Кей К Андерсен

Когда боги играют

В память о старых добрых студенческих временах

Зачарованное пламя весело потрескивало в камине. На горячей полке спокойно сидела, опираясь спиной о стену, молодая девушка, и языки пламени время от времени вытягивались и касались ее босых ног.

- Я посмотрела его. Ты права, это идеальный кандидат, найти настолько нейтрального человека, да почти без связей - большая удача.

В кресле напротив расположилась другая девушка. Они были чем-то неуловимо похожи, хотя на первый взгляд их объединял лишь возраст да ярко-рыжие волосы, пусть даже у первой они были заметно светлее.

- Мы долго ждали, да. Если он тебя устраивает, я завтра же поговорю с отцом Ордена.

- Когда они смогут начать?

- Все уже готово, это будет вопрос пары дней. Орден снабдит его картами и инструкциями, парень отправится вообще без задержек.

- А маги?

- Я пару раз намекнула Темному, что Орден копается в некоторых архивах - он все правильно понял и уже донес до коллег, так что маги внимательно следят за каждым шагом Ордена.

- Маги следят за Орденом, Орден следит за магами, и каждый готов сорваться с места - это будет гонка.

- Гонка за воображаемым кроликом. И кролик у нас, наконец, нашелся.

Часть 1. Бег за воображаемым кроликом

С давних пор в лесах Карманидии к западу от озера Ксион расположилась маленькая деревенька Хамельн. Пара десятков домов глядят всеми окнами на единственную дорогу, по которой изредка проезжают искатели приключений, желающие найти к северу от Хамельна счастливую жизнь. Ходит легенда, что в покрытых снегом горах спрятан камень удачи, который подарит нашедшему его беззаботную и бесконечную жизнь.

Дорога проходит через Хамельн и, еще немного попетляв по дубовым рощам, упирается в дремучий лес. Немного находится смельчаков, решивших продолжить путь через болота, скрывающиеся в глубине сине-зеленого леса, и еще меньше на свете тех, кто вернулся из этих болот. На невысоком пригорке у самой кромки леса, где дорога подходит к деревьям и ныряет под низко свисающие ветви, чтобы затем резко вильнуть в сторону и предложить путешественнику обогнуть гиблый лес ценой не одной недели пути, расположилась небольшая таверна. Добротный сруб, судя по виду, простоял здесь пару, а то и тройку десятков лет, но все еще успешно сопротивлялся течению времени, как и сам хозяин этой таверны и постоялого двора - старик Дэниел.

Тисса походил на одного из искателей счастья, словно их всех лепили где-то по единой мерке. Молодой парень лет двадцати с чем-то, небогатая одежда, да непримечательное лицо - таких таверна видела во множестве, да и сколько их еще будет... Таверна на краю леса была отмечена в карте, но Тисса не был уверен, стоит ли останавливаться в ней. Начавшийся дождь, однако, развеял все сомнения. Промокший насквозь путник шагнул на порог и толкнул тяжелую дверь.

Бывали ли вы когда-нибудь в тавернах? Эта, пожалуй, ничем не отличалась от множества других, разбросанных по всем уголкам Империи. Веселая публика за столом закусывала пиво вяленым мясом, кто-то наворачивал похлебку из глиняного горшка, несколько бродяг сидело в уголке, группа мужиков бандитского вида расположились у лестницы. Туда-сюда сновали официантки, похожие друг на друга как две капли воды.

Тисса ощутил радость от того, что в этот раз ему не придется ночевать на голой земле, как в предыдущие дни. Сегодня его ждала сухая и относительно мягкая, пусть и с клопами, постель.

Усевшись за стол, Тисса продолжил разглядывать таверну. Его привлекла массивная лестница, она вела, судя по всему, в гостевые комнаты и, наверное, где-то там же, но в другом крыле, располагались комнаты хозяев. В пролете лестницы показалась высокая женщина, она осмотрела сверху посетителей таверны и случайно встретилась взглядом с Тиссой. Тут его отвлек оклик официантки, интересовавшейся, чего изволит молодой господин.

Комнату - Тисса помахал перед девушкой орденским медальоном, - выпить чего-нибудь, и что у вас имеется из еды...

- Могу посоветовать жаркое из оленины и похлебку из оленя же - она особенно удалась.

- Давайте похлебку.

Девушка кивнула:

- Сейчас принесу. А тебя как звать-то?

- Тисса.

- Ага. Ну а меня...

- Лорри! Где, прах пропади, наше пиво? - проревели из дальнего угла зала, и официантка, расплывшись в улыбке, помчалась выполнять заказ.

Вскоре перед Тиссой появилась еда и кружка темного пива, и, ковыряя ложкой густую ароматную похлебку, путешественник позволил себе расслабиться. Следовало обдумать, что делать дальше.

Напротив Тиссы опустился за стол широкоплечий мужчина. Лицо, заросшее щетиной и потемневшее от солнца и ветра, нельзя было назвать немолодым, но в глазах читалась уверенность и спокойствие вполне пожившего человека. Тисса гостей не ждал, хотя и не прочь был порасспросить кого-нибудь из местных о здешних легендах, поэтому лишь вопросительно вскинул брови. Незнакомец уперся локтями в стол и чуть слышно произнес:

- Путник, камень, что ты ищешь, может стоить тебе слишком дорого... Намного дороже цены, которую ты можешь себе представить.

Тисса прищурился:

- Я спросил бы вашего совета, если бы мне вдруг стало невыносимо интересно. Однако же, это был весьма необычный способ начать разговор.

Несколько мгновений незнакомец сверлил Тиссу серо-зелеными, как сам дремучий лес в дождь, глазами. Это было неприятно, и Тисса не решался отвести глаз. Кроме того, от затянувшейся паузы становилось не по себе.

- Хорош в гляделки играть, - Тисса почувствовал в голове хмельную легкость, самую малость, но достаточную, чтобы насторожиться: если перед ним шпион, как предупреждали в Ордене, то надо постараться не выдать себя и своих целей, - если есть, что сказать, так говори, а иначе проваливай.

- Я сказал, забудь о камне.

- Не выйдет.

- Мало я чтоль таких дураков видел, - незнакомец со вздохом поднялся.

Тисса еще смотрел вслед вышедшему из таверны странному человеку, но тут перед ним снова нарисовалась Лорри и поставила на стол новую кружку пива. В руках у Тиссы появилась монетка, и девушка охотно заняла место напротив.

- Кто это был?

Лорри с девичьей тоской проследила взглядом до двери:

- Это Вольный. Вольный охотник, демон знает, как его настоящее имя. Говорят, он продал душу Лесу, - вздох, - заходит иногда, в непогоду, отговаривает некоторых в лес соваться. Вообще, он хозяину как сын, второй. Родной-то, походу, и правда сгинул.

- М?

Девушка скользнула взглядом по залу и, понизив голос, продолжила:

- Да уж давно, я только работать пришла. Это года три... или четыре, наверное. А, точно, пятый год подходит. Говорят, он с хозяином не ладил, и до этого бывало уходил надолго, а тут ушел и все... Больше не возвращался. Жаль, красивый был парень... Так я его считай и не видела.

Интересно. Надо бы поговорить с хозяином этой таверны. В орденских бумагах были какие-то намеки, будто сын тавернщика и есть тот самый счастливчик, нашедший камень, но Тисса не мог до конца поверить в это, тем более что источник выглядел крайне сомнительно. По-хорошему, с Вольным охотником тоже следовало побеседовать, но странный он какой-то.

- Скажи, а как мне увидеться с хозяином?

- А оно тебе надо? - Вторая монета перекочевала к официантке. - Я сообщу ему, - Лорри проворно вскочила и, подхватив пустую кружку, умчалась к стойке.

Ожидание затянулось. Вечерний гомон начал стихать, деревенские разбрелись по домам, кляня дождь на чем свет стоит, часть гостей поднялись в свои комнаты. Тисса вертел в руках давно опустевшую кружку и уже было тоже подумывал отправиться в комнату - все-таки усталость давала о себе знать.

- За ужин с тебя шесть с половиной монет, и хозяин ждет тебя в малом зале.

Тисса поднялся, отсчитал деньги и пошел к указанной двери в малый зал, а Лорри осталась протирать стол и покачивать головой. "Жалко парня, молодой еще," - послышалось Тиссе, когда он закрывал за собой дверь.

- Ты, значит, Тисса, из орденских. Ну-ну, здравствуй, проходи, не стесняйся.

- Здравствуйте.

Зал был и правда маленький, на три стола всего. Маленькое окошко и днем-то, наверное, почти не давало света, а сейчас единственным источником был открытый очаг. В полумраке хозяин таверны выглядел несколько зловеще, расхаживая, слегка подшаркивая, по залу.

- Рассказывай, зачем пожаловал.

- А вы давно тут живете?

- Да уж давненько. Как из столицы ушел, сладил избушку, таверну устроил, вот и живу.

- Всех, наверное, в округе знаете?

- А зачем мне? - Дэниел остановился и посмотрел на Тиссу. Вопрос застал его врасплох, повисла пауза.

- Я за камнем иду.

- Да понял уже, что не воздухом подышать. Только зря ты это, молод еще умирать-то. Пожил бы еще.

- А не надо меня заживо хоронить. Скажите лучше, как в живых остаться.

- Думаешь, ты один такой ловкий? Да вас за седмицу по десятку тут проходит, смертников. Как в живых остаться, спрашиваешь? Да легко: выходишь из таверны и налево, в Хамельн поворачиваешь. И живешь дальше, всё.

- А правду говорят, будто кто-то нашел камень?

- Тьфу ты, непробиваемый какой. Забудь о камне, говорю тебе, сгинешь же - никто не хватится.

Сидя за столом, Тисса вертел в руках непонятно откуда взявшуюся здесь заячью лапку. А еще рядом со столом стоял массивный деревянный столб. На нем были развешены разные предметы, начиная от засушенных трав и овощей и заканчивая связкой птичьих черепов, кабаньей головой, и, кажется, там даже была сушеная летучая мышь. А еще столб был весь покрыт природными и геометрическими узорами, среди которых - Тисса только сейчас понял - были вписаны древние магические символы.

- Ну а хочешь, у меня оставайся, - продолжал Дэниел, - ты парень молодой, мне пара сильных рук в хозяйстве всегда пригодится.

Его голос звучал ровно и убедительно, и Тисса даже подумал, и правда, может, ну его к демонам, этот камень. Усталость брала свое, и молодой орденец чувствовал, что готов уснуть прямо здесь, за столом. Стоп! Какой, крон подери, камень? Он же здесь не за этим, у него другое задание! Сон как рукой сняло: дед же магичит! Тисса осторожно потянулся за пазуху, нащупал скрытый карман, зевнул для отвода глаз и, ухватив щепотку толченых трав, поднес к носу. Эффективное зелье, действует практически мгновенно: бодрит, блокирует физическую боль, нейтрализует магию.

- Ну что, согласен ты? Ну же, чего ты теряешь, я тебя орденским не выдам.

Упершись руками в стол, Тисса поднялся:

- Ты маг?

- Уж не пустое место, - Дэниел недобро прищурился.

Тут Тисса вновь взглянул на необычный столб и его прошиб холодный пот: это же один из столбов иерархии! Демоны бездны, это может означать только одно - тавернщик не просто маг, а иерарх! Надо же так влипнуть...

Бежать! Тисса повернулся и бросился к выходу. Ноги вмиг стали ватными, в висках застучало... Уже не колеблясь, Тисса выгреб из внутреннего кармана столько порошка, сколько смог зачерпнуть, поднес к лицу. Как он вывалился в большой зал, как пересек его и оказался на улице - хоть пытай, он совершенно не помнил. Последним воспоминанием был сгущающийся вокруг сизый туман.

Опершись о перила крыльца, Тисса медленно приходил в себя. Уже стемнело. Дождь, хоть и ослаб, но все еще продолжался и, похоже, будет идти всю ночь. Хоть бы к утру закончился. Впрочем, что тут рассуждать - осенние дожди начались так некстати на неделю раньше срока. Если раньше Тисса надеялся проскочить Темный лес напрямик, по летней суши, то теперь с этим планом придется попрощаться: болотистый лес, верно, развезет уже после этого дождя, сколько времени займет переход по топям сказать сложно, а застрять посреди пути в Лесу будет означать верную смерть. Так что лучше не рисковать. Эх.

Этот поход начинается как-то из рук вон плохо. Взять даже тот день в Столице.

Тисса проснулся с адской головной болью. Предательский солнечный луч пробивался через не до конца задернутые шторы, наполняя светом небольшую каморку, и даже просто смотреть на этот свет было больно. Еще больно было шевелиться, думать и вспоминать вчерашний вечер. А вчера вечером он вернулся в Столицу с выпускного задания. Выполнил, успешно, и на несколько дней раньше срока. Скоро в город начнут подтягиваться его сокурсники - большинство, конечно, приедут в последний день, заскочив ненадолго к родным, но кто-то, кому, как и Тиссе, ехать некуда, примчится сразу сюда, и с ними можно будет покутить, делясь впечатлениями от выпускной охоты. Вот только сейчас мысли о выпивке организм явно не одобрил. Комната закружилась вокруг ярким калейдоскопом, и Тисса поспешил закрыть глаза.

Так. Значит, вчера он прибыл в Столицу, снял комнату в таверне - недорогую, но с водой, чтобы привести себя в порядок после похода. А потом он спустился вниз, заказал похлебку - вроде ничего была, сколько раз тут ее брал уже - и эля - одну кружку всего! Легкого! И всё. Дальше память работать отказывалась. Ну не мог он так упиться с одной кружки, были у него пьянки куда как серьезнее. Да и был он вчера один - если б еще с кем из товарищей пил, они могли подшутить, но ведь нет же. А голова просто раскалывалась. Ладно. Голова болит. Что еще? Тисса прислушался к себе. Да вроде ничего. Может, морок? Тоже ничего не ощущается. Головокружение чуть отступило, и Тисса осторожно открыл один глаз. Стараясь не шевелиться, он осмотрел комнату. Сумка обнаружилась на столе, очень хорошо. Там же стояла казенная кружка, пустая скорее всего. Вода. Вода должна быть в умывальной, одно ведро он вчера точно оставлял нетронутым, сойдет. Тихо застонав, Тисса перевернулся на бок и скатился с кровати. Опираясь руками сначала о кровать, затем о стул, он подтянул себя к столу и схватил кружку. Так и есть, пустая, спасибо, что целая. Открыв второй глаз, Тисса прикинул расстояние до умывальной, собрался с силами и кое-как дополз до воды. Первую кружку он выпил залпом прямо на месте, вторую зачерпнул и насколько мог аккуратно понес к столу. На все путешествие ушла, кажется, вечность, и, поставив, наконец, кружку, он в изнеможении рухнул на стул.

В дверь постучали. Словно в колокол. Тисса застонал и распластался на столе, подложив под голову руки. Ох, похоже, он и спать вчера завалился прямо в одежде. После еще одного короткого стука дверь заскрипела.

- Доброе утро, господин.

Горничная, всего лишь горничная.

- Уйди.

- Простите, господин, мне велено сказать, что Вас срочно вызывают в Орден. И я принесла одежду - за ночь мы все постирали.

- Хорошо.

- Посыльный сказал, что Вас ждут в здании Ордена в полдень.

- Угу.

- Это через час, - и дверь снова скрипнула - девушка ушла.

Орден... Какого демона... Стоп! Через час?! Тисса резко вскинул голову, отчего снова потемнело в глазах и появилась новая боль в затылке. Поборов приступ, он подтянул к себе сумку, вытряхнул содержимое на стол, из какого-то мешочка достал небольшой корень и сунул в рот, пошарил еще вокруг, вытянул пару горьких зерен и, закинув следом, принялся жевать. Гадость редкостная, но толочь негде и, главное, некогда. Проглотив, что смог, Тисса опрокинул в себя кружку и какое-то время сидел неподвижно, словно боясь пошевелиться. Надо бы прилечь, подождать, пока зелье подействует, но некогда. Еще из одного мешочка Тисса выудил почти свежую веточку мяты - позавчера набрал, пока шел, а теперь пригодилась заесть зелье. Голова медленно прояснялась, и он решился на еще один поход за водой. Вернувшись к столу, распаковал сверток с сушеным мясом: кто знает, с этим Орденом, когда еще удастся поесть.

К зданию Ордена Тисса прибежал за пару минут до полудня, и, на удивление, его пропустили сразу. Одно это уже выглядело подозрительно: обычно при встрече с отцами Ордена младших заставляли ожидать часами. Секретарь повел Тиссу в старое крыло и куда-то наверх, кажется, здесь располагались личные кабинеты. Хм. Постучав в массивную дверь (Тисса не разглядел полустертую надпись с именем), секретарь заглянул внутрь и тут же вернулся: "Ждите здесь, уважаемый". Тисса кивнул, а секретарь торопливо пошел прочь.

Ждать опять же пришлось на удивление не долго. Тисса только и успел, что прочитать на табличке имя второго отца Ордена да унять откуда-то взявшуюся слабость в коленях. Что, демоны бездны, происходит? Из кабинета вышел мужчина в дорогой мантии. Нет, не роскошной - не пристало Ордену выставлять свое богатство напоказ, - но качество материала и хорошую работу все равно видно.

- Ты Тисса из травников, ученик последнего года?

Тисса поклонился чуть ли не в пояс:

- К вашим услугам, почтеннейший. Выпускную охоту завершил досрочно с отличием.

- Удачно. Я должен спросить Вас, молодой человек... Разогнитесь уже. Вы намерены присягнуть Ордену?

- Разумеется, это великая честь для меня.

- В таком случае следуйте за мной.

Все еще не веря в происходящее, Тисса торопливо шагал за вторым отцом по пустым коридорам старого крыла. В комнату старшего наставника (Тисса вновь ощутил приступ слабости) они вошли даже без стука. Второй отец даже не стал утруждать себя приветствием:

- Подпишите этому молодому человеку членство в Ордене, - и на удивленный взгляд добавил: - это срочно.

Старший наставник, если и хотел что-то возразить, то передумал и кивнув, полез за бумагами. Собрав все, что хотел, он уселся за стол:

- Подойдите сюда, юноша.

Тисса, до этого момента старательно прикидывавшийся тенью, шагнул вперед.

- Аттестат у вас с собой?

- Э... не выдавали еще.

- А что есть? Охоту окончили?

- Да, письмо наставника о выполнении охоты.

- Давайте.

Тисса выудил из сумки скрученный листок и протянул старшему наставнику.

- Ага, Тисса из Фортклифа - тот самый Фортклиф? Сочувствую. 25 лет, травник последнего года, обучение закончил, охоту сдал. Годится.

Изучив письмо, старший наставник вписал данные в договор на серой немагической бумаге.

- Ваша подпись, юноша.

Тисса наклонился над столом и старательно вывел цепочку петель.

- А теперь положите правую руку вот сюда, - поверх договора он положил другой листок бумаги, - это будет отпечаток вашей магии. Так. И читайте вот эту клятву, желательно разборчиво. Вот и все, вот ваш амулет, добро пожаловать в аколиты Ордена. Я должен назначить вам старшего брата.

- Это потом, - второй отец нетерпеливо взмахнул рукой, - формальности мы соблюли, теперь идемте.

Он развернулся на каблуках и покинул комнату так же стремительно, как до этого вошел. Тисса торопливо поклонился старшему наставнику и поспешил следом.

- Итак, молодой человек, раз вы теперь действительный аколит Ордена, я должен сообщить вам следующее. У Ордена к вам есть задание, не терпящее отлагательств. Наши оракулы говорят, что баланс сил пришел в движение, и время для выполнения этой задачи сейчас идеально. Я не ограничиваю вас в сроках, но прошу поторопиться, поскольку нет никакой возможности оценить, как долго еще продержатся столь благоприятные условия. Это архив Ордена, - он подошел к огромным дверям и приложил правую руку к позолоченному гербу, - вход по магическому отпечатку, как вы поняли.

Двери распахнулись, и у гостевой стойки их встретил, видимо, сам хранитель архива - почтенных лет и весьма приличных габаритов, он был одет в довольно строгий серый костюм, однако засученные рукава и маленькие очки на кончике носа совершенно не вязались с образом серьезного знатока документов.

- Чем могу быть полезен?

- Проводи этого молодого человека к материалам, которые мы собирали, покажи что там к чему, - и, повернувшись к Тиссе: - Теперь слушай внимательно. Ты отправляешься на север. Слышал про камень удачи?

Тисса кивнул.

- Так вот, иерархи как-то давно пытались его достать, но не смогли. Тем не менее, говорят, что несколько лет назад один человек все-таки держал камень в руках, но после этого пропал. Твоя задача - выяснить, как он добрался до камня. Ну или достать камень самому - я уже говорил, баланс сдвигается, и то, что когда-то не получилось у великих магов, вполне может сработать сейчас. К сожалению, нам некого больше отправить: почти все орденцы в летних патрулях, а сейчас каждая минута на счету. Кроме того, у нас есть повод опасаться шпионов, иерархи наверняка попытаются вмешаться, если узнают. Короче, отправляйся сегодня же вечером и возвращайся с информацией или с камнем. Да, это тебе на дорогу, - он вынул из кошелька горсть серебряных монет, - на первое время должно хватить. За постоялые дворы платит Орден.

В архиве Тисса просидел до темноты. Затем, вернувшись в свою комнату, завалился спать без ужина, а в предрассветных сумерках с первым купеческим обозом покинул Столицу и отправился, как было наказано, на север.

Времени в пути было предостаточно, чтобы не один раз обдумать все произошедшее. Выглядело это тысячу раз странно, а раздумья информации не прибавляли. Поэтому спланировав маршрут, Тисса сконцентрировался на задании. Полпути до Леса вполне реально пройти с обозами - торговля вокруг Столицы идет бойко, да и дороги хорошие. Дальше Тисса рассчитывал на почтовых - пару перегонов он сделал, что было неплохо, хотя и дороговато. А дальше - как отрезало. Деревенские лошадей не давали, попуток не попадалось, и первые два дня Тисса изрядно понервничал, топая пешком от рассвета до заката. На третий день он перестал надеяться и с самого утра взял более высокий темп, перейдя на бег, - хорошо быть молодым, как говаривал их наставник, хромоватый дядька лет под шестьдесят.

И когда до Леса было уже рукой подать - сине-зеленая стена показалась на горизонте, - пошел дождь. Даже не просто дождь, а Дождь, с большой буквы. Тисса сразу узнал Первый осенний дождь. Вот и сейчас он стоял на крыльце таверны и смотрел, как потоки воды смывают к демонам все его планы.

Через незакрытую дверь таверны на крыльцо падал узкий луч света. Гомон разговоров затих, значит, посетители окончательно разбрелись. Спать не хотелось: адреналин сегодняшнего вечера и магическое зелье вряд ли вообще позволят ему уснуть этой ночью. Начинало холодать. Тисса поежился и начал раздумывать, не подняться ли в свою комнату - куда деваться ночью в дождь? - когда из зала таверны послышались шаги, а затем и голоса.

- Зачем ты парнишку напугал?

Тисса одним глазом заглянул внутрь. Посреди опустевшей таверны расположилась за столом темноволосая женщина, похоже, та, что он видел сегодня у лестницы. За стойкой стоял Дэниел и натирал ветошью кружки, словно хотел их заново отполировать. Не глядя на собеседницу, он хмыкнул и покачал головой:

- Парнишка, конечно, дурак, но не так прост, как кажется. Догадливый оказался и шустрый.

- Может, это ты стареешь?

- Ха, и то верно. А ты, значит, за ним здесь?

- Угу. Велено помочь парнишке до камня дойти.

- Уж сколько таких доходчиков похоронили.

- А этот дойдет.

- Этот сопляк-то?

- Ну ты же сам говоришь, непростой он сопляк.

- Пфф. Быстро убегать - это полезно, конечно, но маловато для успеха. И, может, повезло ему. Вообще, о чем они думали, посылая за камнем младшего травника? Что он умеет?

- Не знааааю... Но, на всякий случай, надо присмотреть.

- Он, значит, тоже поверил?

- А ты - нет?

- А я ходил туда, - Дэниел понизил голос, - поэтому не верю.

- С тех пор баланс изменился.

- Чушь собачья! Не знаю, кто это придумал, но хотел бы я взглянуть на человека, продавшего Ордену эту сказку, - Дэниел грохнул кружкой о стойку. - Ничего в моей магии не изменилось.

Девушка равнодушно пожала плечами:

- Может, природа - слишком стабильна? Гефер, - при упоминании иерарха-некроманта Тисса почувствовал, как зашевелились волосы на затылке, - Гефер говорил, в его силе был сдвиг. Другие, вроде бы, тоже что-то засекли.

- Мне плевать, кто там что засек. Не удивлюсь, если это сдвиги на уровне погрешности. Хранитель ходит меж мирами и пускает волны, а кто-то выдает желаемое за действительное.

- Кто знает, кто знает...

- Я ничего не чувствую.

- Но, на всякий случай, доложишь Темному лорду?

- Анна, ты зарываешься.

- Да брось, все мы в одной лодке. Кто, кроме Гефера, согласился бы снабжать тебя информацией, и кто смог бы провернуть это так эффективно? И уж я-то прекрасно понимаю, кому предназначается эта информация. Десять лет, как Темного выперли из Столицы, а Орден так ничего и не заметил. Да и Круг покинуть с сохранением столба я не слышала, чтобы еще кому-то удавалось. Демонстративный уход из Круга, разрыв всех связей с Советом - это было красиво, скандал вышел славный, император, говорят, до сих пор вздрагивает при упоминании.

- Конечно, как денежки от Темного пилить, так это мы все вместе, а Ордену подставляться - так других желающих и не нашлось.

- Твоя идея была, да и не похоже, что ты страдаешь тут.

Дэниел пожал плечами.

- А ты как бы тоже радуешься, что тебя из Столицы отослали. Что, правду говорят, что Гефер завел себе новую любимую ученицу?

Повисла напряженная пауза. Дэниел, наконец, оставил в покое кружки и направился к лестнице.

- Как сын?

Хозяин таверны на мгновение замер на полушаге, плечи едва заметно опустились, пальцы сжались:

- Хранитель не видит его искры. Сама понимаешь, что это значит.

Анна покачала головой, и было неясно по ее лицу, что она сама думала по этому поводу. Дэниел поднялся наверх, а девушка посидела еще немного и направилась к двери.

Тисса поспешил отвернуться и, снова облокотившись о перила крыльца, достал орденский медальон. Старший наставник сказал, что это амулет, но сейчас в ладони Тиссы лежал безжизненный кусок металла.

- Одноразовая штука, - девушка наклонилась над перилами по соседству.

Только сейчас Тисса понял, что она на голову выше его. Прямые, черные, как смоль, волосы перехвачены посередине черной лентой, одежда тоже черная, над локтем браслет из черных перьев - вороньих что ли...

- Слыхала я, ты за камнем собрался.

- Эка невидаль.

- Меня Анна зовут. Анна Ворон.

- Тисса.

- Возьмешь меня с собой?

- А у меня есть выбор?

- Нет, наверное. Не я, так кто-нибудь другой найдется.

- И что потом, сложишь мои кости где-нибудь под кустом?

Анна засмеялась.

- Видишь ли, Тисса, это забавно, но твоя смерть не выгодна никому, насколько мне известно. По крайней мере, пока. И даже напротив, все заинтересованные готовы тащить твою тушку вперед - я сама не понимаю, с чего вдруг.

- Есть одна проблема, - Тисса кивнул, - дождь.

- Через лес дороги нет.

- Точно?

- Да уж в этом можешь мне поверить. Ну или Дэниела спроси, - Тисса вздрогнул. - Что, напугал он тебя? Да не бойся, не тронет.

- Правда, что сын его камень нашел?

Анна подняла лицо к небу и улыбнулась:

- Знаешь, как в народе говорят. Может правда, может - нет / может сон, а может бред / может осень, может лето / может вымысел все это.

- А дальше?

- Дальше? Дальше - это к Сказочнику.

- Сказочник?

- Бессмертный сказочник, не слыхал разве?

- Вымышленный персонаж, - Тисса вздохнул.

- Кто знает, что правда, а что - вымысел в легендах этих краев. Спать пора.

Ночь была плохой. Дождь без остановки барабанил по крыше, и Тисса ворочался на неудобной постели, время от времени проваливаясь в сон. В маленькой комнатке было душно, пришлось открыть окно, свежий воздух хлынул внутрь ледяным потоком - осенний дождь принес и осенний холод. Мысли путались в голове. Хорошо это или плохо, что его нашли? Как Анна узнала, что он будет здесь? Ведь еще несколько дней назад о его, Тиссы, существовании почти никто и не знал, не то, что о каком-то демоновом задании. Но, похоже, они все считают, что Тисса просто идет за камнем - этот козырь надо бы сберечь до конца. И еще, странное что-то произошло с сыном тавернщика. Подозрительно выглядит уже то, что таверну держит бывший иерарх - или не бывший? Еще одна загадка. В таком случае, действительно возможно, что его сын нашел камень - и Анна эта... Похоже, магичка. Она как будто что-то знает, но не говорит же. И при чем тут Сказочник? Говорят, появляется иногда перед несчастным человеком этот бессмертный, представляется сказочником, выслушает и поможет - или советом, или еще как, но беда вдруг отступает. Тисса не верил в эти сказки, но, похоже, вдалеке от Столицы другие порядки.

Тисса поднялся, едва рассвело. Дождь превратился в мелкую морось, хмурое утро никак не располагало к дальней дороге, но выбора не было. Анна ждала его на крыльце, возле стоял черный конь - таких Тисса предпочитал обходить за версту, дикие они. Вот и этот глазами косится и зубы скалит. Еще, небось, и случая лягнуть не упустит.

Поймав на себе вопросительный взгляд Анны, Тисса зачем-то поправил на плече сумку:

- Я готов.

- Скажи мне, что у тебя есть лошадь.

- Да как-то обходился всегда.

- Жаль. Через Черную гряду крюк приличный, ну да мы что-нибудь придумаем. Идем, - с этими словами она спустилась с крыльца и одним махом взлетела в седло, направляя коня по дороге вдоль леса. Тиссе не оставалось ничего иного, кроме как накинуть капюшон и двинуться следом.

Дорога проходила по кромке леса, где деревья-великаны уже смыкали свои кроны в непроницаемый полог, но земля была еще достаточно надежной, чтобы путешественник даже в дождь не рисковал оказаться посреди бесконечных топей, каких было полно в глубине этого леса. Мелкая морось, висевшая в воздухе вокруг таверны, здесь оседала на листьях и стекала вниз натуральным дождем. Тисса в очередной раз повел плечами, когда особо крупная капля упала за ворот и потекла по спине. Анна придержала коня:

- Подходи ближе, пешеходник, - и, когда Тисса поравнялся с ней, сотворила заклинание. Над их головами возник едва заметный воздушный полог, капли дождя стекали по нему в сторону. - Так лучше?

- Угу.

- Ну вот и пошли дальше тогда.

Двое путников были, похоже, единственными людьми в сыром от дождя лесу. Тисса вдыхал наполненный ароматами влажный воздух и силился разглядеть небо сквозь плотно переплетенные листья и ветви, но тщетно. Водяная пыль смазывала очертания и создавала иллюзию бесконечности, что по сторонам, что сверху. Еще Тисса подумал, что они словно прогуливаются по гигантской галерее, опоясывающей невероятных размеров замок и отделенной от внешнего мира колоннадой деревьев. А Анна похожа на знатную даму благородных кровей, выехавшую на прогулку, а сам Тисса - скорее паж, сопровождающий свою госпожу... При этой мысли Тисса даже улыбнулся, но тут же смутился и опустил взгляд.

Тем временем в мрачных горах Безмолвия Гефер, иерарх магии Смерти и верховный жрец Акрона, олицетворяющего саму Смерть, стоял в своем личном малом ритуальном зале. Сигнал пришел, и теперь великий маг следил за перемещениями своей ученицы и молодого недоорденца. Все-таки правильным решением было основать свою магическую школу, жаль, что другие иерархи не последовали его примеру. Зато теперь у него есть достаточно квалифицированные и преданные глаза и уши почти во всех уголках Империи. Для таких вот случаев. "Остается надеяться, что эта активность Ордена - не ловушка и не жест отчаяния, - пронеслось у него в голове. - Кто бы мог подумать, что от этого парнишки зависит хрупкий баланс? Куда катится мир, если его судьбу вершат подобные ничтожества?.."

В кабинете Темного лорда Вильяма Оурского маг третий раз на память зачитал полученное послание и замер, ожидая распоряжений.

- Значит, Орден сделал первый шаг... Хорошо, очень хорошо, Теурис. Кто кроме вас в курсе послания?

- Теперь вы, мой лорд. Больше ни одна душа.

- Отлично. Именно поэтому вы мой первый маг, Теурис, именно поэтому. Отправьте ответ: Хорошие вести поселили весну в наших сердцах, реки вскроются через месяц, следите за половодьем. Это все, можете идти, - маг скрылся в легком мерцании телепорта. - А мне, пожалуй, пришло время собирать войска.

В глубине леса Хранитель смотрел на полученное послание. "Орден начал действовать, Круг заинтересован в результате, Темный лорд получил весточку."

Черная всадница ехала по лесной дороге в сопровождении пешего парнишки. Дождь окутывал все вокруг серой пеленой и навевал смертельную скуку.

- Тисса, скажи, а откуда ты такой взялся, аколит Ордена, да с невыполнимым заданием? Зачем тебе камень?

- Из Фортклифа, - неприветливо буркнул Тисса.

- О.

- Фортклиф, небольшой городок на востоке, у моря. Был, - Тисса принял немногословность Анны за непонимание и посчитал нужным пояснить: - Мой отец был охотником, и я пошел по его стопам, в тринадцать меня взяли на обучение в Орден, а через пару лет меня отправили на первую учебную охоту. Я радовался, как ребенок. И гордился. И родители мной гордились, и моя красавица - двоюродная сестра. Она была помолвлена, свадьбу собирались сыграть осенью... Я вернулся за пару недель до даты, - голос Тиссы дрогнул, - но возвращаться было уже некуда. На город напали поморы-разбойники, они стерли его с лица земли... А мне ничего не сказали, представляешь? Знали, наверняка знали, но даже не остановили меня, отправили оплакивать пепелище. Да что я, они ведь даже не пытались защитить город, они отозвали в Столицу единственный гарнизон...

Дальше они ехали молча. Разумеется, Анна знала про Фортклиф. Анна слышала, что Совет приказал не защищать город - Темный лорд предпринял попытку захватить власть в Столице, и все силы Империи были стянуты туда. Поговаривали, что кто-то шепнул морским демонам о легкой добыче. И уж точно было известно - в живых не осталось никого. Десять лет пронеслись с тех пор...

Справившись с душившими слезами, Тисса шепнул:

- Когда-нибудь я встречу Темного лорда и убью его.

- Может быть. Всякое может быть, - как-то задумчиво ответила Анна. - Мир меняется, и кто сейчас сможет предсказать ход вероятностей?..

Дальше они двигались молча. Дождь прекратился, но унылое серое небо по-прежнему нависало над миром, цепляясь за кроны деревьев и создавая то неприятное чувство безвременья, когда посреди дня кажется, что утренние сумерки, не развеявшись, уже переходят в вечерние. Тисса начал уже подумывать о привале, перебирая в памяти свои скромные запасы еды (они почти ограничивались сушеным мясом и твердым сыром), когда лес чуть отступил, и перед путниками появилась небольшая деревня.

- Я думаю, тебе стоит взять лошадь, - Анна кивнула в сторону загона, где позади ряда домов щипали траву несколько коняшек.

Тисса поежился: все-таки лошадей он не любил. Большие, сильные твари, и совершенно непредсказуемые. Захочет - копытом двинет, захочет - позволит залезть на спину и сбросит. Да еще будет с издевкой косить на тебя одним глазом, бррр! Тренировки с лошадьми давались ему в Ордене из рук вон плохо.

- А лошадь - это обязательно?

- А ты хочешь встретить зиму на Черной гряде? М?

- Я так дойду.

- Глупости. Пешком ты будешь ползти месяц, и вряд ли доползешь - только убогий не попытается ограбить пешего путника на Гряде. Верхом безопаснее, да и быстрее.

Тисса вздохнул. Может быть, она и права - о Черной гряде он слышал всякое. Но лошадь... Он свернул с дороги и направился к ближайшей избе, поднялся на крыльцо, постучал.

- Чего надобно? - недружелюбный голос, похожий на ворчание, ответил не сразу. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы можно было увидеть половину всклокоченной головы.

Тисса убедился, что знак Ордена словно бы невзначай выбился из-под плаща и покачивался на серебряной цепочке:

- Скажите, уважаемый, где здесь можно приобрести лошадь?

Человек скользнул взглядом по талисману, но никак на него не отреагировал.

- У меня нет коней, - ответил он угрюмо и попытался закрыть дверь.

- Постойте, - Тисса просунул ногу в щель, чтобы удержать дверь, и продемонстрировал зажатую в кулаке медную монету.

Дверь снова приоткрылась.

- Да ты посмотри вокруг. Осень на носу. Всех коней, что на продажу были, еще месяц назад на ярмарку отогнали да и продали, - мужчина потянулся за монетой.

Как Анна оказалась за спиной, Тисса не слышал, поэтому вздрогнул, когда она неожиданно выхватила монету:

- А если подумать?

- Да что тут думать - нет коней. Нам пахать еще, сейчас, да и по весне, надо. Ну разве что - у Ольма спросите, третий дом по ту сторону, может, продаст свою хромую конягу.

Анна отдала монету.

- А чего она хромая-то?

- Да кто ж знает, - буркнул мужчина и на этот раз ловко захлопнул дверь.

Обернувшись, Тисса вопросительно посмотрел на Анну, но она только пожала плечами:

- Давай хоть взглянем, что нам предложит этот Ольм.

Изба ничем не отличалась от остальных, разве что краска на бревнах - там, где она еще оставалась, - выглядела чуть посвежее. Ольм оказался коренастым, рыжим мужичком и, как, похоже, все в этой деревне, неразговорчивым.

- Ну? - только и спросил он, выслушав незваных гостей.

- Нам сказали, вы можете продать нам лошадь, - Тисса так и не понял, Ольм прослушал его из рассеянности или решил намеренно игнорировать.

- Кто сказал?

Тисса открыл было рот, чтобы пуститься в повторный рассказ, как мужик из первой избы послал их к Ольму.

- Кто сказал - тот пусть и продает.

- Но у него нет коней.

- И у меня нет коней.

- Совсем нет?

- А зачем вам лошадь?

"Чтобы поскорее убраться из этой дыры!" Должно быть, что-то такое отразилось на лице Тиссы, что заставило Анну улыбнуться:

- О, нам нужен конь - настоящий рыцарский конь для вот этого вот благородного воина. Чтобы был быстрый как ветер и смелый как Зверь, сильный - чтобы мог нести воина в полном облачении и со всей поклажей, и выносливый - чтобы легко скакал от рассвета и до заката. Чтобы слава о похождениях великого воина и верного его коня разлетелась по миру, и менестрели слагали о них задорные песни.

Вот завернула! Тисса только и смог, что вытаращить глаза, а Ольм, еще немного помолчав, поднялся:

- Идемте.

За деревней по-прежнему паслись несколько лошадей. Протиснувшись через ограждение, Ольм прямиком направился к белой коняге. Подошел, потрепал по клокастой шее:

- Вот.

Анна заглянула животине в глаза, провела ладонью по носу, глянула зубы.

- И сколько?

- Десять золотых.

У Тиссы глаза на лоб полезли: за такие деньги в Столице продают первоклассных коней. Анна присвистнула:

- Вы что-то путаете, уважаемый.

- Хорошая цена для хорошего коня.

- Это кобыла.

- Ай, да какая разница.

Анна еще раз протяжно свистнула. Легко перемахнув через забор, черный конь подскакал к хозяйке. Тисса невольно сделал два шага назад.

- Вот это - хороший конь.

Конечно, такого за десять золотых не купить, но...

- Ну ладно, семь.

Анна подняла бровь. Ее черный конь подошел ближе - да он был на голову выше этой лошадки! Обнюхав незнакомку, он как-то презрительно фыркнул ей в затылок, от чего кобыла дернулась и пригнулась.

Ольм правильно истолковал паузу:

- Пять золотых.

Анна потянула лошадь за повод:

- Да она хромает у тебя.

- Дак расковалась, вот и хромает.

- Еще и не подкована, - Анна хотела было посмотреть копыта, но комья раскисшей земли выглядели непривлекательно. - Кузнец-то в деревне есть?

- Есть, - Ольм довольно погладил себя по животу, - на том конце улицы кузня стоит.

- А искать его где? Не сезон же - поди в трактире штаны просиживает?

- Да не, куда ему, увечному. Как вернулся - с тех пор не пьет. В кузне и найдете, вечно он там то подковы, то еще какие мелочи про запас выстукивает.

Анна снова потянула лошадь за повод. Животное нехотя сделало пару шагов, припадая на переднюю ногу.

- Кузнецу еще платить... У тебя же, поди, и сбруи нет.

Ольм набрал было воздуха, чтобы назвать новую цену, но Анна перебила:

- Полтора золотых империала.

- Идет.

Тисса отсчитал монеты, чувствуя, как его кошель резко убавил в весе, протянул деньги торговцу. Ну что ж, какой рыцарь - такой и конь, в самом деле.

Ольм, до этого момента украдкой разглядывавший черного коня Анны, вдруг мотнул головой:

- Бесплатно отдам, если жеребца своего дашь с кобылой свести.

Анна хохотнула:

- Кобылу не жалко? Не сезон же. Да и мы торопимся.

- Хоть до утра? Я вас поселю, обедом накормлю.

- Не боишься с ведьминым конем связываться?

Ольм как-то вдруг погрустнел, забрал у Тиссы монеты, которые он так до сих пор и держал в вытянутой руке, да и побрел к себе в дом, опустив голову.

- Идем, - Анна забралась в седло и улыбнулась Тиссе, - теперь у тебя есть лошадь, хоть мы и переплатили за нее втрое.

Когда они вышли на деревенскую улицу, Тисса решился спросить:

- Почему ты коня ведьминым назвала?

- Воронько-то? - Анна погладила черную шею, - так я ведьма. Да и он не совсем конь.

Ведьма... О ведьмах Тисса знал до смешного мало. Слышал, да, что у них другая магия, которую обычный волшебник не обнаружит. Говорили, что сила у них не очень - вроде бы против среднего мага ни одна ведьма не устоит. И еще говорили, что доверять ведьмам нельзя. И Тисса почему-то всегда представлял себе ведьму как сгорбленную старуху, живущую в хижине посреди леса. А поди ж ты. Была еще среди наставников в Ордене травница - про нее частенько говорили, что ведьма, но по правде никто в это и не верил, так, только новичков пугали...

- Ведьма - значит, не просто так со мной пошла?

- Да нет, это тут не при чем. Будущее - это не ко мне.

- Вот как.

Тисса, может, спросил бы еще что-то, но они уже дошли до кузницы. Анна спешилась и, толкнув калитку, зашла во двор. Привязав коней у крыльца - черный демон как-то недобро покосился на хромую кобылу, словно раздумывал, стоит съесть ее здесь или пусть поживет еще, пока он как следует проголодается - они подошли к дверям, и Тисса постучал. Ответа не последовало. Только мерный звон молота, доносившийся из-за двери, говорил о том, что хозяин внутри. Тисса постучал чуть настойчивее - безрезультатно. Он подхватил стоявшую тут же на крыльце железяку и несколько раз ударил по подкове над дверью. Наверное, это был правильный способ стучать в дверь, потому что звон внутри стих и послышался приглушенный дверью голос:

- Открыто же.

Конечно. Просто Тисса не привык вот так вламываться в чужие дома, хотя, похоже, в этих краях люди не утруждают себя манерами. Вздохнув, Тисса толкнул дверь и вошел. Совсем недавно он вот так же заглянул в одну таверну - нехорошее предчувствие царапнуло изнутри.

В кузнице было тепло. Могло быть и жарко, но печь горела явно не в полную силу. Кузнец сидел за столом в некотором подобии кресла, упираясь одной рукой в подлокотник. В другой руке у него был огромных размеров молот, им он без видимых усилий обрабатывал железный прут, которому, похоже, предстояло стать ободом для бочки. Несколько готовых ободов разного размера уже валялись возле стены. Помогал кузнецу здоровенный детина, державший прут толстой рукавицей и завороженно следивший за тем, как металл меняет форму.

- Доброго дня, - Тисса совсем не был уверен, что его появление вообще было замечено.

Кузнец сделал еще несколько ударов прежде чем отложил молот и дал сигнал своему помощнику на отдых. Вытирая руки валявшейся тут же на столе ветошью, он, наконец, поднял глаза:

- Приветствую. Чем обязан?

- Я Тисса, а это - Анна. Нам бы лошадь посмотреть да подковать.

- Меня Хальфдан зовут, это Убби - помощник мой. Что за лошадь у вас?

Тисса спиной почувствовал, как Анна лукаво улыбнулась:

- О, у нас замечательный конь. Быстрый, как ветер, и смелый, как Зверь, - дальше Тисса не слышал, потому что раздумывал, куда ему провалиться от стыда, когда кузнец увидит его белую лошадку. Если ее еще не съел ведьмин конь, конечно.

- Хорошо, заводите вашего коня - с крыльца налево, в ворота. А мы сейчас.

Тисса вышел за лошадью, Анна задержалась. Когда он, наконец, справился с тяжелыми воротами и потянул за собой коня, дверь из кузницы открылась, и вошла Анна, помахивая лампой. Теплый свет залил помещение, похожее одновременно на хлев и сени. Здесь, видимо, кузнец обихаживал скотину, да ремонтировал телеги. Вдоль стен стояли сундуки, иногда один на другом. На крюках был развешен различный инструмент... Анна прошла вдоль стен, зажигая лампы.

- Спасибо, - кузнец, кряхтя, опустился в кресло: Убби принес его на руках. - Убби, принеси, пожалуйста, воды. Это, что ли, ваш конь?

- Ну да.

Убби вышел на улицу, а кузнец засмеялся. Даже не так - захохотал, словно услышал самую лучшую шутку. Он продолжал улыбаться и качать головой, даже когда Убби вернулся с ведром воды. Взглянув на кузнеца и оскалившись, он вдруг окатил коня - и стоящего рядом Тиссу - из ведра.

- Ублар!

Пустое ведро с грохотом упало на пол, Убби повернулся к кузнецу и тихо заскулил. Хальфдан вздохнул:

- Просто принеси воды.

Убби вышел.

- Простите его, он иногда совсем как ребенок. Развеселился, глядя на меня, а теперь вот обиделся. Впрочем, у каждого есть свои недостатки, а он здорово мне помогает, - еще один вздох. - Ведро забыл... Ну да ладно. Там в углу бочка стоит, в ней вроде еще вода оставалась. Там же где-то метелка должна быть и скребок. Коня своего отмой, раз такое дело. Рыцарь. Посмотрим, что тут можно сделать.

Тисса нашел указанные инструменты, набрал черпаком чуть затхлую воду и занялся лошадью. Анна уселась на одном из сундуков. Каждый задумался о чем-то своем. Убби вернулся с новым ведром воды и нерешительно встал у дверей. Заметив его, Тисса подошел, забрал ведро:

- Спасибо.

На невыразительном лице вдруг расплылась улыбка. Вот как, простое слово - и радость. Убби подошел к лошади с другой стороны и принялся помогать Тиссе. Хорошо, а то так он будет до вечера коня надраивать - осенние деньки короткие.

- Куда путь держите? - кузнец чуть подался вперед.

- Да так, - Анна пожала плечами, - на север. Нам бы сейчас успеть вдоль Гряды лес обойти, раз до дождей не управились. Там видно будет.

- На север... Да что там хорошего, дикие края.

С того самого момента, как Тисса увидел кузнеца, он ждал подходящего момента, чтобы задать мучивший его вопрос. В одной из бумаг, которые он читал в орденской библиотеке, упоминалось про кузнеца, якобы ходившего искать тот треклятый камень. Как будто бы не нашел, но точно что-то видел и притом живой вернулся. Сходится. Тисса чуть выглянул из-за лошади:

- А вы там были, на севере?

- Доводилось.

- А правду говорят, что вы за камнем ходили?

- Кто говорит? Тебе чтоль тоже приспичило? Так молод ты еще, губить себя за зря.

- Ну, допустим, молод или нет - это моё дело. Да и умирать вроде не собираюсь.

- Ну а ты? - кузнец кивнул на Анну.

- Что я? Мне помочь ему велено.

- И не отговорил вас тавернщик?

- Не особо-то и пытался.

- Все надеется на что-то, старый дурак. Только зря все. Гора к себе никого не подпускает.

- Что вы там видели? - Тисса закончил чистить лошадь со своей стороны и подошел глянуть, как справляется Убби.

- Ничего. Гора как гора, вся в снегу.

- Но вы же...

- Шагнул в пропасть, случайно, в метель. Вот и все. Гора свою дань забирает, но лучше так... Ублар меня вынес, но вот разума лишился.

Кузнец замолчал. Похоже, его действительно мучает чувство вины - сильнее, чем память о случившемся. Убби, тем временем, тоже закончил с лошадью и повернулся к кузнецу.

- Молодец. Неси теперь мне подковы. Да не те, большие, а поменьше. А ты, - это уже Тиссе, - веди сюда своего коня. Да не робей, кого ты тут боишься - меня или лошади своей?

Хотел бы Тисса ответить, да совсем глупо получится. Но это ж лошадь, огромное животное, поди разбери, что ей в голову может взбрести.

- Э, да хромает животина. Ну, давай глянем. Убби, неси инструмент. Молоток. И ножик. И вот те штуки, что справа от молотка висят, две, захвати.

Убби вернулся, свалил все на небольшой столик рядом.

- Ну-ка, подвинь меня поближе, - Убби затолкал кресло почти под лошадь. Кузнец дотянулся, положил переднее копыто себе на колени и принялся чистить.

- А что, разве не слыхал ты, что сами иерархи за камнем ходили, да не дошли?

- Слыхал, - Тисса пожал плечами.

- Да и ты слыхал, когда на гору полез, - Анна вертела в руках какую-то железку, подобранную тут же, - что, остановило это тебя?

- И то верно. Но сколько уж народу ходило - никто не дошел.

- Так и никто?

- Ну ты даешь, малец. Неужели думаешь, если бы кто камень принес, то в тайне это оставил?

- А, может, не принес, но дошел?

- Да ну.

- Я слышал, сын тавернщика ходил. Вдруг он видел камень?

Анна только фыркнула.

- Сгинул он, походу. Уж не расскажет, видел он что или нет. Мало дойти, вернуться еще надо, - с этими словами он начал прилаживать подкову.

- Ну вот, - кузнец распрямился, опуская копыто на землю, - давай теперь следующую.

Убби подхватил кресло и передвинул к задней ноге. Лошадь, на удивление, только чуть покосилась глазом, когда Хальфдан снова закинул копыто себе на колени.

- Ага, вот так... Ну а ты-то, - он кивнул Анне, - с какой стати за ним увязалась?

- Говорю же, попросили - вот и увязалась.

- И кому же так вдруг понадобился камень?

- А не твое дело.

- И то верно, не моё. А все же интересно. Не часто умные люди разбрасываются учениками, отправляя их на гиблое дело.

- Ну, я слышала, что что-то изменилось.

- С чего бы?

- Кто ж знает? Говорят, ход вероятностей меняется, и если уж идти за камнем - то сейчас.

Зачем она все это рассказывает? Тисса не очень понимал происходящее. С одной стороны, ей, может быть, и виднее. И мало ли, вдруг этот кузнец что дельное подскажет. Но с другой... До сих пор о его походе никто не знал, и молодого орденца это вполне устраивало. Какой демон толкнул его зайти в таверну? Такими темпами его скоро будет сопровождать маленькая армия.

Кузнец словно прочитал его мысли:

- Я бы с вами напросился, - поймал насмешливый взгляд Анны, - но куда мне. Ладно, Убби, давай дальше.

Он опустил копыто, и Убби снова передвинул кресло.

- Хорошо. Убби, будь добр, подбрось дрова в печь, да открой дверь в кузню пошире. Холодает тут, сырость просушить надо.

Убби кивнул и ушел в кузницу. Там он еще немного повозился с дровами и вернулся, держа в руках пустую корзину.

- А? Закончились? Принеси еще, пожалуйста.

- Я помогу, - Тисса направился следом за ним.

Во дворе Убби остановился, восхищенно рассматривая черного коня. Вот почему он так долго ходил за водой... На мгновенье Тиссе показалось, что в блуждающем взгляде появилось что-то осмысленное.

- Красивый, - протянул себе под нос Убби прежде чем пойти дальше.

- Да уж, - Тисса только вздохнул. Что имела в виду Анна, когда сказала, что это не совсем конь?

Возле огромной поленницы Убби поставил корзину на землю и начал укладывать дрова.

- Убби, - Тисса подошел и тоже принялся наполнять объемистую корзину, - скажи, ты же был в Безмолвных горах?

Парень перевел взгляд на Тиссу и медленно кивнул.

- А что там произошло? Ты помнишь, расскажешь?

Убби испуганно распахнул глаза и замотал головой:

- Не знаю, никто не знает. Страшно, и холодно, и снег, снег, снег и тени в снегу. Никого вокруг, и тени, и шепот. Страшно.

- Звери? - Тисса мало что понял из сумбурного бормотания.

Убби только сильнее замотал головой.

- Никого.

- Совсем никого? - нет ответа. - А почему страшно?

- Снег, - Убби кинул последнюю охапку дров в корзину и торопливо поволок ее к крыльцу.

- Постой, не бойся. Объясни. Дай я тебе помогу.

Но Убби уже втащил корзину на крыльцо, проворно открыл дверь, втолкнул корзину внутрь и сам шагнул через порог. Тяжелая дверь тут же захлопнулась, оставив Тиссу в одиночестве снаружи. Вот дела... Что же там происходит на горе такое? Не может же нормальный человек сойти с ума от снега?

Черный конь, прядая ушами, не спускал с Тиссы глаз.

У кромки леса, слившись в надвигающихся сумерках с молодыми деревцами, стоял еще один наблюдатель. Красные ленты ниспадали поверх черного, как базальтовый камень, балахона. Руки в красных чешуйчатых перчатках были скрещены на груди. Из-под капюшона на мир смотрели два теплых пламени.

- Вот ты какой, маленький человечек. И как ты оказался в этой большой игре? Куда-то выведет тебя ход вероятностей...

Хранитель миров думал было подойти поближе, но черный конь у крыльца точно запаниковал бы, а обнаруживать себя перед Анной он не планировал. Пока.

От кузнеца они выехали поздно. Дождя не было, и тем яснее теперь ощущались осенние сумерки. Подкованная лошадка шла почти неплохо, но Анна сразу пустила своего коня довольно бодрой рысью, и Тисса с затаенным беспокойством пытался прикинуть, долго ли продержится его лошадь. Лишь бы не споткнулась. И лишь бы не встала посреди леса. И лишь бы еще чего... Но, похоже, лошадь попалась смирная и понятливая: ей, видно, тоже не нравилась перспектива заночевать на дороге, и она упорно держалась за Воронько, стараясь не отставать.

Сумерки незаметно все-таки превратились в ночь, Анна была вынуждена перевести коня на шаг: под пологом леса было совершенно темно.

- Может, нам стоило заночевать в Хамельне?

Анна, наверное, покачала головой:

- Нет. Нам сейчас следует двигаться как можно быстрее. Кузнец этот подозрительно много вопросов задавал - не понятно, к чему. Да и тавернщик, не ровен час, за нами потянется или кого еще натравит. Когда все спохватятся, нам лучше быть подальше.

- А почему ты кузнецу рассказала?

- Шило в мешке не утаишь. Всяко узнал бы - так пусть лучше знает то, что мы ему рассказали. Да и на его реакцию глянуть интересно было.

- Куда мы сейчас?

- В Торкведок. Есть тут такая деревенька, в ней даже постоялый двор имеется.

- Ясно.

- Как твоя лошадь?

- Не знаю. Мне кажется, устала. Да я сам устал.

- Осталось немного.

Они продолжили переговариваться ни о чем. Так, чтобы только не потерять друг друга в темноте. Чувство времени начало отказывать, и Тисса попытался считать шаги и удары сердца, но, постоянно отвлекаясь на разговор, сбивался. Иногда, когда лес чуть расступался, через кроны деревьев можно было разглядеть темно-серую пелену облаков, и тогда казалось, что ночь еще не полностью накрыла мир, и может стать еще темнее. Обманчивое чувство.

Торкведок появился перед путниками неожиданно. Дорога резко вильнула влево и прижалась к высокой, в два человеческих роста, стене из вбитых в землю деревянных кольев. Деревья росли по обе стороны от стены, и казалось, что частокол тоже когда-то вырос на этом месте, сам по себе. От кого они построили здесь такую стену?

Ворота были открыты - заходи, кто хочет. Странно. У одного из ближних дворов на калитке висел фонарь, и его крошечное пламя было единственной светлой точкой в спящей деревне. Туда-то Анна и направилась, соскочила с коня, зашла во двор и, обойдя дом, постучала в закрытое ставнем окно:

- Ольрих, старый плут, открывай!

- Кого принесла нелегкая? Иди своей дорогой, - ответил сонный голос.

- Моя дорога привела сюда, открывай уже.

Наверное, это был какой-то пароль, потому что вместо ответа в доме зажегся свет, а Анна вернулась и, взяв коней под уздцы, направилась к стоящему в глубине двора сараю. У дверей их нагнал старик-хозяин:

- Анна, демоны лесные, ты что так поздно, ночь же на дворе!

- Прости, Ольрих, подзадержалась в пути.

- И опять не одна! - старик лихо подмигнул, открывая двери. - Как обычно?

- Да.

- Шесть серебряных, деньги вперед.

Что? Сколько? У Тиссы, кажется, глаз дернулся. Да столько за ночь лучшие гостиницы Столицы не берут.

- По одному за ужин, по два - за корм лошадям, ночлег бесплатно, - Ольрих правильно истолковал заминку. Анна кивнула:

- Нормальная цена, когда выбора нет.

Заполучив монеты, Ольрих вышел, но скоро вернулся, таща мешок овса. Да уж, на этом дворе даже лошади получают еду раньше людей.

- Что, Анна, снова на Гряду собралась?

- Не твое дело, - незлобно ответила девушка.

- И то верно.

- Тихо у тебя тут, а, Ольрих?

- Да не то слово. Как повымерли все. Но осень же, скоро потянутся, сначала ходоки, как ты, потом, к зиме, охотники.

- Вольный на твоих ругался прошлой зимой.

- Жадничает он - зверья на всех хватит.

- Ну-ну, а ты не жадничаешь? Шкурами же с них берешь.

- Я? Да я еле концы с концами свожу, ты ж знаешь.

- Ага, знаю, конечно. Я тебя предупредила, в общем, дальше ты сам думай. Что там с едой-то?

Старик ушел в дом и вернулся с двумя котелками и буханкой хлеба. Если ничего не есть с самого утра, любая еда покажется божественной. Эта же похлебка, действительно, была недурна: ароматная, густая, с мясом и курицей. Тисса не остановился, пока не выгреб из котелка последние капли бульона.

Анна, управившись со своей порцией, откинулась назад, упершись плечами в вязанку сена:

- Теперь можно и отдохнуть. Завтра путь неблизкий, но до Гряды всяко дойдем, утром можно не торопиться.

- А где здесь...?

- Как выйдешь, обходи сарай справа - найдешь.

- Хм, спасибо.

На улице Тисса остановился. Холодная сырость пробирала до костей, но зато голова чуть прояснилась. Еда придала сил, но спать почему-то не хотелось, на душе было неспокойно. Неспеша, стараясь ни на что не наткнуться в темноте, Тисса прошел к покосившейся деревянной будке и затем так же осторожно побрел обратно. Надо бы обдумать дальнейшие действия. До сих пор его план был добраться до таверны, поспрашивать там, а дальше - видно будет. Но дальше настало, а видно ничего не было.

По-хорошему, надо бы избавиться от опеки. Присутствие Анны ему не нравилось, с ней он чувствовал себя как на ладони, все перемещения видны всему миру, как будто он кричит на каждом углу: вот он я, Тисса из Ордена, и я иду на Север, как вы думаете, зачем. Но дорога здесь, похоже, одна. Вперед не убежишь - у Анны вон какой конь. Назад уходить и прятаться - время потеряешь, и не факт, что не найдут же. И если не Анна, так еще кто присоседится. Глаза привыкли к темноте и Тисса остановился, оглядывая двор - так, на всякий случай.

- Так вот ты какой, маленький человечек.

Если бы Тисса вдруг не почувствовал себя полностью парализованным, он бы точно подскочил на месте и, может быть, даже закричал. Хриплый вкрадчивый голос возник из ниоткуда прямо за его спиной. Обернуться бы. Шагов же никаких не слышал...

- Интересно... - голос, тем временем, продолжал, - мыслишь ты, в целом, правильно. Хоть и просто. Что же в тебе такого особенного, мальчишка? Не знаешь... Вот и я не знаю. А переполох вышел знатный. Ну-ну, не бойся.

"Легко сказать, не бойся! Что, демоны побери, происходит?!"

Невидимый маг, тем временем, продолжал:

- Да, всполошились все знатно. Все силы поднялись на поиски одного маленького человечка - удивительное единодушие. А ведь ты - просто пешка, - незнакомец сделал паузу и счел нужным пояснить: - это самая мелкая фигура в одной игре. И зачем ты им понадобился?..

Тут незнакомец, наконец, вышел из-за спины, позволяя Тиссе разглядеть себя. Мама дорогая! А теперь уже можно бояться? Темная фигура в широком балахоне была на две головы выше Тиссы. Сцепив руки за спиной, маг медленно двигался, словно плыл по воздуху. Хотя, почему это "словно"? Тисса, по привычке опустив взгляд к земле, вдруг понял, что фигура действительно левитирует. Красные, чуть светящиеся в темноте ленты, свисающие с капюшона, едва касались земли - на пару ладоней ниже, чем черные полы плаща. Подняв глаза, Тисса вдруг почувствовал, что голова идет кругом: из-под капюшона на него смотрела

безжизненная маска демона, расписанная татуировками, подрагивающими, словно тени, в неровном свете двух огней, пляшущих на месте пустых глазниц. Существо - теперь Тисса и в горячечном бреду не назвал бы его человеком - наклонилось, вглядываясь в лицо молодому орденцу. Тисса почувствовал огненный жар, исходящий от глазниц, почувствовал, как от этого жара слезятся глаза.

- Дам тебе одну подсказку, юноша. Я уже сказал, что за тобой охотятся многие силы. Вообще, ты удивительно вовремя оказался на нейтральной территории между тремя армиями. Так вот, ни у сил Жизни, ни у Порядка ведьм не водится. Так что делай выводы, - существо выпрямилось и отстранилось на полшага, - кто успел до тебя добраться. О нашей встрече рассказывать, я думаю, не стоит, да ты и сам понимаешь.

Ночной гость растворился в темноте, оставив Тиссу постепенно приходить в себя. Стылый воздух ворвался в легкие - он вообще дышал все это время? - вызвав головокружение. Тисса провел ладонью по лбу, словно отгоняя наваждение, - ладонь оказалась мокрой от пота. Ничего себе, прогулялся до ветру.

Он еще постоял, пока колотящееся о ребра сердце не сбавило темп, и, вздохнув, дернул на себя дверь сарая, которому суждено стать его пристанищем на эту ночь. Еще недоставало, чтобы Анна заметила его долгое отсутствие.

К Черной гряде выехали незадолго до полудня. Лес измельчал и отступил, а полоса высокой, по пояс, травы упиралась в нагромождение действительно черных валунов. Сначала отдельные камни, опаленные древней магией, затем целые небольшие скалы и, наконец, холмы, похожие на спины гигантских морских чудовищ, навсегда застывших в этой земле. Тисса много раз слышал о Черной гряде - крае, где когда-то проходил раздел между двумя странами. Слышал он и предания о Великой магической войне, превратившей зеленые холмы в безжизненную черную пустыню. Но одно дело слышать, и совсем другое - оказаться в таком месте.

Они повернули коней и двинулись вдоль самого подножья Гряды, не выпуская из виду темную полоску леса. Кони, почувствовав под ногами твердую, как камень, землю, пошли бодрее - все лучше, чем раскисшие по осени дороги вдоль болот. И всюду, насколько хватало глаз, тянулась черная проклятая пустыня, камни, из которых облезлой шкурой прошлогодней падали тут и там торчали клочья побуревшей травы.

Несколько раз Анна останавливалась, пропуская идущих почти у самого горизонта путников.

- Первое правило Черной гряды, - пояснила она на недоуменный взгляд Тиссы, - постарайся ни с кем не встречаться на Гряде.

Кажется, их не заметили. Или заметили, но тоже предпочли не связываться. Мало ли кого тут демоны носят...

Когда день уже начинал клониться к вечеру, Анна вновь сделала сигнал остановиться. Едва различимые точки на гребне далекого холма казались не более, чем муравьями. Вот только Тиссе тут даже не понадобилось никаких пояснений: всадники. Один за одним они появлялись из-за холма и продолжали движение в ту же сторону, куда ехали Тисса с Анной.

- Почему их так много?

- Осень, - Анна беспокойно огляделась. - Давай к лесу.

Под прикрытием деревьев они снова остановились, привстав в стременах и вглядываясь в горизонт.

- Лошадь твоя белая... - Анна повернула Воронько так, чтобы закрыть Тиссу от случайных глаз. Да уж, белая кобыла на фоне темных деревьев была ярким пятном.

Анна с беспокойством следила за караваном, и ее волнение, кажется, передалось Тиссе. Он поймал себя на том, что тоже стоит в стременах и озирается в поисках другой дороги. Ощущение того, что задержка в пути портит все планы, было слишком явным. Интересно, какие такие планы? В довершение всего пошел мелкий дождь, закрывая Гряду белесой пеленой. Анна покачала головой:

- Придется вернуться. Сегодня на Гряде слишком опасно.

- В Торкведок? - до него все-таки далековато.

- Нет, здесь недалеко есть тропа.

Проехав немного назад, они углубились в лес. Если это тропа, - подумал Тисса, - то я, наверное, сын магистра. Анна выискивала в раскисшем болоте только ей известные знаки. Петляя между деревьев и обходя совсем уж сырые участки, они удалялись от Гряды. В какой-то момент Тисса даже засомневался, выберется ли он отсюда без своей спутницы. С лошадью, наверное, не сможет - утопит животину. Да и пешком плутать будет не один день.

Когда вечерние сумерки стали почти осязаемыми, а Тисса перестал и пытаться запомнить дорогу, отмечая для себя лишь общее направление движения, болота вдруг отступили. Лошади с явным облегчением выбрались на твердую землю, и вскоре впереди показалась избушка. Крошечный бревенчатый сруб стоял прямо посреди леса, без всякого двора или хозяйства. Анна спрыгнула с коня и, отодвинув простенький засов, дернула дверь на себя. Тисса встал рядом, не решаясь войти.

- Чей это дом?

- Понятия не имею. Охотничья изба, скорее всего. Дрова есть, - Анна довольно кивнула своим мыслям и, наклонившись в низких дверях, шагнула через порог, - заночуем здесь.

Тисса недолго размышлял над тем, имеют ли они право распоряжаться чужим жильем и чужими дровами: от воды тянуло какой-то особенно холодной сыростью, а внутри Анна уже достала огниво и начала разжигать печь. Что ж, сегодня они будут спать в тепле - тоже неплохо. Дождавшись, пока огонь чуть разгорится, он прикрыл дверь.

- Откуда ты узнала об этом доме?

- Мимо проходила. По лесу полно охотничьих изб.

Вот как. Тисса немного помолчал, пытаясь привести в порядок мысли. Если сыпать вопросами - толку не будет. Вдруг вспомнил:

- А лошадей-то куда девать?

- Распрячь надо бы, да, и пусть пасутся.

- Посреди леса? Их же сожрут.

- Мы на острове, тут волки не ходят.

Волки не ходят, а охотники избы ставят, ну да, ну да. Интересно, - подумал Тисса, поднимаясь. Как ни хорошо было сидеть возле огня, но с делами надо закончить, а то потом выходить к лошади будет вдвойне неприятно. Анна, кивнув, тоже пошла снимать седло со своего коня.

Проснулись рано и собирались быстро. Путь предстоял неблизкий, да еще надо из болот выбраться, да неизвестно, насколько придется задержаться. Главное, чтобы не как вчера.

Вдоль Гряды ехали весь день, то и дело останавливаясь, осматриваясь и пропуская подозрительных путников. А подозрительными тут были все без исключения.

Дождь, начавшийся вчера к вечеру, продолжался, то стихая до мелкой мороси, то вновь усиливаясь. Анна создала защитный полог, укрыв себя и Тиссу от холодной воды, но в белесой пелене приходилось постоянно быть начеку.

Ехали молча, прислушиваясь, стараясь в шорохе дождя уловить хоть какие-то звуки. Изредка вдалеке каркал невидимый глазом ворон - верно, жаловался на осеннюю погоду, так некстати пришедшую в эти края раньше срока. Анна была задумчива - то ли поддерживала полог, то ли еще что колдовала, Тисса так и не разобрал.

Как бы то ни было, хоть и двигались медленно, за этот день они сделали неплохой переход. В сумерках Анна вновь отвернула от Гряды, но на этот раз так далеко в лес забираться не стала. В ближайшем ельнике, надежно скрывающем от случайных взглядов, они натянули меж деревьями тент и устроили подстилку из еловых веток. Анна достала из седельной сумки какой-то артефакт и активировала магический костер, стало теплее. Коней не распрягали, оставив пастись здесь же.

Сидя возле тусклого магического огня и жуя твердый сыр, Тисса чувствовал, как дневное напряжение ослабевает. Надо же, вроде ничего особенного не происходило, а, оказывается, он весь день был на нервах.

- Анна, - он решил, что, наконец, настало время узнать о своей спутнице чуть побольше, чем просто имя да то, что она - не последняя ученица иерарха-некроманта, - скажи, почему ты здесь?

- В каком смысле?

- Ну... Вот ты идешь со мной куда-то, - он махнул рукой вперед, - а почему? Почему я, почему ты? Ты вроде как мне помогаешь, а я знать не знаю, с чего вдруг.

- Так нужно, - Анна вздохнула, глядя в огонь. - Не я, так кто-нибудь еще навяжется тебе в попутчики. Слишком хрупким стало равновесие этого мира, и слишком многие сейчас хотят склонить его в свою пользу.

- Не понимаю, - Тисса пожал плечами, - ну и демон с ним. А зачем я тебе нужен? Кто ты вообще?

- Ведьма, - Анна пропустила первый вопрос мимо ушей. - Ворон. За хорошие дела вороном не называют, верно?

- И для чего тебе камень?

- А мне не нужен камень, - Анна смотрела на него через магический огонь, и по ее лицу было непонятно, серьезно она говорит или выдумывает. Как бы то ни было, Тисса решил не спорить.

- А кому нужен, некроманту?

- Наверное.

- И что он собирается с ним делать?

Анна безразлично пожала плечами:

- Не знаю.

- Тебе не интересно?

