашептал на ухо королю новый старший жрец. Король немного воспрянул духом и, выпрямившись, попытался грозно спросить у маленьких демонов:

— Ня? Ээээ, я хотел сказать, что вам надобно демоны поганые?

— Сам ты рожа немытая, — обиделась меленькая демоница, — Тортик давай!

— Ээээ, какой тортик, — король был сильно удивлён такому странному требованию.

— Шоколадный, с сливочным кремом, — конкретизировала свои требования маленькая демоница, а демонёнок нагло добавил:

— Каждому! По тортику! Три тортика!

— А как же человеческие жертвы, кровь и души? — Совсем растерялся король.

— Фу, какой кровожадный, — осуждающе покачала головой старшая демоница, а младшая, рассерженно закричала на короля:

— Ты не увиливай, не нужна нам твоя кровь! Нам тортик шоколадный обещали!

— Каждому! И с кремом! — Поддержал наглые требования своей подружки демонёнок.

— Ваше величество, я готов, — произнёс старший жрец и выступил вперёд. Его руки задвигались в угрожающих движениях, с его уст полились чеканные слова древнего языка. Это произвело на маленьких демонов сильное впечатление, они слушали старшего жреца открытыми ртами, их жёлтые глаза горели, их острые уши, как локаторы, были направлены на говорившего.

— Гм, почтеннейший, и как вам не стыдно, такое говорить, да ещё в присутствии маленьких детей, — раздался сердитый голос, все обернулись и увидели ещё одного демона. Это был действительно демон, причём очень разгневанный демон. Он стоял около открытого портала. Его тёмно фиолетовые глаза, казалось, полыхали огнём. Но самое странное, что вокруг этого невысокого, но очень грозного демона, были эльфы. С одной стороны светлые, с самим Светлым Владыкой, а с другой, подумать только, тёмные! Эльфы тоже недружелюбно смотрели на старшего жреца.

— Нуринэль, почему ты не остановил этого короткоживущего, — гневно обратился Владыка Светлого леса к командиру эльфийских разведчиков.

— Я не успел, он очень быстро начал, и я не сразу понял, что он говорит, он искажает слова, — начал виновато оправдываться Нуринэль. Остальные с удивлением смотрели на эльфов, мало того, что светлые и тёмные вместе, так они ещё и поддерживали рыжего демона, прервавшего ритуал изгнания! А эльфы, и светлые, и тёмные возмущённо смотрели на старшего жреца, а вот маленькие демоны, похоже, были огорчены тем, что ритуал прервался. Старший жрец возмущённый тем, что эльфы, пускай тёмные — на то они и тёмные, но светлые-то, светлые — встали на сторону демонов. И ещё возмущённый тем, что прервали ритуал, гневно произнёс:

— По какому праву вы вмешиваетесь в нашу борьбу с демонами? Теперь придётся начать ритуал сначала!

Тут жрец неожиданно получил поддержку от изгоняемых маленьких демонов. Демонёнок и маленькая демоница громко и тоже возмущённо закричали:

— Ну, Нэль! Пусть он продолжает, а ещё лучше, пусть начнёт сначала!

Демоница, та, которая была постарше, ничего не сказала, только кивнула головой и покраснела. Но рыжий демон сделал отрицающий жест рукой:

— Нельзя! И вообще, разве можно маленьким такое слушать?

— Мы не маленькие, — хором закричали демонята, и наперебой начали жаловаться:

— Тортик зажали!

— Шоколадный!

— И вот теперь на самом интересном...

— Ну, пожалуйста...

— Ну, пусть расскажет как дальше!

Но демон прекратил поток жалоб:

— Ну, вот Элли приедет, и что ей про вас расскажут?

Демонята пристыжено замолчали, а демон грозно обратился к старшему жрецу:

— Милейший, где вы взяли этот текст, или кто вас научил это говорить, вам должно быть стыдно, вы же служитель культа, в смысле Богов, которые Все, а выражаетесь как последний шаромыжник нижних миров!

— Эээ, — растерялся от такого напора старший жрец, он хотел дать гневную отповедь распоясавшимся демонам, но как всякий аппаратный интриган интуитивно почувствовал подвох. Из портала вышел ещё один рыжий демон и тоже рыжая эльфийка. Демонята бросились к рыжей эльфике и начали ябедничать:

— Мора! Нам тортик не дают, а Нэль послушать не дал!

— Тортик это святое, — согласилась эльфийка, — А что вам тут рассказывали? И кто?

И дети, указав на старшего жреца, с восторгом начали повторять его экзорцизм. Эльфийка тут же прервала детей и с гневом посмотрела на старшего жреца:

— Взрослый человек, с седой бородой и такое детям говорить! Где ты такого набрался, да ещё на Илларэинни!

Вконец растерявшийся старший жрец храма Всех Богов, посмотрел на Светлого владыку и начал оправдываться:

— Это текст древнего ритуала изгнания демонов, его записал монах Бартоломью со слов великого волшебника Жакомизио, ставшего впоследствии святым и первым старшим жрецом храма Всех Богов. А записал Бартоломью когда первый жрец проводил ритуал изгнания вырвавшегося из пентаграммы демона, по летописи свои действия первый жрец сопровождал именно этими словами!

— Понятно, — захохотал рыжий демон, которого демонята называли Нэль, — Насколько я помню, настоящее имя вашего святого Жакомизио — Рэндисар, а он любит пошутить. Хотя когда он изгонял дикого демона Нижних Миров, мог, в сердцах, и не такое сказать.

— Что? Что! — Закричал жрец, он не то что поверил, но эльфы и демоны живут долго, и этот демон мог знать, что-то про святого Жакомизио, основателя и первого старшего жреца храма Всех Богов. Хотя, этот демон мог и оклеветать святого, все же знают злокозненный характер демонов.

В это время из портала начали выходить вновь прибывшие, и рыжий демон, воспользовавшись, тем, что уже присутствующие отвлеклись, подошёл к старшему жрецу и спросил:

— Неужели за столько веков ни кто не поинтересовался переводом или хотя бы языком того, что на слух записал ваш безграмотный монах?

— Бартоломью летописец был просвящёнийшим человеком своего времени, именно он составил подробное жизнеописание святого Жакомизио, его деяния и подвиги. Но многое из того, что говорил святой Жакомизио, было непонятно, ведь он имел божественную сущность!

— Посмотри на меня внимательно, — сказал этот странный демон, старший жрец с ужасом обнаружил в облике рыжего демона знакомые черты святого Жакомизио, тот тоже был рыжим и не большого роста. Демон вздохнул, и как бы про себя сказал:

— Да покуролесил в своё время Рэндисар, хотя его тоже можно понять, после очередного срока правления Крум ему было очень скучно, — и уже обращаясь к жрецу, продолжил, — Так вот когда Рэндисар... — И заметив непонимающий взгляд жреца, кивнул, — Ну вы его знаете как святого Жакомизио, изгонял дикого демона, ему совершенно не надо было произносить вслух заклинания, он мог изгнать просто ментальным усилием.

— Что, что же означают эти слова? — Вскричал потрясённый жрец. Демон улыбнулся и произнёс:

— Это же надо было вчера так напиться, ещё эти долбанные демоны лезут, дикари траханные. И если я не выгоню его сейчас, да буду я сам себя вечно иметь в задницу особо извращённым способом, а этот придурок, что всё за мной записывает, вместо того, чтобы за пивом сбегать, пока я занят, тоже этим займётся в ещё более извращённой форме...

— Не верю! Не верю! Это клевета! — Закричал жрец. Рыжий демон грустно улыбнулся и кивнул головой на всех окружающих, которые после первого крика жреца внимательно слушали рассказ.

— Я ещё смягчил перевод, там гораздо более крепкие выражения. А ты попроси перевести текст своего выступления эльфов, ведь это сказано на древнеэльфийском, прадед любит выражать свои мысли крепким словом на этом красивом языке...

— Нэль! — Перебила его эльфийка, указывая на внимательно слушавших его демонят. — Ну, как тебе не стыдно, ладно уж этот жрец, у них никогда стыда не было, но ты?

— Нэль, а ты нас так научишь? — Опять хором спросили демонята.

— Нет, а то меня Мора съест, — улыбаясь, ответил рыжий демон. Демонята с сомнением посмотрели на хмурющуюся эльфийку — вроде за ней раньше не замечали того, что она ест демонов.

Меж тем, среди вновь прибывших оказались, к удивлению короля, королева Эльвира, князья Замойски и Багрейски, а также граф Рейс. Были ещё черноволосый молодой человек, в строгом чёрном, вышитом серебряной нитью костюме, он держал под руку рыжую красавицу. Были — ещё один молодой человек одетый более роскошно и не совсем, вроде как уместный в этой компании, пожилой мужчина в лаптях и костюме лесника.

— Ихха, Найтин и Дени, спасибо вам, ваши тортики ждут вас, — произнесла рыжеволосая и, обращаясь к рыжему демону, добавила. — И вас тоже, Тёмный Повелитель.

Одетые и причёсанные демонята, рыжая эльфийка достала их одежду из своей маленькой сумочки, а потом и причесала их, уже совсем похожие на маленьких шаловливых детей, радостно устремились в открытый портал. За ними важно последовали рыжий демон со своей эльфийской свитой. Король Джеймс, наконец пришедший в себя, обратился к королеве Эльвире:

— Дорогая, как вы здесь оказались? И кто это? — Он кивком головы указал на незнакомых ему людей.

— Дорогой, позвольте вам представить — Король Лурийской федерации Марат, его супруга — королева Альма, первый министр Лурийской федерации граф Роберт Токарийский. Господа позвольте вам представить — мой муж король Объединённого королевства Джеймс Кумберлендский. — Произнесла королева Эльвира. Когда все раскланялись, королева объяснила своему мужу сложившееся положение:

— Дорогой, Чёрного Колдуна больше не существует, король Марат победил его, и империя зла исчезла сама собой.

— А как же мой поход? — С некоторой обидой спросил король Джеймс.

— О, ваш поход закончился блестящей победой, — поклонился граф Роберт, — И мы готовы признать за вами все завоёванные в этом походе земли. — Граф обвёл рукой пространство вокруг, состоящее из дикой степи и виднеющихся на горизонте Лернейских болот.

— Позвольте, я вам помогу, ваше величество, — произнёс король Марат, обращаясь к королю Джеймсу, после чего несколькими пасами рук заживил его раны и убрал боль.

— О, премного благодарен, ваше величество, — поклонился королю Марату король Джеймс, — Вы знакомы с искусством магии?

— Без ложной скромности могу вам сказать, ваше величество, я являюсь сильнейшим магом обитаемых земель, вернул поклон король Марат.

— Да, это так, — подтвердил слова короля Марата граф Рейс, ректор академии Магических Искусств.

— Прошу вас, ваше величество быть моим гостем, — король Марат ещё раз поклонился королю Джеймсу, и обратив внимание на группу переминающихся за спиной короля Джеймса сенешалей, добавил: — Вас и ваших приближённых.

— А остальные войска? — Растерянно спросил король Джеймс.

— Остальные войска, а также эльфы и гномы будут направлены по домам телепортом, не идти же им обратно пешком. — Улыбнулся король Марат.

— Но как? Ведь наши маги не умеют делать телепорты, — возразил король Джеймс и посмотрел на ректора Академии Магических Искусств.

— Умеют, ваше величество, но, к сожалению не наши маги, — ответил тот.

Поздний завтрак, или ранний обед проходил в малом трапезном зале замка короля Лурийской федерации

Зал вместил всех приглашённых, и ещё осталось много места. Трапеза подходила к завершению, вернее находилась на стадии десерта. Все ели шоколадные торты, испечённые на кухне замка. Тортов было всего четыре, но они были очень большие, поэтому хватило на всех. Нэлькаэр, Ихха, Найтин и Дени, которым и были преподнесены эти торты, великодушно поделились со всеми. Поскольку места заранее не были распределены, то гости расселись по интересам, а не по протоколу. Эльфы, естественно, заняли места вокруг Тёмного повелителя. К светлым присоединился Нуринэль, командир эльфийских разведчиков, он проследил, чтоб все его подчинённые были отправлены телепортом домой и только тогда принял приглашение. Теперь он тоже восторженно смотрел на Нэлькаэра. К Море и детям, присоединился Малк и Франк с Наки, ну а политики сгруппировались вокруг своих королей.

— Малк, а как получилось, что основателем здешней религии был твой предок? — спросила рыжая эльфийка. Рыжий демон, прожевав кусок торта, ответил:

— Ну, я не совсем в курсе, но раз Нэль говорит, что это так, то это так и есть.

Рыжая эльфийка удивлённо подняла брови, а Малк продолжил:

— Вообще-то шутка в его духе, ты заметила как называется здешний храм — храм Всех Богов. Всех! Причем в здешний пантеон богов затесались и демоны.

— Это как раз понятно, раз религию создавал демон, то своих он не обидит, — хмыкнула эльфийка, — Ну и всех других, что б тоже ни кого не обидеть.

— Ну, об этом, мне кажется, Рэндисар заботился меньше всего. Прикол именно в том, что всех. Понимаешь, всех. А уж эти все пускай между собой и разбираются. Он нашёл, как ему тогда показалось, бесхозный мир, но при этом мир населённый и пошутил.

— Малк, но тут же была Сила — Хранитель!

— Хранителю тогда было глубоко безразлично, что тут делают люди. Главное, чтоб не нарушали природного равновесия. Его и сейчас если и волнуют судьбы разумных, то только тех, кто ему дорог. И потом, Хранитель Сила не только этого мира, он как бы воплощение сил природы, он же может быть и действовать в других Мирах, просто этот Мир ему чем-то близок.

— Малк, а другие боги, вот, например, бог Отец, бог Сын и богиня Мать?

— Они появились здесь позже, а место уже занято, да их почитают, но наравне с остальными. А вот у твоей подруги есть все шансы стать здесь если не единственной, то главной.

— Тейли и Энна самые лучшие Богини, они очень добрые и хорошие, — влезла в разговор младшая девочка.

— Да уж, добрые и хорошие, — хмыкнул Малкираз, — Боги — это Боги, у них всегда свои интересы. И не всегда можно понять их замыслы, а уж предугадать их действия...

За другим столом граф Роберт охмурял короля Джеймса, но при этом, почему-то, хмурилась королева Эльвира.

— Ваш беспримерный поход достойный восхищения, а битва с демонами-захватчиками войдёт в... Гм, в общем, тоже достойна восхищения. Я предлагаю это событие ежегодно отмечать большим рыцарским турниром, в нём будут участвовать лучшие из лучших рыцарей наших государств. — Разливался соловьём граф Роберт. Король Джемс ему благосклонно внимал, а лорд-канцлер и первый министр Объединённого королевства понимающе кивали. Выпускать пар драчливости из рыцарей лучше на турнирах, чем устраивать бесполезные и разорительные войны. Королева Эльвира посмотрела на счастливые пары молодожёнов, на измазанных в шоколаде детей и тяжело вздохнула. Потом перевела взгляд на своего супруга и решительно сказала:

— Если доживёте, ваше величество!

— Как? Почему? — Поперхнулся король Джеймс.

— Я устрою бунт! Мятеж!

— Но почему, дорогая?

— Мне это надоело, надоели ваши парады, турниры! Я хочу наследника! А лучше наследницу! И немедленно!

— Как, дорогая? Здесь? Сейчас?

— Немедленно!

— Ваше величество, — обратился к ней лорд-канцлер, — Мы с первым министром, целиком на вашей стороне, и абсолютно вас поддерживаем, но прямо сейчас и здесь это будет несколько... Эээ...

— Но я устала ждать, — капризно сказала королева, — У всех людей семьи как семьи, только у меня сплошные турниры, парады и манёвры...

— И всё же, ваше величество, я рекомендую вам подождать до вечера, — мягко сказал лорд-канцлер.

— Хорошо, — послушно сказала королева Эльвира и закрыла лицо руками. Лорд канцлер стал её утешать, а король Джеймс стал заверять её, что он готов приложить все свои силы для обеспечения счастья королевы.

— Эээ, что-то я не совсем понял, — тихо обратился к первому министру, граф Роберт.

— Понимаете, — так же тихо стал тот объяснять, — В детстве король получил травму и теперь он не совсем... Ну вы понимаете?

— А, ну теперь можете не беспокоиться, Марат, его величество Марат первый, — поправился граф Роберт, — Когда оказывал вашему королю медицинскую помощь...

И видя недоумение собеседника, пояснил:

— Когда лечил вашего короля от ран, устранил и последствия той травмы. Так, что теперь ваш король вполне здоров и в этом плане тоже.

— Это вам сказал ваш король?

— Нет, что вы, просто я очень хорошо знаю Марата, если он за что-то берётся, то делает это очень хорошо.

Князь Эдвин удивлённо поднял брови, отметив про себя оговорку графа Роберта, сделав заметку у себя в памяти о дружеских отношениях короля Марата и его первого министра. Потом пересел поближе к хмурому королю Джеймсу и зашептал ему на ухо, лицо короля просветлело, он, в свою очередь, наклонился к своей королеве и что-то сказал. Королева отняла руки от лица, поднялась, решительно схватила своего супруга за руку и буквально потащила за собой из зала. Граф Роберт вопросительно поднял брови.

— Понимаете, очень строгое воспитание, только с мужем... — Объяснил первый министр.

— Ну, что ж, — сказал граф Роберт, — Пожелаем им удачи. А потом по случаю рождения наследника устроим рыцарский турнир.

И политики, сидящие за этим столом рассмеялись.

На капитанском мостике линкора «Возмездие» перед адмиралом Берковином вытянувшись стоял генерал-майор Бригс. Адмирал, заложив руки за спину, ходил по помещению и инструктировал командира десанта:

— Ваша задача — захватить плацдарм, и по возможности его расширить, как показали визуальные наблюдения, развитие этого мира находится на уровне позднего средневековья, по морям ходят парусные корабли, транспортная сеть довольно развита, но это только дороги. Замечено, что по ним передвигается исключительно гужевой транспорт. Промышленности нет. То есть всё замечательно, крайне примитивный мир. Но! Все беспилотные разведчики не смогли опуститься ниже сотни километров, если опускались — то просто исчезали. Есть подозрение, что они уничтожены, и уничтожены неизвестным нам образом. На пустоши обнаружены три лежащих каботажника проекта сорок семь, похоже по их следу мы и пришли сюда. Причем каботажники, без каких либо признаков функционирования, и лежащие на боку, а не стоящие на опорах. Похоже, что их не сбили, а повредили, после того как они сели. Один со следами аварийного разогрева реактора, причём такого разогрева, который неминуемо должен был привести к взрыву, но взрыва не произошло. Это поставило в тупик наших экспертов. Далее, около этих каботажников, были замечены большие массы живых существ, судя по организованности их действий это воинские подразделения. И в течение получаса они просто исчезли, да, да построились и пошли, дошли до определённого места и исчезли. Мы исследовали это место визуально на пределе возможностей оптики и ни чего не обнаружили. Ни тоннеля, ни какого другого укрытия! Поэтому, максимум осторожности. Максимум! Вам понятно?

— Так точно, сэр! — Вытянулся ещё больше генерал.

— Отлично! Точка высадки выбрана не далеко от крупного населённого пункта, возможно, это столица какого-нибудь государства аборигенов, ваша задача захватить местную администрацию, и взять её функции на себя. Тотальных зачисток делать не следует, нам нужно местное население в качестве рабочей силы. Понятно?

— Так точно, сэр!

— Ну, а если понятно, то можете приступать к выполнению.

Генерал козырнул, по-уставному развернулся и быстрым шагом вышел из зала управления.

— А почему вы решили высаживать десант только в одном месте? — Спросил адмирала Прест Торнс.

— Видите ли, советник, можете назвать это паранойей, но моя интуиция просто кричит, что здесь что-то не чисто. Поэтому десант пойдёт тремя волнами. Почему, спросите вы, я направляю командира десанта в первой волне? Генерал Бригс — битый волк. Он чует опасность печенью. Думаю, что он сможет распознать угрозу, если она там есть. И если там есть угроза, он поднимет тревогу, а это поможет спасти наши задницы.

Переговорное устройство ожило и голосом генерала Бригса доложило:

— Первая волна готова к десантированию.

— Принято, — ответил дежурный офицер, — Даю обратный десятисекундный отсчёт.

Через десять секунд на кораблях эскадры открылись люки и к планете устремились десантные боты, несущие пять батальонов первой волны.

Генерал-майор Джонатан Бригс был опытным военным, за его плечами были не один поход и не одна десантная операция. Но этот рейд ему не нравился с самого начала, эскадра с десантом шла в совершенно не разведанную область пространства, силы десанта были урезаны до половины. Трюмы боевых кораблей были заполнены промышленным оборудованием. Разворачивать производственные мощности на территории только, что захваченной у противника, ну разве можно назвать дружественной планету, на которую высадка осуществляется в виде полноценной десантной операции, Бригс считал глупостью. Но приказ есть приказ, и приказ надо сначала выполнять, а потом можно сделать попытку его обжалования. Хотя с подачи своего друга, капитана первого ранга Сема Смита, капитана флагманского линкора, Бригс всё чаще и чаще стал задумываться над таким понятием — преступный приказ.

Сомнения появились у генерала после просмотра документальной хроники показанной имперцами после событий в системе Терилас. Эту съёмку власти Союза объявили провокацией врага, но генерал то знал, что это не так. Убивать врага в бою — это одно, но хладнокровно уничтожать пленных и мирное население, Бригс сильно сомневался — выполнил бы он такой приказ. Хотя он понимал, что откажись он выполнять этот приказ, на его карьере военного можно было поставить крест. Это в том случае если его самого в живых оставят, оперативники службы безопасности не знали жалости к врагам, особенно «внутренним», а он после отказа выполнять такой приказ, несомненно, попал бы в их ряды.

И теперь сидя в командном десантном боте, он размышлял о поставленной перед его подразделением задачей. Десантные боты шли тремя эшелонами. В первом шли бронированные боты тяжёлой пехоты. Они несли — два батальона личного состава и двенадцать тяжёлых боевых платформ «Ирокез».[37]

Во втором эшелоне шли боты огневой поддержки, представляющие собой что-то типа облегчённой канонерской лодки, их задача была — подавить огнём зенитную артиллерию противника и, в дальнейшем, сопровождать огнём наступающие свои части. Третий эшелон — три батальона обычной пехоты, в обычных доспехах, и двадцать средних боевых роботов «Бушмен».[38]

Третий эшелон был предназначен для захвата и расширения плацдарма, проведения разведки окружающей местности. Затем должна десантироваться вторая волна, десять батальонов которой состояли из таких же частей обычной пехоты.

Десантная операция протекала как по учебнику тактики. Приземлившееся десантные боты выпустили из себя «Ирокезов» и тяжёлую пехоту, тут же занявшую оборону вокруг холма, который был центром точки высадки. Боты огневой поддержки некоторое время висели над разворачивающимися порядками первого эшелона, чтоб в случае чего прикрыть его своим огнём и дать уйти обратно, когда же всё прошло без происшествий, сели по краям захваченного плацдарма, превратившись в стационарные огневые точки. Боты третьего эшелона спокойно приземлились внутри уже образованного защитного периметра и стали выгружать привезенные войска.

Бушмены резво побежали в разные стороны, за ними неторопливо двинулись «Ирокезы», сопровождаемые тяжёлой пехотой. Когда же плацдарм был увеличен до круга диаметров в пять миль, генерал Бригс дал знать на орбиту об успешном начале десантной операции. Это послужило командой для десантирования второй волны.

Когда десять батальонов второй волны десанта с приданной им техникой высадились, Бригс двинул две бригады, состоящие из пяти батальонов каждая, двумя колоннами к большому городу, располагавшемуся в шестидесяти милях восточнее места высадки. Визуальным наблюдением с орбиты, этот город был определён как крупный административный центр, возможно даже столица. Возле города располагался огромный замок, построенный из тёмного камня и постоянно накрытый тучами.

Когда до города оставалось тридцать миль, бегущая передовым дозором пара «Бушменов» налетела на какую-то преграду. Колоны двигались со скоростью примерно в двадцать миль в час, поэтому от удара боевые роботы перевернулись. От затормозивших колон отделились четыре «Ирокеза», но они тоже наткнулись на преграду, даже всей их мощности не хватило, чтоб её преодолеть.

— Вызовите лагерь, — обратился Бригс к связистам, до этого в целях маскировки сохранялось молчание на всех связных диапазонах. Какое-то время связисты щёлкали клавишами и крутили ручки своей аппаратуры, потом старший обратился к генерал-майору:

— Сэр, связи нет!

— Как это нет, вызовите орбиту!

Связисты повторили свои шаманские действия, но опять не достигли результата.

— Сэр! Эфир молчит, вообще молчит, ни помех, ни чего. Такое впечатление, что нас накрыли колпаком, поглощающим все радиоволны, — доложил старший связист.

Генерал послал по паре «Бушменов» попытаться обойти странную преграду, но роботы, побежавшие вдоль заградительной стены, обнаружили, что она образует замкнутый круг диаметром в полторы мили. Создавалось впечатление, что весь отряд в две бригады накрыли гигантским колпаком, не позволяющим никуда двигаться и абсолютно не пропускающим ни какое излучение.

Некоторое время генерал Бригс раздумывал, а потом предпринял действие типичное для любого военного — раз эту странную преграду нельзя проломить, то её надо расстрелять. Сосредоточив в направление движения всех «Ирокезов» и «Бушменов», Бригс приказал открыть огонь. Завыли привода роторных пушек и очереди снарядов ушли сквозь преграду. Лучи лазеров и сгуски плазмы из плазменных пушек тоже свободно проходили сквозь преграду. Бригс приказал запустить даже пару ракет, «Ирокезы» несли по две ракетные установки с десятью малыми ракетами. Четыре ракеты свободно ушли сквозь преграду.

— Отставить огонь! Вперёд! — Скомандовал генерал, но для техники и солдат преграда осталась не проницаемая.

— Что же это... — Но договорить Бригс не успел. Сквозь преграду на его бригады обрушился огневой налёт. Летели снаряды роторных пушек, вспарывая тонкую броню «Бушменов» и транспортных краулеров пехоты, летели плазменные сгустки, выжигая солдат не успевших залечь. И в финале ударили тяжёлые орудия, наподобие тех, что были установлены на ботах огневой поддержки, их огонь был убийственен, под их снарядами лопались даже «Ирокезы». Когда огонь стих, Бригс приказал подсчитать потери. Он сам чудом уцелел, его штабной «Ирокез» упал на бок, и последние залпы тяжелых орудий прошли над ним.

— Что это было? — спросил дрожащим голосом один из связистов и, спохватившись, добавил, — Сэр.

— Очень похоже на огневой налёт перед атакой, или ответный удар окопавшегося десанта, — ответил генерал, в отличие от молодых связистов и офицеров своего штаба, он принимал участие в боевых действиях, и знал, что такие огневые налёты повторяются несколько раз, а затем следует атака противника. Поэтому он приказал занять круговую оборону и начать окапываться. Доклады, поступившие от командиров батальонов, принесли не утешительные известия. Внезапным огневым налётом неизвестного противника было уничтожено более двух третей личного состава. В строю осталось четыре «Ирокеза» и шесть «Бушменов», и то только потому, что командиры их экипажей положили своих боевых роботов на грунт, сразу же после прекращения своего огня.

— Вот, что значит выполнять уставы, — сказал генерал-майор и обратился к одному из своих штабных офицеров, — А тем кто не выполнил требований уставов объявить в приказе порицание... Впрочем, ничего не объявляйте, вечная им память.

Полковник Текели проводил удаляющиеся колонны генерала Бригса задумчивым взглядом и приказал командирам оставшихся батальонов:

— Приступаем к оборудованию временного лагеря, объясните своим людям, что это не значит, что можно сачкануть. Окопы рыть полного профиля, блиндажи уровня — защиты от артобстрела тяжёлыми орудиями и капониры для всей техники, выполнять!

Ворчащие командиры разошлись к своим подразделениям, они знали, что их подчинённые воспримут такой приказ без особого восторга — хоть большинство работ будет выполнять инженерная техника, солдатам тоже придётся потрудиться. Тем более все знали полковника Текели как педантичного служаку, всегда готового занять чем-нибудь своих подчинённых и считавшего, что лучше пусть солдат лишний окоп выроет, чем дурью мается или, не дай Бог, отдыхает.

Через полтора часа все подчинённые полковника были готовы благословлять его занудство. Огневой налёт застал личный состав батальонов лагеря за рытьём окопов, полковник Текели считал, что свой окоп солдат должен вырыть сам, а ходы сообщения пусть уж роет техника. Услышав знакомый визг снарядов роторных пушек и басовитое гудение сгустков плазмы, солдаты попадали на дно своих почти вырытых окопов, техника уже стоящая в капонирах, тоже почти не пострадала.

— Что это было? — Спросил полковник у офицера-наблюдателя.

— Огневой налёт, сэр, — ответил тот.

— Это я уже и так понял, кто стрелял и откуда?

— Огонь вёлся с северо-востока, но там сейчас ни кого нет, и вспышек выстрелов не было заметно.

— Направление, откуда вёлся огонь засечёно?

— Так точно, сэр!

— Огонь из всех стволов, тридцать секунд, потом всем в укрытия.

— Но, сэр, там же никого нет!

— Возможно это маскировка не известного нам типа. Я предпочитаю выглядеть параноиком, или идиотом, жгущим даром боеприпасы, чем получить ещё один такой огневой налёт от неизвестного противника. Огонь из всех видов артиллерии и из пушек ботов огневой поддержки тоже. Огонь!

— Есть, сэр!

И боевые роботы и боты огневой поддержки открыли огонь, снаряды и сгустки плазмы уносились в сторону, откуда недавно стрелял противник, и исчезали, не оставляя ни взрывов, не каких либо других следов, хотя с холма местность просматривалась достаточно далеко и снаряды роторных пушек должны были упасть, не долетев до линии горизонта. Через тридцать секунд стрельбу прекратили, офицеры в бинокли с удивлением рассматривали местность, на которой не было ни каких следов обстрела.

— Дайте связь с генералом Бригсом, — скомандовал полковник Текели. После того как ему доложили об отсутствии связи с отрядом Бригса, он потребовал связь с орбитой.

— Сэр, связи нет, и эфир пуст, нет даже помех, абсолютная тишина! — Доложил связист.

— И что мы имеем, — спокойно сказал полковник, — Полное отсутствие связи и неизвестный противник, стреляющий тоже не известно откуда. Что вы можете предложить, господа офицеры.

Его подчинённые переглянулись, что можно предложить при таких обстоятельствах.

— Тогда, господа, приказываю — закапываться в землю и поглубже!

— Как? — не выдержал самый молодой из командиров батальонов.

— Я же ясно сказал — поглубже! Окопы полного профиля, перекрытые ходы сообщения, блиндажи максимальной защиты, капониры для всей техники. Да и для ботов огневой поддержки тоже. И пошлите на орбиту один бот с докладом. И два коптера к генералу Бригсу.

Бот вернулся почти сразу, вернее, упал, он не смог пробить преграду, неизвестно откуда взявшуюся в небе над лагерем. Вернулся и один коптер, второй повредил винт, врезавшись в такую же преграду на пути к отряду генерала Бригса. Опытным путём установили, что лагерь накрыт непроницаемым для техники и людей куполом, примерно в полторы мили диаметров и такой же высоты.

Полковник невозмутимо выслушал доклады и приказал рыть запасную позицию, он сказал, что это на случай вынужденного отступления, хотя куда можно было отступать на таком пятачке. Но солдаты не должны бездельничать и полковник начал присматривать место под третью запасную позицию.

В зале управления, он же капитанский мостик линкора «Возмездие», за высадкой наблюдали адмирал Берковин, Прест Торнс и несколько гражданских специалистов во главе с профессором Гетисом.

— Пока всё идёт отлично, никакого сопротивления, стоило ли высаживать все наши наземные войска? — Спросил Прест Торнс.

— Тьфу, тьфу, тьфу, не сглазьте советник,— проговорил адмирал, суеверно поплевав через плечо. — Высадка проведена в безлюдной местности, ну, в относительно безлюдной. А наземные войска? Пусть работают, что им здесь на орбите делать? Пусть работают.

Наземные войска, идущие маршем в походных колоннах уже преодолели часть дороги ведущей к городу, когда спокойную и даже слегка праздничную атмосферу, царящую на капитанском мостике линкора разорвали баззеры боевой тревоги. И тут же пришёл доклад:

— Сэр, неизвестный корабль вышел из гипера в непосредственной близости от охранения, шестью залпами он уничтожил один линейный крейсер, линкор и два тяжёлых крейсера, также уничтожены четыре фрегата!

— Дайте запись! Что это за корабль? — Заревел адмирал Берковин.

— Сэр, я могу сказать и без просмотра записи, что это за корабль, — спокойно сказал капитан Смит, — Выйти из гипера почти в боевых порядках вражеской эскадры и так стрелять может только один корабль — «Лесная Волшебница».

— «Ледяная Ведьма»! — Прошипел адмирал.

— Да, сэр, — подтвердил капитан линкора, — Это Инэллина Дорсет. Даже если она одна у нас мало шансов на успех нашей операции, а если она привела имперскую эскадру...

— Но как? Как ей удалось сюда дойти, да ещё так точно выйти из гипера? — Воскликнул профессор Гетис.

— Видно у неё тоже есть возможность ориентироваться в закрытой галактике, — сказал Прест Торнс.

— Но как? Мы держали свой проект в строгом секрете! — Нервно проговорил профессор.

— Видно есть и другие пути, — Прест Торнс задумчиво потёр подбородок, и обратился к Берковину, — Что вы намерены предпринять, адмирал?

— Постараюсь её уничтожить, — Берковин кивнул на экран внешнего обзора, — Это если она одна, если же с ней эскадра, то всё равно придётся принимать бой. Мы прижаты к планете, нам надо вырваться отсюда. И если мы вырвемся, то надо уходить.

— Сэр, вы предлагаете бросить десант, — спросил капитан Смит, ничем не выдавая своего волнения.

— Если она одна, то мы её уничтожим, чего бы нам этого не стоило. А если там эскадра то унести бы ноги, десанту мы ничем помочь не сможем. — Спокойно сказал адмирал, он уже принял решение, щёлкнув клавишей общей связи, он скомандовал, — Эскадре — построение «таран», сход с парковочной орбиты и прорыв на двадцать градусов!

Но выполнить команду эскадра не успела, вражеский корабль неуловимым манёвром приблизился к эскадре Союза и вновь открыл огонь. Казалось, он сделал ошибку, вместо того, чтоб сосредоточить огонь на каком-то одном корабле и продавливать его защиту залпами своих орудий, всё-таки «Лесная Волшебница» была, пусть только с четырьмя башнями, но линкором, стрельба велась сразу по нескольким целям. И капитаны союзовцев решили этим воспользоваться, ближайшие линкор и два линейных крейсера приоткрыли свою защиту и дали слаженный залп. Этот залп должен был если не продавить защиту корабля-агрессора, то сильно перегрузить его генераторы, вынудив выйти из боя, тем самым дать простор для манёвра эскадре. Так и произошло, «Лесная волшебница» с защитным полем, деформирующимся и пошедшим радужными разводами, отступила, но в момент открытия огня, когда зашита кораблей союзовцев была снята, имперский корабль дал ещё один залп, всего один залп, и на месте линкора вспух огненный шар.

— Как стреляет, — восхищённо сказал капитан Смит, — Пять минут боя и два линкора, линейный крейсер, два тяжёлых крейсера и полдюжины мелких кораблей...

— Мне не понятны ваши восторги, капитан, — прошипел Прест Торнс, — Стреляет то она в нас!

— Пока ещё не в нас, сэр. Мы ещё живы в отличие от... — Капитан кивнул на экран внешнего обзора, где расширялось облако плазмы, ранее бывшее линкором. — И потом, я всегда восхищался профессионализмом, пусть даже у врага.

Приближалось к полудню, когда гости собравшиеся в каминном зале собрались расходиться. Явно объевшиеся дети уже посматривали на пылающий камин. Эльфы как светлые, так и тёмные сдерживали попытки зевнуть. А вот Тёмный Повелитель был бодрым и весёлым. Среди гномов некоторые уже дремали, причем умудрялись делать это стоя, изображая неторопливую беседу. Канцлер и первый министр Объединённого королевства откровенно зевали, а ректор Академии Магических Искусств уже было собрался откланяться, как в зале появились королева Эльвира и король Джеймс. Король был несколько растерян, а королева была откровенно счастлива. Морэдэль посмотрела на Ихху, та согласно кивнула.

— И кто? — тихо спросила рыжая эльфийка.

— Двойняшки, мальчик и девочка, — также тихо ответила старшая девочка, а пепельноволосые младшие дети уставились на королеву Эльвиру. Королева заметила такое внимание к себе и несколько смутилась. Морэдэль подошла к ней и что-то прошептала на ухо, королева покраснела и счастливо заулыбалась.

— Как мало надо женщине для счастья, даже если она королева, — тихо проговорил канцлер первому министру, тот понимающе улыбнулся. Тихо беседовавшие король Марат и королева Альма тоже заулыбались. Рыжая эльфийка проказливо посмотрела на зевающих гостей и хитро подмигнула старшей девочке, та тоже заулыбалась и кивнула эльфийке. Тотчас в руках гостей появились большие кубки, в каждом плескалось не меньше двух с половиной пинт напитка.

— Предлагаю выпить за жизнь, за нарождающуюся жизнь! — Подняла свой кубок эльфийка. Владыка Светлого леса и другие светлые эльфы с сомнением посмотрели на объём своих кубков, нет, конечно, любой светлый эльф приветствует вновь нарождающуюся жизнь и радуется этому, но не в таких же количествах! Заметив попытки Пресветлого Владыки слегка увильнуть от этого мероприятия, Малкираз, второй рыжий демон, тихо сказал:

— Не советую, пресветлый Тэлиэинариэль, Мора может обидеться, а когда Мора обижается...

— Что? — Спросил Владыка Светлого леса.

— Вот Еихсиотернутранип тоже отказывался...

— Это кто?

— Дракон, не хотел третьим в компании быть. Так мора ему зуб выбила одной левой...

— Левой, одной, чем?

— Да ногой, а потом ещё долго за хвост тягала...

— Морэдэль? — Спросил обалдевший Владыка Светлого леса, он никак не мог поверить, что маленькая и такая хрупкая эльфийка на такое способна.

— Да Морэдэль, она если разозлится то...

Морэдэль повернулась к разговаривающим и грозно посмотрела на обоих. Малкираз пожал плечами, мол, я не виноват, что этот пить не хочет, а Светлый Владыка смутился и, желая подлизаться к менестрельке, сказал:

— Да отказаться пить здравур с такой прекрасной дамой...

— Почему здравур? — Меланхолично спросил рыжий демон, и пояснил, — Там был гномий самогон, ну когда пили с драконом.

— Как самогон? Гномий самогон! — Поперхнулся Владыка Светлого леса.

— А вы Пресветлый Тэлиэинариэль, имеете что-то против гномьего самогона? — Проворковала рыжая эльфийка. Эльфы начали подозрительно принюхиваться к своим кубкам, а гномы, тоже нюхнувшие одобрительно крякнули.

— Ну? Что же вы не отвечаете? Вам что гномий самогон не нравится? — Грозно сдвинув брови, спросила рыжая менестрель. Гномы неодобрительно загудели и стали шарить руками у себя в тех местах, где у них обычно висит секира.

— Нет, ну что вы, что вы, — растерянно забормотал Светлый владыка. Тёмные эльфы, ехидно улыбаясь, пили из своих кубков маленькими глотками, им явно нравилось, как рыжая эльфийка подкалывает всегда такого надменного Владыку Светлого леса.

— Пейте мой друг, это не смертельно, — улыбнулся Тёмный Повелитель и тоже маленькими глотками, явно смакуя, стал пить из своего кубка. Владыка Светлого леса, видя к себе такое внимание, зажмурился, и постарался одним махом выпить содержимое своего кубка, но поперхнулся и закашлялся. Откашлявшись, он возмущённо посмотрел на эльфийку:

— Это же здравур!

— Да, и отменного качества, — подтвердил один из тёмных эльфов.

— Но... — начал Светлый Владыка, но Морэдэль его перебила:

— Пресветлый Тэлиэинариэль, ну как вы могли подумать, что я вам подсуну, что-то вас неподобающее, разве, что ракетное топливо! — Закончила она под общий хохот. Светлый Владыка, сначала было нахмурился, а потом присоединился к смеющимся, признавая то, как мастерски его разыграли.

— Так дракон... — Начал он.

— Нет, дракон чистая правда, — сказал Малкираз, — Попросите, Мора вам тот зуб покажет, первый выбитый.

— Ааа...— Попытался спросить пресветлый Тэлиэинариэль.

— Нет, не все, но большинство, — пояснил Малк, — Первый, это первый, а остальные уже было лень собирать.

Светлый Владыка посмотрел на довольных гномов, а потом перевёл взгляд на улыбающегося рыжего демона, тот пояснил:

— А вот у них как раз самогон, у всех в кубках разные напитки, что кому нравится.

Пепельноволосые дети тоже пили из своих кубков с явным удовольствием, присмотревшись, Светлый Владыка понял, что у них там молоко, он улыбнулся и допил остатки здравура из своего кубка.

Пожилой джентльмен, на этот раз на нём был черный смокинг и, вместо лаптей, лаковые штиблеты, вдруг перестал улыбаться и позвал детей к себе. Те подбежали к нему и некоторое время слушали, то, что он им говорил, при этом их лица становились всё серьёзнее и серьёзнее. На это обратили внимание все присутствующие.

— Что? Что опять случилось? — Спросил король Марат. Хранитель снова создал зеркало-экран, и все увидели спускающиеся с неба летающие лодки, они были гораздо меньше, чем лодки первых пришельцев, но их было намного больше, и выглядели они более грозно. Лодки опустились на землю и из них начали выходить железные ходячие чудовища. Те, что больше размерами выглядели как раздувшиеся безголовые собаки, а те, что меньше как кузнечики на двух лапах, у их ног и коленки были в обратную сторону.

— Тяжёлые боевые роботы «Ирокез», — мальчик указал на тех, что были больше. И показав на меньших, продолжил объяснения, — А эти, поменьше «Бушмен».

— Они пришли из межпространства, — сказал Хранитель. — Их большие лодки, корабли, — поправился Хранитель, — Закрыты сильным защитным полем, я ничего не могу сделать.

— Защитное поле типа «А», это эскадра Союза, там четыре линкора и четыре линейных крейсера, ну и остальных поменьше тоже хватает, — быстро закончил мальчик, видя непонимание слушателей. Тем временем пришельцы всё прибывали и прибывали. Затем большая часть железных великанов построилась, и двумя колонами двинулась к городу, за ними катились повозки заполненные людьми в необычных доспехах.

Они в шестидесяти милях отсюда, что будем делать? Если они подойдут к городу, придётся принимать бой.— Сказал король Марат.

— Ваше величество, не могли бы вы открыть портал для моих рыцарей. Я готов к бою. — Сказал король Джеймс, королева Эльвира стиснула его руку.

— Храбро, но совсем бесполезно, — заметила рыжая эльфийка, — Это не пираты, это регулярная армия Союза. Десантники — элитные части. А от волшебства они прикроются защитными полями, да, да, их защитные поля и ваше волшебство имеют общую природу. Вот только колдуя, вы расходуете и свои силы, а у них защитные поля создают механизмы не знающие усталости.

— Но что же делать? — Воскликнула королева Эльвира.

— Да, что мы можем предпринять? — Поддержал её ректор Академии Магических Искусств.

— Подождём немного, пусть они отойдут от своего базового лагеря, — спокойно сказал пепельноволосый мальчик.

— Зачем? Зачем ждать? — спросил ректор Академии Магических Искусств.

— Чтоб нам успели испечь ещё один шоколадный тортик, с кремом из взбитых сливок, — заявила младшая девочка, а старшая согласно кивнула.

— Первый раз вижу, что судьба мира зависит от простого шоколадного тортика! — Пришёл в восторг Тёмный повелитель.

— Почему простого, — возмутилась девочка, — С кремом!

— Ага, — кивнула головой Морэдэль, — просто тема для героической баллады — мы вам спасём мир, а вы нам за это шоколадный тортик!

— Соглашайтесь, — обратился к присутствующим Нэлькаэр, — Пока эти маленькие вымогатели цены не подняли, а то придётся печь три тортика.

Младшая девочка сразу надулась, и Тёмный Повелитель тут же исправил свою ошибку:

— Прошу простить меня принцесса, я осознаю свою ошибку, не маленькие, а большие вымогатели!

Найтин удовлетворённо кивнула головой и сказала:

— Ладно, один тортик, — и немного подумав, добавила, — Но большой!

Тем временем захватчики двигались к городу, мальчик с интересом за этим наблюдал, потом повернулся к присутствующим и сказал:

— Через час можно будет ими заняться, а пока пусть идут.

Король Марат приказал подать гостям напитки и лёгкие закуски, но к ним никто не притронулся, даже гномы, все с тревогой наблюдали за продвижение вражеских колонн. Когда присутствующие уже начали проявлять беспокойство, Хранитель или кто-то из детей, создал ещё одно зеркало экран. Оно показало лагерь пришельцев, те активно копали землю. Копали все, специальные землеройные машины и люди.

— Эээ, а зачем эти люди роют могилы? — Спросил король Джеймс.

— Это не могилы, это окопы, — пояснил мальчик, — В них они будут прятаться.

— От кого прятаться в этих эээ, окопах. И зачем? Врага нужно встречать грудью, в чистом поле. — Изложил свою точку зрения на ведение боевых действий король Джеймс.

— Они так воюют, выроют окопы и оттуда стреляют в тех, кто идёт на них грудью. Хотя бывает, что в этих окопах их и закапывают.

Король Джеймс покивал головой, ему понравилась мысль, что противник перед боем предусмотрительно роет себе могилы, в смысле окопы, где его потом и закопают.

— Ну, кто же так роет, неправильно роют, — прогудел один из гномов, им в целом, понравилась мысль о горнопроходческих работах перед боем, — Ну, уж очень мелко, надо глубже, чтоб в случае чего, этими ходами и уйти под гору можно было!

Внимание всех привлёк возглас одного из эльфов, продолжавшего наблюдать за движущимися колоннами захватчиков, на первом экране. Там действительно, происходило что-то необычное. Ходячие чудища будто наткнулись на какую-то стену и пытались ей пробить, потом они собрались в кучу и начали извергать в сторону города огонь и какие-то быстро летящие камни.

— Огонь ведут, то есть стреляют, — пояснил мальчик. Мощь этого так называемого огня внушала ужас, но вся эта мощь исчезала в двухстах метрах от стреляющих. Еще один удивлённый возглас, на этот раз гнома, которому были интересны землероющие машины пришельцев, привлёк внимание ко второму экрану. Там на лагерь высадившихся обрушился шквал огня.

— Насколько я понял, это всё то что выстрелили вон те, — ректор Академии Магических Искусств указал на первый экран, и обращаясь к пепельноволосому мальчику спросил, — Как это эээ, вам удалось сделать. Ведь это же вы сделали, не правда ли?

— Да, я завернул пространство в петлю Мебиуса, теперь в какую бы сторону они не стреляли, будут стрелять друг в друга.

— А расстояние, ведь между ними, если я не ошибаюсь, расстояние где-то около тридцати миль?

— Тут я ещё свернул пространство-время, вы знакомы с теорией Риммана и геометрией Лобачевского?

— Но это же теория! Это же, чисто, умозрительные выкладки! Никто и нигде не применял это на практике! — Вскричал ректор Академии Магических Искусств.

— Ну почему, умозрительные — вот же, — удивился мальчик, показывая на зеркала-экраны. Там стороны поменялись местами, теперь окапывающиеся стреляли по походным колоннам, их огонь был куда успешнее и мощнее. Особенно силён был огонь из летающих лодок, тоже до половины закопанных в землю. Король Джеймс, гномы и эльфы с ужасом смотрели на последствие огня, они понимали, что против такой мощи им противопоставить нечего, и никакие заклинания не помогут. Когда перестрелка прекратилась, присутствующие наблюдали попытки, предпринимаемые как оставшихся на месте, так и тех, кто пошёл к городу, преодолеть невидимую преграду.

— А это, что, — спросил ректор Академии Магических Искусств, он уже не удивлялся, но всё равно ему было интересно, с чисто научной точки зрения.

— Защитное поле, только наоборот, ничего не выпускает, пусть они там посидят, пока мы придумаем, что с ними делать, — ответил мальчик, — А если снова начнут стрелять, то совсем друг друга перестреляют.

— Дени! Ихха! — Вдруг закричала младшая девочка. Мальчик и старшая девочка повернулись к ней и начали к чему-то прислушиваться.

— Мама? — Удивлённо спросил мальчик, и тут же громко закричал, — Мама!

— Мама! — Тоже закричала старшая девочка.

-Да! — Подпрыгнула младшая, и дети счастливо засмеялись, взялись за руки и исчезли.

— Ээээ? — Удивлённо протянул ректор Академии Магических Искусств, он намеревался задать мальчику ещё один вопрос, даже открыл рот, но не успел.

— Да, на орбите «Лесная Волшебница», летающий корабль Инэллины, их мамы, — пояснил Тёмный Повелитель и в ответ на вопросительный взгляд Морэдэль и Малкираза, спросил, — Как вы смотрите на то, чтоб нанести визит вежливости?

Младший демон и рыжая эльфийка согласно кивнули, а Хранитель Леса сказал:

— Я тут Элли подожду, раз она прилетела, то зайдёт в гости. А вы идите, дело молодое, это я уже стар по орбитам скакать, да и не солидно как-то, что я «спутник» какой.

Трое рыжих, демоны и эльфийка, тоже исчезли, скрывшись в сером облачке портала.

— А эти, что с ними делать? — Король Джеймс показал рукой на зеркала-экраны, показывающие копошашихся пришельцев.

— Будут сидеть, — резко сказал Хранитель Леса, уже одетый в кожаный плащ и такую же шляпу, он теперь ничем не напоминал добродушного старичка, — Будут сидеть, я сказал!

На командном мостике «Лесной Волшебницы» находилась дежурная смена, за пультами навигатора, канонира, штурмана, сидели террийки Анна, Ирен и Мари. За пультом бортинженера сидел Мишель Дюкло, и ещё три человека, за другими консолями. На мостике ещё присутствовал майор Панин, командир роты десанта. Всего в дежурную смену входило семь членов экипажа, против семнадцати положенных по штатному расписанию линкора проекта двести тридцать четыре. Кроме дежурной смены капитанское кресло занимала Инэллина Дорсет, а в гостевых креслах расположились Тхэджэс и Алие.

Линкор имперского проекта N234 , а именно им, хоть и сильно переделанным была «Лесная волшебница», мог нести до трёх батальонов десанта. Изначально на линкоре было восемь башен главного калибра, после модернизации осталось четыре, в которых три орудия были заменены на два, но гораздо большей мощности, впрочем, были заменены и сами башни. Количество орудий среднего и малого калибра осталось прежним. Из восьмидесяти штатных палубных истребителей-штурмовиков «Сапсан» осталось только шестнадцать, причем шесть из них были тоже сильно переделаны, он теперь могли нести по четыре гипер торпеды каждый. Внутренние отсеки линкора, тоже неузнаваемо были изменены — увеличены погреба боезапаса, увеличены хранилища продуктов необходимых экипажу для длительных рейдов. Да и помещения для экипажа стали более комфортными. Кардинальным переделкам подверглись также генераторы преобразования линий силы в энергию для гипер двигателей и генераторов защитных полей, теперь мощность этого оборудования возросла раз в пять, по сравнению с первоначальным.

Вела «Лесную Волшебницу» Инэллина Дорсет. Она почти не следила за показаниями приборов, при прокладке трассы гипер прыжка она руководствовалась какими-то своими соображениями.

— Ирен, выходим из прыжка, возьми управление кораблём на себя. Выйдем почти в порядках эскадры союзовцев, поэтому сразу манёвр уклонения, но далеко не отходи. — Инэллина перещёлкнула, что-то на своей консоли, и продолжила, — Анна, управление огнём главного калибра я беру на себя.

Корпус корабля вздрогнул, и белесая муть на экранах внешнего обзора сменилась панорамой космоса с планетой на переднем плане. На экранах появились отметки кораблей, идентифицированных как вражеские, самих кораблей, естественно, на таком расстоянии разглядеть не удалось бы. Спустя несколько мгновений палуба под ногами задрожала, это заговорили орудия главного калибра. Отметки вражеских кораблей стали исчезать, Тхэджэс завертел головой, пытаясь понять, что же отображается на экранах консолей управления. Заметив, это Мари вывела приближённоё изображение на большой обзорный экран. Стали видны маленькие, как игрушечные, корабли союзовцев, и расширяющиеся облачка раскалённой плазмы, напоминающие экзотические цветы.

Корабли союзовцев перестроились, и начали манёвр схода с орбиты планеты. Вперёд выдвинулись тяжёлые корабли, прикрытые мощными защитными полями.

— Ирен, зигзаг, — сказала капитан Дорсет, хищно улыбаясь.

«Лесная Волшебница» подошла недопустимо близко к вражескому строю. Инэллина Дорсет открыла хаотический огонь из орудий среднего калибра, время, от времени вплетая в серию залпов, выстрел из орудий главного калибра. Тхэджэс, в свое время, изучавший тактику ведения эскадренного и одиночного боя, в недоумении поднял брови — капитан действовала бессистемно и крайне неумело. Заметив его недоумение, террийка Анна пояснила:

— Мы ещё и уровень защиты понизили до тридцати процентов, у противника должно сложиться впечатление, что наша защита на пределе, а генераторы перегружены. Даже при полной мощности генераторов мы не сможем быстро продавить их защиту, — она кивнула на экран, где вперёд выдвигались линкор и линейные крейсера союзовцев. — А мелочь прячется за их полями. Такой огонь, как капитан сейчас ведёт, имеет вид будто мы стреляем главным калибром, а главный калибр-то у нас наготове. Они попробуют подловить нас в момент, когда мы сделали залп и наша защита ещё не закрыта, а орудия уже разряжены.

И как бы подтверждая её слова, у кораблей союзовцев начал снижаться уровень зашиты, орудия их кораблей, казалось, зашевелились, нащупывая цель. Улыбка капитана Дорсет стала ещё более хищной, Тхэджэс залюбовался Инэллиной, он стала похожей на охотящуюся тигрицу. «Лесная Волшебница» вздрогнула, это почти вся мощность её генераторов была сброшена на главный калибр. И мощный импульс пробил канал в полуоткрытом защитном поле линкора союзовцев, по пробитому каналу к корпусу обречённого корабля устремился сгусток мезовешества, и на месте громадного боевого корабля вспухло облако раскалённой плазмы. Всё это заняло доли секунды, Тхэджэс смог увидеть подробности только потому, что он был Стьеххар. Ёще пару залпов уничтожили несколько мелких кораблей союзовцев, их защита не могла противостоять мощности главного калибра «Лесной Волшебницы»

«Лесная Волшебница» совершила манёвр уклонения и заряды, выпущенные линейными крейсерами, прошли мимо. Отойдя на безопасное расстояние корабль Инэллины Дорсет, завис в пространстве. Союзовцы перестраивали свои боевые порядки, готовясь к прорыву. Тхэджэс хмыкнул, это было смешно — эскадра, по всем правилам военной науки, собиралась идти на прорыв сквозь боевые порядки другой эскадры, состоящей из одного корабля.

— Мама! Мама! — Раздались детские крики, и Энэллина Дорсет оказалась в объятиях трёх пепельноволосых детей. Тхэджэс снова удивился переменам, произошедшим с капитаном Дорсет. Сейчас это была женщина-мать, прижимающая к себе своих детей. Только что она была опасным хищником, подстерёгшим свою добычу, а сейчас её лицо буквально излучало нежность и любовь. Дети тоже были счастливы. Да и все члены экипажа находящиеся на мостике, улыбались, было видно, что они хорошо знают этих детей и ни сколько не удивлены их неожиданным появлением. Стьеххар посмотрел на Анну, та пожала плечами:

— Это Ихха, Найтин и Дени, дети капитана.

— Так они же не люди! — Ещё больше удивился Тхэджэс.

— Они её дети, — ещё раз пожала плечами Анна, для неё такое положение вещей было само собой разумеющимся.

Сорок пять лет назад, система Терилас, третья планета от светила, центральный материк, поляна в джунглях на краю болота

На краю большой поляны, около самых джунглей лежал сбитый имперский эсминец. Огня уже не было, на упавшем эсминце ещё в атмосфере сгорело все, что могло гореть. Около корабля стоял коптер союзовцев. На его бортах были нарисованы эмблемы спецназа. На поляне были разбросаны трупы в форме космофлота имперцев. Очевидно, что это были члены экипажа эсминца. Почти все имели следы ранений разной степени тяжести. Все были убиты, причём было видно, что не просто убиты, а убиты зверски. Женщины перед смертью были изнасилованы, очень жестоко, о чем свидетельствовали следы на их телах. Единственная, кто оставался в живых, была капитан эсминца. Правда, живой её можно было назвать условно. Руки обгорели, правая почти до плеча, левая до локтя. Ноги тоже обгорели, левая до колена, правая до середины бедра. Тело же, кроме того, что обгоревшее, было сильно израненное. Она бы уже давно умерла, но командирский скафандр залил обгоревшие места и раны медицинской пеной и вколол обезболивающее и целый букет стимуляторов. Капитан понимала, что когда их действие закончится, она умрёт, умрет, испытывая страшную боль. Союзные спецназовцы не стали её пытать, они решили, что она и так умрёт в муках. Вот только бросили её около болота, понадеявшись, что оттуда выползет какая-нибудь тварь и начнёт есть капитана заживо. Накатилась волна боли, Инэллина застонала. Если бы можно было доползти до болота, то она бы утопилась, чтоб избежать мучений.

В начале боя, адмирал Даниэль Романов послал её и ещё два эсминца прикрывать объекты на планете, так что в основном бою эти корабли не участвовали. Когда стало понятно, что бой за систему проигран, адмирал приказал группе эсминцев под её командой уходить из системы, но она не выполнила приказ. Первый раз за всю свою службу, не выполнила приказ командира. Она увидела, как транспорты союзовцев выбрасывают атмосферные бомберы и те намереваются нанести удар по базе, где были сосредоточены войска имперцев и по гражданским объектам. И она приняла решение, прикрыть эти объекты, чтоб дать людям время уйти из них и укрыться в горах и джунглях. Девиз флота со времён легендарных адмиралов первой Империи Ушакова и Сенявина — делай, что должно и будет, что будет. И включив громкую связь, она сказала:

— Я отказываюсь выполнять приказ адмирала о уходе из системы, эсминец «Грозный» идёт на защиту мирного населения и наземных войск!

Капитаны двух других кораблей её поддержали, и три имперских эсминца ринулись в самоубийственную атаку. Они уничтожили все бомберы союзовцев и прикрывавшие их четыре эсминца. Но сами, повреждённые, оказались прижаты к планете превосходящими силами союзовцев. Её эсминец сражался до последнего, но силы были не равны. И уже лишённый защитных полей израненный корабль упал в джунгли. Но спастись ни кому не удалось, крейсер союзовцев выбросил десант, который и расправился с уцелевшими из экипажа «Грозного».

И вот она капитан эсминца и последний выживший из его экипажа тоже умирает. Накатила очередная волна боли, видно заканчивается действие обезболивающих и стимуляторов. Капитан Дорсет заскрипела зубами, теми, что остались, вся правая сторона её лица тоже обгорела до кости. Она осталась последней из экипажа и последней из своей семьи, её родная планета, пограничная планета восточного сектора Империи, подверглась кварковой бомбардировке. Об этом Инэлллина узнала накануне сражения. Она видела фильмы, снятые на планете которую когда-то так бомбили, фильмы снятые через много лет после бомбардировки. Выжженная равнина и пепел, только пепел и ни чего больше. Теперь таким пеплом стали её мать и сестрёнки, ради которых она и пошла на военную службу. Старшая Дорсет зарабатывала не много, её муж погиб в шахте. И ей и её трём дочерям едва хватало даже на еду. Когда подросла старшая дочь — Инэллина, то она пошла в военное училище, не элитное, но с хорошим уровнем преподавания. Она училась на «отлично» с тем, чтоб получать повышенную стипендию. И всю стипендию она отсылала домой, потому-то её однокурсники и однокурсницы видели курсанта Дорсет только в форме, на платье просто не хватало денег.

Инэллина вынырнула из забытья воспоминаний, где-то плакал ребёнок. Вот и начался предсмертный бред — плачущий ребенок, откуда в джунглях ребёнок? Или это ей кажется, Инэллина никогда не мечтала о военной карьере, так сложилась судьба, но она была первой на курсе, потому, что привыкла всё делать хорошо. И если пришлось постигать военную науку, то делала она это лучше всех. Снова плач ребёнка, это плачут её еще не родившиеся дети, те о ком она тайком мечтала. Она мечтала о тихом семейном счастье и о детях, а вот теперь детей у неё никогда не будет. Детей, она бы хотела двоих, нет троих — старшая как её младшая сестрёнка, когда Инэлина видела её последний раз, ей было семь лет, смешливая девчушка с чёрными волосами и большими синими глазами, сейчас бы ей было тринадцать. Капитан попыталась представить её смеющуюся, но почему-то девочка плакала, и волосы её были посыпаны пеплом. Плачь, детский плач он прямо рвал душу и ощущался всем израненным телом. И младшая девочка, нет, пускай это будут двойняшки — мальчик и девочка, Инэллина назвала бы их Найтин и Дени, да именно так, а старшую — как свою сестру — Ихха. И снова плачь, точно, это уже начался предсмертный бред, потому, что кроме плача ещё были голоса. Детские голоса, молящие Инэллину:

— Нам плохо здесь, темно и страшно, мы заблудились, мы потерялись, забери нас отсюда...

Дети, её дети, они потерялись и она их нашла, Инэллина потянулась, нет, она не могла уже даже шевельнуться, но она потянулась к ним всей своей сущностью. Она понимала, что это уже бред, ну и пусть, зато у неё будут дети, пусть в последние минуты её жизни, пусть не родившиеся, но это будут её дети! И она, собрав последние силы, собрав крупицы угасающего сознания, позвала:

— Идите ко мне мои родные, мои маленькие, Ихха, Найтин, Дени...

И её сознание погрузилось в чёрный омут, но, сделав последнее усилие, она обняла своих детей.

Сознание медленно возвращалось, Инэллина открыла глаза, над головой были зелёные листья. Листья? Не небо? Она же лежала у болота, под открытым небом! Снова бред? Инэллина вспомнила — дети! Где её дети? Какие дети, когда она умирает у болота!

— Нет, ты не умрёшь! — Сказал тоненький голосок, — Ты же наша мама и мы тебя нашли! Мы очень долго искали! Нам без тебя было так плохо!

Инэлина почувствовала, что её обнимают детские руки, она тоже обнимает и гладит детские головки. Обнимает и гладит! Но её руки сгорели, и даже двигаться она уже не могла!

— Мы тебя намного полечили, но совсем вылечить не можем. Надо туда, где тебя могут вылечить.

Инэлину подняли и посадили у дерева, она увидела троих детей, девочку лет тринадцати-четырнадцати, и двойняшек — мальчика и девочку. Дети были очень похожи на её сестру, такую как она её помнила, большие синие, не много раскосые глаза, вот только волосы были на чёрные, а цвета пепла.

— Ты наша мама, — заявила младшая девочка, — ты нас нашла. Но ты заболела и тебя надо лечить, а мы не умеем. Мы тебя отнесём туда, куда ты скажешь, и где тебя вылечат.

— Найтин, — проговорила Инэллина, девочка прижалась к её руке, к другой руке прижался мальчик.

— Но я не могу идти, — растеряно проговорила Инэллина и посмотрела на то, что было когда-то её ногами, ноги хоть и обгорелые были на месте.

— У меня не получилось совсем вылечить, я ещё не умею, — виновато сказал мальчик, Инэллина ласково погладила его по голове. Разве это важно — не совсем вылечили? Когда у неё есть дети, её дети! Или это всё-таки был бред, или она уже умерла? Старшая девочка протянула листочек, сложенный чашечкой, Инэллина только сейчас почувствовала, как хочет пить, она выпила всю жидкость, и остатки боли куда-то ушли. Это окончательно убедило её, что это не бред. Инэллина обняла своих детей, она не сомневалась, что это её дети и прижала их к себе.

Идиллия была нарушена тяжёлыми шагами, это к болту вышли десантники союзовцев. Иннэлина поморщилась, за ней поморщились дети — ну как можно так топать на мягкой болотистой почве?

— Где же эта сучка? — Раздался грубый голос, особенно грубый после голосков детей, — Сожрали таки болотные твари?

— Да нет, следов нету, если бы кто-то из болота выполз, следы бы были.

— А куда же она тогда делась? Не могла же она уйти, я сам видел, что ноги у неё сгорели, да и руки тоже. Не на небо же вознеслась, живьём.

— А может, она в землю закопалась, или провалилась?

— Ну, ты скажешь, следов то нет. Не нравится мне это, надо здесь всё осмотреть, Джо включи-ка биосканер.

Некоторое время ничего не происходило, а потом из кустов окаймлявших маленькую полянку под дерево высунулась голова в шлеме с открытым забралом:

— Эй, парни, а сучка-то здесь, и ноги у неё целые, кто сказал, что сгорели? Никто поразвлечься не желает?

Появились ещё две головы и десантники целиком вывалились из кустов. Они оглядели открывшуюся им группу и один, видимо старший, сказал:

— Гм, а ноги-то у неё действительно есть, правда, не много прожаренные, а эти сучата откуда появились?

— Наверное, гражданские.

— Всё равно кончать надо, — и старший вскинул свой ручной плазмер. Но его остановил другой десантник:

— Погоди сержант, вот с этой молоденькой я бы развлёкся.

И он протянув руку дёрнул на себя старшую девочку, Инэллина вскинулась в желании защитить своего ребёнка, которого у неё хотели отнять, её обуял гнев и отчаяние, она понимала, что ни она ни её обретённые дети ничего не смогут поделать с тремя вооружёнными десантниками.

Десантник ухмыляясь, подтащил старшую девочку к себе, его товарищи тоже заухмылялись, предвкушая развлечение. Девочка оставалась совершенно спокойной, только в её глазах застыло странное выражение, она сделала рукой неуловимое движение и здоровый мужик захрипев, повалился на землю. Метало-керамическая броня его скафандра была разорвана как бумага. Его товарищи уже не ухмылялись, они с ужасом смотрели, как из тела разорванного от горла до паха вываливаются внутренности. Метало-керамическая броня тяжёлого десантного скафандра, армированная тетриловыми волокнами, была с лёгкостью разорвана ребёнком. Младшая девочка протянула руку к сержанту, на кончиках её пальцев были когти.

— Аааа, — закричал сержант, нажимая на курок плазмера, по-прежнему направленного на капитана имперского флота и двух маленьких детей. Для Инэллины время будто остановилось, она видела, как из дула оружия вырывается поток раскалённой плазмы и попадает в маленькую ручку оказавшуюся на его пути. Попадает и как бы растекается по этой ручке и исчезает. А сержант давил на курок, опустошая батарею плазмера, неуловимый взмах маленькой руки и он тоже повалился на землю, выпустив плазмер с раскалённым дулом. Третий тоже ничего не успел понять.

— Коптер, летающая машина, там тоже есть десантники, они могу взлететь и открыть огонь! — Выдохнула Инэллина. И как бы подтверждая её слова, раздался свист винтов и над верхушками деревьев показался корпус взлетающего коптера. Мальчик исчез, а у коптера отлетела бронированная дверь, и он начал падать. Ударившись о землю, он загорелся, из пылающего коптера вылез мальчик и вопросительно посмотрел на Инэллину, как бы спрашивая — а я всё правильно сделал?

Снова раздался характерный свист и над лесом показался второй коптер, он летел на высоте двухсот метров. Инэллина обречённо застонала:

— Не уйдём! Сейчас он включит биосканеры...

Младшая девочка внимательно посмотрела на приближающуюся машину, и та взорвалась.

— Ну, зачем так громко, надо было просто то, что в нутрии аккуратно выжечь, — укоризненно сказал мальчик.

— Зато красиво, — гордо сказала девочка и, обращаясь к своей обретённой маме, добавила, явно напрашиваясь на похвалу, — И как бабахнуло, будут знать!

— Мы не дадим тебя обижать, никому! — Серьёзно сказала старшая девочка, — Мы убьём всех, всех кто здесь есть!

— Нет Ихха, не надо всех, здесь есть и мои... Друзья, они одеты также как я, и с такими или похожими значками, — Инэлина показала свои, чудом сохранившиеся, эмблемы космофлота Империи. И продолжила, — Лучше будет, если вы меня спрашивать станете, и мои друзья смогут мне помочь — перевезут туда, где меня вылечат.

— Хорошо, — серьёзно кивнули дети. Инэлинна поднялась и попыталась сделать шаг, но чуть не упала, тогда дети подхватили её на руки и все они исчезли в лесу.

В углу зала управления кораблём замерцал телепорт и оттуда вышли два рыжих демона и одна рыжая эльфийка.

— Семья Дорсет в сборе, трепещите враги! — Произнёс старший демон. Капитан ни чего не ответила, она счастливо улыбалась, она даже не представляла, как соскучилась по детям.

— Гм, а как же всё-таки враги, вон они — собираются то ли атаковать, то ли удирать. — Через некоторое время демон попытался обратить внимание капитана Дорсет на оперативную обстановку. Капитан оторвалась от своих детей и посмотрела на большой экран.

— Элли, а наши истребители заправлены? — Спросила младшая девочка.

— Да, они всегда готовы к вылету, но я не хотела бы, чтоб вы рисковали их слишком много, — нахмурилась Инэллина.

— Мама, ты же знаешь, с нами ничего не случится, — сказал мальчик.

— Мамам Элли, мы можем и без истребителей, мы уже знаем как, — добавила старшая девочка.

— Да уж, растёте, — снова заулыбалась Инэллина, — а кто вас научил, Дед?

— Нет, нам показала Тейли.

— Удивительные дети у тебя, Элли, вот так запросто общаться с богинями, и при этом они их ещё и научили нескольким полезным вещам, — рыжий демон поклонился в сторону капитана.

— Да уж не ты, ты вот только и мог научить — огнём плеваться, — хихикнула рыжая эльфийка.

— Мора! Это клевета! Огнём плеваться они и сами умели. Ведь, правда? — Спросил рыжий у детей. Те согласно закивали головами.

— Вас я тоже рада видеть, — капитан Дорсет кивнула всем трём рыжим, демонам и эльфийке.

— Капитан, они начинают атаку, — показала на большой экран террийка Анна.

— Ладно, — сказала Капитан Дорсет, — попугайте, только осторожно, и лучше на истребителях, а то когда вы начнёте их жечь из космоса, они и не поймут, что происходит.

— Будет выполнено, капитан! — Вытянулись дети в строевой стойке и исчезли. На консоле палубных истребителей зажглись три огонька готовности, и пошли доклады:

— Борт двести тридцать дробь один, Пушистик, к вылету готов!

— Борт двести тридцать дробь два, Злючка, к вылету готова!

— Борт двести тридцать дробь три, Царапка, к вылету готова!

— Дракоше, старт! — Скомандовала Капитан первого ранга Инэллина Дорсет и с пусковых аппарелей «Лесной Волшебницы» сорвались три истребителя-штурмовика внешне похожих на тип «Сапсан», но раза в полтора больших и несколько видоизменённых.

Старший рыжий демон обратил внимание на сжавшегося в углу Стьеххар, он улыбнулся и сказал:

— Ну здравствуй Тхэджэс ДЄАрнекко, блудный сын моего отца.

— Здравствуйте повелитель! — Тхэджэс нашёл в себе силы, чтобы гордо встать и поклонится.

— Ну не надо быть таким букой, я тебя не съем.

— О! Грозный тёмный Повелитель, ты не только эльфов ешь, но и демонами не брезгуешь? — Хихикнув, спросила рыжая эльфийка.

— Элли, ну как тут можно быть грозным Тёмным Повелителем, с такой-то свитой? — Голосом обиженного ребёнка спросил у капитана грозный Тёмный Повелитель.

— А ты съешь кого-нибудь, особо извращённым способом, и тебя сразу зауважают, — продолжала веселиться рыжая эльфийка.

— Съесть особо извращённым способом — это как? — заинтересовался Тёмный Повелитель

— С кем поведёшся... — Рассеяно проговорила капитан Дорсет, она внимательно смотрела на свою консоль и не очень вникала в разговор.

— Нэлькаэр, я вас знаю вот уже тридцать пять лет, а вы всё ни как не хотите взрослеть, — строго сказала терийка Анна, на мгновение отрываясь от своей консоли.

— Вы знаете, Анна, я себя знаю вот уже почти тысячу двадцать лет и всё ни как на пойму, зачем мне нужно взрослеть, — тяжко вздохнул Нэлькаэр и глянув на смотревшего, на эту пикировку широко открытыми глазами Тхэджэса, продолжил, — Вот не хочу и всё, и Тёмным Повелителем быть не хочу. А может ты хочешь, а? Будешь Тёмным Повелителем, конечно, если тебя Кристалл признает.

Тхэджэс замотал головой, как бы его к этому не подталкивал в своё время Виренталь, он тоже не хотел быть Тёмным Повелителем. Он с недоумением смотрел на Нэлькаэра ДЄАрнекко, этот почти ребёнок ни чем не напоминал того грозного властолюбца о котором ему рассказывал Виренталь. Да и Малкираз, ни чем не напоминал безжалостного сатрапа, описанного ему тем же Виренталем. Чувства Тхэджэса прямо так отразились на его лице, что наблюдавшие за ним демоны и эльфийка переглянулись и рассмеялись.

— Вот так и низвергаются авторитеты, — проговорил Нэлькаэр, — Что ж, блудный брат добро пожаловать в нашу семью.

Адмирал Риан Берковин смотрел на экран, отображавший оперативную обстановку, «Лесная Волшебница» нанесшая столь значительный урон эскадре Союза, отошла за пределы досягаемости огня орудий эскадры и замерла в неподвижности. Она как бы раздумывала — а не уйти ли мне, бросив этих недостойных самих разбираться со своими делами. Но Берковин не питал иллюзий — Инэллина Дорсет всегда доводила начатое ею дело до конца и если она начала уничтожать его корабли то не остановится пока не сожжёт последний или сама не погибнет. Но она до сих пор была жива, к сожалению, а вот её враги...

Эскадра уже перестроилась для прорыва, «Возмездие» Берковин приказал поставить во второй эшелон, он не собирался участвовать в сражении, подумать только, эскадра собиралась сражаться с одним кораблём, если события примут неблагоприятный для него вариант, Берковин собирался просто уйти, то есть удрать. Тем более, что у него была возможность ориентироваться в закрытой галактике. Капитан Смит молча ждал команды своего адмирала, Берковин уже было открыл рот, как с кораблей стоящих в первом эшелоне раздался, буквально, вопль ужаса:

— Истребители!

Когда «Лесная Волшебница» сбросила свои истребители, не заметил никто, их обнаружили только тогда, когда они вынырнули из гипера у бортов линкора и двух линейных крейсеров. Они вынырнули в непосредственной близости от кораблей, внутри их защитного поля. Это было физически не возможно, но это произошло. Истребители необычных очертаний, похожие на имперский тип «Сапсан», только увеличенные. «Сапсан» не мог нанести значительных повреждений таким тяжёлым кораблям как линкор или линейный крейсер, но сам факт появления вражеских машин внутри защитного поля вызвал панику. И не напрасно, каждый истребитель всадил по гиперторпеде в корабль, около которого появился и скрылся в гипере. Затем истребители с «Лесной Волшебницы» повторили свой манёвр трижды. И с кораблей, в которые попали торпеды истребителей, пошли доклады:

— Торпедой поражён отсек преобразующих генераторов, генераторы выведены из строя, энергии в накопителях недостаточно для дальнейшего ведения боя, жду ваших указаний.

— Всё эскадры больше нет! — Выдохнул капитан Смит.

— Но тяжёлые крейсера, эсминцы, фрегаты! Они же ещё остались! — Взвизгнул Прест Торнс, — Истребители ведь ушли!

— За новыми торпедами, я так думаю, — флегматично заметил капитан Смит, и указал на «Лесную Волшебницу», — Чего, думаете, она так спокойно стоит, её истребители добьют нас и без её участия, без всякого риска, шума и пыли.

— Но надо же что-то делать! — Торнса буквально била истерика, — Хоть, что-то делать, нельзя же спокойно стоять и ждать!

— Можем не стоять, а спокойно пойти, но ждать всё равно придётся.

— Чего? Чего ждать?

— Пока нам тоже всадят торпеду в отсек генераторов. Поэтому расслабьтесь и получайте удовольствие. — Спокойно сказал капитан Смит.

— Какое удовольствие? От чего удовольствие?

— От красоты ситуации, как она нам вставила, была эскадра, ррраз и нет. — Можно было подумать, что капитан действительно наслаждается сложившейся ситуацией. А с атакованных кораблей шли доклады — энергии в резервных накопителях хватало только на поддержание жизнедеятельности корабля, ни о какой стрельбе не было и речи, защитные поля тоже пришлось отключить полностью, и могучие боевые корабли оказались совершенно беззащитны. Генераторы, преобразующие линии силы или волны-поля излучаемые аномалиями пространства-времени, как их называют учённые, а маги их называют источниками силы, были самым важным компонентом любого корабля и защищены были лучше всего. Когда корабль вёл бой, генераторы были закрыты тройным защитным полем. Но никто не мог представить, что такой манёвр, какой совершили истребители с «Лесной Волшебницы» возможен. Во-первых — истребители ни когда не несли гиперторпед, для них это был непосильный груз, торпеды несли корабли классом не ниже корвета. Во-вторых — истребители никогда не прыгали через гипер, они для этого не имели достаточной мощности. В-третьих — гипер прыжок был не возможен на расстояние менее ста тысяч астрономических единиц, не возможно было рассчитать точку выхода, да и скорость перемещения в гипере не позволяла войти и выйти на расстоянии меньшем, чем величина в сто тысяч астрономических единиц. Так что маневр, проведённый истребителями «Лесной Волшебницы» не был уникальным, он был просто невозможным.

— Так что же всё-таки делать? — Не мог успокоиться Прест Торнс, — Ну хоть что-нибудь!

— Вариантов масса, советник — так же спокойно продолжил капитан Смит, — Самый радикальный — застрелится, причём не просто застрелиться, и сделать это красиво...

— Как? — Спросил Торнс.

— Это зависит от вашей фантазии, можете попробовать несколько вариантов, это если с одного раза не получится, вот например можно...

— А вы? — Перебил капитана советник.

— Ну, я стреляться не собираюсь.

— А что вы будете делать?

— Собираюсь расслабиться и получать удовольствие!

— Это как?

— Просто напиться, в данной ситуации это мне представляется наиболее удачным вариантом, в кои-то веки удаётся так повеселится, — капитан указал на свою рабочую консоль, где застыли, снимая защитные поля ещё три корабля.

— Эээ... — Прест Торнс задумался над альтернативой — красиво застрелится или банально напиться. Но всё же решил остановиться на втором варианте, красоту самоубийства здесь никто не оценит, а так хоть удовольствие получит, а потом когда он станет мертвецки пьяным, ему уже будет всё равно. И он спросил:

— Капитан, а у вас есть?

— Пистолет? — с готовностью отозвался капитан Смит.

— Нет, виски!

— Есть, — подтвердил капитан, но было видно, что он с большим удовольствием дал бы Торнсу пистолет, советник ему не нравился, да и виски делиться не хотелось.

— Прекратите паясничать, капитан! И вы, советник, как вам не стыдно! — не выдержал адмирал и вмешался в диалог.

— А у вас, господин адмирал, есть альтернатива? У вас есть какой-то другой план? — Также флегматично спросил капитан, он уже смирился, что часть своих запасов виски придётся отдать советнику, и был бы рад сплавить его адмиралу, а виски выпить самому пока те будут разбираться между собой.

— Есть ли у меня план? У меня всегда есть план! Запасной план на всякий непредвиденный случай! Потому я и адмирал! А вы капитан! Курс на три восемь семь одиннадцать, выполнять!

— Но, господин адмирал! Там же астероидный пояс!

— Пояс очень жидкий, а защитное поле у нас мощное, и мы уйдём в гипер прыжок, не проходя весь пояс, а если и утащим с собой пару камней, ничего страшного, наше поле выдержит.

— Но эскадра, остальные корабли! — изумился капитан, его всегда учили, что капитан покидает свой корабль последним, а адмирал остаётся с гибнущей эскадрой. Но видно когда достигается уровень адмирала, некоторые приоритеты кардинально меняются.

— Вам ясен приказ! Выполнять!

Капитан отдал приказ со своей консоли и линкор «Возмездие» начал разгон в сторону астероидного пояса.

Иннэлина Дорсет смотрела на экран своей рабочей консоли, или капитанского пульта управления кораблём — это кому как нравится, её дети творили, что-то невообразимое. Она с ними вместе летала всю прошедшую войну, и Инэллина уже привыкла, что их возможности выходят далеко за рамки даже обученного и талантливого пилота, да что там пилота вообще человека. Но с другой стороны они не люди, да и она сама перестала быть человеком, в плане своих способностей, после лечения в Лесу. Но того, что они сейчас творили, никогда раньше не было. Она знала, что им мало что может навредить, но каждый раз когда они выполняли задание сердце её болезненно сжималось, ведь это были её дети.

— Если так дальше дело пойдёт, то перед тобой Элли, встанет вопрос, что же делать с этой эскадрой, принять капитуляцию и взять в плен, или... — Задумчиво проговорил Нэлькаэр, он уже разобрался со своим вновь приобретённым, а вернее потерянным и найденным родственником, и теперь с интересом следил за развитием событий. Ему, как и двум другим Стьеххар не нужно было смотреть на экран, они просто слушали окружающие пространство, и перед их внутренним взором вставало изображение происходящих событий не хуже чем на мониторе.

— Элли продаст их тебе по сходной цене, для пропитания, — хихикнула рыжая эльфийка.

— Мора! Ну, сколько можно, ты же не маленькая как Найтин! — Возмущённо произнёс Тёмный Повелитель, при этом опасливо оглянулся, а что как Найтин его услышит и снова обидится.

— Извини Нэль, — покаянно сказала эльфийка, и снова хихикнула, — Я просто представила, как ты сидишь за столом с повязанной салфеткой и словно устрицу вскрываешь космический корабль, чтоб полакомится его экипажем.

— Мора, ну и воображение у тебя, — тоже хихикнул второй демон, видно представив себе эту картину. Третий демон, Тхэджэс, несмело улыбнулся, он ещё не привык к весёлой пикировке друзей.

— Извини, Нэль, — повторила рыжая эльфийка, — Но ты так забавно обижаешься, прямо как капризный ребёнок, так и хочется дать тебе конфету, чтоб утешить.

— Ну, так давай! — обрадовано закричал Тёмный Повелитель, — Я обиделся, страшно обиделся, и теперь меня может утешить только конфета, шоколадная конфета!

— Или корабль с толстым и вкусным экипажем! — Хором закричали Морэдэль и Малкираз.

— Вот видишь, — обиженно обратился Нэлькаэр к Инэллине Дорсет, — Ни в грош не ставят, и ладно бы Мора, у неё вообще только ветер, в голове, одно слово менестрель, а то и Малкираз — серьёзный демон, и верноподданный меня, его Темного Повелителя.

Инэллина подняла бровь, Мора захихикала, а Нэлькаэр добавил:

— Ну, должен быть верноподданным, хотя бы теоретически.

— Да Нэль, теоретически верноподданный, это что-то новое в отношениях сюзерен — вассал, — тоже улыбнулась Инэллина.

— А за легкомысленную менестрель с ветром в голове — ответишь! И сурово ответишь! — Грозно насупила брови эльфийка и, подражая Найтин, капризно заявила, — Шоколадный тортик подойдёт, нет лучше два тортика...

— Три! — Давясь смехом, поддержал Мору теоретически верноподданный.

— Грабят! На твоём, Элли, корабле, бессовестно грабят. Разбой и...

Но закончить Нэлькаэр не успел, его перебила террийка Ирен:

— Капитан, флагман союзовцев собрался уходить!

— Волшебница — Злюке, — щёлкнула клавишей капитан, — Ты ближе к ихнему флагману, останови. Если не получится, стреляй на поражение, никто не должен отсюда уйти!

— Есть, капитан! — бодро отозвался динамик громкой связи. И буквально, тут же Инэллина услышала панический крик, который услышала только она одна, как она услышала Ихху, она и сама не поняла — Мама! Я не могу стрелять! Там дети! Они плачут! Им больно, страшно! И уже спокойнее Ихха добавила:

— Я пойду, посмотрю!

