Анастасия Крюкова

ОПАСНЫЕ ЖЕЛАНИЯ

«А что загадал бы ты?»

Пролог

13 июня

Тихую летнюю ночь разрывали звуки тяжелой музыки, доносившейся из поцарапанной, не первой новизны магнитолы, и звуки глупого людского смеха — это четверо подростков, сбежавших от надоевшего контроля родителей, отправились на прогулку в поисках острых ощущений. Лоя, младшая из детей, высунула голову в открытое окно, перегнулась через дверцу: от противного, стоящего в салоне машины запаха перегара ее сильно мутило. А может, это случилось из-за немереного количества алкоголя, что они выдули около получаса назад.

Их автомобиль стоял возле старого парка, находившегося на самой окраине города Роудхелла. Про жуткое место, начиная с двух тысячного года, ходили страшные слухи, и местные жители стали именовать его «Кровавым Парком». Каждый из горожан знал хотя бы одну из интерпретаций историй о нем, и именно поэтому никто, кроме неверующих, самых глупых или же, наоборот, смелых, по доброй воле ночью туда не совался. Все рассказы, как и их герои, не имели между собой ничего общего, кроме одного: исчезновения. Множество необъяснимых исчезновений. Одни считали, что пропавшие сходили с ума и совершали самоубийства, другие — что они гибли насильственной смертью, а третьи верили, что все это «работа» разгневанных духов, поселившихся там. Никакого подтверждения чего-либо из вышеупомянутого не было, лишь люди, которых после ночного посещения «Кровавого парка» никто больше никогда не видел.

«Глупо, — думала Лоя, преодолевая тошноту, когда пыталась обратно пролезть в машину, не стукнувшись головой. — Что я здесь делаю?».

— Да выключите вы эту музыку! — закричала девушка, массируя ладонями пульсирующие от боли виски, но на нее не обращали внимания. Питер, Девид и Анна — так называемые друзья, до вчерашнего вечера даже не знавшие имен друг друга, — раскуривали трубку, после каждой второй затяжки передавая ее по кругу. Их смех и дурацкие дерганья головами, даже не попадающие в такт музыке, очень нервировали ее, но разве могла она что-нибудь поделать с этим?

— Эй, смотрите — призрак! — воскликнула Лоя, пытаясь голосом сымитировать восторг или что-то хотя бы отдаленно на него похожее. — Я точно вижу призрака! Там, на улице, — продолжила она, когда ребята замерли, проследив взглядом за ее дрожащим пальцем.

Сама Лоя, будучи реалисткой, как и большинство горожан, сохранивших хотя бы частичку благоразумия, естественно, не верила во всю эту чушь, а, так называемые, таинственные исчезновения… Ну, они наверняка были работой какого-нибудь профессионального маньяка со стажем, нет, даже целой группировки психов или работорговцев, что для нее не имело разницы. Люди — глупцы, и от скуки они ведутся на истории с призраками. «Смешные» — вот то слово, которым охарактеризовал их ее детский разум.

Блондин-Девид повернулся к ней с переднего сиденья, пронзая тяжелым взглядом насыщенного черного цвета глаз — что-то было в них такое, сильно тревожившее девушку, но сказать конкретно, что именно, она не могла. На губах его заиграла пугающая улыбка, скорее напоминающая оскал, — остальные этого не заметили — и девушка поежилась, не желая больше ни минуты оставаться с ним в одной машине.

«Он сумасшедший, — с уверенностью осознала Лоя, почти до боли стискивая ладони в кулаки. — Да что я здесь, черт возьми, делаю?!» — мысленно повторила она.

— Лоя, ты… — с трудом выговорил он, — боишься?

Девушка, кивнула, действительно испытывая страх, но парк или призраки были тут совершенно не причем.

— Хорошо, — кивнул Девид, явно удовлетворенный ее ответом, и громко добавил: — Ре-е-ебят! Будем охотиться на призраков?

Все согласно закивали, возбужденные неожиданной идеей. А разве не за этим они сюда приехали? Для Лои же это был отличный повод сбежать, когда все отвернуться… или нельзя вот так бросать Питера и Анну одних? Вдруг что-то случится, и она всю оставшуюся жизнь будет чувствовать вину из-за того, что оставила их с каким-то психопатом? Вместе со всеми девушка вылезла из автомобиля, усердно пытаясь принять решение как ей поступить.

— Эй, а на что обычно их ловят? — спросила Анна, разминая затекшие ноги. — Мы же ничего не знаем об этом, — разочарованно добавила она.

«Останусь, — наконец решила Лоя, испытывая к себе жалость: почему именно она должна следить за кем-то? Почему бы ей просто не уйти домой? — А если Девид выкинет что-нибудь мерзкое, а он обязательно выкинет, то остановлю его. Как? Схвачу… да что угодно!.. и огрею его этим по башке с такой силой, чтобы вырубился с первого же раза». Перед ее глазами предстала расплывчатая картина того, как парень неожиданно достает из кармана ножик, а она, среагировавшая быстрее всех, бьет его палкой и он без сознания падает на землю. Решив, что этот вариант вполне подойдет, девушка позволила себе расслабиться.

— Вы — нет, — ответил Девид горделиво, выгнув грудь колесом, — а я — да.

Он открыл машину, с переднего сиденья достал маленький рюкзак, который всю дорогу держал у своих ног, не выпуская из виду. Продемонстрировав его всем, он присел на корточки, чтобы расстегнуть молнию. В этот момент Лоя напряглась, но, когда в руках Девида оказалась банка с солью, выдохнула, только сейчас поняв, что задерживала дыхание.

«Это всего лишь соль, — подумала она облегченно. — Спокойно».

— Мы поймаем призрака с помощью вот этого, — сказал он, подняв банку над головой.

Тут привалившийся к автомобилю Питер, с важным видом подал голос:

— Вообще-то с помощью соли можно защититься от ведьм, — он нахмурился, пытаясь выстроить мысли по порядку. — Это я точно знаю — так в «Фокус-покус» было; причем же здесь тогда призраки?

Питер, нездорово покачиваясь, наклонился к Девиду, выхватил из его руки соль и стал внимательно рассматривать ее, словно это было чем-то важным.

— Ты идиот! — возмущенно воскликнул Девид, грубо вырвав у него банку назад. — Конечно же, призраков ловят солью; поверь, я-то поопытней в этом вопросе буду.

Лоя, предугадывая дальнейшую перепалку, тяжело вздохнула и переглянулась понимающим взглядом с Анной.

«Хорошая девушка, — подумала она, вспоминая забавную историю их вчерашнего знакомства, — Но вот Девид…» — сразу же омрачилась Лоя и, вернувшись к своему решению, стала оглядывать местность заброшенного парка в поисках приличной палки.

— Да я, — начал Питер и сделал шаг вперед, во всю длину своего тела нависая над сидящим блондином, — между прочем знаю о…

— Заткнитесь, — перебила его Анна и, встав между ними, уперлась рукой в грудь Питеру.

Он сконцентрировал взгляд на ее лице, перевел его на светлую ладошку, лежащую поверх его черной футболки, и нежно улыбнулся. Девушка прикрыла глаза и, обхватив его затылок, с усилием попыталась наклонить Питера к себе. Впрочем, парень не сопротивлялся, а охотно подался вперед, накрывая ее губы своими в поцелуе.

Лоя смущенно отвернулась, наткнувшись взглядом на полные намеков глаза и похабную улыбку Девида. Ей это совершенно не понравилась, но показывать насколько он пугал ее девушка не собиралась. Нет, только не ему и не сейчас, когда они в этом проклятом месте.

Как бы невзначай отойдя на несколько шагов в сторону, подальше от этого придурка, девушка собиралась было наклониться, но поняла, что не хочет оказываться спиной к Девиду в такой беззащитной позе. И все же ей придется это сделать, иначе даже он, являясь таким психопатом, раскусит ее. Лоя присела на корточки, взяв в руки первую попавшуюся ветку.

«Не такая большая, как хотелось бы, но сойдет» — решила она. — «И с чего я вообще такого плохого мнения о Девиде? Да, он отвратительный, хотя и симпатичный, но другие же не боятся его, так как я. Это же очевидно! — продолжала рассуждать она, собираясь встать, но остановилась — ее внимание привлекло что-то красное. — Или очевидно только для моего богатого воображения?».

То, что заинтересовало ее, оказалось цветками мака.

«Красивые», — девушка еле заметно улыбнулась, обрадовавшись находке, и, сорвав самый большой бутон, вложила его в густые волосы, заранее зная, что он все равно рано или поздно выпадет. Но насыщенный красный цвет хорошо сочетался с ее черными локонами.

«Ладно, я дам ему еще один шанс! — Лоя нашла в себе на это силы и обернулась, пытаясь мило улыбнуться Девиду, но он не смотрел на нее — всем его вниманием владел черный рюкзак, в котором блондин усердно копался. Девушка насторожилась, но, покачнув головой, отбросила все тревожные мысли. Она подошла к нему, собираясь тронуть за плечо, и, не доведя действие до конца, поспешно убрала руку за спину. В свободной руке она сжимала ту ветку.

«Лишь на всякий случай», — уверенно напомнила себе Лоя.

Парень резко поднялся, глаза его блестели — от неожиданности Лоя отскочила назад, прижимая свободную руку к животу.

— Рассосались! Рассосались! — издевательски пропел он, пряча улыбку. — А то всех призраков распугаете.

Питер и Анна переглянулись и недовольно посмотрели на него. Только они хотели что-то возразить, как Девид быстро добавил:

— Ну что, идем? — сейчас он выглядел менее пьяным и гораздо более серьезным, чем в начале всей этой безумной затеи.

— Да, да, идемте! — поддержала его Лоя, заслужив этим благодарный взгляд. На самом деле девушке просто хотелось, чтобы все это быстрее кончилось, и они могли перенести веселье в другое место.

И трое подростков последовали за Девидом, который обещал вывести их к какому-то «крутому», по его словам, дому. Анна, тщательно смотря себе под ноги, чтобы не споткнуться, прокручивала в голове их недавний поцелуй с Питом. Она не ожидала этого, просто поддалась чувствам, когда он так нежно посмотрел на нее… Ей определенно это понравилось — ей нравился Питер. Рядом с ней, нахмурившись, неспешно шагала Лоя, стремившаяся удерживать ситуацию в своих руках, чтобы не произошло.

«Слишком уж быстро он двигается для пьяного, да еще и обкуренного, — подумала она, радуясь тому, что сама выпила не так много. — Быстрый метаболизм?»

Последний в этой компании плелся позади всех, сильно отстав. Питера наполняло чувство возбуждения от предстоящей встречи с призраком, ведь он действительно верил в них. А страх? Парень никогда не боялся того, что было ему интересно. А все сверхъестественное — одна из тех вещей, которыми он интересовался.

«Может, именно поэтому горожане считают, что у меня не все дома, — он сбился с шага и, споткнувшись о маленький камушек, сосредоточился на том, чтобы переставлять ватные ноги. — Упаду — больше не встану, — заключил Пит, выкидывая из головы лишние мысли».

Через несколько минут глазам ребят предстала маленькая заваленная постройка, когда-то принадлежавшая сторожу «Кровавого парка». Назвать это домом — ни у кого из них не повернулся бы язык, не о говоря уже о его «крутости».

— И зачем ты привел нас… сюда? — с сомнением спросила Анна, указывая на хижину.

Девид небрежно отмахнулся, продолжая стремительно двигаться вперед.

— Просто следуйте за мной, — сказал он, поправляя висевший на плече рюкзак.

Питер с Анной пожали плечами и, взявшись за руки, без дальнейших возражений последовали за ним.

Когда трое подростков скрылись в доме, Лоя нерешительно остановилась — ее посетило нехорошее предчувствие. Она прищурилась, всматриваясь в разбитые окна, но ничего кроме сплошной тьмы не смогла разглядеть. Взгляд ее поднялся выше, переместился на перекошенную крышу и деревья, полукругом огибавшие дом. В темноте ночи место действительно выглядело зловеще. По коже девушки побежали мурашки, она обняла себя за плечи.

«Я не трусиха», — мысленно сказала себе Лоя, разжав стискивающие до боли загорелую кожу предплечий пальцы. Внезапно сзади послышался какой-то звук и, от неожиданности вскрикнув, она обернулась. Лихорадочно обводя глазами пространство и не обнаружив ничего зловещего, девушка облегченно выдохнула.

— Я не трусиха, — уже вслух повторила она, но это был тихий шепот.

— Лоя! — прокричал Девид, откуда-то из глубины старой постройки. — Ты идешь?

Девушка глубоко вдохнула, собираясь с силами. Она досчитала до трех и направилась к коморке сторожа; перед тем как зайти, последний раз окинула взглядом территорию парка.

Внутри дом выглядел так же отвратительно, как и снаружи. Единственная маленькая комната буквально утопала в грязи и мусоре; мебель отсутствовала.

— Что вы делаете? — спросила Лоя, скривившись от отвратительно запаха. — Фу! Как же здесь воняет.

Анна и Питер с глупыми ухмылками на губах внимательно наблюдали за сидящим на корточках Девидом. Его руки шевелились и Лоя, неожиданно проявив интерес, подошла ближе. Блондин трясущейся рукой сыпал соль на пол, образуя круг; со лба его капал пот.

— Почти ровный, — девушка головой кивнула на круг. — Для чего он?

— Это ловушка для призрака, — ответила Анна, вспомнив объяснение Девида, когда они задали ему тот же вопрос. — Мы поймаем его, а потом… — девушка замолчала, неопределенным жестом пожала плечом.

— Можете не мешать? — нервно пробормотал Девид, закончив круг и теперь роясь в своем рюкзаке.

Анна фыркнула и начала недовольно перешептываться с Питом. Другая девушка в это время исследовала комнату, подмечая каждую деталь: обшарпанные стены, трещины на потолке, коврик и… еще одна дверь.

— Что там за дверью?

— Эээ, не советую… — Питер обернулся к Лое. — Там туалет; я уже проверял, — уточнил он.

Она брезгливо отняла руку от двери, вытерла ладонь о джинсы.

Услышав шелест, девушка обернулась: Девид листал книгу в кожаной черной обложке и, найдя нужную страницу, стал водить пальцем по тексту. Губы его зашевелились; комнату наполнили слова, произнесенные на неизвестном языке.

«Чем этот психопат занимается?» — Лоя хмурилась, не до конца понимая происходящего. С одной стороны все это было шуткой, глупой затей четверых подростков, но с другой… В душе ее все больше разрасталось то нехорошее предчувствие, закралось подозрение… «Что если Девид…», — не успев додумать мысль до конца, она стремительными шагами пересекла комнату, собираясь, как и планировала, остановить его. Девушка вскинула руку, чтобы стукнуть парня, но он неожиданно быстро нырнул в круг и ее кулак врезался в невидимую преграду. Лоя взвыла от боли, прижимая к себе ушибленную ладонь. Глаза ее были широко расширены от непонимания и ужаса.

— К-как? — выдавила она из себя. — Как?!

— Что там такое? — Питер ничуть не беспокоился.

Из-за мешавших криков Девид зажмурился, сосредоточился на своем занятии.

— Нужно остановить его. Скорее! — завопила Лоя, раз за разом ударяя ногой по кругу. — Давайте же!

Пит с Анной уставились на нее, не понимая причины столь странного, даже безумного поведения.

«Да что это с ней?» — подумал парень.

Запыхавшись, Лоя остановилась. Она не знала, что делал Девид, но отчетливо чувствовала, что это было чем-то нехорошим. Почти отчаявшись, она воскликнула:

— Уходим отсюда! — девушка бросилась к двери. — Давайте, пока не поздно.

Сейчас ей было все равно, последуют ли Пит с Анной за ней или нет. Лоей двигало лишь одно необъяснимое желание: выбраться, выбраться наружу.

Вместо того чтобы послушаться подругу, ребята подошли ближе к Девиду. Перед тем, как произнести последнее слово, он открыл глаза, посмотрел на них странным взглядом. Что-то было такое в его позе, выражении лица… Не вина ли это?

Из другого конца комнаты раздался пронзительный крик. Двое подростков, вздрогнув, развернулись. Лоя стояла на коленях к ним спиной; она тяжело дышала, с губ срывались всхлипы. А перед ней… перед ней в воздухе образовывалось облако тумана, оно росло, словно набирая силу, приобретало форму и отчетливые очертания.

В этот момент Питер впервые за всю ночь действительно испугался. От страха он даже протрезвел. Ощущая вцепившиеся в него руки Анны, парень замер на месте.

1

15 июня. Даниэль

Автобус из Шантайна, прежнего место, где жила Даниэль, подъезжал к новому городу. Девушка сидела в самом конце салона, хмуро глядя в окно. Получив несколько дней тому назад письмо от сестры, которая любезно предложила ей приехать, она, не думая ни секунды, стала собирать вещи.

«Два года Миранда не общалась со мной и родителями, за исключением жалких открыток на рождество, — Дэнни подперла рукой голову. Казалось, поездка будет длиться вечность. — Так что же изменилось сейчас?».

Девушка быстро справилась с нарастающим беспокойством, так как рано или поздно, не найдя в Шантайне ничего стоящего, все равно бы покинула город. Теперь у нее хотя бы будет место для временного ночлега.

«Возможно, задержусь здесь подольше», — за окном показалась перекошенная вывеска с недостающими буквами «Добро пожаловать в… хелл», и Даниэль было закрыла глаза, как мелькнуло что-то красное. Она привстала, высунула голову наружу.

«Маки, — восхищенно подумала девушка; губы ее медленно растянулись в слабой улыбке. — Целое поле!».

— Слышали что-нибудь о маках в Роудхелле? — Дэнни вздрогнула, резко развернулась. Рядом с ее сиденьем стоял худощавый парень в очках прямоугольной. Небрежно лежащие светло-каштановые волосы, расстегнутая зеленая рубашка, надетая поверх белой майки, и широкие штаны — привлекательности ему явно не добавляли. — Можно присесть?

«Очкарик» — мелькнуло у нее в голове, и девушка устыдилась собственной мысли. Она оглядела полупустой автобус, но все же кивнула, пододвинувшись ближе к окну.

— Я Джейк, — удобно развалившись на своей половине сиденья, он протянул руку. — Джейк Симмонс.

— Даниэль Стрейенс, — ответила она, чувствуя тепло его кожи, когда они обменивались рукопожатием. — Так что вы там говорили о маках? — девушка не знала почему эта тема вызвала в ней такой интерес.

— Ах, да, — Джейк расстегнул молнию большого рюкзака, достал оттуда комикс. — Люди говорят, что они то появляются где попало, то мистическим образом исчезают. И так все время, — он пролистал до закладки в виде вырванного из тетрадки клочка бумаги. — Я вычитал в одной книге, что это совсем необычные цветы. Они реагируют на всплески паранормальной активности, сверхъестественные вещи, и еще… — парень понизил голос до шепота, чтобы никто не мог их подслушать, — маки — это символ смерти.

Даниэль тяжело сглотнула, ощутив первые признаки страха, настолько серьезно и уверенно говорил Джейк. Но помимо этого в ней начал зарождаться… интерес. Интерес, любопытство — то, что не давало девушке покоя с тех пор, как ей исполнилось четырнадцать. Не то что бы она тут же поверила ему, нет, но все же его слова что-то задели в ней. Так и не найдя подходящего ответа, девушка обрадовалась, когда увидела, что Джейк полностью погрузился в чтение комикса, забыв о разговоре и ее существовании.

Ровно через пятнадцать минут автобус прибыл на одну из остановок Роудхелла. Джейк, поправив очки, подхватил рюкзак и вместе с Даниэль направился к выходу.

— У меня тут рядом машина стоит, — сказал он, спускаясь со ступенек. — Вас подвезти?

— Нет, меня встречают, — ответила девушка и быстро добавила: — Но спасибо.

Парень кивнул, улыбнувшись на прощанье, и поспешно пошел прочь. Дэнни несколько секунд наблюдала за тем, как он уходит, вздохнула и оглянулась по сторонам. На остановке толпились люди, но среди них не было и намека на огненно-рыжую шевелюру сестры.

«Двенадцать пятнадцать, — она взглянула на часы, начиная нервничать. — Где ты, Миранда?».

Сев на скамейку, Даниэль откинулась на спинку, задрав голову к верху. Небо затянуло тучами — скорее всего, пойдет дождь.

«Вот и хорошо, — думала она, чувствуя нахлынувшую усталость, и закрыла глаза. — Надоела уже эта нескончаемая жара».

— Эй, Даниэль! — кто-то грубо тряс ее за плечо. — Ты что, с ума сошла на остановке спать?

Девушка испуганно распахнула глаза и облегченно выдохнула, увидев старшую сестру. Крашенные рыжие волосы Миранды были уложены в высокий хвост; серо-голубые глаза насмешливо смотрели на нее.

— Где ты была? Ты же обещала встретить меня! Я жду тебя уже… — возмущенная поведением сестры, Дэнни снова посмотрела на циферблат наручных часов, — уже больше сорока минут!

Вместо ответа Миранда усмехнулась, пожав плечами.

— Пойдем, — она взяла девушка за руку, потянула за собой. — Мне еще нужно заехать на работу. И перестань ныть.

Рядом с остановкой стоял «Шевроле» Миранды. Девушка отключила сигнализацию, и они сели в автомобиль.

— Неужели нельзя сначала завести меня к тебе домой? — спросила Даниэль, когда они вклинились в поток машин.

— Нет, я опаздываю на работу, — Миранда на секунду отвлеклась от дороги, посмотрев на недовольную физиономию сестры. — Но моя подруга, если хорошо попросить, сможет тебя подбросить.

Дэнни готова была начать возмущаться и еще раз напомнить сестре, что та обещала встретить ее вовремя, но вместо этого она лишь покачала головой и отвернулась к окошку.

2

11 июня. Шон

Слабый свет луны ласкал мутную воду «Атры». Особенно красиво таинственное озеро выглядело ночью, окруженное скоплением деревьев и растений. Поговаривали, будто в нем водятся русалки, заманивающие своих жертв волшебными песнями. И это правда. Они топят людей, несколько дней ожидая, когда труп начнет разлагаться, а затем «пируют».

«Тоже мне таинственное, — думал Шон, пальцами нащупывая в кармане черных джинсов затычки для ушей. — Почему бы не сказать прямо? Адское».

Затычки были на тот случай, если обитавшие в «Атре» сирены решат перекусить на ночь. Обычно наибольшую активность они проявляли за несколько дней до полнолуния, но парню не хотелось рисковать. Благо, одного приема пищи мавкам хватало на несколько лет.

— Эй, ты вообще собираешься мне помогать? — недовольно пробурчал Мэтт. — Или твои «дай отдохну» длятся вечность?

Встав с сырой земли, Шон отряхнулся и неспешной походкой направился к могиле Джона Ридтса, захороненного на старом кладбище в тысяча девятьсот четвертом году. Так было написано на надгробной плите, но у парней на этот счет имелись большие сомнения. Их цель — стрелы «Атрендта», своей магией способные убить даже самого могущественного демона. На вычисление местонахождения стрел у Шона с Мэттом ушли месяцы тяжелой работы, слежки, бессонных ночей — и вот, наконец, они приблизились к успеху.

Блондин поднял брошенную им лопату, спрыгнул в яму и принялся копать. Находившийся рядом Мэтт на секунду остановился и, посмотрев на Шона, удовлетворенно хмыкнул.

В конце семнадцатого века охотники во главе с Ричардом Стоуном заключили контракт с одним из демонов: взамен на сверхсилу они навсегда перестали преследовать их род. Подобным образом, то есть, с помощью сделок, произошли и вампиры с оборотнями, в отличие от всегда существовавших фейри и остальных «детей природы». Но никто не помнит уже, что среди Охотников были и те, кто отказались от сделки. Они, оставаясь обычными людьми, продолжали заниматься своим делом, передавая знания из поколения в поколение. Теперь, вместо того чтобы объединиться, их потомки ведут между собой жестокие сражения, в которых были способны выжить лишь лучшие; их главная цель — заполучить как можно больше силы. Любыми способами.

Лопаты стукнулись обо что-то твердое, и оба парня, переглянувшись, замерли. Шон подал знак Мэтту, чтобы тот проверил.

— Не, — покачал головой Мэтт, — давай вместе.

Шон вздохнул и, последовав примеру брюнета, присел на корточки, руками расчищая землю. Показалась деревянная крышка — это был сундук. Парни снова переглянулись; рука блондина непроизвольно потянулась за спину, но он успел остановить себя.

— Так и знал: нет здесь никакой могилы! — воскликнул Мэтт, делая вид, будто не заметил движение Шона. — Вытаскиваем его?

— Нет необходимости, — ответил парень, внимательным взглядом осматривая сундук. В голове его уже созревал план. — Все равно придется «заметать следы», — без пояснений добавил он, но Мэтт понял, что он имел в виду.

Они расчистили вокруг еще немного места, и Мэтт достал из кожаной сумки ключ, завернутый в белую ткань. На сундук магами было наложено особое заклятие, и без ключа его открыть невозможно. Парни отыскали его только благодаря невероятному везению, а может, и потому, что, в отличие от других охотников, научились работать вместе.

Мэтт вставил ключ в замочную скважину, прокрутил его два раза. Шон, ощущая нарастающее напряжение, сделал шаг вперед; плотнее обхватил лежащую в руке лопату.

— Ну? — спросил блондин лишенным эмоций голосом. — Чего ты медлишь?

Второй парень поднял голову, пристально посмотрел на него.

— Просто мы так долго искали их, — ответил он, протягивая руки к сундуку, — что если стрел там не окажется? Что станем тогда делать?

Не успел Шон ничего сказать, как Мэтт решительным движением открыл крышку. На несколько долгих секунд мир утонул в ярком белом свете, заставившем парней поморщиться, и так же внезапно как началось, все прекратилось. Шон первым открыл глаза, проморгался; взгляд его жадно впился в сундук, на дне которого лежали стрелы «Атрендта». Не успев подумать, парень замахнулся лопатой, целясь Мэтту в голову. Тот ожидал нападения, хотя и не был уверен, что после всего вместе пережитого Шон решится на это, отреагировал моментально, как настоящий охотник. Отпрыгнул, вовремя увернулся от следующего удара и, перехватив собственную лопату поудобней, сделал выпад вперед. Блондин повторил его движение; садовый инвентарь столкнулся в воздухе, словно настоящие мечи. Чувствуя, как соперник одерживает верх, Мэтт ногой нанес ему быстрый удар в голень, повалил его на землю. Шон, не растерявшись, стукнул Мэтта по колену, попытался опрокинуть противника; Брюнет покачнулся, но, восстановив равновесие, с размаху ударил Шона в челюсть. Парня пронзила вспышка боли, он слышал лишь стук крови в ушах — мир перестал существовать, когда в следующее мгновение на него обрушились крики Мэтта. Не разбирая слов, он встал на ноги, помогая себе руками, выбрался из ямы и выхватил из-за пояса нож. Ему не хотелось убивать Мэтта, но он так же не мог позволить ему забрать стрелы себе. Он просто не умел доверять…

«Возможно, это нечестно, — мелькнула у него мысль, — после того, как мы вместе проделали столько работы…».

Последовала череда выпадов, ударов, Шон и Мэтт кружили вокруг друг друга, точно звери. Брюнет бросил свою лопату, теперь они сражались на ножах; оба уже тяжело дышали. В последний момент, когда казалось, что эта битва может продолжаться вечно, Шон сделал подсечку Мэтту, навалился сверху, вдавив локоть ему в шею. Парень пытался сопротивляться, но через несколько минут затих. Для надежности Шон подобрал лежащую рядом лопату и, сделав глубокий вдох, стукнул ею брюнета по голове, но так, чтобы не навредить ему слишком сильно.

Вытащив атрендовские стрелы, блондин бережно положил их в кожаную сумку — у них с Мэттом они были одинаковые, купленные, когда парни только начинали работать вместе. На секунду Шоном завладели сильные чувства, он стал колебаться.

— Черт, — тихо выругался вслух блондин. — Невозможно столько времени пробыть с человеком вместе и не привязаться к нему.

«Но он убьет тебя, — пытался образумить его какой-то внутренний голос. — А не забери ты стрелы сейчас, Мэтт рано или поздно обманул бы тебя, оставил ни с чем…».

Бросив последний взгляд на лежащего без сознания друга, Шон повесил сумку на плечо и направился к машине, оставленной недалеко от озера.

«Прости, Мэтт» — подумал он, а вслух иронично и с оттенком горечи добавил: — Могилу тебе придется закапывать самому.

Шон — охотник, а у них не бываете друзей. Так его воспитывали, так считал он сам.

3

15 июня. Даниэль

Кафе-бар «Flower Evening», где работала сестра Даниэль, был милым и уютным местом, но, к сожалению, совершенно не пользовался популярностью. Девушка сидела за одним из столов, потягивая через трубочку молочно-шоколадный коктейль. Ее внимание привлекли двое парней, расположившихся в конце зала: один что-то бурно рассказывал, нервно размахивая рукой с зажатой между пальцев сигаретой, а другой с серьезным видом, кажется, пытался его утешить, то и дело поправляя очки. Его лицо показалось девушке знакомым, она прищурилась, пытаясь лучше рассмотреть его.

«Джейк!» — внезапно осознала она, искренне обрадовавшись, встала из-за стола и направилась к нему.

Подойдя ближе, Дэнни заметила, что за столом сидела еще и девушка — ее светлые волосы волнами спускались до плеч; серые глаза выражали неодобрение и напряженность.

— … появилась из ниоткуда, — до Даниэль долетели обрывки последней фразы курящего парня, когда он, уставившись на нее покрасневшими глазами, умолк. Симмонс сидел спиной к девушке и, увидев, что оба собеседника замолчали, обернулся — лицо его осветилось неподдельным удивлением, а затем он немного напряженно улыбнулся.

— Так и знал, — пробормотал он, придавая голосу наигранно-серьезную интонацию. — Ты за мной следишь, и это не паранойя.

Дэнни усмехнулась, собралась ответить что-то, подыгрывая ему, но блондинка заговорила первой:

— Кто это? — спросила она не слишком приветливо, внимательно осматривая Даниэль с головы до ног, отчего той невольно захотелось отступить назад. Но она заставила себя стоять на месте.

«Кто я? — подумала девушка. — Лучше скажи: кто ты!». С виду сероглазая блондинка казалась милой и хрупкой, но так было до тех пор, пока вы не заглянете ей в глаза: в них присутствовала решимость и жесткость, несвойственная девушкам ее возраста, чуждое осуждение и злость.

— Ну-у-у, это… — замялся Джейк, закинув руку за голову — явный признак того, что он начинал нервничать. — Это Даниэль Стрейенс, — наконец выдавил он.

Парня, сидящего рядом с Симмонсом, внезапно начало трясти, и девушка положила руку ему на плечо, сжав пальцы. Дэнни нахмурилась, не понимая происходящего, однако от нее не укрылось, что блондинка явно предпочла бы, чтобы она оставила их в покое, поэтому девушка спросила:

— Можно присесть?

Симмонс неуверенно обернулся к брюнету, как бы спрашивая разрешения. «Я была о нем лучшего мнения» — пронеслось в голове Даниэль. Парень, закуривая следующую сигарету, кивнул, не встречаясь ни с кем взглядом.

— Пускай послушает, ей тоже полезно, — он на секунду поднял глаза, и столько боли в них отразилось, что девушка задумалась: не лучше ли будет уйти? — Ты ведь приезжая? Садись, — добавил он. — Я Питер, а это Линди.

Руки никто протягивать не стал; Дэнни села на свободный стул, неразборчиво пробормотав: «Рада знакомству». Не то чтобы она действительно была рада, просто так ее воспитывали, а избавляться от навязанных в детстве привычек не так-то просто.

— Что ж, начну сначала, — Питер откинулся на спинку стула, закрыл глаза, придавая себе расслабленный вид, и начал рассказ: — тринадцатого числа я и трое моих… — он запнулся, сделал глубокий вдох и продолжил, — моих друзей, поехали к «Кровавому парку»….

Кому-то бы такое название показалось очень глупым, но Даниэль немного знала историю города Роудхелл, историю его окрестностей, в частности «Кровавого парка», поэтому она лишь кивнула, готовясь к худшей части. По его словам, они с друзьями решили устроить охоту на призраков, набрели на заброшенный домик охранника, где все и случилось; речь Пита был сбивчивой, все время прерывалась, а под конец парень чуть ли не плакал. — …. и Лоя схватила нож! — воскликнул он. — Все, как будто, взбесились! Они сцепились, я пытался успокоить их, мы с Девидом… вместе.

Он остановился, замолчал, а Дэнни так и подмывало спросить, что же было дальше. Она слушала, не шевелясь, в какой-то момент ей даже показалось, будто они сидели уже не за столиком в кафе, а в каком-то другом, более уеденном месте. Девушка верила, что мир не так прост и в нем есть что-то, неподдающееся объяснениям. Но, к сожалению или счастью, ей лично еще никогда не проходилось сталкиваться с чем-то сверхъестественным. Она слышала много историй, но эта… в ней было нечто большее, и это большее не давало Даниэль покоя, оно никак не хотело выходить из ее головы.

— Получается, что-то появилось из воздуха, девушки взбесились, и оно исчезло? — задумчиво спросил Джейк, когда Питер снова замолчал.

— Я не знаю, я не уверен! — завопил он, резко встал со стула, ударив руками по столу. — Ты сказал, что поможешь! Ты обещал помочь…. - слова прервались рыданиями.

Линди заботливо погладила его по плечу, хмуро глядя на Симмонса, и усадила на место. Парень сделал несколько глубоких вдохов, успокоился.

— А что… — неуверенно начала Дэнни, не зная, как ее вопрос повлияет на Пита, — … что стало с девушками?

Парень сжал руки в кулаки, отвернулся, не желая ни с кем встречаться взглядом.

— Никогда не ходите в это место, — прошептал он, — даже днем. Оно проклято.

«Неужели… — думала Даниэль, — они мертвы?». Теперь история не казалась ей такой интересной или захватывающей; она не желала верить, что все это случилось на самом деле, что две незнакомые ей девушки и вправду погибли в том парке.

— Даниэль, — девушка обернулась — перед ней стояла ее сестра, одетая в рабочий костюм: полосатая рубашка, с вышитым на правой груди названием кафе-бара, и черная юбка длиною до колен. Она уперла руки в бока, скривившись, обвела взглядом всех сидящих за столом. — Что ты делаешь? Пойдем.

И, не дожидаясь Дэнни, быстрым шагом отошла к барной стойке.

— Ты знаешь ее? — недоверчиво спросила Линди, скрестив руки на груди.

— Ага, — кивнула девушка, вставая. — Это моя сестра.

Даниэль, вежливо попрощавшись с Джейком, нерешительно посмотрела в сторону Питера. Он выглядел менее подавленно, но все же не совсем нормально. Неожиданно в ней проснулось странное желание, удивившее саму девушку: утешить Пита. Но они не были хорошо знакомы и это выглядело бы глупо. Он посмотрел ей в глаза, кивнул, вкладывая в этот жест гораздо большее, чем можно было увидеть — лишь почувствовать. Возможно, он благодарен за то, что она не обсмеяла его, не назвала психом? Большинство горожан любили поиздеваться над Питером только из-за того, что не могли его понять.

— Что ты творишь, Миранда? — спросила подошедшая к барной стойке Дэнни. — Нельзя же быть такой грубой. Знала бы ты…

— Знала бы что? — нагло перебила девушка. — Что эти идиоты обкурились и перебили своих подружек? Так я знаю, об этом по всем местным новостям говорят. И что дальше?

Даниэль непонимающе уставилась на нее.

— Как ты можешь быть такой… жестокой? Питер не…

Миранда с силой стукнула кулаком по стойке бара.

— Анна, та девочка, которая погибла, была дочерью одной из официанток в нашем баре! И как думаешь, себя сейчас чувствует ее мать?! — Миранда сделала вдох, понимая, что теряет над собой контроль. — Не общайся ни с кем из этих… чудиков. До добра это точно не доведет.

От этой информации Дэнни почувствовала себя еще хуже, но поведение сестры все еще не могла оправдать.

— И все же, Мина, ты не права — парень не виноват, а Джейк он… — «да, он чудик» — мысленно согласилась с ней Даниэль, но озвучивать не стала. — Он просто поддерживает его, а вот Линди… — попыталась перевести тему девушка, — видела ее взгляд? Аж жутко становится.

Миранда несколько секунд без всякого выражения на лице смотрела на сестру; ей не нравилось, что та защищала этих идиотов. А когда девушка поняла в чем дело, то досадливо цокнула языком.

— Неужели ты поверила в эту бредовую историю о сверхъестественном? — она осторожно взяла ее за запястье. — Боже, Даниэль, пора бы тебе уже повзрослеть!

Девушке внезапно стало стыдно, она не хотела, чтобы сестра так думала.

— Нет, я… Просто ты не права; вот в чем дело.

Но Миранда не слушала ее, драматично схватившись руками за голову.

— Милая, — она одарила младшую сестру жалостливым взглядом, — ну когда ты перестанешь верить в эти глупости? Найди себе работу, постоянное жилье, мужчину, в конце концов, выйди за него замуж и нарожай ему кучу детишек. Разве это так сложно? Неужели, ты не можешь понять, что все это, — она сделала неопределенный жест в воздухе, — глупая чушь!

«Ну вот, — расстроено подумала Даниэль, — началось. Теперь ее не заткнешь». На самом деле девушке боялась признаться в своих увлечениях, зная, что сестра ее никогда не поймет и осудит. Если бы она только знала о том, что существовало в этом мире.

— А может я уже нашла все то, что ты перечислила, в Шантайне? И что в итоге мне пришлось сделать? Бросить все это и примчаться к тебе? — соврала она, и глазом не моргнув. — Ты думаешь, будто чем-то лучше меня? — Даниэль начинала злиться: как и любому человеку, ей не нравилось, когда ей указывали на те черты характера, которых она стыдилась сама. — За два года могла бы хоть раз навестить родителей! Мама с папой всегда беспокоились о тебе, а ты ведешь себя как… неблагодарная свинья, Миранда! — горячо воскликнула Дэнни, наконец-то получив возможность высказать все накопившиеся в душе сестре в лицо.

— Ой, ну перестань. Я ведь знаю, зачем ты ездила в Шантайн, — со злой насмешкой бросила девушка, не желая показывать насколько сильно ее задели последние слова Даниэль. Она и сама понимала, что поступала по отношению к своей семье некрасиво и неправильно, но это еще не значило, что она вовсе не любила их. Любила и очень сильно, но в силу своего характера поступать по-другому просто не могла. — История о девушке без сердца. И как, нашла ее? — спросил Мина таким обвинительным тоном, будто ее младшая сестра совершила по-настоящему ужасное дело.

Дэнни беспомощно замерла на месте, пытаясь найти слова для возражений, но получалось одно неразборчивое мычание.

«Как она узнала?» — ошарашено подумала девушка.

— Миранда, я не… Ладно, как ты узнала? — озвучила свою мысль Даниэль.

— Что? Так это правда? — Мина начала смеяться, но смех был скорее истеричный, нежели веселый. — Сестренка! Ты так предсказуема.

Перестав спорить, они отвели друг от друга глаза, некоторое время сохраняя молчание.

— Извини, — наконец сказала старшая сестра и быстро добавила: — Моя подруга, которая должна была тебя подвезти, сегодня не пришла, а мне еще работать в две смены, вместо матери Анны, так что либо жди, когда я закончу, либо езжай на автобусе.

Дэнни, нисколько в тот момент не огорчившись этой новостью, слабо улыбнулась и порывисто обняла сестру.

Выйдя из «Flower Evening», девушка сделала глубокий вдох, наполняя легкие городским воздухом. Миранда назвала ей номер автобуса, который довез бы ее до нужной улицы. Но до остановки было так далеко идти, что Даниэль задумалась о такси.

«Почему бы ей просто не дать мне свою машину? — она прислонилась спиной к шершавей стене кафе-бара, наблюдая за прошедшей мимо парой влюбленных: молодая девушка крепко вцепилась в руку своего парня, словно боялась, что он мог сбежать. — Я бы заехала за ней к концу вечерней смены».

Зазвенел колокольчик, оповещая, что кто-то открыл дверь кафе. Девушка обернула голову на звук и тут же нахмурилась.

— Что тебе нужно? — довольно грубо спросила она.

Белокурая Линди, нацепив на лицо маску безразличия, пожала плечами.

— Я слышала ваш разговор, — «весь бар его слышал», — мысленно усмехнулась она. — Могу подвезти тебя до дома — нам все равно по пути.

«Мине бы это не понравилось», — решила Дэнни, кивнув в знак согласия. — «Так почему я должна отказываться?».

— О'кей.

Они вместе обошли двухэтажное здание, сели в автомобиль девушки; Даниэль молчала, чувствуя себя подавленно из-за ссоры с сестрой.

«Всего час прошел, как я приехала, а мы уже успели поругаться. Супер».

4

15 июня. Шон

Блондин лежал на кровати, в маленькой комнатке, устремив задумчивый взгляд в белый с желтыми пятнами надтреснутый потолок. Его левая рука сжимала серый чехол, с новоприобретенными стрелами «Атрендта». Вдруг Шон осознал, что думает о Мэтте. Он надеялся, что друг поймет его поступок, уедет из города, забыв об этих чертовых стрелах. И самое главное — он надеялся, что Мэтт простит его, не будет держать зла. Глупо, но ему почему-то так хотелось в это верить.

«Какая теперь разница? Что сделано, то сделано, — думал Шон, рукой небрежно толкнув атрендовские стрелы, которые с глухим стуком упали на пол. Они ли в действительности были тем, что он так долго искал? — Первое правило охотника, — продолжал рассуждения блондин, — никогда не жалеть о сделанном, а все последствия принимать как должное».

Мысли плавно перешли на его детские воспоминания, отца, который всегда был слишком занят истреблением нечисти, вместо того чтобы растить собственного сына, и матери, погибшей из-за своего бесстрашия и… глупости.

«Всегда думай головой, забудь про сердце — только это поможет тебе выжить», — говорил его отец, собирая свой рюкзак для очередной охоты.

Находясь в полном одиночестве, ставшем для него уже чем-то привычным, первый раз в жизни Шон задумался: правильную ли он себя ведет? Неужели ему никогда, хотя бы в далеком детстве, не хотелось чего-то большего, никем не навязанного?

После смерти матери он решил стать настолько сильным, чтобы не повторять ее участи, насколько это вообще возможно. Но ведь у всех охотников, оставшихся людьми, одна судьба: рано или поздно, каждый из них погибнет от лап превосходящего их по силам монстра; редкость, когда кто-то доживал до старости. Да и какая от этого польза? Такие охотники уже ни на что не могут быть способны. Только… если удастся найти нужного демона. Демона, в конце семнадцатого века сделавшего из обычных людей машины для убийств.

— Я не должен сомневаться, — еле слышно, но довольно уверенно прошептал в пустоту Шон. — Я все делаю правильно.

Поддавшись навеянным чувствам, он достал из переднего кармана джинсов телефон «Nokia», нажал кнопку быстрого набора. Приложил сотовый к уху, дожидаясь соединения, но в ответ послышался лишь противный голос автоответчика. Шон хотел оставить отцу сообщение, с просьбой как можно скорее ему перезвонить, но, передумав, сбросил вызов. Сделав глубокий вдох, блондин посмотрел на маленький подсвеченный экран сотового — «14:30». До вечера, когда он наконец возьмется за работу, у него еще было много свободного времени. Так чем же заняться молодому охотнику до того?

Взгляд его скользнул на две стоящие около двери черные сумки, которые он втайне от Мэтта закинул в багажник машины, заранее готовясь к «побегу», до того как они поехали к озеру «Атра». Дом, где ему несколько дней пришлось жить, он специально выбрал в центре города, изменяя их обычной с Мэттом привычке. Неожиданно за один миг в его голове прокрутились все события той ночи, их драка… Желая отвлечься от мыслей, Шон резким движением встал с кровати, тряхнул головой. Не имея больше сил находиться в четырех стенах, он надел черную рубашку, лежащую на стуле рядом с кроватью, кинул в кожаную сумку ключи. Но перед тем как выйти на улицу, тщательно спрятал атрендовские стрелы.

5

10 июня. Девид

(События происходят за несколько дней до того момента, когда герой встретил Лою, Питера и Анну).