- Совершенно. Камень еще достать надо. А дальше посмотрим, некромант или еще кто - говорят, камень сам выбирает людей.

- Это правда?

- Что правда?

- Что камень выбирает?

- Не знаю, но очень похоже.

- А про сына тавернщика - тоже правда?

Анна снова пожала плечами:

- Может правда, может нет...

- Да-да, я помню, Сказочник.

- Спи давай, завтра погода будет лучше.

К утру дождь действительно прекратился, тонкий белесый туман, застеливший все пространство между лесом и Грядой, довольно быстро рассеялся, и двое всадников продолжили свой путь. С каждым часом Тисса все больше поражался тому, какие пространства в Империи назвали Черной грядой. Однообразные, оплавленные магией черные камни тянулись вперед и назад, насколько хватало глаз, и ни намека на то, что где-то Гряда заканчивается. А ведь эти земли - результат не каких-то природных процессов, это самый настоящий след войны, прокатившейся по стране четыре века назад. Столько времени прошло, а Гряда - вот она, никуда не делась, и Темный лес до сих пор почтительно стоит в стороне. Или это Гряда огибает лес? Вчера они шли почти по равнине, где тут и там виднелись вересковые болота, розовато-сиреневые даже в это время года. Сейчас же всадники повернули почти строго на север, и Гряда начала топорщиться к небу обожженными скалами, словно гребни исполинских каменных драконов торчат из земли.

Да уж, недооценил Тисса Гряду - пешком тут и правда можно всю осень идти, и выйти по ту сторону леса аккурат к снегопадам. Тут Анне стоило сказать спасибо за лошадь.

Мысли плавно перетекли ко вчерашнему разговору. Ничего нового Тисса, пожалуй, не узнал, а вопросов прибавилось. Вот, например, Анна сказала, что камень сам выбирает - это она что имела ввиду? Выходит, она по каким-то признакам знает, что Тисса дойдет - уверенно ведь говорила Дэниелу, - или решила вслепую его сопровождать? Непонятно. И про Гефера непонятно. И в то, что ей самой камень не нужен, верится слабо. Может быть, она хочет камень продать тому, кто больше заплатит? И не страшно ей некроманта обмануть?.. Или вот еще. Сказала, что ведьма, - а Тисса из обучения помнит, что у ведьм у всех специализация есть. И что за ведьма тут с ним едет? Пойди угадай. Сказала только, что будущее не видит - значит, не наведьмачила про Тиссу. А если не будущее, что тогда? Вороном назвалась, но что такого особенного в этой черной птице? Эх, был бы Тисса не травником, а магом природы - уж наверняка знал бы, они всех зверей и птиц изучают. Да только какой из него маг...

Анна не отвлекала его от размышлений, следя за дорогой, и за это Тисса тоже был благодарен. Без льющей с неба воды даже этот суровый край выглядел вполне сносно, и кони шли как будто бодрее. Анна повернула к лесу еще засветло, и некоторое время они двигались вдоль поросли молодых корявых деревьев. Выбрав, наконец, подходящее место возле засохшей березы, Анна соскочила с коня и, порывшись в сумке, протянула Тиссе пустой мешок:

- Набери мне рябины, пожалуйста. Спелой, и желательно без листьев.

А мешок-то с полведра. Тисса огляделся: и правда, тут и там в подлеске горели красными гроздьями рябинки, тонкие ветки изгибались под тяжестью ягод причудливыми дугами. А к югу рябин-то было мало. Все-таки меняется лес, глядишь, и Гряда кончится рано или поздно.

- Сколько?

- Полный.

Интересно, зачем ей столько? Тисса вздохнул и отправился собирать ягоды - до сумерек бы успеть, - а когда вернулся, Анна уже вовсю растирала какие-то маслянистые орехи. Рядом лежал пучок мяты (пожухлой уже, осень как-никак), корень болиголова, тонкие ветки осины, еще какие-то травы (Тисса не разглядел) и последние осенние цветы - желтые звезды-шары. Хоть и был Тисса травником, но такой набор ему ни о чем не говорил. Странное сочетание. Вот рябина - общее укрепляющее средство, но только если настойки да компрессы делать. Ну с болиголовом, да в правильный день, можно боевую настойку собрать, хоть от нее и последствий много. Цветы все чаще в косметических целях используются, да погадать на них можно, опять же, если знать, как собирать. Вот при чем здесь мята? Мята ж вообще с половиной трав несовместима, этакое противоядие.

- Принес? - Анна подняла голову, кивнула, - Спасибо, давай сюда. И разведи огонь - можно, вон, березу пообломать. Прямо под стволом и разжигай, пусть обгорает.

Тисса отправился выполнять задание, время от времени поглядывая на Анну. Она откуда-то достала большой котелок (у нее что, магический мешок есть? Он же стоит, как чугунный мост. Хотя неудивительно для одной из самых приближенных учеников иерарха) и принялась перетирать в нем все собранные ингредиенты. Как Тисса ни приглядывался, никаких наговоров не заметил. Странно. Из смесей трав низших уровней, не требующих обрядов, он знал вроде бы все. А приготовление более сложных - почти всегда сопровождалось какими-либо действиями травника. Что же она готовит?

Анна тем временем влила в получившуюся массу маленькую склянку темного масла и, подойдя к Тиссе, поставила котелок на огонь.

- Это что? - Тисса больше не мог делать вид, будто ему не интересно.

- Особый рецепт ведьмы. Утром увидишь, - дождавшись, пока смесь закипит, Анна перемешала ее палкой и сняла с огня, накрыла крышкой, - за ночь настоится, будет в самый раз.

Наутро Тисса хоть и проснулся рано, обнаружил, что Анна уже занята: белая лошадь была привязана к дереву неподалеку и недовольно фыркала, пока ведьма гладила руками ее морду. Анна наклонилась зачерпнуть пригоршню из вчерашнего котелка - и у Тиссы сон как рукой сняло: лошадиная голова была теперь бурого цвета, сливалась с осенним лесом, а белая лошадь без головы выглядела жутко.

- Присоединяйся, - Анна кивнула подошедшему Тиссе вместо приветствия, - много не бери, растирай хорошо. Потом еще щеткой пройдем и будет как настоящая.

- А гриву?

- Остатками покрасим, потом еще с углем замешаем - дерево вон как хорошо обгорело.

- Не сотрется?

- С маслом не должно, на Гряду всяко хватит. Главное, от воды беречь, но дожди пока закончились. Спину, спину покрась сразу - чтобы под седло просохнуть успела. Ну и без необходимости постараемся не гнать ее. Это уж как получится, конечно.

С места снялись поздно. Рыжая лошадка с всклокоченной гривой шла неплохо, людей вокруг видно не было, и Анна выбирала путь чуть дальше вглубь Гряды - прямее. Иногда Тисса совсем терял лес из виду, и тогда от ощущения, что вокруг во все стороны раскинулась одинаковая каменная пустыня, по спине пробегали мурашки. Он старался отвлечься, примечая стороны света, но нагромождения камней почти не давали подсказок, да и равномерно-серые облака везде выглядели одинаково. Оставался ветер. Холодный, он дул с севера, откуда-то с далеких Безмолвных гор, и гнал по Гряде осеннюю пыль. Этот ветер, похоже, был здесь частым гостем, потому что те немногочисленные корявые деревца, что по какой-то глупости предпочли каменную Гряду теплому и болотистому лесу, почтительно согнулись, да так и застыли, устремив свои ветви к южному солнцу и подставив ветру сгорбленные стволы.

Монотонная дорога усыпляла, и даже мысли текли медленно, то и дело цепляясь одна за другую, образуя петли и кольца. Тисса потерял счет времени, доверившись мерному шагу коней. Анна, как и обещала, не торопилась вперед, но тоже ехала словно в полусне. Ветер крепчал, разгоняя облака и заставляя путников уворачиваться от налетающих пылевых вихрей.

На ночь остановились в низине меж двух скал, образующих какое-никакое укрытие от ветра. Несколько кустов облюбовали это место, да и трава была здесь чуть гуще - вряд ли этого достаточно для лошадей, но все же лучше, чем ничего. С водой было хуже, но после дождей какая-то влага под скалой еще оставалась, и Воронько, умяв копытами раскисшую почву, сделал несколько глотков мутной жижи. Хитрый.

На следующий день дорога была такой же, а затем и еще один день... Тиссе начинало казаться, что по Гряде они едут уже целую вечность, когда Анна вдруг повернула в противоположную от леса сторону. Путники преодолели пару холмов, и впереди показался город. Нет, не тот настоящий город, который представляется сразу при произнесении этого слова, не шумные, заполненные людьми кварталы торговцев и ремесленников, не запруженные телегами в базарный день улицы... По склону холма взбиралось вверх то, что осталось от этого города - развалины. Остатки каменных зданий, разрушенных временем и войной, провалившиеся арки мостов внизу и почти целые стены форта, нависающего над всем этим, словно пес, охраняющий давно умершего хозяина. Страшное зрелище.

Они въехали в город через нагромождение камней, бывшее когда-то городской стеной. Вблизи руины выглядели еще печальнее: практически ни одного уцелевшего здания, груды камней и мусора вокруг, пыль, трава и песок, медленно поглощающие мощеные улицы. И люди. Город, пусть и мертвый, оставался пристанищем для живых. То и дело Тисса ловил на себе взгляды - опасливые, любопытные, оценивающие и безразличные. Безразличных было больше всего.

- Потеряй себя где-нибудь, - Анна даже не посмотрела в его сторону, - а мне надо навестить кое-кого. Не хватало еще, чтобы он тебя увидел. Найду тебя завтра.

С этими словами она направила Воронько в сторону форта, а Тисса свернул в ближайшую улочку и остановился. Спешившись, он выглянул из-за угла: дорога была широкая и прямая, наверное, когда-то это была одна из главных улиц города, с ларьками торговцев по обе стороны, и вела она вверх по склону, и упиралась в замок-форт. Анна пустила коня бодрой рысью, и Тисса проследил удаляющуюся черную фигуру почти до самого конца. Наверное, когда-то хозяин этого форта вот также мчался через весь город, а народ разбегался в стороны. А может, размеренно ехал в шикарной карете, запряженной четверкой лошадей... Кто-то ждет ведьму в этом форте сейчас... Интересно. Выходит, Анна тут не чужая.

Потянув рыжую лошадку за повод, Тисса побрел прочь. Улочка петляла меж остатков стен пока не уперлась в завал из камней: должно быть, арка, подпиравшая фасады, разрушилась от времени, увлекая за собой остатки зданий. Глянув по сторонам, Тисса приметил отблески огня на камнях и легкий запах дыма.

За углом обнаружилась небольшая уцелевшая комнатушка. Посередине прямо на полу горел очаг, возле огня сидели двое.

- Простите... - Тисса встал на пороге, готовый в любой момент ретироваться.

Сидевший лицом ко входу скользнул по Тиссе безразличным взглядом, второй даже не обернулся. Не прогнали, и то хорошо. Тисса оставил лошадь у порога и шагнул внутрь.

- Доброго вечера, - на этот раз никто не удостоил его своим вниманием, - позвольте обогреться у вашего костра.

Отвечать мужчины не торопились, молча продолжая что-то жевать.

- Кх-м, - Тисса набрал в грудь воздуха, словно это прибавляло смелости, и, пнув ногой чью-то сумку, уселся у очага.

Прошло несколько минут, прежде чем один из незнакомцев подтянул к себе сумку и, взглянув на Тиссу, произнес сиплым голосом:

- Ты здесь не местный.

- А здесь, это где?

Снова повисла пауза. Когда Тисса уже было подумал, что его вопрос то ли не расслышали, то ли сочли полнейшей глупостью, и ответа он не дождется, второй буркнул, не отрывая глаз от пляшущего пламени:

- Форштгтард.

Эээ... Название ни о чем не говорило. Да и повторить такое сходу Тисса не решился бы - язык сломаешь.

- Что, простите?

- Форштгтард, - незнакомец смерил Тиссу насмешливым взглядом. Один его глаз сильно косил внутрь, отчего создавалось ощущение, что он внимательно разглядывает кончик собственного носа. - Славный город Форштгтард, столица Афель-Наар.

- Афель-Наар, - подхватил Сиплый, - или, как называют эти земли живые, Край павших. Сточная канава Империи и окрестных княжеств, скажу я тебе. Ты думал, мякоть - самое интересное? Как бы не так, - он сплюнул в огонь, - все устроено как осина - кора живая, листики-цветочки, а середина сгнила к демонам! И никому нет дела. Вот так, и не спорь со мной.

Тисса, вообще-то, спорить и не собирался. Гораздо важнее было разобраться в местных порядках, а для этого нужно было поддержать разговор.

- А что, много народу сейчас в этом Форш...?

- Форштгтард, - словно на автомате поправил Косоглазый.

- Так осень, - Сиплый кивнул, - пара тыщ уж наберется, поди.

- Князь-то третьего дня приехал, - Косоглазый продолжал смотреть в огонь, - с его молодцами всяко две тыщи будет.

- Да, повезло тебе, парень.

- Это почему? - по тону не ясно было, радоваться Тиссе или саван примерять.

- Князь приехал, значит, в Форштгтарде мирно будет. Это он строго следит, чтобы ни драк, ни смертоубийств в городе не было.

- И что же, получается?

- А то.

- И даже без мордобоя?

- Ну.

- А если все же кто кого обидит?

- А это, парень, за городом решается. Не все же обидчику у Князя под крылом сидеть.

- А кто такой этот Князь?

- Демон его знает, - Сиплый пожал плечами, - пришел откуда-то. Мы народ простой, нам это все знать ни к чему. Праздное любопытство до добра не доводит.

- И то верно, - Тисса кивнул. - А что за народ здесь?

- Та разный, - протянул Косоглазый.

- А все же? Откуда столько людей в городе?

- Понимаешь, парень... Осень на дворе - ливни зарядят, куда податься? Тут хоть переждать можно, вот народ и стекается со всей Гряды. Можно и торгануть, кому есть, чем; можно к отряду наемников прибиться, много чего можно. Раз в год, чай, видимся - хоть новости обсудить да друг на друга посмотреть.

- А вы?

- Мы-то? Мы охотники, нам в лес зимой дорога. Коль не сгинем.

- И когда пойдете?

- Тебе зачем? - Сиплый хитро прищурился. - Мы делянками не делимся, да попутчиков не ищем.

- Не напрашиваюсь. Правду сказал - первый раз я здесь, многого не знаю. Вот и интересно порядки здешние узнать, прости, коль обидел, - Косоглазый махнул рукой, - До зимы, говоришь, народ тут прозябает?

- Вроде того. Как снег ляжет, Князь уедет, а потом и остальные потянутся. А ты что, торговец?

- Да какой там. Дурак я, на север подался, - Тисса решил, что сдать часть легенды будет полезно, - думал сначала напрямик через лес проскочить, да не успел до дождей. А что, с дорогами тут совсем плохо?

Косоглазый оторвался от созерцания огня и с какой-то жалостью посмотрел на Тиссу:

- Дорога-то проходимая... Там, где она есть. Но ты это... брось, не губи себя. Знаем мы, зачем люди в одиночку на север ходят.

- А еще что знаете?

- Наше дело на Гряде, парень, - Сиплый подбросил полено в огонь, - мы туда не ходили и не пойдем. Но вот что я тебе скажу: сколько таких искателей тут было - так хоть бы кто обратно прошел. Думай сам, как говорится.

- Спасибо, - информация не помогла, но в этих двоих Тисса вдруг почувствовал участие. Разбойники или охотники, что-то человеческое оставалось в их душах, и обижать их не хотелось. - Я, вот, слышал, будто был такой человек, который до камня дошел.

- Да ну... Мало дойти - вернуться еще надо, - Косоглазый дословно повторил то, о чем Тисса задумывался уже не раз.

- Так говорят же, как будто кто-то и возвращался.

- Кто знает, кто знает... Думай сам, парень, тут только тебе решать, зачем и куда ты идешь. В чужой голове не спрячешься.

- Да уж. Но все равно спасибо, за участие. А вот, скажите, где здесь можно лошадь покормить?

- Это к Белому, он тут зерном торгует. Вдоль стены на север забирай, выйдешь к разрушенной часовне. Там улица широкая, к центру - Белый свою телегу обычно прямо там и бросает. Если нет - спросишь кого, все Белого знают. Альбинос он. Да не благодари, - Сиплый отмахнулся от предложенной монеты, - удачи тебе, парень, что бы ты не решил.

Хранитель стоял в своем дневном обличии. Издалека его можно было принять за белого священника в капюшоне, накинутом на голову. Длинные синие ленты с золотыми письменами на неведомом языке обрамляли края капюшона и спадали вниз к самым ногам. Такие же надписи повторялись на рукавах и подоле белоснежного балахона. Свободно ниспадающий темно-синий плащ и синие чешуйчатые перчатки Хранителя еще могли ввести в заблуждение неискушенного человека, но если бы смертный заглянул Хранителю в лицо - едва ли он сумел бы забыть неподвижно застывшую белую маску с нарочито заостренными чертами и пульсирующий синий свет его глазниц.

Ксаргон, а это было, как многие считали, имя Хранителя, застыл неподвижной статуей, словно высеченной из мрамора, и потоки воды, льющиеся с неба, ручьями стекали по его одеждам. Изо дня в день, сколько существует Вечность, Хранитель обязан следить за порядком и Балансом сил во всех мирах. Дар и проклятие Высших: обладать способностью сокрушать целые миры и не иметь на это желания. Мысли его блуждали среди тысяч миров, на которых шли войны, заключались перемирия или строились планы все новых войн. Бесконечная игра живых во смерть поддерживала Равновесие, и каждая эпоха становилась лишь очередным звеном в истории Вечности.

Вот и сейчас в этом мире закручивается последний виток пружины, которая запустит маятник Равновесия и позволит Балансу на время сместиться в чью-то пользу. Хранителя забавляло наблюдать за повторяющейся историей войн. Из простого любопытства он выполнил нижайшую просьбу прийти в этот мир и выслушать посланника того дурака, что решил вплести высшие силы в свои кружева интриг.

Всадник в черных латах и на вороном коне приближался, а Хранитель взвешивал вероятности. Что, если немного качнуть баланс в пользу более почтительных участников игры? Даже Хранитель не мог просчитать исхода, и эта мысль его крайне позабавила. Взмах руки - и черный всадник превратился в облако праха.

Где-то далеко в Безмолвных горах бушевала гроза. От подземного толчка вершина одной горы отделилась и рухнула вниз, увлекая за собой груду камней, бывшую когда-то храмом, и Гефера, верховного жреца Акрона.

Гефер метался в руинах дворца, словно крыса в подземелье. Наспех сделанное силовое поле и защита артефактов, сработавшая при обрушении, спасли ему жизнь и даже уберегли от серьезных увечий, но вот дворец... Проблема была в том, что большинство заклинаний были рассчитаны на прямое воздействие, магическое или нет, и попросту не сработали. Часть щитов просто выгорели, не выдержав мощи стихии. Парадной залы теперь не существовало; зал для церемоний был завален камнями; восточного крыла, скорее всего, больше не было; путь в подземные лабиринты также оказался перекрыт. Великий маг, иерарх, сильнейший некромант этого мира был погребен заживо в том, что совсем недавно было его неприступной резиденцией.

Из рассеченной брови текла кровь, заливая глаз и не желая останавливаться. Похоже, он все-таки просчитался, создавая щит. Смешно, великому магу недоступны заклинания исцеления. Но кровь и ссадины сейчас волновали Гефера куда меньше, чем вопрос, как выбраться из этой каменной западни. Он попытался применить разрушение - разлетевшиеся во все стороны осколки быстро убедили его в непригодности подобной магии в стесненном пространстве. Гниль и разложение практически не действовали на твердые камни. Плутая наощупь в поисках выхода, Гефер начал терять ориентацию, откуда-то накатила волна клаустрофобии. Глубоко вздохнув - надолго ли хватит воздуха? - маг попытался успокоиться. К демонам воздух - взмахнув рукой, он создал перед собой огненный шар. В неровном свете камни словно плясали вокруг какой-то жуткий танец. Но он создал огонь не для того, чтобы вглядываться в подвижные тени. Подхваченный потоком воздуха, шар медленно плыл в сторону. Выход.

Гефер проследил за огненным шаром, позволив ему с тихим хлопком удариться о трещину в стене. Приложив ладонь к еще теплым камням, он начал замораживать часть стены. Смертельный холод - а следом новый огненный шар - добавить воды и снова заморозить - снова огонь, чтобы мельчайшие частички пара проникли глубоко в породу - и новая волна холода... Камень начал крошиться и осыпаться, огромную глыбу он нетерпеливо вывернул руками и оттолкнул в сторону силовым полем. И опять все сначала - вода, огонь, холод... Демоны, как медленно идут природные процессы! И как много сил нужно на постоянное колдовство... Гефер чувствовал, что пополнение резерва идет куда медленнее, чем расход - значит, его главная драгоценность, столб иерархии, разрушен. Жаль. Значит, надо постараться выбраться до того, как резерв закончится. Огонь, холод, огонь, отгрести в сторону каменное крошево, и снова - вода, огонь...

Время превратилось в вечность. Чтобы не сойти с ума, Гефер начал считать удары сердца: раз-два, вдохнуть, приложить руку к камню, три-четыре, заклинание холода; на счет девять убрать руку, десять - в другой руке готов огненный шар... О резерве не думать. Что будет, если резерв закончится до того, как он выберется отсюда, великий иерарх думать себе запретил. Он уже снял силовое поле для экономии энергии, он разгребал каменное крошево голыми руками, давая себе магическую передышку. И все же резерв таял слишком быстро. Или это его искаженное восприятие времени виновато? Когда, наконец, за откатившимся камнем и маленьким оползнем показались проблески света, Гефер был готов заплакать от счастья. Проход был все еще слишком узок для человека, и маг, нащупав чудом уцелевшую перевязь, выхватил нож и принялся срезать с себя доспехи. Собрав остатки магии, он послал вперед силовое поле - для того только, чтобы увидеть, как пыль и камни осыпаются внутрь, заваливая только что сделанный проход. Заскулив от отчаяния, Гефер принялся разгребать завал руками, уже не обращая внимания на сбитые в кровь пальцы.

Наконец, ему удалось просунуть наружу руку. Кроличья нора была все еще слишком узка. Он вытянулся, словно червяк, тщетно ища опору, чтобы вытолкнуть себя вперед. Магический резерв был пуст, как бездонный колодец. А ведь и надо всего силовой щит, чтобы раскидать камни, да чуть-чуть направленной левитации. Зажмурившись и стиснув зубы, иерарх щедро зачерпнул из резерва жизни. Все-таки есть польза в некромантии. Сколько лет он сейчас вычеркнул - не важно. Выберется - восполнит и этот резерв, уже много лет он пользуется магией для поддержания жизни. Разом больше, разом меньше - без разницы.

Волна боли прокатилась по телу, волосы вмиг побелели, но все это было ничто по сравнению с возможностью, наконец, выбраться на свободу. Заклинания сплелись на автомате, миг - и Гефер на полкорпуса вытолкнул себя наружу. Упершись локтями в каменные глыбы, он из последних сил вытянул свое тело из завалов и, потеряв равновесие, скатился вниз вместе с очередным оползнем. Жив. Не пытаясь даже подняться, раскинув руки, он лежал в пыли, вдыхая прохладный воздух. Закатное солнце слепило глаза, и он зажмурился. Выходит, под землёй он провел почти весь день. Не удивительно, что резерв закончился. Восстановится. Главное - он жив, и вылез из этой западни.

- Ну вот, а ты говорил, что ненавидишь Жизнь. Я уж было думал, что ты не выберешься.

Гефер поднял голову, чтобы посмотреть на наглеца. Мог бы и помочь. Но при первом же взгляде на человека, расположившегося на камне неподалеку, слова застряли в горле.

Где вы видели, чтобы у человека глаза светились ледяным синим пламенем?

Закатное солнце расцвечивало золотом белый балахон незнакомца, синие ленты волнами спадали к его ногам, синими же были чешуйчатые перчатки и сапоги с задранными вверх носами на манер тех, что носят вероотступники. Неподвижная белая маска, казалось, чуть улыбалась.

- Хранитель! - Гефер подскочил, чтобы тут же пасть ниц перед тем, кто считает себя главным божеством этого мира.

- Полно тебе, Гефер, ты и так лежал в весьма почтительной для меня позе.

- Это великая честь...

- Молчи, дурак. Если бы у тебя оставалось понимание чести, ты явился бы ко мне сам, а не присылал кого попало из своих несметных полчищ. Ты, верно, догадался, что все это, - Хранитель обвел рукой пространство вокруг мага, - моих рук дело. И теперь гадаешь, за что. Смертный. Ты вообразил себя всемогущим, наплел паутину интриг, первым нашел мальчишку и уже решил, что победа у тебя в кармане. Победа в чем? Что изменится? Об этом ты задумался хоть на минуту? Пока ты метался в своем подземелье, ты, должно быть, заметил - ты не всемогущ. Ты можешь создать армию костей, но в части знаний о жизни ты глупее черепахи, - Хранитель поднялся. - Что ж, я, кажется, изменил баланс. Вчера у тебя было все, сегодня - ничего, а завтра тебе придется доказывать даже свое право на жизнь. Достоин ли ты? Посмотрим, во что сплетется эта нить...

Демон прошел мимо Гефера так близко, что маг был вынужден отдернуть руку. Всего пара ударов сердца - и золотая фигура растворилась в воздухе.

Гефер со злостью смотрел вслед Хранителю. Проклятый демон! Решил поиздеваться? Но за что, что такого Гефер ему сделал? Ведь сам намекнул, что хотел бы получить весточку. Крон! Ну ладно, еще посмотрим, кто кого обыграет в результате.

Иерарх поднялся на ноги и привычным движением потянулся проверить магический резерв. Где-то под руинами дворца должна была уцелеть подземная лаборатория, а в ней кое-какие артефакты, с помощью которых можно будет восстановить и столб. Нужно только отдохнуть, дождаться, когда восполнится резерв... Но резерва не было, совсем! Гефер попытался ощутить ток силы, знакомый с самого детства, но на его месте была лишь звенящая пустота. Все еще не веря, он попытался зажечь меж пальцев крошечную искру - простейший признак владения силой - и не смог. Черное отчаяние захлестнуло новой волной. Крон, Крон, Крон! Проклятый Хранитель! Ради этого он выкарабкивался из-под земли?! С невероятной ясностью встали в сознании слова Хранителя: "тебе придется доказывать свое право на жизнь". Вот удружил. Надежда восполнить резерв жизни через магию рухнула, и нужно срочно искать новый источник. Хорошо бы найти нейтрального, незаинтересованного в его уничтожении мага, но посреди Безмолвных гор выбирать, похоже, не приходится. Ученики - да и Анна - далеко, и кто мог подумать, что понадобятся немагические способы связи.

Еще раз помянув Хранителя, Гефер начал спускаться с горы. В долине, в паре дней пути у Гефера оставался один стационарный телепорт. Он был привязан к одной точке, поддерживался из независимого источника и был рассчитан на непредвиденные обстоятельства. Проблема возникла не там, где ждали, но сейчас для бывшего мага выбора не было. Жить, по его прикидкам, Геферу оставалось не более пары месяцев.

Сжимая кулаки в бессильной ярости, Гефер насколько возможно ровным голосом отвечал на вопросы невидимого собеседника. В зале телепортации было абсолютно темно - хоть глаз выколи, и, выйдя из портала, Гефер замер на месте. Портал, кстати, деактивировался и погас. Демоновы перестраховщики, выходит, если в портал войдут несколько человек, то их раскидает по разным комнатам. Хитро, конечно. Впрочем, от Темного лорда ничего другого ожидать не стоило - за десять лет изгнания он научился осторожности.

- Имя?

- Гефер.

- Добро пожаловать, магистр. Как поживает ваша бабушка?

- Третьего дня жаловалась, что скучно стало в загробном мире.

Все правильно, конечно. Гефер сам помогал настраивать систему, до конца, правда, не веря, что она понадобится. Но после того, что устроил Ксаргон, идентификация по отпечатку магии была бесполезна, и оставалось благодарить судьбу, что можно было обойтись без нее. Поэтому Гефер как мог сдерживал свое раздражение и продолжал отвечать на глупые, бессвязные вопросы, почти физически ощущая, как утекают драгоценные минуты жизни.

Наконец, открылась дверь, свет неприятно резанул по глазам:

- Прошу прощения за задержку, мэтр. Следуйте за мной.

Кошмар. Это что, младший служка десятого мага? Будь Гефер в силе, такого неуважения к себе он бы не простил.

- Будьте добры, мэтр, подождите в этой комнате. Как только лорд будет готов вас принять, мы откроем портал.

Он думал, кошмар? Вот настоящий кошмар. Почти камера, крошечная, без окон...

- Мэтр, могу я быть еще полезен? Может быть, вы желаете вина?

- Нет, - Гефер нетерпеливо махнул рукой, заходя в комнату, - исчезни.

Дверь закрылась. Теперь оставалось только ждать.

Усталость навалилась на плечи. Все-таки слишком сильно и слишком резко Гефер позволил себе постареть. Ну да он не рассчитывал, что все так сложится. На стене висел огромный гобелен, изображающий Темного лорда в полный рост. Интересно, хватит ли стандартной огненной руки, чтобы сжечь его к демонам?..

Эх, может быть, стоило все же выспаться перед переходом... Гефер осторожно опустился в тяжелое кресло. Время идет, бежит... Но это для него оно бежит, а всем вокруг - часом больше, часом меньше... Ночь же на дворе. Не стоило и надеяться, что Темный лорд примет его немедленно. Ну что ж, он в своем праве. Будь Гефер в силе, мало кто осмелился бы заставить его ждать. Но Лорду, конечно, доложат, что иерарх больше не маг. Хотя даже так Геферу по-прежнему есть, что предложить изгнаннику. Торговаться они оба умеют... Надо только обязательно восполнить резерв жизни... Время тянулось бесконечно долго, и Гефер сам не заметил, как задремал.

Открытие портала разбудило, Гефер вскинулся в кресле, как от толчка. Хорошо, значит, еще не разучился чувствовать магию. Не дожидаясь приглашения, он шагнул внутрь.

Вильям Оурский, известный больше как Темный лорд, встречал гостя в малом библиотечном зале, стоя посреди комнаты, небрежно опираясь рукой о спинку кресла. Своего рода знак уважения, если бы только не долгое ожидание перед этим. Гефер позволил себе короткий взгляд в окно - на хмуром небе розовел рассвет.

- Приветствую вас, уважаемый мэтр, в моей скромной обители. Что привело вас спустя столько лет к изгнаннику?

Гефер отвесил полупоклон. Ну-ну, изгнанник. Как будто не от него, Гефера, ты получал информацию все эти десять лет.

- Сразу к делу? Что ж. Мне, знаете ли, подумалось - в свете недавних событий, - что я могу сделать вам интересное предложение.

- С чего вы взяли, что мне будет интересно?

- Я полагаю, что столь достойный человек как вы, лорд, могли бы занять место в Совете. При поддержке Круга иерархов, разумеется.

Оурский покачал головой и, неторопливо обойдя стол, уселся в свое кресло:

- Увы, мэтр, я давно отошел от политики.

Гефер опустился в кресло напротив:

- Мне ли не знать, лорд, мне ли не знать.

С легкой улыбкой они смотрели друг на друга. Приличия игры соблюдены, теперь можно говорить серьезно.

- Вы, мэтр, думаю, понимаете, что простое место в Совете меня не интересует.

- Вы, лорд, думаю, представляете, что Круг иерархов способен на большее.

На лице Темного лорда не отразилось ни грана эмоций:

- И сколько сегодня стоит благосклонность Круга?

- Окажите мне небольшую услугу, лорд, и с Кругом я договорюсь.

- Так уж и небольшую, - Оурский усмехнулся.

- Ваши маги, наверное, заметили, что мой резерв силы пуст. Мне нужно его восполнить, и у вас есть люди, способные провести ритуал.

- Гарантии... - Темный лорд лениво откинулся на спинку кресла.

- Договор с привлечением высших сил, - похоже, он заинтересовался. Остальное - детали.

- Полно вам, мэтр. Ни к чему втягивать богов в дела двух темных. Магии крови будет вполне достаточно.

Гефер внутренне скривился, как от зубной боли, хоть вида и не подал. Конечно, кому как не Темному лорду просить - и кого как не некроманта - о договоре на крови. Вот только быть кровно обязанным иерарху не хотелось крайне. Но и отказаться не получится, поэтому Гефер кивнул. Надо будет внимательно писать условия отмены...

- Я также слышал, что ваша ученица отправилась, как бы это сказать, в увлекательное путешествие.

- Не могу ручаться за его увлекательность, лорд. Как и за успех.

- В случае успеха, мэтр, я хотел бы получить объект в свое распоряжение.

Вот прямо так. Самоуверенно.

- Боюсь, у Круга будет другое мнение на этот счет.

- Вы можете еще вспомнить об Ордене. Я хочу получить объект раньше Круга, на год.

- Максимум - месяц, - Гефер прикинул в уме график смещения небесных тел, - и только спустя три месяца после того, как получу его сам.

- Ваша ученица доставит его сюда сразу же, и он пробудет у меня столько, сколько посчитают нужным мои маги, не более полугода.

Гефер пожевал губами:

- Два месяца, и это моё последнее слово.

Темный лорд улыбнулся и достал из стола лист бумаги:

- Итак, договор.

Обсуждение деталей заняло еще полдня. Наконец, двое уставших, но довольных собой и друг другом людей поднялись и проследовали в лабораторию. А еще спустя час Гефер был готов проклинать последними словами Хранителя и свою глупую идею связаться с ним: нити силы были не просто перекрыты, они были оборваны. Восстановить их - даже для иерарха непосильная задача, что уж говорить об остальных магах...

Первый маг Оурского - Теурис - еще что-то бормотал о специализациях, привязке каналов через некромантию... Дурак, никакая некромантия тут не поможет - резерв нужен запредельный. Ну или артефакт, способный его поддержать.

- Я понял, - Гефер, наконец, прервал его излияния, - мне нужно хотя бы восполнить резерв, напрямую, заемной магией.

- Это опасно. Совместимость сил...

- Просто заполни мой резерв по максимуму. Я удержу.

Теурис обреченно взглянул на Оурского. Делиться своей силой, а тем более, полностью перекачать свой резерв другому магу... Но Темный лорд только кивнул в ответ. Гефер, следивший за молчаливым диалогом, усмехнулся, произнося ритуальную фразу:

- Я сосуд...

- И сила тут, - шепотом выдохнул маг.

Одного Теуриса, как и следовало ожидать, не хватило. Еще бы, за четыреста лет жизни некромант изрядно потрудился над увеличением резерва. Наверное, поэтому и не заметил момент обрыва нитей силы - привык брать сверх потока. Часть резерва Гефер тут же направил в поток жизни и с удовольствием отметил, что ход времени для его тела вновь остановился. Регенерация займет не один день, конечно, но опасность миновала.

Пять обессиленных магов провожали его тяжелыми взглядами, когда Гефер, наконец, поднялся, привыкая к своему новому состоянию. Сила кипела, выплескиваясь наружу. Чужая сила, такой управлять непросто. Резерв был заполнен хорошо, если наполовину, но больше такого буйства он попросту не удержит в себе. Гефер с гордостью отметил, что никогда не замахивался на невозможное, здраво оценивая свои способности. Ну разве что однажды он чуть не шагнул за край, по молодости, но ведь и тогда справился же...

- Благодарю, лорд. А сейчас, если вы не возражаете, я бы хотел воспользоваться вашим телепортом.

- Разумеется.

Заброшенный дом в провинциальном городке на пять улиц не ждал гостей. Маленький, двухэтажный, он был зажат между двумя более успешными соседями и медленно ветшал, отгородившись от всего мира тяжелыми ставнями. Дождливый осенний вечер не обещал перемен, и если и были в округе любопытные глаза, время от времени интересовавшиеся его судьбой, то уж точно сейчас они нашли себе занятие поприятнее.

Активации портала в подвале дома никто не удивился, потому что удивляться тут было некому. Гефер вышел из сверкающей арки, зажег магический свет и, дождавшись, пока переход окончательно погаснет, поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж. Слои пыли, покрывавшие все вокруг, его не смущали. Если он хоть что-то понимает в людях, не пройдет и пары дней, как здесь появятся соглядатаи Оурского - координаты перехода запечатлелись в его портале, и можно биться об заклад, он обязательно проверит, куда ведет эта нить. Ну, лорд, не только вы умеете заметать следы.

Демонов проклятый Хранитель - при мысли о нем Гефер скрипнул зубами - смешал все планы. Теперь приходится всерьез рассчитывать, что у Анны и этого недоучки что-то получится. Надо будет присоединиться к ним, как можно быстрее. Тем более, что, по его расчетам, эти двое должны скоро миновать Гряду. Только теперь Гефер не совершит той же ошибки, что с Темным лордом - он хотя бы выспится. А уж завтра, собрав припасенные здесь артефакты, спокойно и не торопясь, он перенесется к Анне. С этой мыслью он рухнул на кровать, подняв небольшое облачко пыли, и погасил свет.

В принципе, можно будет снять с дома поддерживающие заклинания - надежным убежищем он быть перестал, но с другой стороны, тогда нужно убирать следы телепорта, а магию на это тратить не время. Да и мало ли, вдруг пригодится еще портал. Кто знает, какие еще петли судьбы ждут впереди...

Анна действительно отыскала Тиссу следующим же утром. Может, ведьмачьим чутьем, может, наколдовала, а может, просто не так много здесь было мест, куда мог податься случайный путник с лошадью. Как бы то ни было, но стоило утреннему туману подняться чуть выше, на постоялый двор у Белого заявилась ведьма верхом на статном коне.

Тисса как раз доедал похлебку, которую подала ему некрасивая хромая женщина, когда Белый подошел к окну глянуть, кого принесла нелегкая прямо с утра. Чуть отодвинув глухую штору, он тут же отпрянул и сотворил защитный знак. Еще немного подумав, он подал женщине сигнал молчать, а сам куда-то ушел.

Анна не торопилась заходить, и Тисса, видя, насколько хозяевам неуютно, подхватил сумку и отправился за лошадью.

И снова потянулась бесконечная однообразная дорога по каменной пустыне. Анна то направляла коней ближе к лесу, то возвращалась к самым отрогам Гряды. Иногда Тисса мельком видел вдалеке каких-нибудь всадников - они, скорее всего, ехали в город. Пеших тут почти не встречалось - то ли края такие, то ли время. Все же в Форштгтарде уже собралось немало людей.

Во второй половине дня Анна свернула в лес. Попетляв среди густых зарослей орешника и миновав широкий березняк - по весне тут, должно быть, вообще все затапливает, что непонятно, где заканчивается лес и начинается гиблое болото, - они набрели на небольшую деревеньку. Четыре дома жались друг к другу на поросшем елями пригорке, на крыльце одного из них сидела одноглазая старуха.

- Чего явилась-то опять, ведьминское отродье?

Анна спешилась:

- Здорово, бабка Меланья.

- Ну-ну, ты мне бабкой-то зубы не заговаривай. Чего надобно?

- Да чего ж путнику с дороги надо? Поесть да заночевать, стало быть.

- Тоже мне, путница. Перекати-луг, по-другому это называется. Думаешь, не знаю, что ты темным продалась? Да все знают. Проваливай, падальщица.

- Кого ты тут распекаешь, Меланья? - из сеней выглянула седая голова, а затем показался и весь человек.

Мужчина на миг застыл на пороге, близоруко вглядываясь в гостей, а затем с распростертыми объятьями двинулся вперед:

- Анна, родная, вот носят тебя демоны!

- Привет, Вестар, привет. Соскучились?

- Да уж давненько ты к нам не заглядывала, - он последний раз стиснул девушку и выпустил, Анна подошла к старухе.

- Здравствуй, родная, - голос Меланьи заметно потеплел, - стало быть, помнишь о нас еще?

Кем приходилась Анна этим старикам, Тисса так и не понял, но встречали ее здесь как родную, и за столом просидели до позднего вечера. На него, Тиссу, местные смотрели спокойно, только изредка нет-нет да и промелькнет у кого-нибудь в глазах сочувствие. Как будто нужно ему это сочувствие, от незнакомых людей. Что на север пошел - так не его это выбор был, да и помирать ради дурацкого камня он не собирался. Не за этим здесь. А Фортклиф... Да откуда им в этой глуши знать... Сказал - Тисса из Фортклифа, и все.

Про камень, кстати, они здесь особо не знали ничего. Как ни пытался Тисса разговор к северным горам свести - не бывали они в тех краях, а путники тут особо не ходят. Вот дальше на север деревни побольше есть, так там да, может, и слышал кто чего поинтереснее.

Наутро, распрощавшись с деревенскими, всадники продолжили путь.

- Что это за место было? - когда дома скрылись из виду, Тисса набрался смелости спросить.

- Ведьмачья деревня. Да, они ведьмаки, почти все. По ту сторону Гряды жили, пока в княжествах охота не началась. Я их через Гряду провела.

- И как же они теперь?

- Да так и живут. Лес вокруг: травы собирают, снадобья делают, в ярмарочные дни торговать выходят в деревни. Я им предлагала к людям переселиться - не хотят.

- Боятся?

- Кто знает. Говорят, в лесу им привычнее.

После деревни Анна, хоть и продолжала вести вдоль Гряды, но все больше держалась леса. Из ниоткуда вынырнула сначала узкая тропинка, запетляла среди деревьев, и как-то незаметно разрослась до приличной дороги, позволявшей двум всадникам ехать бок о бок.

Время приближалось к полудню, когда впереди на дороге появился человек. Заметив всадников, он остановился, явно дожидаясь, пока они приблизятся.

- Принесла нелегкая, - выругалась Анна, поджав губы. - Я задержусь, а ты езжай вперед, не останавливайся, - Анна выдернула из какой-то подвески черное перо, приладила его Тиссе под отворот рукава, на молчаливый вопрос пояснила: - Оберег от магии. Черный ворон колдовству неподвластен - на крыльях несет от много несчастий. За меня не волнуйся - догоню. Езжай, как ни в чем не бывало, и не оборачивайся.

Тисса кивнул. Спрашивать что-то еще времени не было, тем более что Анна чуть подстегнула Воронько, и лошади пошли резвее. Проезжая мимо, он уловил ауру силы, исходящую от незнакомца, и внутренне поежился: от такого и правда лучше держаться подальше. Излишнее любопытство бывает опасно, а оказаться подальше очень хотелось, поэтому он только опустил взгляд, перебирая пальцами лошадиную гриву.

Анна же резко повернула коня, прогарцевав вокруг, остановилась, закрывая собой Тиссу.

- Неожиданная встреча.

- И очень удачная.

- Что с твоей силой, Гефер?

- Не важно. Хранитель решил вмешаться и спутал нам все карты. Мне нужен камень.

- Я занимаюсь этим, как видишь.

- Вижу. Но что с твоей силой? Я ее не ощущаю.

Анна пожала плечами:

- Со мной все в порядке, так надо, - не рассказывать же, что магом она никогда и не была. - А вот ты не ответил. Из тебя льется чужая магия.

- Этого резерва мне пока хватит. Хранитель перекрыл потоки, но я разберусь.

Ага, видимо, когда получишь камень. Ну да, надейся. Жаль, что она не умеет видеть магию, приходится тянуть силу вслепую. А сила течет, и заметно. Анна снова пустила коня по кругу, заставляя Гефера крутиться на месте:

- Как ты нас нашел? Дай угадаю, артефакт?

- Разумеется.

Анна с улыбкой рванула с шеи кулон, черная звезда полетела Геферу под ноги. За ней последовал перстень с печаткой и брошь в виде маски Тьель:

- Мы договаривались, что ты будешь держаться в стороне.

- Ситуация изменилась.

- Хранитель, ты уже сказал. Но зачем ты здесь?

Глупо, конечно, спрашивать - и так все понятно. Но нужно потянуть время, дать Тиссе уйти подальше, да и резерв Геферу, пока он отвлекся, поубавить.

- Я пойду с вами.

Анна тряхнула головой:

- Гефер, мы торопимся изо всех сил. Время дорого, ты сам говорил. Ты нас задержишь.

- Ну что поделать, - Геферу ситуация тоже не нравилась, но с Анной было безопаснее.

- Придумай что-нибудь.

- Я уже сказал - я пойду с вами.

- Нет.

- Это приказ.

- Да плевать, - Анна повернула коня вслед за Тиссой, - обстоятельства изменились, как ты сказал.

- Стой, - Гефер зажег в руке призрачный шар.

Не оборачиваясь, Анна сделала рукой неприличный жест и пришпорила коня.

- Я сказал, стой! - Гефер запустил ей в спину заклинание, но оно только рассеялось, достигнув цели.

Взметнувшиеся вверх за спиной у Анны огромные черные крылья были похожи на щит.

- Какого демона, - Гефер послал ей вслед еще несколько заклинаний, одинаково безрезультатно.

Черный ворон колдовству неподвластен...

В бессильной ярости некромант смотрел, как Анна исчезает среди деревьев, а с ней и надежда как можно быстрее добраться до камня. И хоть как-то исправить то, что устроил Хранитель. Проклятый демонов Хранитель!

Высоко в небе, под самыми облаками, кружил, посвистывая, ястреб.

Демонов Хранитель! И Анна! Кто, прах побери, мог перекупить его самую надежную ученицу?! Как она безошибочно определила следящие артефакты - не иначе, ей кто-то сказал. И почему сняла их только сейчас? Неужели знала, что Гефер придет к ней за помощью? Но кто, кроме Хранителя, мог вообще предполагать, что ему понадобится помощь? Неужели Анна в сговоре с Хранителем? От этой мысли великого мага прошиб холодный пот. Страшное, но единственно правдоподобное объяснение. Проклятье! Гефер вздохнул и попытался успокоиться.

Итак, если предположить, что Анна рассчитывала на его появление. Демоны бездны - да он сейчас в диком краю по ту сторону от Гряды, и даже без коня. На построение портала остатков резерва не хватит - портал не его специализация, все-таки. Попался - по-детски попался - не ожидал, что Анна ему откажет. Ну ладно, сейчас надо решить, как он будет выбираться отсюда.

Сплюнув от обиды, Гефер резко крутанулся на месте. И уперся взглядом в серебряную пряжку, держащую синий плащ. Незнакомец стоял почти вплотную, и Гефер отступил на пару шагов, поднимая глаза. Белая маска, синие ленты на капюшоне, пронзительный синий свет в пустых глазницах. Гефер в ужасе попятился:

- Хранитель!..

Белая маска снисходительно улыбнулась одними уголками губ, Хранитель продолжал сверлить некроманта неживым взглядом. Словно подхваченная порывом ветра, синяя лента взметнулась вверх и, обвившись вокруг его шеи, подняла Гефера словно пушинку.

- Болван, - Ксаргон, все так же улыбаясь, двинулся вперед, разглядывая человека как какое-то забавное насекомое, - ты не выучил урок. Даже не оценил того, что имел. Смог только сплести очередную интригу. Что еще должно произойти, что бы убедило тебя в ничтожности твоих стараний? Впрочем, раз уж ты так любишь сделки, у меня есть такое предложение...

Гефер силился ответить, но не мог даже моргнуть.

- Я покажу тебе Силу, настоящую. Ты будешь со мной, всегда и везде. Посмотрим, чему еще тебя можно научить. Кстати, выбора у тебя нет. Что думаешь? Наверное, ты согласен! - Хранитель расхохотался. Синяя лента метнулась в сторону, держа человеческое тело за шею, словно тряпичного висельника. А затем петля ослабла, и тело рухнуло оземь. Глядя в страшное лицо Хранителя, Гефер, оказывается, и не заметил, как они поднялись на недосягаемую высоту, и теперь только смотрел сверху на отвратительное месиво, совсем недавно бывшее его телом.

- Хранитель, что со мной?!

- Ты теперь дух. Бестелесный призрак, моя собственность. Не то, чтобы ты был мне очень нужен... Пыль на моем плаще. Ты - никто, в самом абсолютном значении этого слова. Идем.

Следующим ощущением Гефера был свет. Яркий, нестерпимый солнечный свет, от которого он не мог ни спрятаться, ни даже зажмуриться. Все-таки отвык он от солнца в своих подземельях.

Ксаргон ощущался рядом, но как ни пытался Гефер извернуться, чтобы увидеть Хранителя, ничего не получалось. И правда уж, бестелесный безвольный призрак. Даже видеть может только то, что ему показывают. Гефер, насколько мог, огляделся. Пронзительное синее небо - как глаза Хранителя, яркое солнце, еще не по-осеннему зеленая трава, море зеленой травы, и синие силуэты гор вдали, сливающиеся белыми пиками с растянутыми по горизонту облаками. Юг. Должно быть, одно из княжеств Жизни.

Из леса появились два всадника, закованные в блестящие латы. Вот какой смысл мучить лошадей и скакать по пустынной дороге в тяжелом воинском облачении? Вечно Жизнь выделывается где не надо. Белые кони, белые перчатки, белые же рубахи, выглядывающие из-под доспехов, расшитые белыми узорами плащи... Впрочем - Гефер поправил себя, - на тяжелые воинские доспехи блестящий нагрудник и шлем не тянули, скорее так, парадные цацки. Уважения к служителям Жизни, разумеется, не прибавилось. Ну почему у них всегда все так до зубного скрежета одинаково?

Ксаргон хмыкнул, очевидно, уловив ход его мыслей, и материализовался прямо на дороге перед всадниками. Белый, словно высеченный из мрамора, балахон, синий плащ и вездесущие синие ленты капюшона, развевающиеся на ветру. Заложив руки в синих перчатках за спину, Хранитель терпеливо ждал, пока всадники утихомирят коней. Встреча - белое с белым! Хотя то, что демон к Жизни отношения не имеет, Гефер знал наверняка.

Всадники остановили коней шагах в десяти от Хранителя. Тот, что выглядел попроще, спешился и осторожно спустил второго с коня, усадив перед Ксаргоном на колени, после чего и сам опустился в дорожную пыль. Геферу от увиденного больше всего хотелось сплюнуть от отвращения, но, увы, такой возможности бестелесный дух не имел. Даже отвернуться не мог, а потому продолжал разглядывать рыцарей. Напыщенные дураки в позе скорбящей!

Рыцари сняли шлемы и поклонились еще ниже. Тьфу!

- Приветствую тебя, о, Великий! - заговорил старший, и по его лицу было непонятно, раздосадован он этой встречей или просто напуган. Зато второй, более похожий на деревенского увальня, владел собой куда хуже и разве что не подвывал, бросая взгляд исподлобья на белую фигуру Хранителя.

- Я бы попросил тебя встать, Хальфдан, но прекрасно помню о цене.

Рыцарь, казалось, не слышал фразы. Зато его спутник - более чем. Он едва слышно рыкнул и сжал кулаки.

- Должно быть, тебя что-то очень сильно встревожило, - Хранитель шагнул вперед, - раз уж ты решился отправиться в странствия?

- О, Великий. Стало мне известно, что у Ордена появился новый охотник. Книги Оракула содержат пророчества на этот счет.

- Знаю, - коротко ответил Ксаргон. - И поэтому ты решил поднять на ноги все окрестные княжества? Не слишком ли поздно? Этим человечком уже занялись другие силы.

- Предупредить княжества - моя обязанность. Но мой долг - не допустить войны.

- И как же ты собрался это сделать, о, мой безногий друг? Не хуже других ты знаешь, что пророчества Оракула нельзя изменить, и каждый шаг каждого участника только приближает развязку. Долг? Обязанность? Красивое оправдание. Каждый выдумывает себе свое. И каждый скрывает за ним стремление получить еще хоть каплю власти, стать еще хоть чуточку сильнее, - Ксаргон покачал головой. - Впрочем, дело сделано, живи, как знаешь.

Кони уносили их все дальше от злополучной опушки в лес, но Анна и не думала останавливаться. Она довольно быстро нагнала Тиссу, и сейчас двое всадников мчались бок о бок.

- Кто это был? - Тисса не знал даже, хочет ли услышать ответ, но как-то надо было унять волнение.

- Гефер, - Анна бросила имя коротко, словно и добавить к нему нечего.

- Что случилось?

- Он нас не потревожит, не волнуйся. Не догонит.

Ох, не было у Тиссы такой уверенности. Гефер, могущественный маг, некромант, иерарх... Что-то зачастили на его пути иерархи. Хотя если Гефер - покровитель Анны, как сказал тогда в таверне Дэниел, то как раз в его появлении нет ничего удивительного.

- Анна, моя лошадь долго не выдержит, - коняга и правда начала хрипеть и чуть сильнее припадать на больную ногу.

- Извини, но лучше нам сейчас поторопиться. В следующей деревне мы поменяем лошадей.

- Долго еще?

- Не очень.

Тем не менее, прошло еще пара часов, прежде чем деревья расступились, демонстрируя путникам очередной набор покосившихся домов. Промчавшись по единственной улице, Анна свернула к неприметному домику на самом краю деревни. Домик был крошечный и стоял в глубине старого яблоневого сада. Красные спелые яблоки сгибали ветви деревьев почти до самой земли. Вокруг него не было привычного забора, да и трава, похоже, давненько не знала косы - если бы не дом, можно было подумать, что здесь уже начинается лес. Соскочив с коней они, пригибаясь под ветками, пошли к дому.

На пороге их встретила молодая девушка. Да ей от силы лет семнадцать, - подумал Тисса, - ну ведь подросток еще.

- Привет, подружка, - она с хрустом откусила яблоко.

- Тисса - это Тесса. Тесс, можно мы переночуем у тебя?

Девушка кивнула в знак приветствия. И тут же мотнула головой:

- Ты знаешь, что за тобой хвост?

- Кто?

- Дэниел.

Анна покачала головой:

- Ему-то что понадобилось? Плохо, я надеялась отдохнуть.

- Вы совсем лошадку загнали, - Тесса гладила кобылу по морде, отпихивая ее от сочного яблока, которое все еще держала в другой руке. Откусив еще кусок, девушка, наконец, протянула остаток лошади, - Держи, попрошайка.

Анна молчала, прислушиваясь к чему-то своему.

- Надо уходить.

- Да уж наверное, если не хочешь встретить его прямо здесь.

- Его я вообще не хочу встречать.

Тесса кивнула и скрылась за домом, чтобы через пару минут вернуться с тремя серыми в яблоках лошадьми.

- Тесс, ты всегда держишь коней оседланными?

- Только когда в этом есть необходимость. Перегружайтесь и едем.

Долго уговаривать их было не нужно, через несколько минут все было готово. Тесса потрепала белую-рыжую кобылу по шее:

- Жди меня здесь, никуда не уходи, - Тисса мысленно фыркнул: как будто это чудовище понимает, что ей говорят, - Едем, провожу вас.

Из деревни выехали на свежих конях - такие можно дорого продать в Столице, под стать Воронько. Ведьмин конь скакал рядом, словно бы и не очень устал до этого, а сейчас, налегке, так и вообще наслаждался прогулкой.

Дэниел в облике ястреба кружил в осеннем небе. Сигнал пришел, что это орденское недоразумение все-таки преодолело Гряду, и на удивление быстро - неплохо было бы посмотреть, как идут дела. Появление Гефера стало полной неожиданностью, хорошо, что он решил держаться на расстоянии - не хватало им встретиться.

Все, что произошло потом, Дэниел не мог описать иначе, как "невообразимо странное" - Анна остановилась возле Гефера. Звериный облик не позволял достоверно считывать потоки силы, но даже так Дэниел видел, что Анна - нейтрал. С некромантом тоже творилось что-то странное, но тонкостей он уловить не мог. Короткий разговор, и Анна поворачивается к наставнику спиной. Опасно. Гефер, словно следуя мыслям Дэниела, бросает ей вслед несколько заклинаний - безрезультатно. Как? Почему? За спиной у девушки возникают огромные черные крылья - вот это сюрприз, вот это новость... В памяти всплывают слышанные где-то строки: Черный ворон колдовству неподвластен...

А Гефер сейчас жалок. Вот правда, это похоже на отчаяние. Ситуация, недостойная иерарха. Так-то закончится его схема с поддержкой Темного лорда? Жаль, Дэниел тоже много поставил на кон.

Магическая рябь прокатилась по окрестностям. Присвистнув от неожиданности, Дэниел направился вслед за Анной и Тиссой: куда угодно, конечно, лишь бы убраться подальше. Как бы его ни распирало от любопытства, появление Хранителя - не тот случай, чтобы рисковать. Знает ли малец, какие силы вьются вокруг?..

Дэниел решил проследить за всадниками: Анна оказалась не так проста, и что-то подсказывало, что дальше будет интереснее. Знать бы, на кого она работает... Лес тем временем становился все гуще, и Дэниел был вынужден спуститься под кроны деревьев, но путь здесь тоже оказался не сахар. Невесть откуда взявшиеся вороны подняли гвалт и самоубийственно бросались наперерез хищнику. Чтобы хоть как-то отделаться от птиц, Дэниел слетел ниже и перекинулся в волка. Вороны хоть и продолжали сопровождать его в новой ипостаси, держались теперь на расстоянии. Что это за птицы, что не слушаются мага природы? Впрочем, понятно - похоже, Анна его обнаружила.

Впереди показалась деревня. Дэниел так увлекся погоней, что только и успел в последний момент сообразить, что промчаться по улице в облике волка, да еще посреди дня может оказаться очень плохой идеей. Поэтому, замерев на мгновение, он повернул в сторону, обходя поселение. И вновь продолжается скач. Иерарх с удивлением отметил, что беглецы прибавили в скорости, и тоже был вынужден взять высокий темп.

Спустя пару часов Тесса повернула коня обратно: теперь, когда они достаточно далеко от деревни, можно и посмотреть поближе на этого иерарха.

Всадница вынырнула из леса совершенно неожиданно, преграждая путь. Дэниел споткнулся и отменил трансформацию, пустив магию на восстановление дыхания после быстрого бега. Кто эта девчонка, что посмела вот так запросто встать перед ним, и почему он не заметил ее появления, хотя в меру возможности внимательно слушал лес?

- С дороги, - его хриплый голос был похож на рык.

Тесса покачала головой:

- Оставь их. У каждого свой путь.

- Ты хоть знаешь, с кем связываешься, девчонка?

- Дэниел, - она соскочила с коня, - иерарх, действительный член Круга, маг природы. Я знаю о тебе больше, чем, может быть, ты сам. Как думаешь, почему?

Некогда ему разбираться в местных загадках! Дэниел прочитал заклинание, и из чащи леса позади него вышла стая волков. Опустив головы, звери бросились вперед и... запрыгали возле Тессы, словно ручные псы, добиваясь ласки. Она трепала их за уши, гладила по голове и, улыбаясь чему-то, отпихивала самых настойчивых, норовивших лизнуть ее в лицо.

Что за ерунда? Дэниел не ощущал вокруг девушки магической силы. Еще одно заклинание - и к ней потянулись гибкие побеги плюща. Опутает, свяжет... Тесса, отправив волков обратно в лес, в последний момент махнула рукой, и плющ, подчиняясь ее приказу, свернул в сторону, оплетая старое дерево, росшее у самой дороги. Дэниел огляделся. Природа, конечно, плохо приспособлена для атакующих заклинаний, но кое-что он умеет. Старая ель со скрипом начала заваливаться на девушку.

Тесса только покачала головой, когда дерево рухнуло, даже не задев ее, на дорогу. Серый в яблоках конь вздрогнул от неожиданности и скрылся в чаще. А Тесса вдруг превратилась в белку, просочилась рыжей молнией через сплетение ветвей и вновь обернулась человеком в паре шагов от Дэниела.

- Ты же пройти хотел? Ну-ну.

Дэниел невольно отпрянул. Он, великий маг, иерарх, изучивший все законы магии Природы, он может перекинуться в зверя только вблизи столба иерархии. Да, потом он может менять облик, но только приближаясь к своему человеческому телу - закон разницы в массе никто не отменял. А какая-то сопливая девчонка проделала этот фокус прямо здесь, у него на глазах, и даже всплеска силы он не почувствовал. Дэниел прислушался к лесу. Вот дерево стонет о вывороченных корнях, вот неподалеку, все еще вздрагивая, остановился конь, волки, забыв об охоте, спустились к ручью. А человека перед ним словно и нет. Ни человека, ни мага - ничего, пустое место, часть леса.

- Что ты такое?!

Девушка безразлично пожала плечами:

- Этот мир бывает очень изобретателен в достижении своих целей.

- Этот мир? Ну и какие же у него цели?

- Кто ж знает.

- Ты, стало быть, не знаешь? - Дэниел лихорадочно искал объяснение произошедшему, а пока - пока неизвестно, что к чему, - надо поддержать разговор.

- А зачем? Бесполезные знания.

Это был какой-то тупик.

- Почему бесполезные?

Вместо ответа Тесса потянулась куда-то в сторону и сорвала яблоко. Где она нашла здесь яблоню? Или это трансформация природы, что сродни алхимии? Дэниел неосознанно сделал еще шаг назад. Кто перед ним, дриада, в существование которых он не верит? Или воплощение духа природы, что звучит не менее невероятно?

- Что, Ксарг возьми, происходит?

- Мир меняется, - спокойно пояснила девушка, откусывая яблоко.

- Ничего не меняется!

Тесса снова пожала плечами, как будто эта тема волновала ее меньше всего на свете.

- Меняется. Независимо от наших желаний, независимо от того, хочешь ты этого или нет.

- Я лишь хочу найти своего сына! - вот так. Слова, зревшие внутри не один год, вырвались наружу. Правда ли? Дэниел сам не мог понять.

Повисла пауза. Тесса доела яблоко, бросила остатки в сторону.

- Что, если я знаю, где искать твоего сына?

Но Дэниел уже взял себя в руки:

- Не верю.

Да, они ругались, да, они повздорили в тот раз. Но он искал, он поднял Круг... и ничего. Как она может говорить, что знает, где его сын?

Девушка снова пожала плечами. И, повернувшись, направилась прямо в лес.

- Постой, - а вдруг?

Обернувшись, она превратилась в косулю.

Дэниел кликнул коня.

Косуля помчалась прочь, Дэниел гнал коня следом, пригибаясь к самой шее от низко нависающих ветвей. Пугливое животное маячило впереди на грани видимости. Вот-вот исчезнет, потеряется, скроется в чаще.

Гонка закончилась так же неожиданно, как началась. Подлесок расступился, открывая прямые стволы старых, уходящих кронами в небо, деревьев. Плотный ковер цветных листьев устилал землю, словно дорогой паркет. Посередине росла старая же яблоня, вся в крупных, темно-красных плодах. Под деревом с видом совершенного блаженства расположилась Тесса.

- Что это за место? - Дэниел слез с коня, все еще пытаясь отдышаться. Старость-таки берет свое.

Вместо ответа девушка обвела лес рукой. Дэниел прислушался к ощущениям:

- Место силы...

Лес вокруг был пропитан магией. Гармоничной, надо заметить. Под яблоней из земли выходила, словно родник, магия и струилась ручьем через поляну. Магия Природы...

- Зачем мы здесь?

- Надо подождать, и Монах появится.

Девушка говорила загадками. Зачем она привела его сюда и чего надо ждать? При чем тут Монах? Дэниел слышал, что по эту сторону леса появился какой-то странный маг - человек ли он вообще, - которого люди называют Монахом. Но достоверных свидетельств не было, и Дэниел не стал забивать себе голову.

Долго ли ждать, интересно. Маг еще раз огляделся вокруг. Девушка расслабленно сидела, полуприкрыв глаза - от нее, похоже, он больше ничего не дождется. Его внимание снова привлек источник магии. Что если подцепить эту силу? Дэниел создал простенькую вязь, направил вперед и с удовольствием отметил, что схема работает: его резерв довольно быстро восполнился до конца. Хватило, пожалуй, даже на преобразование части Природы в Жизнь. Как-нибудь запомнить бы это место. Он попытался почувствовать лес, чтобы определить, где находится, но вокруг было слишком много магии, которая вносила искажения. Эх, придется потом вернуться и разыскать это место, благо хоть направление он себе представляет.

Из задумчивости его вывел шорох. С легким шлепком спелое яблоко упало прямо в подставленную ладонь девушки. Голос позади заставил мага чуть ли не подпрыгнуть от неожиданности и обернуться.

- Привет, бельчонок.

- Фу! - Тесса прицельно запустила яблоко в голову гостю, которое он легко поймал.

- Спасибо.

Если это и есть Монах, то неудивительно, что его так прозвали. Тихий, спокойный голос, ничем не примечательная фигура, одежда странствующего проповедника. Лицо... Дэниел вздрогнул, когда Монах повернулся к нему:

- Ну, привет.

- Алекс, это ты?.. Как... Куда ты пропал? Я всю Империю перерыл... И что с твоей магией? - Дэниел уже было сделал шаг вперед, чтобы броситься на шею новообретенному сыну, но остановился. Стоявший перед ним человек был абсолютно магически нейтрален. - Что произошло?

Нет проклятья страшнее для мага, чем потерять свою силу.

Алекс, тем не менее, не выглядел несчастным.

- Я искал себя, - он все еще вертел в руках яблоко, - и, в общем-то, нашел.

- Ты мог бы стать сильнейшим из магов. Что случилось?

- Есть предел силы. Я просто избавился от лишнего. Впрочем, это неважно.

Как? Что значит, не важно? Его потенциал был практически безграничен - не зря же Дэниел подбирал себе жену из магов, выгадывал движения небесных тел, искал места силы... Он должен был стать магом, которому даже Круг не смог бы противостоять. А теперь? Забрать его, посмотреть, что еще можно исправить?

- А что важно? - Дэниел начал медленно, осторожно, сплетать заклинание сна.

- Важно то, что мир меняется.

Дэниел поморщился.

- И в игру вступили силы, с которыми тебе пока лучше не связываться, - Алекс неспеша зашагал по поляне, даже не глядя на мага, - я думаю, тебе сейчас вообще лучше вернуться в таверну.

Да что тебе на месте не стоялось... Кажется, он прошел через поток - придется начинать вязь с начала.

- Спасибо, я как-нибудь сам о себе позабочусь.

- Один некромант уже позаботился.

Дэниел закашлялся. Хранитель! А, кстати, интересно, как там Гефер. Он поднял руку, разглядывая перстни, позволяющие связаться с другими магами Круга. Черный камень некроманта на указательном пальце был безнадежно мертв.

- Что с ним?

- Развоплощен.

Проклятый демон!

- Хранитель слишком опасен, чтобы открыто становиться у него на пути.

Ну давай же, подойди поближе...

- Поэтому тебе сейчас лучше отсидеться в таверне, - Алекс, словно услышав его мысли, подошел почти вплотную.

- Пойдем со мной, - в любом случае, заклинание почти готово.

Монах покачал головой:

- Прости, отец, так правда будет лучше.

Что произошло дальше, Дэниел не понял. Алекс поднял руку и слегка тронул его за плечо. В следующий миг он уже стоял в малом зале таверны. А ведь еще миг - и активировал бы свое заклинание. И вообще, не было же никакого всплеска магии - он бы почувствовал - при переносе. Как это возможно? Может ли это быть влияние источника силы?

Опершись двумя руками о стол, Дэниел медленно опустился на лавку, закрыл лицо руками. Гефер... Старый дурак, куда ты полез, вздумал тягаться с богами... Жаль. Он и раньше из всех иерархов лучше всего сошелся с Гефером, а уж за годы изгнания... Сын... Вроде родной, но такой чужой почему-то. Что он сделал с собой? Почему? И что-то он говорил о пределе силы... Интересно, можно ли восстановить его магию, хоть бы и с помощью камня? Кстати, о камне... Ладно, демоны с ним. Раз сам Хранитель ходит по пятам за этим парнишкой, то ему, Дэниелу, и правда лучше постоять в стороне. Тем более, что заклинание слежения исправно работает, а Анна, похоже, успешно тянет Тиссу вперед, - можно будет вернуться к нему попозже. Сейчас надо бы заняться более насущными делами - послушать лес повнимательнее, подчистить связи с Гефером и Темным лордом, да послать весточку иерархам. Эх, Гефер-Гефер, заварил ты кашу...

Часть 2. Прятки в чужой голове

Теурис поклонился, закрывая за собой дверь в кабинет:

- Мы потеряли путь, но ненадолго. Гефер мертв, похоже, он не поладил с Хранителем. Дэниел пока не выходит на связь.

- Передай ему, чтобы затаился. Хотя не дурак, должен сам понимать.

- Орден не предпринимает никаких действий, отводит глаза и роется в бумагах. Круг...

- Круг будет еще долго думать, как реагировать на действия Хранителя. Он, конечно, опасен, но не только нам его появление путает карты. Что ж. Теперь, когда все и вздохнуть боятся - пора. Собирай магов, Теурис, выступаем на рассвете. И приготовьте полог тишины.

Под покровом вечерних сумерек на городских площадях появлялись странные маги. Завернутые в серые плащи фигуры возникали из ниоткуда и, ни с кем не встречаясь, направлялись прямиком в ближайшую таверну. Там они так же молча платили тавернщику золотой империал и исчезали на глазах у недоумевающей публики, после чего люди неспеша допивали свой эль и расходились по домам.

Ни свет, ни заря - все мужское население на подчиненных Оурскому землях было на ногах. Кто-то впрягал в телегу любимую Гнедушку, кто-то доставал из подвала пыльный мешок, пахнущий маслом и кожей, кто-то помогал кузнецу погрузить на подводу тяжелые сундуки... Широкогрудые пахотные кони вдруг оказались удивительно хорошо знакомы с седлом, а шахтенные тяжеловозы тянули груженые фургоны так же легко и спокойно, как вагонетки с углем. К полудню у городских ворот повырастали лагеря. Там распределялись доспехи и оружие, формировались отряды, велся учет грузов. Укомплектованные войска без лишней суматохи отправлялись в путь, на Столицу. Скрипят кожаные сапоги, глухо стучат копыта, нет-нет да блеснет в тусклом солнце железная бляха. Через три дня они придут к Столице. Через. Три. Дня.

Вильям Оурский поднял по команде все мужское население своих земель - без малого пятьдесят тысяч. Годы изгнания не прошли даром. С военным делом здесь были знакомы все до последнего крестьянина, каждый первый мог держать меч.

Военную подготовку первый раз здесь проходили все без исключения в возрасте десяти лет. Целый год мальчишки и девчонки на равных учились понимать приказы, маршировать в отряде, собирать и разбирать лагерь и, конечно, немного драться. Вторая волна муштры приходилась на двадцатилетних. Год для девушек, три - для юношей. Да, у Оурского город могли защитить даже хоть женщины и дети: слишком уж ярко перед глазами у всех стояла печальная судьба соседнего Фортклифа. В тот же год Темный лорд поклялся себе, что участь Фортклифа не повторит ни один из его городов.

Прибрежный Фортклиф хоть и не находился в его прямом владении, был для Оурского важен с экономической точки зрения: ближайший значимый порт, он принимал товары с его земель для отправки морем в далекие княжества. Разрушение города стало для Темного лорда ощутимым ударом, лишив рынка сбыта и оставив ему лишь убогие рыбацкие деревни на мелководном побережье. Под давлением Ордена было решено не восстанавливать Фортклиф.