— Осторожнее доченька! — В голос закричала Инэллина. Все удивлённо на неё посмотрели, их разговора с Иххой никто не слышал.

Прест Торнс не много успокоился, у них появился реальный шанс вырваться из этой ловушки, что устроила коварная капитан Дорсет, эскадра, которую они бросали, ни сколько его не волновала. Он привык жертвовать и не таким количествами техники и оборудования, а люди, что люди, люди — это всегда расходный материал в планах правителей или их приближённых. Пока неуловимые истребители обездвиживали остальные корабли эскадры, флагман резко отвернул от основного курса и начал разгон в сторону пояса астероидов. Суды по продуманности и точности отдаваемых указаний адмирал Берковин заранее планировал такой манёвр.

— Адмирал, — спросил Торнс уже своим обычным, без следов недавней паники, голосом, — Адмирал, судя по вашим действиям, вы были уверенны в разгроме нашей эскадры.

— Ну почему же, советник, шанс на то, что мы победим, был и не малый шанс. Но Дорсет — это ведьма, не иначе ей помогают демоны [36]. У нас было многократное преимущество в кораблях и огневой мощи, но мы ничего не смогли сделать, истребители не могут так действовать, разве, что это было колдовство.

— Но всё же вы продумали пути отхода, по крайней мере, для себя, — не унимался советник.

— Мне не понятен ваш сарказм и претензии, советник, вы, что не довольны, что мы уходим. Вы предпочли бы там остаться, — адмирал Берковин кивнул на экран, где неподвижно застыли метки кораблей союзовцев.

— Нет, что вы, адмирал, я рад, очень рад, что оказался именно с вами на одном корабле. Меня просто поразил ваш тактический гений, предусмотревший поражение казалось бы, в безвыходной ситуации, — Угодливо закивал головой Прест Торнс и добавил, — своего поражения в безвыходной ситуации для противника.

— В этом и талант великого полководца, — не заметил сарказма адмирал, — предусмотреть своё поражение в безвыходной ситуации для противника. Ведь если полководец этого не умеет, то первое же поражение станет для него последним, а полководец потерпевший последнее поражения никогда не станет великим. Просто в этом случае уже не кому будет становиться великим, — самодовольно хохотнул адмирал.

Собеседники замолчали, но на мостике не было тишины. Не смотря на звукоизоляцию, был слышен рёв главных ходовых двигателей, на форсаже разгоняющих громадный линкор, был слышен вой генераторов преобразующих волны-поля или линии силы в энергию, необходимую для механизмов корабля. Эскадра с застывающими неподвижно кораблями и снующими между ними страшными истребителями «Лесной Волшебницы» начала отдалятся, линкор выходил на расчётный курс гипер прыжка.

Перед изумлённым капитаном Смитом прямо из пульта управления вышла пепельноволосая девочка, лет тринадцати.

— Не стыдно? — Строго спросила она.

— Что, стыдно, — изумился капитан, он даже не слышал о привидениях на космических кораблях.

— Не стыдно? — Повторила девочка, — Маленьких обижать?

— Как обижать? Каких маленьких? — Совсем сбитый с толку, капитан ничего не понял, но не много струхнул, если у него уже начались галлюцинации или ещё какие видения, то плохо его дело.

— Зачем маленьких убили, а из них вынули сущности и души, а теперь издеваетесь! И не боитесь наказания! — Странная девочка повела рукой, и капитан увидел помещения корабля где находились биокомпьютеры профессора Гейтиса.

— Ээээ, — капитан не нашёлся, что сказать, но понял что это или его совесть в таком причудливом виде или богиня мщения, но почему тогда лик её не грозен и выглядит он как девочка-подросток? — Эээ, грешен, что участвовал, что пользовался, но не я сотворил, а они,— капитан показал на стоящего немного в стороне адмирала и советника, заметив забившегося в угол профессора Гейтиса, тот всё это время тоже был на мостике, но был очень напуган, потому и молчал, капитан испытал чувство злорадного удовлетворения, — Это вот тот всё придумал.

— Эти тоже получат, — грозно сказала девочка, — А ты, если ещё раз попадёшься...

Она задумчиво осмотрела капитана Смита и добавила, совсем как взрослая:

— Если у тебя получится попасться и молись, чтоб такой шанс тебе представился.

И девочка исчезла, исчезла погрузившись как в воду в пульт управления. Капитан потряс головой, отгоняя наваждение. Наваждение появилось снова, появилось перед профессором Гейтисом, тот выслушал то, что ему говорила девочка, после чего закрыл лицо руками и опустился на пол.

Корабль вздрогнул и затрясся, он вошёл в астероидный пояс. Защитное поле корабля собирало камни, попадающиеся на его пути. Но пока поле держалось, до срыва ещё был запас. На обзорном экране, прямо по курсу появилась большая скала, это было последнее препятствие перед прыжком в гипер, эту скалу корабль тоже должен был прихватить с собой, по другому никак не получалось. Скала стремительно надвинулась, мигнул свет, корабль как-то странно вздрогнул, и обзорные экраны затянула белесая муть. Капитан облегчённо вздохнул — гипер, что бы там ни было, но они вырвались. При всём его фатализме, капитану Смиту в плен не хотелось, ни к кому. И вот они вырвались, он посмотрел на монитор своей консоли и глаза его стали круглыми, а лицо его вытянулось. Он посмотрел на адмирала и советника — у тех тоже были такие же вытянутые лица и круглые глаза. Капитан открыл рот, чтоб задать вопрос, но его опередили панические возгласы операторов дежурной смены линкора.

Не прошло и получаса с начала этого странного боя как крупные корабли союзовцев были обездвижены. Экипажи остальных впали в панику, когда увидели, что навигационные компьютеры снова обнулены, до этого после подобного обнуления, исчезнувшая информация восстанавливалась передачей данных с флагмана, где находился какой-то спецкомпьютер, с которого ничего не пропадало. Экипажи кораблей брошенных флагманом, пусть не сразу, но поняли что дальнейшее сопротивление бесполезно, даже если они сумеют прорваться мимо «Лесной Волшебницы», то не известно — куда идти дальше.

Дети Инэллины вернулись обратно на «Лесную Волшебницу», младшие сначала выглядели очень довольными, а вот старшая девочка державшая в руках большой кристалл, который был размером с футбольный мяч и переливался сине-зелёным цветом, была чем-то озабочена и выглядела очень грустной. Спустя полминуты и младшие дети тоже погрустнели, они что-то пошептали своей маме, и озабоченность появилась и на её лице. Тёмный Повелитель, бросив пару взглядов на кристалл в руках Иххи, тоже стал очень серьёзным. Он что-то сказал своим спутникам, Морэдэль и Малкираз стали такими же серьёзными. Увидев это, притихли и все остальные, находящиеся в зале управления «Лесной Волшебницы».

— Хорошо, мы над этим подумаем, когда разберёмся вот с теми, — ответила Инэллина на тихий шёпот Иххи, кивнув на экран, где неподвижно застыли корабли эскадры Союза. И как бы приглашая всех принять участие в обсуждении судьбы этой застывшей эскадры, громко произнесла:

— Какие будут предложения? Учтите, что крупные их корабли надёжно выведены из строя и уже не пригодны не то, что к гиперпрыжкам, а и к обычному перемещению в космосе. По-другому с ними поступить ни как было нельзя, они готовились идти на прорыв, и их надо было либо уничтожить, либо поступить вот таким образом, — и капитан ещё раз кивнула в сторону экрана.

— Мама, там, на Рее, ещё есть эти, с боевыми роботами, и ботами огневой поддержки, их Дени запер в сферах Ван Тессона. — Сказала младшая девочка, и спросила, — И что с теми делать?

— Действительно, что нам делать, с такой прорвой пленных? Тащить к точке перехода и там интернировать, как нарушителей мирного договора? — Сама у себя спросила капитан Дорсет и, приняв решение, продолжила, — А мы у них спросим, правительство Союза от них, в любом случае откажется, и станут они военными преступниками, а при таком раскладе выход один — пожизненная каторга.

Капитан пощёлкала клавишами у себя на консоли, и когда из динамика связи полился нестройный гул многих голосов, громко сказала:

— Внимание! Слушать всем! С вами говорит капитан «Лесной волшебницы», ваши корабли находятся в полной моей власти. Дальнейшее сопротивление бесполезно. Предлагаю вам сдаться!

Гул голосов затих при первых словах капитана Дорсет, после того как она закончила говорить, некоторое время царила тишина, потом кто-то несмело спросил:

— И что с нами будет, мем?

Инэллина некоторое время молчала, при этом в динамиках внешнего переговорного устройства, царила мёртвая тишина, видно все с напряжением ждали её ответа.

— Что ж, — ответила капитан, — У вас есть два выхода. Первый — остаться здесь и попытаться влиться в здешнее общество, предупреждаю, для вас это будет не очень просто. Второй — вернуться в нашу галактику, тоже предупреждаю, там вас ждёт суд как военных преступников, после суда каторга.

— Но мы же выполняли приказ, — пискнул один голос.

— Нашу галактику? А где мы сейчас? — Вмешался второй голос, и будто прорвало плотину, заговорило множество голосов:

— Как преступники? А где мы сейчас? Что же делать? Почему судить?

Инэллина указав на динамики, объяснила находящимся на мостике:

— Я подключилась не к связи с капитанскими мостиками, а к внутренней связи кораблей, меня слышали все и во всех отсеках. Их командование, как всегда, скрывало от большинства в экипажах цель и место этого рейда, пусть теперь до них дойдет, во что они вляпались. Тем, кого вы заперли на Рее, мы тоже предложим выбор, а они пусть сами выбирают свою судьбу. Я думаю, на Рее найдётся место, куда можно будет поселить такое количество народа, так чтоб не ущемить интересы местных?

— Да мама, Дед сказал, что надо бы осушить болота к востоку от Леса, мы с Дени хотели этим заняться, но теперь может, появятся другие желающие, — сказала младшая девочка, мальчик кивнул, как бы соглашаясь и подтверждая.

— Что ж дадим им время подумать, высаживать наш десант нет пока смысла, не хочу рисковать, — капитан кивнула в сторону хрипящих динамиков внешней связи. Она убавила громкость, так как там что-то кричали и даже раздавались выстрелы, видно страсти на кораблях Союза разгорелись не шуточные. Обратившись к старшей девочке, Инэллина спросила:

— Ихха, а что с их флагманом?

— Я не успела, я хотела спасти, — и девочка указала глазами на кристалл, который держала и, оправдываясь, продолжила, — Они слишком быстро ушли в гипер, я не могла с этим за ними гнаться, ведь могли погибнуть...

— Ихха, — ты молодец, ты правильно поступила, это важнее, а те от нас всё равно не уйдут, — перебила девочку Инэллина, и спросила, — А ты ни чего не заметила странного?

— Когда они вошли в пояс, то своим защитным полем гнали перед собой разные камни, уходя в гипер, они их прихватили с собой, при этом они утащили ещё один камень, большой. Только это был не камень, это был корабль без двигателей. Он был закрыт амулетом невидимости, но я его хорошо рассмотрела это точно был корабль и там были существа и вот такие как она, — девочка показала на сидевшую безмолвно в кресле рядом с Тхэджэсом Алие.

— Крум, там были Крум, — задумчиво проговорила капитан Дорсет и повернувшись к Тёмному Повелителю официально сказала, — Я приношу вам свои извинения, Нэлькаэр ДЄАрнекко, я упустила вашего врага, это моя вина.

— Ну, полно тебе, Элли. Мы все виноваты, мне тоже надо было лучше прослушать пространство, ведь я чувствовал, что он где-то близко. Но увлёкся наблюдением за, — и Тёмный Повелитель изобразил полупоклон в сторону пепельноволосых детей при этом, сказав Найтин, — Принцесса вы были неподражаемы, просто великолепны!

— Нэль, я тебя люблю, — младшая девочка подскочила к Тёмному Повелителю и чмокнула его в щёку. Он заулыбался и продолжил:

— Этот поцелуй стоит больше, чем сотня каких-то жалких бунтовщиков «Уничтожителей», мы их всё равно поймаем и накажем, правда, принцесса?

— Правда! Поймаем и накажем! — Подтвердила девочка.

— Нэль, у Виренталя артефакт, позволяющий здесь ориентироваться, а у союзовцев исправный корабль, я думаю, они снюхаются и уйдут из закрытой галактики, их будет значительно труднее поймать, по крайней мере, Виренталя. Союзовцы своих сами выдадут, когда мы прижмем, а вот за твоим Виренталем придётся побегать.

— Вот я и побегаю, раз он мой, — серьёзно сказал Нэлькаэр и, глянув на Малкираза и Тхэджэса, добавил, — Мы побегаем.

Те согласно кивнули.

— И мы поможем, — Сказала младшая пепельноволосая девочка, и посмотрев на двух других детей, как бы прося у них подтверждения, — Правда?

— Правда, Найтин! — Хором ответили мальчик и старшая девочка.

— И я помогу, куда я без вас, — улыбнулась Инэллина.

— Вот и хорошо, вот и ладушки, — тоже улыбнулся Тёмный Повелитель Крум, потом кивнул на экран внешнего обзора, — А пока давайте займёмся вот этими.

Капитан Дорсет увеличила громкость динамиков переговорного устройства, но там уже было тихо, только раздавалось напряжённое сопение. Капитан пожала плечами и задала вопрос:

— Так какое решение вы приняли?

— Мы остаёмся здесь, мэм, — раздался слегка хрипловатый голос.

— Что ж это ваш выбор, и он окончательный. Кто у вас старший?

— Я мэм, сержант Гопкинс, мэм.

— Сержант? А что никого старше по званию нет? Офицеров у вас, что нет?

— Есть, мэм. Но мы их отстранили от командования, а тех, кто сопротивлялся — того. Они же, суки, знали, куда и зачем мы идём, на убой вели...

— Но не все же, — поморщилась капитан.

— Не все, мэм, но кто сейчас разберет, кто знал, а кто нет. Поэтому изолировали всех, мэм. А не согласных и тех, кто сопротивлялся — того.

— Ладно, начнём с больших кораблей, личному составу собраться в ангарах десантных ботов, с оборудованием и инвентарём необходимым для ведения сельского хозяйства, или того, что может пригодиться для ведения сельского хозяйства, понятно? Энергетического оружия не брать, можно взять только кинетическое.

— А зачем им такой инвентарь? — Удивился Тхэджэс.

— Ну не нам же им потом всё это возить, а так какие-то полезные вещи с собой возьмут, всё-таки мы их в голой степи около болот высадим. Так, майор, — капитан обратилась к майору Панину, — Придётся вашим десантникам поработать, переправить на планету все экипажи кораблей, сколько примерно это займёт времени?

— Мама, зачем дяде Грише туда лезть, мы сами всё сделаем, — вмешалась младшая девочка и гордо продолжила, — Прямо отсюда.

После чего, она сделала рукой вращательное движение, и появилось большое, слегка подрагивающее, зеркало-экран. На нём был виден большой пустой ангар десантных ботов оставшегося линкора союзовцев. Он заполнялся людьми в форме космофлота Союза, они тащили с собой различные инструменты и оружие. Капитан Дорсет подняла брови:

— Вы и так умеете? Такое наблюдение — хорошо, но на планету-то всё равно их придётся перевозить, их боты на поверхности.

— Мам, а мы их телепортом, всех, — сказала младшая девочка.

— Разве можно сделать телепорт такой мощности?

— А мы уже умеем, уже можем, нам Тейли показала как. — Подпрыгивая от гордости, закричала Найтин.

— Тейли? — Удивлённо подняла бровь капитан.

— Тейлиара, Тейлиарра Энтарра, — ехидно пояснил Тёмный Повелитель.

— Богиня Мести, — тихо проговорила Инэллина.

— Богиня, Несущая Возмездие или Богиня Справедливости, — кивнул Нэлькаэр, — Вот такие знакомства у твоих детей. И почему ты так удивленна, тебя же не смущает мой титул?

— Я всегда считала, что это такой титул вроде царя царей, или повелителя окрестностей, ты же повелитель своего мира, — хмыкнула Инэллина.

— Я повелитель Крум, демонов Крум, властитель в мире Возрождения, мире демонов. Я умею пить души и иногда это делаю, — грустно закончил Нэлькаэр ДЄАрнекко, Тёмный Повелитель мира Возрождения, мира Крум. Присутствующие люди со страхом смотрели на Нэлькаэра, не высокого демона, с внешностью почти ребёнка. Они знали его как весёлого и шебутного, но, в общем-то, безобидного, и вновь открывшаяся сторона сущности Нэлькаэра напугала людей.

Одна из терриек бросила опасливый взгляд на кристалл, который прижимала к себе старшая девочка. Тёмный Повелитель грустно улыбнулся:

— Не волнуйтесь, если я и пью души, то только те которые недостойны дальнейшего перерождения.

— А я не боюсь, — заявила Ихха и показала Тёмному Повелителю язык, чёрный и раздвоенный. Нэлькаэр всплеснул руками:

— Ихха! Ну что за манеры! Ты же взрослая девушка, а не мале... — Он поймал грозный взгляд младшей девочки и закончил, — А не юная, как наша принцесса.

Найтин благосклонно кивнула и тоже показала Тёмному Повелителю язык. Нэлькаэр сказал обиженным голосом:

— Вот, ни какого не то, что страха, даже уважения к Тёмному Повелителю, и откуда берутся такие манеры, кто служит примером...

— Показать пальцем, — ехидно спросила рыжая эльфийка, — Они за время общения с тобой, набрались дурных манер больше, чем за предыдущую тысячу лет!

— Ну, вот опять я виноват, — плаксивым голосом начал Нэлькаэр, — Где что случится, даже если курица пропадёт, так сразу, кто виноват? Тёмный повелитель!

— А ты, что ещё и кур воруешь? — В притворном ужасе закатила глаза эльфийка.

— Я! Да никогда! Ну, разве, что когда очень кушать хочется.

— Ага, и потом меняет их на шоколадки! — Захлопала в ладоши младшая девочка. Все вокруг заулыбались, настолько забавным было выражение мордашки грозного Тёмного Повелителя. Инэллина обняла его одной рукой:

— Нэль, кто бы ты ни был, ты мой друг!

— Да, — поддержала её террийка Анна, — Ты наш друг, а сегодня на ужин мы с Ирен испечем пирожки, Нэль, оставайся, мы тебя приглашаем.

— Вот! — Воскликнул Тёмный Повелитель, — Вот, настоящие друзья всегда готовы накормить голодного...

— Кровожадного демона вкусным пирожком! — Закончила эльфийка.

— Капитан, союзовцы, они уже начали проявлять нетерпение, пора начинать, — вмешался майор Панин.

— Да, — согласилась капитан, и посмотрела на своих детей, младшая девочка ей кивнула. Капитан Дорсет заговорила, не включая переговорного устройства, и её голос разнёсся по всем кораблям союзовцев:

— Сохраняйте спокойствие, сейчас начнётся эвакуация на планету, повторяю, с собой брать только кинетическое оружие, энергетическое будет бесполезно!

Люди, столпившиеся в ангарах десантных ботов кораблей Союза, со страхом заозирались, казалось, голос шёл со всех сторон. Неожиданно шлюзовые ворота, служащие для выхода ботов в космос пропали, но открылось не космическое пространство, а широкая степь, в лицо изумлённым людям ударил горячий степной воздух, напоённый запахом трав.

— Вперёд, не задерживаться! — Раздался тот же голос и люди двинулись в степь. Все экипажи покидали свои корабли одновременно. Все, что-то несли, некоторые даже катили тележки. Особо умные погрузил оружие и инструменты на кары, теперь ехали на них. Но, не доехав, буквально, пару метров до шлюзовых ворот, кары остановились, было видно и слышно как их с руганью стали разгружать. Энергонакопители каров оказались пусты. Тоже произошло и с энергетическим оружием, батареи лазерных пистолетов и плазмеров при пересечении невидимой черты тоже разряжались, и это было безвозвратно, некоторые пытались вернуться и посмотреть, не восстановится ли заряд. Но это было бесполезно — заряд не восстанавливался. Те, что ехали на карах попытались перенести свой груз через разделительную черту в несколько приёмов, но человек вышедший из ангара уже не мог вернуться обратно. Но людская изобретательность и солдатская сметка подскажут выход из любого положения. Те, кто ещё остались в ангаре стали просто перебрасывать снаряжение и инструменты тем, кто уже вышел.

— Смотрите, смотрите, — привлекла внимание эльфийка к части экрана показывающего один из кораблей, там здоровый детина, тащивший два станковый плазмера, остановился и удручённо смотрел на экраны заряда батарей. Потом отбросил один из плазмеров а второй упрямо потащил дальше.

— Зачем он его тащит, без заряда, это куча бесполезного хлама, — удивлённо заметила одна из терриек.

— О! Вот это да! Это просто... Ну нет слов! — Восторженно проговорил Нэлькаэр.

— Но, что это? — Спросил Тхэджэс.

— Присмотрись внимательнее, а впрочем, откуда тебе знать, — сказал ему Тёмный Повелитель.

— Да, вот это умелец, у мужика просто золотые руки, — прогудел майор Панин.

— Но что это? Похоже на плазмер, но он какой-то не обычной конструкции.

— А это и было раньше станковым плазмером, и готов поставить свое месячное жалование против копейки, что этот умелец и хранил его в оружейной комнате, там никакая проверка не найдёт и внимания не обратят, ну плазмер, ну в ремонте. — Казалось, майор даже получал удовольствие, рассматривая необычную конструкцию.

— Ну, дядя Гриша, что это? — Спросила младшая девочка. Майор Панин улыбнулся в усы и спросил у мальчика:

— А ты, Дени как думаешь, что это такое?

— Был плазмер, но сейчас из него стрелять нельзя, хотя батарея осталась, как-то странно изогнут охладитель, и зачем-то приделана ёмкость для воды, слишком большая ёмкость. Такой для охлаждения плазмера не нужно. — Задумчиво рассуждал мальчик, его тоже заинтересовала эта странная конструкция.

— Дени, ты такой конструкции ещё не видел, это самогонный аппарат, — хихикнула эльфийка.

— Но как мастерски сделан, — цокнул языком Мишель, — Так переделать станковый плазмер это надо уметь, и нагреватель работает от штатной батареи, а если в ней заряд закончится, с любого другого снять можно.

— С боевого оружия! — Ужаснулась Ирен, — Ужас одно оружие испортили, а другое без зарядов оставляют, и всё это лишь для того, что бы выпить! Кошмар!

— С другой стороны, если так поступить со всем оружием... — Флегматично начал майор Панин, но его перебила террийка, в её голосе был неподдельный ужас:

— Всё оружие переделать на самогонные аппараты!

— Ну почему же так критично, есть же лозунг — перекуём мечи на орала, — заулыбался Нэлькаэр.

— Ага! А установки залпового огня в пивные заводики, — поддержала демона эльфийка, — Не знаю, было бы от этого больше пользы, но вреда точно будет меньше.

— Мора, — укоризненно сказала Инэллина, кивнув на детей. У Найтин и Дени уже горели глаза, казалось, они прямо сейчас готовы начать претворять в жизнь идею по перековке оружия в самогонные аппараты и пивные заводы.

— Дени, Найтин, эта идея требует всестороннего изучения и тщательной подготовки, мы с вами этим займёмся, но позже, сейчас есть другие задачи, — вздохнув, сказала эльфийка, она уже жалела о сказанном, дети загорелись этой идеей и могли начать осуществлять замену глобальной милитаризации на всеобщую алкоголизацию. Переделка того количества оружия, которое накопилось у человечества, только в пивные заводы вызвала бы бурный всплеск потребления этого напитка.

— Правда? — Спросил Дени, — Мы этим займёмся?

— Обязательно, вот как только появится время, так и займёмся, — ответила Морэдэль.

Найтин вроде к чему-то прислушалась, а потом обратилась к Инэллине:

— Мама, мы с Дени отлучимся не надолго, Ихха посмотрит за порталами, мы быстро!

— Ну, бегите, только будьте осторожны, — вздохнула Инэллина и младшие дети исчезли.

Угловая комната, больше похожая на маленький зал. В стенах сходящихся углом, по два окна. В первом окне вид на горы с высоты одной из вершин, во втором бушующее море, брызги разбивающихся о камни волн иногда залетают в это окно. Окно на стене рядом выходит в ухоженный сад, воздух, которого напоён ароматами цветов, а последнее открывает вид на горячую степь, пышущую полынным жаром. В комнате за изящным столиком, в изящных креслах, сидят две изящные девушки. Обе русоволосые, одна одета в полупрозрачное синее платье, в волосах поблескивают нити крупного жемчуга. Вторая одета в замшевый походный брючный костюм, чем-то напоминающий джинсовый. Они ведут неторопливую беседу под бокал вина.

— Энна! Да в этом твоём списке, одни раритеты! Даже у меня некоторых нет! Ну, у тебя и запросы! — Импульсивно высказалась одна.

— Не у меня, я вот решила тоже собрать библиотеку, а то у тебя есть, у Алара есть, а я как сирота горемычная, совсем без библиотеки! Вот нашла, на свою голову, себе библиотечного хранителя, а уж он и составил список. — Не менее импульсивно ответила девушка в походном костюме.

— Но, что ты хочешь от меня? Чтоб я тебе свою подарила!

— Было бы не плохо, но ты же не подаришь, а вот если поделишься дубликатами, то я с тобой тоже поделюсь, прикажу, что б мне книги доставляли сразу в двух экземплярах.

— Энна, ты просто сумасшедшая, ещё не восстановив полностью свою свиту, ты начинаешь тратить свои ресурсы и силы своих слуг на поиски редких книг!

— Ну, что поделаешь, если этим слугам, вернее одному из слуг, так необходима библиотека. Думаю, и мне тоже не помещает, не всё же время у демонов и драконов книги одалживать. Могут заметить, нет, не то что я боюсь, что они мне какие-то претензии выставят, но как-то неудобно получится — Великая Богиня и без библиотеки.

— Да, Богиня без библиотеки — это ужасно! — Захихикала вторая девушка. — И где же ты думаешь брать книги, да ещё в двух экземплярах?

— Заставлю дорогих родственничков поделится, это будет малой компенсацией за то, что они способствовали моему развоплощению. Ну и за то, что они уничтожили мои кланы, ведь без меня кланы не имели той силы и влияния как при мне, их задача была просто выжить, продержаться до моего следующего прихода.

— Энна, а ты не боишься, что они опять настоят на развоплощении?

— Нет, Тейли, равновесие нарушено и сильно нарушено, они заигрались, и поняли, что нынешнее положение угрожает уже им самим. Поэтому сейчас они многое стерпят. И потом, Тейли, у нас в рукаве появился козырь, и какой козырь. Думаю можно его показать, для начала Алару, он уже минут пять, как стучится, просит, чтоб впустили.

— Ты уже и защиту поставила? Быстро восстанавливаешься. Ну, запускай, это будет забавно.

В комнату из запылавшего огнём портала вошел стройный молодой мужчина с пламенеющими волосами. Одет он был в алую тунику, перепоясанную кожаным ремнем, черные свободные штаны и красные сапоги. Обе девушки слегка поморщились, ну оставил бы эту показуху для своих последователей, нет, Алар был неисправим. Девушка в походном костюме на правах хозяйки, а именно она была хозяйкой замка, где находилась эта необычная комната, сказал:

— Мы приветствуем тебя Алар, чем было вызвано столь настойчивое желание нарушить наши девичьи посиделки?

— Беспокойством за тебя сестра, сильным беспокойством. Да и беспокойством за Тейли тоже.

— И чем же вызвано столь сильное твоё беспокойство, что ты бросил все свои, несомненно, важные дела и примчался к нам? — Энна кивком пригласила вновь прибывшего присоединится к ним, у стола возникло третье кресло, более массивное и не столь элегантное как первые два.

— Вы с Тейли недавно посетили мир Рея, — Алар изобразил лёгкий полупоклон в сторону второй сидящей девушки, — Должен сказать, что ты, Энна, имеешь все шансы стать там главной Богиней, Вера жителей Реи во всеблагую Богиню Анариэнну крепнет там с удивительной скоростью. Да и тебя Тейли там тоже начали почитать, жрец храма Всех Богов Лурии стал твоим жрецом, отринув прежние предпочтения.

— Не надо завидовать Алар, это вполне заслужено.

— Я не завидую, поклонение сразу всем Богам практически означает, что никому.

— Да, славную шутку в свободном мире [39] сыграл в своё время Рэндисар, и как только ему в голову не пришло назначить верховным Богом Реи себя, — засмеялась Тейлиарра.

— Тейли, он понимал, что ему этого не позволят. Согласись, что демон — верховный Бог, это уже перебор. Но он там развлёкся так, что никто из Богов не смог там стать верховным, хотя попытки предпринимались. И я восхищён вами, фактически Рея уже ваша. Ну не брать же в расчёт этого полусумасшедшего Хранителя Леса. — Поморщился Бог Огня.

— Алекса мало интересуют дела людей, он тоже своего рода Хранитель Равновесия, только равновесия в природе, экологического. И потом, он является Хранителем Леса не только в том мире, а во многих других, где тоже существует Лес. А то, что он предпочитает находиться на Рее, на это есть свои причины. — Ответила Анариэнна Алару.

Бог огня нахмурился, но совсем незаметно, его несколько удивило такое близкое знакомство Хранителя Леса и Анариэнны. Хранитель всегда старался держаться в стороне от других богов. Хранитель Леса обладал немалой силой, силой независящей от людей. Для поддержания своей силы ему не нужны были верующие, он черпал её непосредственно у природы. В этом были и свои минусы, но так внезапно возникшие дружеские отношения Хранителя Леса и Хранительницы Равновесия, несомненно, её усиливало, что могло очень сильно повлиять на сложившийся среди Богов шаткий порядок. Да своими дрязгам и непрекращающимся соперничеством Боги расшатали Равновесие, и потребовалось снова призвать эту своенравную Богиню, но после того как она выполнила бы свою миссию, её можно было бы снова развоплотить. Но она нашла себе неожиданного союзника, да и Тейлиарра, которая в отсутствие Анариэнны была низведена до положения второстепенного божества и была на грани развоплощения, если не полного уничтожения, сейчас набирает силу. Потому то она и поддерживает так Хранительницу Равновесия. И Совет богов, эта большая банка с пауками, очень обеспокоился возможным приобретением двумя Богинями верующих целого мира.

— Но ещё раз, выражая вам своё восхищение, должен предупредить, мир Рея заражен и серьёзно заражен. — В голосе Алара прозвучала скорбь.

— О брат, как ты о нас заботишся! И чем же заражен тот мир? Какую опасность он таит? — Всплеснула руками Тейли.

— Сеиссшесс, в том мире подозревается, вернее, обнаружено присутствие сеиссшесс.

— Так подозревается или обнаружено?

— Вы же знаете, что даже приближаться к мирам, где присутствуют сеиссшесс смертельно опасно! Это непредсказуемые существа! Они могут не заметить присутствия Богов, а могут заняться целенаправленным уничтожением всех, в ком есть хоть капля Силы. Есть догадки, что они порождения вообще не нашего плана бытия. Поэтому нельзя сказать, со стопроцентной уверенностью, что они там есть. Но вероятность их присутствия в том мире очень велика, на это указывают все признаки. И то, что там не было богов, это только подтверждает. И то, что вы там побывали и остались живы — большая ваша удача, но больше так рисковать не стоит, даже ради обретения силы от верующих целого мира!

— Если тот мир столь опасен, то, как ты узнал такие подобности о нашем пребывании там? — Подняла брови Богиня в полупрозрачном платье, она поняла, что Алар получил не полные сведения о их с Хранительницей Равновесия пребывании в том мире. Она догадалась, что за ними шпионили и шпионил, скорее всего, кто-то из высших слуг Алара. Этот шпион обнаружил присутствие сеиссшесс, потому и не стал приближаться к источнику опасности, а наблюдал издали.

— Спасибо брат! Спасибо за проявленную заботу, но ты напрасно спешил, бросив все свои важные дела, мы в состоянии сами позаботится о своей безопасности. — Проговорила Анариэнна, она тоже поняла, что Алар не обладает всей информацией о их с Тейли посещении мира Рея, она заговорщицки подмигнула Тейлиарре, мол, не пора ли выложить наши козыри. Та улыбнулась и тоже подмигнула подруге. Алар недоумённо покачал головой, рассказанное им известие о страшной опасности, которой подвергались богини, их нисколько не впечатлило, и это было странно. Тейли поднялась со своего кресла, сделала пару шагов к окну, тому за которым бушевало море, и тихо позвала:

— Найтин, Дени!

Улыбающуюся Богиню обняли двое пепельноволосых детей. Они чмокнули её с двух сторон в щёки и начали что-то ей быстро рассказывать. Анариэнна тоже улыбнулась, и на столе появились чашки с чаем и вазочки с различным вареньем. Дети оторвались от Богини в синем платье и обцеловали вторую богиню. Бог Огня сначала не понял происходящего, а потом задохнулся от ужаса, он увидел кто эти синеглазые дети. Он также понял, что спасения нет, если бы он был на удалении хотя бы равном половине обычного расстояния между мирами, он бы ещё смог затеряться, но страшные сеиссшесс были рядом.

А дети, не обращали на него ни какого внимания, они, устроившись, в возникших около стола, маленьких креслицах, стали пить чай с вареньем. Дети сразу же измазались этим вареньем так, что Богиням пришлось их умывать, в тут же сотворённом маленьком водопадике. Анариэнна умывала мальчика, а Тейлиарра девочку, нисколько не смущаясь грозной сущностью детей. При этом дети, что-то всё время рассказывали богиням. На оцепеневшего Алара, с ужасом наблюдавшего эту почти семейную идиллию, никто не обращал внимания. А дети увлечённо рассказывали Богиням:

— ... теперь маленькие в кристалле у Иххи, она его сама создала...

-... а мы теперь не знаем, как помочь...

— ... совсем, совсем, нас никто этому не учил...

— ... а если мы навредим, и они совсем погибнут...

Казалось в этом потоке неразборчивой информации, трудно было понять что-либо, но Богини слушали, где-то согласно кивая, а где-то хмуря брови. Хранительница Равновесия посмотрела на вторую Богиню и сказала:

— Так трудно, что-либо посоветовать, надо посмотреть на месте.

— Ну, так пойдём, посмотрим! — Девочка притопнула ножкой от нетерпения.

— Хорошо, пойдём, — согласилась Богиня.

И все четверо исчезли, но уходящий последним мальчик, блеснув жёлтыми с вертикальным зрачком глазами, сказал, уже было вздохнувшему с облегчением Алару:

— А ты посиди здесь, пока.

Алар попробовал, было переместиться, но это у него не получилось. Он взял со стола бокал с вином и задумался, теперь, когда нагоняющие ужас сеиссшесс были далеко, ничего не мешало думать, а обдумать сложившуюся ситуацию, было просто необходимо.

Алар поставил на стол пустой бокал, да, вино было просто отличным. Бог огня с сожалением посмотрел на опустевшую бутылку, а что если... Рядом с пустой бутылкой появилась ещё одна полная. Алар снова попробовал переместиться, и снова у него это не получилось. Его сила никуда не пропала, но вот уйти из этого замкнутого пространства, он был не в состоянии. Немного посидев, прислушиваясь к своим ощущениям, Алар открыл бутылку, налил себе вина и, отсалютовав окну за которым бушевал океан, продолжил свои размышления. Для начала он проанализировал свои ощущения, которые возникли у него, когда он приблизился к замку Анариэнны. На замок была поставлена стандартная защита. И это было странно, Боги всегда отличались повышенной паранойей, и защиту ставили соответственную, многослойную с массой всевозможных ловушек, а тут простая, даже простенькая. Алар стучался только из уважения к хозяйке, пройти такую защиту, ему не составило бы никакого труда. Хотя нет, присмотревшись к защите, Бог даже присвистнул, теперь изнутри было, хоть и смутно, но видно, что защита была не так проста, в ней просматривались свойства присущие ауре сеиссшесс. Теперь стало понятно его странное ощущение, когда он стучался в замок, он не то, что не прошёл бы эту защиту, он бы в ней увяз. Да что он, тут увяз бы любой из старших Богов входящих в Совет. Увяз бы и весь Совет, в полном составе, вздумай он сюда явиться. Но аура сеиссшесс... Ведь обнаружить их, если они сами этого не хотят, не возможно! А тут, хоть и не явно, но чувствуется. Алар сделал ещё глоток из бокала, и внимательнее пригляделся к защите — а ведь следы ауры сеиссшесс в ней — это предупреждение! Пусть слегка скрытое, но всё же предупреждение — не суйся сюда, а уж если полез, то получишь по полной!

Ай да сестрёнка, вот ведь как повернула, а он-то предлагал ей в помощь отряд своих слуг. Предлагал с подачи Маримулла, этого старого интригана, мол, будем в курсе всего, что задумывает и собирается сделать Анариэнна. Мол, у нас членов совета, она поостережётся помощь принимать, а ты ей по-братски предложи! От тебя она помощь примет, а на нас обижена. А как же не обижаться, ведь подставили, и развоплотили. Тогда он был против, и Тейлиарра была против, но против старейших, составляющих совет, не попрёшь. Тейлиаре заступничества за опальную Богиню, так и не простили. И всё это время, пока Энна была развоплощена, Тейли целенаправленно сводили, если к не развоплощению, то к состоянию обычной элементали. Алар и в свою сторону замечал косые взгляды некоторых членов совета, но его пока не трогали. Гм, пока. Но ситуация могла измениться. И она изменилась! Кардинально изменилась! Энну вернули, вернули по решению совета, она должна выполнить свою работу — восстановить равновесие и снова уйти, потому, что уж очень своенравна эта Богиня. Но вот теперь вряд ли уйдёт. И Тейлиарру вряд ли удастся задвинуть на вторые роли, она тоже не менее чем Анариэнна, своенравная и непредсказуемая Богиня.

Аллар ещё сделал глоток, а вино действительно прекрасное! Интересно, где это Энна его нашла? Ведь сотворить можно, только то, что уже видел или пробовал. Или это Тейли нашла? И где они нашли сеиссшесс? И как смогли вступить в столь близкий контакт? Алар вызвал из памяти недавнюю картинку — богини умывали своих извечных врагов, да вот врагов ли? И внезапно возникшая дружба с Хранителем Леса. Тот тоже неизвестная величина. То, что Хранитель тоже Бог, никто из Богов не сомневался, но Бог какой-то странный, верующие ему не нужны, достаточно тех сил, что даёт природа, Лес. А этот Лес разбросан по многим Мирам, и даже Боги, являющиеся верховными в мирах, где он есть, ничего поделать не могут — просто игнорируют присутствие Леса. Существует ещё один хранитель — Хранитель Океана, или Морской Хранитель. Но тот вполне адекватный Бог. С удовольствием принимает поклонение верующих и охотно пользуется той силой, что даёт такое поклонение. Хотя люди постоянно пользуются водной стихией, добывают себе пищу в морях и океанах, путешествуют и перевозят грузы по водным путям. А Хранитель Леса редко кого пускает в свой Лес, в общем, бука-букой.

Улыбнувшись, Бог огня снова отпил из бокала, немного посмаковал, стараясь запомнить вкус, надо будет и себе в погреба такого же пару бочоночков. А если у Энны есть еще парочка таких вин, можно будет выменять на книжки, вроде она увлеклась созданием своей библиотеки. Это, кстати, тоже штришок, раньше она такими вещами на заморачивалась, чувствовала, что её состояние как богини ненадолго, что её, рано или поздно, ждёт развоплощение. А тут обустраивается в серьёз и надолго. Вон раньше никогда не набирала себе в команду демонов, а тут... Да, тот демон — шустрый малый, Аллар видел его в деле. А самое главное, преданный своей повелительнице, интересно было бы узнать, чем же она его купила? Впрочем, об этом позже, главное — это сеиссшесс. Они меняют весь расклад, всю расстановку сил. Ведь Совет тоже не однороден, там грызня точится постоянно, союзы, союзики, с кем дружить, против кого дружить... Очень многие попытаются руками Анариэнны, а следовательно, руками сеиссшесс, ослабить, а если и получится — то и убрать своих соперников. Аллар улыбнулся, вот и вырисовывается картина будущей партии, и козыри похоже в этот раз на руках у сестрёнок и сильные козыри, можно даже сказать убойные. Бог огня кивнул своим мыслям — что ж если на стороне Анариэнны и Тейлиарры, то можно и поиграть. И под шумок и себе собрать взятки.

Оставшиеся на капитанском мостике «Лесной Волшебницы» наблюдали за перемещением экипажей кораблей Союза на планету, не на штатных экранах, а на множестве зеркалов-экранов, на которые разделилось зеркало созданное Дени, и которое Ихха растянула на всю стену. Эвакуация уже почти закончилась, последние люди перебирались на планету.

— Все ушли, никто не попытался спрятаться? — Спросила капитан Дорсет.

— Прятались, но когда увидели, что в накопителях кораблей тоже исчезает энергия, а вспомогательные генераторы-преобразователи останавливаются все побежали к порталам, — Ихха посмотрела на экраны, а потом сказала, — Хотя нет, не все некоторые остались, но они или тяжело ранены или связанные, лежат в отсеках.

— Скорее всего, это те самые офицеры, которые были против и кого того, и те которые не оказали сопротивления, но их на всякий случай связали и оставили. Оставили, как думают те, — капитан кивнула на переходящих через порталы на планету, — На верную гибель. Ихха, ты сможешь их забрать к нам, на «Лесную Волшебницу»?

— Конечно, мам.

Инэллина хотела спросить ещё, что-то, но не успела, в зале управления появились Найтин и Дени, с ними были две русоволосые девушки. Одна одетая в полупрозрачное зелёное платье с богатым жемчужным украшением сложной причёске, вторая одетая в такой же походный замшевый костюм как у Морэдэль.

— Приветствую вас, Анариэнна и Тейлиарра, — поклонился учтивым придворным поклоном Тёмный повелитель, вслед за ним поклонились присутствующие Стьеххар и Крум. Инэллина Дорсет тоже попыталась поклониться, но быстро подошедшая к ней Богиня в походном костюме остановила её и, взяв за руки, произнесла:

— Здравствуй, я очень хотела познакомиться с той, кто стала матерью юным сеиссшесс. — И повернувшись к остальным, поприветствовала их кивком головы. Тейли повторила жест своей подруги. Люди, присутствующие на капитанском мостике встали и по военному отдали честь. Ихха подойдя к Богине, протянула ей кристалл, но Анариэнна кристалл не взяла. Она несколько раз провела над ним руками и позвала свою подругу:

— Тейли, посмотри-ка ещё ты.

Вторая Богиня проделала такие же манипуляции и высказала своё мнение:

— Я тут ни чем помочь не могу, тут заключены не просто души, тут сущности, им требуется оболочка, которая их не отторгнет, а такого я создавать не могу, это мне не под силу.

Вторая богиня кивнула, соглашаясь, и добавила:

— Даже создать подобное вместилище мы с сестрой не способны, скольких ты туда поместила? — Спросила она у старшей девочки.

— Семь тысяч сто шестьдесят восемь, всех кто был заключён в тех страшных хранилищах, — ответила девочка.

— А ты спрашивала, из них никто не хочет уйти на перерождение?

— Спрашивал, никто! Они ещё очень маленькие, им интересно жить, но они не хотят быть людьми. Говорят — люди злые и гадкие!

— Не все, — попытался возразить Мишель, но Богиня жестом его остановила.

— Им теперь этого не докажешь, для них, теперь, все люди такие, — грустно сказала Тейлиара. — Может Хранитель что-нибудь посоветует? Помочь, точно, не сможет, но может, подскажет что?

— Тогда пошли к Деду, — решительно сказала Ихха.

— Пошли! — поддержали её другие дети.

— Что ж, идём, — согласились Богини.

— Мама, ты с нами? — Спросила Найтин.

— Идите, капитан, — сказал майор Панин, и усмехнувшись в усы предложил, — Пленными я займусь, они уже у нас в отсеке для непрошенных гостей, ваши дети уже их переместили.

— Хорошо, майор, займитесь, за старшую — Анна, — отдала распоряжение капитан. И вместе с детьми и богинями исчезла.

— Наверное, и мы за ними последуем, — сказал Тёмный Повелитель и, посмотрев на своих спутников, добавил, — Интересно ведь.

И все рыжие Крум вместе с эльфийкой тоже исчезли.

— Это всё хорошо, но за работу, — скомандовала террийка Анна, — Майор вы и ваши люди занимаетесь пленными. Лейтенант Дюкло, займитесь проверкой тестированием управляющих систем...

В общем, Анна как настоящий командир, никого не оставила без дела.

Капитан открыл рот, чтоб задать вопрос, но его опередили панические возгласы операторов дежурной смены линкора. Смит глянул на экран монитора, где отображались данные о выбранном курсе, экран был девственно чист. Также чисты были и остальные экраны, вся информация о пройденном маршруте исчезла. Пропали расчётные данные о совершаемом прыжке, фактически корабль входил в гипер в слепую, и где он окажеться по завершению прыжка никто не мог бы сказать. Капитан Смит повернулся к профессору Гейтису, тот сидел на полу, закрыв лицо руками. Прест Торнс и адмирал Берковин тоже смотрели на профессора. Первым не выдержал адмирал, он подскочил к Гейтису и поднял его, ухватив за воротник сюртука:

— Как это понимать, профессор? Почему отказали ваши биологические компьютеры! Где обещанное вами многократное дублирование?

— Гыыы... — ответил профессор, его глаза были абсолютно пусты, с полуоткрытого рта капала слюна. Адмирал беспомощно посмотрел на советника, тот невозмутимо пожал плечами. Подойдя к профессору, он помахал у него перед лицом рукой, потом пощёлкал пальцами, ущипнул за щеку. Ещё раз пожал плечами:

— Спёкся наш проф, то же состояние я наблюдал у людей, из которых наш профессор, извлекал сущность для своих суперкомпьютеров. Да, что бы ты не сделал, даром это не проходит, за всё приходится платить, и цена, иногда, бывает слишком большая.

— Что вы хотите сказать, советник?

— То, что выбираться из того дерьма в которое мы вляпались нам придётся самим, и никто в этом нам не поможет.

— Адмирал, — обратился к Берковину капитан Смит, — Приборы заработали, но показывают только текущее состояние.

— Не обольщайтесь, капитан, это не надолго. Через какой-то десяток минут всё снова обнулится. — Хмыкнул советник.

— Да, сэр! Но пока приборы показывают, я вижу, что наша масса возросла, но такой прирост массы не могли создать камни астероидного пояса, которые мы зацепили своим защитным полем.

Капитан начал раздавать команды и впавшие было в панику операторы дежурной смены начали успокаиваться — раз начальство не волнуется, то ситуация под контролем, какой бы угрожающей она не казалась. Адмирал одобрительно кивнул капитану, мол, молодец. Взглянув на оживший экран, он протянул:

— Интересно, интересно, действительно масса не маленькая, что вы намерены предпринять капитан?

— Выйти из гипера, сэр! И посмотреть, что это мы зацепили. Перед прыжком по курсу было чисто, приборы не фиксировали значительной массы.

— Действуйте, капитан!

— А вы не боитесь, что, выйдя из гипера, мы окончательно потеряем наши координаты. — Спросил Прест Торнс.

— Мы их и так уже потеряли, мы не знаем координат ни того места, откуда мы прыгнули, ни того места, куда. Да и о том, где мы находимся в данный момент, не имеем ни малейшего понятия, сэр. — Ответил капитан, и скомандовал в коммуникатор, — Выход из гипера, пятиминутная готовность, десантной команде быть готовой к выходу на обшивку. Цель — неизвестный объект на носу корабля, при обследовании — соблюдать максимальную осторожность!

И поясняя свои действия адмиралу и советнику, сказал:

— У нас осталась только половина десантного наряда, остальные остались на поверхности планеты.

По истечении пяти минут линкор вышел из гипера, десантники пошли к обнаруженному объекту. Капитан смотрел на показания приборов, покачав головой, он сказал:

— Очень интересно, это повреждённый фрегат предположительно нашей постройки, проект тысяча сорок восемь, кто-то ему разрушил генераторный отсек. Они вышли на связь, соединять, сэр?

— Соединяйте, капитан!

На загоревшемся экране внешнего коммуникатора появилось лицо, не совсем человеческое, вернее совсем не человеческое, но хорошо знакомое Престу Торнсу.

— Здравствуйте, советник. — Поздоровалось лицо нечеловеческой национальности.

— Здравствуйте, сэхэ Виренталь, — поздоровался советник, — Каким ветром вас сюда занесло?

— Попутным в виде вашего линкора, вот проходил себе спокойно по своим делам, а вы в меня врезались, — изобразив обиду, ответил Виренталь.

— Однако, сэхэ, вы настолько скрытно проходили, что вас обнаружить было совершенно не возможно, разве что врезавшись. Да и не могли вы проходить, судя по виду вашего корабля, кто-то еще до нас в вас врезался. Нельзя же так красться, сэхэ, это вызывает подозрения, да и опасно. — Торнс ядовито улыбнулся.

— Да, в закрытой галактике в последнее время, кораблей стало очень много, как машин на главной улице в час пик, даже если спокойно стоишь — обязательно кто-нибудь догонит!

Так обмениваясь любезностями с Виренталем, Торнс сделал знак адмиралу. Тот понимающе кивнул и тихо сказал капитану:

— Отзовите десант, капитан.

Капитан отдал необходимые приказания и вопросительно глянул на командование. Адмирал, также тихо пояснил свою мысль:

— У него на борту могут быть боевики его расы, наши десантники им не соперники, не много отодвиньтесь от его корабля. Если оттуда попытаются прыгнуть к нам на обшивку, немедленно открывайте огонь, их всех калибров.

Смит удивлённо поднял брови, адмирал, не взирая на все его отрицательные качества, никогда не был трусом, скорее наоборот, и если он отдал такой приказ, значит опасность действительно есть и не маленькая.

Виренталь заметил перешептывания на капитанском мостике линкора, а когда заметил манёвр корабля союзовцев, кисло улыбнулся:

— Вы напрасно меня опасаетесь, у меня не столько Крум, чтоб представлять для вас опасность. Я готов в качестве заложника перейти на ваш корабль.

Прест Торнс удивлённо поднял брови, он не ожидал от Виренталя таеой бустрой капитуляции, а тот, как будто прочитав мысли советника, ухмыльнувшись, сказал:

— Нет, нет! Я не собираюсь вам сдаваться, тем более, что мы не вступали с вами в конфликт.

Торнс хмыкнул, вспомнив атаку пиратами «Перекрёстка», а Виренталь точно читая мысли, продолжил:

— Атаку вашей станции проводили пираты, на свой страх и риск, вот они могут подтвердить. — На экране коммуникатора возникли понурые рожи пиратского адмирала и его помощника. Советник и адмирал Берковин удивлённо хмыкнули:

— А эти то, как здесь оказались?

— Они, вернее их корабль и врезался в мой фрегат, — Виренталь не стал скрывать этот факт, да и союзовцы это рано или поздно узнали бы, допросив пиратов.

— Я прошу оказать мне гостеприимство, мне и моим гостям, — Виренталь, снова появившийся на экране кивнул в сторону пиратов. — Впрочем, о них вы можете позаботиться сами, по своему усмотрению.

Берковин и Торнс снова скептически хмыкнули. А Виренталь продолжил:

— Для себя и своих Крум я прошу вашего гостеприимства не как милостыни, я предлагаю вам честную сделку — вы вывозите нас в обитаемый космос, где я смогу приобрести себе новый корабль, — заметив удивление на лицах своих собеседников, Виренталь усмехнулся. — Да, я имею такую возможность, вывести вас из закрытой галактики, ведь ваши навигационные приборы мертвы. Думаю, это честная сделка.

Время перевалило уже за полдень, но из каминного зала никто не расходился. В камине, который использовали для ночлега пепельноволосые дети, по прежнему пылал жаркий огонь, хотя дров туда никто не подкладывал. Хранитель Леса сидел в кресле, он очередной раз поменял облик и теперь был похож на пожилого лесника. Эльфы, светлые и тёмные стояли общей кучкой, видно непримиримых противников помирила ночь, проведенная в компании с Тёмным Повелителем. Политики и примкнувший к ним ректор Академии Магических Искусств стояли ближе к импровизированным зеркалам-экранам, королевские семьи и Франк с Наки, расположились в креслах недалеко от них. Гномы расположились у стола, куда слуги, руководимые невозмутимым Арчибальдом, время от времени кидающим влюблённые взгляды на Альму, носили пиво.

— Удивительно, — сказал ректор Академии Магических Искусств, — Удивительно, защитные сферы Ван Тессона, мало того, что вывернуты наизнанку и обладают избирательной пропускной способностью, так ещё и до сих пор держаться! Это же прорва энергии!

— Граф, если энергия кончится, то эти, — канцлер Объединенного королевства указал не запертых в сферах захватчиков, — Смогут двигаться дальше и применять своё оружие?

— Несомненно, князь, несомненно, — ответил ректор. Князь Замойски посмотрел на короля Лурийской федерации, как бы прося его подтвердить или опровергнуть утверждение ректора. Марат пожал плечами:

— По моим прикидкам, всей энергии из моих запасов и запасов магов вашего королевства не хватило бы и на пять минут поддержания сфер Ван Тессона таких размеров, я не говорю уже о затратах энергии на их создание, это ведь на порядок больше чем на их поддержку.

— Я готов! — Сказал король Джеймс.

— Как уже? — Громким шёпотом спросил один из тёмных эльфов.— Вроде ещё и не пил.

Король не заметил этой нахальной реплики и продолжил:

— Я готов, встать во главе своих рыцарей и ударить по этим...

— О! Мой супруг! — Перебила его королева Эльвира, — Но вы же видели ужасающее действие оружия этих пришельцев, оно намного сильнее, чем у тех, которых вы столь доблестно разгромили!

— Да ваше величество, — подержал королеву ректор Академии Магических Искусств, — Как только вы пересечёте границу защитной сферы, эти пришельцы смогут применить своё оружие, ведь внутри сферы оно действует, а вы не сможете отступить, защитный контур не выпустит вас обратно!

— Но надо же что-то делать! — Вскричал король Джеймс, — Мы же не можем сидеть и ждать, пока эта ваша сфера пропадёт!

Все присутствующие посмотрели на, казалось дремавшего, Хранителя Леса. Тот поднял голову и тоже пожал плечами:

— Не волнуйтесь господа, Дени сказал — будут сидеть, значит, будут сидеть, пока он их не выпустит. Тем более, что флот захватчиков разгромлен.

Увидев недоумение на лицах присутствующих, Хранитель пояснил:

— Те железные птицы, на которых эти сидельцы прилетели, — он показал на экраны, — Уже им не помогут. А нам остаётся только ждать, тем более, что уже не долго осталось.

Его слова не успокоили присутствующих, только тёмные эльфы сохраняли полное спокойствие, этой расе был присущ определённый фатализм, или как утверждали их извечные антагонисты светлые — пофигизм тёмных эльфов не имел границ. А гномы если и выдали свое волнение, то только увеличившимся объёмом потребляемого пива.

Хранитель встрепенулся, возле него возникли пепельноволосые дети, знакомые богини и черноволосая женщина в серебристом костюме, несомненно, являющимся форменной одеждой. Хранитель встал со своего кресла и со словами — здравствуй дочка, обнял черноволосую женщину. Она поцеловала его и тоже поздоровалась:

— Здравствуй, дед!

Остальные же во все глаза смотрели на богинь, вернее на ту из них, которая была одета в короткое полупрозрачное синее платье. Она приветливо улыбнулась и помахала рукой. Тёмные эльфы сделали шаг к ней и все как один опустились на одно колено. Старший из них, или выглядевший старшим, заговорил:

— О Великая Богиня Тейлиарра Энтарра, народ Дроу просит тебя о великой милости!

Богиня улыбнулась и благосклонно кивнула. Ободрённый Дроу продолжил:

— О Великая Богиня, умоляем тебя, прими наш народ под свою руку!

— Соглашайся, Тейли, — шепнула вторая Богиня, шепнула так, что было слышно только её подруге, — Соглашайся, здесь у дроу нет покровителей, Лосс сюда не может дотянуться, так, что конфликта не будет. А я одна весь мир не потяну, а так в этом мире будут две верховные богини.

— Богини близнецы, а что не плохой культ, тем более, что начало уже положено, блестящей свадебной церемонией, — хихикнул выходящий из телепорта, Тёмный Повелитель. Вслед за ним вышли уже знакомые присутствующим, рыжие демон и эльфийка. За ними вышел ещё один рыжий демон и полудемоница с каштановыми волосами и двумя мечами в наспинных ножнах.

Богиня грозно нахмурилась, и демон покаянно склонил голову и поднял руки:

— Молчу, молчу, о Великая Богиня!

Тейли, повернулась к замершим дроу:

— Я принимаю ваше служение. Отныне народ Дроу мира Рея принадлежит мне, Тейлиарре Энтарра! Да будет так!

Небо потемнело и засверкало сполохами молний, по нему прокатились раскаты грома. Дроу в восторге упали ниц перед уже своей Богиней, народ Дроу мира Реи обрел свою заступницу перед другими богами и враждебными силами. Все притихли, даже Тёмный Повелитель стал серьёзным, столь явный знак одобрения Высших Сил был редкостью. Только Анариэнна улыбалась, теперь мир Рея имел полноценный пантеон богов пусть и состоящий всего лишь из двух Богинь.

Пепельноволосые дети восторженно смотрели на Тейлиарру, казалось, вот-вот и они захлопают в ладоши. Но небо снова посветлело, даже тучи, постоянно клубившиеся над замком, разошлись.

Старшая девочка, державшая в руках большой кристалл, переливающийся сине-зелёным цветом, подошла к Хранителю и протянула ему свою ношу. Но Хранитель Леса, так как раньше и Богини, кристалл не взял он поводил над ним руками. Несколько секунд подумав, он сказал, обращаясь к детям:

— Даже не знаю, что вам посоветовать, вы взяли на себя очень большую ответственность. Если просто выпустить эти сущности, то много бед может случиться. Равновесие — вещь очень шаткая и достаточно малого толчка, чтоб его нарушить. А это, — Хранитель указал на кристалл, а потом взглянул на Анариэнну, та утвердительно кивнула,— Это, может послужить той песчинкой, что заставит качнуться весы в ту или иную сторону.

— Но что же делать, Дед? — Спросила старшая девочка, — Их же нельзя так оставлять! Им же очень плохо!

— Вот и постарайтесь сделать так, чтоб стало хорошо, всем. Но не надо делать добро кому-то за счёт других.

— Если бы получалось делать добро, так что бы всем было хорошо, ведь всегда кому-нибудь будет плохо, — грустно заметил Марат.

— Вот, потому-то я не делаю добрых дел, — Хранитель посмотрел на Марата, — вообще не делаю никаких, ни добрых, ни злых.

— Да, не делать добрых дел, что б не получилось злых, и не делать злых, что б они не обернулись добрыми, прямо таки эталон абсолютного равновесия, — не удержался от замечания Тёмный Повелитеь, — А как же тогда... — И он указал глазами на пепельноволосых детей, Альму и Наки.

— Я же говорю, не всегда, получается, — пожал плечами Хранитель.

— Нельзя жить в Мире и быть вне его, Мир изменяет нас, но и мы изменяем его, — произнёс ректор Академии Магических Искусств.

— Да, граф, вы совершенно правы, — улыбнулась Богиня и, обратившись к детям, торжественно произнесла:

— Вы взяли на себя эту задачу, и вам её решать! Никто не сделает это за вас, и никто не сможет вам помочь, даже советом. И всё что вы сделаете, это будет ваша ноша, ваша карма!

— Тейли, зачем же так сурово, они же ещё дети,— тихо сказала вторая Богиня своей подруге.

— Дети, но дети способные создавать миры и уничтожать их вместе с зазевавшимися богами. Кому много дано, с того много и спрашивается. И если судьба поставила перед ними эту задачу, то значит, время для этого пришло. Ведь, согласись, не мы, ни Алекс, ничем им помочь не можем. — Также тихо ответила Тейли.

— Да, дети растут, и на их плечи ложатся проблемы, которые до этого никому решать не приходилось, — заметил Хранитель, прекрасно расслышавший, что говорили друг другу Богини.

— Да, Алекс, тебе тоже не удалось спрятаться в своем Лесу. Лес неотделим от тех Миров где расположен, и их проблемы рано или поздно его коснуться а, следовательно, и тебя, Алекс.

-Уже, — кивнул Хранитель, — Уже коснулись, и знаете, я об этом не жалею.

Богини и хранитель повернулись к тихо совещавшимся детям. Инэллина прижав руки к груди, с тревогой наблюдала за малышами, не смея вмешаться. Остальные присутствующие тоже затихли, ожидая того, что решат дети, только гномы продолжали невозмутимо пить пиво. Наконец дети подняли головы и вопросительно посмотрели на богинь. Тейлиара ободряюще улыбнулась:

— Давайте, делайте, что решили. Мы верим в вас!

И дети исчезли. Инэллина просяще посмотрела на Хранителя Леса, остальные взглядами поддержали её. Хранитель тоже взглядом как бы спросил разрешения у Богинь и, получив его, создал ещё одно зеркало-экран. В зеркале отразилась лесная опушка, Альма узнала это место. Это была граница баронства, вернее теперь уже графства Приан, и Леса. Дети некоторое время молча стояли, потом Ихха подняла кристалл, засветившийся интенсивным зелёным светом, над головой. Младшие дети протянули руки с раскрытыми ладонями вперёд, перед собой. Некоторое время ничего не происходило, но видно было, как напряжены дети. Казалось, это напряжение передалось и наблюдавшим за ними через зеркало-экран и окружающей детей природе. Небо потемнело, поднялся ветер, Лес угрожающе зашумел, в нём появились какие-то неясные тени. Инэллина приглушено вскрикнула, но Тейлиарра ей успокаивающе положила руку на плечо. К детям из леса ползли всё сильнее и сильнее уплотняющиеся тени, кристалл в руках старшей девочки, превращался в маленькое зелёное солнце. Вот тени накатились на замерших детей, и кристалл ослепительно вспыхнул. Зеркало-экран погасло. Инэллина дрожа, прижалась к Богине. Хранитель сидел с закрытыми глазами, его лицо покрылось не известно, откуда появившимися морщинами. Напряжённую тишину нарушил голос Нэлькаэра:

— Элли, должен тебя поздравить, ты теперь мама даже не богов, а... — И, не зная как назвать то во что, по его мнению, превратились её дети, он многозначительно сдвинул брови и пошевелил пальцами. Инэллина с испугом на него посмотрела, но он ни чего не успел пояснить. Вновь засветившееся зеркало показало ту же опушку Леса, дети стояли расслабившись а вокруг резвились существа одновременно напоминавшие и людей и игрушечных медвежат, ростом эти существа доставали Дени и Найтин только до плеча.

— Вот, господа, вы присутствовали при рождении нового вида живых существ, — гордо проговорил Тёмный Повелитель, проговорил так гордо, как будто он и зародил этих живых существ. Светлые эльфы смотрели на него с обожанием.

— Энна, надо что-то делать, а то эти эльфы могут объявить Тёмного Повелителя своим светлым Богом, — тихо проговорила Тейлиарра, — И появится в нашем пантеоне третий. Наш уважаемый Совет, такое вряд ли потерпит, и тогда в этот мир возможно полномасштабное вторжение с целью устранения светлой темноты.

— Да уж, шутка вполне в духе Рендисара, но если бы даже это случится, то вряд ли Совет предпримет какие-то действия в этом мире. — Анариэнна кивнула в сторону экрана, где забавные мишки обступили, что-то им рассказывающих детей. — Наш Алар тому примером, этот Мир вызывает у всех остальных Богов ужас, так что не будем их разочаровывать.

— Уважаемые дамы, не будете ли вы так любезны... — Начал Тёмный Повелитель, обращаясь к Богиням, но закончить свою мысль, не успел. Младшая девочка повернулась в сторону наблюдавших за ней через зеркало и махнула рукой. Богини, Хранитель Леса и Инэллина исчезли, чтоб тот час появится рядом с детьми. Те начали им что-то темпераментно объяснять. Поскольку, создавая зеркало-экран хранитель не позаботился о передаче звука, то присутствующим трудно было понять, о чём идёт речь. Нэлькаэр хмыкнул и тоже переместился на опушку.

— Ну что ж, мы присутствовали при рождении нового вида существ в нашем Мире... — Многозначительно начал ректор Академии Магических Искусств, но его перебил рёв одного из гномов:

— За это следует выпить!

— Непременно выпить! Гип, гип ура! Да здравствуют новые жители нашего Мира! Да здравствуют Светлые Богини! — Дружным рёвом поддержали его другие гномы. Король Марат улыбнулся и сделал знак Арчибальду, тут же забегали слуги, наполняя кружки и бокалы гостей напитками по их вкусу.

— А не кажется ли вам, Станислас, что пора бы и нам выбрать богиню покровительницу, а то все Боги, как-то уже не современно и слишком массово, опять же от них никакой поддержки. — Наклонился к лорд-канцлеру Объединенного королевства первый министр того же королевства князь Эдвин Багрейски.

— Да, Эдвин, несомненно, все Боги, которые «все», про нас забыли, а светлые богини вот они на выбор, кого же нам предпочесть, князь?

— Вы понимаете, господа, что если мы сделаем выбор, то это надолго, если не навсегда. И не только нам, а и нашим детям, внукам, — присоединилась к разговору королева Эльвира.

— Да, ваше величество, поэтому я предлагаю не тянуть, чтоб не оказаться последним, — поклонился канцлер, — Мой выбор Богиня Равновесия — Анариэнна.

— Поддерживаю, ваше величество, — в свою очередь поклонился королеве первый министр.

— Я тоже согласна, — кивнула головой королева и, повернувшись к своему супругу, спросила, — А вы, ваше величество, как расцениваете наш выбор?

— А? Что? — Король Эдвин оторвался от второго бокала, которым он чокался с каким-то гномом, первый он выпил с тёмным эльфом.

— Да, ваше величество, вы совершенно правы, лучшей богини-покровительницы, чем всемилостивейшая Хранительница Равновесия Анариэнна Лиорра быть не может! — Подтвердил мнение своего короля лорд-канцлер. Король немного нахмурился, ну совсем чуть-чуть, его взгляд упал на кивнувшую ему королеву, он выпрямился и как на поле боя зычно скомандовал:

— Быть по сему!

— За это надо непременно выпить! — Поддержал его гном.

— Ну не фига себе! — Выразила своё мнение всемилостивейшая Богиня Анариэнна, — Вот так взять и перетащить двух Богинь и одного Хранителя, куда им задумается!

— Не сердись, тётя Энна, — Младшая девочка просительно заглянула в глаза богини, — Мы только хотели узнать, что теперь делать?

— Что ж Энна, давай соответствовать высокому званию Богинь, будем обустраивать этот детский сад, — улыбнулась Тейлиарра, рассматривая симпатичные мордочки, скорее даже не мордочки, а лица, настолько осмысленным было их выражение, обступивших их забавных медвежат. — Для начала, нужно назвать этот вновь появившийся вид разумных существ.

— Гамми, я хочу назвать их Гамми, — запрыгала Найтин.

— А они не возражают? Ведь они разумны и могут сами выбрать себе имя.

Медвежата вразнобой замотали и закивали головами, толи, соглашаясь, толи, протестуя против этого имени. Это было настолько забавно, что обе Богини, Инэллина и Хранитель заулыбались.

— А давайте у них спросим, — предложила Анариэнна, и повернулась к медвежатам, — Нравится вам такое имя?

— Нравится! Нравится! Гамми! — опять вразнобой запищали медвежата.

— Да, придётся с ними повозиться, — задумчиво произнесла Богиня, и хитро улыбнувшись, сказала, — И я знаю, кто этим займётся, кому это по плечу! Алекс вот тебе и подопечные, и последователи, и помощники в будущем!

— Энна! — В ужасе вскричал Хранитель, — Я же никогда с людьми...

— А кто сказал, что это люди? Это совершенно новый вид разумных. И судя по их внешнему виду — типичные лесные жители. А кому как не Хранителю Леса возиться с лесными жителями, тем более что опыт у тебя есть. — Анариэнна кивнула на внимательно слушавших её сеиссшесс, — Если уж с ним ты нашёл общий язык.... И потом пора уже твой Лес заселять, когда в нём будут разумные жители, даже эльфы не будут на него посягать и лезть сюда так настырно.

Хранитель огладил появившуюся бороду и согласно кивнул, в том, что сказала богиня, несомненно, что-то было.

— В образ входит, — хихикнул появившийся из телепорта Тёмный Повелитель.

— Нэль, ты как-то неправильно появляешься, в последнее время, — посмотрела на него Тейлиарра.

— А как надо? — Заинтересовано спросил Нэлькаэр.

— Ну, ты же Тёмный Повелитель, надо, что б сначала появлялось огненное кольцо, потом валил чёрный дым...

— Нет, сначала, чёрный дым... — Запрыгала младшая девочка.

— Найтин не перебивай старших, — строго сказала Инэллина, Богиня ей благодарно кивнула и продолжила:

-Можно, сначала дым, а потом огонь, главное, чтоб дым был чёрным, потом появляешься ты весь такой грозный и тёмный...

— Совсем тёмный, — опять влезла младшая девочка.

— И музыка, мрачная музыка! — Восторженно добавила старшая девочка.

— Какая музыка? — Заинтересованно спросил Тёмный Повелитель.

— Люууди гибнут за мээтааал! — Хором пропели обе Богини, все прыснули смешками, даже медвежата захихикали. Тёмный Повелитель тут же надулся и обиженно проговорил:

— Злые вы, никакого не то, что страха, даже вот такусенького уважения, — показал самый кончик пальца с внушительным когтем, — Вот уйду я от вас!

Тёмный Повелитель закрыл лицо руками и сел под дерево, изображая вселенскую скорбь. Маленькие мишки, тут же начали его жалеть гладить и бормотать что-то утешительное.

— И куда же ты уйдёшь? — Поинтересовалась богиня.

— Вот к ним и уйду, — ответил Тёмный Повелитель, отняв руки от лица, и продолжил, хитро блестя глазами, — Буду тут жить, на природе. А что прыгать по деревьям и питаться бананами, не зная ни каких забот.

Хранитель Леса в ужасе замахал руками, явно протестуя против такого беспокойного жителя своего Леса. Мальчик внимательно посмотрел на дерево и там, среди ветвей возник Тёмный Повелитель, с бананом в зубах и длинным хвостом. Он почесал себя правой рукой за левым ухом, после чего, громко ухая, перескочил на другую ветку. Мишки завизжали от восторга, а Нэлькаэр как-то задумчиво проводил взглядом самого себя, перепрыгивающего с ветки на ветку, и хмуро спросил Дени:

— А хвост зачем?

— Для равновесия, ты пробовал прыгать с ветки на ветку без хвоста?

— Ещё нет, — так же задумчиво ответил Нэлькаэр, видно идея жить на природе, в лесу, на ветках уже не казалась ему столь удачной.

— Не расстраивайся, там нет шоколадных тортиков, а у нас вечером будет, нам король должен, и пирожки Анна на ужин испечёт, тебя же она тоже приглашала, — стала утешать Тёмного Повелителя подошедшая к нему старшая девочка.

— Да, действительно, жизнь на природе очень заманчива, и я бы её предпочёл, но государственные дела... — Нэлькаэр состроил удручённо-озабоченную рожицу, все снова засмеялись.

Пока происходил этот разговор, Хранитель леса, что-то говорил мишкам Гамми, потом встал, всем помахал и пошёл в Лес. Мишки тоже помахали и весело галдя своими голосочками двинулись за ним.

— Ну, ты подумай! Как они меня изобразили! — Возмущалась Тейлиара, расхаживая по залу своего замка. Этот замок, очередная резиденция великой и всемилостивейшей Богини Тейлиарры Энтарра, стоял высоко в горах. В самом сердце Уиллы, страны тёмных эльфов мира Реи. Своей богиней заступницей её признали не только тёмные эльфы, но и гномы. Анариэнна, сидевшая у большого камина, потягивала вино из высокого бокала, улыбалась и кивала в такт громким возмущённым высказываниям своей подруги.

— Ну, чего ты улыбаешься, вот тебя, твои любезные анкарры, возьмут и, тоже изваяют, в виде какого-нибудь чудища!

— Не изваяют, Альма не позволит так приукрашать мой светлый образ, — ещё больше развеселилась Богиня Равновесия, — Тем более что мою статую в центральный храм Лурии заказали у лучшего скульптора Академии Художеств Кумберленда. И потом чего ты возмущаешься, ведь гномы очень хорошо воплотили твой образ.

Тейлиарра возмущённо фыркнула, а Анариэнна уточнила:

— Воплотили так, как они его представляют.

— И где они только такого мастера нашли, лучше б они меня изобразили в виде какого-нибудь абстрактного образа — что-то типа скифской бабы — всеобщей матери повышенного плодородия. По крайней мере, никто бы не узнавал, а так... — Богиня махнула рукой, тоже села в появившееся у камина кресло, отдёрнув своё любимое короткое, полупрозрачное платье. Достав из воздуха бокал с красным вином, она ещё раз горестно вздохнула.

Когда, неделю назад, Богини вернулись с опушки Леса, присутствующие в зале представители разных народов и государств, наперегонки начали признавать Анариэнну и Тейлиарру своими верховными божествами. И буквально за неделю, в мире Рея возник культ богинь-близнецов, согласно возникшей легенде — спасших этот мир от страшной и гибельной катастрофы. И почти все жители уже поклонялись Богиням, и в зависимости, от своих предпочтений — признавая одну из них своей покровительницей. Храмы Богиням покровительницам ударными темпами возводились во всех городах и селениях. Иногда, чтоб сэкономить средства переделывались старые храмы Всех Богов. Порой, доходило до курьезов. Так в главном храме Кумберленда обнаружили непонятное сооружение, похожее на большой самовар с трубой, водруженный на сани. Жрецы долго гадали, что же это такое, пока один из знатоков мертвых и совсем забытых языков, не обнаружил и не расшифровал надпись на боку этого сооружения. Надпись гласила, что это алтарь грозного Бога всякой фигни, или всякого Бога грозной фигни — за точность перевода знаток не ручался, всё-таки настолько мёртвый язык, что даже мёртвые его не помнили. Далее говорилось, что на этом алтаре Витцлипуцтыль — так вроде звали того бога, восседает в особо торжественных случаях. Странный Бог — восседать на алтаре, хотя от Бога покровителя фигни — всего можно ожидать. Даже возникли споры — как он восседает: внутри этого каменного самовара или сверху, верхом на трубе. И от греха подальше, этот алтарь быстренько разобрали — раз нет алтаря, то и воссесть некуда!

Теперь в центральном зале главного храма города Кумбери стояли две фигуры Богинь близнецов, Очень красивые и величественные, всё-таки Кумбери славился не только Академией Магических Искусств, а и Академией Художеств. Естественно, и в других столицах хотели, построит что-то похожее, если не столь величественное и монументальное, то просто красивое.

Тёмные эльфы вырубили храм своей обожаемой Богини внутри базальтовой скалы. Обнажённая Богиня была изображена полулежащей в компании двух больших, размером с тигра, пепельных кошек, на берегу горного озера, в которое со скальной стены падал водопад. Очень красивая скульптурная композиция, все камни были подобраны так, чтобы передать естественность цветов. Анариэнне творение тёмных эльфов понравилось, Тейли тоже не возражала против такого воплощения своего светлого образа, несмотря, даже, на некоторую фривольность сюжета композиции.

Гномы тоже решили постараться, чтоб угодить своей богине. Для начала они объявили её покровительницей металлургии и горного дела, чем вызвали некоторое недоумение Тейлиарры и шутки на эту тему второй богини. А вчера гномы торжественно открыли свой храм. Присутствующие на открытии Богини, они там побывали не из тщеславия, а просто интересно же, испытывали разные чувства от увиденного. Тейли была в шоке, а Анари до сих пор веселилась. Нет, гномы не изобразили Тейлиарру обнажённой, как тёмные эльфы, у них богиня была в своём любимом синем прозрачном платье. Скульптура была очень точна, и великолепно выполнена, но вот сама композиция... Богиня в прозрачном синем платье восседала на чугунной наковальне, в одной руке у неё был кузнечный молот, очень немаленьких размеров, во второй руке Богиня держала большую кочергу, которой сталевары шуруют в доменной печи. Эта кочерга окончательно добила Тейли, а ведь и не возразишь — покровительница металлургии. Пребывающую в шоке от увиденного Тейлиарру, утащила хохочущая Анариэнна. И вот теперь богиня переживала, никак не успокаиваясь.

— Ну ладно молот, а кочерга-то, кочерга! Что это такое, чего это символ? Или это предмет, которым жёны гномов бьют своих мужей! Так сказать символ женской власти?

— Не знаю, — снова захихикала Анариэнна, — Не знаю, ты спроси у Мишеля с «Лесной Волшебницы», он должен знать. И вообще сама виновата, не надо было это дело пускать на самотёк, расслабилась со своими тёмными эльфами. Скажи спасибо, что гномам не пришло в голову изобразить тебя с пивной кружкой, они вполне могли бы, от избытка чувств...

— Ладно, уж, у дроу мало такта, но у них хоть есть чувство прекрасного...

— Вот именно, так изобразили, что мне даже завидно. И где их скульптор смог подглядеть этот сюжет.

— Известно где, у водопада, это не далеко отсюда. Мне там нравится купаться. В тот раз со мной были Найтин и Дени. А этот дроу, ну скульптор, пробрался туда с подачи и с помощью одной очень тёмной личности.

В божественном пантеоне мира Рея, кроме очень положительных и всеблагих Богинь появился и отрицательный персонаж. Так уж устроена людская натура, некоторые тянутся к свету, а некоторые во тьму. И как сказал политик, граф Роберт Токарийский, Первый министр Лурийской федерации:

— Если хочешь обезопаситься от оппозиции — возглавь её!

Поэтому и появился противовес светлым Богиням — Владыка Тьмы, на эту важную и ответственную должность, как нельзя больше, подошёл Тёмный Повелитель, Нэлькаэр ДЄАрнекко. Он милостиво согласился по совместительству поработать Владыкой Тьмы, естественно, что не даром, а за соответствующее вознаграждение. Своей резиденцией, Владыка Тьмы выбрал дальнюю часть подвала, под бывшим замком Чёрного Колдуна, ныне королевским замком Лурии. Король Марат попробовал возразить, дескать, и так замок дурной славой пользуется, а тут ещё силы Тьмы в подвале обосновались. Причём не просто силы Тьмы, а очень голодные силы Тьмы, потому как их Владыка не сидел в подвале, а постоянно околачивался на кухне замка, пытаясь стянуть оттуда что-нибудь вкусненькое, чем вызывал справедливое возмущение поваров. Но за бедного голодного демона заступилась королева Альма и дворецкий Арчибальд. Альме просто стало жалко Нэлькаэра, когда тот состроил обиженную мордашку голодного ребёнка. А Арчибальд, явно испытывал слабость к демонам, его самолюбие тешило не только то, что его повелительница — демон анкарра, но и то, что в вверенном ему замке проживает и столуется ещё один демон. И не просто демон, а сам Владыка Тьмы! Скоро все уже привыкли, что на приёмах у короля Марата, можно встретить угощающегося тортиком Тёмного Повелителя. А его заброшенные апартаменты в подвале, облюбовали призраки из Колприза, они оборудовали их в соответствующем стиле и стали водить экскурсии туда тоже:

— Жуткие застенки в подвалах замка Чёрного Колдуна! Тюремные камеры! Пыточные подвалы! Новинка сезона — мрачное логово Владыки Тьмы! Всего тридцать золотых, детям, кормящим матерям и студентам скидка! За отдельную плату — всего десять золотых, желающие могут испытать все пытки на себе!

Нэлькаэр осмотрел переоборудованное призраками своё тёмное логово, и ему понравилось, он таскал туда своих проштрафившихся последователей, на них мрачный антураж производил неизгладимое впечатление, некоторые в ужасе отринули тьму и быстренько перебежали на сторону света.

— И что, ты так это оставила? — Удивлённо спросила Анариэнна.

— Нет, конечно, нет! Сегодня должен состояться общий сбор сторонников тьмы. Ты же знаешь, что Нэлькаэр должен уходить. Хотя ему здесь очень нравится, но у него есть свои обязанности и заботы. Отпуск закончился. Вот он и собрал своих последователей, и там хочет себя подменить Тхэджэсом, он и Алие решили остаться в этом мире. Ты, как? Не возражаешь если обязанности Владыки Тьмы, будет выполнять Тхэджэс, а Алие будет ему помогать?

— Нет, Тхэджэс вежливый и ответственный мальчик, да и Алие тоже мне нравится, из них получаться хорошие верховные демон и демоница этого мира. С ними местные приверженцы тьмы сильно не забалуют, а какое отношение это имеет к... — Договорить Богиня не успела, в зал, буквально ввалился взъерошенный и вымазанный в шоколаде Тёмный Повелитель. Защита замка пропускала тех, кого Тейли считала своими друзьями.

Тёмный Повелитель повел совершенно ошалевшими глазами, слизнул языком кусок шоколада, прилипший к щеке, и возмущённо закричал:

— Чья это была идея! Кто их надоумил устроить это жертвоприношение? А?

Тейли захихикала, Анариенна навострила уши, это должно быть интересным, что они тут учудили за время её отсутствия. Неотложные дела заставили её вчера, покинуть Рею, и видно за это время тут произошло что-то очень забавное.

— Вот, вчера к моим сторонникам, замечу вам, совершенно приличным людям, даже не помышляющим о чём-то таком, явились три демоницы! Одна, своим видом повергла в шок этих приличных людей...

— Своим совершенно не приличным видом, — хихикнула Тейлиарра.

— Да! Почтенный верховный жрец тёмных сил долго разглядывал демоницу, пока убедился, что на ней надето платье...

— Он, наверное, надеялся, что платье всё-таки не надето! — Откровенно веселилась Богиня, — Потому, так долго и разглядывал! Да, истинная демоница, так разочаровать почтенного жреца, а он то надеялся...

— И почтенный жрец поведал мне, что на этой демонице было платье! Синее, прозрачное и короткое!

— Ооо! Бедный жрец как же долго он разглядывал демоницу, чтоб убедится в этом...

— Но это ещё не всё, вторая демоница была рыжей...

— Тоже в синем, прозрачном платье? — Невинно поинтересовалась Богиня в синем платье.

— Нет! — закричал демон.

— Ооо! Какое счастье для бедного жреца, вторая демоница была-таки без платья!

— Она была в штанах! В штанах! И она была рыжей!

— Какой удар для психики бедного служителя тёмного культа — рыжая и в штанах! — Тейлиара опять вставила свою реплику.

— А третья...

— Тоже рыжая? В штанах? Или уже без?

— Маленькая! С пепельными волосами!

— Найтин? — Удивилась Анариенна, — А она то как...

— Он сбежал и почти вест шоколад съел! — Обличающе наставила палец на Тёмного повелителя Найтин, они с Морэдэль, тоже появились в зале.

— О Найтин! Моя принцесса...— Начал Тёмный Повелитель, но Найтин его пребила:

— Сбежал! И жертвы уволок! Обе и девственницу и девственника! Нам ни кусочка не оставил!

— Какие жертвы? — Удивилась Анариенна.

— Тёмные, две, девственница и девственник, — охотно пояснила Найтин. Анариенна не поняла и вопросительно посмотрела, на сдерживающуюся, чтоб не захохотать Тейлиарру.

— Для Тёмного Повелителя согласно традиции, две жертвы — девственник и девственница, оба тоже тёмные, потому, что из чёрного шоколада! — Пояснила рыжая эльфийка.

— Да! Я являюсь к своим почитателям, как положено в славе и...

— Дыму... — Снова захихикала Богиня.

— Да! В дыму и пламени, как и положено порядочному демону, и повелителю демонов, и что я вижу! На алтаре лежат две тёмные, почти чёрные фигуры! Фигуры людей! Обнажённых и приготовленных к жертвоприношению! Я же запретил человеческие жертвы, а тут такое ослушание! Я чуть не убил, своего верховного жреца! Хорошо, что он успел мне сказать, что фигуры девственников приносимых в жертву из шоколада.

— Да? Что жертвы шоколадные — это я уже поняла, а как ты определил, что они девственники? — Заинтересовалась Анариэнна.

— По физиологическим подробностям, — немного смутившись и потому сбавив тон, ответил Нэлькаэр.

— Поподробнее о подробностях, пожалуйста, — ехидно сказала Тейлиарра, — как ты определил?

— Я же сказал — по физиологическим подробностям, ну, что одна из фигур женская, а вторая мужская и оба девственники сразу было видно, — окончательно смутился Тёмный Повелитель.