Тихое, заброшенное место, такое как «Кровавый парк», идеально подходило для вызова демона. Полгода назад Девид нашел этот маленький домик, старую будку охранника, и с тех пор каждый месяц проводил здесь магические ритуалы. Но все это было ничтожно по сравнению с тем, что он собирался сделать сейчас — пришло время играть по-крупному. Подросток взял нож, лезвием сделал надрез на пальце — несколько капель крови упало в наполненную травами чашу. Затем достал из рюкзака пластмассовую бутыль, поставил ее в центр начерченного мелом круга. В бутылке была кровь, украденная из больницы, — это требовалось для завлечения Фомора, демона исполнения желаний. Блондин, нервно вздохнув, сделал несколько шагов назад, чтобы не оказаться запертым в ловушке вместе с адским отродьем. Не сумев вспомнить нужных слов, Девид вынул из кармана листок, где было записано заклинание призыва, — он пообещал себе, что к следующему разу сможет запомнить его.

— Sanguine humano obsecro Fomorians demon, — громко произнес подросток, чувствуя, как грязная комната постепенно пропитывается запахом соли и земли. — You» re implere vellem vicissim accipias puellae anima.

В центре круга стал образовываться клубящийся черный дым, становившийся плотнее с каждой секундой, — теперь это был человеческий силуэт; аромат усилился — так пахло море. Девид уже не в первый раз вызывал демона, хотя они были не такие могущественные, как этот, но их появление всегда было для него чем-то удивительным. Полные губы на красивом девичьем лице с аккуратными чертами растянулись в соблазнительной улыбке. Парень, подмечая все достоинства, обвел взглядом стройный силуэт молодой девушки, представшей перед ним — наконец, она полностью материализовалась. Наверняка обличье было не настоящим, но, нужно признать, вкус у Фомора был. Ее кожа будто светилась изнутри: от тела расходились черные лучи света, а в следующее мгновение девушку нельзя было бы отличить от сотни других. Демоница, одетая в короткое облегающее платье, выставила вбок правое бедро, положив на него руку. Взгляд Девида переместился выше, снова на лицо, затем он увидел на ее лбу два небольших рога серого цвета. Фомор, поняв куда смотрит подросток, тряхнула головой, скрыв свое демонское отличье под длиной челкой.

— О-о, я смотрю, ты настоящий джентльмен, — промурлыкала она, поднимая с пола бутылку с темно-алой жидкостью, ловко открутив маленькую крышечку. — А где же цветы?

Демоница поднесла горлышко к губам, жадными большими глотками выпивая содержимое бутыли. Девид отвернулся, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. В общении с этими существами он всегда оставался спокойным, но Фомор заставляла его изрядно нервничать.

— Я согласен, — еле слышно пробормотал блондин, громче добавив: — Сделка состоится.

Демон, тыльной стороной ладони вытерев оставшуюся на губах кровь, удовлетворенно хмыкнула.

— И кто бы сомневался? — иронично спросила она. — Я чую в тебе большой потенциал, мой милый Девид.

Смяв бутылку в бесформенный комок пластмассы, девушка бросила ее перед собой, будто и не заметив, как та, ударившись о границу кругу, отлетела к его дальней черте.

— Конечно же, — продолжала она, — я не думала, что наша следующая встреча состоится так скоро. Но это даже хорошо. Итак, что хочешь ты, я знаю, ну а что достанется мне? — демоница приподняла тонкие брови. — Надеюсь, расценки ты знаешь?

— Знаю, — хмуро кивнул Девид, — через три дня я приведу сюда двух девушек.

— Надеюсь, — ответила Фомор, ногой опрокинув чашу с травами. Будь в ней вода, она бы размыла границы удерживающего демоницу круга; ведь Девид — обычный человек, не имеющий сил подпитывать ритуал настоящей магией. — Потому что, если через пять дней ты не оплатишь свой долг, то по нашим законам я имею полное право после захода солнца появиться в этом мире и…. требовать компенсации, — девушка ухмыльнулась, на секунду в глазах ее, словно зажегся адский огонь. — Поверь, это будет очень-очень неприятно: есть вещи гораздо хуже смерти, хотя она тоже входит в список предоставляемых мною услуг.

Подросток тяжело сглотнул, голос его чуть дрогнул:

— Девушек я приведу в срок, — упрямо повторил он. — Теперь исполняй мое желание.

Фомор, довольная, кивнула.

— Сначала разрушь эту жалкую преграду.

«Может она и жалкая, но выбраться сама ты из нее не можешь, — подумал Девид, оскорбленный ее словами.

— Почему я должен верить, что ты не убьешь меня прямо сейчас? — с большим сомнением в голосе спросил блондин, в ответ на что, демон раздраженно фыркнула.

— Не убью, пока не получу своего. А в следующий раз, — она подошла настолько близко, насколько это ей позволяла магия, вызывающе уперла руки в бока, — мой милый, советую тебе самому прятаться в круге.

Несколько минут Девид напряженно раздумывал, пытался определить, какое решение окажется правильным, — нет, он скорее обдумывал, что на данный момент для него важнее, — стоило ли рисковать собой, заключая сделку с демоном? Сейчас у него был выбор: получить столь желаемую силу, доверившись Фомору, или же уйти домой, забыв обо всем, будто магии и демонов никогда не существовало в его жизни. А как же школа? Вечные насмешки качков-придурков из футбольной команды? Естественно, Девид мечтал о большем, чем простая месть или еще что-то в этом духе. Получив настоящую силу, он мог… мог свернуть горы; мир лежал бы у его ног! И все же изначально подобное стремление, конечно же, зародилось из малого, более низкого и такого навязчивого желания — месть. Да, как же он ненавидел всех этих людей! Их лживые физиономии, фальшивые улыбки… а где же чувства? Где они настоящие?

Отвернувшись от пытливого, глубоко полыхающего взгляда девушки, который навсегда останется запечатленным в его сознании, Девид принял решение — оно стремительно изменит всю его жизнь, не пощадив ничего из прошлого: семья, лучший друг… Нет, теперь ничему из этого не будет места в его новой, улучшенной жизни. Но, к сожалению, подросток, переполненный чувствами, совсем забыл о более важных последствиях — о цене своего желания. А может, это и вовсе его не волновало.

«Я пойду до конца, и не важно, каким он будет», — подумал блондин и, полный непоколебимой решимости, достал из рюкзака еще одну бутыль с водой, разом вылил ее содержимое на дряхлый деревянный пол. Нарисованные мелом линии размыло, и круг исчез вместе с магией, которая сдерживала демона. Фомор, наконец, почувствовав бесценную для ее рода свободу, закрыла глаза, чуть ли не застонав от удовольствия — даже воздух показался другим.

Девид внезапно вздрогнул, невольно сделал шаг назад. «Может, не стоило ее выпускать?» — думал он, чувствуя, как его непоколебимая решимость дала первую трещину.

Быстрым стремительным движением Фомор кинулась к подростку, схватила его за руку. От неожиданности он вскрикнул, дернулся назад, но демон держала слишком крепко, на что бы не хватило сил ни одной девушке, — неожиданно ее облик потерял перед ним все свое очарование. В один миг красивая маленькая ладошка почернела, вместо ногтей появились длинные когти, как у зверя, которыми она впилась в кожу Девида. Он задрожал, набрал в грудь воздух для того чтобы закричать, как неожиданно его тело молнией пронзила вспышка боли, острой, невыносимой, по сравнению с которой раненная рука казалась ничем. Не устояв на ногах, парень упал на колени, крепко стиснул зубы, почувствовав как когти демона рассекают руку.

«Обманула меня», — с ужасом осознал он, когда последняя трезвая мысль утонула в огне из боли и криков. — Тварь!».

Холодные женские руки легли на плечи, осторожно приподнимая и переворачивая его на спину — подросток и не заметил, как оказался на полу, настолько адской была его боль. А сейчас… сейчас он чувствовал почти что облегчение, которое дарили эти ласковые прикосновения. Запахло землей и морем, и Девид, наполняя легкие чистым, соленым воздухом, медленно открыл глаза. Перед его лицом порхали две маленькие насыщенного красного цвета птицы — он, как завороженный, с явным трудом поднял руку, желая до них дотронуться, но пальцы его прошли сквозь птиц, искажая их силуэты, и те исчезли.

— Иллюзия, — прошептал он охрипшим голосом, — от долгих криков болело горло.

— Да, мой милый, ты прав, — послышался над его ухом тихий голос, и Девид резко откинул голову назад, закатывая глаза, чтобы увидеть его обладательницу. С мягкостью и даже какой-то нежностью смотрел на него демон, облаченный в облик прекрасной девушки. — Твое желание исполнено, теперь я могу идти? — спросила она, тоном показав, что не нуждается в его разрешении.

Парень, внезапно став чувствовать магию загаданного желания, нерешительно кивнул, все еще не способный говорить. В ответ Фомор одарила его быстрым поцелуем, слегка прикоснувшись к губам, и, видя потрясенное лицо мальчика, широко ухмыльнулась, растворившись в воздухе, в котором все сильнее витал аромат земли и моря.

Девид поднялся на ноги, сделав заметку в голове — выяснить, как вызывать демона вне круга, случайно не оказавшись запертым вместе с ним. Фомор в какой-то извращенной степени ему нравилась, но она была слишком опасна и непредсказуема. Он сжал руки в кулаки, чувствуя, как по ним расходится покалывание, медленно превращаясь в приятное тепло.

Дьявольская улыбка, совсем не его, наползла на губы — Девид наконец-то ощутил в себе прилив огромной силы. Силы, о которой так давно мечтал! И откуда было заблудшему подростку знать, что в этот момент и его глаза полыхнули отравленным огнём Преисподней…

6

15 июня. Линди

(Сем, Дин и Дрейк — герои принадлежат рассказу Викки Рид «Поймай меня», который входит в сборник «Людям вход воспрещен!»).

Линди на полной скорости неслась прочь из города, наслаждаясь бутылкой изысканного коньяка, припасенного в бардачке автомобиля для экстренной ситуации. Коньяк и в правду был замечательным, но попытку заглушить страшную жажду крови алкоголем вряд ли можно было назвать «наслаждением». Вампирша не питалась уже больше трех дней, и это была единственная причина, по которой она предложила подвезти совершенно незнакомую ей девушку. «Легкая закуска», — подумала она в тот момент, однако по дороге между Даниэль и Линди завязалась невероятно интересная беседа, не оставившая равнодушной обеих; в тот момент между ними, словно что-то вспыхнуло, появилось взаимопонимание. А по-настоящему искренние чувства ценили все вампиры, зная, что значат столетия одиночества. «Мы могли бы стать подругами», — решила она, отходя от своего первоначального плана «закуска».

Первым делом девушка поехала в «Vamped Club», намереваясь приобрести там недавно изобретенный заменитель крови, на который активно стало переходить большинство вампиров. Лин была не из их числа, но ее настолько сильно мучил голод, что сейчас она была готова выпить что угодно, по вкусу хотя бы отдаленно напоминающее кровь. Но в клубе милая официантка-Сэм, подопечная Дрейка и Дина, любезно сообщила ей, что заменитель кончился. Сам Дрейк сидел за барной стойкой, «запивая» свою жажду тем же, чем и она сейчас. В отличие от нее он даже не пытался найти настоящей крови. Алкоголь — лишь жалкая замена, действующая в течение нескольких часов. И где же те старые добрые времена, когда вампир в любом переулке мог безнаказанно хватать первого встречного?

Возможно, ради утоления голода Линди бы и пошла на такой риск, но из-за доморощенного Мистера Рациональность, то есть, Дина, по слухам убившего Гарри Фишмана, в город рано или поздно зашлют Охотников для зачистки — если вампирша не будет осторожной, то с легкостью может стать следующей мишенью.

В данный момент Лин направлялась к своему старому знакомому, жившему в Шантайне, — некогда он был ее добровольным донором. При воспоминании о Ричи вампирша поморщилась, делая еще несколько глотков коньяка. Человеком он был мерзким, но два года назад особого выбора у нее не было — бери того, кто согласен, или умирай с голоду.

Она была уже у самого выезда из города, когда в нос ударил резкий аромат цветов: с правой стороны раскинулось целое поле маков. Прищурившись, девушка съехала на обочину — да-а, маки были нехорошим знаком, но в поле было что-то еще. А точнее кто-то. Молодой парень, не отвратительной наружности, стоял около вывески «Добро пожаловать в… хелл», протягивая к небу обе руки.

— Какая удача! — вслух воскликнула Линди, обрадовавшись тому факту, что ей не придется видеть мерзкую рожу Ричи. — И срать я хотела на охотнико-о-ов, — пропела девушка, прихорашиваясь в зеркале заднего вида. Пускай она могла «полакомиться» парнем и без всяких заигрываний, но девичья сущность в итоге взяла свое.

Выйдя из машины, вампирша медленной, соблазнительной походкой направилась к молодому человеку, продолжая потягивать коньяк. Он стоял к ней спиной и, услышав чьи-то шаги, резко развернулся — в глазах его плескался страх, что заставило Лин остановиться.

«Не так меня встречают парни, — подумала Линди, снова двигаясь вперед, но блондин, словно не замечал ее. — А черт с ним. Будем действовать по-старинке».

Во рту у нее в одно мгновение выросли клыки, и девушка оскалилась, желая видеть реакцию своей жертвы. Наконец, парень ее заметил: его брови приподнялись, зрачки расширились. Линди почувствовала, как пульс блондина ускорился, втянула носом воздух — страх пробуждал в ней вампирские инстинкты и голод, дикий, невероятный! До чего же ей хотелось отведать его крови!

— Как тебя зовут? — спросила она охрипшим от возбуждения голосом, специально оттягивая момент, когда сможет всадить зубы в его шею.

— Д-д-девид, — автоматически ответил парень, тяжело сглотнув. «Черт возьми, да это же вампир!»

Потеряв остатки самоконтроля, Лин с рыком бросилась вперед, но, не сумев преодолеть последние несколько метров, упала на землю — ее тело пронзила страшная боль.

В момент, когда Девид осознал, что может произойти, весь его страх неожиданно исчез, включился защитный инстинкт; чтобы выжить, он использовал то, что было ему подвластно — сила, магия.

«Мать твою, что это? — ноги вампирши внезапно охватило яркое пламя, быстро прожигающее ткань светлых джинсов и распространяющееся по всему телу. В ужасе она посмотрела на блондина, пытаясь, встать: «Если я доберусь до него, то все кончиться…»

Ноги больше не слушались, не было сил встать, она лишь кричала и кричала, как безумная, катаясь по земле, чтобы затушить пламя.

— К-кто ты?! — завопила она, ничего не видя — глаза застилали слезы. — Прекрати, пожалуйста, прекрати… прошу тебя! — взмолилась она, чувствуя нарастающую силу огня.

«Это было ошибкой», — пронеслась последняя отчаянная мысль в ее голове, когда все тело охватил жар.

Огонь начал распространяться по полю, охватил вывеску «Добро пожаловать в… хелл», сжигая траву дотла.

* * *

Девида трясло. Он воспользовался новоприобретенной силой, до конца не зная как ей управлять — он не мог остановить то, что уже началось. И все же больше всего его беспокоил не вампир, а собственная магия: каждый раз его руки словно охватывало пламя, и парень очень боялся, что однажды так действительно может случиться. Видя, как разгорается огонь, он подхватил свой рюкзак и побежал вдоль поля, к «Кровавому парку», где оставил машину. Проверять жива ли девушка — даже не пришло блондину в голову. А если бы и пришло, разве бы стал он это делать? Нет, нет, Девид беспокоился только о собственной шкуре и боялся подходить к вампирше, даже мертвой.

7

15 июня. Даниэль

В доме сестры Дэнни ожидал сюрприз. Поблагодарив Линди, — девушку, которая после этой короткой поездки ей безумно понравилась, — она открыла двери Миниными ключами со смешным брелком и, волоча за собой тяжелую сумку, вошла в дом.

Миранда жила в маленьком одноэтажном домике, скромном, но комфортно и стильно обставленном. Окинув взглядом гостиную, в которую через окна лился яркий солнечный свет, девушка, прокрутив в памяти план комнат, направилась по коридору в спальню — для начала нужно было разобрать вещи.

«Жаль, что у Мины лишь одна спальня, — думала Даниэль, решительными шагами подойдя к шкафу. Вместо того чтобы начать вешать одежду, она раскрыла дверцы, небрежно закинув сумку на нижнюю полку. — Хотя у меня даже нет собственного дома».

В коридоре раздался шум; вздрогнув, девушка резко развернулась — в дверном проеме показался полуобнаженный мужчина, завернутый в белое полотенце.

«Вор, — пришла на ум первая мысль Дэнни, но, удивленно осмотрев его худощавое тело, она тут же отбросила этот вариант, пытаясь успокоиться. — Воры первым делом не в душе моются, а крадут телевизоры; тем более дверь я открывала ключом».

Девушка собиралась что-то сказать, но в этом быстро отпала нужда:

— Вы Даниэль Стрейенс? — спросил мужчина, оперевшись локтем о дверной косяк; губы его скривила улыбка. — Сестра Миранды?

— А что, разве не похоже? — она быстро отвела взгляд от его груди, встала с кровати, на которой до того сидела, смутившись собственной грубости. Хотя гораздо больше чем это, ее смущал «презентабельный» вид мужчины. — Извините, просто я очень устала с дороги, — пролепетала она и кивнула головой: — да, я Даниэль.

А вот самому мужчине его внешний вид совершенно не мешал, так он словно бы чувствовал себя увереннее, особенно когда на него смотрела такая очаровательная девушка. В душе Майк был еще тем Дон Жуаном. Правда, из-за давившего на палец обручального кольца со старыми привычками пришлось завязать.

— Майк Милтон, — мужчина прошел через всю комнату к Дэнни, протянул ей руку. — Рад познакомится; Миранда столько о вас рассказывала.

— Не сомневаюсь, — сказала девушка, отвечая на его мягкое, но в достаточной степени твердое рукопожатие. — А вы?..

Он перевернул ее руку, собирался поцеловать ладонь, как Даниэль, обладая отличной реакцией, поспешно отдернулась. Сообразив, насколько грубой она выглядела, девушка широко улыбнулась, пытаясь сгладить свою резкость. И тем не менее, она не горела желанием, чтобы Майк прикасался к ней.

— Я жених Мины, — ответил он, будто и не заметив поведения Дэнни. На самом деле подобное отношение чертовски задело его самолюбие. «Да, я не красавчик, — мгновение мужчина наслаждался реакцией девушки на его слова, — но зато ужасно обаятельный». — Мы обручились недавно, — продолжал он, как ни в чем не бывало.

Даниэль, будучи не в состоянии сказать ничего внятного, открывала и закрывала рот, издавая нечленораздельные звуки.

— Вы в порядке? — спросил Майк. Девушка покосилась на него, заметив на пальце что-то блестящее; неожиданно схватила его за запястье, поднимая руку вверх, к лицу, — это «что-то» оказалось обручальным кольцом.

— Че-е-рт! — воскликнула Дэнни. — Теперь понятно, зачем она пригласила меня к себе.

Мужчина непонимающе приподнял брови и отошел от девушки на несколько шагов, посчитав ее странной.

— Кажется, вам нужно что-нибудь, чтобы придти в себя, — он направился к шкафу, открыл его, бросив мимолетный взгляд на сумку на нижней полке, и стал выбирать себе одежду. — Кофе будете?

— Д-да, — кивнула Даниэль, оценивая спину Майка. — Было бы не плохо.

— Прекрасно, — мужчина достал линялые джинсы, собираясь переодеваться, с намеком глянул сначала на девушку, а затем на дверь. — Кофеварка на кухне, а кухня прямо по коридору. Не заблудитесь.

Дэнни развернулась, фыркнув, и вышла из комнаты. Вслед долетел голос Милтона:

— Я сейчас оденусь и присоединюсь к вам.

* * *

Уже более часа в кухне велся самый незанимательный разговор в жизни Даниэль, единственное, что его скрашивало — кофе, хотя и этого было недостаточно. Майк Милтон рассказал ей буквально обо всем: его семья, друзья, знакомство с Мирандой, чувства, которые он к ней испытывает — и, возможно, в какой-то другой день девушка сочла бы эту информацию интересной, к примеру, часть про ее сестру, но сознание Дэнни занимали более приземленные мысли.

«Он когда-нибудь заткнется? — она в очередной раз кивнула Милтону, делая глоток из чашки. — Этот мистер «Я-болтаю-больше-всех» мне определенно не нравится», — подумала Даниэль.

Перед ее глазами то и дело вставало лицо Питера, его слезы… Дэнни глубоко вздохнула, снова кивнув и пробормотав «Ага» на новый вопрос Майка. Эта история о «Кровавом парке» никак не выходила из ее головы; девушка вспомнила все, что узнала об этом месте, в который раз прокручивая в в памяти историю Пита, и нашла одну маленькую неувязку. Считалось, что люди, ночью посещавшие этот парк, пропадали — пропадали все до единого. А Питер нет и друг его, Девид, тоже. В груди Даниэль зародилось сильное чувство, поддавшись которому она решила: «Нужно проверить!».

— Майк, — внезапно сказала она, перебив мужчину. — У тебя есть машина?

— Да, — не ожидая подобного вопроса, Милтон удивленно вскинул брови, — н-о-о…

— Дай мне ее, — девушка вскочила со стула, перегнувшись через стол к нему; умоляюще на него посмотрела. — Пожалуйста, Майк! Это ненадолго.

— Зачем тебе? — наконец спросил мужчина, но ключи из кармана все же достал.

— Эээ… — Дэнни замялась и благодарно приняла связку ключей, подыскивая слова для ответа. — Я забыла сумочку в кафе у Миранды, хочу съездить, чтобы забрать.

— Ну, так давай, я сам тебя подвезу, — нерешительно предложил Милтон, надеясь, что она откажется — тащиться в такую погоду куда-либо ему не хотелось.

— Нет, нет, я сама, — Даниэль быстрым шагом направилась к входной двери, подхватив на диване в гостиной сумочку, ту самую, которую должна была забыть в «Flower Evening». К счастью, Майк был настолько не внимательным мужчиной, что ничего не заметил. Он проводил девушку на улицу, к своей машине, и, когда автомобиль скрылся за первым поворотом, вернулся в дом. Его до сих пор озадачивало поведение Дэнни. «Кажется, я ей не понравился?» — обеспокоенно размышлял Милтон.

8

15 июня. Даниэль

Шел сильный дождь. Даниэль по основной дороге направлялась к выезду из Роудхелла — используя карту города, она собиралась сделать круг, чтобы подъехать к «Кровавому парку» с обратной стороны. Поехать к месту, где несколько дней назад погибли люди, было самой глупой, но и захватывающей идеей в жизни Дэнни. При мысли о том, что может с ней случится, когда девушка доберется до проклятого парка, ее сердце от страха билось быстрей. Но помимо этого нарастало чувство предвкушения: первый раз в жизни Даниэль ощущала себя иначе. Свободной.

Впереди показалась черная «Хонда». Девушка снизила скорость и, подъехав ближе, остановилась совсем.

— Это же машина Линди! — вслух воскликнула она, выйдя из автомобиля. Почувствовав что-то неладное, Даниэль осторожно подошла ближе, заглядывая внутрь «Хонды». Но в салоне никого не было. — Че-е-ерт.

«Именно так и начинаются все истории ужасов: пустая дорога, машина, пропавшие люди, монстры… — девушка подняла взгляд к таинственному лесу, что раскинулся недалеко от обочины. — И с чего я паникую? Спокойно».

Внезапно в нос Дэнни ударил резкий аромат цветов; сморщившись, она развернулась. Перед ее взглядом предстало целое поле маков, то, которые она видела сегодня утром, когда въезжала в город на автобусе. Но сейчас… вместо этого прекрасного поля была лишь чернота.

«Здесь был пожар, — мокрые волосы лезли в глаза. — Но дождь потушил его. — Заправив прядь за ухо, Даниэль двинулась к полю. — А что если… о Господи, Линди!».

Еще раз глубоко втянув носом воздух, который почему-то приятно пах цветами, а не гарью, она побежала вперед. В голове всплыли слова Джейка: «Они реагируют на всплески паронормальной энергии… Маки — это символ смерти». Девушка мысленно содрогнулась, но шагу не сбавила.

Вместе с цветами сгорела и несчастная надписать «Добро пожаловать в… хелл», от которой остались лишь щепки. Уцелело лишь несколько маков, да трава вокруг. Если бы не дождь, последствия оказались бы ужасными: серьезный пожар мог охватить площадь за пределами поля.

На земле лежало что-то черное и большое. Дэнни, тяжело сглотнув, подошла ближе. «Это человек!» — с мольбой, чтобы ее предположения не подтвердились, она обошла тело и осторожно присела на корточки в паре метров от него. Кожа была обгоревшей, черной, обуглившейся, но лицо… лицо практически не пострадало. В ужасе Даниэль отшатнулась назад, больно упала на задницу. Пульс стучал в ушах; глаза застилали слезы.

— Л-л-инди! — закричала девушка сквозь рыдания. — Л-и-инди!

«Боже, помоги! Что мне делать?! — девушка дышала быстрыми короткими вдохами; бешено стучало сердце. — Вызвать полицию, скорую? Но чем тут уже поможешь?..».

Она попыталась подняться с земли, чтобы достать из машины свой сотовый, но, чуть не упав, споткнулась. Восстановив равновесие, Дэнни отступила назад, не в силах отвести взгляд от обгоревшего тела Линди. Внезапно оно пошевелилось, а в глазах Даниэль зажегся слабый огонек надежды. «Она жива! — девушка руками вытерла глаза от слез, чтобы они не застилали зрение. — Нужно скорее звонить в 911».

Дэнни с большим рвением кинулась к автомобилю, подгоняемая призрачной верой в лучшее, когда за спиной раздался зловещий рык…

Линди

Сквозь пелену тумана Линди услышала чьи-то рыдания и… будоражащий человеческий запах.

«Так пахнет Даниэль», — на секунду в груди вампирши зародилась радость, которая тут же исчезла под волной дикой, неутолимой жажды.

Все тело ужасно болело — девушка не чувствовала рук и ног. Быстро оценив насколько плачевны повреждения, она, измученная голодом, нашла в себе силы на последний рывок. Лин чувствовала, что Дэнни находится от нее в нескольких шагах; она слышала ее плач, слышала, как часто от страха бьется ее сердце. Кровь. Кровь этой девушки взывала к ее необузданной вампирской сущности.

«Прости, Даниэль», — с болью, удивившую саму Линди, подумала она. С каждой секундой девушка чувствовала, как под волной голода уплывает ее человечность. — Пожалуйста, прости меня!».

Вампирша осторожно пошевелилась — тело начало ее слушаться, но от этого невероятная боль только усиливалась. Каждой частичкой она ощущала свое израненную, прожженную кожу. Услышав, как человек уходит, Лин зарычала — и это был страшный рык истинного зверя, хищника. Больше в ней не осталось ничего людского, лишь жажда, жажда…

Наконец набравшись достаточной силы для того, чтобы встать, вампирша кинулась к девушке, схватив ее за плечи обугленными руками. Она не видела ее лица, она не видела абсолютно ничего — ею руководили инстинкты. И только ужасающий вопль Даниэль почти достучался до ее сознания. И все же этого было слишком мало; на мгновение к Линди вернулся разум, она вспомнила Девида, огонь, страшные муки, когда горело ее тело. Но ничто уже не могло остановить ее, разве что истинная вторая смерть. Все на чем был сосредоточен весь ее мир — это пульсирующая от безумного голода верхняя челюсть, пламя, продолжающее прожигать ее горло и… желание найти покой от всего этого!

Вылезли клыки, вампирша с неумолимой жестокостью пронзила кожу на шее Дэнии; в нос ударил сладкий пьянящий аромат. Жадными большими глотками, дарующими ей неописуемое наслаждение, она пила кровь брюнетки, чувствуя, как тело девушки в конвульсиях содрогается в ее цепких руках. С каждым глотком к Лин возвращались силы, возвращалось сознание и, когда безумный вампир внутри нее успокоился, она наконец поняла, что только что натворила. Как ужаленная, отшатнулась, оттолкнув от себя тело Дэнни, которое с характерным для удара звуком упало на землю.

Линди руками закрыла лицо, обездвижено замерев на месте, как это умеют делать только вампиры. В душе у нее зарождался тяжелый ком горечи и отчаяния.

«Почему? Почему это случилось сегодня? — она опустила руки и по щеке ее скатилась слезинка, которую она тут же смахнула ладонью. — Я убью его!».

— Найду и убью! — уже вслух закричала вампирша. — Ты труп, чертов подросток! Гребанный труп!

«Из под земли достану… убью, — в голове ее все крутилась и крутилась одна и та же мысль. Переполненная отчаянием девушка не была способна думать, о чем-то другом. Ей было больно. Внезапно она посмотрела на свои руки — кожа была белой и чистой, без единого шрама. И эта идеальная кожа стоила человеческой жизни; Даниэль была чуть ли не единственной, кто за столетия смог вызвать у Линди настоящую искрению симпатию. А она убила ее.

Неожиданно вампирша услышала стук; она замерла, прислушиваясь: это было сердце, продолжающее упорно бороться за жизнь. Дэнни еще жива. Это факт менял все, менял и ее чувства к содеянному.

«Это ненадолго», — поняла Линди, разрываясь между желанием оказать помощь и просто взять и уйти. Так в ней говорила ее практичная, жестокая сторона: «Ты раскрала перед этой девушкой свою сущность, выпила ее крови, почти убила… нельзя оставлять ее в живых».

Лин знала, что в любом случае не посмеет убить ее. Но и помочь тоже не могла, а от этого становилось еще больнее.

— Я вампир, черт меня подери! — воскликнула она. — Я должна поступать так, как мне велит природа.

«В Роудхелл и так будут засланы Охотники, если они уже не здесь, — Линди подошла к телу Даниэль, с легкостью закинула ее к себе на плечо. — Оставить жертву в живых — значит собственноручно подписать себе смертный приговор. А так у меня хотя бы будет шанс». Линди хорошо умела выживать, на протяжении долгих лет только этим она и занималась, оттачивая это «мастерство» до совершенства. И все же… в этот раз она поступила по-другому, пойдя против своих правил и поддавшись чувствам. Лин, неся на плече тело Дэнни, с неимоверной быстротой побежала к «Кровавому парку».

«Выживет, — решила она, — я труп. И винить в этом нельзя никого кроме себя. А нет…».

Не желая додумывать мысль до конца, вампирша прибавила ходу, увидев впереди старое ограждение, за которым и находился чертов парк.

9

15 июня. Шон

(Синди и Тэйлор — герои принадлежат рассказу Викки Рид «Поймай меня», который входит в сборник «Людям вход воспрещен!»).

Шон вышел из кафе-бара, направляясь к своей машине, которую днем оставил здесь на стоянке. Большую часть времени он просидел в «Flower Evening»: заказал себе обед и бутылку безалкогольного пива. «Гадость, — думал он, поднося стеклянное горлышко к губам. Вечером у него наконец намечалась первая «вылазка», а это значило, что он должен быть предельно осторожным и внимательным, чему алкоголь бы никак не способствовал.

Шон, словно почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, остановился. Он резко развернулся, инстинктивно рукой потянувшись за ножом на поясе, но, увидев перед собой девушку, — блондинку с короткими волосами до плеч — замер, не доведя движение до конца. Шон сразу же почувствовала в этой девушке что-то необычное: в выражении ее лица, светлых глазах, которые смотрели на него с какой-то странной заинтересованностью.

— Кто ты? — спросил он. Слева от него раздался какой-то звук: из переулка вышел высокий молодой парень, рассматривающий его пристальным надменным взглядом.

«Охотник, — понял Шон по его напряженной позе, прямой осанке и умении держать себя. Но самое главное — это глаза, пустые, в них словно не было жизни. — Не человек. Он из Клана. — Шон напрягся, готовый начать бой: — Ему не должно быть известно кто я».

— Я Синди, — начала девушка, сделав осторожный шаг вперед. — Не бойся, мы просто хотим поговорить. Я случайно тебя почувствовала. — Шон переместил руку на пояс — в любой момент он вытащит свой нож, каким мы бесполезным это не оказалось.

«Тоже Охотница? — предположил он, перемещая взгляд с девушки на парня и обратно. — И как я один должен справиться с двумя сверхлюдьми?».

— Мы не причиним тебе вреда, — сказал незнакомец низким голосом, лишенным всяких эмоций. — Если ты, конечно, не будешь делать глупостей, — неопределенно добавил он. Тэйлор не был любителем поговорить; его поведение было взвешенным и продуманным до мелочей, а все жесты и движения доведены до автоматизма.

«Так я тебе и поверил», — подумал Шон, а вслух сказала:

— Хорошо, — он медленно отошел назад, пока не уперся спиной в стену противоположного здания, чтобы лучше видеть обоих собеседников. «Я в западне», — с холодной расчетливостью осознал он, про себя отмечая, что в случае нападения у него будет место для маневра. — Тогда что же вам от меня нужно, Охотники?

— Ты… — Тэй на мгновение запнулся, словно обдумывая свои слова еще раз, но затем уверенно продолжил допрос: — … ты один из Отступников, верно?

Холодным умом охотника он сразу же подметил наигранно расслабленную позу Шона: блондин готовится к нападению, выжидая подходящего момента. Но драка явно не входила в планы незнакомцев, по крайней мере, пока. Охотники из Клана не любят слишком людные места и делают зачистку без свидетелей — в противном случае убивать приходится всех.

«Уже более ста лет никто из Охотников не мог найти ни одного отступника, — Шон в удивлении чуть ли не приподнял брови, но вовремя успел остановиться, напуская на себя безразличный вид. — Так как же они меня вычислили? Мэтт?», — предположил блондин, невольно стиснув зубы.

— Я думал, Охотники престали верить в существование отступников, — уклончиво ответил он. — Кажется, последний раз они видели их сто лет назад.

Шон был уверен, что теперь незнакомцы попытаются его убить, но по глазам парня понял, что делать этого в таком людном месте им не хочется. «Начинать драку первым я уж точно не собираюсь, по крайней мере, сегодня», — усмехнулся он про себя.

— Что ты забыл в Роудхелле? — жестко спросил Тэйлор, еще раз обведя отступника внимательным взглядом. Он не мог поверить, что один из них стоит сейчас прямо перед ним. За столетия охоты Тэй повидал многое, и большинство из этого было настолько ужасным, что любой нормальный человек сошел бы с ума. Но он им не был, обычная жизнь — не для него; единственное, что придавало всему смысл, стирало память обо всех пережитых кошмарах — это Синди.

— Работа, знаете ли, — ответил Шон. «К чему все эти расспросы?», — почему-то эта встреча казалось ему не случайной. Как будто судьба решила немного позабавиться и свести двух людей с кардинально противоположными взглядами на жизнь. И на смерть.

— Демон, — неожиданно сказала девушка, посмотрев на своего спутника. — Он ищет демона.

«Черт, как они узнали? — Шон нахмуренно сдвинул брови. — Точно, это Мэтт. Ну, держись, дружище».

— Ты хочешь получить силу? — на лице парня на секунду мелькнула какая-то эмоция и исчезла — отступник так и не смог разгадать ее. — Неужели жалеешь, что не такой, как мы?

Когда-то Охотники заключили контракт с одним очень сильным демоном, и он одарил членов клана сверхспособностями: сила, скорость, выносливость, длительная жизнь — это лишь одна сторона медали. Взамен Охотники поклялись не причинять вред ни одному демону, ведь подобный не может убить подобного. А это уже вторая сторона медали — по венам этих людей течет адская кровь. Так что судьба Тэя была предопределена с рождения — у него никогда не было и не будет выбора, в отличие от Шона. Клан не прощает предателей. Поэтому его никто не покидает, кроме отступников — тех, кто в тот злополучный день отказался от сделки с исчадием ада.

— Ну да, убивать разных тварей, оставаясь обычным человеком, — это так здорово, — язвительно ответил Шон. — Умереть — раз плюнуть. Но вы — это отдельная тема, да, ребята? Каково быть сверхчеловеком и не бояться смерти?

На самом деле, Тэйлор видел в Шоне достойного противника, хотя, возможно, никогда бы не признался в этом. В нем ярко чувствовалась сила сверхчеловека, даже притом, что в его крови не было и капли демонской магии. Может, дело в том, что в нем было кое-что еще, самое главное — жизнь…

— У тебя есть выбор, — голос Охотника был пуст, лицо лишено всякого выражения. — А у нас его нет. Никогда не забывай об этом, — он развернулся к переулку, откуда появился. — Пойдем, Синди, — прибавил Тэй, медленной походкой направившись к их автомобилю.

— Шон, — позвала девушка, хотя отступник не называл им своего имени. — Ты хороший парень. Твоя проблема в доверии: научись доверять людям и увидишь, какие плоды это принесет, — она стремительным шагом последовала за своим спутником, уже на ходу бросив: — И сильно не обижай Дэнни.

— Дэнни? — неуверенно переспросил он.

В ответ девушка лишь обернулась, лучезарно улыбнувшись, и скрылась в темноте переулка.

Шон привалился спиной к шершавой поверхности стены, облегченно выдохнул. «Да кто они, черт подери, такие?». Покачав головой, он обошел здание, выйдя к автомобильной стоянке; достал из кармана ключи и сел в машину. Теперь дорога его лежала к «Кровавому Парку». Он выполнит свое предназначение, несмотря ни на что.

10

15 июня. Даниэль

Чувствуя невероятную усталость и нехватку сил, Даниэль нехотя приоткрыла глаза. Когда острота зрения значительно восстановилась, она смогла разглядеть склонившийся над ней темный силуэт. За одну секунду в памяти девушки всплыло все, что с ней произошло: «О господи, Линди… она…», — в глазах Дэнни отразился настоящий ужас, рука инстинктивно потянулась к шее. Но вместо ожидаемой раны пальцы ее нащупали полоску бинта. Она, до сих пор ничего не понимая, сделала быстрый вдох, чтобы закричать, как на губах ее моментально оказалась грубая мужская рука.

«Это мужчина. Не Линди», — с каким-то облегчением подумала Даниэль, но затем, испугавшись еще больше, снова напряглась.

— Тс-с-с, — прошептал тихий, но резкий голос; в темноте сверкнули чьи-то серо-голубые глаза. — Я не причиню тебе вреда. «Где-то я это уже сегодня слышал», — мысленно усмехнулся незнакомец.

Девушка ни на секунду не поверила ему, но все же кивнула — она была слишком напугана.

— Если я уберу руку, ты не будешь кричать? — спросил он, и Дэнни покачала головой.

«Да кто он? — панически думала она. — Что он со мной собирается сделать?». Все эти вопросы были единственным, что волновало ее в тот момент. Но было кое-что еще, нечто большее, о чем девушка боялась даже вспоминать — Линди. «Кем была она? Психопаткой? Монстром? Инопланетянкой?».

Мужчина убрал ладонь, и Даниэль сделала судорожный вдох через рот — ей казалось, что она сейчас расплачется. «В какое дерьмо я влипла?». Медленно, осторожно она приподнялась над полом, на котором лежала, используя для поддержки локти. Резкая боль пронзила ее висок, и девушка поморщилась, левой рукой схватившись за волосы.

— А-а, моя голова, — прошептала она.

Неожиданно зажегся свет, заставив Дэнни часто заморгать, — это был карманный фонарик. Когда глаза привыкли, она увидела перед собой молодого мужчину, сидящего на корточках рядом с ней. Волосы его были светлыми, подстриженные ежиком; глаза, как она уже заметила, серо-голубыми, невероятной глубины. Черная майка с короткими рукавами, плотно облегая, хорошо подчеркивала его накаченное стройное тело.

«Все маньяки по определению должны быть красавцами? — впечатлено подумала Даниэль, но тут же отбросила эту глупую мысль. — Соберись, черт возьми».

— Твое имя? — спросил блондин, посмотрев ей в глаза; рука его лежала на поясе.

— Даниэль, — промямлила она, и, сильно нервничая, для чего-то добавила: — Но друзья зовут меня Дэнни.

Мужчина чуть ли поперхнулся, ошарашено уставившись на нее. Такого он уж точно не ожидал. «Это что, шутка?».

— А ты… — начала девушка, но он перебил ее.

— Расскажи, что с тобой случилось, Дэнии, — сказал блондин, выделив интонацией ее имя. — Мне нужно знать.

— Я-я не помню, — заикаясь, проговорила Даниэль, не желая рассказывать ему правду. «Он решит, что я сумасшедшая». — Не помню!

Мужчина вздохнул, сразу же распознав ложь. «Ну и что мне с ней делать? Не пытать же, хотя…».

— На тебя напали, правильно? — подсказал он, подавшись вперед, ближе к девушке. И продолжил, когда она кивнула: — Но не здесь, — блондин, до того как она очнулась, тщательно исследовал этот дом, не найдя следов борьбы. Зато он нашел нечто гораздо более интересное. Оставшаяся на деревянном полу соль, капли крови и почти выветрившийся запах земли и моря, говорили о вызове демона. «Кто-то призывал Фомора. Все как я и думал».

Даниэль обвела быстрым взглядом маленькую пустую комнату и снова посмотрела на мужчину. Сглотнув, она подтвердила его слова:

— Да, я была в поле, — девушка нахмурилась. — Но где я сейчас?

— «Кровавый парк», — ответил мужчина, как ни в чем не бывало. — Будка охранника, — он кивнул на ее шею. — У тебя на горле была рана, я продезинфицировал ее и перевязал. Ничего серьезно, — успокаивающе сказал он, заметив в глазах девушки нарастающую панику. «Паника нам сейчас ни к чему, иначе она ничего не расскажет мне».

— Я думала, что это конец, — прошептала она дрогнувшим голосом. — Я думала, что умру.

— Но ты жива. Даниэль, пожалуйста, — мягко начал блондин, имея большой опыт общения с пострадавшими от нападения нечисти. Осмотрев рану, он сразу понял, что здесь замешан вампир, причем, вероятней всего, женщина — их клыки более изогнутой формы, они отличаются от мужских. «Но бывают и исключения, нужно знать точно». — Расскажи мне все.

Немного помолчав, Дэнни решилась:

— Я ехала за город, — сказала она, умолчав о том, что на самом деле собиралась посетить «Кровавый парк». — Встретила на дороге машину своей знакомой, но она была пуста. И поле… там был пожар, все сгорело, — девушка всплеснула руками, словно пытаясь показать масштаб этого бедствия. — Я испугалась, побежала искать ее и нашла, — Даниэль замолчала, тяжело всхлипнув; пульсирующая боль в виске усилилась. — Она лежала на земле, обгоревшая. Я думала, что она мертва, побежала за телефоном, как она… накинулась на меня, схватила своими почерневшими руками и вцепилась мне в горло! Укусила… — Дэнни сделала два быстрых вдоха, пытаясь унять колотящееся сердце, — … а дальше я ничего не помню.

Мужчина принял сочувствующий вид. Возможно, в какой-то степени он и в правду сочувствовал ей, но его работа заключалась в другом — убийство.

— Опиши мне эту девушку. Где вы познакомились.

Даниэль, продолжая чувствовать изнеможение, села прямо, по привычке сложив ноги по-турецки.

— В кафе-баре, где работает моя сестра, — она задумалась, вспоминая его название, — кажется, «Flower Evening». Ее зовут Линди, — неуверенно продолжила она, не зная, стоило ли ему обо всем рассказывать. «Но он ведь помог мне». — Блондинка с серыми глазами, высокая, — Дэнни пожала плечами. — Вроде все, она подвезла меня до дома и мы разошлись.

— Так она знает, где ты живешь? — переспросил мужчина, невольно выругавшись вслух: — Черт!

«Вампирша может вернуться, чтобы закончить начатое».

Девушка с горечью кивнула.

— Д-да. Но кто она такая? — Даниэль смущенно отвела взгляд. — Я имею ввиду, она словно не была похожа на человека.

— Я не знаю, — с напускной серьезностью ответил он, — но я хочу помочь тебе. Отведешь меня к тому месту?

«Ты врешь», — подумала Дэнни, кивая.

— Конечно, это недалеко отсюда, — она попыталась встать, но еще была слишком слаба для этого и блондин, понимая это, протянул ей руку. Принимая ее, она спросила: — Как тебя зовут?

— Мэтью, — соврал он.

Девушка немного постояла на месте, приходя в себя: поначалу голова кружилась, в глазах темнело. Она осторожно потрогала бинт на горле и сказала:

— Спасибо за помощь, Мэтт.

Он пожал плечами, подняв с пола свою кожаную сумку.

— Без проблем, — мужчина выключил фонарик, и в грязной комнате стало темнее. — Ну что, пойдем? Как ты себя чувствуешь?

— Вроде бы, не умираю, — ответила Даниэль, отряхивая джинсы. «Бесполезно, одежда напрочь испорчена». — Идем.