В ответ Вильям Оурский скрипнул зубами и за какой-то год полностью истребил в своих владениях разбойников. Так же быстро оказалось, что на землях Оурского несложно найти хороших и недорогих наемников для охраны караванов. И вот уже купцы предпочитают сделать крюк длиною в два-три дня, чтобы проехать по безопасным землям, да оставить немного серебра и слухов в местных тавернах. И уж будьте уверены, нет-нет да шепнет кто-то соседским разбойникам о богатом караване, владелец которого решил сэкономить время и деньги...

Купцы, кстати, еще оплатили Темному лорду строительство дороги. Дороги на Столицу, по которой теперь молча продвигалось его войско. Как удачно.

Маги растянули над отрядами тишину и отвод глаз, и теперь даже жители окрестных деревень могли поклясться, что в их краях в этот день было так же тихо, как в любой другой. Магический корпус - еще одна гордость Темного лорда. Еще его отец основал независимую от Ордена магическую школу. Все, кому дорого было ехать в Столицу, стекались сюда, и сейчас школа разрослась до университета и обзавелась пятью полноценными факультетами, по основным направлениям магии. Многие выпускники, приехавшие издалека, так и оставались жить в землях Оурского... Как, впрочем, и другие скитальцы: железный порядок привлекал многих, и деревни прирастали дворами. К пришлым было только одно правило - в первые два года все должны были наняться на военную службу, не забывать потом налоги платить, да принятые порядки не нарушать.

А с порядком у Темного лорда все было очень хорошо. Личная гвардия Оурского - Гончие, на быстроногих конях - была набрана из настоящих головорезов. Военная муштра, воспитание детей, законы - это только полдела. Настоящим залогом порядка были именно Гончие. Их боялись, и боялись не просто так, потому что для всех и каждого здесь Гончие означали неотвратимость наказания. Нельзя украсть и избежать наказания, нельзя нарушить закон и скрыться от карающей руки. Ни сват, ни брат, ни демон из подземного мира не укроет виновного.

И сейчас конные отряды Гончих сновали взад и вперед, следя за порядком и осматривая окрестности. Через три дня они будут у стен Столицы. Через. Три. Дня.

С поросшего лесом холма Монах следил за приближением человеческой реки. Хорошие поверх войск растянуты заклинания, сильные... но простые. Бесхитростные плетения, подпитываемые одновременно многими магами - в таких не бывает петель-ловушек и резервных механизмов, нити силы в них всегда топорщатся наружу незакрепленными концами, тронь - и разойдется. Главное знать, где потянуть. С этой мыслью Монах переместился ближе.

Заклинания опали внезапно, словно с размаху натолкнулись на невидимую стену. "К защите!" - скомандовали маги, и отряды, остановившись, ощетинились оружием. Темный лорд вопросительно изогнул бровь, Теурис, чуть замявшись, поспешил пояснить:

- Заклинания опали. Видимо, нас обнаружили. Сейчас-сейчас, мы заканчиваем поисковую сеть...

- Ии?

Маг помолчал, очевидно, собирая информацию от своих коллег.

- Ничего необычного. Странно. Заклинания не могли пропасть просто так.

Оурский достал потертую трубку и закурил. Время идет, армия стоит, ожидая удара, и ничего. Как это понимать?

Теурис продолжал совещаться с магами:

- Никаких людей вокруг, кроме деревни, нет.

- Если только они не скрыты магией, верно?

- Да, лорд... Но это должна быть сильная магия, а следов заклинаний мы тоже обнаружить не можем.

- Интересно... - кто бы ни задумал нападение, он, видимо, опасен. Но кто? Вряд ли Орден...

- Мы думаем, лорд, что здесь могли быть защитные артефакты. Просто защита на дороге. Но доказательств у нас нет.

Да уж. Оурский мрачно оглядел войско:

- Восстанавливайте заклятья, раскиньте сеть до предела, и пойдем дальше. И удвойте число смотрящих. Пусть все будут на чеку.

- Принято, мой лорд.

Монах наблюдал издалека, как войско снова трогается в путь. Поисковая сеть? Ну-ну, ищите.

Не прошло и получаса, как налаженная система заклинаний снова дала сбой. И опять воины стоят, в недоумении ощетинившись мечами и пиками, а маги ничего не могут обнаружить.

- Ведьмовство какое-то, - растерянно пробормотал себе под нос Теурис.

- Что?

- Нет-нет, таких сильных ведьм не бывает. Здесь должно быть нормальное объяснение.

- Я жду.

Мрачное лицо Темного лорда не добавляло магу смелости. Но что поделать - он и правда не понимал, что происходит. Если это магия - то где маг, а если артефакт - то кто его здесь оставил?

- Лорд, я по-прежнему не вижу объяснения, но мы можем попробовать накрыть отряды отдельными заклинаниями. Это, правда, немного усложнит взаимодействие...

- Делайте. Посмотрим, что из этого выйдет.

Под покровом магических щитов человеческая река текла мимо деревни. Полтора десятка дворов, даже смотреть не на что.

Прислонившись к стене амбара, Монах улыбался своим мыслям. В его руке словно прядь бесконечно длинных волос вились тончайшие магические нити. Разделяясь, они тянулись вперед, проникали сквозь грубые, трафаретные плетения магов Оурского, цепляясь за нужную нить. Совершенство.

Одним рывком он активировал их все, где-то с полсотни.

Маги вновь остановили войска, командуя к защите. Кто-то среагировал раньше, кто-то позже, а иные, кого Монах не успел зацепить, так и вообще не сразу поняли, в чем дело. Отряды наваливались на впереди идущих. Вдруг ставшая видимой, человеческая река замерла на дороге напротив деревни.

- Какого демона, мэтр? - Темный лорд привстал в стременах, глядя вперед.

- Поисковые заклинания не подали сигнал, мой лорд. Я ничего не понимаю.

- Мне плевать, что вы там понимаете. Ищите.

Игравший на крыльце дома мальчонка лет шести вскинул голову на стук копыт, да так и замер, приоткрыв рот. Из-за деревьев, закрывавших дорогу, к его избе направлялись семеро всадников. Они его тоже заметили:

- Эй, мальчиш, поди сюда, - подал голос ехавший первым.

Мальчишка поднялся, глядя расширившимися глазами на незваных гостей, медленно спустился с крыльца, но стоило всадникам остановиться, вдруг мотнул головой и опрометью бросился прочь, к соседнему дому, во двор и за сарай.

- Ах ты, шельмец! - воины пришпорили коней.

Завернув за сарай, они остановились. Обнимая мальчишку за плечо, на них с интересом смотрел мужчина лет тридцати, более всего похожий на бродячего проповедника, каких много в этих краях.

- Вы зачем парнишку напугали?

Что за странный человек? Он маг? Не тот ли, кого они ищут? Нет - двое магов почти одновременно качнули головами - нейтрал.

- Да не собирались даже пугать-то. Так, воды испросить хотели.

- А, ну это можно, колодец дальше по дороге.

- Скажи, а что деревня-то пустая какая-то?

- Да в полях все, остатки урожая собрать, да под зиму перепахать - работы хватает.

- А ты что же?

- А я Монах, сегодня здесь, завтра дальше пошел.

- И давно ты в этой деревне?

- Уж с месяц.

- Скажи, а есть здесь ведьма какая, или маг, может быть?

- Да откуда же. Травница только, бабка Василиса, но она знахарка всего. Да и тоже не дома сейчас - в лесу много всего, что по осени заготовить надо.

- И приезжих нет?

- Тут только вы приезжие.

Да что же это такое. Магов нет, ведьмы нет, а заклинания слетают. И проповедник этот вроде нейтрал. Если только... магия Жизни?

- Постой, проповедник, - вмешался один из магов, - а какого бога ты тут проповедуешь?

Мужчина загадочно улыбнулся:

- Богов у людей много, а небо над ними - одно. Небо все видит, и все знает, и воздаст каждому по заслугам.

- Небо? Не слышал о таком, - первый воин хохотнул, - и как же оно тебе помогает?

- Небо никому не помогает. Небо только говорит - с тем, кто готов слушать.

- Что же оно говорит?

- Много всего. Вы, кстати, не сказали, куда путь держите.

- Так небо твое, говоришь, все знает.

- Небо знает. А хватит ли у вас смелости сказать это вслух?

Небо. Глупость какая-то. Небо знает. А вдруг?.. Догадка еще не успела оформиться в полноценную мысль, но ощущение опасности подстегнуло:

- Держите его!

Монах подхватил мальчишку на руки, завернул за угол... И исчез прежде, чем кони успели сделать шаг.

- Куда он мог подеваться?

- Магия? Была магия?

- Нет, никаких всплесков.

- Значит, он где-то здесь. Найдите его!

В деревню на разгоряченном коне влетел сам Темный лорд:

- Что, псы вас дери, происходит?

Маг доложил о странной встрече.

- Ищите! Переверните всю деревню, но найдите мне этого проповедника. Даже если придется здесь все разобрать по бревнышку. И местных - никого не выпускать, они могут нас заложить.

Последнее было лишним. С каждой минутой становилось все яснее: в этой деревне их ждали. Людей не было - ни души. Ни людей, ни скотины, ни даже птиц и собак - все ушли, явно не собираясь возвращаться в ближайшее время. Проклятье! И куда мог деться этот проповедник?

Монах возник в березовой роще за рекой, поставил парня на землю:

- Испугался?

- Неа.

- Ты молодец. Ладно, беги к своим, и передавай привет бабке Василисе.

Темный лорд Вильям Оурский задумчиво курил трубку прислонившись к стене небольшой часовни. Что за напасть такая? Странного проповедника они не нашли, равно как и того мальчишку - плохо, они могут предупредить Орден. Идти на Столицу в открытую не хотелось, хотя, конечно, глупо было бы надеяться, что он сможет подвести к стенам пятьдесят тысяч и остаться незамеченным. Но вот так, дать обнаружить себя в первый же день... И он до сих пор не выяснил, чьих рук это дело! Хорошо, попробуем другую тактику. А пока...

- Командуйте ночевку, Теурис. Нам всем надо подумать, да и времени уже потеряно прилично.

- Да, мой лорд.

Наутро вперед выдвинулись отряды Гончих, усиленные магами. Густая вязь заклинаний поблескивала где-то на границе видимого мира: магические щиты, полог невидимости и широкая поисковая сеть, а также пара пассивных ловушек, готовых атаковать любого, кто посмеет вмешаться в плетение силы. Если и теперь они не смогут найти мага - то, наверное, это не под силу никому. Основная часть войска неспешно двигалась следом, почти без магической поддержки.

Отряды рассредоточились по обе стороны от дороги в надежде прочесать как можно большую полосу леса. Хмурое осеннее утро уже давно сменилось таким же унылым пасмурным днем. Побуревшая листва под копытами коней хлюпала влагой и скользила, мокрые голые ветви то и дело норовили воткнуться в лицо, стоит только потерять бдительность. Фырканье лошадей да бряцанье сбруи было единственными звуками, нарушавшими тишину: люди ехали молча, внимательно вглядываясь в лес, а соседние отряды были скрыты магическим пологом.

Идущий справа отряд остановился. Маг поднял руку, призывая быть внимательнее:

- По-моему, я чувствую силу.

Второй маг встал рядом:

- Что-то едва уловимое.

- Надо позвать.

- Не успеем дождаться, она удаляется. Скорее, - он пришпорил коня, направляя его прочь от дороги.

Первый маг еще успел послать в телепатическое пространство импульс, указывая новый вектор движения, и поскакал следом.

Монах улыбнулся: клюнули. Невидимый глазу сгусток силы - он даже не стал плести из него заклинание, незачем - неторопливо плыл между деревьями. Ближе, ближе, теперь правее, в сторону и ускориться... Пусть попетляют в погоне, другие отряды дольше искать будут. Кони промчались по лесу, спустились к ручью. Чуть замешкались, выбирая направление, свернули вверх по течению, по пологому берегу поднялись наверх. И снова скач по осеннему лесу, в глазах рябит от желтых листьев и белых стволов берез... Поляна. Семеро всадников осадили коней. На поляне посреди леса стоит человек, одетый как странствующий проповедник, а к руке его словно ласковый пес жмется сгусток живой магии.

- Меня ищете?

Гончие вскинули арбалеты. Маги начали плести заклинание. С двух сторон к Монаху потянулись блестящие нити силы. Парализатор? Целая ледяная глыба? Вот какой, значит, магии учат в Академии у Темного лорда. Монах стряхнул с руки побелевший от притока силы шарик и исчез. В следующий миг запущенные заклинания схлестнулись на том месте, где только что стоял человек, а теперь висел в воздухе полупрозрачный белый шар. Взрыв разметал всадников по поляне.

- Что значит, вы потеряли отряд? - Темный лорд говорил тихо и почти спокойно - верный признак того, что он в бешенстве. К сожалению, Теурис как ни хотел, не мог никуда деться, чтобы избежать его гнева. Да и прав сейчас лорд, глупо как-то получилось.

Прежде чем свернуть с маршрута, маги подали сигнал, сообщили, что начали преследование и даже задали вектор. Дальше началась полная ерунда: от заданного направления всадники отклонились довольно быстро, их следы то терялись, то находились вновь, затем они спустились к ручью - какой демон их дернул скакать по воде... Ищи теперь, разглядывай берега в обе стороны. Тем более, что защиту и полог они держали до последнего. Перед смертью маги не успели даже скинуть в эфир свои координаты...

- Теурис, я обещаю, по возвращении ты лично будешь проводить переаттестацию всего магического корпуса. Я не потерплю таких дурацких ошибок - достойных полного идиота.

Маг сглотнул. Попал так попал, Вильям Оурский ему это еще долго припоминать будет.

- Такого больше не повторится, лорд.

- Уж постарайтесь. Из-за двух идиотов я лишился еще и пяти Гончих.

- Мне очень жаль, лорд.

- Ни пса тебе не жаль. Я вычту их жалованье из твоей оплаты.

Поисковые отряды, наконец, вышли на поляну, ставшую для семи всадников последним, что они видели в своей жизни. Впрочем, восстановить ход событий это не помогло - в пространстве витала только та магия, что принадлежала погибшим волшебникам, и никакого постороннего присутствия. Наспех помянув умерших, Гончие развернулись и помчались нагонять ушедшие вперед войска.

Новое сообщение о непонятной магии появилось менее, чем через час. На этот раз маги, получившие весьма недвусмысленные указания от Теуриса, не преследовали невидимого мага, но к тому моменту, как подтянулись другие отряды, и преследовать было уже некого. Затем всплеск силы засекли маги, замыкавшие войска - и боевые отряды направились туда. А потом снова куда-то вперед... Невидимый, неизвестный враг водил за нос. И что еще хуже, он снова тормозил продвижение войск. Такими темпами они и за неделю до Столицы не доберутся.

Оурский еще пару раз пыхнул трубкой, только для того, чтобы убедиться - табак выгорел, и с сожалением вытряхнул пепел. Кто бы ни стоял за этим магом, он явно тянет время. Что ж, нельзя ему позволить диктовать правила игры.

Маги разделились на две группы: первая двигалась впереди вместе с Гончими, вторая прикрывала основные войска. Гончие выдвинулись вперед, но теперь держались все вместе. Темный клин бодрой рысью мчался по широкой дороге. Скоро, скоро они будут у стен Столицы.

Магический поток, растянувшийся поперек пути, заставил Гончих остановиться, как если бы они с размаху налетели на невидимую стену. Чистая сила вынырнула из леса на уровне глаз и, лениво извиваясь, словно морской змей, поплыла над дорогой, чтобы скрыться среди деревьев на противоположной стороне. Невиданное зрелище. Вслед за магами защитный знак сотворили все, кто хоть немного ощущал присутствие магии.

Повинуясь приказу Оурского, десять разъездов со всеми предосторожностями направились туда, где скрылась непонятная сила. Арбалеты наготове, маги расчищают путь через лес. И снова ничего. Проплутав пару часов, Гончие вернулись к дороге.

- Ваша версия, Теурис? - Оурский выслушал доклад, - Придумайте что-нибудь интересное.

Опять он злится. Демоны бездны...

- Лорд, это был поток чистой силы, уникальное явление, никто до сих пор не видел ничего подобного - даже в книгах я не припомню, чтобы упоминалось...

- Отлично. И как вы это объясняете?

- Не знаю, что и думать. Мои коллеги...

- Неправильный ответ. Попробуйте еще раз. Рассуждайте.

Теурис облизал пересохшие губы:

- Если бы это было природное явление, с таким наверняка кто-нибудь да сталкивался ранее. Получается, это проделки мага. Но я не представляю, чтобы смертный мог заставить столь сильный поток перемещаться в пространстве, не реагируя с окружающей средой!

- Допустим, нашелся такой маг. Что из этого следует?

- Не знаю. Не могу представить, на что еще он может быть способен.

- Чем нам угрожает такой поток?

- Он непредсказуем. Это первое и главное в отношении любой свободной магии. Может быть - но это только мое предположение, лорд, - так вот, может быть погибшие тоже встретились с таким потоком, и он среагировал на их магию.

- Что ж, может, вы и правы, Теурис. Поток возник на дороге перед нами. Что, если в следующий раз он появится среди моих людей?

От одной мысли об этом Теурис почувствовал, как по спине пробежала вниз холодная капля пота.

- Боюсь, лорд, сила может вступить в реакцию с нашими заклинаниями... Последствия будут весьма плачевны. Если только...

- М?

- Это свободная сила. Ее можно попытаться подобрать. Опасно, конечно, но те разработки, что нам оставил мэтр Дэниел... Если их модифицировать - хм, может получиться.

- Вы специалист, Теурис - действуйте, как считаете нужным.

- Мне понадобится воин-нейтрал, не маг. И лорд, боюсь нам все же придется снять все заклинания с отрядов ради нашей же безопасности.

- Хорошо. Мне нужен результат.

Ни пса, конечно, не хорошо. Одно дело снять щиты просто потому что их и так обнаружили, и другое - отказаться от магической поддержки из-за... непонятно, из-за чего. Но если он хочет куда-то успеть, то лучше все же поторопиться. Остается надеяться, что не зря он - Темный лорд - все эти годы платил немалые деньги магической академии.

Монах с интересом наблюдал, как Гончие, сбросив магические щиты, приближаются к переправе. Над рекой словно осенний туман стелилось облако магической силы. Всадники остановились. Маги двинулись по берегам - сила действительно стояла только на переправе, дальше облако истончалось в обе стороны, но берега становились крутые, лошади да обозы не пройдут.

Из отряда выехал вперед человек - бледный от страха. Судорожно вздохнув, он сжал в кулаке артефакт, так что побелели пальцы, и послал коня вперед. Галечный берег захрустел под копытами, плеск воды, конь дрожит всем телом - видно, тоже магию чувствует. Прошел. И артефакт на ладони светится от притока силы. Хорошо. Значит, можно из этой магии черпать... Войско двинулось следом.

Лагерь разбили еще засветло, хоть и прошли в этот день все же меньше, чем планировалось. Оурский справедливо рассудил, что гнать людей через силу не стоит, да и магам надо дать время, чтобы подготовить поглощающие артефакты. Три дня превратились в четыре. Радовало, правда, то, что, по данным из доверенных источников, Орден пока ничего не подозревает. Но откуда тогда этот странный маг, и что за проповедник...

В своей походной палатке Оурский склонился над картой, погрузившись в размышления о маге. Взгляд рассеянно скользил по начерченной ленте дороги. Два дня они шли по малонаселенным землям - дальше деревень будет больше, и без полога проскочить незаметно не получится. Соглядатаи Ордена всяко увидят...

Его внимание привлек шорох. Магический маяк едва заметно моргнул. Вскинувшись, Темный лорд встретился взглядом с сидящим напротив него незнакомцем. Так-так, очень интересно.

На вид мужчине было лет тридцать. Правильные черты лица, какая-то легкая тень печали в уголках глаз... Одет как странствующий проповедник, и ни капли магии вокруг. Но как-то же он оказался здесь. Оурский молчал, хотя вопросы переполняли - слишком хорошо он знал, что такие поединки выигрываются терпением. Незнакомец сдался первым:

- Вы не удивлены.

- Возможно. Зачем вы здесь?

- Гораздо важнее, зачем здесь вы.

- Это мое дело, личное.

В палатку вбежали маги, но странный проповедник даже не удостоил их взглядом, продолжая сверлить глазами Оурского. Что это? Настолько уверен в себе? Или считает его более опасным противником? На поясе у Темного лорда, конечно, висит кинжал, но как-то неудобно доставать его, сидя в кресле.

- Судьба Империи - личное дело?

- А кто вы такой, что вас заботит судьба Империи?

- Люди называют меня Монахом. Уважаемые, - все также не оборачиваясь, - на вашем месте я бы не стал колдовать в этом помещении. Иначе рассуждать о судьбе Империи будет уже некому.

- Все вон, - самообладание давалось Оурскому непросто, - Теурис, останься. Предполагаю, - он откинулся в кресле, - если бы вашей целью было мое устранение, результат не заставил бы себя ждать.

- Вы здраво мыслите, лорд. Эта история будет несколько более сложной.

- Итак, чего вы хотите?

- Я хочу, чтобы вы оставили Столицу в покое. Есть способы договориться с императором. И даже с Советом.

- Император давно погряз в пьянстве и даже наследника себе заделать не может. Совет, скажем так, неэффективен. Времена меняются - я не претендую на возвращение в Совет. У этой структуры нет будущего.

- Поберегите своих людей.

- Глупости. Эти люди разделяют мои убеждения и продолжат мое дело даже если вы устраните меня. Дайте мне Столицу, и за несколько лет я наведу здесь порядок.

- Ваши идеи хороши, лорд... Проблема, скажем так, в методах. Жестокость, страх - вы перегибаете палку.

- Мои методы работают. Люди не верят в добрые сказки - они верят в неотвратимость наказания.

- Что ж, раз вы заговорили про неотвратимость - я просто предупреждаю вас, что ничего хорошего из этой атаки не выйдет. Впрочем, пусть все идет, как идет - миру виднее. Дальше с вами будут говорить другие люди. И раз уж вы вспомнили, лорд, что у императора нет наследника - нет его и у вас. Для кого вы будете строить мир повиновения?

Монах исчез, оставив Темного лорда скрипеть зубами. Знал ведь, на что указать! На кого он такой работает, интересно...

- Ну? - после коротких раздумий Оурский обратил внимание на все еще стоящего посреди шатра мага, - удалось что-нибудь понять?

- Если бы я не видел собственными глазами, то никогда не поверил бы, что такое возможно. По всем признакам - у меня, правда, не было возможности провести глубокое исследование - он нейтрал, от него не исходит никаких магических эманаций. Но при этом телепорт... Абсолютно без усилий, и опять же, без всплеска магии. Я даже теоретическую конструкцию построить затрудняюсь.

- Это правда, что он мог устроить магический взрыв?

- Как я сказал, никаких признаков силы вокруг я не почувствовал. Но проверять... - Теурис замялся.

- Верно. Я тоже не стал бы. Он угрожает, но ничего не делает. Что бы это значило...

В путь отправились задолго до рассвета - так хоть несколько деревень удастся пройти в темноте, незаметно. Магия еще несколько раз попадалась на пути, но модифицированные артефакты работали исправно. Они уже достаточно отошли от владений Оурского, чтобы...

- Пошлите Гончих вперед, пусть заглянут в следующую деревню, припугнут людей. Смотрите внимательно, шпионы Ордена не должны успеть донести своим связным. Пусть псы развеются. Да и пушечное мясо нам пригодится... - Темный лорд хищно улыбнулся.

В хрустальном зале горел камин. Яркое пламя танцевало, отражаясь в резких гранях, заполняя пространство, но лишь ненамного разгоняло сумрак ночи. Снаружи, в Безмолвных горах, свистела метель. Здесь же было тепло и почти тихо. В кресле возле камина сидела девушка. Полы белого платья волнами ниспадали к ее ногам, рыжие волосы - в свете пламени они сами были словно застывший огонь - скрывали обнаженные плечи, глаза ее были закрыты, дыхание - ровным. Казалось, она спит.

За ее спиной без единого звука появился Монах.

- Как тебе наш Темный лорд? - девушка даже не открыла глаз.

- Я посмотрел на него. Интересно, - Монах вскинул руку, и из поднявшейся с пола пыли создал второе кресло, обошел его, уселся у огня, - и опасно.

Девушка распахнула глаза. Отблески огня в сумерках не позволяли разглядеть их цвет.

- Никто и не говорил, что будет легко, - она повернулась к Монаху, - но что ты думаешь о нем, как о человеке? О правителе?

Монах задумался.

- Умный. Рассуждает здраво. Маги у него хорошие. Приближенные верные. Но его методы... В этом он, кажется, излишне фанатичен.

- Мы знаем, как это исправить, мы его сдержим.

- Очень надеюсь.

Они помолчали.

- Завтра Оурский пойдет по нашим деревням.

- Не могу сказать, что мне это нравится. Но я буду готова.

Рассвет только занимался, окрашивая небо на горизонте кроваво-красными прожилками. Ярко-алое пятно ширилось, расползаясь во все стороны. Со стороны леса бежал человек в одеждах странствующего проповедника:

- Гончие, Гончие, Темного лорда Гончие едут сюда!

Деревня вмиг скинула утреннюю дремоту. Где-то запричитали бабы, кто-то бросился в дом предупредить своих... Проповедник скрылся в маленьком, тесном храме.

Две семерки всадников въехали в деревню. Еще несколько отрядов растянулись по лесу вокруг.

Командир Гончих, средних лет матерый вояка, за решительность и выправку прозванный Кнутом, окинул взглядом напуганных людей:

- Староста где? Старосту сюда давайте.

Колышутся над головой знамена с песьими головами. Смотрят на людей сверху вниз вышитые рыжие псы, глаз не сводят.

Из толпы вперед, спотыкаясь, выступил человек - сухонький мужичонка в годах, седина клочьями сверкала в длинных, кое-где еще каштаново-карих волосах. Поношенный балахон, в руках - истертые от времени четки.

- Я, я староста, Осий звать.

- Скажи-ка, Осий, сколько дворов в твоей деревне?

- Дворов-то? - Осий затеребил четки, - да дворов-то сорок почти будет.

- Ничего так деревня. А что, ведьма есть у вас, говорят.

- Кто говорит? Нету ведьмы, отродясь не было.

- Ну, знахарка.

- Неее, ни знахарки, ни травницы путёвой. Не хотят тут жить, не нравится, говорят.

- Да как же вы, сто дворов да и без травницы.

- Какой сто, сорок, сорок дворов. Была б своя знахарка, может и больше бы нажили, а так да, плохо, вот люди в соседние деревни да в город тянутся.

- А что ведьму-то не заведете? Или маг отпугивает?

- Был бы маг, так нету. Кто их, ведьмаков, разберет, чего им не хватает.

- А храм, вон, есть.

- Да не храм, часовенка.

- А кто ж за ним следит, раз мага нету?

- Я сам слежу.

- Столько дел в деревне, а ты такими глупостями занят - в храме полы полируешь? Четки свои, вон стер совсем.

Гончие хохотнули.

- Ангелы небесные, - едва слышно выдохнул староста, - да разве ж много времени этому срубу надо?

- Да ладно тебе, старик, не обижайся, ты ж ловкий, не то, что мы, - один из Гончих приложил его промеж лопаток алебардой, плашмя. Всадники снова разразились смехом.

Кнут кивнул:

- Давай лучше мужиков собирай. Человек сто-то будет, поди. Да ведьму зови.

- Помилуйте, откуда ж ведьма!

- Давай-давай, через час жду всех здесь. Слышали? - это уже топтавшимся вокруг селянам.

- Зачем мужиков? - выкрикнул кто-то.

- С Темным лордом пойдете. Работа не пыльная, за седмицу обернемся.

- Ангелы избавьте.

- Что ты там бормочешь?

Староста энергично затряс головой.

- То-то же. Что стоишь-то, али замечтался? Ну так лорд хорошо платит, есть о чем помечтать, да заработать надо.

Осий шагнул было в сторону, но вдруг развернулся:

- Не ходите, мужики.

- Да ладно тебе, Ось... - протянул кто-то из толпы.

- На смерть ведь зовут. Не ходите.

- Ты что такое несешь, старик! - Кнут тронул коня, подъехал почти вплотную. - Что думаете, ребята, трусоваты здесь мужики - может, бабы посмелее будут?

Снова хохот.

- Не видать Темному лорду наших душ! - Староста поднял голову, встретился взглядом с воином.

- Лорд захочет - так сам возьмет. Не идете по-хорошему...

Гончие, повинуясь взмаху руки, достали арбалеты, начали окружать людей.

- Ангелы, защитите! - Осий выдохнул, уворачиваясь от боевого коня.

- Ангелы? Ха!

Дверь храма распахнулась. Девушка в белом платье появилась на пороге, словно из ниоткуда, и зашагала к всадникам. В руке она держала меч, рыжие волосы развевались при движении, а за спиной... за спиной подрагивали от напряжения белоснежные крылья.

- Пошли прочь отсюда! - она выплевывала слова через стиснутые зубы. Кони заволновались. - Я. Сказала. Прочь!

- Смотри-ка, - Кнут повернул коня, - бабы тут и правда боевые! Деточка, отойди, да брось эту штуку, - Ангел презрительно оглядела воинов, - сколько я таких, как ты у отца на сеновале...

Договорить он не успел. Скривившись, словно съела что-то кислое, девушка опустила меч, царапнув острием землю. Кони, всхрапнув, рванули в стороны за мгновение до того, как из земли взметнулись столбы пламени. Кто-то уронил арбалет. Крестьяне бросились врассыпную. Ангел подскочила в воздух и налетела с мечом на одного из магов, одновременно посылая вокруг волну огня. Ржание превратилось в визг, напуганные животные уже не слушались всадников и только уносили их в лес, подальше от страшной стихии.

В лесу Монах разглядывал яркие точки силы, окружившие деревню. Не так их много, в общем-то. Щитов магических на себя нацепили... а про коней забыли. Немного эмпатии - от коней в деревне к этим. Даже силы почти не нужно, кони знакомы, природа сама позаботилась о канале. И поначалу заклинание себя никак не проявляет.

Маги успели только уловить сигнал опасности. Ангел? Ну и что, что ангел - что они могут, эти крылатые. Глупые, как лесные нимфы, и такие же редкие. Вокруг царила все та же осенняя сонная лесная тишина, когда кони заволновались и, взвизгнув, понесли.

Темный лорд пытался закурить, но от злости никак не мог зажечь на пальцах подходящий огонек. Душевного равновесия это не прибавляло. Сдавшись, он, наконец, достал огненный артефакт, раскурил трубку, затянулся и слегка закашлялся. Тихим и хриплым от кашля голосом повторил вопрос:

- Что значит, вы не поняли, что произошло? Вы мага потеряли и ни пса не поняли?

Теурис благоразумно молчал: гнев Оурского на этот раз был направлен не на него. С другой стороны возле Темного лорда ехал Кнут. Его лошадь все еще нервно вздрагивала и опасливо водила головой.

- Лорд, нас атаковали магией.

- Никаких признаков силы, - вставил Теурис.

- Ангел убил мага, воспользовавшись суматохой, других жертв не было.

- Как и битвы, - протянул Оурский, - как и битвы. Вы просто сбежали.

- Кони испугались огня, это естественно.

- Будьте любезны, разберитесь сами, что там у вас естественно. Мне не нужен отряд трусов, мне не нужно войско без морали. У вас еще есть немного времени - пока мы не в столичных землях.

Кнут угрюмо кивнул и повернул коня прочь. Хочешь - не хочешь, а придется что-то придумать. Вот ведь...

Оурский повертел в руках трубку:

- Сначала непонятная сила, теперь - ангел. Что тут творится, а, Теурис?

- Не могу знать, - маг развел руками, - но очень похоже на то, что эти явления связаны.

- И все же, нам нужны люди. Столичных мы уже вряд ли поднимем, так что времени у нас - максимум полтора дня.

- Может, заплатить им откупные?

Оурский покачал головой:

- Ты невнимательно слушал. Они не собирались идти, даже за деньги.

Кнут собрал отряд и, пришпорив коня, повел людей вперед. Несколько других отрядов сунулись по окрестным деревням, но при появлении ангела отступили обратно к войску. Кнут же, опередив их на полчаса-час и оставив коней возле тракта, отправился в деревню пешком. Маги, конечно, такой стратегией были недовольны, но выбирать не приходилось, и они шагали по раскисшей дороге, подобрав полы мантий и печально вздыхая, когда легкие чародейские сапоги в очередной раз погружались в черно-рыжую грязь.

Деревня встретила настороженно, словно их тут ждали. Кнут молча прошагал до центрального колодца, дернул журавля, доставая ведро, умылся ледяной водой.

- Вы, что ли, гончие? - широкоплечий мужик, наконец, разорвал тишину.

- А может, и мы, - ухмыльнувшись, Кнут повернулся в его сторону, - твое какое дело?

Кузнец скрестил руки на груди:

- И чего же вам тут понадобилось?

- Да вот, - Кнут кивнул на колодец, - воды испить захотелось.

- Ну-ну, - все собравшиеся оглядели непрошеных гостей, и по их лицам было видно, что Кнуту они не поверили. Снова повисла напряженная тишина. Маги переглядывались.

- А что, - Кнут уселся на край колодца, - деревенька-то, я смотрю, небогатая у вас.

- Не богатая, да и не бедная - не жалуемся, - протянул кто-то.

- А заработать хотите? Или религия, - он кивнул на часовню, - не позволяет?

- Коль честным трудом - так никто не прочь.

- Лорд мужиков с собой набирает в помощь, да платит щедро.

- Сейчас чтоль?

- Ну.

- Сейчас в полях работа. Не пойдем.

- Ты не пойдешь, мож другие захотят, зачем за всех говоришь.

Мужики только покачали головами:

- Неее...

- Дел полно...

- Ну его, под зиму идти куда-то.

- Землю за нас никто не допашет.

- Ну, как хотите, - Кнут развел руками, - я два раза не предлагаю. Может, хоть маг ваш пойдет?

- Да откуда у нас маг-то? Им все больше в городе нравится.

- А кто ж вас тут от злых чар защищает?

- Ой, - прыснула невысокая бабенка, - больно мы кому нужны, чары на нас насылать, - и глазами в сторону воинов стрельнула, покраснела, словно засмущалась.

- Звать-то тебя как, красавица?

Женщина снова прыснула и спряталась за мужицкими спинами.

- Робкие вы тут все какие, - гончие заулыбались, - ну да храбрости научить мы можем.

- Не звали мы таких учителей.

- Кто сказал? - Кнут вскочил на ноги, оборачиваясь на голос. Маг молча ткнул пальцем в сторону одного из деревенских. Мужик сделал шаг назад. - А, как за спиной говорить - это мы смелые, да?

- Ты его, солдат, не трогай, - прогудел с другой стороны кузнец.

- Может, мне тебя тронуть? - Кнут кивнул стоящему рядом магу. Несколько коротких слов - и кузнец, скривив лицо от боли, падает на колени.

Толпа охнула.

- Стой, куда побежал! - мужик, тот самый, который говорил, пока Кнут не видит, снова воспользовался моментом и бросился наутек, двое гончих за ним. Человек пробежал пару домов, свернул во двор. Один из солдат вдруг резко остановился, ухватившись за плечо - стрела. Какого демона?! Кнут в ярости повернулся:

- Это кто такой был? Отвечайте!

Люди молчали.

- Ты! - Кнут пальцем ткнул в первого попавшегося паренька, - иди сюда.

- Пощадите, - вместо того, чтобы сделать шаг вперед, тот залепетал, - я ничего такого не сделал, ничего не знаю...

Проклятье! От них теперь толку не добьешься.

- Заткнись! Как звать?

- Вестар. Только пощадите! Ууу...

- Не ной! Скажи, Вестар, староста ваш где?

- Дак третьего дня в город уехал.

- Кто за него?

- За него? - парень беспомощно заозирался, - никого. Нам без надобности...

- Понятно. Будешь ты.

- Как же я...

- Заткнись. Отвечай, кто в том доме живет? - для пущей убедительности Кнут махнул рукой вдоль улицы, туда где, прислонившись к столбу, все еще возился с простреленным плечом его воин.

- Не зна-а-Ааа... - Вестер скорчился от боли, когда маг направил на него заклинание.

- Полегче, полегче. Так что за лучники у вас тут завелись?

- То ж деда Натана дом, - кто-то из толпы сжалился над парнем, - пастуха нашего. Только он со стадом сегодня.

- Интересно. А тот, что убежал - кто?

- Так...

- Что "так"?

- Менестрель.

- Какой еще к демонам менестрель?!

- Да вот... прибился. Нам не жалко, пусть живет.

Почему-то Кнуту очень захотелось запустить в их рожи чем-нибудь тяжелым. Какой, к демонам, менестрель?! Какой еще, псы его дери, пастух? И куда в этой миром забытой деревне пропал его второй солдат? На лице командира Гончих, наверное, отразилось что-то совсем уж недоброе, потому что деревенские как по команде сделали шаг назад.

- Я вашу проклятую деревню сейчас по бревнышку разберу, за такие фокусы.

Люди бросились врассыпную. Впрочем, далеко не убежали - маги работали быстро, и вскоре все валялись на земле, там, где их настигла магия.

В небе возникла светящаяся точка. Ангел. Опять эта девушка с мечом. Ну теперь можно и подраться.

Маги синхронно направили на нее удар, но результатом было лишь легкое свечение окружавшей девушку защитной сферы. Ага, значит, в воздухе ее держат не крылья, а вот эта вот сфера левитации. Девушка в ответ взмахнула рукой - огненный вихрь прошелся вокруг Гончих, выжигая магические связи. Люди, освободившись от заклинания, начали приходить в себя. Кнут мог бы поклясться, что если бы не защитные артефакты и два напрягающих все свои силы мага - будущее для него могло не наступить, жар от огня был просто нестерпимый.

Пламя, наконец, опало, и Кнут обнаружил, что ангел стоит перед ним всего в паре шагов. На какой-то миг в его голове мелькнула мысль, что девушка по-своему красива. Мелькнула и тут же исчезла, но ангел вдруг улыбнулась. Кнут зарычал и, с усилием разорвав зрительный контакт, выхватил меч. Дзиньк! Мечи скрестились и вновь разошлись. Воин мельком огляделся. От двух магов сейчас толку немного - спасибо, что живы. Гончие достали оружие, приготовились к бою, не сводя глаз с девушки. А за ними...

- Сзади, идиоты! - Кнут снова ринулся в атаку.

Крестьяне никуда не ушли. Похватав топоры и вилы, они окружали гончих широким кольцом. Где-то снова мелькнула фигура менестреля... И, кажется, еще одно знакомое лицо...

Монах стоял за углом дома. Тонкая вязь магии - и за его спиной возникли огромные крылья. Не иллюзия, иллюзию маги развеют на раз, не дураки. Пусть серые, не до цвета сейчас, главное - воздух держат. Для подстраховки левитация - мало ли что. Щит воздуха покрепче, и еще пару сюрпризов в руках - теперь, кажется, готов.

Кнут атаковал настойчиво, не давая девушке перевести дух, но, к его удивлению, держалась она неплохо. Гончие по его команде схватились с крестьянами - не хватало еще, чтобы их тут тихо перебили, подкравшись со спины. С тем лучником бы разобраться... Но отдать приказ магам он уже не успевал.

Монах метнулся вперед, посылая в ближайших солдат пригоршню маленьких льдинок. Тонкие иглы впились в лицо, заставив гончих отпрянуть и на мгновение ослепив. Легкий клинок соткался уже на ходу, прямо из придорожной пыли.

Кнут приблизился к девушке вплотную, поймав удар меча на металлический наруч и чуть не взвыв от боли. Но следующим движением он ударил ее локтем в грудь, девушка отступила, восстанавливая равновесие, раскрылась. Воин замахнулся мечом... Легкий клинок Монаха не выдержал удара и разлетелся на осколки, однако, взмахнув серыми крыльями, Алекс сбил предводителя гончих с ног и повернулся к девушке. Маги опомнились. Два плетения стремительно начали расти вокруг... Монах подхватил Тако, оттолкнулся, взмывая в воздух, и исчез. Два заклинания столкнулись, не найдя цели, и горячая волна взрыва прокатилась по деревне. Люди вокруг снова попадали на землю. Маги, получившие неожиданную отдачу, уже не смогли подняться.

- Два идиота, - прошипел Кнут, тяжело поднимаясь. Повезло ему, что этот - наверняка, это он тот самый непонятный маг - сбил его с ног. В руке обнаружилась пара серых перьев. Надо же. В траве у колодца белело еще одно перо, и воин подошел, подобрал его, чуть обожженное - наверное, зацепилось, потому и не унесло его взрывом.

Воины и крестьяне поднимались, настороженно глядя друг на друга. Красавцы, все помятые, перемазанные в грязи. Тьфу. Смотреть на элитный отряд было противно.

- Проваливайте, а, - кузнец выступил вперед.

Вместо ответа Кнут поднял с земли меч. Даже сейчас, какие шансы у этой деревенщины против воина?

Со стороны тракта послышался топот. Новый отряд гончих примчался на помощь. Поздновато, конечно.

- Да где же ваши защитники? - Кнут сплюнул, смахнул грязь со щеки.

- А тебе все мало? - Монах стоял на крыше часовни, балансируя серыми крыльями, - Браво, - медленно, торжественно захлопал в ладоши.

- Спускайся, тварь!

- Зачем?

- Спускайся и дерись, как воин!

- Хороши же воины, с крестьянами драться.

- Кнут, у вас проблемы? - подоспевший всадник остановился рядом.

- Кажется, да, - Кнут не сводил глаз с Монаха. Неприятно признавать собственное поражение, но лучше уж сказать сейчас, - это тот самый маг... Не колдовать!!! - внезапно вспыхнувшая мысль заставила его сорваться на крик.

Поздно. Земля содрогнулась от новых взрывов магии, все вокруг заволокло плотным белым туманом. Испуганно завизжали кони. Кнут рванулся в сторону - судя по звуку, всадник, стоявший рядом, все еще пытался удержать животное. Серой тенью в тумане мелькнула лошадиная голова, замолотили по воздуху копыта. Кнут повис на узде, заставляя коня замереть, ухватился двумя руками за луку седла:

- Назад, все назад, уходим!

Услышали его гончие? Трудно сказать. Конь, напуганный непонятно откуда взявшимся дополнительным весом, сорвался в галоп, и дальше Кнут думал лишь о том, чтобы не свалиться во время скачки. Сердце бешено колотилось, минуты превратились в вечность. Наконец, туман поредел и почти исчез, они выехали на тракт. Все закончилось.

Кнут отцепился от коня и еще раз взглянул на вытащившего его всадника. Маркус, еще один командир отряда.

- Что это было?

Кнут покачал головой:

- Похоже, мы наткнулись на того самого мага, которого искали. Он каким-то образом использует наши заклинания против нас.

- Скорее просто разрушает плетения.

- Какая разница, - ноги держали плохо, и Кнут уперся спиной в ближайшее дерево, - я все равно ни пса не понимаю в магии.

Гончие покидали деревню, собирались вокруг притихших командиров. Кто-то из кнутовских привел лошадей - хорошо, что решили оставить их здесь. Маги так и не вернулись.

Темный лорд Вильям Оурский курил одну трубку за другой. И молчал. Кнут, Маркус и Теурис были готовы ко всему, вплоть до разжалования и казни, но лорд просто молчал, и от этого становилось жутко. Лорд думал, и, демоны побери, тут было о чем подумать. На кого работают эти маги? Орден? Совет? Император? Чего они добиваются? Снова угроза и бездействие. Пока, похоже, они защищают деревни и только, но что дальше? Монах что-то говорил про Столицу - но предпримет ли он еще какие-то меры или снова ограничится минимальным уроном?

В этот вечер сон долго не шел к Вильяму Оурскому, и он ворочался в походной постели, прокручивая в голове события последних дней и тщетно пытаясь заглянуть в будущее. Треклятые маги не позволили набрать крестьян, Орден наверняка получил весточку, но эти проблемы казались сейчас такими мелкими по сравнению... Да, именно что по сравнению с неопределенностью завтрашнего дня.

В хрустальном зале Монах потянулся в кресле:

- Признаться, я изрядно набегался сегодня.

- Да и я устала, - его собеседница тряхнула рыжими локонами.

- Как думаешь, что он будет делать дальше?

- Надеюсь, к деревням он больше не сунется. Утомительно это.

- А Столица?

- Каире сказала, что пусть лучше нападет, и я тоже склоняюсь к этому выбору.

- Я надеялся обойтись без сражения.

- Увы. Надо проредить его войска, их сейчас опасно много.

- Иначе будет сложно на него влиять?

- Именно.

Анна гнала коней до самого вечера. Временами она сворачивала с наезженной тропы в лес, временами вновь выезжала на дорогу. В сумерках она сбавила темп и, направив коня куда-то в чащобу, вывела Тиссу к озеру. Отпустив коней пастись на берегу и поплескав в лицо стылой водой, чтобы согнать угар поездки, они с Тиссой наломали еловых лап и привычно уже устроились возле магического огня. Сил не было совершенно, мысли тоже все разбежались, и Тисса чисто механически жевал затвердевший сыр, разглядывая пламя. Анна поужинала и растянулась на импровизированной постели, Тисса последовал ее примеру. Заложив руки за голову, он поднял глаза к ночному небу.

- Анна, не спишь еще?

- Неа.

- Скажи, ты хорошо знаешь эти места? Или мне показалось?

- Не показалось. А что?

- Так. Интересно.

- А. Я выросла тут, неподалеку.

В десять лет я сбежала от родителей и прибилась к ведьме-травнице, она меня и воспитала. Мы с ней все леса тут обошли, она знала такие травы, что в Столице дороже золота торгуют. А когда она умерла, то силу свою мне передала. Ее боялись, конечно, поэтому терпели. Но и желающих получить ее силу было предостаточно. А она меня выбрала. В общем, в тот год осенние дожди пришли раньше срока и погубили весь урожай. Местные решили, что это я виновата, а меня в той деревне ничего не держало, и я ушла. Потом научилась понимать воронов, да много чего было потом...

Анна замолчала, глядя в небо. Сквозь разрывы облаков на землю смотрели холодные, далекие звезды.

Много чего было в ее жизни потом. Был, например, Сказочник. Правду говорят, что выслушивает он человека и помогает. Ее почему-то он решил научить драться. Две легких сабли стали для нее продолжением рук. С ним же она впервые увидела свои черные крылья. Потом был и камень, если его можно так назвать. Ох, не искала она чужого счастья, а просто из любопытства решила заглянуть в замок в горах. И как это переменило ее жизнь... Потом был Гефер с его учениками, Столица и место в Совете. Потом Дэниел и Алекс... И вот она здесь, наконец.

Этот парнишка тоже ищет чего-то в своей душе. Вот только миру на его метания наплевать, не будет в его жизни Сказочника. А то, что будет... Что ж, может, эта история будет не хуже. При воспоминании о старом знакомом она мысленно усмехнулась: надо же, как ловко этот мир переплетает пути людей.

И снова потянулась под ногами бесконечная лента дороги. Под мерный шаг лошади Тисса привычно погрузился в размышления. Анна, конечно, кое-что рассказала о себе, но ни на один из мучивших его вопросов не ответила. Зачем она идет с ним? О чем разговаривала тогда с Гефером? Почему сказала вчера, что не хочет встречаться с Дэниелом? Да и к разгадке задачи о камне он тоже как-то не приблизился.

- Анна.

- Что? - она чуть придержала коня, дожидаясь, пока Тисса поравняется с ней.

- Ты так и не сказала, зачем идешь со мной.

- А должна была?

- Ну... Я хочу понимать.

- Одного хотения тут мало.

- Тебе Гефер приказал, да? Что он пообещал?

- Не твое дело, - Анна улыбнулась серым тучам над головой.

- Это мне решать, где моё дело, а где - нет.

- Вот и решай.

- Анна.

- Что?

- Я серьезно.

- Боги, Тисса, ну и как эти знания повлияют на твои действия?

Никак. Тисса замолчал. Ощущение, что тебя ведут, как ребенка, было неприятным, но он все никак не мог придумать способа отделаться от Анны - да так, чтобы не нарисовался тут же еще какой попутчик.

- Может повлияют, может - нет. Там видно будет.

- Ты дойти-то хочешь?

- А без тебя не справлюсь, думаешь? Маленький?

- Справишься - не справишься... Мне в общем-то все равно. Валяй, иди, тут до гор недалеко уже. А встретишь Тьель - передай ему привет от меня.

Демоны бездны, не к добру поминать Смерть по имени...

- Но ты тоже за камнем идешь.

- Больно нужен мне камень, - Анна дернула плечом, - я, вообще-то, просто с тобой иду. Это ты камень ищешь, как будто он тебе что-то даст.

- Ну такой артефакт...

- Дурак. Впрочем, это, действительно, твое дело - верить во всякие глупости.

- Ты, выходит, не веришь?

- В сказки - нет.

- А в Сказочника?

- Это другое дело.

Ну прям, другое. Знает она что-то... Может, и про камень знает, но как тут понять. И зачем все-таки вызвалась его сопровождать?

- Ты там была?

- Где?

- На горе. Говорят, камень где-то на одной из Безмолвных.

- На правой, - Анна пожала плечами, - доводилось.

Эээ? А раньше сказать? А поподробнее?

- А почему ты мне раньше не сказала?

- Что?

- Что была там.

- И что бы это изменило? - она лукаво улыбнулась, словно издевалась над Тиссой.

И ведь правда, ничего бы не изменилось. Сам бы ее за руку ухватил и вперед побежал.

- А говорили, никто оттуда не возвращается.

- Ну мало ли люди говорят.

- А кто еще там был?

- Откуда я знаю.

- Так как камень-то добыть?

Анна снова пожала плечами:

- Иногда путь важнее результата.

Она, может быть, хотела сказать что-то еще, но долго хмурившееся небо, наконец, разродилось дождем, и, накинув капюшон, девушка опустила голову, закрывая лицо от холодных как лед капель.

Момент был упущен.

Раз начавшись, дождь, похоже, не планировал прекращаться, окутав мир серой пеленой и приглушив краски. Лес охотно расстался с остатками листвы и тянул к небу голые ветви, пожухлая трава полегла под тяжестью мокрых листьев, смешавшись с землей. Дорога начала петлять чуть больше и почти незаметно для Тиссы перешла в подъем. Далее чередование подъемов и спусков становилось все более заметным, лес поредел, и с одного из холмов, когда дождь чуть ослаб, Тисса вдруг увидел горы. Безмолвные. Из череды снежных вершин выделялись три, возносившие острые пики выше других - их обычно и называли этим общим именем, не утруждая себя выделением особых примет для каждой.

Сердце забилось чуть быстрее, когда Тисса разглядывал правую из трех. Где-то там, уже близко - цель его путешествия. Словно насмехаясь над его мыслями, дождь хлынул с новой силой и совсем скоро к нему прибавился мокрый снег. Сумерки и непогода вновь заставили путников искать убежище.

В этот вечер разговора по душам не вышло. Укутавшись в плащи и обхватив колени руками, они кое-как продремали до утра и с рассветом отправились в путь. Дождь продолжался.

Гора встретила ветром. Стоило всадникам подняться чуть выше окрестных холмов, как деревья, и без того уже редкие и коряжистые, отступили, обнажив каменные склоны, обдуваемые со всех сторон. Порывистый ветер то и дело швырял водяную пыль в лицо, толкал в спину, подхватывал, задирал вверх полы плаща. Лошадям тоже приходилось не сладко, поэтому шли медленно и уже к полудню выбились из сил.

Укрывшись под скалой, устроили привал. Отогреваясь возле магического огня, Тисса выудил из сумки смесь трав и заварил укрепляющего. Анна после коротких раздумий одобрила снадобье и тоже зачерпнула кружку.

До вечера они сумели пройти еще немного. Хоть высота пока никак не ощущалась, здесь было чуть холоднее, и дождь сменился мокрым снегом. Насыщенные водой белые хлопья летели в лицо, оседали на голове и плечах, ледяными ручейками стекали под одежду. Видимость продолжала ухудшаться, но, обняв Воронько за шею, Анна все шла вперед.

Тисса потерял счет времени в этой белой круговерти. Чувство направления тоже отказывало. Все его внимание сосредоточилось на черном крупе коня впереди - даже одна мысль о том, что он может исчезнуть из виду, приводила его в ужас. Серый конь, похоже, попался умный и старался не отставать. Вторая лошадь шла на привязи где-то позади, но у Тиссы не хватало смелости даже на миг обернуться. Отвесная скала поднялась справа от тропы, частично закрыв путников от непогоды. А затем дорога сделала крутой поворот - направо же, - и Тисса опомниться не успел, как оказался в просторном гроте.

Стоя у края пещеры он печально вглядывался в белую пелену. Снег летел горизонтально, подгоняемый неуемным ветром. А за снегом не было видно ровным счетом ничего, словно мира вокруг не существовало. Сколько может продлиться непогода? Сейчас, когда он так близок к цели, ожидание было особенно невыносимым.

Привалившись спиной к коню и скрестив на груди руки, Анна тоже смотрела на снежную круговерть.

- Анна.

- М?

- Как думаешь, когда это все закончится?

Она только пожала плечами:

- Не терпится?

- Не в этом дело.

Сказал и понял - в этом, Тисса, в этом. Стыдно, но хочется что-то делать, идти вперед, как зеленому юнцу.

- Нет... То есть да, но я понимаю, надо переждать.

Анна одобрительно кивнула.

- Ты сказала, что была здесь.

- Ну.

- А кузнец, выходит, тоже был, но не дошел?

- Наверное. Я не спрашивала.

- Почему?

- Какое мое дело, кто куда не дошел?

Логично. Но неужели не любопытно?

- А не знаешь случаем, что с ним все-таки случилось?

- Я же говорю: не спрашивала.

- Убби что-то про снег сказал...

Анна снова пожала плечами.

- А дальше на горе такие же бури?

- Понятия не имею. От сезона зависит, наверное.

- А что еще, какие опасности?

- Не знаю.

- Но ты же была здесь, дорогу знаешь?

Она как-то странно посмотрела на Тиссу:

- Я другой дорогой шла. Пещеру эту знаю, а дальше - нет.

- Другой дорогой?

- У всех своя дорога, парень. Нельзя прожить чужую жизнь, нельзя найти себя, идя по чужим следам.

Анна отвернулась, доставая из седельной сумки огненный артефакт - разговор был окончен. А Тисса еще долго стоял, глядя в белое ничто. Снег все летел и летел куда-то, и не было у него ни начала, ни конца. Белая пелена плавно превратилась в серую, словно покрывало Тьель, когда Тисса все-таки опомнился и пошел устраиваться на ночь. Эх, невеселые мысли лезут в голову...

Проснулся поутру от звенящей тишины. Ветер, наконец, затих, и мир снаружи пещеры был укрыт мягким покрывалом снега. Звуки были, конечно. Лошади вышли из укрытия и теперь, чуть всхрапывая и переминаясь, с хрустом обгладывали какой-то куст. Анна обнаружилась тут же, у входа, тихо беседующей с незнакомцем возле костра - настоящего, не магического костра, от которого вокруг разносился тонкий аромат, и слышалось легкое потрескивание сухих поленьев.

При приближении Тиссы человек вскинул голову:

- Вот ты, значит, какой, Тисса из Фортклифа.

Представляться самому как бы не обязательно, - Тисса мысленно поморщился.

- Вы меня, кажется, знаете, а я вас - нет.

- Да и необязательно, - незнакомец словно прочитал его мысли, - Монахом люди кличут.

Тисса плохо знал местные легенды - да вообще не знал, что уж, - но имя Монаха пару раз проскакивало в библиотечных документах. Достоверности в тех историях, правда, было... Кхм. Но вот поди ж ты - кто бы он ни был, этот человек, он хотя бы существует.

Анна тем временем поднялась и подошла ближе:

- Вот и все, Тисса. Тут наши пути расходятся. Неожиданно немного, да.

- Куда ты теперь? - только и смог выдавить Тисса. Неожиданно - это очень мягко сказано.

- В Столицу, и срочно, - она покосилась на Монаха, - многие силы пришли в движение, и сейчас самое время действовать, так что я нужна в другом месте.

- А камень?

- Помнишь, что я вчера сказала? У каждого своя дорога, и зачастую путь важнее цели. Держись, береги лошадей.

Она отступила на несколько шагов и вдруг превратилась в ворона. Не оборачиваясь, птица полетела прочь. Воронько поднял голову и, навострив уши, последовал примеру своей хозяйки. Взаправду ведьмин конь.

Тисса повернулся к Монаху, но тот, поймав его взгляд, только пожал плечами и исчез.

Гефер очнулся, словно от глубокого сна. Он - то, что от него осталось, - все еще был во власти Ксаргона. Как свечка: захотел - зажег, надоело - задул. Вокруг царил полумрак, клубились серые облака. Пустота, заполненная чем-то и одновременно ничем. Отчаяние, доводящее до тошноты.

- Нравится? - голос Хранителя показался лишним в этом пространстве, но он же вернул Геферу самообладание.

- Что это?

- Хаос. Так выглядит мертвый мир, мир, для которого нарушился баланс. Не тот баланс между Жизнью и Смертью, о котором вы, люди, по недоразумению печетесь, а баланс должного. Здесь нет ни радости, ни страдания, ни рая, ни ада - ничего.

Оглядываясь вокруг и везде встречая один и тот же серый безликий туман, Гефер чувствовал, что теряет себя: его сознание растворялось в этом пространстве из ничего, и уже даже голос Хранителя не помогал. Словно ощутив его смятение, Хранитель хохотнул и с легким шуршанием материализовался перед Гефером.

- Здесь есть я.

Вот утешил, так утешил. Посреди серых облаков Ксаргон смотрелся абсолютно чужеродно. Да и вообще являл собой зрелище не для слабонервных. Синий огонь в глазах погас, уступив место разгорающемуся золотому пламени. Белый балахон потемнел, словно впитал в себя серость окружающего мира. По утратившим пронзительный синий цвет перчаткам и плащу пробегали красные и золотые всполохи. Некогда синие ленты окрасились в багряно-красный цвет.

Видимо заскучав в состоянии невесомости, Хранитель вдруг стремительно опустился на землю, утянув за собой и Гефера. Серые облака здесь были гуще, словно земля сама растворялась в пустоте. Демон сделал несколько шагов, подняв вокруг себя клубы пыли, и замер, вновь заложив руки за спину. Сейчас он больше походил на творение сумасшедшего скульптора, причем сумасшествие в большей степени проявлялось в окружающем пространстве, нежели в нем самом.

- Зачем мы здесь? - Гефер почувствовал острую необходимость нарушить эту сводящую с ума тишину.

- Зачем? Не понимаешь... Что, если я добавлю тебе чуточку эмпатии, а, Тень?

Тоска и отчаяние этого мира навалились на Гефера с новой силой. А еще страх. А еще - непонятно, как это сочеталось вместе - безразличие и какое-то безнадежное ожидание. В этом мире давно не осталось ничего материального, но все вокруг было пронизано эмоциями - остатками, следами эмоций, некогда наверняка бушевавших здесь.

Воистину, это смерть всего мира.

- Идем, я покажу тебе кое-что еще, - Ксаргон бесцеремонно ворвался в мысли, - Можно сказать, твоих коллег. Только сиди тихо.

Далеко на окраине Империи, там, где каменные пустоши, что лежат за Черной Грядой, переходят на севере в заснеженные равнины, в одинокой башне, которую неизвестно кто и зачем построил в этих диких краях, собрались маги. Внеочередное собрание Круга иерархов инициировал Архивариус - склочный, неприятный старик. Кажется, он был настолько стар, что даже застал появление Черной гряды - более того, говорят, уже тогда он был настолько силен, что воевал во главе корпуса магов одной из сторон Великой битвы, и мог бы многое рассказать о тех временах, если бы нашелся в мире терпеливый слушатель, способный вынести его характер. А может, он уже и сам забыл столь далекие по времени события, вычеркнул из памяти, как вчерашний день. Забыть он, кстати, мог: недаром считался сильнейшим менталистом и магом Порядка на просторах Империи. Да что там - всего мира, конечно, ибо за пределами Империи сильных магов давно уже не осталось.

В мягком кресле напротив расположился молодой на вид маг. По магическому потенциалу он, вероятно, был слабее любого из присутствующих, но не в этом было его преимущество. Недаром, ой, недаром прозвали его Ваятелем - тонкие пальцы, богато украшенные перстнями на любой вкус, умели сплести столь хитроумные чары, что... Да и политические интриги удавались ему не хуже.

По правую руку от Ваятеля расположился Гладиатор, его прямая противоположность с внешностью типичного бойца арены. Гладиатор, которого судьба щедро одарила силой как магической, так и в равной степени физической, интригам и тонким чарам всегда предпочитал хорошую драку, и все свои способности направил на изучение боевой магии. Дай ему корпус пехоты - и он лично поведет людей к победе, попутно наколдовав из них неуязвимых воинов.

Наконец, напротив Гладиатора левитировал в полуметре от пола Султан. Маг Хаоса, мастер телепортов и левитаций. Пожалуй, только его рассудительность и самообладание позволяли ему с таким мастерством управлять капризной стихией. Был он слегка полноват, носил широкий, расшитый магическими узорами халат и имел привычку задумавшись щурить глаза и теребить тощую, начинающую седеть бородку. Вот и сейчас он поглаживал подбородок, поглядывая на коллег.

- Может быть, уважаемый Архивариус, наконец, сообщит нам причины, заставившие всех бросить дела и примчаться на край мира?

Архивариус оторвался от созерцания своего боевого посоха и откашлялся:

- Некромант мертв. Развоплощен Хранителем.

Гладиатор подскочил на месте:

- Не может быть!

Более рассудительный Ваятель лишь скрестил на груди руки и тихо поинтересовался:

- Источник? Доказательства?

- Взгляните на свои камни связи, - большего и говорить не стоит, некромантский артефакт превратился в бесполезную игрушку, - а остальное не важно.

- На самом деле, важно, - промурлыкал Султан, - но не об этом мы должны говорить. Итак, коллега?

Архивариус кивнул:

- Что действительно важно, так это то, что Некромант перешел дорогу Хранителю в своем стремлении заполучить камень удачи. Насколько мне известно, он всерьез разрабатывал эту тему и был довольно близок к успеху - аколит Ордена...

- Мы знаем эту историю, коллега, - Гладиатор махнул рукой, - аколит Ордена отправился за камнем. Но сколько уже было таких искателей! Почему вдруг этот заинтересовал нашего покойного друга?

- Мотивы Гефера я знать не могу. Но должен сообщить вам - я долго рылся в архивах... - при этих словах трое магов скептически ухмыльнулись, - так вот, я рылся в архивах, - с вызовом продолжил он, - и выяснил, что некоторые пророчества оракулов Жизни содержат указания на происходящие события. Да-да, не удивляйтесь - Жизнь связывает серьезные перемены в Империи с походом орденца за камнем.

Иерархи хранили молчание.

- В частности, речь идет ни много ни мало об исчезновении Круга и смене императора.

- Проклятые орденцы! - Гладиатор скрипнул зубами, - Да как им это удастся?!

- Информации, к сожалению, мало, источники в основном косвенные - княжества Жизни, понятное дело, в первую очередь интересуются своим благополучием. Поэтому мне даже не удалось восстановить ход событий. В один день все в порядке, затем - вдруг - война, ужас, и вот Круга уже нет, дело каких-то нескольких недель.

- Бред сумасшедшего.

- Увы, нет. Достоверно известно, что предсказания оракулов весьма буквальны.

- И неотвратимы, - протянул Султан.

- Я все же хочу верить, что надежда есть.

- Коллега, - Ваятель задумчиво барабанил пальцами по подлокотнику кресла, - а кто еще знает о предсказании? И почему мы узнаем столь важную информацию только сейчас?

- В Империи - никто. До последнего момента у меня не было уверенности, что речь идет именно о нас.

Султан медленно кивнул:

- Сдается мне, уважаемые коллеги, настают тяжелые времена... И нам придется весьма постараться, чтобы сохранить свое место в этом новом мире.

- Вы так легко поверили в эту историю, коллега, - Гладиатор был задумчив.

- Что-то да происходит в мире. Вы все видели изменения в магическом фоне - где-то возникает излишняя неопределенность, кое-где наоборот - ненужная стабильность...

Архивариус закивал:

- Совершенно верно, коллега. Гефер, чья некромагия всегда скользила по границе между мирами живых и мертвых, первым ощутил перемены, но сейчас их более-менее чувствуем все мы. Я пока не вижу, как это может быть связано с поисками камня и пророчествами, но совпадений слишком много. Что касается магического фона, в архивах сохранились записи, относящиеся к третьему столетию после появления Гряды. Тогда один наш коллега попытался пробить магическую сферу, окружающую наш мир. Этот великий маг... как же его звали...

- Джинн, - подхватил Султан, - ну, то есть, Солмир.

Настоящими именами действующих иерархов старались не называть из соображений безопасности. Другое дело - прошлое.

Ваятель и Гладиатор переглянулись. Солмир? Имя, несомненно, им было известно, но не более. Ваятель вошел в состав Круга на добрую сотню лет позже, а Гладиатор так и вообще новичок.

- Это было, когда ваши деды еще не родились, - раздраженно отмахнулся Архивариус, получив в ответ от Ваятеля изогнутую бровь. Да, промахнулся, указал на немагическое происхождение обоих, тогда как все знают, что Ваятель вышел из уважаемой династии магов. Но ведь все равно молодой выскочка!

- Проехали, - Султан счел нужным вмешаться, - если я правильно помню, у Солмира ничего не вышло?

- Вероятнее всего, он погиб. Но предшествующие его действиям изменения в магии были аналогичны. И, по некоторым признакам, я предполагаю, что в своих изысканиях он был науськан Хранителем.

- Почему?

- Он всегда держался в стороне от дел Круга. И довольно активно общался с Хранителем. Я полагаю, они долго обсуждали возможность перехода между мирами.

- Это удивительно. Переход между мирами... - Ваятель поцокал языком. - И он никого не посвятил в свои разработки?

- Увы. Остались лишь дневники, но информация в них довольно скудная.

- Попытка пробить сферу почти наверняка означает смерть, - Султан продолжал поглаживать подбородок.

- Поэтому мы и предполагаем, что он погиб. На самом деле, мы не нашли ни его останков, ни какого-либо доказательства его успеха. Гефер тоже активно участвовал в поиске.

- И ничего?

- Ничего. Но я позволил себе заказать исследование по тем материалам, что удалось собрать. Позвольте немного теории, - он оборвал нетерпеливый жест Гладиатора, - лучше послушай. Как мы все знаем, наш мир окружен защитным полем. Оно искривляет потоки силы, пронизывающие пространство, заставляя их как бы стекать по сфере. Невидимые нити силы, настроенные на разную магию, привязаны к этой сфере и закреплены на всех живых существах, наш мир населяющих. Канал Жизни - лишь частный случай, но де-факто наиболее распространенный. В результате, правда, из-за такой привязки ни одно живое существо не может покинуть наш мир. Но никто и внутрь попасть не может. Да, да, Хранитель, я знаю, но это другое. Использование прочих каналов и есть суть магия: мы спрямляем потоки силы, а излишек забираем себе через соответствующий канал. Чем сильнее маг, тем больший излишек он способен генерировать и провести через канал, все просто.

Архивариус достал кристалл связи и положил на стол:

- С вашего позволения, - он активировал кристалл, и над столом возникла проекция человека. - Доложи им о результатах.

Человек заговорил, медленно и слегка пришепетывая, словно изъяснялся не на родном языке:

- Мы провели зз-с-сакрепление канала с-сс отводом с-силы на изз-с-начально нейтральный объект. Объект 26 выжил. Ч-человек, девочка, с-стала проявлять призз-снаки мага при отсс-сутс-ствии рез-зерва и питающих его нитей с-силы.

- Довольно. Оплата - как договаривались.

Архивариус погасил кристалл и с кривой ухмылкой повернулся к магам:

- Довольно дорогое удовольствие - мой протекторат уже четырех деревень не досчитался. В общем, девочка-подросток получила возможность использовать магию из искусственного спрямляющего канала, при этом оставаясь для всех совершенным нейтралом, то есть, не обладая сколько-нибудь значимыми нитями силы. Более того, определенные успехи были достигнуты при прямой передаче ей силы из резерва действительного мага. Жаль, что нейтралов крайне сложно научить нормально колдовать... Они просто не представляют, что делать с полученной силой.

- Надеюсь, объект уничтожен?

Архивариус отмахнулся:

- Мы еще изучаем механизм передачи силы и его последствия.

- Уважаемый коллега, я правильно понимаю, что, согласно вашим исследованиям, любой магически нейтральный человек может быть использован как мост между силой и заклинанием?

- Верно, пожалуй, уважаемый Ваятель дал нам наиболее точное описание. В теории так. И более того, в теории в качестве моста можно использовать не только человека - принципиальных ограничений я тут не вижу, кроме умения плести заклинания, разумеется. Также, вероятно, силу можно передавать через несколько мостов подряд. Но это все теория, с практикой дела обстоят куда хуже. Есть у нас еще несколько полуудачных примеров...

- Но какое это все имеет отношение к нашей проблеме?

- Я предполагаю, что аналогичным образом можно заместить и канал Жизни. Тогда для этого мира мы исчезнем, привязка пропадет, и мы, наконец, сможем выйти за пределы сферы. Это, кстати, укладывается в предсказание.

- Самоубийство. У нас нет столько времени, чтобы разработать нормальную систему.

- Если мы объединим усилия...

Договорить он не успел. В одно мгновение все свечи и люм-шары погасли, утих даже свет мерцающих артефактов, и комната погрузилась в кромешную тьму. Только гул крови в висках подсказывал каждому, что он еще жив. Было слышно, как застигнутые врасплох маги поднимаются со своих мест и создают щиты. А затем пришло ощущение Силы. Не той силы, которой они привыкли управлять, а дикой, необузданной Силы, которая наваливается со всех сторон, сдавливает грудь, мешая дышать, накрывая с головой грузом Вечности.

В двух метрах от пола зажглись пара горячих огней, эхо гортанного смеха заметалось по комнате и осело возле них. Пламя огней разгоралось все ярче, охватывая и комнату, и людей, и старые магические книги, не причиняя, однако, никакого вреда. В свете демонического огня маги, наконец, разглядели незваного гостя. Черный балахон скрывал фигуру, удобно расположившуюся на причудливом троне, словно сложенном из человеческих черепов. В их глазницах горели огромные рубины, и цена их для мага была многократно выше, чем просто драгоценности, что так любят модницы по всему миру. Руки незнакомца в красных перчатках покоились на подлокотниках кресла, и длинные когти, которые он то выпускал, то медленно втягивал обратно, производили звук, подобный шороху ворочаемых могильных плит. Красные же ленты, свисающие с капюшона, были небрежно закинуты назад, а из-под капюшона на людей смотрел череп с горящими глазницами. Если только у человеческого черепа могут быть такие клыки и узоры.

- Ну? - череп повернулся к иерархам.

В комнате царило молчание. Каждый понимал, что создать иллюзию такой мощи не под силу ни одному из них. Наконец, Султан хмыкнул:

- Сдается мне, уважаемые коллеги, что нас посетил своим присутствием сам Хранитель миров. Правила, кажется, требуют, чтобы мы пали ниц и приветствовали Великого, но, думаю, это будет лишней тратой времени.