— Ну, Нэлькаэр раскрой секрет, как ты выяснил, что шоколадные фигуры девственники, — Богиня еле сдерживала смех, но не отставала от демона, — очень полезное умение, может и мне когда-нибудь пригодится.

— Ну, что женская фигура — девственница сразу было видно, — начал совсем смутившийся Повелитель Тьмы.

— Шоколадная! Конечно, сразу видно, что девственница, её же никто ещё не ел! — Прыснула рыжая эльфийка, и покаянно замахала руками, — Молчу, молчу.

— А мужская? Как можно вот так сразу определить, что мужская шоколадная фигура — тоже девственник? — Анариэнна с трудом сдерживалась, чтоб не засмеяться.

— Ну, физиологические особенности были такие...

— Маленькие? — Подсказала Богиня. Нэлькаэр замотал головой, а рыжая опять влезла:

— Просто героических размеров! И когда главный жрец отломил эти физиологические подробности и преподнёс своему повелителю, чтоб тот открыл обряд, вкусив, вернее откусив... — Тут Морэдэль не выдержала и громко захохотала. А всё ещё с осуждением смотревшая на Тёмного Повелителя Найтин, обвиняющее продолжила:

— И тогда он сбежал, исчез и забрал обе шоколадные фигуры с собой!

— Он, наверное, хотел проверить — действительно ли жертвы девственники, или жрец подсунул ему некондиционный материал, уже эээ... Жеваных! — Тоже захохотала Тейлиара.

— Ну не мог же я оставить такое количество шоколада... — Начал Нэлькаэр.

— Девственного! — Уже вовсю хохотала Морэдэль.

— А ту физиологическую подробность? Которая героических размеров? Которую жрец оторвал у жертвы, вернее отломал? — Тоже засмеялась Анариэнна.

— Там же ещё был Тхэджэс, он же должен был принять должность Владыки Тьмы у Нэля, а когда тот сбежал... — Сквозь смех попыталась рассказать рыжая эльфийка, но её перебила Найтин:

— Сбежал, и весь шоколад с собой забрал!

— Ну не весь, — продолжила эльфийка, — Тхэджэс принял облик Владыки Тьмы, который и объяснил своим приверженцам недопустимость любых жертвоприношений, и его верная демоница, заставила верховного жреца съесть ту физиологическую подробность, как бедный жрец при этом плакал, ел, давился и плакал, но с Алие не поспоришь.

— Наверное, эти нехорошие люди решили сэкономить и не положили туда сахара. А мы так этого и не узнаем! — Горестно закончила рассказ Моры пепельноволосая девочка, и снова наставив палец на Тёмного повелителя, обвинила того:

-Весь шоколад утащил! Жадина!

Нэлькаэр тяжело вздохнул, не понятно, по какому поводу, щёлкнул пальцами, и в зале появился большой стол, на котором лежала огромная плитка шоколада, уже поломанная на дольки.

— Вот! — Сказал уже бывший повелитель тьмы, — Вот, весь шоколад!

— А как же скульптуры девственников?

— Не буду же я угощать своих друзей физиологическими подробностями, отламывая их у несчастных жертв! Я не то, что некоторые...

— А вот не надо было подговаривать гномов изображать своих Богинь верхом на наковальне да ещё с кочергой, — мстительно сказала отсмеявшаяся Богиня.

— Но скульптура ведь красивая? — Начал оправдываться Нэлькаэр, — И я больше не буду, всё равно завтра ухожу, вот теперь он будет здесь командовать тёмными силами.

Нэлькаэр показал на выходящих из портала Тхэджэса, и сопровождающую его Алие. Богиня махнула им рукой, приглашая их присоединиться, а уже бывший Владыка Тьмы мира Рея, жалобным голосом сказал:

— Вот теперь им можете приносить в жертву шоколадных девственников, а мне лучше шоколад в традиционном виде.

Полковник Текели шёл вдоль странной невидимой стены, отделявшей место дислокации вверенной ему бригады от остального мира. Он постукивал своим стеком по прозрачной преграде, но никакого звука не было. Полковник остановился, оглянулся и с удовлетворением оглядел холм, на который изначально была проведена высадка десанта. За прошедшую неделю этот холм был превращён в сложный фортификационный район, состоящий из трёх основных и трёх запасных позиций. Позиции были оборудованы по всем правилам и с учётом всех требований «Наставления по полевым фортификационным работам». Да, позиции получились — то, что надо! Тут можно разместить не то что бригаду, а пару армейских корпусов, со всей приданной им техникой. Эх, жаль, что эта непонятная преграда ограничивает площадь возможного укрепрайона. Полковник с тоской оглядел такие близкие и такие недоступные окружающие его позицию холмы. Если бы не эта преграда, он бы развернулся, он бы настроил.... Не то, что пару корпусов, полевую армию полного состава закопать можно было бы! А так, места маловато, всё уже изрыто окопами, ходами сообщений, дотами и блиндажами. Полковник с тоской подумал о завтрашнем дне — чем же занять личный состав бригады? Ещё раз — эх!

Текели отвернулся от невидимой преграды и собрался, было уже пройти на свой хорошо оборудованный командный пункт, четвёртый по счёту, как за его спиной раздался смешок. Резко обернувшись, полковник увидел майора, в форме флота Империи. Рядом с майором стоял пепельноволосый мальчик, в одежде тоже чем-то напоминающей имперскую форму.

— Браво полковник! Отличная позиция, глубоко эшелонированная, с дублируемыми укрытиями. И за такое короткое время! — Майор слегка поклонился и, приложив руку к фуражке, представился, — Майор Панин, Командир десантного наряда линкора «Лесная Волшебница», в данное время исполняю обязанности старшего начальника по вопросам интернирования военнопленных.

— Полковник Текели, — представился полковник, тоже приложив два пальца к козырьку своего кепи, — Командир третьей бригады экспедиционного корпуса, третьего флота Союза Свободных Суверенных республик. А с кем вы здесь воевали, если не секрет? И кто у вас пленные?

— Воевали с вашей эскадрой, полковник, после разгрома, которой у нас и появились пленные, часть из них высказала желание остаться здесь, и перейти в подданство местного правителя — Короля Джеймса. Часть будет доставлена к точке перехода в нашу галактику, где предстанут перед судом как нарушители закона о невмешательстве.

— Как! Эскадра разгромлена?!

— Именно так, полковник. Вы же неделю не можете с ней связаться. — Улыбнулся майор.

— Не может быть! Как один линкор, пусть это и легендарная «Лесная Волшебница», может разгромить целую эскадру, готовую к нападению!

— Я умолчу о наших силах, но в правдивости моих слов вы скоро сможете убедиться. — Продолжал улыбаться майор.

— Постойте... — Начал полковник, но тут до него дошло то, что раньше сказал этот майор, — Как к точке перехода? Как нарушили закон о не вмешательстве?

— Вы в закрытой галактике, полковник, разве вы этого ещё не поняли?

Майор постучал по невидимой стене, и она отозвалась чистым хрустальным звуком. Он и пепельноволосый мальчик находились с той стороны этой стены. Продолжая улыбаться, майор сделал шаг и оказался рядом с полковником Текели, мальчик последовал за майором. Потом майор сделал шаг обратно и вышел из-под купола образуемого этой странной преградой, Полковник попытался шагнуть вслед за майором, но был остановлен прозрачной стеной, постучав по преграде стеком Текели не получил ни какого звука. Наблюдавший за всем этим мальчик засмеялся.

— Не верится, что мы в закрытой галактике, но и обманывать вам меня, тоже нет никакого резона. В то, что эскадра разгромлена я тоже готов поверить, а две бригады нашего экспедиционного корпуса? Что с ними? И кто нас обстрелял?

— Стреляли вы друг в друга, вы и ваши бригады, ушедшие в поход. Они окопались в тридцати милях отсюда, — заговорил мальчик.

— Тридцать миль? И нету связи? Как такое может быть? — Не поверил полковник.

— Дени, покажи господину полковнику, — кивнул головой майор. Мальчик, которого майор назвал Дени, сделал вращательное движение рукой и полковник увидел лагерь ушедших в поход двух бригад. Тоже хорошо зарывшихся в землю, но, это полковник отметил с чувством глубокого удовлетворения, вверенные ему войска закопаны лучше.

— Прошу, — сделал приглашающий жест майор. Полковник шагнул в открывшийся проём с некоторой опаской, он верил во всё сказанное майором, но с трудом. Проём, вроде как должен был вывести их на край лагеря, так прикинул полковник Текели, но он и его сопровождавшие вышли прямо перед «Ирокезом», вкопанным в землю и служившим генерал-майору Бригсу штабом и жильём. Генерал стоял около своего боевого робота и с удивлением смотрел на появившихся перед ним.

— Господин генерал-майор, за время вашего отсутствия случились следующие проишествия... — Вытянувшись, начал по привычке докладывать полковник Текели. Но удивлённый генерал его перебил:

— Полковник! Вы нас догнали! А как вы прошли сквозь преграду... — Но тут его взгляд упал на спутников Текели.

— Майор Панин, Командир десантного наряда линкора «Лесная Волшебница», в данное время исполняю обязанности старшего начальника по вопросам интернирования военнопленных. — Козырнув генералу, представился майор, и повторил всё, что он раньше говорил полковнику. Надо отдать должное генералу, он гораздо быстрее полковника оценил обстановку. Ни чем, не выдав своего волнения, он обратился к майору:

— И каковы ваши условия?

— Полная и безоговорочная капитуляция!

— Но у нас ещё есть оружие и мы способны оказать сопротивление!

— Уже нет, — улыбнулся, молчавший до сих пор пепельноволосый мальчик. И как бы подтверждая его слова, раздались сначала удивленные, а потом панические крики. Генерал вытащил свой коммуникатор, чтоб выяснить, в чём дело и удивлённо уставился на его экран. Экран был мёртв. Генерал Бригс покачал головой, казалось, он совсем не удивлён, но и не напуган:

-Убедительная демонстрация, но у нас кроме энергетического оружия есть еще и кинетическое, есть ещё и ракеты на жидком топливе...

— Я понимаю ваше не желание вот так просто сдаваться, генерал. Но у вас просто нет другого выхода. Пусть у вас и остались ракеты и какое-то оружие, но куда вы будете стрелять? Ну и продовольствие рано или поздно кончится. Вы в ловушке, генерал. — Развёл руками майор Панин.

— Дядя Гриша у них уже нет ракет, — сказал мальчик. Генерал и полковник одновремённо посмотрели на внешние подвески боевых роботов, обычно там располагались ракеты. Пусковые контейнеры были пусты. Бригс удивлённо заломил брови, а полковник горестно вздохнул — ему было жалко оставлять свой, столь тщательно построенный, укрепрайон.

— И ваше оружие стрелять не будет, ни какое, — утешил их пепельноволосый мальчик.

— Да, я уже это понял, — вздохнул генерал, — Как вы рассказали, где мы находимся, я не перестаю ждать чего-нибудь подобного. А вы кто?

Генерал обратился к мальчику очень вежливо, он сделал соответствующие выводы — ведь все странности начинались именно после того, как тот вмешивался. Мальчик улыбнулся, но не ответил, тогда генерал перевёл вопросительный взгляд на майора. Тот пожал плечами:

— Сын нашего капитана, и я подозреваю, что он Бог.

— Бог?! — Одновремённо взлетели брови генерала и полковника, — Тогда и ваш капитан...

— Нет, она не Богиня, хотя в друзьях у неё две Богини и Повелитель демонов.

— Ага, хм, конечно... — Генерал просто не нашёл, что сказать. Полковник ещё раз горестно вздохнул — пропала вся его фортификационная работа — против Богов окапывайся не окапывайся.... Впрочем, если глубоко закопаться то можно рассчитывать на их благодарность, ведь выполнили за них такую неприятную работу.

— Думаю, генерал, вы уже приняли решение, — обратился майор к Бригсу, — Вы и ваши люди сейчас перейдёте в ваш базовый лагерь, там выясните — кто останется здесь, а кто будет отправлен в нашу галактику.

— На виселицу без суда, или пожизненную каторгу после суда, — хмыкнул генерал, и видно что-то уже для себя решив, он умоляюще обратился к мальчику:

— Если вы Бог, умоляю вас, заберите из нашей галактики мою дочь, мою девочку. Она — это всё, что у меня осталось. Ей не будет там жизни, если я останусь здесь или вернусь туда. Умоляю вас!

Майор Панин вопросительно поднял брови и посмотрел на мальчика. Тот на мгновение задумался, потом посмотрел на генерала и сказал:

— Больно будет!

— Я готов вытерпеть любые муки, любые пытки, только бы моя девочка... — Генерал склонил голову, как бы подтверждая сказанное.

— Я не собираюсь тебя пытать, просто мне надо залезть тебе в голову, что б найти твою дочку, а я пока не умею это правильно делать. Хотя, надо попросить Энну или Тейли, они помогут.

— Дени, только не надо выдёргивать Богинь сюда, это не вежливо, — быстро проговорил майор Панин.

— Хорошо, это я уже понял, — мальчик наморщил лоб, и около собеседников появилась тонкая и гибкая девушка, её каштановые волосы были коротко острижены, размер и разрез глаз, а также форма ушей выдавала в ней нечеловеческое происхождение.

— Дени? — Вопросительно произнесла она, — Ты меня звал? Чем я могу тебе помочь?

— Алие, ты не могла бы помочь дяде Грише, мне надо проконсультироваться с Энной и Тейли, я не знаю как лучше сделать.

— Конечно, Дени, но вот мои возможности... — Начала девушка, но мальчик её перебил:

— Теперь твои возможности соответствуют твоему положению в иерархии тёмных сил.

Девушка на мгновение застыла, потом улыбнулась, и её улыбка была удивительно доброй и тёплой.

— Вот, Алие, верховная демоница этого мира, правая рука Повелителя Тьмы, — мальчик представил девушку не только генералу и полковнику, но и уже собравшимся офицерам двух бригад, — Если кто не будет слушаться, то она тому вырвет сердце, а потом его съест!

— Дени, но я не смогу съесть целиком... — Девушка с сомнением посмотрела на здоровенных десантников одетых в свои боевые доспехи.

— Алие, съешь только сердце!

— Дени, — тихо, так, чтоб слышал только мальчик, сказала демоница, — У меня получится наоборот, если я и съем сердце то потом вырву...

— Алие, — так же тихо ответил пепельноволосый мальчик, — Они же этого не знают, а если захотят бузить, просто выруби ментальным ударом.

Генерал отдал распоряжения своим подчинённым, передал на время своего отсутствия командование полковнику Текели и повернулся к пепельноволосому мальчику. Тот взял генерала за руку, и они исчезли, вызвав удивлённые возгласы собравшихся офицеров.

— Всё в порядке, не волнуйтесь, ни чего с вашим генералом не случится, — громко, перекрывая возникший шум, сказал майор Панин, — Распоряжения вами получены, так, что выполняйте, господа офицеры.

— И он не заложник вашей лояльности, скорее это вы все заложники, — произнесла демоница, вызывая столб огня, ударивший с её ладони высоко в зенит.

Оказавшись в зале, несомненно, старинного замка, генерал Бригс удивлённо оглянулся. Высокие деревянные кресла с резьбой, сводчатые потолки, узкие стрельчатые окна, большой пылающий камин в углу, все это свидетельствовало о старине, даже древности замка. Но вот творившееся в зале, явно не соответствовало антуражу замка. В удобных мягких креслах сидели две хохочущие девушки. Одна — одетая в более чем легкомысленное синее платье, прозрачное и короткое — оно мало что скрывало, вторая — одетая в замшевый, брючный походный костюм. Остальные — рыжая эльфийка, тоже одетая в походный костюм, двое эльфов не высокого роста и огненной масти, маленькая пепельноволосая девочка, очень похожая на мальчика Дени, столпились у большого, вполне совремённого стола, на котором лежала, поломанная на дольки, шоколадка, просто ужасающих размеров. Они явно собирались, приступит к поеданию этой шоколадки.

— Вот, ни на минуту нельзя оставить одних! — Всплеснул ладонями мальчик, сразу забывший о генерале, — Собрались, есть шоколадку и без меня!

— Дени! Ну не пропадать же девственникам, принесенным в жертву Повелителю Тёмных сил Реи, вот мы их сейчас и съедим! — Ответила пепельноволосая девочка. Генерал с ужасом уставился на присутствующих, его ужаснуло поедание себе подобных, предварительно принесенных в жертву. Рыжая эльфийка улыбнулась и пояснила генералу:

— Не пугайтесь, генерал, жертвы были изготовлены из шоколада, вообще-то это была шутка над Повелителем Тёмных сил этого мира.

Генерал поёжился — куда он попал и кто это такие, раз они позволяют себе подобные шутки над Повелителями тёмных сил.

— За одно и отметим смену повелителей, — подняла бокал с вином легкомысленно одетая девушка. Тот час бокалы появились и у всех присутствующих. Генерал с удивлением вертел в руках свой бокал, он мог поклясться, что мгновение назад его руки были опущены по швам.

— Попробуйте, генерал, — улыбнулась девушка в синем платье, — Вы такого ещё не пили.

Генерал, как и все остальные, поднял свой бокал и пригубил, действительно, вкус был божественен! Он глянул на детей, их бокалы были наполнены напитком оранжевого цвета, заметив удивление генерала, девушка пояснила:

— Сок, апельсиновый сок. Они могут и чистый спирт выпить, — девушка кивнула на мальчика и девочку, — И ничего с ними не будет, не опьянеют. Но вкус будут чувствовать, поэтому — апельсиновый сок.

— Извините, я не представился — генерал майор Джонатан Бригс, командир... Бывший командир, бывшего экспедиционного корпуса, третьего флота Союза Свободных Суверенных республик.

— Тейлиарра Энтарра, — представилась девушка, она хотела продолжить и представить всех присутствующих, но не успела, генерал упал перед ней на колени:

— О, святая великомученица Тейлиарра, Святая Заступница, несущая справедливость и воздающая по заслугам... — Не смотря на легкомысленный наряд, немало его смутивший, генерал, каким-то шестым чувством почувствовал, что эта девушка и есть та самая святая Тейлиара, одна из святых великомучениц, почитаемых в его родном мире. Тейли опешила от такого бурного проявления чувств, этого внешне сдержанного сурового мужчины. Он оглянулась на свою подругу, как бы прося объяснить сложившуюся ситуацию. Но та лишь пожала плечами, она тоже была в неведение. Им на помощь пришла рыжая эльфийка:

— На территориях Союза Свободных Суверенных республик официальной религией является вера в Творца, а большинство нам известных богов являются как бы его помощниками и почитаются как святые той или иной степени значимости.

— А почему — великомученица? — Поинтересовалась богиня. Рыжая продолжила свои объяснения:

— Видишь ли, Тейли, чтоб попасть в тамошний пантеон святых надо совершить пару чудес.

Тейлиарра согласно кивнула, что-то подобное она припоминала, как-то пробегая по одному из миров той зоны, она кого-то исцелила, кого-то наказала. В общем, обычная рутинная работа. А эльфийка объясняла дальше:

— Но этого мало, после совершения чудес надо обязательно помереть в муках. И чем страшнее муки, тем святее святой.

Богиня наморщила лоб, вот мук она совершенно не помнила, а эльфика рассказывала дальше:

— И тебя, Тейли, распяли или нет, распяли они вроде главного Бога.

— Творца! — Поразилась вторая девушка.

— Да, точно, Творца распяли, или его аватару, не помню точно.

— Вот, этим людям обязательно надо кого-нибудь распять, сразу они Богом признавать никого не желают, — проговорил рыжий эльф, которого назвали Повелителем Тёмных сил, проговорил не внятно, потому, что его рот был набит жертвенным шоколадом, впрочем, пепельноволосые дети от него не отставали. Второй, тоже рыжий Повелитель Тёмных сил слушал теологический рассказ эльфийки с интересом.

— А тебя, Тейли, замучили, причём сильно замучили, только вот не помню только как, — продолжила свой рассказ рыжая эльфийка.

— Ну, что за день, — пожаловалась не известно кому, великомученица, сначала изобразили верхом на наковальне с кочергой и кувалдой, а потом и замучили...

— С топорой, — поправил бывший Повелитель Тёмных сил, — Тьфу, с топором!

— Какая разница, с чем замучили, с кувалдой или с топорой! — Махнула рукой святая великомученица и продолжила представлять присутсвующих:

— Анариэнна Лиорра...

— О! Изменчивая и непостоянная! Княгиня зла, повелевающая всеми тёмными силами вселенной! — Побледнел генерал. Его ужас перед этой Богиней был ещё больше, чем восхищение перед первой.

— Почему? Почему это я княгиня зла, повелевающая тёмными силами! — Возмутилась Богиня.

— Энна, утешься, ты повелеваешь всеми тёмными силами, без исключения, — развеселился рыжий бывший Повелитель Тёмных сил.

— Да, в житии святых, это самая красивая легенда, на этот сюжет даже песня есть, — кивнула рыжая эльфийка, — Остальные скучные, я бы даже сказала — тусклые.

— Слуги Изменчивой поймали святую Тейлиарру, и по приказу своей повелительницы содрали кожу, а потом заживо сварили великомученицу. А демоница смотрела и наслаждалась мучениями своей жертвы. — Прошептал генерал, но его все услышали.

— Да уж если это самая весёленькая история, достойная песни, то, что говорит об остальных. Ты хоть не съела меня, подруга, после того как сварила?

— Откуда я знаю? — Возмутилась Изменчивая, я последние пять тысяч лет вообще здесь не присутствовала как Богиня!

— А как не Богиня, варила остальных Богов, — хихикнул рыжий бывший Повелитель. — И правильно, туда им и дорога!

— Это вы тут жертвоприношения устраиваете, а я честная Богиня...

— Если кого и убиваю, то сразу в котёл... — Начал рыжий, но, увидев грозно сдвинутые брови Анариэнны, замолчал и поднял руки, в шутливом жесте — означающем, что он сдаётся на милость столь грозной Богини. Вторая Богиня, задумчиво глянув на генерала, сказала детям:

— Ладно, внутри семейные разборки оставим на потом. Дени, Найтин! Смотрите, как.

Дети отвлеклись от поедания шоколада и повернулись к генералу. Бригс почувствовал тошноту и головокружение. Его голова начала ощутимо болеть.

— Мягче надо, мягче. Осторожно, не спеша. — Говорила Тейлиара, дети внимательно слушали время, от времени посматривая на генерала.

— Сейчас они увлечённо роются в вашей голове, генерал, — любезно просветила Бригса вторая Богиня, — так сказать, совмещают урок с тем, что нужно сделать. Не бойтесь, генерал, у Тейли большой опыт, по копанию в чужих мозгах, да и её ученики, подходят к этому с должной осторожностью, но как вы почувствовали, опыта им ещё не хватает. Маленькие ещё, вы первый у кого они...

— Энна, не запугивай генерала, кстати, мы уже закончили. Должна предупредить вас, генерал, что мы заберём вашу дочь сюда только с её согласия. — Перебила свою подругу Тейлиарра. Но, глянув на детей, состроивших обиженно-просящие мордочки, Богиня улыбнулась:

— Спасательная экспедиция начнётся, как только будут доедены жертвы принесенные Повелителю Тёмных сил.

Повеселевшие дети присоединились к демонам, поедавшим шоколад.

— Таким образом, Империя зла, вернулась к своему первоначальному названию — Российская Империя. Как вы знаете из предыдущих лекций, в процессе космической экспансии и последовавшего за ней великого расселения наций и народов, произошло некоторое перемешивание мелких государственных образований и составляющих их этносов. В результате эта империя не исчезла, а поглотив некоторые развитые и развивающиеся образования, сохранила своё название. Но поскольку она единственная из крупных космических государств имеет имперскую форму правления, то за ней и закрепилось сокращённое название — Империя. Название нашего федеративного государства Союз Свободных Суверенных республик — как нельзя больше отражает принципы его построения. — Профессор Дональдсон, как всегда, читал свою лекцию по социологической истории нудным и заунывным голосом. Половина аудитории спала, вторая половина с нетерпением поглядывала на часы, время лекции должно было вот-вот закончиться. Телса Бригс тоже с нетерпением ждала окончания лекции, она хотела как можно быстрее сбежать из университета. Сбежать, не потому, что ей надоела учёба, а потому, что Ерк Торнс, не давал ей проходу, с тех самых пор как генерал-майор Бригс, её отец, отправился в этот свой очередной поход. Ерк, точно, будет её поджидать на выходе из учебного корпуса, и если уйти сразу по окончанию пары, то можно с ним разминуться.

— Профессор, а почему наше государство, входящее в Союз Свободных Суверенных республик, называется — Штат Большой Техас? Правильнее было бы называть — республика. — Влез с дополнительным вопросом Клаус Иртинг, зубрила и подлиза. Профессор Дональдсон благосклонно кивнул, и начал объяснять, тем же монотонным голосом:

— Некоторое время, ещё в докосмическую эру, Союзом называлась Империя, но не долго. Этот Союз был совершенно противоестественное тоталитарное государственное образование. Он должен был рухнуть, что с ним и произошло, но, к сожалению, из его обломков возродилась Империя. Возродилась ещё более тоталитарным образованием, чем была, когда называлась союзом и быстро набрала силу. Предтеча нашей великой страны в то время испытывавшее кризис, спровоцированный его врагами, состояло оно из небольших государств, именуемых штатами, и называлось Соединённые Штаты. Научные изобретения, позволившие использовать волны-поля генерируемые аномалиями пространства-времени, или как их ещё называют источниками линий силы, позволили начать прогрессивному человечеству, в лице Соединенных Штатов, космическую экспансию. К Соединённым Штатам присоединялись, заметьте — совершенно добровольно, как тогда, так и совершенно недавно, другие государства, но они не были штатами. Поэтому расширяемое государство и получило свое нынешнее название. Но Штаты, составившие его основу, так и называются — Штаты Техас, Калифорния, Флорида, ну и так далее. Надеюсь, вы помните названия. И эти штаты в нашем государстве имеют привилегированное положение, что совершенно справедливо. Но об этом мы поговорим на следующей лекции.

Профессор, наконец, закончил, звонок прозвенел уже пять минут назад, но студенты терпели внеплановое продолжение лекции. Этот предмет был экзаменационным, и сдавать экзамен надо было именно профессору Дональдсону. А слухи и легенды о его вредном и мстительном характере передавались студентами от старших курсов младшим как страшные сказки.

Телса подхватила свою сумку и постаралась как можно быстрее покинуть здание учебного корпуса. Вопреки её ожиданиям, у выхода никого не было, видно Ерк с дружками куда-то подался по своим делам. Быстро перебежав небольшую площадь перед зданием, девушка выскочила на аллейку парка, в котором и располагались здания университета. Парк был старый, нельзя сказать, что запущенный, но довольно таки дикий. Но между зданиями и выходом в город это был скорее сквер. Когда до выхода оставалось с десяток метров, дорогу девушке преградил высокий белокурый юноша:

— Куда так спешишь, красавица?

— Ерк, я действительно спешу, пропусти, пожалуйста! — Телса попыталась обогнуть юношу, но тот, сделав шаг в сторону, снова преградил ей дорогу.

— Не так быстро, у меня есть сильное желание с тобой пообщаться.

— Пусти! — девушка хотела оттолкнуть парня, но её сзади за локти кто-то схватил. Он попыталась закричать, но рот её зажала чья-то ладонь. Телса почувствовала как её, буквально отрывая от земли, куда-то тащат. Она отчаянно сопротивлялась, но силы были не равны. Похитители быстро тащили её в глубь парка, подальше от выхода и учебных корпусов.

— Хватит, достаточно, — произнёс Ерк. Телса оглянулась, её держали два здоровых парня, прихлебатели Ерка, тоже мальчики-мажоры, дети из «золотых» семейств, ещё один сопел за спиной.

— Здесь, даже если будешь кричать, никто не услышит, а если и услышит, то вряд ли кинется сюда выяснять, что это за крики, — улыбаясь, сказал Ерк.

— Что тебе надо? — Выдохнула Телса.

— А то ты не знаешь, — улыбка Ерка стала ещё шире. Его улыбка не была улыбкой киношного злодея, скорее эта была добрая улыбка в доску своего рубахи-парня и, тем страшнее было то, что он сказал:

— Я же тебе предлагал, по хорошему, добровольно! А ты у нас гордая! А как же папа — генерал! А этот генерал из сержантов и нужен генералом, пока нужен. А вот теперь уже не нужен...

— Что? Что с папой?! — прервала словесные излияния Ерка девушка.

— А то, что он больше не вернётся, нет больше у тебя папы-генерала! И никто, слышишь, никто за тебя не заступится! Но если ты сейчас будешь со мной ласкова, я могу взять тебя под своё покровительство...

— Подонок! Ничтожество! — Закричала Телса и плюнула парню в лицо.

— Ах, ты ж, сучка.... Держите её парни! — Ерк шагнул ближе и наотмашь ударил девушку по лицу, после чего схватил её за воротник платья и рванул. Тоже проделал с бельём. Удовлетворённо осмотрев обнажённое тело девушки, Ерк начал расстёгивать свой ремень. Телса с ужасом наблюдала за действиями парня, вырваться она и не пыталась, держали её крепко. Глаза застилали слёзы, известие о том, что отец не вернётся, на некоторое время лишило её сил.

— Что ж, ты сама так решила, сейчас мы с тобой поразвлечёмся, сначала я потом парни, — Так же обаятельно улыбаясь, продолжал говорить Ерк, — А что будет дальше? Это будет зависеть только от твоего поведения, так сказать — от твоего старания, надеюсь, урок ты усвоила?

Телса подняла глаза полные слёз на парня и кивнула, как бы показывая, что да, она всё поняла, после чего плюнула кровавым сгустком ему в лицо ещё раз. Улыбка Ерка превратилась в оскал, и он снова сильно ударил девушку, голова той дёрнулась и безвольно повисла.

— Ерк, ты её не того... — Прогудел один из парней, державших девушку.

— Да вроде дышит, только вот, наверное, сознание потеряла, — ответил второй. Ерк похлопал девушку по щекам, она застонала и открыла глаза, в них стояли слёзы, но и плескалась ненависть. Парень удовлетворённо хмыкнул, что ему та ненависть беззащитной жертвы. Он всё равно получит то, что хочет, так даже будет интереснее. А потом ещё и посмотрит, как ею попользуются его друзья-прихлебатели.

— А ну-ка приподнимите её, чтобы мне удобнее было, а то нагибаться не хочется, — ухмыльнулся парень. Его друзья с готовностью приподняли девушку, оторвав её ноги от земли. Ерк, у которого лучезарная улыбка снова вернулась на лицо, попытался поймать руками болтающиеся в воздухе ноги девушки. Телса резко качнулась назад и, взмахнув ногой, подъёмом, как её учил отец, сильно ударила парня в лицо. Ерк резко выпрямился — удар пришёлся в челюсть, но массы девушки не хватило, чтоб отправить парня в нокдаун. Ерк застыл, схватившись руками за лицо, застыли и его прихлебатели, не знающие что делать, но девушку они не выпустили, продолжали также крепко держать. Воспользовавшись их секундным замешательством, Телса оттолкнувшись от Ерка, сделала ещё один мах всем телом и нанесла второй удар. На этот раз подъём её ноги попал в то место, которое Ерк обнажил, приспустив штаны и трусы.

— Ааааииии!!! Ууии!!! Уё... — Дикий вопль разнёсся по всему парку. В том, что никто, даже из простого любопытства, не поинтересуется, что здесь происходит Ерк был прав, его дикий вопль остался без внимания. Его прихлебатели сильнее сжали руки девушки и один ещё раз её ударил.

— Слышь, Ерк, что с ней делать-то будем?

— Придушите и в озеро бросим... — Прохрипел, ударенный по самому дорогому, предводитель.

— Жалко... — Начал, было, второй, но Ерк его перебил:

— Что жалко?! Что жалко! Прибить ей мало... Уёёё.... Придушите, я сказал!

— Жалко вот так сразу придушить, хотелось бы сперва того... Поиграть!

— Так давай, только быстрее, уууиии...

Ерк отвернулся, теперь предстоящее действие и тем более наблюдение за этим действием ему не доставило бы никакого удовольствия, скорее наоборот.

— Слыш Слам, давай я первый, а ты подержи!

— А чего это ты первый, может она еще ни разу не с кем, так я первый буду! Вот ты и держи!

Телсу ударили ещё раз, и она почувствовала, как её переворачивают, широко разводя её ноги, видеть заплывшими глазами которые застилали слёзы, она уже не могла. Она инстинктивно замерла, приготовившись к боли.

— Это называется кавалерия из-за холмов! — Услышала Телса мелодичный голос.

— А почему кавалерия и почему из-за холмов? — Спросивший второй голос явно принадлежал ребёнку.

— Ну, так обычно говорят, когда в совершенно безвыходной ситуации приходит неожиданная помощь, — ответил первый голос.

— Аааа, на помощь пришла рыцарская конница, и всех врагов победила... — Начал второй голос, но тут же сам себя перебил:

— Нет, Найтин, если рыцарская конница приходит на помощь, то неизвестно помощь ли это. Они могут сначала потоптать всех и своих и чужих, а потом начнут грабить...

— Разве своих грабят? — Опять перебил сам себя детский голос, и сам же ответил:

— Найтин, когда грабят своих, это называется — собирать налоги!

— Цыпа! Шла бы ты своей дорогой и детишек своих забери, — прорычал тот, кого назвали Слам.

— Нет! Может выдать! Её тоже надо... И деток, поймайте, — просипел Ерк, он никак не мог разогнуться, и это его очень злило.

Один остался держать Телсу, а двое парней двинулись к молодой стройной и очень красивой девушке в коротком, почти прозрачном синем платье и двум детям, стоящим по бокам от неё. Это с трудом разлепив заплывший правый глаз, смогла разглядеть Телса.

— Видите, парни, как вырядилась, наверное, шлюшка, причём — настоящая. И деток к своему ремеслу приучает, так, что не церемоньтесь, вряд ли её искать будут, — прохрипел Ерк. Двое парней расставив руки, пошли на странную троицу. Те совсем не испугались, а даже с некоторым интересом наблюдали за действиями насильников.

— Яой? — спросил мальчик, Телса разглядела, что у одного из детей повязан синий бантик, это явно была девочка, а второй, скорее всего мальчик.

— Нет, насильники, грязные насильники, правда, не успевшие состоятся, но это не умаляет их вины, намерения явно обозначены и не приведены в исполнение, но по причинам от них не зависящих. Следовательно, не исполнение намерений не может быть принято как смягчающее обстоятельство, — Голосом прокурора произнесла девушка в синем платье, и добавила, — Козлы!

— Хорошо! — кивнула бантиком девочка и все четверо несостоявшихся насильников почувствовали тяжесть на голове. Те, что двигались к девушке и детям, остановились и начали ощупывать голову, державший Телсу, выпустил её и схватился за большие козлиные рога, появившиеся у него на голове. Стонущий Ерк стал тоже ощупывать появившиеся у него рога, рога были очень мощные и бараньи.

— А почему бараньи? — Спросил мальчик, показывая на Ерка.

— Ну, для разнообразия, не всем же козлами быть. Пускай этот будет барашком.

— Найтин! Рога обычно наставляют жёны — мужьям, а ты сразу четверым... — Начала девушка в синем платье, но девочка её поправила:

— Я не наставила, а приделала!

Девушка засмеялась, рогатые парни перестали ощупывать свои рога, засопели и снова двинулись на странную троицу. Ерк достал из подмышечной кобуры пистолет и направил на девушку с детьми.

— Смотри, сейчас бодаться начнут, Найтин, а не слишком ли большие рога та им приделала?

— Как приделала, так и поотшибаю, — серьёзно сказала девочка, и в руках её возник огненный хлыст, он щёлкнул в воздухе, и у Ерка осталась только рукоять пистолета. Хлыст ещё раз щелкнул, сбивая с одежды всех рогатых парней пуговицы, пряжки и застёжки молния. Лишённая своих скрепляющих элементов одежда сразу стала сваливаться на землю. Рогатым стало не до нападения.

— Можно я тоже, можно? — Подпрыгнул мальчик.

— Давай! — Разрешила девушка.

Несмотря на своё крайне плачевное состояние Телса резко отшатнулась в сторону от стоящих рядом с ней Ерка и парня, который остался её держать. Всех рогатых прошиб, просто таки, фонтанирующий понос.

— Мда, много я разного видела, но таких рогатых, интенсивных засранцев — первый раз! — Покачала головой девушка в синем платье, посмотрела на девочку и, кивнув в сторону Телсы, добавила, — Идём отсюда, только вот её одеть нужно!

Девочка тоже кивнула головой и глянула на избитую девушку, с той исчезли последние остатки одежды.

— Не совсем то, — качнула головой девушка, и рассмотрев следы побоев сказала — Хотя, может, это и к лучшему. Её подлечить нужно!

Телса почувствовала, как пропала боль, и стали исчезать последствия нанесённых ей побоев. И ощутив свою наготу, она засмущалась.

— Дени? — Обратилась к мальчику девушка в синем платье.

— Вот, Тейли! — Гордо сказал тот и кивнул в сторону Телсы. На той красовался, судя по покрою мешок с прорезями для рук и головы.

— Да, кутюрье из вас пока не получится, модную одежду делать — это вам не горы в щебень разносить, тут уменье нужно, — скептически хмыкнула девушка по имени Тейли, она внимательно посмотрела на Телсу, и мешкоподобный наряд той превратился в платье, очень похожее на то, что было на самой Тейли.

— Очень красиво, но несколько смело. У нас в таком не многие решаться выйти... — Смущённо начала Телса.

— Ну, многие могут ходить в том убожестве, что им больше нравится! — Подняла брови Тейли, но при этом платье Телсы стало длиннее и утратило прозрачность. Девушка попыталась себя осмотреть, но это у неё плохо получилось. Перед ней возникло зеркало в её рост, и Телса благодарно кивнув, замерла в восхищении, платье было очень красивое, кроме того, странное лечение убрало некоторые дефекты её внешности, и до этого, выглядевшая отнюдь не дурнушкой, девушка стала просто красавицей. Но тут её взгляд упал на скулящих рогатых засранцев.

— А мы что, мы ничего, так мимо проходили. Вот тебя увидели и собой забрали, а эти, — Девушка Тейли пожала плечами и, кивнув на рога, произнесла, — Заслужили, теперь пускай носят с честью и гордостью! И не ропщут, а то ведь и чего похуже может выскочить!

— Идём! — Сказала девочка и, взяв Телсу за руку, увлекла за собой в открывшееся окно телепорта. Удивлённая Телса проследовала за девочкой, она знала, что такое телепорт, и знала, что они существуют. Эта технология только начала разрабатываться учёными и требовала массы специфического оборудования, огромных энергозатрат и, соответственно, стоила баснословных денег.

За девочкой и Телсой в телепорт шагнули мальчик и девушка в синем платье. Телепорт погас, оставив на полянке парка четверых полураздетых, сильно воняющих рогатых парней и большое зеркало в рост человека.

Джонатан Бригс сидел за столиком небольшого кафе в четырёх кварталах от комплекса университета. Перед ним стояла чашечка кофе и рюмка коньяку. Одет он был не в полевую форму, в которой появился в замке Тейлиары, а в потёртые джинсы и пёструю тенниску. Его одежда изменила свой вид при переходе через портал, приведший из мира Реи на планету Большой Техас. Генерал представлял, какой мощности должен быть такой портал, чтоб перебросить массу прошедших сквозь него на такое расстояние и с такой точностью. Никакое оборудование не было на это способно. А дети, именно кто-то из детей, Бригс не разобрал кто именно, легко его открыли. Открыли, как выразилась святая Тейлиара, или не просто святая, а всё-таки Богиня, как домашнее задание по закреплению пройденного материала. Домашнее задание.... Что ж они смогут делать, когда выучатся, если сейчас такие вот у них домашние задания. Маленькие дети, дети капитана Дорсет, подданной Империи. С такими противниками Союз не имел ни малейших шансов. Впрочем, и у самого генерала на выживания шансы были очень маленькие, не зависимо от шансов Союза, а следовательно, были мизерными шансы выжить и у его дочери. Да, он принял правильное решение остаться в том мире.

Богиня и странные дети оставили его здесь, а сами ушли за его дочкой. Генерал не сомневался, что они её найдут, и не сомневался, что приведут к нему. Он также не сомневался, что уговорит дочку уйти с ним в тот необычный мир, где существует магия. Телса всегда любила волшебные сказки одно время просто бредила произведениями доктора Толкиена. Но что-то они долго. Всё-таки Бригс волновался.

— Папка! — К его столику шагнула Телса, как она подошла, он не заметил, было такое впечатление, что она и сопровождавшая её троица вышли буквально из воздуха, или нет? По крайней мере, остальные посетители кафе вели себя спокойно — будто ничего и не произошло. Генерал вскочил и заключил свою дочь в объятия, они так простояли несколько минут, потом генерал отстранил свою дочь и оглядел её. Она уже выросла и из девочки превратилась в красивую девушку, при этом стала ещё больше похожей на свою мать.

— Доченька моя... — Сказал Бригс.

— Папка, ты всё-таки вернулся! А говорили, что ты ушёл в свой поход навсегда!

— Кто говорил?

— Ерк Торнс с пятого курса, его дядя...

— Знаю, кто его дядя, — скрипнул зубами генерал.

— Но ты вернулся...

— Только для того, что бы забрать тебя с собой.

— В поход?

— Нет в мир под названием Рея, удивительный мир, там существует магия, там есть эльфы, гномы и орки. Там есть волшебники и волшебницы, там богини запросто пьют вино с простыми людьми, там... — Бригс рассказывал своей дочери о том мире, а она заворожено его слушала. Наконец он закончил. Богиня и дети давно сидели за столом и ели мороженное, шоколадное. Судя по удивлённым взглядам официантки, дети съели мороженного очень большое количество. Как только генерал закончил, к Телсе обратилась девушка Тейли:

— Да тот мир чудес и волшебства, но там нет компьютеров, автомобилей, самолётов и многих-многих других благ вашей цивилизации, там тоже есть бедность и страдания, там бывают войны. Если ты останешься здесь, то я позабочусь, что бы у тебя было всё нужное для жизни и чтоб инцидентов, подобных недавнему с тобой больше не происходило. Подумай хорошенько.

— А отец? — Девушка глянула на свою собеседницу.

— Твой отец уже выбрал, он будет жить в том мире.

— Тогда я иду с ним, — Телса сжала руку своего отца, — Я его не брошу, он самый близкий для меня человек, пусть я и найду потом свое счастье, своего любимого. Но ведь это может произойти и в том мире?

— Может, — согласилась девушка Тейли, — что ж если всё решено, то не будем медлить.

— Но у меня есть одна просьба, — обратилась к Тейли Телса, — Я бы хотела испросить благословения у своей заступницы — святой великомученицы Тейлиарры, — она мой небесный покровитель, я даже названа в честь неё! Я хотела бы посетить храм и поставить святой свечу!

Дети перестали есть мороженное, и уставились на свою спутницу, та поперхнулась и с укоризной посмотрела на генерала:

— А что вы об этом раньше мне не сказали, ваше превосходительство!

— Не хотел, чтоб этот факт влиял на ваше решение, тем более, что принципиальное согласие...

— ... По проведению столь важной и ответственной операции было получено в ходе оперативного планирования её проведения, и особого влияния на ход самой операции произвести не могло, — важно закончил мальчик. Девочка захихикала, мальчик тоже к ней присоединился, через пару секунд хохотала и Тейли.

— Прошу меня простить... — Начал, было, генерал, но эта троица уже так заразительно хохотала, что Бригс тоже к ним присоединился.

— Вы знаете, я совсем не думал об этом, когда просил вас... — Снова начал, было, отсмеявшийся генерал, но девушка замахала на него руками и, повернувшись к Телсе, сказала:

— Конечно, можно мы все пойдём в храм, мне очень хочется посмотреть на святую великомученицу и даже поставить ей свечку!

Дети снова захихикали, а ничего не понимающая Телса нахмурилась, она не была слишком набожной, но такое отношение к её святой не понравилось, это не укрылось от присутствующих.

— Телса, тебя ведь Телса звать? — Спросила девочка и, дождавшись утвердительного кивка, продолжила, — И тебя назвали в честь нашей Тейли, и она твоя заступница, так вот можешь прямо тут у неё и спросить разрешения, она очень добрая и хорошая, она разрешит! — Девочка взяла улыбающуюся девушку Тейли за руку.

— Да, дочка, я же тебе рассказывал, что в том мире боги пьют вино с простыми смертными. И не только пьют вино, но и едят мороженное запросто сидя в кафе. — Вмешался Бригс, — Ты сидишь рядом не просто со святой, а с Богиней мира Рея, великой и всемилостивейшей Тейлиарой Энтарра!

— Ах, генерал, не смущайте ребёнка, мы все сходим в храм, мне ужасно хочется посмотреть, как меня здесь изобразили, надеюсь не наковальне с топором.

— Истинно всемилостивейшая Богиня должна быть с топором! — Хихикнул мальчик.

— Только сначала, давайте мороженное доедим, а потом пойдём в храм, — жалобно попросила девочка.

— Найтин! — Всплеснула руками всемилостивейшая Богиня, — Надеюсь, ты не собираешься съесть все запасы мороженного в этом кафе?

— Ну, ещё две, нет три порции, — ещё более жалобно попросила девочка.

Преосвященный Ирениил быстро шёл за отцом настоятелем храма. Тот позвал преосвящённого, так как сам не смог разрешить сложившуюся ситуацию. Преосвящённый недавно прибыл в кафедральный храм этого города, это была плановая инспекционная поездка, совершаемая раз в полгода. Ирениил был уже, далеко, не молод и переезд его утомил, ему хотелось отдохнуть, но прибежавший настоятель был настолько взволнован, даже испуган, что Ирениил решил сам посмотреть, что же случилось.

— Они вошли в храм, их одежда совершенно не соответствует статусу храма, я хотел указать им на это вопиющее безобразие, но она на меня глянула, и я не посмел... — несколько сумбурно, скороговоркой, всё время, оборачиваясь, пытался рассказывать о происшествии отец настоятель.

— Поберегите дыхание, святой отец, я сейчас сам всё увижу! — раздражённо бросил преосвященный. Действительно, выйдя в главный зал храма, преосвящённый увидел странную компанию, стоящую у предела посвящённого святой великомученице Тейлиарре. Пожилой, но подтянутый и мускулистый мужчина, был одет в джинсы и тенниску, что допускалось, девушка, одетая в короткое платье и с покрытой головой, это тоже было допустимо, дети, мальчик и, судя по бантику на голове, девочка были одеты в шорты и футболки, детям тоже можно было такое позволить. А вот вторая девушка, одетая в совсем короткое прозрачное платье и босая — это уже было нарушение, да что там нарушение — прямой вызов благолепию храма! Преосвященный подошёл и хотел строго указать на это вопиющее нарушение, но услышав то, что говорила эта легкомысленно одетая девушка, он непроизвольно остановился и стал слушать. За его спиной возмущённо сопел настоятель храма, преосвященный вдруг понял, что тот чего-то сильно боится.

— ... Нет, вы посмотрите на это, — говорила девушка в коротком и прозрачном платье, — Уж лучше верхом на наковальне, чем это кошмар! Посмотрите же, как они меня изобразили — мало того, что в котле с каким-то зелёным супом, так ещё в каком виде! Что это за манера варить невинных жертв...

— Святых, — хихикнула маленькая девочка.

— Да, Тейли, мало того, что они изобразили тебя в тулупе, да ещё в виде какой-то старой тётки, так они тебя и в статусе понизили — из Богинь в простые святые! — Добавил мальчик.

— Да! В простые святые! Безобразие! Да ещё в таком виде! — Продолжала возмущаться странная девушка, и обратилась к преосвященному, — Вот вы, объясните мне, почему я тут у вас изображена в таком виде!

Преосвящённый набрал воздуха, чтоб гневно одёрнуть эту нахалку, но под её взглядом осёкся и, как бы оправдываясь, начал объяснять:

— На сим иконописном полотнище изображена святая великомученица Тейлиара, в момент своей наивысшей славы — в момент мученической смерти во славу Творца! Богопротивная и премерзкая княгиня зла Анариэнна варит её в котле с ядовитым зельем...

Речь преосвященного была прервана громким смехом, девушка хохотала, утирая слёзы, дети тоже хохотали, совсем уж неприлично показывая пальцами на изображенных, на полотнище действующих лиц.

— А вот это тётя Энна, да? — Тыкнув пальцем в фигуру стоящую над котлом, сквозь смех спросила девочка, судя по пропорциям, фигура имела рост под три метра, большие круглые и жёлтые глаза, с вертикальными прорезями, в раскрытом рту было три ряда зубов. Было видно, что, изображая зубы, художник колебался между их количеством и размерами, зубы были разные — большие и маленькие, и едва помещались в открытой пасти, ртом это никак нельзя было назвать.

— А почему великомученица варится в шубе? Для лучшего навара, да? — Спросил мальчик. Смех немного поутих и преосвященный, обижено поджав губы, продолжил:

— Святая великомученица вышла из пустыни, где совершала подвиги...

— Странное место для совершения подвигов, хотя место тихое, безлюдное, никто не мешает, — снова хихикнула девушка к прозрачном платье, заметив нахмуренные брови преосвящённого, замахала руками, — Всё молчу, молчу! Продолжайте преосвящённый, хотя Энне тоже будет интересен этот фольклор...

Преосвященный, обиженно пожевав губами, продолжил:

— Это не шуба, это одежда, свидетельствующая о целомудренности и стремлении к умерщвлению плоти великомученицы, слуги княгини зла Анариэнны схватили её...

— Да, и не позволили ей самой себя окончательно замучить, совершая подвиги по умерщвлению плоти, да подруга, не замечала я за тобой таких садо-мазохических наклонностей, — раздался голос ещё одной девушки, возникшей не известно, откуда. Она была в брючном костюме и тоже с непокрытой головой.

— Ты на себя посмотри, — Хихикнула первая девушка и, указав на иконописное полотнище, ткнула пальцем в изображение демоницы.

— Мда, наковальня отмщена, даже с лихвой, — задумчиво сказала вновь появившаяся девушка, — Но это же кошмар, хотя цвет лица у меня здоровее.

— Ну да, с такими-то зубами, и потом тебя не варят в этом зелёном бульоне!

— Ваше преосвященство, прошу нас простить, но умоляю вас, не гневите Богинь, — начал генерал Бригс, тихо подойдя к священнику, воспользовавшись тем, что делящиеся впечатлениями Богини, отвлеклись от общего разговора. — Да ваше преосвященство, перед вами Богини Тейлиарра Энтарра и Анариэнна Лиорра. Богини почтили наш мир своим посещением...

— Вот, не желаю быть изображена в таком виде! И варится в бульоне такого мерзкого цвета, тоже не желаю! — Громко сказала Богиня Тейлиарра, и показала на картину. На полотне происходили изменения — котёл приобрёл более изящные очертания, жидкость в нём посветлела и стала розового цвета, в ней появились лепестки роз. Со святой великомученицей тоже произошли переиены — она стала похожа на реальную Тейлиарру, и целомудренную шубу заменило любимое синее прозрачное платье.

— Ооо! — Застонал преосвященный, — Святая великомученица Тейлиарра — образец целомудрия!

— Хм, не знала, — хмыкнула образец целомудрия, — Ну ладно, пусть будет так!

И на оголённых плечах сидящей в котле прелестной девушки появилось меховое манто, целомудренно её прикрывшее.

— Ну, я тоже так не согласна, — заявила вторая Богиня. На иконописном полотнище продолжились метаморфозы, страшный образ княгини зла тоже превратился в прекрасную девушку в меховом манто. Девушка переместилась в котёл к святой великомученице, в её руках появилась чашечка кофе. Тотчас же такая же чашечка возникла в руках у святой великомученицы. Демонская свита княгини зла стала больше похожа на ангелов, хотя кое-где и попадались демоны, но они были очень симпатичные. Анариэнна с удовлетворением оглядела преобразившееся иконописное полотнище и сказала:

— Вот так! Именно так и не иначе!

Обалдевший от таких преобразований, произошедших на каноническом иконописном полотнище, преосвященный, страдальчески воскликнул:

— А как же муки!

— Экий вы кровожадный, а ещё служитель культа, добрее надо быть, добрее! — Попеняла ему Богиня Анариэнна, по совместительству княгиня зла, и продолжила тоном экскурсовода:

— На сим иконописном полотнище изображено первая часть мук святой великомученицы Тейлиары. Княгиня зла, святая Анариэнна, как не святая? Почему это она святая, а я нет? Княгиня зла? Ну ладно, будем соответствовать образу... Так вот, изображена первая часть мучений, а именно соблазнение святой великомученицы княгиней зла...

— Я святая и великомученица! Я не соблазнюсь! — Гордо ответила Тейлиарра.

— Почётная святая и заслуженная великомученица, — хихикнул мальчик.

— Да, — подтвердила почётная и заслуженная, — Не соблазнюсь! Ни под каким соусом!

— А я тебя и не собираюсь варить с соусом, может, немного соли подсыплю. А если не сооблазнишся на муки обреку! — Состроив злодейское лицо, заявила княгиня зла.

— Ну, спасибо подруга! Это, на какие же муки?

— Сначала отберу кофе! А потом доварю, с солью! — Проявила свой злобный нрав княгиня зла.

— О только не это! Только не кофе! — заломила руки великомученица. И обе девушки громко засмеялись.

— Эээ, — попытался что-то сказать преосвященный, но его перебила Анариэнна:

— Как я сказала, так и будет! Кстати, наши с Тейли изображения во всех ваших храмах преобразились подобным образом, и не сметь мне — исправлять! Не получится. А особо настырных я сварю, на этот раз без соли! Понятно!

Преосвященный и настоятель храма испуганно закивали.

— В качестве компенсации, за наше самоуправство, — улыбаясь, добавила Богиня Тейлиарра, — это иконописное полотнище теперь будет чудотворно. Вот вы преосвященный, у вас же болит голова, суставы ноют, печень не в порядке. Приложитесь.

Преосвященный не смело подошёл и приложился к уголку котла, в котором, улыбаясь, пили кофе великомученица и её мучительница. Ему показалось, или это было на самом деле, великомученица, сидевшая в котле ему подмигнула. Боли мучавшие преосвященного последнее время, отпустили, и он почувствовал себя бодрым и здоровым. Великомученица Тейлиарра, не нарисованная, а стоящая у полотнища, поощряющее кивнула настоятелю храма, тот тоже приложился. По его виду сразу стало понятно, что и он избавился от своих недугов.

— Я сделала это полотнище нетленным и антисептическим, а то же сюда ринуться паломники с разными болячками, и все будут этот котёл целовать. — Сказала Тейлиарра Анариэнне.

— А почему в котёл? — Спросил мальчик.

— Дени, а выше никто не дотянется, — усмехнулась Тейлиарра. — Не могу же я допустить, что б они меня слюнявили, пусть и нарисованную.

В полицейском управлении седьмого участка большого Нью-Даласа шло совещание. Совещание вёл супер-комиссар из главного управления. Присутствовали начальник седьмого управления, его заместитель, оба прима-комиссары полиции, а также почти все инспектора. Вызвали даже тех инспекторов, которые в этот день отдыхали. Случившееся днём происшествие заставило срочно принять необходимые меры по раскрытию этого почти преступления, поэтому и проводилось это срочное совещание. Несмотря на позднее время, а было три часа ночи, инспекторы докладывали о проделанной предварительной работе.

— ... выше перечисленные пятеро студентов пятого курса направились в парк, отдохнуть, где и подверглись немотивированному зверскому нападению... — Докладывал высокому начальству прима-комиссар Иртинг, начальник седьмого управления.

— Это мы уже знаем, — перебил его супер-комиссар, — Конкретно! Кто проводил предварительное расследование?

— Инспектор Листер! Сэр! — Вскочил один из инспекторов, молодой мужчина.

— Доложите с самого начала! Да, да, ещё раз! Может, упущена какая-то важная деталь!

— Сколько можно толочь воду в ступе... — Ворчливым голосом начал инспектор Гринвис, напарник Листера, старый и опытный полицейский, но тут же замолк под грозным взглядом начальства.

— Пятеро простых студентов, как обычно решили отдохнуть в университетском парке...

— Ага, в самой глухомани, и покричать оттуда женскими голосами... — Так же тихо вставил Гринвис.

— Что вы хотите этим сказать? — Насупило брови начальство.

— То, что они не первый раз так развлекаются, при этом прихватывают с собой девушек, и с места их развлечения раздаются женские крики...

— На что вы намекаете, инспектор? — Ещё больше насупило брови начальство.

— На то, что после этих развлечений, к нам поступило два заявления об изнасиловании, от студенток. Всего два, думаю остальные просто побоялись связываться...

— Столь порядочные юноши, к тому же примерные студенты никак не могли быть в этом замешаны!

— Конечно, сэр, девушки, впечатлённые дикими женскими криками, издаваемыми этими порядочными.... Гм, юношами, так прониклись, что изнасиловали себя сами.

— Инспектор! Оставьте свои инсинуации при себе! — Рявкнуло высокое начальство и, кивнув Листеру, сказало, — Продолжайте инспектор!

— Там на мирно отдыхающих юношей, было совершено зверское нападение...

— Подробнее, что вам удалось установить?

— Зверское нападение, гм, милые юноши были обосраны с ног до головы... — Снова вставил Гринвис.

— Инспектор! Я же попросил вас помолчать, когда будет нужно, мы спросим ваше мнение! — Побагровело начальство и поощряющее кивнуло Листеру, — Продолжайте!

— Да, тут мой коллега прав, потерпевшие были обо... Облиты продуктами человеческой жизнедеятельности и на головах у них образовались костяные наросты.

— От этого? Костяные наросты у потерпевших образовались из-за того, что их обосра... Гм, облили этими самыми продуктами?

— Рога козлиные — образовались, — не удержался Иртинг, но тут же, сделав вид, что уточняет доклад своего младшего товарища:

— Точно сказать ещё нельзя, экспертиза ещё не проводилась, но явная связь просматривается.

— То есть точная причина образования наростов установлена?

— Никак нет, но думаю проведение следственного эксперимента, прояснит ситуацию.

— Инспектор, как вы думаете проводить этот следственный эксперимент? — Спросил супер-комиссар. Изобразив задумчивость, Иртинг ответил:

— Надо воспроизвести возможные причины появления рого... То есть костяных наростов. — И предваряя вопрос начальства быстро продолжил, — Надо обосра... Извиняюсь, облить продуктами жизнедеятельности этих примерных студентов ещё раз.

— Что-то я не улавливаю связи? — Подняло брови начальство.

— Ну, если рога увеличатся, то связь, несомненно, есть, если же нет, то эти оба события произошли, не зависимо друг от друга. Хотя я бы предложил не облить, а полностью макнуть, этих примерных юношей в гов.... Гм, продукты жизнедеятельности, так сказать, для усиления эффекта.

Супер-комиссар несколько мгновений обдумывал предложение инспектора, потом его брови полезли вверх. Он уставился на инспектора, пытаясь понять, серьёзно ли тот предлагает проводить такой следственный эксперимент, или это изощрённое издевательство над выше стоящим начальством. Иртинг, всем своим видом показывал, что он серьёзен как никогда, и что для пользы дела он готов макнуть этих потерпевших в продукты жизнедеятельности, по самые костяные наросты на голове, причём, проделать это не однократно.

— Инспектор, мы не будем проводить такие следственные эксперименты! — Повысив голос, сказал супер-комиссар, — Постарайтесь восстановить картину преступления без проведения сомнительных экспериментов! Работайте со свидетелями!

— Их пока нет, единственный свидетель, который мог бы прояснить... — Начал инспектор Листер, но супер-комиссар его перебил:

— Что за свидетель?

— Это Телса Бригс, студентка третьего курса университета.

— Кто её видел?

— Телохранители Ерка Торнса, сэр.

— Почему они не последовали за объектом охраны?

— Им было приказано ждать в машине, тем более, что их хозяин с друзьями неоднократно отдыхал в парке, но на этот раз телохранителей что-то обеспокоило и они проследовали в парк, где и обнаружили всех пятерых студентов, подвергшихся нападению. — Объяснил инспектор Листер, — Когда же охранники прибежали, то нападавшие уже скрылись.

— Почему телохранители пошли в парк?

— Как объяснил нам старший телохранитель, крики отличались от обычных, раздающихся во время гуляний...

— Милых юношей, — снова вставил Иртинг. Листер покосился на своего старшего товарища и продолжил:

— Один из охранников узнал голос хозяина. Тот громко кричал, видно, кричал он в момент нападения на него. От того мгновения, когда телохранители услышали крики и добежали до места происшествия, прошло не более пяти минут.

— Спасибо, инспектор, — высокое начальство благосклонно кивнуло Листеру и тот с облегчением сел. Супер-комиссар пожевал губами, обвел всех присутствующих руководящим взором и изрёк:

— Мне представляется следующая картина — вышеназванная студентка Телса Бригс, заманила пострадавших в парк с преступными намерениями, там её поджидали сообщники, ведь вы обнаружили ещё следы? — Начальство вопросительно глянуло на Иртинга и Листера, те синхронно утвердительно кивнули, начальство удовлетворённо продолжило, — Там осуществив свой чёрный замысел, она и её сообщники скрылись с места преступления. Что вы на это скажете?

— Гм, — на это раз встал инспектор Гринвис, именно он проводил осмотр места происшествия. — Да мы обнаружили следы, но судя по отпечаткам, это следы девушки весом не более пятидесяти килограмм и двух детей, весом не более тридцати килограмм. Все трое были босыми. И находились они там не менее сорока восьми часов, так как следы их прихода на место происшествия не сохранились. Далее — следов борьбы не обнаружено. Обнаружен пистолет, согласно номеру, он принадлежит Ерку Торнсу, но этот пистолет разрезан на две половины, чуть вше рукояти. Разрезан предположительно лазерным лучом, хотя я не представляю как.

— Почему?

— Потому, что лазерный луч такой мощности не может быть такой малой толщины. Были бы брызги металла, пусть мелкие, но были бы. И если пистолет резали на земле, то были бы следы. В руках его нельзя было бы удержать — нагрелся б. И потом патроны все на месте, они бы сдетонировали от температуры. На месте происшествия было ещё найдено зеркало, в рост человека и в бронзовой оправе.

— Вот! Видите! Преступники после себя оставили такую важную улику! Зеркало!

— Да, сэр, если считать уликой ростовое зеркало в бронзовой оправе, судя по оправе это антиквариат. Да, вот ещё, с тыльной стороны зеркала, на оправе выцарапано неприличное слово на иностранном языке.

— Инспектор, с чего вы решили, что слово неприличное? Да ещё и на иностранном языке?

— Слово из трёх букв, сэр, если это конечно буквы и, потом, вряд ли будут на дорогой вещи гвоздём царапать что-то приличное.

— Ладно, зеркало отправьте на экспертизу и пусть расшифруют надпись, вдруг это что-то важное. И каковы ваши предположения, инспектор?

— Если исходить из имеющихся у нас данных, то картина происшествия, — заметив насупленные брови начальства, инспектор поправился, — преступления, такова. Студентка Телса Бригс заманила невинных студентов в парк. По показаниям свидетелей — очень оригинально заманила, жертвы её просто на руках туда несли, вернее тащили.

— Может быть, она им что-то пообещала? — поднял брови супер-комиссар.

— Может быть. Заманила и они её сами притащили на место преступления, где её третьи сутки, опять же судя по следам, поджидали сообщники — ещё одна девушка и двое детей.

— Малолетние преступники! — Обрадовался супер-комиссар. Инспектор насмешливо посмотрел на начальство и продолжил:

— И вот тут начинается самое интересное, преступница или преступники, малолетние, наносят удар в челюсть и по гм, в промежность господину Торнсу. Причём вышеназванный господин предварительно снял штаны и трусы, наверное, чтоб преступники не промахнулись. Далее, услышав крик своего подопечного, на выручку бегут телохранители, это четыре-пять минут. За это время преступники успевают вырастить на головах жертв костяные наросты немаленьких размеров, ведь когда примерные студенты шли в парк, у них рогов ещё не было...

— Выбирайте выражения, инспектор!

— Ну, рога, они рога и есть, независимо от того на голове какого козла они находятся. Я так понимаю, что от осознания сего факта потерпевшие и обосра... Извиняюсь, вымазались в жидкой фракции твёрдых продуктов своей жизнедеятельности.

— Инспектор, вы уверены, что это сами потерпевшие?

— Ну, если бы их обосра.... Это сделали преступники то, судя по количеству продуктов жизнедеятельности, они потеряли бы примерно треть своей массы. И потом потерпевшие продолжали обсы.... Выделять в жидкую фракцию твёрдых продуктов своей жизнедеятельности, пока их везли в полицейское управление. И продолжают выделять, хоть и не в таких количествах как прежде.

— Инспектор! Вы хоть, что-то предприняли, кроме как измышления своих сомнительных предположений!

— Да, сэр! По словесному портрету, составленному со слов потерпевших, а опросить потерпевших было непросто. Уж поверьте мне, сэр!

— Почему?

— Во-первых, потерпевшие впали в истерику, а во-вторых, с ними было очень трудно разговаривать — они всё время выделяли...

— Довольно об этом, инспектор!

— По составленному словесному портрету была подготовлена ориентировка и разослана всем постам и наблюдателям. В кафе в четырёх кварталах от университета были обнаружены лица очень похожие на описанных в ориентировке. К ним присоединился мужчина похожий на генерала Бригса.

— Вот, скорее всего он и был организатором этого преступления! На этого генерала давно поступали сигналы о его не благонадёжности!

— Этот мужчина, хотя он и очень похож на генерала Бригса, генералом быть никак не мог.

— Почему?

— Мы послали запрос в военное министерство, генерал сейчас находится в дальней экспедиции, и появится здесь, он никак не мог, сэр.

— Хорошо, оставим пока эти факты, почему подозреваемые не были задержаны?

— Наблюдатель их задержать не имел приказа, когда же приказ был получен, подозреваемые скрылись в храме Создателя. Там они пробыли тридцать две минуты, при этом имели беседу с преосвященным Ирениилом и Криноном, отцом настоятелем храма.

— Они допрошены?

— Сами понимаете, сэр, что допрашивать церковных чинов такого уровня, мы не могли, но они согласились с побеседовать с нами.

— И что? Что они вам сообщили о подозреваемых?

— Нам поведали, — начал инспектор Листер, супер-комиссар поморщился, — Да, сэр, именно поведали, что храм почтили своим посещением святые великомученицы Тейлиарра и Анариэнна, вместе с сопровождающими их лицами.

— Эээ, святые великомученицы?

— Да, сэр, святые великомученицы, вот, сэр, — Инспектор включил проектор, и около дальней стены возникла голограмма, повторяющая фреску в пределе храма посвящённого святым великомученицам Тейлиарре и Анариэнне.

— Вот. Согласно святому писанию архидемоница Анариенна увидев кротость святой Тейлиарры и радость, с которой та пошла на муки, усовестилась и присоединилась к святой, разделив с ней её страдания. — Листер указал на голографическое изображение.

— Инспектор! Мы все это знаем! Мы все это проходили ещё в школе! На уроках закона Божьего!

— Да, сэр, я только хотел сказать, что посетители кафе опознали эту девушку, — инспектор указал на святую одетую в меха и синее прозрачное платье.

— Гм, по их внешнему виду, я бы не сказал, что они принимают муки, а вот та святая ничего, и одета она очень даже... — Начал начальник управления, но поперхнулся не договорив, святая великомученица сидящая в котле, повернулась к нему и погрозила пальцем. Прима-комиссар замахал рукой на инспектора:

— Листер! Что за дурацкие шутки, я был о вас лучшего мнения!

— Сэр, это не я, эта голограмма точная копия фрески в храме, а фреска создана вместе с храмом, ей уже бог знает сколько лет. Я её копию сегодня взял в публичной библиотеке города!

— Выключите проектор, немедленно! — заорал супер-комиссар. Инспектор щёлкнул выключателем, и луч проектора погас, но изображение не пропало, оно стало даже ярче. Вторая великомученица убрала чашечку от своих губ и укоризненно покачала головой, глядя на полицейских. Над чашечкой возникло облачко пара, и помещение наполнилось божественным ароматом кофе. Многие из присутствующих судорожно сглотнули, с этим расследованием не то что поужинать не получилось, но некоторые даже не обедали.

— Прекратите этот балаган! Немедленно! И разыскать мне этих святых! И доставить сюда! — разнёсся по помещению начальственный бас. Обе святые, синхронно вытянули вперёд свободные руки, сжатые в кулак и с оттопыренным средним пальцем.

— Ааар, — зарычало пришедшее в бешенство начальство, — Что это такое?!

— Я полагаю, сэр, мы удостоились Божественного откровения, переданного нам через святых... — произнося эту фразу, инспектор Иртинг встал и поклонился девушкам сидящим в котле, но договорить ему не дал супер-комиссар, он прервал инспектора своим рёвом:

— Немедленно! Я сказал немедленно, поймать и допросить, будь они хоть трижды святые... — Но договорить, вернее — дореветь, он не смог. Последние три слова он тоненько провизжал. Он замолчал, и вокруг него начало распространяться зловоние, а на голове у него начали стремительно расти рога.

— Вот! Я же говорил, есть связь! — Удовлетворённо проговорил инспектор Иртинг, обращаясь к своему непосредственному начальству — начальнику управления и его заместителю, а потом низко поклонился девушкам пьющим кофе в котле, — Прошу простить нас, святые леди, и благодарю вас за проведение следственного эксперимента.

Девушки благосклонно кивнули.

Немного забегая вперёд, можно рассказать, что голографическая фреска со стены кабинета не исчезла, а позже это помещение было переоборудовано в часовню святых Тейлиарры и Анариэнны. Сама по себе часовня стала достопримечательностью полицейского управления седьмого участка. И все полицейские перед дежурством или особо важным заданием приходят сюда помолиться. Некоторые спрашивают совета, а некоторые даже его получают. Но получают только честные полицейские, соблюдающие законы и не берущие взяток.

Борт имперского линкора «Генералиссимус Иосиф», адмиральский салон

За большим письменным столом сидел наместник восточного сектора Империи, полный адмирал Даниэль Романов. Перед ним стояла фотография, которую он задумчиво разглядывал. На ней были молодая женщина, скорее девушка, которая обнимала трёх пепельноволосых детей. Вот, как интересно, в жизни она выглядит гораздо старше, а на фотографиях остаётся всё той же девчонкой, какой он запомнил её. Запомнил юной вторым лейтенантом, юной девушкой, с которой он танцевал на балу. И эти дети, у неё же не было детей, он читал её личное дело. А личное дело — серьёзный документ, безопасники уцепятся за малейшее не соответствие, что уж говорить о заведомой лжи. Но после тех событий в системе Терилас появились, сразу трое, и сразу, не то что уже большие, но и не младенцы. И было заметно, что она их любит, очень любит, а дети отвечают ей взаимностью. Странные дети. Вот уже прошло сорок лет, а они всё дети. Все думали, что капитан Дорсет боится их отпустить от себя, потому и возит на своём корабле. Но адмирал знал, что не просто возит — эти дети великолепные пилоты, артиллеристы. Много раз он использовал «Лесную Волшебницу» как свой курьер, и видел, что творили эти дети. То, что делала капитан Дорсет и эти малыши, было не под силу ни какому, сколь хорошо, обученному специалисту.

Зажглась лампочка вызова. Адмирал нажал клавишу и спросил у секретаря:

— Кто там?

— К вам начальник разведки, господин адмирал.

— Пусть войдёт, — улыбнулся адмирал, вспомнив события сорокапятилетней давности.

В кабинет неспешно вошёл контр-адмирал Степан Валери, начальник разведуправления сектора.

— Чем, дружище, ты меня огорчишь на этот раз, ещё одна эскадра Союза, рвущаяся к точке перехода?

— Да нет, их эскадры остановились, чего-то ждут. А вот председатель сенатской комиссии, он чего-то нарыл, причём, нарыл на твою любимицу — Дорсет.

Романов пожал плечами, сенатские комиссии, призванные ограничить, так называемое самодержавие, и соответственно его сатрапов — наместников секторов, постоянно что-то рыли. Но, рыли они в мирное время, в военное им такого не позволяли. А вот в мирное они отрывались на всю катушку находя всевозможные грехи власть предержащих.

Снова замигала сигнальная лампочка и после соответствующего вопроса, секретарь доложил:

— Господин адмирал, к вам председатель сенатской комиссии, граф Собакин.

— Даниэль, мне уйти? — Спросил начальник разведки.

— Нет, Степан, останься, тебе тоже будет интересно.

В кабинет вплыл тучный господин, раскланявшись с присутствующими, он раскрыл кожаную папку, тиснённую золотом и начал хорошо поставленным голосом:

— Ваше высокопревосходительство! В результате работы нашей комиссии было установлено...

— Сенатор, я знаю все выводы вашей комиссии, давайте, что вы там ещё нарыли, ведь вы же недаром пришли сюда в столь поздний час? — Перебил сенатора наместник, ему совсем не хотелось выслушивать многостраничный сенатский доклад, — Давайте по существу, какой ещё смертный грех вы обнаружили у меня или моих подчинённых?

— Нами установлено, что адмиральский курьер «Лесная Волшебница», кстати, корабль находящийся в частном владении капитана Дорсет, неоднократно пересекал точку перехода, проходя в закрытую галактику. И сейчас, по докладам капитанов патрульных кораблей, он находится там. Исходя из восьмого пункта, подпункт «В» «Договора о невмешательстве», капитан Дорсет подлежит аресту и дальнейшему судебному разбирательству. По совокупности состава преступления ей и всему её экипажу грозит, даже не пожизненная каторга, а смертная казнь! Как представитель сената, я настаиваю, нет, я требую, принять соответствующие меры! Немедленно разыскать и наложить арест на «Лесную Волшебницу» и весь её экипаж!

— Как вы это представляете, граф? — Поинтересовался начальник разведуправления. — Она же, по вашим плохо проверенным данным, в закрытой галактике!

— А это уже ваша забота, господа! У вас военная сила и вся полнота власти, моё дело указать...

— Строго указать... — Поправил начальник разведуправления.

— Именно так, и никак не иначе... — Напыжился сенатор, но закончить не успел, зазвенели баззеры боевой тревоги.

— Неизвестный корабль, класс линкор, обнаружен в внутри построения эскадры, — начал сообщение механический голос. Баззеры замолчали так же резко как зазвенели, и тот же голос не меняя интонации, продолжил:

— Ложная тревога, ложная тревога, корабль опознан как свой.

Побледневший сенатор, несколько приободрился, к нему начал возвращаться прежний апломб:

— Так, что же ваше высокопревосходительство, мне присылать официальный запрос?

— Не стоит сенатор, — улыбнулся наместник сектора, — Не стоит, вы, надеюсь, внимательно читали договор? Не напомните ли мне, о чём гласит первое дополнение?

— Вы хотите сказать... — Начал сенатор.

— Да, именно это я и хочу сказать, — Адмирал Романов сделал строгое лицо, а стоящий не много сбоку начальник разведуправления едва сдержал смешок, он уже всё понял.

— Ваше превосходительство, не ужели она?

— Да сенатор, капитан Дорсет назначена высочайшим указом полномочным представителем Империи в мирах закрытой галактики, и ей дарована привилегия свободного прохода через точку перехода. И дополнение к «Договору о невмешательстве» оговаривает именно этот случай. Но сами понимаете, сенатор, что это секретная информация и разглашение её приравнивается к государственной измене. Подписку о неразглашении вы дадите прямо сейчас. Валери вас это тоже касается. Адмирал, подготовьте и оформите необходимые документы, немедленно!

Дождавшись, когда контр-адмирал Валерии выведет сенатора, Романов посмотрел на погашенный коммуникационный экран, экран тот час же зажёгся. С экрана на него смотрела капитан Дорсет и трое пепельноволосых детей.

— Инэллина, вы когда-нибудь доведёте меня до инфаркта, а эскадру до того, что они откроют огонь по вашему кораблю!

— Пусть открывают, всё равно не попадут! — Заявила младшая владелица пепельной шевелюры, остальные согласно кивнули.

— Кто бы сомневался, — пробурчал адмирал и, заметив требовательные взгляды детей, заулыбался, — Знаю, знаю, днём — полдник, ночью — полночник, и обязательно с шоколадным тортом.

Дети тоже заулыбались, адмирал нажал клавишу и сказал секретарю:

— Самойлов, будьте так добры, распорядитесь, чтоб доставили мне в кабинет банкетный набор для особых случаев.

— Слушаюсь, сэр! — ответил коммуникатор, и не прошло и тридцати секунд, как два стюарда вкатили в кабинет столик с чайным сервизом и большим шоколадным тортом. Расставив стулья, стюарды удалились. И тут же за столиком возникли фигурки детей, Инэллина прежде чем к ним присоединиться протянула адмиралу два информационных кристалла.

— Тут информация обо всех последних тайных разработках ГИГа и экспедиции союзовцев в закрытую галактику.

— Вы теперь и так умеете, — утвердительно, как бы констатируя факт, сказал Романов, — Похоже, ваши частые визиты в закрытую галактику стали приносить свои плоды.

Инэллина утвердительно кивнула.

— Вы слышали разговор с сенатором? — Спросил адмирал, капитан Дорсет ещё раз кивнула, Романов вздохнул и продолжил, — Слушать разговор, происходящий в кабинете, имеющем высшую защиту, да ещё по не включённому коммуникатору. Почему я этому не удивляюсь?

— Потому, что ты умный, а сенатор — дурак! — Безапелляционно заявила младшая девочка.

— Да, нет, далеко не дурак, то, что он не знает всех реалий, это да, но не дурак.

— То, что я хожу в закрытую галактику, — знают все офицеры эскадр сектора, это не является государственной тайной. И то, что имею на это право, если не знают, то догадываются тоже все, — сказала капитан Дорсет.

— Здравствуйте, капитан, здравствуйте, господа офицеры, — удивлённо проговорил входящий контр-адмирал Валери, в руках у него была большая коробка с шоколадными конфетами. Если он и удивился столь быстрому появлению капитана Дорсет и её детей в адмиральском салоне, то никак не подал виду. Посмотрев на сервированный столик и торт, грустно сказал:

— Даниэль, опять ты меня опередил, а я вот хотел угостить господ офицеров конфетами.

— Дядя, Степан, ты угощай, а мы съедим сперва тортик, а потом и конфеты! — Сказала младшая девочка, остальные дети согласно кивнули, всё-таки трудно разговаривать с набитым ртом. А как это делала младшая девочка — оставалось тайной.

— Найтин, а вот ты смогла бы себе наколдовать шоколадный тортик и конфеты, — хитро прищурившись, спросил начальник разведуправления.

— Да хоть вагон и маленькую тележку! — Заявила девочка, — Но когда угощают, гораздо вкуснее выходит!

Адмиралы переглянулись, они только что получили прямое подтверждение того, о чём и так давно догадывались. Одно только перемещение капитана Дорсет и её детей с одного корабля на другой через космическое пространство уже говорил о многом. А если учесть, что адмиральский линкор был прикрыт мощнейшим защитным полем, то возможности детей капитана Дорсет представлялись, вообще, чем-то запредельным.

— Вот, — сказал Романов, протягивая Валери кристаллы, — Это по твое части, тут всё по ГИГу и по провороненной тобой эскадре союзовцев, ушедшей в закрытую галактику.

— И что с эскадрой? — Спросил начальник разведуправления.

— Уничтожена. — Коротко ответила капитан Дорсет.

— Инэллина! Я знаю возможности вашего корабля и догадываюсь о ваших возможностях, — он многозначительно глянул на детей, увлечённо расправляющихся с тортом, — Но...

— Мне помогли, адмирал.

— Да, и я догадываюсь кто, — хмыкнул адмирал Романов. И кивнув в сторону детей, продолжил, — Я так понимаю, что это они.

Капитан Дорсет только улыбнулась, Адмиралы снова многозначительно переглянулись. Адмирал Валери обратился к капитану:

— Инэллина, только один вопрос, вы выяснили, как союзовцы ориентировались в закрытой галактике?

Вместо капитана ответила старшая девочка:

— Это мерзко, гадко! Так нельзя делать! Тот, кто это придумал, уже наказан! И Тейли сказала, что мы поступили правильно!

— Тейли? — Поднял брови начальник разведуправления, всякие новые лица вызывали у него профессиональный интерес.

— Тейлиарра Энтарра, — улыбнулась капитан, — Вы её знаете, по крайней мере, заочно.

— Инэллина, вы хотите сказать, что святая великомученица... — Начал адмирал Валери.

— Она Богиня, — поправила его старшая девочка, — Ну и святая тоже, попутно. Она нас учит, и вот домашние задания задаёт.

— Ихха, ты хочешь сказать, что вас обучает свята... Богиня? — Брови начальника разведки поднялись до самых волос на лбу.

— Ну да, что тут такого, мама, объясни им, — ответила Ихха и вернулась к тортику.

— Инэллина, как такое может быть? — Брови адмирала Романова повторили манёвр бровей начальника разведки.

— Так получилось, — пожала плечами капитан, — Я же вам докладывала о моих экспедициях в закрытую галактику, то чему вы удивляетесь? Мои дети не Боги, но если рассматривать согласно табелю о рангах, то несколько больше.

— Главным калибром в за... — Не выдержал начальник разведки, — И я вот так запросто угощаю божественные сущности конфетами? И отдаю приказы их матери, Даниэль, ты-то хоть что-то понимаешь?

— Стёпа, друг мой, я об этом давно догадался.

— И вот так вот молчал?

— А что, мне надо было кричать об этом на всех перекрёстках?

— Но мне ты мог-то сказать!

— Вот, сказал, и что от этого изменилось, ты теперь будешь таскать им не по одной коробке конфет, а сразу по три?

Дети оторвались от торта и заинтересованно уставились на начальника разведки. Тот, увидев устремлённые на него взгляды, смутился:

— Я, да я, да хоть по десять...

— Мама не разрешит, — грустно сказала младшая девочка, — Она говорит, что детям нельзя много сладкого.

Адмиралы поражённо уставились на Инэллину, она может что-то запрещать божественным сущностям и они её слушаются!?

Начальник разведки потёр виски и жалобно попросил наместника:

— А можно мне кофе? Я всё равно уже не засну, надо переварить полученную информацию и вот это тоже просмотреть, он показал информационные кристаллы.

— Я тоже не откажусь, Инэллина вы будете кофе? Я сейчас закажу, — адмирал Романов, было, потянулся к клавише вызова секретаря, как почувствовал, что у него в руке появилась чашечка ароматного кофе. Чашечки появились и у Валери с Инэллиной.

— Коньяк? — Светским тоном спросил мальчик.

— Да, если не затруднит, — на автомате ответил начальник разведки. И тут же на столике возникли коньячные бокалы и бутылка Аримийского коллекционного коньяка, пробка из неё выскочила, бутылка сама налила по трети бокала, после чего бокалы плавно разлетелись к взрослым. Валерии отпил и одобрительно кивнул. Он ещё раз кивнул, какой-то своей мысли, и спросил у мальчика:

— А скажи-ка, Дени, пришествие святой великомученицы в Нью-Даласе, это не ваших рук дело?

— Не, дядя Степан, она сама пришла, мы только попросили её нам помочь.

— А вот... — Начал контр-адмирал, но его перебила капитан Дорсет:

— Не стоит адмирал, они сделают только то, что посчитают нужным. И я тоже не смогу их заставить. А потом, ведь вы же обходились до сих пор без божественной силы? И ведь не плохо получалось.

— А вы, капитан?

— Я всегда и во всём полагаюсь только на себя, да, если мне помогают, не отказываюсь, но не прошу и тем более не приказываю.

— Дядя Степан, не расстраивайся, я тебе язву вылечила, и остальное тоже, — утешила начальника разведки старшая девочка.

— Спасибо, Ихха! — Благодарно сказал тот, чувствуя, что у него ничто не где не болит, впервые за многие годы.

Тортик был съеден, чай допит. Инэллина и её дети удалились, тем же способом, что и пришли. В кабинете остались только адмиралы, сидя в мягких креслах, они молча потягивали коньяк. Посмотрев на просвет свой бокал, адмирал Валери задумчиво произнёс:

— А вот если я порошу у Дени ящичек такого божественного напитка, ведь этот коньяк лучше Аримийского, как ты думаешь, он не обидится?

— Думаю, нет, — улыбнулся адмирал Романов, — Ты им нравишься, даже не понимаю почему?

— Это потому, что я добрый и обаятельный.

— Хм, обаятельный — согласен, но добрый начальник разведки... А помнишь Степан, вашу первую встречу?

— Это перед битвой в системе Вирана? Теперь-то я понимаю, что они, — Валери кивнул, подразумевая капитана Дорсет и её детей, — Именно они были твоим козырем. Ты уже тогда знал о том кто они?