Улица встретила их удушающей жарой. Но все было лучше, чем полуразвалившийся домик охранника, который Даниэль окинула презрительным взглядом. Вокруг стояла тишина. «Кровавый парк», словно был отдален от всего остального мира, здесь не было ни души, кроме их двоих.

Дэнни ладонью вытерла стекающие со лба капли пота, опасливо оглядываясь по сторонам.

— Ох, черт, машина! — воскликнула она, вспомнив про «Хонду» жениха Миранды. Она уже смирилась с мыслью, что ее сестра выходит замуж. «Если этот тип, конечно, ее не бросит». — Я оставила ее посреди дороги не запертой! Там все: деньги, сотовый, паспорт… — девушка опечалено вздохнула, но Шон или, как он представился, Мэтт, словно бы ее и не слушал. Он уверенными шагами двигался вперед в направлении, которое ему указала Даниэль.

«Зря я взял ее с собой», — подумал он, незаметно покачав головой. Внезапно мужчина остановился — чутье охотника подсказывало ему, что за ними кто-то следит. Он не знал, откуда в нем появилась такая уверенность, но Шон всегда мог чувствовать чужое присутствие, как это было сегодня с Синди. И эти ощущения еще никогда его не подводили. Словно чей-то пристальный взгляд прожигал ему спину, и он резко развернулся, отчего идущая сзади Дэнни, слишком увлеченная своим горем, чуть в него не врезалась.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила она.

Глаза Шона блуждали по деревьям на той стороне; он весь напрягся. Но ничего видно не было — сплошная тьма. «Дерьмо. Почему я не взял с собой пушки? Это бы все упростило».

— Нам нужно скорее уходить, — он достал из-за пояса нож, который мог оказаться бесполезным.

Даниэль ошарашено уставилась сначала на нож, потом на него.

— Откуда это у тебя? — в голосе ее отразился неожиданно закравшийся в душу страх. «Да кто он такой?». Девушка сделала два быстрых шага назад.

— Тихо, — жестко сказал он, решив вернуться обратно в дом. «Так я смогу дать отпор». Шону не нравилось стоять здесь на открытом пространстве, чувствуя себя отличной мишенью. — Если хочешь остаться в живых, то советую слушать все, что я говорю. Без исключений.

«Это была угроза?», — глаза Дэнни расширились, на лице отразилось неподдельное удивление. — «А я ведь думала, что он и в правду хочет помочь».

— А то что? — девушка сделала еще шаг назад, пытаясь придумать хотя бы один вариант действий, который поможет ей выбраться отсюда. Выбраться живой.

«Эта глупая девчонка нас погубит, — Шон чуть не взревел от досады. — Хотя чтобы на ее месте подумал я, увидев мужчину с ножом?».

Ничего не сказав, он направился к будке охранника, когда, нарушив спокойствие ночи, раздался громкий выстрел. Внезапно правое плечо пронзила острая боль, блондин непроизвольно дернулся, нож выпал из его руки.

Даниэль от неожиданности вскрикнула, прикрыв рот ладонью. Она шокировано смотрела на мужчину, пытаясь уложить в голове то, что случилось так быстро. «Он ранен?».

— Шон! — откуда-то из темноты крикнул знакомый голос. — Друг мой, я нашел тебя!

— Беги за мной, — прошептал блондин. Из-за деревьев показался темный силуэт. — Моя машина здесь недалеко.

И они, приложив все возможные силы, побежали. Впереди уже показался автомобиль, припаркованный сразу же за оградой парка, через которую Дэнни и Шон перелезли, что Охотнику с раненной рукой далось не так легко. В след им продолжали раздаваться выстрелы, но ни один, к счастью, больше не задел никого из них. А может, стрелявший человек просто не хотел убивать их? Может, ему было нужно что-то другое? Ведь он специально выстрелил Шону именно в плечо, а не голову или сердце, как на его месте сделал бы профессионал. Нет, ему нужны были стрелы «Атрендта», и он собрался забрать их.

11

15 июня. Даниэль и Шон

Бьюик Шона остановился около одноэтажного дома, расположенного недалеко от центра города. За рулем была Дэнни, так как Охотник не мог вести машину самостоятельно — во время поездки ему стало только хуже, боль усилилась. Как бы неприятно Шону было осознавать, но он нуждался в помощи. Ее помощи.

— Ты как? — спросила Даниэль, отстегивая ремень. — Сам идти можешь?

Фыркнув, блондин вылез из автомобиля, левой рукой поддерживая больное плечо, которое безумно ныло. Но мужчина даже ни разу не поморщился. С другой стороны хлопнула дверца машины, и он раздраженно ответил:

— У меня разве нет ног? Черт возьми, конечно, могу!

Шону претил тот факт, что ему, как в шутку называли Охотники людей с нормальной жизнью, помогала гражданская. «Нормальная жизнь, — повторил про себя это словосочетание блондин, словно пробуя его на вкус. — «Да что тот парень может знать о ней, чтобы давать мне ненужные советы? С чего он взял, что у меня есть выбор?». Он с напускной уверенностью шагал по подъездной дорожке к дому, чувствуя, как внутри него закипает злость — злость на Охотника, который лезет в чужие дела, злость на Мэтта, за то, что тот подстрелил его. Хотя Шон сам понимал, что, возможно, того заслуживает. И самое главное — он был зол на себя, на собственную глупость и беспомощность в данной ситуации. Мужчина знал, что Мэтт попытается выследить его и забрать магические стрелы. «Не сейчас, когда я наконец в состоянии осуществить задуманное», — блондин неуклюже достал из висящей на здоровом плече сумки ключи и открыл дверь, сделав шаг в сторону, чтобы, как истинный джентльмен, пропустить свою спутницу вперед.

Даниэль подошла к нему, но в дом заходить не стала — она внимательно всматривалась в его лицо и то, что девушка увидела, ей не понравилось. Нет, больше Дэнни не боялась его, наоборот, по какой-то неизвестной причине она стала практически доверять ему. Может, все дело в жалости? Даниэль чувствовала в этом мужчине потерянность, что-то не отпускало его, хотя он словно бы и желал вынырнуть из этой среды в новый мир. И, как в любой женщине, в ней проснулось глубокое стремление оказать ему помощь.

— Что с тобой? — спросила она. То, что в них стреляли, Дэнни смогла принять еще по дороге сюда — сейчас девушка была почти спокойна. Возможно, все дело в том, что ее до сих пор не отпускал шок.

— Не знаю, — неразборчиво пробормотал Шон, чувствуя, как накопившееся напряжение неожиданно начинает отпускать его. Он, больше не дожидаясь Даниэль, первым зашел в дом, сразу же направившись в ванну. Девушка следовала за ним по пятам, на секунду остановившись, чтобы обвести быстрым взглядом скромную гостиную, в которой они оказались.

— Оставайся здесь, Дэнни, — сказал блондин, небрежно кинув свою сумку на деревянный пол, — ты должна будешь помочь мне, — и он скрылся за одной из дверей.

Девушка кивнула и, еще раз оглядевшись, неуверенно села на серый диван, стоящий в центре комнаты.

«Что я здесь делаю? — Даниэль, поддавшись усталости, откинулась на мягкую спинку и прикрыла глаза. — Майк убьет меня за машину, а Мина… черт!». Внезапно ее начало трясти, все мышцы напряглись — шок постепенно проходил. «Боже, меня сегодня чуть не убили! В меня стреляли, — девушка руками обняла себя за плечи, с силой стиснув пальцы, чтобы унять дрожь. — Но это было так… так захватывающе?». Она нахмурила брови, до конца не понимаю собственных чувств.

* * *

Оказавшись в ванной, Шон встал перед большим зеркалом, начав осторожно стягивать майку. Раненое плечо пронзила резкая боль, заставив его слабо зашипеть сквозь зубы. Поддавшись ближе, он внимательно осмотрел рану. «Ничего серьезного», — заключил мужчина, вздохнув, и достал с нижней полочки ванного шкафчика белый чемоданчик. Взяв его здоровой рукой, он вернулся в гостиную, обнаружив там сидящую с закрытыми глазами Даниэль. При его появлении она вздрогнула, словно почувствовав его присутствие, и посмотрела на Шона расширенными глазами. Охотник увидел на ее лица проблески страха, непонимания — но все это было не его заботой. Кинув аптечку на диван, он подошел к окну, плотно задернув штору, отчего в комнате стало бы темно, если бы не ярко-горящая на потолке лампа. Давать любому прохожему возможность увидеть все, что будет происходить в доме, — не лучшая идея. К тому же, Шон ожидал Мэтта. «Уверен, что теперь он быстро вычислит мое местоположение», — услышав позади себя звук открываемой липучки чемоданчика, блондин обернулся: Дэнни сидела на полу, перебирая все, что было в аптечке. «Значит, я должен успеть перепрятать стрелы до того», — решил мужчина, подходя к девушке.

— Откуда у тебя столько всего? — спросила Даниэль, обернувшись к Охотнику. «Этот набор явно содержит в себе больше, чем требует того обычная аптечка», — подметила девушка, вставая с колен и отряхиваясь.

— Скорее всего, мне потребуется твоя помощь, — безразличным голосом заявил Шон, игнорируя ее вопрос. Да и что он мог ответить? Что из-за работы ему часто приходится себя «латать»? — Но я могу справиться и сам, — уточнил он и сел на диван.

— Тебе невероятно повезло, — заявила Дэнни, чуть ли не улыбнувшись. В ответ блондин одарил ее недоверчивым взглядом, приподняв одну бровь. — У меня имеется кое-какая медицинская практика, так что… — девушка опустилась на диван рядом с Охотником, положив небольшой белый чемодан к себе на колени. Быстро прокрутив в голове все, что нужно сделать, она нашла ватные диски и перекись, — возможно, я окажусь полезной.

Даниэль подняла на него глаза, и после недолгого колебания мужчина кивнул, смотря на нее очень скептически. Он достал из ножен на поясе свой нож, протянув его ей рукояткой вперед.

— Справишься? — почти насмешливо спросил он. «И почему я веду себя так?», — Шон откинулся на диван, устраиваясь поудобнее. — «Обычно это не в моих правилах».

Неуверенно приняв нож, Дэнни первым делом решила промыть рану. Затем, она с помощью лезвия расширила края ранки, сделав из круглого отверстия резаную линию, чтобы при удалении инородного тела не рвать ткани мышц. В этот момент лицо Охотника оставалось спокойным, несмотря на жуткую боль. Он внимательно наблюдал за работой Даниэль, дивясь тому, насколько сосредоточено и профессионально она выглядела. «Словно занималась этим всю жизнь», — подумал Шон, стиснув зубы, когда девушка взяла пинцет, начав вытаскивать пулю. — «Возможно, в ее прошлом было что-то, о чем мне следовало бы знать».

Когда Дэнни справилась с пулей, положив ее на крышку одной из баночек, лежащих в аптечке, мужчина чуть ли не выдохнул от облегчения.

— Значит, тебя зовут Шон? — неожиданно спросила девушка, нарушив висящую между ними тишину. В этот момент ей вспомнился парк, слова мужчины, что стрелял в них, и она подавила легкую дрожь, снова полностью отдавшись работе.

— Да, — через время подтвердил блондин пустым голосом, так как Даниэль все еще ждала ответа. Он снова невольно поморщился, пока девушка умело зашивала его рану.

«Спрашивать почему — бесполезно», — решила она и, взяв из аптечки ножницы, отрезала бинт, завязывая его края в узелок.

— Вроде все, — сказала Дэнни и, на всякий случай, еще раз прокрутила в голове инструкцию по оказанию помощи при пулевых ранениях. — Но врача тебе бы следовало посетить, так оставлять не…

— Да, да, спасибо, — перебил ее Охотник, осматривая свое плечо, и снова удивился, с какой легкостью девушка проделала эту работу. «Ага, как же», — едко подумал про себя он, вставая с дивана. — «Только врача мне и не хватало».

— Я прямо сейчас так и сделаю, — соврал Шон, собравшись идти в спальню за стрелами.

— Подожди, — Даниэль в замешательстве поднялась вслед за ним, — мне нужно домой, но моя машина… и ты ведь обещал помочь мне, — неуверенно проговорила она, подразумевая то, что произошло с ней в поле. «Линди!». — Я не смогу вернуться туда одна.

Мысленно закатив глаза, Шон с серьезным лицом обернулся к девушке, выглядя настолько искренним, насколько был способен. Оставлять дело с разбушевавшимся вампиром он не собирался.

— Дэнни, — мужчина слегка дотронулся до ее руки, — я не отказываюсь от своих слов; я и в правду собираюсь помочь тебе, но для начала мне нужно съездить в больницу, — он с благодарностью, которая в этот раз оказалась настоящей, посмотрел ей в глаза. — Спасибо тебе за помощь. Ты сможешь посидеть здесь, пока я не вернусь? А потом мы поедем за твоей машиной, идет?

После минутного колебания девушка кивнула, решив, что, на самом деле, дома ей пока лучше не показываться. «Сестра убьет меня», — мысленно усмехнулась она — «И черт с ним».

Пройдя в спальню, Шон второпях взял самый большой рюкзак, спрятав в нем стрелы «Атрендта». Уходя, он дал Даниэль строгое наставление ждать его здесь и никуда не уходить. Ее пребывание в доме было чем-то вроде приманки для Мэтта, но Охотник точно знал, что убивать ее мужчина не станет, иначе он бы так не рисковал.

12

15 июня. Даниэль

Размеренными шагами Даниэль бродила по коридору, с осторожностью исследуя каждую комнату. Оставшись в одиночестве, она почувствовала дискомфорт из-за нахождения в чужом доме и легкую панику. Тяжесть случившихся событий грузом навалилась на ее психику, приводя девушку в замешательство. Прикрыв дверь спальни, которая казалась пустой, словно в нее до этого никогда не заходили, Дэнни направилась на кухню — последнее место, где ей предстояло побывать, чтобы завершить свое «путешествие».

Дом был небольшим — две маленькие комнаты, одна из которых предназначена для гостей, ванная и невзрачная гостиная. «Наверное, он снимает его», — предположила Даниэль, подмечая отсутствие личных вещей, пустые шкафы. Взгляд ее остановился на небольшом импровизированном баре и, проявив чрезмерный интерес, она подошла ближе. Стеклянная полка была битком забита богатым выбором алкогольных напитков разной выдержки и крепости, но девушка совершенно ничего в них не понимала. Перед глазами, внезапно, мелькнуло оскаленное с обугленной кожей лицо Линди, а по телу пробежала крупная дрожь, словно она опять переживала момент, когда та всадила в нее зубы. Чувствуя в груди неприятный ком, она с чрезвычайной резкостью распахнула дверцу, выхватила первую попавшуюся бутылку и стакан. Так же быстро, практически ничего не различая перед глазами, Дэнни налила себе горячительного напитка и залпом, не морщась, осушила полный стакан. Горло заполнило горькое, но приятное тепло. Моргнув, она поднесла бутылку к лицу, сосредотачивая свой взгляд на бежевой этикетке. «Коньяк», — прочитала она. — «Отлично, именно то, что мне сейчас нужно». Уже через несколько минут сведенные мышцы расслабились, в голове образовался легкий, едва ощутимый, дурман, тихо обещающий помочь спрятаться от ужасающей реальности. Даниэль выпивала очень редко и поэтому действие напитка, даже такой небольшой порции, не заставило себя долго ждать. Хотя, возможно, в большей степени, причина была в том, что девушка сама хотела отдаться этому состоянию и хоть на секунду почувствовать успокоение.

Неспешно подойдя к дивану, она неуклюже развалилась на мягкой обивке, подгребая под себя ноги. Все ее мысли теперь были обращены к одному объекту — Шон. Дэнни нравилась его загадочность. «Но обычно такая таинственность — неприятный сигнал о том, что у мужчины может быть криминальное прошлое», — вздохнув, она встряхнула головой и поднесла к губам стакан, делая три больших глотка. — «Но Шон помог мне». Девушка снова потянулась за бутылкой, неожиданно улыбнувшись, — второй рукой она нащупала на шее полоску бинта. Решив, что потом нужно будет наложить новую повязку, Даниэль подлила себе еще немного выпивки. «Интересно, получилось бы у нас что-нибудь?», — подумала она, чуть ли не захихикав вслух. В животе неожиданно забурчало, напомнив Дэнни, что уже довольно давно она ничего не ела. Собравшись встать, чтобы все-таки дойти до кухни, она услышала, как в коридоре раздался звук открываемой двери.

«Шон!», — девушка захотела подняться, чтобы встретить его, но в комнату вошел незнакомый мужчина — в руках он держал оружие.

С быстротой молнии Даниэль пронзил страх — алкоголь моментально выветрился из организма. Она, поддавшись порыву, бездумно вскочила, собираясь бежать, но брюнет направил на нее пистолет.

— Стой, — он оценивающе оглядел девушку — в глазах его загорелся интерес, не имеющий отношения к желанию — здесь было что-то другое. Увидев, как Дэнни напряглась, он внущающе потряс пистолетом, сказав: — Спокойно. Просто сядь.

Тяжело дыша, Даниэль послушно опустилась на диван, сев на самый его край, все еще надеясь придумать хоть что-нибудь. «Мне конец», — мелькнула у нее мысль. — «Лучше его слушаться».

Мужчина окинул гостиную задумчивым взглядом, затем слегка наклонил голову, словно бы прислушиваясь к чему-то. Возможно, именно в этот момент Дэнни попыталась бы что-нибудь сделать, но дуло пистолета смотрело точно ей в грудь.

— Где Шон? — спросил брюнет, вернув свое внимание к девушке. — В доме кроме тебя больше никого нет.

— Я не знаю, — голос Даниэль дрогнул, руки непроизвольно сжались в кулаки. — Он оставил меня здесь и уехал. Я ничем не смогу вам помочь.

Девушка узнала его — это был тот человек из «Кровавого парка», который стрелял в них. «Черт, я в глубоком дерьме». Единственным ее желанием в этот момент стало, чтобы Шон оказался здесь.

Брюнет неожиданно рассмеялся, делая к ней несколько осторожных шагов. Кажется, по какой-то причине он опасался Даниэль.

— Что он пообещал тебе? Желание? — на лице Мэтта отражалось все больше и больше чувств; он ощущал, что перестает контролировать свои эмоции. — Не обольщайся, этот засранец обманет тебя так же, как и меня.

— Извините, — сказала Дэнни, озадаченно нахмурив брови, — но я не понимаю, о чем вы. Повторяю: я ничем не смогу вам помочь, поверьте. Поэтому прошу, отпустите меня.

Она знала, что ее слова не возымеют никакого действия, особенно учитывая состояние мужчины. Но попытаться стоило.

— О, брось притворяться, — насмешливо бросил брюнет и, оказавшись совсем рядом с девушкой, приставил пистолет к ее горлу. — Я знаю, что ты одна из нас. Только вот не понимаю, почему он променял меня на тебя, — он с силой вжал пистолет в кожу, прошептав: — Я вижу, как ты трясешься. И на твоем месте, дорогуша, я бы не верил ни одному слому этого козла.

— Меня зовут Даниэль, — прошипела она, попытавшись отдалиться.

— Мэтт, — раздался сзади уверенный голос. — Отпусти девушку. Ты допустил серьезную ошибку — она не из наших.

Мужчина резко развернулся, направив пистолет на Шона и теряя из виду Дэнни. В руках блондина тоже было оружие, которое он предварительно забрал из багажника машины. Оба Охотника словно смотрели в зеркало.

— Давай поговорим, Мэтт, — дружелюбно начал мужчина. — Опусти пушку, — он кинул быстрый взгляд на девушку: — Даниэль, подожди меня улице.

— О, нет, — брюнет протестующе рассмеялся, сделав несколько шагов от Дэнни. Он до сих пор считал ее Охотником, пускай и не самым лучшим, но это не значило, что она была абсолютно безвредной. Мэтт был убежден, что она просто притворяется или что по какой-то причине Шон ей дорог. «Мало ли, что он мог наплести девушке». — Она останется здесь!

Взгляд Дэнни наткнулся на полупустую бутылку коньяка, и она осторожно потянулась вперед, чтобы взять ее, не привлекая к себе внимание двух мужчин.

— Мэтт, — позвал Шон, делая последнюю попытку его образумить, — девушка пострадала от нападения вампира. Ей нужна наша помощь, понимаешь?

«Вампира?» — Дэнни пораженно замерла на месте, не веря своим ушам. — «Неужели…».

В этот момент Мэтт решительно взвел курок.

— Я сказал: нет, — чуть ли не срываясь на крик, прошипел он.

Набравшись решимости, Даниэль неожиданно вскочила, прыгая на брюнета, — она обхватила его ногами, свободной рукой схватившись за шею. В какой-то момент девушка растерялась, и в комнате прогремел выстрел, сделанный мужчиной. Но пуля ушла в потолок. Собравшись, девушка со всей силы стукнула бутылку о голову Охотника, и та разбилась; на пол посыпались осколки стекла. Он повернул к ней удивленное лицо с расширенными глазами, и в следующую секунду завалился назад, придавив Дэнни весом своего массивного тела. Она задергалась, пытаясь его с себя столкнуть, но это было все равно, что пытаться сдвинуть гору.

— Помоги! — с паникой в голосе завизжала Даниэль. — Шон!

Шон, мягко говоря, пребывающий в легком шоке от действий девушки, стремительным шагом пересек комнату, с усилием скинув тело Охотника с Дэнни.

— Ты как? — спросил он. Кажется, сейчас его это действительно волновало. Девушка кивнула, подтверждая, что с ней все нормально, и блондин неуверенно протянул ей руку. Но она поднялась сама, используя для поддержки подлокотник дивана. Опасливо оглянувшись на лежащего без сознания мужчину, Даниэль, ощущая нереальность происходящего, спросила:

— Так значит, вампир?

Промолчав, Шон двинулся прочь из гостиной, на ходу бросив: — Наверняка, соседи вызвали полицию, — «это ведь не окраина города», — усмехнулся он про себя, — так что, нужно убираться отсюда. Я схожу за веревкой, а ты пока последи за ним, — кивнув головой в сторону Охотника, он пошел в спальню собирать вещи. И то, что блондин оставил девушку с Мэттом, стало первым признаком доверия с его стороны.

* * *

Мэтт, связанный, лежал на земле, упираясь лицом в сухие ветки и листья, — стараниями Шона, накачавшего его снотворным, он до сих пор не приходил в сознание.

— И что мы будем с ним делать? — задумчиво спросила Даниэль, телом облокотившись о капот машины.

«Мы?» — Шон вопросительно приподнял бровь. — «Мне не послышалось?». Его удивило, что после произошедших событий, девушка до сих пор рвалась участвовать во всем этом.

— Извини, но тебя это ни в коей мере не касается, так что… — блондин неопределенно пожал плечами, забыв о своей ране, и тут же сморщился от боли.

— Не касается? — Дэнни возмущенным жестом вскинула вперед руку, нахмурила брови. — Этот парень, — она остановилась, указывая в сторону Мэтта, — стрелял в меня в чертовом парке, угрожал мне в твоем доме! И ты говоришь, что это меня не касается? Да, в конце концов, вырубила его именно я! — в ее голосе прозвучала укоризненная нотка.

«Она не сдастся», — понял блондин и в несколько шагов преодолел разделяющее их расстояние, готовясь образумить девушку. — «Но мне придется с этим что-то сделать». К счастью, в отличие от Охотников из кланов, Отступники практически никогда не делали зачисток. К тому же, заниматься этим Шон начал, скорее, не из чувства долга или мести, каковы были причина многих, а из желания помогать людям, спасать их… убивая различных монстров. Мало кому по душе такая работа, но к нему это не относилось. Да ведь кроме этого у мужчины в жизни ничего больше и не было — он одинок. А значит нечего терять.

— Даниэль, — примирительно начал Шон и, развернувшись, тоже облокотился о любимый бьюик, находясь совсем рядом с ней. Теперь они стояли бок о бок, устремляя свои блуждающие взгляды на верхушки далеких гор. — Ты не понимаешь всей серьезности этого дела, его опасности, это… — он вздохнул, но так и не мог найти подходящих слов, — … тяжело объяснить. Просто поверь мне — я знаю, о чем говорю. Такие вещи в большинстве случаев кончаются смертью, — тихо добавил мужчина, вспоминая моменты из его жизни, когда знакомые люди гибли, ввязавшись в этот сверхъестественный круговорот. Спасти кого-то, попавшего в «Темный мир», уже было практически невозможно, даже опытному Охотнику.

Блондин ждал ответа, но Дэнни продолжала упорно сохранять молчание. Она размышляла над его словами, сопоставляя в голове все «за» и «против». И когда наконец собралась заговорить, повернувшись к Шону, ей кое-что открылось. Кое-что важное.

— Вас что-то связывает, — неожиданно заявила девушка, не спрашивая, а точно утверждая. — Так ведь?

И эту уверенность она черпала из выражения лица Охотника в моменты, когда он смотрел на Мэтта.

— Что? — резко блондин тоже к ней развернулся, источая полнейшее недоумение. — С чего ты взяла?

Естественно, он сразу понял, что Дэнни имела ввиду; порой ему самому так казалось…. Но чтобы подтверждать такое, когда об этом говорит кто-то другой? Нет, Охотники так не поступают.

— Я же вижу, как ты на него смотришь, Шон, — вслух высказала свое наблюдение девушка. — Кажется, он тебе дорог, но я не понимаю, почему вы оба ведете себя как… как соперники.

«Потому что так и есть», — с горечью подумал он, в тоже время дивясь проницательности Даниэль. С первого взгляда она показалась ему абсолютно простой, обыкновенной, но в ней, как теперь понял мужчина, сокрыто многое.

— Ты ошибаешься, — Охотник тщательно контролировал свой голос, выражение лица. — Ошибаешься, — для чего-то снова повторил он. Может, это было попыткой убедить себя.

Шон ожидал, что Дэнни начнет возражать, спорить, но она лишь в слабой улыбке приподняла уголки губ, качая головой. «Сам поймешь все, когда придет время», — подумала она. Девушка собралась ответить ему вслух, но тут раздался тихий стон — лежащий на земле Мэтт пошевелился. Он лежал к ним спиной, поэтому Шон и Даниэль не видели, как брюнет разлепил глаза, моргая. Его туманному взору предстало заброшенное кладбище Роудхелла; в голове яркой вспышкой пронеся фрагмент, как они с Шоном раскапывали здесь могилу Джона Ридтса. «Озеро «Атра»», — догадался он, слыша в ушах странный звон. Мэтт ощущал, как в голове пульсировала дикая боль, остро нарастающая с каждой секундой, — это было отвратительное чувство. Он попытался пошевелиться, но что-то тяжело сдавливало его грудь и никак не давало развести ноги. «Веревка». Сзади послышался какой-то звук очень похожий на кашель и мужчина медленно и с трудом перевернулся на другой бок, приспосабливаясь к веревке, туго обвивающей его туловище. В нескольких шагах от брюнета стоял названный выше Шон и темноволосая девушка с распущенными волосами. «Это она разбила о мою голову бутылку!», — вспомнил Мэтт и плотно поджал губы.

— Я смотрю, ты любитель иронии, — прокашлявшись, немного хриплым голосом пробормотал Охотник, намекая, что именно в этом месте они раздобыли стрелы. Вдвоем. — Я хочу поговорить.

13

15 июня. Девид

Каждую пятницу персонал «Vamped Club» сдвигал столики к дальним стенам зала, открывая посередине небольшое место для танцплощадки — и эта пятница не стала исключением. По вечерам в клубе собирались заядлые любители развлечений: среди них были как и обычные люди, так и разная нечисть, о чем большая часть обычных даже не подозревала. Трудовая неделя подошла к концу, — для кого-то она была особенно тяжелой, — впереди ожидалось целых два дня выходных, и горожане Роудхелла желали провести их с пользой, ни в чем себе не отказывая.

Девид Вилиам Вебстер, пьяный в дребезги, отчаянно пробирался сквозь толпу танцующих, в предчувствии чего-то нехорошего. Внутри него образовался неприятный жалящий кожу зуд, грозящий обернуться чем-то большим — это постепенно выходила из-под контроля его новоприобретенная магическая сила. Девид до конца не знал, как ею пользоваться, и только за эту неделю подобное случалось уже трижды, причем второй раз кончился не самым приятным образом: Вебстер спалил полполя Роудхелла и убил девушку, точнее, вампиршу. Шок долгое время продолжал держать его своими цепкими руками, парень был сам не свой — прихватив единственного настоящего друга, он отправился сюда, в надежде, как и все собравшиеся, забыться и расслабиться. До этого момента все шло прекрасно, но что-то обязательно должно было его испортить — таков закон жизни.

Кто-то толкнул его локтем и Девид споткнулся, ударившись лицом о чью-то крепкую спину. К нему развернулся крупный парень, пронзая гневным взглядом.

— Эй, смотри, куда прешь! — прошипел он сквозь шум ритмичной музыки, сжимая правую руку в кулак. Накаченный алкоголем, он готов был стукнуть его, если блондин даст хоть малейший повод; Габриэль уже давно не участвовал в хороших драках, а именно они являлись его способом выпускать копившиеся внутри напряжение и злость.

Но Вебстер, словно ощутив это на подсознательном уровне, лишь кивнул, дрожащим голосом пробормотав невнятные извинения — парень напомнил ему качков из школьной футбольной команды, которых он всегда остерегался. И только отойдя на значительное расстояние, он вдруг разозлился, вспоминая свою сбивчивую речь, выдававшую его страх. «С чего я должен унижаться перед этим придурком?» — подумал блондин. — «Я умею делать то, что ему даже не снилось!». В какой-то момент он готов был вернуться, но, с трудом добравшись до своей цели, решил простить несчастного паренька. Преодолев последнее препятствие, — парочку, чей танец был скорее похож на незатейливые обжимания, — он телом навалился на дверь, краем глаза заметив длинную очередь в женский туалет, и, чуть не упав, неуклюже залетел в помещение. Здесь никого не было, что очень обрадовало Вебстера.

Внутри него уже бушевала магия, увеличивая свою мощь и пламенем расходясь по телу, — Девид не мог контролировать это. Оперевшись руками о раковину, он склонил голову, пытаясь выровнять дыхание.

«Главное — сохранять спокойствие, — мысленно повторял блондин, в то время как внутри него горел бесшумный огонь. — Ты должен быть спокоен».

Жар перешел на лицо, и он на полную мощность открыл кран и, подставив ладони, с усердием принялся обливать кожу холодной водой.

Вебстер откуда-то знал, что стоит ему сейчас потерять контроль, и всё пойдем прахом — всё.

Вода немного облегчила его муку, но это ненадолго, огонь продолжал душить его.

Он поднял глаза к зеркалу, внимательно рассматривая свое отражение: растрепанные темные волосы, залегшие под глазами круги и слишком бледная кожа. Несмотря на это, внешний вид и вполовину сейчас не мог передать его внутреннего состояния, его чувств.

«Я должен что-то сделать!» — скривившись в болезненной гримасе, он с сожалением вспомнил, что рюкзак со всеми нужными приспособлениями оставил дома на письменном столе. — «Ничего, я справлюсь и без этого… Я все помню».

Упав на колени, Девид стал судорожно шарить в кармане, ища маленький кусочек мела. Наконец пальцами нащупав его среди жвачки и ключей от машины, он внезапно согнулся пополам от новой вспышки боли, когда со скрипом распахнулась наружная дверь.

— Девид! — в туалет забежал симпатичный молодой парень, всем своим видом излучая растерянность и беспокойство. — Что с тобой? Ты сильно перебрал.

Он подбежал к другу и, наклонившись, потянулся к нему рукой, но Вебстер резко оттолкнул его, не позволяя до себя дотронуться.

— Уйди, Итон, — пробурчал парень, поднимаясь на колени. Мелок до сих пор лежал в его руке, крепко зажатый между пальцами. — Пожалуйста, уйди.

В ответ Итон непонимающе посмотрел на него, пытаясь разобраться с тем, что делал его друг: наклонившись, он начал рисовать на полу какие-то линии, но надавил на мел слишком сильно и тот разломался на две части.

— Черт! — выругался Девид, собирая пальцами рассыпавшиеся остатки мела, которые остались от его первой половинки. — Да что же сегодня за день?!

Внезапно он скрючился из-за еще одной волны боли, щекой прижавшись к грязному холодному полу. Жар становился невыносимым.

— Ты пьян, — сказал другой парень, и, снова протянув к нему руку, добивал успокаивающим голосом: — Пойдем. Я помогу тебе, Девид.

Вебстер, наконец осознав, что не состоянии справится самостоятельно, резко схватил брюнета за кисть, вкладывая в его раскрытую ладонь остаток мела.

— Ты действительно готов помочь мне? — спросил Девид, и даже Итон, не зная замысла друга, смог уловить в его словах гораздо большее, чем могло показаться с первого раза. Мгновение колебавшись, парень кивнул, и Вебстер, потянув вниз, усадил его рядом с собой.

— Ты перебрал, Девид, и мы… — начал Итон, но блондин перебил его, став нервно раскачиваться.

— Я должен знать, как пользоваться тем, что приобрел. Понимаешь? — он запнулся, когда его лицо исказилось болезненной гримасой. — Ты можешь довериться мне? Пожалуйста, Итон! Мне так нужна твоя поддержка. Сделаешь то, о чем я попрошу?

Вебстер замолчал, ожидая ответа. Он готов был закричать, если потребуется. Огонь уже почти начал пожирать его. «Боже, здесь все может сгореть», — с ужасом осознал он, но в действительности беспокоила его лишь собственная жизнь. И жизнь Итона.

— О'кей, — тяжело выдохнув, парень наконец согласился — он еще не понимал, чего от него хотел друг. Он лишь знал, что тот пьян и нуждается в помощи. Его помощи.

— Начерти круг, — почти приказным тоном потребовал Девид, чувствуя подступающую панику, и добавил, смягчившись: — Пожалуйста.

Бросив на него косой взгляд, Итон уже через минуту справился с рисунком, прислушиваясь к блондину, советовавшему ему чертить круг побольше. Линии получились толстыми и неровными, так как парень тоже пил вместе с Вебстером, хотя его порции были значительно меньше, но Девиду сейчас сошло бы все что угодно.

— У тебя есть нож? — спросил он, поднимая на него глаза. Он руками схватился за живот, пытаясь сдерживать тошноту, в то время как в его голове уже крутились слова заклинания призыва. — Нужна твоя кровь.

— Что? — Итон пораженно уставился на него, пытаясь осмыслить услышанное. «Боже, да что он затеял?» — подумал парень, насторожившись.

— Всего несколько капель, — примирительно начал Вебстер, но, видя непреклонное выражение лица друга, плюнул, решив, что обойдется и без этого. Девид подполз к началу круга, не зная, с какой с какой стороны без притягивающего объекта, такого как кровь, могла появиться Фомор. В какой-то момент ему даже стало все равно, главной целью было вызвать демона — он должен немедленно с ней поговорить.

— Sanguine humano obsecro Fomorians demon. You» re implere vellem vicissim accipias puellae anima, — повысив голос, прошептал подросток последнюю часть текста, ожидая когда грязная комната начнет пропитываться запахом земли и соли. Ничего не произошло. Он снова и снова повторял слова заклинания, снова и снова, но все было напрасно. В какой-то момент ему даже показалось, что воздух в центре круга почернел, образуя знакомое облако тумана, но это была лишь игра его воображения. Девид отчаялся. Упав лицом вперед, он почувствовал, как по щекам потекли первые слезы.

Итон Пирс, пораженный, стоял в стороне, страшась подходить к Вебстеру или даже просто заговорить с ним. Он боялся, что его друг сошел с ума.

Фомор. Где-то в Подземельях Ада

Наслаждаясь увиденным, демон провел рукой со звериными когтями по шару, слегка оцарапав его поверхность, в котором только что стояло яркое изображение людской реальности. Фомор частенько подглядывал за своими подопечными, а его последней целью стал Девид Вебстер. Парень был смешон, хотя и с большим потенциалом, что добавляло огня и забавляло его еще больше. Демон мог откликнуться на его просьбу прямо сейчас, но, как бы ни желал он покинуть Преисподнюю, дабы поразвлечься в человеческом мире, ему нравилось наблюдать за муками Вебстера и отсюда, гадая, какой фокус парень может выкинуть в следующий раз. В борьбе с вампиршей у «Кровавого парка» чудного города Роудхелла он уже получил несколько очков — это было достойное зрелище.

Удовлетворено вздохнув, Фомор поднялся со стула, потягиваясь, и подошел к шкафу, в котором хранил все свои самые ценные вещи. Произнося короткое заклинание-ключ на латинском, чтобы отпереть магический замок, он открыл дверцы, пальцами пробегаясь по стеклянным колбочкам. Внутри каждой заколдованной склянки, стоящей на третьей полки левого отделения, были заперты души, принесенные в уплату долгов за различные услуги и желания — многие из них, самые ценные, хранились уже века. Одни были лучше и стоили дороже, другие хуже. Остановив свой выбор на самой последней, которая принадлежала Лое Каролине Чарльз, как гласило наклеенное обозначение с точной датой, потому что начальство в этом вопросе требовало особой пунктуальности, Фомор подхватил колбу и, внезапно почуяв приближение кого-то мощного, бережно положил ее в карман.

Прежде чем открылась дверь, его тело объяло облако черного дыма, преобразуя новый силуэт, — несколько секунд и это уже был статный мужчина в дорогом сером костюме. Тем же заклинанием заперев шкаф, он сел на место, пряча белый шар в столе. Это вещь в Подземельях стоила очень дорого, и демон, даже с такой блестящей репутацией, не мог позволить ее себе на постоянной основе. В особых случаях он брал шар в пользование у знакомой демоницы, через несколько дней расплачиваясь одной чистой душой.

Дверь распахнулась, и Фомор, резко выпрямившись, пытался удержать на лице маску спокойствия и безразличия.

— Иммэнуэл, — позвал он вежливым голосом, про себя чертыхаясь. В комнату вошел крупный мужчина в костюме, наподобие его собственного, уверенной походкой двигаясь к столу. — Чем могу быть полезен?

«Зачем этот гад пришел сюда?» — демон улыбнулся, позволив появиться из воздуху красному креслу с обивкой. — «Я ведь уже все оплатил!».

— Здравствуй, Требониан, — мужчина сел в кресло и, устроившись поудобней, отряхнул рукава костюма, будто они в этом нуждались. — Я здесь по поручению Вельзевула. Он хочет тебя видеть.

Вельзевул — один из князей Ада, лично назначенный прихвостнем Люцифера следить за порядками в Верхнем Подземелье, граничащем с демонскими лабораториями и комнатами для различных исследований. В основном этот демон отвечал за отчеты по душам, которые каждый месяц предоставлялись начальнику, передаваясь от одного к другому, пока не доходили до самого главного — Люцифера или его правой руки. Так же к списку его обязанностей относились и другие вещи рабочего порядка, в особенности касающиеся продажи и приобретению лучшего магического товара. Этот демон был хорошо проинформирован во всем.

— Вельзевул? — переспросил Фомор, облизнув внезапно пересохшие губы. Это стало для него плохой новостью, ибо такие разговоры сулили одни неприятности: князь Верхних Подземелий был скуп, и случаи, когда он гладил по головке кого-то из подчиненных за их достижения, случались крайне редко. И, как назло, именно в эти последние два месяца демон вряд ли мог похвастаться хорошей службой. — По какому же поводу?

— Ты все знаешь, — Иммэнуэл положил ногу на ногу, откидываясь на мягкую спинку кресла — гад выглядел чертовски самодовольно. — В этом месяце твои показатели сильно упали, Зорион ушел вперед тебя. А души, выплаченные тобой, стали более порчеными, Ниан. Либо ты оставляешь себе лучшие, — демон наклонился вперед, одаривая Фомора тяжелым взглядом черных глаз без зрачка, — либо стал хуже работать. Пора задуматься и исправлять ситуацию, иначе мы будем вынуждены забрать у тебя твою плату и понизить в должности.

Демон, возмущенный, вскочил со стула, с грохотом опрокинув его на пол.

— Да что ты несешь! Я пашу, как проклятый, что собственно так и есть, а ты говоришь мне, что я делаю недостаточно? — он собирался продолжить свою пламенную речь, чувствуя себя несправедливо обманутым, — начальству всегда подавай все самое лучшее! — но Иммэнуэл перебил его:

— Сходи к Вельзевулу и принеси ему что-нибудь стоящее, — оставаясь невозмутимым, он неопределенным жестом пожал плечами, поднимаясь со своего места: — может, он даже пересмотрит свое решение. Ничем более не могу помочь.

Фомор успокаивался, приводя в порядок дыхание, пока другой демон, развернувшись к нему спиной, шагал к двери.

— Так когда я должен зайти к нему? — спросил он, наконец опомнившись. «Я что-нибудь придумаю. К этому моменту обязательно что-нибудь придумаю».

— Он будет ждать тебя через семьдесят два часа, то есть, три дня, если мерить по людским меркам, в своем кабинете, — ответил мужчина, бросив хладнокровный последний взгляд на Ниана, прежде чем удалиться. — Не хворай, Требониан.

Прошло лишь несколько секунд после его ухода, как демон, обозлившись, стукнул кулаком по столу, сметая бумаги с его поверхности на пол. Усевшись на стул, он нащупал лежащую в кармане колбу, вспомнив, что до сих пор так и не заплатил Тэссе. За услугу ей, как и всегда, была нужна чистая душа. А что же такое «чистая душа»? Для демонов это определялось чем-то одним, в больше степени завися от силы и выдержки духа, что только набивало душе цену, для людей же совсем другим. Но самое главное — внутренний свет.

Дух Лои, освобожденный от заточения, сверкал, сиял и переливался. Решив, что эта душа стоит гораздо дороже и в будущем еще может ему пригодиться, он быстро поменял ее на более простую, но не менее качественную, принадлежащую Аларику Фредерику Вильямсону, и чуть ли не выбежал из своего кабинета, направляясь к «милейшей» демонице по имени Тэсса.

14

ГРЕШНИК

Я грешен… и не раскаиваюсь в этом…

Мои грехи не каждому понять….

И никому я не давал обета,

Чтобы потом меня в нем упрекать…

Жесток и властен — с этим не поспорить..

Таков уж я и есть на самом деле.

Но тот, кто в этой жизни что-то стоит

Таким и станет, ради своей цели…

Я тоже был ребенком и мечтал

О лучшей жизни, о крыльях, как у птицы……

Но тем человеком, что я стал

На вряд ли можно было бы гордиться.

Я больше не стремлюсь к счастливой жизни,

Я не имею права верить больше.

Я просто существую… но а в мыслях

Я просто остаюсь ребенком дольше…

Нет! Я не замаливать грехи пришел…

И вовсе не успокоения ищу…

Я просто тот, кто в жизни не нашел

Ту женщину, которой всё прощу….

(Lyna)

15 июня. Даниэль, Мэтт и Шон

Ночь опускалась над озером «Атра», добавляя таинственной атмосфере еще более устрашающий вид. Луна была скрыта толстым слоем облаков, что создавало почти полную светонепроницаемость — еще несколько часов и здесь будет царить сплошная мертвая чернота, и чем ближе вы окажитесь непосредственно к водам самого озера, тем плотнее она будет казаться. Мало кто из коренных жителей Роудхелла, хорошо осведомленный его мистической жизнью, имел достаточно храбрости появляться здесь в темное время суток; в определенной степени это даже стало своеобразным правилом — правилом выживания. Но, как известно, на каждое правило найдется свое исключение и всегда будут те, кто, даже того не ведая, его нарушает.

В нескольких метрах от «Атры» зажегся узкий луч света, а следом за ним еще один. В непроглядной темноте свет от двух карманных фонарей казался резким и ярким, рушащим идиллию ночи и спокойствия. Гробового спокойствия, надо сказать.

Дэнни, держа в руке фонарик, прищурилась, пристальным взглядом обводя гладь озера, — кажется, вдали над водой показалось что-то темное и довольно большое; вздрогнув, она резко развернулась, став быстрыми шагами подниматься вверх по склону. «Это просто мое воображение», — повторяла про себя Даниэль, свободной рукой растирая выступившие на коже мурашки и заставляя себя не дрожать. — «Все в порядке». Прежде чем «отослать» девушку, Шон, надеясь поговорить с Мэттом без свидетелей, настоятельно не рекомендовал ей подходить слишком близко к воде. Но за бурным спором все его опасения по поводу мавок были уже давно развеяны; ночь обещала пройти без сюрпризов.

До нее долетели обрывки разговора на повышенных тонах, когда она осторожно направлялась к брошенному бьюику, решив переждать внутри салона. Это странное место по-настоящему начинало пугать ее.