Череп улыбнулся. Вряд ли кто-то еще в этом мире может похвастать, что видел улыбку мертвых костей. И остался жив. При последней мысли у Султана по спине пробежал холодок. "Был Круг - и нету, дело нескольких недель," - некстати вспомнились слова Архивариуса.

- Ты чрезвычайно проницателен, - голос Ксаргона сочился медом, но даже последнему сумасшедшему не пришло бы в голову принять эти слова за похвалу. - И действительно, перейдем сразу к делу. Как верно подметил ваш наблюдательный коллега, - снова этот сарказм, - в магической сфере происходят перемены. Искажения и мутации - нормальные явления для населенных миров. Вы не знаете, конечно, но лишь потому, что относительно ваших жизней такие изменения случаются крайне редко. Смертные. Миры не дрейфуют в вечном балансе, а колеблются, то и дело пытаясь сорваться в саморазрушение. Сейчас проявляются первые признаки таких колебаний для вашего мира. Баланс не сложно восстановить, но слишком уж вы - люди - любите держать нос по ветру, стремясь к сиюминутным выгодам. Поэтому я здесь, чтобы вы, уважаемые, бросили свои интриги и занялись, наконец, наведением порядка.

- Ты бесконечно мудр, о, Великий, - насколько мог ровным тоном произнес Ваятель, - но каков наш интерес? И разве можем мы в силе и искусности хотя бы немного приблизиться к тебе? Ведь ты и сам можешь восстановить необходимый баланс.

- А нам оставь наши мелкие делишки, - подхватил Султан.

Иллюзия огня исчезла в один миг, без какого-либо переходного состояния, и посреди комнаты осталась лишь черная фигура на троне. Ксаргон медленно, словно в задумчивости, поднялся, сделал пару шагов.

- Какой ваш интерес, спрашиваешь? Ну, как минимум, я не уничтожу вас за ненадобностью, когда буду наводить порядок. Достаточный стимул?

Никто не ответил. Демон обошел свой трон, то выпуская, то втягивая страшные когти.

- Скажем так. Для меня не составит труда уничтожить и вас, и вообще всю шелупонь, этот мир населяющую. Мне, в общем-то, безразлично, уничтожите вы друг друга в результате очередной интриги или войны, или даже решите устроить массовое самоубийство. Это будет лишь одной из вероятностей, одним из равновесий этого мира. Но разве родитель должен убивать непослушное дитя? Или смотреть, как ребенок настойчиво ищет смерти? Мое прямое вмешательство - это крайняя мера, и уж будьте уверены, никто из вас не хочет до этого доводить.

- И в чем же будет заключаться наша работа?

- Для начала, приложите усилия, чтобы никто не добрался до пресловутого камня. Обладание таким артефактом вполне способно усугубить дисбаланс. Далее - чем пытаться покинуть этот мир... Вот скажите, что такого интересного вы хотите найти за его пределами? Так вот, разберитесь уже с причиной искажений. В мире появились те, кто претендуют на роль новых богов. И для вас, магов, они представляют опасность в первую очередь - хотя бы как прямые конкуренты.

В комнате снова повисло молчание. Каждый пытался осмыслить услышанное. Дисбаланс? Искажения? Если только Архивариус прав, то аналогичный дисбаланс уже возникал, и не так давно, как говорит Хранитель. Значит ли это, что Солмир был причастен к нарушению равновесия? Или отказался его восстанавливать? Ох, страшные выводы можно сделать из таких размышлений...

Ваятель кашлянул:

- Прости нас, о, Великий. Но раз уж ты не оставляешь нам выбора... Для выполнения задачи нам нужна хотя бы информация.

- Да, - подхватил Султан, - о каком равновесии может идти речь, если мы самоустранимся и будем заниматься теоретическими изысканиями, в то время как другие силы наращивают свою мощь?

Демон, кажется, задумался. Обхватив себя руками, он обвел взглядом присутствующих. Сами огни его глазниц словно потускнели, чтобы затем вспыхнуть с новой силой:

- И что же вы хотите знать?

Ого, вот так прямо демон-хранитель этого мира спрашивает, чего они хотят...

- Все, - нетерпеливо бросил Архивариус, - что стало с Солмиром и его магией, зачем ты убил Гефера, что такое, наконец, камень удачи, какой силой располагают эти, как ты сказал, опасные божества, как нам спастись от пророчества... Что вообще происходит вокруг?

С легким хлопком огромный трон растворился в воздухе. Череп оскалился. От вида этой улыбки волосы вставали дыбом.

- Информация стоит очень дорого, любопытные вы мои. Может, вам еще открыть месторасположение все артефактов этого мира и принципы их действия? Думайте, на то вам мозги даны были.

Издевается. Смеется, только вот почему-то никому больше не смешно, и маги снова затаили дыхание, боясь вызвать гнев всемогущего существа.

- Впрочем, кое-чем я с вами поделюсь. Юный аколит Ордена отправился на поиски даже не зная, чего хочет найти. Бедняга думает, что камень позволит ему защититься от всех напастей, в то время как сам с каждым шагом приближается к нарушению баланса. Да для него умереть под ближайшим кустом сейчас было бы безопаснее. Но увы.

Демон заложил руки за спину.

- Ваши внутренние разборки меня не волнуют. Войны, интриги, смена власти - да пожалуйста, тяните одеяло силы на себя, сколько хотите. Только на лишнее не зарывайтесь. Любые попытки нарушить сферу я буду пресекать. Это понятно?

Да уж не дураки собрались, дважды повторять не надо. Интересно, как он отслеживает эти попытки?.. И в чем для него баланс?..

- Божество для вас - вполне осязаемая опасность. Его сила растет, и уже сейчас я бы не советовал вам тягаться с ним один на один.

С этими словами Хранитель исчез, оставив иерархов задумчиво переглядываться. Первым в своем кресле подался вперед Гладиатор:

- Что ж, коллеги, кажется, обстоятельства не оставили нам выбора. Первая цель ясна: не пустить этого олуха и пособницу некроманта к камню. Не возражаете, если я этим займусь?

Архивариус, опустив глаза, царапал ногтем посох. Султан как-то особенно нервно теребил свою многострадальную бородку. Было, конечно, над чем поразмыслить. Хранитель одним своим появлением перечеркнул еще до конца не оформившийся план, и теперь им придется быть в тысячу раз осторожнее, захоти кто-то из них нарушить навязанные Великим условия игры. Теперь, когда им приходится выступать единым фронтом, негоже разбрасываться силой. А в том, что Гладиатор с его прямолинейными методами потерпит поражение, никто почти и не сомневался. Ваятель кивнул своим мыслям:

- Я с тобой. Прикрою, если что. Если Хранитель прав насчет этих как бы богов, то нам лучше вообще не разгуливать в одиночку.

Двое магов исчезли.

- Однако же, мы засиделись тут, - Султан принял вертикальное положение, разминая затекшие ноги, - Оурский, я слышал, поднял войска.

- И это удивительно близко сходится с предсказаниями Оракула. Но что мы можем поделать, коллега?

- Ну не разорваться же нам, в самом деле. Я предлагаю покинуть Столицу и вплотную заняться этими новыми магами.

- Сдать систему, которую мы настраивали под себя столько лет?

- Почему нет? Заодно посмотрим, чего стоят наши подопечные.

- Хм.

- Да и, если честно, против Темного лорда я ничего не имею - возможно, это даже упростит нам дальнейшее взаимодействие.

Спустя каких-то пару минут северный ветер снова завывал в пустой башне, недовольный тем, что его на целых полдня прогнали с этой территории...

Еще какое-то мгновение назад Гефер всматривался в знакомые лица иерархов, мечтая, чтобы и им досталась хотя бы половина того унижения, через которое прошел он по воле проклятого демона. И вот - он снова в непонятном месте, а перед ним на троне расположился Хранитель.

Окружающее пространство было наполнено яркими, пульсирующими красками - преимущественно красными и синими оттенками. Линии и формы причудливо изгибались и перекручивались, рождая не похожие ни на что образы. Вероятно, они находились в какой-то зале, потому что взгляд Гефера скользил по некоторому подобию стен. Потолок - если он был - терялся в фиолетовом тумане, а пол... пол был выложен огромными плитами из неизвестного материала. Они светились алым и голубым, добавляя еще больше сумасшествия в этот мир. Разглядывая пол под собой Гефер вдруг заметил тень. Он попытался шевельнуть ногой - тень дернулась. Он поднял глаза на Ксаргона.

- Ты быстро осваиваешься. Я решил дать тебе некоторое подобие... формы, чтоли.

- Что это за место?

- Перекрестье миров. Ты, в общем-то, у меня в гостях. Ну или просто у меня дома, потому что никакой ты мне не гость. Да уж и извини, с гостеприимством у меня не очень - опыта мало было.

Ксаргон поднялся и направился куда-то в сторону, туда, где на стене светились желтым непонятные знаки. При его приближении в стене возник проход, и дурацкий фиолетовый туман хлынул внутрь комнаты. Демон поманил Гефера за собой.

Фиолетовый туман был повсюду. Видимо, это такая особенность здешней атмосферы, решил Гефер. Но как же противно смотреть на мир - каким бы он ни был - через плотную фиолетовую дымку. Над головой висело антрацитово-черное бездонное небо, по которому плыли редкие багровые облака. Похоже, здесь, снаружи, туман прижимался к земле, словно боясь исчезнуть в бесконечном космосе.

Гефер с интересом рассматривал расстелающийся перед ним мир. В неподвижных темных волнах, начинающихся далеко в фиолетовом тумане и подходящих к самой границе террасы, на которой он стоял, Гефер с некоторым трудом все же различил холмы и кустарники.

- Молодец, для существа, впервые попавшего сюда, ты довольно быстро делаешь выводы из визуальных образов. Так ли ты хорош в эмпатии?

Гефер посмотрел на Хранителя:

- Зачем я здесь?

Демон словно и не слышал вопроса, устремив взгляд куда-то за горизонт.

- Ты уже многое видел, Тень. Какие выводы ты сделал?

- Не знаю... - Чего хочет этот демон? Гефер перебирал в памяти последние события. Разрушение замка, Вильям Оурский, Анна, рыцари Жизни, иерархи - лица калейдоскопом кружились в глубине сознания - и, наконец, истинная пустота Хаоса. От этого воспоминания Гефер внутренне содрогнулся.

- Люди... Они одинаковы. Все жаждут силы и власти.

- Интересно, хоть и не оригинально. Что еще?

Чем больше Гефер погружался в события последних дней, тем сильнее наваливался груз эмоций.

- Страх. Всеми движет страх.

Оружие, магия, неприступные стены, бесконечные интриги, союзы, предательства... Демон с интересом наблюдал, но не торопился прерывать ассоциации.

- Люди боятся смерти, поэтому тянутся к силе, как будто она их избавит их от страхов. Уничтожают конкурентов, чтобы не уничтожили их самих. Стремятся к абсолютной власти, чтобы некого было бояться. Глупо. Тьель забирает всех.

Еще не вполне понимая, что происходит, Гефер чувствовал, что тонет. Тонет в волнах эмоций, человеческого страха прежде всего. Тонет в эмпатии, которой одарил его жестокий демон. Вкрадчивый голос, словно над самым ухом, выдернул Гефера из этой бездны:

- Ты-то чем от них отличаешься? Тьель решил обмануть, бессмертия захотел? Что ты с ним делать будешь, ты подумал? На кой тебе все это могущество?

Не в силах больше выносить напряжение, Гефер со стоном распластался на холодных плитах террасы.

Ксаргон так и не ответил, зачем притащил Гефера в Перекрестье миров. Более того, после того разговора демон утратил интерес к своему пленнику, позволив бродить, где вздумается, пока он сам то исчезал куда-то, то снова появлялся.

Гефер потерял счет дням в этом дурацком фиолетовом мире.

Тисса стоял возле костра, открытым ртом вдыхая морозный воздух. Несколько раз он сжал и разжал кулаки, но мыслей не прибавилось. Итак, он остался один. В принципе, неплохо - он уже и не надеялся избавиться от опеки. Вот она, гора. Треклятый камень удачи, надо полагать, где-то здесь. Хорошо. Где? Демон его знает. Но если очень надо, то можно обшарить всю гору. Надо ли? Ну, от камня он бы не отказался. Но вот задание... Он так ничего и не узнал про того человека, который, возможно, видел камень. И если сидеть в одиночестве на заснеженной горе - какой шанс найти информацию?

Опустившись на одно колено, Тисса начал собирать вещи. Идти вверх или вниз - он еще не решил, но оставаться на месте точно не дело. Серая лошадка отвлеклась от разгребания снега в поисках прошлогодней травы, подняла голову и заинтересованно посмотрела на человека, как будто тоже спрашивала, куда двинем, хозяин?

Вообще, идти дальше, наверное, опасно: гора незнакомая, мало ли... Анна почему-то торопилась к камню, но Тисса считал, что лучше проявить осторожность. Бежать напролом к цели - удел недальновидных дураков, не знающих цену жизни. Не выйдет с камнем сейчас - пусть, он подождет. А вот найти какую-нибудь деревню здесь, у подножия, вселиться, да поговорить... Это может быть хорошей идеей. Да и местные наверняка знают горные тропы. Так решив, Тисса пошел навьючивать лошадь.

- Ну, здравствуй, охотник Ордена.

Тисса резко обернулся на голос. К еще тлеющему костру подошли двое. Присели. От легкого движения пальцами пламя взметнулось чуть не до небес. Они были налегке, их одежда явно не была предназначена для долгой прогулки в горах, да и не похоже было, что они пришли сюда издалека. А еще от них тянуло силой. Даже не так - Силой, покруче, чем от отца-основателя и Дэниела. Ну, Дэниел, наверное, закрывался, а им здесь - без надобности. Нехорошее осознание накатило вместе с волной страха, от которого вмиг вспотели ладони, а ноги словно налились свинцом. Сразу вспомнились рассказы о вражде иерархов Круга и Ордена...

- Ну что ты замер, иди, посиди с нами, - они оба выглядели молодо, но говоривший был одет побогаче, да и перстней на руках у него было больше - видно, Ваятель. Во втором, широкоплечем, Тисса признал Гладиатора. Чего от них ожидать, он не представлял, но дерзить им точно не следует, поэтому Тисса кивнул и выдавил из себя осторожное:

- Добрый день.

Он, может быть, даже собрался бы с духом и заставил себя подойти к костру. А иерархи, может быть, рассказали бы ему, зачем пожаловали. Или сказали, что делать дальше. Или даже помогли добраться до камня.

- Добрый день. А нас к костру не пригласите? - по горной тропе к ним поднимались еще двое: всадник на коне и его спутник, ведущий свою лошадку под уздцы.

Гладиатор вскочил на ноги. Будь он хотя бы в глубине души романтиком, то обратил бы внимание на белые одежды, развевающийся на ветру красный плащ всадника, игру света на блестящих латах... Вместо этого он только сплюнул: у воинов Жизни, как всегда, хорошо с эффектностью и плохо с эффективностью. Одно копье и два меча - непозволительно мало для двух человек.

- Вас, действительно, не приглашали.

Всадник грациозно соскочил с коня, прошел, словно не замечая, мимо своего спутника и остановился в паре шагов от Гладиатора. Вот что за привычка - Гладиатор поморщился - расхаживать в боевых доспехах и с поднятым забралом. Так и хочется запустить в наглую рожу булыжником. Просто чтобы не рисовался тут почем зря.

Рыцарь словно почувствовал его мысли, снял шлем, и теперь магам и Тиссе предстало молодое смазливое личико в окружении длинных светлых локонов. И только от пронзительно-голубых глаз веяло ледяным презрением. Вот это смесь.

- Вы верите в случайности? - и, не дожидаясь ответа, продолжил, - Тогда, наверное, я вас разочарую: я за вами следила. Хоть это и было непросто. А как вы думаете, зачем?

Ваятель скептически хмыкнул. Следила за иерархами? В надежде, что они выведут к мальчишке, а он - к камню? Звучит как сказка.

Гладиатор не любил загадки. Еще сильнее он не любил сторону Жизни, с их вечными претензиями к магам. Поэтому он только еще раз сплюнул себе под ноги:

- Мне твое внимание и опека даром не сдались.

Рыцарь его проигнорировал.

- Этот молодой человек пойдет со мной.

От такой наглости Тисса, наверное, даже переменился в лице. С чего бы? Иерархи, конечно, та еще компания, но эту дамочку он вообще не знает. Стоп. Дамочку? Жизнь принимает в рыцари женщин? Они там совсем с ума посходили?

Гладиатору этот цирк, видимо, тоже был не по нраву. Одним шагом он сократил разделявшее их расстояние до почти неприличного - теперь было отлично видно, что по росту он превосходит рыцаршу на целую голову, а что уж говорить о ширине плеч...

- Детка, вали, а? Ты тут никто и звать тебя никак, и лучше исчезни по-хорошему, и мы забудем о нашей встрече.

- Вы не поняли. Я сказала...

- Глупость ты сказала, - Гладиатор ткнул пальцем в блестящие латы, от чего девушка качнулась назад и была вынуждена отступить на шаг, чтобы сохранить равновесие, - Кто, - он снова ткнул ее пальцем в грудь, - Вообще, - и еще раз, - Тебя. Надоумил.

- Не ваше дело.

- Наше, - Гладиатор снова придвинулся к ней вплотную, - наше. Послушай меня внимательно, детка. Ты сейчас не в княжествах, и будь добра, засунь свои хотелки себе поглубже. С магами говоришь, в конце концов, - он уже не трогал ее, но рыцарша медленно отступала, стараясь восстановить дистанцию, чтобы не смотреть на мага снизу вверх. А Гладиатор так же настойчиво двигался вперед, чтобы не потерять такое удобное преимущество, - А еще тут горы вокруг. И ни души. А в горах опасно, особенно зимой. Лавины, расщелины... Иди-ка ты отсюда, пока чего не случилось нехорошего. А о парнишке забудь. Мы и без тебя за ним присмотрим.

Глаза девушки, казалось, засветились синей тихой ненавистью. Гладиатор же, чуть ухмыльнувшись, посмотрел на взбешенную рыцаршу и поднял руку, намереваясь подкрепить свои слова очередным тычком.

Девушка попыталась уклониться, но, оступившись, вдруг потеряла равновесие и грохотом растянулась на снегу. Маг хохотнул.

Отскочив в сторону, девушка выхватила меч - женский, конечно. Она бы еще попыталась отмахиваться зубочисткой. Со снисходительной ухмылкой Гладиатор активировал каменную кожу, простое, но весьма полезное заклинание. Ну теперь дай только дотянуться - он эту игрушку голыми руками сломает.

Еще немного они покружили на склоне. С необычной для такого доспеха легкостью девушка вскочила на огромный валун. Гладиатор применил левитацию и завис в воздухе прямо напротив. Девушка снова отступила назад, Гладиатор последовал за ней. Игра в кошки-мышки продолжалась еще некоторое время, пока, наконец, маг не загнал свою жертву в ловушку. Упершись спиной в отвесную скалу, она выставила перед собой меч. Который Гладиатор одним ударом кулака выбил у нее из рук.

- Что теперь скажешь, малышка?

- Что мне плевать, - в ее левой руке маг разглядел склянку с какой-то темной субстанцией, - Катись к Тьель, - она улыбнулась и раздавила хрупкое стекло.

В какой-то миг Гладиатору показалось, что он и вправду сейчас отправится к Безвременному: таким неожиданным и сильным был отток магии. В глазах потемнело, однако на ногах он устоял, да и шум в голове продолжался не более десяти ударов сердца. Когда же все восстановилось, поганой рыцарши нигде не было.

Гладиатор огляделся: эк она увела его вниз по склону, чтоб ее в нижнем мире демоны... кхм... да. Снова сплюнув от злости, он пошел обратно.

Возле догорающего костра сидел Ваятель. Он, в отличие от Гладиатора, не удосужился подняться при появлении рыцаря. Великий маг сейчас выглядел отвратительно: бледный, руки дрожат и воздух хватает открытым ртом, словно заново дышать учится. Ни парнишки, ни того, второго от Жизни нигде, разумеется, не было.

Ваятель сфокусировал взгляд на приближающемся иерархе:

- Я чувствую себя последним идиотом, который, к тому же, чуть не расстался с жизнью.

- Надо полагать, он тоже применил зелье?

- Ааа, и тебе тоже досталось? - у Ваятеля как будто чуть потеплел голос, - Так нам и надо.

- Я так понял, - Гладиатор сел напротив, - что зелье под телепорт выкачивает всю магию из ближайшего резерва.

- Похоже. Но что еще хуже - тот второй оказался священником, и сильным.

Гладиатор выругался. Их сбило с толку поведение этой поганой рыцарши, когда она всего лишь отвлекала на себя внимание. Паршиво, что священника не опознали, хотя и не удивительно: от Жизни в принципе сильно фонит, больше-меньше - не разобрать.

- Некромант бы заметил...

- Некроманта больше нет! - излишне резко ответил Ваятель. И еще раз глубоко вдохнув, продолжил: - Он же сначала перекрыл поток силы, потом выпил резерв. А потом еще раз выпил резерв...

До Гладиатора дошло: он-то свой резерв тут же восстановил, а вот его коллеге не повезло. Если резерв нельзя восстановить за счет магии, он вбирает в себя часть потока Жизни. Интересно, сколько лет потерял сегодня Ваятель? И ведь винить некого, сами облажались. Оба.

Интересно еще, знают ли священники о таком побочном эффекте? Вряд ли, потому что, если бы знали, то уж наверняка не упустили бы возможность разделаться со столь сильным магом. От этой мысли стало по-настоящему страшно.

- Ты как сейчас?

Ваятель махнул рукой:

- Нормально. Только посижу еще. И подумать надо. Ты заклинание на зелье смог считать?

- Частично, пока меня не накрыло. Обычный телепорт.

- Локация?

- Нет, она же в конце прописывается. Но, похоже, локация относительная.

- Фигово. Значит, парнишку мы совсем потеряли. А та часть, которая резерв забирает?

- Это надо подумать. Я такой структуры не видел, но посижу сейчас - может, восстановлю.

- Не к спеху.

- Ну все равно, пока не забыл.

Ваятель кивнул.

- Следующий вопрос - как они сюда попали.

- Лошадей, вот, оставили.

- Только поклажи нет, и лошадки деревенские, где-то здесь и куплены.

- И правда. Она сказала, что следила.

- Понять бы, как. Неужели они силу чувствуют?

- Кто их разберет. Но вроде не должны, я о таком не слышал.

Они еще помолчали, каждый погрузившись в свои мысли. Гладиатор достал листок бумаги и начал увлеченно выводить формулы. Сильное будет оружие, если научиться одним махом выпивать магический резерв.

- Слушай, а как они потоки перекрывают, тоже заклинанием?

- Забудь, это магия Жизни, нам не светит.

- Ладно.

Заклинание давалось с трудом. То есть, в общей схеме он разобрался, но на ней висело столько неопределенностей, что на коленке не решишь. Но это точно подождет. Гладиатор потянулся, убирая схему в магический карман, кивнул на лошадей:

- Думаю, стоит спуститься по их следам - либо в деревне расскажут, откуда тут рыцари, либо еще какой след найдем.

- Согласен, - Ваятель поднялся, осторожно проверяя себя и свой магический резерв. Удовлетворенно кивнул: все в порядке. - Скажем, что коней у расщелины нашли, а людей не было нигде. Гора забрала, тут такое часто бывает.

Гладиатор тоже поднялся, но тут же замер, вглядываясь в далекую точку на небе. Точка стремительно приближалась, превращаясь в птицу.

- Что-то людно сегодня на этом склоне.

Ваятель только покачал головой.

Птица оказалась ястребом, а ястреб, ударившись о камни, превратился в человека. Дэниел.

- Приветствую Вас, мэтр, у нашего скромного очага. Какие демоны вынудили Вас прибегнуть к такому расходу силы?

- Где мальчишка? Что с ним? - маг не стал тратить время на соблюдение приличий.

Гладиатор Дэниела глубоко уважал - магом тот был сильным, даром, что из Круга вышел. Да и сам Гладиатор ведь на его место пришел. И, видно, всерьез всполошился Дэниел, раз решил немедленно сюда прилететь - столб иерархии, возле которого тот может перекинуться в птицу, кажется, аж в таверне стоит. А расстояние тут... Да, надо было сразу уходить, а то досиделись.

- Мальчишку мы, к сожалению, потеряли. Но думаем, что он жив.

- Жив - не жив, где его искать теперь? У меня следилка выгорела напрочь.

Вон оно что - старик на парня заклинание нацепил. Оно, наверное, с резервом и закончилось. Или когда священник потоки перекрыл.

- Тут откуда-то взялись двое от Жизни, - Гладиатор не хотел вдаваться в подробности, но от объяснений не уйти, - хитрые оказались, твари, и сильные. Украли парня.

- Украли из-под носа у двух иерархов?! Вы спятили? Или из ума выжили? Ты это серьезно мне сейчас рассказываешь и думаешь, я поверю?

- Старик, заткнись, - Ваятеля, наконец, прорвало, - легко тебе рассуждать, не тебя к Тьель отправили. Священник тут был. И только по незнанию не выпил мою жизнь до конца.

Дэниел хотел что-то сказать, но так и умолк, глядя на одного из сильнейших магов этого мира. Ваятель, и правда, прибавил не один год: черты заострились, в уголках глаз залегли приметные морщинки, в темных волосах начала проблескивать седина.

- Как? - голос Дэниела стал вдруг каким-то хриплым.

- Он перекрыл потоки и дважды черпнул из резерва. Нам надо срочно понять, как не допустить повторения.

- Но информации мало, и на горе торчать смысла нет, - Гладиатор подошел к лошадям и потянул за узду. - К демонам этого мальчишку и этот демонов камень. Обойдемся.

Тисса в оба глаза следил за устроенным Гладиатором представлением. Нельзя же так с женщиной, пусть даже рыцарем Жизни, пусть даже она и правда зарывалась. Но он же играет с ней, как кошка с мышью - вон уже как далеко угнал, не различить, что там происходит.

Полетевшая под ноги склянка с какой-то темной гадостью и сковавший движения туман стали для Тиссы полной неожиданностью. В глазах потемнело, и он только ощутил, как безвольно оседает на землю. Ну что за неудачный день...

Очнулся Тисса явно не на горе, и, похоже, даже не рядом с горой. Снега не было, зато людей вокруг было, по его мнению, слишком много. Тут же оказался и молчаливый человек, пришедший вместе с рыцаршей, и тут же вдруг из ниоткуда появилась сама рыцарша, брезгливо отряхиваясь:

- Тьфу, отродья тьмы, - взгляд ее упал на Тиссу, - Только попробуй пошевелиться без моего разрешения.

Эээ? Какого демона? Рыцарша была более, чем серьезна, и Тисса не захотел проверять, насколько буквально следует понимать ее слова. Вместо этого спросил:

- Где я?

- Заткнись.

Ох. Но валяться на холодной земле было не очень приятно, поэтому он сделал вторую попытку:

- Можно я хотя бы встану?

- Нельзя! - немного подумав, девушка смягчилась: - Медленно, - достала меч и помахала острием в какой-то ладони от его лица, - и без глупостей. Поднимайся.

Да какие уж тут глупости, народу вокруг как на площади в базарный день. Стараясь не вызвать подозрений, Тисса поднялся на ноги. Жалко, что сумка с травами осталась на горе. Хотя ее все одно отобрали бы, да и посох тоже. Рыцарша приставила меч к горлу:

- Ну-ка, не дергайся, - одним рывком сорвала амулет. Да пожалуйста, он давно пуст. Потом Тисса лишился пояса с ножом и сапог с потайными карманами. Походя рыцарша окликнула одного из пробегавших мимо мальчишек - эээ, да пареньку лет пятнадцать от силы, а вокруг-то воины. Это что же, они и детей с собой таскают?

- Позови-ка сюда мастера Брима.

Паренек кивнул, помчался дальше и вскоре скрылся в одной из походных палаток. Меч у горла как-то отвлекал от осмотра окрестностей, равно как и ледяные синие глаза, неотрывно следящие за каждым движением Тиссы. Надо что-то с этим делать.

- Что происходит? Я ничего плохого не делал, - Тисса решил изобразить наивного паренька, благо возраст позволял.

- И не сделаешь, - был ответ.

Да, такими темпами он немного узнает. Тисса вздохнул и опустил глаза, украдкой разглядывая военный лагерь. А в том, что вокруг именно что военный лагерь, сомнений уже не оставалось: сновавшие вокруг люди были явно солдатами, была и обслуга - в основном как раз из молодых ребят, которым доспехи еще велики. Всюду, насколько хватало глаз, были люди, костры и походные шатры-казармы. Возле небольшой рощицы ровными рядами стояли шатры побогаче - наверное, для начальства, - а в отдалении паслись кони и... Тисса никогда раньше не видел таких животных живьем, но в Ордене показывали картинки - боевые слоны.

- Так вы достали того паренька? - со стороны богатых шатров подошел немолодой уже человек. Седина и морщины указывали на почтенный возраст, но глаза смотрели ясно, и движения еще оставались уверенными, без присущей старикам медлительности. Доспехов на нем не было, оружия тоже, а одет он был в какой-то серый балахон сродни того, что был на спутнике рыцарши. Спутник, кстати, поднялся, чтобы приветствовать подошедшего:

- Брат Брим, - он протянул руку.

- Брат Юлиус, - Брим ответил на приветствие теплым рукопожатием, двумя руками, кивнул девушке, - Аления.

- Мастер Брим, - рыцарша опустила меч и поклонилась.

Вот как. Если Тисса хоть немного понимал в этикете - хотя кто их разберет, этих воинов Жизни, - эти двое в балахонах были почти на равных, а вот рыцарша, похоже, уступала им рангом. Интересно.

- Хорошая работа, брат Юлиус.

- Я же говорил, это должно было сработать. Искать его вслепую можно было еще долго, а вот всплеск силы...

- Маги могли не появиться.

- Риск оставался, но поэтому я и поддержал также и обычный поиск. Слава Пресветлому, он не потребовался.

- Слава Пресветлому. Аления, раз ты его нашла - тебе и охранять. Бери паренька и отправляйся в резервный штаб. Когда пройдем ущелье, у нас будет полно времени, чтобы его допросить. Цепочку тебе выдадут оружейники, и не забудь сдать меч.

- Но, мастер Брим, я - воин, мое место в отряде.

Священник махнул рукой:

- У нас хватает воинов. Побереги себя, девочка.

Рыцарша поклонилась, но во взгляде, которым она одарила Тиссу, была столь концентрированная ненависть, что, если бы не слова священника, Тисса не был бы уверен, что доживет до заката.

- Идем, - она ткнула его мечом в грудь, - туда, к синей палатке.

Сопротивляться было бы бесполезно, и Тисса послушно зашагал в указанном направлении. Заодно еще раз огляделся.

Местность была незнакомой, не похоже, что они сейчас в Империи. Да и не собрать в Империи незаметно такое войско Жизни. Похоже, здесь стояли армии нескольких княжеств - Тисса разглядел пару знамен, вдали виднелись и другие. Войско расположилось в предгорьях - с севера и запада горизонт закрывали старые, пологие горы. И как раз эти-то горы были Тиссе смутно знакомы. Усилием воли он отогнал нехорошие мысли и постарался сосредоточиться на войске.

Оружейник оказался щуплым одноногим калекой, который, однако, бодро скакал по вверенной ему палатке, лихо размахивая мечами. Взглянув на Алению, он кивнул, и достал откуда-то из сундука цепь. Демоны бездны, вот это орудие пыток! Даже на вид тяжелая, в длину локтей пять, на концах железные браслеты, которые оружейник с видимым удовольствием защелкнул на правом запястье Тиссы и левом - рыцарши. Проклятье! Аления нехотя протянула меч.

Дальше взаимодействие Тиссы и рыцарши свелось к дерганью за цепь и болезненным тычкам тяжелыми сапогами под колени. Тисса шипел, но сдерживался: голубоглазая змея была явно не в духе, и потому опасна. Тисса понимал причину: приказ священника задел ее честолюбие. Девчонка явно хотела кому-то что-то доказать, да только куда ей - даже Тиссе было видно, что воин она так себе.

Аления, тем временем, дошла до очередной группы палаток, спросила у околачивавшегося поблизости паренька, где искать начальника резерва, и, получив слишком уж невнятный ответ, уселась на ближайший камень ждать. Надо доложиться о прибытии, - догадался Тисса. Его Аления демонстративно игнорировала, вглядываясь в горные вершины далеко впереди. Ждать так можно долго, поэтому Тисса уселся на землю, привалившись спиной к тому же камню.

Мысли его продолжали крутиться вокруг армии Жизни. Где они находятся? Что происходит вообще? Больше всего было похоже, что войска нескольких княжеств собираются у границы с Империей. Вопрос "зачем" здесь уже лишний. Знают ли отцы-основатели о приближающейся угрозе? Монах принес печальные вести из Столицы - скорее всего, Орден занят внутренними проблемами. Предупредить бы... Тисса с тоской посмотрел на небо - даже птиц нет. То ли с приближением зимы все уже откочевали на юг, то ли Жизнь умеет отогнать от себя всё, что несет хоть каплю силы... Да и что он может - не маг, только основы теории выучил, да пару бытовых заклинаний, на которые сила и не нужна. Рыцаршу можно и убить попытаться - даже, наверное, получится цепью. Но куда дальше - с этаким грузом пешком через горы? Глупость, не успеет даже из лагеря выйти. Если только найти, чем разорвать толстые железные кольца, или замок вскрыть. А пока стоит затаиться и разузнать побольше. Тисса вздохнул и полушепотом спросил:

- Скажи, а в твоем отряде еще девушки есть?

Если и будет бить, то не до смерти.

- Нет, - Аления почему-то решила ответить, - я чужачка для них. В моем родном княжестве девушки бьются наравне с мужчинами, если хотят, конечно. Но оно далеко, и воинов решили не отправлять. А я была с поручением в монастыре, присоединилась к монастырским.

- Жалеешь?

- Нет, просто... - судя по тону, все совсем не просто. Тяжело девушке доказывать свое право держать меч. - Бесит эта их опека. И если бы не ты, я доказала бы свое умение в бою и вернулась бы домой с долей в добыче, а теперь - прозябай в тылу за копеечное жалование!

Э, да она, кажется, нашла виноватого во всех своих проблемах. Тисса проглотил следующий вопрос - лучше подождать, пока очередная волна ненависти схлынет.

- Империя, стало быть, за горами?

Она не ответила.

- Маги Империи сильны и защищают ее границы, - Тисса процитировал фразу из первого учебника - того, который наставники Ордена заставляют маленьких аколитов выучить почти что наизусть. Понимание приходит потом, и далеко не сразу.

- Ваши маги - ничто перед священниками Пресветлого. И без камня ничто не сможет изменить ситуацию. Баланс сложился в нашу пользу. А когда мы и камень возьмем, магия будет уничтожена навсегда.

Вот ведь! Выходит, они полагаются на священников. Что-то они умеют - Ваятель не смог ничего сделать. Хотя его, конечно, застали врасплох. А камень... Действительно, откуда Жизнь знает про камень? И еще уверены, что он - Тисса - может его найти. Странно все это.

День прошел в праздных размышлениях и попытках устроиться в новой для Тиссы ситуации. На ночь ему даже выделили подстилку рядом с койкой Алении. А с рассветом всех подняли - из того, что говорили вокруг Тисса разобрал, что войска, наконец, подошли все, и теперь генералы формируют передовые отряды для прохода через горы. После обеда разведчики выдвинулись в путь, а все остальные начали готовить лагерь к отбытию. А он так и не придумал, как помочь Империи...

Аления злилась - она должна была быть там, впереди, вместе с паладинами и рыцарями, закованными в блестящие латы. Вместо этого - безделье, словно не только Тисса, но и она сама сидит здесь под замком. Вечером у их палатки появилась пара воробьев. Перелетая с места на место, они деловито собирали крошки, оглядываясь по сторонам и изредка подавая голос.

- А ну пошли отсюда! - Аления запустила в птиц камнем, стоило им приблизиться. Воробьи упорхнули, но продолжали держаться рядом, Тисса замечал их то тут, то там в лагере.

Судорожно Тисса начал перебирать в памяти все заклинания природы, которые они учили в Ордене. Призвание, подчинение... Плохо давалась Тиссе магия во время учебы. Долетит ли такая птаха через горы да через полстраны? Шансов мало, но попытаться бы... Но отправит он птицу в Орден, а как вложить сообщение? Хоть бы записку привязать, да рыцарша их отгоняет. А воробьи все крутятся здесь, словно сами ждут, что Тисса придумает.

Вторая ночь выдалась беспокойной. Осенний дождь промочил полог, и холодные капли тут и там выстукивали траурный марш. Поднявшийся с вечера ветер трепал палатку. Аления не спала, так, лежала с открытыми глазами, вглядываясь в темноту над собой.

- Волнуешься? - едва слышно спросил Тисса. Понятно, что волнуется - самое время сыграть на эмоциях и выспросить что-нибудь полезное.

- Заткнись.

- Мы завтра идем, да? Утром?

- Вечером. Замолкни.

Ага, значит, завтра. Темнота и тишина почему-то прибавили наглости:

- А идти долго?

Аления дернула рукой, отчего цепь звонко лязгнула, разрывая тишину. Ну-ну, шуметь посреди ночи ты не хочешь.

- Империя далеко? Я здешних гор совсем не знаю.

Молчание.

- Прямо в горах ночевать будем? Холодно, наверное.

Девушка резко повернулась на кровати, зашипела:

- Заткнись, кому сказала, и засунь свои глупые вопросы... Скажут идти - будем идти, скажут ночевать - будем ночевать, а разозлишь меня - убью, прости Пресветлый, придушу - сам виноват, скажу.

Тисса вздохнул. Не знает, куда идет, или не говорит? Больше похоже, что не знает. Волнуется, опять же...

Утром ушли основные отряды, и главный штаб тоже снялся со стоянки. Резерв же только собираться начал после обеда. К горам двинулись пешком, бок о бок с обозами, так и шли под мелким дождем, пока не стемнело. На следующее утро поднялись с рассветом и сразу отправились. Тиссе взятый темп казался даже слишком медленным - в Ордене их учили идти без устали вдвое быстрее, - но на нем не было тяжелых доспехов. Аления старалась держаться, но к обеденному привалу спотыкалась намного чаще обычного. Усевшись со своей порцией жидкой похлебки, Тисса вспомнил, как легко она держалась в седле, и поинтересовался:

- В отряде у тебя конь был, да?

Аления зло глянула, почти не поворачивая головы:

- Был. Твое какое дело?

- Да так, думаю, как далеко вперед они ушли.

- Не очень. Там не все конники.

Ну да, логично. Всадники выходят вперед и прикрывают пеших, пока те на марше. Но это ж надо, так медленно плестись...

Дэниел взглянул на двух серых в яблоках коней. Интересные кони, где только Анна таких нашла. Воронько поблизости не было. Неужели ведьма мальчишку бросила? Похоже на то. Вон, его сумка валяется. Дэниел протянул руку и подобрал разбросанные вещи, спрятал в магический карман - мало ли, вдруг пригодится еще. Да и покопаться в сумке надо будет. Поманив коней, Дэниел тоже начал осторожно спускаться с горы, вслед за Ваятелем и Гладиатором.

Из нависшей над горой тучи повалил снег. Сначала редкими белыми хлопьями, затем все сильнее, пока, наконец, налетевший ветер не превратил его в настоящую метель. Узкая горная тропа почти исчезла из вида. Иерархи развернули защитные сферы, но теперь вынуждены были держаться на расстоянии: магия при столкновении щитов порождала синие искры, а энергетические разряды грозили привести к сбросу силы и взрыву. Шедшие впереди Гладиатор и Ваятель пропали из виду. Пара коней еще ощущались где-то позади, но лишь как тени природной магии - да и через щит их контролировать было неудобно. Снег оставил Дэниела наедине с самим собой.

Маг остановился. Можно, конечно, слить резерв и перекинуться в птицу - но далеко ли он улетит в этой пелене? Жаль, нет здесь Султана, он бы просто открыл портал. А у природы с перемещением как-то не очень. Метель свистела в гребнях скал. Послышалось, или кто-то зовет его по имени? Или это ветер... Впереди мелькнула белая тень. Или это тоже игра воображения? Демоны, как некстати. Эдак же недолго и сойти с ума в белом нигде - если кузнец правда забрел сюда, то нет ничего удивительного, что его помощник свихнулся. Дэниел уплотнил щит и опустился на него, готовясь к медитации. Что поделать, придется пережидать непогоду прямо так... С минимальным расходом силы он вполне продержится дней пять - главное, чтобы буря за это время утихла. Да если и нет - с магическим щитом он и так успеет спуститься. Впереди снова мелькнула белая тень, очертания зверя. Дэниел на короткий миг раскинул поиск - ничего, только кони беспомощно жмутся друг к другу. И больше никаких признаков живого вокруг.

Снова эта тень. Стоит, смотрит на мага, очертания дрожат под порывами ветра. Неужели Дух горы? Дэниел даже подался вперед, силясь разглядеть что-то в снежной круговерти. Не даром же он несколько лет собирал легенды окрестных деревень.

Говорят, что Дух горы знает, где искать Камень. Говорят, это он насылает снег: когда зима приходит в долину, говорят, что это Снежный зверь спустился с гор. Говорят, он не любит чужаков и может замучить путника до смерти. Еще говорят, что Дух горы существует с незапамятных времен и даже когда-то был человеком, но в последнее верилось с трудом. Чего не выдумают темные крестьяне...

Дэниел легко пошевелил пальцами, добавляя к щиту левитацию, и магический кокон медленно поплыл по направлению к зверю. Бояться было в общем-то нечего: защита абсолютно непроницаема, да и времени впереди полно. Лошадей немного жаль, конечно - Дэниел хотел разобраться, что это за звери такие, но призрачная надежда выйти-таки к камню... Иногда зверь совсем пропадал из виду, тогда Дэниел останавливался - белая тень вскоре возникала неподалеку, словно звала за собой. С каждой новой остановкой Дэниел напоминал себе, что главное - осторожность, и каждый раз внешнее спокойствие давалось ему все труднее. Да тут недолго потерять голову и броситься опрометью по следам Духа. И закончить жизнь в какой-нибудь расщелине. Маг старательно делал вид, что никуда не торопится. Время тянулось бесконечно долго, а Зверь, похоже, решил обойти все окрестные тропы. Но Дэниела это мало волновало. В его возрасте уже можно научиться ждать, можно себе позволить промедлить там, где это необходимо. Поэтому маг только плотнее сжал защитную сферу, позволяя ей медленно плыть вперед.

Иерархи спустились к подножию горы и обернулись, ища глазами Дэниела. Снежная буря осталась позади и теперь казалась не более чем облаком, лениво плывущим по склону. Ваятель все еще держал в поводу лошадей и, дождавшись, когда они немного успокоятся, вскочил в седло. Гладиатору оставалось только вздохнуть: в бедной семье городского гончара лошадей не было, и даже горшки на базар он возил на себе. Конечно, все деньги шли на обучение сына магии...

- Похоже, старик свернул себе шею. Жаль.

- Ты так спокойно говоришь об этом?

- Ну а куда он мог подеваться? Да и что мне теперь?

- Может, он отправился за камнем?

- Лучше бы сразу умер. Ты же не знаешь, а мы искали... И даже нашли тогда кое-что. На свою голову, - Ваятель махнул рукой, поворачивая коня. - Идем, разузнаем, откуда тут взялись служители Жизни.

Дэниел бродил по горе до самого вечера. Когда белая пелена начала стремительно превращаться в серую, пришлось укрепить щит и готовиться ко сну. Утром метель все еще бушевала, и едва различимая белая тень продолжала кружить по горам. Так прошел еще один день, а затем и еще одна ночь. Когда, наконец, Дэниел решил, что игра в прятки ему надоела и пора уже спускаться с этой проклятой горы, Зверь обогнул утес и исчез, а Дэниел обнаружил, что стоит на пороге пещеры. Ослабив щит, он шагнул внутрь. Надо же, как затекли ноги. Эх, старость... Размяться будет очень кстати. Сделав несколько шагов, он замер от неожиданности: в скрытой до того нише стояла статуя в полный человеческий рост. Мраморная девушка-ангел с широко раскрытыми крыльями словно обернулась на звук его шагов - настолько точно неизвестный скульптор передал каждую черту. Маг невольно залюбовался искусной работой.

- Это одна из лучших, - голос заставил его обернуться.

У входа в пещеру стояла та самая девушка, только крыльев у нее не было. Кто она? Одна, без оружия, да и силы вокруг не ощущается. Но статуи не делают для простых смертных!

Девушка наклонила голову на бок, с любопытством разглядывая Дэниела, сделала несколько шагов и замерла на почтительном расстоянии: вот и славно, потому что непонятно, какая опасность может исходить от нее. На всякий случай Дэниел усилил щиты.

- Тако. Хотя, наверное, это имя вам ничего не скажет, мэтр.

Да уж действительно, никакой девушки в местных легендах не было.

- Зачем я здесь?

- Именно. Зачем? Такой длинный путь - ради чего? Богатство, власть, бессмертие?..

- А разве это - предел мечтаний человека?

Тако улыбнулась:

- Может - да, а может - нет. Кто знает? Так зачем здесь ты?

Дэниел пропустил неучтивость мимо ушей. Что ей ответить? Что он и так давно искал камень? Что с поддержкой Оурского он вернется в Круг не как равный, а как сильнейший, и никто ему для этого больше не нужен? Что он искал сына? Кстати... Алекс ведь тоже не имел ауры силы... Разобраться бы в их магии.

Девушка терпеливо ждала ответа, улыбаясь каким-то своим мыслям.

- Я хочу понять, что происходит.

- Мир меняется. Ты здесь, потому что так нужно этому миру. Но это и твой выбор тоже - мир не может заставить людей идти против своей воли.

- Что меняется? Магия?

- И магия тоже, - она подняла руку, словно предвидя его возражения, - Природа стабильнее других элементов. Может быть, ее это и не затронет.

Что ты можешь рассказать мне о природе, девочка? Мне, иерарху, в возрасте почти четырехсот лет?

Снова эта снисходительная улыбка в уголках рта.

- Сказки о разумном меняющемся мире оставьте для молодых и пассионарных, леди. Меня же интересуют гораздо более приземленные вещи.

- Чтобы получить ответы, нужно задавать вопросы, мэтр.

- Верно. Но кто будет отвечать, вы?

- Когда вопрос правильно определен, ответа может и не потребоваться.

- Сомнительное утверждение.

- Попытка ничего не стоит.

Девушка направилась вглубь пещеры. Судя по положению свода, в недрах горы была расщелина, возможно, промытая подземной рекой, - такие могут тянуться далеко, петлять, расщепляться и совершенно внезапно заканчиваться тупиком. Какое-то время Дэниел еще различал в темноте белое платье, но затем девушка скрылась за скалой, и он поспешил следом.

Тако ждала его. Стоило Дэниелу подойти ближе у ног девушки возникло пламя, осветив тусклым светом сырые каменные стены. Она двинулась вперед, Дэниел - следом. Узкий естественный коридор имел небольшой уклон вверх, но был достаточно комфортным для человека. В недрах горы было заметно теплее, чем снаружи, и талая вода сочилась из стен, собираясь в лужицы и ручейки. Отблески огня плясали в каплях, отражаясь, превращая каменные своды в текучий хрусталь.

- Так что все-таки происходит? - Дэниел решил начать с начала, не в последнюю очередь чтобы нарушить тишину.

- Я уже отвечала на этот вопрос. Как вы думаете, мэтр?

Издевается. Маг вздохнул.

- Я думаю, что это чей-то план. И тут не обошлось без Хранителя. И кто бы ни задумал играть против него, обречен.

- А ваша роль, мэтр?

- А я постараюсь остаться в стороне, - да, и как следует воспользоваться неразберихой.

- Значит, для себя вы все уже решили - вот и ответ.

- Но я хочу понять...

- Понять что? Зачем? Как извлечь выгоду?

- Не только.

- М?

- Ладно. Допустим, это меняется весь мир. Но в чем тогда перемены, если я их не вижу? В этой вашей новой магии?

- Нет. Моя сила тут не при чем.

- Почему? Разве это не проявление изменений?

- Это всего лишь одно звено в цепи факторов, ведущих к изменениям. Если бы без этого можно было обойтись - мир обошелся бы.

- Но в чем тогда перемены?

- В движении к балансу. Мир стремится к равновесию.

- Ох, - Дэниел даже остановился. Но, поскольку его собеседница даже не подумала сбавить шаг, тут же заторопился вперед.

Равновесие! Ни много, ни мало! Да такие мысли привели к безвременной кончине не один десяток хороших магов. Замахнуться на мировой баланс - даже для Круга иерархов непосильная задача.

- Леди, неужели вы собрались вмешаться в баланс сил?

- Нет, конечно. У этого мира свой замысел, и кто мы, чтобы вставать у него на пути?

- Хранитель знает?

- Для мира Хранитель - лишь еще одно звено. Гораздо более важное, но все же.

- Звучит... невероятно.

Девушка ничего не ответила и некоторое время они шли молча.

- Но вмешательство в баланс может разрушить весь мир.

- Хранитель только и делает, что вмешивается.

- Ему виднее.

- Может быть. А может быть нет.

- Не понимаю. Кто наделил вас этой магией, мир? Как она работает?

- Это не важно, - Тако остановилась и толкнула дверь.

Яркий дневной свет резанул по глазам. Замерев на пороге, иерарх некоторое время ждал, пока, наконец, не начал различать колоннаду из светло-серого гранита, сквозь которую лился белый свет, полосами расчерчивая гладкие каменные плиты пола, и высокий свод, заполненный, словно облаками, бесчисленными нитями хрустальных бусин, колышащихся на ветру. Каменный коридор огибал гору, прижимаясь боком к ее склону и уводя путников все выше. Дэниел залюбовался открывающимся видом: облака лениво прокатывались по хребтам у самых ног, а молчаливые острые пики вершин сверкали снежной белизной. Прав был тот, кто назвал эти горы Безмолвными: всем своим видом они показывали: ничто на свете не достойно нарушить их величественный покой.

Из светлой галереи Тако вновь свернула в боковую дверь. Коридор, ведущий в сердце горы, был шире, чем тот, с пещерой, и освещался факелами, которые загорались сами, стоило девушке подойти ближе. И все же после дневного света первые шаги Дэниел делал почти наощупь - пока не наколдовал себе ночное видение, простое на взгляд неискушенного человека, но довольно запутанное в деталях заклинание. Однако на этот раз переход оказался коротким, и вскоре маг с девушкой вышли в просторный светлый зал.

- Где мы?

- Цитадель безмолвия, если хотите, мэтр. Или просто безымянный замок в горах, - девушка пересекла парадный зал, поднялась по широкой лестнице в левое крыло, открыла еще одну дверь и шагнула в светящийся портал перехода.

Дэниел немного поколебался - если Камень в горах, то где как не в замке ему быть, да и просто исследовать здесь все было бы интересно, но эта их странная сила, вопросы, на которые он все еще надеялся узнать ответ... Поэтому старый маг вздохнул и шагнул в пространство перехода.

Портал был качественный, хотя и довольно простой - без ловушек, но и без лишних потерь силы. В следующий миг Дэниел уже стоял посреди каменных пустошей, глядя на Тако, белое платье которой было абсолютно чужеродным в окружающем пейзаже. Портал, как это часто бывает, оказался односторонним - остатки магического мерцания опали за спиной. Дэниел огляделся и присвистнул: чуть к западу тянул к серому небу свои разрушенные кривые башни Оплот Силы.

- Зачем мы здесь? - Оплот Силы, ужасный памятник давней магической войне, был местом, от которого все маги старались держаться подальше.

Тако покачала головой:

- Мы еще обязательно увидимся. Но сейчас слишком рано. Простите, мэтр.

Дэниел наблюдал, как с очаровательной улыбкой девушка исчезает в мерцании защитного контура. Он попытался нарушить его, ударив рукой, но поймал лишь пустоту. Кажется, у Тако в руках сверкнула блестящая сфера... Еще через мгновение он остался совершенно один - посреди Черной гряды.

- Старый дурак, - Дэниел в сердцах выругался. - И ведь некого винить, кроме себя самого, - очень некстати вдруг вспомнился Гефер. - Вот и твоя очередь ходить в дураках, Дэн.

Но какова лиса! Мало того, что поманила камнем и увела от замка, так еще и закинула - аж на эту сторону Гряды, через половину Империи. Дэниел огляделся еще раз - ни души вокруг, даже коня не призвать, только кружат в небе пара воронов, да Оплот мрачно нависает, словно хочет отомстить за годы войны и разрушения.

Ослабив щиты до минимума, иерарх прикинул свой магический резерв, справился о направлении у птиц и, переметнувшись в волка - благо весовая категория позволяла - помчался прочь, огибая нищие деревеньки, к ближайшему городу у подножия Гряды.

В темном зале генералы Ордена изучали подробнейшую модель Столицы, управляемую тремя магами. В свое время настройка этой системы обошлась казне в сумасшедшую сумму, но теперь разработка была как нельзя кстати. Отцы-основатели тоже были тут.

- Сколько, вы говорите, у Оурского войск?

- Разведчики говорят о сорока-пятидесяти тысячах.

- Наемники?

- В том-то и дело, что нет. Ума не приложу, коллега, где он взял столько людей. У нас есть информаторы во всех значимых наемничьих гильдиях - ни к кому из них он не обращался.

- А княжества?

- Маловероятно, что они бы позволили своим людям воевать бок о бок с магами. И наши шпионы тоже ничего не засекли.

- Интересно. У нас под носом возникла пятидесятитысячная армия, а мы и знать не знали. У вас же есть связи при дворе Темного лорда?

- Увы, - глава разведки покачал головой, - слишком жесткая иерархия, и слишком хорошо работают его ассасины. Мы потеряли несколько классных специалистов и максимум, чего смогли добиться, - младший служка при десятом маге. Разбрасываться такими людьми, знаете ли, накладно. И последнее время наше внимание было сосредоточено на Черной гряде - по некоторым сведениям, там что-то происходит, собирается какая-то новая сила...

- Не об этом сейчас. Послезавтра Оурский будет у стен Столицы. Он атакует - я бы атаковал. Что мы можем ему противопоставить?

- За такое время мы не успеем перебросить сюда и половину наших войск. Разумеется, мы уже разослали всем приказ о сборе. Мы можем затянуть сражение? Неделя существенно склонила бы перевес в нашу пользу.

- Неделя... Боюсь, коллега, Столица не может дать нам такой роскоши, - воин обошел модель по кругу. - Обширный посад, уличные бои... Если его армия наводнит внешний город, мы ничего не сможем ему противопоставить - слишком много ходов и телепортов соединяет окраины с центром. Да и люди...

- Я отдала приказ о немедленной эвакуации людей из посада.

Что? Кто это? Ах, да, эта выскочка - ставленница Гефера. Каире. Сидит себе обычно в стороне, не вмешивается, слушает. Наверняка доносит Геферу. Доносила. Без своего покровителя она здесь не задержится. Отец-основатель хищно улыбнулся.

- Не много ли на себя берете, леди? По какому праву?..

- По праву народного представления в Совете, отец. Безопасность жителей - моя ответственность, а Столица не вместит и половины.

- Вы подрываете экономику города.

- Если ничего не сделать сейчас, то через пару дней рассуждать об экономике здесь будет уже некому. Пусть лучше эти люди уйдут, чем погибнут или встанут на сторону Оурского.

Последний довод произвел должный эффект, несколько минут все молчали, оценивая последствия.

- Итак, леди, вы гарантируете, что людей в посаде не будет.

- Совершенно верно. Периметр обороны можно держать по стене.

- У нас достаточно людей? - отец-основатель повернулся к одному из генералов.

- Не уверен. Как я уже сказал, войска в пути, но кто из них успеет...

- Поторопите их. Нам придется занять глухую оборону и мобилизовать всех магов.

- Если бы иерархи...

- Иерархи нас бросили! - он взглянул на Каире, - Или, быть может, у вас другие сведения, леди?

Девушка выдержала взгляд:

- Уважаемые мэтры не сообщают мне о своих планах.

Бесполезная курица! В твоих интересах, чтобы сообщали. Сколько раз уже Орден намекал ей, что есть информация, на которой можно неплохо заработать...

Вечером того же дня в небольшом доме в центре Столицы собралась интересная компания. Монах появился посреди комнаты буквально только что и задумчиво прохаживался, заложив руки за спину. В мягком кресле возле камина по-хозяйски расположилась Тако. Языки пламени, причудливо извиваясь, жались к ее вытянутой руке, словно ласковая кошка. За столом напротив сидела Каире, устало уперев подбородок в кулак. Возле нее спиной к окну стоял лорд Хью Эстерой, как он сам себя называл, - телохранитель и правая рука леди Каире. Черные волосы были небрежно собраны в хвост, непослушные пряди обрамляли бледное лицо, подчеркивали острые, аристократические черты. Длинный черный плащ создавал иллюзию, как будто очертания его обладателя дрожат и растворяются в пляшущих вокруг тенях.

Снаружи зашелся хриплым карканьем ворон, и Хью посторонился, пропуская гостью. Черная птица влетела в распахнутое окно и протанцевала по разложенным на столе бумагам. Каире лениво взмахнула рукой, сгоняя нарушительницу спокойствия:

- Опаздываете, леди.

Птица подскочила в воздух и приняла человеческий облик. Без тени сожаления Анна пожала плечами:

- Пришлось сделать изрядный крюк, чтобы взглянуть на этого вашего хваленого Темного лорда. Да и Столицу облететь - не раз плюнуть.

- Стареешь.

Тако повернулась к говорящим, нехотя высвобождая руку из объятий пламени:

- Все уже видели Темного лорда, кроме меня.

- Во-первых, не все, - Каире откинулась на спинку кресла, - а во-вторых, ты знаешь, что сейчас твое вмешательство может его спугнуть. Мы не знаем, насколько он чувствителен.

- И осторожен.

- Да уж осторожности ему не занимать. Человек десять лет ждал подходящего момента.

- Думаешь, его надо втянуть в настоящую войну?

- Обязательно. Иначе чуть что - и он снова затаится. Кроме того, нужно немного проредить его войска.

Монах задумчиво уперся спиной в стену:

- Сколько воинов выставит Орден?

- Полководцы говорят о двадцати тысячах, - Каире грустно усмехнулась, - реально, думаю, тысяч десять. И полторы тысячи магов.

- У Оурского пятьдесят. А Круг устранился?

- Круг благоразумно решил, что есть дела поважнее драки за кленовую корону.

- Он сметет Орден.

- Он этого не сделает, Алекс. Мы не позволим.

- Драться в одиночку против войск Оурского?

- Вроде того. Ваша сила сейчас уже не меньше, чем у иерархов. И потом, главное сдержать первый натиск.

- А посад? Он, мягко говоря, мешает.

Каире повернулась к Эстерою:

- Как идет эвакуация?

- Мы почти закончили. Последние обозы на север ушли еще до заката, в городе остаются те, кого приютили за стенами. Гильдии услышали наши аргументы и сработали очень хорошо. Люди помнят атаку Темного лорда десять лет назад. К утру посад будет пуст - мои люди проследят за этим.

- А потом мы сожжем посад, - пламя в камине чуть взметнулось, словно отвечая на слова Каире. - Мы выиграем один день и, что немаловажно, еще одну ночь.

- Тесса успеет?

- Она обещала мне яблоневый сад. Должна успеть. Сейчас она приглядывает за тем парнишкой, а потом тоже, наверное, захочет взглянуть на будущего императора. Но время пока есть.

Кнут вернулся из разведывательной поездки весьма задумчивым. Продолжая хмурить брови он медленно слез с коня, передал поводья подбежавшему солдату и так же медленно направился в палатку Темного лорда. Занимался рассвет.

В последний день неизвестные маги, наконец, отстали, и войска сделали неплохой марш. В вечерних сумерках они подошли достаточно близко, чтобы различить огни Столицы, и разбили лагерь. Сейчас же, под магическими щитами пятидесятитысячная армия просыпалась, готовясь к последнему, самому важному броску. Внесет ли ночная разведка коррективы в сегодняшний день?

- Ну? - Темный лорд, естественно, был уже на ногах и нетерпеливо прохаживался вокруг стола с трубкой в руках. Время от времени он стряхивал пепел, не замечая, что отдельные хлопья, подхваченные потоком воздуха, благополучно оседают на полах его серого походного плаща.

- Лорд, - Кнут склонил голову, - я обошел весь город вдоль городской стены.

- И?

- Посад пуст. Ни людей, ни скота, ни сколь-нибудь ценного скарба. Они покинули город, и у них было достаточно времени на сборы.

- Значит, донесли... значит, оповестили. Что ж, сделанного не вернешь.

Вильям Оурский задумался. С одной стороны, город - вот он, заходи в посад, открывай порталы, и ты в Столице. С другой стороны, очень уж похоже на ловушку. Люди могли бы стать живым щитом, а теперь его войска при подходе будут открыты для атаки. Опасно. Но что поделать... Тем более, он уже получил весточку из города - Орден не успел собрать войска. Если ударить всей массой...

- Готовьтесь к атаке. Теурис, - маг тотчас появился рядом, - организуйте магический корпус. Нам понадобится максимум защиты на подходе к стенам и мощный удар, чтобы попасть внутрь.

- Да, лорд.

Не прошло и часа, как войско в полной готовности развернулось перед городом. Для того только, чтобы увидеть как тут и там дома столичного посада вспыхивают, словно бумажные фонарики. Яркое пламя, пожирая целые улицы, разрасталось, непроходимым кольцом опоясывая городские стены.

- Теурис? - короткий кивок был красноречивее любых слов.

- Они подожгли город... - маг охнул, еще не до конца веря своим глазам, послал вперед заклинание, - это не иллюзия, они правда подожгли город.

Огонь поднимался все выше, пелена дыма оттеняла пламя, делая его особенно ярким. Маг сосредоточился на потоках стихий:

- У огня нет магической составляющей. Хм. А вот поток ветра они, похоже, контролируют. И щит над городом стоит, да.

- Вы можете это прекратить?

- Не думаю, - Теурис наклонил голову на бок, - нет, точно нет. Огонь слишком силен, чтобы его можно было подчинить магией. Даже если мы используем весь доступный резерв - вряд ли, а войска останутся без магической поддержки.

Оурский запустил пальцы в волосы, задумался, достал, наконец, свою любимую трубку.

- Командуйте отбой, господа. А вы, Теурис, наблюдайте и подумайте, что еще тут можно сделать.

Второй отец-основатель поднялся на смотровую башню и остановился, переводя дух. Все-таки есть некоторое неудобство в активации городского щита: чтобы избежать перерасхода силы приходится отказываться от некоторых бытовых заклинаний. А он уже так немолод, чтобы бегать по ступеням, да и колени побаливают...

На площадке обнаружилась Каире - опершись о стену, она смотрела куда-то вдаль, где за полосой огня и дыма должны были стоять люди Темного лорда. Пассивная магическая защита стен тускло переливалась силовым полем и слегка плыла под порывами ветра. Для экономии силы купол был разомкнут, и в город сверху затекали потоки свежего воздуха - таким образом ветер везде дул из Столицы, и дым не причинял особого беспокойства.

- Леди, что здесь происходит?

- Посад горит, - Каире отозвалась как-то безучастно, и даже не обернулась.

- Я еще не ослеп. Кто поджег? Кто приказал, тоже вы?

- Ай, отец, да какая сейчас разница, - девушка все-таки отвела взгляд от горизонта, - пока две армии разделены кольцом огня, битвы не будет.

- Это демоново кольцо огня выжигает магический резерв города.

Каире пожала плечами, словно ее это и не волновало.

- Что будет, если щит спадет? Мы или сгорим, или задохнемся. Или сдадимся на милость Темного лорда.

- Вы слишком рано паникуете, отец. Щита хватит на несколько дней, а пламя опадет уже к вечеру.

- Откуда у вас такие сведения?

- О щите или о пламени? У меня свои источники.

- Вы в них уверены?

- Вполне. Сегодня битвы не будет, люди могут отдыхать. Да и потом, надеюсь, что мы обойдемся одними луками, - девушка отвернулась, давая понять, что разговор исчерпан. Однако, какая наглость!

Второй отец-основатель еще некоторое время постоял на башне, вслушиваясь в магические потоки, пронизывающие город. Только теперь он по-настоящему понял всю опасную силу клятвы, которую дают старейшины Ордена: у Столицы нет никакого своего магического резерва, это ложь, сказки для простых людей. Для подпитки щита город - этот наглый проклятый город - медленно и настойчиво тянул силу из Ордена. Из каждого, кто поклялся ценой жизни защищать эти бесполезные стены, и его собственного, такими трудами созданного магического резерва. А эта девчонка - эта глупая курица, которая и в страшном сне представить не может, как все устроено, - она так спокойно утверждает, что резерва будет достаточно. Да если расход продлится до вечера, он потеряет добрую половину силы. А магистры Ордена - не иерархи, им негде взять источник для восстановления. И не потому ли сами иерархи предпочли исчезнуть, что они тоже связаны клятвой с городом?.. Последняя мысль показалась отцу-основателю перспективной, и он, улыбнувшись, пошел, наконец, прочь, чуть не столкнувшись на выходе из башни с каким-то странствующим проповедником.

Монах не стал тратить время на подсчет ступенек и, едва закрыв за собой дверь, переместился наверх.

- Привет! Не устала?

Каире обернулась.

- Нет, я в порядке. Просто маги что-то делают, там, я не вижу, а он не рассказывает, только смеется.

- Он?

- Огонь.

- А.

- Видел второго отца?

- Это был он внизу? Интересно. Задумчивый он был какой-то.

- Как у него с резервом?

- Расход неслабый. Зачем они сделали такую систему? Ведь, насколько я понимаю, огонь городу не угрожает.

- Город не понимает. Это очень старая разработка, тогда это, наверное, было оправданно. И удачно сложилось. Орден будет потом еще неделю восстанавливать резерв.

- Если не больше. Наиболее слабые останутся без магии уже во второй половине дня. Орден должен это понимать.

- Он и понимает. И очень злится. Пришлось отвлечь его - но как же я не люблю переносить их гнев на себя. Хорошо хоть, его заняла другая мысль.

- Что на этот раз?

- Якобы иерархи тоже боятся оттока силы.

- Это правда?

- Нет, они не давали клятву, у них другие развлечения. У тебя какие новости?

- Я прошелся по городу, посмотрел орденских магов. Был на стене.

- Понравилось?

- Жарковато, - оба кивнули шутке. - А стена добротная, хоть и подточена изрядно. Низковата, конечно, нельзя Темного лорда вплотную подпускать.

- Придется работать быстро, но тем лучше - меньше будет жертв.

- Я все же не понимаю. Ты вроде бы и хочешь битвы, и одновременно - нет.

- Мне самой это трудно понять. Хью говорит, что это нормально, но ты знаешь его логику, он тот еще псих. Что Анна?

- Умчалась с утра пораньше, говорит, хочет встретить Тессу, беспокоится.

- Мы продержим огонь до вечера, пусть они будут готовы подхватить дежурство с наступлением сумерек.

- Хорошо.

Полдня прошло, а кольцо огня и не думало опадать. Темный лорд Вильям Оурский разглядывал Столицу в подзорную трубу, но толку от этого было немного: дрожащий от жара воздух смазывал все очертания.

- Как прикажете это понимать, Теурис?

- Что именно, лорд?

- Если я хоть что-то понимаю в пожарах, посад уже должен был выгореть дотла.

- У города есть магическая защита - возможно, она сдерживает огонь.

- Возможно... Вы пробовали его потушить?

- Увы, пламя слишком сильное. Нашего потенциала не хватает даже на частичное подчинение. Мы пытались вызвать дождь, но, опять же, сила несопоставима. Наконец, мы пробовали переманить огонь на обозы, на лес... И не смогли. Его как будто что-то держит.

- Та самая магия без магии?

- Это может быть одним из объяснений, лорд.

Паршиво.

- Так и когда, по-вашему, пламя погаснет?

- У меня нет ответа на этот вопрос, лорд, - маг словно внутренне сжался, последние слова он произнес почти шепотом.

Оурский помолчал. Это ксаргово пламя спутало все планы... Все остатки планов. Как - как, демоны побери, - удалось Ордену организовать такую защиту? Что за неведомая магия, о которой не докладывал ни один из шпионов? Если бы у Ордена были такие разработки - ох, не смогли бы их утаить от верных псов Темного лорда... Но что же тогда получается? Жаль, но похоже единственный способ узнать, что происходит - это активировать тайный канал связи. И сдать такого ценного агента. Очень жаль.

К вечеру пламя, окружающее город, все же исчезло. Ветер гнал серую пыль по раскаленной земле, стирая последнюю память о некогда обширном внешнем городе, окружавшем Столицу. Почерневшие от копоти стены, впервые за многие десятилетия представшие окружающему миру во всей своей первобытной наготе, угрюмо ощерились короткими, редкими башнями, словно полустертыми клыками.

Новости из Столицы оказались совершенно невероятными. Агент сообщил, что Орден не создавал огонь. Что Орден в смятении. Что Орден считает, будто бы огонь - дело рук магов Оурского. И что уж совсем удивительно - город для защиты от огня выжигает магический резерв всех старших орденцев. Что очень хорошо, что активация камня переноса почти не требует магических сил - у самого агента резерва почти не осталось...

Да уж, это стоящая информация. И перенос в подземелья в замке Темного лорда хоть и не доставит удовольствия, но спасет жизнь верному человеку. Значит, Орден тоже ничего не понимает. Интересно.

Массивные ворота Столицы открылись, выпуская наружу семь всадников. Пятеро остались наблюдать, двое неспеша двинулись в сторону расположившейся перед городом армии. Парламентеры? Герб - золотой дракон, соединяющий черное и белое, - был Оурскому незнаком.

- Маги? - Темный лорд повернулся к Теурису.

- Не похоже.

- Настрой ментальную связь и пошли вперед того, кто будет говорить за нас. Идем, - через минуту он скрылся в своей палатке.

На нейтральной земле двоих всадников встретил маг. Небольшое знамя с вышитой на нем головой собаки угрожающе хлопало на ветру. Человек явно не привык быть знаменосцем, и вырывающееся из рук древко доставляло ему неудобство.

- От имени лорда Вильяма Оурского приветствую вас.

- Мое почтение лорду Вильяму, - Каире почти промурлыкала эти слова, - однако же передайте лорду, уважаемый, что я рассчитываю на личную встречу.

- С кем имею честь?

- Леди Каире Дрейк, к вашим услугам.

В своей палатке Темный лорд напряженно вглядывался в магическое изображение. Так вот как выглядит советник иерархов. В седле держится уверенно, говорит спокойно. Она маг? Нет, нисколько. Чем таким мог зацепить великих магов простой нейтрал? А этот ее спутник... В неверном сумеречном свете, отступив в тень Каире, он сам казался не более чем тенью. И тоже не маг.

- Вы можете сообщить мне все, как если бы говорили с лордом лично. Магическая связь настроена и работает.