— Нет, Стёпа, не знал. Догадывался, что они не совсем люди, или люди с очень большими возможностями, но всего не знал. Пару раз видел их в деле, когда ходил в рейды на «Лесной Волшебнице», но всего не знал. Я тогда решил рискнуть, ведь другого выхода не было. Рискнул и не прогадал.

— Да, ты тогда здорово развеселился, когда увидел мою реакцию и реакцию капитанов линкоров на своё тайное оружие.

— Уж очень у вас лица были ошарашенные, — улыбнулся адмирал Романов.

— А какая может быть реакция, если после секретного совещания, командующий оставляет трёх капитанов новейших линкоров и одного ничего не понимающего начальника разведки, заявляет, что он меняет план сражения. После чего заводит в комнату отдыха, знакомить с опытными лоцманами которые поведут линкоры через астероидный пояс, а там дети вымазанные в крем от торта и пирожных, — засмеялся начальник разведки. — И крем на потолке, чего он там оказался, я так и не понял.

— Это Найтин показывала, как атакованный гиперторпедами вражеский линкор взрывается, — начал объяснять адмирал Романов, — Заменителем линкора было заварное пирожное! Да, Степан, у меня, наверное, было такое же лицо, когда Инэллина появилась на Паэлии, через четыре месяца после своего странного похищения, совершенно здоровая и со своими детьми. Ты же знаешь, мы так и не узнали, где она была, и кто её вылечил. Хотя выводы медицинского осмотра показали, что она совершенно здорова.

— Даниэль, ты же понимаешь, что после происшедшего, её никак нельзя было восстановить во флоте, — виноватым голосом сказал начальник разведки. — Её лояльность была под большим сомнением, её и второго лейтенанта Дюкло. Мы его тогда допросили под суперпентоталом, под суперпентоталом отвечают на любые вопросы, при этом говорят только правду. А Дюкло нёс полный бред — якобы сначала они улетели на «Туареге» в закрытую галактику, а потом вернулись оттуда пешком! Пешком вышли из леса на Хрустальной! И детектор лжи показывал, что он говорит правду. А капитана Дорсет ты запретил допрашивать.

— Степан, теперь ты понимаешь, к чему привёл бы твой допрос Инэллины и её детей. Тем более, что она доказала свою лояльность, когда сдала по льготной цене двадцать тысяч тонн ирумия, [40].

— Даже то, что она сдала ирумий по льготной цене, сделало её миллиардером, а это позволило ей купить линкор имперского проекта 234 и переоборудовать его!

— Степан! Ирумий позволил нам построить тот флот, что мы имеем сейчас. Флот в разы превосходящий все, что имеют союзовцы, да и дальнейшие события показали полную лояльность Инэллины и её детей!

— Ну, кто бы спорил, разве, что наш многонеуважаемый сенатор, — начальник разведки пожал плечами, и неожиданно спросил, — Даниель ты её очень сильно любишь?

Наместник сектора ничего не ответил, он грустно посмотрел на своего друга, тот сразу засобирался и, сославшись на подвалившую работу, быстро ушёл. Адмирал Романов сел за свой стол, достал фотографию и погрузился в свои мысли.

Сорок пять лет назад, Поляна в Лесу

За столиком перед избушкой традиционный завтрак. Дети, вымазанные в варенье, пьют молоко, подливаемое им Хранителем. Мех, всё больше распаляясь, говорит Инэллине:

— Вот, избушка из боевого робота — это хорошо, а как мы будем добираться обратно, ведь робот уже не полетит, да он вообще летать не умеет, только прыгать вверх на четыреста метров, не больше. И где мы? Я не одного знакомого созвездия не нашёл...

— Лейтенант Дюкло! Прекратите! — абсолютно спокойно сказала Инэллина, и посмотрела на Хранителя. Тот поднял голову и кивнул:

— Выведу я вас из Леса, туда, где есть ваши. Но дальше вы уж сами, там я вам ничем помочь не смогу. А если, что, то сразу в Лес возвращайтесь, здесь я вас смогу защитить.

— Как мы выйдем в один из наших миров отсюда, пешком? — Удивился Мех.

— Пешком, — подтвердил Хранитель, — Лес-то он не только здесь, он-то во многих мирах есть. И он-то единое целое, вот и можно по нему так ходить — здесь вошёл, а там вышел, совсем в другом мире вышел, и всё пешком, пешком, — ехидно закончил Хранитель.

— Ты, дочка, тоже сможешь ходить по Лесу, я покажу, как, — после недолгой паузы добавил Хранитель и, заметив вопросительный взгляд Меха, пояснил, кивнув на детей, — Они уже умеют, быстро схватывают. А тебя научить не получится, ты человек.

— А... — Начал мех.

— А она, моя дочка, она тоже может ходить, только пока не знает как, но научится, — в этот раз Хранитель кивнул в сторону Инэллины.

— Тогда завтра и выступаем, — сказала Инэллина, — возражения есть? Нет? Тогда сегодняшний день на сборы.

На следующий день позавтракав, как обычно перед избушкой, Инэллина, дети и Мех, сопровождаемые Хранителем, двинулись в поход. Идти было легко, казалось, сам Лес помогал путникам, хотя так оно и было. На третьи сутки, Лес стал более мрачным, диким. Заметив удивление своих спутников, Хранитель пояснил:

— Мы сейчас проходим через мир проклятого Бога.

— А почему проклятого? — Спросила младшая девочка.

— Его прокляли остальные боги, но прежде он проклял их.

— А почему? — Не унималась Найтин.

— Жили в этом мире Бог и Богиня, или попросту Сила этого мира приняла вот такой облик любящих друг друга юноши и девушки...

— Прекрасных? — перебила старшая девочка.

— Прекрасных, — кивнул Хранитель, — прекрасных, любящих друг друга, а главное счастливых в своей любви. Таких счастливых, что это вызвало зависть остальных богов, а боги, как и всякие живые существа — завистливы. Особенно боги. Вот и выманили они хранительницу за пределы её мира и развоплотили её.

— А почему выманили?

— Потому, что в своем мире боги всемогущи и непобедимы. Они черпают силу непосредственно из мира. А вот за пределами своего мира такие боги, практически, бессильны. Нет, конечно, если они обзаведутся верующими, то смогут брать силу из этой веры, из молитв своих почитателей. Большинство стихийных богов давно утратили связь с мирами, породившими их, а может, и были оттуда изгнаны, и теперь только вера в них позволяет им сохранять божественную сущность.

— Потому боги завистливы? Они боятся, что кто-то переманит их последователей к себе? — Спросил мальчик, сделав неожиданный вывод. Хранитель грустно улыбнулся и продолжил:

— Да, наверное. И когда остальные боги развоплотили хранительницу, хранитель от горя сошёл с ума. И некогда цветущий мир, мир добра и любви преобразился, там стали рождаться чудовища. И эти чудовища начали проникать в другие миры, сея смерть и разрушения. Горя желанием отомстить безумный бог посылает свои творения уничтожать верующих в богов, думая, что тем самым ослабляет их. Боги давно бы его уничтожили, но в своём мире он неуязвим.

— А почему они не уничтожат его вместе с миром? — Не унимался мальчик. Хранитель на него внимательно посмотрел, вздохнул и сказал:

— Боги не могут уничтожить мир, они могут устроить там катастрофу, уничтожить всё живое, и то только тогда когда в этом мире нет хранителя, или хранитель такого мира позволит это сделать. Уничтожить мир полностью может только сеиссшесс. Вот вы, например, тоже можете уничтожить.

Все трое детей остановились, посмотрели на Хранителя Леса и почти хором сказали:

— Мы не будем уничтожать миры! Там же разные живые существа есть! Не только плохие, есть и хорошие! Мы не хотим их убивать!

Дети заплакали, Инэллина обняла всех троих и успокаивающе заговорила:

— Не надо уничтожать миры, какие бы плохие люди или боги там бы не жили, бороться надо именно с ними.

Инэллина успокаивающе гладила детей, они перестали всхлипывать.

— Так, так, — раздался голос, и из чащи вышел стройный, и можно было бы сказать очень красивый юноша, если бы не горящие алым глаза, — Что это вы делаете в моём мире! Разве не дал я понять, что не хочу никого видеть! Вы нарушили мою волю, и жестоко за это поплатитесь!

— Я в своем Лесу, а вот что ты здесь делаешь и почему пытаешься изменять мой Лес? — Ответил Хранитель.

— Это мой мир, и всё что здесь находится моё! Ты хочешь со мной померяться силой, Алекс? Я уверен, ты проиграешь! Моя месть священна, и никто, слышишь, никто мне не смеет мешать!

— Я мстю, и мстя моя страшна и ужасна! — Громко сказал мальчик.

— И это моя добыча! Рррр! — Поддержала его девочка. От такой наглости юноша опешил, его красивое лицо исказила гримаса гнева. Он вытянул руку вперёд и, указывая на спутников Хранителя, произнёс:

— Отдай мне этих жалких людишек, Алекс! Ты не сможешь здесь противостоять мне! Если ты мне их отдашь, я не трону тебя и может быть, пощажу твой Лес. Ты видишь, я уже начал изменять его!

— Ты нарушил древний договор, Витал! — произнес Хранитель, но юноша не дал ему договорить:

— Это вы нарушили всё, что только можно нарушить! Вы, вероломные, отобрали у меня все, что у меня было...

— Я не имею отношения к другим богам и не я развоплощал твою подругу, а древний договор стихий...

— Мне плевать на все договора! Здесь я хозяин! И поступлю так, как считаю нужным! И никто не получит от меня пощады! — Юноша вытянул вперёд руки, и жгуты силы ринулись на путников. Хранитель тоже поднял руки, но не успел ни чего сделать. Нападающий был, буквально, спеленат своими же атакующими силами, он пару раз дёрнулся и неверяще уставился на спутников Хранителя. И так большие его глаза стали ещё больше. Безумный Бог прохрипел:

— Твари! Мерзкие твари! Вероломные боги вошли в сговор с сеиссшесс, только для того, чтобы покончить со мной! Они готовы уничтожить мой мир, отдать его этим чудовищам, и ты Алекс помогаешь этим выродкам! Они же не остановятся, все миры этой ветви...

Но договорить ему не дала Инэллина, она сильнее прижала к себе детей, стремясь защитить их от любой опасности, хоть и понимала, что не сможет ничего противопоставить Богу этого мира, но тут она не выдержала и отчаянно закричала:

— Ты, ты, кого ты назвал выродками! Ты сам выродок, который убивает детей, не отдам... — И слёзы потекли из её глаз, схватка с безумным богом произошла настолько быстро, что ни она, ни Хранитель, ни чего не успели понять.

Дети прижались к своей маме и теперь уже они успокаивающе гладили её.

— Мама не плачь, мы не дадим ни кому тебя обидеть! — Успокаивала старшая девочка, а младшая, зло глядя на безумного Бога, почти прошипела:

— А ему уши надерём!

— Нет, давай лучше по отрываем! — Предложил мальчик. Девочка, на мгновение, задумавшись, нашла компромиссное решение:

— Сперва надерём, а потом по отрываем!

Юноша попытался что-то сказать, но у него ничего не вышло, он только раскрывал рот — оттуда не вылетало ни звука. Присмотревшись, Хранитель понял, что безумный Бог спеленат не своими жгутами, а совершенно другим проявлением силы. А его силовые жгуты, просто прижаты к нему, их безумный бог не успел убрать. Хранитель покачал головой, он уже понял, кто это сделал. Дени, именно он, причём совершенно бесхитростно, никаких сложных плетений — только грубая сила. Хранитель ещё раз покачал головой и обратился к мальчику:

— Дени, ну как так можно расходовать силу, я же вас учил...

— Дед, как-то некогда было, он же маму хотел обидеть!

— Ну не обидел же, мы бы ему не дали, правда внучата!

— Да! — Хором ответили дети.

— Ну вот, видите, мы его уже победили, — Хранитель подошёл к Инэллине и тоже погладил её по голове, — Успокойся дочка, никто твоих детей не обидит. Дени, отпусти, пожалуйста, Витала, он больше не будет.

— А как же уши, — всплеснула руками младшая девочка, — Что, отрывать не будем? Совсем, совсем?

— Нет Найтин, не будем, он уже всё осознал, — Хранитель строго посмотрел на уже освобождённого безумного бога, тот переводил ошалевший взгляд с одного путешественника на другого и не мог ни чего понять. Хранитель леса называл, легко спеленавших его — Бога этого мира в его же собственном мире, внучатами и говорил, что делать, а они слушались. А мамой сеиссшесс называли человека, нет, не человека — дитя Леса. Безумный Бог перевёл взгляд на высокую, коротко остриженную и очень красивую женщину и застыл.

— Элли, успокойся уже всё хорошо, сейчас пойдём дальше, — утешал женщину Хранитель Леса. Та вытерла уже почти высохшие слёзы, взяла детей за руки и вся процессия гордо прошла мимо застывшего Бога. Уже скрываясь за поворотом, женщина и младшая девочка обернулись. Безумному Богу показалось, что в больших синих глазах женщины он увидел сочувствие, а девочка погрозила ему пальцем.

— Элли, Эллианна, — прошептал безумный Бог, из его глаз уходила боль, плескавшаяся алым пламенем, они потемнели и приобрели синий цвет.

Ещё через день, маленький отряд вышел на опушку, последние два часа они шли по очень чахлому лесу.

— Что это? Дед, ведь это не твой Лес? — Спросила старшая девочка.

— Да, мы прошли границу миров, это уже ваша галактика, эту планету люди называют — Хрустальная. Очень красивая планета была, пока безумный Бог не начал сюда засылать своих тварей.

— А теперь?

— Теперь, не знаю. — Хранитель пожал плечами, — Вам-то надо, всё равно, в большой мир, так, что долго вы здесь не задержитесь. Вон видите, человеческая лодка летит, выходите к ней, она вас подберёт.

Хранитель обнял Инэллину, детей, пожал руку меху и скрылся в зарослях. Дети и Инэллина вздохнули и, взявшись за руки, шагнули в степь, Мех пошёл вслед за ними.

Ровный гул винтов убаюкивал. Легко бронированный коптер шёл на высоте в триста метров над выжженной степью, окружающей гнилое пятно. Гнилое или проклятое пятно, так называли местность, занимающую несколько тысяч квадратных километров. Уже или ещё, поскольку это пятно продолжало расширяться, поглощая плодородные земли и выплёскивая из себя кошмарных тварей, уничтожающих на своём пути всё живое. А ведь раньше, ещё каких-то десять лет назад, это были плодороднейшие земли, дававшие по два урожая в год, этому способствовали и почва, и мягкий климат. Эта планета не знала ни зим, ни засух. Прозрачный чистый воздух, казалось, можно было пить. Не даром эта планета получила название Хрустальной. Благодатный край, бывший раем для переселенцев. И в одну страшную ночь, всё это кончилось. Маленькая уютная рощица подёрнулась серым туманом, и оттуда вырвались страшные твари, убивающие всех подряд. За одну ночь, было уничтожено восемь окрестных деревень и пять хуторов. Пока люди опомнились и приняли меры, твари добрались до небольшого городка. Там тоже не выжил никто, несмотря на наличие оружия у жителей и полицейский участок с хорошо вооружёнными стражами порядка. К борьбе подключилась армия, и первые же столкновения оказались для неё не утешительными, твари размером с быка переворачивали и прорывали броню лёгких армейских краулеров. Двигающуюся лавину тварей разных размеров не смог остановить даже танковый полк, только применение тяжёлого оружия и ковровые бомбёжки надвигающегося вала чудовищных зверей помогли, но не надолго. Серая муть, всё разрастающегося пятна, выплёскивала всё новых и новых тварей.

Тогда какой-то умник предложил провести ядерную бомбардировку этого пятна. Военные радостно ухватились за эту идею. Ядерный фугас, сброшенный в центр пятна, казалось, положил конец нашествию. Но через три дня, спёкшаяся корка грунта проломилась и серая муть возникла вновь и твари, если они раньше шли волнами, то теперь пошли сплошным потоком, будто ядерный взрыв разрушил невидимый барьер. Стабилизировать обстановку удалось ценой больших жертв и потерей значительной территории, а серая муть продолжала разрастаться. Вокруг зараженного пространства, или гнилого пятна создали карантинную зону, шириной в пятьсот километров. Из этой зоны убрали все поселения, убрали населённые пункты и из следующего кольца, тоже шириной в пятьсот километров. Остались только военные городки, напоминающие хорошо укреплённые крепости. Патрульные коптеры облетали свои сектора и если замечали движущихся тварей, то вызывали бомбардировочную авиацию и наземную артиллерию, в основном системы залпового огня. Но, несмотря на все эти меры, твари всё равно вырывались за границы карантинной зоны, сея смерть. Поселенцы стали покидать насиженные места, большинство стали переселяться на другие планеты. Всего осталась едва ли десятая часть от первоначального населения.

Ситуация ухудшилась с началом большой войны, армейские части стали заменять местным ополчением и немногочисленными казачьими куренями. Соответственно и вооружение стало похуже. Твари будто это почувствовав — активизировались. Внешнее карантинное кольцо стало внутренним, а редкие поселения, раньше входившие в зону риска, так как находились рядом с внешним охранным кольцом, теперь стали частью укреплений зоны официального карантина. Но всё равно твари наступали, а люди пятились.

Казачий сотник — командир патруля вглядывался в выжженную степь простиравшуюся внизу. Когда-то это были плодородные поля, там впереди, куда патрули уже не залетали, была могила, нет, не могила, а место гибели его семьи. Он был на обязательных сборах, когда твари очередной раз напали, и на пути стаи оказался его хутор. Он потом летал над тем местом, даже строений не осталось. Вытоптанная земля. И его жена, дочки, брат с семьёй, родители, никого не осталось!

— А, правда, Рыжий, что в зоне остались люди, которые выжили, спрятались и теперь там пытаются как-то жить? — спросил левый стрелок у оператора роторной установки. Тот задумчиво покивал головой, не отрываясь от экрана наведения и, перекрикивая гул винтов, безапелляционно заявил:

— Брехня! Что они-то жрать будут, даже если выжили?

— Так энтих, самых тварей бьют! — Не сдавался стрелок.

— А как бьют, палками да камнями? Тут не всякую тварь из ротора завалишь, а они чем-то?

— Дык, тех, что помельче да послабее! — Нашёл ещё один довод стрелок.

— А кто ел-то тварей, что-то я не слыхал, чтоб они съедобные были?

— Дык, с голодухи и не то слопаешь!

— Разговорчики! — Не выдержал сотник, конечно монотонное патрулирование всем надоело, но разговоры отвлекали внимание и патруль мог не заметить притаившихся тварей, а некоторые из них прыгали вверх на несколько сотен метров, при этом пробивая когтями броню коптера. Так погибли несколько патрулей. Сотник прикрикнул на пилота:

— Высоту держи! А то тоже уши развесил! Нет людей в зоне, нет. Всех твари порешили!

— Господин сотник! — Закричал оператор биосканера, — Есть отметки, пять малых, медленных и, похоже, их нагоняет стая!

— А ну давай туда! — Скомандовал сотник пилоту, — И высоту держи, высоту!

Коптер обогнул чахлый лесочек, и открывшаяся картина заставила всех членов патруля крепко выругаться. Вдоль опушки двигались явно люди, две высоких фигуры в армейских комбинезонах и три детских, тоже одетых во что-то, напоминающее такие же комбинезоны. Они торопливо шли, за ними все, ускоряясь, бежала огромная стая тварей. Сотник понял, что коптер не успеет подобрать людей. Даже если он долетит к месту разворачивающихся событий, то штатным оружием эту стаю не остановить.

— Жми, жми! Мать твою... — Заорал в отчаянии сотник пилоту, — Жми! Огонь из всех стволов! — Это уже стрелкам и оператору роторной установки. Взревели турбины, ускорение вжало людей в спинки кресел, и тотчас загрохотали все стволы штатного вооружения коптера. Похожий на маленький летающий вулкан, изрыгая огонь, коптер несся к месту разворачивающейся трагедии.

— Аааа, — закричал сотник, он представил, что точно так погибли и его близкие, а он...

Они не успевали, до людей оставалось ещё метров триста, а стая уже накатывалась на беззащитные фигурки. Что произошло дальше, не понял ни сотник, ни другие члены экипажа патрульного коптера. Вал, состоящий из тварей из серого пятна, налетел на фигурки людей, и казалось, они вспыхнули ярким светом. В коптере, все кроме пилота, на мгновение ослепли, у пилота сработала защита — стёкла его шлема потемнели настолько, что яркая вспышка его не ослепила. Но всё равно, коптер проскочил метров на сто дальше места, где находились люди, уж очень он разогнался. Описав небольшой полукруг, машина подлетела к стоящим среди пепла, бывшего раньше тварями, людям. Это были высокая, коротко остриженная, черноволосая девушка, тоже черноволосый мужчина и трое детей, Сотнику показалось, что головы детей покрывает пепел, присмотревшись, он понял, что такого цвета их волосы.

— Кто вы? Как сюда попали? — Закричал сотник, перекрывая шум винтов.

— Капитан-лейтенант Дорсет, капитан эсминца «Грозный», первая эскадра восточного сектора, — представилась высокая женщина, — Нахожусь в отпуске на излечении.

— Дюкло, второй лейтенант, младший инженер ремонтного центра отряда эсминцев, приписанного к первой эскадре восточного сектора Империи, — отрапортовал мужчина, — Сопровождаю капитан-лейтенанта.

Женщина приобняла детей и объяснила:

— А это мои дети.

— Сотник территориальных казачьих войск Пахомов,— представился сотник и, кивнув на окружающее пространство, спросил, — Чем это вы их, мы уж думали, что всё, сомнут они вас. — И виновато добавил, — Уж как мы спешили, никак не успевали.

Мужчина, назвавшийся, вторым лейтенантом наклонился и поднял из серой пыли два армейских плазмера и показал их сотнику, батареи отсутствовали. Женщина сняла свой заплечный мешок, там лежал индивидуальный генератор защитного поля, его батареи были полностью разряжены. Сотник уважительно поцокал языком, чтоб не растеряться перед стаей тварей и так совместить взрыв батарей плазмеров, с включением защитного поля, надо быть настоящим профи, хотя, эти двое были боевыми офицерами, а значит настоящими профессионалами.

— Что же мы стоим, давайте быстрее в коптер, — опомнившись, засуетился сотник, — Как бы ещё одна стая тварей не набежала.

— Не, больше не набегут, — уверенно ответил один из младших детей, вернее ответила, это была девочка. Пропустив спасённых вперёд, сотник, с удивлением заметил, что они совсем не напуганы, даже дети абсолютно спокойны. Когда все разместились, коптер взмыл в небо и полетел на базу, сотник вызвал оперативного дежурного и доложил о происшедшем. С базы одобрили действия патруля и выслали резервную машину, чтобы прикрыть район патрулирования. Закончив доклад, сотник снова оглядел спасённых путников, мужчина, привалившись головой к переборке, дремал. Женщина, о чём-то тихо беседовала со старшей девочкой, младшие дети, залезли в башню установки роторных пушек и, оттеснив наводчика, увлечённо изучали её устройство.

— Стая, — коротко бросил оператор биосканера. Сотник хотел, было попенять наводчику роторных пушек о том, что он не готов открыть огонь, но, увидев стаю, промолчал. Расход боезапаса был таков, что на эту стаю уже не хватило бы снарядов. Он уже собрался доложить на базу об этой стае, её примерной численности и направлении движения, но тут заговорила роторная установка. Огонь вела девочка. Короткие очереди, буквально, выкосили стаю. У сотника и не только у него, а и у всего экипажа патрульного коптера, создалось впечатление, что огонь вёлся прицельно, каждый снаряд попадал в свою цель, хотя как это возможно из роторных пушек, никто из них не представлял.

— Найтин, — укоризненно сказала женщина.

— Жадина, — подержал её мальчик, и пожаловался, — Мама, а Найтин всех перестреляла, мне не оставила!

— Дени, — теперь женщина укорила мальчика, — не жадничай, следующий раз стрелять будешь ты.

— А мы полетим на патрулирование? — Спросил мальчик. Женщина покачала головой:

— Нет, не полетим. Но как только будет такая возможность...

— Ага, теперь я стрелять буду! — Сказал мальчик девочке.

— Ага, а я уже стреляла! — Гордо ответила девочка, показав мальчику язык.

Сотник Пахомов, совсем забыл о том, что собирался делать доклад, его поразила умелая стрельба девочки, так стрелять могли только профессионалы-ветраны, а не маленькие дети. И разговор, последовавший за стрельбой, тоже вызвал удивление.

Сорок пять лет назад, планета Хрустальная. Управление куренного атамана казачьего войска, пятого куреня

В просторной комнате сидел сам атаман, как высшая военная власть и гражданский чиновник, представитель губернатора. Понятно, что зона охранного периметра вокруг гнилого пятна приравнивалась к театру боевых действий, поэтому военная власть была главнее. Но это не смущало гражданского чиновника, он прекрасно ладил с атаманом, да работы у него особой не было. Атаман улыбался в свои роскошные усы, у его гражданского чиновника была одна маленькая слабость — он любил детективы. И сейчас, когда сотник — начальник патруля, доложил о спасённых людях, чиновник потирал руки, надеясь блеснуть перед атаманом своим знанием дедуктивного метода.

-... оба военные, и видать умелые бойцы, не испугались стаю тварей, всех положили. И хорошо так положили, правда, батареи разрядили полностью, даже не разрядили, а взорвали, — продолжал доклад сотник. Чиновник наморщил лоб, и задал вопрос:

— Ну, если умелые бойцы, почему же взорвали накопители?

— Дык, сотник же сказал, что коптер был в трёхстах метрах от них. Видели, что помощь идёт и положили всех тварей, — за сотника ответил атаман и снисходительно добавил, — А тварей надо было всех положить, чтоб не мешали коптеру сесть, а вот если бы коптера не было, они, может быть, и экономили заряд батарей. Видать, по силе удара, у наших спасённых батареи были полные, может бы, и отбились бы без коптера.

— Это вряд ли, — заметил сотник, — когда мы назад шли, вторая стая набежала, та которую малявка положила, и как положила! Не видел бы сам, не в жисть не поверил бы!

— А вот это мы и будем выяснять, — потёр руки чиновник. Атаман и сотник снисходительно на него посмотрели, для них уже всё было ясно, так, остались маленькие, не выясненные детали, но их можно узнать в рабочем порядке.

— Обедают сейчас, окончат, вестовой и приведёт их сюда, — флегматично закончил сотник. Чиновник встрепенулся:

— А почему без конвоя, а вдруг убегут!

— Да куда тут бежать, да и шли они сюда, чего бежать-то? Тем более что мальцов от варенья не оторвать, — усмехнулся сотник.

В дверь постучали, чиновник принял грозно-официальный вид и, стараясь сделать голос построже, громко сказал:

— Войдите!

Вошла красивая девушка в армейском комбинезоне без знаков различия, к ней прижимались трое детей тоже в комбинезонах, очень напоминавших комбинезоны в которых ходили дети армейских детских домов. Последним вошёл мужчина, с типичной внешностью франкона. Женщина назвала себя, за ней представился мужчина. Атаман и чиновник тоже представились. Вошедшие присели на предложенные стулья.

— Господин капитан-лейтенант, как вы оказались на Хрустальной, да ещё и в зараженной зоне? — Задал каверзный вопрос чиновник.

— В ходе боевых действий я была ранена, после лечения в госпитале мне был предоставлен отпуск. Его я хотела провести у родственников на Хрустальной. Вот взяла детей, и прибыла, а тут такое...

— А как вы прибыли на Хрустальную?

— На каботажном судне, совершающем не регулярные рейсы, они обещали высадить меня прямо в районе, который я указала. Они и высадили, и почему-то быстро улетели, теперь я понимаю почему. Взяли с нас плату как за проезд в шикарном лайнере, это за простой каботажник!

— Свалеры, — хмыкнул атаман.

— Не поняла? — Подняла брови женщина.

— Свалеры, мелкие торговцы, а на самом деле — контрабандисты, иногда даже пиратством занимаются, — пояснил атаман, — Регулярные рейсы сократили до минимума, сами понимает — война, вот они и пользуются. Вы же тоже, видно ждать не захотели?

Женщина утвердительно кивнула, гражданский чиновник поморщился и осуждающе посмотрел на атамана — такой каверзный вопрос пропал, тот пожал плечами и обратился к женщине:

— Вам повезло, что они только содрали с вас три шкуры, а не ограбили и убили.

Женщина не хорошо улыбнулась, присутствующие поняли, что ограбить ее, а тем более убить — очень не просто.

— Мы очень удивились, не обнаружив фермы, а во время ночёвки на нас напали дикие твари, пришлось спешно уходить из лагеря. Там пропали наши деньги и мои документы. Второй лейтенант документы сохранил.

Мужчина поднялся и протянул атаману свое удостоверение.

— Личное оружие мы сдали сотнику, он обещал дать нам заряженные батареи, процедуры идентификации мы уже прошли, — закончила женщина, чем совершенно расстроила гражданского чиновника — если данные сканирования сетчатки глаз и генного анализа подтвердятся — то это те за кого они себя и выдают. Ну, как тут проявлять дедуктивные способности и вести расследование, изобличать врагов?

Атаман снова хмыкнул и, посмотрел на мужчину, второго лейтенанта, вот что значит мужик — и оружие сохранил и документы, а вот баба, хоть и старше по званию, а документы потеряла. Но хотя у неё же дети, она в первую очередь детей спасала, а потом уже оружие. А документы? Ну, разве они так важны, когда детям угрожает опасность!

Замурлыкал сигнал компа, атаман и чиновник уставились на экран, полученная информация полностью подтверждала личности мужчины и женщины. Чиновник поднял взгляд от экрана и спросил у женщины:

— А дети, в вашем личном деле нет упоминания о том, что у вас есть дети. Откуда у вас взялись дети?

— Петро, — добродушно прогудел атаман, — А то ты не знаешь, откуда берутся дети.

— Да нет, знаю я, знаю, откуда берутся дети. Меня интересует вот этот конкретный случай... — Начал чиновник и поперхнулся, на него внимательно смотрели две пары детских глаз.

— Ну, — сказала девочка, наставив на чиновника палец.

— Что, ну? — Не понял тот.

— Рассказывай!

— Что, рассказывать!

— Всю правду!

— Правду? О чём?

— Ты же сам сказал, что знаешь, откуда берутся дети! Вот, теперь и рассказывай, но только правду! — Грозно повторила девочка.

— Ээээ, — начал чиновник, — аист...

— Не надо про аиста, который бродит в капусте, — строго сказала девочка, продолжая держать чиновника под прицелом своего пальца, — Это всё неправда!

— Найтин! — Строго сказала женщина, — нельзя показывать пальцами!

— А пусть он признаётся! — не менее строго сказала девочка, но палец убрала, мальчик, до этого молчавший, поддержал её:

— Да, пускай рассказывает правду!

— Правду, одну только правду и ничего кроме правды! — Голосом прокурора добавил сотник, и громко захохотал, к нему присоединился и атаман. Громко ржал и казак, приведший женщину и мужчину в кабинет.

— Ну, Петро, ты и попал! — Вытирая слёзы, сквозь смех, сказал атаман. Женщина и мужчина тоже улыбались. Не смеялись только дети, они выжидательно смотрели на чиновника, когда смех утих, девочка топнула ножкой:

— Ну, так почему не рассказываешь, выходит, тоже не знаешь?

Хохот пошёл по второму кругу.

— Ой, не могу, — ревел атаман, — Петро, так тебе тоже надо рассказывать откуда... Га, га, га...

Отсмеявшись, атаман сделал строгое лицо, встал и обратился к женщине сидящей напротив:

— Капитан-лейтенант Инэллина Дорсет! Вы капитан эсминца «Грозный»?

— Бывший капитан, — горько сказала женщина, тоже поднимаясь, — Бывший, эсминец погиб.

— Вы также командовали захватом линкора союзовцев, а потом и самим линкором во время териласского прорыва?

— Ого, и кто же это так успел назвать? — Сдвинула брови капитан-лейтенант.

— Ну, кто же, писаки газетные. Но если из того, что они написали правда хоть на треть... Позвольте пожать вашу руку! — Атаман грузно поднялся, шагнул к Инэллине Дорсет, пожал ей руку, а потом просто обнял её. Отпустив Инэллину, атаман шагнул назад и официалным голосом произнёс:

— Вы это не знаете, на корабле свалеров этого не знали, да и в проклятой зоне вы это тоже узнать не могли. Инэллина Дорсет, поздравляю вас с присвоением вам очередного звания — капитан третьего ранга и награждением вас высшей наградой империи — Золотым Георгиевским Крестом!

Атаман вытянулся по стойке смирно, отдал честь. Инэллина Дорсет тоже вытянулась по стойке смирно. То же проделали все присутствующие в комнате, включая детей. Награждённый Золотым Георгиевским Крестом, автоматически получал почётное звание — Герой Империи и становился графом, то есть становился потомственным дворянином.

— Служу Империи! — чётко ответила капитан третьего ранга.

— Ладно, отдыхайте, транспорт пойдёт на главную базу завтра, оттуда доберётесь до столицы, космопорт теперь только там. Обратитесь в комендатуру, там вам помогут. — Обращаясь уже к сотнику, добавил, — Пахомов, отдай им оружие, выдай продовольственные карточки, ну и из обмундирования, что-нибудь подходящее тоже. А то сам видишь, в зоне комбезы поизорвались.

— Спасибо, атаман! — Поблагодарила женщина.

Когда женщина с детьми, мужчина и сопровождавший вестовой казак вышли, чиновник обиженным тоном обратился к атаману:

— Господин атаман, а как же дети? Ведь в личном деле о детях ни слова! Ведь неувязочка, надо бы...

— Петро! Ты на детей смотрел? — Перебил чиновника атаман.

— Смотрел, дети как дети, — пожал плечами чиновник.

— Да книжки вот умные читаешь, небось, твой тот чиновник, что в свободное от основной работы время подрабатывал великим сыщиком, сразу заметил бы. Или, наоборот, в свободное время от раскрытий преступлений века, работал скромным писарем. Фамилии, то у вас одинаковые, а вот примечать, как он ты ещё не научился.

— Да что тут примечать, дети как дети! — Повысил голос чиновник.

— Особо подозрительные, — хохотнул сотник.

— Ты Пахомов не зубоскаль, а объясни господину Фандорину, а то он совсем в свои книжки закопался, — сторго сказал атаман, — что ты приметил?

— Стреляет малявка из роторной пушки, как опытный канонир, не просто опытный, а мастер — это раз. Два — они совсем не испугались тварей, у новобранцев после первого патрулирования — колени сутки дрожат, а этим хоть бы хны. Ну и на глаза и уши, вы обратили внимание, господин регистратор.

— Синие глаза, большие, даже чересчур! — Чиновник, явно обиделся.

— Синие, большие, — согласился сотник, — А то, что время от времени зрачок вертикальным становиться, да и уши заострённые. Из эльфей они, вот что!

— Какие эльфы? — Удивился чиновник, — Они же на капитан-лейтенанта похожи!

— Похожи, очень похожи, — Согласился сотник, — Она им точно мать, а вот папаша...

— Понял, Петро? — Прогудел атаман, — Могёт быть, полукровки. Ведь стреляют как эльфы, а те стрелки отменные. С оружием управляться умеют, а где ещё могут дитёв научить? А? Только в армейском или флотском детском доме. Баба, она везде баба, даже в армии или на флоте, нагуляла, хотя троих и разного возраста... Отец их, скорее всего, погиб, а она теперь и тянет. В общем, хоть и баба, но героическая![41]

— А оружие! У них же при себе оружие! — Не унимался чиновник Петр с примечательной фамилией — Фандорин.

— Они же боевые офицеры, имеют право. И потом, какой боевой офицер расстанется со своим оружием! Ты Петро, здесь видел кого-нибудь без оружия, кроме себя, конечно. Ну и по номерам личного оружия установили, что они именно те за кого они себя выдают.

— Но дети! Если они были в детском доме, то это должно быть отражено в личном деле их матери! — Всё не мог успокоиться чиновник.

— А может они жили на планете отца, у их родственников, у эльфей. И баба туда ездила рожать. Что мы знаем об эльфях, может у них так принято, — сделал предположение сотник.

— Во, во, — подержал сотника атаман, — Может у эльфей так принято, скрытно воспитывать и являть уже готовых воинов, что мы о них знаем? Чужое племя, и имеют они широкую автономию.

Атаман и сотник одновремённо пожали плечами, ведь и у казаков детей учили владеть оружием с малолетства, а тут чужая культура, чужой народ, как у них заведено — кто знает? Чиновник покачал головой, толи, соглашаясь с казаками, толи, проявляя недоверие. Это недоверие усилилось бы в стократ, если бы он услышал разговор, произошедший накануне в Лесу, да и у казаков бы появились сомнения. А через три дня сотник вспомнил о словах младшей пепельноволосой девочки, о том, что тварей больше не будет. Твари, действительно, перестали появляться, да и само серое пятно начало сжиматься.

Лес, избушка — бывший боевой робот. Накануне выхода

— Вот оружие есть, только батарей к нему нет, а в индивидуальном генераторе защитного поля есть — только разряженные, — горестно вздохнул Мех после обследования всех закутков уже избушки, а не боевого робота.

— Оружие нам бы пригодилось, пусть и без батарей, только вот номера не соответствуют, — сказала, Инэллина беря в руки плазмер.

— А что такое номер? — Спросил Дени, он помогал Меху обыскивать избушку.

— Вот смотри, — показал Мех, — Вот видишь, восемь цифр и четыре буквы, это номер оружия, каждое имеет свой номер и он вписан в удостоверение офицера. Номер моего плазмера, — Мех назвал комбинацию букв и цифр. Зачаровано глядя на плазмер, он увидел, как цифры и буквы номера поплыли, приобретая знакомые очертания.

— Дени! Это же мой номер! Получается, теперь это мой плазмер! Но как?

— Мама, а у тебя какой номер? — Спросил гордый Дени, Инэллина назвала, и второй плазмер тоже преобразился. После долгих объяснений Дени и Иххе удалось зарядить батарею генератора защитного поля. Но создать батареи для плазмеров у них не получилось. Хранитель тоже не смог помочь, он не знал, как эти батареи работают.

— Учиться вам надо, — вздохнул Мех, — Чудеса — это хорошо, но и химию, физику, математику тоже знать надо, тогда и чудеса у вас будут научные, будете знать, как что работает, сможете такое сделать... Ого-го!

— Так учи, давай, — тут же потребовала Найтин.

— Что знаю, расскажу, но я тоже не всё знаю, — ответил Мех. — Вот попадём в цивилизованные края, отведу вас в библиотеку, читать-то вы умеете, да ещё и со скоростью света. Вот и почитаете, а что непонятно будет, я или ваша мама объяснит, или найдём кого знающего.

Сорок пять лет назад, планета Хрустальная. Бар в окрестностях космопорта

Довольно приличное помещение, чего нельзя сказать о посетителях. В этом баре коротали время между вылетами, а вернее ждали заказчика, вольные каботажники или как их ещё называли — свалеры. Заказов почти не было. Официальные грузы уходили и приходили на имперских транспортниках, а частные перевозки упали до нуля. Можно, конечно, было попытаться попромышлять контрабандой, но у этого товара сейчас было мало заказчиков, всё-таки война. На планете остались только войска и казаки, а с этими особо не поторгуешь, да и орбитальная крепость, без строгого досмотра на планету не пропустит. Долетишь до ближайшей луны, там патрульных корветов ещё не было, и всё, дальше ходу нет. Вот и сидят буйные капитаны со своими не менее буйными командами на мели.

За угловым столиком сидели две мрачных личности. На одном был потёртый армейский комбез без знаков различия, второй был одет с некоторым намёком на изысканность. Обычно так сидели капитан и его первый помощник в ожидании заказа. Но эти просто сидели и пили, нет, от заказа бы они не отказались, но где ж его взять? В зал быстрым шагом вошёл, почти вбежал, не то что невзрачный, а можно сказать маловзрачный тип. Он кинулся к угловому столику и захлёбываясь громко зашептал:

— Капитан! Заказчики! Суперкарго сюда ведёт! Хотят нанять наш корабль для рейса... — Маловзорачный тип не закончил, увидев за стёклами входных дверей силуэты входящих, он отбежал от столика своего капитана к барной стойке, заказал себе пива и сделал вид, что он тут уже давно. Бармен всё это наблюдавший неодобрительно покачал головой.

Сквозь вертящуюся стеклянную дверь прошли высокая черноволосая женщина с тремя детьми, черноволосый мужчина и лысый суперкарго, лебезивший перед женщиной:

— У нас лучший корабль, опытный экипаж, — изгибался перед женщиной суперкарго. Женщина, брезгливо морщась, села на предложенное место и внимательно оглядела уже сидящих, произнесла:

— Мне надо на Паэлию, — увидев поднятые брови собеседников, насмешливо уточнила, — Или на любую планету, откуда есть регулярные рейсы на Паэлию, я понимаю, что ваша лохань туда не дотянет.

— У нас лучший корабль... — Начал суперкарго, но женщина его перебила:

— Лучший экипаж и самый замечательный капитан, — и, не давая сказать, уже было собравшемуся это сделать капитану, с улыбкой добавила, — Разве это не так, господин капитан, или вы хотите опровергнуть?

Капитан поперхнулся, а его помощник тонко улыбнулся, он оценил шутку.

— Назовите свою цену и время вылета, — продолжила женщина,— Нас двое взрослых и трое детей.

— Тридцать тысяч рублей, — выдохнул капитан.

— Капитан! Я не собираюсь покупать ваш корабль! Я хочу полететь на нём пассажиром! — сказала женщина.[42]

— Вы же понимаете, ради вас нам придётся изменить маршрут, а у нас груз, очень ценный груз, нам срочно надо его доставить... — Начал помощник капитана, но женщина перебила и его:

— С этим срочным грузом вы уже пятый месяц стоите в порту, вам уже скоро нечем будет платить за стоянку. Если вы собрались брать с меня такую цену, я подожду ещё три месяца и просто куплю ваш корабль на аукционе, где его будут продавать за долги.

— Ну, за чем же так сразу, а поторговаться? — Обиженно спросил капитан.

— Считайте, что поторговались, пять тысяч. Если вас это не устраивает, то приятно было с вами познакомится, а я пойду поищу другой корабль.

— Хорошо, мы согласны, — сказал помощник, делая знак капитану, чтоб тот молчал, — Вылет послезавтра, сами понимаете, нам надо подготовит корабль и...

... и аванс на борту корабля, остальная сумма по прибытии на место, — снова перебила женщина, — Аванс — две тысячи наличными.

— Может, о, прекрасная леди, мы обмоем нашу такую удачную сделку? — Расплылся маслянной улыбкой помощник.

— Нет, дети устали, — Встала женщина, — До встречи послезавтра господа!

И она с детьми, сопровождаемая молчащим мужчиной направилась к барной стойке.

Сидящие за столом проводили взглядом удаляющуюся компанию.

— Почему ты согласился, — прошипел капитан, обращаясь к своему помощнику, — Почему не торговался, да и аванс сразу не потребовал?

— Она бы не стала торговаться, просто бы ушла, и не дай Единый, исполнила бы свою угрозу — купила бы «Быструю лань», — меланхолически проговорил помощник, — И аванс бы не заплатила.

— Но такой рейс только с пятью пассажирами... — Начал капитан.

-...полностью себя окупит, даже если мы его проведём честно, — ухмыльнулся помощник. Капитан тоже заулыбался, а помощник продолжил:

— Понимаешь, Ящер, она битая сучка, я это сразу почувствовал. Она даст нам аванс наличными, а остальные деньги у неё на кредитной карточке. И получить может их только она. Нет, не пытками, ни как по-другому мы её не вынудим перевести их на наш счёт. Но вот когда они окажутся у нас на борту, мы прижмём её.

— Но как? Как, Маркиз, раз она такая крутая!

— Щенки! Её щенки, Ящер! Если мы будем резать её щенков у неё на глазах, то она отдаст деньги.

— Но если она такая крутая, то это она тоже должна понимать!

— Должна, но сама лезет в ловушку, вот тут я чего-то не могу понять. Всё-таки одна баба и мужик, пусть они и очень крутые не смогут справиться с пятьюдесятью людьми, тоже не последними бойцами. Вот и думаю, а не готовит ли она нам какой сюрприз? Ладно, Ящер, действуем по уговору. А как выйдем в гипер, там посмотрим, там ей никто не поможет. — Закончил Маркиз. Свалеры допили кто виски, кто пиво, расплатились и ушли готовить корабль к вылету.

Облокотившись на стойку, женщина спросила у бармена:

— Не подскажите ли, мне приличное место, где мне и моим детям можно переночевать две ночи.

— Сударыня, здесь не только бар, но и гостиница, вы можете переночевать здесь. У нас тихо и спокойно, большинство из этих, — бармен презрительно кивнул на начинающих напиваться посетителей, — Ночуют на своих кораблях, да и их офицеры тоже ночуют там же.

— Понятно! Денег у них нет, — кивнула головой женщина, — Хорошо покажете наши комнаты, а сейчас дайте, пожалуйста, четыре больших фужера апельсинового сока.

— И четыре больших шоколадки! — Заявила влезшая на высокий табурет девочка.

— О! Для юной леди всё, что угодно! — Заулыбался бармен и, понизив голос, сказал женщине, — Сударыня, я бы вам не советовал иметь дело с Ящером и Маркизом. — Бармен указал глазами на столик где сидели свалеры, с которыми договорилась Инэллина, — Уж очень о них не хорошая слава ходит, могут не только ограбить, но и убить.

— Спасибо, за предупреждение, у них самый быстрый и самый исправный корабль, как не странно. А мне надо долететь до Паэлии. А если попробуют ограбить или убить, что ж будет повод захватить их корабль. — Ответила женщина и, потрепав по голове девочку, увлечённо жующую шоколадку, спросила у неё, — Ну, что Найтин, захватим корабль?

— Конечно, — уверенно ответила девочка, чем вызвала сильное удивление бармена.

Сорок пять лет назад, борт межсистемного транспортника-сухогруза «Быстрая лань», капитанская каюта

Возле небольшого столика сидели двое — капитан и его первый помощник. На столике перед ними стояла полупустая бутылка виски и два стакана. Каюта была не большая, да и все жилые помещения таких кораблей не поражали роскошью и размерами. Всё-таки — грузовой корабль, а не круизный лайнер или линкор. Пронзительный вой генераторов свидетельствовал о двух вещах: первое — корабль уже вошёл в гипер, второе — генераторы были очень изношены.

— Слышь, Маркиз, когда-то сучкой займёмся? — Спросил, первый, неопрятно одетый.

— Можно уже и заняться, — проговорил второй, одетый с претензиями на изысканность, — Только заняться надо с умом, не просто напугать, а сломать, так чтоб она нам ноги готова была лизать! Ну и всё остальное, — хохотнул Маркиз.

Капитан заворожено уставился на своего помощника, то, что Маркиз был гораздо умнее его, капитан давно понял. Но его удивляло то, что тот довольствовался ролью помощника и не претендовал на что-то большее.

— Слышь, Маркиз, вот, сколько я тебя знаю, всё думаю, а почему ты сам не стал капитаном?

— Нравишься ты мне, Ящер, да и какой из меня капитан, добрый я очень. Не смогу быть капитаном, вот ты совсем другое дело.

Капитан слегка надулся от гордости, вот даже Маркиз признал его достоинства. Да он, Ящер, не блистает умом, но когда надо проявить жёсткость, то он даже не задумывается, если надо резать глотки — то режет, и все дела. Маркиз, правда, не добавил, что если их поймают на горячем — то капитану светит в любом случае или виселица, или максимальный срок каторги, а вот помощник может ещё выкрутиться, отделаться меньшим наказанием.

— Ну, пошли на мостик, — сказал Маркиз, — Там и займёмся нашей пассажиркой.

— Как? Что резать будем?

— Нет, Ящер, сразу резать не будем. Вряд ли она от такой малости поплывёт. Всё-таки офицер. Я их, сук, нюхом чую. Да и оружие у них, ты же видел какое?

Плазмеры, которые пассажиры сдали капитану и которые тот запер в свой сейф, вызывали дикое слюноотделение у Ящера. Всё-таки, армейское оружие, такое свалеры не могли нигде достать. Счастливчики, правда, покупали у союзовцев, но имперцы за этим строго следили. И если ловили с таким оружием то каторга, это минимум, была обеспечена. Правда, плазмеры были без батарей, да и Маркиз объяснил, что на каждом были номера. И по этим номерам имперцы легко установят чьё это оружие, и спросят — а где владельцы этих игрушек. А если номера спилить, то если поймают, сразу отправят на виселицу, даже фамилии не спрашивая.

— Так, что? Маркиз, что делать будем?

— Вызываем её на мостик, потом притаскиваем туда её щенков. Вот их немного режем. Не до смерти! — Строго сказал Маркиз, заметив мечтательное выражение лица своего капитана, — Не до смерти! Если зарежешь, то ни чего не получишь! Я же тебе сказал, что сучка — офицер! Так вот, слегка режем щенков и ломаем сучку, по всякому. Можно будет и позабавится с ней. Главное, чтоб она боялась. И пока щенки будут живые и у нас в руках, то она пойдёт на всё. Я такую породу знаю. Сами — кремень, но на своих выкидышах — плывут.

Капитан послушно кивал, слушая своего помощника. А потом спросил:

— А мужик?

— А мужик на вторых ролях, главная эта сучка и деньги у неё. Значит так, вызываем её, потом мужика. Но его не будем тащить на мостик, закроем в карцере, пока. Потом притаскиваем на мостик щенков. Диспозиция понятна? Тогда пошли!

Каюта, якобы пассажирская. На койке сидела красивая черноволосая девушка обнимающая прижавшихся к ней пепельноволосых детей. Они с интересом наблюдали за, бегающим по маленькому пространству каюты, мужчиной.

— Два километра, — сказала младшая девочка.

— Что два километра? — Спросил остановившийся мужчина.

— Мех, ты уже пробежал ровно два километра, — пояснила девочка.

— Напрасно мы сдали оружие этим... — Начал Мех.

— Лейтенант! Таков порядок! Всё оружие на гражданском корабле хранится в сейфе у капитана. — Строго сказала девушка и уже мягче добавила, — Мишель, на что тебе плазмеры? Они же без батарей.

— А он будет ими этих пиратов пугать, а когда они испугаются по голове бить, — захихикала младшая девочка. Девушка погладила девочку по голове и ласково сказала:

— Найтин, Мишель переживает, что не сможет защитить нас.

Захихикали все дети, Мех досадливо махнул рукой и сел на койку.

— Вот же воют, как, — поморщившись, сказал мужчина, — Совсем у них механик за генераторами не смотрит. Пару таких прыжков и они сдохнут.

— Да, уже полчаса как вошли в гипер, — согласно сказала девушка, — А вы, лейтенант, сможете наладить эти генераторы? Не исключено, что нам на этом корабле придётся добираться до Паэлии.

— Ура! — Обрадовалась девочка, — Сейчас мы будем захватывать корабль!

— Может, и не будем, — сказала девушка, — Если эти, свалеры, выполнят свои обязательства, то у нас не будет на это причин. Расплатимся, и дальше добираемся сами.

— Будем захватывать, — уверенно проговорил мальчик, — сюда уже идут, пятеро, с оружием.

Перехватив вопросительный взгляд девушки, он пояснил:

— Игольники.

— Ну что ж, тогда захватываем. Меня поведут на мостик. Вас, Мишель, скорее всего, запрут в карцер. А потом придут за вами. — Девушка погладила детей по голове.

— Когда за нами придут, ты Найтин пойдёшь к маме. Дени, ты вместе с Мехом в генераторный отсек. Я займусь остальной командой. — Изложила диспозицию старшая девочка. Младшие дети согласно кивнули.

Заскрипела дверь, Мех при этом снова поморщился — это же надо до чего корабль довели, у них и двери скрипят! В проёме открывшейся двери, появилась большая небритая рожа.

— Тебя, что не учили стучать? — Строго спросила младшая девочка, — У тебя, наверное, в школе по поведению была двойка!

— Да учить, тебя ещё надо и учить! — Поддержал её мальчик. Старшая девочка захихикала. Громила слегка засмущался, а потом попытался вежливо сказать:

— Тебя, мем, того, этого...

— Не поняла, — строго сказала встающая девушка, — что это означает?

— Тебя на мостик, капитан... — начал громила.

— Того, этого! — хором закончили младшие дети.

— Да что ты там возишься, — донеслось из-за широкой спины громилы, — Бабу на мостик, а мужика к механику, он проконсультироваться хочет.

Девушка кивнула, и легко отодвинув застывшую в дверях рожу, вышла из каюты. За ней вышел Мех. Старшая девочка метнулась к двери и быстро закрыла её. С той стороны пару раз ударили, дети захихикали. Мальчик, глядя на дверь, сказал:

— Вот олухи, им, наверное, и нас привести приказали, а они уши развесили. Сейчас отведут маму на мостик, а потом прибегут сюда, с универсальным ключом.

Конвоируемая тремя дюжими матросами, среди которых был и небритая рожа, Инэллина вошла на мостик.

— Ба, кто к нам пожаловал! — Шутовски поклонился помощник капитана, но рассмотрев что привели только одну девушку, зашипел на матросов, — А где щенки? Почему не привели их тоже?! Я же приказал!

— Так, это самое, они уже того... — Начал объяснять небритая рожа, видно он в этой группе захвата был самым главным.

— Что того?! — Заорал помощник, — Я же сказал — не трогать!

— Так мы и не трогали, а они того... Закрылись! — Начал оправдываться небритый.

— Идиот, — успокоился помощник, — Возьми универсальный ключ и приведи щенков!

Когда команда захвата отправилась выполнять своё новое задание, помощник обратился к девушке:

— Мадам, я надеюсь на ваше желание сотрудничать с нами, это позволит избежать не нужных эксцессов...

— Да что ты с ней рассусоливаешься, — перебил помощника капитан, — Девку по кругу, а щенков ножиком пощекотать!

Присутствующие на мостике свалеры, в количестве, явно превышающем ходовую смену, согласно загудели. Помощник слегка поморщился:

— Вот, видите, мадам...

— Тогда уже мадмуазель, — спокойно поправила его девушка. Немного сбитый с толку её спокойствием, помощник спросил:

— Почему — мадмуазель?

— Я не была замужем, — пояснила девушка.

— А дети? — Ещё больше растерялся помощник.

— А разве, для этого нужен муж? — Подняла брови девушка. Часть свалеров громко заржала, остальные тоже заулыбались перемигиваясь.

— Для этого не нужен муж, — продолжила девушка, — для этого вообще мужик не нужен!

— А как? Как же тогда? — Помощник был совсем сбит с толку.

— Непорочное зачатие, надеюсь, вы о таком слышали, — ехидно ответила девушка.

— Да, что ты её слушаешь! Она тебе зубы заговаривает! По кругу её, раз она такая непорочная! — Заревел капитан и схватил девушка за руку, второй рукой он попытался схватить её за ворот рубашки. Что произошло дальше, никто из присутствующих на мостике не понял. Капитан, продолжая реветь, но в его рёве появились визгливые нотки, продолжил своё движение, но уже мимо девушка. Его ноги оторвались от пола и он, описав небольшую дугу, врезался в переборку.

— Аааа! Она мне руку сломала! — Рука капитана была выгнута под неестественным углом. Один из свалеров, который хотел помочь капитану и тоже бросился на девушку, вытянув руки, повторил манёвр своего босса. Описав такую же дугу, он упал сверху на капитана, и они оба затихли. Третий, тоже сунувшийся к девушке, просто получил удар ногой в челюсть и отлетел к противоположной переборке.

— Ах, ты ж сучка! — Заорал помощник, выхватывая игольник и направляя на женщину, вслед за ним игольники вытащили и остальные, оставшиеся на ногах, пятеро матросов. Но направить их на женщину они не успели, дверь открылась и на мостик влетела команда захвата, ушедшая за детьми. Двое матросов захлопнули дверь, а небритый начал быстро закручивать кремальеры. Помощник, кивнув на женщину, на неё направили свои игольники трое из пяти свалеров, произнёс:

— Без шуток, тебя нашпигуют иглами, если дёрнешься, — затем обратился к небритому, — Что это значит? Где щенки?

— Там! — Ответил небритый дрожащим голосом, его подельники отвалились от двери, при этом их руки мелко дрожали.

— Что, там?! — Заорал помощник, — Почему щенки там, а не здесь!

— Там! — Ответил небритый громким шёпотом, — Там! Кошка!

— Какая кошка! — Заорал помощник, — Какая кошка! Откуда здесь может быть кошка! Щенки где? Почему ты их не привёл? Придурок!

— Так мы того, этого, — начал рожа, — Дверь открыли, а там кошка!

— Ну?! — уже совсем потерял терпение помощник.

— Кошка! — Продолжил небритый, — Большая! И откусила, мне...

— Что тебе откусила кошка?!

— Так того, этого и откусила, — жалобно произнёс небритый, что совсем не вязалось с его зверской внешностью. Помощник и остальные присутствующие на мостике внимательно посмотрели на небритого, особенно на место предполагаемого укушения. Вроде у него было всё целое, нигде следов откушения не было видно. А небритый, так же жалобно, продолжил, — Откусила мне того, этого... Половину.

Состроив очень жалобную рожу, небритый, совсем уж плаксивым голосом продолжил:

— Откусила половину, совсем, того, этого. — И небритый полез рукой в карман и попытался оттуда что-то вытащить, — Вот, откусила, того, а потом выплюнула, есть не стала, а я подобрал, этого, того...

Жалобный тон совсем уж не вязался со зверской небритой рожей, и свалеры очень внимательно рассматривали небритого, особое внимание, уделив его нижней половине.

— Слышь, ты выкидыш пьяного бегемота, — помощник старался сдерживаться, но уже закипал от ярости, — Что тебе откусили! Говори толком, а то я оторву, то, что у тебя ещё осталось!

Небритый громко засопел, пытаясь сформулировать связный ответ. Помощник перевёл взгляд на другого члена группы захвата:

— Ты, быстро и связно, что там произошло? И что этому придурку откусили?

— Так, значит, открыли мы дверь, а там кошка! Огромная! Ну, мы и испугались, а Гривс, — свалер кивнул на небритого, — Не испугался...

— Не успел, или не дошло сразу, — хмыкнул один из присутствующих.

— Не испугался, — продолжил матрос, — выхватил игольник и сунул кошке в морду, ну она и откусила дуло. Не, жевать не стала, сразу выплюнула. А Гривс кинулся подбирать дуло. Надо было дверь закрыть, а он подбирать! Вот кошка и вышла, громадная. Зубы во! Когти во!

— Щенки где! — Снова заорал помощник.

— Не, там щенков не было, только кошка. Может, она их съела? А потом и нас хотела? Ну, мы не стали ждать, сразу убежали...

— Так, — сказал помощник, — Какая кошка?! Откуда на корабле кошки, тем более, гигантские. Вы что пили или курили перед сменой!? Я же запретил перед вахтой!

— Убью! — Заревел очнувшийся капитан, направляя на девушку свой игольник.

— Не пили и не курили! Единым клянусь! — Заорал перепуганный матрос, — Зубы — во! Когти — во! А глаза...

Застрекотал игольник капитана, девушка слегка сместилась в сторону, и часть игл расплющилась о стену, а часть попала в одного из матросов, тот со стоном упал.

— Того, этого, откусила половину, — плаксиво завизжал небритый, наконец-то выудивший откушенное дуло игольника из кармана.

— Молчать! Придурки! — Помощник, конечно, употребил более крепкое выражение, но заорал он громко. В наступившей тишине отчетливо послышался скрежет рвущегося металла, и сквозь дверь прошли пять когтей. Судя по тому, как они были расположены, лапа была не маленькая.

— Когти — во! — Громким шёпотом начал матрос, — Зубы...

Закончить он не успел, мощный рывок лапы вырвал дверь, сорвав её с запорного устройства. [43]

В проёме появилась пепельная кошачья голова, размерами превосходящая тигриную раза в два.

— Муррр! — Удовлетворённо мурлыкнула кошка.

— Ааа, — заорал матрос, ранее описывавший кошку, — Когти — во! Зубы — во!

Как бы подтверждая его слова, кошка оскалилась. Тут, нервы не выдержали у всех — застрекотали игольники, рой игл полетел в широко раскрытые кошачьи глаза. Только небритый горестно рассматривал остатки своего игольника. Черноволосая девушка, воспользовавшись моментом, неуловимым движением переместилась к капитану, забрала из его рук игольник и вырубила Ящера.

Стрекот стих, раздавалось только свистящее шипение, обоймы игольников были пусты. Перед кошкой, на полу лежала груда гнутых игл, как будто свалеры стреляли не в живое существо, а в бронированную стенку.

— Мурр, — снова мурлыкнула кошка и текучим движением приблизилась к небритому. Лениво шевельнула лапой, и тот с воплем отлетел к противоположной стенке.

— Лицом к стене! Руки на стену! Живо! — Скомандовала черноволосая девушка, наводя на свалеров игольник. И обращаясь к кошке, ласково сказала, — Молодец, Найтин. Если кто-нибудь шевельнётся, дай ему лапой.

— Мряв, — согласно ответила кошка и, выпустив когти, провела лапой по полу. На металлическом покрытии остались глубокие борозды. Свалеры, обернувшиеся было на звук, тут же повернулись обратно к стене, увидев угрожающий жест девушки.

— Зубы, ик, во, когти, ик, во, — снова затянул матрос.

— Муур! — Согласилась с ним кошка и строго добавила, — Мряаав!

Матрос замолчал, но мелко дрожать не перестал. Зашипел вызов внутреннего коммуникатора. Девушка щёлкнула клавишей.

— Капитан, генераторная в наших руках, — раздался голос Меха из динамика, — Помощник механика и двое матросов на нашей стороне.

— Хорошо, Мишель, — сказала девушка. Капитан свалеров лежащий под стенкой под двумя телами, горестно застонал.

— Ээээ, мэм, это пиратство! Захват мирного торгового судна, карается согласно международному своду... — Начал помощник капитана, девушка его перебила:

— Да что вы говорите, разве ж я что-то захватила? Это вы хотели поступить со мной и моими детьми нехорошо. Впрочем, я вас не держу, можете идти.

— Муур, — басовито поддержала её кошка. Но никто из свалеров не сделал и попытки отойти от стены.

— А как там остальные? — Спросила девушка в коммуникатор. Оттуда ответил детский голос:

— Мам, я их тут в кладовке сложил. Они себя вести плохо начали, ругаться стали, стрелять, а некоторые, даже, ножи достали.

— Хорошо Дени, — ответила девушка, — Если Мех там сам справится, поднимайся на мостик, этих, что здесь, тоже сложить надо.

— Справлюсь, капитан! — ответил коммуникатор, на этот раз голосом Меха.

— Эээ, мэм, это произвол! Насилие! — Начал, было, помощник капитана свалеров, но черноволосая девушка его перебила:

— Молчать!

— Мряав, — тоже высказалась кошка, и добавила, как бы предлагая девушке, что сделать с пленными свалерами, — Мррр, няв, ням!

— Счас она нас того... — Начал небритый, он уже поднялся и занял место среди других свалеров, стоящих у стенки с поднятыми руками, — Этого, съест!

— Не будет вас Найтин есть, — Раздался голос второго ребёнка, как так быстро он сумел подняться из машинного отделения на мостик, для свалеров осталось тайной. — Не будет, вы грязные и вонючие, с вами рядом стоять противно, а не то, что съесть!

Небритый, да и остальные матросы облегчённо вздохнули и с жалостью посмотрели на помощника капитана, тот регулярно мылся и всегда брился. Пепельная кошка, тоже, с интересом посмотрела на него, и Маркиз первый раз в жизни пожалел о своём пристрастии к чистоте. Черноволосая девушка отдала игольник мальчику и спросила:

— Дени, а как там дела у Иххи?

— Гоняет тех, кто спрятался, но вроде последний остался, остальных выловила.

— Хорошо, когда закончишь с этими, возвращайся, скоро корабль выйдет из гипера.

Поднявшийся капитан, увидев, что у девушки уже нет игольника, бросился на неё. Опять, сделав неуловимое глазом движение, девушка отправила его в нокаут. Остальные свалеры, застыли у стенки.

— Ну, шагом марш и без глупостей, — скомандовал мальчик, махнув игольником. Потом, обратившись к кошке, показал на лежащего капитана, — Найтин помоги этого дотащить в карцер.

Кошка подошла к лежащей туше, понюхала, брезгливо сморщилась, чихнула и стала лапой перекатывать лежащего по полу. Повинуясь жесту мальчика, свалеры молча пошли в сторону карцера. Слышалось только шарканье ног, звук перекатываемого тела и стук зубов небритого.

Сорок пять лет назад, борт межсистемного транспортника-сухогруза «Быстрая лань», ходовой мостик. Пространство системы Эсил

У большого коммуникационного экрана стояла Инэллина Дорсет, Ихха, Найтин и Март Идэн, помощник механика корабля. На экране раздувался от важности, генерал-майор, военный губернатор системы Эсил. До начала военных действий он был просто гражданским губернатором, захолустного мира. Одноимённая планета была условно пригодна для проживания, на её поверхности можно было находиться только в лёгком скафандре. Остальные планеты были совершенно не пригодны. Всё население, большую часть которого составляли работники рудников, расположенных на планете, и работники перерабатывающих заводов, расположенных на орбите, проживало на орбитальных станциях. На рудниках была организована вахтовая работа. Смена работала неделю на поверхности, и неделю отдыхала на орбите. Возить рабочих с орбиты каждый день было слишком накладно. После начала войны с Союзом, в систему прибыл отряд военных кораблей для охраны, во главе с капитаном третьего ранга. Какому-то умнику из секторальной администрации пришло в голову, что военный столь малого звания не может быть военным губернатором. Поэтому, гражданскому губернатору присвоили звание — генерал-майор и к его должности прибавили приставку — военный. И теперь, этот штатский чиновник носил военный мундир, вызывая этим улыбки всех настоящих военных. Генерал-губернатор в военном мундире выглядел как корова под рыцарским седлом, причём, седлом, всё время съезжавшим набок.

— Я не могу поверить вам на слово, поэтому я вынужден отдать команду о вашем взятии под стражу, для выяснения всех обстоятельств. — Раздувался от важности генерал-губернатор.

— Процедура определения личности проста и рутинна, я не верю, что у вас нет соответствующего оборудования. В куренном управлении казачьего войска на Хрустальной, это заняло десять минут. — Удивлённо сказала Инэллина.

— Здесь вам не там! Здесь у нас район, приближённый к театру боевых действий! Мы должны проявлять соответствующую бдительность, а вдруг вы подделали...

— Сами себя подделали? — Перебила Инэллина генерал-губернатора, — Или подделали данные, в центральном информационном центре сектора?

— Вы прибыли на захваченном вами же корабле! Захваченном у почтенных коммерсантов! — Почти на визг сорвался чиновник, — Вот, на вас поступила жалоба, и я просто обязан взять вас под арест!

Генерал-губернатор немного отстранился и рядом с ним возник элегантный мужчина. Он ехидно улыбнулся и произнёс:

— Девушка, вы захватили наш корабль, а это пиратство! Я же вас предупреждал о последствиях! Теперь придётся отвечать за свои опрометчивые поступки!

— Маркиз! Вас ли я вижу, почему вы ещё не на каторге? Или вас больше устраивает виселица? Или вы решили с собой на каторгу прихватить и милейшего генерал-губернатора? Этого доверчивого человека? — Ехидно ответила девушка, указав на начавшего багроветь чиновника. По прибытии в систему Эсил, а именно туда направлялся корабль свалеров, а не туда, куда должен был, согласно с фрахтом Инэллины Дорсет, всех захваченных бандитов предали местной администрации. Но как оказалось, свалеры тесно сотрудничали с местными чиновниками, и теперь в пиратстве обвиняли капитана Дорсет.

— Или он тоже с вами в доле, от грабежей, доверившихся вам пассажиров, — продолжала девушка, — Ай, как не хорошо, что об этом скажут в администрации сектора?

— Вы немедленно пойдёте под арест, или я прикажу открыть огонь! — Закричал совсем побагровевший губернатор.

— Заметьте, господин помощник капитана, ваш друг грозится открыть огонь по вашему же кораблю и это только для того чтобы скрыть следы своих проступков, или преступлений? — Ехидно произнесла девушка.

— Даю вам пять минут, на принятие решения, — скрипя зубами, прошипел чиновник.

— Мэм, не ужели нельзя ничего сделать? — В ужасе прошептал Март Идэн.

— Почему нельзя? — Спросила младшая девочка и, выбросив вперёд руку, удовлетворённо сказала, — Вот!

Стоящий рядом с генерал-губернатором, Маркиз, взмахнул руками и упал на пол, как от сильного удара.

-Эээ... — Произнёс генерал-губернатор, уставившись на поднимающегося с пола свалера. У того под глазом наливался сине-фиолетовый синяк.

Ай, яй, яй, — сказала девочка, и сжала ладошку вытянутой руки в кулак, Маркиз снова упал на пол. Когда же он снова поднялся, под другим глазом у него тоже появился синяк. А девочка, склонив голову к плечу, удовлетворённо сказала:

— Вот, теперь порядок, теперь симметрия не нарушена!

— Найтин! Разве можно так поступать с убогими? — Строго спросила девушка.

— А разве он убогий? — Удивлённо спросила девочка.

— Несомненно... — Начала девушка, но закончить ей не дал рёв губернатора:

— Вы за это тоже ответите! Как вы посмели... — Но закончить ему не дала девочка, она щёлкнула пальцами вытянутой руки, и чиновник тоже полетел на пол, как от хорошего удара в челюсть. Увидев укоризненный взгляд Инэллины, девочка спрятала руки за спину и виновато спросила:

— Мама, а этот, что? Тоже убогий?

— Нет, доченька, этот не убогий, этот слабоумный! Но слабоумных тоже бить нельзя, тем более по голове.

— Хорошо, мама, я больше не буду.... По голове.

И поднимающийся чиновник получил пинок в своё самое нужное место, если кто не знает — это то на чём он сидит, и снова растянулся на полу. Кое-как, поднявшись, он выплюнул выбитые зубы и прошипел:

— Это так вам не пшойдёт! Ишбиение лиша пши ишпойнении слушебных обяшоноштей...

— Помилуйте, ваше непревосходительство, — насмешливо сказала девушка, — Как мы могли вас избить, находясь совсем на другом корабле, тем более, что ваш ещё и прикрыт силовым полем. Это вы сами устроили безобразную драку с вашим другом свалером, а на нас наговариваете. Наверное, барыши от ограбления обманутых свалерами пассажиров не поделили?

Повернувшись к застывшему Марту Идэну, девушка спросила:

— Господин помощник механика, вы пополнили запасы, как я вас просила?

— Так точно, мэм! — Вышел тот из состояния ступора.

— Тогда старт через три минуты, не будем вводить, — девушка кивнула на багрового но уже покрывшегося какими-то жёлтыми пятнами губернатора, — этого, во искушение.

— Капитан! Пешехватить и уништошить! — зашипел чиновник, повернувшись к другому экрану, там был капитан третьего ранга, командир отряда охраны, до этого молча слушавший разговор. Теперь он приложил руку к козырьку своей фуражки и произнёс:

— В связи с открывшимися обстоятельствами попрошу приказ в письменной форме!

Губернатор кинулся к консоли ручного ввода и стал яростно набирать текст приказа, закончив, он, приложил к окошку считывателя свой палец. Обернувшись к экрану, он прошипел:

— Этого достатошно!

Капитан третьего ранга, не спеша, вынул лист бумаги из печатающего устройства, внимательно даже придирчиво изучил его и кивнул головой:

— Достаточно, ваше превосходительство!

Ваше превосходительство в его исполнении прозвучало с теми же интонациями, как — ваше непревосходительство, ранее сказанное Инэллиной Дорсет.

— Так ешли доштатошно то выполняйте пшикаш! — Попытался прокричать губернатор.

— Разрешите выполнять! — Снова приложил ладонь к козырьку фуражки капитан третьего ранга.

— Выполняйте! Шьешт ваш побеши! — губернатор пошёл зелёными пятнами.

— Извините, не понял, — командир звена охраны оставался невозмутим.

— Выполняйте!

— Есть! — Ответил капитан и исчез с экрана. Коммуникационный экран пару раз мигнул и погас.

— У нас никаких шансов, — снова пришёл в ужас Март Идэн, — Против корветов охраны нам не устоять. Тем более, что ваш подчинённый с этим маленьким мальчиков разобрали преобразующие генераторы и испортили их! Я не могу понять как, но они их разобрали!

Инэллина отключила канал связи с кораблём губернатора, но оставила связь с командиром корветов охраны, потом щёлкнула клавишей внутреннего коммуникатора:

— Мишель? Дени?

— Слушаю, капитан! — Ответил Мех, и тут же восторженно доложил, — Всё в порядке капитан! Генератор даёт десятикратную от номинала!

— Мишель мощность генератора на полную! — Скомандовала капитан и, обратившись к старшей девочке, занявшей место навигатора, скомандовала, — Ихха! Полный ход, в гипер ныряем при первой возможности!

— Да, мама! — Ответила девочка и сдвинула ручки управления ходом до упора. Ускорение швырнуло Идэна в пустующее кресло. Оттуда он с ужасом смотрел на индикаторы мощности и скорости, их сразу зашкалило. Они не были рассчитаны на такое, что выдал старенький корабль.

— Но как? Как же это? — Прохрипел помощник механика, ускорение вдавило его в кресло, выбивая дыхание.

— После, — коротко бросила ему капитан. Она стояла у капитанской консоли, и казалось, перегрузки на неё вообще не действовали. Механик с трудом перевёл взгляд на девочек. Старшая сидела за консолью навигатора, младшая стояла за консолью защиты и управления огнём, девочки тоже не обращали внимания на перегрузку, будто её и не было. С коммуникатора связывающего с кораблями охраны пришёл вызов, на экране появился подтянутый капитан третьего ранга, он вскинул руку в воинском приветствии и представился:

— Капитан Лосев, командир охранной флотилии.

— Капитан Дорсет, вне штата, нахожусь в отпуске. — В свою очередь представилась девушка.

— Позвольте выразить вам свое восхищение, ваша операция по захвату линкора союзовцев и последующий прорыв уже вошли в учебники. И я поздравляю вас с награждением высшей наградой империи — Золотым Георгиевским Крестом!

— Благодарю вас, капитан, — ответила Капитан Дорсет и, улыбнувшись, спросила, — Вас не смущает, что процедура подтверждения моей личности не была проведена?

Командир охранного отряда скривился:

— Это только наш губернатор мог такое придумать. Свалеры с ним делятся, а он делится с кем-то наверху. Вот он и заварил кашу, чтоб вас задержать. Я уже не раз посылал рапорты командованию о здешних порядках, но видно его кто-то хорошо прикрывает.

— По прибытию на Паэлию, я доложу об обстановке в вашей системе лично Романову, думаю, меры к вашему губернатору будут приняты незамедлительно.

— Спасибо капитан, — поклонился офицер, — Губернатор приказал перехватить ваш корабль, я послал два корвета, но они идут по длинной траектории, вы должны успеть уйти в гипер. Только опасайтесь кораблей, прикормленных губернатором свалеров, они могут попытаться перехватить вас на границе системы.

— Ещё раз благодарю вас, капитан, — кивнула девушка, руки капитанов взметнулись в воинском приветствии, после чего оба отключили коммуникаторы.

На борту корабля «Сияние», служащего резиденцией генерал-губернатора системы Эсил.

— Вот смотрите, ваше превосходительство, ваш командир охранного отряда послал на перехват всего два корвета и послал их по длинной траектории. Они ни как не успеют, эта ведьма таки сможет уйти в гипер!

— На всякую хитроумную задницу есть... Ну сам знаешь что есть, — губернатор уже нормально говорил, прибежавший медик поставил ему временный имплантат зубов. О перенесенном недавно унижении говорила только боль в некоторых местах и уязвлённое самолюбие. Губернатор кивнул своему помощнику, юркому человечку и тот что-то быстро заговорил в коммуникатор.

— Она всё равно не уйдёт, — продолжил губернатор, обращаясь к светившему как фарами фонарями под глазами, Маркизу. И злорадно добавил, — Твои коллеги сейчас её перехватят. На границе системы постоянно дежурят три корабля свалеров, так сказать мой личный флот.

— Я бы попросил вас, ваше превосходительство, дать указание своим людям, чтоб они не сильно разбили корабль. Боюсь, что прибыль от этой операции не покроет наших расходов на ремонт столь замечательного корабля как наша «Быстрая лань».

— Ваша «Быстрая лань», старая лохань, — срифмовал губернатор и громко заржал. А большой экран показывал события, разворачивающиеся на границе системы. «Быструю лань», ещё не набравшую достаточную для перехода скорость встретили три свалерских корабля. Они открыли беглый огонь по отсеку генераторов, надеясь, лишить корабль-беглец защиты и хода. Свалерские суда по вооружению уступали корветам охранного отряда, но слаженный огонь трёх кораблей должен был проломить защиту «Быстрой лани» в течение десяти секунд. Но этого не произошло, защитное поле даже не думало прогибаться, его цвет свидетельствовал об отсутствие любых перегрузок. Но вот оно мигнуло, и корабль исчез.

— Но как? — Выдохнул маркиз. Губернатор же выслушав быструю скороговорку доклада своего помощника, резко повернулся к свалеру и, насупив брови, спросил:

— А ну-ка друг мой ситный скажи-ка, что это у вас был за кораблик? Он прошёл расстояние до границы системы в два раза быстрее, чем даже это смог бы сделать корвет! И защитное поле у него как у линкора!

— Ваше превосходительство! Мамой клянусь, обычный межсистемный сухогруз, почти с выработанным ресурсом, — заканючил Маркиз, он тоже был удивлён и не находил объяснения произошедшему, но тут ему в голову пришла спасительная идея, — Это всё эта девка! Ведьма она! Из закрытой галактики! Как она смогла спеленать весь наш экипаж?! И вот сейчас, ушла... Точно ведьма!

— Ну не знаю, ведьма она или не ведьма, а вот до Паэлии доберётся точно! И может там по рассказывать... Много чего по рассказывать! Так что извини друг, моя задница мне как-то ближе, я бы даже сказал — родней!

Губернатор кивнул своему помощнику, тот что-то сказал в переговорное устройство и в помещение моментально ворвались охранники, они заломили Маркизу руки за спину.

— В тюрьму, обвиняется в пиратстве, — коротко бросил губернатор. Дождавшись, когда Маркиза уволокут, он сказал помощнику:

— Свяжись с капитаном Лосевым, пусть займётся свалерами. Наличие патентов, есть ли на кораблях лишнее или запрещённое вооружение. В общем, полная проверка. Давно надо было взяться за это сброд всерьёз! Намекни капитану, что это его упущение, и если из... — Тут губернатор поднял глаза к потолку, — Прибудет проверочная комиссия, я его покрывать не буду! Действуй!

Помощник поклонился, скрываю хитрую улыбку.

Борт корвета «Стерегущий», служащего штабом охранного отряда. Капитанский мостик. Присутствуют: командир отряда, начальник штаба отряда и капитан флагманского корвета.

— Ну, смотри-ка, как наш «хомячок» засуетился, — произнёс Капитан третьего ранга Лосев, доставая из принтера бумагу с отпечатанным приказом губернатора. — Приказываю вам принять незамедлительные меры по предотвращению и искоренению! Да, видно то, что капитан Дорсет ушла от его псов, здорово его напугало! Нет, ты только посмотри, непринятие должных мер и ушедшие от наказания лица, не соблюдающие закон... Будет рассмотрено как ваша халатность и несоответствие...

Капитан хмыкнул и передал лист приказа губернатора своему начальнику штаба, тот пробежал глазами текст и в свою очередь передал документ капитану «Стерегущего». Первый лейтенант, командир «Стерегущего» тоже просмотрел текст и сказал:

— Смотрите, тут даже названия кораблей приведены, которые надо подвергнуть первоочередной проверке. Насколько я знаю, как раз эти-то — добропорядочные торговцы, — заметив скептические взгляды своих старших товарищей, он поправился, — Большинство и по сравнению с остальными.

— И сам стиль приказа, такой, что мы уже виноваты во всех упущениях, — снова хмыкнул командир отряда, — Ведь, сразу всех мы проверить не сможем, а пока мы будем досматривать предложенных губернатором, самые одиозные уйдут. Причём, уйдут, предупреждённые из канцелярии губернатора.

— И что ты предлагаешь? — Спросил капитан-лейтенант, начальник штаба.

— Мы начнём проверку с личного, так сказать, флота нашего любезного губернатора. Начнём немедленно! Шесть корветов к границе системы на перехват тех трёх засветившихся корабликов, атаковавших капитана Дорсет. Активировать минные заграждения, заблокировать фарватер. Объявить об этом всем находящимся в системе торговцам!

Подождав, пока начальник штаба отдаст нужные приказания кораблям отряда, продолжил:

— Нашему «Стерегущему» и оставшимся «Сметливому» и «Смелому» полная боевая готовность! При попытке любого свалерского корабля покинуть парковочные орбиты, открывать огонь без предупреждения! Объяви об этом по общей связи, пусть эти ребята проникнуться важностью момента, — капитан кивнул на большой обзорный экран, с панорамой околопланетного пространства, — Пусть до них дойдёт, что лафа под крылышком губернатора кончилась!

— А не слишком ли круто? Не объявит ли «хомячок» это «превышением власти», а потом всё равно повесит всех собак на нас? А за одно и поставит нам в вину, то, что эти свалеры в конец обнаглели, хотя до этого он сам не давал их трогать, — заметил первый лейтенант.

— С таким-то приказом, — командир отряда потряс бумагой, снова оказавшейся у него в руках, — Незамедлительно и со всей строгостью закона! Пресечь и обеспечить! Вот мы и займёмся, пресечением и наказанием, с обеспечением всех мер предусмотренных законом. А губернатор уже ни чего не успеет, думаю, что ему не долго осталось губернаторствовать. Ему и его мохнатая лапа не поможет.

— С чего ты так решил? Или есть информация? — Поднял брови начальник штаба.

— Элементарно, Ватсон! — Засмеялся капитан третьего ранга, и сказал, обращаясь к обоим офицерам, — Вы читали отчет о боевых действиях в системе Терилас? И что вы об этом думаете? Только честно!

— Само развитие событий — крайне не правдоподобно! Да я понимаю, гарнизон, и остатки флота сдаются перед превосходящими силами противника. Сопротивляясь, они бы всё равно погибли бы, не нанеся врагу никаких значительных потерь. Даже такому военному гению, как Романов, не под силу сопротивляться при таком раскладе. А вот потом полный бред. Фантастика, не научная и не военная! Маленький отряд, скрывающийся в джунглях, захватывает новейший линкор. Ведёт на этом линкоре бой, уходит от погони в астероидном поясе! Да только на слаживание экипажа надо, минимум, пару месяцев, а то и полгода!

— А ты, что думаешь? — Обратился капитан третьего ранга к первому лейтенанту. Тот слегка замешкавшись, осторожно ответил:

— Согласен с начальником штаба, всё очень притянуто, как-то... Если конечно у Романова не был припрятан какой-то козырь...

— Вот! Вот, и я так думаю! Не может такого быть, чтоб адмирал Романов не имел спрятанного козыря. И то, что адмирал сдался, это был хитрый ход! Он усыпил бдительность противника, а потом мастерски разыграл свой козырь! И этим козырем была капитан Дорсет! Ну, или командовала или управляла этим козырем, что там было на самом деле, скорее всего, строго засекречено. Вы же видели своими глазами, что эта старая лохань, на которой она сюда пришла, имеет скорость как у быстроходного курьера, корвет бы её не догнал, и защитные поля к неё как у линкора.

— Так ты думаешь... — Начал начальник штаба, а его командир подхватил:

— Не просто думаю, я абсолютно уверен, что капитан Дорсет доложит адмиралу Романову обо всём, что она здесь видела! О художествах нашего «хомячка». Скорее всего, в этом и заключалась её миссия, чтоб накопать не убиенный компромат. А уж адмирал распорядится полученной информацией. Там, скорее всего, идёт игра против высоких покровителей нашего непревосходительства! Ну, а мы сейчас просто исполним свой долг, что до этого нам мешал сделать губернатор.[44]

Борт межсистемного транспортника-сухогруза «Быстрая лань», ходовой мостик, спустя пять часов

«Быстрая лань» шла в гипере, шла к системе Паэлия. Капитан Дорсет рассчитала траекторию так, что расстояние которое, обычно покрывалось за три прыжка, «Быстрая лань» должна была пройти за один.