— Я ни под каким предлогом не стану развязывать тебя. Даже не мечтай, приятель! — рядом с автомобилем вырисовывался неясный силуэт Шона, и девушка, бесшумно подойдя ближе, направила свет в его сторону. Резко развернувшись, он заморгал, механическим движением потянувшись к поясу. Но, увидев стоящую перед ним Дэнни, внезапно приподнял уголки губ в едва заметной усмешке, видимо, обращаясь к каким-то собственным мыслям.

Луч от его собственного фонаря был направлен на Даниэль, давая сидящему на земле Мэтту хорошенько рассмотреть ее. Опытному глазу Охотника потребовались секунды на оценку: стройная, привлекательная девушка, но… она была человеком. Не более. Нахмурившись, брюнет еще раз внимательно оглядел ее с ног до головы, так и не выявив ничего необычного. «Разве только повязка на шее», — наконец заключил он, после нескольких мгновений сомнений. — «Так какого черта я принял ее за одну за одну из наших, за Отступника?!». Мужчине было невдомек, насколько сильно злость и ярость способны ослеплять человека: чувствуя себя разгневанным, обиженным и преданным, он не смог распознать очевидной истины — Даниэль простая девушка. Часто люди видят то, во что хотят верить и то, что окажется для них наиболее простым и выгодным. Но реальность этого не прощает — либо ты принимаешь все, как есть, либо страдаешь еще больше.

Мужчина ощутил, как в груди разрастается неприятное чувство: он ошибся, допустил самую глупую и, возможно, страшную ошибку. А что если бы по его вине эта девушка пострадала?! Но чтобы сейчас он не думал, какую вину бы не испытывал, ничего из вышеперечисленного не отменяло предательства Шона Бретфорста.

— И что же там ничего не чавкает? — язвительно спросил Мэтт, чтобы скрыть свое внутреннее беспокойство, и неопределенно кивнул головой в сторону «Атры», откуда только что поднялась девушка. — Никаких мавок?

Саркастически хмыкнув, Шон резко перенаправил луч от фонаря, намеренно ослепляя этим Мэтта. Тот зажмурился, скривившись.

— Дохлый номер, Мэтью. Я…

— Развяжи его, Шон, — неожиданно подала голос Даниэль, продолжая растирать ладонью замерзшие плечи; несмотря на самый разгар летней жары, ночь на «Атре» становилась все холоднее и холоднее — создавалось такое впечатление, будто место имело свой собственный климат, противоречащий всему остальному в городе. Это была словно целая отдельная вселенная.

— Ты издеваешься надо мной? Вы оба? — внезапно вспылив, мужчина повернулся к ней, плотно поджав губы. Долготерпением он явно не отличался. — Потому что я ни черта не понимаю!

Откровенно говоря, Даниэль сама не понимала причины своих слов, особенно учитывая их не самое приятное знакомство с Охотником; скорее, это был лишь поток различный ощущений, который она неумело преобразовала в слова. И самое важное — Дэнни знала, что отсюда нужно убираться. «Что-то в этом месте не так».

— Просто сделай это сейчас, — неуверенно предложила она, после нескольких секунд раздумий, не зная, как мужчина может отреагировать. «А не пошлет ли он меня?» — пронеслось в голове, почти заставив ее улыбнуться. — Давайте скорее уйдем!

Если Шон посмотрел на нее с нескрываемым недовольством, то Мэтт с удивлением и… оттенком какой-то особой благодарности, да. Девушка поддержала его. Отступник начал что-то говорить, но блондин, снова ослепив его ярким светом фонарика, поднял руку, жестом прося обоих замолчать.

— Может быть, ты еще скажешь, что… — начал он и внезапно, нахмурившись, затих, так же начиная ощущать отголосок чего-то странного. Чувство это было не разборчивым, трудно определимым, идущим откуда-то глубоко изнутри и яростно зудя на задворках сознания — эта способность с ранних начинаний тогда еще не опытного Охотника не раз спасала его жизнь. Кто-то бы, возможно, назвал это хорошо развитой интуицией, а у Охотников имелось свое определение — «Удача». О большем им и мечтать было нельзя.

«Опасность», — тут же догадался Шон, насторожившись, но было уже слишком поздно: в следующий миг мощный поток энергии, тянувшийся через все озеро, ударил точно в троих людей. Еще через секунду неведомую силу ощутили все: Даниэль и Шон резко, словно по команде, упали на колени, с силой зажимая руками уши, — по заброшенному кладбищу разлетелась необычайно громкая манящая мелодия. На несколько секунд звуки внезапно оборвались, давая им мгновение, чтобы опомниться.

— Черт возьми, Шон, развяжи меня! — в панике во всю силу легких воскликнул Мэтт, понимая, что времени на игры у них больше нет. Он, лежа на земле, задергался всем телом, испробовав жалкую попытку освободиться. — Ты знаешь, надолго меня не хватит!

Не успел он договорить, как чудесная музыка зазвучала вновь — голодные мавки ожили. Если у Отступников имелся природный иммунитет, выработанный еще их предками, на воздействие нечисти, который позволял им выигрывать лишние минуты, то бедная Даниэль, будучи человеком, была лишена даже этой маленькой привилегии. Ее глаза расширились, тело замерло, а затем на губы наползла глупая, бессмысленная улыбка.

Шон, растерявшись, что не подобает истинному Охотнику, одной рукой продолжал зажимать ухо, в то время как другой — усердно рыскал по карманам джинсов, пытаясь отыскать припрятанные на экстренный случай затычки.

— Твою мать, Шон! — Мэтт наконец смог встать на ноги, неуклюже раскачиваясь из стороны в сторону из-за головной боли и туго обвивающей его туловище веревки. Он почти был готов отдаться пению мавок, мелодичными ритмами разносящемуся по воздуху и содрогающему землю вокруг. Но приобретенные инстинкты вопили, не давая ему пасть духом, заставляя продолжать борьбу. Тоже самое можно было сказать и о Шоне — он сопротивлялся, как мог, зная, что времени у них все меньше и меньше. У него не осталась выбора, кроме как послушать Мэтта и приложить все силы, чтобы выбраться отсюда живыми. — Быстрее!

«Черт подери!», — то ли вслух, то ли про себя выругался Шон, не найдя затычки для ушей, — пение сирен заглушало все остальные звуки, обволакивая, завораживая, утягивая за собой. Мужчиной вновь завладело невероятное желание отдаться музыке, сделать шаг вперед, еще один… Он резко встряхнул головой, отгоняя наваждение. По телу пробежала мелкая дрожь — блондин почувствовал, как дьявольская музыка, проникая в голову, пыталась подчинить его своей воле, чтобы заставить с блаженной улыбкой на лице идти на смерть.

Услышав рядом хруст сухих веток, ломающихся под тяжесть чьих-то шагов, блондин резко вскинул голову — Дэнни, будто не различая ничего вокруг, стремительно, но осторожно спускалась вниз по склону, к озеру, где у самого берега мерзкие мавки уже поджидали свою жертву, — до воды оставалось несколько метров. И русалки заберут девушку.

Перед ним предстал выбор, зародивший в его груди странную волну паники: остаться и помочь Мэтью или же броситься вдогонку за Даниэль? Времени на раздумья не было и, поддавшись неведомому порыву, он тяжело выдохнул, отработанным движением кидая нож и ключи точно рядом с Мэттом.

— Затычки ищи в бардачке, а веревку в багажнике! — напоследок крикнул Охотник, широкими шагами сбегая вниз по склону. «Он справится», — подумал Шон, искренне на это надеясь; в следующий момент из его головы вылетели все мысли, Отступник полностью переключился на поджидающую впереди опасность.

Даниэль чуть было не споткнулась на маленьком камушке, давая мужчине секунды, чтобы разглядеть в воде у берега черную тушу. «Мавка», — с уверенностью определил он, даже не нуждаясь в том, чтобы взглянуть на расплывчатый силуэт еще раз. Чем ниже по склону блондин спускался, тем громче и опаснее становилась музыка — контролировать себя становилось все сложней и сложней. Он уже оказался на ровной поверхности, своим быстрым бегом разметая песок у берега в стороны, когда Даниэль наконец зашла в воду. Выжимая из себя последние силы для броска, он видел, как русалка схватила ее за плечо своей почерневшей когтистой рукой.

Один взгляд на эту руку неожиданным образом дал Дэнни опомниться — она так было похожа на обгоревшую кожу Линди. Страх. Побороть пение ей помог страх. Моргая, девушка чувствовала, как что-то большое тянет ее за собой вниз, ко дну. Начав упираться, она смогла сфокусировать взгляд на морде перед собой: большая пасть, из которой в несколько рядов торчали зубы, бездонные темные глаза, сморщенная серо-черная кожа. Закричав от ужаса, Даниэль стала вырываться в разы усерднее; она панически обернулась назад, кулаком свободной руки ударяя чудовище по голове, — Шон зашел следом за ней в воду, держа в руке нож.

— Шон! — срывающимся голосом закричала Дэнни, продолжая вырываться. Сирена рядом зашипела на нее, погрузившись уже по пояс в воду. Девушка почувствовала на коже острые зубы и задергала в воде ногами, ударяя мавку во впавшее пузо. — Шон! — повторился режущий по ушам крик.

Мужчина, прежде чем начав свободно перемещаться в воде, несколько раз оглядел пространство вокруг себя, судорожно сжимая в ладони нож. Не увидев никаких признаком мавок помимо той, что тащила Даниэль, он стал двигаться гораздо быстрее.

Даниэль, безоружная, никак не могла сопротивляться чудовищной силе, тащившей ее все глубже, — а чудесное пение русалок продолжалось. В последний момент, когда она с головой уходила под воду, набрав полные легкие воздуха, музыка снова околдовала ее — девушка перестала сопротивляться, улыбнулась и протянула кровоточащую из-за острых зубов руку к сирене.

Доплыв до Дэнни и утягивающей ее в воду русалки, блондин потянулся вперед, почти полностью погружаясь в воду, и резким движением схватил девушку за раненое плечо — дикая боль молнией прожгла ей руку, помогая придти в себя, прочищая разум. Осознав происходящее, Даниэль широко раскрыла глаза; к горлу подступил крик, готовый вырваться наружу. Она увидела, как Шон пронзает тварь ножом и та вздрагивает, истошно завопив. Это придает ей сил бороться, поселяет в груди надежду, и девушка, кое-как прицелившись, вновь бьет мавку в живот — удар, еще один новый удар ножом, еще и еще и еще…

Над озером разноситься дикий вопль, призывающий крик помощи сирены, и, последний раз погрузив когти в руку Даниэль, расцарапав нежную кожу, русалка отплывает и поспешно погружается ко дну, зажимая лапами ушибленные и порезанные места. Глубина озера защитит ее и поможет восстановиться. Но мелодия становится только громче — другие мавки были на подходе; они выплывали из своих укрытий, прокладывая путь к возможным жертвам.

Задыхаясь, Дэнни вцепилась в Охотника, то и дело морщась от боли. Из раны стекала кровь, окрашивая мутную воду в грязно-розовый цвет, и дело было не только в разодранной руке девушки — повязка на плече Шона пропиталась тем же грязным цветом. Кажется, разошлись швы, по крайней мере, болезненные ощущения, пронзающие плечо, говорили именно об этом.

— Уходим, — немного хрипло пробормотал мужчина, изучающим взглядом обводя воды озера; в одной руке он продолжал зажимать нож, не решаясь убирать его в ножны, другой — обвил Даниэль за талию, толчками прокладывая им путь к песчаному берегу, к безопасности. — Тварь пригласила на вечеринку новых друзей.

Это заставила Дэнни обернуться, продолжая так же сильно цепляться за Шона, как за единственную опору во всем мире. Пробежавшись глазами по «Атре», она заметила две огромные туши русалок, плывущие к ним, и еще одну вдалеке — она намеренно держалась на расстоянии, без опаски продолжая напевать свои песни. С каждой нотой мелодия нарастала, становилась все громче и тяжелей, почти лишая слушателей воли.

— Господи, — выдохнула девушка, в то время как глаза стали застилась слезы, не позволяя ей увидеть страшных тварей, словно только так они могли исчезнуть. Это была ложь, приятная соблазнительная ложь. — Шон, что делать? Я… я, кажется, снова теряю контроль.

— Просто уплывай, Дэнни, — Охотник подтолкнул девушку вперед, отцепляя от себя ее руки. — Мэтт будет ждать тебя наверху, ему ты можешь верить.

Он сказал это, не задумываясь. Конечно, была возможность, что Мэтью освободился, забрал машину и уже уехал далеко отсюда, но, как бы Охотники не привыкли рассчитывать только на себя, Шон знал, что это не так. «Мэтт бы такого не сделал», — подумал он, чувствуя внезапную горечь, и, чтобы избавится от нее, плотнее обхватил рукоять ножа, как напоминание о том, кто он такой.

— Но, Шон… я не могу тебя оставить, — промямлила Даниэль, вцепившись ладонью здоровой руки в больную — боль притупляла музыку, к тому же нужно было как-то остановить кровь.

— Уплывай, быстро! — повторил Шон тоном, не терпящим возражений, и отвернулся от нее, почти с ужасом осознав, что мавок больше не видно, — чудовища прячутся где-то в воде, выжидая подходящего момента. — Быстрее, Даниэль!

— Я… я… — девушка не двигалась с места, нервно качая головой. С одной стороны — она дико желала бросить все и доплыть до этого чертового берега, но с другой…. Разве могла она вот так бросить Шона, своего спасителя, одного?

Дэнни потянулась вперед, чтобы схватить его за руку и силой, каким бы бессмысленным это не оказалось, потянуть к берегу, только Охотник стоял слишком далеко, чтобы до него дотронуться. Она попыталась сделать шаг вперед, но нога за что-то зацепилась. Даниэль сделала вторую попытку, когда внезапно ощутила, как что-то острое царапает кожу; она неожиданно завопила, инстинктивно со всей силы дернув ногой вперед. Удар пришелся точно в морду одной из мавок, которая, оглушенная, тут же пошла ко дну. Шон поспешил к девушке, но, почувствовав сзади движение и услышав всплески воды, бросился в сторону, тоже уходя под воду. Он выплыл в паре метров левее, чересчур расширенными глазами обводя озеро на наличие опасности. Даниэль была уже возле берега, и он, не думая больше ни о чем, направился к ней. Мужчина положил руку на пояс, желая достать свой нож, но ножны оказались пустыми. Выругавшись, он ускорил движение, когда что-то большое навалилось на него сверху, опрокидывая его лицом в воду. Шон, не растерявшись, спихнул с себя тушу, отплывая назад.

— Шон! — услышал он крик девушки, но не смел обернуться. Тварь сначала было поплыла вслед за ним, а затем внезапно скрылась в мутной воде. Снова выругавшись, Охотник увеличил скорость движений, выжимая из себя последние силы; кровь стучала в ушах, холодная вода пробирала до костей. Обернувшись и удостоверившись, что сзади нет никакого монстра, он продолжил движение. Пение, звучащее из пасти сирен, в какой-то момент стало просто посторонним шумом — мужчина определенно имел стойкий парапсихический иммунитет против воздействия нечисти, чего нельзя было сказать о его спутнице…

Ожидая прибытия Шона, Даниэль в одиночестве стояла на песочном берегу, трясясь от внутреннего холода, цепкими пальцами сковавшего ее сердце. Она, обхватив себя руками, находилась в безопасности на твердой земле, но… так ли это было на самом деле? Нежная мелодия была такой прекрасной, она манила, давая сладкие обещания успокоения, избавления от всех ужасов этого мира…

Вода доставала Шону уже до пояса, когда он, подняв глаза вверх, увидел, как Даниэль спускается обратно к озеру. Ее движения были стянутыми и резкими, лицо пустое, не выражающее никаких эмоций. Она практически перешла на бег, словно боялась, что кто-то может ее остановить — но это не она боялась, боялись мерзкие мавки.

Охотник стал кричать, звать ее по имени, но девушка не откликалась, даже не взглянула в его сторону — она просто продолжала двигаться вперед, все больше и больше погружаясь в «Атру».

Шон, уже твердо доставая ногами до дна, попытался двигаться еще быстрее, изменив свое направление, чтобы поспешить вытащить Дэнни, но вода и прилипшая к телу одежда изрядно мешали ему это сделать. Он мог наблюдать, как две мавки, высунув из воды огромные головы, со стремительной скоростью подплыли к Даниэль, держась правой стороны, той, где озеро «Атра» было глубже всего. Отступник почувствовал страх — страх не за себя, но за эту девушку. Не имея при себе никакого оружия, он был готов броситься в бой.

Одна из сирен, нежно беря Дэнни за расцарапанную руку и ноздрями вдыхая запах ее крови, неожиданно подняла голову, бросая на Шона взгляд бездонных, как сама Смерть, черных глаз. Потрескавшиеся губы скривились в подобии мерзкой ухмылки, открывая ряд передних острых зубов — эта победная улыбка предназначалась именно ему.

Почувствовав сзади всплески воды, он вздрогнул, но не остановился, продолжая двигаться к Даниэль. Еще одна тварь плыла за ним — мавки не собирались сегодня отпускать своих жертв, по крайней мере, так просто.

Думая, что вряд ли кому-то из них сегодня предстоит спастись, Шон не собирался сдаваться, облегчая монстрам, загнавшим их в угол, работу. Одна из русалок уже буквально дышала ему в спину, когда внезапно озеро осветило два ярких резких луча света, выставляя все его уродство напоказ. Прищурившись, но не замедляя движения ни на секунду, Охотник смог разглядеть на берегу четкий силуэт.

— Пригнись! — закричал знакомый голос, и он, даже не успев подумать, сделал то, что ему было сказано. Опустившись в воду, мужчина ощутил, как чьи-то руки потянулись к нему, почти схватив за мокрую рубашку, когда внезапно раздалась череда оглушающих выстрелов, — туша, преследовавшая Шона, задергалась, большие пальцы с острыми когтями на концах сжимались и разжимались, продолжая пытаться достать его. Но было слишком поздно — мавка, истекая кровью, с ужасающей покорностью пошла ко дну; на груде зияло несколько открытых ран, но больше всего пострадала голова, которую сирена так и успела спрятать в воде.

Насчитав примерно три выстрела, Шон выплыл на поверхность возле Даниэль, хватая ее за руки и прижимая к себе, — оглушенные мавки пока не представляли собой угрозы. Но это только пока. Покрепче обхватив Дэнни, он стал тянуть ее к берегу, но девушка изо всех сил сопротивлялась и отбивалась, пытаясь вырываться из его крепкой хватки. Заглянув ей в лицо, Шон увидел затуманившийся отсутствующий взгляд — и пускай сирены прекратили пение, она все еще была под их чарами, все еже желала дотронуться до этих мерзких созданий.

— Я вас прикрою! — крикнул Мэтт откуда-то сзади, твердо сжимая в руках оружие и целясь. У него было много опыта владения такими игрушками.

Шон, держа в руках Даниэль, уже почти добрался до берега, осталось совсем немного, и они будут спасены. И хотя девушка продолжала вырываться, потеряв над собой контроль, — это не очень-то затрудняло задачу Охотнику — уж слишком она была беспомощна в своем навязанном магией желании.

Мавки, наконец опешив после оглушительный стрельбы, — а оружие было для них, потерянных жителей озера, вещью неизвестной, — озверели еще больше, твердо намериваясь достать этих жалких людишек. Но, на счастье этих самых людишек, спасающих свои жизни, желания чудовищ сегодня ночью не учитывались — Мэтт, используя все новоприобретенные умения, усердно отстреливался, не давая тварям подойти слишком близко к Шону и Даниэль. Половина пуль, конечно, была потрачена впустую, не достигнув своей цели, но все же это заставило мавок задуматься, прежде чем бросаться в новую погоню. Дэнни и Шон уже оба, измученные, поднялись на берег, когда русалки, заработав несколько глубоких повреждений и испугавшись, опустились на дно озера, в надежде залечить раны и остановить грязно-алую кровь. Это дало Охотникам и девушке шанс — реальный шанс остаться в живых.

— Веревку, Мэтт! — крикнул блондин, всем телом навалившись на Даниэль, которая извивалась и дергалась под ним, пытаясь скинуть его с себя. Распластавшись по земле, она прижалась щекой к мокрому песку, выгибая руки и заводя их назад, вслепую колотя Отступника по ногам. Девушка так и не смогла придти в себя — сирены поработили ее разум, и неизвестно сколько будет длиться ужасающий эффект от их песен. Либо первые десять-пятнадцать минут вы сопротивляетесь мелодии, увеличивая свои шансы выжить, либо проигрываете, предоставляя подводным тварям делать с вами все, что им заблагорассудиться. Но ни в коем случае не стоит рассчитывать на их милость.

— Ее нет. Я не нашел ее, — пытаясь придать своему голосу спокойствия, ответил Отступник, нервно переминаясь с ноги на ногу возле Шона и извивающейся Дэнни; он хотел помочь ему, но, имея в наличии только одну свободную руку, так как другой — продолжал сжимать пистолет, мог только помешать ему. — Надо уходить, пока есть возможность. Мавкам нужно залечить раны, напитаться из старых запасов, но вряд ли они исчезли надолго.

Было видно, что Мэтт нервничает, и Шон лишь твердо кивнул головой, думая, как бы получше ухватить Даниэль, когда он встанет.

— Открывай машину и заводи мотор, — с усталостью, но в тоже время жестокостью сказал Бредфорст и одним плавным движением поднялся на ноги, обвивая девушку одной рукой за талию, а другой — хватая между бедер. Он резко закинул ее на плечо, не давая времени даже опомниться; послышался писк, словно Даниэль наконец пришла в себя, но затем борьба вновь возобновилась. Встряхнув ее, он быстрыми шагами подошел к машине, которую Мэтт, спустив ее со склона, прикатил прямо к берегу «Атры». Задняя дверь была раскрыта, с сиденья водителя обернулся Мэтт, обводя Шона встревоженным взглядом. Он указал на заднее сиденье и Охотник, приложив немного усилий, закинул Даниэль в салон автомобиля, садясь следом за ней. Кажется, она ударилась головой, но это не помешало ей кинуться к дверце, тем самым почти повалив мужчину. В ответ он резко подался вперед, используя вес своего тела, и опрокинул Дэнни на мягкую обивку сиденья. Она замахнулась, попытавшись поцарапать его, но он, среагировав быстрее, чем можно было ожидать, перехватил ее руки перед самым лицом, заводя их назад.

— Закрывай дверь, и поехали, — процедил сквозь зубы блондин, удерживая девушку в одном положении.

Брюнет, приподнявшись, перегнулся назад и, с трудом дотянувшись рукой до двери, с громким хлопком закрыл ее. Затем он покрепче ухватился за руль, вжал педаль гала, и машина тронулась. Меньше чем через минуту они уже проехали склон, ведущий к озеру, а еще через несколько, проехав старое кладбище, совсем выехали из этого жуткого места. Впереди была пустая дорога, ведущая в старый добрый Роудхелл.

Даниэль, что-то крича, внезапно задергала ногами — ей не нравилось, что они уезжали от «Атры», от мавок, под гипнозом чьих песен она в данный момент находилась. Удар пришелся Шону в живот, и он, застонав, прижал ее ногу коленом, влез на нее, таким образом обездвиживая девушку. На лице ее выражался ужас, мольба и паника, но, заглянув ей в глаза, Отступник увидел пугающую пустоту, безмятежность, за которой скрывалось какое-то дикое желание — это была не Даниэль.

«Нужно ее как-то усмирить» — подумал он, на секунду бросив взгляд на дорогу. До города оставалась около тридцати минут езды, и проблему нужно было решать прямо сейчас.

— Мэтт, нужно ее успокоить, — сказал блондин, поворачивая голову к девушке, когда та снова закричала, испробовав новую попытку вырваться — напрасно, от этого хватка Шона только усилилась. Ему не составляло особо труда держать ее, человеческую девушку, таким образом, но вечность это продолжаться не могло — Что делать?

Мэтт поднял взгляд к зеркалу, где отражался склонивший над сиденьем Шон и дергавшееся под ним тело.

— Я не знаю, — он неопределенно пожал плечами, возвращая свое внимание к пустой дороге и темноте, что ждала их впереди. — Ты же у нас умник, вот и придумай что-нибудь.

Не успел Охотник недовольно фыркнуть в ответ, как Дэнни, проявив неожиданную силу, дернулась вперед, чуть не столкнув его с сиденья. Тогда, тяжело выдохнув, Шон сделал единственное, что пришло ему на тот момент в голову. Он крепко обхватил ладонями лицо Даниэль, сжал пальцы на ее щеках и, продолжая прижимать девушку телом к сиденью автомобиля, склонился к ней, едва прикоснувшись губами в поцелуе. Это подействовало: от неожиданности она заморгала, на секунду замерев. Затем, так как руки освободились, она вцепилась ногтями в плечи Охотника, расцарапывая и без того потревоженную рану. Дэнни с еще большим усердием начала вырываться, и, оторвавшись от нее, чтобы увидеть все еще затуманенный взгляд, Шон вновь приблизил лицо к ней — в этот раз поцелуй был более напористым, жестким. Мужчина даже не заметил, когда одна его рука спустилась к ее талии, когда она под ними наконец замерла и когда ее пальцы стали с нежностью поглаживать оголенную кожу плеч… Осознав это, он резко оторвался от нее и, отшатнувшись, упал на пол машинного салона, удивленно раскрыв рот. Подняв глаза вверх, он встретил такой же ошарашенный взгляд Даниэль, как и у него самого.

— Ты была невменяема, — первым нарушил молчание Отступник, поднимая руки вверх, словно в защитном жесте. — И… — он внезапно замолчал, продолжая пристально всматриваться ей в лицо. «Неужели помогло?»

Не зная даже что пока думать, Дэнни нервно сглотнула, решив никак не комментировать этот момент; она только кивнула, переводя взгляд на его плечо. Нужно было первым делом придти в себя и… сменить тему.

— У тебя кровь идет и твоя повязка… — она потянулась вперед, чуть было не дотронувшись до его плеча, но во время остановилась и откинулась обратно на мягкое сиденье.

— Да, — только и ответил Шон, а затем кивнул на ее собственные руки. — У тебя тоже.

Опустив глаза и увидев на коже глубокие длинные царапины, Даниэль смотрела на них с таким видом, будто до этого даже не осознавала, что ранена. Именно в этот момент и появилась неприятная острая боль, заставившая девушка сморщиться. Некоторые порезы кровоточили, но это было не смертельным; главное — обеззаразить рану.

— В бардачке есть аптечка, — сказал Шон, поспешно поднялся на ноги, и, находясь в полусогнутом положении, перелез на переднее пассажирское сиденье. В этот момент машину тряхнуло, и он скосил недовольный взгляд на Мэтта, который выглядел совершенно спокойным и безучастным. Но кончики губ то и дело подрагивали, словно он силился не улыбнуться.

«И правильно», — подумал блондин, с резким звуком открывая бардачок. — «Иначе я бы ему точно врезал».

Тем временем, вжавшись в сиденье, Даниэль прислушивалась к рокоту двигателя автомобиля, пытаясь тем самым заглушись собственные мысли. В один момент ее начало трясти, и она с силой обхватила себя руками, что вызвало боль, — кровь закапала на светлую футболку, искажая ее истинный цвет. Когда Отступник, протягивая маленькую коробочку, повернулся к ней, она попыталась выдавить из себя улыбку, но губы не слушались. Подбородок затрясся, слезы стали жечь глаза…

15

16 июня. Линди

Каждое субботнее утро площадь «Роузс» наполнялась жителями города и отдыхающими туристами, снующими по торговым лавкам в поисках какой-нибудь новой диковинки. Из растянувшихся вокруг кольцом двухэтажных зданий доносились чарующие запахи свежеиспеченного хлеба, шоколада, цитрусовых фруктов и трав, создавая собой головокружительную атмосферу. Украшением площади служил многоструйный фонтан, землю вокруг которого, по личному приказанию мера, когда-то вложившего в этот проект деньги из собственного кошелька, обложили особой каменной плиткой с цветными узорами. Пробравшись через несколько жилых домов, свернув к магазину тканей и пройдя еще пару узких улочек, вы попадали к большому, более современному торговому центру с недорогими кафе и ресторанами. И все же достоянием города всегда считалась центральная площадь, где все словно дышало стариной и магией. Впрочем, последнее могли заметить далеко не все — гуляющие здесь люди очень часто чувствовали что-то легкое и необыкновенное, но никогда не предавали этому значения; им просто нравилось находится на этой площади.

Сверившись с электронными часами, горящими большими цифрами на украшенной разными мелочами витрине одного из магазинов, молодой мужчина ускорил шаг, пристально всматриваясь в прохожих. Несколько месяцев назад познакомившись на площади «Роузс» с одной очаровательной девушкой, они поддерживали безмолвный договор, продолжая встречаться здесь на выходных хотя бы раз в две-три недели. Конечно, со временем новоиспеченные друзья успели побывать вдвоем и в других местах, пригласить друг друга в свои дома, но выходные они все же старались посвящать именно месту их первой встречи — наверно, сила привычки. А может, им обоим просто нравилось сидеть на какой-нибудь отдаленной скамейке, делиться историями о своей жизни, непрестанно наблюдая за неугомонными людьми, не прерывающими цепь кипящей энергии жизни в них ни на минуту. Люди, продолжая оставаться в этом мире самыми наивными созданиями, постоянно суетятся и переживают, без жадности одаривая окружающих бурным потоком своих эмоций.

Наконец приметив среди толпы светловолосую девушку, сидящую прямо возле фонтана, отчего капли воды то и дело попадали на нее, оставляя на бежевой майке влажные разводы, мужчина подошел к ней. Блондинка откинулась на спинку жесткой скамейки, вытянув стройные, обтянутые светлой тканью штанов ноги и блаженно закрыв глаза. Между ее бровей лежала морщинка, но стоило ей глубоко втянуть носом воздух, уловив запах мускуса и корицы, как на губах появилась легкая, едва заметная улыбка. Подобная реакция на его появление вызвала у мужчины невольную ответную улыбку, когда он, засунув руки в карманы, склонился над девушкой.

— Площадь «Роузс» — просто конфетка для любой ведьмы, — сказал мужчина задумчиво. — Чувствуешь, что здесь происходит?

— Дилан, ты закрываешь мне солнце, — проигнорировала его слова вампирша. — Либо отойди и сядь, либо проваливай.

— Как грубо! Я же для тебя стараюсь, — с наигранной обидой ответил он, и, откровенно насмехаясь, добавил: — Разве вампиры не должны гореть на солнце синем пламенем?

Неожиданно вздрогнув из-за нахлынувших воспоминаний вчерашнего дня, оставивших на ней темный отпечаток, она промолчала, скривив губы. Мужчина это, конечно же, заметил, но, приподняв брови, пока решил никак не комментировать.

— Нет, в самом деле. Кресты, чеснок и все такое — неужели полнейшая чушь? — он сделал шаг в сторону, снова открывая ее жарким солнечным лучам — лето полноправно вступило в свои права — и с шумом завалился рядом на скамейку, слишком близко, чем это бы требовалась.

— Скажи ты все это хотя бы чуточку громче, и я бы перегрызла тебе горло, — с излишней раздраженностью ответила Линди, хотя они оба знали, что угроза прозвучала несерьезно… хотя и была легко осуществима.

— А что насчет святой воды? — не унимался Дилан; если бы ему прямо сейчас захотелось коснуться ее, то стоило лишь протянуть руку. А ему хотелось. — Как люди вообще с вами справляются?

В этот раз Лин попыталась не вздрогнуть, но гармония утра была практически окончательно разбита. «Странно, обычно он действует на меня иначе», — подумала она, открывая глаза и повернув голову. — «Но не сегодня».

Рядом с ней сидел молодой, с немного потемневшей от загара кожей мужчина, одетый почти в точно того же цвета, как у нее самой, штаны и рубашку. Светло-русые волосы странно гармонировали с глубокими шоколадными глазами.

— Ты заткнешься, наконец? — через секунду, всматриваясь в приятные знакомые черты, на которых промелькнуло разочарование, она поняла свою грубость и продолжила более мягко: — Извини, со мной сегодня творится что-то неладное. Я действительно рада, что ты пришел.

Кивнув, Дилан чуть отстранился и еще раз внимательно посмотрел на нее, почувствовав зарождающее где-то внутри беспокойство, — они с Линди всегда ощущали друг друга.

— Ага, я почему-то точно знал, что ты будешь здесь, хотя вчера не мог до тебя дозвониться, — стараясь казаться таким же беспечным, ответил мужчина. — Как поживает моя любимая вампирка?

— И в чем же подвох? — вновь улыбнувшись, хитро прищурилась девушка, и, видя его непонимающий взгляд, пояснила: — Обычно ты никогда не интересуешься как у меня дела.

— То есть ты хочешь сказать, что мне все равно? — Дил придвинулся ближе, соприкоснувшись с ней локтями и ногами от колена до бедра. — Просто я чувствую, что ты… мм, вся как-то словно изменилась. И это меня обеспокоило.

Чувствуя исходящее от мужчины тепло, свойственное только ему, Линди сглотнула: она знала, о чем он говорил, — оборотни чувствуют такие вещи. Неожиданно в ней зародилось острое желание, даже потребность, рассказать ему обо всем случившемся, но она боялась — боялась посмотреть ему после этого в лицо и увидеть на нем ужас или того хуже отвращение.

— Знаешь, от тебя сегодня как-то уж слишком псиной разит, — сморщив нос, быстро попыталась сменить тему вампирша, игриво толкнув Дилана в бок. — Что, ночью придавался пляскам под луной в мохнатом виде?

— Ли-и-инди, — предостерегающе протянул мужчина, повернувшись к ней всем телом. Теперь, почуяв что-то неладное, он полностью сосредоточил свое внимание на ней. — Даже не надейся, что подколки могут спасти тебя, — твоя реакция выдала тебя с потрохами. Итак, в чем дело? — Дил внезапно поднял руку, потянувшись к девушке, но остановился, положив ее обратно к себе на колено.

С ошеломляющей болью Линди вновь почувствовала тяжесть произошедшего вчера, в голове яркими пятнами замелькали жуткие воспоминания; почувствовав, как увлажнились глаза, Линди встряхнула головой, пытаясь избавиться от нахлынувших ощущений.

— У тебя глаза на мокром месте, — когда она промолчала, добавил Дилан одновременно сочувствующе и выжидающе.

Тяжело выдохнув, Лин наконец подняла глаза, встречаясь с его внезапно посерьезневшим заботливым взглядом, в котором таилась искренняя тревога. Это-то и доконало вампиршу — его нежное к ней отношение. Подняв ладонь к лицу, словно проверяя нет ли на нем пролившихся наружу слез, она выдавила из себя еле слышно:

— Меня поджег долбаный подросток.

— Что? — Дилан непонимающе нахмурил брови. — В каком смысле?

— В прямом, Дил! — внезапно с излишней горячностью воскликнула она, нервозным жестом всплеснув руками в воздухе. — В прямом, понимаешь?

Вампирша вновь захотела рассказать ему о Даниэль, но молчала, ожидая его реакции.

«Боже, чтобы он тогда обо мне подумал?» — пронеслась мысль в ее голове, заставившая ее вздрогнуть, как от холода. Но на улице стояла удушливая жара; лето проявляло себя в полной мере. — «Чтобы он сделал?».

— Черт возьми, Линди! — мужчина недоверчиво покосился на нее, но, встретив полный боли взгляд, почувствовал, как его рот удивленно открылся. — Ты ведь серьезно…

Внезапно к их скамейке решительными шагами подошла женщина, одетая в белое, слишком открытое для ее возраста платье с красными узорами. Она вела за руку маленького мальчика в серых до колена шортиках, держащего в руке мороженное; оно таяло, розово-кремовыми каплями пачкая безупречную плитку.

Линди и Дилан замолчали, прерывав свой разговор, — девушка даже отвернулась, скрывая от подошедших свое раскрасневшееся лицо. А лицо вампира настолько могло покраснеть только после подпитки, по-настоящему хорошей подпитки, а не кровезаменителя, каким спаивали особых посетителей в «Vamped club» — и оборотню еще предстояло это узнать.

Женщина, поправляя одной рукой платье, а другой — продолжая тянуть ребенка за собой, попыталась присесть слева от Дила, но тот, к своей «чести», резко вскинул ногу вперед, занимая последнее свободное пространство скамейки. Он даже удосужился подвинуться, чтобы у мамаши не осталась никаких сомнений, относительно ее нежелательно пребывания здесь.

Женщина возмущенно уставилась на него и, чуть ли не плюясь слюной, открыла рот, собираясь сказать что-нибудь гадкое. Но стоило Дилану посмотреть на нее, проявить свою настоящую истинную натуру, позволить отразиться скрытому внутри зверю в его взгляде, как она, инстинктивно переставив сына, как какую-нибудь куклу, себе за спину, сначала побледнела, а потом и позеленела. Рот ее, как у смешной аквариумной рыбки, продолжал открываться и закрываться, но женщина так и не произнесла ни одного разборчивого слова. Лишь хриплое дыхание и с мешанный с мятой табачный запах, говорили о том, что мамочка явно злоупотребляет курением. «Что ж, леди, продолжайте в том же духе», — мимолетом подумал оборотень.

Резко повернувшись на каблуках, она потянула за собой недовольного сына, направляясь к самой дальней отсюда лавочке. По тому, как женщина в платье периодически оглядывалась на Дила, казалось, что она раздумывает над тем, чтобы совсем убраться с площади «Роузс». Но это уже была только догадка.

— Не стоило так пугать ее, — внезапно сказала Линди, смотря вслед удаляющимся фигурам. Взгляд ее задержался на мальчике, который, оторвавшись от своего ванильного мороженного, стал с интересом разглядывать их. «Отличная из нас вышла парочка, — с горечью подумала вампирша, — я убиваю молоденьких девушек, а Дил пугает женщин с детишками. Что за день-то такой!». — С тобой все нормально?

— Да, — хрипло ответил мужчина, пока его глаза возвращались к нормальному состоянию. — Скоро полнолуние, становится труднее контролировать себя.

«Кстати, о контроле» — Лин вновь вспомнила Даниэль, в груди зародился вязкий клубок вины и чего-то еще, чего определить точно она не могла. — «Да что со мной?».

— Нас прервали, — Дилан, расслабив сведенные напряжением плечи, вновь повернулся к ней; на щеках появился бледно-розовый, едва заметный румянец. — Так что ты там говорила о каком-то, цитирую: «долбаном подростке»?

Линди подтянула ноги к себе, скрестила их в лодыжках, обдумывая, как поделикатнее рассказать обо всем другу. Сдавшись, она с шумом выдохнула и лишь выговорила:

— Засранец поджег меня.

Дилан внезапно закашлялся, и, когда Линди потянулась к нему, выставил ладони.

— Значит ты все-таки не шутила. Конечно-о, — протянул он ошарашено, — глупая тема для шутки. Черт возьми, Лин! Ты сильно-то пострадала? — мужчина пристальным взглядом обвел Линди, задержавшись на свободных от одежды участках тела: руки, шея, грудь.

— Ага, — кисло проворчала она и, внезапно почувствовав дискомфорт, заерзала по жесткой скамейке. — Сильно, еще как. Я… — голос вампирши дрогнул, и она замолчала.

Дилан неуверенно потянулся к ней, собираясь утешить, но внезапно остановился, вновь переведя взгляд на оголенные участки кожи — та выглядела слишком гладкой, чистой, белой, без какого-либо изъяна.

— Но… — нерешительно начал Дил, — как же ты вылечилась?

«Почему я не заметил этого раньше?»

— А ты догадайся с трех раз, — едко ответила Линди, отводя глаза и силясь не закричать на него. «И что с того, что я пила человеческую кровь?.. О боже!».

Словно прочитав ее мысли, мужчина тоже заерзал, уже спокойнее добавляя:

— Лин, мы оба знаем, что твоему виду для лечения тяжелых ран нужна именно настоящая кровь — не заменитель.

— Знаем, — едва слышно ответила она, скрестив на груди руки и сжав на плечах пальцы, чтобы не задрожать. — И что же дальше?

Дил не ответил, и несколько минут они сидели в молчании; где-то слева послышался детский смех и радостные вскрикивания, но оборотень и вампирша даже не повернули головы.

Наконец прерывая затянувшееся молчание, Дилан сказал:

— Трупы есть? — он понизил голос до шепота, чтобы люди не могли его услышать — и только ухо вампира было на это способно. — Куда ты их дела? В смысле, ты надежно избавилась от… от улик?

Не услышав в его голосе того, чего ожидала, Линди резко повернулась, с удивлением уставившись на него.

— Нет! То есть я не знаю… Дил, черт возьми, ты так легко об этом говоришь!

Первая слеза покатилась по щеке, соленой дорожкой стекая к подбородку.

— А что я могу сделать, Эштон? — он назвал ее по фамилии, чего раньше никогда не делал, и это немного отрезвило Лин.

— Я оставила ее в «Кровавом парке», и тогда она была еще жива.

— Ох, черт, — пробормотал мужчина, застонав. — Что ты… — почувствовав, как девушка рядом с ним внезапно затряслась, он, потянувшись вперед, без слов обнял ее за плечи, прижимая к себе.

— Тише, тише, Лин, успокойся, — прошептал он, переместив одну руку ей на голову и мягко погладив волосы. — Мы пойдем в этот долбанный парк, найдем ту девушку… — вампирша внезапно закачала головой в отрицательном жесте, и Дилан сильнее сжал ее в своих руках. — Хорошо, хорошо, тогда мы найдем того ублюдка. Успокойся, милая.

Он продолжал что-то нашептывать ей на ухо, но девушка не слушала его, вспоминая лицо Девида, каждую черточку. «Я убью его», — с твердостью решила она и почувствовала, как эта мысль внезапно принесла ей успокоение. — «Но сначала он будет до-о-олго мучаться».

Поблагодарив Дила и уверив, что с ней все нормально, она хотела было отодвинуться, как из его кармана с резкой громкостью раздался голос Брайана Джонсона, вокалиста группы «AC/DC», заставивший вздрогнуть обоих. Вытащив из кармана телефон, он распахнул крышку, прерывая песню.

— Да? — оборотень приложил сотовый к уху и, совсем отпустив Линди Эштон, отодвинулся. — Ты в городе? — удивленно спросил он, обращаясь к собеседнику на том конце; вампирша заметила на его лице неожиданно вспыхнувшую радость. — Да, да, знаю, но я не уверен, что смогу прямо сейчас забрать тебя…

Линди поднялась на ноги и, когда он посмотрел на нее, кивнула головой, как бы говоря ему «иди».

— Мне нужно побыть одной, понимаешь? — сказала она, когда он все еще неуверенно смотрел на нее. — Пожалуйста, Дил. А потом мы об этом еще поговорим… — «а потом я найду того маленького уродца», — мысленно добавила она.

— Хорошо, сейчас я за тобой приеду. Жди, — Дил закрыл телефон, положил его в карман и тоже встал, собравшись догнать Линди, которая быстрыми шагами шла в сторону от фонтана, пробираясь к узким улочкам. Плюнув, он пошел к центральной арке, выходу с площади «Роузс».

Двумя часами ранее. Даниэль, Мэтт и Шон.

Черный бьюик, оставшись незамеченным жителями, неспешным ходом подъехал к небольшому одноэтажному дому темно-коричневого цвета. Мэтт Харрис несколько раз провернул ключ в замке зажигания, вытащил его, и, звеня железным брелком причудливой формы, положил в карман синих джинсов. Свободной рукой поправив кожаный ремешок наручных часов, показывающих «8:31», он скосил глаза в сторону Шона, который буквально провалился в свое сиденье, отклонив его до упора, и сидел с закрытыми глазами. Решив, что тот спит, мужчина протянул руку и, едва касаясь, тронул его за здоровое плечо — тот, даже не вздрогнув, распахнул веки и повернул голову. Еще секунду он глядел на Мэтта, а затем, отвернувшись, стал осматриваться вокруг. Район, в который они приехали, был тих и безлюден — люди, наверняка, еще отсыпались в своих кроватях — и только в одном окне, у дома, где они остановились, уже горел свет.

— Тяжелая была ночка, верно? — как бы подытоживая, тихим голосом спросил брюнет, устало потянувшись.

Бретфорст промолчал, лишь слабо пожав плечами, а затем поморщился, почувствовав зудящий намек на будущую боль, если он будет продолжать делать резкие жесты.