- Никоим образом не хочу вас обидеть, уважаемый, но есть слова, не предназначенные для чужих ушей. Да и магическая связь может быть ненадежна.

Почему она хочет личной встречи? Кто она - ассасин? Или ее спутник? Тем временем, маг-парламентер начинал нервничать: словно задавшись теми же вопросами, он переводил взгляд с леди на ее спутника, рассеянно скользил глазами по лошадиным мордам, переминался с ноги на ногу. Холодный осенний ветер и начинаюшийся мелкий дождь не способствовали комфорту, да... А всадники даже не спешились, так и нависают, давят психологически. Так дело не пойдет.

- Теурис, ты в состоянии обеспечить безопасность?

Старый маг почувствовал, как вмиг вспотели ладони.

- Если только они не из тех...

- Как Монах? Да, но он все же не нападал - значит, они не заинтересованы в моем уничтожении.

- В остальном я все подготовлю, лорд.

- Спасибо.

После затянувшейся паузы маг кивнул всадникам:

- Лорд готов принять вас в своей палатке, леди.

Сорвавшийся с его руки огонек поплыл в воздухе, указывая путь, и двое тронули коней, направляясь следом.

За их спиной маг устало отер со лба холодный пот и всем весом оперся о знамя. Руки дрожали от напряжения, и как хорошо, что эти двое не заметили в сумерках его вздоха облегчения, когда он создавал светящийся маяк. Постояв еще немного, маг переместился в расположение своего отряда.

Перед палаткой Оурского всадники соскочили с коней, и Каире, бросив поводья своему спутнику, шагнула внутрь:

- Лорд Вильям.

- Леди Каире.

Девушка остановилась у входа, скользнула взглядом по магу, но больше вниманием его не удостоила, разглядывая обстановку. А посмотреть здесь было на что. Поперек просторного, хорошо освещенного помещения стоял стол, на котором все еще были разложены карты - Столица с посадом, внутренний город, императорский двор... Ну-ну. На походных сундуках были свалены несколько книг в потемневших от времени переплетах. Интересно, что за книги он таскает с собой на войну?

Вильям Оурский с магом встречали гостью стоя, расположившись максимально далеко от входа. Магический щит, окружавший их, был чуть ли не материален.

Каире обхватила локти, показывая Оурскому, что безоружна. Стиснув зубы, Темный лорд достал руки из карманов и скрестил их на груди:

- Ради чего вы решили подвергнуть свою жизнь опасности, леди?

- Некоторая доля риска есть, но все же я надеюсь на вашу порядочность, лорд, - да-да, и запасные варианты у меня тоже есть, и кто как не Вильям Оурский должен это понимать. - Вы ведь тоже решили рискнуть?

- Признаюсь, мне интересно услышать, что может мне предложить Орден в качестве условий мира.

- Орден не предложит вам мир - и вы не хуже других это понимаете.

- Тогда зачем вы здесь?

Каире едва заметно выпрямилась, чуть наклонила голову набок:

- Я здесь не по поручению Ордена.

- Круг?

- Нет. Вы, вероятно, уже догадались, что кольцо огня вокруг города - не дело рук известных вам магов.

Теурис нервно сглотнул. Кажется, подтверждаются его худшие опасения.

- У меня есть кое-какая информация о настроениях в Ордене.

- Тогда вы меня поймете. Помимо Ордена есть некоторые силы, готовые защищать город. Силы, сражаться против которых... Скажем так, неэффективно. Я готова предложить вам альтернативу.

- М? - Темный лорд изогнул бровь.

- Вы разворачиваете войска и уходите. На следующий день получите подробные инструкции, что делать дальше. Через пару месяцев вернетесь героем и хозяином города, и никакой Орден не встанет у вас на пути.

- А ваша роль во всем этом?

- Скромное место вашего тайного советника, лорд, когда все закончится. Думаю, вы заметили, что я редко вмешиваюсь в политику.

На кого играет эта серая мышка? Какие козыри найдутся у нее в рукаве? И неужели она думает, что сможет переиграть самого Оурского? Да она ему в дочери годится. На последней мысли Темный лорд лишь невероятным усилием воли удержал уголки губ в легкой вежливой полуулыбке. Не время сейчас думать о семье.

- Не много ли на себя берете, леди?

Каире пожала плечами:

- Мир меняется. Если уж переписывать историю, то когда, как не сейчас - в дни перемен? Вы ведь тоже неспроста выбрали это время для атаки? Разгар осени, когда день становится меньше ночи, дожди делают дороги непроходимыми, ночные заморозки... Со стороны такой выбор выглядит - мягко говоря - странным.

Оурский потер подбородок. Интересные вопросы задает эта откуда-она-взялась-леди. Что ей можно сказать, а чего нельзя? И сколько слов она прочитает между строк?

- Видите ли, леди Каире, как вы правильно заметили, в мире происходят некоторые перемены. Допустим, некто в том или ином виде имел возможность эти перемены предугадать. Оставим вопрос, чем я воздам этой информированной личности. Так или иначе, момент похода связывался с определенными событиями, и подготовка велась... Вы же заметили, что Круг в полном составе удалился для решения своих дел, - собеседница едва заметно кивнула, - кое-что было поставлено в зависимость от устранения иерарха.

Пальцы Каире едва заметно сжались - ага, еще бы, речь идет о твоем покровителе, девочка. Интересно, она играет ва-банк и пришла сюда потому, что в Круге и Ордене ей терять уже нечего? Оурский продолжал:

- Ничего удивительного, что на месте старой силы в ее отсутствие возникает нечто новое. Но что самое приятное - вакуум образуется не только в магическом мире, но и в политике. И тут я не намерен упустить свой шанс. Что же касается вашего предложения - я никому не позволю вмешиваться в мою игру, и уж точно я не потерплю вмешательства в дела суда и армии.

Повинуясь внезапной мысли, Темный лорд прошагал к сундуку, заставив мага разве что не поседеть от ужаса, и поднял одну из книг:

- Позвольте сделать вам небольшой подарок, - изогнутая бровь подтвердила, что такой жест стал сюрпризом. Повинуясь жесту Теуриса, книга неспеша проплыла в руки Каире. - Это один старый свод законов, из которого я временами черпаю вдохновение. Говорят, составивший его человек был гением. Возможно, и вы найдете для себя несколько новых идей.

Слушая Оурского, девушка рассеянно пролистала пожелтевшие страницы, захлопнула книгу:

- Мое условие: я вмешиваюсь тогда, когда считаю нужным, и во что считаю нужным. Благодарю за подарок, лорд. Мое предложение остается в силе.

- Увы, леди, завтра я и так стану хозяином Столицы. Без вашей помощи.

- Попытайтесь. И все же решите для себя, в какой ситуации вы будете готовы принять мои условия. Спокойной ночи, лорд.

Каире вышла из палатки, помахивая книгой, сунула ее Эстерою и вслед за ним вскочила в седло. Под прикрытием темноты двое всадников, пустив коней легкой рысью, беспрепятственно покинули лагерь.

- Осмотрелся? - Каире заговорила лишь когда полпути до города были позади.

- Вполне. Не уверен, что ночи хватит, чтобы обойти всех, но спать мы им определенно не дадим.

- Действуйте. И на всякий случай держитесь подальше от магов. Ими займется Монах.

- Разумеется. Как ты пообщалась с лордом? Я чувствовал страх.

- Это маг. Я и не думала, что можно так бояться неизвестного. А лорд держался неплохо. Мы поболтали ни о чем, я озвучила свое предложение.

- Он, конечно, отказался?

- Он не согласился. Но я и не ждала. Зато он подарил мне книгу.

- Что?

- Старый свод законов, я видела что-то подобное в библиотеке Тако. Возможно, он решил, что книга - отличный артефакт, чтобы следить за мной. Но она же приведет нас к нему в следующий раз.

- Надо попросить Монаха посмотреть заклинание. Может такое быть, что он использует книги для связи со своими агентами в Столице?

- Вполне. Хорошая идея, кстати. Как думаешь, кто его загадочный информатор, предсказавший перемены?

- Не ты?

- Не я. Потому и спрашиваю.

- Тогда Оракул.

- Хм. У него есть шпионы в королевствах?

- Наверняка. Да эта информация сама нашла его - если миру так было нужно.

Часть 3. Ход вероятностей

Хочешь рассмешить богов - расскажи им о своих планах. После ухода леди Каире в мире словно что-то изменилось, в воздухе повисло напряженное ожидание. Оурский несколько раз прошелся из одного угла палатки в другой, остановился у стола, закурил трубку, но паршивое чувство, словно что-то пошло не так, никуда не делось.

- Как думаешь, Теурис, она и правда что-то может?

Маг отсиживался на стуле, восстанавливая силы и душевное равновесие.

- Я многое слышал о советнице иерархов, но ничего значительного. Ее роль - что в Круге, что в Совете - минимальна. И Гефер...

- Все это я знаю. Но на кого она играет? И представляет ли для нас опасность?

- А что вы сами думаете, лорд?

Оурский помолчал.

- Вряд ли она пришла по поручению Ордена - эти крысы прислали бы кого попроще и сказали бы все прямо там, - он мотнул головой, - на нейтральной территории. Круг действительно решил не вмешиваться, так что это и не их инициатива. Если с устранением Гефера леди лишилась поддержки... О прямых конфликтах мне не докладывали, но и союзников у нее особо не было...

- Не проще ли договориться с другим иерархом или заручиться поддержкой одного из магистров?

- Никто не сказал, что она этого не сделала. Хотя да, чтобы придти сюда, нужно иметь чуть больше, чем смазливое личико.

- Ну она не красавица. И это ее предложение...

- Выглядит странно. Она могла пообещать договориться с Орденом, а вместо этого отрицает связь... Но каким образом тогда она сдаст мне город? И зачем это все вообще, если я могу взять город и так?

- Если только она не из этих...

- Магов без магии? Есть такая опасность. И мы до сих пор не понимаем ни их мотивов, ни предела силы... Вопросы, вопросы...

Теурис давно ушел, магическое освещение почти погасло, а Темный лорд все по-прежнему стоял над столом, погруженный в размышления. Так его и застала ночная тревога.

Военный рог затрубил пронзительно и жалобно, разрывая ночную тишину, и почти сразу смолк. Затем затрубил снова, уже немного в стороне. Оурский привычным движением выхватил меч. Магические огни вспыхнули в полную силу, сразу пятеро магов переместились к Темному лорду, на ходу активируя все возможные щиты.

- Что происходит?

- Нас атаковали, похоже, ассасины. Кто-то убивает генералов, но темнота...

Держа меч наготове, Оурский вышел наружу, маги последовали за ним, гоня вокруг шары света. Шел дождь. Капли горели в свете огней и факелов, заволакивая все вокруг желтым туманом.

- Ни пса не видно, - Оурский выругался, почти физически ощущая, что стоит сейчас в кольце света, видимый со всех сторон. - Что вы тут столпились? Зажечь огни по всему лагерю! Быстро. Чтобы ни единой тени не осталось, где могут укрыться ассасины. Ступайте, все!

- Как же ваша безопасность, лорд, - Теурис с сомнением огляделся.

- Включи мозги. Они не убили меня раньше, хотя могли - наверное, я им нужен. И я смогу постоять за себя, - он развернулся, возвращаясь в палатку, - доложишь о результатах.

Суматоха продолжалась недолго. Несколько раз звуки голосов прокатывались через весь лагерь, вероятно, следуя за неизвестными убийцами, но, наконец, затихли. Маг снова возник возле Оурского.

- Ну?

- Ничего. Он - они, если их было несколько, - смогли уйти.

- Зачем я только плачу вам жалованье? И каковы потери?

- Армия лишилась почти четверти генералов. Убийцы действовали быстро и слаженно, не трогали магов - иначе мы заметили бы их раньше. Командиры, ночевавшие в общих палатках с солдатами, тоже почти все уцелели. Несколько средних магов, видимо, попались на пути при отходе.

- И не смогли защититься?

- Увы.

- Печально.

Спокойной ночи, - сказала эта с... Оурский опустошил прогоревшую трубку, наполнил ее новым табаком. Теперь нужно успокоить солдат, показаться перед всеми, переназначить генералов и дать людям отдохнуть. Самому ему, по-видимому, спать сегодня не придется.

Когда небо, наконец, начало светлеть, и пелена дождя из сизой стала превращаться в молочно-серую, пятидесятитысячная армия Темного лорда была готова к атаке. Если бы городские наблюдатели имели возможность увидеть все своими глазами, они бы, наверное, даже не заметили, что построения происходят чуть менее слаженно и чуть медленнее, чем следует. К сожалению, или для кого-то к счастью, дождь надежно скрывал друг от друга город и войска.

Леди Каире снова была на дозорной башне, изучая невидимый глазу горизонт. Зачарованный плащ отталкивал капли воды, но уютнее от этого не становилось. И снова на башню поднялся второй отец-основатель.

- Что на этот раз, леди?

- Дождь.

- И? Чьих рук это дело, по-вашему?

Каире пожала плечами:

- Иногда дождь - это просто дождь, уважаемый. Тем более осенью. Простите, мне надо идти.

- Я прикажу отправить отряды вперед.

- У них не будет ни единого шанса. Вас запомнят как предателя, сдавшего город.

- И что же вы предлагаете?

- Защищать стену.

- У нас не хватит лучников на всю стену.

- Что поделать. Расставьте приоритеты. Вряд ли он возьмет город в кольцо.

- Под покровом дождя...

- Ваши маги-разведчики потеряли квалификацию? Простите еще раз, отец, но мне и правда нужно уйти.

В небольшой комнате Каире ждали двое. Лорд Хью Эстерой откинулся в кресле с бокалом красного вина и улыбался каким-то своим мыслям - возможно, переживая в памяти свое ночное приключение. Алекс-Монах был, напротив, задумчив и немного напряжен. Оба поднялись при виде Каире.

- Какие новости? Хорошо прогулялся, Хью?

- Отлично. Хотел как раз сказать, что рядом с Оурским постоянно крутится один маг.

Монах кивнул:

- Знаю, о ком речь.

- Так вот. Его обязательно нужно убрать. Место первого советника должно достаться нам.

- Согласна. Что еще?

- Тесса говорит, что птичка нашла нашу пропажу.

- Того паренька? Где?

- Да. И тебе не понравится. В армии княжеств - на самой нашей границе.

- Они должны были собраться только через месяц.

- Похоже, их информаторы сработали на опережение. Бег времени ускоряется.

- А мы не успеваем просчитать перемены. Что ж, придется играть по старому плану. Заканчиваем сегодня с осадой Столицы, и отправляем всех встречать гостей. Зато не придется думать, чем занять Оурского на ближайший месяц.

- Пора начинать?

Монах прислушался к одному ему понятным движениям силы:

- Они развернули войска, но не торопятся, идут осторожно.

- Анна и Тесса на месте?

- Да. От них, надеюсь, ничего больше не потребуется.

- Надеюсь. Разве только распугать коней, когда они будут достаточно близко.

- Тогда я пошел?

- Будь осторожен, Алекс. Стена и маги. Дай нам хотя бы полчаса.

- Я понял. Жди моего сигнала, Хью. Я замечу, когда они соберутся обходить Столицу.

Войско приближалось к городу с угрюмой решимостью. Стены и магический щит отрезали Столицу от внешнего мира, но это ненадолго. Главное - прорваться внутрь, а дальше - по известным адресам их уже ждут готовые порталы к императорскому замку. Активировать их - дело пары минут.

Оурский вместе с Теурисом напряженно вглядывался в горизонт. Вот в пелене дождя начинают проявляться очертания стен... На пути основного войска, прямо посередине, возникла одинокая фигура. Странствующий проповедник воздел руки к небу, да так и замер.

- Мой лорд, это... - Теурис побледнел.

- Я понял, - демоны бездны! Крон, Ксарг и все им подобные! Оурский привстал в стременах. - Отступать некуда, да и поздно. Командуйте атаку, разделим воинов. Пусть фланги обойдут его по широкой дуге, ударим по городу с двух сторон. Центральные - пускай тоже расступятся. Пару конных сотен на полном ходу пустить прямо. Орудия ему не подставлять. Мы пойдем к западным воротам - все лучники собрались здесь - и постараемся войти тихо, нам откроют. Восточный фланг затем пусть смещается обратно к центру, к воротам, западный будет атаковать стену и прикроет нас в случае чего. Опять же, успеет к западным воротам.

Теурис кивнул в знак того, что принял распоряжения, и прикрыл глаза, передавая слова лорда всему магическому корпусу. Эх, - Вильям Оурский с завистью смотрел на мага, - был бы он сам маг, обладал бы хоть частью той силы, что доступна уважаемым, - насколько проще было бы координировать сейчас армию...

Всадники неслись вперед. Тяжелые кони, закованные в броню не хуже людей, вот-вот сметут, затопчут беззащитного человека. Беги, глупец! А он все стоит, воздев руки и подняв лицо к небу, только что это - словно белесый ореол окутывает его фигуру, словно смерч зарождается на том месте, где он стоит... Магия? Не похоже. Поздно гадать, еще мгновенье - ... Монах резко, с усилием, опускает руки. Поток из воды и воздуха обрушивается на врага, расшвыривая коней словно осенние листья. Еще раз, и еще...

В составе западного фланга Оурский только грустно качает головой. Что это за сила такая, что позволяет раскидывать все вокруг одним движением руки? Магия без магии... Неужели такова новая реальность? Что он - даже не маг - сможет ей противопоставить? Он еще раз пришпорил коня. Там, где нельзя победить силой, можно выиграть хитростью. Небольшой отряд во главе с Темным лордом отделился от основных сил и под прикрытием дождя по широкой дуге направился к западным воротам.

Еще вчера здесь был огромный посад, доходивший до самого леса. Стена здесь была чуть ниже и местами даже обрушилась, ворота до этого дня никогда не запирались. Лучников на стене здесь не было: у Ордена не так много воинов, чтобы растянуть их по всей стене. Против атаки с запада у города был один весомый аргумент: довольно крутой склон холма и гребенка прямых улиц, спускающихся к воротам, превращающих любого нежелательного гостя в удобную мишень. Только Оурский не пойдет по улицам. Почти у самых ворот, всего лишь чуть в стороне, жмется к стене всеми забытая караульная изба. Именно там будет ждать его портал. Лишь бы ворота были открыты. А впрочем, даже если и нет - они прорвутся. Просто тогда их заметят... Дождь усиливался.

Вот только... На месте огромного западного посада, там, где не может быть ничего, кроме пепелища, стоял лес. Он словно обрадовался возможности поквитаться с городом и за одну ночь шагнул прямо к городским стенам. Точнее даже не лес - перед Оурским стоял бескрайний яблоневый сад. Деревья, которым просто неоткуда было тут взяться, склоняли к земле ветви со спелыми, красными и желтыми плодами.

- Это что?

Теурис покачал головой:

- Магической составляющей нет, но...

- Пойдём по краю, в лес не заходить, всем быть начеку.

Скоро стало понятно, что по краю сада до ворот не добраться. Дождь лил не переставая, мешая оценить расстояния. Словно почувствовав его неуверенность, кони - отлично вышколенные боевые кони - вдруг остановились, встали как вкопанные. Вдобавок где-то позади зашелся хриплым карканьем ворон...

Монах переместился на стену, оставив нападающим штурм, а Ордену - оборону. Переведя дыхание, он окинул взглядом пространство перед городом. Маги. Светящимися точками в пелене дождя он видел каждого, кто имел запас силы. Серебряными и золотыми нитями сверкали для него заклинания, сплетаясь в причудливые узоры и топорщась во все стороны рваными концами и огрехами. Подарок богов и жестокое наказание - видеть потоки силы, пронизывающие пространство, физически ощущать боль от плохо сплетенного заклятья. Монах вздохнул. Яркая точка отделилась от западного фланга, двинулась к воротам и через некоторое время замерла - Теурис. Значит, пора действовать. В руке Монаха появился кинжал, он сделал несколько замахов, чтобы приноровиться к оружию, и шагнул вперед, переносясь на поле боя.

Это могло бы быть похоже на прогулку. Пара шагов - телепорт - удар кинжалом - и, не оборачиваясь, снова пара шагов, пока бездыханное тело падает на мокрую траву, и снова телепорт.

Теурис вдруг побледнел, глядя на Оурского расширившимися глазами.

- Кто-то... убивает... магов... - на последнем слове в его голосе все-таки проявилась паника. Он огляделся, словно ища защиты, и с какой-то кривой, вымученной улыбкой исчез в мерцании экстренного телепорта, - простите, лорд.

Оурский скрипнул зубами. Это что же такое могло произойти, что бы заставило самого верного мага бросить всё? Еще и кони тут - он в отчаянии ударил коня пятками в бока, но тот лишь жалобно фыркнул, не двигаясь с места. И дождь. Этот демонами проклятый дождь, из-за которого уже совсем ничего не видно вокруг.

Теурис возник в стороне от места битвы, в центре небольшого холма. Другие маги тоже были здесь - все, кто еще остался жив и у кого было достаточно сил, чтобы справиться с артефактом телепорта. Они замерли, напряженно следя друг за другом - рядом с кем появится таинственный убийца?

Монах не заставил себя ждать, окликнул их с небольшого расстояния. Вот он стоит, держа перед собой окровавленный кинжал, и улыбается их беспомощности.

- Полагаю, здесь собрались лучшие? Приветствую, уважаемые.

Ответом ему было молчание и блеск магических щитов. Такие, наверное, смог бы увидеть и абсолютный нейтрал, а уж Монаху нестерпимо хотелось зажмуриться.

- Вы все умные люди, и вас, верно, интересует вопрос - зачем? Хм. Скажем так, для убедительности, - он переместился на несколько шагов в сторону. - То, что кто-то уже умер, в то время как вы еще живы - чистая случайность. Которую мы, кстати, можем легко исправить, - он снова переместился, оказавшись совсем рядом с Теурисом, наклонился к его уху, - Верно?

Маг вздрогнул от неожиданности, повернул голову, но Монах уже снова был на почтительном расстоянии.

- Мне почему-то кажется, что в ваши планы не входило оставить свои жизни на этой войне. Чьи-то чужие - да, пусть, но не свои. Поэтому я предложу вам альтернативу.

Монах улыбнулся. Тонкая сеть магической ловушки медленно ползла по земле к его ногам. Неплохая вязь...

- Так вот, я могу спрятать вас в Империи так, что не только Оурский - иерархи не отыщут. И вы будете жить, просто жить, следить за храмами, учить детей, совершенствовать свою магию.

За миг до активации ловушки Монах снова переместился. Из земли в облака устремилась белесая молния.

- Неплохая попытка, - он возник позади одного из магов, ткнул его ладонью в спину, - первое предупреждение. Всем. Второго не будет.

- Итак, - он снова был на безопасном расстоянии, - делайте выбор, уважаемые. Недалеко от Темного леса есть небольшое озерцо, Ксион. Жду вас на южном берегу, - и исчез, оставив на своем месте перманентный портал. Когда только он успел его создать? Любому из присутствующих понадобилось бы не менее часа.

Теурис почувствовал, как все взгляды устремились на него. А он не в силах оторвать глаз от земли. Тихо, едва слышно, прошептал:

- Здесь я не вправе вам приказывать. Я, Теурис, отказываюсь от полномочий главы магического корпуса.

Снова повисла тишина.

- Что это за сила такая?

- Увы, - Теурис покачал головой, - на этот вопрос у меня нет ответа. Как и зачем ему понадобились мы.

Маги молчали, принимая, возможно, самое важное решение в жизни. Наконец, один за другим, они начали исчезать в сиянии портала. Теурис с грустью смотрел на происходящее. Тысячи вопросов проносились в голове, но ни на один он не мог найти ответа. Из оцепенения его вывел далекий ментальный клич - Оурский созывал магов. Эх, лорд, похоже, в чем-то вы все-таки просчитались. Маг вздохнул и шагнул в портал.

Западные ворота жалобно скрипнули и отворились, выпуская из города пятерку всадников на пепельно-серых конях. Дождь с радостью поглотил их, промочив до нитки, но, кажется, это не доставило всадникам неудобства. Пустив коней бодрой рысью, они уверенно двинулись вперед и чуть в сторону, туда, где на краю яблоневого сада застрял Вильям Оурский.

Перемена пейзажа - с посадских улиц на обширный сад - их словно даже не удивила. Лорд Эстерой - а именно он был во главе небольшого отряда - полуприкрыл глаза и глубоко вздохнул, погружаясь в мир звуков и запахов. "Лорд Вильям Оурский," - медленно повторил он про себя, чувствуя, как во рту появляется приятный металлический привкус крови. Впрочем, надо держать себя в руках. Эстерой наклонился и достал из седельного мешка книгу в потрепанном переплете. Страницы тут же покоробились от воды, но его это не заботило. Пусть вещь выведет его к своему хозяину.

Убедившись, что лошади не сделают больше ни шага, Вильям Оурский приказал спешиться. Демоновы маги! Он ударил коня кулаком в бок, но легче не стало. Ладно, активировать портал он сможет и сам, кое-что есть в запасе. А значит, нужно пробираться к воротам - еще не все потеряно. Обнажив меч и приказав воинам держаться как можно ближе, он пошел в сторону города. Лошадей оставили позади.

Шли, впрочем, недолго. С каким-то шорохом в пелене дождя мелькнула серая тень всадника - и тут же скрылась за деревьями. Еще одна тень появилась с другой стороны, затем еще, и еще одна. Сколько их? Капюшон зачарованного от дождя плаща закрывал обзор, и Оурский стянул его назад. Бесполезно: потоки воды потекли по лицу, заливая глаза. Слишком сильный дождь для осени, - мелькнуло в голове. Шорох копыт послышался сзади. Повинуясь какому-то инстинкту, выработанному за многие годы военных тренировок, Оурский отскочил в сторону, пригнулся - всадник промчался мимо в опасной близости. Можно даже различить серебряные заклепки на лошадиной сбруе... И снова вода вокруг и неизвестность. Судя по крикам, не всем удалось увернуться от атаки.

Эстерой наклонился в седле, но у этого лорда оказалась на удивление хорошая реакция - и рука поймала лишь пустоту. Скрипнув зубами, он пронесся мимо, резко развернул коня.

Эту атаку Оурский видел, а потому приготовился снова отскочить в сторону. Но в последний момент всадник сдержал коня, медленно оттесняя лорда назад, к кромке леса. Тускло поблескивает серебро, отражая серое, пронизанное дождем небо. Оурский бросил ментальный клич - может, хоть кто-то из магов услышит. Потому что неясно, что он - даже с мечом - может противопоставить всаднику. Маги не ответили. А всадник словно играет с ним - не нападает, а только лишь приближается, поворачиваясь то одним боком, то другим, и все же держась на расстоянии. Не допрыгнуть, не дотянуться, чтобы выдернуть его из седла.

Наконец, эта игра незнакомцу надоела, и он одним легким движением оказался на земле.

- Лорд Вильям Оурский, - это было утверждение.

- Что происходит? Кто вы?

- Леди Каире попросила меня передать, что ее предложение еще в силе. Кстати, я советую вам его принять, - в руке у Эстероя оказался арбалет.

- Город все равно падет.

- Этот город никогда не падет. Этот город будет жить вечно. Чего нельзя сказать о вас, лорд.

Оурский сделал шаг назад, держа перед собой меч. Кажется, эту партию ему не выиграть. Опять этот демонами проклятый город...

- Ключи от западных ворот вам продал мой доверенный человек, лорд. Вы не попадете в город, даже если я вас отпущу. Так каково же ваше решение?

Оурский мотнул головой:

- Кто вы такие? Почему я должен вам верить?

Вместо ответа Эстерой вскинул арбалет. Тонкий болт пробил ногу под коленом и зарылся в земле.

- Не должны.

Только благодаря невероятному усилию воли Оурский, стиснув зубы, остался стоять. Его меч безвольно опустился.

- Я буду считать, что вы согласились, лорд.

Кто-то подвел его коня, бедное животное мелко дрожало, хотя и вырваться не пыталось. Что-то подсказывало Темному лорду, что дело здесь совсем не в холодном дожде. Эстерой легко запрыгнул на своего коня, не выпуская из руки арбалет, а затем свободной рукой подхватил Оурского - словно котенка за шкирку - и забросил в седло. Боль в ноге заставила зажмуриться.

- Каире держит обещания, лорд. Скоро вы будете хозяином в Столице. А пока - забирайте своих людей, они вам еще пригодятся.

На смотровой башне Тако и Каире наблюдали за ходом атаки.

- Ты уверена, что Хью справится?

- Даже не сомневаюсь. Ты его знаешь, он умеет быть убедительным.

- Я не о том. Что если он не успеет?

- Мы просчитывали все до шагов.

Тако в ответ только вздохнула, нервно крутя в руках светящийся шарик не больше грецкого ореха.

- Не хочешь туда? - Каире кивнула куда-то вниз.

- Не то слово. Сомнительная перспектива - оказаться меж двух армий.

- По-моему, ангел - самый безопасный образ.

- С мечом в руках я бы чувствовала себя куда в большей безопасности.

- В случае чего поднимай щит. Огнем я прикрою.

Стоящий рядом невзрачный человек поднял голову, улыбаясь серому небу:

- Лорд Эстерой уже идет.

- Надолго ли хватит городских стен?

Словно в ответ на последний вопрос угловая башня, получив особенно мощный удар в основание, вздрогнула. Почувствовав слабину в укреплениях, противник сконцентрировал огонь на прилегающей к башне стене. Снова и снова...

Орденские генералы стянули часть боевых отрядов к уязвимому месту. Никто уже и не сомневался, что столкновение двух армий - лишь вопрос времени. Времени, сокращающегося с каждым новым взрывом снаряда за стеной, с каждым новым ударом сердца. Еще миг, вот-вот, мгновение, и... Когда, наконец, стена рухнула, никто не двинулся с места. Посреди пролома, почти паря над каменными осколками, возник ангел. Рыжеволосая девушка в белом платье, раскинув в стороны белоснежные крылья, прижала руки к груди в умоляющем жесте.

- Не стрелять! - приказ Каире прозвучал непривычно громко в повисшей тишине. Кто-то из воинов сотворил защитный знак...

Кнут направил гончих в сторону пролома в стене. Маги исчезли, сбежали, крысы, оставив их лицом к лицу с орденскими. Ну и пусть. Стена больше не преграда, теперь уж воины Темного лорда покажут все, на что способны. Ангел. Узнавание обожгло, прокатилось по телу почти физической болью. Пусть эти невежды топчутся на месте, он наконец-то расквитается с этой зарвавшейся девчонкой! Вскинув вверх руку, он подстегнул коня: вперед, быстрее, только вперед!

- Назад, все назад! - сам Вильям Оурский мчался со стороны западных ворот. Выходит, его тоже бросили маги.

Нечестно, несправедливо, но приказ есть приказ, и столько решимости, столько стали в этом голосе. Уже встретившись с ангелом взглядами, Кнут резко крутанул коня. Вильям Оурский гнал коня на пределе сил, вновь объединяя два фланга атаки. Позади него серыми тенями в пелене дождя скакали пять всадников. Дождь скрывал очертания людей, что и говорить о взведенном скорострельном арбалете...

- Что теперь? - Оурский повернулся к Эстерою, снова скривившись от боли в ноге.

- А теперь вы отправляетесь к Белым Камням, лорд. И я, пожалуй, прослежу, чтобы вы не заблудились по пути.

Хмурое осеннее небо как в зеркале отражалось в неподвижной глади озера. Полоска желтой травы и потемневший лес разделяли два неба - низкое, полное дождя небо над головой и чуть темнее, чуть холоднее - бескрайнее небо, замершее у самых ног. Теурис вздохнул, оглядевшись: похоже, пришли все. Так-то выглядят ваши преданные маги, Темный лорд? И сам он среди них.

Монах появился в стороне:

- Надо полагать, уважаемые, что раз уж вы пришли, значит, приняли мои условия. Можете попрощаться друг с другом, - он развел руками, - здесь ваши пути расходятся.

В следующий миг он переместился прямо к Теурису:

- Знаешь Оплот Силы на Черной гряде? Идём, - и исчез.

Вот так, ни лишних слов, ни времени на сомнение. А он неплохо ориентируется в Империи, раз может так скакать от одной локации к другой... Теурис покачал головой, глядя на магов - в Оплоте отследить его путь будет невозможно из-за искажений в магических потоках, так что, похоже, они действительно видят друг друга в последний раз.

- Прощайте, - он построил портал так близко к замку, как только решился, и исчез.

И все-таки далеко. На бескрайних пустошах Черной гряды расстояния воспринимались непривычно. Торчащее посреди нигде корявое дерево было каким-никаким ориентиром, точкой координат, к которой удобно строить перенос, не боясь оказаться слишком близко к магической аномалии. Вот только до Оплота идти теперь на два полета стрелы. Теурис молча зашагал к цели: раз уж решился, обратного пути не будет. Пока.

Монах терпеливо ждал внутри, опершись о более-менее уцелевший край стены. Неужели прямо в Оплот переместился? Но как? Маги вообще-то боялись Оплота: остатки старых заклинаний, большинство которых к тому же были утеряны во времени, создавали такие искажения потоков, что не то, что колдовать - даже приближаться было страшно. Как среагирует магия Оплота на пассивную защиту? А на артефакты? То-то же.

- Если все маги будут столь осторожны, как вы, уважаемый, мне придется встречать гостей до самой смерти.

Теурис пожал плечами.

- У меня нет других координат, без надобности как-то, - проворчал в ответ, медленно поднимаясь по разбитым ступеням.

- Снимите щиты, уважаемый. Если жизнь дорога вам.

Демоны бездны! Теурис замер на полушаге, развеивая заклинания одно за другим.

- И перстень с зеленым камнем лучше оставьте снаружи - мало ли.

Маг с некоторым раздражением стянул с пальца кольцо. Маяк и заклинание экстренного переноса, исцеление и немного левитации - полезная была вещица. Хотел было, размахнувшись, зашвырнуть подальше, но почему-то передумал, положил тут же в расщелину в камнях. Смешно, как будто еще надеется вернуться за ним.

- Смелее, уважаемый, Оплот не так страшен, как вы себе воображаете.

Скрипнув зубами, Теурис взбежал на стену, почти столкнувшись с Монахом, оба отступили на шаг.

- Итак, Теурис, глава магического корпуса.

- С кем все же имею честь?

- Что даст имя? Люди Монахом прозвали, пусть так. Это имя не лучше и не хуже других.

- Зачем мы вам?

- Жалко добро переводить, - Монах пожал плечами, на недоуменный взгляд продолжил, - Империя, вообще-то, страна магов. Долго ли она против княжеств продержится, если я буду разбрасываться такими людьми?

Теурис грустно кивнул:

- Я из княжеств.

- Прости.

- Нечего. Давно это было.

- У тебя есть семья?

- Нет. Я ушел из княжеств в двенадцать, родители там остались, я и не слышал о них с тех пор. Прибился к Оурскому, выучился, да так и остался один.

Монах задумчиво кивнул. Простая в общем-то история. В княжествах с этим культом Пресветлого люди как с ума посходили, охотятся на всех, кто хоть как-то магичит. Ведьмы, колдуны, маги - всех под одну гребенку, если повезет - в тюрьму, а нет - так и на месте прикончат. Вот и тянется из княжеств в Империю нескончаемый поток переселенцев. Сейчас еще поменьше стало, а лет двести назад, говорят...

Порыв холодного ветра взметнул пыль со старых камней и разворошил в углу сухие листья. Теурис поежился:

- Что мы должны делать?

- Жить, просто жить.

Без малейшей подготовки Монах открыл портал и пригласил мага следовать за ним. Шаг - и из продуваемых ветрами развалин Теурис перенесся в уютный сумрак деревянной избы. Монах распахнул дверь наружу, впуская поток света и морозного воздуха, и замер на пороге.

Любопытство пересилило осторожность, и Теурис подошел ближе. М-да... Должно быть, это какая-то деревня у Безмолвных гор. У Столицы только первые осенние дожди идут, а тут уже все укрыто белым снегом - настоящая зима. Даже красиво.

- Будешь жить здесь, за храмом, - Монах махнул рукой назад, - приглядывать.

Теурис обернулся и с удивлением отметил, что вдоль стен в этой избе стоят подобия статуй. Ставни на окнах закрыты, ага, поэтому темно так.

- Идем, познакомлю со старостой, он тебя поселит и все расскажет. А я еще загляну попозже, сейчас некогда, сам понимаешь.

Когда Монах закончил со всеми магами, было далеко за полночь. Раскидав людей по разным уголкам Империи, он остался доволен результатом. За исключением одной только встречи.

Поселив мага в небольшом городке где-то между Столицей и Темным лесом, Монах завернул в узкий переулок, чтобы открыть портал к озеру. Навстречу шли два почтенных старца в одеждах непривычной расцветки. Но не возраст и не одежда привлекли его внимание. Аура силы такой невероятной мощи исходила от них, что Монах с трудом сдержался, чтобы не замереть на месте. Иерархи. Должно быть, Султан и Архивариус.

Монах прошел мимо, опустив глаза, оценивая поток силы и вязь защитных плетений. Покачал головой каким-то своим мыслям и усмехнулся:

- Неужели меня ищут? Ох, будьте осторожны в своих желаниях.

В следующий миг он исчез, ничуть не потревожив магический фон вокруг.

Первый имперский сокол Адриан был в состоянии, близком к отчаянию. Письмо из Столицы, магическим образом появившееся прямо у него в руках, застало его отряд вблизи южных рубежей, и он незамедлительно двинулся на помощь. Переход не задался: быстроногие кони, гордость соколов, капризничали. Чем ближе к Столице, тем медленнее двигался отряд. Лошади уставали, начинали хромать ни с того, ни с сего, отвлекались и пугались каждого шороха.

В который раз за день Адриан объявил привал, надеясь, что после небольшого отдыха кони пойдут чуть веселее, спешился и направился к березовой рощице размяться и еще раз обдумать происходящее. Он был готов уже поверить в проклятье или еще какое заклинание, но только он знал, что магии вокруг не было. Гнедой с отметинами конь увязался следом, время от времени толкаясь горячим носом в шею. Щекотно.

На невысоком пригорке на поваленном дереве сидела девушка. На вид лет 15, в простом холщовом платье, в руке откусанное яблоко, а у ног объемистая сумка. При виде воина девушка махнула рукой с яблоком:

- День добрый, милчеловек!

- Здравствуй, коли не шутишь. Скажи вот, есть где поблизости деревня с кузнецом? Мне б коней посмотреть.

- Не-а. Места тут глухие, даром что до Столицы рукой подать, - и она впилась зубами в сочное яблоко.

Адриан вздохнул.

- Садись, - она похлопала ладошкой по широкому стволу.

Адриан сел, обхватив руками голову. Да, до Столицы рукой подать. Только это если кони пойдут, а с чего они пойдут, звери. Еле плетутся уже.

Девушка догрызла яблоко и протянула коню огрызок. Он взял.

- Грустный ты. Хочешь яблоко?

- Нет, спасибо.

- Эээ, ничего-то ты не понимаешь, - она достала из сумки яблоко и протянула коню. - Яблоко - это хорошо. Вот конь понимает, - гнедой схрумкал яблоко и даже дал погладить себя по морде. Вообще на него не похоже: уж Адриан-то знает, что у гнедого характер противный, и к чужакам он близко не подойдет даже. Девушка продолжала:

- Кони, они вообще много чего понимают, умные.

- Да уж, умные. Нам в Столицу надо, а они... Всю душу вымотали.

- Не хотят на смерть идти, - Гнедой внимательно обнюхивал сумку, и девушка достала еще одно яблоко, протянула коню. - Я же говорю, умные.

- Смерть - не смерть, а у меня долг.

- Тюю... Долг нашел. Опоздал уже, небось. Да и не там долг твой. Поворачивай направо, да иди к востоку, к Белым Камням. Там и командира себе найдешь по нраву, и битву достойную.

Адриан хотел что-то ответить, но тут его конь испуганно всхрапнул и дернулся в сторону. По привычке Адриан подскочил, чтобы успокоить животное, а когда обернулся - девушки нигде не было.

Он было выбросил из головы странный разговор, тем более, что кони после отдыха пошли бодрее, но на первом же перекрестке встали намертво, отказываясь двигаться вперед. Тут Адриан покачал головой и с тяжелым сердцем приказал поворачивать к Белым Камням - что делать, с такими приключениями им в Столицу уж не попасть вовремя...

До захудалой деревеньки они добрались уже к вечеру следующего дня.

Стройный хор сотни горнов обозначил наступление нового дня в Столице. Первый день победы Император объявил священным праздником и повелел всем жителям города отложить дела да выпить по бочонку хмельного пива. Для наиболее приближенных в императорском саду устраивалась праздничная охота.

Императорская заячья охота всегда была своеобразным состязанием в ловкости и умении управлять конем: всадники были вооружены лишь легкими длинными копьями, при помощи которых требовалось на всем скаку заколоть зайца. После месяца тренировок Каире потеряла интерес к этому развлечению: политики в нем было больше, чем спорта. Как бы то ни было, охоту Император любил, так что выбирать не приходилось.

Незадолго до полудня Император предстал перед знатью на своем лучшем жеребце, и охота началась. Вот кто-то из генералов поднял зайца, ударил копьем, промахнулся. Резко вильнув в сторону, заяц выскочил прямо перед Императором, и он одним точным движением пригвоздил зверька к земле. Время шло, пару раз Каире также поднимала зайцев, но каждый раз благоразумно уступала право последнего удара старшим по чину гостям.

Охота близилась к завершению, когда из куста прямо перед Императором вынырнул заяц и помчался прочь. Пришпорив уже изрядно уставшего коня, Император пустился в погоню. Заяц стрелой несся по невысокой траве, следом за ним скакал Император, а чуть в отдалении - гости императорской охоты. Вот уже Император наклонился в седле, занес копье... Тут из травы перед самым конем вспорхнула какая-то небольшая птица. Она взлетела вверх, скользнув крыльями по морде лошади - и этого оказалось достаточно. Вздрогнув от неожиданности, конь отпрыгнул в сторону, споткнулся на неровной земле и, перекувырнувшись через голову, со всего маху рухнул на землю. В мгновение ока лошадь разбилась вместе со всадником, на глазах у десятков гостей.

Случайность, злая шутка судьбы. Опустив голову, Каире задумчиво перебирала гриву своего коня. Откуда-то издалека доносились причитания гостей, о чем-то горячо спорили маги - наверное, пытаются найти следы силы - бесполезно, у природы свои пути. Стряхнув с себя оцепенение, Каире слилась с толпой гостей.

Внеочередное собрание Совета явно затянулось. События в императорском дворце перевернули все планы, и многие из присутствующих уже не раз нервно поглядывали в окно. Заседание началось с рассветом, а уже близился вечер.

Наконец, очередь дошла и до Каире. Она неспешно поднялась со своего места и, выйдя в центр зала, встала перед отцами-основателями. Вперив взгляд в стену позади их, ровным голосом она повторила слова, слышанные здесь уже не один десяток раз:

- Это был несчастный случай. Его конь бросился в сторону, споткнулся и упал. Никто из гостей не имел ни малейшего шанса повлиять на то, что случилось.

Один из отцов-основателей чуть наклонился вперед:

- Почему вы так уверены в этом?

Каире едва заметно вздохнула и перевела взгляд на говорившего:

- Никто из них не находился достаточно близко к Императору в тот момент, когда все это произошло. Кроме того, никто не приближался к нему перед этим. Любое воздействие на коня перед началом охоты можно исключить, поскольку, во-первых, Император сам выбирает коня непосредственно перед охотой, и во-вторых, он скакал на коне более трех часов - все было в порядке. Маги появились сразу же после происшествия, но не обнаружили никаких следов силы. Некоторые из гостей также обладают способностью к видению силы, но, как они уже говорили, всплеска силы не было.

- Таким образом, вы не допускаете даже мысли, что Императора могли убить? Вы ведь тоже можете видеть силы?

- Я лишь утверждаю, что мне не известен ни один способ, как это можно было сделать. Да, я вижу силы - что с того?

- И вы тоже не почувствовали ничего подозрительного?

- Тоже.

- Вы в этом уверены? Насколько велика ваша сила?

- Я нейтрал, вам это известно. Видение силы, - она подняла левую руку, и присутствующие увидели татуировку в виде дракона на запястье, - вызвано искусственно, из соображений безопасности.

Ее собеседник откинулся в кресле:

- И все же, леди Каире, смерть Императора вам, возможно, была выгодна - известно, Круг его недолюбливал.

- Я бы попросила вас воздержаться от беспочвенных догадок. Кому в действительности была выгодна его смерть, так это Совету. В конце концов, теперь Совет получил право распоряжаться всем, что происходит в Империи, не так ли? И если быть точным до конца, Орден, как сильнейшая группировка Совета, сейчас фактически беспрепятственно управляет страной - тем более в отсутствие иерархов...

- А где же эти достопочтенные иерархи, почему их не волнует происходящее в Столице? - выкрик из зала. Каире обернулась на голос:

- У достопочтенных иерархов нашлись более важные дела, и они не сочли необходимым известить меня о том, куда они отправились, - Она снова повернулась к отцам-основателям. - Странные дела творятся нынче в Совете. И будь это тысячу раз несчастный случай, вам, уважаемые, придется очень постараться, чтобы убедить в этом ваших верноподданных, которые, кстати, ни черта не смыслят в магии. И задумайтесь заодно, как вы объясните произошедшее иерархам, раз уж вы о них вспомнили. Уже поздно, не смею вас более задерживать.

С этими словами Каире решительно направилась к выходу. Стоя на пороге, она еще раз обернулась:

- И напоследок, дабы развеять ваши сомнения: с этого дня мое место в Совете займет лорд Хью Эстерой. Прощайте, уважаемые.

Один из отцов-основателей вскочил со своего места:

- Я... Она... Да как она смеет так разговаривать в Совете?!

Глава Ордена даже не взглянул в его сторону:

- Сядь. Она, конечно, дерзит, но в том, что она сказала, есть доля здравого смысла, причем немаленькая. Если никто не возражает, давайте прервемся на сегодня: объявляю заседание Совета закрытым. Нам всем надо подумать.

У выхода из здания Совета Каире встречала лёгкая карета, запряженная парой серых коней. При виде девушки кучер кивнул:

- К Белым Камням?

- К Белым Камням.

В глубине кареты, откинувшись на подушках, её ждала Тако.

- Как все прошло?

- Нормально. Они в бешенстве, не захотят меня видеть в ближайшее время. Как Тесса?

- Справилась. Я её встретила, отправила сразу же. Сейчас она уже должна быть дома.

- Хорошо, я отправлю ей весточку. Теперь дело за нашим лордом.

К городу Дэниел вышел через два дня. Людно что-то в окрестностях провинциального городишка: раньше, чем хотелось бы, пришлось снова перекинуться в человека. Благо хоть вид одиноко идущего по дороге старика с посохом здесь никого не удивлял. В центре оказалось и вовсе не протолкнуться, будто на осенней ярмарке. Только вот никто не торговал, да и ярмарка уже давно прошла.

Погрузившись в размышления и прислушиваясь к окружающему гомону, Дэниел неспешно брел, ожидая, куда выведет его толпа. А вела она явно к центральной площади.

Из своих мыслей хозяин таверны вынырнул как раз вовремя, чтобы успеть свернуть в узкий переулок прямо перед площадью. Потому что оказаться в самом центре беспорядков было далеко не самой лучшей перспективой, а на площади творился именно что беспорядок: народ собирался бить приезжих. Неопределенный гул толпы начал формироваться в лозунги, пока ещё короткие, но уже обидные, сводящиеся к тому, что столичным беженцам тут не рады.

Из переулка на другой стороне площади за происходящим наблюдали два старика, полушепотом переговариваясь и время от времени бросая в сторону площади неспокойные взгляды.

- ...и чего мы этим добились, коллега?

- Проверяем систему.

- Хм, пока я вижу только драку. Может, нам стоит вмешаться, пока эти люди не поубивали друг друга?

- И пустить все насмарку? - Архивариус определенно не разделял беспокойства своего коллеги.

- Вряд ли такой исход пойдет на пользу Империи и нам всем.

- Империя может подождать... - он хотел сказать еще что-то, но только махнул рукой в сторону площади.

На самом коньке крыши ратуши стоял человек. Вот только что не было, и вот он здесь. И заклинание опало. Люди, освобожденные от магии менталиста, рассеянно озирались.

- Прекратите! - Монах почти не повышал голос. Люди замерли от удивления, все глаза устремлены на темную фигуру, четким силуэтом выделяющуюся на фоне бледного неба.

- Разве так должно решать все споры? Разве нет у вас других дел, что вы собрались на этой площади? Прочь, все прочь отсюда - уходите!..

Иерархи переглянулись. Что за сила у этого Монаха, что он магичит незаметно для окружающих? Но уж вдвоем-то они с ним справятся. Трудно себе представить силу, способную тягаться с высшими магами.

Монах все еще стоял, угрюмо оглядывая площадь. Настроение было прескверное, и не только из-за этих людей. Столица все же давала о себе знать - раньше ему не доводилось плести так много заклинаний. Опустив глаза, Монах вдруг увидел тонкие магические нити, стелющиеся по площади у его ног. Медленно они собирались в светящийся поток невероятной силы - на такое обычные маги не способны. Стараясь не двигаться, он огляделся, насколько это было возможно, и скорее почувствовал, нежели увидел огромную магическую волну за своей спиной. Если они столкнутся, произойдет взрыв - эти силы имеют разную природу. Монах вскинул голову, вглядываясь в плетения, скользя глазами по нитям, ища источники магии. Они должны быть рядом... Они должны быть иерархами... Наконец, на краю площади он увидел их - такие же, как в тот первый день, и неимоверная сила вокруг них. Магический поток у его ног начал подниматься. Волна пришла в движение. За долю секунды до столкновения магий Монах исчез. Страшной силы взрыв разметал часовую башню, засыпал площадь осколками черепицы.

Монах возник в воздухе на противоположной стороне площади и, не имея никакой точки опоры, приземлился прямо перед иерархами. Выпрямившись, он взглянул им прямо в глаза и, не дожидаясь повторного удара, переместился на крышу ближайшего здания, по лицу скользнула улыбка:

- Вы бросаете мне вызов? Что ж, бейтесь! - в его руке возник длинный меч.

Как, демоны возьми, он их обнаружил? Отступить сейчас значило бы расписаться в своем бессилии. Посох в руках Архивариуса ощетинился магическими лезвиями; Султан поднялся в воздух, выстраивая свой известный магический щит. В одно мгновение люди исчезли с площади и наполнили все улочки и переулки, гадая, что будет дальше. Мощеная камнем площадь теперь стала ареной.

Монах атаковал первым. Мягкий прыжок вниз, несколько быстрых шагов вперед... Архивариус перехватил посох. Одним резким движением Монах преодолел расстояние, отделявшее его от иерархов, на мгновенье меч и посох соприкоснулись в ударе. Расположившись на удобной высоте над площадью, Султан послал в противника мощнейшую молнию - Монах исчез прежде, чем молния успела достичь места, где он стоял. Вслед за молнией Султан послал несколько огненных шаров, но Монах по-прежнему был чуть быстрее. Оправившись от удивления, Архивариус взмахнул посохом - десяток ледяных стрел разлетелись в разные стороны. Монах перемещался с фантастической скоростью - для этих заклинаний он оставался неуязвим. Султан тоже заметил это, но продолжал бросать огненные шары, не давая Монаху ни секунды покоя, пока Архивариус создавал свою "армию". Когда, наконец, Султан остановился передохнуть и восстановить силы, на площади стояли почти три десятка "иерархов" - точные копии Архивариуса. Похоже, Монах предпочитал во время битвы иметь твердую почву под ногами - вместо того, чтобы атаковать щит Султана, он взялся за клонов. Следить за сражением в толпе стало практически невозможно: и Монах, и созданные Архивариусом воины, и сам Архивариус перемещались с такой стремительностью, что были только видны мелькающие полы одежд, и слышен лязг меча о посох. Время от времени Султан произносил заклинания, но они большей частью были направлены на поддержание сил Архивариуса - Монах слишком ловко избегал магических ловушек. Архивариус продолжал создавать клонов - в конце концов, в этом искусстве ему не было равных, но Монах уничтожал их с такой легкостью, что, казалось, он играет с оловянными солдатиками. Сердце отсчитывало ритм. Раз - Монах появляется возле очередной фигуры, два - несколько быстрых взмахов и защита сломлена, три - противник рассыпается в пепел от удара. И все это могло продолжаться долго, бесконечно долго...

Дэниел молча наблюдал за битвой. Казалось, минуты превратились в часы, и само время стало густым, осязаемым, словно жидкий свинец. Мысли расступались, давая дорогу внутренним сомнениям. В голове загудело, и этот новый тяжелый звук причинял нестерпимую боль. Воспоминания поднимались из самых глубин сознания, тяжелые, горькие, казалось надежно похороненные под слоями памяти, они возвращались, усугубляя мучения. Кровь, смерть, лица друзей и врагов, все те, кто погиб, кто убил или был убитым; раскаяние, слабость; люди, умиравшие у него на руках, люди, умиравшие от его руки... Слезы выступили на глазах, и Дэниел бессильно опустился на колени. Оглянувшись вокруг себя, Дэниел вдруг увидел, как окружавшие его люди также падали: все еще пытаясь подавлять рыдания, не в силах сдерживать себя, закрывая лицо руками, в порыве беспомощности они хватались за холодный камень улиц, ища защиты и опоры. Воспоминания поднимались, ломая сознание, ломая все барьеры разума, вызывая к жизни самые страшные моменты прошлого - сама магия кричала внутри, тщетно ища выхода. Наконец, поддавшись минутной слабости, не в состоянии выносить происходящее, Дэниел позволил магии уносить его прочь - прочь от этого страшного города, прочь от страшных воспоминаний, прочь от всего - бежать, вырваться из власти самого страшного заклинания - памяти.

Да, это была магия - магия в самом жестоком ее проявлении - магия, на которую был способен лишь один из живых людей - Архивариус. Эта магия уничтожала, раздавливая противника, ломая его волю и способность сопротивляться. Против этого заклинания не мог устоять никто, если только он не успевал вовремя выстроить щит разума. Насколько могли судить иерархи, Монах таким щитом не владел. И все же он продолжал битву, словно сила заклинания обошла его стороной. Направив все свои чувства наружу, охватывая внутренним взглядом всю площадь, он то ли не замечал своих воспоминаний, то ли не имел их. Однако усталость брала свое - в таком бешеном ритме он не выдержит и пяти минут...

Но размышлять было некогда. Монах продолжал появляться и исчезать, наносить удары и уворачиваться от ледяных стрел и огненных шаров. Он возник перед очередной фигурой, замахнулся... Меч с глухим скрежетом скользнул вниз по длинным одеждам, несущим на себе магический щит. "Настоящий!" - мелькнуло в голове, Монах развернулся, защищаясь от удара, и в этот момент черная молния Султана впилась в землю между ним и Архивариусом. Невероятный взрыв, усиленный соприкосновением магий, разбросал противников в разные стороны. Защищенный магией Архивариус почти сразу же оказался на ногах, но Монаха взрывная волна отбросила на землю, словно игрушку. Меч вылетел из руки и рассыпался в прах. Поднимаясь, Монах едва успел увернуться от второй молнии, однако, не спуская глаз с Архивариуса. Время словно замедлилось: вот иерарх начал исчезать, вот его контур стал размытым, вот его уже нет - и только магия еще висит в той точке, где он только что стоял - вот магическое пятно лениво начало свое передвижение по площади... Не связанный столь мощными каналами силы, Монах в следующий миг уже был рядом с Архивариусом - они появились одновременно - их взгляды встретились... Выхватив из рукава клинок, Монах одним движением вогнал черненую сталь в грудь иерарха по самую рукоять.

Первым, что увидел Архивариус после телепортации, были глаза. Его глаза. Светлые, карие глаза, с каким-то зеленоватым оттенком, они были бесконечно тверды, почти холодны, но все же это были ясные, живые глаза. Неуловимо знакомые... Острая боль пронзила грудь и растеклась по всему телу. От неожиданного толчка, словно споткнувшись о несуществующий камень, маг начал падать навзничь, разорванное сердце тщетно силилось продлить жизнь хоть на секунду...

Время остановилось. Внезапно, без какого-либо переходного состояния. Еще миг назад мир был полон движения, а теперь - все просто замерло, воцарилась абсолютная тишина. Еще не успев коснуться земли, Архивариус так и остался в полупадении. Однако, сообразив, что раз он ощущает эту остановку времени, то, значит, на него это не подействовало, он поднялся - странно, будто бы даже не прилагая никаких усилий... На камнях площади, в паре шагов перед собой он вдруг увидел белые одежды, из-под которых выглядывали приподнятые к небу мысы синих сапог. Еще прежде, чем он поднял глаза, Архивариус почувствовал - перед ним стоит сам Хранитель Миров. Тонкий разрез губ на неподвижном лице сложился в едва слышное:

- Ты мертв.

Что? Что это значит? Нет, невозможно, не может быть! Как? Почему? - Вместе с осознанием к Архивариусу приходил страх. Вид собственного тела, застывшего в воздухе, казалось, вызвал приступ панического ужаса:

- Нет! Хранитель! За что? Пожалуйста, не надо! Не сейчас, прошу!.. Я еще могу все исправить... Пожалуйста! Верни меня... - Похоже, страх лишил его разума - Гефер с удивлением наблюдал, как Архивариус (тень, не более чем сам Гефер) умоляет вернуть ему жизнь.

- К сожалению, это не в моей власти, - и никакого сожаления в голосе, все тот же ровный, спокойный тон, скорее даже безразлично-отрешенный. - Это был честный бой, и ты - увы - проиграл. Я, кажется, предупреждал вас о его силе, но ты сделал выбор. А теперь... Теперь ты не принадлежишь мне. - Ксаргон чуть сместился в сторону, уступая дорогу возникшей неподалеку фигуре.

Фигура приблизилась и, поравнявшись с Ксаргоном, остановилась. Серое пальто скорее напоминало какой-то бесформенный балахон, серый же капюшон покрывал голову, с плеч ниспадали две белые ленты, а лицо... На месте лица красовалась белесая маска скорби. Черты лица практически стерлись от времени, от пустых черных глазниц спускались к подбородку темные полосы, словно следы от слез. Так, кажется, одевались плакальщики у каких-то народов.

- Приветствую тебя, Хранитель Миров.

Ксаргон слегка кивнул в ответ:

- Приветствую тебя, Данатиэль Акрон.

Если бы Гефер мог дышать, он задохнулся бы от страха. Акрон! Смерть. Одно из множества имен Тьель. Столько лет он провел, поклоняясь Тьель, но теперь, когда он увидел... Архивариус, без сомнения, понял происходящее и теперь беспомощно заметался, не в силах оставить свое тело.

- Что-то часто стали мы встречаться в последнее время.

- На этот раз все обошлось без моего вмешательства. Но не каждый день такие маги уходят в мир мертвых.

Данатиэль махнул рукой:

- Тогда прощайся. Ты знаешь, у меня много дел.

Ксаргон повернулся к Архивариусу.

- Вот и все, твоя жизнь окончилась. Но если тебя что-то еще интересует в этом мире - спрашивай.

Геферу показалось, что иерарх начал терять очертания, словно растворяясь в пространстве. Слова Ксаргона он слышал, но возвышающаяся перед ним фигура Тьель уже полностью завладела его вниманием. Чувствуя, что теряет интерес ко всему, что окружало его в этом мире, Архивариус указал на то, что было ближе:

- Что будет с ними?

Хранитель улыбнулся такому выбору. Монах и Султан - это даже интересно... Обойдя зависшее в воздухе тело, он приблизился к Султану.

- Ну здесь все просто. Он уже увидел, что проиграл - думаю, он вряд ли будет продолжать бой. А затем... У него впереди не один десяток лет - будет время все обдумать, - на этих словах он передвинулся к Монаху. - Ну а этот, хм, сдается мне, его судьба сейчас уже не в его руках. - И Ксаргон исчез.

Серая фигура приблизилась к Архивариусу, протянула руку, и...

Зажмурившись так, что глаза превратились в две тонкие щели, Султан, по привычке поглаживал подбородок. Хмурые Ваятель и Гладиатор молча переводили взгляд с него друг на друга и обратно. Слов больше не требовалось, каждому было понятно, что дела обстояли не то, что плохо, а совсем плохо, кхм, мягко говоря.

Ну то есть хуже уже некуда.

Приготовившись получить заслуженный разнос за то, что упустили аколита Ордена и так и не разобрались, откуда в Империи взялись служители Пресветлого, двое иерархов с немалым удивлением узнали, что Архивариуса Монах убил. Как такое оказалось возможно, в голове не укладывалось, но факт есть факт - величайших магов Империи осталось всего трое.

- Как вы думаете, коллеги, - Ваятель все же прервал затянувшуюся паузу, - мы все, конечно, облажались, недооценив противника, но предполагал ли такой исход сам Хранитель?

- Кто знает, - протянул Султан, - кто знает.

- Мне показалось, он не выглядел заинтересованным в нашем уничтожении.

- Наивно думать, коллега, что в его словах и действиях нет двойного смысла, но тут мне очень не хочется верить, что он намеренно столкнул нас с превосходящим противником.

- А если нет - это должно означать, что он и сам просчитался?

- Невероятно.

- И я о том же.

- А если предположить, что Хранителю доверять нельзя...

- Что так, что эдак, - Гладиатор скрестил на груди руки, - нам придётся самим позаботиться о себе.

- Верно, - Султан кивнул. - Но прежде я хотел бы показать вам ещё кое-что.

Перед открытием телепорта Султан трижды перепроверил конечную точку. Предосторожности оказались излишни: в темной комнате, куда перенеслись три иерарха, никого не было. Три источника света почти синхронно взметнулись в воздух, освещая просторное помещение и ряды статуй вдоль стен.

- Храм идолов, - прошептал Ваятель, - зачем мы здесь?

Вместо ответа Султан поманил их к одной из статуй, приблизил светящийся шар к её лицу.

С деревянного пьедестала, словно смеясь над их недогадливостью, на магов смотрела Каире.

Дэниел черным ястребом стремглав мчался прочь от проклятой площади. Он и сам не заметил, как крылья принесли его к родной таверне, не обратил внимания даже на чудовищный расход силы при трансформации. Влетев в открытое окно, он снова превратился в человека и, схватив валявшийся в углу наполовину проржавевший топор, бросился к лестнице. Сбежав вниз и обогнув угол, он остановился перед столбом иерархии. Все к демонам! Размахнувшись, Дэниел с силой всадил старый топор в неподатливое дерево. Еще и еще. Из рубцов на столбе выступила кровь... Слезы застилали глаза, дикая боль пронизывала все тело. Перехватив топор двумя руками, чувствуя, как слабеет с каждым ударом, Дэниел продолжал рубить.

- Старик, ты убьешь себя, - Чья-то сильная рука перехватила топор. Не в силах сопротивляться, Дэниел разжал пальцы и устало опустился на пол. - Ну-ну, все будет хорошо, - те же сильные руки помогли старику подняться. Сквозь затуманенный взор Дэниел различил знакомые черты... Вольный, Аркан! Но...

- Ч-что ты здесь?..

- Тихо, тихо, всему свое время. У судьбы свои пути. Идем.

Вольный отвел - скорее даже отнес - Дэниела в его комнату и усадил на стул. Кто бы то ни был, он был прав, когда писал, что Хозяину нужна помощь. Но что может сделать он, охотник, чем может помочь - он же не мастер заглядывать в человеческие души. Какое-то время они сидели молча. Наконец, Вольный вздохнул:

- Дэниел, послушай... Я не знаю, что случилось... Но так не годится. Так нельзя. Жизнь - она дана тебе такой, какой она есть... И бежать от себя - ну, это бесполезно. Магия - это часть тебя, часть твоей жизни. Эх, я не мастер говорить такие вещи... Ты пойми, в тебе нет ничего плохого - изначально человек не может быть ни хорошим, ни плохим - ты сам создаешь себя. Просто есть ты, и магия - это тоже ты, и ты можешь сделать с ней то, что захочешь. Но отказаться от нее - это... Это все равно, что потерять часть себя. Ну равно как ослепнуть в одночасье. Ну сам подумай. Куда это годится - жизнь наградила тебя таким даром - ты можешь сделать столько хорошего, ты сделал столько добра - а теперь ты просто так вот бросаешь этот подарок, словно он ничего не стоит! Подумай о тех, кому ты сможешь помочь, о тех, кому ты нужен - такой, какой ты есть. Пара неудач, десяток огорчений - да разве ж это может сравниться с бесчисленными минутами радости, радости от того, что ты сделал кого-то счастливым? Нет, Дэниел, магия не может нести зла - магия в тебе никогда не причинит зла никому - потому что ты управляешь ей. Просто слушай свое сердце - оно все знает. Иногда разум творит странные вещи... Но сердце - оно не ошибается. Всегда есть люди, которые нуждаются в тебе, пусть ты об этом еще не знаешь... Ну, разве ты не чувствуешь? Люди, которым ты можешь помочь... Зачем ты уничтожаешь себя? Почему? Ты же так нужен в этом мире - раз тебе дана твоя жизнь, значит, нужен...

Выдернув окровавленный клинок, Монах резко обернулся, глядя Султану прямо в глаза. Глухой удар тела о камень лишь подтвердил то, что они уже знали между собой - Архивариуса больше нет. Спустя секунду, Султан исчез в мерцании телепорта.

Словно не замечая темной лужицы крови, собирающейся у его ног, Монах наклонился к телу и вытер клинок о полы одежды поверженного мага. Убрав оружие, он выпрямился и сложил руки, словно в молитве. Непостижимым образом тело начало погружаться в землю, унося за собой одежды, драгоценности и артефакты - все, что только было у Архивариуса. Когда, наконец, тело полностью скрылось и лишь криво торчащие камни напоминали о захоронении, Монах медленно растаял в воздухе.

Появился он далеко к северу, посреди заросшего яблоневого сада. Уже и здесь чувствовалось приближение зимы - старые деревья тянули к серому небу свои крючковатые ветви, и лишь кое-где упрямый листок, уже потемневший, все еще цеплялся за свое дерево, не желая подчиниться ходу времени. Тесса обернулась, услышав за спиной шорох одежд.

- Теперь ты свободна.

Сумасшедший угар битвы, наконец, покинул Монаха, но вместо облегчения на него навалилось новое ощущение - боль. Огненной полосой она обжигала его, словно кто-то приложил к его телу раскаленный прут; все тело казалось неестественно легким, немного кружилась голова... и только нестерпимая полоса боли пронизывала его насквозь. Как-то растерянно Монах опустил глаза: от самой груди его одежды были разодраны и пропитаны кровью, даже на почти черной ткани явственно проступали багряные разводы... С пугающей беспомощностью он чувствовал, как реальность, покачиваясь, ускользает от него, боль словно растворяется в этом чувстве...

Побледнев, Монах внезапно скользнул на землю - Тесса едва успела подхватить его. Повинуясь скорее какому-то внутреннему инстинкту, нежели зову хозяйки, рядом появилась белая лошадь, подставила широкую шею, помогла дотащить человека до крыльца. Усадив Монаха на деревянные ступени, Тесса благодарно взглянула лошади в самые глаза:

- Никого не пускай.

Теперь надо осмотреть рану. Если, конечно, это можно назвать раной - начиная от нижних ребер и, кажется, до колена одежда и кожа превратились в кровавое месиво, сквозь которое на бедре чуть белеет кость. Магический ожог - Тесса узнала сразу же.

Семь лет назад она была обычным ребенком. Как все, она бегала босиком по траве, смеялась, играла со сверстниками, обнимала мать. А потом эта жизнь закончилась. Однажды в деревню пришли странные люди. Они заходили в дома и забирали всех - мужчин, женщин, детей... Тесса пыталась бежать, но бежать было некуда. Все, что было дальше, слилось в страшном водовороте дней - ее заперли одну в крошечной каморке, куда дневной свет проникал сквозь оконце такое узкое, что Тесса с трудом могла просунуть туда руку; иногда за ней приходили какие-то люди, и вели ее куда-то, и что-то делали вокруг нее; вскоре все происходящее стало ей безразлично. Тесса не следила за ходом времени - больше всего ей хотелось умереть. И тогда ее спасением стала птица. Не больше воробья, эта птичка села на окно и удивленно пискнула, осматриваясь. Тесса сидела, затаив дыхание, боясь спугнуть это чудо, разглядывая каждую линию, каждое перышко. После этого дня Тесса стала оставлять крошки на окне, и птичка стала прилетать к ней каждый день. А затем Тесса почувствовала, что может покинуть свою маленькую тюрьму: достаточно было лишь представить, что птица несет ее в себе, и вот она уже летит - порхает по двору, прыгает с ветки на ветку, подбирает крошки с земли... - самым тяжелым было возвращение, когда Тесса открывала глаза и снова видела вокруг каменные стены и крошечное окошко, а за ним был весь мир, такой большой и такой прекрасный...

Тесса вырвалась из своей тюрьмы благодаря простому совпадению.

Магия... Она всегда причиняла боль. В тот день Тессу впервые вывели из ее маленькой каморки. Вот она стоит во дворе, по обе стороны - охраняющие ее маги, следят, чтоб не сбежала, конечно. Перед ней - подросток, не более 12 лет... Он смотрит на нее, и взгляд его, холодный, жестокий, такой, будто смотрит на вещь, равнодушный. "Она не выдержит", - пренебрежительная ухмылка, - "Привели бы кого получше"... Вот она все еще стоит, а паренек перед ней закрыл глаза и, раскинув руки, ждет. Смутно накатывает ощущение опасности, смертельной, невероятной, но маг справа до боли сжал ее плечо, и она продолжает стоять. "Довольно, начинай передачу", - это, кажется, маг слева... Мальчишка собирает руки перед собой, и Тесса вдруг осознает - в его руках магия. Невидимый поток устремился к Тессе. Магия ударила в грудь, пытаясь пробиться внутрь, тело сковал ужас, а сила свивалась в твердую нить. Тесса уже чувствовала, как магия ломает ее жизненные потоки, оплетает их, убивает... В отчаянии она бросила Зов, призыв о помощи, клич в никуда. И - о, чудо - крошечным вихрем взметнулась перед ней ее Птичка. Рванулась к ее груди, наперерез потоку силы... Миллионами ярких искр вспыхнула магия, разметав всех, стоявших вокруг. "Беги" - услышала Тесса сквозь боль безмолвный крик, последний крик ее Птички. И она побежала, завернула за угол, обошла какую-то избушку... К месту взрыва, что-то крича, сбегались люди, маги... Сейчас они будут искать ее, но Тесса продолжала бежать.

Перед высоким забором среди бела дня она будет видна, как на ладони. Но здесь, недалеко, Тесса помнила из своих полетов с Птичкой, была канава, закрытая каким-то хламом. Туда, в укрытие, подальше от посторонних глаз, она и нырнула, забившись в темный уголок, словно мышь. Потом ее действительно искали. Не маг, она словно растворилась в энергетическом поле взрыва - что толку раскидывать здесь сети поиска, все насквозь пропиталось силой. И ее начали искать иначе.