«Козыри» адмирала Романова, совсем не подозревая, о том, что они «козыри», спали в креслах навигатора и старшего канонира. Впрочем, об этих, своих «козырях» адмирал тоже не знал. В кресле навигатора спала Ихха, а к кресле канонира, прижавшись, друг к другу, спали Найтин и Дени. Перед этим они поужинали, уничтожив запас вишнёвого джема на камбузе корабля. Капитан Дорсет сидела в кресле командира корабля, перед ней, почти на вытяжку, стояли Мишель Дюкло и Март Идэн.

— Господин Идэн, объясните мне, пожалуйста, зачем вы купили пятьдесят килограмм различного варенья и тридцать килограмм шоколада, — вполголоса, чтоб не разбудить детей, распекала капитан помощника механика корабля.

— Так, мэм, вы же сами просили пополнить запасы корабля, продовольствие, кислород, вода...

— Господин Идэн, я понимаю, что варенье и шоколад это тоже продовольствие, но почему в таких количествах?

— Так Дени, — помощник механика опасливо покосился на кресло, где спали младшие дети, — Дени сказал, что это жизненно необходимые продукты. И очень огорчался, что на орбитальной станции их так мало.

— Так вы забрали всё? — Изумилась капитан.

— Так точно, мэм, всё забрали!

— Вот, теперь губернатор припишет нам особо изощрённую диверсию, против персонала станции, — хихикнул Мех, — Захват всех сладостей вверенной ему станции.

— Мы же честно за всё заплатили! Почему же захват! — Возмутился помощник механика.

— В этом то и есть преступный замысел, честно заплатили, но при этом скупили все сладости! Что же теперь будут есть суровые шахтёры после смены и не менее суровые военные после дежурства. — Продолжал веселиться Мех.

— Пиво пить будут, — обижено буркнул помощник механика, — С солёными сухариками. Они даже не заметят пропажи сладостей!

— Мем, — обратился он к Инэллине, — Дени сказал...

— Господин Идэн! Дени ещё ребёнок, и как все дети он, да и Найтин с Иххой любят сладкое. А вы пошли на поводу у них, да если бы на станции было пару тонн сладостей они бы уговорили вас купить всё!

— Но мэм! Они же не обычные дети! Я же не знаю, чем они питаются!

— Исключительно вареньем и шоколадом! — Опять захихикал Мех.

— Лейтенант Дюкло! — Строго оборвала его капитан Дорсет, — Перестаньте, если бы Дени пошёл с вами, то думаю, результат бы не изменился! Ладно, со сладостями разобрались. А зачем вы загрузили двадцать тысяч тон железной руды? Да ещё не обогащенной? Нам, что нужен балласт? Только не говорите, что Дени...

— Мама, это я сказал, — раздался голос мальчика. На взрослых смотрели две пары больших зелёных глаз с вертикальными зрачками. Дени и Найтин проснулись и с интересом прислушивались к разговору.

— Но зачем? Дени, зачем нам столько руды, это же почти пустая порода! — Спросила Инэллина. Март Идэн с удивлением, даже с некоторым ужасом смотрел, как изменяются глаза детей, вот они были зелёными звериными, а вот стали ярко синими человеческими с нормальным зрачком.

— Мама, это будет не железная руда, это будет ирумий, — объяснила девочка, — Ты же сама сказала, что после покупок на станции всего необходимого у тебя почти не осталось денег. А ирумий можно будет продать, получить много денег и купит всё, что надо.

— Варенье и шоколад... — Начал, было, Мишель, но сразу же замолчал под строгим взглядом капитана.

— Вот, Дени разобрался, как сделать из того, что мы взяли чистый ирумий, — сказала девочка, мальчик важно кивнул.

— Разве такое возможно? — Поражённо спросил помощник механика, — Двадцать тысяч тонн ирумия это же миллиарды! Триллионы! Нет, это гораздо больше! Как такое можно сделать?!

— Дени, да и Найтин и не такое могут! — Гордо, будто он их сам этому научил, сказал Мех. Затем озабоченно добавил, — Главное чтоб не увлеклись и вовремя остановились. А то мы можем оказаться в открытом космосе сидящими на огромном слитке чистого ирумия.

Сорок пять лет назад, столичная планета восточного сектора империи — Паэлия, здание штаба Военно-космических сил, кабинет командующего флотом восточного сектора

Полный адмирал Даниэль Романов, наместник сектора, сидел за столом и смотрел на экран с последними информационными сводками. Работа и ещё раз работа, неправда, что войны выигрываются в одном генеральном сражении, война выигрывается кропотливой работой тыла. Простыми тружениками, которые работают на заводах и верфях, пашут на полях. Армией безликих интендантов, о которых после победы мало кто вспоминает, но которые трудятся, не покладая рук, обеспечивая войска всем необходимым и в нужном месте. Да и сама победа в решающей битве требует своего материального подтверждения. Примеров тому масса, один из властителей древности, царь Эпира, одержал победу, заплатив за это такую цену, что не смог продолжить победоносное наступление и в итоге проиграл ту войну. И теперь подобные победы называют его именем. А вот ещё один, считавшийся величайшим полководцем своего времени — Ганнибал. Его блистательная победа в генеральном сражении и не закреплённая дальнейшими действиями, обернулась поражением в войне и в итоге гибелью всего его государства.

Адмирал Романов отвлёкся от экрана и потянулся, разминая затёкшие мышцы. Его взгляд упал на фотографию стоявшую на столе. С неё на него смотрела улыбающаяся черноволосая девушка. Адмирал тяжело вздохнул и снова углубился в чтение сводок, время, от времени делая пометки световым пером. Эти пометки потом выльются в приказы войскам и распоряжения производственным подразделениям.

Подготовка флота к ответным действиям входила в завершающую стадию. Адмирал понимал, что для генерального сражения у него ещё очень мало сил. На верфях стояли уже готовые боевые корабли, но без преобразующих генераторов. Почти все запасы ирумия, необходимого для их изготовления, были использованы. Четыре сверхдредноута этого стоили. Такое перераспределение было вынужденным шагом. Как фактор сдерживания эти супер корабли были более важны, но для наступления этого было мало. Поэтому, адмирал планировал мелкие, почти партизанские удары лёгкими силами, прикрыв основные направления новейшими дредноутами.

Замигал сигнал вызова и после соответствующего разрешения в кабинет вошёл контр-адмирал, начальник штаба, он держал в руках папки с секретной, сверх секретной и особо секретной информацией. Такую информацию никак нельзя было доверять электронному планшету. Адмирал Романов поморщился:

— Валевский, вы могли бы включить свою оперативную и секретную информацию в текущие сводки. Через пять минут общее совещание, там бы и доложили. Или случилось, что-то экстраординарное!

— Я понимаю, адмирал, что у вас и так много работы, но наш начальник разведки посчитал, что вы лично заинтересуетесь этой информацией, поэтому он попросил вам передать её лично. Сам он улетел на Ремус, на верфи. Там опять какие-то задержки с постройкой кораблей.

— Валевский, вы знаете, с этими объёмами работы просто зашиваемся, а тут ещё шпионские игры Валери. Что там, на Ремусе, очередные диверсии? Вы же знаете — корабли готовы, но ирумий, этот чёртов ирумий! Нам его просто неоткуда взять, выгребли все запасы нашего сектора. У центрального сектора те же проблемы, так, что они не поделятся, — Адмирал потёр виски. — Давайте, адмирал, устно и кратко, если, конечно это не супер секретная информация, которую наш сверх подозрительный разведчик не решился доверить даже вам.

Начальник штаба протянул Романову электронный планшет, остальные секретные документы, небрежно сгрузил на стол:

— Валери просил обратить ваше внимание на этот документ. Это запрос с планеты Хрустальная, запрос на удостоверение личности Инэллины Дорсет...

— Что?! Дайте сюда! — Вскинулся адмирал.

— Далее, капитан Дорсет появилась в системе Эсил, там местный губернатор, попытался её арестовать...

— Что?!

— Но она ушла, на захваченном у свалеров корабле. Свалеры в той части сектора, что-то вроде вольных торговцев, но в основном промышляют контрабандой, при случае могут и пиратством заняться. — Пояснил начальник штаба. — Сухогруз, межсистемник, как удалось выяснить в довольно запущенном состоянии. Да, адмирал, меня это заинтересовало, как такая лохань смогла уйти от наших сторожевых корветов. Это очень и очень подозрительно. Получается, у свалеров появились корабли, если не превосходящие по классу наши, то им не уступающие. Или же это новые технологии, не известные нам. И то, что начальник разведки этим заинтересовался вполне закономерно. Думаю, скоро мы об этом узнаем, если уж капитан Дорсет сумела захватить такой корабль.

— Спасибо, адмирал, — выдохнул Романов, для него самым важным, из услышанного было то, что Инэллина Дорсет жива.

— Командир охранного отряда системы Эсил, доложил, что капитан Дорсет направляется сюда. Её сопровождает второй лейтенант Дюкло и трое детей.

— Каких детей? — Удивился Романов.

— Её детей, судя по внешнему описанию — они эльфы, — пожал плечами начальник штаба и указал на планшет. Адмирал Романов открыл его и начал быстро просматривать содержимое.

— Ориентировочно, она должна появиться здесь через две недели, быстрее корабль того класса, на котором она летит, просто не успеет, всё-таки сухогруз пусть и ...

Договорить начальник штаба не успел, раздался вызов от секретаря. Он дрожащим голосом, что было совершенно дико, ведь офицер, занимавший этот пост, был опытным служакой уже много повидавшим за свою службу, сообщил:

— Господин адмирал, к вам посетительница, она не записана, но говорит, что вы непременно должны её принять.

— Как она представилась? — Громко спросил начальник штаба, и быстро, в личный коммуникатор, стал выяснять у внешней и внутренней охраны, кто это и как она прошла все посты. Адмирал Романов просто кивнул, он был слишком погружён в чтение полученных документов.

— Инэллина Дорсет, — тем же дрожащим голосом доложил секретарь. Отключив личный коммуникатор, начальник штаба, достал свой плазмер:

— Она, кто бы это не был, не проходила не внешних постов ни внутренних. Думаю — это покушение! Заблокируйте дверь адми...

Он не успел закончить, бронированная дверь, весом в несколько тонн, распахнулась, как от хорошего пинка. Начальник штаба, не раздумывая, дал очередь в раскрывшийся дверной проём. Сгустки высокотемпературной плазмы просто исчезли в лёгком тумане, сквозь который просматривались три фигурки — тонкая девичья и две детских.

— Щас как дам! Если не перестанешь! — Проговорил очень грозный голос, явно принадлежащий ребёнку. Адмирал жестом остановил начальника штаба. Вообще-то, тот уже и так не мог больше стрелять, у плазмера, выставленного на полную мощность, уже была разряжена батарея.

— Здравия желаю, господин адмирал и господин контр адмирал, — проговорил спокойный голос. — Извините за вторжение, но если бы я пошла обычным порядком, вы бы не сразу меня приняли. Начались бы проверки и другие длительные и не нужные процедуры. А дело не терпит отлагательства!

Вскочивший со своего места адмирал Романов обессилено опустился в кресло, перед ним стояла она, абсолютно здоровая, без следов тех страшных ранений, в чём-то неуловимо изменившаяся, но всё равно она. ОНА!

— И чем же вызвано ваше вторжение, какими такими неотложными обстоятельствами! — Попытался грозно спросить начальник штаба, продолжавший целится в пришедших из разряженного плазмера. Ребёнок, до этого с осуждением смотревший на начальника штаба, увидел в углу чайный столик со стоящим на нём чашками, заинтересованно спросил у Романова:

— А у тебя чай с вареньем или джемом? Лучше будет если с вишнёвым. — И обратившись к начальнику штаба, авторитетно пояснил, — Будем чай пить, с вареньем!

Второй ребёнок, до этого молча прижимавшийся к Инэлине Дорсет, согласно кивнул. Адмиралы, обратившие внимание на детей, изумлённо наблюдали как их большие жёлтые глаза с вертикальными зрачками, приобретают синий цвет. Инэллина погладила ребёнка по голове и укоризненно заметила:

— Найтин, ну разве так можно?

— А как? Как можно? — Заинтересованно спросил ребёнок.

— Да, ну как так можно, — возмущённо подержал второй ребёнок, даже всплеснул руками, — Ну как так можно? Ни чая, ни варенья! А ещё и стреляют!

— Ага! Потому и стреляли, что варенья жалко! — Высказал свою догадку первый ребёнок, и сделал вполне закономерный вывод, — Жадины!

Адмиралы ошарашено переводили взгляд с одного ребёнка на второго. Начальник штаба попытался что-то сказать в своё оправдание, но тут в кабинет сквозь проём сломанной двери ворвалась охрана в лёгкой броне и плазмерами на изготовку. Ворвавшиеся бойцы в недоумении застыли, в кабинете кроме известных им адмиралов, находилась молодая девушка с маленькими детьми, они явно не представляли угрозы. Дети первыми отреагировали на вновь прибывших, первый ребенок безошибочно угадав старшего среди одинаково экипированных охранников, наставил на него палец:

— Давай!

— Что давай? — Растерялся тот.

— Что принесли, давай! Варенье или конфеты! Надеюсь, конфеты шоколадные? — И поняв, что ни чего из запрашиваемого у охранников нет, ребёнок возмущённо закричал, — Как?! Ничего нет?! Чего же вы тогда прибежали?

— Найтин! — Опять укоризненно сказала Инэллина Дорсет, и как бы извиняясь перед присутствующими, добавила, — Они у меня сладкоежки.

— Дааа... — Протянул начальник штаба, выразительно глядя на сорванную с петель дверь. Романов ни чего не сказал, он просто смотрел на девушку.

— Сэр! — Обратился старший смены охранников к адмиралу, — Наряд прибыл по внештатной ситуации!

— Пока вы прибывали, нападавшие могли бы давно тут всех перестрелять и спокойно смыться, — сварливо ответил начальник штаба, он уже взял себя в руки и понял, что им с командующим ни что не угрожает.

— Сэр! Дверь внешнего тамбура была перекошена и не открывалась, пришлось срезать петли! — Начал докладывать старший охранной смены, пытаясь оправдать свою задержку. Но начальник штаба его перебил:

— Ладно, не оправдывайтесь, это была внештатная ситуация, слегка вышедшая из под контроля, — он выразительно посмотрел на перекошенную входную бронированную дверь. — Возвращайтесь на свое место, да передайте дежурному пусть распорядится насчёт чая, с вареньем...

— Вишнёвым! — Перебил первый ребёнок, — И конфет, шоколадных!

— Да и шоколадных конфет, — улыбнулся начальник штаба, глядя на двух одетых в одинаковые комбинезончики детей.

Когда охрана удалилась, он вопросительно посмотрел на девушку:

— Что вы хотели нам сообщить такого важного, что так экстравагантно появились. И, если вас не затруднит, поясните, как вы прошли внешнюю и внутреннюю охрану? Капитан третьего ранга Дорсет? Я не ошибаюсь?

— Так точно, капитан третьего ранга Инэллина Дорсет, — Чётко ответила девушка, — А посты охраны мы прошли под пологом невидимости.

— Как? А био и тепловые сканеры? А закрытые бронедвери на всех уровнях? Ведь сломали же только две последние двери? И как вы их сломали? Полог невидимости? Это что, новая секретная разработка? — Последний вопрос был адресован Адмиралу Романову. Тот только пожал плечами, продолжая смотреть на девушку.

— Да, полог невидимости это новая разработка, — важно кивнул головой первый ребёнок, а потом немного смущённо добавил, — Это Дед показал, а мы с Дени придумали как его использовать, а сквозь двери просто прошли, маму тоже мы провели. А последние двери...

Ребёнок виновато потупился:

— Мама сказала, что не вежливо входить не постучавшись, вот я и постучалась.

— Но первая дверь же был заклинена изнутри! — Не понял начальник штаба.

— Так Найтин постучалась в ту дверь, когда мы уже её прошли, — хихикнул второй ребёнок.

— Ну, я же не знала в какую дверь надо стучаться! Вот и постучалась в обе! — Обиделся первый ребёнок.

— Господа, что у вас здесь происходит? — Спросил входящий, одетый в мундир контр-адмирала с интендантскими петлицами. Он посмотрел на начальника штаба, продолжавшего сжимать в руках плазмер, — Должен вам заметить, что ремонт бронированных дверей стоит весьма недёшево! Следующий раз, когда будете проводить учения, попрошу обходиться без подобных эксцессов!

Начальник штаба смутился и спрятал плазмер в кобуру. В кабинет начали заходить адмиралы, генералы и несколько гражданских чиновников. Они с некоторым удивлением рассматривали беспорядок в кабинете и двух маленьких детей уже устроившихся за столиком в углу в ожидании чая и варенья. Девушка удивления не вызывала — мало ли кого могут пригласить на совещание, сделать доклад или какое другое сообщение. Входящие стали рассаживались за большим столом для совещаний, только сухопарый капитан первого ранга, заместитель начальника разведки сектора, требовательно посмотрел на девушку:

— Я всё же хотел получить ответы на вопросы, которые вам задал адмирал Валевский, капитан. То, что это сделали дети, как-то не верится. И ещё будьте так добры, ответьте, где вы были эти два месяца и как оказались на Хрустальной?

— Из Лесу вышли! — Громко заявил первый ребёнок, — Ну когда же будет чай с вареньем?!

— Как из лесу? И как вы в тот лес попали?

— Ну, как! На роботе прилетели! Только робота мы вам мы не вернём, из него Дени избушку сделал. — Пояснил первый ребёнок, второй согласно кивнул.

— Какую избушку? — Удивился разведчик.

— Обычную избушку! На курьих ножках! Ну, что тут непонятного! — Топнул ножкой вскочивший ребёнок.

— Найтин! Ну, как так можно, — Укоризненно произнесла Инэллина и, обратившись к присутствующим, с интересом слушающим этот разговор, сказала, — Извините мою дочку.

— Это ваша дочь? — Поднял брови разведчик, — А...

— Дени, мой сын, — пояснила девушка. — Они забрали меня из госпиталя, потом переправили в Лес, там меня вылечил Хранитель Леса, а потом мы пришли на Хрустальную.

— Позвольте, какой лес? И как они вас переправили? На боевом шагающем роботе? Через космос? И потом из боевого робота сделали избушку? И кто в лесу мог вылечить такие ранения? — Изумился начальник штаба.

— Дед маму вылечил, и мы у него жили, и избушку я там сделал, чтоб нам было где жить. — Серьёзно объяснил мальчик.

— Избушку на курьих ножках! — хохотнул один из присутствующих.

— Извините, адмирал, но я настаиваю, до выяснения всех обстоятельств, ограничить свободу передвижения капитана Дорсет, — сказал заместитель начальника разведки, обращаясь к командующему флотом.

— То есть, взять под стражу, — опять кто-то подал реплику.

Адмирал Романов уже было собрался что-то сказать, но внимание присутствующих обратилось на вскочивших детей. Их глаза стремительно стали из синих ярко жёлтыми, вытянутые вперёд руки, украсившиеся внушительными когтями, засветились бледным светом, между пальцами стали проскакивать электрические искры. Присутствующие военные потянулись к кобурам плазмеров, гражданские попытались спрятаться за их спины, насколько это было возможно сделать, сидя за одним столом.

— Господа, стрелять бесполезно, — заметил начальник штаба и указал на оплавленные участки вокруг двери, следы своих выстрелов.

— Но кто это? — пискнул один из гражданских.

— Мои дети! — Ответила девушка, а та кого она назвала своей дочкой, веско сказала:

— Маму — трогать — нельзя!

От звуков её голоса на присутствующих, буквально, дохнуло замораживающей силой. Второй ребёнок, мальчик, пошевелил пальцами рук и у всех присутствующих исчезли плазмеры, как уже вытащенные, так и те, что оставались в кобурах.

— Инэллина, я не позволю никому вас ни обижать, ни, тем более, арестовывать! — Воскликнул адмирал Романов. А опомнившийся разведчик, поднял руки в примеряющем жесте:

— Я снимаю все свои претензии! Прошу вас, капитан, успокойте своих детей!

— Найтин, Дени! А ну перестаньте! Если вы здесь всё разнесёте то, как же будете пить чай?

— С вареньем? — спросила девочка.

— С вареньем, и конфетами! — Замахал руками начальник штаба.

— С шоколадными! — Требовательно добавил мальчик.

— Они у меня ужасные сладкоежки, — улыбнулась, как бы оправдываясь, девушка.

— Да уж, милые маленькие ужасные сладкоежки, — хмыкнул кто-то из присутствуюших.

Обстановку разрядил стюард, вкативший сервированный столик. Адмирал Романов сделал приглашающий жест:

— Вот, надеюсь, эту компенсацию вы сочтёте достойной. Прошу вас угощайтесь!

Дети посмотрели на Инэллину, она разрешающе кивнула и они принялись за угощениё, моментально перемазавшись вареньем. Некоторые из присутствующих заулыбались, глядя на эту почти идиллическую картину.

— А как же ответы на ваши вопросы? — Тихо спросил тучный гражданский у заместителя начальника разведки.

— Вы ещё не поняли? — Хмуро переспросил тот, и тут же пояснил: — Закрытая галактика, они из закрытой галактики.

— Но, капитан, это же миф! Закрытая галактика — мифическая область пространства, населённая мифическими же существами!

— Вы только что убедились, что совсем не миф! Вон сидят эти самые мифические существа, вымазанные совсем не мифическим вареньем. А потом вы же не считаете мифом существование эльфов и гномов? Раньше они тоже были мифическими, можно сказать сказочными существами.

— Так ведь существуют планеты населённые и эльфами и гномами, это же факт!

— Вот, где-то видно есть планеты населённые... — Разведчик кивнул в сторону угощающихся детей. — Тоже уже факт, только ещё не всем известный и надеюсь, что не скоро станет известным, потому что с их то способностями... Не хотел бы я иметь их в числе своих врагов, очень бы не хотел. А вот союзником...

— В свете открывшихся обстоятельств, мы должны констатировать факт, что дети уважаемого капитана, — поднявшийся гражданский на другом конце стола, кивнул в сторону чайного столика, — Являются жителями эээ... Закрытой области пространства. Следовательно и сама капитан тоже... В общем она не может быть гражданином Империи, а следовательно и занимать военные командные или руководящие гражданские должности.

Девушка побледнела и прижала руки к груди, дети перестали есть варенье и их острые уши повернулись в сторону говорившего, тот заметив такое внимание к себе, быстро продолжил:

— Но, думаю, что заслуженные награды и звания можно за ней оставить. Но дальнейшая служба не возможна! Как и гражданство Империи. Закон есть закон, он суров, но это закон и он един для всех от командующего до последнего матроса!

Присутствующие согласно закивали головами. Романов беспомощно посмотрел на начальника штаба. Заместитель начальника разведки нахмурился. Девушка опустила голову и бессильно села рядом с детьми. Начальник штаба постучал карандашом по столу, привлекая к себе внимание:

— Господа! С согласия командующего, — кивок в сторону адмирала Романова, стоящего возле тихо всхлипывающей девушки, — Руководство нашим совещанием я беру на себя. Первый вопрос — это вопрос готовности строящихся кораблей.

Поднялся тучный гражданский, сидевший рядом с заместителем начальника разведки:

— А то вы не знаете, корабли готовы, но стоят на верфях без генераторов-преобразователей. Запасы ирумия исчерпаны, выгребли все резервы. А с гражданских кораблей снять генераторы не получится — слишком маломощные. И переделать тоже не получится, ирумий можно обрабатывать только один раз.

— Кампания «Морозовская мануфактура» готова продать свои запасы ирумия, по цене восемьдесят миллионов золотых рублей за тонну, все три тонны, что у нас есть, — Поднялся гражданский с другого конца стола.

— Господин советник! Ваша цена в два раза больше государственной закупочной! Это не слыханно! И потом это на один линкор, а у нас на верфях только готовых пять штук! И ещё четыре с готовностью от семидесяти до девяноста процентов! И это не считая крейсеров и более мелких кораблей! — Вскочил с места адмирал с интендантскими петлицами.

— Вы хотите обвинить компанию «Морозовская мануфактура» в попытке заработать на тяжёлом положении своей страны? Компания продаёт ирумий по своей закупочной цене, естественно плюс накладные расходы. Более того, от имени компании я готов заявить, что если будет найден источник других поставок ирумия, «Морозовская мануфактура» готова предоставить финансовому отделу адмиралтейства восточного сектора беспроцентную ссуду! — Советник победно оглядел присутствующих и торжествующе добавил, — До конца войны! С отсрочкой по окончанию ещё на пятьдесят лет!

— Господин советник, вы же знаете, других источников нет! — Гневно ответил интендант.

— Господа! Капитан первого ранга Дорсет, хочет сделать заявление! — Раздался голос адмирала Романова от чайного столика. Девушка подняла свое лицо, в её глазах ещё стояли слёзы, но она начала твёрдым голосом:

— Я готова предоставить в распоряжение адмиралтейства восточного сектора двадцать тысяч тонн ирумия!

— По государственной закупочной цене, — добавил адмирал Романов. Девушка согласно кивнула.

— Вопросы оплаты мы решим в рабочем порядке, — продолжил Романов.

— Вы что-то говорили о беспроцентной ссуде, — зловеще улыбаясь, сказал заместитель начальника разведки побледневшему советнику. — Думаю, мы оформим это сегодня же, зачем откладывать, флоту нужны корабли!

— Это правда? Двадцать тысяч тонн? — Выдохнул адмирал-интендант, получив утверждающий ответ, он восторженно проговорил, — Этого нам хватит на всю судостроительную программу, да что нам, этого хватит всей Империи всем пяти секторам!

— Поскольку Инэллина Дорсет сохранила своё звание, то она вполне может командовать кораблём класса линкор. А на службу Империи её можно принять как вольнонаёмную, если конечно командующий выдаст ей соответствующие документы, например каперский патент. А корабль она теперь сможет купить. Я думаю это возможно? — Заместитель начальника разведки закончил свою речь, обращаясь к адмиралу-интенданту. Тот согласно закивал:

— Это вообще-то против правил продавать боевой корабль, но ведь на другой капитан Дорсет не согласится? — Говоривший сделал полупоклон в сторону Инэллины Дорсет. — Но если командующий разрешит, то в качестве исключения это вполне возможно. Очень даже возможно!

— Разрешит, разрешит, для капитана Дорсет будет сделано такое исключение, — Кивнул заместитель начальника разведки и закончил, улыбаясь, — Думаю, никто не будет возражать?

Присутствующие согласно закивали, только гражданский пообещавший беспроцентную ссуду от имени своей компании молча раскрывал и закрывал рот. Он глубоко вдохнул и выдал на выдохе:

— Позвольте господа! Это голословное заявление! Я бы хотел убедиться в наличии столь баснословно большого количества ирумия!

Адмирал-интендант, уже радостно потиравший руки, вопросительно уставился на капитана Дорсет. Адмирал Романов, выслушал то, что ему вполголоса сказала Инэллина, подошёл к своему столу и включил большой настенный экран. Там появилась ходовая рубка грузового корабля. Двое мужчин на заднем плане о чём-то горячо спорили. А за главным пультом управления в капитанском кресле сидела пепельноволосая девочка, лет тринадцати. Она увлечённо красила ногти, вернее не ногти, а когти, большие и загнутые. Лак разного цвета она наносила кисточкой, которую макала в только одну баночку. Её когти, достаточно внушительного размера, сияли всеми цветами радуги.

— Ихха! — Громко позвала капитан Дорсет.

— Да, мама, — ответила девочка, быстро пряча баночку с лаком под пульт. Потом вытянула перед собой руку и спросила, — Правда красиво?

— Очень. Только вот где ты взяла лак? — Спросила Инэлинна. Спорящие мужчины, увидев на коммуникационном экране своего капитана, вскочили и вытянулись. Один из них тут же начал оправдываться:

— Мэм, она взяла машинную смазку и каким-то образом сделала её цветным лаком, ну, я же не мог ей запретить!

Младшая девочка, оторвавшаяся от варения, с завистью смотрела на свою старшую сестру, она тоже вытянула вперёд руку, выпустила когти, посмотрела на них и тяжело вздохнула.

— Ладно, Мишель, — в свою очередь вздохнула девушка и сказала девочке, — Ихха, сажай корабль. Куда, тебе сейчас дадут координаты.

Адмирал-интендант быстро надиктовал координаты и в свой коммуникатор стал отдавать распоряжения. Потом обратился к Инэллине:

— Капитан, подождите сажать корабль там сейчас организуют усиленную охрану, и обеспечат транспорт для...

— Господин адмирал, вы организовывайте транспорт с охраной, а вот охрану груза и корабля Ихха возьмёт на себя, — перебила его Инэллина, и спросила у девочки, — Справишься, доченька?

— Да какие проблемы, — улыбнулась та и отключила коммуникатор.

Начальник разведки посмотрел на детей, уже съевших варенье, теперь с увлечением пробующих шоколадные конфеты и попросил Инэллину:

— Капитан, а не могли бы ваши дети вернуть табельное оружие? Всё-таки военное имущество.

Капитан Дорсет посмотрела на мальчика, тот кивнул и плазмеры вернулись к их владельцам, кому в руки, а кому в кобуру. Те, у кого плазмеры оказались в руках почувствовали, что оружие в чём-то вымазано, в чём-то липком и вязком, с вишнёвым запахом. Помощник начальника разведки понюхал, а потом осторожно лизнул — это было вишнёвое варенье.

Закрытая галактика, наше время. Адмиральский салон линкора «Возмездие», бывшего флагманского корабля разгромленной союзовской эскадры. Вокруг столика, на котором лежал большой хрустальный шар, сидели капитан линкора, адмирал Берковин, советник Торнс и два крумм — Виренталь и Сюджли. Давно сидели.

— И вы хотите сказать, что с помощью этого куска хрусталя вы ориентируетесь в здешнем пространстве? — Недоверчиво спросил адмирал Берковин, капитан Смит тоже скептически хмыкнул.

— Ну, ведь ничто не мешает вам попробовать, проверить, так сказать, — улыбнулся Виренталь, оскалив внушительные клыки, второй крумм тоже оскалился. Адмирал тоже хмыкнул вслед за капитаном линкора. Прест Торнс, которому уже надоело это затянувшееся совещание, вмешался:

— Адмирал, другого-то ничего нет! Мы уже шестые сутки висим в этой точке пространства. Куда прыгать, не имеем ни малейшего понятия. Приборы не работают. Своего места положения не знаем. Один прыжок погоды не сделает, тем более, что уважаемый сэхэ утверждает, что с первого же прыжка выведёт нас к точке перехода. А там должны заработать навигационные приборы и другая электроника.

— Советник, — ответил адмирал, — Даже если мы окажемся у точки перехода, это не решит проблему. Там нас ждёт засада имперцев. Тем более, что они знают, что сюда прошла наша эскадра. И ждут, соответственно, что обратно тоже будет прорываться эскадра. Так что, наш линкор они раскатают за несколько минут.

— По крайней мере, убедимся в том, что это, — советник указал на хрустальный шар, — Работает.

Виренталь зевнул, снова показав свои клыки, ему уже надоело это бесконечное совещание, на котором эти нерешительные короткоживущие обсуждали одно и тоже. Он оглядел замолчавших людей и сказал:

— Попробовать-то вы можете? Если разогнаться и попробовать пройти точку перехода на большой скорости? А потом сразу уйти в гипер? Защитное поле вашего корабля ведь выдержит пару попаданий, пусть даже совмещённых залпов главного калибра имперских линкоров?

— Может и выдержит, сэр. А может, и нет, со времён последней войны многое изменилось. У имперцев может, появилось что-то новое, нам не известное, — Ответил капитан линкора, — Да и точку перехода никто ещё не проходил на полной скорости. Разве, что «Лесная Волшебница», но в свете последних событий, я подозреваю, что это не обычный корабль.

— Но попробовать-то стоит? — скривился Виренталь.

— Да, но попытка у нас будет только одна! И цена за неудачу этой попытки будет наша жизнь! — Тоже скривился Берковин.

— А вы, что собираетесь жить вечно? Или намерены провести остаток отведенной вам жизни в заточении на этом корабле?

— Ну, с помощью вашего... — Советник указал на хрустальный шар, не зная как его назвать, — Эээ, прибора, мы могли бы найти обитаемый мир, и попытаться...

— Вы нашли уже один обитаемый мир, и что? И учтите, что у вас остался только один корабль, с весьма ограниченными ресурсами. Миры здесь не так просты, это не средневековье в вашем понимании. Тут свое развитие, достаточно высокое, свои технологии, если магию можно так назвать.

— Но позвольте! Магия это же... — Начал, было, адмирал, но Виренталь снова продемонстрировал свою зубастую улыбку и показал на погасшие экраны внешнего обзора.

— Но двигатели и энергоустановки работают же! — Воскликнул капитан.

— Это потому, что работают от мировых линий силы. Они пронизывают всё и везде, они являются основой мироздания, и здесь и в вашей галактике. — Пожал плечами Виренталь, — А вот управлять ими вы не умеете, только используете в своих генераторах-преобразователях, причём совершенно по варварски используете. Подойти к точке перехода с этой стороны и посмотреть, что и как вы-то можете? И если уж очень испугаетесь, то всегда сможете вернуться обратно и провести остаток своих дней в скитаниях по закрытой галактике.

— Хорошо сэхе Виренталь, мы полагаемся на ваше умение. — Кивнул Прест Торнс и отметая возможные возражения адмирала и капитана, продолжил, уже обращаясь к ним, — Сэхэ Виренталь прав, у нас просто нет другого выхода. Будем прорываться.

«Лесная Волшебница» висела в пространстве не далеко от точки перехода. Рядом с ней висели два имперских тяжёлых крейсера, два лёгких и четыре эсминца. Немного в стороне расположились корветы штатного патруля, охраняющие точку перехода. Адмирал Романов, он же наместник сектора оставил эти силы для перехвата линкора союзовцев, который должен был прорываться из закрытой галактики. Капитан Дорсет утверждала, что это должно произойти в ближайшее время, утверждала, основываясь на своей интуиции. А интуиция её никогда не подводила. Поэтому адмирал и оставил корабли своей эскадры, хотя капитан Дорсет выразила уверенность, что справится сама.

На капитанском мостике, или ходовой рубке — это кому как нравится, «Лесной Волшебницы» находились — террийка Мария, младшая пепельноволосая девочка и помощник механика Март Идэн. «Лесная Волшебница» потому и осталась сторожить проход, потому, что только капитан Дорсет и её дети могли «слушать» пространство за точкой перехода. Любые средства обнаружения были бессильны, и корабль, прорывающийся с той стороны, мог появиться неожиданно для кораблей охраны. Поэтому патруль всегда находился на некотором удалении от точки перехода, это умаляло фактор неожиданности появления нарушителя, но давало возможность прорывавшимся разогнаться и уйти в гипер до огневого контакта с кораблями патруля. Это и проделывали контрабандисты, занимающиеся этим очень прибыльным, но смертельно опасным промыслом. Вот потому-то в патруле и находились быстроходные корветы.

Ночная смена подходила к концу, она прошла спокойно. Террийка вполголоса рассказывала девочке сказку, традиционно закончившуюся:

— ... и жили они долго и счастливо, и умерли в один день.

— А почему сначала были приключения, а потом просто жили. И почему жили счастливо, если ничего такого не происходило? — Спросила девочка.

— Видишь ли, Найтин, счастье, оно всегда тихое, незаметное...

— Ну почему? Ведь они же сражались с чудовищами, побеждали врагов! А потом вдруг стали тихо жить, разве это правильно?

— Наверное, каждый понимает счастье по-своему. Кто-то не мыслит своего существования без битв и опасных приключений. А кто-то просто живёт, растит детей, сеет хлеб... И таких большинство, а те кто всё время сражается... Не знаю, Найтин, наверное им тоже хочется такого вот тихого семейного счастья. Жить рядом с любимым человеком...

— И умереть с ним в один день?

— Наверное, Найтин. — Террийка погладила девочку по голове и вздохнула. Вслед за ней вздохнул и Март Идэн.

— Март, а ты как думаешь? Ты тоже хочешь тихого семейного счастья, а потом умереть в один день? — Обратила на него внимание девочка. Механик на мгновение задумался, а потом утвердительно кивнул головой.

— Но почему? Ты же с нами с самого начала! Вы же с Мехом были, когда строили «Волшебницу», а потом всё время с нами и мамой были!

— Все хотят иметь свой дом, семью, растить детей, просто не у всех это получается. А я? Мне просто некуда идти, ни тогда, ни сейчас. А потом даже иметь свой дом, это без любимого человека... — Март снова вздохнул, как-то уж очень грустно и посмотрел на Марию.

— Март! Мари! А ну возьмитесь за руки! Посмотрите друг другу в глаза!

Мужчина и женщина, повинуясь команде ребёнка, взялись за руки и замерли.

— Мари, я давно хотел вам сказать, что... — Начал мужчина, но женщина его перебила:

— Март, разве можно... Разве я...

— Да! Мари! Да! Только вы...

— Вот, а то, как дети малые, пока не скажешь, что делать, так и будут страдать. — Удовлетворённо заметила девочка, — Ни дома не будет, ни детей, и так и не умрут в один день!

Мужчина обнял женщину, и та доверчиво к нему прижалась. Оба счастливо улыбались.

— Ну, совсем другое дело! Теперь свадьбу надо делать! С тортиком, нет, не тортиком, а большим свадебным тортом, лучше шоколадным!

— Обязательно, Найтин! И торт, шоколадный, и пирожки, и блинчики с вареньем, — Сказала женщина, — Но как ты...

— А то не видно, и как смотрите друг на друга, и в одну смену всё время норовите попасть. И при этом так тяжело вздыхаете. Прямо как Нэль, когда ему шоколадку не дали. — Хитро улыбнулась девочка, да все перечисленные признаки были на лицо, но то, что она залезла обоим в голову и прочитала их мысли, она признаваться не собиралась. Тем более, что Тейли пока не разрешала делать это без её присмотра, но уж очень было интересно!

— Да Найтин, ты у нас на свадьбе будешь самым почётным гостем, — поддержал террийку Мужчина, — Самым почётным...

— Стоп! — Девочка подняла руку в жесте, призывающем к вниманию, — Корабль, линкор, тот, что ушёл от нас у Реи. Идёт с той стороны.

Сразу ставшая серьёзной женщина, нажала клавишу переговорного устройства и стала докладывать капитану. Мужчина сел к своему пульту и тоже быстро защёлкал клавишами, выводя генераторы орудий главного калибра из дежурного режима на максимальную мощность.

— Идёт, разгоняясь, надеются пройти на максимальной скорости, — заметила капитан Дорсет, входившая в рубку,— Интересно бы знать, кто это их надоумил. И кто их вывел на точку перехода? По кораблям охранения, боевая тревога! — Это уже Инэллина сказала по громкой связи.

— Мам, они не пойдут через проход, — сказал пепельноволосый мальчик, вошедший вслед за капитаном.

— Вот, я тоже так думаю. Не пойдут, но сюда они прорвутся, только вот как? Не могу понять. — Пожала плечами Инэллина. Об этом опять ей говорила её интуиция, а она ни разу не подводила.

— Там появился кто-то чем-то похожий на Тейли и Энну, это может быть кто-то из богов. И очень сильный! Интересно, что он там делает. — Это уже сказала старшая девочка, тоже вошедшая на мостик, последней. За консолями управления кораблём уже сидела полная смена, члены экипажа, пришедшие вместе с капитаном.

— Дени, давай посмотрим, кто это? — Загорелись глаза у младшей девочки.

— Нет, Найтин, не надо это делать! — Забеспокоилась Инэллина Дорсет, — Вы же не знаете, кто это может быть и какой силой он обладает. Вы конечно, у меня, тоже очень сильные, но тут надо быть осторожным!

— Хорошо, мама, — согласилась младшая девочка, было видно, что ей очень хочется посмотреть, но и не послушать Инэллину она просто не может.

— Ого! Вы видели! Вот это да! — Воскликнул мальчик, корабль идущий к точке перехода, просто исчез. Мальчик почти восторженно повторил, — Нет, ну вы видели! Перетащить такую махину!

— Дени, ты видел, как это он сделал? — Спросила старшая девочка. — Повторить сможешь? И показать как?

— Конечно Ихха, может сразу не получиться, но я понял как. — И мальчик нахмурился, тот час же обе девочки закивали головами, они тоже поняли — как, Дени им объяснил. Объяснил, просто передав мысленно.

— А куда они прыгнули? Вы не заметили? — Спросила капитан. Ответила старшая девочка:

— Да, я смотрела куда, их тот, что там появился, перетащил, минуя точку перехода. Мы тоже так умеем, но чтоб с собой при этом прихватить такую массу, мы ещё не пробовали. — Ответила старшая девочка, и продолжила, — Координаты их выхода я сбросила в навигационный комп.

Инэллина стала отдавать распоряжения по общей связи и имперские корабли, разогнавшись, прыгнули в гипер. У точки перехода остались только патрульные корветы.

Линкор «Возмездие» вышел из гипера, и шёл, разгоняясь, в направлении указанном Виренталем. Все люди находящиеся на капитанском мостике, с подозрением смотрели на Виренталя, колдующего у хрустального шара. Они так и не поверили до конца утверждениям крумм, что тот сможет их вывести из закрытой галактики.

— Вот, ещё двадцать минут, и мы подойдём к границе, где заработают ваши приборы. Вы убедитесь, что я вас не обманывал. — Удовлетворённо сказал Виренталь, отрываясь от своего хрустального шара. — Там уже всё зависит от удачи или от воли богов.

— Я бы не полагался на эту легкомысленную леди, а уж тем более не надеялся на благосклонность богов, эти господа ещё более легкомысленны и не постоянны, обычно они руководствуются только своими интересами. — Раздался голос за спинами присутствующих. Развернувшиеся люди и крумм увидели человека среднего роста и среднего возраста, с совсем не запоминающейся внешностью.

— А вы, собственно, кто? И как сюда попали? — Опомнился первым Прест Торнс.

— Разве это имеет значение? — Спросил появившийся, — Тем более сейчас. Вам осталось жить ровно до того момента как вы пройдёте точку перехода, хотя может быть, вас попытаются взять в плен. В общем, шансы ваши равны нулю, там пять больших кораблей и четыре поменьше.

Видя недоверие на лицах своих собеседников, человек, или не человек, сделал жест, и присутствующие увидели, на появившемся в воздухе экране, как на тактическом мониторе, корабли имперцев.

— «Лесная Волшебница»! Будь она неладна! — Воскликнул адмирал Берковин, узнав характерный силуэт одного из больших кораблей.

— Но как! Как вам это удалось! Или может... — В свою очередь воскликнул Прест Торнс. Только оба крумм молча низко поклонились. Прибывший усмехнулся, кивнул им в ответ, и ответил людям:

— Вот они догадались.

Люди вопросительно уставились на Виренталя, тот пояснил:

— Это один из Богов или высших демонов.

— Демонов! — испуганно вскричал кто-то из присутствующих людей.

— Уж поверьте мне, как специалисту в этом вопросе, — сказал появившийся, — Принципиальной разницы нет.

Он кивнул на экраны, они уже светились, показывая окружающее пространство. Там не было никаких имперских кораблей. Мужчина спокойно сел в появившееся роскошное кресло, отпил из появившегося у него в руках бокала и произнёс:

— Я подожду, пока вы определитесь со своим положением в пространстве, а потом мы побеседуем.

Дождавшись рапортов своих подчинённых, адмирал кивнул и обратился к сидящему в кресле:

— Мы благодарны вам за помощь в преодолении барьера, хотя я не представляю, как вы это сделали. Я приглашаю вас в адмиральский салон, там нам будет удобнее беседовать.

Бог или демон кивнул и они оказались в адмиральском салоне, адмирал, советник, капитан корабля и оба крумм, а ходовая смена, естественно, осталась на мостике. Люди ошарашено оглядывались, крумм же сохраняли спокойствие.

— Ээээ, — попытался собраться с мыслями советник, адмирал же изобразил полупоклон и сказал:

— Ещё раз благодарю вас за то, что выручили нас. Но думаю, что вы это сделали неспроста. По вашим же словам Богам и демонам нет дела до простых смертных. Так что же вы хотите от нас?

— Видно военную косточку — сразу быка за рога, — усмехнулся мужчина, отсалютовав адмиралу бокалом.

— Если вы хотите от нас поклонения, то мы готовы! — Влез уже опомнившийся советник. Сидящий в кресле слегка поморщился:

— Вот так сразу и готовы поклоняться? А если я демон?

— Ну, вы же сами сказали, что принципиальной разницы нет.

— Да, бог с лёгкостью становится демоном, а демон богом. Всё зависит от его наклонностей и от вида поклонения. То, что вы предложили мне сейчас, больше предстало демону.

— Так значит вы Бог? — С некоторым облегчением сказал советник, ведь одно дело поклонятся богу, пускай и не известному до сих пор, и совсем другое — демону.

— Я не дам вам однозначный ответ, — опять поморщился сидящий в кресле и, отхлебнув из бокала, полностью сосредоточился на своих ощущениях, как бы давая присутствующим время обсудить им сказанное между собой и определиться. Вопросительные взгляды людей скрестились на Вирентале, он был крумм, а высшие крумм — стьеххар, сами себя называют демонами. У них и наличествуют демонические черты и качества, так что другого эксперта по демонам, кроме присутствующего Виренталя не было. В ответ на вопросительные взгляды Виренталь лишь пожал плечами. Видно было, что он уже сделал выводы для себя, но делится с присутствующими, не собирался.

— Да какая разнится! Бог или демон! — Воскликнул Прест Торнс.

— Лишь бы он пользу приносил, — хмыкнул мужчина в кресле, оторвавшись от содержимого своего бокала, — Подход истинного коммерсанта. Да, кое в чём вы правы. Но, как я уже заметил, есть существенная разница. И мне всё же хотелось бы, чтоб ваш выбор был добровольным.

— Но если вы Бог или демон, вы разве не можете принудить к поклонению себе, а соответственно нужному вам сотрудничеству, силой? — Удивился адмирал.

— Могу, очень даже могу. Многие так и делают. Являются к будущим адептам в силе и славе, с громом и молнией и другими спецэффектами. Верующие обеспечены. Соответствующее поклонение тоже, а это сила. Боги и демоны, за некоторым исключением, именно так и получают свою силу. Но понимаете, поклонение, полученное насильственным путём, не даст того эффекта. Это будут крохи силы. Второй сорт. Настоящую силу может дать только искренняя вера.

Виренталь согласно кивнул, видно он это и так знал, без столь подробных объяснений. Заметивший это Прест Торнс, обратился к сидящему в кресле:

— Я не совсем понял, если от нас вы не требуете поклонения, потому как, вы сами заметили, оно будет неискренним, а соответственно, почти бесполезным, то у вас, очевидно, будут какие-то предложения. Наверно я не ошибусь, предложения будут взаимовыгодными.

— Браво! Сразу видно настоящего коммерсанта! Повторяюсь, но ваш деловой подход мне нравится! Именно взаимовыгодными! Естественно ни о какой покупки душ речь не идёт. Вы при моей поддержке выполняете определённую работу. И мы вместе получаем дивиденды, причём в такой форме, что это не делает нас конкурентами.

— Тогда я вас внимательно слушаю, — наклонил голову советник, — Какую работу вы намереваетесь предложить?

— Ни чего такого, что не было бы вам не по силам. Я предлагаю вам сделать то, что вы намеривались сделать, но уже с моей поддержкой. То есть захватить мир. К примеру, тот который вы уже пытались столь не удачно захватить. Тем более, насколько я знаю, там остались ваши люди. Вот вам и благородный предлог — спасение ваших соотечественников страдающих в лапах дикарей. Далее вы делаете то, что вы намеривались там делать. Но со строительством своих объектов, вы строите храмы, мои храмы, попутно разрушая все другие. Видите, вам материальное, мне духовное и ни какой конкуренции. — Бог или демон улыбнулся.

— Но как мы туда вернёмся? Не зная дороги, тем более, что мы потерпели там сокрушительную неудачу. Наше руководство нас просто не поймёт.

— А кто об этом знает? Своему руководству вы докладываете о полном успехе вашей миссии, и о том, что успех необходимо закрепить.— Усмехнулся Бог, или всё-таки демон? И видя попытку возразить, он сделал жест рукой, отметающий всякие сомнения, — Вашему экипажу, я почищу мозги, они будут думать, что именно всё так и произошло. А вашему руководству вы предоставите доказательства вашей правоты, я об этом позабочусь, естественно, если мы договоримся.

— А разве у нас есть другой выход? — Скривился Прест Торнс, — У нас просто нет другого выхода!

— Вот именно, — снова усмехнулся их собеседник.

— Не сочтите это дерзостью, но хотелось бы знать ваше имя, — изобразил полупоклон Прест Торнс.

— Что в имени моём тебе? — Толи спросил, толи процитировал толи бог, толи демон. И сказал, — Зовите меня Фанором. Хотя я предпочитаю, чтоб меня звали просто Бог, без упоминания моего имени. Но для вас, как неверующих в меня, я буду просто Фанор.

На такое заявление трудно что-либо ответить, присутствующие в адмиральском салоне только хлопали глазами.

— Эээ... Очень приятно, — невпопад ответил неизвестному богу Прест Торнс, дальше сказать он ни чего не успел, взревели базеры боевой тревоги. Зажёгся обзорный экран, занимающий почти всю стену, на нём были видны отметки выходящих из гипера кораблей.

— Имперцы! — Выдохнул адмирал Берковин, ему, чтобы узнать характерные обводы имперских кораблей, не надо было ждать доклада с мостика.

— Да, имперская эскадра, вернее не эскадра, а заградительный отряд. Это они были у точки перехода. Но и этого нам хватит, уйти мы уже не успеем, — спокойно сказал капитан Смит, — С вашего позволения я пойду в рубку, во время боя место капитана на мостике. Вверенный мне корабль принимает бой, пусть это и будет наш последний бой.

— Но как? Как они нас нашли? — Воскликнул Прест Торнс, и обращаясь к богу закричал, — Вы же говорили... Сделайте же что-нибудь!

Бог пожал плечами и выходящие из гипера корабли исчезли.

— Вы их уничтожили? — Спросил адмирал, но бог ответить не успел, с мостика пришёл доклад о изменении пространственных координат корабля. Адмирал Берковин и капитан Смит догадались, что Фанор снова перенёс корабль в пространстве. Они понимающе переглянулись. Оба крумм синхронно пожали плечами, они тоже это поняли. Но не успели все облегчённо вздохнуть как ситуация повторилась — заревели базеры и обзорный экран вновь показал выходящие из гипера имперские корабли. Бог по имени Фанор снова проделал свой фокус, но присутствующие люди уже с недоверием смотрели на него. Он криво усмехнулся:

— Я перенёс корабль в глубь пространства контролируемого вашим Союзом. Надеюсь, сюда имперцы не сунутся.

— Да, дипломатические осложнения им не к чему, тем более доказать уже, что мы были в закрытой галактике они не смогут, — удовлетворённо сказал адмирал. Советник только беззвучно открывал рот, он ещё никак не мог отойти от потрясения.

— Но как? Как они нас находили? Ведь даже мы, после ваших действий не сразу определяли наше положение в пространстве! А он точно выходили, причём, практически сразу! — сказал капитан Смит с опаской глядя на обзорный экран, ожидая, что имперские корабли снова появятся.

— Я бы не сказал, что мы от них ушли, — с той же кривой ухмылкой сказал Фанор, — Отследить мои действия, с такой точностью и быстротой реакции мог только кто-то из Богов, причём старших Богов. Кому-то из них вы крепко насолили в закрытой галактике. Но вот только мне непонятно, почему этот Бог сам вас не покарал, а наводил на вас корабли вашего противника. И я не почувствовал божественного присутствия. И это очень странно.

— Может у них есть что-то позволяющее отслеживать подобные действия, ведь «Лесная Волшебница» ориентировалась в закрытой галактике? Что-то типа биокомпьютера несчасного профессора Гейтиса? — Сделал предположение капитан Смит.

— Может. — Согласился адмирал, но тут же добавил, — Но оба раза среди преследовавших нас кораблей не было «Лесной волшебницы»! Эээ... Господин Бог, — обратился Берковин к Фанору, — А сейчас вы не чувствуете присутствия чужих? Богов или там... Демонов, каких-нибудь?

Тот пожал плечами:

— Нет, не чувствую, но и тогда тоже не чувствовал, очень может быть, что это какой-то хитрый прибор. Засим позвольте откланяться господа, — и, видя недоумение на лицах присутствующих, бог снова криво усмехнулся, — Координаты и время нашей следующей встречи у вас в компьютере. Времени у вас достаточно, что бы можно было собрать новую эскадру с соответствующими силами вторжения.

Произнеся это, бог исчез. Некоторое время люди переглядывались, а потом Прест Торнс произнёс:

— Господа время не ждёт, в закрытой галактике наши доблестные солдаты удерживают захваченный плацдарм. Дикари оказались отнюдь не дикарями! Не исключено, что имперцы уже давно проникли туда и снабжают тамошних дикарей совремённым оружием, а может уже развернули производственные мощности! Мы вернулись обратно, чтоб привести туда подкрепления! Надо немедленно доложить сенату о положении дел в закрытой галактике. Видеоматериалы у нас есть! Адмирал! Капитан! Курс на столичную планету! Время не ждёт! — Ещё раз повторил советник. Люди согласно закивали и буквально бросились из адмиральского салона выполнять свои служебные обязанности. Вслед за ними вышел и советник.

Виренталь подошёл к бару, открыл его, достал бутылку и наполнил себе и своему помощнику бокалы. Пригубил, и кивнул головой, как бы подтверждая не высказанную догадку:

— Да, Сюджли, этот Бог почистил память всему экипажу, включая советника, адмирала и капитана. Он вложил им в головы и компы нужную информацию. И они совершенно уверены в том, что операция прошла успешно и теперь только нужно развить успех. Этому Фанору нужен мир, и требуется пушечное мясо, для его захвата. А мы? Видно у нас есть какой-то иммунитет, мы же всё-таки крумм, а не люди. Да, мы будем молчать и подтвердим всё то, что будут нести наши короткоживущие знакомые. Подтвердим из чувства самосохранения!

Сюджли согласно кивнул и тоже отпил из своего бокала.

— Но мы слиняем от наших гостеприимных хозяев при первой же возможности, — продолжил Виренталь, второй крумм снова молча кивнул.

На капитанском мостике «Лесной Волшебницы» погас большой экран. Он показывал происходившее в адмиральском салоне линкора «Возмездие». Это был не штатный экран корабля, это было, что-то вроде большого зеркала, как бы состоявшего из воды. У этого зеркала были неровные края, и оно слегка колебалось.

— Значит, они собираются вновь нарушить договор о невмешательстве и провести ещё одну эскадру в закрытую галактику, — осуждающе сказал человек в форме капитана первого ранга.

— Да, капитан, собираются, ни как успокоиться не хотят, мало им было первого раза. Хотя, следует признать, сейчас у них будет больше шансов. Помощь этого Фанора, кто бы он не был, позволит им сразу выйти к Рее. Да и там это божок может наделать дел. Так, что придётся «Лесной Волшебнице» снова идти в закрытую галактику. — Сказала Инэллина Дорсет.

— А не проще ли было сейчас уничтожить их корабль, они ведь не ожидают нападения. Ведь вас не остановит то, что мы находимся в глубине пространства контролируемого Союзом? — Подал реплику ещё один человек, одетый в форму пехотного полковника и сидевший рядом с местом главного механика корабля.

— Да, полковник, не остановило бы ни в коей мере. И ушли бы мы чисто, не оставляя следов, — ответила капитан Дорсет, — Но, как я поняла, союзовцы готовят ещё одну эскадру, для прорыва в закрытую галактику. И эта эскадра может подойти к точке перехода в любое время. Долго держать там заградительный флот, крайне не выгодно. Так что, шансы прорыва их эскадры в закрытую галактику очень велики. А этот Фанор может найти себе других исполнителей своих планов, ведь один раз он же вышел на союзовцев, выйдет и второй. А вот мы можем и не узнать об этом. И тогда получим большую проблему, а так мы будем знать, что они работают в месте и идут к Рее, там уж их и встретим.

— Но раз мы знаем их планы, то можем перехватить у точки перехода!

— Они не пойдут через точку перехода, Фанор проведёт их через барьер в любом месте. Единственный вариант их перехватить — это засада у Реи.

Капитан первого ранга согласно кивнул, он полностью разделял точку зрения капитана Дорсет. А вот полковник на мгновение задумался и спросил:

— А что это за технологии, позволившие вам просматривать происходящее на вражеском корабле? Почему об этом не знают в центральном секторе Империи?

— Полковник, те, кому надо, знают. У вас видно не было допуска к этой информации или вы работали над другими задачами. И потом эти технологии вряд ли удастся повторить без капитана, — Капитан первого ранга сделал полупоклон в сторону Инэллины Дорсет.

Полковник снова задумался. Хоть он и был одет в пехотную форму, к пехоте имел косвенное отношение. На самом деле он служил в службе безопасности и был недавно командирован из центра в Восточный сектор Империи. Повернувшись к главному механику, он спросил:

— А что же, всё-таки, это было? — Полковник указал на место, где до этого светилось зеркало-экран. — Это устройство находится на вашем корабле? А другие корабли сектора имеют подобное оборудование?

— Нет, господин полковник, другие корабли ничего подобного не имеют.

— Почему? Раз это устройство работает, то его можно повторить. В конце концов, просто скопировать! — Полковник посмотрел на главного механика, тот как-то хитро улыбнулся и покачал головой.

— Что это за секретная технология и почему её нельзя повторить? — Вспылил полковник.

— Видите ли, сэр, — продолжил хитро улыбаться Мишель Дюкло, — это совершенно эксклюзивная технология, существующая в трёх экземплярах и только на этом корабле.

— Но если она существует, да ещё и в трёх экземплярах, то почему бы Восточному сектору не поделиться? И потом, если она в трёх экземплярах, то почему сосредоточена только на этом корабле? И я хотел бы ознакомиться с этой технологией. И всё-таки передать её для изучения в центр.

— Ознакомьтесь, вернее, познакомьтесь со всеми тремя экземплярами, — Мишель кивнул на кресло канонира, где устроились трое пепельноволосых детей. В кресле сидели старший и один из младших детей, а второй младший устроился на подлокотнике этого кресла. Полковник обратил внимание на этих детей ещё во время дежурства у точки перехода. Один из них неизменно находился в рубке и занимал именно это кресло, кресло перед пультом канонира. Видя недоумение полковника, ему тогда объяснили, что лучше этих малышей никто не стреляет, разве, что только капитан Дорсет. Тогда полковник удивился — дети, канонирами на военном корабле? Впрочем, «Лесная Волшебница» не был штатным военным кораблём, это был капер на договоре. Подробнее выяснить полковник ничего не успел, события начали слишком быстро развиваться. Теперь вот совсем непонятные технологии с запредельными возможностями, и почему-то связанные с этими детьми. Полковник недоверчиво посмотрел на главного механика, то ещё раз приглашающее кивнул в сторону кресла канонира. Полковник перевёл взгляд на детей, те радостно улыбнулись, продемонстрировав острые иглоподобные зубы и загоревшиеся красным огнём глаза. Полковник мог поклясться, что раньше глаза у них были синие. Но кроме этого, у детей обнаружились острые уши и большие кривые когти. У одного из младших детей из приоткрытого рта выскочил чёрный, раздвоенный змеиный язык, это действие сопровождалось громким шипением.

— Они кто? Вампиры? — Спросил ошарашенный полковник, поворачиваясь к своему собеседнику, — Они, случайно, кровь не пьют?

— Нет! — Ответил механик, и добавил, — Нет, не пьют, они целиком съедают!

И продолжая улыбаться, он выдвинул из под своего пульта какой-то предмет. Это был старый рыжий ботинок из которого торчала обгрызенная нога. Небрежно обгрызенная, обрывок штанины, камуфляжной расцветки, не скрывал куски мяса, со следами больших зубов, и торчащую вверх кость. Полковника слегка замутило.

— Что, что это? — заикаясь, спросил он.

— Это всё, что осталось от прежнего представителя. Сгрызли, капитан не успела вмешаться, и они его сгрызли, в момент!

— Ааа... Это? — Побледневший полковник указал на обгрызенную ногу.

— Это я везу, чтоб передать безутешным родственникам... — Начал главный механик, но его перебила террийка сидящая за пультом навигатора:

— Мишель, ты думаешь, что убитых горем родственников утешит обгрызенная нога?

— Но покойный так завещал — передать останки родственникам, для погребения. Я просто выполняю волю усопшего.

— В смысле съеденного, — поправила террийка, — И когда же съедаемый успел огласить свою последнюю волю? Ведь судя по ботинку, его начали есть сверху?

— С середины, — серьёзно ответил механик, — И потом усопший, вернее съеденный, заранее огласил свою волю.

— Однако, какой предусмотрительный! — Одобрительно сказала террийка, и обратилась к бледному полковнику, — А вы не хотите заранее написать завещания или хотя бы огласить свою волю, что-то типа — в случае моего безвременного съедения, прошу передать мои недогрызенные останки безутешным родственникам, дабы они...

— Догрызли и утешились! — Раздался сзади детский голос, затем последовал звонкий смех. Полковник рывком повернулся и увидел трёх веселящихся детей. Совершенно нормальных, ну разве, что уши были острые, на манер эльфийских, да синие глаза были уж очень большие с вертикальными зрачками.

— Нет у тебя Анна, артистизма, нет, чтоб подыграть. Вот Мари совсем другое дело! Всегда готова поддержать... — Удручённо начал механик.

— Дети! Мишель! Ну, как вам не стыдно! Ну ладно Найтин и Дени! Но Ихха! Ты же уже почти взрослая! А ты Мишель! — Вмешалась капитан Дорсет, до этого она что-то обсуждала с капитаном первого ранга и когда закончила, обратила внимание на происходящее. Остальные же члены экипажа не вмешивались, они, сдерживая улыбки, наблюдали за происходившим, впрочем, не забывая о своих обязанностях. Полковник вытер испарину со лба и спросил у террийки:

— А это? Эта нога? Откуда? И ботинок? Что это случилось? Как...

— Это означает, что главный механик Дюкло — жлоб! — Решительно сказала террийка, — Именно жлоб! Нет, чтоб взять новый ботинок, так он свой старый подсунул! А это,— террийка пододвинула к себе ботинок с обгрызенной ногой и постучала по ней ногтем. Раздался глухой «картонный» звук.

— Это муляж, очень мастерски сделанный, вы не первый кто купился на этот розыгрыш. — Закончила террийка.

— Не расстраивайтесь, полковник, я тоже в своё время попался на этот розыгрыш. — Усмехнулся капитан первого ранга, и добавил с уважением, — Единственный, кто сразу раскусил эту шутку, был контр-адмирал Валери, тогда ещё капитан первого ранга.

— А этот экран, что это было, это же не шутка. Как такое возможно? — Попытался хоть что-то выяснить разведчик.

— Экран, или как его они называют, — террийка кивнула в сторону пепельноволосых детей, что-то говорившим капитану Дорсет, — Подглядывательное окно, что-то типа прокола пространства, но только визуального и одностороннего. Вы же заметили, что те за кем мы наблюдали, нас не обнаружили. А сделал его Дени.

— Почему? Эээ... Почему вы так решили? — Невпопад спросил полковник.

— Вы должны были заметить, что края у окна были неровными. Если бы делала Найтин, граница окна была бы аккуратной, а если бы Ихха, то была бы ещё и рамочка.

— Эээ... Я имею в виду как такое вообще возможно?

— Полковник, почему вас не удивляет, что мы прыгали через гипер за линкором союзовцев, вообще не включая прыжковых двигателей? И что они нас не смогли обнаружить? И то, что их линкор тоже перемещался подобным образом? Точнее, его перемещал этот Фанор, кто он там — божок или демон. — Обратила внимание разведчика на прошедшие события террийка Анна. Видя недоумение разведчика, она пояснила, — Перемещаясь подобным образом, мы не создаём пространственных возмущений, а, следовательно, нас и невозможно засечь ни одним прибором.

Анна умолчала, что перемещались подобным образом они впервые, что к этому приложили руку дети капитана Дорсет. Впрочем, разведчик это и сам понял. Понял он, что об этих способностях детей знают и адмирал Романов и его ближайшее окружение. Наверняка знают и соответствующие службы Империи. Но эта информация настолько засекречена, что даже он, занимавший значительный пост в центральном аппарате не был к ней допущен. И что его перевод в Восточный сектор не опала как он раньше думал, а знак доверия, следующая ступенька в его карьерном росте.

Хоть полковник и задумался, но он отметил, что «Лесная Волшебница» совершила первый прыжок, уводящий её из пространства, контролируемого Союзом, не включая двигателей. Уже потом заработали преобразующие генераторы, и корабль взял курс на район дислокации флота Восточного сектора.

Борт линкора «Возмездие», адмиральский салон

Адмирал Берковин и капитан Смит смотрели на большой тактический экран, показывающий растянутый строй кораблей эскадры. Впрочем, назвать это эскадрой было трудно, скорее конвоем, поскольку, боевых кораблей было меньше половины. Боевые же корабли шли как охранение колонны транспортов.

— Адмирал, вы думаете, нам удастся прорваться через точку перехода со всем этим цыганским табором? — Капитан Смит, сморщился так, как будто откусил пол-лимона.

— Капитан, я не думаю, я уверен в этом, тем более что мы не пойдём через точку перехода. Наш союзник обещал провести наш флот, минуя её. Вы что, сомневаетесь в этом, капитан? — Адмирал начальственно поднял брови. — Вы же присутствовали, когда Фанор дал нам гарантии этого.

— Так-то оно так, но что-то я сомневаюсь, что мы сможем миновать точку перехода, а там нас ждут наверняка. Тем более что мы почти восемь месяцев это собирали... — Капитан мотнул головой в сторону экрана с отметками кораблей. — Ведь разведка Империи не могла не обратить внимание на такие масштабные приготовления.

— Всё будет хорошо, капитан, а Имперцы... Пускай ждут нас у точки перехода, мы туда не пойдём...

— Все-таки, адмирал, у меня тоже есть сомнения, — подал голос ещё один присутствующий сидящий в кресле. — Мне не кажутся убедительными гарантии этого вашего Фанора, кто бы он ни был.

— Господин комиссар, — начал адмирал, но договорить не успел, в помещение вошёл Прест Торнс в сопровождении довольно симпатичного молодого человека. Только вот его симпатичность портили бараньи рога на голове и оттопыривающиеся в районе пятой точки штаны. Торнс слышал последние слова мужчины сидящего в кресле, слышал его скептическое высказывание, поэтому он напористо начал:

— А вот сомневаться не надо, господин комиссар! Не надо! Мы предоставили правительственной комиссии достаточные доказательства наших договорённостей с гм, с сущностью из закрытой галактики именующей себя Фанором! И достаточные доказательства того, что первоначальная часть операции прошла успешно!

— Но советник, те видеозаписи, конечно убедительны, однако же, есть много моментов, которые... — Договорить комиссар не успел, со стороны рогатого молодого человека раздался характерный звук опорожняемого кишечника, и в помещении повисло почти осязаемое зловоние. Прервавшийся на полуслове комиссар сморщился, а адмирал с военной прямотой заявил:

— Господин советник, вы бы приказали своему племяннику, раз вы его взяли к себе в секретари, принять какие-нибудь меры. Затычку туда вставить, что ли.

Ерк Торнс, а это был именно он, обиженно воскликнул:

— Я принял меры...

— Вставил затычку? А её, что сейчас вышибло?

— Нет, господин адмирал! Я отдел памперсы, три штуки! — Начал оправдываться Ерк и почти плачущим голосом добавил, — На них же было написано — до восьми килограмм, а я же целых три штуки одел!

— Эээ, молодой человек, вы хотите сказать, что вот сейчас, за один раз вы насра... Навалили больше двадцати четырёх килограмм? Раз прошибло сразу три слоя памперсов? — Удивился адмирал. — И с чего вы это решили, что туда можно наср... Гм, наложить восемь килограмм за раз?

— Так в инструкции же сказано — до восьми килограмм и до трёх лет... — Тем же плачущим голосом сообщил молодой человек.

— Гм, вы хотите сказать, что в этих, ваших памперсах, можно ходить три года? Не снимая? Предварительно навалив туда восемь килограмм? — Удивился адмирал.

— Инструкции надо читать внимательно, молодой человек, — наставительно сказал капитан Смит, — Там мелкими буквами написано — для детей возрастом до трёх лет и весом до восьми килограмм.

— Да, молодой человек, прежде чем использовать какое-либо устройство следует внимательно изучить инструкцию. Инструкции недаром написаны! Они пишутся кровью! — Поучительно провозгласил адмирал.

— В данном случае он пишет дерьмом, — тихо, но так что бы услышали все, пробурчал комиссар. Сморщившись, уже громче добавил, — Именно дерьмом, и неизвестно, что для нас хуже.

Молодой человек потупился, он собирался сказать что-то в свое оправдание, но его кишечник выдал следующую порцию, сопровождавшуюся звуковыми и обонятельными эффектами.

— Гм, что это тут у вас? — Раздался голос мужчины, появившегося в центре адмиральского салона. Ерк Торнс приветствовал его очередной порцией звуковых эффектов, сгустивших зловоние в помещении до немыслимого предела. Мужчина поморщился, и зловоние исчезло, помещение наполнилось хвойным ароматом. Но не успели присутствующие вздохнуть с облегчением, как кишечник младшего Торнса исправил это положение. Запах хвои безнадёжно утонул в характерной вони. Соревнование запахов продолжалось почти минуту, первым не выдержал появившийся мужчина, он не довольно произнёс:

— Молодой человек, не могли бы вы покинуть нас и переместится в помещение специально предназначенное для... — Он помахал рукой, как будто пытаясь разогнать зловоние повисшее в помещении.

— Да, Ерк, иди в свою каюту, — тоже замахал руками Прест Торнс.

После того как молодой человек удалился, старший Торнс церемонно поклонился вновь прибывшему:

— Мы приветствуем вас, господин Фанор. Вы прибыли как нельзя более вовремя!

— Да куда уж более чем вовремя, — недовольно ответил тот, при этом хвойный аромат усилился. Но это только усугубило атмосферу в салоне. Наложение запахов создало ощущение большой кучи дерьма лежавшего под ёлкой. Капитан выдвинул из стены маленькую консоль, щёлкнул клавишей и под потолком загудели мощные вентиляторы, высасывающие загаженный воздух. Через некоторое время все с облегчением вздохнули. Пока присутствующие приходили в себя, Прест Торнс тихо обратился к мужчине:

— Это мой племянник, он был вполне нормальным молодым человеком, но потом подвергся немотивированной агрессии со стороны какой-то злобной сущности. Вы не могли бы ему помочь? Вернуть, так сказать, в первоначальный вид?

— То, что случилось с вашим племянником очень похоже на божественное проклятие, его очень трудно снимать. И снимая его, я не хотел бы привлекать к себе внимания того, кто это сделал. Понимаете, боги, как и демоны, очень не любят вмешательства в свои действия. А, судя по тому, как это проклятие сказалось на вашем племяннике, его наложил явно какой-то могущественный демон. Рога и этот побочный эффект. — Так же вполголоса пояснил Фанор, он уже попытался снять это «проклятие» с юноши, но у него ни чего не получилось. И это его напугало. Он чувствовал, что-то знакомое, но не мог определить, что. Вернее, того кто это сделал. И потом, он не знал никого, кто бы мог обладать подобной силой. Поэтому он решил не связываться с объектом, на который наложено это странное проклятие.

— Мы рады вас приветствовать, господин Бог! — Громко провозгласил отдышавшийся адмирал. — Я бы хотел уточнить последовательность наших последующих действий.

— Через полчаса я открою проход, и ваши корабли, минуя точку перехода, переместятся в закрытую галактику. А там вы традиционным способом, через гипер, прыгнете к интересующему нас миру.

— Это замечательно, господин эээ... Фанор, но как мы будем ориентироваться в закрытой галактике? Вы же должны знать, что наши навигационные приборы там не действуют? — Спросил капитан корабля.

— В прошлое моё посещение у вас же был хрустальный шар? Именно с его помощью вы и находили дорогу.

— Господин Бог, это был шар сэхэ Виренталя, и только он мог с ним работать. И когда мы вышли из гипер прыжка над Новым Техасом, этот мерзавец сбежал, каким-то непонятным образом сбежал, прихватив с собой не только своих людей, но и захваченных нами пиратов. — Ответил адмирал.

— Сбежал, и как вводу канул. Несмотря на все усилия по его розыску всех наших служб и полиции. И это в вполне цивилизованном мире. Где всё находится под строгим контролем соответствующих наших служб! — Не то пояснил, не то пожаловался Пресс Торнс.

— Не расстраивайтесь, — Ухмыльнулся тот, кого адмирал назвал господин Бог, — Его уже давно нет на той вашей планете. Я это предвидел, поэтому, вот это вам поможет!

На столе в центре салона появился хрустальный шар. Его гладкие, словно полированные, бока светились загадочным голубым светом. Бог удовлетворённо кивнул и сказал:

— Вот с помощью этого артефакта, вы сможете ориентироваться в закрытой галактике. Такие же иллюмины я переправил на все ваши крупные корабли, а полчаса нам надо, чтоб я смог обучить вас ими пользоваться.

Присутствующие благоговейно смотрели на артефакт. Никто не заметил беспокойства проявленного Фанором. Он почувствовал, что за ними кто-то наблюдает. Кто-то, судя по тому, что это наблюдение было чуть заметным, очень могущественный. И ещё, что-то неуловимо знакомое снова показалось Фанору в этом наблюдении. И, как будто почувствовав, что его обнаружили, невидимый наблюдатель исчез.

«Лесная Волшебница» прикрытая мощным полем отражения, уже давно шла параллельно колонне союзовцев. Но даже мощное поле отражения не давало гарантии, что корабль не будет обнаружен сканерами пространства кораблей конвоя. Но это не волновало капитана корабля, Энеллину Дорсет, она знала, что кроме поля отражения её корабль прикрыт более действенной маскировкой. А вот представитель центральной конторы разведуправления этого не знал. Поэтому, не смотря на спокойствие окружающих, он немного нервничал, что, впрочем, не мешало ему наблюдать по необычному экрану за событиями, разворачивающимися в адмиральском салоне флагманского линкора союзовцев. На этот раз слегка колеблющаяся поверхность была окружена аккуратной рамочкой. Полковник, теперь он был в мундире полковника космопехоты, вспомнил, что ему говорили — такой экран делала старшая дочь капитана, Ихха. Младшие дети тоже присутствовали на мостике, они оба сидели на привычном для них месте канонира. На капитанском мостике «Лесной Волшебницы» кроме штатной смены операторов, самой капитана, её детей, представителя командования Восточного сектора и полковника, присутствовала ещё молодая красивая девушка. Когда и как эта девушка появилась на корабле, полковник не заметил, хотя он мог поклясться, что когда «Лесная Волшебница» покидала место базирования флота Восточного сектора, этой девушки не было ни среди членов экипажа, ни среди пассажиров. Полковник украдкой кидал на неё взгляды. Девушка была необычайно красива, матово светящаяся бронзовая кожа, русые волосы, уложенные в сложную причёску, правильные, соответствующие всем канонам красоты черты лица. А уж фигура! Фигурка у девушки была просто божественна! Этого не скрывало, а скорее открывало её зелёное платье, почти полностью прозрачное. При этом полковника не покидало чувство, что эта девушка ему знакома, что он её где-то раньше видел.

Когда Фанор приступил к обучению союзовцев приёмам работы с хрустальными шарами, при этом как-то нервно и подозрительно оглядываясь, Ихха погасила экран. Некоторое время все молчали, как бы осмысливая увиденное, а потом девушка в зелёном платье произнесла:

— Нет, ну каков лучезарный, а? Решил подсуетиться раньше всех, и подгрести под себя бесхозный мир.

— А почему же бесхозный? — Удивилась старшая девочка. Младшие дети согласно кивнули, видно их тоже заинтересовал этот вопрос. Девушка улыбнулась и стала объяснять:

— Раньше на Рее был культ всех богов, то есть, мир был как бы всех и в то же время ни чей. Ведь верующие молились всем одинаково, не давая никому предпочтения. Ну и вы своей аурой отпугивали желающих посетить мир и лично укрепить своё влияние. А теперь, когда вы научились прятаться, и в мире появились верховные богини, он как бы приобрёл хозяек. Но, по мнению лучезарного — слабых хозяек. Вот он и решил — а почему бы не подсуетится и пока другие не опомнились, захватить лакомый кусочек.

— Тейли, а ты разве слабая Богиня? — спросила младшая девочка.

— Слабая, была, да и пока ещё не очень сильная, многие из богов могут со мной справиться. Пока Энна была развоплощена, я потеряла почти всю силу. Многие, особо наглые, вообще перестали со мной считаться. Они решили, что опустили меня до уровня плинтуса, в смысле — элементали. — Тейли произнесла это с некоторой грустью. Старшая девочка подошла к ней и обняла её. Богиня погладила девочку по голове, а девочка сказала:

— Тейли, ты хорошая и мы не позволим тебя обижать!

— Да! Не позволим! — Поддержала старшую сестру младшая девочка, и грозно сдвинув брови, добавила, — А сейчас надерём задницу этому конкретному лучезарному! Чисто конкретно надерём, ну и всем остальным лучезарным тоже...

— Найтин! Ну разве так можно говорить! — Сплеснула руками Энеллина Дорсет. В это момент она совсем не была похожа на капитана грозного рейдера.

— Мама, он же хочет Тейли обидеть! — Возмущённо сказала девочка, — Ну если нельзя надрать задницу, давай надерём ему какое другое место!

— Найтин, так тоже нельзя говорить!

— Хорошо, мама, не будем говорить, просто надерём и всё! Молча!

— Найтин, твоя мама совершенно права, — вмешалась Тейли, — Так говорить не совсем прилично, по крайней мере, для маленькой девочки. И потом лучезарный Фанор очень сильный Бог.

Услышав это, девочка презрительно фыркнула, рядом сидящий мальчик её поддержал. Тейли покачала головой и объяснила:

— Видишь ли, Найтин, Совет Богов провозгласил принцип свободной конкуренции.

— Это как?

— Это когда каждый может свободно распространять веру в себя, а следовательно и увеличивать поклонение себе любимому, соответственно и увеличивать свою силу. Получается каждый как бы в равных условиях, а на деле кто сильнее у того и адептов больше, и они активнее проповедуют веру в своего Бога, естественно, увеличивается число молящихся, Бог становится сильнее, у него возрастает число адептов которые проповедуют, ну и так далее. Понятно?

— Ага!

— Вот так боги и конкурируют, постепенно затирают слабых, а потом, когда остаются самые сильные, то переходят к решительным действиям.

— А это как?

— Как? Очень просто, начинаются военные походы за веру. — Девушка в зелёном платье грустно улыбнулась, и пояснила, — Это когда в веру обращают насильно.

— Так насильно же веры не получится! — Удивилась девочка.

— Да, не получится, искренней веры. Но запуганные люди вынуждены притворяться, а вот их дети уже не притворяются, а уж внуки искренне верят. Ну, а тех, кто не верит, или верит недостаточно искренне, просто сжигают на кострах. Или каким другим способом уничтожают. Так вот, когда воюют за веру, тоже сжигают на кострах всех, кто даёт хоть малейший повод усомниться в нужной вере. И опять же, тем кто воюет под знаменем своего Бога, надо доказать, что этот Бог самый лучший.

— А как? — В один голос спросили дети.

— Как обычно — чудесами, творимыми от имени своего бога, — увидев недоумение на лицах пепельноголовых малышей, девушка так же грустно улыбаясь, пояснила, — Бог делится частью своего могущества, энергией, со своими проповедниками, те творят чудеса, растёт количество молящихся богу, растет, и количество энергии которое этот бог получает. Понятно?

— Да! — Хором ответили дети.

— Но тут появляется желание получить этой энергии как можно больше и сразу. Ну, чтоб задавить своих конкурентов как можно быстрее. А для этого, по мнению некоторых, все средства хороши, вплоть до человеческих жертв. Вот они и поощряют человеческие жертвы. Это даёт сразу много энергии, но это как наркотик, раз начав, трудно остановится. И бог потихоньку становится демоном. Были прецеденты. Ну а когда боги, таким образом, забыв обо всём, дерутся, равновесие трещит по швам.

— И тогда приходит Анариэнна и всем даёт по голове! — Захлопала в ладошки девочка.

— Да, Найтин, приходит и восстанавливает то, что было порушено. Иногда и по голове даёт. Только вот когда всё восстановлено, боги помнят не то, как всё валилось и трещало, и это всё надо было спасать, а как им в процессе спасения по голове давали. А боги они очень злопамятные и мстительные, вот они и мстят, как умеют. А мстить они умеют очень хорошо. И вот однажды после большой войны, боги решили, что равновесию уже ни чего не грозит, а эта своевольная богиня уж очень им мешает, не даёт воспользоваться плодами своих побед и её развоплотили.

— А ты?

— А я? Я без сестры не такая опасная, тем более, что развоплотить такую Богиню как Анариэнна очень не просто, очень. Десять младших Богов полностью уничтоженных, не развоплощённых, что дает хоть какую-то надежду на возрождение, а полностью уничтоженных! Вот цена её развоплощения!

— А почему? Почему уничтоженных?

— Потому, что глупые. Старшие Боги подкинули младшим заклинание развоплощения, те уже и так гонялись довольно длительное время за объявленной вне закона богиней, и вот они скопом набросились и развоплотили. Даже Анариэнна не смогла выстоять против полусотни, богов, пусть даже младших.

— А ты?

— А я сидела запертая в изолированном мире. Я не такая сильная как сестра. Меня оказалось гораздо проще поймать и запереть. А запер меня Фанор. Тоже хотели развоплотить, но когда увидели, к чему это приводит, то передумали. Просто заперли в мире, где нет разумных, а соответственно и верующих. Но я сбежала. Но уже было поздно, Анариэнну развоплотили.

— А почему он лучезарный? Ну, этот бог, который как там его — Фанор.

— Этот титул он сам себе придумал, чтоб подчеркнуть свою особую светлость. А как же он один носитель света и добра, а все остальные мерзкие исчадия тьмы. И они, и их приспешники достойны только одного — костра!

Девушка ещё раз грустно улыбнулась, и полковник понял, кого она ему так сильно напоминает — святую великомученицу, заступницу Тейлиарру Энтарра. Только изображения этой святой отличались от канонических, именно экстравагантностью наряда и красотой и молодостью самой изображаемой.

— Эээ, извините, я хотел бы спросить... — Начал полковник, обращаясь к девушке, но под её, каким-то пронзительным взглядом стушевался. Девушка усмехнулась и поощрительно кивнула головой:

— Да, полковник, спрашивайте. Хотя какой вы полковник, генрал-майор Иванов, Пётр Савельевич. Уполномоченный центрального разведуправления, с особыми полномочиями по установлению контактов с жителями закрытой галактики. В вашу задачу, также входит выяснение особых способностей капитана Дорсет и её детей.

Полковник, вернее генерал-майор, похолодел, его прикрытие тщательно разрабатывалось, о его специальной миссии не знал даже наместник сектора и начальник местного разведуправления, для них он был очередным проверяющим, с непривычно широкими полномочиями. Вытерев со лба пот, полковник [45] попытался строго спросить:

— Откуда вам это известно?

— Видите ли, обычно богиням всё известно, ну почти всё, — засмеялась девушка и, кивнув куда-то в пространство, хитро прищурилась, — А я там богиня, правда тут у вас только святая.

— Тейлиарра Энтарра, Святая Заступница, — почти шёпотом произнёс полковник.

— Ага, — уже откровенно засмеялась девушка.

— Это всё хорошо, но нам надо решить, что будем делать дальше. Да и наместника Восточного сектора надо поставить в известность о произошедшем. Вы господин Иванов, не будете возражать? — Вмешалась в разговор Инэллина Дорсет. Полковник замотал головой и высказал свои опасения:

— А мы не упустим союзовцев? Тем более, что они хотят проникнуть в закрытую галактику, каким-то особенным путём.

— Неа, от нас не уйдут, тем более что мы знаем, куда они собираются идти, — сказала младшая девочка, а старшая добавила:

— И этот Фанор, поведёт их кружным путём, — старшая это добавила специально для полковника и ему же пояснила, — Этот вредный божок поведёт союзовцев так, чтобы к Рее они без него не могли найти дорогу, даже имея те хрустальные шары. Так, что мы всё успеем.

— Тридцати секундная готовность к прыжку, курс на место дислокации флота, — отдала команду капитан корабля.

— Это она специально для вас, — заговорщицки прошептал полковнику главный механик, — Без вас мы бы уже прыгнули.

— А? — Полковник кивнул на капитана первого ранга, устроившегося в противоперегрузочном кресле.

— А он уже привык, он давно с нами ходит, уже не удивляется.