После ночного происшествия и удачного спасения Отступник повез Даниэль и Шона в первый попавшийся мотель, находящийся как можно дальше от «Атры». К счастью, мерзкие твари, мавки, больше не имели ни над кем из них своего влияния; самого Мэтта же спасли притаенные его другом — а он, как это было неудивительно, действительно все еще считал его своим другом — затычки для ушей. «Значит ли это, что я должен быть ему благодарен?» — подумал Мэтт. Да и разве могли какие-нибудь «мелкие» размолвки, случавшиеся у Охотников не в первой, встать у них на пути, если им сулило вместе спасать и отнимать чьи-то жизни?

В мотеле без названия, потому что на его горящей неоном вывески так и было написано «мотель», Харрис, насколько мог, подлатал раны обоих своих спутников, а затем усталость, потрясение и изнеможение взяли верх. Проспав около пяти часов, они с Шоном подняли практически находящуюся без чувств Даниэль и без остановок поехали за город. Конечным пунктом их путешествия стал этот небольшой тихий городишка, находившийся примерно в ста километрах от знаменитого Роудхелла.

— Знаешь, мне кажется, что я в первый раз… неуверен в том, что я делаю, — неожиданно сказал Бретфорст, продолжая следить за домом. Серый потрескавшийся забор огибал маленький дворик; с его места были видны посаженные там несколько цветов и растений, ни одного названия из которых он даже не знал.

— О чем ты? — удивленно спросил Мэтт, отстегивая ремень безопасности и повернувшись к нему всем телом.

Не встречаясь с ним глазами, Шон через зеркало заднего вида посмотрел на Даниэль; во сне ее грудь равномерно поднималась и опускалась, выражение лица было расслабленным и безмятежным, словно ей могло сниться что-то приятное. И только белые широкие повязки на плечах и горле портили эту «умиротворенную» картину.

— Забудь, Мэтью, забудь, — ответил Отступник и, тоже отстегнув свой ремень, продолжал через зеркало наблюдать за девушкой.

— Как скажешь, — проворчал Харрис, заметив, куда он смотрит. — Ты уверен, что она нас примет? Ты ведь даже не позвонил ей, а, как мы оба знаем, неожиданных гостей эта женщина не любит.

— А разве у нее есть выбор? — вопросом на вопрос ответил блондин, заставив другого Охотника нахмуриться.

— Во-первых, мы уже приехали, — начал Шон, видя непонимающий взгляд мужчины рядом с ним, и, повернувшись, перегнулся через сиденье, доставая лежащую у ног Даниэль свою неизменную кожаную сумку. — А во-вторых, смотри, что у меня есть.

Он раскрыл сумку и достал оттуда маленький красный сверток; внезапно ощутив что-то не приятное и, как будто бы, скользкое, Мэтт заерзал по сиденью. Бретфорст развязал серебряную нитку, перетягивающую сверток, и отогнул края плотной ткани, открывая что-то черное. Разглядывая несколько секунд предложенную ему вещицу, Харрис, наконец, поняв что это, тихо присвистнул. Шон кивнул, хотя брюнет этого не видел, и переместил пальцы так, чтобы, держа в ладони камень, непосредственно касаться только красной материи. Подняв руку вверх, он подставил черный камень под свет теплых солнечных лучей, отчего его поверхность стала переливаться разными темными оттенками. Отступнику показалась, что внутри, за переливами черного, блеснуло что-то белое, словно луч чистого света, но оно тут же испарилось, оставив камень таким же мертвым и пустым.

— Откуда это у тебя? — так же удивленно спросил Мэтт, заворожено наблюдая. «Такой красивый», — подумал он, — «и такой опасный». — «Ловцы» ведь — такая редкость. Неужели ты хочешь отдать его ей?

— А мне он зачем, если я все равно не смогу его использовать? — пропустив мимо ушей первый вопрос, ответил Бретфорст. — К тому же, как ты сам сказал, она не любит, когда к ней являются без предупреждения, а этой штукой мы можем заполучить себе помощь, в которой сейчас так нуждаемся. А на камень мне все равно, — Охотник чуть было не добавил «потому что у меня есть еще один», но сдержался.

— О'кей, — просто сказал брюнет и, усмехнувшись, добавил: — Тогда буди нашу спящую красавицу, потому что ей эта помощь нужна в первую очередь.

Завернув «ловца» в красную материю и снова перетянув ниткой, Шон поспешно убрал его в сумку, положив ту к себе на колени.

— Даниэль! — резко позвал он, громко стукнув кулаком по приборной панели. — Даниэль!

Девушка подскочила со своего места, чуть не покатившись на пол, но вовремя схватилась рукой за сиденье и, сонно моргая, выпрямила спину.

— Что? Что случилось? — Дэнни подтянула к себе ноги и, устраиваясь поудобней, залезла подальше на сиденье, проваливаясь в мягкую обивку.

Шон и Мэтт очень по-мужски улыбнулись, получив от нее ожидаемую реакцию. К счастью, девушка этого не заметила, став оглядываться по сторонам и обратив внимание на необычную закономерность: все одноэтажные дома в этом районе были только коричневого цвета, а дома от двух этажей и выше, которых здесь было меньше всего, синего и желтого.

— Где мы? Куда мы приехали? — посыпав на них поток вопросов, Даниэль нахмурилась, силясь выстроить в голове все воспоминания вчерашней ночи по порядку. — Я помню мотель, но… — она подняла руку к голове, болезненно потирая лоб и левый висок.

— Даниэль, успокойся, все хорошо, — ответил Шон, сделав выражение лица предельно серьезным, в то время как Мэтт силился не засмеяться. Впрочем, из них двоих блондин всегда лучше владел собой, хотя оба часто любили с помощью подколов или глупых шуток в неуместных ситуациях выпускать напряжение. «Нас троих вчера чуть не убили, — подумал Бретфорст, — а сегодня мы веселимся только из-за того, что в чем-то являемся осведомленней ее». — Мы приехали в Элсивфог, этот город примерно в двух часах езды от Роудхелла. Здесь нам должны помочь. Идем, — добавил он, когда они с Мэтом открыли дверцы автомобиля, вылезая на улицу. Но Дэнни не двинулась с места.

— Даниэль? — неуверенно позвав ее по имени, Шон галантно открыл заднюю дверь, но девушка вцепилась в сиденье машины, отодвинувшись от прохода так, чтобы находиться как можно дальше от мужчины. — Только не говори, пожалуйста, что ты планируешь остаться здесь. Пойдем же.

— Я никуда не выйду, пока вы не скажите, куда и зачем мы идем, — ответила Дэнни, раздраженно посмотрев на блондина. Обратив внимание на белые бинты на его руках, она ощупала свои собственные. Все было в порядке.

— Ты еще будешь капризничать? — недовольно проворчал Мэтт, разминая затекшие ноги. Все тело болело после отвратительно проведенной ночи, но жаловаться никакого права у него не было — Шону и Даниэль пришлось намно-о-ого хуже. — Маленькая девочка обиделась?

— Дело не в этом, — отрезала Стрейенс, переводя свой тяжелый взгляд на него. — Просто я хочу знать зачем мы здесь, — она подняла руку, жестом указывая на одноэтажный дом со старым серым забором. — Ясно?

Харрис поднял ладони в примирительном жесте и на несколько шагов отошел от бьюика, оставив Отступника разбираться с этим самим. Шон жалостливо посмотрел него и, выдохнув, снова обернулся к Даниэль.

— Эта женщина может залечить наши раны или хотя бы ускорить их заживление.

— Она что, доктор? — недоверчиво спросила девушка и, не дав ему ответить, продолжила: — В любом случае, мне это не нужно; со мной и так все нормально.

На последнем слове она невольно поморщилась, почувствовав, как заныла рука. Но все же ни одна из полученных ей ран не представляла собой настоящей угрозы, — Охотники еще ночью все проверили — кости тоже не сломаны. Шону же, если он хотел делать свою работу хорошо или хотя бы самостоятельно вести машину, лечение действительно было необходимо.

— Послушай, — блондин, немного покачиваясь, сел на корточки, смотря на Дэнни снизу вверх, — ты из-за нас пострадала, так что мы тебе обязаны. Доверься мне, ладно?

В этот раз он был предельно серьезен, и Даниэль как-то почувствовала это: встретив ясный взгляд его синих глаз, она, раздумывая несколько секунд, кивнула. Дыхание ее участилось, когда она вспомнила все вчерашние события — для одного чертового дня произошло слишком много всего, но в этот раз она думала именно о Шоне и о том, что он для нее сделал. Реши он оставить ее, сесть в машину и просто уехать, она была бы уже мертва.

— Отлично. Тогда пойдем, — уже утвердительно сказал мужчина и поднялся на ноги, протягивая ей руку. Неуклюже продвинувшись по сиденью, девушка приняла его ладонь и оказалась на улице. Сделав глубокий вдох, она внимательнее присмотрелась к темно-коричневому дому. В окне справа внезапно показался силуэт, но тут же скрылся, резко задернув занавеску.

— О, ну, наконец-то вы уладили свои семейные проблемы, — сказал Мэтт, когда они подошли к нему, и кивнул на их соприкасающиеся ладони. Тогда Даниэль убрала свою руку и недовольно посмотрела на Охотника, в чем Шон уже преуспел.

— Хватит ворчать, — Отступник открыл дверцу калитки, пропуская Харриса вперед, следом шла Дэнни, а замыкал шествие он сам. Но стоило Мэтту ступить на порог, как резкий звон пронзил воздух, и он, застонав, упал на колени; схватившись за голову, брюнет почувствовал болевую волну, расходящуюся по его телу, и совсем повалился на пол, оцарапывая кожу щеки деревянными досками. От неожиданности крик подступил к горлу, готовый вырваться наружу, но мужчина заставил себя стиснуть зубы, чтобы не проронить ни звука. Сорвись он сейчас, и все стало бы еще хуже.

— Черт возьми, — ругнулся Бретфорст, собравшись было обходить затаенную на ступеньках ловушку, чтобы подобраться к окну, как входная дверь резко распахнулась и на пороге появилась женщина. Машинально он потянулся к кобуре за пистолетом, но вовремя остановился, хоть и имел на это право, решив начать вести разговор мирно. Насколько это, конечно, было возможно в сложившейся ситуации.

Даниэль, стоя рядом с ним, замерла, немигающим взглядом уставившись на корчившегося на полу Мэтта. Она сделала шаг, чтобы подойти к нему, но блондин остановил ее, покачав головой.

— Мисс Маргарет, я думаю, что такая встреча была излишне, — начал он, стараясь говорить как можно вежливее, что было гораздо сложнее, чем казалось сначала. «Эта ведьма спускает на нас своих собак!», — подумал он и, как бы случайно, положил руку на пояс. — Уберите все свои фокусы, отпустите моего друга и давайте поговорим, — видя, как она нахмурилась, он добавил: — Пожалуйста.

— А почему я должна с тобой говорить? — женщина уперла руку в бок. — Тебе, мальчик мой, следовало дважды подумать, прежде чем вот так появляться перед моим домом. Где элементарная вежливость?

Шон медленно, чтобы не возбудить в Маргарет Тревис подозрений, вытащил из сумки красный матерчатый сверток и поднял над головой, давая ей возможность хорошенько увидеть его. Если она и не почувствовала что именно находилось внутри из-за особой серебреной нити, скрывающей магию камня, то хотя бы точно должна была заинтересоваться.

Как и предполагалось, увидев в ее глазах загоревшийся интерес, Охотник мысленно усмехнулся, сохраняя на лице безразличное, даже скучающее выражение.

— Ну, что скажете, мисс Маргарет?

На секунду он перевел взгляд на страдающего Мэтта, который тихо постанывал на полу, изредка дергая ногами, а затем вновь сосредоточил свое внимание на Тревис. Та, поправив рыжие волосы с первыми признаками седины, завела одну руку за спину, проделывая тем самым какие-то манипуляции, а другую — опустила в вырез кофты, зажимая в руке свой амулет с камнями. Прошептав неразборчиво несколько слов на латинском, она улыбнулась и скрылась в проходе, оставив дверь открытой.

В ту самую секунду, как она ушла, Мэтью Харрис облегченно выдохнул, перестав дергаться и в одной позе замерев на полу. Еще несколько секунд он продолжал лежать на спине, а затем, используя для поддержки руку Шона, поднялся на ноги, чуть пошатываясь. Тысяча ругательств готово было сорваться с его языка, но он молчал, радуясь, что пытка закончилась.

— Видимо, это было приглашением, — сказала Даниэль, кивая на дверь и, после такого представления, не решаясь войти.

— Видимо, — ответил блондин, с напускной уверенностью поднявшись по оставшимся двум ступенькам на порог, а затем направившись к двери. Он хотел было добавить «не бойся», но не стал, решив, что сам бы не хотел услышать подобных слов в свой адрес. «Может быть, только может быть, не стоило сюда приезжать», — подумал он и зашел внутрь, чувствуя, как Дэнни и Мэтт поднимаются следом за ним.

16

16 июня, «8:52». Даниэль, Мэтт и Шон

Если бы не то происшествие на ступеньках, то Даниэль вполне могла бы назвать Маргарет Тревис приятной особой — женщина даже удосужилась принести гостям чаю с сахарными печеньями в вазочке. Но, увы, первое впечатление оставило за собой неизгладимый эффект — Дэнни твердо решила не прикасаться ни к чему из предложенного в этом доме, каким бы аппетитным с виду оно не казалось. Она с неуместным удовлетворением заметила, что ее спутники поступили также. «Лучше уж изнывать от голода, чем отравиться какой-нибудь дрянью», — подумала девушка, почувствовав, как ее живот возмущенно заурчал. — «Гм, надеюсь, никому кроме меня это слышно не было».

— Нам нужна ваша помощь, — любезно начал Шон, пытаясь поймать взгляд Маргарет, которая увлеченно сканировала его кожаную сумку, зная, что сверток, предназначавшийся ей, спрятан внутри.

— Вижу, — едко ответила Тревис, оторвавшись от объекта своего наблюдения, и скосила глаза на широкие полоски бинтов на его руках. Каждый раз, когда она говорила, морщинки вокруг ее рта, словно она все время улыбалась, становились особенно видны. Женщине было уже далеко за пятьдесят, но, хорошо сохранившись, она выглядела намного моложе и была даже симпатична собой. Может, секрет этого заключался в магии, — кто его знает? — но тот факт, что с годами ее и без того вредный своенравный характер становился хуже, был неоспорим.

«Куда уж хуже?», — Мэтт сидел в удобном мягком кресле рядом с ней, и нельзя сказать, чтобы это доставляло ему хоть каплю удовольствия. Но, тем не менее, выражение лица мужчины оставалось невозмутимым.

— Так окажите нам небольшую услугу, мисс Тревис? Нам очень нужны ваши лекарские способности, — попробовал Бретфорст еще раз, делая акцент на последнем слове, и придвинул сумку ближе к себе.

— Прежде я хочу узнать, кто она такая и что делает вместе с вами, — затараторила женщина, упираясь оценивающим взглядом зеленых глаз в Даниэль, из-за чего та неуютно поежилась. На губах Маргарет расцвела улыбка, которую она даже не потрудилась скрыть.

— Ее зовут Даниэль Стрейенс, — попытался перевести внимание Маргарет на себя Шон. Дэнни, посмотрев на него, приподняв брови, удивленная тем, что он запомнил ее фамилию. — Мы помогаем ей и… ей можно доверить. В этом можете не сомневаться, мисс Тревис.

Встретившись глазами, Даниэль и Шон безмолвно обменялись благодарностью за те вещи, которые со времени их знакомства успели сделать друг для друга.

— Я не об этом, мистер Бретфорст, — официально сказала женщина, всплеснув руками. — А впрочем, неважно. Итак, ты хотел скорее приступить к делу, и я полностью разделяю твое желание, — она подалась вперед, кладя ладони на ручки кресла, и по-детски спросила: — Что ты мне принес?

Ухмыльнувшись, Шон покачал головой, открыл сумку и достал сверток.

— Так вы согласны помочь нам или нет? — он стал перебрасывать мешочек с одной руки в другую, дразня и раззадоривая женщину.

— Может быть, — ответила та, приподняв уголок рта в подобии улыбки, неприятной улыбки. — Сначала покажи, что там, друг мой.

Отступник открыл рот, собираясь еще немного поспорить, но, видя, что женщина подходит к черте, когда ее отнюдь недолгое терпение может не выдержать, он покорно склонил голову. Встав, блондин подошел к массивному деревянному столу, по другую сторону которого сидела мисс Маргарет, и, переглянувшись с Мэтью, медленно стянул с мешочка тонкую серебряную нить. Зажав сверток в кулаке и не давая ему раскрыться, он положил его на стол, предоставляя женщине удовольствие обнаружить свою плату самой.

Когда нить была снята, энергия камня просочилась наружу, потянувший к той, кто могла ощутить всю ее мощь, к той, кто могла услышать ее темный зов. Женщина, сделав глубокий вдох, с силой вцепилась пальцами в свое кресло; ее зеленые глаза загорелись неестественным огнем.

— Это ведь то, о чем я думаю? — хрипло спросила она, чувствуя подступающую к ней силу, умоляющую принять ее, насытить.

— Да, я думаю, да, — Шон невольно отошел назад, словно мощь камня могла взывать и к нему. Некоторые люди, не говоря уже об Охотниках, вполне способны на подсознательном уровне улавливать разные паранормальные вещи, — одни больше, другие меньше. Энергия же этого камня была враждебной и черной, что не осталось незамеченным всеми присутствующими в комнате. — Откройте же!

Кивнув, Тревис поднесла к мешочку дрожащие руки и развернула красную ткань, открывая миру искрящийся камень. Несколько секунд, пока ее глаза удивленно расширялись, она осматривала его, а затем протянула ладони, чтобы взять его, но, передумав, сцепила их на столе перед собой.

Даниэль невольно подалась вперед, и Маргарет перевела на нее взгляд, говорящий «мне известно то, чего ты не знаешь», и широко и искренне улыбнулась, словно девушка каким-то особенным образом себя выдала.

— О, моя девочка, я знаю, — проговорила она и, резко накрыв черный камень тканью, откинулась назад. Напряжение в комнате спало на одно деление.

— Думаю, камень пока стоит спрятать, чтобы он никого не смущал. Шон, ты не хочешь отдать мне свою нить? — в ответ блондин отрицательно покачал головой, и женщина, весело захохотав, продолжила говорить: — Ох, ну, конечно, не хочешь! Что за глупый вопрос — такие магические безделушки на дороге не валяются. А по поводу самого камня, мм… — она два раза прокрутилась в большом темно-синем кресле на колесиках, а затем стала слегка покачиваться из стороны в сторону, не доводя обороты до конца. — Придуманная демонами ловушка для своих же собратьев, надо же! Как давно я хотела заполучить ее… Я сделаю то, что ты там хотел, сделаю.

Услышав ее слова, все в комнате разом выдохнули и как-то расслабились. Бретфорст отошел к своему креслу, но, увидев, что женщина поднялась, остановился.

— Садись, садись, — она махнула ему рукой и подхватила поднос с чаем и печеньем; камня на столе уже не было. «Видимо, спрятала в одном из карманов юбки», — решил Охотник, усаживаясь обратно в кресло. — «Но почему я не заметил этого? Плохо, очень плохо». — Я сейчас принесу вам что-нибудь, а эту дрянь даже не думайте пробовать, — Шон и Мэтт подозрительно переглянулись, а Даниэль ошарашено посмотрела на нее. — Затем приступим к заклинанию. Подождите минутку, и я начну работу.

Сказав это, Маргарет обошла стол и, двинувшись к арке, вышла из комнаты, неся в руках поднос.

— Да уж, — первой нарушила воцарившиеся молчание Даниэль, когда они остались одни. — Не хотела бы я иметь такую… знакомую.

Мэтт хмыкнул, отвечая:

— Поздно, мы ведем с ней дела не первый год. В особенности Шон.

— Почему это звучит как обвинение? — возмутился блондин и, нахмурившись, стал пристальным взглядом осматривать комнату. — Заметил, что она впервые пригласила нас сюда?

Стол, за которым сидела мисс Тревис, был завален какими-то бумагами; рядом слева — деревянная тумбочка, использовавшаяся вместо кофейного столика, и еще одно синее кресло, на котором расположился Мэтт. Напротив двери находился камин с несколькими растениями в горшочках и фотографиями молодой Маргарет: на одном из фото Охотник заметил светловолосого парня, показавшемуся ему знакомым, но не стал заострять на этом внимание. Все здесь было не особо новым и современным, но чистым и аккуратным, также как весь дом Маргарет Тревис.

Внезапно по комнате прошла невидимая волна силы.

— Какого черта, ты не предупредил меня о том «сюрпризе» на пороге? — внезапно взбесился Мэтт, выпуская скопившийся внутри гнев наружу.

Вновь поднявшись, Бретфорст глазами обвел коридор за аркой и, удостоверившись, что хозяйки дома нет поблизости, ответил:

— Я не знал, Мэтью. И мне очень жаль.

Подойдя к столу, он стал просматривать бумаги, но ничего примечательного в них не было: несколько счетов, приглашения на важные мероприятия из клуба садоводов и письма от внуков.

«Странно, я думал, что у нее никого нет», — посчитав, что точно запомнил все адреса, блондин повернулся к каминной полке. — «Но почему там нет ни одной их фотографии»?

— Тебе жаль, Шон! Ты серьезно? — вскричал Мэтт, раздраженный еще больше. Какой-то частью своего сознания он понимал, что это глупо, что сейчас не время для сцен, но ничего не мог с собой поделать. Что-то словно руководило им, коверкая его душу наизнанку. — Знаешь куда можешь засунуть свою жалость?

Проявляя еще большее безразличие, чем обычно, Шон посмотрел на Мэтта и, приложив палец к губам, показал на арку, за которой несколько минут назад скрылась мисс Тревис. Еще раз бросив случайный взгляд на фотографии, он внезапно заинтересовался ими и подошел к камину.

Харрис, видя безразличие мужчины, вскочил на ноги, готовый окончательно взорваться. Но тут на его плечо легла чья-то теплая рука — он повернул голову и увидел встревоженное лицо Дэнни; ее живое и настоящее прикосновение внезапно успокоило его: гнев ушел, оставляя за собой пустоту, которая сейчас заполнялась теплом, самой сущностью Мэтта.

К сожалению, никто из них не знал, что все это было побочным эффектом чар, оставленных, на свое удовольствие, Маргарет — так она любила развлекаться за счет своих посетителей. И только Даниэль Стрейенс, словно имеющая при себе какую-то защиту, оказалась устойчива к магии колдуньи.

— Давайте вы обсудите это потом, — мягко предложила девушка. — Сейчас не время, Шон прав.

Отступник кивнул и, скинув с себя ее ладонь, сел на место, закрыв глаза. «Что со мной происходит?», — подумал он. — «Я импульсивен, но ведь не настолько… А все это чертова ведьма!». Мэтт даже не знал, насколько был близок к истине.

В это время Бретфорст продолжал изучать фотографии женщины, вновь задержавшись на той, где она молодая и красивая стоит в обнимку со светловолосым парнем; внезапно все поплыло перед глазами, и он схватился за каминную полку, силясь удержаться на ногах.

— Шон, с тобой все в порядке? — обеспокоено спросила наблюдавшая за ним Даниэль. Поднявшись со своего стула, она подошла к нему, в нерешительности переминаясь с ноги на ногу. — Шон?

Через несколько секунд зрение прояснилось, и Охотник обернулся к девушке. «Почему он так побледнел?», — подумала Дэнни, рассматривая его лицо; мужчина выглядел растерянным. Словно что-то вспомнив, он молча покачал головой и, резко обойдя девушку, решительными шагами направился к арке.

— Эй, ты куда? — крикнул ему вдогонку Мэтт, уже забывший о своей недавней вспышке.

— Пойду проверю, как там мисс Маргарет, — глухо отозвался блондин и скрылся в темноте коридора, оставив Харриса и Даниэль обмениваться недоуменными взглядами.

* * *

Когда Дэнни и Охотник уже начали сильно нервничать, но не решались ничего предпринимать, в комнату с гордо поднятой головой вошла Маргарет, бережно катя перед собой столик на колесиках, похожий на те, которые мы видим в отелях. На его верхней полке стояли еще дымящиеся чашки с чаем, а на нижней — целый магический магазин: набор трав в стеклянных банках, толстые свечи разных цветов, деревянные блюдца и черно-красные камни неровной формы. Женщина специально забыла несколько важных вещей, включая освещенную воду, — это должно было заставить ее гостей нервничать. Колдунья предпочитала готовиться и творить свои заклинания в потайной комнате, вдали от людских глаз, — что же заставило ее изменить привычки теперь?

Вслед за ней, неся по приказанию женщины книгу в кожаном переплете, молчаливо шел Шон. Выражение лица его казалось угрюмым и задумчивым. «Что же произошло?» — Даниэль, видевшая его таким впервые, невольно подалась вперед. Они с Мэттом так и сидели на своих местах, почти не разговаривая.

Маргарет Тревис выкатила свой стол в центр комнаты и, видя, что ее «фокус» не удался, недовольно и даже озлобленно посмотрела на Даниэль.

— Ты знаешь, что он, — внезапно начала она, остановившись, и указала рукой на Шона, — говорил о тебе?

Даниэль, приподняв брови, недоуменно посмотрела на мужчину.

— Маргарет… — предостерегающе сказала блондин, сделав шаг вперед, но женщина даже не глянула в его сторону, словно он превратился в назойливую муху. Скорее всего, она на самом деле могла это устроить.

— Он спрашивал у меня, знаю ли я заклинание, которое заставило бы тебя обо всем забыть. И знаешь, что я ответила? — подойдя к большому столу с бумагами, которые лежали не в том порядке, в котором она их оставила, женщина разозлилась еще больше.

Девушка, продолжая смотреть в голубые глаза Бретфорсту, покачала головой. Внезапно в его взгляде отразилось такое отчаяние, что ей пришлось дважды подумать, а хочет ли она знать всю историю целиком. Когда женщина ничего не сказала, Дэнни, сглотнув, спросила:

— И что же? — она и не заметила, как, сжимая ладони в кулаки, поднялась на ноги. Даниэль поняла, что ответ женщины уже не имеет никакого значения — главное часть она успела сказать. В ее голове с бешеной скоростью крутилось множество мыслей, воспоминаний, но высказывать их вслух она не собиралась. Самообладание — вот что сейчас действительно важно, иначе Охотники узнают то, что им никак не положено знать.

— Я сказала ему, что, во-первых, такими вещами не занимаюсь. Но это не значит, что я не могу их сделать, — никак не проявив с виду настоящих эмоций, в особенности темного удовлетворения, Маргарет развернулась и, огладив юбку, прислонилась к столу. — Во-вторых, что нет таких чар, которые после применения не оставили бы на тебе никакого следа, в частности не отразились бы на твоем здоровье. Потому что ты необычная девочка.

От кипящей в ней злости Даниэль не обратила никакого внимания на ее последние слова, в отличие от остальных; она ничего не говорила, только, опустив глаза в пол, разглядывала причудливые узоры на ковре. «Что ж, по крайней мере, это лучше, чем смерть. Черт, меня ведь предупреждали…», — подумала девушка, мысленно ругая себя за доверчивость.

— Я думаю, нам теперь нужно поговорить? — нарушил затянувшееся молчание Шон, переминаясь с ноги на ногу. «Настоящее дерьмо».

— Думаю, да, — сдержанным голосом ответила Дэнни — она тоже была неплохой актрисой — и подняла на него пронзительный взгляд. Может быть, кто-то бы решил, что после всего случившегося, забыть — это был бы лучший и самый легкий вариант, лишающих вас ночных кошмаров. Но только не Даниэль Стрейенс — у нее была другая цель; к тому же знать что-то, чего не знаю другие — это сила, это, в первую очередь, шанс защитить себя.

Когда Дэнни кивнула, Шон махнул ей рукой и направился в коридор. Скрыв рвущуюся на волю улыбку, Маргарет задом прислонилась к столу и скрестила руки на груди — она была рада тому, что хоть как-то отомстила девушке. «Не нужно было сопротивляться моим чарам».

Двинувшись к арке, Даниэль остановилась возле Мэтта, который сначала перепалки не проронил ни слова, и, положив одну руку ему на плечо, неожиданно поцеловала его в щеку.

— Что ты… — начал Мэтт, но девушка отвернулась, скрывая выражение своего лица, и быстрыми шагами вышла в коридор.

Посмотрев по сторонам и не увидев Шона, она собиралась уйти из этого дома, когда дверь одной из комнат открылась. В коридоре показался блондин, жестом позвавший ее, но приглашение Даниэль не требовалась — стремительными шагами она двинулась к нему, заранее зная, чем все кончится. Ссорой.

— Дай мне ключи от машины, — требовательно сказала она, остановившись от него в нескольких шагах.

Оступник, посмотрев на нее, приподнял брови, но тут же отвел глаза — это было не то, чего он ожидал.

— Давай зайдем в комнату? — примирительно предложил он, отступая, чтобы пропустить девушку внутрь. Дэнни, бросив взгляд ему за спину и обнаружив просторную кухню, не двинулась с места. — Я понимаю, что многие слова Маргарет могли тебя шокировать, но…

— Не после того, что я видела вчера. Дай мне ключи, — повторила она, уперев руки в бока и, когда он не ответил, уже более мягко добавила: — Шон, пожалуйста, я не хочу сейчас разговаривать. Ты сделал мне… больно.

— Слушай, — мужчина начал свою подготовленную речь, — Даниэль, я просто думал, что тебе будет лучше все забыть. Помнишь наш разговор, когда мы вдвоем стояли около моего бьюика? — девушка кивнула. — Просто… это действительно слишком много для одного дня… для одного человека, чтобы это помнить. Я хотел, как лучше.

— И ты действительно считаешь, что это, — Стрейенс в неопределенном жесте развела руками в воздухе, — самое страшное, что могло случиться? Откуда ты знаешь, что творилось в моей жизни до этого? С чего ты взял, что я не смогу с этим справится?

Шон тяжело вздохнул. Это может быть долгий разговор.

— Дело не в этом, Даниэль. Я… черт, не знаю! Я просто думал, что тебе будет лучше вернуться к сестре. Прости меня.

Девушка нахмурилась.

— Откуда ты знаешь про мою сестру, Шон? А впрочем… — она покачала головой и сделала шаг назад. — Неважно. Ты дашь мне ключи от машины или нет?

Мужчина, зная, что ключей у него нет, для убедительности сделал вид, что действительно их ищет.

— Ключи остались у Мэтта, — Охотник пожал плечами. — Он был за рулем.

— Отлично, — буркнула Даниэль, намереваясь уходить. — Подожду на улице.

Стоило ей сделать шаг, как Бретфорст схватил ее за плечо, останавливая. Замерев, она покосилась на его руку, удерживающую ее, а затем подняла глаза к его лицу.

— Шон, — ее голос прозвучал настороженно. И, когда блондин не отступил, она добавила: — Шон, отпусти. Я буду ждать вас на улице, слышишь?

Еще несколько секунд поколебавшись, мужчина посмотрел в ее серьезное лицо и отпустил руку. Даниэль ушла, и он не пытался ее остановить. Провожая девушку взглядом, пока она не скрылась за поворотом, он что-то почувствовал. Шону вдруг показалось, что это было концом. «Но концом чего?» — подумал он и, встряхнув головой, вернулся в комнату.

С опаской спустившись с крыльца мисс Маргарет, Даниэль сделала облегченный вздох и, пройдя маленький дворик, оказалась возле машины. Достав из кармана украденные у Мэтта ключи, она, держа их в руке, несколько секунд поразмышляла, а затем двинулась к багажнику. Настроение девушки внезапно поднялось вверх на одно деление: если еще с утра штаны с широкими карманами, которые Шон приобрел для нее в дешевом супермаркете, смущали ее, то теперь же она считала, что это был чуть ли не самый лучший выбор. Открыв багажник машины, Дэнни внимательным взглядом обвела его содержимое: две больших дорожных сумки, ее сложенные уголке вещи и… стрелы. Удивленно выгнув бровь, она вытащила из чехла одну из стрел, разглядывая ее. Даниэль поднесла стрелу поближе к лицу и задумчиво положила палец на наконечник, слегка вдавливая его в поверхность. Оглянувшись на дом, чтобы быть уверенной, что ее не заметили, она внезапно вскрикнула и кинула стрелу в багажник. С пальца стекало несколько капель крови. «Че-ерт, как это получилось?» — девушка помассировала палец и вытерла размазанную кровь о штаны. Другой рукой она подхватила свои грязные вещи, еще мокрые после прошлой ночи, как взгляд ее наткнулся на что-то красное. Потянувшись и почти полностью скрывшись внутри багажника, она слегка отодвинула одну из сумок и достала синий мешочек, перевязанный серебряной нитью. «Похож на тот, который Шон отдал Тревис», — раскрыв сверток, она обнаружила внутри черный камень; по размеру он был чуть меньше предыдущего, но не менее привлекательный. «Привлекательный?» — Даниэль покачала головой и, не долго думая, засунула камень в карман. Плотно закрыв багажник, она открыла переднюю дверь со стороны пассажира и достала из бардачка сотовый Шона. Девушка набрала по памяти нужный номер, поднесла телефон к уху — через несколько гудков послышался знакомый, слегка встревоженный голос.

— Привет. Это Даниэль, — сказала она, приоткрыв окошко автомобиля, закрыла дверь и кинула ключи на сиденье. Подождав, когда ее собеседник ответит, Дэнни двинулась в противоположную сторону от дома. — Ты сможешь забрать меня, Дилан?

Роудхелл, «12:40». Миранда

Заперевшись на чердаке, Миранда Стрейенс устало выдохнула и, сделав несколько быстрых шагов, оказалась в центре маленькой комнатки. Все было почти готово. Втянув носом воздух, пахнущий ладаном, она достала из вельветовой сумки карту Роудхелла — третью за этот день — и развернула ее на столе.

Дэнни, сестра девушки, не появлялась дома со вчерашнего дня — слишком маленький срок, сказали бы ей в полиции, но у Мины имелись свои средства для поиска.

Взяв в руки иголку, она уколола себе палец и, невольно стиснув зубы, выдавила как можно больше капель крови в круглую чашу с символами. Следом отправился клок волос младшей Стрейенс и кусочек ткани от одной из ее старых вещей, который, покопавшись в чемодане, нашла Миранда. «Ох, сестренке бы это не понравилось», — подумала она и ухмыльнулась.

Так как остальные ингредиенты заклинания уже были приготовлены, ей оставалось лишь опустить в кипящую, малиновую жидкость жемчужную бусину. Подождав несколько секунд, пока отвар окрасит бусину в нужный цвет, она осторожно вытащила ее щипцами и положила в середину карты. Кусочек бумаги, тут же сморщившись, пропитался водой.

Мина еще раз сверилась с раскрытой на нужной страничке книгой и, мысленно повторив текст, прошептала:

— Volentes et caro. Carnis et sanguinis, — по телу девушки прошел знакомый холодок, и, с каждым словом повышая голос, она повторила: — Volentes et caro. Carnis et sanguinis. Volentes et caro. Carnis et sanguinis.

Чувствуя неприятный запах крови, усиленный магией, Миранда с болезненной медлительностью открыла глаза и посмотрела вниз, на лежащую перед ней карту. Довольная полученным результатом, она растянула губы в широкой улыбке, в тоже время ощущая, как в груди отчего-то зарождается странный комок беспокойства.

Мина уже знала, где находится Даниэль.

17

16 июня. Линди

Не зная радоваться ей или плакать, Линди неспешными шагами приближалась к въезду в город. Оторвав взгляд от созерцания веток и листьев, она заметила вдалеке блестящую новизной табличку: «Добро пожаловать в Роудхелл!». «Значит, ее все-таки восстановили», — подумала девушка и с грустью улыбнулась. За всю богатую историю городка, чего только не видела эта надпись: побои вампиров, борьба за территорию у оборотней, практикующие опасные заклинания маги. На прошлой неделе в список добавились еще и удары молнией; но чтобы ее поджигал какой-то мнительный подросток? Нет, такого Роудхелл не потерпит! «Ах, да, два месяца назад прямо в этом месте ожили призраки двух баронов, которые пытались разрешить спор, возникший еще при их жизни. Сколько шумихи тогда было… Ну, не идиоты ли?», — Линди снова угрюмо опустила голову, издав тихий вздох. Она была в «Кровавом парке», в домике охранника, но ничьего тела там не оказалась. Кажется, городок сдает свои позиции. «Так что же я должна делать? Радоваться или расстраиваться?», — вновь вернулась к своему первоначальному вопросу вампирша.

Проходя мимо кустов кипариса, Лин внезапно остановилась, вглядываясь в возникший между деревьями силуэт. Она напрягла слух, но вокруг царила могильная тишина, нарушаемая лишь зловещим завыванием ветра. «И какой черт меня дернул переехать в этот город?», — почувствовав, как на коже появились мурашки, девушка осторожной, неспешной походкой приближалась к цели. — «Может, это всего лишь животное? Очень крупное такое животное». Скривив губы, она выскочила из-за старого дуба и… завыла от досады! Это была всего лишь чья-то заброшенная машина. Возникшая волна разочарования мигом растворилась в ответной волне подозрения и интереса. Синяя «Тойота», явно новая, была прикрыта несколькими ветками лиственных деревьев. Поведя бровью, она подошла ближе и одним движением скинула неудачную маскировку на землю. «Что за идиот притащил автомобиль в лес и накрыл его какими-то ветками?», — Линди обошла «Тойоту» и, используя приоткрытое окно, засунула руку внутрь, пытаясь дотянуться пальцами до автоматической защелки на двери.

Сзади внезапно раздался хруст сухих веток и, когда вампирша проигнорировала его, демонстративный кашель. Линди так и замерла с просунутой внутрь автомобиля ладонью.

— Ты что здесь делаешь? — враждебно прозвучавший голос был ей хорошо знаком. Каждый день, проведенный в «Flower Evening», она слышала, как по залу разносится этот противный, визгливый, режущий уши голос. — И отвали от моей машины!

«Ненавижу», — девушка с равнодушным видом повернулась в пол оборота, пытаясь вытащить руку наружу и, когда у нее ничего не получилось, собиралась со всей силы дернуть ее на себя, грозя сломать стекло, но тут вспомнила про Миранду.

— Могу задать аналогичный вопрос, — вздохнув, сказала вампирша и посмотрела на стоящую в нескольких шагах от нее девушку в легком белом сарафане. Длинные рыжие волосы, как всегда, были уложены в высокий хвост, болтающийся за спиной при каждом резком движении. — Лес, я — не боишься, что может что-нибудь случиться?

Мина поморщилась, но, увидев застрявшую в окне машины руку Линди, насмешливо ухмыльнулась, одаривая ее вызывающим взглядом серо-голубых глаз.

— Используя намеки, пытаешься мне угрожать? Похоже, — она кивнула на ее руку, — ты не в лучшем положении.

«Жаль, что я не голодна», — с неподдельным разочарованием подумала Лин, а вслух сказала:

— Какие намеки, милая? Я всегда говорю прямо, — «может, накинуться на нее?» — в это время продолжала мысленную дилемму вампирша. — «Да нет, мне и так хватает проблем с ее сестрой. Черт, а вдруг Дэнни уже обо всем рассказала ей? Могла ли это рациональная женщина поверить в нападение вампира?». — Может, поможешь мне? Не хочется портить твое авто.

Тряхнув головой, Миранда в успокаивающем жесте дотронулась до своего амулета на шее. «Хорошо, что Линди не догадывается о том, что мне известен ее секрет», — подумала девушка и, вздохнув, с неохотой подошла к ней.

— Вообще-то автомобиль принадлежит моему жениху, Майку, — для чего-то сказала Мина и, достав из дамского типа сумочки ключи, открыла дверцу «Тойоты».

— Ага, безумно за тебя рада, — безразличным голосом отозвалась Линди и, когда ее собеседница опустила стекло, вытащила ладонь, с блаженством потирая ее другой рукой. — Спасибо. Ну, я пойду, — она сделала шаг, но следующие слова девушка заставили ее остановиться.

— Этот идиот отдал вчера машину Даниэль и…. я больше ее не видела. Она пропала, — голос Миранды дрогнул, заставив ее замолчать.

— Сочувствую, — вампирша, внезапно ощутив колючий укол вины, отвела взгляд. «Нужно убираться отсюда».

— Я несколько раз пыталась ее найти, но что-то мешает мне… — девушка чуть не проговорилась про свою силу и заклинание, но во время остановилась. Тряхнув головой, она развернулась к Лин спиной, кладя руку на крышу автомобиля. «Следовало бы вызвать эвакуатор», — подумала она, задавая следующий вопрос:

— Ты познакомилась с ней у нас в заведении, помнишь? Это глупо, но Линди, — она порывисто повернулась обратно, желая заглянуть девушке в глаза, — может быть, ты могла где-то еще ее видеть?

Но рядом никого не было. Миранда Стрейенс стояла посреди леса, ведущего к «Кровавому парку», в полном одиночестве.

«Не такой уж у тебя и противный голос», — подумала Линди, прячась около злосчастной вывески «Добро пожаловать в Роудхелл!». Будь у Мины подобный вампиру слух и зрение, она, возможно, заметила бы притаившуюся в тени вампиршу. Кому под силу выследить хищника, когда он прячется? Только другому хищнику. Услышав, как девушка чертыхается, Лин сделала шаг, собираясь покинуть это место, как ее нога наткнулась на что-то мягкое. Опустив голову, она с удивлением приметила чей-то кожаный черный бумажник. Бросив еще один взгляд на Миранду, направившуюся в другую сторону, она наклонилась, подняла бумажник и, повертев в руках, открыла его. И что же вампирша увидела? Во вкладке на бумажнике красовалась цветная фотография симпатичного блондина с темными, пронзительными глазами; а рядом с ней карточка с адресом и именем. Быстро пробежав по ней глазами, она почувствовала блаженную дрожь во всем теле. «Правильно говорил Дилан, случайностей в этом мире просто не бывает», — подумала девушка, еще раз перечитывая карточку, на которой крупными печатными буквами было написано: «Девид Вилиам Вебстер».

Два часа спустя. Даниэль

Даниэль сидела на кровати в доме Дилана, сжимая в одной руке красный мешочек с камнем, а в другой — сотовый Шона. «Не хорошо. Если он найдет меня…. Черт!», — пронеслась мысль, заставившая ее зажмуриться. Ну, конечно, закрой глаза — и все проблемы чудом растворятся в воздухе. Ох, Дэнни, если бы все было так просто. Услышав, как со скрипом открылась дубовая дверь, она вздрогнула и, повернувшись в ту сторону, увидела в проеме голову Дила. Светлые волосы разметались в творческом беспорядке, на губах играла легкая, успокаивающая улыбка. При виде нее девушка не могла не улыбнуться в ответ.

— Ко мне придет подруга, ей нужна помощь, — смущенно проговорил мужчина, так и не заходя в комнату. — Ты не против?

Даниэль готова была рассмеяться, но побоялась, что смех получится истерическим. Она украла у Бретфорста камень, она украла у него телефон. «Не украла, а взяла взаймы», — поправила себя девушка, не сводя с оборотня немного испуганного взгляда. — «Получается, я рассчитываю вернуть ему их?»

— С тобой все нормально? — переминаясь с ноги на ногу, спросил он, когда Дэнни не ответила.

Тряхнув головой, Стрейенс вновь растянула губы в более яркой, очаровательной улыбке.

— Это твой дом или мой, — сказала она, пожимая плечами. — Зачем ты спрашиваешь у меня, Дилан?

Лучше лекарство от стресса — это друг-оборотень. «То, что доктор прописал», — подумала девушка, когда мужчина кивнул и собирался было уходить, но остановился.

— Дэнни, ты ведь придешь к нам? Я бы очень хотел тебя с ней познакомить. Чудо-девушка.

В ответ Дэнни хмыкнула и с беззаботным видом поднялась с кровати.

— Спасибо тебе за то, что приютил меня, Дилан. Я твоя должница, — внезапно посерьезнев, поблагодарила Даниэль. — Да, я уверена, что она очаровательна, — уже более беззаботно добавила она, видя его возбужденное состояние.

Еще раз смущенно кивнув, Дилан скрылся в коридоре, прикрыв за собой дверь. А Даниэль, уперев руки в бока, обвела взглядом небольшую чистую комнатку: в центре стояла кровать, застеленная отвратительным покрывалом с мишками, по бокам — две деревянные тумбы. У единственного в комнате окна, из-за чего Дэнни буквально задыхалась, стоял письменный столик и красивая книжная полка белого цвета. Пожалуй, полка была единственным предметом мебели, которая произвела на девушку впечатление. Но, когда у тебя нет собственной крыши над головой, выбирать не приходится; друзья — это все, что у тебя есть. А Дилан Истмен был для нее воистину замечательным другом. Знала ли она о том, что он был оборотнем? О, да, знала.