Когда сердце бьется, словно безумное, мгновения кажутся вечностью. На самом деле, не прошло и десяти минут, как где-то позади послышался звонкий лай. Собаки. Они решили бросить на ее поиски собак. Псы легко взяли след и сейчас они будут здесь, сейчас они найдут ее. Новая волна страха охватила Тессу. Собак было всего две. Опустив головы к самой земле, они рысцой бежали к ее укрытию. "Пожалуйста, не надо, не выдавайте меня", - еще не понимая, на что она надеется, Тесса взмолилась собакам. "Милые, хорошие, ну пожалуйста..." Слезы бежали по ее щекам. На мгновенье собаки замедлили бег, остановились в паре шагов от канавы, закрутили носами так, словно потеряли след, и, наконец, двинулись к забору, явно указывая на то, что их добыча каким-то невероятным образом преодолела эту преграду.

В канаве Тесса просидела весь день. Когда, наконец, стемнело, Тесса выбралась из своего укрытия и, не без труда преодолев ограждение, бросилась прочь.

А затем были месяцы погони, когда ее то выслеживали, то снова теряли. Люди в деревнях помогали уставшему, измученному ребенку, но когда ее находили, благодетелям приходилось несладко, и Тесса перестала искать убежища у людей. Магия... Она гналась за Тессой, она убивала всех, кто был добр к ней, она хотела заполучить ее и, возможно, убить.

Анна услышала крик, крик о помощи, крик, полный отчаяния и слез. Ее могли звать только вороны, но почему? Какую опасность, какую боль нужно ощущать, чтобы так звать? Не в силах противиться зову, Анна бросилась ему навстречу. Вдоль опушки Темного леса бежал ребенок. Это ее крик? Не раздумывая ни секунды, Анна схватила девочку и нырнула с ней под полог Леса. Тесса даже не сопротивлялась, она просто двигалась возле Анны, не видя, не ощущая ничего вокруг от усталости. Анна уводила ее все глубже в лес, в бесконечные топи, туда, куда за ними не отважится последовать ни один человек. Постепенно они замедлили бег, Анна обняла ребенка за плечи и накрыла своим тяжелым плащом, словно крылом. Словно крылом...

А потом они вышли с другой стороны Темного леса, и магия больше не гналась за Тессой. Но скольких же она убила до этого...

Со всего леса к дому слетались птицы, неся всевозможные травы. Стараясь отгородиться от воспоминаний, Тесса начала готовить зелье. Получалось легко, словно сама природа подсказывала ей состав и пропорции.

Лошадь всхрапнула и, ударив копытом в землю, разве что не зарычала, глядя куда-то в сторону, встав посередине между Тессой и невидимым врагом. Тесса подняла глаза, и снова ее взгляд заволокло туманом он брызнувших слез. Смерть, Акрон! Он стоит там, его видят звери...

- Почему ты преследуешь меня? Почему ты отнимаешь их у меня? Почему они умирают из-за меня? Почему Он должен умереть ради меня?... - вопросы сыпались нескончаемым потоком, обращенные к тому месту, на которое смотрела лошадь.

В отчаянии Тесса положила руки на грудь Монаха, зарылась лицом в пропитанные кровью одежды. И вдруг ощутила удар силы. Сзади, словно из далекого прошлого, к ней тянулся поток. Свиваясь в тонкую, упругую нить, он, словно игла, входил в нее, заставляя сердце замереть от ужаса. Не в силах обернуться, Тесса лишь подняла лицо. Пальцы покалывало от чужой силы, руки едва заметно светились... Проходя через нее, магия стекала с ее пальцев, расплываясь по страшной ране. Слабо соображая, что происходит, Тесса медленно вела руками над Монахом, и рана начала закрываться. Он словно регенерировал под действием этой непонятной силы. Будто кто-то заново вдыхал в него жизнь.

Акрон покачал головой. Что ж, сегодня его появление, возможно, даровало Монаху жизнь. "Счастливчик", - прошептал Смерть, исчезая.

Когда, наконец, сила, проникавшая в нее сзади, исчезла, Тесса обернулась. В тени деревьев, едва заметная в вечерних сумерках, мелькнула и скрылась чья-то тень, но девушка, обратившись к саду, легко узнала своего гостя - Дэниел. "Спасибо", - прошептала Тесса вслед тени и, устало улыбнувшись, снова опустила голову на грудь Монаху. Он дышал ровно и спокойно.

Рассвет встретил Черную гряду мелким дождем. В деревянном зале Афель-Наара, что скалит свои обломанные башни-клыки всему миру, на импровизированном троне расположился незнакомец. Уже в пятый раз он перечитал послание, но на душе было по-прежнему неспокойно. "В знак долгой дружбы... Не откажи в любезности... Надеюсь, еще твой союзник, Анна". Черный ворон, что принес письмо, все еще сидел в проеме окна, будто наблюдая за происходящим.

Еще раз опустив взгляд на бумагу, незнакомец крепко задумался. Вот чертовка! Подавай ей лучшую тысячу со всей Гряды! Что же тогда останется от его армии? И если соседи узнают... Но, с другой стороны, Анна Ворон - не тот человек, с которым можно спорить. Она посадила его в Афель-Наар, она собрала армию, способную противостоять любым нападкам кочующих разбойников, в конце концов, она сделала его хозяином Гряды. И так же легко она может его уничтожить. Долгая дружба, ха! Резким движением он смял свиток и поднялся:

- Собирай людей, мы выступаем, - бросил он стоявшему перед ним рослому воину, формально носившему звание генерала.

Взяв перо, он нацарапал на листке бумаги: "Будем готовы завтра к рассвету. Все конники. Поедем южной дорогой". Ворон выхватил записку и улетел прочь. Черная гряда лениво стряхивала с себя остатки пьяного сна.

Ранним осенним утром тысяча всадников бесшумно спустилась с Черной гряды. Копыта лошадей, обмотанные тряпьем, не стучали по каменному крошеву Гряды, кожаная сбруя лишь слегка поскрипывала при движении, люди ехали молча, без лишних движений, и только старые потрепанные стяги хлопали, мрачно развеваясь на ветру, словно крылья какой-то большой птицы. Миновав поселения на отрогах Гряды, конники прибавили ходу. Налегке, вытянувшись в темную стрелу, они с угрюмой решимостью двигались на юг. Именно это, пожалуй, и называлось у них "идти южной дорогой": вместо того, чтобы петлять по извилистым тропам, собирающим на своем пути все окрестные деревеньки, конники двинулись напрямую. Видно, был среди них маг, умеющий выстлать путь, - несложный, но полезный навык для быстроногого отряда. Никуда не сворачивая, они ехали прямо по убранным полям, по вспаханным землям, изредка проходили мимо испуганных деревень. Ведущий их человек - сейчас он выделялся разве что наручами из грубой красной кожи с торчащими железными шипами - утешал себя мыслью, что лучше уж собраться и встретить врага подальше от родных земель, чем в одиночку биться потом за каждый форт на Гряде.

После полудня войско получило неожиданное пополнение: непонятно откуда появились еще несколько сотен всадников. Одетые в темные балахоны, с капюшонами, накинутыми на головы, они более всего походили на адептов какого-то темного культа. Возникая по одному, они направлялись прямиком к войску и молча занимали место в конце. Одновременно с ними появились вороны - стая кружила поодаль, но было понятно, что птицы следуют за ними.

Прошло чуть более часа с момента, когда армия Оурского - все, что от нее осталось, - расположилась на отдых у Белых камней. Горы нависали над деревней, заслоняя низкое осеннее солнце.

С южной стороны на дороге появилось облако пыли. Вот оно, светится, в вечерних лучах. Оурский пригляделся. Под девять сотен, и все конники. Что бы это значило? Войско двигалось не быстро и не медленно, и, не таясь, держало курс прямо на лагерь.

Разглядев знамена, Темный лорд выругался: Соколы, легендарные элитные воины Ордена, пожалуй, единственная сила, способная тягаться с Гончими самого Оурского, а сейчас почти наверняка превосходящая их. Ловушка? Не похоже - оружия не видно, да и построение явно не боевое. Этот лорд... Эстерой, что ошивается где-то вокруг, заявил, что здесь, у Белых Камней, из ущелья выйдут легионы воинов княжеств. Единственная дееспособная армия достаточно близко к ущелью, сказал он про войска Оурского и обещал прислать поддержку. Вот, значит, как выглядят ваши союзники, лорд...

Говорят, у Соколов каждый десятый - сильнейший маг. Известно также, что любой из Соколов столь хорошо владеет как мечом, так и луком, что обнаружить среди них магов невозможно. Оурский не напрасно весь последний год следил за передвижениями отряда - очень уж ему не хотелось видеть Соколов среди защитников Столицы... Один из воинов, очевидно, их предводитель, подошел к Темному лорду.

- Доброго дня, лорд. Вы верите в совпадения?

Новый день еще только намекал на то, что время Царицы ночи истекает. Черные монолиты скал кусками глотали едва начинавшее светлеть небо, а на земле еще властвовала кромешная тьма. Тем не менее, Эстерой, въезжая в военный лагерь, застал людей Оурского на ногах. Они разжигали тусклые с ночи костры и начинали сворачивать палатки. Проскакав в середину, Эстерой спешился рядом с Темным лордом.

- Какого демона вам не спится, лорд?

Оурский смерил его взглядом - в темноте и не разберешь, однако чувства Хью читал не хуже лиц. Неприязнь.

- Готовимся к бою.

- Вы должны дождаться Каире.

- Мои разведчики доложили, что противник стоит лагерем не далее, чем на расстоянии трех полетов стрелы. Они будут здесь еще до полудня, а отступать нам и так некуда - на равнине мы не сможем вообще ничего.

Тьель! Слишком быстро. Войска подойдут сегодня, но может быть уже поздно. Повинуясь его мыслям, одна из теней на окраине лагеря кивнула и направила коня прочь, навстречу войску с Гряды.

- Хорошо, лорд. Приготовьтесь встретить их стрелами. Но не начинайте бой, пока я не вернусь, - с этими словами он направил коня в ущелье.

- Куда вы собрались?

- Хочу немного осмотреться перед боем.

На выходе из лагеря к нему присоединились еще четыре всадника.

Оурский был прав - его разведчики знают свое дело. Передовые отряды стояли лагерем за поворотом, там, где ущелье последний раз раздавалось вширь, чтобы затем собраться в узкую и извилистую тропу и выкатиться на равнину Империи.

Всадники разошлись в разные стороны, бесшумно скользя в темноте ущелья, огибая тусклые костры и незаметными тенями двигаясь по спящему лагерю. На этот раз они искали священников - единственную силу, способную противостоять магам. До восхода оставалось не более часа. Забавно, эти люди имели глупую привычку - собирать служителей Пресветлого вместе. Эстерой даже позволил себе улыбнуться, когда они вышли к первому шатру-церкви. Да, так будет гораздо проще... Пять теней спешились и вошли внутрь.

В том, что здесь располагались священники Жизни, не было никаких сомнений - от самого шатра этой силой тянуло просто невыносимо. Да и сами спящие уж никак не походили на воинов. Почти двадцать человек! Придется действовать очень быстро. В руке Эстероя появился тонкий кинжал.

Священники начали просыпаться, когда половины из них уже не стало. "Кто здесь?" - "Что происходит?" - вопросы не спасли их, прошло не более минуты, а тени уже выходили из шатра. "Неплохая работа", - мысленно шепнул Эстерой, вскакивая на коня. Остальные, уловив сообщение, сдержанно улыбнулись.

Проблемы возникли лишь на шестом шатре. Начинало светать, и Эстерой все чаще поглядывал в небо, прикидывая, когда им следует повернуть назад. Но этот шатер пройти было невозможно: по ощущениям, в нем должно быть не менее сотни человек. Началось с того, что их, все-таки ждали: похоже, священники, несмотря на крепкий сон, заметили истребление своих собратьев. А может, здесь просто был кто-то дежурный, кто успел почувствовать... впрочем, не важно. Важно то, что когда пять теней бесшумно вошли в шатер, люди в нем не спали. Они еще не осознали, откуда исходит опасность, но мгновенно заметили, когда воины начали свою работу. Разноголосый хор затянул защитную песню-заклинание.

Эстерою некогда было отвлекаться на разворачивающиеся под пологом походной церкви чары. С невероятной скоростью он и его четыре помощника обходили по периметру сгрудившуюся в центре шатра толпу, оставляя за собой кольцо безжизненных тел. По непонятной причине заклинание, призванное блокировать все виды магии, кроме Жизни, не оказало на чужаков никакого эффекта. Жестокое по своей сути "смерть-за-смерть" на пришельцев также не подействовало; "святая земля" (хотя, какая еще "святая земля" - они же читали его здесь еще с вечера, так что эффект просто не мог испариться за ночь), призванная отпугнуть все виды нечисти, также оказалось бессильно. Когда люди, наконец, наколдовали свет, чтобы разглядеть пришельцев, в живых их оставалось менее тридцати. Яркий свет залил пространство, сверху доносился призрачный звон Святых Колоколов. Пятеро воинов казались в этом неестественном свете темнее самой ночи. Было очевидно теперь, что используют они абсолютно немагические клинки, их резкие, едва уловимые глазом движения, а также полная невозможность засечь их в сфере жизни наводили на нехорошие размышления... Но как, КАК им удается передвигаться по святой земле, безнаказанно прикасаться к святым людям, как ТАКИЕ могут незаметно находиться возле священников?.. Слишком много вопросов, ответить на которые вскоре будет некому. "Невозможно", - твердит упрямый разум, продолжая выуживать из памяти все новые сильнейшие заклинания-молитвы. Свет стал слабеть, посреди огромного шатра осталось лишь девять священников. восемь... семь... пять...

Эстерой замер перед последним - по виду епископом, - их глаза на миг встретились.

"Дьявол! - человек отшатнулся, неистово крестясь зажатым в руке серебряным знаком. - Исчадие ада! Прочь, прочь отсюда, прочь от меня!"

Эстерой передал окровавленный кинжал своему помощнику, стоявшему позади него, и сделал шаг вперед. Человек попятился. В одно мгновенье Эстерой оказался рядом с ним, схватил за горло и поморщился - святой знак на широкой серебряной цепочке, закрепленный на воротнике, неприятно жег руку. Превозмогая растущее отвращение, Эстерой приблизил свое лицо к бледному от ужаса человеку и прошептал:

- Плевать... я хотел... на ваши чары...

Легкое движение запястья, хруст, и епископ безжизненно оседает на землю. Отдернув руку, Эстерой с раздражением стряхнул прилипший к перчатке значок ("Грр! Цепочка порвалась, какая мерзость!") и направился к выходу.

Ожидать, что бойня в одной из главных палаток останется незамеченной, было бы странно. И действительно, постепенно вокруг собирались еще толком не проснувшиеся, но зато при оружии, воины. Что ж, пока им повезло. Пять всадников ринулись прочь, словно и не заметив всех слабых попыток их остановить. Лагерь воинов Жизни лениво стряхивал остатки сна. В тылы были посланы гонцы сообщить о происшествии и просить перевести вперед часть уцелевших священников, к передовым отрядам понеслись приказы и указания по ходу намечающегося сражения...

Эстерой успел вернуться к лагерю Оурского задолго до того, как войско противника было готово к наступлению. Оценив ход подготовки, он направил коня к герцогу. Животное легко протанцевало мелкой рысью среди солдат, будто не скакало только что, соревнуясь в скорости с ветром.

- Убедились? - легкая насмешка. Оурский одернул заволновавшегося коня, и тот встал под всадником на удивление смирно, позволив Эстерою подъехать почти вплотную и встать рядом.

- Нам нужно время... Хм. Адриан, - предводитель Соколов подошел ближе, - нам нужен туман. Густой, насколько возможно.

- Сейчас? Надолго?

- Да. Пару часов, я думаю. А вы, лорд, ждите. Ждите и не суйтесь вперед. Чем дольше вы сможете держать их на расстоянии, тем будет лучше, - Эстерой снова тронул коня, направляясь обратно в ущелье. Оурский проводил его тяжелым взглядом. Как он себе представляет держать легион парой отрядов лучников? И куда он там снова поскакал?

Люди молча седлали коней. Небо из густо-синего превратилось в иссиня-серое, и этого было достаточно, чтобы остановившееся на ночевку посреди поля войско поднялось и двинулось в путь. Все-таки осень, помимо холода, давала длинную ночь, щедро позволяя отдохнуть после долгой скачки. А с холодом мрачные на вид маги искусно справились, растянув над собравшимися воинами мягкий и теплый туман.

К лагерю подскакал всадник и, немного покружив, направился к Каире - они с Тако присоединились к войску ночью и сейчас слушали Анну, перечисляющую имеющиеся силы. Доложив обстановку в ущелье, всадник замер, ожидая указаний, а Каире крепко задумалась. В принципе, если гнать коней изо всех сил, армия может подойти к ущелью за каких-то пару часов. Но какие из них будут воины, на загнанных лошадях? С другой стороны, сейчас дорога каждая минута, и хоронить воинов герцога, а с ними и Соколов, очень не хотелось. Плохо, но придется действовать по обстоятельствам. "Разделимся", - Каире кивнула Тако и Анне, и они направили коней вглубь лагеря.

- Что сейчас происходит в ущелье? - Каире повернулась к гонцу. Всадник опустил лицо, ловя ощущения Эстероя.

- Уничтожено почти две сотни священников, но армия уже поднята по тревоге и готовится к нападению. Стрелки Оурского заняли террасы по правому склону ущелья, слева - отвесная стена, внизу стоят четыре сотни пехоты. Гончие и Соколы за ними.

Девушка кивала, рисуя в уме расположение отрядов. Войско пришло в движение, Анна махнула рукой:

- Мы готовы, - и маги, до этого скромно державшиеся позади воинов с Гряды, погнали коней к ущелью. Во главе скакали Анна, Каире и продолжавший доклад гонец.

- Как и ожидалось, в ущелье собирается туман. Противник двинулся, впереди должны быть разведывательные группы. Лорд идет им навстречу.

Медленно вдыхая сырой воздух, Эстерой уходил все дальше в молочно-белое пространство. Чуть позади, невидимые в густом тумане неслышно двигались его спутники. Впереди - Эстерой скорее почувствовал, чем увидел - появился первый отряд. Благословение Пресветлого на них что ли? Магия Жизни ощущалась непривычно и чужеродно в этих краях. Да, давненько дорога не сталкивала его со служителями Жизни, отвык. Повинуясь одним им известному сигналу, пятерка всадников свернула в сторону, пропуская отряд - этим они займутся на обратном пути.

За первым отрядом последовал второй, а потом ещё один, и ещё... Хм. Приметив удобное место под прикрытием скалы, Эстерой остановил коня. Здесь они подождут, пока разведчики уйдут из лагеря, чтобы затем двинуться по их следам.

Долго ждать, правда, не получилось. В очередном отряде, кажется, был паладин. Неужели почувствовал опасность? Как бы то ни было, он скомандовал воинам остановиться. Синхронно хлопнули тетивой арбалеты. Перезарядка - и ещё один выстрел. И снова тишина. Успели ли они известить других? Вряд ли, но оставаться на месте теперь опасно. Пять всадников бесшумно повернули назад, арбалеты на взводе, клинки наготове, все чувства обострены в бесцветном нигде.

Где-то высоко в небе кружили три огромные тени, вглядываясь в реку тумана, заполнившую ущелье и недовольно посвистывая на пришедшие в движение облака. Повинуясь наспех сплетенному заклинанию, тяжелые осенние тучи, совсем недавно плотно нависшие над горами, теперь спешно бежали прочь, а оторвавшиеся лохматые куски поднимались выше и стремительно таяли.

Продвижение войска Жизни замедлилось, пешие и всадники собрались вокруг незваных гостей, размахивая мечами, но подходящие сзади отряды настойчиво толкали массу воинов вперед. Эстерой бросил вокруг еще один, последний взгляд и направил коня назад, прорубая себе путь так же, как до этого он шел вглубь армии, но отход занял несколько больше времени: передовые отряды не шли так плотно, как сейчас.

Вильям Оурский напряженно всматривался в густой туман, но внезапно вынырнувшие перед ним конники все же заставили его вздрогнуть. Не говоря ни слова, Эстерой поставил коня по правую руку от герцога и застыл с довольной ухмылкой на лице. Четверо его помощников держались поблизости, едва различимые в белой пелене. Где-то впереди всхрапнул конь.

- Туман скоро рассеется, - зачем-то невпопад сказал Эстерой. Оурский повернулся к нему, но ничего не сказал.

- Не стоит так волноваться, лорд; пока Вы не видите их, они не видят Вас, а, значит, мы будем для них еще большей неожиданностью.

- Какое-то слабое утешение, Вы не находите? - в голосе Темного Лорда скользили едва заметные нервные нотки. - Если там Легион, то они сметут нас в любом случае.

- Посмотрим-посмотрим, - Эстерой снова улыбнулся. - Не торопитесь умереть, лорд Вильям... - и, понизив голос, добавил: - Я Вам этого не разрешал.

- А?

- Тсс. Они идут.

Туман постепенно становился все тоньше. Теперь, если вглядеться чуть пристальнее, можно было различить какое-то движение, больше похожее на робких, проплывающих на грани видимости призраков, которые лишь на мгновенье выходят в наш мир, и снова скрываются по ту сторону жизни. Солнце, до сих пор медленно скользившее вниз по склонам гор, протянуло свои лучи вдоль ущелья, по-осеннему холодно коснувшись плеч Оурского и вычертив перед двумя всадниками их длинные силуэты. Словно по волшебству туман исчез, и впереди заржали кони, испугавшись ударившего в глаза света, послышался гул голосов - солдаты увидели врага. В мгновение ока сонное ущелье ожило, наполнилось звуками, отблесками света на влажных после тумана камнях и доспехах.

Остановившись лишь на минуту, воины Жизни тут же бросились в атаку, рассчитывая одним ударом разметать наглецов, посмевших встать на их пути. Однако встретившие их сотни стрел оказались серьезным аргументом. Отступив на безопасное расстояние, противник послал в ответ несколько стрел, которые, впрочем, запутались в созданном над защитниками воздушном щите и упали на землю, вызвав у герцога короткую усмешку - значит, то, что говорят про Соколов - правда! - и возобновил медленное наступление, надежно прикрываясь щитами. Скоро к ним подойдут другие отряды и - главное - священники, и тогда Жизнь посмотрит, чьи стрелы летят дальше.

Каире гнала коня вперед, едва поспевая за посланником Эстероя. Следом, словно гонцы смерти, неслись на вороных и гнедых конях маги, все как один укутанные в черные мантии. При такой бешеной скачке установить ментальную связь было непросто, но, наконец, ей это удалось. Каире даже слегка улыбнулась, прикрыв глаза: в одно мгновенье она почувствовала, как воздух свистит в широко раскинутых крыльях, как переменчивый ветер, повинуясь магическому приказу, то стихнет, то ударит вихрем в бок, то вдруг вырвет из-под крыла поток и заставит, нырнув в воздушную яму, снова искать равновесие. Но разве удивишь дракона такой погодой? Им и буря нипочем, а такие вихри их даже забавляют.

Зоркий глаз видел ущелье как на ладони. Вот первые отряды уже встретились с Оурским и отступили. Многоголовой рекой к ним подходят все новые воины. Через эту реку, разгоняя всех перед собой, мчится группа священников - хм, их ждет сюрприз. Слегка отстают от быстроногих конников боевые слоны. Слоны... Каире снова улыбнулась: о, да, слоны - страшная сила... Драконы направились вниз. Уже наметив первую жертву, Каире краем глаза видела, как на пути священников встают из-под земли каменные големы. Поздновато - она хотела, чтобы заклинания активировались в тот момент, когда тут пойдет первый отряд, но что поделаешь, Жизнь оказалась чуть быстрее. Хотя так тоже неплохо: священники будут немного заняты.

Перед ведущим слоном упал с ясного неба огромный дракон. Он заплясал на месте, словно пытаясь раздавить людей, случайно оказавшихся у него под ногами. Одним движением длинного хвоста он смахнул десяток конников, развернувшихся было в его сторону. Угрожающе зашипев, дракон двинул вперед голову на гибкой шее и сорвал со слона погонщика вместе с башней. От боли и страха слон рванул в сторону, а драконы начали безумную чехарду, прыгая по слоновьим спинам, сметая погонщиков и бросаясь на посмевших приблизиться всадников. Всего несколько мгновений назад шедшие спокойным строем слоны теперь метались в ущелье, нанося урон не врагу, а тем, кто привел и сюда. Закончив свою атаку, драконы поднялись в воздух и исчезли за хребтами гор, а люди еще долго пытались усмирить обезумевших животных, пока им на помощь не подоспели священники, покончившие с големами. Однако время было упущено: передовые отряды так и не дождались поддержки своей магии.

Еще один день прошел, а за ним и еще один. Войска текли по долинам и ущельям медлительной железной рекой. На прямых участках Тисса видел, как впереди вышагивали огромные, словно осадные башни, слоны. Эти звери вызывали у него трепет - даже лошади по сравнению с ними казались понятными, привычными и небольшими.

На рассвете третьего дня затрубили горны. Резерв привычно снялся со стоянки и поплелся вперед, только Аления все больше заинтересованно вглядывалась в даль, да мимо промчались вперед несколько конных отрядов. Что-то там происходит...

Когда из-за поворота послышались отчаянные крики, смешавшиеся со звериным ревом, Тисса остановился. Аления недовольно рванула цепь, но Тисса уперся. Какое-то новое чувство, чувство смертельной опасности не позволяло ему идти дальше. Так, наверное, кони замирают, когда чувствуют впереди дикого зверя. А затем впереди показались слоны. Сначала один, затем еще несколько, они бежали назад, раскидывая людей и обозы на своем пути. Еще не вполне понимая, что делает, Тисса схватил Алению и бросился в сторону, под прикрытие скал и валунов. Не добежал. Аления снова натянула цепь, заставив обернуться: черная тень закрыла небо, и девушка замерла, подняв голову. Дракон. Вот что могло напугать слонов и заставить их повернуть назад. Демоны бездны, это дракон!

Чудовище круто повернуло, словно присматриваясь, и камнем упало на землю. Несколько раз качнуло головой, как будто раздумывая, и в два прыжка оказалось совсем рядом. Третий прыжок - Тисса отвернулся и зажмурился, но, кажется все равно услышал скрип доспехов и ощутил запах крови. А затем... дракон бережно подхватил его зубастой пастью, подкинул на языке и взмыл в воздух.

Жив? Да, демоны бездны, жив, и у дракона в пасти! Ветер свистел через неплотно сомкнутые зубы - да каждый зуб не меньше локтя! Язык, шершавый и теплый, осторожно прижимал Тиссу к ребристому нёбу. Стараясь не побеспокоить чудовище, Тисса развернулся лицом вперед.

От холодного, чуть разреженного воздуха перехватило дыхание. Дракон, хоть и закладывал крутые виражи, голову держал довольно ровно, и Тисса невольно залюбовался проплывающими внизу горами. Похоже, что из ущелья дракон повернул на север, и сейчас под ними расстилались горы, местами покрытые первым снегом. Армия Жизни осталась где-то позади, по-видимому, встретив сопротивление. Дракон снова повернул - на этот раз вглубь Империи, - и Тисса узнал примыкающий к горам непроходимый лес. О том, кто, куда и зачем несет его в драконьей пасти, поразмыслить, конечно, стоило, но Тисса абсолютно поддался восторгу полета - все прочие мысли вышибло из головы потоком встречного воздуха. Поэтому он ощутил только разочарование, когда дракон начал снижаться, и полнейшее недоумение, когда обнаружил себя стоящим на поляне в пяти минутах ходьбы от весьма знакомой таверны. Еще большим сюрпризом стала личность его спасителя: из надетой на драконью голову сбруи неторопливо выпутывалась Тесса. Ее ноги в высоких сапогах из грубой кожи были в несколько оборотов обхвачены кожаными же ремнями, на левой руке был надет сложный наруч, закрывающий кисть и поднимающийся почти до плеча. Вот так летают на драконе?.. На лице Тиссы, должно быть, застыло выражение восторга, потому что девушка вдруг спросила:

- Понравилось?

Тисса кивнул, все еще не в силах собрать разбежавшиеся мысли.

- Мне тоже. Удивительные ощущения, - она наконец-то отцепилась от драконьей шеи и погладила шершавую чешую позади огромной пасти. - Прилетай как-нибудь еще, мы полетаем - просто так.

Дракон хмыкнул - если только драконы умеют хмыкать - и, подняв голову к небу, одним толчком огромных крыльев взмыл в воздух, стремительно набирая высоту.

- Не ответил, - вздохнула Тесса. Почему-то несмотря на печальный вздох, на ее лице застыла легкая полуулыбка.

- Кхм. Спасибо, - Тисса все-таки вспомнил, как дышать и говорить.

- Пожалуйста, - Тесса ответила чуть рассеянно. - Возьми, - она протянула ему нож, - отковыряй эту штуку.

На руке все еще болталась тяжелая цепь. Каким образом дракон оторвал ее, Тисса, сглотнув, постарался не думать. Нож, кстати, оказался удобным и довольно прочным.

- Спасибо еще раз.

- Не за что. Кстати, твою сумку Дэниел подобрал - спроси его, отдаст. Дорогу найдешь, я думаю. Пока.

- Погоди, - девушка уже собралась уходить, но обернулась, - а нож?

- Оставь себе.

Лицо Темного Лорда становилось все мрачнее: противник приближался, и стрелы теперь были бессильны, а Соколы не используют атакующих чар - иначе это сразу выдаст в отряде мага. К Эстерою подъехали его помощники. Еще раз оценив расстояние до противника, Хью кивнул им: "Начинайте".

Четыре всадника помчались вперед, разделились на пары, заходя с двух сторон. Послав коней в галоп, они просто перемахнули через выставленные вперед щиты и пики, вклиниваясь в отряды противника, рубя мечами направо и налево, ломая строгое построение воинов Жизни.

Через мгновенье опомнившиеся воины ринулись в атаку, но четыре всадника были словно неуязвимы для стрел и копий. А еще через миг армия Жизни ударила в отряд Оурского, битва началась.

Каире мысленно проводила драконов до ближайшего горного хребта и вычеркнула их из своего сознания: они ей больше не понадобятся, теперь можно сосредоточиться на более важной задаче. Направив коня по узкой тропе, выходящей на уступ прямо над местом сражения, она вздохнула, впуская в себя мысли следовавших за ней магов.

Только стоя над ущельем, Каире почувствовала, что торопилась не зря: внизу уже кипела битва, и если Соколы пока держались вместе, блокируя ущелье, то Гончие Оурского, первыми принявшие удар, были теперь разделены на небольшие группы. Они сражались, но поражение было лишь вопросом времени. Вдалеке появились первые отряды священников, измотанные борьбой с големами и усмирением слонов, но уже готовые оказать поддержку своей армии. Человеческая река продолжала прибывать, и, казалось, ей не будет конца. "Пусть отступают", - еле слышно сказала Каире посланнику Эстероя, и тот кивнул, передав приказ. Тем временем маги собрались на уступе и спешились, приготовившись делать свою обычную работу - колдовать. Внизу началось пока едва заметное движение к выходу из ущелья.

Анна поравнялась с Каире и достала книгу. Каире повернулась к ней и протянула руку:

- Я буду читать.

Анна явно колебалась:

- Это книга Ведьмы.

- Я прочитаю. Ты сможешь лучше контролировать потоки.

Нехотя Анна отдала книгу и замерла, зарывшись взглядом в черной, как смоль, гриве коня. Каире открыла нужную страницу и начала читать, медленно, нараспев, так, словно знала заклятие наизусть. Маги повторяли тягучие слова, эхом отдававшиеся в их сознании. Они и не заметили, как Каире перешла на полную телепатическую передачу, для них слова ворожбы звучали привычно четко. Над ущельем собирался чернильно-синий магический туман.

Внизу Эстерой направлял к выходу из ущелья то, что осталось от Гончих. Соколы тоже изрядно пострадали, но отступали дружно, не позволяя противнику превратить их отступление в бегство. Одна проблема не давала Эстерою покоя: он потерял из виду Оурского. Удостоверившись, что основная часть Гончих примкнула к строю Соколов, он развернул коня обратно.

С уступа над ущельем всадник видел все, почти как на ладони, но даже ему потребовалось время, чтобы обнаружить Темного лорда. Наконец его взгляд остановился на точке далеко внизу, и он тронул коня. Зверь, почувствовав желание всадника, ринулся вниз с обрыва, на ходу превращаясь в черную тень. Словно ветер всадник пронесся через ряды опешивших воинов, двигаясь прямиком к намеченной цели. Туда же продирались и Эстерой с четырьмя другими всадниками.

Припав на больное колено, Оурский бился отчаянно, собрав вокруг себя десяток вражеских воинов. Его славный конь, гордость породы, не раз выручавший своего хозяина в сражениях, теперь валялся бездыханной тушей тут же, создавая за его спиной некое подобие щита. Похоже, последнего в его - в их жизни - щита. Призвав последние силы, Оурский зажег кольцо огня, позволившее на миг перевести дух. Но сейчас кольцо погаснет, а он не сможет даже поднять меч от усталости. Послав перед собой несколько арбалетных болтов, молчаливый всадник на вихре-коне остановился за спиной у Оурского. С легким храпом его конь захрустел подковами по доспехам. Не теряя времени на слова и удары, всадник схватил человека за плечо с такой легкостью, словно поднимал уроненный кем-то меч, и выдернул из огненного кольца. На мгновение перед глазами Оурского мелькнули изумленные взгляды его недавних противников и смазались в единый человеческий поток, когда конь продолжил свой безумный скач по полю битвы.

Прижимая к себе добычу, всадник направил коня к выходу из ущелья. Но как же далеко спасительный свет! Там, где камни, жестокие, горячие от крови и битвы, расступаются перед безбрежной равниной... И как близки стрелы, летящие вслед беглецам! Всадник развернул коня поперек ущелья, закрывая Оурского от стрел. С ними поравнялся другой, и, взмахнув человеком, будто он всего лишь маленькая тряпичная кукла, первый перекинул его товарищу. Снова началась бешеная скачка, затем снова Оурского кидают от одного коня к другому, и снова этот дикий, изматывающий бег к спасению... Небо, скалы, земля и люди - не разобрать уже, где живые, где мертвецы, - все смешалось перед глазами, и рад бы он - да, он, Темный лорд! - рад бы сейчас потерять сознание, но разум упорно цепляется за эти невнятные обрывки реальности.

Каире завершила заклинание. Густой туман, опускаясь, лег на выставленный служителями Жизни щит и теперь расползался вширь, силясь достичь его границ. Все идет как нельзя лучше. Тронув коня, девушка начала спуск. Позади Анна вскинула вверх руки, собирая над ущельем воронью стаю.

Тако напряженно всматривалась в сгущающуюся впереди темноту. Рядом в абсолютной тишине стояли конники с Черной гряды. Соколы, выйдя из ущелья, так же молча выстроились позади них. В их преследователей полетели топоры и дротики, а взметнувшееся словно из земли пламя остановило атаку, разделив две армии плотной огненной стеной. Каире молча встала рядом. Они ждали Оурского, и незачем было говорить что-либо еще.

Спустя несколько минут, показавшихся вечностью, стена огня расступилась. Из ущелья на равнину выходили остатки армии Темного Лорда. "Пора", - кивнула Тако, "Пора", - мысленно шепнула Анне Каире. Вороны нырнули в магический туман.

Черный ворон колдовству неподвластен...

Птицы пробивали щит жизни, словно его и не существовало. Тягучими черными потоками магия, лежавшая на щите, устремлялась вслед за ними. На воинов в ущелье опускалось заклинание Берсерка, созданное ведьмой и впитавшее силу лучших магов-учеников Некроманта. Эстерой сотоварищи, наконец, добрался до конца ущелья.

Посадив Оурского перед собой, Эстерой подскакал к Каире. Девушка наклонила голову в знак приветствия и бросила короткий взгляд в сторону ущелья:

- Отправляйтесь в поместье, чем быстрее доберетесь - тем лучше. Вряд ли вас будут там искать, тем более так скоро, но если будут - постарайся, чтобы не нашли. Встретимся там, я приеду как только смогу.

Выслушав, Эстерой молча повернул коня, позволив ему, однако, бежать лишь легкой рысью. Оурский слабо цеплялся за подставленную руку, скользя невидящим взглядом по окрестностям и лицам. Спокойная езда способствовала тому, что герцог приходил в себя.

- Ты как? - ухмыльнувшись, всадник позволил себе слегка потормошить своего "пассажира".

- Я... Жив?... - Оурский был все еще рассеян, потому и пропустил такую фамильярность.

- Представь себе, жив, несмотря на то, что прилагал все усилия, чтобы получилось обратное.

Не слыша ничего вокруг Оурский опустил голову и уставился в шею коня.

- Что это?

Проследив за его взглядом, Эстерой чуть не зашипел от досады: из конской шеи торчала стрела. Перегнувшись через Оурского, он отломил оперение и протолкнул стрелу до упора вперед, так что наконечник проткнул лошадиную шкуру с другой стороны и вышел наружу. Потянув за наконечник, Эстерой вытащил стрелу и пригладил шерсть на месте раны. Крови не было, а конь словно и не заметил всех этих манипуляций.

- Ничего, просто стрела.

- Стрела... - Оурский чувствовал, что надо привести в порядок мысли, и чем быстрее, тем лучше. Зацепившись за последнее слово, он судорожно пытался сообразить, что не так в этой стреле. - Стрела...

Добравшись до небольшой рощицы, Эстерой остановил коня и, спешившись, спустил на землю герцога. Оурский с трудом сел, прислонившись спиной к стволу дерева. Безумие битвы постепенно отпускало, и наваливалась давящая, почти смертельная усталость. Сознание, недавно так яростно цеплявшееся за реальность, теперь вдруг вознамерилось оставить своего хозяина и прогуляться где-то в одиночку; Оурский провалился в сон. Эстерой огляделся. Сейчас, конечно, надо спешить, но отдых человеку нужен как никогда. Его спутники рассредоточились, наблюдая за окрестностями.

Впрочем, на отдых Оурскому он отвел не более четверти часа. Разбудил, тронув за плечо, и протянул флягу. Терпкий напиток более всего походил на вино, хотя казался гуще, а среди травяных ноток время от времени проскальзывал какой-то металлический привкус. Сделав несколько больших глотков, герцог почувствовал себя лучше, а потому решил пока не забивать себе голову составом эликсира.

- Ехать сможешь?

Оурский кивнул.

- Вот и хорошо, - Эстерой помог ему взобраться на коня, которого подвел один из всадников, сам легко взлетел в седло, и они двинулись в путь.

- Держись, путь неблизкий, поскачем быстро.

Оурский снова кивнул в ответ, не тратя силы на лишние слова, приноравливаясь к новому коню. Странное животное двигалось легко и спокойно, словно не ощущая на себе тяжелого всадника. Кони перешли на рысь, а затем и сорвались в галоп, с каждым шагом двигаясь все быстрее. Эстерой с удовольствием отметил, что Темный лорд очень неплохо держится в седле, несмотря ни на что. Если бы сейчас Оурский оглянулся назад, он с удивлением обнаружил бы, что их спутники исчезли, но он был сосредоточен на дороге и удивительном коне, который и в бешеном галопе, вытянувшись в струну, сохранял прежнюю четкость движений. Два всадника мчались по дороге, и за ними тянулся едва различимый шлейф Тьмы.

Проводив взглядом Эстероя, Каире повернулась к Тако.

- Идем?

- Да, пора, я думаю, - Тако продолжала всматриваться в ущелье.

Прикрыв глаза, Каире напоследок шепнула Анне, чтобы она с магами спускалась вниз, и оборвала ментальную связь. Устало взъерошила рукой волосы и сидела еще несколько мгновений, опустив голову. Все, что будет происходить дальше, будет зависеть только от нее и Тако.

- Что-то не так? - усталый жест не ускользнул от внимания Тако.

- Голова болит.

- С непривычки. Ментальные упражнения без тренировки...

- Я знаю. Идем уже, - Каире тронула коня.

- Сейчас только отвод глаз сделаю.

Девушки направились в ущелье. Столь простое заклинание, как отвод глаз, оказывается, удивительно эффективно против берсерков. Тако на всякий случай еще держала щит, но чудовища (а получившихся берсерков уже трудно было назвать как-то иначе) не обращали на них никакого внимания. Без особой спешки всадницы двигались по направлению к командирскому гарнизону - теперь, когда битва перешла в затянутое уничтожение берсерков людьми, а временами и наоборот, командующие армией расположились на уступе посреди ущелья, наблюдая и ожидая, чтобы вновь отдать приказ о наступлении.

На полпути внимание Тако привлекло необычное скопление берсерков напротив одной из расщелин. Берсерки толпились у очень узкого прохода, протиснуться в который можно было лишь по одиночке. Приблизившись, Тако послала в их сторону огненный шар, разметавший тех, кто особо настойчиво лез внутрь, и заставивший остальных с воем отскочить в стороны. Впрочем, последовавшая затем волна огня успокоила и последних. В ущелье, к великому неудовольствию Тако, оказалось три воина: видимо, от проклятья их укрыли нависавшие над расщелиной скалы, и теперь они оставались единственными разумными существами в получившемся хаосе. Тако спрыгнула с коня, раздумывая, что делать со спасенными.

- Тако... - устало позвала Каире.

- Да, сейчас, погоди минуту.

- Тако, что там?

- Люди... - Тако подходила к расщелине, так пока и не решив, что делать дальше. Оставить их здесь значило обречь на смерть, и им повезет, если их убьют берсерки.

- Нам надо ехать.

- Ой, ну надо же, сама леди ангел пожаловала!.. - Тако вгляделась в лицо говорившего, и желания спасать этого человека резко поубавилось. Из тени на нее смотрел Кнут. Из шрама на лбу сочилась кровь, смешиваясь с грязью, он едва держался на ногах от усталости, но смотрел на девушку так, словно от одного ее вида ко всем свалившимся на него неприятностям вдруг добавилась адская зубная боль. - Собственноручно казнить изволите? Или великую услугу по спасению заблудших душ окажете, дабы мы вечно Вас благодарили, а?

- В сссторону, - прошипела сквозь зубы Тако, зажигая в руке огненный шар, - отойди в сссторону.

Ее лицо полыхнуло такой злобой и мрачной решимостью, что Кнут невольно попятился назад. Черт, она же сейчас поджарит их заживо в этом ущелье! Но в следующий момент Тако бросилась вперед, на ходу погасив огонь и хватая воина за плечо.

Первый, второй, третий... Никогда еще Тако не разворачивала защитную сферу с такой скоростью, и никогда до этого она не затягивала внутрь простых смертных. Шаг назад - и она выходит из сферы; миг - и сфера поднимает воинов из ущелья наверх, на безопасный уступ на краю пропасти.

Две всадницы продолжают путь среди безумия берсерков. Ущелье петляет, то расширяясь так, что от края до края не долетит стрела, то сужаясь так, что без труда хватит и тысячи воинов поставить плечом к плечу, чтобы перекрыть его полностью. Берсерков теснят войска княжеств - все-таки воины жизни собрали действительно огромную армию.

Под прикрытием заклинания всадницы движутся дальше. Вдали на естественном уступе посреди ущелья видны знамена княжеств - это командный пункт, откуда лучшие полководцы и стратеги следят за битвой и отдают приказы.

- Каире, они нас видят?

- Думаю, да. Заклинание слабое, вряд ли оно сработает на уровне генералов.

- И мне кажется, войска начинают нас пропускать.

- Они заинтересовались. Хорошо, но лучше нам не медлить.

Командный лагерь был, во-первых, большим. Во-вторых, он был слишком спокойным для продолжающегося сражения. Верховный командующий в белом одеянии паладина, расшитом серебряными нитями, стоял на краю утеса, всматриваясь вдаль - очевидно, продвижение войск его вполне устраивало, и он даже не считал нужным отдавать новые приказы. Все шло своим чередом. Рядом стояли несколько лучших священников и полтора десятка генералов - в основном, представители княжеств. Глядя на верховного командующего, они тоже старались держаться важно и уверенно: незачем беспокоить его светлость лишними вопросами, когда все хорошо. Ну, то есть, почти все: маги - эти ошибки Пресветлого - изрядно заставили всех понервничать, да еще каким-то образом ухитрились уничтожить целый корпус священников, но сейчас их силы, кажется, были исчерпаны. Осталось только пробиться через берсерков - жалко ребят, конечно, ну да Пресветлый позаботится об их душах, - и путь через ущелье будет открыт, а там их уже ничто не остановит.

- Ваша светлость...

Верховный командующий обернулся. Неизвестные всадники уже поднимались на утес.

- Очень хорошо, - негромко произнес он, кивнув своим мыслям, - проводите их сюда.

Девушки - теперь он это заметил - спешились и подошли, держа в поводу своих коней. Каире заговорила первой:

- Приветствуем вас, лорд.

- Я полагаю, вы прибыли как парламентеры?

- Пожалуй, так.

- Они прислали на переговоры... женщин? - командующий удивленно вскинул брови.

- Хм. Вы против?

- Если вы прибыли с полномочиями обсудить условия капитуляции - я, так и быть, переживу.

- Напротив, лорд, у меня есть полномочия рекомендовать вам отступить.

- Пф. Мы обойдемся без ваших рекомендаций.

- По крайней мере, вы смогли бы сохранить людей.

- Оставьте заботу матерям, леди. Это война, и ваше место не здесь, а у домашнего очага.

- И всё же подумайте над моими словами. Империя не так проста, как вам кажется.

- Бросьте. Это, - он махнул рукой в сторону ущелья, - не более чем досадная задержка. Скоро мы додавим вашу нечисть - и всё, Империя, как вы ее назвали, будет просить пощады. Еретиков, конечно, придется казнить.

- Каире, - Тако выдохнула, словно выходя из легкого транса, - бесполезно, у них блок.

- Серьезно?

- У всех, словно красная лента... Они фанатики, почти безумцы, разной степени безумия.

- Кого вы здесь посмели назвать безумцем, леди? - Верховный командующий зло сощурился.

- Жаль, - Каире проигнорировала его слова, - очень жаль, лорд, что вы меня не услышали. Нет существа опасней, чем мать, защищающая своих детей.

- Ну-ну, и что же мне угрожает? Вы даже не маги, что сделаете?

- Убьем.

Каире сделала шаг назад, Тако вполоборота встала за ее спиной. Вокруг вспыхнуло пламя. Кони вдруг встрепенулись и, также объятые пламенем, метнулись вперед, меняя очертания, увеличиваясь в размерах, превращаясь в двух огненных змеев. Священники шагнули вперед, поднимая щиты жизни, - Каире лишь покачала головой, когда живое гудящее пламя одним движением очистило утес и от священников, и от генералов, и от верховного командующего. Их смерть, наверное, была мгновенной. Кто-то из стражи вскинул арбалет и выстрелил, но тяжелая волна огня смела арбалетный болт прямо в воздухе, разбрызгав по земле лишь расплавленный металл. Огненные змеи подхватили и подняли девушек почти до самого верха ущелья - страшная и недосягаемая высота. И оттуда два огненных чудовища рухнули вниз, как падает сверху кит на рыбацкую лодку, уничтожая все без следа. Змеи метались по ущелью, оставляя на скалах черные обугленные следы, выжигая все живое, превращая влажную после осенних дождей глину в камень. Огненное безумие длилось считанные минуты и закончилось так же внезапно как началось: девушки вдруг встретились взглядом, кивнули друг другу и исчезли. Но уже не было ни одного живого существа в ущелье, пережившего этот ад.

Ксаргон, вероятно, почувствовал возмущение магического фона. Может, конечно, это была эмоциональная волна или след от большого количества смертей в одном месте. Так или иначе, он вдруг прервал свой путь между мирами, прислушался и перенесся в ущелье на самом краю Империи.

Гефер, с обостренным чувством эмпатии, решил бы, наверное, что в одно мгновение шагнул слишком далеко за грань безумия. Но даже на осознание себя у него сейчас не было никаких сил: чужая адская боль и панический ужас захлестнули его, словно гигантская волна. Какая сила могла совершить такое? Его несуществующее тело словно выворачивалось наизнанку и тысячи, миллионы раз сгорало в безжалостном огне. Он словно ослеп, в мгновение перестав воспринимать окружающий пейзаж, он, может быть, и оглох - потому что вместо звенящей тишины опустошенного ущелья он слышал рев пламени и крики людей. Он вдруг потерял себя, растворился в смерти других, но в последний момент какая-то сила выхватила его, как котенка за шкирку, из этой круговерти безумия и швырнула в тихое, черное, холодное нигде. Кажется, Гефер еще слышал голоса, показавшиеся даже знакомыми, но пустота вокруг была столь приятной, что призрак только свернулся калачиком на полу и чуть слышно постанывал, приходя в себя после пережитого ужаса.

Голоса, между тем, принадлежали демонам.

- За что ты его так? - Данатиэль приблизился поприветствовать Ксаргона.

- А, забыл про него.

- Хранитель миров забыл, - серая тень покачала головой и двинулась дальше собирать души умерших.

Ксаргон еще раз окинул взглядом выжженное ущелье и переместился в самое сердце Безмолвных гор.

Хранитель миров переместился в Безмолвные горы. Замок, наполовину занесенный снегом, упирался шпилями башен в нависающие на склонах облака. Ледяной ветер свистел между скал, выискивая себе жертву. В такую непогоду замок казался самым неприветливым местом на свете. Впрочем, Ксаргону окружающее его буйство стихии было безразлично.

Повинуясь приказу Хранителя, тяжелые двери замка распахнулись, впуская внутрь миллиарды снежинок. Звук тяжелых шагов разлетелся по залу гулким эхом, и из метели в зал вошел сам Хранитель, в белом как снег балахоне с темно-синими узорами по краю подола и темно-синем же плаще. Длинные ленты его капюшона рванулись вперед, подхваченные прорывом ветра, но он не обратил на это внимания.

Две девушки обернулись при его приближении, но не сдвинулись с места. У их ног горело живое пламя, словно противоположность холодному, снежному облику Хранителя.

Ксаргон остановился, не доходя до девушек пары шагов, и все трое замерли, изучая друг друга.

- Будьте любезны, Великий, закройте дверь, - Каире произнесла это почти спокойно, заставив неподвижную маску чуть улыбнуться.

- Вам скоро будет все равно, - Ксаргон направил на нее волну дезинтеграции, но натолкнулся на магический щит. Удивленный - что за щит способен выдержать прямое воздействие Хранителя? - он перенаправил теряющее силу заклинание на Тако. На этот раз магия сработала, и девушка осыпалась прахом, но дальше случилось странное. Освободившийся дух повис в метре над полом, не теряя четкости очертаний, а от праха вверх взметнулся огненный столб. Пламя удерживало девушку, не позволяя Ксаргону получить контроль, как он сделал это с Гефером.

Каире проследила за метаморфозой и, убедившись, что ситуация стабильна, снова повернулась к Хранителю:

- Значит, магию можно перенаправлять? Очень интересно, а люди так умеют?

- Им без надобности, - ответ прозвучал излишне резко, - однако все это... - Ксаргон обвел девушек рукой.

- Однако нам нужно кое-что обсудить, - Каире разжала кулак, и на ее ладони, увеличившись в размерах, оказался переливающийся шар, - а без этого, боюсь, вы не стали бы меня слушать, Великий.

- Пхах! Что еще могло это быть! - В воздухе со скрежетом появился жуткого вида трон, и Хранитель с грохотом, больше соответствующим обрушению горы, погрузился в его объятия. - Я слушаю вас, миледи. Говорите.

Каире скрипнула зубами: уселся, да еще левитирует, всем своим видом показывая превосходство. А ей остается стоять - ну ничего, привыкла за столько-то лет с иерархами. Она спрятала сферу и демонстративно отвела взгляд в сторону, помолчала, словно собираясь с мыслями, и начала с вопроса:

- Вы верите в равновесные миры, Хранитель?

Ксаргон промолчал. Что ж, на ответ и не следовало рассчитывать - он же Великий, почти бог. Почти.

- Миры не только бывают равновесными, они могут становиться равновесными. Это удивительно, по-моему. Возможно даже, что они все стремятся к равновесию, но за эту мысль я уже не готова ручаться.

Хранитель словно превратился в статую. Ни единого движения, ни звука, ничего, что могло бы выдать его отношение к сказанному. Это начинало раздражать: иерархи хотя бы реагировали на ее слова.

- Этот мир, словно маятник, колебался в четких пределах, которые ему отвели вы, Великий. И вы назвали этот баланс равновесием.

Но раз мир неустойчив в отведенных ему рамках равновесия, что если существует альтернатива? Каждый наш шаг, каждое случайное событие раскачивают маятник. Что если не сдерживать его, а мягко подтолкнуть? Это было непросто. Непросто хотя бы потому, что ваше воздействие в любой момент могло все остановить. И, тем не менее, этот мир прошел кульминацию, перешагнул к новому состоянию, в котором для равновесия ему не потребуется присутствие Хранителя. Зарождающийся мир, - Каире взвесила на ладони сферу, - тоже участвовал в движении этого мира к новому равновесию.

По нашему ощущению, до того момента, когда переход к этому новому состоянию станет необратим, осталось совсем немного - скорее всего, это будет связано, как ни странно, с коронацией Темного лорда. До этого момента я хотела бы оставаться здесь, чтобы иметь возможность влиять на ход вероятностей, хотя риски уже сейчас минимальны.

Каире мысленно выдохнула. Теперь она сказала все, что хотела - очередь за Хранителем. В конце она позволила себе немного ненаправленного воздействия, просто из любопытства, и теперь ждала ответной реакции. Ксаргон не пошевелился.

- И сколько времени вам еще нужно?

- Месяц.

- Хорошо, встретимся здесь через месяц.

Каире кивнула.

- Один вопрос, миледи. Я что-то не припомню, чтобы хранителем камня - точнее, молодого мира, заключенного в нем, - в этом мире была женщина.

- О, это чистая случайность, Великий. Одна из многих, раскачивающих баланс в этом мире. Вы знаете хранителя - или правильнее говорить, создателя? - просто забыли, наверное.

- Где он сейчас?

- В своем растущем мире.

- Я не чувствую его ни в одном из миров.

- Потому, что в равновесный мир нельзя прийти без приглашения, наверное.

Вместо ответа Хранитель миров просто исчез, оставив Каире оседать на пол после пережитого напряжения. Пламя вокруг Тако начало ослабевать, и девушка, открыв глаза, также уселась на каменный пол.

- Каире, ты сошла с ума.

- Я выиграла нам еще один месяц.

- Ты ему все рассказала, он может все разрушить.

- Нет, - Каире покачала головой, - нет, он так не сделает именно потому, что я ему рассказала. Он любопытный. Он теперь ничего не сделает.

Каире вошла в зал, на ходу скидывая походный плащ в руки дворецкому. Эстерой и Оурский поднялись ей навстречу.

- Я требую объяснений, миледи, - Темный лорд выглядел вполне неплохо после всех утренних перипетий и, видимо, был готов поскандалить. - Что, к демонам, тут происходит?

- И действительно, лорд, какого демона - зачем вы полезли в бой раньше времени?

- Вы сами отправили меня на превосходящую армию, - сейчас они стояли друг напротив друга, глядя глаза в глаза. - Без информации, без поддержки - я потерял всех своих людей! - Последнюю фразу Оурский почти прокричал.

- А я говорю, вы должны были ждать!

Вильям отвесил ей пощечину. В ответ Каире коротко, без замаха, ударила правой в челюсть - от неожиданности Оурский потерял равновесие и был вынужден опереться двумя руками о стол. Поднимался он уже держа в руке огненный шар.

Наверное, что-то такое отразилось на лице Каире, что Эстерой вдруг подскочил к ней, перехватил чуть заведенную назад руку, накрывая кулак своей ладонью в безупречно белой перчатке, прижал Каире к себе:

- Стой, тихо, тихо. Ну же, нельзя так, - и появившемуся откуда-то дворецкому: - Проводите лорда в мой кабинет.

Оурский погасил огонь и ощутил легкое головокружение: может, не стоило колдовать в его состоянии. Пошатываясь, он побрел за дворецким наверх. Ухватившись за перила лестницы чтобы перевести дух, он оглянулся: Эстерой все также прижимал к себе Каире, накрыв ладонью ее руку, а по залу распространялся запах жженой кожи.

В кабинете Оурский тяжело опустился в кресло за столом и обхватил голову руками. Пальцы дрожали - от усталости или от напряжения? Он попытался прислушаться к себе. Скорее всего, и то, и другое. И вообще он чувствовал себя каким-то опустошенным, выжатым.

- Выпьете? - голос дворецкого вернул к реальности, Оурский вскинул голову.

- Нет-нет, спасибо, обойдусь.

- Мне кажется, вам все же стоит выпить. Иленское - то, что нужно, - с этими словами дворецкий поставил перед ним наполненный бокал.

Оурский машинально сделал глоток - вино действительно превосходно восстанавливало силы. Он с интересом огляделся. Кабинет был небольшой, из мебели - только стол, несколько кресел да диван. На стенах - картины, с которых равнодушно и величественно смотрят заснеженные вершины гор. В обволакивающем полумраке кабинета картины казались порталами в иной мир.

- Это и правда кабинет лорда Эстероя?

- Да, милорд.

- Но здесь нет книг.

- Библиотека расположена отдельно, лорд много читает.

- А записи, дневники?

- Это не нужно.

Разговор не клеился. Еще раз оглядевшись, Оурский придвинул к себе единственную книгу, лежавшую на столе: толстенный труд "Прикладная хирургия человека: практика операций и послеоперационное лечение". Да уж, необычный выбор. Книга была заложена шелковой лентой, Оурский раскрыл ее, отлистал прочитанные страницы. Странное дело: сложный, серьезный труд - и совершенно никаких пометок, ни подчеркиваний, ни записей на полях...

- Лорд Эстерой увлекается медициной?

Дворецкий ответил не сразу:

- Да, милорд изучает хирургию по настоянию леди Каире. Он находит это вполне интересным.

- Но как же... - Оурский хотел спросить про книгу, однако вопрос повис в воздухе. Сделав жест тишины, дворецкий вдруг метнулся к окну и замер, разглядывая двор через узкую щель в шторах.

За дверью послышались шаги и голоса:

- Хью, я их встречу.

- Каире!

- Все в порядке, справлюсь. Иди уже!

В следующий миг дверь в кабинет распахнулась, Эстерой практически бегом бросился к Оурскому.

- Что бы ни случилось, лорд, молчите, - он встал позади кресла, положив руки на плечи Оурскому, - и ради всего на свете - забудьте сейчас про магию!

- Что происходит? - сидеть, прижимаясь спиной к этому человеку, было некомфортно.

- Иерархи. Молчите.

Полы черного плаща повисли по краям кресла, Эстерой навис сверху, и Темный лорд почувствовал себя словно в каком-то странном коконе, даже полумрак в кабинете как будто сгустился.

Внизу в большом зале Каире приветствовала нежданных гостей.

- Не могу сказать, что рада вас видеть, уважаемый. Но имейте смелость войти, раз уж пришли, все трое.

- Леди, леди, - Оурский с содроганием узнал голос Султана, - не стоит путать осторожность с трусостью, умоляю вас. Впрочем, у нас действительно есть разговор.

- И на этот раз Гефер не заступится, - а это был Гладиатор, демоны подери.

- Гефер развоплощен, я слышала, - Каире сказала это так, словно говорила о вчерашнем дожде. - Располагайтесь.

- Итак, перейдем к делу, - голос Султана был обманчиво мягким. - Леди, кто вы?

- Независимый консультант Ордена, секретарь Круга иерархов, до недавнего времени - действительный член Совета Империи.

- Не говорите ерунды, - Гладиатор вскочил на ноги.

- У вас другое мнение, уважаемый?

- Какую игру ты ведешь, тварь?

- Воздержитесь от оскорблений.

- Отвечай - или я все равно заставлю тебя ответить, но тебе это не понравится.

Пламя из камина вдруг на глазах у трех иерархов горящей лентой переместилось к Каире и свернулось кольцом у ее ног. Каире сделала несколько шагов, развернулась и прошлась в другую сторону - пламя следовало за ней, рассыпаясь вокруг огненными искрами.

- Нравится? - Каире повернулась к иерархам.

- Впечатляет, - Султан погладил подбородок.

- И раз вы удовлетворили свое любопытство, и мы все так удачно собрались в одном месте, я предлагаю провести внеочередное заседание Круга. Или того, что от него осталось.

Гладиатор все еще стоял, сжимая и разжимая кулаки от злости.

- Какая наглость... - он двинулся вперед, - да я сейчас...

Каире только пристально посмотрела на него. Огонь снова сформировался в ленту, или точнее сказать в огромную змею, и ударил. Мгновения было достаточно иерарху, чтобы вскинуть щиты: от иллюзии, от магии, от огня... Но змея вдруг оказалась вполне материальной, ударив головой в широкую грудь. Гладиатор упал назад, перекувырнулся и начал медленно подниматься, держась за грудь и хватая ртом воздух.

- На повестке дня два вопроса: главный - о дееспособности Круга. И второй, с ним связанный, об императоре.

Гладиатор, наконец, выпрямился, запустил регенерацию и выставил перед собой физический щит. Огненная змея ударила в спину, не сильно, но достаточно для того, чтобы маг с гримасой ненависти повис в созданном им самим потоке уплотненного воздуха.

- Раз возражений нет, я, пожалуй, перейду к сути вопросов.

Оурский слышал голоса и шум внизу, ощутил, как вдруг маги вскинули щиты - так, что воздух, казалось, затрещал от напряжения. Стоявший позади Эстерой позволил себе немного расслабиться: понятно, маги теперь не так интенсивно сканируют поместье. Но что здесь могло заставить трех великих магов применить такие щиты? Каире? Сумрак в комнате словно сгустился еще сильнее. Или это уже в глазах темнеет...

- Итак, уважаемые, вопрос первый. От пяти членов Круга осталось три. Процесс замещения по всем правилам займет не меньше года. Через сколько дней, считая сегодняшний, Орден выступит с требованием о ликвидации Круга иерархов?

- Они посмеют? - Ваятель впервые подал голос.

- Все отцы-основатели в Столице, и большинство отрядов тоже. Расклад таков, что магически Орден вас превосходит, уважаемые. Они могут просто лишить вас магии, и им необязательно для этого собирать вас вместе, проще выкосить по одному. И это еще без учета орденских ассасинов.

- И правда, паршиво, - Султан закинул в рот пару изюмин. - Мы не сможем постоянно держаться вместе, чтобы защищать друг друга.

- А если просто исчезнуть... - Ваятель откинулся в кресле, соединив перед собой кончики пальцев, - нет, не вариант: с таким раскладом нам некуда будет возвращаться. Дайте подумать... Вероятно, леди предложит нам действовать на опережение?

- Мне нравится ваш конструктивный подход, - в это время Гладиатор полностью справился с собой, но Султан нетерпеливо помахал ему рукой, призывая не вмешиваться, и Гладиатор, вынужденный подчиниться старшему, рухнул в кресло, всем своим видом выражая недовольство. - Я предлагаю вам объявить о временном расформировании Круга.

- Что нам это дает?

- Как минимум, легальную возможность восстановить Круг, когда посчитаете это целесообразным.

- Принимается. А что до тех пор?

- Тут мы переходим ко второму вопросу. Традиционно Круг одобрял кандидатуру императора. Сегодня Орден имеет в Совете большинство, достаточное для продвижения своего императора. Сможете ли вы не одобрить императора? А главное - каковы ваши шансы на сохранение Круга, если императором станет ставленник Ордена?

Голос Каире вдруг приобрел необычную твердость. То, что она говорила, было действительно важно, и даже Оурский крепко задумался, как иерархам выкрутиться из сложившейся ситуации - а ситуация была скверная, очень скверная. Темный лорд подумал, что, будь он на месте магов, то, наверное, отбросил политику и ударил первым, хоть бы это и означало открытую войну - тут терять уже нечего. Но Каире, кажется, видела другой выход.

- Я настоятельно рекомендую вам, уважаемые, распустить Круг, пока это можно сделать на выгодных вам условиях, и объявить о вхождении в Совет с приоритетным правом голоса. При грамотной игре это позволит выбрать другого императора.

- Вы держите Орден за дураков? - Гладиатор, судя по тону, еще не отошел от обиды - да, это будет враг на всю жизнь.

- С большинством в Совете Орден способен устранить вас не напрягаясь - способов много. Но если вы объявите о добровольном роспуске у Ордена не будет оснований отказать вам в членстве в Совете перед лицом представителей гильдий.

- В этом есть смысл, - протянул Ваятель, - но только в том, что касается немедленного роспуска Круга. Даже с учетом приоритетных голосов мы не сможем избрать императора.

- Уважаемый коллега прав, - Султан пересыпал горсть изюма из одной руки в другую, - гильдии не смогут даже выбрать единого кандидата - у торговцев обострились терки с ремесленниками, кузнецы недовольны качеством сырья, а аптекари вообще все ходят под Орденом.

- В этом и состоит план. Как я сказала, это потребует определенных усилий и грамотных действий.

- Вы хотите сказать, леди, что все гильдии способны объединиться вокруг одного кандидата?

- Да.

- И, может, вы назовете нам этого кандидата?

- Лорд Вильям Оурский.

Султан закашлялся, Гладиатор вновь вскочил на ноги:

- Чушь собачья! Сколько можно рассказывать нам эту ерунду, заговаривать зубы? К демонам эти сказки!

- Сядь, - Ваятель подался вперед. - Леди, вы действительно считаете, что Оурский может быть избран Советом? По закону?

- Конечно.

- И от нас требуется только войти в Совет?

- С правом приоритетного голоса без указания имен и числа иерархов.

Несколько мгновений Ваятель обдумывал сказанное, затем запрокинул голову и расхохотался:

- Гениально! Я не знаю, как вы это сделаете, леди, но это гениально.

Султан позволил себе усмешку:

- Кажется, я понимаю ход ваших мыслей, коллега.

- А теперь, уважаемые, раз мы друг друга поняли, будьте добры покинуть мой дом, - голос Каире снова стал твердым, ей хотелось подчиниться, и Оурский неосознанно сделал попытку подняться, вот только Эстерой крепче сжал пальцы на его плечах, и наваждение схлынуло. - Сегодня назначен вечерний Совет, который грозит перерасти в ночной - не откладывайте ваше объявление.

Иерархи переглянулись и исчезли, чтобы появиться в заброшенной башне в снежных горах. Гладиатор в ярости ударил кулаком в первое, что подвернулось - хлипкая деревянная дверь вылетела наружу, а ледяной вихрь обрадованно швырнул ему в лицо колкие снежинки.

- Крон! Ксарг и демоны всех миров! Она же просто переменила тему! Как, почему мы ей это позволили?

- Печаль в том, коллега, - Султан поставил вокруг башни воздушный щит, - что она оказалась права: мы действительно проморгали императора и, самоустранившись, недооценили опасность Ордена. Камень этот еще...

- Я не понимаю, на кого она играет, - Ваятель и здесь нашел любимое кресло, - но пока это выглядит как игра в нашу пользу.

- Может она быть ставленницей Оурского?

- Все может быть, хотя ее магия...

- Ох, - Гладиатор потер все еще побаливавшую грудину.

- Короче, с Оурским мы договоримся - его маги хороши, но до Орденских им далеко. Давайте решать проблемы по мере их поступления, коллеги.

Каире вошла в кабинет и устало опустилась в кресло. Эстерой раздвинул шторы и уселся на подоконнике, спиной к окну.

- Выпьешь?

Леди отрицательно покачала головой:

- Принесла же нелегкая. С вашего позволения, закурю.

- Вы в своем доме, миледи, - Оурский потянулся за недопитым бокалом, - я бы тоже не отказался.

Дворецкий подал Оурскому набитую трубку и удалился.

- Зал придется перестраивать?

- Нет, Хью, только прибраться.

- Хорошо.

- Ну что, лорд, услышали, какого мнения о вас великие маги?

- Гладиатора придется убрать.

- Да бросьте, он вполне безобиден. Вы не хуже меня знаете, что известный враг в сто раз лучше тайного недоброжелателя. Тем более, что его ненависть направлена не на вас. Я должна извиниться за наш небольшой конфликт, лорд. Это усталость и нервы - сами видите, день сегодня паршивый.

- Понимаю вас.

- Когда планы летят к чертям из-за того, что армия прибыла на сутки раньше срока, признаюсь, трудно сохранять самообладание.

- Вот как... И что дальше?

- Для вас, лорд, ничего не меняется - вы будете императором.

- Ваши слова крайне убедительны. Признаться, я не думал, что иерархи вас послушают.

- И так быстро уберутся отсюда, - в голосе Эстероя мелькнуло неодобрение. - Ненаправленное воздействие?

- Это же иерархи, конечно, ненаправленное.

- Устала?

- Переживу.

- Простите, о чем речь?

- Не обращайте внимания, лорд, просто мне пришлось применить не только слова, и, возможно, вы ощутили некоторый побочный эффект. А у меня просто болит голова. Но сейчас нам нужно обсудить наши дальнейшие действия.

Каире выдохнула тонкую струйку синеватого дыма и, откинувшись в кресле, посмотрела куда-то поверх Оурского и Эстероя - туда, где за окном вечернее солнце начинало золотить высокие перистые облака.

- Знаете, лорд... Мне показалось, вы любите старые книги... Так вот я, пожалуй, расскажу вам историю из одной такой редкой летописи.

Жил-был весьма харизматичный правитель. Много земель собрал он под своей властью - кто добровольно присоединился к сильной стране, кого он завоевал... Складно все было в его правление, хоть и называли его жестоким и кровавым, но признавали также и справедливым. Вот только всё-таки умер он. Наследником стал старший сын, и правил по заветам отца, насколько это у него получалось. Получалось не всегда, но войска были сильны, редкие мятежи подавлялись. Народ боялся нового правителя, но терпел - в память о его отце, сделавшем страну такой большой и сильной. Умер этот правитель лет через десять - кто знает, почему. А дальше правители сменялись и того чаще - ссоры, интриги, заговоры. Армия росла, но уже не успевала решать внутренние проблемы привычным способом, а только требовала все больше денег - повышались налоги, мятежи происходили все чаще. Вот такие дела, за какую-то сотню лет страна погрузилась в нищету и смуту, а все так хорошо начиналось...

- И что дальше?

- Дальше? А дальше к власти неведомым образом пришел какой-то сильный маг и правил почти двести лет, пока не ушел на покой, назначив вместо себя нового правителя - абсолютного нейтрала. Ничего, в общем-то, интересного больше не происходило.

- И как же называлась эта страна?

- Демон знает, как она тогда называлась. А вот то, что от нее осталось, сейчас зовется Имперским союзом Карманидии и северных земель.

Повисла пауза. Оурский кашлянул:

- Зачем вы мне сейчас это рассказали?

- Наверное, чтобы у вас было время это обдумать. И, кстати, лорд Вильям, если вы намерены стать императором, снимите ваши накопительные артефакты и забудьте, что вы когда-то умели колдовать - маг не может быть императором, это традиция.

- Вон оно как... Честно, не знал.

- Никто, кроме отцов Ордена, не знает. Это их главный козырь для отсева соперников - внезапно оказывается, что все остальные претенденты маги.