Полковник не успел задать следующий вопрос, как корабль прыгнул, от навалившейся перегрузки у него потемнело в глазах. Но прежде чем провалится в беспамятство, он отметил, что капитан Дорсет, Святая Великомученица и старшая девочка стояли на ногах у пульта! Стояли, совсем не обращая внимания на страшную перегрузку!

— Генерал, мы уже на главной базе, очнитесь! Можете начать устанавливать порученные вам контакты, — услышал он голос Великомученицы, Холодная ладонь легла ему на лоб, он почувствовал, как уходит слабость. Раскрыв глаза, он хрипло спросил:

— На базе? Сколько же я был в отключке?

— Пять минут.

— Но это не возможно!

— Что? Быть в обмороке пять минут? Поверьте, это не так уж и долго, — улыбнулась девушка.

— Невозможно за столь короткий срок достичь главной базы! Надо сделать три прижка с коррекцией, учитывая разгон — это почти двое суток!

— Фи Пётр Савельевич! Вы же поняли, что «Лесная Волшебница» не обычный корабль и с очень необычным экипажем.

— Но...

— Ни каких но! Уже прилетели, вам ещё донесение в центр готовить, вот тут я вам немного помогла. — Девушка протянула полковнику электронный планшет, — Вот тут краткие тезисы, а то вы, от избытка впечатлений, можете что-нибудь забыть. И, скорее всего вам прикажут и дальше находиться на «Лесной Волшебнице», так вот вам мой совет — если хотите наладить отношения и даже сотрудничество с некоторыми очччень влиятельными жителями закрытой галактики, запаситесь шоколадными конфетами.

В каминном зале бывшего замка Чёрного колдуна, а ныне королевского дворца Лурии снова собиралось представительное собрание. Присутствовали Владыка светлого леса со свитой, главы тёмноэльфийских кланов, главы гномьих кланов, ну и правители большинства крупных людских государств. Всё они собрались на первый большой международный конгресс. Но пока конгресс не начался, король Марат, на правах хозяина, устроил не менее большой приём в своём замке. Приглашённые гости разбились на группки по интересам и разбрелись по залу. У большого камина, в котором в ночь после памятной свадьбы короля Лурии и его друга, ночевали пепельноволосые дети, в креслах сидели три молодые женщины с округлившимися животиками.

— Вы представляете, этот пришлый, который называет себя специалистом по безопасности, наплёл моему мужу, что меня могут похитить террористы. Это меня-то, меня, которую охраняют мои гриневильские гвардейцы, да и ведомство князя Горбовски не допустит даже намёка покушения на похищения меня!

Слушающие этот гневный спич молодые женщины согласно покивали, конечно, они тоже не сомневались в своей безопасности, их тоже охраняли, но и сами они могли порвать, практически, любого противника на ленточки. А вот королеву Эльвиру действительно надо было охранять и её очень хорошо охраняли и совсем не рыцари кумберлендской королевской гвардии, а её собственные гринервильские гвардейцы. Королева же воодушевлённая участием внимательных слушательниц, продолжила жаловаться:

— Ладно бы мой муж, король Джеймс, продолжил устраивать свои совершенно бесполезные рыцарские турниры в мою и будущего наследника честь, ладно бы проводил свои большие манёвры, там где-нибудь за городом, так тут эти дурацкие антитеррористические учения... — Королева всхлипнула и вытерла глаза платочком. Одна из слушательниц, рыжеволосая девушка, если можно назвать девушкой беременную на девятом месяце, участливо спросила:

— Что у вас кроме одного рыцарского турнира ещё и военные манёвры король устроил? Мой Марат почти забросил все государственные дела и ни на шаг от меня не отходит. Хорошо, что Роберт взял все заботы на себя.

— Почему один турнир? — Подняла брови королева Эльвира, — Двенадцать турниров, из них четыре больших! И манёвры!

— Ого! А когда же ваш король занимается государственными делами?

— Король Джеймс государственными делами вообще не занимается, не королевское это дело — государственные дела! Страной управляет большой совет, раньше я тоже в нём принимала участие, а сейчас, сами понимаете... — Королева погладила свой животик. Рыжеволосая кивнула и спросила:

— Дорогая Эльвира, как же такие забавы вашего мужа выдерживает бюджет королевства? Ведь это всё должно обходиться в медяшку? И не малую!

Королева Эльвира самодовольно улыбнулась:

— Нет, дорогая, казна, даже имеет с этих забав прибыль и не маленькую, — и, видя недоумённые взгляды своих собеседниц, пояснила, — Все участвующие в турнире платят вступительный взнос, достаточно крупный. Кроме вступительного взноса есть взносы за участие, за постой, за просмотр, вроде как за простой и что-то там ещё, это князь Эдвин хорошо знает, это он придумал. Так, что рыцарские турниры приносят казне прибыль. Но эти ужасные антитеррористические учения... — Королева Эльвира опять всхлипнула. Королева Альма успокаивающе взяла её за руку, ободрённая этим жестом поддержки Эльвира продолжила, — Вся кумберлендская гвардия, все рыцари приняли в этом участие, как же, такое благородное дело — спасение бедной меня, захваченной злобными террористами! И эти благородные придурки, закованные в свои рыцарские доспехи, в едином порыве и сомкнутом строю вытоптали мой садик!

Королева Эльвира утёрла глаза платочком, третья молодая женщина с зелёно-синими волосами и такой же бледной кожей участливо качнула головой:

— Да это ужасно, когда уничтожают то, что тебе дорого, особенно если это часть живой природы! Когда топчут копытами...

— Дорогая Наки, если бы рыцари топтали копытами, своих боевых коней, в смысле топтали не коней, но если бы кони попались рыцарям на дороге то они и их бы стоптали. Так вот, если бы рыцари были верхом то может быть садик и не пострадал, кони не дураки, в смысле не рыцари, они свои копыта на камни ставить не будут. А вот рыцари, своими подкованными сапогами, растоптали мой сад в пыль! Мой любимый садик! — Королева Эльвира снова вытерла глаза платочком, но видно ей показалось этого мало, и она горестно всхлипнула.

— У вас, что в саду и камни есть? Это, что новое веяние в садовом искусстве? — Удивилась зелёная беременная девушка.

— Да, дорогая Наки, это сад камней. В нём нет деревьев, только камни!

— Но как же тогда его смогли вытоптать?

— О! Наши рыцари и не такое могут! Вот и мой сад камней вытоптали! В пыль! — Казалось, королева в голос заплачет, её собеседницы начали её утешать, как могли. Слегка утешенная королева немного воспряла духом:

— Мастер Мао Лин обещал вырастить новый сад.

— Камней?! — В один голос вскричали женщины.

— Да, он подберёт новые камни, а это так не просто, подобрать камни для сада камней. Они должны соответствовать всем канонам, ну а потом мастер вырастит на них разноцветный мох.

— А мох зачем?

— Понимаете, медитировать, глядя на голые камни — скучно, вот мастер и выращивает на них декоративный разноцветный мох.

— Ооо! — В один голос восхитились собеседницы королевы.

— Да, мастер Мао Лин утверждает, что если долго и правильно смотреть на такой сад, то в итоге наступает просветление. Но у меня не хватает терпения на такую глубокую медитацию. А вот наш генеральный сенешаль один раз попробовал так смотреть. Смотрел почти сутки.

— И как? Просветление у него наступило?

— Не знаю, он не говорит. Он стал малоразговорчивым, после того как его с трудом откачали.

— Да, наверное, это очень тяжёлое дело, вот так медитировать на сад камней, — с уважением сказала сине-зелёная девушка.

— Эльвира, а чем же закончились антитеррористические учения? Вас спасли? — Спросила рыжая королева.

— Нет, дорогая Альма, князь Станислас не позволил. Да, лорд-канцлер лично наблюдал за проведением учений и вовремя отдал приказ моим гвардейцам — не пускать рыцарей в замок. — Обе слушательницы удивлённо подняли брови, а королева Эльвира пояснила, — Он боялся, что рыцари, спасая меня, разгромят не только мои покои, но и всё королевское крыло замка.

— И как князь Замойски оценил усилия рыцарей? — Ехидно спросила королева Альма.

— О! Очень высоко! Он сказал, что главное это обнаружить террористов, а потом надо только направить на них рыцарей. И рыцари их стопчут, в пыль. Даже не обнажая своих мечей.

— А как же ваши гвардейцы остановили столь грозную силу?

— Очень просто, а самым настырным надавали по нее. — Злорадно сказала королева Эльвира, — Нечего вытаптывать садики!

Её собеседницы согласно закивали, это правильно, нельзя вытаптывать сад, пусть даже это сад камней.

В другом конце зала собралась чисто мужская компания, там были лорд-канцлер Объединенного королевства, князь Станислас Замойски, первый министр князь Эдвин Багрейски, король Лурии — Марат, первый министр, он же канцлер королевства Лурии — граф Роберт Токарийский. В этой компании также находился генерал-губернатор Протектората Вересии Джонатан Бригс. Тут же рядом стояли полномочный представитель леса Франк и сопровождающий его, многозначительно молчащий Дорн.

Протекторат Вересия — новое государственное образование, появившееся на политической карте Реи, оно возникло на месте завоеванных королём Джеймсом земель, во время его Великого похода против Чёрного колдуна. Как известно поход закончился полной победой походников среди бескрайних пустошей, примыкающим к Лернейским болотам. Но канцлер и первый министр Объединённого королевства руками и ногами отбрыкивались от подобного территориального приобретения, ведь эти пустынные земли надо осваивать, следовательно, вкладывать в это освоение деньги и ресурсы. Выход был найден графом Робертом, он предложил селить на эти земли остатки пиратов адмирала Требухи и интернированных с союзовской эскадры. Но этим людям надо было помогать обустраиваться на совершенно пустом месте, а поскольку львиную часть средств выделило королевство Лурия, то встал вопрос о административном подчинении. После долгих и упорных переговоров, было решено считать новые заселённые земли — Протекторатом под объединённой юрисдикцией Лурии и Объединённого королевства. Губернатором назначили старшего среди пришлых, так стали называть новых поселенцев, но поскольку он уже имел звание генерала, то и его должность стала называться генерал-губернатор. Понятно, что это был генерал Бригс. Королевскими указами Лурии и Объединённого королевства ему был дарован титул верховного лорда. На вопрос генерала, зачем такие сложности, забежавший для организации стройки Алтаря Тёмным Силам, Владыка Тьмы Реи архидемон Тхэджэс, он как раз принимал тёмные дела у временно исполняющего обязанности Владыки Тьмы Нэлькаэра, ответил:

— Что вы хотите, генерал, тут средневековье, пусть и не махровое, но всё же средневековье. И тут без соответствующего титула никак. Поэтому будете лордом, вот надо только придумать чего, то есть придумать благозвучное название Протекторату, а то лорд-протектор чем-то автомобильным отдаёт.

Поскольку местность, на которой расположился протекторат, называлась — Пустоши или Вересковые пустоши, то присутствовавший на этой встрече Нэлькаэр тут же предложил свой вариант названия — Верепусия. Название не очень понравилось и после недолгих размышлений приняли вариант предложенный Телсой, дочерью генерала, — Вересия. Со временем Протекторат Вересия должен будет стать полноценной державой, ну а пока его жители обустраивались. Многие захотели последовать примеру своего генерала и попросили переместить своих близких на поселение в мир Рея. Так что, первый месяц богиня Тейлиарра и пепельноволосые дети трудились по двадцать четыре часа в сутки, перемещая новых поселенцев. Надо сказать, что очень многие согласились на переселение. Этому было несколько причин: боязнь потерять мужа, отца, сына, единственного кормильца; переселение происходило пусть в средневековый, дикий мир [46], но при этом в совершенно экологически чистый, ведь многие переселенцы были с промышленных, совершенно загаженных планет; и наконец, переселению способствовала Тейлиарра Энтарра, Святая Заступница, оказавшаяся в новом мире одной из верховных Богинь, так, что даже веру менять не пришлось — так слегка подкорректировать. Поселенцы начали обживаться, регулярные дожди вызываемые магами погодниками Лурии и Объединённого королевства, а также помощь магов земли, позволили превратить ранее засушливые пустоши в довольно плодородные земли. Большое количество людей, ранее связанных с техникой, способствовало расцвету всевозможных ремёсел. В общем, жизнь налаживалась, если бы не одно но — близость Лернейских болот. Если набег болотных гоблинов удалось отбить своими силами то вылазку гидр смогли остановить только с помощью рейнджеров Лурии. Генерал Бригс обратился за помощью к королям гарантам протектората за помощью. Король Джеймс предложил нанести по врагам удар своей рыцарской конницей, но его раскритиковали все присутствовавшие на том совещании, один удар проблем не решал, тем более по скрывавшимся в недрах болот гидрам он вряд ли был бы эффективен. Выход нашла архидемонесса Алие, она предложила передислоцировать всю союзовскую технику, оставшуюся после вторжения, на границу Вересии и болот.

Король Марат снабдил генерала Бригса своими магическими «батарейками», энергии их вполне хватило, чтоб вся техника перешла на новое место своим ходом, правда шла она, сокращая путь, через порталы которые делал Марат и Алие. Без порталов энергии «батареек» на столь длительный переход не хватило бы. Техника была размещена вдоль границы, вернее из шагающих роботов и гусеничных машин были сделаны опорные точки укрепрайона. Этот укрепрайон спланировал, а потом и руководил его постройкой полковник Текели, причем всё это он сделал столь искусно, что даже у гномов вызвал зависть. За этот труд полковник получил титул барона.

Система рвов, стен и других заграждений не позволяла обойти опорные точки. А бронированные машины обеспечивали защиту от гидр и тем более от болотных гоблинов. Правда энергетическое оружие не действовало, впрочем, для него и энергии уже не было откуда взять, но для обороны с лихвой хватало ствольной артиллерии, для которой научились делать снаряды из местного сырья. Так, что новое государство крепло, и Телса уже примеривала корону принцессы.

Но сейчас генерал-губернатор озабоченно говорил своим собеседникам:

— За последнюю неделю это третье нападение на опорные посты, все три кончились полным уничтожением личного состава. Нет, это не гоблины, и тем более не гидры, — покачал головой Лорд Бригс, предвосхищая вопрос князя Багрейски, — Гидры вообще не могут пробить броню поста, а гоблины и подавно. Раньше случалось, что у экипажей, несущих службу в опорных точках укрепрайона по привычке называли экипажами, кончались боеприпасы, тогда они закрывали заслонки амбразур и отсиживались за бронёй. Но сейчас зарядов даже в избытке, плюс огнемёты, из них можно стрелять с закрытыми основными амбразурами, вслепую. Но тут никаких следов штурма. И что сильно настораживает — открытые люки. В последний раз экипаж был проинструктирован и подготовлен, но это не помогло, погибли все. Но видно кто-то из них успел запустить автоматическую съёмку.

Лорд достал фотографии, на Рее не действовала сложная электроника, но простая типа — фотоаппаратов и принтеров работала. Зарядные устройства и картриджи к ним наловчились изготавливать местные маги.

Все с интересом стали рассматривать слегка размытые снимки, на них были какие-то смазанные нечёткие силуэты.

— Да, мало, что можно понять, хотя определённо это не гоблины и тем более не гидры. И вы, лорд, говорите, что во всех трёх случаях двери были открыты из нутрии?

— Да, князь, изнутри. Такое впечатление, что патрульные сами выходили из-под брони.

— Да, странно, выходит, что они даже не сопротивлялись?

— Да, не было сделано ни одного выстрела. В первых двух случаях, вообще, ни каких следов. Экипажи просто пропали. А в последнем, обнаружены следы борьбы. Как будто патрульные вышли наружу, на что-то посмотреть и тогда на них напали.

— Как, вышли все сразу?

— В том-то и дело, что все сразу! Хотя это строжайше запрещено! Мало того, все посты оборудованы переходным тамбуром и, согласно инструкции, нельзя одновременно открывать обе двери. Одна должна быть закрыта, а тут всё нараспашку! — Лорд Бригс замолчал, к группе подошли Владыка Тьмы Тхэджэс, и архидемоница Алие. Тхэджэс поинтересовался предметом обсуждения, и лорд Бригс повторил для него то, что он рассказывал ранее. Оба демона с интересом стали рассматривать фотографии.

— Вам знакомы, те, кто там запечатлён? — Спросил князь Замойски.

— Да, — подтвердил догадку князя Тхэджэс, Алие согласно кивнула, — Это жители мира Иптар, мерзкое место этот мир. И населяющие тот мир ему под стать. Это птары, вампиры. Причём наиболее кровожадная разновидность этого типа разумных.

— Вампиры? — Удивился князь внимательнее рассматривая фотографии, — Что-то совсем непохожие, совсем непохожие на вампиров ни в обычной ни в боевой ипостаси.

— В мире Иптар не совсем обычные жители, и тамошние вампиры имеют только одну ипостась — боевую. По-другому в том мире не выжить. Но тамошние вампиры кровожадные и очень опасные твари.

— Как же они сюда попали? И почему они выходят из болот?

— Наверное, там открылся проход из их мира. Это надо выяснить, причём как можно скорее, и если это так, то приложить все усилия, чтобы его закрыть!

Борт имперского линкора «Генералиссимус Иосиф», адмиральский салон

Только что закончилось совещание. Совещавшиеся уже разошлись, в салоне остались сам хозяин помещения — адмирал Романов, начальник разведуправения сектора — адмирал Валери, начальник штаба — адмирал Валевскиий, генерал Иванов и капитан первого ранга Соболев, который являлся представителем командования сектора на «Лесной Волшебнице». Эта представительская должность была необходима, так как «Лесная Волшебница» не являлась военным кораблём, а была капером. Кроме выше перечисленных, ещё была капитан Дорсет с детьми и молодая девушка в форме капитана первого ранга. Эта девушка всё совещание просидела молча, рядом с Инэллиной Дорсет и её детьми, за чайным столиком, хотя чай вместе с ним не пила. Участники совещания украдкой бросали на неё взгляды, девушка хоть и была в военной форме, но у присутствующих создавалось ощущение, что она одета только в купальник бикини. Тому, что на совещании присутствовала семья Дорсет, никто не удивлялся, все знали о роли капитана Дорсет в планировании и осуществлении многих операций флота. И о том, какое участие в этом принимали её дети. То, что ещё присутствует молодая девушка, тоже особого удивления не вызвало, мало ли кого адмирал Романов может пригласить в роли эксперта или советника. То, что эта девушка очень юная, почти девочка, вызвало лишь лёгкую зависть — как этим женщинам удаётся так молодо выглядеть.

Совещание лишь формально подтвердило то решение, которое приняли присутствующие, тремя часами раньше — эскадру союзовцев надо перехватить, даже если для этого придётся войти в закрытую галактику. Романов хотел двинуть туда основные силы флота, но Инэллина Дорсет и девушка в форме капитана первого ранга решительно этому воспротивились. Начальник разведки напомнил о том, что закон о невмешательстве ещё не отменён и его следует соблюдать, а адмирал Валевский, в свою очередь, указал на аномалию закрытой галактики, которая препятствует работе навигационных приборов. Романов не стал настаивать на своём предложении, но сейчас он попросил оставшихся задержаться, казалось, он чего-то ждал, ждал чего-то или кого-то важного, это было заметно по его волнению. Впрочем, присутствующие к этому отнеслись с философским спокойствием. Подчинённые адмирала понимали — раз задержал, значит, на то есть причина, и она, рано или поздно, будет им сообщена. Детям же было не до таких мелочей, они расправлялись с третьей порцией сладких пирожков. Капитан Дорсет тихо переговаривалась с гостьей, казалось, их нисколько не удивляла ни странная просьба адмирала Романова, ни его волнение. Как будто они знали, в чём дело.

Распахнулась дверь и в адмиральский салон вошли два гвардейца императорской охраны, сразу же за ними вошли ещё три человека, двое мужчин и женщина. Все трое были одеты в стандартные флотские комбинезоны, без знаков различия. Более молодые, молодыми их можно было назвать лишь относительно их спутника, мужчина и женщина были похожи на адмирала Романова. Третий из вошедших был уже в довольно преклонном возрасте, но стариком не выглядел. Его цепкий взгляд и плавные движения наводили на определённые мысли. Офицеры вскочили, но вытянуться не успели, более молодой мужчина, молодой очень относительно, так как и он, и женщина были старше Романова, сделал рукой предупреждающий жест:

— Господа, попрошу без церемоний.

— Как скажете, император, — ответила за всех девушка в мундире капитана первого ранга. Она единственная, кто не встал. Не потому, что была такая не вежливая, и не потому, что ставила себя выше вошедших, просто она в этот момент вытирала салфеткой лицо и руки младшей девочки. Та испачкалась начинкой пирожков. Мальчик, воспользовавшись тем, что руки девочки были заняты, попытался передвинуть тарелку с пирожками к себе поближе, при этом ещё и ухватив по пирожку обеими руками.

— Ну! Дени! — Гневно закричала девочка, вырываясь из рук девушки и накалывая, как на вилку на появившиеся из пальцев правой руки внушительные когти, два пирожка. При этом начинка пирожка брызнула в сторону вошедших. На их чистых, безупречно отутюженных комбинезонах появились обильные пятна от варенья. Более молодые мужчина и женщина растерянно осматривали свою заляпанную одежду, а старший недовольно поморщился. Он попытался, было увернуться от струи варенья, и это ему почти удалось, но в него всё равно попало. Он мог бы поклясться, что струя варенья была направлена прицельно. И девушка, ранее вытиравшая девочку, подтвердила его догадку, она укоризненно посмотрела на девочку, но так нисколько не смутилась:

— Тейли, ну я же не нарочно! Я совершенно случайно! Честно, честно, вот так взяла и совершенно случайно попала!

Все присутсвующие застыли, не зная как на это реагировать, а старший из вошедших несколько сварливо сказал:

— Конечно, случайно, причём очень даже прицельно. Всё попало на нас, ни капельки мимо не пролетело. И заметьте, господа, на нас попало не менее литра,— мужчина слизнул варенье с пальца, — Клубничного варенья. Это из двух-то пирожков! Кстати, с чем изначально были эти пирожки? С какой начинкой?

— С вишнёвой, — ошеломлённо сказал адмирал Романов, — Это их любимое варенье.

— Вот, — также сварливо продолжил мужчина, — Мало того, что покушались, так ещё и вишнёвого варенья пожалели! Обошлись клубничным!

Девочка покраснела и надулась, а Инэллина Дорсет укоризненно посмотрела на дочку и сказала:

— Прошу простить моих детей, ваше императорское величество, ваше императорское высочество, ваше превосходительство, я не знаю, что на Найтин нашло... — Тут, увидев, как мальчик направляет пирожок на ту же цель, же громко и строго произнесла, — Дени! Не смей!

Тут уже надулся мальчик:

— Ну почему Найтин можно, а мне нет?

— Найтин тоже нельзя!

— Но она же попала! А я вот нет! Я тоже хочу!

— Да, под таким обстрелом я ещё не находился, — усмехнулся пришедший в себя император, а это был именно он, император Николай, — Это уже точно можно расценить как покушение. Попытка утопить двух лиц императорской фамилии в варенье.

Император тоже лизнул палец и удивлённо поднял брови:

— Господа, а у меня варенье абрикосовое!

— А у меня вишнёвоё, — добавила женщина.

— Вот, ваше императорское высочество, это несомненно знак того, что они к вам относятся с большей симпатией, — кивнула на детей девушка в форме капитана первого ранга.

Все посмотрели на гвардейцев, они были вымазаны в чём-то белом. Старший мужчина вопросительно поднял брови, гвардейцы, до этого стоявшие по стойке смирно, стали торопливо облизывать свои пальцы. И один из них поспешил доложить результаты облизывания:

— Крем, экселенц, сливочный крем!

— А вы, кто будете? — Обратил внимание старший из вошедших на девушку в форме капитана первого ранга. — Если это конечно не секрет.

— Тейлиарра Энтарра, — представилась девушка, и её военная форма преобразовалось в синее платье, настолько прозрачное и короткое, что платьем его назвать можно было, только обладая буйной фантазией. Её роскошные русые волосы оказались уложенными в красивую причёску, украшенную жемчужными нитями. Мужчины во все глаза уставились на девушку, но это её нисколько не смутило.

— Ээээ, вы хотите сказать, что вы святая великомученица Тейлиарра? — Удивлённо поднял брови старший мужчина.

— Тейли не святая и тем более не мученица! — Вмешалась девочка, — Она Богиня!

— Да, — скромно подтвердила девушка, — Я Богиня, простая Богиня.

— Ну, брат, что за дела в твоём секторе творятся? Мало того, что мне докладывают о каких-то сверхъестественных способностях членов экипажа одного из твоих кораблей, так у тебя на совещаниях Богини присутствуют. — Сказал император адмиралу Романову, рассматривая девушку.

Женщина, это была сестра императора, скептически хмыкнула и, оглядев себя, недовольно произнесла:

— Раз вы можете показывать такие фокусы с одеждой, может, почистите нас, а то как-то неудобно, знаете ли, в липком.

— Найтин? — Обратилась девушка к девочке, — Ты вымазала, так давай исправляй.

Девочка наморщила лоб, и форма на женщине пошла красно-жёлтыми пятнами. Девочка даже засопела от усердия, комбинезон женщины ещё раз поменял цвет и исчез. Женщина охнула, она осталась в одном белье.

— Найтин! Давай я! — громко сказал мальчик, после чего бельё тоже пропало, совсем пропало, но через мгновение женщина оказалась одета во что-то напоминавшее дерюжный мешок, с прорезями для рук и головы. Девушка назвавшаяся Тейлиаррой, покачала головой. Женщина покраснела, а император гневно начал:

— Ваши эксперименты...

Но его перебила старшая девочка, до этого молчавшая:

— Давайте лучше я!

Мешок надетый на женщину поплыл, и она окуталась дымкой. Тейлиарра одобрительно кивнула головой:

— Ихха, молодец, у тебя уже получается. — И обращаясь к женщине, сказала, — Я немножко от себя добавлю, в качестве компенсации.

Дымка, окутавшая женщину рассеялась, напрягшиеся император и пожилой мужчина ахнули. Перед ними стояла очень молодая красивая девушка, в шикарном бальном платье.

— Софья, сестра! — Поражённо сказал император, — Это ты? Такой ты была на балу в день своего совершеннолетия! Сто двадцать лет назад!

Женщина, вернее уже девушка, попыталась оглядеть себя, ей явно не хватало зеркала. Ихха, щёлкнула пальцами, и перед сестрой императора появилось ростовое зеркало. Женщина недоверчиво оглядела себя, поправила причёску. Шагнувший к ней император дотронулся до неё, потом ущипнул себя, раз и ещё раз.

— А теперь ущипни и его, — младшая девочка указала императору на пожилого мужчину. А женщина крутнулась возле зеркала и счастливо засмеялась. Потом ещё раз крутнулась и, внезапно остановившись, робко спросила у девушки в синем платье:

— Это иллюзия? Сейчас развеется? Пропадёт?

— А вы как думаете? Как себя чувствуете? — Ответила вопросом девушка.

— Я так легко себя давно не чувствовала! Так хорошо!

— Это подарок Богини! — Важно сказала младшая девочка, обращаясь к сестре императора, — Не ужели сама не чувствуешь, что это на самом деле, а не понарошку!

— Я так подумала, что если она принцесса, то и выглядеть должна как принцесса! — Добавила старшая девочка.

— Спасибо! Спасибо вам, вы действительно святая! Только святая может совершить такое чудо! — Воскликнула принцесса Софья и поклонилась девушке в синем платье.

— Ну, что вы. Никакая я не святая, я же вам говорю — просто Богиня. — Очень скромно ответила девушка, — И моей заслуги здесь самая малость, это Ихха так захотела, я только проконтролировала правильность её действий. Чтоб всё было правильно, вы же видели они такие неопытные, и не всё у них получается. — Девушка погладила младших детей по голове. Старший мужчина задумчиво на них посмотрел и обратился к улыбающейся Инэллине Дорсет:

— Капитан, это ваши дети?

— Да, ваше превосходительство.

— Но кто они? И кто вы?

— Ваше превосходительство, неужели вы не изучили моё личное дело? Я думаю, что глава всех разведслужб...

— Я не всезнающий и не всемогущий, — несколько недовольно заметил мужчина, — Да я изучил ваше личное дело, до событий в системе Терилас, вы ничем не выделялись из общей массы офицеров флота. Выпускница имперской лётной школы, уроженка одной из франконкских планет пограничного мира. Ну, может, были более удачливы. Да и как командир корабля были выше всяких похвал. Потом, так сказать, в ходе боевых действий у вас появляются дети, сразу трое. Причём уже на младенцы. Эти дети сразу проявляют определённые сверх способности. Потом вы вместе с вашими детьми пропали на пару месяцев, а когда неожиданно появились, то сверх способности были уже и у вас.

— Ваше превосходительство, я честно ответила на все вопросы, которые мне задавали сотрудники вашей службы.

— Ваши ответы только напустили туману, ни чего толком не прояснив.

— Я рассказывала только правду!

— Ваше превосходительство, — вмешался адмирал Романов, — То, что капитан Дорсет может ориентироваться в закрытой галактике, уже многое проясняет.

— Да, многое, но не всё. Кстати, это по вашему ходатайству, адмирал, капитану был выдан допуск на посещения закрытой галактики. Между прочим, это единственный беспрецедентный случай!

— Да, но вы же понимаете...

— Конечно, понимаю, что эта семья будет шастать в закрытую галактику и без допуска.

— Но нам же надо Деда навещать! — Возмущённо вмешалась младшая девочка.

— А кто у вас дед? И почему он живёт в закрытой галактике? — Быстро спросил главный разведчик империи, и посмотрел на адмирала Валери. Тот пожал плечами, мол, установить не имеется возможности. Ответила Богиня Тейлиарра:

— Дед у них — Хранитель Леса.

— Тоже Бог? — Скептически поднял брови мужчина.

— В некотором роде, я бы даже сказала, что их дед в большей мере Бог, чем некоторые другие.

— Это как же?

— Видите ли, ваше превосходительство, Боги это всего лишь капли Силы Творца, которые Он уронил во время сотворения и которым позволил жить. И в то же время боги это воплощение определённой силы, силы стихии, силы мира, силы веры разумных, наконец. И чаще всего именно силы веры разумных, их надежд, чаяний. В последнем случае, чем больше вера, тем сильнее Бог. — Сказала девушка в синем платье.

— Но ведь во всех разумных присутствует Сила Творца, не так ли? — Задал вопрос император.

— Да, присутствует, но видимо разная, здесь как раз тот случай, когда размер имеет значение, — кивнула девушка.

— Так всё же, кто их дед? Как это Хранитель Леса и кто он такой? — Не дал уйти от интересующего его вопроса его превосходительство.

— Тоже Сила, только стихийная Сила, Сила природы, Леса. Ему не нужно поклонение верующих, да он и не очень любит людей и некоторых других разумных. А Лес, — продолжила Богиня, — Это часть природы, он есть везде, во всех мирах, в большей или меньшей степени. Хотя, в некоторых человеческих мирах его уже нет. Вот поэтому Хранитель особенно не любит людей.

— Хорошо, если этот ваш Хранитель дед детям капитана, то она кто? — Продолжал гнуть свою линию главный разведчик.

— То она его дочь, он её так и называет.

— Но позвольте, в личном деле капитана есть упоминание о её родителях, это были обычные люди...

— Считайте её приёмной дочерью Хранителя. А раз Инэллина дочь одного из Богов, пусть и приёмная, то она вполне может иметь особые способности. И она, также как и её дети, может считаться жителем закрытой галактики. Так что она имеет полное право, как вы выразились, шастать туда. — Пожала плечами Богиня.

— Эээ, — вмешался император, — Но как же её служба...

— Ваше императорское величество, ваш брат, наместник Восточного сектора Империи, мог же принять на службу жительницу закрытой галактики? Пункта запрещающего подобное действие ведь нет же в договоре о невмешательстве?

— Да, действительно нет. И прошу, называйте меня по имени, а то, как-то неудобно, когда ко мне по титулу обращается богиня. Ведь по табелю о рангах, Богиня стоит несколько выше императора. Получается, что и мне к вам тоже надо обращаться — Ваша Божественность или.... Даже не знаю как.

— Хорошо, Николай. Мне так тоже удобнее. И вообще я крайне не злобливая и демократичная Богиня.

— А вы, если не секрет, к каким Богам относитесь, к Силам природы или... — Поинтересовался главный разведчик.

— Или. Я являюсь силой регулирующей некоторые отношения разумных. Поэтому мне нужны верующие. Я Богиня справедливого возмездия, правда, некоторые называют Богиней мести.

— Ага, — вмешалась младшая девочка, — У дроу Реи — Тейли Богиня справедливой и неотвратимой мести, верховная Богиня!

— Немезида, — почти прошептал главный разведчик Империи, он уже с ужасом смотрел на ослепительно красивую девушку в легкомысленном наряде.

— Да, — улыбнулась та, — Это тоже моё имя, но я предпочитаю, чтоб меня называли Тейлиарра.

— Но как, как вы можете быть слабее какого-то божка? Божка имеющего власть, пускай и в нескольких мирах? Слабее этого Фанора... — Поразился генерал Иванов.

— Видите ли, Пётр Савельевич, когда творится произвол и беззаконие, вера разумных в справедливость и в то, что творящие беспредел будут наказаны, слабнет а, следовательно, слабею и я. А большинству Богов справедливость не нужна. Они стремятся к тому, чтоб выполнялась только их воля. И они стремятся к этой цели любыми способами.

— Но тут приходит тётя Энна и даёт им всем по шее, — опять вмешалась младшая девочка.

— Приходит, — улыбнулась богиня, — И даёт. Вот за это её и не любят. Даже ненавидят. Хотя понимают, что она права. Нарушенное равновесие может привести к катастрофе, в которой погибнут все.

— Видите, поэтому я и настаиваю на том, чтобы в закрытую галактику, на перехват флота союзовцев и этого Фанора, пошла полная эскадра! — Решительно сказал адмирал Романов.

— Это лишнее, господин адмирал, — не менее решительно ответила Инэллина Дорсет, — Совершенно лишнее. Это может только привести к потерям во флоте Империи.

— Вы хотите сказать, что справитесь с флотом, имеющим более пятидесяти вымпелов только боевых кораблей, одним своим, пусть даже и суперлинкором? — Спросил император.

— Да, не забывайте, что там закрытая галактика, там действуют несколько другие физические законы. Ну и я же справилась первый раз с их эскадрой.

— Я понимаю, что вы надеетесь на помощь Богини, — Император поклонился в сторону Тейлиарры, — Но флот союзовцев тоже пользуется поддержкой этого Фанора, как я понял тоже весьма не слабого бога.

— Николай, у нас тоже есть чем сейчас удивить любого из Богов, даже самого сильного, — усмехнулась Богиня и погладила по голове девочку и мальчика, детей капитана Дорсет. — Ваш флот, как впрочем, и флот ваших оппонентов будет совершенно бесполезен в нашем противостоянии с Фанором. Он в этом довольно скоро убедится.

— Но хотя бы присутствие наших представителей на борту «Лесной Волшебницы», ведь вы капитан, формально всё-таки у нас служите? — Обратился к Инэллине Дорсет главный разведчик Империи.

— Хорошо, кандидатуры капитана Соболева и генерала Иванова вас устроят?

— Более чем.

— А мы всё-таки двинем флот к точке перехода, мало ли что. — Сказал адмирал Романов, — Или сможем вам помочь, или же перехватим те корабли союзовцев, которые попробуют прорваться обратно.

Капитан Дорсет пожала плечами:

— Адмирал, я бы не советовала вам это делать. Ведь флот союзовцев ушёл в закрытую галактику, минуя точку перехода. Вернутся, они могут точно также, или всем флотом, или отдельными кораблями. Я бы рекомендовала вам не покидать места дислокации, а вот патрулирование усилить. Ну, и соответственно, быть готовым к переходу к месту выхода союзовцев. А разборки внутри закрытой галактики оставьте нам. Если нет возражений, то мы отправимся туда прямо сейчас.

Капитан вопросительно посмотрела на адмирала Романова и начальника разведслужбы Империи. А те столь же вопросительно уставились на императора. Тот кивнул, и обратился к главному разведчику:

— А вы как считаете, Лавр Георгиевич?

— Это разумно, это единственное, что возможно сделать в данной ситуации. К сожалению, инициатива принадлежит противнику, и мы вынуждены ждать его действий. Я поддерживаю предложение капитана Дорсет.

— Тогда не смеем вас задерживать, — обратился император к Инэллине Дорсет.

— Честь имею, — наклонила голову та, обращаясь к остающимся. Потом посмотрела на своих детей. Прямо посреди адмиральского салона замерцал овал портала, капитан Дорсет указала на него рукой и произнесла, — Прошу!

В серебристой дымке портала скрылись богиня, старшая девочка и после секундного колебания капитан Соболев. Генерал Иванов замешкался дольше.

— Чего ждёшь? — взяла его за руку Найтин, за вторую руку его ухватил Дени и они вдвоём утащили генерала. Последней покинула салон капитан Дорсет.

Некоторое время присутствовавшие молчали, а потом главный разведчик спросил у адмирала Валери:

— Это что было? Портал нуль транспортировки? Почему вы об этом не доложили?

— Они раньше такого не делали, эта способность у них появилось только сейчас. Видно это последствия их общения с богиней. А может, это сотворила сама Богиня. Вы же понимаете, что с нашими возможностями это установить не возможно, — пожал плечами Валери.

— События в новом Техасе как-то с ними связаны? — Задал новый вопрос Лавр Георгиевич, он же князь Голицин, тайный советник, начальник главного управления разведки Империи.

— Непосредственно их рук дело. — Опять пожал плечами адмирал Валери, как бы извиняясь, что не уследил.

— Но это же невозможно! Перемещение на такие расстояния требуют огромных затрат энергии, специального оборудования, которое занимает значительное место!

— Да, экселенц, и это оборудование должно находиться как в точке передачи, так и в точке приёма. А тут таким оборудованием и не пахнет. — Произнося эти слова, адмирал Валери подошел к консоли управления экранами внешнего обзора, и включил два монитора. На одном из экранов светилась только отметка корабля, а на втором, чётко просматривался силуэт «Лесной Волшебницы», — Обратите внимание господа, на втором мониторе вы видите изображение корабля, получаемое с телекамер спутника, что висит в непосредственной близости от «Лесной Волшебницы». Смотрите внимательно!

Несколько секунд ничего не происходило, потом изображение исчезло. Пропала и отметка на другом мониторе, адмирал Валери удовлетворённо кивнул:

— Они ушли.

— Но такого не может быть! Корабль не может уйти в гипер без разгона! — выразил своё недоверие император.

— Я не уверен, что они ушли в гипер, скорее всего они уже в закрытой галактике. Что-то типа того, что Фанор проделал с флотом союзовцев. Не забывайте, что и у «Лесной Волшебницы» на борту богиня. Но мне кажется, что семья Дорсет уже может такое проделывать самостоятельно.

Большая комната с такими же большими окнами. Причём, и комната и окна как-то неуловимо меняли свои очертания, постоянно находясь в движении. За окнами такой же изменяющийся ландшафт. И над ним небо, поражающее буйством самых различных цветов и оттенков. Калейдоскоп бешено меняющихся красок неба дополняли три солнца и три луны, свет от которых, то становился ослепительно белым, то угрожающе багровым, то вообще каким-то сине-зелёным.

В комнате за изменяющим свои очертания столом сидели двое молодых мужчин, почти юношей. Один, в ярко алых одеждах с огненными волосами недовольно морщился. Второй, в какой-то пёстрой одежде, которая хаотически меняла свой цвет и покрой, улыбался, поглядывая на первого.

— Слушай, Изам, тебе не надоело всё это, — юноша с огненными волосами пошевелил пальцами левой руки, в правой он держал бокал странной формы, как бы указывая на творящееся вокруг буйное безобразие.

Второй юноша усмехнулся ещё шире:

— Я же тут числюсь Владыкой, Владыкой Хаоса! Так как мне могут надоесть мои же владения?

— Не знаю, я бы тут долго не выдержал!

— И не только ты, — засмеялся тот, кого собеседник назвал Изамом, — Не только ты, очень многим это не по нутру.

— Да, Изам, ты придумал хороший способ отвадить от своих владений не только Богов, но и демонов.

— Знаешь, Алар, многие демоны тут живут, и не находят в этом, — Изам обвел рукой окружающее их буйство рукой, — Ничего странного. Единственное условие пребывание в этом мире — служить мне!

— Так уж они все и служат, — скептически хмыкнул Алар.

— А это уж искусство правителя — сделать так, чтобы тебе служили самые разные существа, — улыбаясь, сказал Изам. Его собеседник допил вино и поставил свой бокал на стол. Бокал тот час лёг на бок и пополз по столу, изгибаясь на манер гусеницы. Алар поморщился и произнёс:

— По-моему это уже чересчур, — он опять пошевелил пальцами, снова определяя степень творящегося вокруг безобразия, и сказал, подобрав нужное слово, чтобы выразить своё отношение, но при этом не обидеть хозяина, — Слишком хаотично!

— Так я же Владыка Хаоса, можно сказать — хозяин этого Хаоса! Должен соответствовать этой хаотичной должности, — продолжал широко улыбаться хозяин.

— А сам ты не пробовал соответствовать не только должности, но и своему окружению? Это было бы символично — хаотичный хозяин хаоса!

— А что? Хорошая мысль! — Улыбка хозяина достигла максимальной ширины, но продолжила увеличиваться. Нос поехал на лоб, при этом развернулся ноздрями вверх. Левый глаз пополз на правую сторону лица, а правый, как бы удирая от левого, скрылся на затылке. Улыбка зашла за вытянувшиеся уши, при этом обнажив три ряда белоснежных зубов. Испугавшиеся такой демонстрации острых зубов уши, в панике разбежались, одно на макушку, а второе на затылок. А разноцветные волосы, собираясь пучками, беспорядочно двигались по всей изменяющейся голове.

— Ну, как? Впечатляет? — Голосом хозяин Хаоса перекрыл весь звуковой диапазон, от тонкого писка до басовитого рёва. Его собеседник позеленел, впечатлённый демонстрацией хаотичности. Некоторое время он с выпученными глазами наблюдал за Изамом, а потом замахал руками:

— Изам! Прекрати! Меня и так укачивает от хаотичности окружающей обстановки, а сейчас, вообще, стошнит! Прямо на весь твой хаос!

Хозяин прекратил, и окружающая обстановка тоже немного успокоилась. Продолжая, так же самодовольно улыбаться он повторил вопрос:

— Впечатляет?

— Очень! До сих пор голова кружиться!

— То-то же! Надо буде это изобразить на ближайшем приёме, пусть мои демоны тоже впечатлятся, а то они наглеть начинают! — захохотал хозяин Хаоса, отсмеявшись, он спросил у гостя, — Алар, так что же тебя ко мне привело? Ведь ты же пришёл не просто так, вина выпить?

Алар проводил взглядом уже совсем уползший бокал, и спросил в свою очередь:

— Изам, что ты знаешь о мире Рея?

— Хм, интересный мир. Достаточно большой, множество разумных. Довольно лакомый кусочек. Но существовавший там этот странный культ Всех Богов, чем-то сдерживал возможность усилить там своё влияние. Думаю, что это как-то касалось всех Богов. Почему-то тамошние обитатели, упрямо не желали никому отдавать своё предпочтение.

— Это я могу тебе объяснить, там побывал Рэндисар, это он основал это культ, и каким-то образом блокировал возможность возвышения хотя бы одного из богов, — на это раз усмехнулся Алар.

— Вот демон, вернее — демоны! И там эти Стьеххар потоптались! И когда только успевают! Но с этим ладно, а вот потом там появился сеиссшесс. Ты же знаешь, что бывает с таким миром, в девяти случаях из десяти. Но на этот раз обошлось, мир уцелел. А когда сеиссшесс ушёл, то и местная религия пошатнулась, открылись такие перспективы! Если подсуетится, то можно приобрести целый мир! Представляешь, целый мир!

— И ты подсуетился, как я понял, или подсуечиваешся.

— Да, кто рано встал, тому боги тапки послали, — хохотнул Изам.

— И как если не секрет?

— Это ты про тапки?

— Нет, это я про равные возможности.

— Это ты намекаешь на принцип свободной конкуренции? Который эти старшие хапуги из совета придумали? Чтоб на законных основаниях захапывать себе миры? Да, они это могут, появляются такие светлые, благостные, сладкоречивые, что хоть в чай клади. А потом, всё! Уже и ихние адепты все уголки заняли, и верующие кругом, а всех несогласных — на костёр! Как приспешников демонов и падших богов! Что ж они получат на это раз, когда сунутся, полноценный тёмный культ!

— И как же это?

— Там сейчас Здеривиалл, и птары! Они позаботятся, чтоб там воцарился Хаос! — Изам не перестал улыбаться, но его улыбка стала какая-то зловещая. Алар вздохнул, в его руках появился нормальный бокал с красным вином. Он отпил, потом тихо сказал:

— Жители Реи признали верховными Богинями Анариэнну и Тейлиарру.

— Ты намекаешь, что место занято? Хочешь составить протекцию своим сестричкам, не забыв себя при этом? А как же принцип свободной конкуренции? Думаешь, что эти ослабленные Богини смогут мне противостоять? Только ты поздновато пришёл, если Здеривиал не справится, то у меня ещё есть демоны в подчинении, да и сам я...

— Чтоб захватить мир ты решил напустить туда демонов и тварей нижних миров? При этом уничтожить большую половину его жителей? Ведь птары так и поступят, да и верховный демон Иптара сволочь порядочная. Только вот и ты просчитался в этот раз. Сеиссшесс Рею не покинули. Как они научились скрываться, я не знаю. Может это Анариэнна или Тейлиарра их научили, а может...

— Как не покинул, а как же туда проникли твои сёстры? Ведь Сеисшсесс в первую очередь уничтожает богов? — Изам вскочил на ноги.

— Не всегда, иногда игнорируют.

— Постой, ты сказал — не покинули? Там что, несколько сеиссшесс? — Изам сделал пару шагов по комнате.

— Двое.

— Но как ты узнал? — Изам вернулся к столу и сел.

— Да вот как-то решил посетить новую резиденцию своей сестры, — видя вопрос во взгляде собеседника, Алар пояснил, — Новый замок Анариэнны. Попал туда с трудом, хотя раньше легко проходил её защиту. И застал там Анариэнну и Тейлиарру, угощавшим чаем двух сеиссшесс.

— Как чаем? Почему чаем? Просто угощавшим? Сразу двух? — Выпалил ошарашенный Изам.

— Чаем, с вареньем и пирожными. Ну, с чем ещё можно чай пить?

— С ликёром, с коньяком, — Изам был явно не в себе от этих новостей, даже перестал улыбаться.

— Ты ещё скажи с самогоном. Маленькие дети не пьют чай с ликёром или коньяком, дети пьют чай с вареньем и пирожными, — объяснил Алар.

— Постой, постой! Сеиссшесс, что — дети? Маленькие?

— Дети, маленькие. Но это не имеет значения. Один из этих детей легко меня блокировал, несмотря на все мои усилия. И мог раздавить, не напрягаясь, так, между двумя глотками чая, походя.

— Но тогда... А как же твои сёстры? Они же Богини? А сеиссшесс...

— Слушаются их, сеиссшеесс слушаются обеих моих сестёр, — Алар глянул на круглые от изумления глаза Изама, пояснил, — Мне так показалось, по крайней мере, у них вполне дружеские отношения. Думаю, что если сёстры попросят, то сеиссшесс с удовольствием выполнят их просьбу, к примеру, навестить один из нижних миров и разобраться с неким владыкой Хаоса. А зарвавшегося демона Богини прихлопнут сами. Они уже не такие и слабые. Так что мой тебе совет — пока не поздно отзови Здеривиалла.

— Поздно, — вздохнул Изам, — Здеривиалл слишком далеко зашёл, не послушается. И припугнуть его не получится, у этого отморозка совсем нет чувства самосохранения.

— Тебя Владыку Хаоса и не послушается?

— Ну, я владыка номинально, так сказать первый среди равных. Нет, я сильнее любого из демонов моих миров, даже нескольких, но если они навалятся всем скопом... В общем где-то лесть, где-то угрозы, а где-то и грубая сила. Вот так и держу их в узде. А Здеривиалла послал туда, именно потому, что тот отморозок, уже почти совсем от рук отбился. Думал, там ослабнет, я его и ликвидирую под шумок.

— Понятно, разделяй и властвуй. Старый проверенный способ. Тебе надо представить это так, как будто это личная инициатива Здеривиалла. Его там точно уничтожат в любом случае. Уничтожат даже без помощи сеиссшесс. Анариэнна начала восстанавливать свои кланы, и в качестве боевиков привлекла анкарр.

— Анкарр? Они же очень своенравные! Не терпят над собой никакой власти! Как же ей это удалось?

— Да вот, как-то удалось.

— Да, твоя сестрица после своего возвращения очень круто взялась за дело. Не боишься, что старшим богам это может, очень не понравится?

— А мне-то чего боятся? Анариэнну сейчас не тронут, по крайней мере, пока не будет восстановлено равновесие. А потом? Мне кажется, она сделала выводы из предыдущих событий и теперь её развоплотить никому не удастся, как бы старшие не старались. Так вот в свете последних событий есть возможность провернуть одну комбинацию. — Алар хитро прищурился, — Спросишь, почему я тебе это говорю, а потому, что старшие тебя и так прижали. И вряд ли в ближайшем будущем, да и отдалённом тоже, ты сможешь хоть что-то сделать. А на Рее тебя просто сталкивают с Анариэнной и Тейлиаррой. Надеются, что в результате ваших разборок вы взаимно ослабнете...

— И тут кто-то из них явится в качестве арбитра, при этом откусит кусок побольше...

— Да, если не всё, знакомая ситуация, не так ли? Но в данном случае сёстры тебя разотрут вместе с твоими демонами. Поэтому я тебе и предлагаю... — Алар наклонился к собеседнику и тихо заговорил.

Примерно девять месяцев назад

Высокие колонны, из белоснежного мрамора, поддерживают свод небольшого зала. Воздушное строение, уж очень напоминающее античный храм, стоит на холме среди очень живописной местности. Зелёные луга, кое-где чередующиеся с небольшими, такими же зелёными рощами, плавно текущие, в разных направлениях, синие и не очень, реки. Голубое небо и ласковое солнце. Вся окружающая картина создавала впечатление приторной мягкости, лубочной пасторальности, прямо-таки неестественной благости. Это был мир Олимп. Вернее не мир, а искусственно созданный подпространственный карман, оформленный в виде вот такого мира. Здесь находился Верховный совет богов, соответственно располагались резиденции старших богов, входящих в этот совет. Здесь были запрещены прямые конфликты и стычки, нарушители строго карались старшими богами. Но сами старшие вовсю интриговали, плели всевозможные козни, нарушали ранее данные клятвы, то есть старались соответствовать высокому званию — членов Верховного совета. Некоторые занимались всем выше перечисленным в силу необходимости, типа — проглоти сам, пока другие не сожрали, но большинство занималось этим, исключительно из любви к искусству.

В открытом на все стороны света античном храме на холме, вернее беседке находились двое. Оба были одеты в одежды напоминавшие древне римские тоги, но если на одном эта одежда смотрелась величественно, то на втором, напоминала армейский маскхалат или ватник грузчика. Они возлежали за столом, уставленным различными яствами. Среди роскошной пищи возвышались кубки и кувшины с напитками. Среди всего этого кулинарного великолепия диссонансом выделялся поднос с графином и двумя гранёными стаканами. Графин был наполнен мутноватой белесой жидкостью.

Тот, который был одет в тогу, отпил из кубка, закусил вишенкой, выплюнул косточку, покивал каким-то своим внутренним ощущениям и обратился у тому, что в тогу был завёрнут:

— Таким образом, уважаемый Фанор, мир Рея мало того, что уцелел, так ещё и очистился от той псевдо религии, что навязал ему шутник Рэндисар. Но, — тут говоривший важно поднял палец, — Но, туда успели проникнуть Тейлиарра и Анариэнна.

Его собеседник посмотрел вверх, в направлении указанном пальцем говорившего, как бы надеясь увидеть этих нахалок. Но, не увидев их, осуждающе покачал головой:

— Да это очень прискорбно, когда такие недостойные захватывают такие много обещающие миры! Но, насколько я знаю, в том мире, достаточно долгое время был сеиссшесс. Соваться туда было смертельно опасным. Да и сейчас, есть ли гарантия, что сеиссшесс ушёл?

— Уважаемый Фанор, если бы там сеиссшесс оставался, туда бы не смогли проникнуть эти богини, а уж тем более там попытаться закрепиться.

— Всё-то оно так, но почему, уважаемый Маримулл вы мне всё это рассказываете? Ведь и сами вы могли бы принять участие в освоении такого перспективного мира.

— Уважаемый Фанор, ещё один мир, пусть и очень перспективный, — Бог отпил ещё глоток вина и аккуратно помакнул салфеткой губы, — Не добавит мне могущества. Но многие превратно истолкуют мои действия, а зачем мне очередные дрязги в совете. Интриги завистников, козни недоброжелателей. А вот если вы, уважаемый Фанор, приберёте этот мир к рукам, то всё будет в рамках правил — торжество принципа свободной конкуренции! А то, что вы узнали о представившихся возможностях немного раньше других... Пусть это будет маленькой тайной, нашей с вами тайной!

Фанор задумчиво посмотрел на собеседника, тщательно взвешивая все за и против, вроде всё чисто, но есть одно «но», такое вроде маленькое «но». И он спросил:

— А как же Анариэнна и Тейлиарра? Они-то уже там. И думаю, не сидят, сложа руки.

— Уважаемый Фанор, совет не заинтересован в усилении ни Тейлиарры, ни тем более Анариэнны. Эти Богини очень строптивы, особенно Анариэнна. Если бы не особые обстоятельства, то она так бы и осталась развоплощённой. — Маримулл поднял руку с раскрытой ладонью, останавливая возражения собеседника, — Да я знаю, что она должна была возродиться, но мы бы нашли способ воспрепятствовать этому. Только нужда, очень большая нужда заставила нас... — Почувствовав двусмысленность последней фразы, Маримулл поперхнулся и быстро закончил, — Совет не заинтересован в усилении этих Богинь. Предоставляя вам информацию о мире Рея, мы надеемся на ответную благодарность.

Фанор удовлетворённо кивнул, теперь всё стало на свои места. Понятно, что придётся впоследствии оказать совету услугу, вернее не совету, а лично Маримуллу, и вероятно не одну. Опять же с этим миром придется повозиться, ведь Богини уже начали там закрепляться. Но он сильнее Тейлиарры, да Анариэнна тоже только набирает силу. А может, Маримулл думает, что он, Фанор, и Богини ослабнут во взаимной борьбе и этот хитрец заберёт себе мир безо всяких усилий. Но у него, Фанора, есть план, очень хороший план. И если получится, а ведь не может, не получится, то это целый мир, очень хороший мир! К его двум уже достаточно истощённым мирам это замечательный довесок. Фанор поднялся и кивнул Маримуллу изображая поклон, в меру уважительный но не в коей мере не показывающий подчинение:

— Благодарю вас, уважаемый Маримулл, с вашего позволения, не буду терять времени. Я сейчас же займусь этим вопросом.

Лёгкое туманное облачко и Бог исчез. Маримулл посмотрел вслед, взял графин, плеснул в гранёный стакан мутной жидкости, выпил, крякнул и закусил, неизвестно откуда появившимся солёным огурцом.

— Это ты зачем? Что тебя всё тянет на это пойло? — Недовольно сказала женщина появившаяся у стола. Молодая, статная и красивая, в великолепно сидящей на ней тунике, она была эталоном образа Богини, если бы не её большие выразительные глаза, уж очень они холодно смотрели.

— Изизиарра, ты говорила с Изамом?

— Да, — коротко ответила Богиня, присаживаясь к столу и наливая в появившийся в руках у неё изящный кубок вино, — Говорила.

— И что?

— Этот простак клюнул, и полез на Рею. Я только не могу понять к чему такие сложности, зачем ты наворачиваешь всё это? Богиня провела рукой над столом.

— Я вот только пару виноградин съел, — обиженно ответил Маримулл, — Это всё Фанор лопал!

— Я не об этом, — поморщилась Изизиарра, — Я о том, что уж очень хитро-мудрую комбинацию ты начал выплетать, как бы нам самим не запутаться! Почему бы нам самим не забрать этот мир?

— Зачем? Понимаёшь Зиза, что-то там не чисто. Я поручил разведать обстановку Алару, но он темнит. Узнал что-то, но не хочет делиться информацией, даже то, что туда влезли Богини сёстры скрыл, не сообщил мне. Наоборот — напустил туману. Вроде как бы сеиссшесс ушёл оттуда, но при этом там остался. Как такое может быть? Но соглядатаи из моего клана доложили, что там уже Тейлиарра и Анариэнна во всю свою религию строят. Опят же Хранитель Леса там себе логово устроил, и давно устроил, а как он мог это сделать, если там были сеиссшесс? А? — Маримулл налил себе ещё один стакан и залпом его выпил, крякнул и продолжил, — Что-то там не чисто, очень не чисто! Печенью чую!

— И потому свою печень вот так взбадриваешь? Усиливаешь её чувствительность? — Богиня кивнула на графин с мутной жидкостью, — Этим гномьим самогоном только задавить печень можно, но ни как не взбодрить!

Бог в тоге, немного поморщился, налил ещё один стакан и выпил. Видно, решил окончательно задавить свою печень, чтобы она не проявляла излишнего беспокойства.

— Я не могу точно узнать, что там и как. Там, попыткам проникновения кого-либо из моих кланов, оказывают противодействие, очень сильное противодействие. А начинать полноценное вторжение мне сейчас не с руки. Ты же сама знаешь, что сейчас в Верховном совете творится! Если мы туда полезем, то придётся часть ресурсов туда бросить, и не известно какую часть. А это может ослабить нас здесь. Да и неудача на Рее может быть расценена как слабость, а со слабыми... Ну не мне тебе объяснять. Тем более, что после неудачи с Виталом и Элианной, нет, страх ещё не потеряли, но уже близко к тому.

— Думаешь, не отобьёмся? Тех же мы наказали, Элианну ведь развоплотили? — Богиня скептически улыбнулась и отпила из своего бокала.

— Отобьемся, сил у нас хватит, но вот какой ценой? А с угрозой развоплотить вряд ли получится, в обоих случаях потери среди наших сторонников какие были, а? Если с Анариэнной тогда только стоило кинуть клич, и толпа энтузиастов бросилась её рвать. То с Эллианной пришлось приказать. Теперь если приказать, то тоже бросятся, только прятаться!

— Это всё Алар воду мутит! Он не забыл, что инициатором развоплощения его сестры был ты! Напрасно ты его в совет пустил!

— Я-то надеялся что, получив место в совете, он если не забудет о том инциденте, то, по крайней мере, будет вести себя тихо...

— А как же, дождёшься от него благодарности! Был волчонком, вырос волком! Как бы он первым тебе в горло не вцепился!

— Не вцепится, есть у меня на него управа. Теперь я вижу, что ошибся, напрасно его в совет пустил. Потому-то теперь и хочу устроить заварушку вокруг Реи, пускай они все там увязнут. Начнут бодаться, и ослабнут. А мы этому поспособствуем, — ухмыльнулся Маримулл и выпил ещё один стакан, наверное, чтобы печень больше не вякала о своих подозрениях.

Посиделки в каминном зале королевского дворца Лурии уже стали традицией после большого международного конгресса. Нет, собирались не все участники конгресса, а только правители Лурии и Объединённого королевства, некоторые представители эльфийских домов, как светлых, так и дроу, и представители гномьих кланов. В это раз ещё присутствовал генерал-губернатор протектората Вересии со своей дочерью Телсой, оказавшейся довольно сильным магом.

Конгресс же прошёл на высшем уровне, сначала слушали, потом были прения, после чего постановили. Ну и как водится, хорошо это дело отметили. Но главным достижением конгресса была не заключительная торжественная часть, а достигнутое взаимопонимание между сильнейшими державами Реи. Правители этих держав пришли к выводу, что делить им-то, в принципе, нечего, а вот потери при конфликтах перекрывают все возможные приобретения. Тем более, что последние события показали — существует внешняя угроза для всего мира и угроза не маленькая.

— ... таким образом, господа, нам удалось отбить нападение. И я полагаю, что это было не просто нападение, а широкомасштабный штурм нашей линии обороны. Я благодарю вас, ваше величество, — генерал-губернатор Вересии Бригс поклонился в сторону королевы Альмы, — Только благодаря участию в сражении вашей гвардии мы устояли.

Королева улыбнулась, в отражении нападения участвовали все анкарры составляющие её гвардию, да и она сама приняла в этом участие. Она уже была вполне способна на это, её родившаяся месяц назад, дочь оставалась в замке под надёжным присмотром Арчибальда, которого из дворецкого повысили в мажордомы. Впрочем, он манкировал своими обязанностями, переложив их на других. А всё свое время он отдавал маленькой Инэллине, рыженькой дочке своих короля и королевы. Он в малышке души не чаял, надо ли говорить, что девочка, как и её мама, была анкаррой. Её слияние произошло сразу после рождения, и теперь Арчибальд просто млел от счастья, когда кроха на него рычала, пыталась укусить или цапнуть маленьким коготком.

— Я хочу, также, выразить свою благодарность вам, ваше величество, — генерал-губернатор поклонился королю Марату, потом поклонился графу Рейс, ректору академии Магических искусств.— И вам мэтр Рейс. Благодаря вашим амулетам наш укрепрайон, теперь, неприступен для вампиров.

Король Марат улыбнулся и подмигнул Телсе Бригс, а ректор важно кивнул и тоже обернулся к Телсе и озабоченно спросил:

— Сбоев не было? Все амулеты работают? Вы не забываете их подзаряжать?

— Всё работает без сбоев и благодаря «батарейкам» которые выделил мне Марат... Ой, извините ваше величество, король Марат первый, все амулеты подзаряжаются вовремя. Я научила, как работать с «батарейками» бойцов укрепрайона, они теперь сами следят за тем, чтобы амулеты были всегда заряжены.

— Позвольте, Телса, — приподнял вопросительно брови ректор академии Магических искусств, — Как вам удалось обучить солдат? Или среди них оказались одарённые?

— Нет мэтр, к сожалению, не оказалось ни единого.

— Тогда как?

— Я немного усовершенствовала магические «батарейки», добавила индикатор заряда. Теперь видно, когда надо их менять.

— Вот что значит свежий взгляд! Молодец девочка, у неё несомненно талант! — Похвалил Телсу король Марат.

— Ну, то, что она талант это я знаю. За полгода освоить четырёхгодичный курс и сдать экзамен на бакалавра — такого на моей памяти ещё не было, — тоже похвалил девушку ректор.

— Да, господа, защитные амулеты значительно повысили нашу обороноспособность, но инициатива принадлежит противнику, мы только обороняемся. Мы не знаем его сил, и не можем предугадать направления его следующего удара, мы в стратегически не выгодном положении, — прекратил восторги магов по поводу своей дочери генерал-губернатор.

— Да, генерал абсолютно прав! Поэтому я предлагаю провести глубокую разведку силами моих анкарр, — поддержала Бригса королева Альма.

— Альма, это очень рискованно, — заволновался король Марат, — Углубляться в болота, не зная ни сил противника, ни его местоположения. Да, Альма, штурм вы отбили, но ведь вампиры не ожидали, что им будут противостоять анкарры.

— Отбили, и без потерь, — кивнула Альма.

— Без потерь среди анкарр, а люди потери понесли, и серьёзные потери!

— Только среди переселенцев, и всё потому, что не выполнили инструкции, ведь среди наёмников потери были минимальны!

— Альма, наёмники знают местную специфику, а вот переселенцы этого опыта не имеют! Но даже понесшие значительные потери вампиры не дали вам организовать преследование!

— Я решила тогда не рисковать, — поморщилась Альма, мы ведь не знали, какими силами располагали нападающие, и можно было ожидать ещё одной волны штурма, с другого направления. Но после допроса пленных, мы знаем их численность и примерное место дислокации. Это скальный кряж, в северной части болот.

— Всё равно, Альма, это очень рискованно, я не могу этого позволить ни тебе, ни твоему отряду, — твёрдо начал король Марат. Но договорить он не успел, в зале повеяло холодным ветром и загудело в камине. Потом из камина вырвалось пламя, заставившее находящихся в зале отшатнуться к стенам. Нельзя сказать, что присутствующие испугались, но некоторую нервозность проявили. Воины выхватили оружие, маги начали плести защитные и атакующие заклинания. Только Королева Альма осталась абсолютно спокойной, она внимательно и с улыбкой смотрела на камин. Никто из присутствующих не обратил внимание на противоположную сторону зала, где появилось серое облачко портала.

Лернейские болота. Северная их часть

Топкая трясина, кое-где разводы зелёной, дурно пахнущей воды, если эту жижу можно назвать водой. Самое гнилое место. Из болота поднимается скалистая гряда, камни которой как будто изъедены кислотой. Этот скалистый кряж, похожий на кусок гнилого сыра пронизывают большие и малые пещеры. В одной из таких пещер, довольно внушительных размеров, ярился демон. Вернее уже заканчивал яриться, перед ним стояли шесть птаров. Они боялись даже дышать, вообще-то птары дышат, делая два вдоха в минуту, но тут они и этого не делали. Шесть птаров стояли а ещё пять лежали, кучками пепла. Демон проводил разбор недавнего штурма линии человеческих укреплений. Очень неудачного штурма, так как почти все штурмующие погибли, удрать удалось всего лишь десяти процентам, от первоначального количества. Демон оглядел серых птаров, вообще-то они серые от природы, но сейчас были серыми вдвойне — от природы и от страха. Оглядел и грозно рыкнул:

— Ну!

— Там были не люди, вернее люди тоже были, но были и не люди, которые среди людей как люди, а потом не люди, когда они как не люди, то люди уже не...

— Гррр, Рррах! — Взревел демон, и на пол легла ещё одна кучка пепла. Он указал на следующего птара, — Ты! Коротко и связно!

— Там были анкарры! — Быстро ответил совсем посеревший птар. — Среди людей, в железных коробках, были анкары! Это была засада!

— Откуда здесь анкарры! Откуда! И как может быть их так много! Они же все индивидуалисты и они не терпят над собой командиров! — Демон поднял руку, но птар щелкнул зубами:

— Это были анкарры, зуб даю! Век крови невидать!

— Гм, ладно, разберёмся, — начал остывать демон, образцово показательное наказание он уже устроил, а дальше уничтожать птаров не имело смысла, их и так у него мало осталось, чуть больше сотни. С таким количеством бойцов, не получится полноценный захват станы людей. Можно, конечно, делать набеги, устроить террор. Но люди рано или поздно организуются и дадут отпор, вернее уже дали. И видно не одни, вряд ли люди, даже хорошо организованные могли так проредить его птаров. Но кто же? Не анкарры же? Надо разобраться в этом. Демон отдал птарам распоряжения и махнул рукой отпуская. Не успели птары исчезнуть, как в углу пещеры заклубился багровый туман портала. Оттуда вышли три демона, вернее два демона и демоница. Она сморщила свой носик и вместо приветствия, брезгливо сказала:

— Здеривиалл, я думала у тебя здесь уже дворец, или хотя бы приличная пещера! А ты тут что, в свинарнике обосновался? Что это за вонь?!

— Это из болота, вокруг болото. — Недружелюбно ответил демон.

— А поприветствовать? — Ухмыльнулся один из прибывших демонов.

— Перебьётесь, я вас сюда не звал! — Прорычал Здеривиалл.

— Ну, ну, не будь таким букой, — проворковала демоница. — Может мы сюда тебе помогать пришли, совершенно безвозмездно!

— Ага, совершенно безвозмездно, что значит даром, — ухмыльнулся второй прибывший демон.

— Мне не надо помогать, я сам справлюсь, — рыкнул Здеривиалл.

— Да? А мне показалось, что тебе нужна помощь. Сколько у тебя осталось птаров? Кажется, тебе действительно самому придётся, лично...

— Не ваше дело!

— Ну, ну не надо нервничать! Видишь, мы сами пришли, без свиты. Просто поговорить. — Оскалился старший из прибывших. — Просто поговорить, для начала. Выяснить кое-какие нюансы, а потом совместно решим, что делать.

— Я тебя слушаю, Хирит. — Здервиал немного сбавил тон. Он понимал, что он не может вышвырнуть из этого мира всех троих. Тем более, что они действительно были без свиты, хотя и втроём. Здеривиалл внутренне усмехнулся — всё-таки опасаются.

— Так вот, Здеривиалл, нас послал повелитель. С приказом — свернуть тут всякую деятельность и убраться отсюда.

— Что!!! — Снова заревел Здеривиалл.

— Да, именно так. Но мы тут немного осмотрелись, это очень хороший мир. И если повелитель решил отступиться, то почему бы нам не забрать себе, такой замечательный мир? Да мы слышали твои разборки с птарами. Слышали, слышали, причём совершенно случайно.

Здеривиалл поморщился, подслушивают и подглядывают и уже давно, а демон продолжал:

— Я тоже сомневаюсь, что тут есть анкарры, но согласись, что твоим птарам надрали задницу и очень качественно надрали. Это так оставить нельзя, совсем эти смертные страх потеряли! Надо ответить и хорошо ответить! Так, что приводи своё потрёпанное воинство в порядок, а мы прогуляемся, посмотрим, что здесь и как.

Не дожидаясь ответа Здеривиалла, троица демонов шагнула в вновь замерцавший туман портала.

Каминный зал королевского дворца Лурии

Из камина ещё раз полыхнуло огнем, и раздался жуткий вой, переходящий в устрашающее рычание, всё это сопровождалось громким зубовным скрежетом. Люди, гномы и эльфы отпрянув от камина к стенам, приготовились отразить нападение. Никто не обратил внимания на облачко портала, возникшее в противоположном от камина конце зала. Королева Альма бесстрашно шагнула к камину, взяла кочергу и постучала по решётке:

— Давайте вылазьте, никто вас не боится.

Устрашающие звуки стихли, и из камина раздалось:

— Ну да! Не боится, а чего они к стенкам поприжимались и оружие приготовили?

— А это что бы поприветствовать вас воинскими почестями, — усмехнулась Альма, — Вылазьте, давайте!

В камине зашуршало, и оттуда вывалились, роняя пламя на пол, две детские фигурки. Альма грозно произнесла:

— А ну прекратить безобразие! Вы мне так весь паркет пожжёте и дворец спалите!

Огонь тут же пропал, и с детей и с паркета. Подпалины на паркете тоже исчезли.

— Альма! Не сердись! Мы только пошутить хотели! — На шею королеве Лурии бросились пепельноволосые мальчик и девочка. Королева подхватила их и закружила по залу, находившиеся в зале с облегчением вздохнули. Лорд-канцлер Объединённого королевства обратился к королю Марату, который тоже всё это время был спокоен:

— Ваше величество, вы знали?

— Да, ваше превосходительство, знал.

— Но как вы догадались?

— Да, Альма, как ты догадалась? — спросила девочка.

— Очень просто, Найтин, никакой монстр, даже самый страшный, не может одновремённо выть, рычать и скрежетать зубами...

— А вдруг — это много монстров? — Не унималась девочка.

— В камине не может быть так много монстров сразу, ну и потом, я знаю всего двух монстров, которые любят залазить в печки и камины, — засмеялась королева Альма и добавила: — А вот во, что мне теперь вас одеть? Ваша одежда, как всегда совсем сгорела.

— А мы сами умеем, — гордо сказал мальчик, — Смотри!

На нём появилось что-то сильно напоминающее дерюжный мешок, с прорезями для головы и рук. Альма скептически хмыкнула, девочка повторила её хмык и гордо скакзала:

— Вот как надо!

На ней появился наряд, полностью копирующий наряд, в котором выступают танцовщицы варьете, даже перья в нужных местах присутствовали.

— Да уж, — Покачала головой Альма, — Одежду кроить это вам не скалы в щебень разносить, тут умение нужно.

— Я так понимаю, что вопрос с разведкой неприятельских позиций решён, — спросил лорд-канцлер Объединённого королевства, глядя на детей.

— Несомненно! И не только с разведкой, разберёмся со всеми этими вторгшимися, — около гаснущего портала стояла девушка в синем коротком платье.

— О, великая Богиня! — Все присутствующие эльфы опустились на одно колено, а гномы упали на оба колена, некоторые от избытка восторга гулко приложились лбами о паркет.

— Не надо, так пылко выражать свои чувства, — улыбнулась богиня, — А то хозяйка замка выставит мне счёт за побитый паркет.

— Ну, ни такая я уже жадина, — улыбнулась в ответ Альма, — Хотя паркет жалко, Арчибальд ворчать будет. Вот если бы это был Тхэджес...

— Кто упоминает имя Властелина тьмы? — из-за спины Богини вышел Тхэджэс. Он грозно хмурил брови но, увидев детей, поперхнулся и захихикал, — Это, что за маскарад?

— Вот, видишь, ни как у них не получается одежда, — кивнула головой Богиня.

— Странно, ведь у Алие сила от Дени, а у неё сотворение разных нарядов здорово получается. А у него только мешки выходят.

— Тут не только сила должна быть, — покачала головой Богиня.

— Я прошу меня простить, но не скажите ли вы, что вы хотите предпринять против вторгшихся? — Вмешался генерал-губернатор Бригс.

— Ах да, смотрите, — Богиня указала рукой на возникший экран, на нём было видно полутёмную пещеру, в центре которой стоял демон. Было заметно, что он сильно не в духе, можно сказать — что очень гневается. Его глаза горели багровым огнём, он, то сжимал, то разжимал кулаки, демонстрируя огромные когти. Этот демон уже собирался что-то сказать, так как открыл рот, но так с открытым ртом и застыл. Перед ним появилась невысокая тоненькая девушка.

— Алие, — выдохнул кто-то из присутствующих в зале, — Это не опасно для неё?

— Для демона Крумм? А после того как Дени наделил её Силой высшего демона, — Подняла брови Богиня, — Нисколько!

Между тем девушка что-то сказала демону, и его глаза ещё сильнее пошли бардовыми сполохами и он начал отвечать.

— Звук! — Топнула ножкой девочка, перья на её одежде встопорщились, присутствующие заулыбались, а девочка продолжила, — Тейли! Ведь никто ни чего не слышит!

— А ты?

— Я слышу, но другим же тоже интерено!

— Вот и сделай, — кивнула Богиня и одежда на девочке и мальчике стала нормальной. Богиня ещё раз кивнула и удовлетворённо сказала, — Вот так лучше.

Девочка наморщила лоб, и присутствующие услышали рык демона на экране:

— ... да я тебя... В пыль! Ты ничтожная...

— Повежливей надо быть с хозяевами, ты незваный сюда пришёл, и ещё права пытаешься качать! Напрасно! Здесь уже есть Властелин тьмы, а такие наглые самозванцы нам не нужны!

Демон бросил в девушку какое-то заклинание, судя по цвету, явно тёмное. Заклинание стекло с девушки, не причинив ей вреда, тогда демон с громким рыком сам бросился на неё. В каминном зале вскрикнули. Но Алие спокойно шагнула в сторону и добавила пролетающему мимо неё демону ускорения пинком пониже спины. Выбив в стене пещеры, в которую он впечатался, большую вмятину, демон развернулся, и бросился на девушку снова. От его рёва в каминном зале задрожали в окнах стёкла и тоненько зазвенели люстры. Богиня поморщилась, а мальчик сказал, обращаясь к девочке:

— Найтин, убавь звук. И вообще выставь авторегулировку, чтобы потом, когда этот уймётся, снова не регулировать.

Девочка обиженно засопела, но звук убавила. На экране демон продолжал кидаться на девушку, стены пещеры покрылись вмятинами.

— Что ж он такой тупой? — Не выдержала девочка, — Видит же, что Алие ему не достать, а всё равно кидается, а она тоже всё уворачивается и уворачивается, дала бы ему в дыню...

— Найтин, разве можно так говорить? — Укоризненно произнесла Альма, вот Дени так бы не сказал...

— Да, я так бы не сказал! Я бы сказал в харю! Потому как у него явно не дыня, а...

— Дени! Найтин! Ну, что мне с вами делать?

— Ставлю три золотых на то, что демон против Алие не продержится и трёх раундов! — Воскликнул один дроу.

— Принимаю! — Ответил Тэлиэинариэль, Владыка Светлого леса.

— Вот! Тлетворное влияние Нэлькаэра, этого рыжего демона! — Всплеснула руками Альма.

— Ага, рыжий да ещё демон, и шоколад ест! — Хихикнула Найтин.

— Но он же всегда делится! — Заступился за Тёмного Повелителя Мира Возрождения Дени, и добавил, — Ну я пошёл.

— Куда?

— Судить, раз начали делать ставки, то всё должно быть по правилам, — сказал Дени и исчез. Но тут же появился уже в тёмной пещере, где очередная атака большого, чёрного и мохнатого демона на маленькую Алие закончилась падением того в угол пещеры. Пещера осветилась ровным дневным светом. Дени поднял руку и заговорил:

— Дамы и господа! Вы присутствуете на поединке века. В синем углу верховная демонесса мира Рея, Властительница тьмы, непобедимый боец, и чемпион — Аааалиеее!!!!

Угол, в который отошла Алие, подсветился синим светом. Алие подняла руку и приветственно помахала.

— В красном углу, — продолжил Дени, и угол подсветился красным, — Многократный чемпион мира Иптар и его окрестностей, повелитель птаров, и другой нечисти, высший демон Здеривиаааалл!

Здеривиалл заревел, вскочил на ноги и бросился вперёд, Дени ушёл с линии его атаки, и демона встретила Алие. Она увернулась от прямого удара демона, и сама нанесла серию ударов по корпусу и завершила хуком слева, и привычно пнула демона пониже спины, направив того в стену. Очередной удар сотряс пещеру.

— Отличная комбинация, — прокомментировал Дени. Здеривиалл развернулся и на этот раз атаковать не стал, а кинул в противницу смертельное заклинание. Алие уклонилась, и заклинание попало в Дени. Тот поймал рукой и смял, ставшее видимым заклинание, укоризненно покачал головой:

— Это уже не спортивно! Даже бой без правил должен иметь какие-то рамки, и кидаться такими смертельными заклинаниями нехорошо! Нам такие неспортивные заклинания не нужны! — Дени скатал заклинание в шарик и положив его на одну ладонь хлопнул другой. Заклинание исчезло, а Дени продолжил комментировать:

— Демону Здеривиаллу насчитывается десять штрафных очков. Своими опрометчивыми действиями, помимо заработанных штрафных очков, Здеривиалл истощил свой резерв, чем незамедлительно воспользовалась его противница, очаровательная Алие!

Алие, действительно воспользовалась тем, что магический резерв демона был истощён и её «воздушный молот» впечатал демона в стену. Алие картинно вскинула руки и стала посылать невидимым зрителям воздушные поцелуи. В каминном зале, куда шла трансляция этого поединка, зрители свистели, кричали, всячески подбадривая демонессу. Дени улыбнулся, и звуковая трансляция стала двухсторонней, шум создаваемый зрителями стал слышен в пещере. Демон повёл своими багровыми глазами, он не мог понять, что происходит, почему он не может расправиться с этими нахалами.

— Первый раунд окончен, бойцы в свои углы, — скомандовал мальчик. Алие продолжая посылать воздушные поцелуи своим болельщикам, направилась в свой угол. Демон же попытавшийся атаковать её в спину, был остановлен мальчиком. Дени просто вскинул руку с открытой ладонью, и Здеривиалла унесло в свой угол. Демон помотал головой, он так ни чего и не понял, его душила ярость, ему хотелось броситься на нахальную девчонку и разорвать её, но какая-то сила его не пускала. Дени взмахнул рукой и скомандовал:

— Бой!

Алие картинно встала в стойку, демон же, которого уже ни что не удерживало, с рёвом бросился на демонессу. Снова красивый уход, серия ударов по корпусу, хук слева, хук справа и апперкот ногой в челюсть. Здеривиалла отбросило к стене, и он там упал.

— Один, два, три... — Начал отсчёт мальчик, — Десять!

Подняв руку демонессы, Дени объявил:

— Чистая победа нокаутом! Победила Алие!

Зрители в каминном зале неистовали, темный эльф победно посмотрел на Владыку Светлого леса, тот вздохнул и стал отсчитывать свой проигрыш.

— Прошу, леди Алие! — Мальчик открыл портал и галантно подал девушке руку. Демон в углу заворочался, мальчик обернулся и приказал, — Сидеть!

Так и не понявший ничего Здервиалл попытался подняться но тут его взгляд упёрся в глаза этого, казалось бы, обычного ребёнка, и демон задохнулся от ужаса, в больших синих глазах он увидел бездну, готовую его поглотить. Это длилось мгновение, показавшееся Здервиаллу вечностью. Когда девушка и мальчик ушли и портал закрылся, он бессильно упал обратно в угол и в ужасе прошептал:

— Сеисшсесс!

Дени и Алие вышли из портала в каминном зале. Присутсвующие начали поздравлять Алие, особенно горячо это делали тёмные эльфы. Светлые тоже поздравляли, но не так пылко, они достаточно много проиграли тёмным, сделав ставки вслед за своим повелителем. Дени подошёл к переговаривающимся Альме, Богине и остальным членам королевских советов:

— Там, кроме этого, мохнатого, — мальчик кивнул на экран, продолжавший показывать пещеру с выпучившим от страха глазами демоном, — Ещё три появились, и они направились на позиции ваших людей. — Последние слова Дени адресовал генералу Бригсу.

— Надо предупредить, — заволновался генерал-губернатор, — Срочно предупредить, ведь это демоны, а они гораздо сильнее птаров. Моим солдатам же нечего противопоставить им, они их...

— Направились, это не значит, попадут, — спокойно сказал мальчик, — Они туда летят, а я завернул пространство, так что они будут лететь, пока я их не выпущу. Я могу...

— Нет, Дени, не надо быть таким жадным. Пусть теперь Найтин поработает, — сказала Богиня, но увидев, что мальчик собирается обидеться, добавила, — А ты подстрахуй, помоги Найтин.

— Ага! — Ответили дети и, взявшись за руки, исчезли. Богиня повернулась к экрану, он уже показывал не пещеру, а небо над болотами и трёх летящих демонов, вернее двух демонов и одну демоницу. Они махали крыльями, ещё не устало, но видно было, что уже довольно долго. Демоница повернула голову к старшему демону и присутсвующие в зале услышали:

— Мы уже час летим в таком темпе, пролетели почти тысячу миль, а что-то конца этому болоту не видно. Не может этот мир состоять из одного болота, не нравится мне это!

— Мне тоже очень не нравится, — прорычал демон, — такого не может быть, но это есть!

— Разве можно съесть то чего не может быть! — Вмешался в разговор третий демон.

— Помолчи, Ризарк! Что тебе не нравится Грылан?

— Нас поймали в пространственный карман! Вот что мне не нравится!

— Такого не может быть! Это даже Богам не под силу!

— Тем не менее, это так! Мы летим над одним и тем же местом.

— А это не трудно проверить, спускаемся! — предложила демоница и они рванули вниз. Демоны почти пикировали, добавляя себе скорости взмахами крыльев, но всё было напрасно — земля не приближалась. Вымотанные этими усилиями, демоны одновременно сложили крылья, и перешли к свободному падению на удаляющуюся землю. Пропадав так ещё пять минут, старший демон повернулся к демонице:

— Ну, что! Убедилась? Что делать нам теперь, даже не знаю.

Ответить демоница не успела, все три демона ощутимо приложились о землю, вернее о твёрдую дорогу, которая петляла среди зелёных холмов. Вокруг не было даже следов болота, в которое пару мгновений назад они столь активно падали.

Когда демоны, пришедшие в себя после столь решительной посадки, начали адекватно воспринимать окружающее, они увидели стоящих перед ними пепельноволосых мальчика и девочку. Было видно, что дети их совсем не боятся, а заинтересовано рассматривают.

— Демон, мохнатый морозоустойчивый, шерсть длинная, буро-чёрная, — задумчиво сказал мальчик, потом обратившись к онемевшему от такой наглости старшему демону, спросил, — А для чего такая повышенная лохматость? В вашем мире так холодно? Или это для того, чтобы на снегу спать можно было? А если на снегу, то почему шерсть бурая, а не белая?

— Гррыы! — Начал демон, выпуская когти и оскаливая зубы, но мальчик, раздумывая вслух, продолжил:

— С другой стороны крылья, кожистые, а не покрытые перьями. Если будет холодно, то они замёрзнут в первую очередь. И строение когтей у тебя, показывает, что они не предназначены для передвижения ни по льду, ни по глубокому снегу.

Демон почувствовал, как его тянут за крыло, расправляя и вытягивая его вверх. Он попытался сопротивляться, но тщетно.

— Может у них там скалы, а снега нет совсем. Голые скалы и повышенная радиация! — Предположила девочка.