В сознании всплыла сцена знакомства с Диланом. Ох, что же эта была за встреча! Свою значимую роль снова сыграла вера в мистику и врожденная тяга к приключениям Даниэль. В то время девушка еще жила в Шантайне, подрабатывая медсестрой в больнице «Святой Анны», а Дил — приехал на пятый тайный сбор оборотней, проводимый для новичков, чтобы посвятить их в лучшие аспекты новой жизни. Ему, как достаточно опытному вервольфу, поручили провести несколько лекций. До начала собрания, недалеко от больницы «Святой Анны», группа оборотней из Роудхелла затеяла драку с членами другой стаи, в которой и пострадала направлявшаяся домой Дэнни. Если бы не нашедший ее, истекающую кровью и потерявшую сознание, Дилан, то неизвестно, какая бы участь ждала девушку. С того момента, когда Стрейенс пришла в себя, и началась их дружба — общие неприятности и тайны сближают людей.

С пыхтением приподняв одной рукой матрас кровати, девушка положила туда красный сверток и сотовый «Nokia» старой модели, предварительно его отключив. Не лучшее место для того, чтобы что-то туда прятать, поэтому Даниэль срочно требовалось осмотреться в доме. До ее комнаты долетел слабый звук дверного звонка, вырывая Дэнни из воспоминаний. Постояв еще несколько секунд, она вышла из комнаты навстречу новой подружки Истмена.

На пути к Роудхеллу. Шон и Мэтт

— Хватит так улыбаться, Шон! — с наигранным ужасом воскликнул Харрис, проваливаясь в мягкое сиденье автомобиля, успокаивающе пахнущее кожей. — У меня из-за этого по спине мурашки бегают.

Не сводя глаз с дороги, Шон хмыкнул в ответ на реплику мужчины.

— Я бы на твоем месте молнии метал, — продолжил он, когда Бретфорст промолчал. — Что она у тебя там украла?

— Телефон, — немного подумав, Охотник с неохотой добавил: — И еще одного «ловца».

— Да ладно?! — Мэтт, подавшись вперед, присвистнул. — И что будешь делать?

Бросив на него быстрый взгляд, мужчина вновь вернул свое внимание машине и дороге перед ним.

— Неужели ты не понимаешь, что это игра? — сжав руки на руле, он улыбнулся. — Загляни под свое сиденье, Мэтью.

Подозрительно на него покосившись, Отступник кивнул и, сообразив, что он этого не видит, наклонился, засунув руку под сиденье. Ремень, мешая, уперся в грудь, но Харрис уже нащупал что-то кожаное; схватив это пальцами, он резко вытащил руку.

— Сумка? — он, приподняв брови, посмотрел на Шона таким взглядом, который словно спрашивал: «Ты не шутишь, приятель?». — Зачем тебе женская сумка…. Хотя нет, стой, не объясняй — я с самого первого дня нашего знакомства догадывался о твоих наклонностях. И хорошо, что ты решился мне расска…

— Да открой же ее, дубина! — рявкнул Бретфорст. «Этот идиот сведет меня когда-нибудь с ума», — подумал он, сворачивая на пустую проселочную дорогу и прибавляя скорости.

— Та-а-ак, хорошо; ключи, деньги, сотовый… — Мэтт бесцеремонно вытряхивал к себе на колени содержимое сумочки, — паспорт… Паспорт? Паспорт Даниэль Стрейенс? — чуть ли не с восторгом воскликнул он, когда открыл его. — Значит это ее сумка?

— Один — один, — ответил Шон, ухмыльнувшись от уха до уха. — Пока вы спали, я съездил к тому месту, где на нее напал вампир. Забрал все ее вещи, а местного охотника-самоучку — помнишь его? Не спрашивай, почему он ночью там ошивался — попросил помочь убрать машину. Мы найдем Дэнни.

— Сукин ты сын, — только и сказал Харрис, усмехаясь в ответ. Его всегда поражала предусмотрительность Шона Бретфорста.

Даниэль

Даниэль, на грани истерики, судорожно сжимала в руках кухонный нож. Она прижалась туловищем к стоящему напротив двери холодильнику, чувствуя, как через ткань рубашки к ней прокрадывается холод. Предательские слезы застилали глаза, горло сжималась, доставляя боль. «Долбанные слезы — я же ничего не вижу!» — подумала девушка, сильнее обхватывая рукоять ножа. Руки затекли, но она продолжала вытягивать их перед собой в оборонительной позиции, готовая действовать.

— Отойди от нее Дил, отойди же! — закричала она, указывая лезвием в сторону стройной блондинки. Линди прислонилась к одному из кухонных шкафчиков, скрестив руки на груди и с недовольным видом переводя взгляд с безумной девушки на ее друга Дила. «Нет, и все-таки оборотень был прав: мир любит преподносить нам сюрпризы! Это игра», — подумала она, вспоминая свою недавнюю мысль. Несколько часов назад найдя бумажник Вебстера, она собиралась поехать к его дому, но, побоявшись того, что готова сейчас натворить, отправилась к Истмену. Ей нужна была его помощь, его дружеский совет. «И что же он может тебе посоветовать?» — сказал внутренний голос вампирши. — «Убить его? Это мы сделаем и без его разрешения». Тряхнув головой, она страдальчески посмотрела на Дила, умоляя его предпринять хоть что-нибудь.

— Даниэль, — пытаясь говорить спокойно, позвал Дилан, — пожалуйста, успокойся. Положи нож на место, хорошо? — он сделал шаг к ней, но выражение лица девушки заставило его остановиться. — Черт возьми, Дэнни! Да что с тобой такое?

Еще сильнее вжавшись в холодильник, Стрейенс начала непрерывно качать головой.

— Это она Дил! Эта вампирша, она напала на меня! — на секунду в ее голове промелькнула мысль, что этот нож можно использовать и по-другому; перед глазами встала яркая картина, как девушка пронзает себя лезвием… Вздрогнув и тем самым прогнав ужасное виденье, Даниэль вдруг ощутила, как в ней что-то изменилось, как внутри нее словно что-то щелкнуло…

— Ох, черт, — прошептал Дилан и, посмотрев на вампиршу, спросил: — Линди, это правда?

Когда она кивнула, мужчина, застонал, схватившись за голову, словно ему вдруг стало плохо. Анализируя сложившуюся ситуацию, он просто не знал, что ему делать. Или, вернее, кто окажется для него важнее: Даниэль или Линди?

Внезапно поняв, что в ней больше не осталось страха, Дэнни внимательно посмотрела на причину своего испуга, на белокурую девушку. Она стояла, скрестив руки на груди, стараясь выглядеть безобидно, и кидая на Даниэль такие взгляды, словно она была психом, самоубийцей на карнизе. Действительно, страха больше не осталось и, если минуту назад девушка была на грани истерики, то теперь чувствовала неестественное спокойствие. Представив, как ситуация смотрится со стороны, она, не сводя с Лин пристального взгляда, опустила нож. Не убрала, но только опустила.

— Ну, наконец-то, — проворчала в ответ вампирша и локтем толкнула оборотня в бок. — Посмотри, кажется, она успокоилась.

— Даниэль, прости, я не… я не знал, — сказал он, все еще не решаясь подходить к девушке.

Дэнни кивнула и, убедившись, что Линди не собирается нападать, отлепилась от холодильника, сделав шаг вперед.

— Слушай, я хотела перед тобой извиниться, — виновато начала девушка, пытаясь разрядить обстановку. Нужно ведь было что-нибудь сказать? — Я не думала, что все так получится…

— И ты считаешь, что от твоих извинений мне должно стать легче? — говоря это, Даниэль скривилась. — Ты думаешь, что я тебе прощу?

— Нет, не думаю, — ответила Линди, пожимая плечами, — я просто хочу, чтобы ты знала, что я сожалею.

— Лин, может тебе лучше уйти, — пытаясь быть вежливым, предложил Дилан. — Мне нужно поговорить с Даниэль.

Вампирша открыла рот, собираясь возразить, но тут же закрыла его. Покачав головой, она сказала:

— Если я сейчас уйду, то натворю глупости, Дил. Много глупостей, — не обращая внимания на Дэнни, она повернулась к нему. — Помнишь наш разговор на площади «Роузс»? Я нашла его, я нашла того парня, что… — Линди замолкла, вспомнила про девушку и, бросив на нее посерьезневший взгляд, сказала: — Ты думаешь, я сделала это по своему желанию? Думаешь, мне действительно этого хотелось, Даниэль?

Стрейенс молча смотрела на нее, вспоминая тот момент, когда нашла в маковом поле обгоревшее тело Линди, при виде которого ее охватил ужас. Внезапно почувствовав, как в ней зарождается крупица радости от того, что девушка оказалась жива, Дэнни тряхнула головой. «Я не должна этому радоваться, она чуть не убила меня».

— Да, да, Даниэль, меня чуть не сожгли заживо, — в глазах Лин заплясала злоба, все более разгоравшаяся от каждого сказанного слова. — И если я сейчас уйду, то направлюсь к дому человека, который сделал это со мной, и убью его, — без тени сомнения или стеснения сказала вампирша.

Услышав последнюю фразу, Дэнни инстинктивно снова подняла нож. «Почему она говорит мне это все?». Видя, как лезвие блестит под лучами солнца, она перевела взгляд на девушку перед ней: в ее глазах отражалось боль, страдание и… гнев.

— Значит, ты хочешь отомстить? — спросила Даниэль и сделала несколько нерешительных шагов в сторону Линди и Дила. Оборотень, давший дамам возможность выяснить отношения, широко улыбнулся. Кажется, все разрешалось само собой.

18

17 июня. Даниэль

Бар «Green frog» был самым захудалым заведением в городке; лимит посетителей за день не переваливал и за десятку. Впрочем, некоторым заядлым клиентам нравилась тихая, уединенная атмосфера этого места — они-то и спасали «Green frog» от полного разорения. Владельца бара такое положение дел вполне устраивало.

Обхватив ладонями стакан с безалкогольным коктейлем, Даниэль крутанулась на стуле, встречаясь взглядом с недовольными посетителями. Потянув через трубочку напиток, девушка прищурилась, сквозь темноту помещения всматриваясь в не вызывающую доверия публику: обтянутые в кожу байкеры, нищие, бездомные и просто параноики. Новичкам здесь явно были не рады.

Ничуть не огорчившись этому факту, Стрейенс скосила глаза в сторону входа, намериваясь отслеживать всех новоприбывших посетителей. Прошло полчаса, но обстановка в заведении не менялась: высоко над дверью горела одинокая лампа, освещая своим светом метавшиеся в пространстве пылинки. Угрюмо вздохнув, когда напиток кончился, Дэнни принялась нервно покусывать коктейльную трубочку. Толстопузый бармен, все это время не сводивший с девушки взгляда, двинулся к ней, вытирая руки о свой блекло-серый фартук.

— Дамочка, вы сидите здесь, черт знает сколько, но заказали лишь один коктейль.

От неожиданности Даниэль вздрогнула, чуть не подавившись трубочкой, и развернулась обратно к стойке. Хмыкнув, бармен вырвал из ее рук стакан, продолжая:

— И хватить жевать наши трубочки!

— Вам-то что? — фыркнула Дэнни, чувствуя в одно и то же время возмущение и недоумение из-за наглого поведения толстяка. — Вы их что, по нескольку раз используйте? Нет? Отлично, тогда не мешайте мне отдыхать!

Положив ладони на стойку по обе стороны от девушки, мужчина угрожающе подался вперед. В неровном свете блеснула его лысая макушка.

— Будете еще что-нибудь заказывать, мисс? — ядовито-приторным голос спросил он.

— Я не… — Стрейенс, увидев выражение его лица, резко замолчала. Кажется, на время этого разговора в зале все замерли — Дэнни спиной ощущала направленные на нее обжигающие взгляды. К чему спорить? — Можно мне картошки, соуса и колы?

Пустой желудок согласно заурчал.

Отрицательно мотнув головой, бармен с намеком кивнул на дверь.

— У вас так много клиентов? — Даниэль одарила мужчину язвительной улыбкой. — Чем я вам мешаю? К тому же у меня здесь назначена встреча.

Не на шутку разозлившись, так, что кожа на щеках покрылась красными пятнами, похожими на аллергическую сыпь, толстяк открыл рот, собираясь выставить эту нахалку из заведения:

— Ты маленькая…

Увидев выросшего за ее спиной высокого мужчину, он замолчал, удивленно хлопая сальными глазенками. Уже через секунду удивление сменилось страхом — хватило лишь одного взгляда на безжизненное выражение лица этого человека.

— Вы, кажется, что-то говорили, — уловив в голосе незнакомца отчетливую угрозу, бармен совсем сдулся. — Продолжить хотите? Тогда принесите даме ее заказ.

Услышав знакомый голос, Дэнни развернулась и, с радостным воплем вскочив со стула, повисла на шее у мужчины.

— Трой!

Опешив от такого бурного приветствия, мужчина замер, не зная, как должен отреагировать.

Трой Эванс без особых усилий мог бы размазать ее по стенке — он привык решать проблемы таким способом. Но Дэнни действовала на него гипнотически: находясь рядом с ней, Охотник из кожи вон лез, чтобы выглядеть более человечным. А ведь это так сложно, казаться человеком, когда внутри тебя пустота. Единственное, что выдавало Эванса, сводя на нет все усилия, — это его холодный взгляд. Он не может обмануть, ведь глаза — зеркало души. Но что прикажите делать, когда у тебя ее нет?

— Стрейенс, — прозвучало довольно сухо.

— Я думала, опаздывать — прерогатива девушек, — шутливым тоном с ноткой обиды в голосе сказала Даниэль, усаживаясь обратно на свое место.

Не оценив шутки, он пожал плечами:

— Были дела, — и устроился на стуле рядом с ней.

Проворчав что-то неразборчивое, Дэнни раскрыла сумочку, откуда, покопавшись во внутренних карманах, достала черный квадратик бумаги. Положив карточку на барную стойку, она пододвинула ее к мужчине.

— Оставлять послание на подушке — это слишком, не находишь? — девушка почти привыкла к неординарным способам Троя назначить встречу.

Вновь пожав плечами, Охотник смял карточку с адресом и положил в карман. Пора переходить к делу. Ведь за этим он сюда и пришел.

— Даниэль, ты ведь знаешь, что я неспроста приехал в Роудхелл. И уж точно не просто так назначил тебе встречу. Мы хорошо сработались в Шантайне, и мне снова нужна твоя помощь.

Вспомнив дни жизни в Шантайне, девушка улыбнулась — город грозился занять второе место в хит-параде нечисти. Идеальное место для любителей приключений!

— И что же ты хочешь? Дай угадаю: вампиры, оборотни, зомби? — Дэнни вопросительно приподняла брови, поощряя мужчину говорить дальше.

— Нет, Даниэль, на этот раз все гораздо серьезней, — он с намеком посмотрел на девушку, пытаясь поймать ее взгляд. — Мне нужно, чтобы ты проследила за Отступниками, неделю назад появившимися в городе. Что скажешь?

Дэнни зашлась в приступе кашля, тем самым заработав неодобрительные взгляды нескольких посетителей. Смышленый бармен предпочел держаться от этих двоих в стороне.

— Отступники? — переспросила девушка, словно плохо расслышала.

— Да, Стрейенс, Отступники, — Трой развернулся на стуле, задев коленом ногу Даниэль. — Я все знаю о твоих новых друзьях, а вот ты, похоже, нет. Но если бы ты не была с ними знакома и не крутилась последние несколько дней возле них, то я бы, поверь, не смел просить тебя об этом. Но, кажется, удача не на твоей стороне, — он едва заметно приподнял уголки губ в слабом подобии улыбки. — Сама знаешь, насколько опасными они могут быть.

— Не опасней тебя, — не подумав, ляпнула девушка и прикусила язык, когда заметила, как потемнел взгляд Охотника. Она видела, насколько хладнокровно он убивал, единственным оправданием служило то, что его жертвами становились обезумившие монстры. Но мог ли он также легко убить невинного человека? Даниэль надеялась, что никогда не узнает ответа на этот вопрос. Никогда. Общение с Эвансом, авантюры, в которые он ее втягивал, нередко представляли опасность для ее жизни. Но, как бы наивно не звучало, Дэнни чувствовала в нем что-то хорошее, что не давало ему совершать по-настоящему ужасные поступки. Все это были лишь необъяснимые ощущения девушки, а какова была реальность — на это мог ответить только сам Трой.

— Ты забываешься, Дэнни, — понизил голос мужчина. — Разве не я спас тебя от шайки оборотней?

— Прости, — выдавила она из себя. — Но я не собираюсь следить за кем-то из них, Трой. Ты, как я вижу, можешь прекрасно обойтись и без меня.

Охотник негодующе вздохнул, прокручивая в голове аргументы, которые смогут убедить Даниэль в том, что Отступники — враги номер один. В отличие от нее он не сможет подобраться к ним так близко, а нужные ему сведения мужчины не выдадут даже под пытками. Женское очарование Дэнни будет куда как эффективней.

— Во-первых, ты моя должница. А во-вторых…

Стрейенс в протестующем жесте вскинула руки.

— Я вернула свой долг еще в Шантайне, теперь я ничего тебе не должна. Ничего, Трой, — сощурившись, она пристально посмотрела ему в глаза.

— Я спас твою задницу, — напомнил Охотник, четко проговаривая каждое слово.

— И что, теперь будешь до конца жизни этим гордиться? — Даниэль фыркнула. На долгую минуту между ними повисло молчание. Всматриваясь в лицо девушки, Трой заметил на нем следы грусти. «Почему?» — тут же возник в голове вопрос. Не сложно читать чужие чувства, когда сам их напрочь лишен, — гораздо сложнее понять их причину. Охотник ощутил, как висевший на шее амулет активировался, послав разряд магии ему в грудь, откуда направился прямо в сердце. По коже пробежал разряд электричества, вызывая мурашки; место в области груди словно бы оттаяло, потеплело… Демонский амулет пришел в действие, начав медленно вытягивать из мужчины силы.

— Как насчет платы? — наконец, предложил он, прерывая затянувшуюся тишину.

— Платы? — Дэнни недоуменно приподняла брови. — О чем ты?

— Что если я предложу тебе что-то, от чего ты не сможешь отказаться?

Почему-то эта фраза заставила Даниэль напрячься; проанализировав ситуацию, она попыталась изобразить интерес и, вздохнув, спросила:

— Ладно, что тебе от них нужно?

— Я так и знал, что ты согласишься.

— Вообще-то я еще не давала своего согласия. Сначала обрисуй мне ситуацию и… что я получу взамен информации об Отступниках. Сам понимаешь, что это будет недешево, Трой. Халява закончилась в тот момент, когда я последний раз помогала тебе и меня чуть не убили.

Девушка решила прибегнуть к небольшой лжи, намериваясь вытянуть из Охотника как можно больше ценной информации. Отказаться от затеи в подходящий момент — вот ее прерогатива.

Несколько секунд внимательно всматриваясь в ее лицо, Эванс, наконец, утвердительно кивнул. Ему казалось, что он добился своего. Мужчина лишь не учел тот факт, что, какой бы дружелюбной не казалась Даниэль, завоевать ее доверие — не так уже легко. В ее глазах его не заслуживала даже родная сестра Миранда.

— Как ты знаешь, — начал рассказ Трой, — демонов чертовски сложно убить; способов сделать это — катастрофически мало. У нашего Клана имелись способные на это зачарованные стрелы, доставшиеся еще от первых поколений Охотников. Они были спрятаны в Роудхелле. И вот неделю назад стрелы пропадают…

— Как раз тогда, когда в городе появились Отступники? — предположила Даниэль и тяжело сглотнула; в голове пронеслось воспоминание, как она нашла в багажнике авто Шона странные стрелы с серебряными наконечниками. «Каковы шансы того, что это окажутся именно те самые стрелы?»

— И-и-именно, — протянул Трой, довольный сообразительностью Дэнни. — И затем в Роудхелле началась череда смертей. Те девушки в парке были не последними жертвами. После этого, как ты могла догадаться, сюда послали меня.

Несколько секунд обдумывая полученные сведения, Даниэль замотала головой:

— То есть ты думаешь, что это дело рук Отступников? Нет, Трой, я была с ними — это не может быть так.

— Ты настолько хорошо их знаешь, чтобы говорить об этом так уверенно? — мужчина сощурился. Факт, что Даниэль пытается защитить Отступников, неожиданно оказался для него неприятен.

Отведя глаза, девушка решила не отвечать на этот вопрос. Странно, но Шон, практически незнакомый человек, вызывал в ней гораздо больше доверия, чем Эванс. Те моменты, которые они пережили за это короткое время, ощутимо сблизили их обоих. Дэнни внезапно пожалела, что ушла от него и Мэтта — это было неправильным, импульсивным решением.

— Возможно, они потеряли контроль, и демон вырвался на свободу, — продолжил Трой, видя, что Стрейенс полностью погрузилась в свои мысли. — А может, кто-то еще его вызывает. В любом случае мне нужны эти стрелы Даниэль и то, что ты сможешь узнать от Отступников. Почему-то мне кажется, что они достаточно доверяют тебе для этого.

Подготовленный Троем рассказ звучал вполне убедительно, а как хорош был в его исполнении! И все же Стрейенс сомневалась. Это сомнение, зародившееся где-то внутри, и помогло ей принять решение — правильное, как казалось самой девушке.

Когда заказ был готов, лысый бармен, не решившись подходить, небрежно вывалил картошку на тарелку, кинул пару салфеток и легким движением руки послал еду по барной стойке. Проделав тот же самый трюк и с колой, он полез в карман за сигаретами и, прикурив одну, отвернулся от зала. «Может, сходить прогуляться?», — почесывая живот, подумал мужчина: — «Мало ли чем все это может кончиться». Покосившись на миловидную девушку, сидевшую рядом с чужаком, он внезапно почувствовал к ней жалость. Неужели она не видит той черной энергии, которая плотным облаком пропитала Охотника? Для тех, у кого нет души, не может быть спасения. По крайней мере, пока они сами того не захотят.

— Мне кажется, — сказал Эванс и, придвинувшись ближе, посмотрел девушке в глаза, — они хотят обменять стрелы на какое-нибудь желание.

— Желание? — переспросила Дэнни, макая картошку в соус и послав ее в рот.

Трой кивнул.

— Да, существует демон исполнения желаний, Фомор. Но все загаданные желания он переворачивает таким образом, что кроме бед и несчастий они не могут принести человеку ничего больше. Редко для кого Фомор делает исключения, заключая честную сделку, но ведь люди так наивны, они не хотят этого понимать, — видя, что девушка сомневается, он выдал свой последний козырь: — Помоги мне, и я обещаю рассказать тебе правду о твоем происхождении.

Даниэль очень натурально выронила трубочку изо рта.

— О чем это ты, Трой? — спросила она, повышая голос. — Я не понимаю.

— Никаких вопросов, — мужчина с уверенным видом победителя сцепил на стойке перед собой руки, — сначала дело. Последнее слово за тобой, Стрейенс.

— Нет, — тихо проговорила девушка после небольшой паузы. — Трой, нет.

— Я не расслышал, что ты сказала, Даниэль, — Трой открыл баночку колы и поставил ее перед Дэнни. Его галантное поведение никак не сочеталась с похолодевшим, угрожающим голосом, который пробирал до самых костей. — Повтори, пожалуйста.

Прочистив горло, Стрейенс, стараясь казаться уверенно, сказала:

— Я не буду помогать тебе. Все это, — она неопределенно развела руками, — ваши проблемы и не нужно пытаться впутать в них меня. Разбирайтесь сами.

Мужчина на некоторое время замолчал. Когда он заговорил, в его голосе уже не было эмоций — вообще ничего.

— Кажется, ты не понимаешь всей серьезности этого дела. Хорошо, Даниэль, я не хотел говорить этого, действительно не хотел, но придется. Отступники жестоки, это правда. А ещё они целеустремлённые бандиты. Поэтому убийств будет не одно, не два, а больше. Гораздо больше. Город в опасности, но прежде всего, — мужчина назидательно поднял палец, — ты и твои близкие. Через тебя они будут подбираться к твоим друзьям и знакомым. Затем, конечно, спишут все смерти на наш клан, и таким образом привяжут тебя к себе ещё больше. Мы хотим тебе помочь, — Трой заглянул девушке в глаза своими — мертвыми. Стоило одного взгляда на его лицо, чтобы понять, что говорил он совсем не об Отступниках. Он угрожал ей, и эта угроза заставила Даниэль вздрогнуть.

— Пытаешься запугать меня? — прочистив горло, хрипло спросила она.

— Нет, Дэнни, всего лишь уберечь, — постукивая пальцы по барной стойке, он добавил: — Твоя сестра ведь, кажется, живет здесь, в Роудхелле, правда?

— Не смей трогать ее, — прошипела девушка, сжав руки в кулаки.

— Успокойся и хорошенько подумай, прежде чем что-то говорить, Даниэль. Я жду твоего решения.

Зажав между пальцами картошку, Даниэль пристально её разглядывала, раздумывая над ответом. Ей нужен был повод выразить сомнение, она совсем не хотела в этом участвовать. С другой стороны, это был повод опять сблизиться с Шоном.

— А что если у вас не получится? Почему вы думаете, что вы с ними справитесь?

— Мы не думаем. Мы знаем, а ты, — мужчина сделал ударение на последнем слове, — нам поможешь.

— Я еще не дала свое согласие.

— Даниэль, я тебя знаю. Ты не сможешь отказаться. Просто следи за их передвижениями, верни нам стрелы — и всё!

Стрейенс задумчиво посмотрела на Троя. Решение было не мировым, но определённо повлияет на её судьбу в будущем.

— По рукам, я согласна, — мрачно заключила она. Ее вера в частичку доброты, живущую в Охотнике, была разбита на миллион осколков; не осталось и капли жалости к этому человеку. Все это время он нагло использовал ее! В конце концов, что стоит Охотнику из Клана, убийце, освоить искусство обмана? А во вселенское сердоболие бездушного монстра она теперь не верила.

— Это последний раз, когда я тебе помогаю, — полным злобы голосом сказала девушка.

— Будешь помогать столько, сколько потребуется, — кинув на стойку карточку с номером телефона и несколько купюр за еду, мужчина встал и медленно побрел к выходу, оставив Дэнни одну со своей болью и гневом от предательства. Он знал, что теперь она будет ненавидеть его всей душой. Скрывшись за тенью одного из зданий, Эванс привалился к стене и, тяжело дыша, сорвал с себя амулет. Зажав черную нить в кулаке, он поднял ее над головой, наблюдая, как коричневый камень, оплетенный кожей и травами, ярко сверкает на солнце. Хмыкнув, Трой обвязал его непроницаемой магической тканью и спрятал в кармане брюк. Теперь весь день он будет чувствовать усталость и недомогание — побочный эффект использования чар. Этот амулет, маленький кусочек камня, позволял ему чувствовать жалкую треть эмоций, которые он мог бы испытывать, будь человеком. Демонская магия на время возвращала ему частичку утерянной души. Ведь весь этот маскарад был ради нее, Даниэль. Но теперь все кончено, она знает правду. Все. Кончено.

Ночь. Шон и Мэтт

Старый особняк пропитали отвратительные запахи крови и разложения. Из парадного холла доносились звуки борьбы, сыпались проклятия. Внезапно все стихло. Тишина прерывалась лишь тяжелым дыханием двух Отступников и шипением мерзкой твари, метавшейся между ними. Сжимая в руках мачете, Шон пристально наблюдал за стоящим в нескольких метрах от него вампиром; с лезвия капала кровь, пачкая старый дубовый паркет. Слева, под ногами, валялся обезглавленный труп одного из упырей. Прямо на глазах он разлагался, превращаясь в пыль, — но у мужчины не было времени наблюдать за этим процессом.

— Вы всерьез думаете, что нападать на вампира ночью — это хорошая идея? — с нескрываемым самодовольством прошипел темноволосый мужчина и оскалился, обнажая пару острых клыков. Пальцы были скрючены, словно когти; тварь, потерявшая все остатки своей человечности, готовилась атаковать в любой подходящий момент.

— Давай спросим, что думают по этому поводу твои друзья, — Шон кивнул на мертвые тела, незаметно подавая напарнику условный сигнал.

Харрис, стоя с другой стороны комнаты, целился в вампира пистолетом, заряженным серебреными пулями. «Все лучшее специально для нечисти», — мысленно хмыкнул он.

— Ночь — это время, когда мы выходим на охоту, а вам следует прятаться по своим норам, — сказал брюнет и пнул валявшееся рядом тело. Еще один вампир был застрелен. Остался последний.

Согнув ноги в коленях для прыжка, мужчина закричал и кинулся вперед, намериваясь вцепиться Отступнику в горло. Кинув мачете, Шон бросился на пол и откатился в сторону — через секунду оружие снова было в его руках. Сзади послышалась череда оглушительных выстрелов и, обернувшись, он увидел, как тело вампира дергается в конвульсиях и оседает на пол. С шипением из губ выходили последние, прерывистые вздохи. Не став медлить, Бретфорст подошел к нему и, замахнувшись, использовал по назначению мачете. Голова упыря покатилась в сторону, в глазах померк свет. Перекинувшись с Мэттом несколькими фразами, касающихся дальнейших действий, он подошел к другому вампиру и проделал с его головой тоже самое — для верности. На месте третьей тела осталась лишь горстка пепла; все трое были истинно мертвы. Работа Охотников сделана.

— Знаешь в чем выигрывают вампиры по сравнению, скажем, с оборотнями или зомби? — спросил Мэтт, собирая сумку с оружием. Шон повернулся к нему и вопросительно приподнял брови, поощряя того продолжать. — За ними не нужно убирать, природа позаботилась обо всем сама.

Когда они выходили из дома, Харрис вдруг почувствовал вибрацию в кармане брюк. Достав телефон, он увидел номер так настойчиво звонившего и его глаза расширились.

— Ээ, Шон? Тут звонят с твоего телефона.

Выхватив из его рук сотовый, блондин слабо улыбнулся. Даниэль. Он знал, что их пути еще пересекутся. Нажимая кнопку приема вызова, он подумал: «Какая же все-таки ты странная».

Дом Дилана, тремя часами ранее. Даниэль

Желтое такси остановилась напротив небольшого одноэтажного дома темно-серого цвета. Расплатившись с водителем, Даниэль побрела к парадному входу, занесла руку, чтобы постучать в дверь. Никто ей не открыл. Вытерев руками слезы, девушка выудила из кармана ключи и вставила их в замок — Дилан оказался настолько любезен, что вручил ей дубликат. Узкий коридор встретил Дэнни сплошной темнотой. Скинув туфли на высоких каблуках, она на ощупь двинулась вперед, небрежно бросив куда-то на пол сумочку. Стянула с головы резинку, давая волнистым волосам свободно разметаться по плечам. Прислушавшись к тишине она решила, что дома никого нет, и облегченно вздохнула. Девушке хотелось побыть одной, собраться с мыслями — слезы были готовы вот-вот выступить из глаз. Шмыгнув носом, Стрейенс направилась в гостиную, там-то ее и ожидал сюрприз. Удивленно приоткрыв рот, она замерла в проходе: в комнате повсюду были расставлены зажженные свечи, свет которых отбрасывал на стены причудливые тени; в воздухе приятно пахло цветами. Сделав глубокий вдох, она с улыбкой посмотрела на сидящего на диване Дилана. Пробежавшись по нему глазами, девушка с достоинством оценила внешний вид мужчины: аккуратно причесанные волосы, выглаженная белая рубашка и черные брюки.

— Ты чего так разоделся? — растянув губы в улыбке, спросила Даниэль.

— Хотел сделать тебе что-нибудь приятное, — Дил, вставая с дивана, пожал плечами. — За последние дни ты много натерпелась, тебе нужно развеяться.

В несколько шагов он преодолел расстояние от дивана до стереосистемы и нажал на заветную кнопку — из динамиков полилась ритмичная музыка; девушка тут же узнала одну из своих любимых песен: «The Raconteurs — Steady, As She Goes».

— Как ты узнал?

— Вообще-то она стоит у тебя на звонке.

Мужчина подошел к ней и, улыбаясь, подал руку.

— Не хочешь потанцевать?

— Что ты затеял? — Дэнни подозрительно прищурилась.

— Мои намерения чисты и невинны, как… как… — не подобрав подходящего сравнения, оборотень покачал головой и, сжав руки в кулаки, поднял их над головой, став двигаться из в сторону.

Прикрыв рот ладонями, Стрейенс попыталась сдержать смех, но через несколько секунд уже смеялась в голос — Дилан начал делать странные телодвижения тазом.

— Давай, не стой столбом, — подначил он и, обхватив девушку за талию, попытался закружить ее в танце. — Я уже несколько лет ищу повод, чтобы вспомнить уроки танцев в старших классах. Танцуй, детка!

Девушка и не заметила, как отдалась музыке. Песни сменяли одна другую, а они с Дилом, вцепившись друг в друга руками, кружили по комнате, подпевая любимым исполнителям. Когда заиграла песня «Nickelback — Saturday Night» s Alright» оба словно сошли с ума: Даниэль запрыгнула на диван и, используя пульт вместо микрофона, пела, пытаясь попадать в такт словам. Выкрикивая «She» s with me!», Дилан схватил лампу и изобразил игру на гитаре, упав на колени напротив девушки. Они оба были хуже самого шумного ребенка. Выбившись из сил, Дэнни, смеясь, завалилась на диван — Дилан бросил свой «инструмент на пол» и устроился рядом с ней.

— Боже, если бы нас только кто-нибудь видел! — отдышавшись, весело пробормотала девушка. Липкий комок внутри, образовавшийся после разговора с Троем, исчез бесследно, размытый волной приятных ощущений.

— Даже думать об этом страшно, — изобразив ужас, сказал оборотень. — Смотри, что у нас еще есть.

Он указал на кофейный столик перед ним, заставленный выпивкой и закусками. Разлив по бокалам красное вино, он подал один из них Даниэль. Прочистив горло, мужчина торжественно произнес тост:

— За всех сверхъестественных тварей, проживающих в этом городке! — и они чокнулись.

Еще через двадцать минут, когда на полу появилось несколько пустых бутылок из под алкоголя разных сортов и крепости, Даниэль и Дилан, привалившись друг к другу, радостно хихикали.

— Знаешь, это ведь именно то, что мне было нужно. Спасибо, Дил, — девушка в порыве искренней благодарности взяла его за руку и сжала пальцы. — Поганый сегодня был день, но с тобой… он стал чуточку лучше.

Уловив в ее голосе оттенок грусти, мужчина посерьезнел и перестал улыбаться.

— А что случилось, милая? Расскажи мне, я, с удовольствием, выслушаю.

Ей действительно хотелось бы с кем-нибудь поделиться, но… это было бы слишком сложно объяснить.

— Я не могу, это все сложно, Дил, — озвучила она свои мысли.

— Тогда просто забудь об этом, — он повернул голову, и Дэнни вдруг обнаружила, что их лица находятся в паре дюймов друг от друга — настолько близко, что можно было почувствовать теплое дыхание оборотня.

— Мы ведь просто друзья, правда? — тонов выразив сомнение, спросила она.

— Конечно, — подтвердил Дилан, подаваясь вперед. — Может, поцелуешь меня, наконец?

Нежно поцеловав девушку в щеки и подбородок, Дилан осторожно коснулся губами ее горячих, полных губ. Почувствовав, как по телу прошла легкая дрожь, Дэнни обхватила руками его лицо, отвечая на поцелуй. Опомнившись, она оторвалась от него и, тяжело дыша, пробормотала:

— Это безрассудно, Дил.

Смотря в ее теплые карие глаза, он улыбнулся.

— Смотрите-ка, кто заговорил о рассудке! Женщина, которая своей задницей… — Даниэль ударила оборотня по руке, после чего он, ойкнув, быстро исправился: — Хорошо, своей очаровательной задницей, словно магнит, притягивает неприятности. И как тебя только угораздило попасть под клыки Линди? Она ведь вампир в завязке.

Закончив говорить, Дилан принялся целовать девушку в шею, но та, недоуменно нахмурившись, отодвинулась от него.

— В завязке? Что это значит?

— Это значит, что она уже очень давно не пьет человеческую кровь, но иногда… иногда у нее сносит крышу, и она забывает абсолютно про все. И именно тебя угораздило попасться ей в этот момент.

Мужчина заботливо провел пальцами по ее волосам, и Даниэль, теснее прижавшись к нему, обхватила руками его за талию.

— Тяжелая участь вампира, правда?

— Если сейчас мы продолжим, то Линди, наверняка, убьет тебя, — голос Дила прозвучал низко и хрипло.

— Что ж, я была бы рада насолить вампирше, — девушка вновь потянулась к его губам, как вдруг остановилась — пришедший в голову образ, заставил ее отрезветь. Шон. Тряхнув головой, чтобы прогнать возникшую перед глазами картинку, она медленно отодвинулась от Дилана.

— Обычно это всегда так и заканчивается, — сказала она, разжимая руки.

Мужчина хватило одного взгляда на ее лицо, чтобы понять, что продолжать Стрейенс не хочет. Для него это было достаточно веской причиной остановиться.

— Так давай будем оригинальней? — предложил он, пожимая плечами. Дэнни кивнула, и Дилан, поцеловав ее в лоб, собрался уходить к себе в спальню.

— Спасибо за прекрасный вечер, — бросила напоследок Даниэль, — я прекрасно провела время, — и оборотень скрылся в коридоре. Посидев еще немного в одиночестве, девушка собрала все бутылки и выкинула их в мусорное ведро. Вернувшись в свою комнату, она отодвинула матрас и достала сотовый Охотника. Зажав в руках телефон, она села на кровать, все глубже и глубже погружаясь в собственные мысли. Только через час Стрейенс решилась включить его и набрать номер.

19

18 июня, «9:50». Даниэль

Черный бьюик стоял возле обочины, с одной стороны почти полностью скрытый рядом деревьев. Водитель явно неспроста выбрал для остановки именно это место. Выглядывая из-за угла, Даниэль кусала губу, пытаясь разглядеть в окне силуэт Шона. «Чертовы ветки!», — подумала девушка, прищурившись. С каждой секундой внутри все больше нарастало волнение, собственные мысли заставляли ее нервничать: «Что я скажу ему, когда увижу? Как вести себя? А вдруг он что-то заподозрит? Вдруг…» — внезапно на плечи легли чьи-то теплые руки. Взвизгнув от неожиданности, Стрейенс резко развернулась, инстинктивно замахиваясь кулаком для удара. В паре сантиметров от лица Шон, внимательно разглядывая девушку, перехватил ее руку.

— Ты решила меня убить? — он приподнял бровь.

— Как ты?..

— Я все надеялся, что ты, наконец, перестанешь заниматься глупостями и подойдешь к машине, но, — мужчина пожал плечами, — устал ждать.

Блондин ослабил хватку на ее запястье и, переместив ладонь, взял за руку. Даниэль с подозрением покосилась сначала на их руки, а затем на него самого. Чувствуя, что нужно что-то сказать, она попыталась принять уверенный вид:

— Твой телефон, — девушка достала из кармана черный Nokia и протянула его Отступнику. — Извини, я не хотела брать его.

— Но тогда ты бы не позвонила мне, — Шон, отпустив Дэнни, забрал сотовый. — А когда ты ушла, я знал, что ты в любом случае это сделаешь.

— Тебе не кажется, что ты слишком самоуверенно об этом говоришь? — девушка попыталась улыбнуться. Нужно было наладить контакт, но как это сделать, когда чувствуешь себя так неловко? — Странно, — прошептала она, но Охотник услышал ее.

— Что — странно?

Даниэль немного подумала над ответом.

— У меня такое чувство, словно я на первом свидании, — девушка покачала головой, — и не знаю, как вести себя.

Встретившись глазами, они слабо друг другу улыбнулись.

— Тебе станет легче, если я признаюсь, что тоже чувствую себя не в своей тарелке? Думаю, нам нужно поговорить.

Разговоры — это то, чего Стрейенс боялась больше всего. Она не придумала никакой правдоподобной лжи, потому что ей совершенно не хотелось врать ему, особенно по прихоти Троя. «Может, сказать правду? Или…».

— Хорошо, — Дэнни закивала головой. — Пойдем в машину? На улице слишком жарко.

— Прошу, — Шон сделал театральный жест, пропуская Даниэль вперед.

Как только они сели в машину, мужчина тут же включил на полную мощность кондиционер. Подставив лицо под поток холодного воздуха, Стрейенс блаженно вздохнула.

— Жара сведет нас всех с ума.

— Ты ведь не о погоде пришла поговорить? — усмехнулся блондин.

— Можно поговорить и о ней, — безуспешно попыталась уйти от темы Дэнни.

— Даниэль, — Бретфорст, развернувшись на своем сиденье, с нетерпением посмотрел на девушку. — Когда ты назначала встречу, то говорила, что у тебя что-то для меня есть. Если хочешь, могу начать я, но…

— Нет, нет, — решив как можно точнее придерживаться правды, не выдавая самых главных подробностей, девушка вздохнула и начала рассказ: — Я была не до конца честна с тобой, — увидев, как в глазах Шона загорелся интерес, она сглотнула; он словно бы спрашивал: «Насколько?». — Я многое знаю о сверхъестественном мире, в частности о Роудхелле, его местных страшилках и… я кое-что знаю о вас с Мэттом, об Отступниках.

Невольно подавшись вперед, Шон недоуменно нахмурился.

— Но ты ведь… ты… — выдавил он из себя. — Черт, ты так натурально изображала удивление и ужас, когда говорила о вампирше, что напала на тебя. Я думал, тебе о них ничего не известно! Представляя, каково тебе пришлось, я испытывал к тебе жалость.

— От знаний о нечисти, менее страшно и легче мне не стало, — сквозь зубы процедила Даниэль, задетая его комментарием. А чего она ожидала? Все это время девушка находилась вместе с ними, обманывая, тоже самое собираясь сделать и сейчас… Но это было уже другое. — Подожди, получается, вы возились со мной из жалости?

— Дело не в этом, — замотал головой Шон, — я просто хотел помочь тебе. Хорошо, — он вздохнул. — И что же тебе еще известно?

— Ты говоришь так, словно я в чем-то виновата! — Даниэль нахмурилась. — Может быть, я тоже хотела помочь вам. Что в этом плохого?

— Помочь? — ядовито переспросил он.

— Шон, — девушка замолчала, собираясь с мыслями. Когда она вновь заговорила, голос ее звучал спокойно и рассудительно. — Продолжая развивать эту тему, и кидаться друг в друга обвинениями, мы ни к чему не придем — лишь поссоримся снова. Если ты думаешь, что мне нечего тебе предъявить, то очень крупно ошибаешься. Но позвонила я тебе уж точно не для этого, так что давай закроем тему и поговорим о деле?

Проанализировав ее слова, Бретфорст кивнул, едва заметно улыбнувшись. Это ему в ней и нравилось.

— Хорошо, продолжай.

— В общем, сопоставив некоторые сведения, события, произошедшие в городе, и ваши с Мэттом разговоры, я поняла, что, кажется, знаю, зачем вы приехали в Роудхелл, — с этого момента в силу вступала информация, выданная девушке Троем.

— И зачем же? — Шон прищурился.

— Чтобы вызвать демона, — ответила Дэнни, отводя глаза. Ей не хотелось видеть его лицо в этот момент.

На какое-то время в салоне машины повисло молчание. Протянув руку, мужчина взял Стрейенс за подбородок, разворачивая ее лицом к себе. Посмотрев ей в глаза, он спросил:

— Ты знаешь, что это за демон?

Определив тон Шона, как достаточно спокойный, девушка позволила себе немного расслабиться.

— Фомор, демон исполнения желания. Вам что-то нужно от него и, — набрав в грудь воздуха, она выпалила: — я тоже хочу загадать желание!

Охотник, опешив от такого признания, захлопал глазами, всем своим видом показывая удивление.

— Желание… Я даже не буду спрашивать, зачем тебе это нужно. Нет, Даниэль.

— Но почему? — возмутилась девушка.

— Это слишком опасно. И тебе совершенно ни к чему, поверь мне.

Дэнни, расстегивая ремень безопасности, скривилась.

— Вновь собираешься уйти? — спросил блондин.

— Нет, просто если я решу на тебя накинуться, то ремень может мне помещать, — язвительно ответила Стрейенс. — С чего ты взял, что твое желание важнее моего? Не решай за меня, нужно оно мне или нет. Если я попросила тебе об этом, значит нужно, понимаешь?

— Хорошо, — мужчина стал постукивать пальцами по приборной панели управления, создавая в салоне неприятный звук. — И какое же желание ты приготовила для демона?