- И как вы это узнали?

- Зная легенду, можно и догадаться. Остальное - дело пары уточняющих вопросов.

- А сама легенда?

- Тут главное знать, где искать.

Внеочередное заседание Совета Империи началось уже затемно и грозило затянуться до утра. Зал был полон: не часто на повестке стоит такой важный вопрос. В ложах гильдий не было ни одного свободного места, сектор независимых членов Совета также был полон, Орден явился в полном составе, за исключением отряда Имперских соколов: они не успели прибыть в Столицу до нападения Оурского и до сих пор задерживались в пути. Отцы-основатели уверенно улыбались, делая вид, что ничего страшного не происходит, но все чаще ловили вопросительные взгляды.

Первый отец-основатель уже почти час выступал с трибуны. Смысл его речи был предельно прост и всем известен: сегодня Совету предстоит выбрать кандидатов на должность императора. Остальные слова должны быть сказаны и записаны для протокола, и мало кто из присутствующих уделял им внимание. В зале шло тихое обсуждение: гильдии проговаривали детали выбранных стратегий и последние условия заключенных союзов. Лорд Хью Эстерой, удобно расположившись на доставшемся ему от Каире месте в глубине сектора независимых членов Совета, следил за происходящим. Кто с кем переговорил, кто кому кивнул и пожал руку - у него еще будет время все это обдумать, главное - чтобы сейчас никакая важная деталь не ускользнула от его внимания. На его лице застыла скучающе-отрешенная улыбка. Многие не раз поглядывали в его сторону, ожидая, что словом или действием он как-то выразит свое отношение, но сегодня Эстерой хранил молчание: роли расписаны, и его партия еще не началась.

Выступление отца-основателя подходило к концу, и он перешел к представлению кандидата от Ордена. Эстерой только покачал головой: библиотекарь. Они не нашли никого лучше библиотекаря, какой кошмар, куда катится этот мир. Впрочем, все закономерно: Орден сейчас полностью состоит из магов, и найти нейтрала в короткие сроки оказалось нелегкой задачей. Им просто повезло, что у них был хотя бы библиотекарь.

В секторе независимых началось оживление. Едва различимый шепот начал гулять по залу, захватывая соседние ложи гильдий. Люди качали головами и все чаще украдкой оглядывались на своих лидеров. Когда волна беспокойства достигла, наконец, лорда Эстероя, он чуть приподнял правую бровь, и сидящий поблизости человек протянул ему дрожащей рукой сложенную записку. Кажется, весь зал затаил дыхание, ожидая, когда Эстерой в неизменно белых перчатках развернет помятый листок бумаги. В записке всего два слова: Вильям Оурский.

Эстерой мельком взглянул на имя и вернул листок. Задумавшись, он пару мгновений молчал, поглаживая ладонью серебряный набалдашник трости в форме драконьей головы. Затем ободряюще улыбнулся:

- Интересная идея.

Шепот новой волной пошел гулять по залу.

Тем временем, Первый отец закончил свою речь и покинул трибуну. Эстерой поднялся, поправляя перчатки. С тростью под мышкой он неспеша спускался к трибуне, уверенный, что сейчас все глаза смотрят на него. В зале воцарилась тишина.

- Уважаемый Совет. Как представитель сектора независимых членов, как представитель голоса горожан, я назову два имени, которые были доведены до моего сведения, - он облокотился на кафедру и сделал паузу, чтобы убедиться, что секретарь успел точно записать его слова. - В качестве кандидатов на место императора пусть выступят, - он снова сделал паузу, - лорд Вильям Оурский и Первый сокол Империи Адриан.

По залу прошел вздох.

- Вы с ума сошли! - бургомистр Столицы, старый орденский прихвостень, вскочил с места.

Эстерой поднял ладонь, призывая к порядку:

- Слово сказано и записано. Пусть уважаемый Совет делает выбор.

- Оурский -преступник.

- Спокойствие, коллега, - вмешался первый отец-основатель, - будьте корректны, - и добавил шепотом: - Все равно его не выберут.

Эстерой вернулся на свое место.

С трибуны выступали представители гильдий, кто называл своих кандидатов, кто открыто заявлял о поддержке той или иной фракции. Несколько раз выходили и орденцы, не в последнюю очередь за тем, чтобы напомнить собравшимся о недостатках наиболее перспективных конкурентов. Пару раз завязывались перепалки, но до драки дело не дошло.

К Эстерою подходили с расспросами об Оурском, но говорить об этом в переполненном зале было бы глупостью. Поэтому все любопытствующие возвращались на свои места ни с чем.

Наконец, настал момент, когда все желающие выговорились. Первый отец-основатель вновь взял слово, чтобы завершить заседание.

- Уважаемый Совет, уважаемые мастера гильдий, уважаемые независимые члены Совета, уважаемые магистры и воины Ордена, прошу внимания. Сегодня мы собрались здесь, чтобы назвать имена тех, кого мы хотели бы видеть во главе Империи. Слова были сказаны, и слова были записаны. К ближайшему очередному заседанию - а оно у нас намечено на третий день - я прошу кандидатов предоставить письменное согласие на участие в выборах. Прошу внести это в повестку заседания первым пунктом, остальные вопросы будем рассматривать в порядке очереди. А сейчас, если никто не возражает...

Он почти произнес долгожданное "объявляю заседание закрытым", но только беззвучно открыл и закрыл рот, потому что магические маяки все разом вспыхнули и погасли, а из открывшегося рядом с трибуной портала в зал вышли три иерарха.

- Доброй ночи, уважаемые, - Ваятель легким движением закрыл портал. - Простите за столь поздний визит, но я смотрю, вы и сами тут подзадержались.

- Вы испортили магическую защиту.

- Увы, мы спешили, как могли, соблюдать мелкие магические правила было некогда. Думаю, скромная компенсация по одному золотому за маяк покроет расходы на восстановление системы. Сколько их было, пять? Шесть? Вот, - он повернулся к Султану, и тот зачерпнул из бездонного кармана горсть монет, отсчитал шесть штук, - шесть золотых империалов. Прошу казначея зафиксировать оплату.

Эстерой чуть не рассмеялся. Все-таки иерархи - те еще плуты и интриганы. Интересно, чья это была идея - снять магическую защиту? Ваятель или Султан... Неважно, но провокация красивая: Орден еще не планировал атаку, но такой шанс... Скорее всего, неподготовленный удар иерархи отразят, и будет прекрасный повод для скандала. А если Орден стерпит - что ж, значит, разум и дисциплина у них еще остались.

Рассчитываясь с казначеем, Ваятель ненавязчиво оттеснил отца-основателя от трибуны. Султан и Гладиатор встали позади. Плотная формация, щиты на взводе. Монах бы оценил.

- Уважаемый Совет. В эти нелегкие для Империи дни, когда звезды удачи на небосклоне жизни затянуты пеленой неопределенности, Круг иерархов после длительного совещания принял решение. Иерархи готовы объявить о роспуске Круга на неопределенный срок при условии, что каждому члену Круга будет предоставлено место в Совете с правом приоритетного голоса.

Зал оживился. Между ложами гильдий снова забегали парламентеры. Да, уважаемые мэтры, вы нашли прямо те слова, чтобы наступить в муравейник.

В ложе Ордена поднялся один из отцов.

- Правильно ли мы поняли, что уважаемые иерархи желают получить места в ложе независимых членов Совета? - для наглядности он повел рукой в сторону ложи.

Ваятель изобразил снисходительную улыбку:

- Вероятно, уважаемый мэтр был невнимателен. Мы просим лишь временные голоса, и потому не считаем, что вправе занимать чье-либо место. К тому же, учитывая наш статус, мы полагаем себя вправе просить о приоритетных голосах, таких, как у вас, мэтр. Поэтому - я повторю, и запишите, пожалуйста, точно - иерархи просят предоставить им каждому по дополнительному месту в Совете с правом приоритетного голоса.

Судя по звуку, кто-то в орденской ложе только что сломал карандаш. У первого отца-основателя, кажется, дернулся глаз.

- И, простите, как долго вы собираетесь... эмм... присутствовать в Совете?

- Будущее Империи сейчас очень неопределенно, - Ваятель картинно развел руками, - картины вероятностей меняются каждое мгновенье. Кто знает, как сложится равновесие завтра, и как - через сотню лет?

Отец-основатель кивнул и опустился в свое кресло. Его губы, кажется, сложились в какую-то нелицеприятную фразу.

- Орден должен обдумать ваше предложение.

- Разумеется. Но мы хотели бы получить ответ сегодня.

Браво. Незачем спрашивать у всего Совета - Орден держит большинство. Все остальное - формальность.

Орден согласился. Обсуждение длилось долго, спорили горячо. Гильдии благоразумно не вмешивались, лишь несколько особо приближенных людей находились поблизости и могли слышать суть споров, чтобы затем рассказать все главам своих гильдий. Несколько раз звучал призыв атаковать безумных магов, но первый отец-основатель на месте пресекал подобные глупости. Может ли Орден отказать иерархам? Увы, слишком многие отвернутся от Ордена: даже сейчас, когда из пяти великих магов осталось трое, мало кто захочет перейти им дорогу. Слишком велика сила.

Первый отец-основатель поднялся со своего места:

- Орден принял решение, - Ваятель поднял ладонь.

- Не торопитесь, отец, ночь длинна. Прошу вас к трибуне.

Последняя надежда - на несоблюдение протокола - умерла.

Первый отец-основатель тяжело оперся двумя руками о полированный камень. Три иерарха с отсутствующим видом расположились по правую руку.

- Орден принял решение. В ответ на вашу просьбу, уважаемые мэтры, Орден, пользуясь своим правом голоса в Совете, объявляет голосование. Уважаемый Совет, прошу внимания. Голосование о праве уважаемых мэтров на дополнительные приоритетные голоса в Совете будет проходить в два этапа. В первом круге голосов участвуют обладатели приоритетного голоса. Голосование проводится открыто. Прошу.

К трибуне вынесли весы и корзину магических камней, которые будут означать голоса. Отец-основатель взял первые два камня, поместил их на разные чаши весов, дождался равновесия и поменял камни местами.

- Весы в равновесии, господа, - он убрал камни обратно в корзину, затем положил один камень на чашу, которая должна была символизировать голос "за".

К весам стали подходить другие обладатели приоритетных голосов, камней на первой чаше становилось все больше. Наконец, проголосовали все, кто мог участвовать в первом круге.

- Уважаемый Совет, решение принято приоритетными голосами - единогласно "за". Объявляю начало голосования обычными голосами и по правилу Совета приглашаю сначала голосовать тех, кто намерен отдать голос "против".

По залу прошлась волна смешков. Если предводители Совета не решились выступить против иерархов, то кто решится? Люди, переглядываясь, сидели на своих местах.

- Уважаемые члены Совета, если есть среди вас те, кто намерен голосовать против предложения мэтров, прошу вас к весам.

Никто не вышел.

- Голосование окончено, предложение принято. Уважаемые мэтры, будем рады видеть вас на следующем заседании Совета, оно назначено на третий день.

- Благодарю вас, отец, - Ваятель коротко поклонился, - слово сказано, и слово записано. Ваше благоразумие делает вам честь. Позвольте удалиться.

Позади иерархов возник портал, в который они и шагнули, один за другим.

Первый отец-основатель, наконец, объявил о завершении заседания, участники начали расходиться. Проходя мимо ложи Ордена лорд Хью Эстерой слышал, как отцы раздавали указания:

- Три иерарха, приоритетные голоса. Чтобы уже завтра я получил отчет о возможных итогах голосований, с вероятностями поддержки по гильдиям.

- Голоса иерархов могут повлиять на исход.

- Мы объявим закрытое голосование. Нельзя допустить, чтобы гильдии голосовали так, как скажут иерархи.

- Верно. Нам нужно знать, каков расклад с этими дополнительными голосами. Срочно. С кем-то из гильдий придется провести беседу.

- Пообещать им больше поблажек?

- Или наоборот, - Первый отец-основатель нехорошо прищурился.

Часть 4. Тени прошлого

Костер был крошечный. Даже в опустившейся на мир ночи его свет был едва различим. Тем не менее, трое мужчин держались от огня на почтительном расстоянии, молча и напряженно вглядываясь в языки пламени.

Широкие плечи и добротный, хоть и легкий доспех однозначно указывали на их принадлежность к воинскому сословию, но что-то еще про них сказать было сложно, и, прежде всего, потому, что слишком молодо выглядели их лица в обрамлении совершенно седых волос.

В других условиях они, может, обошлись бы и вовсе без огня, но осенние ночи давали о себе знать, и ночевать под ясным небом было действительно холодно.

Из задумчивости воинов вывел звук шагов: кто-то торопливо шаркал по дороге, приближаясь к костру.

- Стойте, стойте, уберите ваши мечи, пожалуйста! - Незнакомец заговорил раньше, чем вошел в круг света, и голос его был тихий и хриплый, как после болезни. - Простите меня, пожалуйста, - воины, наконец, разглядели его и отложили мечи: очередной бродячий проповедник, да и вид под стать голосу, худой, как скелет, балахон мешком висит.

Проповедник тем временем подошел совсем близко, остановился и запустил руку под капюшон.

- Вы уж простите меня, я так обрадовался, когда огонь увидел - думал уж всё, опять одному ночевать. Но нет, небо милостиво сегодня. Позвольте у вашего костра отдохнуть.

- Подходи, садись, только богов своих оставь при себе.

Снова повисла тишина. Проповедник придвинулся почти вплотную к огню, протянув вперед руки, а воины вернулись к разглядыванию пламени.

- Спать что ли пора, - воин, пригласивший проповедника к костру, чуть выпрямился и повел плечами.

- И то дело, - его напарник зевнул.

Проповедник лишь пожал плечами.

- Хех, что-то ты молчаливый для проповедника.

- Кто бы говорил, - его голос был по-прежнему тихий, - сами сидите тут с каменными лицами, как покалеченные.

- Покалеченные, - тихо повторил воин и даже подался вперед, - Парень, да ты даже не представляешь, насколько покалеченные. Видел бы ты, что нам довелось увидеть. Никто же не выжил, понимаешь? Лучше б мы сдохли там, вместе с остальными.

Проповедник фыркнул и мельком взглянул на говорившего:

- Значит, небо хотело, чтобы вы жили, - и отмахнулся: - Подождите.

Он еще ближе наклонился к костру, затем с трудом поднялся и повернулся к костру спиной, подняв лицо к звездному небу. Через некоторое время он сделал рукой какой-то знак, опустился на одно колено, коснулся ладонью земли и прошептал короткую молитву. После всего этого он вновь уселся к костру.

- Небо говорит мне, что ваш предводитель жив, - его голос ослаб почти до шепота.

- Врешь.

- Небо не врет, - он снова пожал плечами, - небо знает.

- Этого не может быть, - в наступившей тишине было слышно, как скрипнули стиснутые зубы.

Проповедник промолчал.

- Слушай, Кнут, - второй воин почему-то заговорил совсем шепотом, - даже если Оурский жив, хоть я и не представляю, как такое возможно, и тем более не представляю, где его искать... Я навоевался, не могу больше.

- Кнут, я тоже... К демонам эту войну, у меня семья осталась, ты знаешь.

Названный Кнутом кивнул и опустил голову на руки, задумался, прислушиваясь к себе. Все молчали. Наконец, он со вздохом выпрямился.

- А я пойду. Что еще мне делать, кому я нужен.

- Если все же найдешь его, скажи, что я... не могу.

- Ничего не говори.

- Если... - Кнут отмахнулся, - я все понимаю. До города со мной дойдете?

Воины только кивнули в ответ, да и не требовалось ничего больше. Они смотрели друг на друга и уже прощались, как прощаются навсегда старые товарищи, и в глазах у каждого зажглась какая-то решимость, и от сделанного выбора словно дышать стало легче.

- Три дня пути, - голос проповедника разрушил волшебство момента.

- Что?

- До города, говорю, три дня пути по этой дороге. Твое имя Кнут, стало быть?

- Да не имя, так...

- Ясно. Дай мне свой меч, пожалуйста. Да не бойся, что я тебе сделаю.

После недолгих колебаний воин протянул свой меч. Проповедник почтительно взял его за лезвие, поднял на вытянутых руках над огнем. Он ничего не говорил, но по дрожанию рук было видно, что ритуал, каким бы он ни был, дается ему с трудом. Вдохнув сквозь зубы, проповедник переместил меч себе на колени и склонился над ним, не выпуская из рук. Казалось, он просидел так целую вечность, но вдруг выпрямился и протянул меч воину:

- Я закончил.

Проповедник ушел еще до рассвета, а воины продолжили путь. К концу третьего дня они действительно вышли к небольшому городу, где и заночевали. А на утро у выхода из города они приметили сидящего на ступенях какого-то храма блаженного. Кнут остановился:

- Благослови меня на дорогу, человек.

Блаженный оглядел его, прищурив один глаз:

- Чего хочет от меня тот, кто благословение богов с собой носит? - сказал так и, поднявшись, скрылся в храме, оставив недоумевающих воинов посреди улицы.

Лорд Хью Эстерой удобно расположился в своем кресле в ложе независимых членов Совета Империи. Сегодня Совет принимает письма от кандидатов на место императора. Соколы прибыли в Столицу на рассвете, и на заседании от них присутствовали лишь трое - первый сокол Адриан и его ближайшие заместители. О Вильяме Оурском в Столице в последние дни ничего не слышали.

Первый отец-основатель Ордена при помощи секретаря и церемонеймейстера Совета удостоверял получение писем и зачитывал их содержание. Ничего интересного, благодарность за оказанное доверие и заверения, что, будучи избранным, кандидат не поставит под сомнение честь проголосовавших за него и будет всенепременно стараться соответствовать. И что-то там еще.

По представлению отца-основателя к трибуне подошел Адриан. Бледный и уставший после долгого перехода и бессонной ночи, он протянул свое письмо. Отец-основатель поднял бровь, но бумагу взял и начал читать:

- Многоуважаемый Совет. Как предводитель отряда Имперских соколов, я, Адриан, прежде всего, прошу прощения за наше столь долгое отсутствие в столь трудный для Империи час. Видят небеса, обстоятельства были сильнее нас, и не могли мы, как ни старались, прибыть в Столицу раньше. С тяжелым осознанием того, что таким образом Соколы не оправдали возложенных на нас надежд, я должен признать, что не чувствую себя достойным оказанного мне доверия.

Отец-основатель удовлетворенно кивнул и сложил бумагу:

- Стало быть, вы, Первый сокол Адриан, отзываете свою кандидатуру?

- Совершенно верно.

Забавно, как легко принял Орден такой ответ. Наверняка перед заседанием была проведена воспитательная беседа. И кажется, будто Адриан оказался понятливым человеком. И повод для отказа достойный. А всего и секретов-то, на самом деле, что Адриан - маг.

Конечно, Адриан-кандидат - да еще под именем Ордена - сильно нарушал планы орденских отцов. Кому нужен библиотекарь, если есть другой, более достойный человек? И за Адриана могли проголосовать многие. Вот только не может маг встать во главе Империи, это закон. Орден обычно не связывался с Соколами - поди разберись, кто из них маг, а кто рядом стоял. Тем более, что Соколы своих магов не выдают. Забавно было видеть лицо Адриана - Эстерой ради этого лично встретил их отряд в ночи на подступах к городу. Встретил, поравнялся с ним и как самую обыденную вещь сказал, "маг не имеет права быть императором".

- Что вы сказали?

- Вы не ослышались.

- Почему вы мне это говорите?

- Думаю, вам следует это знать.

- Но как вы...

Эстерой вскинул голову, подставив бледное лицо звездному небу:

- Пусть это будет наш с вами секрет. Никому не обязательно знать этой причины для вашего отказа быть императором.

Теперь Адриан все сделал правильно. Считайте, считайте голоса, отцы. Закрытое голосование - отличная идея. Осталось дождаться письма от Оурского.

Сегодня лорд Эстерой вошел в здание Совета в своем привычном быстром темпе. Каждый шаг, каждый поворот давно отпечатались в идеальной памяти. Что действительно было ново в этот день - это расположение орденских солдат. Они явно ждали. С десяток соглядатаев на площади. Двое привратников у входа. Еще двое изображают беседу тут же возле дверей. За колонной один. Возле окна сразу трое. Вдоль коридора прогуливается еще один, второй, третий... Ничего себе, как людно сегодня в Совете. Вход в зал заседаний - тут особо не постоишь, негде, вот и Орден выделил всего двоих, и они напряженно вглядываются в лица каждому входящему.

Закрыв лицо ладонью, полуприкрыв глаза Эстерой сидел в кресле, поддерживая минимально необходимую ментальную связь.

На площади появился молодой человек. Уверенной походкой он пересек людное пространство, направляясь прямиком к зданию Совета. Черные кудрявые волосы, худое, почти подростковое лицо, спокойный взгляд черных глаз. Одежда обычная, но все же дорогая, на обеих руках широкие - почти до локтей - наручи из тонкой черной кожи. Сын главы торговой гильдии, красавчик, от которого все девушки Столицы теряют голову, даром что он ни одну не жалует и вообще редко появляется на публике.

Молодой человек легко взбежал по ступеням, весело кивнул привратникам, позволив себя досмотреть. Никакого оружия, никаких, разумеется, артефактов. И никакого письма, конечно. Открыл дверь, шагнул внутрь и быстрым шагом двинулся вперед, словно знал дорогу с рождения.

Монах подхватил со стола аккуратно запечатанный конверт - на сургуче песья голова. Стоящий рядом дворецкий кивнул: "Пора". Пожав плечами - пора так пора, - Монах сунул письмо в карман, накинул капюшон и, настроившись на едва различимый маячок, переместился.

Молодой человек повернул за угол - один наблюдатель отвернулся, потеряв его из виду. Другой, стоящий в коридоре, увидел перед собой уже двоих человек - на локте у молодого красавчика буквально висел с головой завернутый в мантию старик. Пара неспешно дошла до зала заседаний, молодой человек открыл дверь, впуская своего спутника внутрь, и остался ждать его возле входа.

Не поднимая головы, Монах прошаркал к трибуне, вытащил из кармана письмо и предъявил его секретарю, чтобы тот переписал имя, выведенное на конверте каллиграфическим почерком, и удостоверил печать. Секретарь кивнул и склонился над журналом, а Монах так же молча протянул письмо Первому отцу-основателю.

Кажется, уважаемый отец скрипнул зубами. Письмо не должно было попасть в Совет! Но секретарь уже записал имя, и ему осталось только зачитать содержание. Демоны бездны!

Монах дождался, пока письмо будет зачитано, кивнул и направился к выходу. В ложе Ордена за его спиной началось движение. Кто-то громко шепнул, "Задержите его", кто-то поднялся и, чуть пригнувшись, стал пробираться к выходу. Эстерой кивнул каким-то своим мыслям.

За дверью молодой человек встрепенулся и достал из кармана часы. Покачал головой, огляделся и направился прямиком к ближайшему наблюдателю:

- Уважаемый, простите, который час?

Орденец пару раз непонимающе хлопнул глазами, сообразил, в чем вопрос, и полез в свой карман. Он опустил взгляд на циферблат, и не успел даже понять, почему вдруг потемнело в глазах.

- Что здесь происходит? - его напарник бросился на помощь, на ходу выхватывая кинжал.

- Помогите, человеку сделалось плохо.

Орденец остановился в паре шагов от лежащего тела и склонившегося над ним парня. Коридор в обе стороны был абсолютно пуст.

- Что ты с ним сделал?

- Ничего, - парень вскинул голову... и рассыпался облаком праха, чтобы тут же возникнуть позади солдата. - С ним - ничего.

Человек не успел ничего почувствовать, медленно оседая на каменный пол.

Из зала заседаний вышел Монах, аккуратно прикрывая за собой дверь. Кивнув своему товарищу, он мгновенно выпрямился, и вдвоем они почти моментально преодолели коридор. Навстречу прогуливающемуся соглядатаю из-за угла повернули уже знакомый старик в темном балахоне и его молодой спутник. Они почти достигли следующего поворота, когда сзади выбежал орденец:

- Держи его! За ними, остановите их уже!

Пара разделилась: Монах шагнул налево, направившись в колонный зал, а его спутник повернул направо, к выходу. За ним почти не гнались: сделав еще несколько поворотов, он нашел уютную темную нишу с каким-то пыльным доспехом и, вновь превратившись в прах, надежно спрятался там до лучших времен. Монах, попетляв для приличия между колонн, улучил момент, когда его никто не видел, и просто исчез. Магические маяки ничего не засекли.

Появился он в той же комнате, откуда начал путь, и устало рухнул в кресло:

- Все-таки рано мне еще совершать такие подвиги.

Каире подалась вперед:

- Ты сам сказал, что тебе надо посмотреть.

- Я не спорю. Надо было.

- Иии?

- Я увидел, что хотел.

Тишину вечерних сумерек нарушил топот копыт. Возле богами забытой старой таверны на краю леса с легким скрипом остановилась карета, запряженная четверкой серых коней. Чуть помедлив, из кареты вышла девушка в шикарном платье - поднявшись по ступенькам, Тако толкнула дверь, вошла внутрь и направилась прямиком к Дэниелу под удивленные взгляды немногочисленной публики. Хозяин таверны поднялся навстречу, да так и остановился, не находя слов.

- Доброго дня, магистр, - она произнесла приветствие на грани слышимости, так что только по движению губ можно было угадать слова.

"Чем обязан, интересно," - мысленно проворчал Дэниел и собрался было озвучить эту мысль, разве что в более мягкой форме, но леди очаровательно улыбнулась, почти перегнувшись через стойку:

- Видите ли, магистр... Так вышло, что я приглашена на бал. Не соизволите ли составить мне компанию?

- С чего вдруг такая честь?

- Вам будет интересно.

Дэниел кивнул. "Мне уже интересно," - подумал он, поднимаясь по лестнице. Что происходит, Ксарг побери? Таким людям лучше не отказывать, это он уже понял, но, демоны бездны, она снова ничего не объясняет!

Через пять минут он был уже готов - маг все-таки, а не абы кто. Тако ждала в карете, и, только Дэниел забрался внутрь и уселся напротив, кони двинулись.

- Итак, леди. Вы не хотите мне что-нибудь рассказать?

- Скоро вы сами все увидите. Я, к сожалению, так себе рассказчик. Скажу, пожалуй, что герцог Оурский был включен в список кандидатов в императоры.

Дэниел промолчал. Интересно, как некоторые процессы начинают жить своей жизнью.

- Круг иерархов временно вошел в состав Совета.

Совсем отчаялись или выжили из ума? Раньше они хотя бы могли поторговаться за одобрение императора, а теперь... Эх.

Тако с каким-то любопытством разглядывала Дэниела, но, похоже, решила ограничиться этими двумя новостями. Карета резко повернула, и копыта коней зазвенели по каменной дороге. Дэниел встрепенулся:

- Где мы? - от таверны до приличных дорог было несколько дней пути.

- Не узнаете огни Столицы, магистр?

В окне и вправду проплывали мимо огни города, обнесенного крепостной стеной. Перемещение? Вот так, с конями, возницей и иерархом в придачу? И он ничего не заметил? Дэниел откинулся на сиденье и закрыл глаза: какой смысл что-то спрашивать, что-то делать, если можно вот так...

Мощеная дорога закончилась, а еще через некоторое время кони сбавили шаг и повернули в сторону. Лес, обступивший дорогу почти сразу - это Дэниел почувствовал, не зря же он маг природы - вдруг расступился, сменяясь регулярным парком. Карета зашуршала по гравийной дорожке и, наконец, остановилась у крыльца небольшого особняка.

- Поместье леди Каире, - Тако кивнула, - мы приехали.

Возница распахнул дверь кареты, подавая руку, чтобы Дэниелу было удобнее выйти. Крон! В неровном свете уличных факелов на него смотрела Тесса. Впрочем, это как раз объяснимо. Поборов минутную слабость, Дэниел все же шагнул наружу.

Почувствовав на локте тонкую руку Тако, он направился к парадным ступеням, собрав всю свою выдержку, чтобы не оглянуться назад.

- Как вас представлять, леди?

- Не важно, - Тако пожала плечами, - назовите своей подружкой.

- Хорошего же мнения будут люди о старом маге.

- Хотите - скажите, что я ваша троюродная племянница. Суть, впрочем, останется та же.

- Хорошо, - они достигли дверей, и молодой слуга с улыбкой распахнул их.

- Великий иерарх, магистр природы Дэниел, со спутницей!

По расстеленному для почетных гостей ковру они шли в абсолютной тишине. Гости позабыли все разговоры и провожали магистра удивленными взглядами. Магов среди них, кстати, не было.

Гостей встречала сама леди Каире - красивая, с медно-рыжими волосами. Вот, значит, кого Гефер привел в Столицу... Тоже нейтрал. А позади нее черной тенью - демоны бездны, это же не человек!

- Все хорошо, магистр, - Тако чуть сжала его локоть, - так надо.

Телепат она чтоли...

- Почти. Но это не важно.

- Приветствую вас, мэтр, в моем скромном поместье.

А она чем-то неуловимо похожа на Тако.

- Не могу утверждать, что рад этой неожиданной встрече.

- Прошу прощения, мэтр. Верно, нам следовало познакомиться раньше, но дела... Примите мои уверения, нам будет, что обсудить этим вечером, и ваше присутствие здесь крайне важно.

Коротко поклонившись друг другу, они разошлись, а слуга уже объявил следующих гостей:

- Леди Анна Ворон, со спутником.

В зале вновь повисла гробовая тишина, и даже Дэниел обернулся, чтобы посмотреть на статную пару: рядом с Анной шел сам Алекс-Монах.

Когда-то давно, когда Анна - тогда еще правая рука Гефера - впервые появилась на пороге таверны, а затем начала заглядывать время от времени по разным поручениям, Дэниел решил не препятствовать ее дружбе с Алексом. В конце концов, магичка средних способностей была ему не самой плохой парой. А потом Алекс ушел, а Анна продолжала заходить, хоть и реже. Старый маг внутренне усмехнулся - Кто на кого работал и кто за кем следил?..

Пара поравнялась с Каире. А Анна почему-то тоже нейтрал, странно. Девушки, казавшиеся всему миру заклятыми соперницами, неожиданно тепло улыбнулись друг другу и обнялись.

- Ну привет, птичка.

- Привет, подруга.

Затем настала очередь Монаха и Эстероя, они поцеловали руку дамам, обменялись рукопожатиями и разошлись.

- Дамы и господа! - Каире сделала шаг вперед, - уважаемые гости в сборе, пусть вечер начнется.

Заиграла музыка.

- Забыла спросить, мэтр, вы танцуете?

Вместо ответа Дэниел протянул руку, и они закружились по залу.

- Неплохо для столь великовозрастного мага.

- Леди, что вы еще от меня хотите?

Тако рассмеялась, пожимая плечами. Посреди зала они почти столкнулись с Монахом и Анной: склонившись к самому уху Дэниела, Монах вдруг прошептал: "спасибо, " - чтобы тут же умчаться в танце прочь. Вот что это было? Миг, мгновение, а Дэниел теперь глядит вслед молодой паре, а перед глазами крошечная избушка в лесу, и Монах, и Тесса, и кровь повсюду... Красивые... И живые.

Новая встреча посреди зала. Каире с Эстероем все-таки вынуждают остановиться. Под взглядом этого... нечеловека Дэниел невольно спотыкается, выпуская из рук Тако, чем Эстерой нагло пользуется, подхватывая девушку и увлекая прочь.

- Иногда Хью странно действует на людей, - Каире протягивает иерарху руку. Танец продолжается.

- Может быть, вы мне сегодня объясните, что тут происходит?

Чуть отстранившись, девушка сверлит его взглядом золотисто-зеленых глаз. Необычный цвет.

- Снимите ментальный щит, мэтр. Вечер только начался, и я не хочу тратить силы на глупости.

Так откровенно. Крон, два ментала в одном зале! А Тако, выходит, вообще пробилась через щит... И Дэниел ничего не почувствовал - даже не вспомнил про него. Мимо вновь проплыли Монах и Анна. Нехотя, Дэниел отключил защитное заклинание.

И в тот же миг почувствовал, как перед ним распахивается чужое сознание. Яркое, как пламя...

"Я не так часто практикуюсь, как Тако, чтобы ломать щиты. Дышите, магистр. И я почти не читаю мысли, только отголоски эмоций."

- Я так понимаю, никто не знает?

"Ну только Хью, и Алекс, и Анна, конечно."

- Тогда почему вы раскрываете это мне?

"А нам уже нечего терять. Мы сделали все, что нужно, и уже договорились с Хранителем. К тому же, вам никто не поверит."

- Я ничего не понимаю.

"Не важно. Сегодня важно то, что здесь собрались люди, которые выберут Оурского императором."

- Вы уверены.

"Конечно. Ваше присутствие - знак поддержки."

Музыка стихла, чтобы заиграть с новой силой.

"Желаете продолжить?"

И Дэниел, покачав головой, все же предлагает леди второй танец.

- Вас не смущает, что Оурский - тиран?

- Отнюдь. С ним мы тоже договорились, уже почти обо всем. Я, кстати, думаю, он будет хорошим правителем.

- Если выживет.

- Мы позаботимся.

- Так каков ваш план, леди?

Каире пожала плечами:

"Ваш голос в Совете будет решающим. Детали обсудим сегодня же, после бала."

- Спасибо за танец, мэтр.

Они как раз сместились к краю зала, и Дэниелу ничего не оставалось, кроме как учтиво поклониться:

- Большая честь для меня, леди.

Каире изобразила изящный реверанс и направилась прочь, развлекать гостей. Дэниел поискал глазами Тако - девушка улыбалась какому-то лорду - и посчитал, что будет правильно, если он присоединится к ним.

Тако заметила иерарха почти сразу и, дождавшись, когда он подойдет, спросила:

- Мэтр, вы знакомы с лордом Эвином, главой торговой гильдии?

Вот это да, она времени зря не теряет, выбирает правильных людей. Впрочем, надо полагать, тут все собравшиеся - правильные люди. И, надо полагать, его только что представили самому влиятельному человеку в Совете, если не считать отцов Ордена.

- Огромное удовольствие для меня, лорд.

- Большая честь для меня, мэтр. У вас очаровательная спутница.

- Да уж. Вы знакомы?

- Нас представил лорд Эстерой. Я слышала, торговая гильдия интересуется строительством дороги на север от Столицы, и дальше через большой лес.

- Верно, верно, леди, есть такая идея.

- Право дело, не стоит, - Дэниел хмыкнул, - я так долго искал по-настоящему уединенное место.

- А, точно, вы же, кажется, держите постоялый двор.

- Так, небольшую таверну, для души.

Мимо проходила Анна, и Тако, раскланявшись, последовала за ней.

- Милая девушка, и чем-то похожа на Каире.

- Я, к сожалению, не очень знаком с леди Каире. Но мне тоже так показалось.

Лорд Эвин взял Дэниела под руку и отвел в сторону. Оглядевшись и понизив голос, спросил:

- Скажите, уважаемый мэтр Дэниел, это правда, что все десять лет вы поддерживали контакт с Оурским?

Дэниел поморщился. Началось.

- Кто ваш источник?

- Лорд Эстерой.

- М.

Интересно. А откуда этот Эстерой знает? Хотя, Анна же. Все сходится.

- Не поймите меня неправильно, мэтр. Я доверяю Эстерою как самому себе. Кроме того, я думаю, что в такие вещи он мало кого посвящал. Никого, скорее всего.

- Считайте, лорд, что я уже ответил на ваш вопрос.

Лорд Эвин кивнул.

- Что ж, вас и правда не заинтересовала идея построить дорогу?

- Это затратное мероприятие, лорд. Торговая гильдия получит прибыль, а скромный тавернщик - только новых конкурентов.

- Ваша правда, мэтр, об этом я не подумал, - Эвин рассмеялся.

- И всё же, лорд, откройте секрет старому человеку: что вас связывает с лордом Эстероем?

- Он сделал для меня невозможное. Поймал на краю пропасти.

Дэниел задумался. О чем говорить дальше, было непонятно, да и лорд Эвин, похоже, не хотел бы продолжать беседу. Ситуацию спасла Каире:

- Лорды, леди, прошу вашего внимания, - ее негромкий голос врезался в сознание. - Позвольте представить вам лорда Вильяма Оурского.

Она могла и не называть имя. Человек, стоявший возле нее, был всем присутствующим хорошо знаком. Немного постарел за десять лет, в волосах появилась седина. В руке трость - Оурский хромает, вот это новость. Но все та же воинская осанка, все те же строгие черты лица и все тот же цепкий, внимательный взгляд, от которого становится не по себе.

- Лорды. Леди. Уважаемый мэтр, - Оурский отдельно выделил Дэниела - Зачем? - У меня самого сейчас с трудом укладывается в голове, какой невероятный вихрь событий собрал нас в этой точке пространства и времени. Некоторые из вас были моей поддержкой многие годы. Присутствие других стало для меня сегодня сюрпризом - приятным сюрпризом, хочу заметить. Ваш интерес к моей фигуре я считаю огромным кредитом доверия. Но, чтобы не обмануть ваших ожиданий, я хотел бы еще раз напомнить, что я никогда не выделял и не буду выделять любимчиков из числа лордов только лишь за то, что кто-то отдал мне свой голос. Вне зависимости от уровня вашей лояльности, я не буду закрывать глаза на ваши ошибки. Желаете сохранять достоинство - ведите себя достойно. Все просто. Несогласные могут покинуть зал.

- Справедливо сказал, - шепнул лорд Эвин, поглаживая подбородок.

Дэниел только покачал головой: это были всего лишь слова. Каковы будут дела, интересно?

Праздник продолжился. Оурский некоторое время еще присутствовал в зале, даже, кажется танцевал с Каире, затем ушел. Дэниела представили еще нескольким лордам - похоже, в его присутствии на этом празднике для избранных многие действительно видели знак поддержки. Лорд Эстерой подходил иногда то к одному из гостей, то к другому, и после непродолжительной беседы человек направлялся по широкой лестнице наверх - надо полагать, на аудиенцию к Темному лорду. Возвращались - те, кого Дэниел успел заметить - задумчивыми, и через некоторое время раскланивались с хозяйкой, покидая зал. Интересно.

Большая половина гостей уже разъехались, и Дэниел, стоя у стены, размышлял о происходящем. Ощущение тревоги заставило его обернуться: к нему приближался лорд Эстерой. Их разделял еще добрый десяток шагов, и Эстерой изобразил удивление, но остановиться и не подумал, подошел, встал рядом, глядя в зал.

- Очень интересно, мэтр, что заставляет вас так реагировать на мое присутствие. Другие иерархи не столь чувствительны.

- Боюсь, мне трудно ответить на ваш вопрос, лорд.

- Хм. Я бы предположил, что секрет в направленности магии. Но магией жизни, насколько мне известно, вы не владеете.

- Как и магией смерти, верно. Получается, что на вас реагирует природа - это не противоречит вашим словам про иерархов, с природой работает только Ваятель, но и он в этом деле весьма посредственный маг.

- Забавно.

- Да уж не то слово. Круг потерял мастерство в двух сферах магии из пяти, а с жизнью они вообще никогда не дружили.

- Времена меняются, кто знает, что будет завтра.

- Такими темпами для кого-то завтра может не наступить. Вы подвергаете Оурского серьезной опасности.

- Страх отступает, когда вы начинаете мыслить рационально, а, мэтр?

- Возможно, вы и правы. Бежать мне все равно некуда.

Эстерой вздохнул и сделал шаг в сторону.

- Я лично займусь безопасностью Оурского.

- Кем бы вы ни были - вы нейтрал. Что вы противопоставите магам Ордена?

- Идемте наверх, мэтр. Это тот самый вопрос, который нам нужно обсудить.

Эстерой пошел вперед, Дэниел, покачав головой, двинулся следом. Что-то ждет его еще сегодня... И деваться некуда. На всякий случай маг восстановил ментальный щит.

Эстерой поднялся по лестнице и распахнул ближайшую дверь. Библиотека.

За столом, устало обхватив голову руками, сидит Оурский. На диване - Монах и Анна. Тако тоже здесь, подпирает камин. Эстерой уселся на подоконник за спиной у Оурского, Дэниел выбрал себе единственное свободное кресло - у стола.

Оурский поднял взгляд:

- Как они вас-то втянули во все это?

- Если бы я понимал, что тут вообще происходит.

Эстерой закинул ногу на ногу:

- Прежде всего, нам нужно договориться, как мы организуем ваше, мэтр, голосование в Совете. Выборы назначены на следующей неделе.

- Думаю, проще всего открывать портал из таверны, - Монах говорил тихо и как-то устало, - если для тебя это не слишком большое расстояние.

- Нормально. По крайней мере, если кто-то заподозрит и начнет следить...

- Это ничего не даст, - Оурский откинулся в кресле и скрестил руки, - мэтр может открыть портал в любую другую точку Столицы.

- Порталы - не моя специализация. Это к хаосу.

- Ясно. Тогда может сработать.

- Отлично. Тако, вы возвращаетесь в таверну тем же путем, сегодня же. Я дам вам человечка - чтобы два раза не гонять коней. И коней, пожалуй, поменяем. Тессу оставим здесь пока.

Анна покачала головой, но ничего не сказала.

- Лорд Вильям остается здесь, с нами.

- Меня будут искать.

- Здесь вас никто искать не будет.

- После сегодняшнего вечера - здесь в первую очередь.

Тако мотнула головой:

- Предателей не было, - "демоновы менталы", - нам даже не потребовались дополнительные меры.

- Их память могут считать потом.

- И будет поздно, - Эстерой поднялся, опершись о спинку кресла Оурского, - лорд, вы сидели здесь, когда внизу находились три иерарха, и что, заметили они вас?

Оурский махнул рукой, а Дэниел мысленно присвистнул: вот как можно провернуть такой фокус?

- По-настоящему искать вас будут после голосования, но тут уж я не рискну раскрывать планы, вам придется поверить.

- А как я попаду в здание Совета? Живым.

- Лично я вас сопровождать не смогу, это проблема. Тут нам поможет Тесс.

- Нет, - Анна подалась вперед.

- Да. Кто еще сможет одновременно следить за происходящим вокруг и контролировать коней?

- Слишком опасно.

- Она не будет присутствовать среди охраны. Да и у нас всего четыре коня.

- Может, мы хотя бы до города в карете доедем? На твоих конях, - Монах сделал вид, что не заметил скептической ухмылки Оурского.

- Я думал отправить Тессу в город заранее, а так ей придется двигаться с вами.

- С каретой, нормально, - девушка вынырнула откуда-то из темноты, устраиваясь на подоконнике снаружи, - встретимся в городе, а за дорогой я издалека присмотрю.

- Хорошо, принимаем вариант с каретой. Маршрут обсудим потом, когда будет известна расстановка солдат по городу. Алекс, ты за этих двоих отвечаешь головой.

- Ну до площади мы, допустим, доберемся. Но мне еще надо успеть в таверну.

- Значит, вход нужно организовать заранее... Я что-нибудь придумаю. Если Орден снова решится расставить убийц внутри, это будет знатный скандал. Надо бы подставить им орденские шкуры - да хотя бы аптекарей.

- Что значит "снова"?

- Это, лорд Вильям, значит, что письмо ваше в Совет прорывалось с боем.

- Я могу пойти в Совет как телохранитель, с оружием. В конце концов, Гефера здесь нет, чтобы с него спрашивать.

- Леди, вас узнают.

- И плевать. Пусть узнают - это их отвлечет.

- Кто должен был, уже поняли сегодня, что Анна с нами. И многие догадываются, что за ней - большая часть школы некроманта. Да, это может сыграть нам на руку.

Дверь, чуть скрипнув, открылась. Каире вошла молча, держа в руках бутылку, протянула ее Эстерою.

- Лорд, мэтр, выпьете? - он с легкостью выдернул пробку.

Оурский покосился на темное стекло: на этикетке ничего, кроме даты.

- Опять оно?

- Иленское.

- Да. Соглашайтесь, мэтр.

Дэниел с сомнением посмотрел на него:

- Я не ослышался?

- Иленское, - повторил Эстерой, - прошлогодний урожай.

Иерарх кивнул. Слуга принес бокалы, Эстерой принялся разливать кроваво-красное вино. Монах традиционно отказался, Тессе не предлагали. Получив свой бокал и сделав глоток, Каире, наконец, заговорила:

- Гости разъехались, массовка тоже. Все задумчивые и тихие.

- Ты произвела огромное впечатление. Половина Столицы сегодня будет мучиться бессонницей.

- Да уж. Как много вы успели обсудить?

- Почти все. Мэтр отправляется домой и ничего не делает, а мы ждем информацию о подготовке к голосованию. Мэтр, от вас ничего не требуется - просто будьте в таверне или поблизости все время, на случай, если они решат сменить дату. И после голосования рекомендую вам держаться с иерархами, по крайней мере в городе.

- А где они сейчас, кстати?

Каире пожала плечами:

- Благоразумно стараются не отсвечивать. Не знаю. Но если вдруг им взбредет в голову завалиться в таверну, нам придется менять планы.

- Последний вопрос, - Оурский провел ладонью по волосам. - Скажите, мэтр, мои глаза меня не обманывают?

Надо же, какой наблюдательный. Монах откинулся на спинку дивана, с легкой ухмылкой ответил за Дэниела:

- В общем - нет. Но сейчас вам лучше выкинуть это знание из головы, лорд.

За прошедшие несколько дней библиотека в поместье Каире стала для Вильяма Оурского вторым домом. Вихрь событий, захвативший его с головой, вселял панику: не так часто случались в его жизни моменты, когда он оказывался не в силах управлять ходом событий, и плыть по течению было для него настоящим испытанием. Чтобы хоть как-то отвлечься, он использовал лучшее средство, которое знал: работу. Поэтому он с головой ушел в изучение книг и законов, систематизируя новые знания. Помогало, кстати, не очень: тяжелые мысли брали своё по ночам. Иногда к нему заходил Эстерой, чтобы подсунуть новую книгу или обсудить прочитанное. Этот человек... или нечеловек - неважно - оказывается, обладает невероятной памятью. А еще он умен. Умен настолько, что Оурский за эти несколько дней проникся к нему глубочайшим уважением. Кажется, он знает все обо всем, и может говорить на любую тему.

Вот и сейчас, после невероятно тяжелого вечера лорд Вильям Оурский сидел за столом в библиотеке, обхватив голову руками. Погрузившись в книги, он и не заметил, как пролетела ночь: солнечный луч, заскользивший по стене, нагло известил, что от тяжелых мыслей о своем будущем он, конечно, отвлекся, а вот отдохнуть - снова забыл. Вскинув голову на звук открывающейся двери, он ожидал увидеть Эстероя. К его удивлению, в библиотеку вошла Каире. Выглядела она, признаться, необычно. Медно-рыжие волосы собраны в две тонкие косы, простая длинная рубашка навыпуск, да узкие походные брюки, заправленные в высокие, до колен, сапоги. На левой руке массивный наруч, закрывающий ладонь и локоть одновременно. Что-то смутно знакомое было в этом наруче...

- Доброе утро, миледи.

- Доброе, лорд... - она села в кресло напротив, закинув ногу на ногу. - Через несколько дней вам предстоит появиться в Совете и очень сильно удивить отцов-основателей. Но, кажется, так получается, что меня здесь не будет, так что я решила поговорить с вами заранее.

- Кхм.

- Я вижу, вы нашли общий язык с Хью?

- Вполне.

- Хорошо. Для вашего же блага, лорд, доверяйте ему как самому себе и не держите секретов: если кто и сможет помочь вам в будущем, то надежнее человека вы не найдете.

- Позвольте, леди, вы хотите сказать, что, раскрутив всю эту историю, вы теперь устраняетесь?

- Видите ли, лорд... В этом мире так случается, - она откинулась на спинку кресла и подняла лицо к потолку, - что даже боги иногда не в силах изменить сплетение вероятностей. А мы... мы можем видеть исход, но не можем на него повлиять. Но я пришла поговорить не об этом.

- О чем же?

- Я слышала, вы верите в одно проклятье.

- Допустим, - он, конечно, старался не афишировать, но такую историю было сложно утаить, равно как и бесконечный поток магов определенной направленности.

- Вероятности сплетаются в причудливые узоры, а ход истории рисует петли. Я вам кое-что должна, лорд.

С этими словами она вынула из сумки что-то длинное и положила на стол. Обрубок кнута. Узнавание обожгло почти физической болью, а память услужливо воскресила события десятилетней давности.

Лорд Вильям Оурский в окружении отряда Гончих уже в Столице. На улицах людно - базарный день. А ему надо во дворец, и быстрее: верные люди на местах, ворота откроют, переворот будет тихим. Пусть где-то в городе неспокойно: захват гильдий ему на самом деле не нужен, это отвлекающий маневр. Известие о падении Фортклифа, которое заставит его бросить все и поднять белый флаг, придет только через час.

А сейчас всадники торопливо пробираются по заполненным людьми улицам, прохожие шарахаются в сторону от разгоряченных коней, подбадриваемые криками и щелканьем кнутов. На площади легче не становится: повсюду торговцы с полными корзинами и лотками, покупатели и праздные зеваки. Но надо спешить, а потому крики становятся громче, взмахи кнута - чаще. Люди разбегаются, теряя по пути свой нехитрый скарб. Перед Оурским в расступившейся толпе поскальзывается и падает на колени ребенок, лет шести. Оборванец, сын крестьянина или мелкого ремесленника, наверное. Но надо спешить, и кнут привычно взмывает в воздух: пусть получит ускорение, раз не может убраться с дороги сам. Кто-то ахнул, предчувствуя удар...

Из толпы шаг вперед делает человек в темном балахоне: конец кнута захлестывается вокруг вытянутой руки. Что это должен был быть за удар! Но человек держит кнут, словно это простая веревка. Оурский пригляделся: тонкую руку почти целиком закрывает длинный наруч - интересно, что за материал... От руки он переводит взгляд на лицо. Из-под капюшона выбиваются несколько медно-рыжих прядей, а глаза... На миг их глаза встречаются, и в желтых глазах Оурский читает безмолвный упрек. Чтобы разорвать неприятный контакт, он собирается дернуть кнут на себя, но девушка - только сейчас до него доходит, что перед ним девушка, - словно угадав его намерения, второй рукой выхватывает нож и одним движением отрезает конец кнута, исчезая в толпе.

Сколько лет потом он вздрагивал, видя ее во сне... Сколько лет он пытался угадать в этом взгляде, что за проклятье наложила на него золотоглазая ведьма... За прошедшие десять лет ни одна женщина не смогла родить ему ребенка.

Каире уже поднялась из-за стола.

- Вы сами выдумали себе проклятье, лорд, и, право, незачем. Живите.

Оурский опомнился только когда за Каире закрылась дверь. Медленно поднялся: ноги с трудом слушались, бросился за ней - столько всего надо еще спросить...

Сбежал вниз по широкой лестнице, пересек зал, выскочил на крыльцо - и там его остановил Эстерой.

Утро выдалось ясным и морозным. От коня валил пар, оседая на гриве и сбруе белыми снежинками. Замерзшая дорога звенела под копытами, Каире пустила коня легким галопом, наслаждаясь холодным воздухом и слепящим солнцем. Две фигуры стояли на крыльце, следя за удаляющейся точкой, пока она не скрылась за деревьями.

- Надолго? - Оурский почувствовал необходимость нарушить эту жизнерадостную тишину.

- Для тебя - навсегда, - тихо ответил Эстерой.

Лорд Хью Эстерой вновь в привычном темпе поднимался по широким ступеням, ведущим в здание Совета. Если в день получения писем Орден выставил много соглядатаев, то как назвать то, что происходит сегодня? Кажется, на площади членов Ордена было чуть ли не больше, чем простых горожан. Ну-ну, тем веселее.

Вчера вечером несколько особо доверенных членов Совета получили интересное письмо: ничего особенного, просто просьба прибыть в Совет к строго определенному времени, и другие сущие мелочи.

А сейчас Эстерой шел по коридорам, мысленно отмечая всех дозорных и ассасинов. Надо же, Орден даже решился поставить ассасинов внутри - не верят, что смогут перехватить Оурского в городе. Из разных концов Столицы начали движение кареты, украшенные вензелями уважаемых гильдий. Молчаливые кучеры лишь изредка кивали головой в такт своим мыслям и по одним им известным признакам выбирали маршрут.

Первым к Совету прибыла карета торговой гильдии. При выезде на площадь она чуть не столкнулась с каретой кого-то из десятых отцов-основателей, кучеры зло защелкали кнутами, кони заржали... Лорд Эвин выглянул в окно:

- Какого демона тут происходит?!

Отец-основатель при виде богатого лорда проглотил ругательство. Кареты так и подъехали ко входу бок о бок, и при развороте свалка повторилась. Лорд Эвин, наконец, соизволил выйти и направился к дверям, не удостоив отца даже презрительным взглядом. За ним проследовали внутрь несколько членов гильдии, ожидавших на крыльце. Не успел лорд Эвин скрыться в дверях, как на площади появилась новая карета. Четверка горячих коней неслась галопом, заставляя людей шарахаться в стороны. Независимый член Совета, вышедший, кстати, из торговой гильдии, успешный делец, говорят даже, немного маг... Безумно богатый человек - и безумно влюбленный в скачки. Он не вышел - он, смеясь, выпрыгнул на площадь:

- Добре кони, добре! Быстрее ветра домчал! Всех куплю!

- Милорд не продает, - засмеялся в ответ кучер и, махнув рукой, тронул вожжи: - Но, отворачивай!

- Нет такой вещи, которая не продается, - бросил вдогонку лорд и, насвистывая какую-то веселую мелодию, направился в Совет в прекрасном расположении духа. Там он знал несколько таких же как он любителей лошадей, которые смогут по достоинству оценить его рассказ - пусть даже они из Ордена. Да и Соколы не останутся в стороне.

Суматоха вокруг раннего приезда уважаемых людей заставила членов Совета попроще ожидать своей очереди в стороне: не годится лезть вперед первых лиц страны. А они, как назло, все продолжали прибывать.

Карета, запряженная пепельно-серыми конями, остановилась на посту у западных ворот Столицы. Анна Ворон выглянула в окно, зло стрельнув глазами в сторону подошедшего солдата:

- Какие-то проблемы, милейший?

При виде помощницы некроманта солдат отшатнулся, пропуская карету:

- Никаких, миледи.

Кони помчались дальше, и только кто-то прокричал вслед:

- Идиот, Анна Ворон - не член Совета!

Внутри кареты Монах откинулся на сиденье, закрыв глаза:

- Неплохо вышло. Впереди на перекрестке маги.

Карета свернула в переулок, объезжая опасное место. По мере приближения к центру город становился плотнее, переулки уже. Несколько раз еще карета меняла направление движения, но на площадь к Совету вело всего несколько достаточно широких улиц. Там точно будет засада. Поэтому, завернув на какой-то постоялый двор, пятеро человек в одинаково серых плащах пересели верхом на ожидавших там коней. Карета помчалась дальше, а всадники осторожно двинулись к центру задними дворами и узкими проулками.

Несмотря на зимний день, амбарные воробьи расчирикались, перелетая с крыши на крышу. Тысячи маленьких глаз смотрели во все стороны, и для Тессы Столица была как на ладони. Вот на перекрестке стоят уличные музыканты, собрав вокруг себя толпу зевак. Совпадение? Вряд ли, лучше заранее отвернуть в сторону. По широкой улице идет солдатский патруль, а на соседней улице трое солдат обступили ларечницу - тоже не проехать. А возле площади Совета поперек улицы стоит телега... Даже в городской суете она выбирала почти пустые дороги. Иногда Монах вмешивался, когда впереди попадались маги, но их, к счастью, было немного.

В переулке, выходящим почти к самой площади, Монах осадил коня:

- Маги.

Анна выдвинулась чуть вперед:

- Я пройду?

- Подожди, - Монах всматривался в толпу. - Заклинание вокруг площади, снимем, несколько плетений по периметру, завязаны на группу магов у фонтана. Перед Советом вообще сеть.

- Придется напрямую?

- Похоже на то.

- Тогда мне нужно, чтобы кто-то расчистил путь.

Один из спутников приблизился:

- Через пару минут будет карета от кузнецов, слева. И скоро должны подоспеть охотники Ордена.

- Отлично. Я готова.

- Мы пойдем первыми и вокруг - отвлечем магов.

- Удачи.

Двое всадников неспеша выехали на площадь и, оглядевшись, направили коней вдоль южной стороны.

Откуда-то с противоположной стороны выехал отряд конников - старшие охотники Ордена. Многие из них действительно любили охоту и носили накидки из шкур собственноручно добытых хищников. Но также не гнушались они и охоты на людей.

Из соседней улицы выехала тяжелая карета - даже две кареты, украшенные гербом гильдии кузнецов. Никуда не сворачивая, они направились прямиком к Совету, наперерез орденским охотникам. Какое совпадение - две фракции, ненавидящие друг друга до зубного скрежета... Охотники попытались ускориться, но не успели, и перед зданием Совета снова образовался беспорядок.

Анна, держа в поводу коня Оурского, осторожно двинулась вперед.

Воспользовавшись суматохой на площади, уличные воришки, как сговорившись, дернули у зазевавшихся горожан несколько особо толстых кошелей и бросились наутек. Маги заметили двух всадников в серых плащах и атаковали.

Магический периметр площади внезапно исчез, пропуская внутрь Анну и Оурского, и моментально восстановился за их спинами - волшебники были слишком заняты, чтобы заметить такое короткое мерцание.

Анна вывела коней вслед каретам: люди, захваченные неожиданно начавшимся действием, замерли на своих местах. Пока расступившаяся толпа не сомкнулась вновь, серые кони начали разбег. Слишком поздно маги заметили мчащихся прямо на них всадников: они еще успели выставить перед собой по заклинанию, но Анна их словно не заметила. Черный ворон колдовству неподвластен... Кони промчались мимо, чуть не сбив магов, и откуда-то налетели вороны, не давая им опомниться.

Кузнецы удачно оттеснили Охотников Ордена, позволяя всадникам беспрепятственно подъехать к Совету. Кони взбежали по ступеням, и только у самых дверей Анна и Оурский соскочили с них, чтобы тут же пройти внутрь.

Монах, наблюдавший за площадью, исчез вместе с конем прямо на глазах у людей.

Коридоры Совета были полны. Несколько человек обступили Оурского, образуя перед ним защитный клин:

- Что бы ни случилось, лорд, следуйте за нами.

- И не оборачивайтесь, - мрачно добавила Анна из-за спины.

В окружении молчаливых охранников Оурский быстрым шагом шел к залу заседаний, и встречавшиеся ему на пути люди менялись в лице: позади него Анна - а Анну Ворон все еще хорошо помнили - так вот, Анна Ворон широко раскинула огромные черные крылья. Что это - магия? Но магические маяки в здании Совета лишь тихо потрескивали, обозначая пассивное заклинание защиты. В полной тишине они дошли до зала; перед дверями охранники расступились, и Оурский в сопровождении Анны и еще одного человека проследовал внутрь. Черные крылья чуть дернулись и исчезли.

Монах появился далеко к северу от Столицы, у самой кромки темного леса. Серый конь огляделся, вздрогнул всем телом и превратился в Тессу, отчего Монах чуть не рухнул наземь.

- Ну ё-моё.

Девушка расхохоталась.

- Все, не отвлекай меня, я пошел.

- Я с тобой, мне интересно.

- Как хочешь, только не отвлекай, - и он зашагал прямиком к старой таверне, скрытой за широкими стволами деревьев.

Первые дни Дэниел почти не спал: прокручивал в голове тот бал и вечерний разговор, прикидывал и так, и эдак. По всему выходило, что он что-то не знал, но додумать не получалось. Еще этот странный постоялец: доехал с ними почти до порога, вышел и где-то пропадал с полдня. Потом вернулся, словно впервые оказался в этих краях, снял комнату (недешевую!) и всё. Уходил рано утром, возвращался вечером, ничего не ел и не пил - мурашки по коже при мысли о нем. Еще этот паренек из Ордена, прибился к таверне незадолго до того, как все закрутилось, живет, никуда не выходит, да ни с кем не разговаривает. Как жив-то до сих пор, странно. Но этот хоть регулярно обедает.

Появление Каире стало, наверное, тем шоком, после которого жизнь входит в свое русло. Дэниел помнил, как чуть не выронил кувшин, когда она зашла. Вроде бы и не сказала ничего такого, подбодрила, передала привет от Тако и вышла. С этим орденским аколитом дольше проговорила... И ушла. Но после нее стало спокойнее, что ли.

День начинался как обычно: Тисса спустился на завтрак, в таверну начали подтягиваться деревенские бездельники, из тех, что готовы уже с утра протянуть по кружке-другой прежде чем заняться хозяйством. Пара охотников тоже появились - рановато для сезона, но мало ли, где у них избы и какие еще дела зовут их в дорогу. О том, что что-то изменилось, Дэниел подумал, когда шумная компания вдруг притихла, и, сославшись на дела в деревне, покинула таверну. Охотники тоже не заставили ждать и, допив пиво, ушли. А затем в зал спустился тот странный постоялец - вот ведь точно, не видел Дэниел, чтобы тот уходил сегодня, - и позвал тавернщика наверх.

Монах стоял посреди комнаты, скрестив на груди руки. Единственный стул заняла Тесса, с каким-то детским любопытством следя за происходящим. Вместо приветствия Монах кивнул:

- Сегодня день голосования в Совете.

Интересно, - подумалось Дэниелу, - как они все-таки намерены это провернуть. Ну, да скоро увидим. Жаль только, не получится постоять в стороне. Да, старик, не первую сотню лет живешь, а вляпался по уши, как молодой...

- У нас в запасе еще где-то час-два, пока они там начнут, пока проголосуют.

Мертвяк чуть наклонил голову набок:

- Оурский в зале, остальные маяки тоже.

- Хорошо, - Монах достал из внутреннего кармана лист бумаги, развернул на столе. Дэниел заглянул через плечо: план зала, да какой подробный... Ничего себе.

Мертвяк тоже подошел к столу, выгреб из кармана горсть мелких камней и принялся раскладывать их на плане:

- Лорд Эвин - в ложе торговцев, кузнец - на месте, лорд Эстерой тоже, Оурский - возле трибуны, Анна с ним. Двое наших у дверей.

- Внутри или снаружи?

- Снаружи. Еще маяк в ложе Соколов, два - в Ордене.

- Чувствую их.

- Хорошо. Теперь все остальные. Орден в полном составе на своих местах, вот иерархи, вот охрана в зале, восемь магов. Заседание начинается, - он подвинул камешек, - Первый отец поднялся к трибуне.

- Хорошо, я настроился, - он, наконец, оторвал взгляд от стола и посмотрел на Дэниела. - Теперь о том, что мы делаем.

Таким серьезным он не видел Алекса даже тогда, когда они ссорились в последний раз. Лицо еще бледное после болезни... И взгляд словно скользит где-то на границе реальности. Это ли его сын? Дэниел попытался прощупать магический фон, но не ощутил ни малейшего тока силы. Взгляд Монаха чуть потеплел:

- Удовлетворил любопытство? Портал наполовину готов. Я отправлю тебя в зал как можно позже, к концу голосования. Портал открою прямо к трибуне, - он постучал пальцем по плану. Ни в коем случае не используй магию - сигнализация у них вполне чувствительная. Подойдешь, положишь голос на весы и всё. Дальше старайся держаться иерархов, из зала выходи с ними, ни с кем больше не общайся. В идеале, пусть они вернут тебя сюда же, в таверну. Не получится - переносись с ними куда угодно, подальше от Столицы, я найду и верну.

С этими словами он выудил из кармана булавку и прицепил Дэниелу под воротник.

- Что это?

- Маяк. Такой же, как у остальных.

Абсолютно безмагическая вещь. Интересно, как она работает? Если только... да нет, бред, конечно. Не мог же Алекс своими руками всю ночь ковать на крови какую-то булавку. Или мог?..

Зал заседаний Совета Империи гудел, как растревоженный улей. И, тем не менее, стоило Вильяму Оурскому войти в распахнувшиеся перед ним двери, вокруг воцарилась тишина. Сотни удивленных взглядов, фразы, брошенные на полуслове... Оурский рассеянно скользнул глазами по залу прежде чем двинуться дальше. Все смотрят на него, даже этот Эстерой, раскланивавшийся с кем-то из Ордена, повернулся в его сторону. Смотрит, как на чудо какое-то - хорош актер, опасен. Впрочем, сейчас опасным казалось абсолютно все. Словно в клетку со Зверем вошел, - вдруг подумалось, - удастся ли выйти целым...

Впрочем, наваждение тут же спало, люди возвращались к своим разговорам, лишь некоторые любопытные глаза продолжали следить за тем, как Темный лорд проходит по залу и занимает свое место возле трибуны, а Анна встает за его спиной.

Библиотекарь, назначенный Орденом быть самым перспективным кандидатом, потянулся за платком, промокнул пот со лба. Если он и раньше чувствовал себя не на месте, то сейчас выглядел совсем плохо - лицо покрылось красными пятнами, взгляд беспомощно рыскал по залу. Интересно, - на миг Темный лорд задумался, - чье присутствие здесь напугало бедолагу сильнее, его или Анны. Похоже, эта девушка стала настоящей неожиданностью для Ордена. Еще бы, лучшая ученица некроманта...

Отвечая его мыслям, кто-то особо смелый выкрикнул из зала:

- Что, Ворон, думаешь, новый хозяин вернет тебе местечко в Совете? Быстро же ты сменила покровителя - что сказал бы некромант, а?

Зал зашумел с новой силой, обсуждая неблагодарных учеников и подлых лордов, покупающих лояльность за деньги. Три раза ха! Кто здесь кого купил и нанял, - хмуро подумал Оурский. Анна стояла, не шелохнувшись, и только легкое подрагивание пальцев на плече у Вильяма Оурского говорило о том, что она обратила внимание на обидные слова. Ладонь на плече удивительным образом вселяла уверенность, и Оурский тоже нацепил скучающе-спокойную маску, разглядывая фамильный перстень. В отражении камня он на миг поймал Анну - да, черная фигура за его спиной выглядит внушительно. Еще когда они шли по коридорам, Оурский ловил не просто удивленные взгляды - люди смотрели на Анну так, словно видели ее впервые. Знать бы, чем так цепляет ученица некроманта.

Первый отец-основатель поднялся к трибуне, призывая к тишине. Заседание Совета началось.

К счастью, отец-основатель решил не тратиться на слова и почти сразу объявил о закрытом голосовании. В зал внесли весы и в очередной раз продемонстрировали, что они настроены верно. Чаши зафиксировали на подставках, чтобы не видно было колебаний весов в процессе голосования, вокруг был поднят полог невидимости, и люди потянулись исполнять свой долг перед Империей.

Приоритетные голоса иерархов решено было не показывать - понятно, как они могут повлиять на исход, - и от очередности голосования отказались. Иерархи не торопились. Расположившись в своей небольшой ложе, они молча наблюдали за происходящим. Забавно, Совет все же выделил им пять мест, по полному составу Круга, и два из них сейчас пустовали, явно напоминая о двух поражениях, постигших великих магов. Какие мысли занимали трех оставшихся в живых, сказать было сложно, но интуиция подсказывала Темному лорду, что думали - а, может, и переговаривались ментально - о нем. Гладиатору явно было неуютно, он то и дело бросал недовольный взгляд в сторону трибуны и сидевших здесь же кандидатов. Будь его воля, наверное, он не стал бы участвовать в этом цирке - кого выберут, того выберут. Но Султан и Ваятель, похоже, серьезно восприняли доводы леди Каире, поэтому они все здесь.

Основной поток голосующих пошел на спад, и к трибуне направились более уважаемые люди. Вот и лорд Эстерой поднялся со своего места... Иерархи не заставили себя ждать. Выходя из полога невидимости и направляясь обратно в ложу независимых, Эстерой с какой-то загадочной улыбкой встретился с иерархами. Он прошел буквально через них, заставив расступиться - какого демона, какая наглость, Гладиатор ему это припомнит!

Если бы Монах мог себе позволить, он бы ругался. Много и с наслаждением. Но терять концентрацию было нельзя, да и ругаться - некогда. Поэтому он только молча следил за перемещением камешков по схеме и в нужный момент активировал телепорт. Имея из ориентиров лишь едва заметные маяки, на невообразимом расстоянии в половину Империи, он должен попасть телепортом в точку, едва достаточную, чтобы человек мог стоять и никого не касаться.

Иерархи не успели сделать и шага, когда за спиной лорда Эстероя появился человек. Магические маяки в зале на мгновение засветились чуть ярче, отмечая изменение сил, и тут же вернулись в норму.

- Доброго дня, коллеги.

Султан подавил смешок:

- Приветствую. Вы, коллега, невероятно вовремя.

Ваятель, не скрывая улыбки, двинулся к весам для голосования. Трое иерархов последовали за ним.

- Протестую! - второй отец-основатель подскочил на месте.

- Не выставляйте себя идиотом, уважаемый, - Султан обернулся на крик.

Возразить иерарху никто не решился, и человеку оставалось только молча опуститься в кресло, проглотив оскорбление.

Завершение голосования было лишь делом времени. После третьего приглашения отдать свой голос для тех, кто этого еще не сделал, полог невидимости был снят и на обозрение присутствующих были представлены весы. Их чаши по-прежнему были зафиксированы, но теперь они были наполнены камнями, означающими голоса членов Совета.

Вильям Оурский впервые за все время заседания отвлекся от созерцания собственных рук и с интересом глянул на трибуну. Неужели они это сделали? Один неучтенный голос, пусть даже иерарха, вряд ли мог решить исход этого дня. Надо обязательно узнать всех союзников...

Чаши весов были освобождены от фиксаторов, весь зал затаил дыхание... чтобы увидеть, как бесстрастный механизм провозглашает победителем Темного лорда. Невероятно. Повисла гробовая тишина. И в этой тишине отчетливо был слышен голос Адриана, поднявшегося со своего места:

- От имени Имперских соколов я приношу присягу верности императору Вильяму.

- Предатель! - кажется, это снова второй отец.

- Я принимаю вашу присягу, - Оурский поднялся. - Думаю, на сегодня мы закончили. Согласно протоколу, церемония коронации состоится через пятьдесят дней во дворце, - он повернулся к секретарю, - я пришлю своего представителя для оформления необходимых документов. Не смею больше вас задерживать, уважаемые.

Правильно ли сделал? Демоны их знают, но Эстерой прав, надо убраться отсюда поскорее: чутье просто кричит об опасности. Оурский шел через зал внешне спокойно, но в голове крутилась мысль: выпустят ли? Прямо за спиной Анна, следует черной тенью - опасной черной тенью, - но вокруг полно убийц. Проходя мимо Эстероя он краем глаза увидел, как лорд поднимается со своего места, на лице - хищная улыбка... Или показалось? Не дожидаясь команды, двери распахиваются - двое из тех, с кем он пришел сюда, похоже, дежурили у входа в зал все это время. Что ж, уже спокойнее. Но ощущение нереальности не покидает - воздух словно сделался тяжелым, как вода, и каждый шаг дается с трудом.

- Держите спину ровнее, император, - прошептала Анна, и от ее слов почему-то стало легче.