— Найтин, ну какое отношение густая шерсть имеет к повышенной радиации, нет мороз, только мороз, и много снега, скорее всего бурого, — мальчик повёл рукой и старший демон, уже протянувший лапы чтобы схватить этих наглых малявок, почувствовал, как какая-то сила поднимает его в воздух и переворачивает. А мальчик удовлетворённо продолжил, — Вот, Найтин, видишь какой густой подшерсток, он точно на снегу спит!

— Интересно, а они лапы сосут? — Спросила девочка, видно сходство с медведями натолкнуло её на такую мысль. Мальчик, продолжая также задумчиво оглядывать демонов, сказал:

— Нет, лапы не сосут. Видишь, какие когти большие и не убираются, такие лапы сосать неудобно, да и противно, уж очень они грязные! Хотя от них всего ожидать можно, раз они на снегу спят.

— Бедненькие, бездомные демоны, им приходится на снегу спать, — пожалела ошалевших от такого предположения демонов девочка, и внимательно посмотрев на демоницу, спросила, — А почему у тебя три хвоста? Это у вас мода такая?

Демоница хотела ответить, но девочка не дала ей даже рта раскрыть:

— Ой, какие у тебя на хвостах красивые кисточки! И шерстка мягонькая!

Демоница почувствовала, что ее, приподняв над землёй, гладят как кошку. Она в ярости зашипела на своих товарищей:

— Что стоите! Разорвите их!

— А сама? Я бы давно им головы поотрывал, но шевельнуться не могу! — Рыкнул старший демон, второй демон тоже был спеленат какой-то неизвестной силой, он пошевелил пальцами и самодовольно сказал:

— А я вот могу! Пошевелиться!

Демоница сделала отчаянное усилие и вырвалась из державшего её захвата, выпустив когти, она шагнула к девочке. Но что-то показалось демонице странным, что-то вокруг изменилось. Демоница почувствовала, что она не хочет нападать на девочку, мало того, она ещё и смотрит на эту маленькую девочку не сверху вниз с высоты своего почти трёх метрового роста, а глаза в глаза. Девочка заморгала своими большими синими глазами, и сказала:

— Правда, так лучше?

— Я тоже хочу такие глаза, я всегда мечтала, что бы у меня были большие синие глаза! А не вот эти багровые гляделки!

— Хорошо, кивнула девочка и протянула демонице зеркальце, та ухватила его и уставилась на своё отражение. Из зеркальца на бывшую демоницу смотрела девочка лет семи-восьми, хотя почему бывшую, девочка так и осталась демонёнком, но демонёнком очень симпатичным. Маленькая демоница оглянулась на своих спутников, старший демон теперь выглядел лет на девять-десять, а младший превратился в трёх летнего карапуза.

— А почему... — начала задавать вопрос маленькая демоница, но девочка её перебила:

— Каждый из вас вернулся к тому возрасту, которому наиболее соответствует.

Демоница хотела толи что-то ещё спросить, толи возразить, но девочка её не дала это сделать:

— Зато ты теперь очень красивая! И мы с Дени, сейчас переместим вас к Алие, она будет вас опекать, не волнуйся, она добрая и она тоже демон. Она вас сама обижать не будет и другим не даст!

В комнате замка, окна которого выходили на вершины заснеженных гор, сидели Алар и Изам. Вид из окон свидетельствовал, что замок находится выше многих заснеженных вершин. И хотя сами окна были просто проёмами, без каких либо стёкол, в комнате было довольно тепло. Боги держали в руках высокие бокалы с красным вином. Изам, на этот раз его облик был стабилен — он выглядел коренастым черноволосым молодым мужчиной, отпил из своего бокала и произнёс:

— А у тебя отличное вино! Где ты его берёшь?

— Это местное, мне его дроу поставляют, как своей любимой богине, — из глубины комнаты, вернее маленького зала, вышла юная богиня в своём любимом коротком прозрачном, синем платье.

— Да, отличное вино, видно любят тебя... — Завистливо вздохнул Изам.

— Любят, и заметь, совсем не за грозный вид.

— Да, твои статуи в местных храмах вызывают у меня чёрную зависть, — улыбнулся второй Бог, — В храме тёмных эльфов — просто шедевр, а у гномов...

— Не надо про гномов! — Сдвинула брови Богиня.

— А что у гномов? — Заинтересовался Изам.

— Это ты попроси Тхэджэса показать... — Начал Алар, но под грозным взглядом богини замолчал.

— Тоже любят? — Опять завистливо вздохнул Изам, и продолжил, — Вижу, что любят, только искреннее поклонение может дать такую силу.

— Вот, а ты сюда сунулся, — укоризненно сказала Богиня, — Демонов своих послал и птаров, этих мерзких тварей!

— Да если бы я знал! — Воскликнул Изам, — Я бы сюда ни за что бы не полез! Поддался на уговоры Изизиарры...

— Этой старой крысы, — хмыкнула Богиня и, обратившись к Алару, спросила, — А ты, что ж его вовремя не просветил?

— Просветил, да только вот Изам очень уж оперативно сработал, уже послал своего демона...

— Но я же потом послал ещё троих, что бы они его остановили! Кстати, а что с ними стало?

— Они решили пошалить и их послали на перевоспитание, — улыбнулась Богиня. И видя недоумение Изама, создала зеркало-экран. Там трое демонов-детей внимательно слушали изящную девушку с каштановыми волосами, которая им что-то рассказывала.

— Но как? Это же невозможно! Это же высшие демоны! Почти Боги! — Поражённо вскричал Изам, он был впечатлён и даже слегка напуган, даже начал слегка заикаться, — Такое преобразование... Только творец...

— Тейли, сюда ещё и Фанор должен был...

— Я знаю, Алар.

— Но он гораздо опытнее и сильнее Изама, и он обязательно придумает какую-нибудь пакость!

— Уже придумал, и даже начал её осуществлять. Но у меня тоже есть чем ему ответить на этот раз, — хищно улыбнулась богиня, и негромко позвала, — Дени, Найтин.

— Что уже пора? — с двух сторон от богини появились пепельноволосые дети. Изам поперхнулся вином, Алар, хоть и ожидал этого, зябко поёжился — с двух сторон богиню обнимали сеиссшесс!

— Да, Ихха передала, что флот союзовцев вышел в расчётной точке, последней перед прыжком к Рее.

— Ага, — удовлетворённо кивнул мальчик, — Там, где мы и ожидали. Пошли, Тейли! А за этими Найтин присмотрит.

Богиня и пепельноволосый мальчик исчезли, а девочка осталась, она устроилась с ногами в кресле, взяла из вазы яблоко, надкусила и требовательно сказала:

— Ну?

— Что, ну? — Пролепетал Изам, он попытался было телепортироваться из этого страшного места, но не смог, мало того он почувствовал, что все его способности блокированы. Алар, ему тоже было не по себе от такого соседства, но он уже был в подобной ситуации, сохраняя видимую невозмутимость, отпил из своего бокала и с лёгким полупоклоном обратился к девочке:

— Что изволит юная леди?

— Не леди, а принцесса! Так меня Нэль называет!

При этих словах девочки, Алар многозначительно посмотрел на перепуганного Изама и поправился:

— Великодушно извините прекрасная принцесса! Что вы желаете?

Девочка удовлетворённо кивнула и, удобнее устраиваясь в кресле, потребовала:

— Сказку!

Капитан Смит сидел в своём кресле в командном зале линкора «Возмездие», или, как обычно говорят, на капитанском мостике. Сидел очень угрюмо и обиженно, он был капитаном этого корабля, но был отстранён от его командования. Всё управление было переведено на консоль первого помощника, который фактически и управлял кораблём. Смит был опытным, умелым капитаном, но как посчитали адмирал Берковин и советник Торнс, крайне не благонадёжным. Поэтому его устранили от командования, формально оставив капитаном. Рядом с ним в адмиральском кресле сидел комиссар этой экспедиции, сенатор Горвенс. Он откровенно скучал, ему были не интересны те восторженные пляски вокруг хрустального шара, презентованного богом Фанором, которые устроили офицеры корабля во главе с адмиралом и советником. Хрустальные шары были только на пяти самых крупных кораблях эскадры. Эти шары, подключённые к бортовым компьютерным комплексам, не давали тем обнулятся. Данные с этих комплексов постоянно передавались на бортовые компьютеры кораблей остальной эскадры, что позволяло точно вычислять своё место в пространстве и прокладывать курс прыжков через гипер.

Капитан Смит был отстранён от командования сразу же, как эскадра вошла в закрытую галактику. Он позволил себе высказать недовольство такой зависимостью от этих непонятных хрустальных артефактов. Ведь если эти шары перестанут работать, то компьютеры сразу обнулятся, вся ранее накопленная информация сотрётся, и вся эскадра останется слепой в неизвестной точке пространства. Получается, что у этого Фанора появится мощное средство давления, и ни о каком равном партнёрстве не может быть и речи. Непонятен был и энтузиазм командования, когда собиралась эта экспедиция. По всем отчётам и видеоматериалам было видно, что предыдущая миссия закончилась успешно, хотя капитан точно помнил бой той эскадры с «Лесной Волшебницей», и то чем тот бой закончился. Но на фоне общего восторга капитан промолчал, решив, что если он расскажет об увиденном, то его посчитают сумасшедшим. Этим он поделился только с комиссаром Горвенсом, который тоже очень скептически относился к материалам, предоставленным в сенатскую комиссию советником Торнсом. А вот информацией полученной из полицейского управления седьмого участка Нью-Даласа, Смит не делился ни с кем. Уж очень она была фантастична. Туда он пришёл, разыскивая дочь своего старого друга, генерала Бригса, чтобы сообщить ей печальную весть о судьбе отца. Но не нашёл её. В полицейском управлении ему рассказали о странных событиях произошедших накануне не менее странного исчезновения девушки и показали видеозапись, где девушка сидела в кафе не далеко от храма Создателя. О том, что рядом с девушкой сидит её отец капитан ни мгновения не усомнился, уж очень Смит хорошо знал своего друга, его манеры, да и характерный шрам на руке подделать очень сложно. А вот пепельноволосые дети вызвали у капитана дрожь, он вспомнил такую же пепельноволосую девочку неизвестно как появившуюся у него на корабле и так же не понятно как исчезнувшую и то, что за этим последовало.

Капитан Смит подстроил экран своёй консоли, он смотрел, как из гипера выходили замыкающие походный ордер корабли экспедиции. Это была последняя точка перед прыжком, который выведет корабли к той планете. Капитан поёжился, это заметил комиссар Горвенс. Капитан Смит как бы оправдываясь, произнёс:

— Не нравится мне всё это, очень уж хорошо у нас получается, чувствую, что это везение должно вот-вот закончится...

— Я знаю, что все моряки суеверны, но чтоб настолько... — Начал комиссар, но был прерван базерами боевой тревоги. Смит быстро перестроил свою консоль на переднюю полусферу и вывел картинку и на экран консоли комиссара. Тот удивлённо поднял брови, он не разбирался в отметках БИУСа, тогда капитан, чертыхнувшись, переключил экран на показ картинки. На голографическом экране появился характерный силуэт — стремительные обводы, четыре орудийных башни главного калибра. Видя, что комиссар всё равно ни чего не понимает, капитан угрюмо бросил:

— Вот, сэр, «Лесная Волшебница»! По наши души...

— Но, капитан, это всего лишь один корабль! Что он может сделать нашей эскадре!

— За ним может идти имперская эскадра, да и один этот корабль может нас так потрепать, что ни о каком продолжении экспедиции...

— Один корабль?

— В прошлый раз он тоже был один! И эскадра была не намного слабее, чем сейчас!

— Но, отчёты о экспедиции...

— Сэр! — Невежливо перебил комиссара капитан Смит, — Вы верите в то, что вся эскадра осталась охранять десант, высадившийся на средневековой, отсталой планете? А назад поспешно отправился всего один корабль?

Комиссар не успел ни чего возразить, с тоскливым звоном лопнули и рассыпались хрустальные шары, а на неизвестно как возникшем, прямо посреди зала управления, большом экране появилась очень молодая девушка, в синем полупрозрачном платье. Она строго обвела всех находящихся на капитанском мостике людей, но сказать ни чего не успела, появившийся в центре зала Фанор с ехидной улыбкой произнёс:

— Приветствую тебя, Тейлиарра! Очень ловкий ход, но только ни чего у тебя не получится, я предвидел подобные действия с твоей стороны! И предпринял необходимые меры, ну и потом я сильнее тебя! — И пресекая попытку девушки, что-то сказать, Фанор выставил руку и громко сказал, — Смотри!

Часть офицеров, находящихся на капитанском мостике, начала преображаться. Их тела увеличились в размерах, выпирающие мускулы рвали прочную ткань форменных комбинезонов, челюсти тоже стремительно увеличивались, превращаясь во что-то среднее между собачьими и крокодильими. А Фанор, продолжая ехидно улыбаться, комментировал происходящее:

— Как видишь, часть команд этих кораблей превратилась в моих верных слуг, и они могут свободно ориентироваться в местном пространстве, сейчас они возьмут под контроль корабли, и мы продолжим движение. Да, дорогая Тейлиарра, это хрустальные шары, вернее их воздействие на всех кто с ними работал. А ты как была слабой Богиней, так и останешься! И тебе лучше убраться с моей дороги, пока я не рассердился!

Пока Фанор произносил свою хвастливую речь, превратившиеся в монстров члены команды бросились на своих бывших товарищей, которых не затронуло изменение и стали рвать их когтями и зубами, во все стороны полетели ошмётки человеческих тел и кровавые брызги. Наблюдавший это Фанор, радостно улыбался.

— ... И вылезла у демона вся его чёрная шерсть, и стал он писаным красавцем, взял он новое корыто, что дала ему золотая огненная Саламандра. И пошёл он к своей старухе, и стали они счастливо жить поживать и добра наживать.

— Изам, почему ты считаешь, что облезлый демон стразу станет писаным красавцем и какая связь между новым корытом и счастливым наживанием добра?

— Алар, это же сказка такая! Чем она хуже твоей, про сбежавшую ватрушку, которая съела зайца? — Обиженно спросил Изам.

— Во-первых, не про ватрушку, а про колобка. То, что он сбежал, символизирует тягу любого разумного существа к свободе. И, во-вторых, то, что он съел зайца, свидетельствует о повышении его социального статуса, теперь он не колобок, а пирожок с мясом!

— Ты хочешь сказать, что когда он съел волка, то стал кулебякой? Так кем же он стал, когда съел медведя? У тебя какая-то живодёрская сказка, я бы даже сказал — не сказка, а сценарий кулинарного фильма ужасов!

— Ладно, предлагаю обратиться к принцессе Найтин, она рассудит, чья сказка лучше! — И оба Бога посмотрели на девочку, которая сидела с ногами в кресле. Та кивнула и сказала:

— У тебя, Изам, несомненно, присутствует свежесть и оригинальность повествования. А у тебя, Алар, нестандартное развитие сюжета и необычная трактовка событий.

Оба Бога задумались, пытаясь осмыслить сказанное, а девочка засмеялась и продолжила:

— У вас у обоих получилось интересно, но уж очень необычно и даже страшновато, так, что — ничья!

— А не будет ли прекрасная принцесса, столь любезна, что отпустит нас и позволит посмотреть как там дела у моей любимой сестры? — Изобразил изысканный поклон Алар, Изам всем своим видом показал, что он вполне поддерживает своего товарища.

— Нет, вы только помешаете. А посмотреть можно и отсюда, — Найтин рукой нарисовала круг, и противоположная стена зала превратилась в голографический экран. На нём появилось какое-то помещение, в котором страшные, местами даже омерзительные, монстры рвали людей. Рвали с упоением и даже некоторой артистичностью — кровь брызгала фонтанами, и куски тел летели в разные стороны.

— Ого! — Сказала Найтин и пояснила своим собеседникам, — Это капитанский мостик линкора «Возмездие». А вот что происходит...

— Это искусственно созданные монстры, — начал объяснять Алар, — Знакомый трюк, часть людей превращаются в таких вот чудовищ и приносят остальных в жертву во славу создавшего их. Мерзкий приём, вон видишь, — Алар указал на стоящего в центре этого кровавого хаоса мужчину. Тот ни чем не напоминал прежнего серого и незапоминающегося человечка. Теперь это был грозный властелин, от него прямо исходили волны страшной, могучей силы.

— Фанор! — Выдохнул Изам, — Он сейчас набрал такую силу, что его ни что не сможет остановить!

А в командном зале линкора «Возмездие» продолжала твориться кровавая вакханалия. Монстры рвали пытающихся спастись людей. И только двое сохранили относительное хладнокровие, они находились на капитанском возвышении. Один, нажимая клавиши пульта, что-то говорил в микрофон, а второй прикрывал его, стреляя из плазмера, в пытающихся приблизится к ним чудовищ.

— Я предвидел жалкие потуги помешать мне! И я принял меры! Теперь ничто не сможет мне противостоять! — Гремел голос Фанора, он возвышался над всеми на две, нет, даже на три головы, с половиной, и выглядел очень внушительно. Оскалившись, он продолжил, — Я ...

Но сказать ни чего не успел, ему помешали. А помешал ему Ерк Торнс. Он всё время находился рядом со своим дядей, Престом Торнсом, и когда началось превращение части экипажа в диких монстров, то застыл в испуге. Как не странно, но превращение его не коснулось, и монстры не тронули его во время кровавой вакханалии. Теперь же когда в живых остались только двое на капитанском мостике, это были капитан Смит и комиссар Горвенс, Ерк увидел своего дядю, вернее монстра слегка похожего на советника и одетого в его костюм.

— Дяяядя! — Проблеял младший Торнс, бывший советник развернулся, рыкнул и ударил племянника когтистой лапой. Видно монстр торопился, что бы принять участие в штурме мостика, поэтому удар пришёлся вскользь. Кроме того, Торнса младшего защитил тройной, а может и четверной слой памперсов. Когти распороли одежду и все памперсные слои, сорвав их. Ударом молодого человека развернуло и отбросило к ограждению капитанского возвышения. Ерк упёрся головой в ступени, в то время как его оголённая задняя часть оказалась высоко поднятой. И в момент, когда он находился в этой позе «ротного миномёта» его прошиб очередной приступ. Тугая зловонная струя, уже не сдерживаемая памперсами ударила в набегающих монстров. А его дяде попала прямо в раскрытую пасть, тот захлебнулся и отпрянул, сбивая тех чудовищ, что находились за ним. А ободрённый таким успехом, а может просто с перепугу, Ерк выдал второй залп, струя получилась ещё сильнее, и поскольку теперь у неё не было преграды в виде монстров, она ударила прямо в Фанора, в этот момент произносившего свою речь. Тот тоже замолчал и начал отплёвываться.

— Да, такому аргументу сложно что-либо противопоставить, — засмеялся Алар, — А если и есть серьёзные возражения, то они будут высказаны не сразу, надо же горло прочистить.

Изам тоже хохотнул, а девочка захлопала в ладоши. Меж тем, очистившийся и проплевавшийся очень злой Фанор, попытался что-то снова сказать, но ему опять не дали. Рядом с двумя людьми на мостике появилась девушка в коротком синем платье. Рядом с ней возник пепельноголовый ребёнок.

— Куда они полезли!? — Воскликнул Изам, — Сейчас Фанору ничего противопоставить невозможно, он такую силу набрал! Он же их сейчас сметёт!

И как бы подтверждая эти слова, по мостику ударил жгут дикой, в своей мощи, силы. Но стоящая там Богиня только поморщилась:

— Фу, Фанор, у тебя даже сила дерьмом отдаёт!

— Ах, ты ж сука! — И уже совершенно невменяемый Бог ударил снова, казалось, от применённой силы загудела сама материя мироздания. И Изам, и Алар с ужасом смотрели на это, удар должен был смять само пространство, где стояла Богиня. Но снова ни чего не произошло. Ещё больше увеличившийся в размерах и пошедший пятнами от гнева Фанор собрался было ещё раз ударить, но не успел. Стоящий рядом с Богиней мальчик вытянул руку и сделал пальцами движение, как будто, что-то сминал. С Фанорм начало происходить то, что происходит с куском пластилина, когда его начинаю мять в руках. Только, этот сминаемый кусок ещё и уменьшался в размерах. Алар и Изам продолжали с ужасом смотреть, но теперь они смотрели на то, как на их глазах, даже не развоплощали, а просто уничтожали Бога, причём, очень не слабого Бога. Бога, набравшего неимоверную силу от жертвоприношений. Всё продолжалось несколько мгновений, Бог исчез, а мальчик брезгливо отряхнул руки:

— Фу! Какая гадость! Надо было его сразу раздавить, пока он вымазаться не успел!

Пребывающий в той же позе Ерк громко икнул, Богиня на него строго посмотрела и также строго спросила:

— Ну что осознал?

— Да, да, да... Осознал, всё осознал Ваше Сиятельное Святейшество! — быстро закивал младший Торнс не меняя позы, наверное от страха.

— Очень убедительно, — хихикнула Богиня и обратилась к мальчику,— Ладно, тогда может простим, что ли?

— С испытательным сроком и превентивными мерами, — важно кивнул мальчик.

— Это как? — подняла брови богиня.

— Эффект уберём, — мальчик показал на разбросанные памперсы, — А рога оставим. И если возьмется за старое, то всё вернётся, вдвойне.

— Хорошо, так и сделаем, — улыбнулась богиня и, не обращая внимания на коленопреклонённого молодого человека принявшегося блеющим голосом её сумбурно благодарить, указала на застывших монстров и спросила у мальчика:

— А с этими что?

— Не знаю, — пожал плечами мальчик, — Обратно вернуть не получится, тем более что Фанор разбудил их тёмную сущность, устроив всё это. — Мальчик обвёл вокруг рукой.

— Тогда, мэм, может их тоже того, как этого... — Подал голос один из оставшихся людей, указав на место, где раньше стоял Фанор. — Тем более что на других кораблях уже приступили к их уничтожению.

Богиня снова вопросительно подняла бровь. И мальчик начал ей объяснять:

— У союзовцев на кораблях есть интересная система безопасности. По введённому с главной командной консоли коду, блокируются все помещения с экипажем корабля. Кроме того, у союзовцев палубные команды отделены от десантных частей космопехоты, и те в случае нештатной ситуации выдвигаются к этим блокированным помещениям.

— Зачем? — Удивилась Богиня, — Ведь если надо отражать нападение, то команда и десант должны действовать разом!

— Ну, это если отражать внешнее нападение, а если подавлять внутренний бунт, то такие действия самые эффективные. И мне кажется, что вот этот, — мальчик ткнул пальцем в комиссара, — Именно этим и занимался. Сначала ввёл код блокировки, причём не только по своему кораблю, а и по всей эскадре, а потом отдавал приказания космопехам.

Богиня в недоумении посмотрела на двух людей находившихся на капитанском мостике. Капитан засмущался, а комиссар пожал плечами.

— Получается, что они изначально не доверяют своим воинам? — Осуждающе спросила Богиня.

— Ну да, у них же демократия, — пояснил мальчик, — А при демократии подчинённые имеют право на бунт, а начальство имеет право этот бунт подавить. Вот так они и развлекаются, время от времени. Правда? — Этот вопрос мальчик адресовал находящимся на мостике.

— Видите ли, мэм... — Начал комиссар, но капитан Смит его перебил:

— Правда, всё так и есть.

— Не совсем так, — опять начал комиссар Горвенс, — Демократия — это означает, что одна свободная личность...

— ... Может всегда свободно зарезать другую свободную личность, — дополнил мальчик. Богиня заулыбалась, а мальчик важно продолжил, — При демократии главное это — полная свобода, они так себя и называют — свободный мир.

Комиссар поперхнулся, а потом произнёс:

— Мы благодарны вам за помощь, но думаю, что справились бы своими силами. В блокированные помещения на других кораблях, где находятся эти монстры был запущен нервно паралитический газ и ...

— Этим вы убили тех людей, которые там ещё были живы, но ни в коей мере не повредили чудовищам. Смотрите! — Произнесла Богиня и на возникшем экране люди увидели капитанский мостик второго линкора с монстрами, доламывающими герметичную переборку. Вышедший сквозь образовавшиеся щели газ убил космодесантников подошедших к командному залу.

— Тоже происходит и на других кораблях, члены экипажей которых подверглись воздействию этих хрустальных шаров, — Сказала богиня, — Со смертью Фанора его монстры не погибли, а окончательно обезумели и готовы рвать всё подряд. Уж очень у них сильна заложенная в них программа — приносить жертвы во славу своего хозяина.

— Но что же делать! Ведь они уничтожат команды тех тяжёлых кораблей, где были те хрустальные шары, а потом начнут расстреливать другие корабли. Ведь, как я понял, своих знаний и умений они не утратили?

— Да, остальные кораблям вашей эскадры нечего противопоставить линкорам, с такими командами, — кивнул мальчик, а Богиня произнесла в пространство:

— Ихха, ты можешь заняться монстрами на остальных кораблях?

— Да, — раздался голос, и монстры, до этого уже почти доломавшие переборку, начали падать. А голос удовлетворённо добавил, — То же и на других кораблях. Тейли, это мне не трудно.

— Спасибо, Ихха. — Поблагодарила Богиня. И замявшиеся было люди, тоже начали благодарить. Впрочем, коленопреклонённый Ерк Торнс, всё это время, и так не переставал благодарить, низко кланяясь. Богиня поморщилась и сказала:

— Это всё хорошо, но что мне с вами теперь делать?

— А что с нами делать? Мы бы хотели... — Начал комиссар, но мальчик его перебил:

— То, что вы бы хотели, не имеет значения, вы в закрытой галактике. — И мальчик указал на погасшие экраны навигационных приборов. — Вы нарушили закон о невмешательстве, сознательно нарушили. Так, что пока подумайте над своим поведением, а мы пока подумаем, что с вами делать дальше.

Богиня и её спутник исчезли. Комиссар растерянно посмотрел на капитана Смита и спросил:

— И что дальше? Что теперь делать?

— Будем думать над своим поведением, — пожал плечами капитан, — Больше нам ни чего не остаётся делать.

Капитан Смит указал на погасшие экраны. Внезапно засветился экран коммуникатора, на нём появился мальчик, он строго посмотрел на людей и сказал:

— Во, во, думайте! Можете даже посоветоваться, я вам оставлю возможность общаться с другими кораблями. Но прыгнуть в гипер и не пытайтесь, во-первых, вы не знаете куда, а во-вторых — не получится.

— Как вы думаете, капитан, кто это были? — Спросил комиссар, когда мальчик исчез с экрана, Смит пожал плечами, а так и не поднявшийся с колен Ерк Торнс, всхлипнув, проблеял:

— Богиня! Грозная Богиня!

В просторном зале величественного храма сидел Бог. Вернее не храма, а резиденции стилизированной под храм себе любимому, сидел старший Бог Маримулл. Это была его резиденция на Олимпе, верующих здесь не было, но Маримулл всё равно создал себе вот такой помпезный храм. Такая вот маленькая слабость или немаленькая мания величия. Марримул сидел не в одиночестве, а с полупустым графином, в котором была мутная белесая жидкость. Бог налил себе в граненый стакан этой жидкости и выпил залпом. Посмотрел на хрустальную вазу, наполненную солёными огурцами, и занюхал, за неимением рукавов, подолом тоги. Крякнул и налил ещё. Но выпить не успел, перед ним появилась статная красивая, хотя какой ещё может быть Богиня, женщина. Она гневно произнесла:

— Всё чувствительность печени взбадриваешь?! И что она тебе теперь говорит?! Ты хоть знаешь, что сейчас творится на Олимпе?!

— Зиза, ну что творится? Половина Богов попряталась, а половина собирается прятаться! Трусы!

— Ты знаешь?!

— Да, это Фанор. Я на него поставил метку, прошлый раз. Надо же мне было отслеживать его действия.

— Что Фанор?! Ты понимаешь что сеиссшесс...

— Что сеиссшесс? Да я знаю, именно сеиссшесс уничтожил Фанора, это все почувствовали. Почувствовали, что одного из Богов не стало. Перепугались.

— Да появление сеиссшесс — это стихийное бедствие, катастрофа! Но раньше, обычно гибли Хранители Миров, Боги всегда успевали сбежать. А сейчас убит Бог, очень не слабый Бог!

— И что мы можем сделать?

— Если собрать всех Богов и дать отпор...

— Ну, может, если собрать, ну если не всех, а многих, то может быть и можно противостоять сеиссшесс. Но я же говорю, половина уже сбежала и спряталась, а вторая половина это собирается сделать. Думают отсидеться, спрятаться, в крайнем случае, сбежать ещё дальше. Сеиссшесс ведь не за кем специально не гоняется, а просто уничтожает тех, кто у него на пути. Но тут, понимаешь, уничтожен Фанор, причём уничтожен не вместе со своим Миром, а в пространстве! Понимаешь! В пространстве! Там где Бога в принципе поймать не возможно! Уничтожен на пути к Рее!

— Ты думаешь, что сеиссшесс остался на Рее?

— Я так не думаю, на Рее закрепились Анариэнна и Тейлиарра, да и эти молокососы Алар и Изам тоже там, во всяком случае, туда направлялись. Если бы они погибли, мы бы почувствовали!

— Да, тогда бы точно была большая паника. — Хищно улыбнулась Изизиарра.

— А сейчас, что паники нет? — Скривился Маримулл и выпил-таки ещё полстакана и опять занюхал подолом тоги. Богиня скривилась и осуждающе покачала головой, а Маримулл тоже скривившись, произнёс:

— Вот, слышишь? Ломится сюда, вот кто готов всегда подраться, ей всё равно с кем, только бы подраться.

— А может её и послать на Рею, если там не чисто... Давай я её отвлеку, а ты поставь метку.

Маримулл согласно кивнул, и в зале появилась высокая, мускулистая белокурая девушка. Одета она была в кольчужную тунику, на поясе висели парные мечи, за спиной, в специальных ножнах, находился внушительный двуручник, хотя любой двуручник выглядит очень внушительно.

— Погиб Бог! — решительно начала девушка, Маримулл согласно кивнул головой, сейчас он выглядел солидно и торжественно, графин со стаканом исчезли. Фанор важно проинёс:

— Да Фрейя, погиб! Погиб один из нас! Мы скорбим о гибели нашего брата! И в этот миг, каждый должен приложить усилия, чтобы предотвратить и недопустить... — Маримулл закатил глаза, показывая, как он переживает.

— Дорогая Фрейя, — вкрадчиво продолжила Изизиарра, — наш долг предупредить своих братьев и сестёр. В мире Рея, где недавно был сеиссшесс, сейчас находится Тейлиарра, и предположительно Алар и Изам. Их надо предупредить об опасности. Как можно скорее предупредить, возможно, это поможет им спастись. Мы бы с моим мужем это сделали бы сами, но важные дела, сама понимаешь совет Богов...

Воительница презрительно сощурилась и ничего не сказав, исчезла. Изизиарра вопросительно посмотрела на Маримулла, тот потёр руки и сказал:

— Навесил, она уже на пути к Рее. Посмотрим, что там.

Маримулл ещё раз потёр руки, но тут же удивлённо поднял брови:

— Метка исчезла! Не понимаю, как такое могло произойти!

— Сеиссшесс? — Содрогнулась Богиня.

— Нет, не похоже. Если бы Фрейя погибла, мы бы почувствовали. Но метка исчезла, просто исчезла. Если бы её кто-то пытался снять, то я бы почувствовал, да и снять её не так легко, для этого нужно время. Но тут метка почти моментально исчезла!

Фрея ворвалась в замок богини Тейлиарры. Она приготовилась пробивать защиту, обычно навешанную на резиденции богов, но здесь такого не было. Защита была отключена или уничтожена. Не встречая сопротивления, Богиня вывалилась в небольшом зале, готовая отражать атаку или напасть самой. Но на неё ни кто и не думал нападать. Застывшую в стойке Фрейю с интересом рассматривали Алар и Изам, сидящие в креслах с бокалами в руках.

— Здравствуй сестра! — Произнёс Изам.

— Здравствуй и добро пожаловать в наш клуб, — поздоровался и отсалютовал бокалом Алар, — Присоединяйся, вино, кстати, великолепно!

Не расслабляясь, Богиня обвела зал взглядом, но никакой опасности не было. В третьем кресле сидела пепельноволосая девочка и грызла шоколадку.

— Что здесь происходит? Какой клуб? Вы знаете, что недалеко от этого места уничтожен Фанор? Уничтожен сеиссшесс! — Вывалила кучу вопросов Богиня.

— Отвечаю по порядку: участвуем в конкурсе, клуб сказочников, знаем и даже видели, — ответил на вопросы Алар.

— Какой конкурс? Какие сказки? Вы, вообще в своём уме?

Алар пожал плечами, как бы показывая, что он уже ответил. Изам просто кивнул головой, а из кресла, где сидела девочка, раздалось:

— Вот и новый участник конкурса, теперь твоя очередь. Только про колобка и старое корыто я уже слышала.

Фрейя посмотрела на девочку и похолодела, в кресле сидел сеиссшесс, до этого успешно маскировавшийся. Богиня попыталась сбежать, но у неё ни чего не получилась, тогда она, понимая, что против сеиссшесс это бесполезно, всё равно попыталась закрыться щитами, но это тоже не получилось. Она с отчаянием посмотрела на спокойно потягивающих вино Богов, которые с интересом за ней наблюдали. Казалось, им даже доставляли удовольствие эти попытки Богини что-либо предпринять.

— Садись, — Алар показал на появившееся кресло, Богиня послушно села. Она поняла, что прямо сейчас сеиссшесс её убивать не будет, Алар с Изамом же живы и не боятся, по крайней мере, явно. Фрейя отпила из бокала, появившегося у неё в руке, вино было действительно очень хорошим. Богиня отметила, что бокал сотворил Алар, значит, сила у него осталась. Фрейя осторожно потянулась к своей силе, и перед ней возник столик, на котором стояла ваза с фруктами. Богиня тут же попробовала сбежать, но вот на эту её попытку обратится к своей силе, та не отозвалась.

— Фрейя, тебе же сказали, что не получится, — усмехнулся Алар, а Изам утвердительно кивнул головой. Яблоко из вазы стоящей перед Богиней оказалось в руке у девочки, она откусила и одобрительно сказала:

— Вкусно! Ну, давай рассказывай сказку.

Фрейя посмотрела на Богов, те синхронно кивнули, показывая, что отвертеться ей ни как не удастся. Богиня вздохнула, поставила свой бокал на столик и начала:

— Жила была девочка, она носила красную косынку. Потому её так и звали — Красная Косынка. Как-то раз она решила навестить свою любимую бабушку, взяла корзинку с подарками, надела пояс со своими любимыми парными клинками и отправилась в путь...

Богиня сначала нехотя, а потом все, увлекаясь и увлекаясь, рассказывала свою сказку. Этому способствовало то, что девочка затаив дыхание, слушала, видно сказка ей нравилась.

— ... победила она злых волков-оборотней, срубила голову их предводителю — злому колдуну. И освободила она принца оборотней, а потом вышла она за него замуж. Стали они жить-поживать, государством править и детей растить. — Закончила свою сказку Фрейя.

— А пирожки? — Спросила девочка.

— А пирожки они отнесли бабушке в подарок, и бабушка их ела на свадьбе Красной Косыночки и принца. — Пояснила Фрейя.

— Интересно, а дети у них тоже оборотни были? — Задумчиво спросил Изам.

— Естественно, оборотничество — это доминанта в генотипе, — утвердительно сказал Алар, — И вообще, мне кажется, этот принц на ней женился потому, что опасался остаться без подданных, уж очень рьяно эта Красная Косыночка принялась сокращать их поголовье. И всё из-за того, что оголодавшие волкодлаки покусились на чёрствые пирожки.

— Почему чёрствые? — Задала вопрос девочка.

— Если они были положены в корзинку утром, а с этими голодными оборотнями Красная Косынка повстречалась вечером, а потом ещё трое суток разбиралась, то какие могут быть пирожки? Трое суток пролежавшие в корзинке?

— А может, на них было наложено заклинание свежести?

— Героиня этой сказки предполагала, что будет скитаться по лесу так долго?

— Но она же встретила принца! И у неё началась любовь!

— Как-то скоропостижно началась.

— Алар, это же сказка не про пирожки, а про большую любовь! — Резонно заметила Богиня.

— Ага, это точно, про большую любовь бабушки к пирожкам, это же надо было их хранить до самой свадьбы внучки и только там съесть.

— Всё, я как главный судья конкурса, присуждаю первое место Фрейе! — Прекратила обсуждение девочка.

— А что за конкурс? — Спросила появившаяся Тейлиарра, с ней была черноволосая, коротко стриженая девушка в военной форме и двое детей, мальчик, очень похожий на Найтин, и девочка постарше.

— Они мне сказки рассказывали, — пояснила младшая девочка. Тейлиара улыбнулась и сказала, обращаясь к участникам конкурса сказочников:

— Тогда ей положен приз. Но это потом, я бы хотела обсудить с вами вопрос наследства Фанора.

Присутствующие Боги заинтересовано посмотрели на Тейлиарру.

— Да именно наследство, два мира, но в очень плачевном состоянии. Собирая Силу, он устроил там настоящую вакханалию жертвоприношений. Сами понимаете, Силу может дать только искренняя вера, а к такому ублюдку как Фанор, вера если и была, то быстро пропала.

— Да, веры в него никакой и миры находятся на грани гибели, поэтому нужно божественное вмешательство. Тейли предлагает создать там пантеон, и вы будете первыми, так сказать основой, — Это произнесла появившаяся Анариэнна.

— Позволь, Энна, ты предлагаешь нам, вернее вы с Тейли предлагаете нам миры...

— Не в подарок Изам, там очень много работы, разумным надо вернуть веру. Это очень сложно — вернуть веру. Но если это вам удастся, то и получите вы не мало, получите искренне верующих. Так возьметесь?

— А ты? — Спросила Фрейя.

— Начало восстановления равновесия положено, мне этого достаточно. Если же равновесие опять начнёт нарушаться, то я вмешаюсь. Решительно вмешаюсь. И поверьте мне, те, кто будет этому способствовать — будут наказаны, очень строго! — Хранительница Равновесия многообещающе улыбнулась.

— А мы поможем, — кивнула старшая пепельноволосая девочка.

— Да уж, видели мы, как был наказан Фанор, — поёжился Изам.

— Сестра, уж очень круто ты взялась за восстановление равновесия. И помощников себе нашла, гм, я бы сказал, уж очень решительных. — Покачал головой Алар. А Фрейя всё это время молчавшая, спросила:

— Тейли, ты это серьёзно? Почему ты не хочешь быть единственной Богиней в тех мирах. Ведь тебе, сейчас, никто не в силах помешать?

— Фрейя, монотеизм это нарушение равновесия, это путь к гибели.

— Но как же миры, где верят в Творца?

Анариэнна улыбнулась и посмотрела на старшую пепельноволосую девочку, а то что младшие дети, пошушукавшись пропали, присутствующие как-то не обратили внимания. Девочка подобралась, как ученица, готовая отвечать на заданный вопрос, Анариэнна поощряющее кивнула:

— А ты как думаешь, Ихха?

— В мирах, где поклоняются Творцу как единственному Богу, тоже существует пантеон богов. Только младшие там называются святыми, вот Тейли, в индустриальных мирах святая, а не Богиня. А те миры, где кто-то из богов, объявляет себя Творцом, единственным и неповторимым, просто обречены!

— Молодец, Ихха, — похвалила девочку Анариэнна, и уже обращаясь к присутствующим Богам, спросила, — Ну как возьмётесь?

Боги согласно закивали, а Фрейя спросила:

— А как мы будем распределять обязанности?

— Как договоритесь, — улыбнулась Анариэнна, — Думаю, что всё же главенство отдадите Тейли.

Члены вновь создающегося пантеона снова согласно закивали, а Фрейя быстро произнесла:

— Можно я буду Богиней войны? Это мне как-то ближе.

— Ну, вообще-то Бог огня и войны это я, — начал Алар, но его перебила пепельноволосая девочка:

— Ты будешь Богом огня, домашнего очага и уюта!

— Я!? — Поперхнулся Алар.

— Да! Ведь огонь это не только война и разрушения, но и домашний очаг. А домашний очаг это очень важно, это же семья, дети, уют! — Начала перечислять девочка. А Анариэнна ехидно улыбаясь, её поддержала:

— Действительно, Алар, почему бы тебе не попробовать себя в новом амплуа — Бог домашнего очага и уюта! Алар, уступи даме, пускай она занимается войной. Может у неё войны не будут столь разрушительны. Тем более в период восстановления равновесия.

Алар задумался, а Изам в свою очередь спросил:

— А тёмные силы? Это ведь тоже неизбежно? Кто-то же должен быть повелителем...

— Изам, если ты хочешь быть повелителем тёмных сил, то думаю, возражений ни у кого не будет. Тем более, что демоны уже воспитываются. — Засмеялась Тейлиарра, — Кстати, хорошо тебе знакомые, это Грылан, Ризарк и Хирит. Только придётся подождать, пока они подрастут.

— Как воспитываются? Как подрастут? Они же вполне взрослые и довольно своенравные, даже я с ними не всегда могу справиться! — Удивился Изам.

— Да вот, справились, а чтоб легче было перевоспитать, вернули их в возраст особо благоприятный для воспитания. — Засмеялась Тейлиарра, — А кто? Да ты уже знаком с Найтин, а Дени... А где они, кстати?

Детей нигде не было. Обе Богини, Телиарра и Анариэнна посмотрели на черноволосую девушку, а та обеспокоенно посмотрела на свою старшую дочь. Ихха как будто к чему-то прислушалась, а потом ехидно улыбнулась:

— Попались! Сейчас Алие их сюда приведёт.

И действительно посреди зала возникла миниатюрная девушка, почти девочка. Её светло каштановые волосы были уложены в замысловатую причёску, скреплённую костяными гребнями. Анариэнна удивлённо подняла брови — укладка волос девушки в точности повторяла причёску Тейлиарры. Да и одета вновь прибывшая была в платье, очень похожее на любимое платье Тейли. Меж тем девушка, державшая за руки насупленных пепельноволосых близнецов, гневно заговорила:

— Вот полюбуйтесь на этих маленьких вымогателей! Явились к верховному жрецу Тёмных Сил и в ультимативной форме потребовали внеочередную жертву! Бедный, запуганный до полусмерти жрец тут же бросился варить!

— Кого? — В один голос спросили Алар, Изам и Фрейя.

— Я же говорю, жертву! — Ответила, сдвинув брови, девушка. — Я заметила нездоровое оживление у главного алтаря, и сразу же туда, выяснить, в чём дело. А там жертву уже почти сварили!

— Сварили? — С ужасом повторила Фрейя.

— Да! Почти сварили! Я вот должна пресекать такое самоуправство, а у меня, между прочим, три демона на воспитании, за ними тоже глаз да глаз нужен, хорошо, что я их спать уложила. И вообще все тёмные дела на мне! Тхэджэс их совсем забросил, всё с Маратом в трёхмерные шахматы играет. А вы, какой пример демонятам подаёте!? А?! — Гневно сверкнув раскосыми глазами, девушка последние слова адресовала готовым вот-вот заплакать близнецам.

— Ну, мы же не сами бы жертву съели, мы бы поделились со всеми, — одновременно заканючили дети, а девочка, шмыгнув носом, добавила:

— Я же обещала приз победителю! Вот ей! — Девочка указала на Фрейю, — Ну что у них убавится, если они нам свою жертву отдадут! Ведь у них и так всё готово было, осталось только чуть-чуть доварить и в форму залить!

— Мне? Жертву? Варёную? — Испугано спросила Фрейя, — А в форму-то, зачем её заливать?

— Наверное, это такой холодец, из варёной жертвы, — Сделал предположение Алар, — А потом они его все едят, и гостей угощают. А также победителей конкурсов.

— Да, всех угощаем! Вот Нэль, когда ему первую жертву сварили, так со всеми поделился! Даже главному жрецу кусочек дал! — Почти плачущим голосом сказала девочка. Черноволосая девушка, появившаяся вместе с Тейлиаррой, обняла девочку, прижала к себе и начала успокаивать.

— Да, Нэлькаэр со всеми поделился и даже жреца заставил съесть самую пикантную часть жертвенного девственника, — усмехнулась Тейлиарра.

— И правильно! Нечего было жадничать! Сахара пожалели! — Возмутился мальчик.

— Эээ, как сахара? Эту жертву, что с сахаром варят? — Удивился Изам.

— Девственника? — Тоже удивился Алар, — И как определяют, что это девственник? Насколько я понял если жертва девственник, то это мужчина?

— Ну да. Нэль сказал, что раз это девственник, то у него должно быть очень большое достоинство! Ну, которое мужское, — Пояснил мальчик. — Чем больше достоинство, тем достойней, в смысле девственней!

— Гм, интересный способ определять мужскую девственность, — Хмыкнул Алар, а потом хихикнул, — Получается, что с потерей девственности это самое достоинство сразу уменьшается?

— Ага, Нэлькаэр решил поприкалываться, и объяснил детям, какие должны быть девственники. А они и восприняли всё буквально, и обеспечили ему в жертву девственника, — тоже хихикнула Тейлиарра.

— А ты, сестрица, этому поспособствовала и даже активно поучаствовала, — засмеялась Анариэнна.

— В чём поучаствовала? — Спросила пребывающая в смятении третья Богиня, — В чём? В том, что сварили несчастную жертву, да ещё и с сахаром?

— Интересно, а как это у них получилось? Всю жертву сварили с сахаром, а вот её достоинство, которое потом съел верховный жрец тёмного культа, без сахара? — Спросил Алар. Он достаточно хорошо знал своих сестёр и начал догадываться о характере жертвоприношения, и ему стало интересно, — Я бы хотел узнать подробности этого события.

— После того как с подачи Нэля, который тут временно исполнял обязанности Повелителя Тьмы, — начала пояснять Анариэнна, — Гномы объявили Тейли своей верховной богиней и изваяли её статую у себя в храме, я вам потом покажу. Изваяли, кстати, с подачи Нэлькаэра, это он им идею композиции подкинул.

При этих словах Тейлиарра поморщилась, а Алар скзал:

— Не надо, я уже видел. И у тёмных эльфов тоже. Обе статуи выше всяких похвал. Тейли, не обижайся на гномов, у них своё понимание прекрасного.

— Ага, что может быть прекрасней наковальни и кувалды, — пробурчала Тейлиарра.

— Да у гномов точно с прекрасным небольшой перекос в сторону наковальни, но вот у дроу.... Такая композиция в главном храме, что я даже завидую. — Вздохнула Анариэнна, видно, чтоб показать, как завидует.

— Энна, не отвлекайся, рассказывай дальше про жертву, — попросил Алар.

— Алар! Ну, как ты можешь?! Таким интересоваться! — Возмутилась Фрейя.

— Мне интересно, особенно сам процесс приготовления жертвы, рецептура, сколько сахара класть, да и что дальше было.

— Так вот с подачи Тейли, служители тёмного культа, сварили жертву с огромным мужским достоинством, но видно на достоинство у них не хватило сахара. Вот это и возмутило Нэля...

— Он что ЭТО хотел съесть?! — Вскричал Изам.

— Ну не знаю, может его возмутила сама попытка жертвоприношения, а может то, что жертва была некондиционной...

— С большим достоинством, которое без сахара, — засмеялся Алар.

— Вот он и заставил съесть несладкую часть жертвы верховного жреца, чтоб впредь неповадно было! — Вмешался мальчик, дети уже не хныкали, а весело улыбались. Черноволосая девушка, к которой прижималась младшая девочка, тоже улыбалась. А мальчик продолжил, — А всё остальное сюда принёс и со всеми поделился! Он не жадный, а вот некоторым жалко кусочек жертвы...

— Сваренной и залитой в форму, для холодца! С сахаром! — Алар захохотал, глядя на вытянувшиеся лица Изама и Фрейи.

— Приветствую, всех здесь присутствующих, — появившийся рыжий молодой человек, вернее не человек, а стьеххар изобразил общий поклон. К нему сразу же бросились мальчик и девочка и завели жалобными голосами:

— Тхэджэс, ну скажи Алие, что бы она нам хоть кусочек дала, она всё забрала, говорит, что нельзя...

— Конечно нельзя, жертвы должны приноситься строго по графику, а то не напасешься сладких девственников, — строго сказал стьеххар.

— Нууу, Тхэджэс, — дети выглядели явно расстроенными, а Тейлиарра, представила вновь прибывшего:

— Знакомьтесь, Владыка Тёмных сил мира Рея, верховный демон Тхэджэс. Он стьеххар. — После чего представила, Тхэджэсу тех из присутствующих, кто не был ему знаком.

— Очень приятно, — сказал верховный демон, и пригласил, — И раз уж жертва сварена, то прошу всех к столу, угощаться. Ну не пропадать же очередному жертвенному девственнику.

Изам побледнел, Фрейя позеленела. Дети радостно захлопали в ладоши, а Анариэнна подмигнула усмехающемуся Алару. Посреди зала возник большой стол с не менее большим шоколадным тортом. Стьеххар сделал приглашающий жест:

— Прошу!

Дети радостно взвизгнули, все трое, и младшие, и старшая девочка:

— Тхэджэс! Ты настоящий друг!

Младшая девочка, сделала жест рукой и от торта отделился, большой кусок с розочкой и подлетел к изумлённой Фрейе.

— Вот! Приз за сказку! — Важно кивнула девочка, а Богиня спросила:

— Что это? Откуда?

— Это и есть жертва, шоколадная. Владыке Тёмных сил — чёрный шоколад! Жертву из шоколада сначала варят, а потом заливают в форму в виде девственника. — Пояснил верховный демон и, тяжело вздохнув, продолжил, — А потом я из этого шоколада делаю торт и всех угощаю. В этот раз получилась внеочередная жертва. Дени, Найтин, следующий раз, когда вы захотите наехать на моих жрецов, скажите мне. А то вот жертва мне, а я о ней последний узнал, как-то нехорошо получилось. Лады?

Дети послушно закивали головами, а потом ухватили по куску торта и принялись есть. Изам задумчиво разглядывал свой кусок, Фрейя понюхала, потом осторожно откусила, прожевала и повернулась к стьеххар:

— А почему в виде девственника?

Тот пожал плечами:

— Традиция, так уж получилось изначально. А традиции надо чтить и соблюдать.

— Да уж, что тут скажешь — стьеххар. Что Рендисар в своё время почудил, что вот теперь Нэлькаэр, — толи одобрительно, толи осуждающе протянул Алар, — Ну и мои сестрёнки, тоже любят пошутить. Шуточка, как раз в духе святой великомученицы Тейлиарры, которая пила кофе, сидя в котле, в котором её варили.

— Подумаешь, — фыркнула упомянутая святая великомученица, она же просто Богиня, — В любом положении нужно находить приятные стороны, даже в мучениях. Если уж тебя варят в котле, то это должно происходить с должным комфортом и от этого надо получить хоть какое-то удовольствие.

Адмиральский салон линкора союзовцев «Возмездие»

Оперативное совещание командного состава, уже можно сказать — провалившейся экспедиции, шло четвёртый час. Шло очень уныло. Председательствующий, комиссар Горвенс, подпёр щеку рукой и скучающе смотрел на генерала Ирвинга. Пылко произносящий свою речь генерал, вот уже полчаса, предлагал предпринять очень решительные действия, только вот не говорил какие. Из флотского командного состава присутствовали капитаны боевых кораблей, на которых не было хрустальных шаров. Тех же корабли, где артефакты побывали, были представлены только вторыми помощникам, так как все остальные старшие офицеры превратились в монстров или же были этими монстрами убиты. Самих монстров, погружённых в стазис, забрала с собой Богиня победившая Фанора. Присутствующие командиры подразделений десанта и линейных частей космопехоты с одобрением смотрели на выступающего. А руководство гражданской администрации будущих переселенцев уныло молчало, продовольствия оставалось на неделю. Что дальше делать, чем кормить почти десять миллионов людей, запертых в тесных коробках транспортов, гражданское начальство не представляло.

— Капитан Смит, расскажите нам, что дала разведка окружающего пространства, — перебил выступающего комиссар Горвенс. Капитан не спеша поднялся и доложил;

— В разные стороны от места нахождения эскадры были посланы истребители. Опытным путём было установлено, что зона действий навигационных приборов и работы бортовых компьютеров составляет пол светового года. То есть, наша эскадра находится в центре сферы диаметром в пол светового года. Больше ни чего в этой сфере нет, даже малых метеоритов нет. Абсолютная пустота.

— Как вам это удалось установить? — подал голос один из гражданских.

— Я же сказал — опытным путём, истребитель летел, пока работали приборы. Когда он пересекал границу этой сферы, то связь с ними терялась. Так мы потеряли восемь машин.

— Как же вы установили, что за этой границей этой сферы приборы не работают?

— Повторяю, опытным путём! Сначала мы потеряли восемь истребителей, а потом одну из машин забрасывали на малой скорости, на длинном леере...

— А как вам удалось...

— Опытным путём! — Зарычал капитан Смит.

— Достаточно капитан, мы поняли, — вмешался комиссар Горвенс, — мы бы хотели услышать ваши предложения.

Смит пожал плечами:

— Ждать, только ждать. Ничего другого нам не остаётся.

— Но сколько можно, запасов продовольствия осталось на неделю! А потом что? Друг друга есть? — Вскинулся один из гражданских администраторов.

— Не думаю, что до этого дойдёт, — капитан опять пожал плечами.

— Я предлагаю предпринять самые решительные действия... — влез генерал Ирвинг со своими предложениями.

— Интересно, какие? — скептически хмыкнул капитан Смит.

— Дать отпор! Организовать активную оборону... — Начал перечислять мероприятия воинственный генерал.

— Окопаться в открытом космосе? — Ещё более скептически хмыкнул Капитан Смит, — Вырыть окопы полного профиля? Вы понимаете, где мы находимся? То что мы имеем возможность хоть как-то общаться внутри эскадры, это милость Богини... Ну, этой сущности, что называет себя...

Закончить капитан не успел, в зале появилась знакомая девушка, в синем коротком платье, она улыбнулась и тихо сказала, но при этом её голос легко перекрыл шум, поднявшийся в зале:

— Вы совершенно правы капитан, сопротивление бесполезно, — глянув на возмущённо загудевших пехотных командиров, она улыбнулась шире, — Тех же из вас, кто очень хочет посопротивляться, мы можем оставить здесь.

— Кто это мы? — Спросил комиссар Горвенс.

— Мы это Боги тех миров, куда вы будете расселены. Вы же направлялись на поселение? Так какая вам разница, в каком мире поселиться? Вам предлагается экологически чистый мир, с милостивыми Богами.

— Которые не оставят вас своими милостями! — Хихикнула девочка лет четырнадцати. Как она и стоящая рядом с ней женщина появились, никто не заметил. Но, увидев, коротко стриженную, черноволосую, очень молодую женщину, в форме капитана первого ранга Имперского флота, присутствующие флотские офицеры вздрогнули, некоторые покрылись холодным потом. Это была Инэллина Дорсет, капитан флота Империи, не потерпевшая ни одного поражения, даже в тех случаях, когда выходила одним своим кораблём против целых эскадр, впрочем, эти эскадры после такой встречи уже не были целыми.

— Эээ... — Начал комиссар Горвенс.

— Именно так, — кивнула капитан Дорсет, — А те, кто не хочет ждать милостей от местных Богинь и Богов, вернуться обратно и предстанут перед судом, за проникновение в закрытую галактику, я думаю, мне не надо говорить, какой срок вас ожидает.

— Но мы не знали! Мы просто пассажиры! Нас сюда привезли без нашего ведома! Нам говорили — это просто переселение в новые миры! — Загалдели гражданские руководители.

— Вот и прекрасно! Если это просто переселение, то чего вы возмущаетесь? Просто и поселим и всё! — Девушка в синем платье легко перекрыла шум, — Те, кто предпочитает переселяться, прошу поднять руки, те, кто на каторгу, можете руки не поднимать.

Взметнулся лес рук, подняли все участники совещания даже те, кто хотел сопротивляться.

— Вот и чудненько, вам предстоит поселение в трёх мирах. Так, что давайте определяйтесь кто — куда. У вас на все организационные вопросы три дня. — Так же, не повышая голоса, сказала богиня.

— У нас продовольствия на неделю, потом...

— Не беспокойтесь, через четыре дня вы уже будете на месте поселения.

— А как же пол светового года, которые опытным путём... — Начал один из гражданских руководителей.

Но девочка не дала ему закончить:

— Тейлиарра сказала, что через четыре дня, значит — через четыре дня! А сами вы и за год не долетели бы!

— Тейлиарра!? Тейлиарра Энтарра! Святая великомученица! Не оставь нас своими милостями! — Вскричал один из присутствующих ответственных гражданских руководителей, потом упал на колени и начал горячо молиться.

— Не великомученица, а Богиня! — Строго поправила девочка.

— Богиня! Всемогущая Тейлиарра! Не оставь нас своими милостями! — Завопило ещё несколько гражданских и, тоже опустившись на колени, начали молиться. Их примеру последовало и несколько военных.

— А вас попрошу пройти с нами, — Сказала Инэллина Дорсет капитану Смиту, после чего они исчезли.

— Однако, Тейли, ты времени не теряешь, вон у тебя уже куча верующих! — Изумлённо проговорил огненноволосый мужчина, он, ещё один мужчина и девушка в кольчужной тунике, возникли рядом с Богиней.

— Ага, — подтвердила пепельноволосая девочка, — Молятся, но пока не все. Так, что не теряйтесь, давайте обращайте остальных в свою веру!

— Вот так сразу? — Изумился второй мужчина, с чёрной бородой, — Как тут обращать?

— Ну, откуда я знаю? — Удивилась девочка, — Я же не Богиня. Пару чудес, там, организуйте. Или просто дайте по голове тем, кто ещё стоит, пусть тоже на колени упадут! Если сразу молиться не начнут, то добавьте по голове, чтоб прониклись.

Малый каминный зал королевского дворца Лурии

В этот вечер в нём было довольно многолюдно. За шахматным столиком сидели король Марат и Владыка всех тёмных сил мира Реи, архидемон Тхэджэс, они играли в трёхмерные шахматы. Королева Альма и её гостья из Леса, Наки, расположившись в креслах у камина, неторопливо вели беседу, о чём-то своём, женском. При этом они умудрялись ещё вязать какие-то детские вещи. Бывший наёмник Франк, ставший теперь главным лесничим графства Приан, а по совместительству ещё и старшим смотрителем Леса, беседовал с графом Робертом. Младшим смотрителем Леса стал всегда многозначительно молчавший Дорн, сейчас он был на посту, и в отсутствие Франка, выполнял его обязанности, смотрел за Лесом. В зале присутствовали ещё две детских коляски, в одной лежала маленькая принцесса Инэллина, дочь Альмы и Марата, в другой, трёхместной, были дочери Наки и Франка. Из угла, где стояли коляски, раздавалось громкое угукание, но эти звуки издавали не дети, это легкомысленно угукал всегда важный мажордом Арчибальд. Принцесса Инэллина, сейчас это была маленькая анкарра, пыталась укусить его за палец, а дочери Наки скаля свои клычки, внимательно за этим наблюдали, было видно, что они тоже не прочь попробовать на вкус пальцы мажордома.

— Арчибальд, вы руки мыли? — Обеспокоенно спросила Наки.

— Конечно! Я всегда мою руки, перед тем как подходить к ребёнку! — С достоинством ответил Арчибальд. А воспользовавшаяся тем, что мажордом отвлёкся, рыженькая малышка вцепилась зубами ему в палец.

— Оооо! — Восторженно воскликнул Арчибальд, поднимая прокушенный палец, — Прокусила! Это не всякому демону удастся!

— Как мало надо человеку для счастья, — задумчиво сказал Тхэджэс, передвигая шахматную фигуру, — Всего-то навсего, чтобы ему откусили палец.

— Арчибальд не совсем человек, вернее совсем не человек, — так же задумчиво ответил Марат, делая свой ход, — И не откусили, Инэллина палец ему только прокусила.

— Значит, его счастье не будет полным, — мельком глянув на мажордома, сочувственно сказал Тхэджэс, и снова обратил своё внимание на шахматный куб.

— Арчибальд, дайте и вторую руку девочкам, — усмехнулся Марат, он сделал удачный ход и теперь с превосходством смотрел на погрузившегося в раздумья Тхэджэса, — Они тоже вас покусают, ну что вам стоит? А детям приятно будет с вами поиграться!

Арчибальд с некоторым сомнением посмотрел на оскалившихся и зарычавших малышек. Это рычание привлекло внимание графа Роберта, он с некоторой опаской глянул на девочек и спросил у Франка:

— Это вообще нормально, что в этом возрасте у ваших детей такие клыки? Они вас не кусают?

— Нет, граф, меня не кусают. А клычки, по-моему, это даже красиво! Такие беленькие и красивые зубки! — Улыбнулся Франк.

— Ути-пуси, какие у нас беленькие и красивые зубки! — Как бы подтверждая его слова, заворковал над детьми мажордом Арчибальд. Дети ответили ему ещё более громким, радостным рычанием.

— Всё-таки, что-то здесь неправильно, младенцы и с такими зубами, — покачал головой Роберт.

— Ну, какие же они младенцы! — Обиделся Франк, — Они уже плавают, вполне самостоятельно. Скоро ходить начнут!

— Плавают? Самостоятельно? — Удивился граф Роберт, — И вы не боитесь их самих пускать? С ними же может что-нибудь случиться! Ведь, насколько я помню, Лес не такое уж безопасное место!

— Да, тут вы правы, глаз да глаз за ними нужен! Вот недавно с крокодилом встретились, еле отбили!

— Ну, а я что вам говорю! — Ужаснувшись, всплеснул руками граф.

— Так они же ещё маленькие, ещё не понимают! А Хранитель бы ругался, если бы они того крокодила погрызли! — Видя изумление Роберта, Франк пояснил, — Ну, не потому, что ему крокодилов жалко, просто это был реликт, почти пятнадцать метров ростом!

— Да, действительно, такую фауну надо охранять, особенно от таких детей, — поёжился граф, ещё с большей опаской глядя на малышек. Они, почувствовав к себе внимание, зарычали ещё громче и веселее, при этом замахав своими ручками и ножками. На этих маленьких ручках и ножках были не совсем маленькие коготки.

— Ути-пуси, какие у нас славненькие коготки! — Восхитился Арчибальд.

— Гррряяааа! — Возмутилась невниманием к себе маленькая принцесса и её коготки пробили стенку коляски.

— А у вашей супруги, когти... — Начал граф Роберт, Франк согласно кивнул головой:

— Конечно, есть! И, конечно, побольше!

— Дааа, — протянул Роберт, — Наверное, и семейная жизнь у вас тоже очень интересная и насыщенная.

— Да, скучать не приходиться, — согласился Франк, а граф посмотрел на играющих в шахматы Марата и Тхэджэса, потом перевёл взгляд на мирно ведущих беседу женщин и задумался, видно над интересной и насыщенной семейной жизнью своего собеседника.

Посреди зала возникло облачко телепорта, и из него вышла тоненькая и гибкая девушка в коротком синем платье. Её светлокаштановые волосы были уложены в сложную причёску, сколотую костяными гребнями. Она грозно прищурила свои раскосые глаза и обличительно произнесла:

— Владыка тёмных сил! Срочные дела требуют обязательного вашего присутствия!

— Ну, какие срочные дела? Алие, у меня сегодня выходной! Могу же я немного отдохнуть от тёмных дел? Слегка расслабится... — Начал оправдываться Тхэджэс, но Алие его перебила и продолжила свою обличительную речь, больше обращаясь к женщинам, сидящим у камина:

— Вы полюбуйтесь на него! Совсем забросил тёмные дела! Даже последнее жертвоприношение пропустил бы, если бы не близнецы! Все дела на меня спихнул. А на мне ещё и воспитание трёх малолетних демонов! Вы же знаете, как трудно детей воспитывать, особенно демонических. А тут ещё два мира хотят подбросить, там тоже тёмными делами заниматься придётся, нагрузка на меня втрое возрастёт!

— Да, таких детей трудно воспитывать, — посочувствовал граф Роберт, — Особенно демонических...

— А ведь их не просто надо воспитывать, а правильно воспитывать! Знаете, как трудно воспитать правильного демона? — Продолжила Алие, почувствовав поддержку.

— Правильно — это как? В духе учения демонизма-сатанизма? — Заинтересовался граф.

— Правильно — это значит верно! А то, что верно, то истинно! — Туманно пояснила Алие.

— Мат! — Сказал король Марат, — Вам мат, Тхэджэс, вы проиграли!

— Да, согласен, — уныло согласился архидемон после короткого анализа ситуации, — Вы для новичка удивительно быстро научились играть.

В трёхмерные шахматы Марата научил играть именно Тхэджэс, и с тех пор они почти всё свободное время проводили в шахматных баталиях. Архидемон вздохнул, поднялся и обратился к Алие:

— Идём, что там ещё, кому это так срочно понадобились тёмные дела?

Ответить девушка не успела, в зале, на этот раз без всякого телепорта появилась ещё одна девушка, блондинка, одетая в сверкающую кольчужную тунику, она осмотрела присутствующих и обратилась к демонице:

— Алие! Ну, где вы так долго? Весь пантеон собрался, а Владыка тёмных сил, опять козни строит — опаздывает на собрание!

— Должен же я был доиграть! Не бросать же партию на половине, у меня были шансы выиграть! — Начал оправдываться Тхэджэс.

— Вот, Фрейя, полюбуйся! — Указала на архидемона демоница, — Там тёмные дела стоят, забыты, заброшены! А он тут в шахматы играет!

— Разве темные дела не могут подождать, пока я доиграю? — Тхэджэс вопросительно поднял брови.

— Нет! Их сразу надо брать в свои руки, пока они не вышли из-под контроля, — наставительно сказала Алие, девушка в кольчужной тунике одобрительно кивнув, поддержала демоницу:

— Алие, ты абсолютно права, всякие дела, а особенно тёмные никак нельзя пускать на самотёк!

— Ими надо мудро руководить! — Высказал свое мнение граф Роберт.

— Именно! — В один голос сказали Богиня и демоница.

— А кстати, Алие, на кого ты оставила демонят? За ними нужен же постоянный присмотр! — Озаботился Тхэджэс.

— Вспомнил, — фыркнула девушка, — За ними близнецы присматривают.

— Представляю, — засмеялась одна из женщин у камина, — Они не только присмотрят, а и научат такому... Так что даже самые тёмные дела шутками покажутся.

— Ладно, пошли, — вздохнул архидемон. Девушки, Богиня и демоница взяв его под руки, исчезли.

— Куда это они? — Спросил граф Роберт.

— Да, вот два мира, что остались от Фанора, надо срочно в порядок привести. Создать пантеон богов, ведь у Фанора был воинствующий монотеизм. — Пояснила Альма.

— Это как? Монотеизм да ещё воинствующий? — Удивился граф.

— Адепты его веры пожгли на кострах всех, кто в него не верил, — нахмурилась королева.

— Альма, а ведь ты сама из одного из тех миров! — Воскликнула Наки, — Я же помню, как Дед тебя привёл!

— Да, я из Вилимуса, я там родилась, и там погибли мои родители. Если бы близнецы тогда не стали играть в прятки, то может со мной вы бы не разговаривали.

— Как в прятки? Причём здесь близнецы? — Спросил граф Роберт, он не знал этой истории, поэтому с интересом слушал.

— Тогда капитан Дорсет ушла в рейд, не взяв детей, они остались у Деда в Лесу. Через некоторое время им стало скучно, и они решили поиграть в прятки, естественно, одного мира им было мало чтоб спрятаться, и они полезли в соседние. — Начала рассказывать королева, её внимательно слушали, Арчибальд перестал угукать и даже дети в колясках перестали резвиться, казалось, они тоже внимательно слушают.

Двадцать лет назад, мир Вилимус

Углубляясь в чащу леса, бежала девочка. На вид ей было лет шесть, семь. Бежала она уже давно, и силы вот-вот должны были её оставить. Порванное и измазанное платье еле её прикрывало. Споткнувшись, девочка упала, тяжело поднялась и видно что-то для себя решив, обернулась в ту сторону, откуда бежала. По её щекам текли слёзы. Но вот губы её плотно сжались, весь её вид показал, что она решилась совершить определённое, крайне важное для себя действие. Девочка решила больше не убегать, она поняла, что добежать до чащобы заповедного леса не удастся, просто не хватит сил, и преследователи её настигнут. Настигнут совсем обессилевшую и не способную дать отпор. Что ж, она попыталась уйти от погони, у неё это не получилось, и теперь она ждала, когда преследователи её догонят. Она ждала совершенно спокойно, что совсем было не похоже на испуганного и обессилевшего ребёнка, которым она только что была. Черты её лица, да и сама её фигурка неуловимо изменились, наружу вышла её вторая ипостась. Та вторая ипостась, которая не давала ей сдаться преследовавшим паладинам Лучезарного. Лучезарного и Всеблагого, Бога, служители которого убили её отца и обрекли на мученическую смерть её маму.

Девочка жила с родителями на самом краю леса. Отец был лесничим, охранял королевские угодья, а мама была травницей, очень умелой лекаркой. Она всегда знала, какие травы смогут помочь и от какой болезни, каждому конкретному больному. К ней шли за лечением не только из окрестных деревень, но и из дальних мест. Девочка давно догадывалась, что её мама не просто знает, где какая трава, а чувствует это. Подобное чутьё просыпалось и у самой девочки. Она знала, где растут лекарственные растения, от чего они помогают и как их приготавливать. В отличие от других детей, девочка совсем не боялась заходить далеко в лес и всегда находила дорогу домой. Она уже начала понимать, что очень сильно отличается от своих сверстников. Это понимание превратилось в уверенность после встречи в лесу с большим бурым медведем. Такие медведи водились в заповедном лесу, про который люди говорили, что это лес очень даже не хороший. В его чащобу никто не заходил, просто боялись. Там водились существа гораздо страшнее гигантских бурых медведей, но к счастью эти звери, в отличие от медведей, из заповедного леса не выходили. Однажды девочка зашла очень далеко, на самую границу заповедного леса. Там она и встретила бурого медведя. Пару мгновений человек и гигантский зверь стояли, глядя друг на друга, потом девочка почувствовала, как в ней что-то меняется, будто она становится кем-то сильно отличающимся от обычного человека. Медведь тоже это увидел, и убежал. Именно убежал, а не ушёл, убежал, чем-то очень сильно напуганный. Девочка тоже испугалась, но не лесного зверя, а изменений происходивших с ней.

Когда девочка рассказала о случившемся своей маме, то та показала ей, как вызывать свою вторую ипостась и рассказала о ней. Мать девочки не имела второй ипостаси, но знала об особенностях своей дочери. После этого случая, девочка безбоязненно ходила по лесу, даже заходила вглубь заповедного леса. Чтоб попасть в заповедный лес, надо было зайти в самую чащу обычного, который начинался сразу за домиком девочки. Этот обычный лес был совсем не маленьким, и чтобы обогнуть его по опушке требовалось несколько недель. Как-то раз девочка зайдя в заповедный лес, прошла по нему две недели, она точно знала, что не плутала, шла прямо. Она шла, но заповедный лес и не думал заканчиваться. Вернувшись, домой, девочка рассказала об этом своим обеспокоенным родителям. Отец только укоризненно покачал головой. А мать пояснила девочке, что заповедный лес не имеет ни конца, ни края, и что в их лесу находится только вход туда. И что можно в тот лес войти, а вот обратно уже не выйти. Девочка только скептически хмыкнула, она же нашла выход. И вообще девочка была уверенна, что запросто сможет ориентироваться в заповедном лесу, каких бы размеров тот не был, и как далеко бы не простирался. Откуда у неё эта уверенность девочка не знала, но когда она об этом сказала родителям, то отец снова молча покачал головой, а испуганная мама, попросила девочку никогда никому об этом не рассказывать. И о том, что девочка может заходить в заповедный лес и там безбоязненно гулять, тоже никому не рассказывать.

Так они прожили ещё полгода. Девочка помогала матери собирать лекарственные растения, мать лечила людей, а отец охранял королевские лесные угодья. Со своими сверстниками девочка почти не общалась, ей это было не интересно, ведь дальше опушки они в лес не заходили. Но мир не без добрых людей, кто-то, что-то заметил и настучал. И в один из осенних пасмурных дней у домика девочки появился отряд инквизиторов усиленный боевой пятёркой паладинов. Инквизиторы, искореняли всякое иноверие, а паладины — элитные бойцы, владевшие любым оружием и обладающие магическими умениями, рьяно им в этом помогали. Это были служителями бога Фанора в последнее время ставшего единственным богом в мире Вилимус. Остальные Боги были объявлены темными, и поклонение им каралось смертью на костре или алтаре этого единственно правильного Бога. Набравшие в последнее время силу служители Лучезарного Фанора, с азартом занимались искоренением веры в остальных Богов.

Отец девочки сразу всё понял и попытался если не защитить, то хотя бы дать время жене и дочери скрыться в лесу. Но где ему было против обученных карателей. Он упал с разрубленной головой, а мать и дочку обездвижили заклинанием. Старший из инквизиторов осмотрел связанных и удовлетворённо хмыкнул:

— Чудовище в клетку! А со шлюхой породившей отродье можете позабавиться, всё равно после очистительных пыток её ждёт костёр.

То, что делали с её матерью святоши, показалось девочке страшным кошмаром. Когда её мама страшно закричала, с девочкой стали происходит изменения, но они были блокированы, толи клеткой, толи заклинанием. Девочка билась о прутья клетки, пытаясь если не сломать, то перегрызть их. Старший инквизитор не принимал участия в забавах остальных служителей Фанора, он с интересом наблюдал за изменениями, происходившими с девочкой. Через некоторое время, удовлетворённо потерев руки, он скомандовал:

— Хватит! Она должна взойти на костёр живой! Да и эта, — он брезгливо сплюнул в сторону клетки, — Тоже пойдёт на костёр, только на жертвенный, во славу Светозарного.

— А почему не на алтарь? — Спросил один из паладинов.

— Опасно, вырваться может, маленькая, а уже какая сильная, тварь!

Следующую неделю девочка помнила смутно, она чувствовала мучения своей матери, пыталась вырваться из клетки, то грызла прутья, то билась о них со всего размаху. Но клетка не поддавалась. И вот в один такой же серый день, как день когда их захватили слуги Светозарного, клетку вывезли на площадь и водрузили на высокую поленницу дров. К столбу, установленному на другой поленнице, была привязана истерзанная седая женщина. Девочка не могла не узнать свою мать, хотя та сильно изменилась. Женщина тихо стонала, но была в сознании. Увидев клетку со своей дочерью, она тихо проговорила:

— Прости доченька, прости Альма, не уберегла.

Палач бросил факел, и поленница с женщиной загорелась, а поленницу с клеткой поджигать, что-то медлили. Девочка тихо заплакала. Видя это, расположившийся в ложе, в которую был переоборудован балкон епископского дворца, важный служитель Фанора сказал, обращаясь к сидящим рядом с ним:

— Тварь погодите поджигать, пусть её отчаяние достигнет максимума. Она будет видеть, что происходит с этой шлюхой, но ничем ей не сможет помочь. А вот когда она дойдёт до исступления от бессилия, то тогда и зажжем! Такие жертвы особенно угодны Лучезарному!

Все сидящие в ложе благочестиво подняли глаза к небу. Огонь охватил фигурку женщины, до этого молчавшая она не выдержала и закричала. Закричала и тихо до этого плакавшая девочка. Её отчаянный крик взвился над площадью и как будто от этого крика лопнули прутья клетки. Одним длинным прыжком девочка перемахнула на вторую поленницу прямо в пылающий огонь. Спустя мгновение из огня выметнулась горящая фигурка, она держала на руках другую, уже совсем обгорелую. Над площадью снова взметнулся крик, полный боли и ярости. На застывших в испуге людей, сидящих на балконе епископского дворца, обрушился смертоносный вихрь. Спустя пару секунд всё было кончено, живых людей на балконе не осталось, целых тоже, одни кусочки. Все пять высших иерархов Светозарного были разорваны. Пришедшие в себя паладины бросились к вырвавшейся на свободу девочке, вернее к тому созданию, в которое она превратилась. В ход пошли обездвиживающие заклинания, но это не остановило ребёнка. Подхватив на руки свою мёртвую мать, видоизменившаяся девочка стремительно скрылась с площади.

Добежав до своего бывшего домика, она похоронила своих родителей, тело отца, инквизиторы так и оставили на том месте, где он погиб. Почуяв приближающуюся погоню, девочка ушла в лес. Только вот ушла она слишком поздно, её почти окружили. Но она прорвала заслон, уничтожив трёх паладинов, той пятёрки, что отрезали её от леса. Но потеряла при этом время и силы, и теперь никак не могла оторваться от погони, тем более, что у преследовавших её паладинов была свора хортов. Это были страшные создания, величиной с телёнка, с огромными клыками, неутомимые в преследовании, и что самое страшное — полуразумные, они больше напоминали адских псов, а не животных посвящённых светлому Богу. Хотя разве может быть светлым Бог, служители которого творят такие дела?

И вот теперь прижавшись спиной к одиноко стоявшему посреди поляны дереву, девочка, вернее её вторая ипостась, наблюдала, как на поляну выскочили три хорта, видно самые быстрые, они опередили остальных. Не останавливаясь, они с хриплым завыванием больше похожим на рёв, бросились на девочку. Бросились все разом и также все разом покатились по траве, два молча, потому как с разорванным горлом трудно издавать какие-либо звуки, а один с распоротым брюхом, теряя свои внутренности и громко скуля. Девочка посмотрела на свои руки, украшенные внушительными когтями, и горько улыбнулась. Эта её непохожесть на других людей стала причиной гибели её родителей, да и самой девочке осталось жить не долго. Эта короткая схватка окончательно истощила силы обеих её ипостасей. Одна надежда, что хорты, хриплый рёв не меньше десятка этих тварей уже раздавался совсем близко, доберутся до неё раньше людей, и она погибнет в драке с ними раньше, чем паладины снова её спеленают обездвиживающим заклинанием. Девочка вздохнула и приготовилась к своему последнему бою. Но она ни чего не успела сделать, даже подумать что-то, как земля ушла у неё из-под ног. Вернее не земля ушла, а она сама была поднята какой-то силой на дерево и посажена на толстую ветку, причём шевелиться девочка могла, а вот спрыгнуть с ветки — нет.

Она подняла глаза, ожидая увидеть ненавистную рожу служителя Фанора, подкравшегося к ней, пока она дралась с хортами, но на неё смотрели большие зёлёные глаза двух пепельноволосых детей, примерно её сверстников. И глаза у них были с вертикальными зрачками. Это её поразило больше всего, она спросила:

— А почему у вас зрачки вертикальные?

— А потому, что горизонтальными смотреть не удобно, всё расплывается! — Ответил, вернее, ответила, так как это была девочка, ведь мальчик вряд ли наденет большой синий бант.

— А почему они за тобой гоняются? И как тебя зовут? — Спросил второй ребёнок, без банта. Он кивнул на выскочивших на поляну хортов и паладинов. Увидев своих мёртвых собратьев, хорты дико завыли, а паладины стали озираться.

— След! След! Она должна быть где-то здесь! Она не могла далеко уйти! — Закричали вразнобой паладины, — След! След! — Это уже хортам. Но те только завывали, крутясь по поляне. Их нюх говорил, что жертва выбежала на поляну и буквально по ней рассыпалась, запах вроде как шёл отовсюду, в тоже время его на поляне не было.

— Так как твоё имя? — Спросила девочка с бантиком и назвала своё имя и имя второго ребёнка, — Меня зовут Найтин, а это Дени.

— А чего они от тебя хотят? — Спросил Дени. Они с Найтин говорили громко, не обращая внимания на рыщущих по поляне паладинов.

— Альма, — ответила девочка и испугано зашептала, — Тише, тише! Они же услышат, они убили моих маму и папу, теперь хотят и меня убить. Принести в жертву своему богу!

— Не услышат и не увидят, мы же спрятались, — не понижая голоса, ответила Найтин, они с Дени были похожи как две капли воды, отличались только бантиком. Альма с сомнением посмотрела на поляну, её было очень хорошо видно сквозь редкие ветки дерева, значит и с поляны их должно быть видно тоже хорошо. Но паладины метались по поляне не видя сидящих на дереве. Девочка озорно улыбнулась и плюнула на шлем стоящему ближе всех паладину. Тот качнулся, как будто ему в голову попало что-то весом не менее чем в пол килограмма. Дени тут же повторил действие своей сестры, попав на шлем другому паладину. Паладины заозирались, пытаясь понять причину ударов полученных ими по голове, но детей сидящих на дереве так и не увидели. Близнецы громко захихикали. Отсмеявшись, девочка серьёзно спросила у Альмы:

— А почему они хотят не просто убить тебя, а принести в жертву?

— Я же чудовище! — Альма продемонстрировала свою вторую ипостась, её когти и зубы. Но близнецы не испугались, мальчик одобрительно кивнул, девочка же радостно захлопала в ладоши, а потом показала такие же зубы и когти. Альма зачарованно смотрела на детей. И тихонько шёпотом спросила:

— А от кого вы прячетесь?

— От Иххи, сейчас её очередь водить, — ответил мальчик, а девочка, видя недоумение собеседницы, пояснила:

— Мы в прятки играем, сейчас Ихха ищет.

— Так надо же по отдельности прятаться, так трудней искать, — удивилась Альма.

— Ага, — согласилась Найтин, — только по отдельности сидеть запрятанному скууучно!

— А когда она вас найдёт, то что будет? — С опаской спросила Альма. Неизвестная Ихха, от которой прятались её новые знакомые, представилась её трёхметровым чудищем из заповедного леса. Видно это было прямо-таки написано на её лице, поэтому дети снова захихикали. Потом девочка снова плюнула, на этот раз в хорта. Того просто сбило с ног и он громко и возмущённо завывая покатился по траве. Мальчик тот час к ней присоединился и несколько минут дети увлечённо сбивали плевками с ног хортов. Доставалось и паладинам. Те сначала озабоченно озирались, потом собрались посреди поляны, прикрываясь щитами. Они поняли, что источником странного воздействия является дерево, или что-то находящееся на этом дереве но, сколько они не рассматривали его, увидеть так ничего и не смогли.

— Рррмяааууу! — Раздалось басовитое и на поляну вышла большая, нет просто громадная пепельная кошка.

— Ихха! Так не честно! — Завопили близнецы, снимая всякую маскировку с себя и Альмы.

— А прятаться не в Лесу, а в другом мире, это честно?! — На месте кошки стояла девочка лет тринадцати-четырнадцати, тоже пепельноволосая. Она была копией Найтин, только постарше и с длинными волосами. Из одежды на ней были только её волосы, но это её нисколько не смущало. Паладины удивлённо переводили взгляд с этой девочки на сидящих на дереве и обратно. Старший из них произнёс:

— Монстры! Да тут их целая стая! — И скомандовал, — Взять их!

Надо отдать должное выучке элитных бойцов Лучезарного, не проявляя ни капельки страха, они начали слаженно действовать. И в сидящих на дереве детей и в стоящую у края поляны девочку полетели обездвиживающие заклинания, а на девочку ещё и хорты бросились. Глаза Альмы от ужаса превратились в два блюдца, она поняла, что сейчас схватят и её и детей. Ведь детям, пусть даже обладающим особыми способностями, трудно что-либо противопоставить опытным, хорошо обученным воинам. Но сами дети так не думали. Хортов, которые бросились на старшую девочку, встретила огромная пепельная кошка. Ударами своих лап она в мгновение раскидала всю свору, причём десять хортов из пятнадцати уже не смогли подняться, а оставшиеся пять, поскуливая, отползали от страшного зверя. Обездвиживающее заклинание никак не повлияло на детей, сидящих на дереве. Весело хихикая, они плевками сшибали с ног паладинов пытающихся к ним приблизиться. Старший из паладинов видя такую не удачу своих подчинённых, выхватил амулет связи и что-то быстро туда заговорил.

— Подмогу вызывает, флудилка картонная, — кивнула на него Найтин. Дени согласно кивнул и послал старшего палладина в нокаут, плевком. Остальные уже давно валялись на земле и тихо стонали, потому что если кто начинал стонать громче, в него плевала Найтин.

— А плеваться нехорошо! — Строго сказала старшая девочка, появившаяся вместо исчезнувшей кошки.

— Так она тоже... — Начала Альма, показав на старшую девочку, но Найтин не дала ей закончить:

— Ага, это она. И между прочим так на честно! — Это она закричала уже старшей девочке, — Так ты гораздо быстрее двигаешься! И так тебе проще искать!

— Ну, мы же не договаривались, не менять облик, так что имею полное право. — Усмехнулась старшая девочка, и спросила, — А это кто с вами?