— А ты какое? — задала встречный вопрос Даниэль. И, когда Шон не ответил на него, победно улыбнулась. «То-то же». — Слишком личное, правда? Тебя устроит, если я и ты оставим свои желания при себе?

— Устроит, но ты меня все еще не убедила, Даниэль. У тебя есть для меня что-нибудь еще?

— Вообще-то есть. Я знаю имя человека, который последним вызывал в Роудхелле этого демона.

Бретфорст чуть не подавился. Разговор с этим самым человеком мог бы принести ему много полезной информации, а мог и не принести, но… Попытка того определенно стоила!

— И как же мне с ним поговорить? — стараясь не выдать волнения, спросил он.

— Значит, ты согласен? — в Дэнни промелькнула надежда, но в тоже время и удивление, вызванное таким поспешным согласием мужчины. «Все, как и говорил Трой».

— Да, — кивнул он, уступая прихоти девушки. Ну что плохого может сделать одно женское желание?

— И ты обещаешь не обмануть меня? У меня ведь есть еще одно условие.

— Даниэль, — Отступник выразил тоном свое нетерпение.

— Хорошо, хорошо, — Стрейенс повернула голову к домам бежевого цвета, расположенных в этом районе, и указала на один из них: — Вон тот дом, справа, видишь? Он живет там.

Откинувшись на сиденье, Шон задрал голову и засмеялся.

* * *

— И что же станет твои вторым условием, Даниэль?

Шон и Дэнни стояли около дверей современного двухэтажного дома, ожидая, когда им соизволят открыть.

— Отвези меня к ведьме, — девушка, в не терпении переминаясь с ноги на ногу, несколько раз позвонила в звонок. Когда Охотник недоуменно посмотрел на нее, она добавила: — Маргарет Тревис. Кажется, так ее звали?

— Маргарет? — переспросил он, словно ослышался, и удивленно развел руками. — Но зачем тебе? Я не понимаю.

Стрейенс открыла рот, собираясь ответить, когда с подозрительным скрипом приоткрылась дверь: щурясь от солнца, в дверном проеме, высунув голову, стоял молодой человек с покрасневшими, опухшими глазами. Растрепанные светлые волосы и следы усталости на лице ни капли не добавляли ему привлекательности.

— Кто вы такие? — хрипло спросил он. — Что вам нужно?

— Мы журналисты из «Мистик Пост», — начал Шон, и парень, испуганно округлив глаза, попыталась закрыть дверь. Имея достаточно быструю реакцию, Отступник выставил ногу, отставив в проходе небольшую щель. — Нам нужно взять у вас интервью.

— Не нужно мне никакое интервью, — прокричал блондин с другой стороны и еще сильнее налег на дверь. — Просто уходите!

Вздохнув, Бретфорст выставил вперед обе руки и, уперевшись ими в дерево, со всей силы толкнул дверь. Не выдержав напора, та распахнулась и с грохотом ударилась о стену с другой стороны; а на полу, постанывая, лежал парень.

— Не пустить журналиста в дом — вам же хуже, — констатировал мужчина и, кивнув Дэнни, чтобы следовала за ним, вошел в дом. — Нам нужно всего пару слов, мистер?..

— Ничего я вам не скажу, — упрямо заявил блондин, приподнимаясь над полом. — Убирайтесь.

— Как грубо, — фыркнула Даниэль и, подойдя ближе, подала ему ладонь. — И где же ваши манеры?

Вид у блондина был изнеможенный, больной, и когда он попытался встать, отвергнув помощь, то практически свалился на пол без сил. Выдохнув, он протянул руку девушке, когда одеяло, обмотанное вокруг его тела, раскрылось, обнажая белые бинты и многочисленные ожоги на оголенных участках кожи.

— Что с тобой случилось? — прошептала Даниэль, пораженная.

Девид перевел взгляд на Отступника и, увидев загоревшийся на его лице интерес, поспешно запахнул одеяло, обхватив себя за плечи.

— Оставьте меня, пожалуйста, — прошептал он.

Части пазла складывались в голове Шона в одну картинку — осталось лишь вытянуть из этого сопляка нужные сведения.

— Я заплачу тебе за интервью пятьдесят долларов. Устраивает, мальчик?

Девид раскрыл рот в удивленном «О»; решив, что из этого разговора можно получить прибыль, он вдруг резко передумывал выставлять незнакомцев за дверь — голову подняла уродливая жадность.

— Сто, — твердо сказал он и, подтянувшись к стенке, уперся в нее спиной, медленно вставая на ноги, — и мы можем пройти в другую комнату для продолжения разговора.

Бретфорсту ничего не оставалось кроме как нехотя кивнуть.

Оказавшись в большой, просторной гостиной, Даниэль стала пораженно оглядываться: повсюду на шкафах, стенах висели чучела животных от самых маленьких и до самых больших размеров. В помещении преобладали светлые тона, создавая разимый контраст с уродливыми чучелами. Усаживаясь на зеленый диван из кожзаменителя, девушка пришла к выводу, что вкус у хозяев дома отвратительный — и это слабо сказано. Устроившись рядом с Дэнни, Шон поспешил приступить к делу:

— Итак, мистер…

— Вебстер, — сонно пробормотал блондин, потирая замершие плечи: весь день его бросает то в холод, то в жар. — Зовите меня просто Девид.

— Отлично, Девид, — Шон достал из нагрудного кармана рубашки блокнотик с ручкой и, приняв важный вид, поспешил приступить к делу: — Расскажите нам, что произошло в «Кровавом парке» в ночь тринадцатого июня?

Следующие пятнадцать минут парень точь-в-точь пересказал журналистскую версию событий, которую крутили по местному каналу, звучащую в его исполнении еще более неправдоподобно. Рассказ получился одновременно страшным, трогательным, в чем-то героическим и… ужасно наигранным. Охотник, начиная выходить из себя, нетерпеливо постукивал ручкой по блокноту. Неужели он ждал, что Девид выдаст ему всю правду о произошедшем, особенно если случилось оно по его вине? Конечно, нет. Но сидеть здесь остаток дня и продолжать слушать этот бред, он также был не намерен. «Пора переходить к решительным действиям», — подумал мужчина, убирая ручку и блокнотик обратно в карман: — «Применение силы — приветствуется».

— И вот тогда я реши… — бормотал блондин.

— Девид, зачем вы вызывали демона?

Парень замер на полуслове с открытым ртом, удивленно хлопая глазами.

— Что вы сказали? — напрягшись, спросил он.

— Зачем. Вы. Вызывали. Демона? — чеканя каждое слово, проговорил Шон. От взгляда, который он послал Девиду, у второго на спине выступил холодный пот.

— Я… я… не понимаю, о чем вы. Вы сумасшедший?! — лучшая защита — это нападение, подумал в тот момент Вебстер. Но для начала ведь нужно знать, на кого ты собрался нападать.

— Скажи ему правду, настоятельно рекомендую, — подала голос Даниэль, до этого мало участвующая в разговоре, предоставив Отступнику разбираться самому. Ее задачей было лишь привести его к нужному человеку, но сбивчивые бредни этого мальчика стали напрягать даже ее.

— Так от какой редакции вы, говорите, пришли? — Девид нервно заерзал на кресле, метая свой взгляд между мужчиной и темноволосой девушкой.

— Послушай, парень, я пришел сюда не в игры играть, — Шон медленно поднялся на ноги.

— Тогда уходи, — съязвил блондин. — Никто не держит.

— Или ты сейчас рассказываешь правду, — Бретфорст сделал решительный шаг вперед — их с Девидом разделял маленький кофейный столик, — или я…

— Или что? — на лбу Вебстера выступил пот, тело мелко задрожало, но глаза… Глаза приобрели хищное выражение, в них не было и тени испуга — лишь твердая решимость. — Только попробуй подойти, и твоей подружке конец.

В бреду, не понимая, что делает, он выкинул дрожащую, скрюченную руку в сторону Даниэль.

— Что ты делаешь? — не успела Дэнни договорить, как из потной ладони Девида вырвался сгусток оранжевой энергии. Реакция Шона была мгновенной: сгруппировавшись, он прыгнул на девушку, закрывая ее своим телом. В спину словно ударила молния, кожу начало адски жечь; зашипев сквозь зубы, он невольно сжал пальцами плечи Даниэль, выгибаясь. Его лицо было напротив девушки, глаза в паре дюймов от нее, и за эту долгую секунду Дэнни смогла разглядеть все те глубокие чувства, которые в них отражались: страх, забота и… нежность. Еще несколько секунд и Шон с шипением вскочил на ноги, скидывая с себя рубашку. Хрипло дыша, он сжал кулаки и развернулся к жавшемуся в кресло Девиду. Сосредоточив взгляд на его спине, девушка и, не заметив как встала на ноги, увидела, что участок кожи в области лопаток вздулся и покраснел. «Это могло быть мое лицо», — в онемении подумала она.

Перегнув через столик, отделявший от них блондина, Бретфорст схватил его за подбородок, с силой сдавил пальцы, и вздернул на ноги. Парень заныл:

— Я не хотел, правда, я не хотел. А-а-а-а, — завопил он, получив размашистый удар по лицу. Переместив руку на горло, Шон замахнулся для еще одного удара.

— Я… не могу… это контролировать, — захрипел он, обессилено сжимая пальцами вцепившееся в его глотку руки. Выброс магии забрал у него последнюю энергию. Он сделал это не намеренно, сила с каждым днем становилась все более неукротимой, не контролируемый огонь шел из его пальцев, обжигая кожу… Он так боялся сгореть! — Пожалуйста, п-помоги…

Сделав глубокий вдох, Охотник швырнул его на пол и, наступив ногой на грудь, обернулся к Даниэль.

— С тобой все хорошо?

— Со мной? — онемение стало проходить; Даниэль почувствовала, как вместо ожидаемого страха разгорается тревога и злость — злость из-за собственной беспомощности.

Шон, твоя спина… Я…

Кивнув, он развернулся обратно к парню, смотря на него сверху вниз: потирая руками горло, тот пытался отдышаться.

— Теперь ты готов отвечать на наши вопросы? — жестко спросил он.

Превозмогая боль, Девид усердно закивал головой. «Только бы это все кончилось», — в отчаянии подумал он.

Он рассказал им правду — всю от начала и до конца. Шон сидел на корточках рядом с ним, во время рассказа не спуская с него глаз, готовый в любую секунду отразить атаку, а Даниэль стояла за его спиной. Ее взгляд метался между обреченным выражением лица блондина и пострадавшей спины Отступника.

— Вы поможете мне? — приподнявшись на локтях, когда мужчина убрал ногу с его груди, спросил он; в голосе боролись отчаяние и страх.

Подняв с пола остатки рваной футболки, Шон достал из кармана десятку и кинул ее в лицо Девиду.

— Твои честно заработанные, — он собрался уходить, но Дэнни, положив руку на плечо, остановила его.

— Мы не можем бросить его.

Бретфорст горько хмыкнул:

— Можем, он сознательно отправил на смерть двух невинных девушек. О, еще как можем, — развернувшись, он направился к двери и через плечо бросил: — Пойдем, Даниэль.

Девушка сделала два медленных шага назад: обезумившие глаза Девида умоляюще смотрели на нее, прося остаться, помочь. Сглотнув, Стрейенс кинулась к двери, чувствуя, как словно что-то горячее прожигает кожу. Вдогонку ей раздавался хриплый, болезненный шепот Девида…

19 июня, утро

На следующий день Дэнни и Шон отправились к Маргарет Тревис, пару часов в дороге — и город Элсивфог радушно встретил их освежающим дождем. Целую неделю на улице стояла знойная, удушающая жара, и по ценности дождь был сравним разве что с манной небесной. Повернув голову в сторону окна, девушка пыталась разглядеть сквозь стекающие по стеклу капли коричневый домик. В кухне, как всегда, горел свет — колдунья день и ночь работала над своими заклинаниями.

— Я боялась, что ты не приедешь, — призналась Дэнни, повернувшись к Охотнику. — Ты ведь узнал уже все, что тебе было необходимо. А я тебе больше не нужна.

— Ну, я ведь обещал. А свое слово я держу всегда, — ободряющим тоном сказал блондин. — По крайней мере, стараюсь. К тому же после вчерашнего приключения целительские способности Маргарет мне просто необходимы.

— Как твоя спина? — спросила Дэнни, всматриваясь в его лицо. Шон сидел к ней в профиль, и с этого ракурса можно было хорошо рассмотреть его остро очерченные скулы.

— Заживет, — мужчина, поморщившись, пожал плечами. — Хуже всего пришлось Мэтту — он полночи обрабатывал обожженную кожу. От такого количества ругательств уши вяли даже у меня.

Девушка улыбнулась его попытке перевести все в шутку. Всю дорогу Бретфорст старался не прислоняться к спинке сиденья и, случайно задевая его, стискивал зубы.

— Будь любезна, открой бардачок.

Со щелчком открыв дверку, девушка облегченно выдохнула:

— О, боже, мой паспорт! Я совершенно забыла про него, — засунув руку глубже, она нащупала еще и свой кошелек. — А где?..

— Извини, сумочка не уцелела.

— Но как ты?…

— Я был там, на поле, — предугадывая ее вопрос, ответил Шон.

Сжимая в руках свои вещи, Даниэль опустила глаза. Она надеялась, что ее следующие слова мужчина воспримет с пониманием.

— Я хотела тебя попросить, — она закусила губу, — пойти к Маргарет одной.

— Ты думаешь, что я оставлю тебе наедине с этой пси… с этой женщиной? — мужчина отрицательно покачал головой.

— Шон, я просила тебя только отвезти меня к ней, а не сопровождать, — возмутилась Дэнни.

— Ах, вот оно как. Может, назад ты тоже собираешься добираться одна?

— Нет, назад я поеду только с тобой. Слушай, я уже большая девочка. Мне нужно поговорить с ней о… своей семье. И позволь мне разобраться самой.

— Тебя ведь не переубедить? — обреченно выдохнул Отступник, посмотрев ей в глаза. — Хорошо, но помни, что я тебя предупреждал.

Даниэль кивнула, испытав внезапное желание обнять его. Расстегнув ремень безопасности, она вылезла из машины, остановившись возле ворот, ведущих в дом. Обернувшись, девушка постаралась уверенно улыбнуться Шону и, взявшись рукой за калитку, вновь замерла — в дверях, уперев руки в бока, стояла рыжеволосая женщина. Ее зеленые глаза с подозрение буравили нежданную гостью.

— Только не говорите, что вы знали, что я приду.

Маргарет удивленно заморгала.

— Да нет, я просто собиралась в магазин.

— Оу, — Даниэль переминалась с ноги на ногу, не зная, что ей делать. «А вдруг она выставит меня вон?».

Задумчиво пожевав губу, женщина сделала приглашающий жест.

— Ладно, заходи, раз уж явилась, — переведя взгляд на Шона, она крикнула: — А ты?

— Дама сказала, что не нуждается в моем сопровождении, — хмыкнул он. — Надеюсь, мне не следует беспокоиться?

— Что ты, милый, мы с Даниэль подружимся. Когда мы с ней закончим, я займусь твоей спиной.

— Откуда?.. — начал было Шон, но женщина уже скрылась за дверью.

Пожав плечами, Стрейенс последний раз глянула на блондина и двинулась следом за ней, стараясь ступать очень осторожно. Инцидент с ловушкой, когда Мэтт корчился на ступеньках от боли, никак не выходил у нее из головы. «А может, не следовало идти одной?». Дверь за Дэнни захлопнулась — оступаться назад было поздно.

Сложив руки на коленях, выпрямив спину, Даниэль быстрым взглядом обвела маленькую, уютную кухню мисс Маргарет. Полки были забиты стеклянными колбочками и сосудами, на стеллаже, возле холодильника, стояло множество книг в кожаном переплете. В воздухе приятно пахло цветами и травами.

— Тебе нравится? — спросила женщина, как птичка, суетливо паря по своей кухоньке. При каждом движении длинная тканевая юбка развевалась у ее ног.

— Да, — Дэнни кивнула и, вытянув шею, попыталась разглядеть, что делает ведьма. Вздохнув, она спросила: — мисс Тревис, что вы делаете?

— Чай, конечно, — не оборачиваясь, ответила она. — Не так часто у меня бывают гости, но о правилах приличия я помню всегда.

— Нет, нет, спасибо, — второй раз на эту удочку девушка не попадется. — Я не хочу.

— Не отказывайся, сделай старушке радость, — повернув к ней голову, Маргарет состроила жалобный щенячий взгляд.

Заерзав по стулу, Даниэль решила, что самым лучшим вариантом будет деликатно промолчать. «В конце концов, я ведь тоже не растеряла свои манеры». Вновь принявшись изучать комнату, она заметила висящее на стене фото в рамочке. Прищурившись, девушка узнала на нем блондина, которого видела на фотографиях в гостиной в ее первый приход сюда.

— Мисс Тревис, а можно полюбопытствовать?

— Конечно, милочка, — добродушно согласилась женщина. Суетясь в своей кухне, заваривая чай, она выглядела самой обычной, ничем не примечательной хозяйкой. До того момента, пока вы не заглянете в ее шкафы, где спрятано множество скелетов, и не вычитаете в книгах опасные черные заклинания.

Несколько раз подумав, прежде чем задавать вопрос, Дэнни все же спросила:

— А что это за парень на фотографии? — она кивнула на стенку. — Я видела его на фото и в другой комнате. Но вы, насколько я могу судить, живете одна.

Проследив за ее взглядом, Маргарет прерывисто захохотала.

— Это мой бывший возлюбленный. Какой горячий был парень! — она заговорщицки подмигнула Даниэль и, хитро сощурившись, добавила: — Отец Шона, кстати. Красавец, правда?

Девушка почувствовала, как челюсть упала куда-то в область пола.

— Отец Шона? Вы это серьезно? — Маргарет кивнула. — А он об этом знает?

— Теперь да, — поставив на стол поднос с двумя дымящимися чашками, она устроилась на стул напротив Даниэль. — Угощайся.

На губах женщины заиграла акулья улыбка, из-за которой Дэнни захотелось спрятаться под столом. Уняв задрожавшие коленки, она поспешила сменить тему:

— Я пришла поговорить с вами о том камне, — мисс Тревис непонимающе свела брови. — Камень, который вам отдавал Шон.

— А-а-а-а, — улыбаясь, протянула она и поднесла ко рту чашку. Сделав глоток, женщина прицокнула языком. — «Ловец», так он называется. И что же тебя в нем интересует?

Выдохнув, Даниэль засунула руку в карман и положила на стол круглый черный камень.

— Мне уже третий день подряд снится этот «Ловец», и словно… о чем-то просит, — девушка, нахмурившись, замотала головой. — Объясните мне, что это за хрень?

Женщина вновь засмеялась.

— Ты украла у него камень?

Дэнни почувствовала, как щеки загорелись, и опустила голову.

— Нет, я его одолжила.

— Что ж, я не виню тебе, — она колдунья понимающе кивнула. — Это камень заставил тебя сделать — «Ловец» любит ведьм.

— Ну а я-то тут причем? — девушка фыркнула, скрестив руки на груди. — И почему вы говорите так, словно камень живой?

— Потому что так и есть милочка, — понизив голос, ответила Маргарет. — Демоны вдохнули в него жизнь.

Даниэль сглотнула.

— И что же ему нужно? — хрипло спросила она.

— Энергия. А ты можешь ему ее дать. Ты такая же, как и я.

— О чем вы? — Стрейенс почувствовала, как к горлу медленно подбирается паника.

— Ты ведьма, Даниэль.

— Ведьма? — эти слова заставили ее широко улыбнуться. Рассказ Маргарет, так напугавший ее, теперь казался глупой историей, которой травят маленьких детей.

— Не особенно сильная, — пренебрежительной интонацией заметила она, — но зато с неплохим иммунитетом против чар. В прошлую нашу встречу я оставила в комнате небольшое заклинание — и на тебя оно не подействовало. Но мы ведь обе знаем, что на подсознательном уровне ты что-то почувствовала.

При последних словах Маргарет девушка облизнула внезапно пересохшие губы, сердце забилось быстрее.

— Вы хотите сказать, что я неуязвима для магии? — Дэнни даже не догадывалась, что способна задать такой идиотский вопрос. Ей казалось, будто женщина загипнотизировала ее.

Маргарет, обхватив ладонями остывшую чашку, захохотала.

— Нет, милая, конечно, нет. Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Тогда я не понимаю.

— Магия — слишком сложная наука, — женщина всплеснула руками в воздухе. — Если бы я захотела сплести какое-нибудь заклинание, чтобы навредить тебе, то концентрировала бы его конкретно на тебе. Но если чары не имеют направления, объекта, как те, что были в гостиной, то не могут навредить тебе. Я сразу поняла это. Редкий дар среди ведьм, тебе повезло.

Проанализировав ее слова, Даниэль тряхнула головой, взяла со стола сумку и встала.

— Знаете что, я, пожалуй, пойду. Всего хорошего.

— Ты сталкивалась с такими ужасными созданиями и не веришь в то, что можешь оказаться ведьмой? — женщина напряглась.

— Мне и так хватает в жизни всякого дерьма, чтобы разбираться еще и с этим. Я не готова принимать такие новости, по крайней мере сейчас, — она нервным движением поправила ремешок сумки. — Удачи.

Тревис открыла один из ящичков и, что-то достав из него, сжала руку в кулак.

— А как же камень?

— Оставьте эту дрянь себе.

Даниэль развернулась, собираясь покинуть дом, как вдруг ее ноги подкосились. Она упала на четвереньки, глотая ртом воздух, — стало трудно дышать.

— Ч-что вы… делаете? — прохрипела она; руки ослабели и девушка, ударившись плечом, повалилась на пол.

— Хочу показать тебе, кто ты, — преодолев разделявшее их расстояние в несколько шагов, она присела на корточки возле нее. — Видишь это? — Маргарет раскрыла ладонь, в которой лежал деревянный амулет. — Он действует только на ведьм. И его магия способна убить тебя, — Тревис приблизила свое лицо к Дэнни и свободной рукой погладила ее по волосам. — Ты ведьма, Даниэль, прими это. Тогда ты даже представить не можешь, какой мир перед тобой откроется. Я смогу многому тебя научить.

Женщина растянула губы в улыбке. Перед глазами Стрейенс поплыли черные пятна, она чувствовала, что сейчас потеряет сознание, — последним, что она запомнила перед тем, как отключиться, была по-матерински нежная улыбка Маргарет Тревис.

Девушка пришла в себя на заднем сидении автомобиля: застонав, она схватилась за голову, сдавив пальцами виски.

— Даниэль? — послышался встревоженный голос.

Открыв глаза, она моргнула и сосредоточила взгляд на обеспокоенном лице Шона.

— Что… — Дэнни прокашлялась. — Что случилось? Я чувствую себя так, словно по мне проехался мусоровоз.

Мужчина, вздохнув, взял с пассажирского сиденья бутылку воды темного коричневого цвета и протянул ее Стрейенс.

— Возьми, Маргарет сказала, чтобы я дал тебе это, когда придешь в себя. Сейчас ты ощущаешь слабость, но это должно помочь тебе почувствовать себя лучше.

— Должно? — не скрывая не доверия в голосе, спросила девушка и осторожно приподнялась на локтях. В глазах потемнело, но через несколько секунд все снова пришло в норму. — Нет, спасибо, Шон, я как-нибудь обойдусь.

— Это действительно поможет, — уверенно сказал он, — Тревис вылечила мою спину, на ней не осталась и следа.

— Ну, хоть кому-то из нас она помогла, — девушка медленно приняла вертикальное положение. — Я не буду это пить.

Кивнув, Бретфорст открыл окно и выбросил бутылку на улицу.

— Так лучше?

Даниэль широко улыбнулась. Подождав, пока не почувствует себя лучше, она перелезла на переднее сиденье машины.

— Дэнни, я обещал тебе, что ты будешь с нами, когда… — он запнулся — … когда мы найдем демона. Ты уверена?

— Да, — девушка не колебалась.

— Ты хорошо подумала? — мужчина посмотрел ей в глаза.

— Да, Шон, уверена.

«У меня просто нет выбора», — подумала она, но внутренний голос тут же ответил: «Выбор есть всегда». Так может, дело было вовсе не в угрозах Троя? Может, Охотник лишь подтолкнул ее к этому решению, а выбор она сделала сама?

— Тогда поехали домой, — Шон завел двигатель.

— Ага, — Дэнни, сделав глубокий вдох, откинулась на сиденье, — в Роудхелл.

Всю дорогу назад она была погружена в свои мысли, пытаясь осмыслить слова колдуньи. Изменит ли эта новость ее жизнь? Скосив взгляд в сторону Шона, девушка улыбнулась, решив, что все не так плохо.

20

19 июня, ночь. Даниэль, Шон и Мэтт

Осторожно ступая по иссушенной жарой траве, словно в ней могло что-то прятаться, Даниэль с подозрением оглядывалась по сторонам. Ночь окутывала «Кровавый парк» своими цепкими лапами, придавая месту мрачную, мистическую атмосферу. Как и всегда, здесь было тихо — слишком тихо; как будто каждая живая тварь сторонилась парка в темное время суток. Повернув голову, девушка уперлась взглядом в широкую спину Мэтта: придерживая болтающийся на спине рюкзак, он то и дело недовольно косился на нее, бормоча что-то себе под нос. Нахмурившись, Дэнни припомнила сцену тридцати минутной давности: Охотник закатил истерику, протестуя против ее пребывания в их скромной компании. Если бы не находчивый Шон, который стал угрожать ему пистолетом, то Стрейенс бы сейчас шагала вдоль трассы обратно домой.

— Кажется, ты нервничаешь, — заметил Бретфорст, догоняя девушку. — Не передумала?

Сглотнув, Даниэль громко фыркнула:

— И пропустить такое? Да никогда в жизни! Тем более, — она попыталась выдавить из себя улыбку, — получиться отличная история для книги.

Вдалеке уже виднелась старая, обветшалая со временем одноэтажная постройка. Разбитые стекла окон отбрасывали зловещие блики в темноте.

— Пишешь книгу? — с сомнением спросил блондин. — Ты не похожа на писателя.

«А на кого?» — мелькнуло у нее в голове.

— Нет, — Даниэль пожала плечами. — Но почему бы после этой истории не попробовать?

Отступник засмеялся, заработав тем самым недовольный взгляд Мэтта.

— Может, перестанете ворковать? — пробурчал он, ускоряя темп. — Мы сюда не на свидание пришли.

— Мэтью, хватит дуться, — Шон поправил собственный рюкзак, чувствуя в нем приятную тяжесть арбалета и атрендовских стрел. Стрелы — их билет в другую жизнь.

Брюнет лишь хмыкнул в ответ. Остановившись напротив двери, ведущей в домик охранника, он упер руки в бока, что-то внимательно осматривая.

— Что там такое? — Шон обошел Даниэль, пытаясь разглядеть преграду — ей оказался висевший на двери замок. — Кто его сюда повесил?

— Довольно хлипенький, — оценил Мэтт, покрутив железяку между пальцами.

— Гм, может, кто-то не хочет, чтобы мы здесь находились? — предположила Дэнни, потирая ладонями плечи.

— Да ну брось, — Мэтт в пренебрежительном жесте махнул рукой. — Шон, будь добр, достань из моего рюкзака отмычку.

С недоверием покосившись на него, Отступник покачал головой.

— И когда это ты научился взламывать замки? — он вздохнул, доставая из наплечной кобуры пистолет. — Отойди, салага, и закрой ушки.

Один точный выстрел — и замок вылетел. С самодовольством посмотрев на Мэтта, он открыл дверь и сделал приглашающий жест.

— Прошу.

— Выпендрежнек, — пробормотал Харрис и, задев блондина плечом, зашел в дом. Улыбнувшись, Дэнни двинулась следом за ним. Странно, но с этими двумя она чувствовала себя все более комфортно и уверенно.

С громким хлопком захлопнулась входная дверь — Стрейенс и Мэтт вздрогнули, оборачиваясь на звук.

— Что за хрень? — брюнет инстинктивно схватился за нож и, увидев ухмыляющуюся физиономию напарника, нахмурился.

— Это всего лишь я, — Шон достал из рюкзака фонарик, освещая им комнату. Места здесь, конечно, было мало, но для вызова демона — сойдет.

— Да я вижу, что не принц Уэльский, — включив свой собственный фонарик, Харрис посвятил им в лицо мужчины, заставляя того сощуриться. — Что с тобой сегодня? Ты как-то странно себя ведешь. Обычно, всех доставать — это мое занятие, а не твое.

— Так, парни, хватит, — Даниэль, сморщив носик, прошлась по комнате. Общее состояние дома желало оставлять лучшего, но самым страшным зрелищем оказалась облезшая дверь.

— Что это? — девушка провела пальцами по дереву и, повернувшись к Охотникам, приподняла брови. — Дверь в тайную комнату?

— Мм, — протянул Шон, кидая на пол рюкзак. — Почти. Там туалет.

Скривившись, Дэнни отдернула руку, испытывая острое желание вытереть ее обо что-нибудь. Она с надеждой посмотрела на Мэтта, но, передумав, решила подойти к блондину. Каждый второй посетитель (а живы из них сейчас далеко не все) попадался на уловку загадочной двери. Наивные! Все сверхъестественное и мистическое обитало прямо у них под носом — стоило лишь пошире открыть глаза, чтобы заметить это.

— Что ты будешь делать? — с интересом спросила Даниэль, присев на корточки возле мужчины. — Я хочу поучаствовать.

Бретфорст бережно раскладывал на полу вещи: банка с солью, мел, пучок трав, перевязанных черной нитью, чаша и пузырек с кровью.

Стрейенс взяла стекляшку в ладонь.

— Это что, кровь? Но зачем?

В голове завертелось множество вариантов ответа на этот вопрос, девушка и не заметила, как ее стало поглощать любопытство, медленно засасывая в свои сети. Что там говорят про любопытство и кошку? Думаю, связь ловите.

— Это для привлечения демона, — Шон поднял на нее глаза, — ты с таким важным видом рассказывала мне о Фоморе, я думал, ты знаешь, как его вызывать.

— Это разные вещи, — занервничав, Дэнни отвела взгляд. Если бы не Трой, то она бы до сих пор, как полная дура, пребывала в полном неведении.

— Как скажешь, — Охотник взял с пола мел и протянул его девушке. — Сможешь нарисовать круг?

— Если сойдет и кривой, то могу. Мои художественные навыки, хм, так себе.

— Главное, чтобы линии получились достаточно широкими, жирными, и не должно быть никаких прорех. Поняла? Если он рухнет раньше времени, то всем нам крышка.

Кивнув, Стрейенс приняла мел, села на колени и, для удобства уперевшись одной рукой в пол, принялась чертить.

Бретфорст развернулся к напарнику.

— Ты так и будешь там стоять? Посвети девушке фонариком.

— Идиот, я прикрываю нам спину, — в подтверждение своих слов, Мэтью встал возле окна, пристально всматриваясь в местность. С виду все казалось мирным и тихим, но Охотник знал — внешний вид всегда обманчив. — На тот случай, если какая-нибудь сверхъестественная тварь решит напасть сзади.

— Мэтт, тебе нужно беспокоиться не о том, что сзади, — мужчина положил на колени чашу и, оторвав несколько листьев шалфея и мяты, бросил их на дно. — Гораздо опаснее то, что поджидает нас здесь, в этой комнате.

При этих слова он посмотрел на Даниэль, но девушка, казалось, никак не изменилась в лице.

— Ты уверена, что твое желание действительно стоит того?

Дорисовав круг, Дэнни вытерла со лба капельки пота и вытянула ноги.

— Конечно, а что может случиться? — полностью скрыть неуверенность в голосе ей не удалось. Но на ум пришли совершенно другие мысли: желание. Она ведь действительно сможет что-то загадать — почему же это не приходило ей в голову раньше? «Ведь передо мной, если правильно выбрать, может открыться целый мир!». К несчастью, девушка, поглощенная внезапно открывшимися перспективами, совершенно забыла о словах Троя на этот счет — демоны практически никогда не заключают честных сделок, они коверкают правду с ног на голову. А загаданное желание приносит своему хозяину лишь разочарование и беды — и это в лучшем случае!

— Об этом лучше даже не думать, — Шон подал ей банку с солью, — держи.

— Ты серьезно? — Даниэль приподняла брови. — Неужели соль сможет защитить меня от… сил ада?

Он поднялся на ноги и по-джентельменски протянул ей руку.

— Может быть да, а может и нет. Смотря, как ты ее используешь, — блондин, кинув обратно в рюкзак неиспользованные ингредиенты, повесил его на плечо и повернулся к Мэтту. — Ну что, ты готов?

— Всегда, — он подошел к напарнику, критически оценив начерченный девушкой круг, но галантно решил промолчать. Главное — все линии были соединены. — Только давайте отойдем подальше.

Охотники сделали два добрых шага назад, Даниэль — три, практически спрятавшись за их спинами.

Вытащив из рюкзака небольших размеров арбалет, он достал из потайного кармана брюк одну из стрел, взвел оружие и вложил стрелу под плоскую пружину для фиксации.

Делая вид, что не замечает взгляда, который послала ему Дэнни, он завел руку за спину, таким образа пряча арбалет — раньше времени демон не должен увидеть его.

— Давай, Мэтью, — произнес он, приготовившись к… К чему? К смерти? К новой жизни? Он сам не знал.

Перед тем, как Мэтт начал читать, Даниэль посмотрела в окно — небо затянуло тучами, на секунду площадка парка осветилась яркой вспышкой молнии. А затем плавный голос Харриса произнес вызубренные слова заклинания:

— Sanguine humano obsecro Fomorians demon. You» re implere vellem vicissim accipias puellae anima.

Первым признаком появления демона стал витавший в комнатке аромат морской соли и земли. Сначала появилось облако дыма. Затем, прямо на глазах, оно завертелось в небольшом вихре, и из него вышла темноволосая девушка в коротком красном платье. Обведя взглядом пространство, она просияла.

— О, кто это тут нас? Отступники, надо же! — довольно протянула Фомор и, бросив взгляд им за спины, сощурилась. — Вы с собой и девушку взяли, сразу в качестве жертвы? Боюсь, этого будет мало. Постойте, она еще и ведьма — какая удача!

Отступив назад и уперевшись спиной в стенку, Даниэль невольно прижала к себе баночку с солью. Не нравилось ей, какой оборот приобретал этот разговор…

— Нет, демон, она не жертва, — процедил Шон, скривившись. Осмотрев стройный силуэт, он подумал: «Мерзкое отродье». — Хватит болтать.

Прицокнув язычком, демоница опустила взгляд себе под ноги: на полу стоял аппетитный пузырек с кровью. Ухмыльнувшись, она грациозно наклонилась и, откупорив крышку, сделала несколько глотков.

— Что это? — она повертела пузырек перед носом, смакуя ощущения. — Собачья кровь? Такой гадостью, знаете ли, меня еще никогда не поили!

Кивнув, Бретфорст хмыкнул.

— Пей или отправишься домой, обратно в ад.

— Да уж получше твоего знаю, — прошипела демоница и запрокинула голову, осушая сосуд до дна. Несколько капель осталось на губах, и она облизнулась.

— Мм, я и не подозревала, что это может быть так вкусно. Кровь маленьких щенят омолаживает, — она притворно надула губки. — Почему так мало?

— Что за болтливый демон, — пробормотал Шон, сжимая в руке арбалет.

— Не волнуйся, блондинчик, в постели я нема, как рыба, — Фомор похотливо подмигнула.

До этого момента Охотник боялся, что не пристрелит эту гадину во время, теперь же его беспокоило то, что он может не сдержаться и сделать это прямо сейчас.

— Заткнись, — Мэтт нахмурился и сделал шаг вперед. — Мы вызвали тебя не для того, чтобы слушать остроты. Нам нужна сделка.

— Какая неожиданность, — демоница расставила ноги и уперла руки в бока. — А с чего вы взяли, что я буду для вас что-то делать?

— С того, красавица, что ты просто не можешь отказаться.

Фомор нахмурилась, посмотрела на Даниэль и, видя, как та вздрогнула, хищно улыбнулась.

— Отдайте мне девчонку, и тогда, может быть, я вас выслушаю.

По крыше домика забарабанил дождь.

— Не ты здесь ставишь условия, — Шон, бросив через плечо взгляд на Дэнни, невольно подался вперед.

— Ты думаешь, я не чувствую в твоем кармане энергию стрел, которые способны убить меня? — Фомор по-птичьи склонила голову набок. — И за твоей спиной тоже. Мальчики, что же вы задумали?

Охотники переглянулись.

— Это на тот случай, если ты вздумаешь нас обмануть, — соврал Мэтт, посмотрев в огромные черные глаза, прикрытые завесой длинных, густых ресниц.

— Еще раз повторяю: условия ставишь не ты, — упрямо повторил блондин, сжав челюсти.

Дождь усилился. Демоница подняла голову вверх, увидев, как из дырки в потолке стекает капля воды.

— Не стоит делать поспешных выводов, — прошептала она в предвкушении.

В этот момент та самая капля упала на пол, на одну из линий круга, разрушая магические чары, которые удерживали адское создание внутри.

Какого чувствовать, как весь твой мир в одну секунду рушится на кусочки? Все произошло слишком быстро: демоница размытым пятном бросилась на Мэтта, сбивая его с ног. Большая часть удара пришлась на голову и мужчина, застонав, потерял сознание. Ногти превратились в острые когти и Фомор, замахнувшись, расцарапала ими грудь Отступника, разрывая в клочья одежду. Из раны потекла густая кровь. Почувствовав, как сгусток светлой энергии был направлен в ее сторону, она подняла голову — прямо на девушку летела стрела с серебристым наконечником. Поймав ее в паре сантиметров от лица, она зашипела, бросая стрелу на пол — от контакта с зачарованным предметом ладонь покраснела и вздулась. Одним неуловимым прыжком кинувшись в сторону Шона, она увернулась от еще одной стрелы. Со свистом пролетев мимо, та задела часть кожи на плече — показались капельки крови. Бретфорст полез в карман за последней стрелой, но стало слишком поздно — демоница оказалась рядом. Наотмашь ударив его ногой в живот, она с нечеловеческой силой впечатала его в стену — спину прожгло острой болью, но Охотник лишь крепко стиснул зубы. Фомор навалилась на него, прижимая весом своего тела к стенке. Сомкнув ладони на шее блондина, она сжала пальцы — мужчина сдавленно захрипел. «Это было ошибкой», — подумал он, продолжая рукой тянуться к атрендовской стреле. Поняв, что он делает, она оторвала от своего платья кусочек ткани и, намотав его на свободную руку, достала стрелу. Повертев ее немного перед глазами, она улыбнулась и воткнула ее в грудь Бретфорста — с губ его сорвалось сдавленное бульканье.

— Тебе не кажется, что будет очень символично, если ты умрешь от оружия, которым собирался прикончить меня? — прошипела она и, приблизив к нему свое лицо, вдавила стрелу глубже в тело. Это должно было принести ему адскую боль.

С какой-то холодной расчетливостью поняв, что все кончено, Шон потратил последние силы, чтобы повернуть голову к Даниэль, — только об этом он и сожалел. «Прости, — подумал он, — Дэнни».

Фомор, отбросив мужчину, как ненужный мусор, повернулась к его напарнику — по тому, как поднималась и опускалась грудь Харриса, можно было смело судить, что он все еще жив. Но вот надолго ли? Решив оставить его напоследок (неинтересно причинять боль тому, кто находится без сознания), демоница, раздув ноздри, обернулась к Даниэль. Настоящие ведьмы так приятно пахли…

Девушка не могла оторвать глаз от тела Шона. По спине стекал пот, пропитывая ткань майки, ноги подгибались от страха. Дэнни знала, что, если она что-нибудь не придумает, они все сегодня погибнут. Но только вот, что она могла сделать? Словно почувствовав на себе прожигающий взгляд, Стрейенс повернула голову — демоница медленной грациозной походкой приближалась к ней. Невольно вжавшись в стену, Даниэль сглотнула и в защитном жесте выставила перед собой руки, сжимая в ладонях банку с солью. «Что там Шон говорил про нее?». Мысли путались, девушка не могла вспомнить ничего полезного.

— Глупышка, неужели ты думаешь, что это спасет тебя? — Фомор звонко рассмеялась и, для эффекта вытянув пальчик, усилием воли швырнула банку в противоположную стену.

Даниэль онемела.

— Иди ко мне, — адская тварь остановилась в шаге от нее, поманив к себе. — Я хорошо позабочусь о тебе, детка.

Она вытянула руку, потянувшись к девушке, — Дэнни в отчаянии еще сильнее вжалась в стену. «Почему я просто не могу исчезнуть? Почему?». Когда когти оказались в паре дюймов от ее лица, она выпалила:

— Желание! У меня есть желание. Я хочу загадать желание!

Ухмыльнувшись, Фомор запрокинула голову и громко захохотала. Находясь вне круга, она могла сама решать, какие сделки ей заключать, а какие нет. Но зачем отказывать жертве, которая сама бежит ей в руки?

— Я сделаю для тебя все, киска, — демоница уперла руки по обе стороны от Даниэль и наклонилась вперед, прошептав: — И чего же ты хочешь?

Чувствуя, как заслезились глаза, она широко раскрыла их, стараясь не заплакать.

— Вылечи Охотников, — голос звучал хрипло, полузадушено. — Вылечи их. Это мое желание.

У Фомора был выбор, какие контракты ей заключать, но, раз дав согласие, она вновь теряла свои преимущества. Желание должно быть выполнено.

— Загадай что-нибудь другое, — промурлыкала демоница и подалась вперед, прильнув к Дэнни. — Все что угодно, киска, ведь перед тобой может открыться дверь в совершенно новый мир. Чего ты хочешь?

— Вылечи моих друзей, — прошептала она, пытаясь унять сердцебиение. В дюйме от ее головы треснула стену: Фомор, разлившись, ударила туда кулаком.

— Неужели ты такая идиотка, девочка? — прошипела она, схватив ее за подбородок и с силой сжав пальцы. — Ты можешь попросить меня о чем угодно. Зачем тебе нужны эти жалкие Отступники? Ну же, думай лучше.

Набравшись уверенности, Стрейенс твердо покачала головой.

— Они могут умереть. Вылечи их!

— Я ожидала от тебя большего, ведьма, — в темноте злобно сверкнули красные глаза. — Представь, что бы ты только могла иметь! Скажи, — она приблизила к ней свои губы, — ты хотела бы, чтобы мир лежал у твоих ног?

Демоница была настолько близко, что Даниэль могла чувствовать на своей коже ее горячее дыхание. Перед глазами неожиданно замелькали картинки, вызванные силой демона: Дэнни в красивом платье, увешанная драгоценностями, среди толпы обожателей; Дэнни в огромном доме, среди кучи денег; Дэнни на пляже собственного острова любуется закатом; Дэнни с любимым мужчиной…

— Нет, нет, — девушка зажмурилась, схватившись за голову, пытаясь прогнать видения. — Я хочу, чтобы ты вылечила их.

— Что ж, как пожелает моя госпожа, — не без разочарования в голосе согласилась демоница.

Даниэль почувствовала, как ее лицо обхватили изящные ладошки, а затем чужие губы накрыли ее — в мягком поцелуе. От этого прикосновения кожу начало неприятно жечь. Попытавшись вырваться, Дэнни раскрыла глаза и увидела, как Фомор замахнулась — удар ее кулака пришелся девушке точно в висок. Колени подогнулись, и Стрейенс повисла в руках демоницы. Через секунду все померкло…

* * *

Очнулась Даниэль только через час; от удара трещала голова. Открыв глаза, она приподнялась на руках, пытаясь определить, где находится. Увидев сидящего возле нее Шона, она облегченно выдохнула и кинулась к нему. Обвив вокруг его шеи руки, девушка почувствовала, как он, не колеблясь, обнял ее в ответ. Из глаз брызнули слезы.

— Ты жив, — прошептала она. Затем, резко отодвинувшись, прошлась по нему руками, проверяя на наличие повреждений. За исключением засохшей крови на рубашке, на нем не оказалась ни одной раны. — Слава богу, с тобой все в порядке. Я думала…

Дэнни почувствовала, что сейчас вновь расплачется. Сглотнув подступивший к горлу комок, она приподняла уголки губ в блеклом подобии улыбки. Она открыла рот, собираясь сказать что-то еще, но слева раздался демонстративный кашель. Обернувшись, девушка встретилась с карими глазами Мэтта.

— А меня ты не хочешь обнять?

Улыбнувшись более уверенно, она протянула ему руку и сжала пальцы.