Он идет по коридорам Совета, как во сне, и это тьма клубится вокруг или уже в глазах темнеет? Но откуда тьма, если магические маяки молчат? Люди вокруг лишь провожают его удивленными взглядами. А ведь наверняка среди них есть ассасины Ордена... Но все словно боятся пошевелиться в этом странном наваждении. Вот и стража у входа почтительно замерла, в то время как сопровождавшие Оурского люди открывали тяжелые двери.

Солнце и холодный, почти зимний воздух ворвались в сознание, взорвали чувства в один миг, стоило переступить порог. Только выйдя на крыльцо Оурский понял, как сильно устал. Просто физически устал, пока шел по коридору. Что за демоновы уловки?!

Эстерой оказался здесь же, и именно он выхватил лорда из наваливающегося оцепенения:

- Возьмите себя в руки, император. Кони ждут.

В зале Совета тишину постепенно вытеснил нарастающий шепот, переходящий в неконтролируемый шум. Представители Соколов в полном составе покинули ложу Ордена и переместились к независимым. Иерархи, после недолгого совещания, вышли из зала и отправились в кабинет для телепортации. За ними потянулись к выходу и другие члены Совета.

В ложе Ордена отцы-основатели рвали и метали:

- Как! Как вы могли его упустить?! Чем приходить ко мне с такими новостями, лучше бы вы утопились. За это вам деньги платят? За это, я спрашиваю! Исчезните с глаз моих, неудачники. Двадцать дней - запомните, у вас есть двадцать дней, чтобы из-под земли его достать. И меня не волнует, как вы это сделаете.

Серые кони вихрем пронеслись по гравийной дорожке и замерли у крыльца поместья из красного кирпича.

- Вы неплохо держитесь, лорд.

Соскочив на землю, Оурский ухватился за стремя, чтобы не упасть, и прислонился лбом к конскому боку, тщетно пытаясь отдышаться. Он бы ответил этому психу, что он думает о безумных скачках по городу - хотя, кажется, по городу их вела Анна - и за ним, но сил не было совершенно. Не дождавшись ответа, Эстерой бесцеремонно подхватил Оурского и, буквально втащив в дом, сгрузил в первое подвернувшееся кресло, пододвинул второе и уселся напротив.

- Вам лучше?

- Нет, - нашел, что спросить. Да после того памятного сражения не было столь паршиво.

- Пройдет. Отдыхайте.

- Что это было?

- Ведьмовство. Анна выложилась на полную, даже меня зацепило. Как вы вообще дошли до выхода.

- Таких сильных ведьм не бывает.

- Скажете ей как-нибудь при встрече. А пока отдыхайте, это вам не магия - откат, действительно, очень тяжелый. Хотите спать? Я думаю, ночью нам следует убраться отсюда.

Спать хотелось, да еще как. Если это последствия ведьмовства, то дело плохо, про откат он слышал - в голове шуметь будет еще долго, а с такой силой и подавно. Эта ведьма может и мага завалить, и с иерархом потягается на равных. В голове все же не укладывалось, что Анна - ведьма. Не мог Гефер ведьму подобрать, разве что не знал... Мысли путались, отдых действительно нужен, и бежать отсюда нужно, искать их будут наверняка.

- Не откажусь.

- Я провожу вас до комнаты.

- Дойду уж, не беспокойтесь.

Эстерой чуть улыбнулся:

- Мне нравится ваша сила воли, лорд. Попробуйте.

Показалось или вокруг стало темнее? Или это дождь пошел за окном? Оурский с усилием поднялся из такого удобного кресла - и чуть не упал обратно, когда боль пронзила поврежденное колено. Тоже последствие отката? Эстерой участливо протянул свою трость:

- Мы займемся вашим коленом после, когда все закончится и у нас будет время.

Опираясь на трость, будущий император кое-как поднялся по лестнице, дошел до предназначенной ему комнаты и рухнул на кровать. Накопившаяся усталость, наконец, дала о себе знать, и сон накрыл с головой сразу же.

Проводив Оурского взглядом и убедившись, что он дошел до комнаты, Эстерой встал и распахнул окно. Дождь. Долгий осенний дождь - что поделаешь, бывает. Вот только час назад ярко светило солнце.

- У тебя еще и на дождь силы остались?

В окно влетела черная птица, посреди комнаты превратилась в человека:

- На дождь много сил не нужно, любит он меня.

- Сильно ты его накрыла. Испугалась?

- Да уж лучше так, чем над трупом горевать. Там убийц было...

- Я знаю. Но можно было и полегче, я бы помог.

- Ты и так помог, не прибедняйся, - Анна пожала плечами, - тебя теперь тоже искать будут.

- Пусть ищут, что они мне сделают.

- Когда уходите?

- Ночью. Если раньше никто не заявится.

- В дождь не должны, но ты будь настороже все-таки.

- Ага. А ты с нами?

- Ну я теперь вроде как нанялась в телохранители, так что да. И мне тоже надо отдохнуть.

Тисса сидел за столом таверны. Уже третья седмица подходила к концу, а он не переставал удивляться хитросплетениям судьбы, вернувшей его после всего произошедшего в ту самую точку, откуда по сути и началось его путешествие. День шел за днем, а Тисса никак не мог решить, что делать дальше. В мыслях был полный разлад: наверное, сейчас он мог бы считать задание Ордена выполненным, но стоит ли возвращаться в Столицу? Война, смерть императора, распад Круга иерархов (так говорят!), Темный лорд, чтоб его... Кому сейчас есть дело до младшего аколита, которого кто-то когда-то отправил на верную смерть? Да и выполнил ли Тисса свое, личное задание? Вряд ли...

Несколько дней назад в Таверну заглянула Каире. Советник Круга, действительный член Совета Империи - Тисса узнал ее по двум медно-рыжим косам и независимой манере. Впрочем, кого он обманывает - он узнал миледи по вытянувшемуся лицу Дэниела и по тому, как они долго беседовали за стойкой таверны. Каире вышла, даже не взяв ничего перекусить, и Тисса, ведомый невесть откуда взявшимся любопытством, последовал за ней. Вообще-то он ожидал, что, когда выйдет, Каире уже скроется из виду, и ему, Тиссе, придется вновь вернуться в ставшую уже привычной таверну. Каково же было его удивление, когда он обнаружил Каире на крыльце. Леди опиралась на перила - вот точно, как Анна тогда, в первый вечер, - и, похоже, ждала именно его. Тисса закрыл за собой дверь, подошел и встал рядом. Какое-то время они молчали.

- Иногда ленты судьбы сплетаются в причудливые узоры.

- Моя, похоже, завязалась в узел. Я проделал путь, который и не снился большинству людей, но только окончательно запутался. Кто я, что мне делать дальше?..

- Ты из тех счастливчиков, Тисса, что вольны сами определять свою судьбу.

- Но...

- Я вижу, у тебя много вопросов. Спрашивай. Но ты должен понимать, что никто, кроме тебя самого, не сможет дать на них ответ. Ты, и только ты можешь знать, что тебе делать. Это называется свобода, кстати.

- Я не знаю.

- Значит, время еще не пришло. Твоя вторая свобода - у тебя полно времени.

Тисса задумался. В том, что она говорила, несомненно, был смысл. Но только это слабо тянуло на совет, а он сейчас - он вдруг понял - хотел именно совета. Каире словно почувствовала его смятение.

- Ты можешь просто ждать. Ждать, пока не почувствуешь, что знаешь, что делать дальше.

- А вы?

- Я? - Каире подняла лицо к небу, "прямо как Анна тогда," - подумалось Тиссе, только вот улыбки на ее лице не было. Вообще возникло ощущение некоторой отстраненности, - я раздаю долги. Кстати, и тебе я кое-что должна...

Тисса не нашелся, что ответить.

- В конце концов, это я втянула тебя во всю эту историю. Если бы я вновь оказалась перед этим выбором, то, не колеблясь, повторила бы его... Но все же твоим мнением никто не поинтересовался, поэтому я, Каире, прошу у тебя прощения, Тисса из Фортклифа.

Тисса простил. В сущности, хоть Каире и сказала, что каким-то образом повлияла на его жизнь, он, сколько потом ни искал, не нашел повода жалеть об этом. Жалеть о том, что не выпил в таверне с друзьями? Что дошел до самых предгорий? Да что он вообще мог упустить такого важного за прошедшие пару месяцев? Глупо, не о чем тут жалеть.

Каире сказала, что ему следует ждать, и он решил ждать, хотя и слабо представлял, чего еще он может дождаться в этой таверне. Дэниел отчего-то не брал с него за комнату, хотя деньги у него еще оставались. Немного, конечно. Вообще после разговора с Каире Дэниел стал какой-то задумчивый и нервный: почти все время проводил в зале и вздрагивал каждый раз, как открывалась входная дверь.

И Тисса дождался.

В таверну заявились Анна и Монах.

Они кивнули Тиссе как старому знакомому и направились прямиком к Дэниелу, двинувшемуся было навстречу. Только когда Монах обнял старика, Тисса заметил, насколько они похожи, "и правда, отец и сын," - пронеслось в голове. Из обрывков разговора он услышал только "Едут, едут, скоро тут будут" и уже не спускал глаз с необычных гостей.

Дэниел словно потерял последнюю надежду, нервно оглядел полупустой зал. Начал было плести заклинание, но Монах, поморщившись, взмахнул рукой, словно снимая с локтя старика невидимую паутину, прервал его:

- Успокойся, сейчас сами разбегутся. Лучше налей нам пока чего-нибудь хорошего.

Они расположились за соседним с Тиссой столиком, и Анна, кажется, даже подмигнула Тиссе. Что все это значит?

Не успел Дэниел поставить на стол кружки, дверь снова распахнулась: на пороге таверны появился Вольный. Опершись о косяк, он остановился, переводя дух, так, словно до этого бежал изо всех сил.

- Мужики, беда, кузнец повесился.

В таверне вмиг стало тихо. Кто-то сотворил защитный знак, и Дэниел с неодобрением покосился на язычника. Кто-то прошептал: "Не может быть...", Вольный услышал:

- Лесом клянусь.

Посетители таверны один за другим потянулись к выходу. Кузнеца знали все, и все имели с ним дела. Скоро приедут дознаватели, а значит, сейчас лучше быть дома, с семьей. Да и в кузнечий дом заглянуть не помешает, осмотреться и - мало ли - прибрать чего.

Вольный тяжело опустился за стол возле Монаха, Дэниел принес ему выпить:

- Правда чтоль?

- Ну. Своими глазами видел.

- А ты откуда знал? - старик повернулся к сыну.

- Догадывался. Каире, видать, заглянула по пути, новости рассказала, про то, как из-за одного глупого увечного паладина тысячи воинов света погибли страшной смертью.

Дверь снова открылась. На этот раз в таверну зашли двое мужчин: первый - опираясь на тяжелую трость, он шел чуть впереди - был статный вояка средних лет, в сером дорожном плаще. Почти хозяйским взглядом он обвел зал, остановился на миг на Тиссе и, прихрамывая, направился прямиком к Дэниелу, на ходу снимая перчатку и протягивая для приветствия руку. Второй был чуть выше, держался так же по-хозяйски, руки прятал в карманах черного плаща. Дэниел заметно сглотнул и приветствовал посетителей полупоклоном:

- Добро пожаловать, уважаемые лорды, в мою скромную обитель.

Первый хохотнул:

- Полноте прибедняться, старик. Я ценю твою помощь.

Дэниел покачал головой:

- Помощь она разная бывает, и ваше присутствие здесь, лорд, ставит меня под удар.

- Несомненно. Но эти чудовища, - он махнул головой в сторону своего спутника, Монаха и Анны, - сказали, что здесь безопасно, а после того, что мы устроили - не без вашего участия - из Столицы надо было исчезнуть как можно быстрее. Пока меня не разорвали на тысячу маленьких Вильямов - с этим я, кстати, совершенно согласен.

- Орден перероет всю Империю, чтобы найти вас, и мне крайне невыгодно, чтобы они нашли вас здесь. Это смертный приговор.

Монах поднял голову:

- Эту проблему мы решим. Когда они соберутся искать Темного лорда здесь, он будет уже далеко.

Тиссу словно молнией ударило: прямо здесь и сейчас, в трех шагах от него стоял сам Темный демонами проклятый лорд! Он придвинул к себе кружку, одновременно нашаривая другой рукой в сумке кинжал. Да это ж шанс на миллион! За Фортклиф! За Фортклиф. За сто пятьдесят двух человек, которых он знал.

Медленно Тисса повернулся, перенес вес на ноги, опираясь о стол, начал подниматься - и резко выпрямился, словно заведенная пружина, посылая кинжал в полет. Для того, чтобы увидеть, как он вонзается в белую перчатку сопровождающего Темного лорда человека. Или все же не человека, потому что на пронзенной кисти не видно крови...

Оурский поворачивается к Тиссе. Его глаза распахнуты от удивления и страха, в его взгляде плещется испепеляющий гнев, он готов убить на месте неудачника, покусившегося на его жизнь, но он не делает ни шага, потому что спутник, одной рукой спасший его, второй держит Темного лорда за плечо - и что это должна быть за сила, способная остановить такую ярость!

Тисса первым теряет самообладание:

- Убийца!

- Так говорят многие.

- Ты убил целый город!

Ярость во взгляде сменяется насмешливым интересом. Темный лорд высвобождает плечо и делает несколько шагов к Тиссе. Вроде и ближе, но теперь их разделяет тяжелый дубовый стол.

- Не припомню.

- Фортклиф. Невинные люди, старики, женщины, дети... Моя двоюродная сестра - Эмилия - была помолвлена, но не дожила до свадьбы! Ты! Из-за тебя целый город остался без защиты!..

С каждым сказанным словом лицо Оурского мрачнело все больше. Наконец, он тяжело опустился на лавку, сняв с пояса богато украшенный фамильными вензелями кинжал, положил его перед Тиссой и, упершись локтями в стол, запустил пальцы в начинающие седеть волосы.

- Если ты считаешь так - убей. Эмилия из Фортклифа была моей невестой.

Если до этого в таверне было тихо, то сейчас повисла просто звенящая тишина. Казалось, присутствующие забыли, как дышать.

- Идиот, - едва слышно прошипел его спутник, но прозвучало это так громко и отчетливо, как если бы он кричал.

До Тиссы медленно доходил смысл сказанного. Ноги предательски подогнулись, и он тоже поспешил сесть, ухватившись за край стола.

- Даже мы не знали...

- Они нашли единственное слабое место и не колеблясь нанесли удар. Иначе ничто не смогло бы меня остановить.

Все снова замолчали. Вот, значит, почему гончий пес Вильям Оурский на подходе к императорскому дворцу неожиданно выбросил белый флаг, развернулся и отбыл из Столицы... Первым пришел в себя этот странный человек: неведомым образом он оказался возле Темного лорда, подхватил со стола кинжал, взял Оурского за ворот плаща и поднял из-за стола, приладил кинжал на место. Со вздохом он повернулся к Тиссе:

- Малой, отвернись, пожалуйста.

Тисса, все еще пребывая в своих мыслях, послушно повернулся на лавке. Затем был звук удара и спокойный голос:

- Спасибо, малой, можешь повернуться обратно.

Теперь Темный лорд стоял, держась рукой за щеку, и шипел что-то неразборчивое в адрес своего спутника. Тот лишь невозмутимо пожал плечами:

- Так-то лучше. Когда мы вернемся в Столицу, я отложу вообще все дела, и мы разберем твои скелеты в шкафу. А до тех пор, включи мозги и держи себя в руках. Это прошлое. Каким бы оно не было - это прошлое, и оно не может определять решения императора.

Кто он такой, что так спокойно говорит такие вещи в лицо самому Темному лорду, да при том обращаясь к нему на ты? От услышанного в этот вечер голова шла кругом, а еще Тисса вдруг почувствовал себя лишним в этом зале. Он медленно поднялся и побрел наверх - невежливо, конечно, но сил на вежливость просто не было.

У двери комнаты его догнала Анна:

- Тисса, постой. Ты как?

- Нормально. Ты знала про Оурского?

Анна прислонилась спиной к стене и сползла на пол:

- Никто не знал. Выходит, ты чуть не стал ему родственником.

Тисса хмыкнул. Эта мысль его еще не посещала, забавно. Он опустился рядом.

- Знаешь, теперь, когда ты спросила - мне кажется, что я схожу с ума.

- Ничего, все уже позади - по крайней мере, у тебя. Что ты планируешь делать дальше?

Тисса хотел ответить привычное "не знаю", но почему-то вдруг улыбнулся и сказал:

- Я вдруг вспомнил, что давно не видел моря.

Вершины Безмолвных гор, где круглый год лежит снег, зимой не производили и половины положенного впечатления. Слишком много снега, и слишком спокойно, неподвижно для такого величественного зрелища. Только северный ветер иногда подхватывал со склонов невесомые снежинки и кружил в бесконечной метели. Но тогда и окрестные вершины скрывались в белесой пелене, и не было такого, чтобы от окружающей красоты захватывало дух. Если в Столице осень лишь неторопливо уступала течению времени, здесь, в горах, зима уже укутала вершины, превратив горы в белое безмолвие.

Девушка со вздохом отвернулась от окна и посмотрела на свою гостью. Они успели. Все дела сделаны, все слова сказаны, и теперь между ними поселилась тишина ожидания. Что-то будет дальше... В огромном камине лениво потрескивал огонь. Точнее, Огонь и Пламя - так зовут их сущностей-элементалей. Еще одна случайность - наверное, первая из тех, что повернули этот мир к равновесию. Никто в этом мире не имеет элементалей. В этом мире другая магия, принципиально другая. Но в этот мир нельзя попасть извне. Или, наверное, можно - но только через равноценный обмен. Что такое должен был отдать этот мир - или, точнее, кого - они уже догадались, было время выяснить.

Солмир. Так звали величайшего мага, когда-либо рождавшегося в этом мире. Сильнейший даже среди иерархов, он, говорят, был дружен с Хранителем. Почему вдруг Хранитель решил его уничтожить, осталось загадкой, но из дневников Солмира следует, что демон насоветовал ему попытаться проникнуть за пределы магической сферы, ограждающей этот мир. Говорят, он погиб. Исчезновение такого источника силы не могло остаться незамеченным, и его, конечно, искали. Не нашли. Говорят, даже Хранитель не нашел, а уж он точно перерыл все доступные ему миры. Но что если есть миры, закрытые даже от Хранителя?

Остается надеяться, что обмен не смог поколебать равновесия того, другого мира. А этот мир затаился, спрятав двух совсем молодых элементалей на Драконьем острове. Мир может себе позволить подождать...

Ксаргон возник беззвучно посреди зала. Черный. Как он не путается в течении времени в разных мирах?

- Месяц прошел.

- И мы здесь, Великий, - ответила Каире, поднимаясь навстречу.

- Могу я... - демон осторожно подбирал слова, что на него было совсем непохоже, - могу я увидеть молодой мир?

Вот оно что, любопытство. Значит, зацепило. Тако пожала плечами:

- У создателя спрашивай.

Огромный белый Зверь - не то тигр, не то барс - появился в дверях, словно услышал ее слова. Ксаргон обернулся к нему:

- Вот, значит, кто. Оборотень, потерявший человеческий облик.

Зверь в два прыжка оказался рядом, заглянул в глаза демону. Его мысль отчетливо слышали все в зале:

"Облик, как видишь, не помешал мне создать равновесный мир."

- Так уж и равновесный?

"Ты нашел в него путь, чтобы утверждать обратное? Следуй за мной."

Не отрывая друг от друга глаз, они исчезли, чтобы появиться на крошечном острове посреди океана. Мягкие волны плескались о каменистый берег, роща из пары десятков деревьев росла, цвела в отдалении.

- Смертный, ты шутишь.

- Смотри, демон, смотри внимательно и наберись терпения.

Вода покрылась рябью, и на поверхность начали выныривать какие-то рыбы. Вслед за ними над водой взметнулась серая голова на толстой длинной шее - или что это было?

- Морской змей за охотой. Этот мир сам придумал его, я почти не помогал.

- Что?

- Серьезно. Я и не думал, что эволюция заставит его вырасти до таких размеров. Но, наверное, маленьким неудобно охотиться.

- Разве не ты управляешь эволюцией?

- Нельзя управлять всем, демон. Где границы того, во что можно вмешиваться, и во что - нельзя? Я же не задаю движение островов.

- Острова неподвижны.

- На самом деле, нет. Острова поднимаются и опускаются, иногда дрейфуют... Кажется, это подстегивает эволюцию, заставляет всех постоянно приспосабливаться. Опасность того, что привычный мир перестанет существовать, изменится.

- Если мир изменится, всё погибнет.

- Жажда жизни, вот главный ингредиент в этом первородном бульоне.

Где-то за горизонтом загрохотала гроза, окрашивая облака желтоватыми всполохами. Под плотным покровом облаков сгустились сумерки, солнечный свет проникал сюда в каком-то искаженном спектре, окрашивая песок в красный и воду в смоляно-черный цвет. Первые тяжелые капли дождя упали с неба, оставляя в песке характерные следы. И словно в ответ на начинающийся ливень песок зашевелился, тут и там образуя холмики и воронки. Едва различимые за пеленой воды, хлынувшей с неба, на свет появлялись крошечные ящерки, деловито устремляющиеся к морю.

- Они еще не научились жить на суше, но осталось недолго. Интересно, скоро ли появятся птицы... - Зверь мечтательно прикрыл глаза.

- Твой мир еще так несовершенен.

- Разумеется. Но мой мир уже в равновесии. Он может развиваться сам, а могу я добавить в него что-то новое - но даже в этом случае он сам решит, принять изменения и подстроиться к ним или вернуться в изначальное состояние. Он, как эти ящерки, готов вылупиться из яйца.

Зверь и Хранитель вновь появились в замке в горах. Демон чуть отстранился:

- Глупо. Твой мир еще такой первобытный, такой молодой. Его так легко разрушить. Да он сам еще миллион раз разрушит себя изнутри.

- Кто знает, кто знает. Но с каждым днем он все более самостоятелен.

- Самостоятелен в яйце?

- Вот тут ты прав, Бессмертный, - в воздухе перед Зверем повисла переливающаяся сфера, камень удачи. - Пока еще он в яйце.

Хранитель вытянул вперед руку, почти дотронувшись до камня. А затем резко швырнул его об стену. Осколки рассыпались по залу со стеклянным звоном. Магия молодого мира вспыхнула, просыпаясь в мире более старшем. Почти ощутимая рябь пробежала по магическому куполу...

- Да будет так, - Зверь наклонил голову.

Хранитель повернулся к двум девушкам:

- Ваше время вышло.

Они слаженно шагнули вперед, соглашаясь. Огненные змеи метнулись к их ногам. Заклинание перехода - и только Зверь остался стоять посреди опустевшего зала.

Поздним вечером Эстерой вышел из здания Совета. Он был молчалив, как всегда, и, как всегда, задумчиво помахивал тростью, быстрым шагом направляясь к городским конюшням. Один. Не успел он завернуть за угол, как неведомая сила подхватила его и отбросила на другую сторону улицы. Из темноты появились два силуэта - иерархи. Гладиатор подошел вплотную и оперся рукой о стену позади Эстероя. Окажись любой другой на его месте, сильнейший удар о стену и внезапность, с которой все было сделано, изрядно поубавили бы его уверенность в своих силах, но этот странный человек только улыбнулся нежданной встрече. Не желая терять ни минуты времени, Гладиатор приблизил голову почти к самому лицу Эстероя и процедил сквозь зубы:

- Где Каире?

Похоже, такое начало не произвело на Эстероя должного впечатления, потому что в ответ он лишь наклонился к самому уху Гладиатора:

- Руку убери.

Неслыханная дерзость, какой Гладиатор еще не встречал. Внутри у него все словно взорвалось черной ненавистью к стоящей перед ним личности, однако руку он почему-то убрал, и даже отступил на шаг назад. Отстранившись от стены, Эстерой не спеша стряхнул пыль с плеч и огляделся.

- Не скажу, что рад видеть вас, уважаемые, но выбирать, похоже, не приходится. Чем обязан?

- Где Каире? - Гладиатор повторил свой вопрос, вложив в два слова столько эмоций, что даже Ваятель удивленно поднял брови.

- Каире? Я за неё.

Иерархи переглянулись. Самоубийца он что ли? Гладиатор снова подхватил его потоком магии, отшвырнул в сторону. Ох, не следует смертным злить Гладиатора.

Эстерой поднялся.

- Твой последний шанс, тварь, - маг снова оказался рядом, - где она, отвечай!

В тёмном переулке Эстерой мягкой тенью перетек Гладиатору навстречу, ухватил его за начавшую отрастать бородку, притянул к себе, почти коснувшись с ним лбами:

- Слушай меня внимательно, маг. Я скажу это медленно, чтобы ты понял: Каире больше нет. Просто нет, и все, - он перешёл на шепот, - Каире где-то там, среди бесконечного числа миров, доступных Ксаргону, и возвращать он её не собирался.

Гладиатор отшатнулся.

- И все это ради того, чтобы прикрыть ваши трусливые задницы, чтобы Империя, какой мы её знаем не одну сотню лет, продержалась чуть дольше, чем до завтрашнего утра. Так что, если вам есть, что сказать, - говорите.

Некоторое время они ещё сверлили друг друга ненавидящими взглядами. Не дождавшись ответа, Эстерой растворился в тёмном облаке, тут же опавшем, а иерархи ещё долго стояли, глядя в пустоту.

- Мне кажется, коллега, мы упустили что-то важное в магии нашего мира...

Поначалу Гефер даже не понял, что произошло. После пережитого в ущелье он едва начал вновь осознавать себя в тихом, черном нигде. Интересно, кто его сюда определил - Ксаргон? Или сам Данатиэль сжалился? Вот будет удивительно, если второе... Гефер-призрак попытался занять вертикальное положение, хотя бы относительно пола. Пол-то, наверное, горизонтальный, раз он на нем лежал. Новых ориентиров после этого упражнения не прибавилось, и Гефер задумался, что делать дальше.

Его мысли (или их отсутствие) прервал Ксаргон. Демон с тихим хлопком появился рядом с Гефером, молча сгреб призрака одной рукой и так же молча перенесся куда-то в мир. За короткое мгновение переноса Гефер благодаря остаткам эмпатии уловил раздражение и какую-то растерянность демона. "Повезло тебе," - буркнул Ксаргон, стряхнул его со своего плаща и исчез.

Вот что это было? Гефер огляделся. Интересно, он хотя бы в Империи? Насколько хватало глаз, вокруг под свинцовым осенним небом простиралась проклятая земля. Пожелтевшая трава клоками покрывала черную, твердую как камень землю. Тут и там виднелись кривые, уродливые деревца, сбросившие листву при первых намеках на приближение холодов. Осознание пришло, но верить ему не хотелось. Черная гряда. Край падших. Афель-Наар... Гефер опустился на подвернувшийся камень...

И тотчас вскочил на ноги. Камень - твердый. Не думая, как он будет выглядеть со стороны, он поднес к лицу руки, смотрел на них, обхватил голову и даже подергал себя за волосы. Из глаз брызнули слезы. От радости. Сомнений быть не могло: он снова получил тело! Ноги вдруг сделались ватными, и он грохнулся на колени. Было больно, но от этой боли Гефер словно проснулся в этом мире. Кое-как он вновь вскарабкался на камень и осмотрел себя. Ксаргон даже потрудился создать ему одежду, что-то очень похожее на то, в чем он дезинтегрировался. Ушибленное колено саднило. Кровь. Надо же, это и впрямь человеческое тело. Гефер провел ладонью по шершавому камню, словно еще до конца не веря в реальность своего существования. На руке обнаружился перстень. Интересно, это у демона такое извращенное чувство юмора? Сильнейший артефакт, уникальный, единственный в этом мире, был абсолютно пуст, ни на что не годен. Побрякушка.

Эта мысль напомнила Геферу кое о чем еще. Сила. Он потянулся к родной магии, но нет, тут Ксаргон был последователен: силы не было. Гефер даже не удивился, но теперь его мысль заработала в другом направлении. Он обшарил карманы. Ничего. То есть из предметов у него только пустой перстень. И он один посреди Гряды. Холодный ветер напомнил, что летний балахон уже тоже не самое лучшее одеяние.

Теперь Гефер более осмысленно огляделся по сторонам.

Всюду, насколько хватало глаз, расстилалась однообразная каменная равнина. Гефер поднял глаза к небу. Рваные свинцового цвета тучи плыли над головой по серому осеннему молоку. Где-то справа молоко едва заметно белело, и от этого тучи казались еще страшнее. Бывший великий иерарх бесшумно рассмеялся: стоило жить четыреста лет, чтобы прикидывать стороны света по солнцу, сидя на холодном камне посреди Черной гряды! Однако же, пора выбираться отсюда, и желательно поскорее - иначе придется кому-то опознавать его по перстню. Солнце, похоже, еще высоко, значит, где-то там юг. Гефер поднялся и пошел, оставляя солнце по правую руку. По пути он подобрал пару камней, удобно ложившихся в ладонь, и сломал себе на посох небольшое деревце. Остатки корней, торчащие в разные стороны, делали посох еще и каким-никаким оружием. Гефер покрутил его в руках и остался доволен. Тут он, кстати, вспомнил добрым словом Каире, в свое время научившую его не полагаться исключительно на магию. Заинтересовавшись, он тогда даже немного потренировался. На скелетах. Не то, чтобы полученные навыки вселяли уверенность, но все равно было поспокойнее.

Интересно, как там Каире? После той встречи с Анной на помощь ведьмы рассчитывать не приходилось. Появляться снова нейтралом перед магами Оурского тоже не казалось хорошей идеей, равно как и искать иерархов. Да даже к Дэниелу сейчас соваться не стоило без крайней необходимости. А вот о Каире можно было подумать. В конце концов, она сама - не маг.

Уф, столько новых мыслей... Но главное сейчас - все же убраться с Гряды. До самого наступления сумерек Гефер шагал вперед. Дорог на Гряде почти не было, да они и не нужны - иди, куда хочешь. Иногда вдали появлялась человеческая фигура, но, завидев Гефера, одинокие путники сворачивали в сторону и исчезали из вида. На Гряде никто никому не доверял, и в безопасности - относительной, конечно, - ты был только наедине с собой.

К вечеру стало понятно, что Гряда не заканчивается. Гефер уже перешел несколько каменных холмов, но даже с их высоты на горизонте не было никаких намеков на смену пейзажа. Да и верно, не следовало рассчитывать на то, что демон отпустит его у самого подножья Гряды. Тем временем, человеческая сущность Гефера давала о себе знать: он изрядно устал и проголодался.

Рассудив, что проблемы следует решать по одной, Гефер начал присматривать место для ночлега. Где можно поспать на Гряде? Да ни один клочок земли здесь не лучше и не хуже любого другого. Наконец, поднявшись на очередной холм, он увидел то, что искал: на небольшом пятачке трава росла чуть более высокая и густая, тут же стояло вполне приличное деревце, набросавшее в траву сухой листвы, а нагромождение камней кое-как защищало этот пятачок от ветра. Гефер еще походил вокруг, нарвал пару охапок жесткой травы, сгреб листья и устроился сверху. Сумерки превратились в ночь.

Проснулся Гефер перед рассветом, от холода. Тело закоченело, и, с трудом поднявшись, он еще долго разминался. Есть хотелось неимоверно, но где здесь посреди Гряды найдешь что-то съедобное? Вокруг холма, на котором он остановился на ночь, плыл туман. Прикинув направление, Гефер поудобнее перехватил посох и шагнул в холодную и сырую пелену.

Четыреста лет жизни все-таки научили его здраво смотреть на вещи. Если хочешь куда-то попасть, надо двигаться, несмотря ни на что, чем быстрее, тем лучше. Еда и кров тоже не появятся сами, и шансов найти что-то подходящее в землях Империи уж точно повыше, чем на Гряде. Что хорошо с этим туманом - сразу расхотелось пить. Вот бы все проблемы так решались.

Туман рассеялся, и вокруг вновь потянулись унылые каменные пустоши. Казалось, здесь нет ни души: даже мыши затаились, спрятались. Пару раз над головой прокаркал ворон, и Гефер начал было подумывать, смог бы он есть воронятину, или его голод пока не настолько силен. Но хитрые птицы держались от него еще дальше, чем случайные путники.

Когда день перевалил за половину, Гефер обнаружил, что дошел до вересковых топей. Видимо, здесь была низина, и вода, сочившаяся по камням Гряды, собиралась, не проникая вглубь каменных пластов. Здесь мягкие мхи, напитанные влагой, создавали зеленый ковер прямо поверх голых камней. Переплетаясь со мхами росли верески, и от их крошечных цветов-бубенцов земля впереди приобрела розоватый оттенок. Тут и там верески сменялись болотными ягодами. Гефер набрал пригоршню и отправил в рот, скривился: кислые, водянистые ягоды только раздразнили, разбудили голод. Еще немного, и он будет готов жевать кору, хотя это так же бесполезно.

Тихий, свистящий звук заставил Гефера обернуться и замереть от неожиданности. С характерным свистом воздуха в крыльях мимо пролетела утка. Птица летела низко над землей и опустилась на воду где-то в глубине топи. Это был шанс, который Гефер не собирался упускать.

Гефер направился к птице. Вода сочилась из мха под ногами, и вскоре он уже по щиколотку погружался в темную жижу. А хороши сапоги у Оурского - не промокают. Или это Ксарг так постарался... Повезло. Гефер начал прикидывать, чем достать птицу. Камень, конечно, летит дальше, но велик риск промахнуться, да и сам камень потом будет не вернуть. Посох - он взвесил его в руке - тяжеловат, но выглядит понадежнее. Но птица далеко.

Словно дразня охотника, утка с кряканьем помахала крыльями и, успокоившись, принялась чистить перья. Гефер перехватил посох для броска и продолжил идти вперед, медленно, не спуская глаз с добычи, стараясь не видать себя раньше времени ни звуком, ни резким движением. Ближе. Еще ближе. Вот он уже ясно видит открытые оконца чистой воды, окруженные редкой болотной травой, утка точь-в-точь по окрасу совпадает с пожухлыми стеблями, стоит отвлечься - потеряешь из виду, сольется с окружением. А птица закончила чистить перья и сунула голову под крыло, спит. Удачно, но все еще далеко.

Гефер продолжал красться вперед, когда вдруг слева послышался плеск воды и испуганное кряканье. Рефлексов хватило только, чтобы выругаться - спугнул же! - и одновременно, повернувшись всем торсом на звук, швырнуть посох, не глядя. Какие боги бросали для него в этот день кости удачи - Гефер даже не думал, не до того было. Тяжелый посох смял замешкавшуюся на взлете птицу и вместе с ней упал в воду. Гефер бросился к добыче, выхватил посох и погнался по болоту за отчаянно крякающей уткой. Птица, даже оглушенная, оказалась крайне верткой и сдаваться не собиралась. Пришлось изрядно попрыгать по колено в ледяной воде, прежде чем Гефер, наконец, смог дотянуться до нее посохом и пригвоздить к земле. Измученный, но победивший ловкую птицу, Гефер выполз на относительно сухое место и уселся на землю, пытаясь отдышаться. Трясущимися от усталости и адреналина руками он начал ощипывать утку. Немного отдышавшись, он задумался: где в этих топях раздобыть огня? Достал из кармана камни, постучал друг о друга: слишком мягкие, не годятся. Но это же Гряда, здесь маги воевали, много всего разного должно было остаться.

Проходя через топи, он прихватил с собой несколько сухих сучьев - гиблые деревья здесь встречались чаще, чем на сухих землях Гряды. Верески все не заканчивались, хотя мхи почти исчезли и вода сменилась песком. Темно-серым, как небо. Небо. Небо, похоже, начало темнеть - вот и еще один день пролетел. Что ж, надо снова подумать о ночлеге. Гефер повернул к видневшемуся в стороне холму. Ночевать в низине почему-то не хотелось.

Холм оказался больше всего похож на песчаную дюну, неизвестно зачем решившую встать именно здесь. Впрочем, известно: при ближайшем рассмотрении оказалось, что дюна накрыла груду камней, у ее основания наружу торчала такая оплавленная каменная глыба. Двойная удача - из этого камня можно попытаться добыть огонь.

Гефер поднялся по склону и с подветренной стороны расковырял себе в песке место для сна, сложил туда утку и принесенные с собой ветки, огляделся. Трава на дюне, естественно, не росла, но неподалеку из песка и вересков торчали кривые деревца, окруженные редкими соломинками травы. Одно из деревьев Гефер с корнем выломал из земли, помогая себе посохом. В его корявые ветви он набросал верески - этим можно будет хоть немного укрыться ночью. Оттащил свою добычу на дюну, сложил из сухих ветвей и вересков какое-то подобие костра и спустился вниз за травой. Сухую траву пришлось собирать долго, почти по соломинке, но и это он, наконец, сделал. Подойдя с травой к оплавленному камню, Гефер поискал вокруг какой-нибудь подходящий осколок, но осколка не нашлось. Демоны. От отчаяния Гефер подергал себя за волосы, постучал кулаком по лбу. Помогло: его взгляд упал на перстень. В простой, но надежной оправе тускло поблескивал магический камень.

В следующий миг Гефер усаживался поудобнее у скалы, разложив под ней траву и примеряясь к удару.

- Великий маг, итить.

Кажется, он сказал это вслух. Ну и плевать. Докатился, да. Взмах - перстень ударяется о глыбу, пара тонюсеньких искр разлетается в стороны, но тут же гаснет. Гефер снова замахивается - как бы не промахнуться и не разбить руку. Удар уже сильнее, но снова неудача. После несчетных попыток Геферу все же удается поджечь траву. С невероятной осторожностью он поднимает слабый огонек и несет наверх, прикрывая ладонью от ветра...

В этот вечер Гефер немного согрелся, а чуть поджаренное мясо показалось ему вообще самой вкусной едой на свете. Да и спать он укладывался не на холодный песок. В общем, день можно было считать прекрасным.

Но каким бы замечательным не было завершение дня, утро снова было сырым и холодным. Разминаясь, Гефер прошелся вокруг дюны, надеясь все же найти осколок твердого камня, который можно было бы унести с собой, но бесполезно. Похоже, магия здесь не ломала камни, а выжигала все окружающее. Жаль. Так и не найдя ничего полезного, Гефер вновь отправился в путь.

Когда не думаешь о еде, можно сосредоточиться на чем-нибудь более интересном. Поразмышлять, например, о погоде. Странная она здесь: осень, пасмурно и ветер холодный, а дождя нет. Хорошо, конечно, что нет, но как-то неправильно. В Империи осень всегда приходила с дождем, где-то раньше, где-то позже, но дороги размокали неизбежно. А тут... Только туманы.

Подумать как следует о туманах не получилось. В белесой пелене навстречу шел человек. Гефер попытался свернуть в сторону, но незнакомец все равно направился к нему - ничего хорошего эта встреча не сулила. Гефер поудобнее перехватил свой посох и остановился. Человек подошел, встал напротив в паре шагов. Теперь Гефер разглядел в его руке длинный, в пол-локтя нож. "Ну всё, старик, догулялся," - мелькнуло в голове.

Они замерли, неловко переминаясь с ноги на ногу. Незнакомец огляделся, Гефер тоже бросил взгляд по сторонам. Никого.

- Давай, что есть.

Ну вот.

- Да что с меня взять?

- Деньги. Деньги есть?

- Ни гроша.

- Сапоги снимай.

Ну уж нет. Гефер опустил взгляд: действительно, обувь у разбойника не по сезону, ноги обмотаны тряпьем и затянуты в изношенные сандалии. Но сапоги... Он в них по топям скакал и не промок. И далеко он босиком уйдет - по камням да колючкам? Гефер покачал головой и еще крепче сжал посох.

Они еще молча покружили по пустырю, один с ножом, другой с палкой, глядя глаза в глаза. Невесть откуда нахлынули воспоминания одного из первых разговоров с Каире. "Отступать не плохо. Главное - не терять осторожность. Не уверен - не раскрывайся. Прибереги атаку, пока не сможешь провести ее быстро. Не нервничай, не позволяй себе глупостей." Каире всего однажды говорила с ним о боевых искусствах, но правильные слова сейчас помогали. Гефер отступил от одного выпада, от второго, еще, и еще... Но вот ошибся - последний шаг сделал короче, чем следовало. Разбойник почувствовал, что может дотянуться, бросился вперед. Чудом Гефер уклонился от ножа и неожиданно для себя махнул посохом. Тяжелое, сучковатое основание корня попало разбойнику в висок, оглушив и заставив остановиться. Второй удар Гефер нанес уже осознанно, взявшись за посох двумя руками и вложив все силы. Был ли этот удар смертельным, он предпочел не думать.

У лежащего человека он забрал нож (ножен не нашлось, и пришлось просто заткнуть лезвие за пояс), в карманах обнаружилось несколько мелких монет, а за пазухой мешочек с вяленым мясом. Из одежды Гефер ничего не взял - все вещи были далеко не новые, теплыми не выглядели, и возиться с телом ради них не хотелось. Немного подумав, Гефер забрал еще добротный кожаный ремень и быстрым шагом двинулся прочь.

Утренняя встреча придала бодрости, и, несмотря на накопившуюся после плохих ночей усталость, Гефер в этот день прошел довольно много. Верески остались позади, холмы стали чуть выше, но деревья исчезли совсем, и все чаще попадались проплешины голых камней. Взобравшись на один из таких холмов, Гефер в который раз уже оглядел унылые земли. К его удивлению, ровный - ну почти ровный - горизонт впереди нарушался. То ли одинокая скала, то ли нагромождение камней, а может, даже замок... Впрочем, замок здесь вряд ли отличался бы от нагромождения камней - время и магия не щадят ничего. Как бы то ни было, ночевать под прикрытием этого чего-то казалось более привлекательной идеей, и Гефер прибавил шагу.

Когда Гефер, наконец, приблизился достаточно, чтобы разглядеть свою цель, над Грядой уже сгущались сумерки. В неверном свете Гефер разглядел то, от чего захотелось упасть на землю и расплакаться: впереди тянул к небу полуразрушенные башни Оплот Силы. Вот уж действительно, Афель-Наар.

Оплот Силы был необитаем. Это Гефер знал наверняка, это знали все, кто более-менее слышал об этом замке. Построенный еще во времена великой битвы, Оплот до сих пор хранил на себе следы защитных заклинаний, во многом уже утраченных. И Оплот был смертельно опасен для магов. Неведомым образом он искажал любое используемое в его стенах заклинание, войти внутрь для мага означало сбросить все щиты и надеяться, что потоки силы обойдут стороной. Да и то не всем везло.

Впрочем, Гефер магом называл себя скорее по привычке - Ксарг постарался, сделал подарочек. Интересно, Ксаргон тоже обходит Оплот Силы стороной? Ответа Гефер не знал, но мысль, что сам Хранитель миров может быть не всемогущ, позабавила. Чуть успокоившись, Гефер двинулся к замку.

По лабиринту каменных переходов он пробирался уже наощупь: стемнело. Несмотря на зловещую репутацию, замок был разграблен полностью, стены местами разрушились, в щели задувал ветер, а под ногами хрустело каменное крошево. Высокие башни провалились внутрь, и в темноте Гефер не решился их исследовать - недолго и шею свернуть. Забравшись в какую-то пристройку, чудом сохранившую каменный свод, Гефер к своей радости нащупал в ней толстый настил прошлогодней травы - похоже, Оплот все-таки использовался бродягами типа него. Запах от подопревшей травы был еще тот, но выбирать не приходилось.

Монах появился в Оплоте ближе к полуночи и замер в темноте, вглядываясь в хитросплетения потоков силы. Удовлетворенно кивнув, он исчез так же беззвучно, как появился. Кажется, сегодня он принесет хорошие новости. Впрочем, пусть все идет, как идет.

Гефер проснулся среди ночи - то ли от шороха, то ли еще от чего. Приподнявшись на локте и положив ладонь на рукоять ножа, он напряженно вслушивался в тишину, но так и не различил ни звука. После этого он спал тревожно, часто просыпаясь, и под утро чувствовал себя совсем разбитым. От холода слегка потряхивало, болела голова, накатила усталость. Ох, похоже, осенние ночевки под открытым небом не прошли бесследно. Жаль, он надеялся.

Пока были силы, Гефер еще вскарабкался на башню и осмотрелся. Позади расстилалась Гряда и розовели вересковые топи. Зато впереди - сердце радостно забилось - черные камни и серый песок сменялись желтой травой; слева темной полосой вдалеке подходил к Гряде лес, а чуть правее, на пределе видимости, на берегу озера расположились несколько домов. Сейчас Гефер припомнил, что Оплот Силы стоял у самого края Гряды. Деревня... Нищая, должно быть, эта деревня - у такой, наверное, и названия-то нет. Но живет кто-то под боком у Гряды, каждый день видит из окна разрушенный замок.

Рискуя оступиться, Гефер сбежал вниз, подхватил посох и двинулся в путь. Чувствуй он себя получше, дошел бы уже за полдня, но сегодня... Силы покидали его с каждым шагом, и Гряда казалась бесконечной, хватала за ноги серым песком и корявыми камнями... То и дело Гефер спотыкался, останавливался перевести дух. Деревня и озеро дразнили, то появляясь на горизонте, то вновь пропадая в серых складках холмов. И с каждым часом становилось все хуже. В добавок ко всему пошел мелкий осенний дождь.

Как дошёл до деревни - Гефер уже не помнил. Проснулся он на деревянной лавке возле печи, укрытый изношенным одеялом из звериных шкур. В маленьком окошке не было ничего, кроме серого неба и такого же серого дождя - монотонный стук капель в печной трубе был чем-то ненастоящим, неживым.

- Очнулся наконец? - Гефер повернул голову на скрипучий голос. - Лежи, лежи.

Хозяйка избы подошла и достала из печи чугунок.

- Сейчас, покормлю тебя - я в том месяце петушка приварила, как раз бульон остался, - женщина была немолода, но выглядела лучше, чем звучал ее голос. - Я твои деньги забрала - хлеба купила. На, поешь.

Вот как. С чужаками тут не церемонятся. Гефер покосился на плошку: в жидком бульоне плавал хлеб. Это ж как она его разбавила, что с прошлого месяца-то осталось... Ну да ладно. Кое-как приподнявшись, он взял ложку. Рука дрожала, пришлось напрячь все силы, чтобы не пролить похлебку.

- Ты откуда такой взялся-то? Не похож на этих, с Гряды.

Гефер доел, отставил плошку и без сил упал на подушку. Повисла пауза.

- Почему не похож?

- Что?

- На тех, кто с Гряды, почему не похож?

- Да просто. Не знаю. Одет, что ли, не так.

- Ааа. Да, демон занес. Идти мне надо.

- Далеко ты после такой лихорадки уйдешь?

Гефер закрыл глаза ладонью. Да уж, никуда он отсюда в ближайшие дни не денется. В голове снова шумело, и от печи шел жар. Воды бы. С этой мыслью он снова заснул.

Проснулся он, видимо, уже ночью, потому что в избе было темно. На табурете у изголовья обнаружился кувшин с водой. Что-то часто в последнее время Гефер стал проговаривать мысли вслух. Отпив из кувшина, Гефер снова улегся, прислушиваясь. Капли воды все так же стучали в печи, но звук как будто стал тише, уступив место завываниям ветра. Интересно, долго он тут валялся в беспамятстве? И, кажется, он даже не спросил у хозяйки имя, непорядок... Спать как будто не хотелось, но в тишине и безделье мысли все равно начали путаться, и как Гефер ни цеплялся сознанием за реальность, надолго его не хватило.

В следующий раз его разбудил скрип двери. Из окна лился свет, а возле порога стояла хозяйка, отряхивая с ног снег. Гефер сел в постели.

- Ну, с добрым утром. Лучше тебе?

Он кивнул:

- Меня Гефер звать.

- А я Асель. Селя, как деревенские кличут. На, Гефер, держи, - пока говорила, она скинула обувь и подошла, положила ему в ладонь еще теплое яйцо.

Поймав удивленный взгляд, пояснила:

- Куры зиму чуют, несутся плохо. Так что сегодня - одно тебе и одно мне.

- Спасибо...

- Вот, снег ночью выпал, - она ловко разбила скорлупу и отправила содержимое в рот, - растает за сегодня.

Гефер хоть и менее проворно, но повторил трюк.

- А долго я болел?

- Та нее, ты мужик здоровый, даром что не молодой. Вчера второй день только был.

- Ясно. Асель, мне бы выйти.

- Иди. От крыльца направо, - она махнула рукой и почему-то шепотом добавила: - Уж больно сапоги у тебя хорошие.

Гефер замер на полушаге:

- Я за них человека убил, там, - ее глаза округлились. - Он отобрать хотел, а мне умирать как-то рано было.

Гефер провел в этом доме несколько дней. Иногда он помогал Асели по хозяйству, но хозяйство было небольшое: бедно жили люди на краю Гряды. Муж у Асели ушел на промысел: как и многие здесь, он был охотником. Сезон только начинался, и мяса почти не было. Зато еще не успели испортиться собранные в этом году грибы и ягоды. Хотя от ягод - какой прок, такие же кислые, как на Гряде. Их, наверное, и собирали там, у вересков... Собак в деревне не держали. Крупный зверь не подходил к людям, а вот разбойники с Гряды могли утащить собаку - какое-никакое, а все мясо. По этой причине все, что могли, держали в доме. Толстостенный сруб был крепостью, удержать которую могла даже женщина.

А еще зимой здесь выпадал снег. В Столице снежный покров устанавливался на пару месяцев, здесь же зима длилась вдвое дольше. И снега наметало столько, что дороги полностью исчезали, и деревня оказывалась полностью отрезана от всего мира. Порой с наветренной стороны снегом засыпало дом до самой крыши. Главное, чтобы охотники успели вернуться с запасами до прихода метелей.

Гефер сразу решил, что дожидаться зимы здесь не следует. Он еще надеялся поначалу, что, может, найдется попутная телега, но у местных были другие заботы, а торговцы мимо Гряды старались не ездить. Богами забытая деревня. Поэтому когда, наконец, чуть распогодилось, он выменял у хозяйки нож на огниво и, коротко попрощавшись, пошел прочь.

Серые кони мчались по осеннему лесу, стук копыт по мерзлой земле разносился гулким эхом во все стороны. Гефер отступил к краю дороги: у таких лучше не стоять на пути. Присмотрелся. Двое всадников несли знамена. Эх, близко он уже к Столице... Кого, интересно, тут носит сегодня? Нежданные встречи ему были ни к чему, и он даже подумал, не отступить ли в лес, но дорога просматривалась хорошо, его наверняка уже заметили, и это будет выглядеть подозрительно.

При приближении кони чуть сбавили шаг. Гефер покрепче ухватил посох и пожалел, что за все время пути не обзавелся плащом с капюшоном. Хотя кто может узнать в исхудавшем путнике иерарха-некроманта?

Всадников было меньше десятка. Серые, словно присыпанные пылью, кони. Черная сбруя с серебряными бубенцами. Всадники все как один в серых плащах, и знамена... О, боги, что за знамена! Из золотого круга на него смотрела рыжая песья голова. Гефер отшатнулся, но было поздно: один из всадников резко осадил коня и встал напротив. Вильям Оурский, собственной персоной. Гефер нервно сглотнул: он же почти дошел, зачем ему такая встреча...

Они замерли, вглядываясь друг другу в лицо, оценивая, размышляя. Оурский его узнал, без сомнения, и принял решение:

- Коня!

Гефер покачал головой: вдруг получится отказаться. Но Оурский только тверже повторил - не для своих спутников, а для него, Гефера:

- Коня.

Ему подвели такого же серого демона, что у остальных. Зверь храпел и тряс головой, но стоял ровно. Вроде бы не было с ними свободных коней, значит, на этом можно ехать. Стиснув зубы, Гефер забрался в седло, и все снова двинулись вперед, шагом.

- Вот так встреча. Не ожидал увидеть вас здесь, мэтр.

- Вы, лорд, я смотрю, поднялись, раз можете скакать безнаказанно вокруг Столицы.

- У меня через месяц коронация.

Тысяча демонов бездны. Ксарг, Тьель и Творец вместе взятые! Что еще он пропустил, пока отсутствовал в этом мире?!

- Вот как. Кажется, я многое пропустил.

- Не очень, на самом деле. Куда вы направлялись, мэтр? Могу я вас проводить?

За время одиночества Гефер отвык вести светские беседы и сейчас чувствовал, как вскипает мозг. Что ответить? Сдать Каире? Придумать сию минуту что-то правдоподобное?

- Шел, куда глаза глядят.

- Столица в другой стороне.

- Что я там забыл.

Оурский понимающе улыбнулся.

- Я и правда хочу вас проводить.

Да-да, бешеной собаке, как говорится...

- Мне кажется, где-то поблизости было одно поместье. Дом леди Каире.

- Удачно, - Оурский присвистнул, - верите или нет, но мы направлялись именно туда.

Гефер пожал плечами. Как-то и правда верилось с трудом. Но что более странно, откуда он узнал про Каире?

- Позвольте полюбопытствовать, лорд, какой у вас интерес к поместью?

- Это лучшее убежище в округе, мэтр. Вы отлично поработали над имиджем леди как абсолютного нейтрала. Надежнее поместья только таверна.

- Таверна?

- Старая таверна нашего общего знакомого. Правда, она не столь комфортна.

- Похоже, ваша разведка и правда работает безупречно.

- Увы.

С другой стороны к Оурскому приблизился один из всадников и, наклонившись, что-то прошептал. Оурский дернулся, обернулся на говорившего, но тот уже отодвинулся и только хитро улыбнулся в ответ на незаданный вопрос.

- Ненавижу этих коней, - почему-то тихо сказал Оурский, обращаясь не то к Геферу, не то ко всему окружающему миру.

- А что с ними не так? - Кони двигались ровно, и Гефер только сейчас заметил, что они успели перейти на довольно быструю рысь. Действительно, необычно.

- Они мертвые.

Что-то часто стал Гефер поминать несчастных демонов. Какого лютого проклятого тут творится?! Вот это он себя сейчас серьезно подставил - не распознать родную магию... Захотелось провалиться под землю.

- Вы обзавелись таким хорошим некромантом?

Оурский только махнул рукой:

- Все потом, скоро сами увидите.

Настроение у Оурского заметно ухудшилось - интересно, что ему сказал этот... воин, или кто он еще. И про коней тоже интересно. К поместью они подъезжали молча.

Двухэтажное здание из красного кирпича стояло посреди скромного, но ухоженного парка и встречало гостей только нарядно-белыми колоннами по обеим сторонам парадной лестницы.

- Ничего не изменилось, - и правда, здесь все было ровно так, как запомнил Гефер.

Оурский словно вынырнул из каких-то своих мыслей и повернулся на звук голоса. Что такое странное скользнуло в его взгляде? Печаль? Сожаление? Или просто показалось?

- Вы правы, мэтр. Здесь ничего не меняется.

Они остановили коней и спешились. Оурский с видом хозяина толкнул дверь и вошел, Гефер последовал за ним. Парадный зал, кажется, все же выглядит иначе, чем его запомнил Гефер, но и не удивительно, сколько времени прошло. Вокруг царил легкий полумрак, как бывает в домах, когда хозяева в отъезде. Белая широкая лестница встретила гостей и провела наверх, Темный лорд без сомнения направился к ближайшей двери, кажется, в библиотеку. Да, точно, Гефер припомнил, здесь должна быть библиотека. И здесь полумрак.

Оурский вошел и сделал шаг в сторону.

- Приветствую, - человек поднялся с дивана, захлопнул книгу и повернулся к гостям.

Гефер уже переступил порог и стоял рядом с Оурским, когда разглядел черты лица незнакомца. Давным-давно забытые черты... Его словно в прорубь окунули.

Книга полетела на пол.

Гефер выхватил у Оурского меч. Эстерой тенью метнулся к оружейной стене, подхватил заряженный арбалет, чуть пригнулся и как-то угрожающе, по-змеиному, зашипел.

Все изменилось так же внезапно. Вот только что Эстерой стоял, держа перед собой арбалет - и уже выпрямился, опустил оружие и, запрокинув голову, захохотал:

- Так-то ты встречаешь старых знакомых, Гефер! Что ты собрался со мной сделать этим мечом?

- Это не смешно, - Оурский забрал меч из рук Гефера и опустил его обратно в ножны, на всякий случай отошел подальше.

- Смешно...

- Почему ты еще жив, чудовище? - у Гефера еще подрагивал голос и, кажется, руки. - И где Каире?

Первый вопрос Эстерой, кажется, проигнорировал. Но как-то резко посерьезнел и отвернулся, прилаживая арбалет на место. Когда он снова повернулся к Геферу, на его лице уже не было ни тени веселья:

- Каире здесь нет.

- Но...

- Ее забрал Хранитель. Наверное, поэтому он тебя и отпустил.

Гефер почувствовал, что мир вокруг сошёл с ума. Значит, вот почему Ксарг сбросил его на Гряде, не говоря ни слова. Выходит, своей второй жизнью он обязан Каире. Но как она договорилась с Хранителем? Гефер прислонился спиной к стене, уперся затылком в тёплое дерево.

- А ты?

- А я теперь вместо нее.

Гефер перевел взгляд на Оурского, тот пожал плечами и кивнул.

- Каире, кстати, ожидала, что ты придешь сюда, и просила помочь.

- Мы хотим вернуть вас в Круг, мэтр. Мне хватает орденских крыс вокруг, чтобы ловить их еще и там.

Нет, все-таки это смешно. Гефер прошел через комнату и опустился на диван, обхватив голову руками.

- Вы должны понимать, что это невозможно. Хотя бы вы, лорд, - он посмотрел на Оурского. - Я больше не маг.

Оурский перевел взгляд на Эстероя. Тот пожал плечами:

- У тебя есть опыт и знания.

- Но не сила.

- Подождем-посмотрим. Налить вина?

Оурский кивнул. Судя по его лицу, от сложившейся ситуации он был явно не в восторге, но спорить с этим демоном не пытался. Интересно, что они знают такого?.. Гефер механически взял протянутый ему бокал и сделал глоток. Тьель!

- Иленское, - Эстерой ответил прежде, чем он смог задать вопрос. Где он берет такое вино? У Гефера была, конечно, пара бутылок - они навсегда похоронены в разрушенном храме. Но это же редкость, драгоценность... Жаль, что у Гефера нет магических сил - нечего восстанавливать, и кровяно-красное вино пропадает впустую.

На лестнице послышались шаги. Эстерой кивнул:

- Алекс. Мы заждались.

Человек ничего не ответил, просто вошел и остановился, опираясь о дверной косяк, скрестив руки на груди. Да что здесь творится! Гефер в очередной раз потерял дар речи: вот так запросто, словно к старому другу в гости, сюда явился Монах собственной персоной.

- Паршиво выглядишь, - Эстерой сказал это как факт, будто ответ и не требовался. Но Монах ответил:

- И чувствую себя так же.

- Опять благословения раздавал? - Монах пожал плечами. - Ну и дурак. Тут вот, - он кивнул на Гефера.

- Да вижу уж. Дошел, значит. Хорошо.

- Что скажешь?

- Сколько у нас есть времени?

Оурский кашлянул:

- Месяц. До коронации чуть меньше месяца.

- Значит, сделаем за месяц. На поединок иерарха можно вызвать только лично?

- Да.

- Значит, через месяц мы будем на коронации, а потом исчезнем. Пару лет Круг еще продержится, а там и сила выйдет на достойный уровень.

- Мне нужно, чтобы мэтр вернулся в Круг уже через месяц.

- Он и вернется.

- В качестве кого? - Гефер чувствовал, что суть разговора от него ускользает. Они что, не видят - он больше не маг!

- В качестве мага жизни.

В повисшей тишине было слышно, как Оурский в задумчивости барабанит двумя пальцами по книжной полке.

- Вы это серьезно? - Гефер задохнулся: таким небрежно-деловым тоном можно поинтересоваться о погоде. А ведь они обсуждают его будущее. Гефер залпом допил вино.

Монах взмахнул рукой, зажигая свет. Короткий осенний день подошел к концу.

- Я более чем серьезен. Насчет месяца тут надо еще подумать, а через пару лет мэтр гарантированно станет иерархом жизни.

- Да мне, в общем-то, все равно, какая магия. Иерархи должны присутствовать на коронации, а это весьма публичное мероприятие.

- Я понял. И я подумаю об этом завтра. А сейчас мне надо отдохнуть - у меня и правда выдался непростой день.

Монах ушел, оставив недоумевающего Гефера наедине с Оурским и Эстероем. Оурский хмыкнул:

- Ну что ж, мэтр Гефер. Похоже, мы с вами на месяц застряли в этом доме.

- Не могу сказать, что я рад этой новости.

- Но ради магии готовы потерпеть, верно?

Гефер промолчал. Он, разумеется, не верил в то, что снова станет великим магом - законы природы в этом мире дозволено нарушать только Хранителю. Но какая-то частичка его души все-таки цеплялась за призрачную надежду.

Эстерой с ухмылкой наблюдал за разговором, но разговор не получался. Неловкую ситуацию спас дворецкий, сообщивший, что ужин ждет гостей в малом зале.

Наутро Гефер, спускаясь по главной лестнице в большой зал, обнаружил Оурского у одного из окон, выходящих во внутренний сад. Стоило подойти ближе, и интерес Темного лорда стал понятен: в саду на небольшом пятачке между идеально подстриженных кустов Монах и Эстерой дрались на мечах. Было от чего прийти в восторг.

Оурский удостоил Гефера коротким кивком, не отрываясь от удивительного зрелища:

- Еще вчера он еле на ногах стоял, а сейчас дерется почти на равных.

- Ну он Архивариуса убил.

- Знаю. Но я пробовал драться против Эстероя - без шансов.

- Вот, значит, как он себя теперь называет - Эстерой.

- М. Лорд Хью Эстерой.

- Хью - это его настоящее имя.

- Какая разница. Мне вчера показалось, мэтр, что вы довольно близко знакомы.

- Дела давно минувших дней, лорд. Это было так давно, что теперь я ничего о нем не знаю. Кстати, откуда он тут взялся?

- Понятия не имею. Я пытался навести справки, все нити сходятся к Каире. А до нее - словно и не было ничего.

- Забавно.

- Не то слово. Я понимаю, что он не человек, но - кто тогда?

- Вампир. Точнее, я думаю, что вампир.

Неприветливый ледяной ветер завывал под сводами замка. Через распахнутые окна внутрь нанесло снег: главный зал был укрыт белым покрывалом не меньше, чем по колено. Тяжелая дверь приоткрылась, один за другим в зал вошли пятеро - закутанные в теплые мантии великие маги.

- Ничего.

- Вы уверены, что это то место, коллега?

- Теперь - абсолютно. Я узнаю этот зал.

- Но здесь ничего нет.

- Что-то случилось.

- Я не чувствую следов магии.

- Да никто не чувствует. С ними вообще непонятно, магичат они или нет.

- Коллеги, мне здесь не по себе.

Дэниел посмотрел на Ваятеля, украдкой пересекся взглядом с Гефером. По спине бегали мурашки - здесь явно не обошлось без присутствия Эстероя, и Гефер, кажется, тоже это почувствовал. Но промолчал.

- Не нагнетайте, коллега. Это всего лишь заброшенный замок.

Гладиатор пошел к центру зала, по колено в снегу, разглядывая окружение. Красиво, конечно. Под его ногой что-то хрустнуло, а сам он скривился: тонкие подошвы не очень приспособлены для хождения по всякому мусору. Он наклонился, пошарил рукой в снегу и выпрямился, держа на ладони прозрачный раскрошенный осколок:

- Что бы это могло быть...

Осознание - или подозрение - пришло ко всем почти одновременно. Султан, привычно левитируя, одним движением растопил снег вокруг. Мраморный пол покрылся водой, и трое магов с грустью посмотрели на свою стремительно промокающую обувь.

Гефер усмехнулся: все-таки хорошие сапоги достались ему от Хранителя. Осторожно, чтобы не поскользнуться на мраморном полу, он двинулся к Гладиатору. Под ногой тоже что-то захрустело: еще один осколок, мелкий. А вот рядом покрупнее...

- Сдается мне, коллеги, камня удачи больше нет.

Скрытые за каменной колоннадой под самыми сводами замка, к разговору прислушивались двое: огромный белый зверь - не то слишком косматый тигр, не то такой крупный барс - лежал, зарывшись в мягкий снег, а второй, хоть и больше походил на человека, как-то совсем не по-человечески расположился прямо на ледяном каменном полу. Зверь бесшумно поднялся и отряхнулся: миллионы снежинок наполнили воздух вокруг.

В распахнутые окна вновь ворвался ледяной ветер, покрывая воду тонким узором льда. Следующий вихрь принес новую порцию снега, закружил его по залу, разбрасывая поверх замерзающей воды.

Дэниел вздохнул:

- Ничего мы тут не найдем.

- Нет, ну можно, конечно, изолировать помещение, вычистить снег...

- А смысл?

- А смысла нет, потому что, как вы верно заметили, камня больше не существует. И собирать осколки мы не будем.

- Коллеги, мы не хотим хотя бы осмотреть замок?

Зверь снова встряхнулся, наполняя воздух снегом. Султан повернулся спиной к ледяному вихрю и плотнее закутался в мантию:

- Замок как замок. Холодно, пойдемте уже отсюда.

Когда маги исчезли в заклинании телепортации, Эстерой позволил себе подняться. Потянувшись, он оперся руками о перила, глядя на вновь опустевший зал сквозь снежную круговерть:

- Ну вот и все, они уже не вернутся.

Зверь подошел и встал рядом. "Мне такие гости не нужны," - его мысль была почти материальна.

- Как твой мир?

"Растет быстрее, чем я ожидал. Хочешь посмотреть?"

- В другой раз. У нас с тобой впереди еще целая вечность, а сейчас меня ждут другие дела.

"Хорошо, иди. Только заглядывай ко мне иногда - не хочу превратиться в угрюмого демона."

- Обязательно. Буду рассказывать тебе все новости, новый творец миров.

"До встречи, Сказочник."

Эпилог

"Лорд Марвин, хочу выразить мое искреннее и глубокое уважение к Вам, Вашей мудрости, харизме, смелости и проницательности, позволившим объединить столь разные народы под одним флагом. С превеликим удовольствием хотела бы я встретиться с Вами лично, однако небеса распорядились иначе.

Лорд Марвин, прошу, примите также мои искренние соболезнования в связи с печальной участью, постигшей Ваше великое войско. Видят небеса, с тяжелым сердцем принимала я это решение, и готова за него просить прощения у Вас и Вашего народа.

Умоляю Вас, поставьте себя на мое место и почувствуйте, что народ Империи мне столь же дорог, как Вам - населяющие этот мир дети Пресветлого. Вспомните, что не раз, не скрываясь, говорила я устами странствующих проповедников о великой силе, в любое время готовой защищать Империю, и не было повода усомниться в серьезности моих намерений. Причины произошедшего сокрыты от меня, и такими я их оставлю. Была ли это непреодолимая настойчивость Совета князей, или интрига среди множества правителей, оставившая Вас в бездействии, или иная причина, помешавшая Вам удержать правителей и военачальников от ошибки, - пусть это остается в прошлом. Знайте лишь, что подобно дракону, защищающему свою кладку, я не могла не встать на защиту своего народа и, защищаясь, вынуждена была использовать силу сверх той меры, на которую рассчитывала изначально. И если бы небеса вновь вернули меня в тот страшный день, я ничего не стала бы менять, ибо выбор мой перед моим народом был единственно правильным.

К тому времени, как Вы получите это письмо, меня, наверное, уже не будет в этом мире - таково решение Хранителя, и таково мое наказание за произошедшее. Но я чувствую своим долгом еще раз предупредить Вас, что даже в мое отсутствие сила, защищающая Империю, по-прежнему велика, потому что сила эта принадлежит народу.

Если в Ваши планы входит какой-либо ответ, Вы можете без колебаний сообщить его человеку, принесшему это письмо, как если бы отвечали мне лично. А я прощаюсь с Вами, с соболезнованиями и выражением глубокого уважения в столь непростое время, еще раз прошу простить мой жестокий поступок.

Искренне Ваша,

советник Ордена и секретарь Круга иерархов,

леди Каире Дрейк."

Исписанный ровным почерком листок бумаги упал на мраморный пол. Лорд Марвин закрыл ладонью глаза, гладко выбритый подбородок предательски дрожал.

Что он наделал? Неужели так и не смог понять... Зачем поверил, что границы магии существуют? Ведь из-за него, из-за того, что он проявил слабость, поддался на уговоры князей... из-за этого столько человек расстались с жизнью. Ни за что. Леди права, о, как она права! Она не могла не спасти свой народ. А вот он не справился. Тот, кому доверяли безгранично, чье имя ставили рядом с именем Пресветлого, он благословил своих детей на смерть. Не удержал, не уберег...

Справившись с собой, лорд Марвин, наконец, поднял бледное лицо и взглянул на посланника, что принес письмо. Это был не человек, лорд понял сразу. Но совершенно непонятно было другое...

- Как ты прошел сюда, дитя смерти?

- Каире назвала меня Эстерой, и это имя я принял, лорд. Мое полное имя - лорд Хью Эстерой.

- Простите мою неучтивость, - Марвин наклонил голову, - и все же, как вы оказались в храме Пресветлого, лорд Эстерой? Я вижу вашу темную силу.

- Да мне почти все равно, - Эстерой пожал плечами, - немного некомфортно, но я переживу.

- Вот как...

- Леди Каире просила передать вам письмо и дождаться ответа, если он будет. Поэтому я здесь.

- Она правда ушла?

- Это ее выбор, - Эстерой вздохнул, - и ее цена.

- А вы?

- А я буду ждать.

Лорд Марвин внимательно посмотрел на стоящего перед ним не-человека:

- Дождитесь. Дождитесь ее обязательно, потому что это очень важно, когда есть кто-то, кто ждет, - он указал на кресло рядом с собой. - Садитесь, у нас найдется, о чем поговорить.

- Вас не смущает мое присутствие?

- Немного некомфортно, - лорд хмыкнул, - но я переживу.

Эстерой понимающе улыбнулся и опустился в кресло. Наконец-то он встретил равного себе в мире Пресветлого. С таким человеком действительно есть о чем поговорить.

В мраморном зале храма Пресветлого они просидели всю ночь, занятые интересным разговором. О политике, религии и магии, о хранителях миров и балансе, об Эстерое, о Пресветлом, о переменчивости океана и о Безмолвных горах. Едва забрезжил рассвет, Эстерой покинул храм, оставив Марвина наедине с его мыслями. Эстерой тенью прошел по коридорам храма, и ни один служитель Пресветлого не посмел ни остановить его, ни даже нарушить окружающую его тишину. Во дворе он взял под уздцы своего серого, словно плащ Тьель, коня и так и пошел, неспеша, прочь. Торопиться было некуда.

Начинался новый день, в небе над лесом загоралась золотым и розовым новая заря. Сколько теперь будет таких дней... В холодном утреннем воздухе, почти не нарушая тишину, плыла едва различимая мелодия

Конец.

20ХХ-2017

Content

Кей К Андерсен
Когда боги играют

Часть 1. Бег за воображаемым кроликом

Часть 2. Прятки в чужой голове

Часть 3. Ход вероятностей

Часть 4. Тени прошлого

Эпилог