— Это Альма, она здешняя, а эти за ней гнались, хотели какому-то придурку её в жертву принести, — пояснил мальчик, и добавил уже обращаясь к Альме, — Познакомься, это Ихха.

— Очень приятно, — попыталась сидя на ветке сделать книксен Альма. Дети засмеялись, настолько забавно у неё это получилось. А Ихха, улыбнувшись, сказала:

— Ладно, слазьте, отведём Альму к родителям и пойдём к Деду.

Альма погрустнела, на её глазах выступили слёзы, а Дени пояснил, указывая на заплеванных элитных воинов Лучезарного:

— Нету у неё родителей, вот эти их убили.

— Тогда возьмем её с собой. — Кивнула Ихха и, показав на лежащих и слабо шевелящихся людей, спросила, — А с этими что, будем делать?

— Может, съедим? — Предложила Найтин, она уже спрыгнула с дерева, а Дени галантно помогал спуститься Альме. Паладины, услышав предложение девочки, пришли в ужас, некоторые даже попытались подняться, но были опять уложены на землю уже известным способом.

— А плеваться некрасиво! — Опять сказала Ихха, строго сдвинув брови.

— А чего они всё время встать пытаются! — Возмутилась Найтин. Мальчик задумчиво оглядел валяющихся заплёванных паладинов, глубокомысленно заметил:

— Нет, Найтин, разумных есть нельзя!

— Да разве про них можно сказать, что они разумные! — Возразила Найтин и обратилась за поддержкой к старшей девочке, — Ихха, ну скажи, разве они разумные?

— Скорее полуразумные, класс паладин прямоходящий, сильно фанатичный.

— Скорее ползающий, — хмыкнул мальчик, — Но всё равно, даже полуразумных есть нельзя, у них может потом появится вполне разумное потомство.

— Ха! — Обрадовалась девочка, — Так я сейчас сделаю так, чтоб у них вообще не было потомства. Ни какого, ни разумного не полуразумного!

Услышав это, паладины, те которые ещё могли двигаться попытались уползти с поляны, но девочка взмахнув рукой собрала их в кучу. Мальчик наморщил лоб и категорически заявил:

— Нет Найтин, их есть нельзя! Даже если они только полуразумные!

Девочка с сожалением посмотрела на сваленных в кучу паладинов и с надеждой спросила:

— Ну, если нельзя есть, то может хоть понадкусываем?

— Нет Найтин! — На этот раз возразила старшая девочка, — Мама говорит, что перед тем как что-то попробовать надо его помыть, а ты что, хочешь их мыть?

Найтин с сомнением посмотрела на кучу заплёванных, вывалянных в грязи паладинов. Тяжело вздохнув, она помотала головой, показывая, что такое действие ей будет крайне неприятно.

— Кстати сейчас к опушке леса подходит подмога к этим, — Ихха презрительно пнула ближайшего паладина, загоняя его обратно в общую кучу, — Ишь расползались!

— Так, что нам с ними делать? — Задал вопрос в пространство мальчик и тоже пнул паладина, — Сейчас к этим ещё набежит куча, таких же придурков. Будет две кучи, а зачем нам две кучи придурков. Может пока эту кучу сжечь?

— Кто это тут что-то жечь собрался? В Лесу надо осторожно с огнём! — раздался строгий голос и на поляну вышел старик с седой бородой, вот только его движения никак не вязались с образом старца, уж очень они были стремительны.

— Дед! — Обрадовалась Найтин, — Мы тут Альму нашли, а эти придурки хотели её в жертву своему богу принести! Им надо головы пооткусывать, чтобы детей не обижали!

— За вами глаз да глаз нужен, из Леса убежали... — Начал старик.

— Мы не сбежали, мы в прятки играли! — Перебила его, начав оправдываться Найтин, а Ихха наябедничала:

— Дед, они от меня прятаться сюда пришли, а сюда ты говорил не ходить! А ещё Найтин хотела этих, — Ихха снова пнула паладина, — Вот этих хотела понадкусывать! А ведь нельзя в рот тянуть всякую гадость!

— Да, действительно гадость, — согласился Дед, разглядывая валяющихся на поляне, и спросил, — А кто у нас Альма?

— Я, — несмело сказала Альма, несмотря на неказистость и добродушие этого Деда, она почувствовала его силу. Дед, посмотрев на неё, удивлённо поднял брови:

— Анкарра, маленькая, но уже инициированная! Откуда здесь такое чудо? Я думал, что из Вилимуса давно ушли все подобные тебе. Как ты здесь оказалась?

— Мы тут жили, с мамой и папой, а потом пришли эти, — Альма указала на лежащих кучей паладинов и всхлипнула, — И убили папу и маму, хотели меня тоже...

Из глаз девочки потекли слёзы, Дед прижал её к себе и начал гладить по голове:

— Ну не плачь, не плачь малышка. Теперь всё будет хорошо, я тебя не дам в обиду! Не плачь внучка!

Альма доверчиво прижалась к Деду, а Найтин захлопала в ладоши:

— Альма! Ты будешь нашей сестричкой! И мы тебя не дадим обижать! Правда, Дед!

— Правда, — согласился Дед и, сдвинув брови, строго сказал, но глаза его при этом улыбались, — А теперь идём отсюда, неслухи!

— А эти? — Мальчик указал на кучу паладинов и их адских собак. Те из хортов, что ещё были живы, оказались умнее своих хозяев. Псы притворились мёртвыми и поэтому не получали тумаков от этих странных существ, от которых веяло смертельной опасностью, хотя они и выглядели безобидными маленькими детьми.

— Этими будет кому заняться, да и те, что сейчас проявятся здесь тоже получат развлечение, — сказал Дед и увлёк за собой детей в лес.

Когда эта странная компания исчезла, начали подниматься те из паладинов, что ещё могли стоять. А на поляну сначала выскочили хорты, а потом и паладины отряда вызванного на помощь, они остановились, недоумённо озирая представившееся им побоище. Но их недоумение длилось не долго, материя мира треснула и через образовавшуюся дыру на поляну вывалились три твари. Эти кошмарные создания своим хитиновым панцирем и клешнями в полтора человеческих роста напоминали огромных раков. Длинный гибкий хвост наподобие скорпионьего, тоже покрытый хитиновой чешуёй, оканчивался полутораметровым ядовитым жалом. Вокруг морды с пастью с тремя рядами острых зубов, величиной в два пальца взрослого человека, шевелились трехметровые щупальца с присосками, тоже покрытые хитиновой чешуёй и увенчанные внушительным когтем. Твари двигались довольно быстро, паладины сбились в тесный строй и приготовились к отражению атаки.

— Да, Альма, досталось тебе, — Это произнёс Тхэджэс, он и другие члены божественного пантеона уже давно и незаметно появились в каминном зале. Они тоже слушали рассказ Альмы. Слушали, не перебивая и не задавая вопросов.

— Но ведь получается, что и близнецы, и Ихха, сейчас такие же как и тогда, — удивлённо поднял брови граф Роберт.

— Да, за прошедшее время они ни сколько не изменились, остались такими же, как и были, — подтвердила Альма.

— Но ведь они сеиссшесс, они и тогда могли противостоять любому Богу? — Спросила Фрейя. Альма пожала плечами, а Тейлиарра задумчиво кивнула:

— Могли, силы у них не прибавилось, и не убавилось. Так что вполне могли, а вот хотели ли? Да и сейчас не очень-то хотят.

— Но ведь их умения значительно возросли, и это, во многом благодаря тебе и Анариэнне!

— Да, они многому научились. Но, повторю, силы это им не прибавило. Просто они научились ею пользоваться.

— Ну, ничего себе научились пользоваться! Вот взять и просто раздавить Бога, пребывавшего в полной силе! — Выразил свое мнение Изам.

— Да, Дени вот так просто взял и раздавил, ты это правильно заметил, Изам. Но раздавил только Фанора, не затронув ничего из окружающего пространства, можно сказать — ювелирно раздавил. А если бы он это сделал раньше, до того, как его научили правильно пользоваться своей силой... — Тейлиарра пожала плечами, — Возможно, был бы такой небольшой катаклизм, затронувший все окрестные миры. Возможно, некоторые из этих миров были бы тоже раздавлены. Так, что, обучая Ихху и близнецов, мы с сестрой в первую очередь заботились о себе, — Тейлиара усмехнулась. Другие боги, члены пантеона, представив картину действий разозленных, но не обученных сеиссшесс сначала поёжились, а потом зябко передёрнули плечами. А Тейлиарра добавила:

— Это, во-первых, а во-вторых, с ними интересно.

— А сейчас они где?

— Присматривают за маленькими демонятами, но скоро уйдут вместе с «Лесной Волшебницей».

— Вообще, довольно странно, они могут передвигаться, как захотят, но ездят на этом космическом корабле.

— Может это им нравится, а может они хотят быть со своей мамой.

— Это тоже странно, как может быть простая, ну не совсем простая, человеческая женщина быть матерью сеиссшесс?

— Она не простая, её называет дочкой Хранитель Леса.

— Алекс всегда был немного не от мира сего, — пожал плечами Изам. Тейлиарра снова усмехнулась:

— Это точно, Хранитель не от мира сего, он сразу от множества миров. Может поэтому ему и удалось наладить контакт с сеиссшесс, и довольно близкий контакт, ведь они его Дедом называют.

— Тебя они — тётя Тейли называют! И Анариэнну тоже! — Несколько обижено сказала Фрейя.

— А может это потому, что я к ним так и отношусь, просто как подруга. Старшая подруга, и немного родственница, — улыбаясь, ответила Тейлиарра.

— Ну и родственниками ты обзавелась! — Восхищённо сказал Изам.

— Почему только я? Альму они тоже сестрой называют, — Тейлиара кивнула на королеву Лурии, и кивнула мочавшему королю Марату, — Вот какими родственниками вы обзавелись, ваше величество! А положение обязывает, мы тут посоветовались и решили вас привлечь...

Король Марат тяжело вздохнул, а граф Роберт испуганно поднял руки, Богиня усмехнулась и продолжила:

— Нет, не к ответственности, а к обустройству новых поселенцев. Как вы на это смотрите?

— Так вроде, часть поселенцев забирает себе лорд-протектор Вересии. А остальных вы собираетесь расселить в мирах, где раньше верховным Богом, был этот... Фанор, кажеться?

— Да, именно так, но помимо божеского внимания, переселенцам, да и тамошнему населению требуется гражданская администрация.

— Ага, как карать или миловать, поклонение принимать так это всегда Боги, а как порядок поддерживать и налоги собирать так тут нужны мы, скромные бойцы бюрократического фронта! — Вскинулся граф Роберт.

— Именно граф, именно! Как раз это — самое царское дело! — Засмеялась Тейлиарра, за ней засмеялись остальные Боги и демоны.

— Хорошо, а как это всё осуществлять?! Это же даже на соседний континент, это другие миры!

— Стационарными порталами мы вас обеспечим. Их будущее местоположение у вас, на Рее, вы укажете сами. На Вилимусе и в Рефе, я думаю, тоже вы укажите. Временные порталы будут завтра. Так, что готовьте экспедицию. — Сказала Богиня тоном, не терпящим возражений. Граф Роберт тяжело вздохнул и посмотрел на своего короля. Тот развел руками:

— Что поделаешь, друг мой, это воля нашей верховной Богини. Так что подбери себе команду, свяжись с Объединенным королевством, пусть они тоже поучаствуют в экспедиции и готовься в командировку.

— Я тоже хотела бы поучаствовать в экспедиции, — сказала Альма, — Хочу посмотреть на Вилимус, это, всё-таки, мой родной мир. А за Инэллиной Арчибальд присмотрит.

Арчибальд радостно закивал, Марат озабоченно нахмурился. Альма сжала его руку:

— Ну, Марат, я ненадолго!

— Хорошо, — вздохнул король, он уже знал, что если его жена что-то задумала, лучше ей не перечить. Он только попросил, — Будь осторожна, и возьми своих гвардейцев. Не думаю, что там будет кто-то способный противостоять анкаррам.

Хмурящийся до этого граф Роберт, просветлел лицом и обратился ко всему божественному пантеону:

— Командировка в соседний мир! И не простая, а божественная! В командировку же Боги посылают! Когда и где я могу получить командировочные?

— Какие командировочные? — Удивился Изам. Остальные боги тоже вопросительно уставились на первого министра.

— Как какие! Божественные, естественно! — Радостно потирая руки, ответил граф Роберт.

В мерный гул ходовых двигателей вплетались басовитый звук, издаваемый преобразующими генераторами. Но в адмиральском салоне суперлинкора «Победа» этих звуков почти не было слышно. «Победа» была линкором последней серии, построенным после войны. Этот линкор был воплощением последних достижений придуманных человеческим гением а, как известно, этот гений особо преуспевает в деле изобретения средств для убиения себе подобных. Но сейчас этот грозный боевой корабль использовался как императорская яхта.

Обзорные экраны, занимающие почти одну стену адмиральского салона, показывали строй боевых кораблей первой эскадры Центрального сектора Империи. Немного в стороне походным ордером двигалась первая эскадра Восточного сектора Империи. Столь значительные силы шли к точке рандеву, известной только нескольким лицам. Три таких лица, как раз и находились в адмиральском салоне. Двое мужчин смотрели на экраны, а молодая девушка в зеркало на своё отражение.

— Софья, тебе не надоело себя разглядывать? — Насмешливо спросил один из мужчин.

— Нет, Николай, не надоело. Разве ты можешь понять женщину, к которой вернулась молодость? — Ответила девушка.

— Боюсь, что с молодостью к тебе вернулись и все её недостатки, — ехидно ответил мужчина, девушка в ответ только фыркнула. Второй мужчина отвлёкся от экрана и сказал:

— Ваше величество, не будьте так строги к своей сестре. Кроме как в тщательном изучении своего отражения в зеркале, она не в каких сумасбродствах замечена не была.

Девушка снова фыркнула, а император покачал головой:

— Вот это-то меня и беспокоит, пока только рассматривает, а потом как бросится во все тяжкие...

Девушка засмеялась и погрозила своему брату пальцем. Император пожал плечами и повернулся к мужчине:

— Лавр Георгиевич, что там, от Даниэля ни чего нового не слышно?

— Нет, ваше величество, нового ни чего. Кроме того, что Капитан Дорсет передала координаты выхода кораблей союзовской эскадры из закрытой галактики, и то, что надо их встретить и обеспечить командами, ничего.

— Передала в штаб флота Восточного сектора, — задумчиво проговорил Император, князь Голицын пожал плечами:

— Официально она подчинена вашему брату, вот и доложила по инстанции.

— Но всё-таки это довольно странно. Дала координаты точки выхода, причём совсем не той где эскадра союзовцев вошла в закрытую галактику. И эта просьба о экипажах для кораблей союзовцев. Она что, захватила весь их флот? Одним своим кораблём? А куда тогда делись экипажи союзовцев, куда делись транспорты с несколькими миллионами переселенцев?

Второй мужчина пожал плечами, а девушка, оторвавшись от зеркала, сказала:

— А я уверенна, что всё так и есть! Что у капитана Дорсет и её детей получилось захватить корабли союзовцев!

— Твоя вера в способности капитана Дорсет просто поражает, — ответил Император, а принцесса Софья убеждённо ответила:

— Да, я уверенна! Так как эта вера имеет под собой реальную основу! — Софья указала на зеркало, — Вот! Самое лучшее доказательство!

— Софья, ты готова на не неё молиться! Ты что считаешь её Богиней?

— Нет, она не богиня. Но если в подругах у неё Богиня, — заметив, как император поморщился, поправилась, — Даже если не Богиня, но то, что эта святая Тейлиарра, ты же не будешь отрицать?

Император вздохнул и поднял руки, показывая, что сдаётся перед доводами своей сестры, но всё же попытался возразить, аппелируя к князю Голицыну:

— Но как всё-таки она думает перегнать корабли союзовцев по закрытой галактике к точке рандеву, если на них нет экипажей?

Князь снова пожал плечами:

— Закрытая галактика, что мы знаем о ней? Что мы знаем о возможностях сущностей там обитающих? — И указал глазами на помолодевшую принцессу Софью. Император хотел, что-то ещё сказать, но в салон вошел мужчина в мундире контр-адмирала.

— Выдвижение эскадр проходит по графику, нештатных ситуаций нет, — доложил он. Император обратился к нему:

— А сами вы, Сергей Васильевич, что об этом всём думаете?

Контр-адмирал пожал плечами, как бы повторяя жест князя Голицына:

— Всё идёт по плану, я уже говорил, что считаю излишним выдвижение столь значительных сил к точке рандеву. Адмирал Романов явно подстраховывается, хотя может, я чего-то не знаю.

— Вы тоже уверенны, что капитан Дорсет предоставит нам флот союзовцев на блюдечке?

— Абсолютно! Ещё не было случая, чтоб капитан Дорсет потерпела неудачу.

— Адмирал, вы ведь участвовали в сражении в системе Вирана? — Спросил князь Голицын.

— Так точно!

— И вы были участником знаменитого Виранского прорыва? Даже, насколько я помню, командовали отрядом линкоров, прорвавшихся в тыл боевых порядков союзовцев?

— Так точно!

— И этот прорыв фактически и решил исход сражения?

— Так точно! Но не только прорыв отряда линкоров обеспечил нашу победу, но и предварительная разведка тактического построения союзовцев и изменение конфигурации их оборонительных минных полей. Это всё было изложено в рапорте!

— Адмирал, расскажите нам об этом, так сказать из первых уст очевидца. В официальном рапорте информация была искажена, в целях секретности. А полный рапорт был засекречен и его не все читали. Да вы садитесь, адмирал и рассказывайте! — Князь указал контр-адмиралу на кресло. — Нам будет интересно послушать, до точки рандеву ещё больше двух часов.

Сорок лет назад, адмиральский салон линкора «Генералиссимус Иосиф»

Капитан первого ранга, Сергей Васильевич Ивлев, командир новейшего линкора «Георгий Победоносец», пребывал в недоумении. Его и ещё двух капитанов, командиров систершипов его корабля, вместе с ним прибывших в систему Вирана, адмирал Романов попросил задержаться после совещания. На этом совещании до командного состава эскадры Империи был доведен план сражения, которое адмирал Романов намеревался дать союзовцам. Недоумение капитана вызвала раздача запечатанных пакетов с планом будущего сражения, зачем они, если уже всё и так подробно рассказано на совещании, вернее военном совете. Нельзя сказать, что план был действенным, но в сложившейся обстановке, даже такой блестящий флотоводец как адмирал Романов, вряд ли мог предложить что-то более удачное.

Стратегически важно расположенная система Вирана должна была стать ареной решающего сражения в войне между Империей и Союзом. Это понимали обе стороны. И в систему были стянуты основные силы противоборствующих сторон. На единственной пригодной к жизни планете системы, союзовцами была создана опорная база, а вся система превращена в мощный укрепрайон. Внезапным ударом Имперцы прорвали оборону Союзовцев в системе и блокировали базу на планете. Прорвали, но полностью не уничтожили, так как сил для полной зачистки системы и тем более для штурма базы у них не было. Поэтому Имперцы ограничились блокадой базы, ожидая подкреплений. Но подкрепления подошли к союзовцам раньше. И они тоже, не сумев с ходу разбить имперцев, блокировали тех во внутреннем оборонном кольце. Решающему штурму помешал подошедший флот имперцев. Получилась такая странная патовая ситуация. Имперцы высадились на планету и блокировади там базу союзовцев, при этом во внутреннем кольце организовали мощную оборонительную линию. Союзовцы в свою очередь восстановили оборонительную линию внешнего кольца. Опираясь на нее, они собирались уничтожить войска имперцев оказавшиеся на планете и ту малую часть флота, что расположилась на орбитах вокруг неё. А на планету было высажено порядка восьмидесяти процентов пехотных частей и без поддержки флота они были обречены. Поэтому адмиралу Романову надо было как можно скорее если не уничтожить флот союзовцев, то хотя бы прорвать их оборону во внешнем кольце. С приходом трёх новейших линкоров у имперцев их стало восемь, против пяти у союзовцев. По линкорам старых модификаций и линейным крейсерам у имперцев было почти полуторное превосходство. Но союзовцы оборонялись. В астероидном поясе они создали мощнейшую систему обороны. Надо сказать, что такой разрежённый астероидный пояс как у прародины человечества был большой редкостью. Обычно это был плотный шар космических тел разных размеров, окутывающий внутренне пространство звёздных систем. Были и такие как система сорок один ноль двенадцать, больше известная как Тортуга, полностью заполненные каменным крошевом, но они были редкостью. В редких проходах во внутренне пространство союзовцы разместили орудийные платформы, прикрытые минными полями. Проходы в этих полях позволяли своим кораблям маневрировать, создавая на нужном направлении превосходство в силах, или же укрываться от более сильного противника. Ивлев понимал что, прорывая линию обороны союзовцев, флот Империи понесёт непоправимо тяжёлые потери, но и не атаковать тоже нельзя, потеря наземных войск приведёт если не к поражению, то к невозможности одержать победу в войне. Выходило, что адмирала Романова загнали в положение, из которого выхода не было.

Раздумья капитана были прерваны приглашением адмирала, он предложил трём капитанам, начальнику своего штаба и начальнику разведки пройти в комнату отдыха смежную с адмиральским салоном, где проходило совещание. Начальник разведки появился в конце совещания, он как раз и принёс пакеты, которые были розданы всем его участникам.

Войдя комнату отдыха, капитаны застыли в недоумении, там за столом сидела капитан Дорсет, командир адмиральского курьера, и трое детей. Девочка лет тринадцати и двое близнецов, лет семи. Девочка с бантиком и мальчик, потому, что без бантика. Они пили чай, с пирожными и кремовым тортом. Вернее не пили, а разглядывали заляпанный кремом потолок.

— Это что? — Спросил один из капитанов.

— Это линкор, после того как ему в генераторный отсек попасть гипер торпедой! — Пояснил один из близнецов, девочка.

— Какой линкор? — Не понял капитан.

— Любой!

— Но у линкора генераторный и двигательный отсеки прикрыты индивидуальным защитным полем, кроме того есть ещё поле, что защищает весь корабль. Попасть в эти отсеки не представляется возможным, пока не будут продавлены оба этих поля, а это уже равносильно непоправимому повреждению корабля или даже его гибели. То есть стрельба по этим отсекам является заведомо бесполезным делом. — Очень серьёзно сказал адмирал.

— Это если стрелять обычным способом, а если подкрасться к нему в гипере и вынырнуть уже внутри защитных полей. Выстрелить торпедой, и пока она идёт к цели, уйти обратно в гипер. — Также серьёзно пояснил ребёнок.

— Зачем? — Удивился один из капитанов.

— Это невозможно! — Выпалил капитан Ивлев, увиденное несколько сбило с толку всех капитанов, что они даже забыли о субординации.

— Уйти, чтоб не зацепило взрывом, — пояснила младшая девочка.

— Что же тут невозможного, — удивился мальчик, А старшая девочка снисходительно улыбнулась.

— Вы это тоже можете? — Удивился адмирал. Теперь уже все дети снисходительно заулыбались. А капитан Дорсет утвердительно кивнула. Адмирал вздохнул и, указав на свободные стулья, предложил садиться, тем, кто ещё стоял. Потом, вопросительно взглянув на капитана Дорсет, та кивнула ему в ответ, произнёс:

— Господа, теперь вы услышите реальный план сражения.

Капитаны и начальник штаба недоумённо переглянулись, а адмирал продолжил:

— Да именно тот план, который мы должны осуществить. В конвертах, кроме плана действий ещё и план минных полей союзовцев. Минных полей с изменённой конфигурацией. Да, да господа с конфигурацией кардинально отличающейся от известной союзовцами.

Капитаны переглянулись, вот он шанс выиграть сражение, теперь роли меняются, маневрировать по проходам будут имперцы, а союзовцы подрываться на своих же минах. А адмирал, заметив обиду на лице начальника своего штаба, сказал ему:

— Извините Валевский, но я не мог этот план довести до всеобщего сведения, У нас в штабе завелась крыса.

— Кто? — Выдохнул адмирал Валевский.

— Капитан первого ранга Гирин, — сказала старшая девочка. Начальник разведки кивнул:

— Мы давно его подозревали, но не могли доказать. — И обращаясь к девочке, спросил, — А вы откуда знаете? Вы, что можете мысли читать?

— Нет, но я почувствовала, что он очень боится, волнуется и беспокоится. Боится не предстоящего сражения, а того что о нём, об этом капитане что-то могут узнать. Очень ярко выраженное чувство. — Девочка замолчала, как бы к чему-то прислушиваясь, потом она кивнула начальнику разведки, — Он уже вскрыл конверт, хотя это разрешено сделать только вот по его команде, — старшая девочка кивнула в сторону адмирала Романова.

— Проверим, — сказал начальник разведки, достал свой коммуникатор и быстро заговорил, отдавая приказания.

— Она, точно может мысли читать! — Поражённо сказал начальник штаба, кивнув на старшую девочку.

— Не «она», а Ихха! И пальцем не красиво показывать!! — Строго заметила младшая девочка.

— Так я же не показывал! — Возмутился от такого обвинения начальник штаба.

— Не показывал, но хотел! — Продолжала обвинять адмирала младшая девочка. — Хотел! А намерение при особо отягощающих обстоятельствах приравнивается к противоправному деянию!

— А противоправное деяние, совершённое даже по не знанию противоправное оно или нет, не освобождает от неотвратимого наказания, а наоборот является отягощающим обстоятельством, ведущим за собой серьёзные последствия! — Внёс свою лепту мальчик. И видя, что старшая девочка тоже хочет что-то добавить, адмирал Романов замахал на них руками и обратился к капитану Дорсет:

— Инэллина, что они читали недавно?

— Да, вот нашли уголовный кодекс...

— Понятно, — расхохотался начальник разведки, он уже закончил говорить в коммуникатор и с интересом слушал этот разговор, — Я бы с удовольствием взял таких подкованных в правовом отношении людей к себе в разведку.

Дети дружно замотали головами:

— Неа, мы же пилоты! У нас уже есть занятие! И мама нас не отпустит!

— Хорошо, теперь перейдём к более серьёзным делам, — сказал, отсмеявшись, адмирал Романов, — В розданных пакетах не весь план сражения. Самую сложную и ответственную работу предстоит выполнить вашим кораблям, господа! — Адмирал посмотрел на командиров линкоров и продолжил:

— Ваши корабли ударят по союзовцам с тыла. Да господа, с тыла! Для этого вы пройдёте через астероидный пояс в том месте, где союзовцы этого не ожидают. Там где скопление астероидов и их обломком наиболее густое.

— Это невозможно! — Вскинулись все капитаны линкоров, — Без предварительной разведки трассы, и вообще, тяжёлым кораблём соваться в пояс — это безумие!

Адмирал с улыбкой переждал бурю возмущения капитанов и продолжил:

— Именно, без предварительной прокладки трассы, тяжёлыми кораблями. И ударите вы без кораблей прикрытия, поэтому на вас ложится большая ответственность. Успех сражения полностью зависит от вас! А через пояс вас проведут, у меня есть лоцманы.

Романов посмотрел на капитана Дорсет, та посмотрела на своих детей, а обе девочки уставились на мальчика. Тот вытер губы от крема, оглядел замолчавших людей и сказал:

— Пойдём колонной, интервал минимальный. Первым иду я на «Георгии Победоносце», второй Ихха на «Трёх святителях», потом Найтин на «Апостоле Павле», мама, ты замыкаешь. Соблюдать радиомолчание. Системы связи переключить только на прием! Радары и другие активные поисковые системы — отключить! Они могут нас выдать раньше времени. Поэтому — только пассивное сканирование. Выходим прямо сейчас, надеюсь у вас всё готово для выполнения задания? — Вопрос адресовался капитанам линкоров. Адмирал Романов повторил вопрос мальчика.

— Так точно, ваше высокопревосходительство! — Вытянулись капитаны.

— Тогда выполняйте! И команды ваших лоцманов выполнять беспрекословно! Это мой приказ!

Капитаны двинулись к выходу, за ними побежали дети, прихватив ещё по пирожному.

Сорок лет назад, капитанский мостик линкора «Георгий Победоносец»

Капитан первого ранга Ивлев, сидящий в кресле первого помощника прикрыл глаза. Только что прошедшие события казались ему какой-то шуткой. Бегущий впереди мальчик, назначенный лоцманом в предстоящем походе, быстро мелькающие коридоры флагманского линкора, шлюзовая камера, катер. Удивлённые взгляды офицеров на мостике «Георгия Победоносца», когда место за капитанской консолью занял маленький пепельноголовый мальчик. Он быстро пробежался по клавишам управления, приводя системы корабля в готовность. Ивлев отметил, что управление новейшим военным кораблём не является для этого ребёнка чем-то не обычным, более того мальчик действовал так, как будто управление линкором для него привычное дело. Но всерьез ни Ивлев, ни его подчинённые удивиться не успели, пришла команда с флагманского корабля и все четыре линкора, Ивлев с удивлением отметил, что адмиральский курьер «Лесная Волшебница» тоже оказался линкором проекта двести тридцать четыре, синхронно двинулись и стали наращивать скорость. Манёвр был отработан мастерски, так как будто пилоты давно тренировались в боевой слаженности.

— Капитан, дайте команду экипажу надеть лёгкие скафандры, да и сами оденьте, через десять минут мы войдём в пояс. Там много мелких камешков, возможны мелкие пробоины от их попаданий, не надо что бы кто-то пострадал. И распорядитесь — экипажу занять противоперегрузочные места, — Вывел из задумчивости Ивлева голос мальчика. Капитан кивнул, это было разумно, и отдал соответствующую команду. Потом обратил внимание на мальчика:

— А... Вы? — Капитан на всякий случай обратился к мальчику на «вы», этот странный ребёнок удивлял его всё больше и больше. И ответ его буквально изумил.

— Мне не надо.

Трёх часовый переход через астероидный пояс, сам Ивлев и те из его подчинённых, кто имел доступ к консолями наблюдения, вспоминали как кошмарный сон. Огромный корабль, почти на полной скорости, нёсся через скопление больших и маленьких камней. Корабль шёл не по прямой, а выписывал замысловатую кривую. Даже заняв специальные ложементы и кресла, члены экипажа чувствовали значительные перегрузки. Наблюдавший за стоящим за командной консолью мальчиком, капитан с ужасом заметил, что противометеоритная защита отключена. Отключены и все активные поисковые системы, работают только пассивные, это означало, что информация приходит с трёх секундной задержкой. На такой скорости это было смертельно опасно! Да и управлял кораблём этот ребёнок в ручном режиме! Это было просто невозможно! Но это было! Второй помощник и штурман, чтобы не видеть этого кошмара просто закрыли глаза. Первый помощник отвернулся от экрана переднего обзора и смотрел на экран заднего. Через некоторое время он тронул своего капитана за рукав и молча, показал на этот экран. За «Георгием Победоносцем» как привязанные шли три других корабля, как такое может быть возможным ни капитан, ни его помощник просто не могли представить. Но это тоже было. Соблюдая полное радиомолчание, отключив приборы наблюдения, четыре корабля неслись через пространство густо забитое астероидами и их большими и маленькими обломками. Несколько раз по кораблю звучала метеоритная тревога, но аварийно-ремонтной команде, работы так и не нашлось, автоматическая система противометеоритнрй защиты справлялась сама. Капитан ждал доклада о разрушениях, но ни разу пробоина не была больше чем ячменное зерно. Ивлев понял, что мальчик каким-то образом видит, или может, чувствует все камни, но маленькие просто игнорирует, отдавая предпочтение скорости. От камней больших размеров корабль просто уворачивается, и это в режиме ручного управления! Капитану захотелось тоже закрыть глаза, чтобы не видеть этот кошмар, но он продолжал упрямо смотреть, покрываясь холодным потом. Когда он думал, что сойдёт с ума от этого всего, мальчик, вопреки своему же указанию, включил связь и мяукнул в микрофон. Предваряя вопрос капитана, мальчик указал на экран, там за краем астероидного пояса, вырисовывалось что-то очень большое, само похожее на странный астероид.

Мальчик включил активные сканеры, и у Ивлева волосы встали дыбом, на экране во всей своей красе появилась боевая станция «Свободный Союз». Капитан воочию ещё не видел этого монстра, но был заочно с ним знаком, информация об этой боевой станции Союза, была доведена до всех старших офицеров флота Империи. Информация, естественно, шла под грифом «Для служебного пользования». Было известно, что Союз строит несколько таких станций, причём строит в ущерб основной судостроительной программе, свернув строительство линкоров и линейных крейсеров. Теперь Ивлев понял почему — такому монстру даже новейшие линкоры Империи были не страшны.

Боевую станцию союзовцев увидели и остальные офицеры. Раздался дружный стон. Все поняли, что этот полный опасности переход через астероидный пояс был напрасен. Четыре линкора были бессильны против этого монстра похожего на морского ежа. На его иглах, вынесенных за пределы основного защитного поля, находились башни с орудиями, не уступавшими орудиям главного калибра линкоров. Основное тело станции было постоянно прикрыто защитой, поэтому в момент выстрела не надо было снимать защитное поле, как это было у кораблей. А башни имели собственное защитное поле, и потеря нескольких из ста двух орудийных платформ мало бы отразилась на боеспособности всей станции. Около этого монстра находились четыре линкора союзовцев, почти не уступающие в размерах новейшим линкорам Империи, и они рядом со станцией смотрелись как щепочки рядом с футбольным мячом.

Мальчик снова мяукнул в коммуникатор. Корабль завибрировал, это преобразующие генераторы включились на полную мощность. Защитное поле тоже было выведено на максимум. Ивлев отметил его странную конфигурацию. «Георгий Победоносец», слегка замедли ход, и остальные корабли его догнали. Три линкора и «Лесная Волшебница» выстроились большим квадратом, защитные поля всех четырёх кораблей были сконфигурировано таким образом, что заполнили внутреннее пространство этого квадрата. Капитан хотел спросить у мальчика о целесообразности таких действий и о том, что вообще тот намеревается предпринять в свете открывшихся обстоятельств, но не успел. Корабль, казалось, застонал от напряжения. Всё что оказалось внутри квадрата образованного кораблями, было захвачено их силовыми полями и теперь двигалось вместе с ними. Генераторы уже работали на пределе, ходовые двигатели тоже, корабли, всё ускоряясь и ускоряясь, шли в сторону станции союзовцев, при этом тащили с собой массу в несколько миллионов тон, захваченную в ловушку своих силовых полей. Потом это приём назовут «Атака Дорсет», потому что капитан «Лесной Волшебницы» будет им активно пользоваться, но вот другим он удастся всего несколько раз. Применение этого приёма требует филигранной точности в управлении кораблём и его силовыми полями, малейшая ошибка приводит к срыву поля, перегрузке преобразующих генераторов и к их взрыву, то есть к уничтожению корабля.

Офицеры «Георгия Победоносца» ещё прибывали в растерянности и недоумении, когда Ивлев понял то, что задумал этот странный ребёнок. Когда это начало доходить и до остальных офицеров, пальцы мальчика забегали по клавишам капитанской консоли управления. Ивлев даже залюбовался, стоящий мальчик был похож на пианиста виртуоза, исполняющего сложное музыкальное произведение, вот только играл он не на рояле, а на гораздо более сложном главном пульте управления гигантским кораблём. Повинуясь неслышной команде, все четыре корабля Империи резко затормозили, а потом снова рванули вперёд. Страшная перегрузка вдавила всех в кресла, оснащённые противоперегрузочными устройствами, а стоящий за пультом мальчик даже не пошатнулся. Когда прошло потемнение в глазах вызванное перегрузкой, офицеры прикипели взглядами к курсовому экрану. Огромная каменная масса обрушилась на станцию и линкоры союзовцев. У двух линкоров защитное поле оказалось сразу сорванным и перегруженные генераторы взорвались. Ещё два линкора успели дать ход и выйти из-под основного удара, но им тоже сильно досталось. А вот станция не имела возможности маневрировать, ей это не позволяла её огромная масса. Защитное поле башен-игл было смято моментально, огромные глыбы смяли и сами башни. Глыбы и мелкоё каменное крошево обрушилось и на основное защитное поле станции, может если бы операторы станции ожидали бы подобного нападения, то переконфигурили бы его, и оно смогло бы выдержать подобную атаку, но нападение было слишком внезапным, его засекли в самый последний момент. Защитное поле станции колебалось как мыльный пузырь на ветру и также изгибалось, мальчик снова мяукнул в микрофон переговорного устройства и его пальцы забегали по клавишам ещё с большей скоростью, чем до того. Могучий «Георгий Победоносец», буквально вздыбился, вся мощь его генераторов теперь была брошена на орудийные установки. Отключено было даже защитное поле. Орудия четырёх имперских линкоров выплёвывали сгустки мезовещества с огромной частотой, капитан Ивлев испугался, что при таком темпе стрельбы расплавятся и энерговоды и сами орудия или взорвутся перегруженные преобразующие генераторы. Но раньше не выдержало защитное поле станции — оно лопнуло. Генераторы станции взорвались. Но взрыв не уничтожил станцию, как это происходит с кораблём, слишком она была массивная. Взрыв расколол её на много фрагментов, которые разлетались в разные стороны.

— Ура! — закричали все на «Георгии Победоносце», впрочем, «ура» кричали и на других имперских кораблях. После гибели станции добить оставшиеся два линкора союзовцев, не представлялось трудным. Через пять минут всё было кончено. Резерв флота союзовцев был уничтожен. Резерв, он же засада, ведь, как потом стало известно, союзовцы не собирались всерьёз оборонять позицию у минных полей. Они собирались связать боем имперцев и, отступая, подвести основные силы их флота под огонь своей станции.

Раздался сигнал коммуникатора, оттуда прозвучал такой же отрывистый мявк, как издавал мальчик. Он поднял взгляд на Ивлева,

— Капитан, вскрывайте тот пакет, что дал вам адмирал. А меня мама зовёт, надо идти на помощь нашим к планете, там пятый линкор союзовцев и три их авианосца, они начали атаку.

— Но как вы думаете перейти на «Лесную Волшебницу»? Мы же двигаемся к месту основного сражения, и остановить корабль и выделить вам катер или истребитель не представляется возможным!

— Дайте мне лёгкий скафандр, — улыбнулся мальчик.

— И что он выпрыгнул с корабля, идущего на первой космической? — Всплеснула руками принцесса Софья, которая до этого затаив дыхание слушала адмирала.

— Да, — ответил контр-адмирал Ивлев.

— Как! Вы фактически выбросили ребёнка с идущего корабля в космос! Это же... — Не нашлась, что сказать Софья.

— Он сам вышел, причём вышел не через шлюз, что на такой скорости было просто невозможно, а вышел со стартовой аппарели истребителя, — кивнул адмирал. — Это даже со стоящего корабля смертельно опасно для человека в скафандре, ведь катапульта выбрасывает истребитель со значительным ускорением.

— Но как же так!? Ведь ребёнок же... Он же подвергался риску! Его надо было удержать! — Взволновано произнесла принцесса.

— Мало того, остальные дети точно так же покинули «Трёх святителей» и «Апостола Павла», а еще мне потом доложили, что лёгкий скафандр, который выдали этому ребёнку, нашли внутри аппарели, да, он его снял, когда выпрыгивал в космос.

— Мдаа, — протянул император, — Такого ребёнка удержишь, пожалуй, от опасности выхода в космос, большей опасностью было бы попытаться не дать ему выпрыгнуть!

— Вот поэтому я и приказал прекратить разработку капитана Дорсет и всего её экипажа, — кивнул головой князь Голицын, — Они наши союзники, не дай бог нам такого врага!

— А что было дальше? — Поинтересовалась у адмирала Ивлева принцесса Софья.

— То, что было дальше, уже правдиво отражено в официальном отчёте. Часть флота союзовцев адмирал Романов прижал к их же минным полям, а по второй части, что хотела уйти ударили мы с тыла. И полный разгром. Три суперлинкора, особенно если они напали сзади — это сила.

— Нет, что было у планеты?

— Если не официально — то подошедшая туда «Лесная Волшебница» раскатала их последний линкор, а потом сбросила три, всего три истребителя...

— Я даже знаю, кто ими управлял, — усмехнулся император.

— Да, именно они, — подтвердил адмирал, — Хотя в официальном рапорте они проходят как безымянные пилоты...

— Которым императорским указом, с подачи адмирала Романова, присвоили воинские звания первых лейтенантов, — снова усмехнулся император.

— Они этого достойны, три наших истребителя обратили в бегство более сотни союзовских, а потом вывели из строя все их авианосцы.

— Как интересно! Расскажите адмирал... — начала Софья, но её прервал голос, раздавшийся из корабельного коммуникатора:

— Выходим на точку рандеву.

Контр-адмирал Ивлев подрегулировал настройки обзорного экрана и находящиеся увидели приближенную картинку — вся экспедиционная союзовская эскадра застыла перед ними.

— Но здесь же только боевые корабли! А где транспорты? Что с ними сделала капитан Дорсет?!

— Да, — согласился адмирал Ивлев, — Только боевые, и у всех заглушены генераторы, видите эти отметки? Это значит, что отключены и системы жизнеобеспечения. Получается, что на них нет экипажей и уже довольно давно. Как капитан Дорсет смогла перегнать такое количество пустых кораблей и что она сделала с их экипажами?

На пригорке, который одновременно выполнял обязанности опушки леса, лежали трое наёмников. Об этом свидетельствовала их одежда, такую обычно носили наёмники. Хотя расцветка отличалась от общепринятой, она была камуфляжной! Тихонечко лежали две девушки и мужчина, уже не молодой, но ещё не пожилой. Они сосредоточенно разглядывали небольшой городок-крепость, расположенный в километрах трёх, от пригорка. Вроде ни чего особенного — высокая стена со сторожевыми башнями и обычные для города предместья. Необычным было лишь то, что предместья не лепились вплотную к стене, а располагались в двух полётах стрелы от неё. Да и перед стеной был глубокий ров, чего не было у обычных городков такого размера. Мужчина хмыкнул и тихо обратился к одной из девушек:

— Ну, что скажешь, Альма?

— А что тут говорить, мы вышли к прецептории паладинов Лучезарного. И с твоей стороны, Карай, было очень неосторожно посылать туда разведчиков, не посоветовавшись со мной.

— Ну, кто ж знал, что эти, тут свили себе такое гнездо! — Тихонько, шепотом, воскликнула вторая девушка.

— Ирра, тебе простительно, но вот Карай, — укоризненно прошептала первая девушка, — Ты же не первый раз проводишь подобный поиск, как ты мог не обратить внимание на то, что этот городок сильно отличается от всех нами встреченных? Вот так, стоит только отлучится на пару дней, как вы влипли в неприятность!

— Извини, Альма! — Повинился мужчина, — Расслабился, мы же сих пор не встречали серьёзного сопротивления, вот и расслабился.

— Мы все расслабились, слишком всё было гладко эти две недели, что мы в Вилимусе. Ладно, пошли в лагерь. И я тоже виновата, не предупредила, хотя при мне такого ещё не было.

Троица тихо, так что не шелохнулась ни одна веточка, отползла с пригорка и углубилась в лес. Пройдя некоторое расстояние, девушка, которую называли Альма, попросила вторую:

— Ирра, расскажи ещё раз, что вчера произошло?

— Вчера вышли к этому городку, уже в сумерках. Решили разведать обстановку. Пошли тройкой. Я, Шани и Крис. Всё как обычно, сначала предместье, в предместье — ремесленники, кабаки, только вот пьяных нет. Решили глянуть на городок.

— И не насторожило то, что стена слишком высокая, да и предмостье содержится в образцовом порядке? Будто они к штурму готовятся?

— Я же говорю — расслабились, — покаянно добавил мужчина.

— Ладно, Ирра, рассказывай, как вы вошли?

— Прошли через ворота, нас не о чём спросили. Это немного удивило. Удивило ещё то, что уже сумерки, а такое ощущение, что ворота закрывать не собираются. Стражников было восемь. Прошли по улице, свернули в переулок, вот тут на нас и напали. Дорогу заступили не меньше двух десятков, и сзади набежало ещё столько же. Прежде чем напасть попытались обездвижить нас связующим заклинанием, и сразу же бросились в атаку. Дерутся очень хорошо, пришлось уходить в ипостаси анкарр. И то если бы не Карай со второй тройкой, все бы не вырвались. Эти стражники бросились на Шани, а меня с Крисом просто пытались оттеснить, выдавить за ворота, вот такое у меня сложилось впечатление.

— Это была засада, причём хорошо подготовленная засада. — Добавил мужчина, — Как только они прошли, ворота стали закрывать. Вот я и дал команду на атаку, как почувствовал что-то. Да и эти связующие заклинания... Ведь Шани они обездвижили, она до сих пор в сознание не пришла, остальных тоже остановили, пусть на пару мгновений, но остановили. Да и выбрали они для захвата самую слабую из тройки.

— И что мы имеем? — Риторически спросила первая девушка, — Хорошо подготовленную засаду, причём засаду именно на анкарр. Вас беспрепятственно пропустили, но за вами сразу же попытались закрыть ворота. При этом захватить намеревались только одного, остальных просто отогнать. Захватить самого слабого, которого безошибочно вычислили.

— Что-то не сходится, — нахмурилась Ирра, — Если хотели отогнать, то зачем ворота закрывали?

— А чтоб подмога не подоспела, пока вы бы отбивались, они бы утащили бы Шани в центральную цитадель. А вот оттуда её мы не достали бы.

Вторая девушка презрительно фыркнула. Первая на неё укоризненно посмотрела, а мужчина, на мгновение, задумавшись, кивнул:

— Точно, вот что меня насторожило, их центральная цитадель чем-то прикрыта. Чем-то очень сильным, посильнее обычных защитных заклинаний.

— Это божественное благословение, я разглядела только потому, что уже сталкивалась с подобным. Да и связующие заклинания имеют очень похожую природу. Ваши амулеты пропустили же удар.

— Не пропустили, — хмуро ответила Ирра, — она начала понимать сложность положения, — они просто выгорели.

— Вот! Если бы по вам ещё раз ударили связующим заклинанием, то спеленали бы всех троих!

— Но почему не ударили!?

— Не знаю, — пожала плечами Альма, — Может, били амулетом, а второго такого не было. Если же бил маг, то может, в первый удар вложил всю силу и не успел восстановиться. Может, потому вас и оттесняли, что выигрывали время для мага. Ведь на вас не нападали в полную силу?

— Да, — растерянно ответила вторая девушка, — Действительно навалились всем скопом, но всерьёз не атаковали, как будто боялись.

— Да и от нас, стража у ворот, сразу кинулась в разные стороны. Для тех, кто лез на первую тройку, наше появление было полной неожиданностью. — Заметил мужчина.

— А до этого разведку всегда вела только одна тройка? — Спросила первая девушка.

— Ну да! Что они могут противопоставить трём анкаррам? Тем более, что мы не светились, тихонько заходили, смотрели и так же уходили. А потом уже подходили основные силы, гвардейцы Объединённого королевства или рейнджеры Лурии. Они-то и занимали города, до этого никто сопротивления не оказывал.

— Получается, что не так уж скрытно вы заходили. За вами наблюдали и изучали ваши методы. И когда вы подошли к прецептории паладинов, решили захватить кого-нибудь из разведывательной тройки, причём знали о вашей природе. — Покачала головой Альма, — Если бы не Карай, то Шани бы точно захватили.

— Вот, уже пришли, — сказал Карай и действительно из кустов бесшумно возникла фигура в таком же камуфляже как у троих идущих по тропинке.

— Приветствую, королева, — Поздоровалась безликая фигура с Альмой.

— Здравствуй Вильма, — поздоровалась Альма, — Что с Шани?

— Она пришла в себя и хочет с тобой говорить.

— Хорошо идём.

Весь лагерь состоял из одной санитарной палатки, и то её поставили только для раненой. В ней собрались все двенадцать анкарр, весь отряд Альмы, включая её саму. На единственном лежаке, немного возвышающимся над землёй, лежала бледная, худенькая девушка. Она слабо улыбнулась вошедшим.

— Как же так, Шани? Как ты умудрилась попасть под связующее заклинание? Ведь ты же маг! Должна была увидеть его, до того как оно в тебя попадёт! — Попеняла девушке вошедшая Альма.

— Альма не сердись! Я видела, но почувствовала, что с этим заклинанием что-то не так. Увлеклась, пытаясь понять, и не успела увернуться.

— И что там не так?

— Это заклинание делал не маг, его выпустили из амулета. Причём, оно напитано божественной силой! Силой полученной не в результате молитв, а как-то по-другому. Как-то неправильно! И сила эта очень большая!

— Так, Шани, это должна услышать и ... — Недоговорив, Альма достала небольшой амулет и что-то в него сказала. Спустя несколько секунд в палатке появилась девушка в синем коротком платье. Все кроме лежащей Шани ей поклонились и поприветствовали:

— Здравствуй, Покровительница!

— И вы здравствуйте! — Кивнула девушка, — Что тут случилось?

— Вот послушай, тебе тоже будет интересно. — Сказала Альма и рассказала о произошедшем с разведывательной тройкой анкар. Потом Шани повторив то, что уже сказала, продолжила:

— Эта божественная сила была какая-то неправильная, очень сильная, видите, как меня приложило, и какая-то гнилая, что-ли. Знаете как мясо гидры, на вид вроде ничего, а с таким противным душком.

— Божественная сила с душком, говоришь, и запечатанная в амулет. Причём в амулет со связующим заклинанием направленным именно против анкарр. Ведь те люди напавшие на Шани, Ирру и Криса сзади, ни чего не почувствовали. А должны были вырубиться в первую очередь! И удар был направлен именно на самого слабого бойца, хот он и маг. А ну-ка!

Девушка положила руку на лоб Шани и на мгновение задумалась, потом рассеяно произнесла:

— Да, действительно божественная сила, причём сила, полученная в результате человеческих жертвоприношений. Фанор таким всё время баловался, а его уже нет. А сила есть, причём недавно полученная. Кто-то занял его место и так же как он собирает силу, а это очень не хорошо! Спасибо вам, вы мне очень помогли!

Все присутствующие в палатке снова поклонились, даже Шани вскочила с лежанки и тоже поклонилась. На неё замахали руками, чтоб она лежала.

— Но я уже себя хорошо чувствую! — Возмущённо ответила она, — Зачем мне тут разлёживаться!

— Да, с ней уже всё в порядке, я её подлечила, — улыбнулась девушка.

— Спаисбо, Покровительница! — Снова поклонилась Шани.

— Спасибо Тейли, — тоже поблагодарила Альма.

— Да не за что! — Улыбнулась Богиня, обняв Альму, — Я же вместе с сестрой ваша покровительница!

Альма тоже улыбнулась и спросила:

— Что ты посоветуешь теперь предпринять?

— Отойдите от этого городка, подождите подхода основных сил. — Богиня, видя недовольные лица присутствующих, строго сказала. — Вам не справится с засевшими там, у них заклинания заточенные именно против анкарр. Даже если удастся вам победить, понесёте слишком большие потери, а вы все очень дороги нам с сестрой! Прошу вас отойдите и наблюдайте издали.

Альма заверила Богиню, что они именно так и поступят. Богиня недоверчиво покачала головой и исчезла. Все одиннадцать анкарр посмотрели на своего командира.

— Именно так и поступим, отойдём подальше! — строго сказала Альма, — А потом чуть позже ещё раз туда сходим, только уже с другой стороны и подготовимся получше. Очень хочется посмотреть на этих божественных прихлебателей, приносящих человеческие жертвы, да и должок у них передо мной.

Ответом Альме было молчаливое одобрение присутствующих.

Орбитальная станция над планетой Эсил, в одноимённой системе

Поскольку эта планета была единственной условно пригодной для проживания на её поверхности, то первопроходцы особо не заморачиваясь так её и назвали планета системы Эсил. Со временем название сократили, и планета стала носить название системы. Но жизнь в системе проходила на орбитальных станциях, основную часть населения которых составляли работники рудников, расположенных на планете, и работники перерабатывающих заводов, расположенных на орбите. Эта же станция была главной, здесь находилась резиденция генерал-губернатора системы, различные административные учреждения и другие увеселительные заведения, потому как первые без вторых не могут, да и разница между ними небольшая. В одном из таких учреждений, в баре «Пробитая дюза» сидела невысокая рыжая девушка. Если бы не цвет кожи, то можно было бы её принять за эльфийку. Девушка сидела уже третий час, потягивая апельсиновый сок. От местного вина, а тем более пива она решительно отказалась. Она скучающе оглядывала зал бара, даже не бара, а скорее небольшого ресторанчика, поскольку здесь не только пили всякую гадость, но и ели. Её взгляд остановился на элегантном седоватом мужчине, недавно вошедшем. Она чуть заметно кивнула. Мужчина поднялся, взял свой бокал и подошёл к столику девушки.

— Вы разрешите? — Спросил он.

— Присаживайтесь капитан Гонсалес, — улыбнулась девушка.

— Вы меня знаете? — Удивился капитан, — Вы знаете, у меня очень хорошая память, но вас я вспомнить не могу.

Девушка чуть заметно улыбнулась, капитан поклонился и продолжил:

— У меня есть несколько знакомых среди эльфов и, судя по вашей красоте, вас можно было бы отнести к эльфам.

Девушка улыбнулась шире и произнесла:

— Не надо меня к ним нести, и вообще относить меня куда-либо без моего разрешения — крайне опасное занятие.

— Нет, нет, я вас не буду никуда нести, — капитан тоже улыбнулся, — тем более без вашего желания. Но ваша внешность... Если бы не цвет волос и кожи, я бы сказал — вы чистокровная эльфийка!

— Я и есть чистокровная эльфийка, дроу, — и, видя недоумение капитана, пояснила, — Дроу — это тёмные эльфы. От обычных они отличаются скверным характером, вспыльчивостью и готовностью убивать.

Капитан недоверчиво поднял брови:

— Серьёзное предупреждение! Но по вашему поведению трудно сказать, что вы такая кровожадная. И я уверен, что ждали вы именно меня. Хотелось бы знать, чем вызван ваш интерес ко мне?

— Видите ли, капитан, мне надо на Хрустальную. И надо очень срочно.

— Почему бы вам не воспользоваться рейсовым кораблём? Хотя, понимаю, вы сказали срочно, а рейсовый, грузо-пассажирский, будет только через четыре месяца. Я вольный торговец и у меня дальний каботажник. Вы, наверное, знаете, что на таких кораблях условия для пассажиров хуже, чем на грузопассажирском?

— Меня это не смущает. И потом я слышала, что капитан Бартоломео Гонсалес всегда выполняет свои обязательства.

Капитан гордо выпрямился, слегка пощипал свой чёрный ус, действительно, ещё не было случая, чтоб он нарушил взятые на себя обязательства или нарушил данное им слово. Конечно, вольный торговец немножко и контрабандист, но тут тоже капитан был чист перед законом, по крайней мере, его ни разу не поймали. Он ещё раз ущипнул ус, но тут заметил скептически поднятые брови эльфийки, поэтому заявил с некоторой горячностью:

— Да я всегда выполняю свои обязательства! И не нарушаю законы. Да иногда приходится ходить по самой грани, но эту грань я никогда не перехожу! Вижу, вы улыбаетесь, но это действительно так!

— Поэтому я и искала именно вас.

— Извините, а все-таки, почему именно ко мне? Ведь на Хрустальную собираются идти ещё три корабля. Вам кто-то меня рекомендовал? Если не секрет, то кто?

— Можно сказать и так, я о вас слышала от близнецов. — Заметив удивление капитана Гонсалеса, эльфийка пояснила, — От близнецов, их старшей сестры и от матери этих замечательных детей — Инэллины Дорсет.

Капитан сильно побледнел, эльфийка похлопала его по плечу:

— Да не переживайте так, они зла не помнят и отзываются теперь о вас хорошо. И ещё, видите там в углу, двух джентльменов? Да за крайним столиком. Они тоже будут проситься к вам в пассажиры. Если возьмёте, то драки на борту не избежать, — эльфийка пожала плечами, — Я-то не пострадаю, а вот остальные...

— Леди, кроме вас пассажиров на борту не будет! И вообще оказать услугу знакомой капитана Дорсет для меня большая честь! Вы спешите? Завтра мы вылетаем, сегодня, извините, не получится — надо команду собрать. Завтра в семь на эстакаде номер пять.

— Спасибо, капитан, и до завтра.

Эльфийка поднялась и пошла к выходу.

Сидящие за крайним столиком два джентльмена проводили её взглядом. На вид это были обычные среднестатистические люди. Ничего особенного, но и не настолько обычные, что бы это бросалось в глаза. Они сидели и из больших бокалов потягивали пиво.

— Сэхэ, она ушла. Её трудно узнать! Она, что тоже под личиной?

— Вижу, Сюджли. Нет, она не под личиной, если бы это было так, я бы заметил.

— Но тогда как?

— Она женщина, Сюджли. А женщине чтобы изменить свою внешность совсем не надо прибегать к магии. Но хватит об этом. Думаю, она договорилась с капитаном. Теперь мы тоже попросимся к нему в пассажиры.

Оба мужчины встали, взяли свои бокалы и, ну не пропадать же пиву, пусть даже такому дрянному, ведь за него уже уплачено, подошли к столику, за которым сидел капитан.

— Вы разрешите, капитан? — Спросил старший из подошедших. Капитан равнодушно пожал плечами.

— Я слышал вы направляетесь на Хрустальную? — Снова спросил старший, капитан кивнул и снова пожал плечами, как бы отвечая — да, но какое вам до этого дело.

— Капитан, нам очень срочно надо на Хрустальную, мы хорошо заплатим. — Старший слегка наклонился к капитану, тот немного отодвинулся и сказал:

— У меня мест нет.

— Но вы же только что взяли одну пассажирку, а насколько я знаю, на вашем корабле три пассажирских каюты.

— Да, — ответил капитан, — но мест нет.

— Но как же так? Ведь девушка одна...

— Она выкупила все каюты, она летит не одна. С друзьями.

— Капитан, но нам тоже очень надо! Мы готовы разместиться в кубрике команды!

— Джентльмены! Я же сказал мест нет! Разговор окончен!

— Капитан Гонсалес! Напрасно вы отказываетесь! Вот первый помощник с корабля «Быстрая лань» нам бы не отказал! Кажется, его звали — Маркиз? — Прищурился младший из подошедших. Капитан Гонсалес тоже зло прищурился:

— Маркиз умер на рудниках каторжной планеты, вместе со своим капитаном и несчастным бывшим губернатором Эсила.

— Но капитан Гонсалес воспользовался деньгами и связями безвременно усопшего Маркиза. — Ехидно продолжил младший из собеседников.

— Воспользовался, в этом нет ни чего противозаконного, — Наклонил голову капитан Гонсалес, потом поднялся, щёлкнул пальцами, подзывая официанта, бросил на стол деньги за выпитое пиво. Поклонился собеседникам и вежливо произнёс:

— Благодарю за приятную беседу, джентльмены, к моему сожалению, я вынужден вас покинуть, дела.

Когда капитан скрылся за дверью бара, младший возмущённо произнёс:

— Ну, вы подумайте, сэхэ, какая сволочь! Помер, видите ли, Маркиз, и теперь он почтенный капитан Гонсалес! Когда был свалером.... Явно он нам врал! Есть у него места! Но эта эльфка ему...

— Знаешь, Сюджли, может он и прав попытавшись начать новую жизнь... Но прошлое редко отпускает. Иногда оно возвращается и наносит удар, смертельный удар... Приходится платить по старым долгам, о которых ты даже не знал... Но, ладно, если он нам отказал, надо нанять другой корабль и перехватить его в пространстве. Сходи по тому адресу, что Требуха подкинул. Обещай любые деньги... — На мгновенье старший задумался, а потом хохотнул, видно ему в голову пришла какая-то мысль, — Нет лучше скажи, что эльфка принцесса — инкогнито, перевозит, скажем, драгоценности на сумму... Сумму назовёшь побольше, но правдоподобную, без фанатизма. И постарайся, чтоб ваш разговор со знакомым Требухи слышали как можно больше окружающих.

— Хорошо, сэхэ Виренталь, будет сделано!

Обводы пузатого каботажника «Ласточка» ни как не соответствовали его элегантному названию. Но каботажники все такие были, в не зависимости от названия, ведь главная их задача не поражать своей элегантностью, а перевозить как можно больше груза. Нагруженный по самое «не могу» дальний каботажник «Ласточка» шёл к Хрустальной. Груз был — обычная сборная солянка, которую возят на осваевыемые планеты — от сельхоз-машин и семенного материала, оружия, инструментов до ковров, элитных вин и других предметов роскоши. Хрустальная переживала вторую волну освоения. Изначально это была планета с очень благоприятными условиями для жизни. Если выставлять коэффициент пригодности для жизни, то Хрустальной можно было бы поставить полтора, это при условии, что легендарная прародина человечества имела по этой шкале — единицу. Но потом резко всё изменилось, произошёл непонятный катаклизм, частично поменявший климат и создавший портал куда-то, откуда на планету хлынули кошмарные твари, уничтожающие всё живое. Но потом всё, так же неожиданно, пришло в норму. И никто не связал это благоприятное изменение с молодой черноволосой женщиной и её тремя пепельноволосыми детьми, появившимися сорок пять лет назад почти в самом центре гнилого пятна. Но нашествие тварей прекратилось, климат стал приходить в норму и на планету снова пошёл поток переселенцев, нуждающихся во всевозможных товарах.

На мостике «Ласточки» кроме ходовой смены находились капитан корабля и странная пассажирка. Она занимала одну каюту и из багажа при ней были — небольшой походный рюкзак, чехол с музыкальным инструментом и два парных меча. Именно эти мечи и вызвали удивление. Было бы понятно — игольник или плазмер, хотя гражданским было запрещено использовать плазмеры, но в качестве оружия в век космических перелётов — МЕЧИ? А на третий день полёта девушка достала из футляра гитару и сыграла. Она не только играла, но и пела. И в кают-кампанию набились все свободные от вахты члены экипажа. Её слушали, затаив дыхание, когда девушка играла что-то весёлое — смеялись все, когда грустное у всех на глазах стояли слёзы. И хоть девушка утверждала, что она дроу — очень кровожадная эльфийка, но из экипажа в это никто не поверил. Девушка на равных разговаривала с любым членом экипажа, она совсем не была похожа на чопорных высокомерных эльфов. И через неделю полёта экипаж считал её в доску своей. И то, что она сейчас находилась на мостике, куда обычным пассажирам вход был воспрещён, никого не удивляло.

Капитан обеспокоено смотрел на экран, на котором мигали отметки пяти кораблей, догонявших «Ласточку».

— Вот, капитан, догоняют. И вот сообщение — требуют остановиться и подготовить корабль к досмотру! — Возмущённо докладывал старший ходовой смены, он вызвал капитана на мостик как только получил это странное требование, — Какое они имеют право на досмотр, это же не патрульные! И потом, какой досмотр в космосе?

— Это не патрульные, это свалеры. И не досматривать они собираются, а грабить, — зло сказал капитан, — Хотя, что у нас грабить обычный груз. Его то и продать кроме тех, кто его заказал нельзя, а заказали именно мне, и привезти могу его только я. Тем более, что аванс за этот груз я уже получил!

— Боюсь, капитан, что причина их нападения это я, — Эльфийка тоже смотрела на экран, — надо было взять тех пассажиров, что к вам напрашивались, я бы их здесь тихо прирезала. А так сплошные проблемы.

Капитан Гонсалес удивлённо посмотрел на девушку, её кровожадные слова ни как не вязались с её мирным видом. Ничего не ответил и перевёл взгляд на экран.

— Вон, корабль Хромого Билла, а это, скорее всего Лысый Хуан. Остальных не знаю, может, узнаю, когда ближе подойдут. — Глядя на экран, хмуро сказал капитан, — Даже о этих двоих нехорошая слава ходит, говорят не прочь и попиратствовать, только вот поймать на горячем не удавалось.

— Так что делать будем? — спросил старший вахтенный.

— Увеличить ход! Хотя уйти не удастся, значит, будем драться! — Решительно взмахнул рукой капитан Гонсалес, — Вряд-ли они оставят кого-то в живых после этого «досмотра», так что другого выхода у нас нет!

Ещё некоторое время капитан вглядывался в приближающиеся метки кораблей, скомандовал в коммуникатор:

— Общая тревога! Экипажу занять места по боевому расписанию! Нас догоняют пираты!

Эльфийка, до этого стоявшая прикрыв глаза, как будто что-то слушая, тронула отдававшего приказания капитана за рукав:

— Погодите, капитан, поменяйте курс на двадцать тридцать, и дайте полный форсаж.

— Что это нам даст?

— Увидите, меняйте.

Капитан пожал плечами и отдал соответствующую команду, что-то в голосе девушки заставило его повиноваться.

На капитанском мостике «Синей Птицы» потирал руки здоровый мужик. Это был капитан этого корабля, Хромой Билл. Почему у него была такая кличка, никто не знал. Хромой Билл совсем не хромал, хотя его действительно звали — Билл. Рядом с ними стояли двое невзрачных мужчин, которые и подбили его на эту авантюру своими росказнями о эльфской принцессе, которая перевозит фамильные бриллианты. Билл, сначала не то, что бы не поверил, просто отнёсся к этой информации очень скептически. Даже хотел отказать незнакомцу, который рассказал эту историю, но когда узнал, что в эту авантюру втянулись капитаны ещё четырёх кораблей, решил поучаствовать. Даже предложил незнакомцу, назвавшемуся Смитом, место на своём корабле. Билл бы и слушать не стал этого Смита, но тот предоставил доказательства своего знакомства с капитаном Требухой, а тот был очень известен в определённых кругах. Незнакомец явился на корабль Билла со своим спутником, таким же невзрачным человеком. Пришлось срочно стартовать, не успев собрать из кабаков всю команду, уж очень быстро ушёл корабль, на котором полетела эльфка. Этим кораблём была «Ласточка», капитана Гонсалеса, этого чистюли. Он был как кость в горле у всех свалеров, все выгодные заказы доставались только ему. Не так обидно было бы, если бы это был кто-то пришлый, а то это был отсидевший срок Маркиз, свой же брат-свалер. И вот теперь такая подлянка от него. Все лучшие грузы перехватывает. Давно надо было его проучить, а тут как раз и представилась такая возможность — не просто проучить, но и выгоду от этого поиметь. Билл не задумывался, о том что лучшие заказы достаются капитану «Ласточки» потому что тот все дела ведёт честно, не пытаясь обмануть, а то и ограбить своих заказчиков.

Билл снова в нетерпении потёр руки, искоса глядя на совершенно невозмутимых пассажиров. Захватив бриллианты их тоже можно было бы пустить в расход, но они не попросили доли, а выдвинули одно условие — отдать им эльфку. Ладно, пусть берут, хотя там посмотрим, может и себе эльфка для чего-нибудь сгодится. А вот четверых подельников, корабли, которых немного отстали, придётся-таки кончить вместе с кораблями и экипажами, там торпеда в генераторный отсек, или бортовой залп в упор. Но это после боя с Гонсалесом, уж очень у того хороший корабль был, Билл сомневался, что его «Синяя Птица» сама сможет с ним справиться.

Преследуемый корабль прибавил хода и сменил курс. Билл усмехнулся, вряд ли ему это поможет. «Ласточка» — это именно грузовой корабль, с хорошим вооружением, с грузоподъёмностью превышавшей грузоподъёмность любого свалерского корабля в три раза, но и со скоростью грузового корабля — экономичной, но медленной. Ведь Гонсалес зарабатывал деньги именно тем, что перевозил грузы, а не занимался контрабандой, где и нужна большая скорость. Так, что свалерские корабли довольно быстро догоняли «Ласточку».

Когда до дистанции открытия огня на поражения оставалось полминуты, обзорные экраны мигнули, казалось, весь космос вокруг сошёл с ума, яркие краски, разноцветные полосы. Билл удивился, но испугаться не успел. Всё пришло в норму, но приборы громко запищали и стали показывать какую-то галиматью. Параметры пространства за бортом якобы отличались от привычного космоса. Невозможно было и определиться, координаторные вычислители пытались найти знакомые звёзды и созвездия, чтобы определить свое место в пространстве, но тщетно вокруг были незнакомые созвездия. Некоторое время все приборы возмущённо пищали и гудели, а потом видно устав совсем отключились. Погасли циферблаты и экраны, светился только один — ближнего обзора.

— Твою за левый стабилизатор и в дюзу! — Испугано выдохнул штурман, — Капитан бортовой комп обнулился! Стёрта вся информация! Мы неизвестно где! И определиться не можем!

Действительно, корабль вывалился из гипера в обычное пространство, но вот только пространство за боротом было совсем не знаковое и не совсем обычное.

— Как это? Ты что несёшь!? Перепохмелился перед вылетом! — Заревел Хромой Билл, он и сам увидел всё, что ему сказал штурман и за этим криком прятал свою панику.

— Т'хатт!!! Тфрэхх !!! — В один голос эмоционально высказались странные пассажиры на незнакомом языке, но по интонациям было понятно, что выругались.

На мостике «Ласточки» произошедшие события прокомментировали не менее эмоционально. И уставились на эльфийку, та улыбнулась и назвала курс, которым надо идти дальше. И объяснила своё спокойствие:

— Мы в закрытой галактике, а о свойствах местного пространства вы, надеюсь, слышали?

— Но что нам теперь делать? Как вернуться обратно?!

— Как вошли, так и выйдем. Следуйте указанным курсом, через полчаса выйдем обратно. — Спокойно сказала девушка.

— Но в точке перехода имперский патруль! От него мы не уйдём! Нас арестуют, это в лучшем случае, а арест это точно каторга! — Закричал помощник капитана.

— Вошли сюда мы, минуя точку перехода, вот так же и выйдем. — Улыбаясь, сказала девушка. В ней что-то неуловимо изменилось, и так красивая, она стала просто ослепительно красивой. А её длинные ушки двигались, к чему-то прислушиваясь.

— Кто вы? — Спросил капитан Гонсалес, казалось, произошедшее его не удивило.

— Моё имя — Морэдэль Ван Нур, — поклонилась девушка, — Тёмный эльф.

Капитан кивнул:

— И вы знакомая капитана Дорсет, я не ошибусь, если скажу, что не просто знакомая.

— Да, не просто знакомая, — кивнула девушка.

— Прекратить панику! Следовать заданным курсом! — Скомандовал капитан, а девушка к чему-то прислушалась и ехидно улыбнулась:

— Один из кораблей идёт за нами, их ведут. Виренталь ведёт, ну что ж, приготовлю ему сюрприз.

— Прекратите истерику! — Властно произнёс один из пассажиров, теперь он не выглядел серым человечком, он вырос на голову и раздался в плечах. Изменилась и его одежда, теперь это был не деловой костюм, а большой чёрный плащ, скрывавший остальную одежду. Так же изменился и его спутник. И этот человек, или уже не человек? Ведь у нормальных людей не бывает глаз с вертикальными зрачками, таких зубов и таких когтей. Это существо достало из под плаща хрустальный шар и, всмотревшись в него, задал штурману курс, тот беспрекословно вёл полученные цифры и корабль продолжил движение.

— Кто вы? — Спросил Хромой Билл, надо отдать ему должное, его голос не дрожал.

— Крумм, демон Крумм, — обнажило клыки в усмешке это существо. — Не бойся, смертный мы тебя не тронем, нам нужна эльфийка и мы её догоним, как бы она от нас не убегала!

— А остальные корабли?

— Мне некогда ими заниматься, если они догадаются следовать за нами, то их счастье, если же нет... — Голос этого существа был под стать его внешности — глубокий с каким-то металлическим звучанием.

Видно капитаны остальных свалерских кораблей сообразили, что следует идти за удаляющимся кораблём Хромого Била и пошли за ним как привязанные.

Как и обещала эльфийка, после повторившегося буйства красок за бортом, корабль вошёл в обычное пространство.

— Загружайте бортовой комп, и определяйтесь в пространстве, — сказала эльфийка и, улыбнувшись, добавила, — Впрочем, наши координаты я и так могу вам сказать.

Девушка назвала координаты, которые штурман тут же ввёл в бортовой компьютер, и задала новый курс движения, к астероидному поясу, оказавшейся не далеко системы. Корабль прошёл больше половины расстояния до цели, как сзади появились все пять свалерских корабля. Штурман указал на них, и помощник капитана спросил у девушки:

— И что теперь, ведь мы от них не оторвались. А теперь мы ещё и прижаты к астероидному поясу, у нас нет свободы манёвра, они нас просто расстреляют!

Девушка улыбнулась и ответила вопросом:

— А о том, что уйти через астероидный пояс, вы не думали?

— Но это же невозможно! — Выдохнул штурман, все закивали, подтверждая мнение штурмана.

— На это способна только ваша знакомая, — тоже кивнул капитан Гонсалес, — Только капитан Дорсет атакует через астероидный пояс.

Все снова закивали, подтверждая слова капитана. Девушка снова улыбнулась и пропела:

— Сюрприз, сюрприз! — и закончила обычным голосом, показав на передний обзорный экран, на котором росли глыбы астероидного пояса, — Сюрприз из астероидного пояса!

Там среди камней появился силуэт большого корабля, он выходил из пояса, уверенно двигаясь среди каменного крошева больших и маленьких обломков.

— Это же... — начал помощник капитана.

— Да, это «Лесная Волшебница», — улыбаясь, кивнула эльфийка. Крик «ура», которым экипаж «Ласточки» приветствовал появление линкора, прервал вызов коммуникатора, на экране появилась женщина в форме капитана первого ранга.

— Здравствуй Мора! — Кивнула она эльфийке, тот час из-под руки женщины появилась пепельная голова ребёнка.

— Мора! Что ты так долго? Мы тебя уже ждём...

— Найтин! — Строго сказала женщина девочке, — Не засоряй эфир!

Девочка моментально надулась, но её глаза радостно блестели, видно было, что девочка рада эльфийке. Капитан Гонсалес покрылся холодным потом, он узнал и женщину и ребёнка, за прошедшие сорок пять лет они ни сколько не изменились. Капитану, вроде и бояться было нечего, а вот всё равно испугался.

— Мама, а можно я к Море в гости схожу? — Спросила девочка, — Ну, чтоб эфир не засорять.

Женщина улыбнулась и кивнула. Рядом с эльфийкой на мостике «Ласточки» появилась пепельноголовая девочка и бросилась ту обнимать. Все кто был на мостике стояли, разинув рты от удивления. Капитан Гонсалес попытался отодвинуться подальше, но девочка, оторвавшись от эльфийки, скомандовала:

— Поворот на двадцать, сбавить ход до трёх.

Первый помощник так был удивлён, что выполнил команду девочки беспрекословно, но потом, опомнившись, закричал:

— Они же сейчас нас догонят и откроют огонь! Почему они продолжают преследование, они, что не видят линкор?!

— Ага, — ответила девочка, — Не видят ни «Лесную Волшебницу» ни твою «Ласточку».

Девочка показала на передний обзорный экран, присутствующие на мостике с удивлением увидели удирающую в сторону астероидного скопления свою «Ласточку». Спустя пару минут, свалерские корабли которые прошли мимо сбавившей ход настоящей «Ласточки», в упор не видя её, прижали потерявший ход корабль к астероидному поясу и открыли огонь. Та «Ласточка» начала отвечать, её выстрелы удивительно точно попадали по свалерским кораблям, нанося тем повреждения. Свалерские корабли в долгу не оставались и от их попаданий на «Ласточке» тоже стали появляться пробоины.

— Во дают! — Восторженно воскликнул штурман, почти с восторгом наблюдая за сражением. Потом, слегка опомнившись, спросил:

— А с кем это они?

Видно было, что этот вопрос заинтересовал всех присутствующих, девочка важно ответила:

— Это иллюзия высшего порядка! — И хихикнув, добавила, — Вообще-то это Дени развлекается.

— Как иллюзия, она же стреляет в ответ! — Первый помощник указал на пробоины в свалерских кораблях.

— Ага, я же сказала иллюзия высшего порядка! А снаряды — их собственные, Дени их обратно заворачивает. Это Тейли показала, как такие иллюзии создавать, только у неё такие большие не получаются. Мы как-то раз с Дени целое сражение устроили, вывели на поле две армии и они до обеда бились. А потом кушать ушли.

— Почему? — Невпопад спросил помощник капитана, его очень поразила иллюзия, стреляющая в ответ настоящими снарядами.

— Ихха позвала обедать, она блинчики испекла.

— Для двух армий! — поразился штурман.

— Да нет, для нас! Вот мы и пошли кушать блинчики с вишнёвым вареньем! А у вас тут вишнёвого варенья нет? Или шоколадки?

— Есть, — улыбнулась эльфийка.

— А что две армии, которые дрались? — Поинтересовался штурман, его удивило, что две армии вышли драться по прихоти детей.

— Ну, еще немного подрались, а потом сами развеялись. Ну, так мы идём?

— Куда?

— Чай пить! С вишнёвым вареньем!

— Леди, не скажите ли, зачем это? — Спросил до этого молчавший капитан Гонсалес, показывая на экран, где вели артиллерийскую дуэль свалерские корабли.

— А это для того, что бы зафиксировать факт пиратского нападения на мирного торговца. Теперь есть документы, и им теперь не отвертеться, если конечно живы останутся. Вон как лупят. — Появившийся мальчик показал на экран, где вели активную артиллерийскую дуэль свалерские корабли, как оказалось сами с собой.

— Дени! А как же без тебя эта иллюзия? Ты что всё так и бросишь? — Спросила эльфийка.

— Там запущен самоподдерживающийся замкнутый процесс, — пояснила появившаяся девочка, лет четырнадцати, тоже пепельноголовая. — Где тут чай, с вишнёвым вареньем? Мора показывай!

— Ну да, — засмеялась эльфийка, — Что может быть важнее чая с вишнёвым вареньем? А свалерские корабли сами себя достреляют, без посторонней помощи. Ведите, капитан, в кают-кампанию. Будем пить чай, с вишнёвым вареньем. Сейчас вашему кораблю буден нанесён серьёзный ущерб.— И глядя на расширившиеся от ужаса глаза капитана, тихонько добавила, так чтобы слышал только он, — Будут уничтожены все запасы вишнёвого варенья и шоколада.

Конец

Примечания

1

Генеральный сенешаль Капитула Полевых Союзных Сил — что-то типа председателя верховного совета начальников штабов. Далее так будут даваться пояснения, вообще-то положено в конце страницы, но где эта страница кончается...

2

уличного грабителя

3

Эль — крепкий, горький напиток похожий на пиво производимый быстрым верховым брожением при высокой температуре брожения, без использования хмеля, но бывает и слабый эль с фруктовым вкусом.

4

Дикие гуси — наемники, солдаты удачи

5

меры длины и веса приведены к понятным читателям

6

болотные гоблины — твари двух метрового роста, обладающие могучим телосложением и толстой шкурой, их орда способна выдержать удар рыцарской конницы и прорвать любой пехотный строй

7

сейчас бы сказали чёрный Властелин или гнусный Некромант

8

дальше, для краткости будем его именовать просто — Колдун

9

Адаманит — легендарный металл демонов тверже, которого только алмаз, на самом же деле, адаманит куют гномы. Адаманит это сложный сплав на основе обеднённого урана, потому люди не носят и очень редко пользуются такими клинками. У гномов и эльфов порог чувствительности к радиации в разы выше, чем у людей, потому они могут использоать оружие из адаманита без вреда для себя

10

если по общему счёту то пятого громилу

11

всё произошло за три быстрых хлопка в ладоши

12

количество стрел которое может прицельно выпустить лучник за минуту

13

Мифрил — легендарный металл эльфов, на самом же деле это два типа сплава на основе титана. Доспешный мифрил — сплав с большим содержанием титана и более вязкий по структуре, используется для изготовления кольчуг и других доспехов. Оружейный мифрил — сплав титана со сталью, никелем и хромом, он более тяжёлый, идёт на изготовление различного оружия. Но гномы из него куют и доспехи. Куют из мифрила изделия все расы

14

Распространено заблуждение о величине гномьих бород. А вы попробуйте с длинной бородой поработать в кузне, шахте или помахать топором в сражении. Гномы подстригают свои бороды и при этом ещё и бреют усы

15

кило — мера веса равная одному килограмму

16

Ступа летательный аппарат с вертикальным взлётом. Принцип летания ступы современной наукой так и не открыт

17

Анкарры — это демонические сущности-симбионты. Они прикрепляются к душе новорожденного и не покидают его на протяжении всей жизни. Без симбионта сущности живут примерно неделю и если за это время не находят подходящую душу, то растворяются в ткани мира. Подробнее об анкаррах:

— «Лекции Академии Измерений», профессор Анари.

— «Многоликая», http://zhurnal.lib.ru/editors/editors/m/melioranskaja_n_i/

18

Действительно неслыханная сумма, равняющаяся годовому доходу небольшого герцогства. Один дублон равен сотне золотых.

19

Научно Исследовательского Института Большой Боевого Глюкала

20

Собственно говоря, это были не совсем драконы, а скорее виверны. Полуразумные драконообразные, хорошо поддающиеся дрессировке и не умеющие дышать пламенем

21

если сказать, что пепельной масти, Царапка очень обидится

22

двести золотых монет за походный костюм и ещё девяносто за курточку с капюшоном — это не каждый может себе позволить

23

Что-то многовато девушек развелось, ещё чуть-чуть и перебор будет

24

боевая информационно-управляющая система

25

Крум — демоны, Стьеххар — высшие Крум. Подробнее в путевых заметках Морэдэль. Также мемуары Нэлькаэра ДЄАрнекко «Полтора повелительских метра» записанные Морэдэль http://zhurnal.lib.ru/editors/editors/k/konnikowa_w_n/

26

боевой, бронированный скафандр, обычно применяется в штурмовых подразделениях космодесанта

27

Скорострельность пневматического иглометателя — триста выстрелов в минуту, ёмкость обоймы — сто двадцаь игл

28

движение было очень быстрое, поэтому проползли явно не подходит

29

или, наоборот, в общем, крайне неприглядное зрелище

30

довольно таки не маленькая сумма

31

Кайндхе млекопитающиеся ящеры, имеющие демоническую сущность и изобилии встречающиеся в песчаной и снежной пустыня Мира Возрождениях, используются Крум в качестве верховых животных.

32

обычный, сладкий и горький

33

Дружки от жениха и невесты это свидетели на свадьбе

34

Обычно гномью железную дорогу строит куча народа, а последний костыль, если кто не знает — это такой здоровый гвоздь, которым крепится рельса к шпале, торжественно забивает старейшина. Потом говорят — дорогу построил старейшина Гредиримр, а весь коллектив строителей остается как бы в тени, безымянными героями

35

«S» — скорость равная световой, не прибегая к гиперпрыжкам корабль способен развить скорость не более двадцати «S»

36

Адмирал был абсолютно прав, три демона находились на борту «Лесной Волшебницы», но помогали Капитану Дорсет совсем не они

37

Тяжёлая платформа «Ирокез» представляет собой опирающегося на четыре ноги боевого робота, вооружённого четырьмя роторными пушками среднего калибра, ракетами земля-земля, земля-воздух. Противоснарядное бронирование, экипаж восемь человек

38

Боевой робот «Бушмен» имеет две ходовых опоры, что позволяет развивать ему большую скорость по пересечённой местности. Вооружение две роторные пушки малого калибра, управляемые снаряды. Бронирование очень слабое, скорее против ручного оружия, чем противоснарядное

39

Свободный мир — это мир в котором нет верховного божества

40

Ирумий — металл составляющий основу генераторов преобразующих волны-поля генерируемые аномалиями пространства-времени

41

Во флоте Империи служили как мужчины, так и женщины, на кораблях и в гарнизонах было много супружеских пар, естественно у них появлялись дети. Но не будет же мать воспитывать детей на боевом корабле, тем более что иногда мать служила на одном, а отец на другом. И, очень часто, такие дети находились, а армейских или флотских детских домах, где получали соответствующее воспитание. Родители виделись с детьми во время отпусков или стоянок на базах.

42

Да, да в Империи ходят денежные знаки называемые — рублями. И эта свободно конвертируемая валюта ценилась во всех обитаемых мирах, так как была самой твёрдой валютой, гораздо твёрже доллара Союза.

43

Запорное устройство — позволяет намертво заклинить дверь в переборке, кроме замков ещё содержит восемь толстых штырей, расходящихся в стороны и фиксирующих дверь

44

Забегая не много вперёд: через два месяца комиссия таки прибыла в систему Эсил, и генерал-губернатора сняли, а потом и судили. Ну, понятно, с конфискацией всего, нажитого непосильным трудом. И уже не губернатор продолжил свою трудовую деятельность на одной из каторжных планет. Но его высокие покровители выкрутились, утопив генерал-губернатора.

45

пусть и дальше будет полковник, а то генерал-майор писать длинно

46

так казалось очень многим

Content

Дубровный Анатолий Викторович Битва в кружке пива

Анатолий Дубровный Битва в кружке пива (СИ)

Примечания