— Я рада, что вы оба живы, — отпустив его ладонь, она повернулась обратно к блондину. — Но… что мы теперь будем делать?

Шон и Харрис переглянулись.

— Желание из нас загадала только ты, — ответил Бретфорст и, обняв Даниэль за плечи, помог подняться ей на ноги. Когда они оба оказались в вертикальном положении он, положив руки ей на талию, сильнее прижал девушку к себе. — Значит демон явиться за тобой.

Стрейенс могла поклясться, что слышала, как где-то вдалеке заиграл похоронный марш.

Примерно тоже время. Линди

В окнах погас свет. Обхватив обеими руками стволы толстых веток, Линди напрягла слух, прислушиваясь к шагам. Через несколько минут открылась входная дверь, и в проеме показался молодой симпатичный парень. Закинув ключи в карман куртки, он двинулся было в сторону дороги, как вдруг остановился. Покрутил головой из стороны в сторону, словно кого-то выискивая. Но улица была пустынна: ни людей, ни машин. Лин, до боли закусив губу, напряглась, стараясь не издавать ни звука. Внезапно парень задрал голову вверх и посмотрел своими темными глазами прямо на нее — от его пронзающего взгляда по телу девушки прошла невольная дрожь, дыхание сбилось. «Он видит меня», — панически подумала она, но тот лишь покачал головой и пошел дальше. Выдохнув, Линди нащупала в кармане рубашки кожаный мешок на веревочке. Почти, еще несколько шагов…. Дождавшись момента, когда парень окажется точно под деревом, вампирша прыгнула на него, сбивая с ног. Оказавшись у него на спине, она схватила его за голову и со всей силы долбанула о землю — не успел он даже вскрикнуть, как потерял сознание. Сделав глубокий вдох, девушка без особых усилий перевернула его и, достав мешочек, повесила ему на шею. «Теперь на некоторое время он не сможет использовать магию», — подумала она и на губы наползла хищная улыбка: — «Мне этого времени хватит».

Сознание медленно возвращалось к Девиду. Не открывая глаз, он задергался, пытаясь пошевелиться, но тело было туго обвязано веревками. Еще через секунду он осознал, что сидит на стуле; а в воздухе витает ужасный, режущий нос запах. В голове запульсировало, острая боль поспешила раскинуть свои сети, утягивая в них него. Застонав, он попытался поднять голову, но стало только больнее. Мысли пробегали с бешеной скоростью: «Где я? Что случилось? Кто напал на меня?». Проморгавшись, блондин приоткрыл глаза, но вокруг царила сплошная темнота — различить что-либо было невозможно. По мере того, как приходило осознание ситуации, его наполняло все больше и больше эмоций: смятение, непонимание, злоба. Но самым ужасным был страх — страх перед неизвестностью. Тяжело дыша, Вебстер задергался на стуле, пытаясь передвинуться, но тот словно прирос к полу.

— Я ожидала твоего пробуждения, — раздался из темноты приятный женский голос.

Парень, как онемевший, замер, сглатывая слюну.

— Ты долго не приходил в себя.

— Кто вы? — хрипло спросил Девид, бегая глазами по залу. Безуспешно.

— О, мой милый, ты должен знать, — промурлыкал голос. — Мы успели очень близко познакомиться.

— Я не могу узнать того, кого не вижу, — сказал он и зашелся в приступе кашля. Только сейчас блондин ощутил на шее что-то тяжелое — удушающий запах, из-за которого слезились глаза, исходил от этой вещи. Но что это? Девид чувствовал, как будто в нем-то что-то изменилось, чувствовал себя совершенно по-другому, как… как до того момента, когда загадал желание. До того момента, когда в его жизни появились демоны и магия. От этого осознания по телу прошла теплая волна — как же стало хорошо!

— Не переживай, это мы сейчас исправим. Я хочу посмотреть в твои милые глазенки.

Раздалось несколько хлопков, и в комнате зажегся свет — Вебстер осознал, что находится в собственной гостиной.

— Узнаешь меня, блондинчик?

Парень медленно повернул голову в сторону голоса: перед ним, на диване, сидела стройная светловолосая девушка с приятными чертами лица. Красивые голубые глаза смотрели на него с глубокой ненавистью, жестокостью, в них не было и тени сострадания. Спокойное выражение лица девушки — лишь маска. Девид узнал ее. Также отчетливо он понял, что этот вечер, если он не придумает как выбраться отсюда, станет для него последним.

— Я думал, ты умерла, — стараясь изобразить самодовольство, сказал он, в тоже время осматривая комнату в поисках полезных предметов. Что же может помочь ему? — Если тебе не хватило первого раза, то я могу добавить огня.

Линди растянула губы в пугающей ухмылке. «О, глупый маленький мальчик».

— Что ж, — она встала, — попробуй, твое право.

Девушка направилась к нему медленными, плавными шагами. Девид попытался подключиться к своей силе, но что-то мешало ему, какой-то непреодолимый барьер. Он попробовал еще раз — вампирша была все ближе. Оскалившись, она с довольным видом покачала головой.

— Что-то не так, Вебстер?

Парнем завладело отчаяние, он готов был разрыдаться: без своей магии он жалкое ничтожество.

— Что ты со мной сделала, вампир? — прошипел блондин сквозь зубы.

Оказавшись перед ним, Линди наклонилась, чтобы их лица оказались на одном уровне.

— Ничего особенного, мой хороший, — она придвинулась к нему ближе, обдавая его кожу холодным дыханием. Лин положила руку на его голову и, зажав между пальцами мягкие светлые волосы, как кошка, стала ходить кругами.

— Чего ты хочешь? — просипел он.

Вампирша стояла сзади, но он каждой клеточкой тела ощущал ее присутствие.

— Сказать правду? — прошептала она и приблизила губы к его уху. — Твоей долгой и мучительной смерти.

— Пожалуйста, — жалобно застонал он, — я не хотел этого делать. Это вышло случайно…

— Да? — Линди растянула губы в жесткой улыбке и, с силой дернув за волосы, запрокинула его голову назад. — Именно поэтому ты бросил меня, умирающую, там? Совершенно одну.

— Я испугался, — в отчаянии выкрикнул он, чувствуя, как от неудобного положения затекает шея. Вампирша запросто могла бы сломать ему позвонки. — Я не знал, что делать.

— Далеко не испуг я видела в твоих глазах, Девид Вебстер, — она сильнее дернула его на себя, и парень страдальчески заныл.

— Оставь меня в покое, прошу.

— Не в этой жизни, — Линди отпустила его голову и, сделав круг, стала прямо перед лицом блондина. — Можешь стонать, плакать, умолять меня — признаюсь честно, ничего тебе не поможет. Уяснил?

Девид заглянул в ее светлые глаза.

— Неужели в тебе нет ни капли сострадания?

— Конечно, есть, — надув щеки, фыркнула девушка и достала из-за дивана канистру с бензином. — Но только не для тебя.

Увидев ее, Вебстер громко завопил, задергался, прикладывая все силы, чтобы освободиться. Он пытался бороться за свою жизнь.

Скривившись, вампирша заткнула уши и обвела комнату быстрым взглядом — в поле зрения попался грязный носок. Подобрав его с пола, она засунула его в рот парня, заставляя того замолчать. Округлив глаза, Девид безуспешно что-то замычал, и Лин улыбнулась своей сообразительности.

— Я могла бы просто укусить тебя, выпить крови, — сказала она, открыв крышку канистры и тщательно поливая тело подростка бензином. — Но это было бы слишком легко, Девид, я хочу, чтобы ты прочувствовал все то же самое, что пришлось по твоей вине пережить мне. Слышишь?

Девушка достала из кармана зажигалку. Обезумев от отчаяния, Вебстер почувствовал, как из его глаз потекли слезы; в голове замелькали воспоминания, связанные с его родителями. Они были в отпуске, далеко отсюда, — и это единственное, что придавало ему в тот момент сил.

— Это было бы неинтересно, — продолжала вампирша, разглядывая его лицо. — Тебе не кажется?

Перед тем как с вампирской скоростью исчезнуть из дома, она последний раз оглянулась на Девида и, замахнувшись, бросила в него горящую зажигалку.

Пронеслась ли в тот страшный момент перед глазами Вебстера вся его жизнь или нет? Вряд ли мы когда-нибудь узнаем.

21

20 июня. Даниэль

Собрав в сумку то небольшое количество вещей, что у нее имелись, Даниэль, сопровождаемая Диланом, вышла на улицу. У порога дома они остановились, неловко посмотрев друг на друга.

— Ну, куда планируешь пойти? — оборотень облокотился о дверной косяк, обратив внимание на черный бьюик, припаркованный у подъездной дорожки. — Звонила Миранде? Твоя сестра оставляла на автоответчик, гм, — он замялся, решив опустить все те ругательства, которые девушка обрушила в адрес его подруги, — … сообщение. Видимо, у вас не все гладко.

Дэнни, повесив на плечо сумку, пожала плечами.

— Я пропала на несколько дней, машина разбита, от меня не весточки… Так что я ее понимаю, — девушка хмыкнула, — сказала, что не хочет видеть меня на своей свадьбе. Думаю, посердится еще пару дней и простит.

— А это кто? — он кивнул на сидящего в машине блондина, нетерпеливо поглядывающего в их сторону.

— Это мой друг. Шон.

— Ты будешь жить у него? — прищурившись, спросил Дилан. Потратив пару секунд на оценку мужчины, оборотень решил, что тот выглядит слишком подозрительным. «Не нравится мне этот тип».

— Эм, да, наверное, — уклончиво ответила Дэнни, теребя ремешок сумочки.

— Слушай, — он сделал шаг вперед, приблизившись к ней вплотную, и положил руки на плечи. — Оставайся у меня, Даниэль. То, что произошло между нами, я не…

— Все нормально, — Даниэль выдавила из себя улыбку. — Я не хочу уезжать, Дилан, ты отличный сосед. Но просто не могу поступить по-другому.

Заметив, как в ее глазах мелькнул страх, Дил напрягся.

— Дэнни, у тебя точно все хорошо? Что-то подсказывает мне, что ты снова влезла туда, куда не следует.

Стрейенс натянуто рассмеялась.

— Я уже взрослая, и неприятности не липнут ко мне так, как раньше.

Уловив в ее голосе фальшь, он открыл рот, собираясь что-то спросить, но тут раздался громкий гудок автомобиля.

Обернувшись, девушка махнула рукой и, вновь посмотрев на Дилан, сказала:

— Ну что, давай прощаться.

— Звучит так, как будто ты собираешь уехать навсегда. Дэнни, мы обязательно еще увидимся.

Девушка кивнула и, порывисто обняв его, развернулась, направившись к бьюику. Сев в машину, она взяла Шона за руку, и мужчина, крепко сжав ее ладонь, завел авто и двинулся с места. Дил, проводив автомобиль взглядом, вздохнул и вернулся в дом. Его не покидало странное ощущение, вызванное поведением Даниэль. Решив, что у него нет видимых оснований беспокоиться, оборотень тряхнул головой и направился в гостиную. Из кухни разносился запах подгорелых тостов.

27 июня.

Прижавшись к Шону, Даниэль заинтересовано смотрела на экран — в фильме наступил кульминационный момент. За прошедшую неделю девушка так привыкла к той простой и обыденной обстановке, что царила в доме. Но все же где-то глубоко внутри авантюрная душа продолжала требовать приключений. Бретфорст, положив руку ей на плечи, повернул голову: свет от работающего телевизора отбрасывал на лицо девушки цветные тени. Больше всего мужчине нравились ее большие, выразительные глаза. Слабо улыбнувшись, он вернул свое внимание кино — на экране разворачивалась последняя, решающая сцена. В ней главный герой добивался того, к чему стремился с самого детства, доказав всем, чего он на самом деле стоит. Счастливый конец. «Но каков будет наш?», — подумал Охотник.

В гостиной и спальных комнатах были развешаны амулеты, на стенах — нарисованы защитные знаки. Единственное место, куда мог попасть демон, — это кухня, коридоры между комнатами и ванна. Последняя перспектива являлась не самой привлекательной, но на что только не пойдет создание ада, чтобы добиться своей цели? Мысленно Шон сравнил его с героем фильма, который они сейчас смотрели. Всегда ли цель оправдывает средства? За эту последнюю неделю, проведенную с Дэнни, он понял, что нет. Некоторые желания способны завести нас в такие места, из которых очень сложно вернуться. Так все-таки стоят ли они потраченных сил или же следует остаться в надежде найти прямо у себя под носом нечто более важное? Каждый должен решить для себя сам. И Отступник, казалось, сделал свой выбор.

Но главную проблему продолжал представлять Фомор — за всю неделю, несмотря на множество возможностей, он даже ни разу не пробовал появиться. Ни одного послания, ни одного привета, ни одного словечка. Это и настораживало Шона — обычно демоны не заставляют себя долго ждать. Несколько дней мужчина не выходил из состояния боевой готовности, но в последнее время он сам не заметил, как начал расслабляться. Не возможно постоянно ожидать удара, когда вокруг такая спокойная атмосфера. Не этого ли добивается враг?

На экране пошли титры и, устало потянувшись, Стрейенс развернулась к Охотнику.

— Мне нельзя смотреть такие фильмы — чувствую воодушевление и острое желание что-нибудь сделать.

— Тянет геройствовать? — мужчина улыбнулся и, взяв пульт, выключил телевизор. В комнате стало темнее, слабый свет исходил от висящих на стене бра. — Никто тебе не мешает попробовать.

Даниэль задумчиво сложила руки на коленях и опустила глаза.

— Мы сидим взаперти уже семь дней, — она сделала глубокий вдох и продолжила: — Мне нравится быть с тобой, правда, но получается так, что мы просто отрезаны от мира.

Немного обдумав ее слова, Бретфорст кивнул.

— Ты права. Больше это продолжаться не может, но, — он в беспомощном жесте развел руки, — что я могу сделать?

Зашуршав одеждой об обивку дивана, она развернулась к нему, положив локоть на спинку.

— А нельзя снова вызвать его? Я имею в виду, не как в прошлый раз. Это могло бы ускорить процесс и решить половину наших проблем.

— Ты думаешь, я сам не думал об этом? — он приподнял брови. — Пока за тобой есть долг, мы не можем вызвать его — Фомор должен явиться сам.

Посмотрев в глаза Отступнику, Дэнни неожиданно почувствовала себя виноватой. За спокойствием, которое она испытывала все это время, пряталось напряжение. И страх. Осознав, что ведет себя глупо и несправедливо, девушка поспешила сменить тему.

— А куда ушел Мэтт? Он целыми днями где-то пропадает.

— Он охотиться за вампиршей, что напала на тебя.

Дэнни почувствовала, как в горле пересохло, перед глазами возникло изображение Линди.

— И насколько продвинулись поиски?

— Мэтью напал на ее след, — не без доли гордости в голосе сказал Отступник. Видя, как изменилась в лице Даниэль, он придвинулся ближе и доверительно посмотрел на нее. — Не переживай, все будет хорошо. Что делать с Фомором, мы тоже придумаем.

Девушка кивнула. В голове завертелось нехорошее предположение.

— Что если демон нападет на Мэтта?

— Исключено. Ему нужна ты. А значит, появиться он может лишь там, где находишься ты, — он усмехнулся. — Чем дальше Мэтью от этого дома, тем меньше шансов, что с ним может что-то случиться.

— А как же вампиры? — не унималась она.

Мужчина засмеялся.

— О, это не проблема, поверь мне. Особенно теперь. С ним все будет в порядке.

Девушка нахмурилась.

— Но не с тобой, — тихо прошептала она. — Честно говоря, я бы поняла, если бы вы оба просто ушли. После того, что случилось в том месте…

Послышался усталый вздох. Дэнни подняла голову, встречаясь взглядом со светлыми глазами Шона.

— Даниэль, я хочу тебе кое-что показать, — он потянулся вперед, взяв со стола ножик.

Стрейенс насторожилась.

— Зачем тебе это?

Лезвие блеснуло в неровном свете комнаты. Занеся нож, Охотник вонзил его в кожу чуть ниже запястья.

— О боже, я принесу аптечку.

Она попыталась встать, но Бретфорст остановил ее, схватив за руку.

— Посмотри.

Опустив глаза, Дэнни увидела, как из раны показалась кровь, закапав на брюки мужчины. Еще секунда — и кожа в месте пореза затянулась. Единственным напоминанием того, что случилось, служили оставшиеся красные пятна.

Шон поднял взгляд: прикрыв рот руками, Даниэль пораженно смотрела на него.

— Это произошло после того, как ты загадала желание, — начал он, нарушая создавшуюся тишину. — В тот момент я почувствовал, как все раны словно бы затягиваются. Через день мы с Мэттом выяснили, что это оказался не последний раз.

— Излечиваются любые раны?

Отойдя от первого шока, девушка достала из тумбочки влажные салфетки и, взяв Шона за руку, осторожными движениями стала оттирать кровь. На коже, действительно, не осталось и следа, даже шрама.

— Проверять пока не приходилось.

— Я всего лишь загадала, чтобы Фомор вылечил вас. Как такое могло произойти? — Стрейенс вспомнила слова Троя о том, что все исполненные желания очень дорого обходятся их владельцам.

Шон пожал плечами.

— Я не знаю, может, все дело в том, что ты не пожелала ничего для себя. Обычно, люди загадывают деньги, красивую внешность, талант, какие-то способности. Ты хотела этого искренне — и вот результат, — он улыбнулся. — В любом случае мне это нравится.

Закончив оттирать кровь, Дэнни, поджав губы, не спешила отпускать его руку. Подавшись вперед, она сказала:

— Шон, спасибо тебе за все, что ты для меня сделал. Я ценю это.

Бережные прикосновения Даниэль заставили сердце мужчины забиться быстрее. Оно предательски, словно бешеное, колотило в груди, давая понять, что… что одно ее присутствие уже служит воспоминанием того, что у него есть это чертово сердце! Девушка придвинулась ближе, и мужчина судорожно прикрыл глаза. Кажется, сердце в первый раз победило, и он вот-вот сдастся потоку тех чувств, что нахлынули на него с первым появлением Даниэль в его жизни. Он пропал. Однозначно, пропал. Воевать с чудовищами сложно, но воевать с собственным сердцем — практически, невозможно. Если в первом случае у тебя есть шансы на победу, то во втором — они все равны нулю…

— Ты тоже сделала не мало.

Оба чувствовали себя, словно загипнотизированные.

— Я хочу отблагодарить тебя, — Стрейенс наклонилась вперед, оказавшись в дюйме от его лица.

— Есть идеи, как это можно сделать? — выдохнув, улыбнулся мужчина.

Оставшееся между ними расстояние преодолел Шон. Руки девушки, обжигая, легли на его плечи, сквозь ткань рубашки нежно поглаживали спину. Оторвавшись от ее губ, мужчина стал прокладывать влажную дорожку поцелуев от шеи к ключицам. Дэнни чувствовала, как по телу расходится жар, вызванный его прикосновениями. Она и не заметила, как Бретфорст повалил ее на диван, прижав сверху своим телом, а его ладони оказались на ее животе, приподнимая майку. Тяжело дыша, девушка повернула голову в сторону и предложила:

— Давай уйдем отсюда?

Заглядывай ей в глаза, Шон, усмехнувшись, кивнул.

— Намек понят. Я давно ждал этого момента.

Даниэль приподняла брови, собираясь что-то сказать, но слова утонули в тихом визге, когда Охотник резко подхватил ее на руки и понес в сторону спальни.

Восемь часов вечера. Линди

Линди направлялась к своей машине. После того инцидента с Девидом прошла неделя, и девушка старалась не особенно о нем думать. Испытывала ли она вину? Раскаялась ли в содеянном? Нет. Виновник был наказан, и сердце вампирши оставалось спокойным. Лишь иногда ее мучили кошмары…

До автомобиля оставалось пара метров. Держа в одной руке пакет с покупками из дорого бутика, она полезла в карман джинсов, пытаясь выудить оттуда связку ключей. Сначала раздался оглушительный звук — инстинктивно, не понимая, что делает, Лин обернулась на него. Тело, как в огне, пронзила боль. Серебряные пули. Девушка успела только сделать вдох, как раздалось еще четыре выстрела. Беззвучно открывая и закрывая рот, она повалилась на землю. Из пакета вывалились купленные вещи. На звуки стрельбы сбежались люди.

Кто-то кричал:

— Вызовите скорую!

— Скорее! — вторил голос.

Плакали дети.

Среди множества лиц Линди видела лишь одно единственное — молодой темноволосый человек с холодными, как сталь, глазами.

Прямо на глазах собравшихся тело вампирши превратилось в пепел. Люди в страхе и не понимании отшатывались от нее и кричали.

Мужчина, убедившись, что она мертва, плотнее запахнул легкую джинсовую куртку и двинулся в сторону от этого места. Из-за стоящей на улице жары его куртка, наравне с легкими майками прохожих, сильно выделялась. Но никто из горожан, охваченных суматохой и паникой, этого не заметил.

Около часа спустя. Даниэль, Шон

Сонно потянувшись, Дэнни почувствовала приятную боль во всем теле. Она перевернулась набок, чтобы обнять Шона, но руки нащупали пустоту. В эту секунду с грохотом открылась дверь. Вздрогнув, девушка распахнула глаза и приподнялась в кровати. В комнату, одетый в одни штаны, влетел Бретфорст.

Не замечая ее, он подошел к комоду и, открыв один из ящичков, стал выгребать оттуда вещи.

Даниэль, недоуменно нахмурившись, наблюдала за его действиями.

— Что ты делаешь?

— Ищу стрелы, — раздраженно ответил мужчина, с быстротой молнии опустошив остальные шкафчики. Одежда сыпалась на пол, образуя вокруг него огромную кучу. — Их нет.

Стрейенс уловила в его голосе неподдельную панику. Обернувшись, он с неожиданной любовью посмотрел на нее, а затем, покачав головой, направился к кровати.

— Ох, лучше бы ты оделась, — протянул он, становясь на четвереньки, и, схватившись рукой за матрас, засунул голову в дыру между паркетом и кроватью. — Иначе я не смогу сосредоточиться.

Дэнни улыбнулась, но хорошее настроение тут же смыла волна беспокойства. «Стрел нет?».

— Черт, — пробормотал мужчина откуда-то снизу. — Я обыскал каждый шкаф в этом доме. И ничего. Как будто в воду канули!

В голову Даниэль закрались подозрения. Она боялась, что ее предположения окажутся правдой.

— Тебе помочь? — высоким голосом спросила девушка.

— Да, — Шон поднялся на ноги и, быстрым взглядом обведя ее стройный силуэт, сказал: — Пожалуйста, встань с кровати.

Обернув вокруг себя одеяло, девушка поднялась на ноги и отошла в сторону, продолжая наблюдать за мужчиной. Если бы не мысли, которые крутились в ее сознание, она бы с удовольствием оценила его обнаженную спину. Наклонившись, он уперся руками в кровать и, приложив немного усилий, сдвинул ее с места. На полу валялись ботинки, бумажник и большая черная сумка. Присев на корточки, Отступник с надеждой открыл ее.

— Шон, — позвала Даниэль, сильнее натягивая на себя одеяло. — Мне кажется, их здесь нет.

Достав из сумки несколько пистолетов, мужчина вздохнул и обреченно сел на холодный паркет.

— Ох, я знаю. Их нет нигде, — он устало протер глаза руками. — Я звонил Маргарет, но она сказала, что это наши проблемы и разбираться с ними мы должны сами, а затем повесила трубку. И Мэтт не отвечает. Черт!

Выругавшись, Бретфорст резко поднялся и пнул ногой ботинки, кошелек, пустую сумку. Когда он остановился, Дэнни подошла к нему и неуверенно положила руку на плечо.

— Мне кажется, я знаю, где стрелы, — она закусила губы, не решаясь продолжать. — Точнее, кто их взял.

— И кто же? — Шон повернулся к ней, обхватив ее руку своей ладонью.

— Охотник, — и Стрейенс рассказала ему правду.

Отшатнувшись от нее, как от чего-то страшного, Охотник пораженно закачал головой.

— Ты хоть понимаешь, что ты сделала? Даниэль, чем ты думала?! — с каждым словом его голос набирал силу, под конец фразы он сорвался на крик.

— Шон, я… — не зная, что сказать, девушка протянула к нему руку, но Бретфорст ловко отступил в сторону. Это причинило ей острую боль, резануло по сердцу.

— Когда все кончится, я хочу, чтобы ты ушла, — холодно сказал мужчина и, пройдя мимо нее, направился в коридор. Остановившись у двери, он, не оборачиваясь, добавил: — Если мы, конечно, останемся живы. Но благодаря тебе шансы на это ничтожно малы.

— Может он и не придет, — едва слышно прошептала Дэнни.

«Придет, — услужливо ответило подсознание. — Они всегда приходят».

* * *

Даниэль сидела на диване, подтянув к себе ноги. В руках девушки лежал черный камень, по гладкой поверхности которого она проводила пальцами, мысленно вырисовывая различные символы. Дэнни не знала, откуда они приходят к ней в голову, но это был отличный способ успокоиться. Глаза застилали слезы, и она зажмурилась, сделав глубокий очищающий вдох. Мысли путались. «Ловца», как его все называли, Стрейенс обнаружила в своей сумочке сразу после ухода от ведьмы. Не оставалось сомнений, как он туда попал и кто его туда положил. Вдруг разозлившись, она хотела кинуть его на стол, но тут из коридора раздался звонок. Вздохнув, девушка поднялась на ноги и положила «Ловца» в карман домашних серых штанов. Направившись в коридор, она услышала раздающиеся из ванны звуки. Горестно покачав головой, подошла к входной двери, заглянула в глазок. По другую сторону стоял мужчина и, судя по уверенному виду, уходить он не собирался. Несколько раз провернув ключ в замке, Даниэль нехотя открыла дверь, оглядывая его с ног до головы. Это был высокий блондин в дорогом сером костюме. Довольно привлекательный, отметила она.

— Что вам нужно?

— Здравствуйте, — он растянул губы в широкой открытой улыбке. — Я ваш домовладелец.

— Оу, — Дэнни на секунду обернулась к коридору, — Знаете, сейчас не самый подходящий…

Она стала закрывать дверь, но мужчина, все также радушно улыбаясь, придержал ее.

— Возникли проблемы с арендной платой. Вы уж извините, что беспокою так поздно, но жена требует, чтобы я с этим разобрался, — он поднял на девушку смущенный взгляд. — Завтра мы уезжаем на отдых, и она не слезет с меня, если я сейчас же с этим не разберусь.

— Я понимаю, но… — Даниэль пожала плечом. — Шон в ванной.

— Ничего, ничего. Я никуда не тороплюсь, могу и подождать.

Еще раз осмотрев его с головы до ног, Стрейенс распахнула дверь и отошла в сторону.

— Так вы разрешаете мне войти? — мужчина приподнял брови.

— Конечно, прошу, — она сделала приглашающий жест. — Мистер?

Сдерживая ползущую на лицо усмешку, он сделал широкий шаг вперед и переступил через порог дома, оказавшись в узеньком коридоре.

— Зовите меня Джон.

— Мы можем пройти в гостиную.

Вдоволь осмотрев помещение, мужчина перевел на нее хищный взгляд.

— Конечно, киска.

Дэнни словно облили холодной водой — она узнала интонацию, в голове всплыл силуэт темноволосой демоницы из «Кровавого парка». Стрейенс, отступая назад, открыла рот, собираясь закричать, но на лицо тут же легла грубая ладонь, в которой и утонул ее вопль, превратившись в сдавленно мычание. Девушка, не растерявшись, со всей силы стукнула мужчину точно в пах. Пока он корчился от боли, она смогла вырваться и вновь попыталась крикнуть:

— Шо… — с левой стороны мелькнул кулак, а затем висок пронзила острая боль. Следующий удар пришелся в грудь, вышибив из Дэнни весь воздух, и она повалилась на спину. Девушка едва слышно хрипела от боли, а над ней, уперев руки в бока, стоял демон с жуткой ухмылкой на губах. В ней так и читалось: «Вот она я, твоя смерть, дорогая. Больно не будет, нет… Вру». Мысли с лихорадочной быстротой проносились в голове, пока глаза Даниэль расширялись от страха. Приложив силы, чтобы перевернуться на живот, она встала на четвереньки и попыталась отползти.

В лодыжку крепко впились пальцы, с силой потянув на себя. Стрейенс, цепляясь ногтями за пол, завопила во всю силу легких — но с губ не сорвалось ни звука, она лишь продолжала жалобно хлопать ртом.

— Мне нравятся девушки, которые предпочитают молчать, — прошипел Фомор и одним рывком подтянул ее к себе.

Стрейенс, вслепую, начала колотить ногами, но мужчина ловко увернулся. Обхватив рукой ее колени, он развернул ее лицом к себе и, схватив за запястья, буквально заключил в свои объятия. Стиснув девушку так, что у нее хрустнула спина, он приблизил губы к ее уху.

— Кричать ты не можешь, убить меня тоже, — шею обдало его горячим дыханием, по коже забегали мурашки. — Что же ты будешь делать?

Даниэль вновь стала вырываться, но демон лишь теснее прижал ее к себе. Намотав на кулак часть ее волос, он встал на ноги и вздернул девушку за собой.

— Как думаешь, долго наш маленький Хельсинг еще будет в ванной? Я мечтаю увидеть его лицо, когда он сможет к нам присоединиться.

Настроение у демона явно было хорошим. Насвистывая под нос односложную мелодию, он потащил вырывающуюся Дэнни в гостиную. Знаки, нарисованные на стенах, засияли слабым зеленым светом; защитные амулеты, словно подхваченные магическим ветром, попадали на пол.

Приметив в комнате стул, Фомор усадил на него девушку и, не давая шанса вырваться, сел сверху, пригвождая ее к месту весом своего тела.

— Вижу, куда ты смотришь, — он кивнул головой в сторону символов на стене. — Не переживай, сейчас они перестанут светиться. Если у кого-то перед нами есть должок, то вся эта защитная магия перестает действовать. Как бы, по-твоему, мы забирали человеческие души?

Даниэль яростно подалась вперед и плюнула в лицо мужчине. Зажав в одной руке ее запястья, он приблизил своей лицо к ней и, смотря в глаза, нанес несколько молниеносных ударов в грудь. Если бы девушка могла кричать, то она бы завопила на весь район — казалось, словно треснули ребра, место удара жгло.

Затем демон почти с нежностью коснулся пальцами ее щеки.

— Извини, но так нужно.

Он что-то тихо прошептал на латинском языке, из рук вылился едва заметный поток красного цвета, и вокруг тела Даниэль туго обвилась веревка.

— Знаешь, а ты сама виновата, — задумчиво поглаживая ее по волосам, сказал мужчина, — пригласила меня в дом. Нет, ну кто так делает? С такой не осторожностью — чудо, что ты до сих пор жива! Пока жива.

Мужчина хитро улыбнулся, увидев, как Дэнни в испуге широко раскрыла глаза. В висках бешено стучал пульс. Положив руку ей на грудь, он чувствовал, как быстро бьется ее сердце. Действительно, боится.

— Шучу, — добродушно признался мужчина. — Ты мне нужна живой и невредимой. Чего не могу сказать о твоем дружке. Шон, кажется, да?

В этот момент открылась дверь ванной и из проема, укутанный в белое полотенце, вышел Отступник.

— Как будто сошел с обложки, — прошептал демон, вставая. — Киска, тебе нравится, а?

Повернув голову, Бретфорст удивленно раскрыл рот. В его руке был пистолет и, увидев, что Даниэль в опасности, он упал на колено, сделав три выстрела. Тело демона дернулось несколько раз, — пули попали в цель — и Охотник откатился в сторону, спрятавшись за диваном. Полотенце развязалось и валялось на полу.

— Ты же знаешь, что не убьешь меня этим, — недовольно проворчал Фомор, вытаскивая из плеча пулю. Было немного больно, шла кровь, но нанести ему настоящего вреда это не могло. — Будь мужчиной: подойди сюда и дай мне по морде.

Рана затянулась в мгновение, но на пиджаке осталось отвратительное темное пятно — демон неодобрительно покосился на него.

— Смотри, что твой дружок сделал с моим костюмом, — он указал на Дэнни пальцем. — Платить, киска, будешь ты.

Гордо задрав голову, мужчина сделал несколько шагов вперед и в бок, медленно обходя диван.

— Что за параноик? Парень, который ходит в душ с оружием, — фыркнув, демон покачал головой и, сменив тактику, заговорил голосом лучшего друга: — Давай, приятель, хватит прятаться, выходи. Все равно человеческие игрушки не причинят мне вреда.

— Человеческие — нет, а эта — да, — Охотник выглянул из-за своего укрытия и, сделав еще один перекат, выстрелил — пуля попала демону в грудь. Обхватив себя руками, он повалился на пол, тяжело дыша.

— Ч-что эт-то за-а хрень? — прохрипел он, не в силах пошевелиться. Все тело словно заковали в раскаленные оковы.

Вытащив из тумбочки нож и шорты, Шон подбежал к девушке и разрезал веревку. Не будь лезвие таким острым, на это ушло бы намного больше времени. Взяв ее за руку, он потянул Стрейенс к выходу, на ходу натягивая вещь.

— Пойдем, у нас мало времени, — они были в паре метров от цели. — Через несколько минут он снова сможет двигаться. А больше таких патронов у меня нет.

Бретфорст пытался крутить ручку, выбить дверь плечом, ногой — но все безуспешно.

— Черт, — выругался он. — Демон контролирует дом.

— На кухню, — сказала Дэнни, но не смогла произнести ни звука.

Мужчина, взяв с тумбочки вазу, кинул ее в окно. Та, ударившись о стекло, разбилась, разлетевшись на осколки.

— Черт, — повторил он.

Встав перед ним, Даниэль, беззвучно шевеля губами, замахала руками.

— О боже, — прошептал Шон, — что он с тобой сделал? Твой голос пропал.

Разозлившись, девушка быстро покачала головой и указала рукой в сторону кухни.

— Точно. Там есть другая дверь!

Он почти наверняка знал, что она будет также закрыта, но сидеть на месте нельзя — чтобы выжить, нужно что-то делать. Отступник вновь взял ее за руку и, проведя через узкий коридор, вывел в другую комнату. Он подтолкнул Даниэль к двери, когда сзади, откуда ни возьмись, на него накинулся Фомор. Злобно зарычав, он оторвал его от девушки и, прижав к столешнице, с размаху ударил по голове.

Стрейенс остановилась — дверь была так близко.

— Беги, Дэнни! — полузадушено, когда демон схватил его за горло, крикнул Шон. Хватая ртом воздух, он пытался оторвать его пальцы от себя. Протянув руку в сторону, он нащупал обеденную тарелку и, замахнувшись, треснул ее о лоб демона. Та разбиралась на части, но Фомор, словно ничего не заметив, только сильнее вцепился в его шею.

Бросив последний взгляд на заветную дверь, девушка, не думая, запрыгнула к Фомору на спину и, обвив ногами талию, стала колотить его по голове. От удивления тот не сразу понял, что произошло. Тогда Даниэль обхватила руками его лицо, пытаясь добраться до глаз, но мужчина, спохватившись, резко отступил назад, с силой впечатав девушку в стену. Руки и ноги сами собой разжались, и она упала на пол, стукнувшись головой. Когда прошла тошнота, а перед глазами перестали ходить тени, Дэнни увидела, как демон вонзил в живот Шона кухонный нож. Она попыталась встать, но тело не слушалось, а в затылке пульсировала острая боль.

— Надо же, заживает, как на собаке, — возбужденно протянул демон. — Ты хотя бы представляешь, сколько мы сможем развлекаться?

Лежа на полу, девушка беззвучно всхлипнула. Отчаяние, страх, усталость прорвались наружу, неся с собой еще больше физической боли. Но вместе с этим было что-то еще. Оно, как заточенное животное, металось и рвалось наружу. Закрыв глаза, Даниэль отдалась этому ощущению, чувствуя, что оно может принести покой.

«Дэнни?» — раздался обеспокоенный голос.

Девушка от неожиданности вздрогнула. Голос шел прямо из ее головы, из ее сознания.

«Миранда?». Она решила, что начинает сходить с ума.

«Послушай, ты можешь спастись. Камень ведь все еще у тебя? Я чувствую его».

«Что? Но как ты?..», — Дэнни сильнее зажмурилась. Воздух прорезал громкий, полный боли крик Шона.

«Не задавай вопросов, действуй! — крикнула Мина, вызывая новый приступ тошноты. — Возьми камень. Ну, давай же!».

Не понимая, что делает, она, прижимаясь щекой к полу, вытащила из кармана камень.

«Сосредоточься, открой свою энергию, и «Ловец» сам примет ее. Ты сможешь, Дэнни, я знаю. Сможешь!», — настойчиво подбадривала девушку сестра.

Заглянув глубоко внутрь себя, Стрейенс почувствовала огромный ком зудящей, неуправляемой, чистой энергии, только и ждущей, когда его вытащат наружу. Сосредоточившись на этом чувстве, она позволила себе расслабиться, и часть этого клубящегося шара пролилась наружу. Камень, почувствовав это, поспешил вобрать ее в себя. Но не это ему было нужно. Отдавшись во власть этих ощущений, Даниэль отчетливо поняла одно — она была проводником, ведьмы им были.

«Молодец! А теперь сконцентрируйся на демоне. Представь, как камень засасывает его. Они не могут чувствовать его энергию. У тебя получится, только скорее!».

Открыв глаза, девушка потратила несколько секунд на то, чтобы встать. Фомор уложил Шона на стол и наносил многочисленные раны, смотря, как быстро они заживают. В девушки заиграл гнев, ярость — это придало ей сил и уверенности.

— Интересно, а если отрезать тебе голову, вырастит ли новая? — словно сквозь пелену тумана услышала она.

«Ты должна будешь прочесть заклинание», — обеспокоено сказала Миранда.

Даниэль запаниковала: «Но у меня нет голоса!».

Сестра что-то неразборчиво прошептала, и Стрейенс услышала, как с губ сорвались тихие всхлипы. Демон, увлеченный своей жертвой, ничего не заметил.

«Повторяй за мной, Дэнни».

Даниэль, прокашлявшись, произнесла:

— Vivamus at felis lapidem… — с каждым словом голос набирал силу, и Фомор, наконец, услышав ее, обернулся.

— Нет!

Он оставил Бретфорста в покое и, протягивая руку, через стол кинулся к Даниэль.

— … et vos secum, — повторяя за сестрой, прошептала девушка. Застыв в воздухе, прямо над ней, демон что-то яростно закричал, а через секунду растворился в потоке зеленого сияния. Ощутив, как камень в ее ладонях, словно бы чем-то наполнился, стал липким, она инстинктивно бросила его. Он прокатился по полу несколько дюймов, засверкав черным светом. Через секунду камень потускнел.

«Демон внутри «Ловца. Принесешь его мне?», — на этом вопросе Дэнни почувствовала, как осталась одна, голос в ее голове исчез.

Откуда-то раздалось хриплое дыхание. Вскочив на ноги, девушка, пошатываясь, схватилась за пульсирующую голову, и побрела к столу. На нем, прикрыв веки, лежал Шон. Рубашка была изодрана, вся в пятнах крови; одна из ран на груди затягивалась прямо на глазах.

— Боже, — выдохнула Даниэль, протягивая к нему руки.

— Я буду в порядке, — прошептал мужчина, медленно, с ее помощью садясь в вертикальное положение. Он встал, но через секунду ноги подкосились и Бретфорст упал на четвереньки. Даниэль, слегка пошатываясь, обеспокоенно кружила возле него.

Взгляд его упал на лежащий рядом камень и, удивленно захлопав глазами, он внезапно рассмеялся. Перевернувшись на живот, он снизу вверх посмотрела на Даниэль.

— Я так и знал, я так и знал.

Нахмурившись, девушка, помогая себе руками, присела на пол рядом с ним. Его веселье стало заразительным, и она вдруг тоже захохотала.

Сквозь смех они расслышали, как в коридоре открылась входная дверь, звякнули ключи.

— Шон, — протянула Дэнни, подвигаясь к нему. — Ты знаешь, откуда Роудхелл получил свое название?

Все ближе и ближе раздавались чьи-то тяжелые шаги.

Охотник не ответил, и она продолжила:

— Когда-то демоны пытались забрать одну очень красивую девушку, но парень, который любил ее, отправился с ними в ад вместо нее.

— И что же случилось с той девушкой? — мужчина не спускал пристального взгляда с камня, наполненного черной энергией. Осознание того, что произошло, приходило постепенно.

— Она вышла замуж за другого, — пожав плечом, ответила Даниэль и повернула голову в сторону дверной арки. Спустя секунду, в проходе показалась темноволосая голова Мэтта. В миг оценив обстановку, он перевел на них, лежащих на полу, пораженный взгляд.

— О Господи, — встревожено выдохнул он. — Что здесь произошло?

Эпилог

Даниэль и Шон расстались, и она вернулась к своей сестре Миранде. Им предстояло многое обсудить, но, ссылаясь на скорую свадьбу, Мина все время избегала разговора. Через три дня после этого в одной из закусочных Дэнни нашел Трой — хмыкнув, девушка отвернулась от него, показывая, что разговаривать не намерена. Тем же вечером он вместе со стрелами Атренда покинул город, забыв о существовании Роудхелла, этой историй и самой Даниэль. Действительно приятным сюрпризом стал тот момент, когда Стрейенс, возвращаясь домой, обнаружила сидящего на ступеньках Шона. После проведенного времени в раздумьях, он смог простить ее и, самое главное, предложил уехать с вместе ним. Куда? В любое место, которое только она предложит. Причин для отказа Даниэль не нашла — ничего не держало ее в этом городе. Ничего.

Мэтт мог отправиться с ними, но решил остаться. В Роудхелле найдется еще много нечисти, желающей встретиться с Отступником. Пора наводить порядок, убеждал он себя.

Девида, точнее то, что от него осталось, похоронили, как умершего не своей смертью, на старом кладбище Роудхелла. На похоронах собралось полшколы. В первых рядах были его отец и лучший друг Итон. Никто из них не верил в то, что это случилось именно с их Девидом. Мать придти не смогла: после этого известия у нее случился нервный срыв, и женщину забрали в больницу.

Через несколько дней город увидел еще одни похороны — их устроил Дилан. Но, как ни странно, тела в гробу не было. После того, как он узнал из новостей, что случилось с домом Вебстеров, после того, как Линди больше не появлялась, он понял. Понял, что больше никогда ее не увидит. В память о своей подруге, о девушке, к которой испытывал глубокие чувства, он взялся на себя организовать похороны, на которых присутствовало все два человека: сам Дил и Питер, когда-то бывший кормилец вампирши.

На этом заканчивается история четырех молодых людей, которые мечтали, верили и стремились к своим целям. Кому-то из них повезло больше, кому-то меньше. Тем, кто, возможно, отказался и покаялся в содеянном, судьба уготовила что-то более приятное и счастливое. Такими людьми стали Шон и Даниэль. Долго ли они будут вместе? Какая разница? Главное, что сейчас они вдвоем и им хорошо.

История закончена. Но разве по-настоящему может быть что-нибудь закончено? О, нет, Роудхелл, не смотря ни на что, будет продолжать существовать и приносить своим обитателям сюрпризы. Иногда приятные — иногда не очень. Городок не оставит просто так жителей в покое. Это я вам обещаю.

Благодарности

В первую очередь я бы хотела выразить благодарность своей хорошей подруге — Викки Рид. Я не раз тебе это уже говорила и не устану повторять: если бы ты не позвала меня в этот сборник, не знаю, чтобы я делала. Благодаря этой задумке я познакомилась с кучей замечательных людей. Надеюсь, наше совместное творчество на этом не закончится. Также я бы хотела сказать вам с Меди спасибо за поддержку! Очень люблю вас девочки. И желаю вам и вашим Музам удачи во всех начинаниях. Меди, надеюсь, ты тоже это увидишь.

Катя Егорова, тебе тоже огромное спасибо! Если бы ты не сделала мне то предложение, то неизвестно, когда бы я снова взялась за эту книгу. Вы с Пабло дали мне хорошего пинка. Всегда бы так.

Спасибо Чаровой Лилии за веселое общение и ее постоянные вопросы/ Смирновой Светлане и Бондаревой Екатерине — когда-то мы тоже много напереписывались.

Ну и конечно спасибо всем тем, кто читал и будет читать эту книгу. Спасибо вам за ваши комментарии, которые подбодряли меня и стимулировали писать продолжение. Вот, теперь закончена еще одна история. Надеюсь, не последняя.

Content

Анастасия Крюкова
ОПАСНЫЕ ЖЕЛАНИЯ

Пролог

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

Эпилог

Благодарности