Уильямс Роберт Мур

Звездная база Х

Роберт Мур Уильямс (Вильямс). Звездная база X

ГЛАВА I. В самолете

В ГОЛОВЕ ЕГО очень явственно прозвучало:

Нужно внимательно наблюдать за этим человеком. У него интуитивный ум, он очень опасен.

Джон Доусон оторвал глаза от книги, которую пытался читать. Его загорелое лицо осталось совершенно спокойным, как, впрочем, и всегда. Только чуть сузились зрачки глаз и на лбу появились маленькие морщинки, что показывало, насколько он на самом деле поражен.

Телепатия! – подумал он. Осознание того, что он воспринял телепатический импульс, просто потрясало, хотя и не было совсем уж невероятным. В конце концов, телепатия, то есть контакт двух разумов, передача мыслей на расстоянии, не была невозможной. Она была тем, что могло случиться и, исходя из обычного опыта, случалось гораздо чаще, чем считалось. Но не сама телепатия поразила его, а содержание воспринятых мыслей:

Нужно внимательно наблюдать за этим человеком. У него интуитивный ум, он очень опасен.

Без всяких сомнений, Доусон понял, что человек, за которым нужно внимательно наблюдать, это он сам, это он тот, кто опасен. Неизвестный, мысли которого он вдруг принял, думал о нем\ И это могло означать лишь одно: раскрыта его подлинная суть, которую он старался держать в секрете. Один из пассажиров на этом гигантском «Освободителе С-87», транспортном самолете, знал, кем был Доусон.

– Черт побери! – проворчал он себе под нос.

Лейтенант Арт Джеки, сидевший рядом с ним и до сих пор глядевший в иллюминатор, повернулся к нему с удивленными глазами.

– Эй, Джон? В чем дело? Чем ты так недоволен?

– Ничем, – пожал плечами Доусон. – Просто я вспомнил, что кое-что забыл сделать.

Лейтенант задумчиво поглядел на него. У Джеки было приятное лицо с родинкой на левой щеке, которая делала его похожим на Рональда Колмана[1].

– А-а, – протянул он.

По его лицу было видно, что он хотел бы что-то добавить.

Доусон выругался про себя. Он знал, что будет дальше. Самая трудная часть его работы – это вопросы, которые задают друзья, действующие из лучших побуждений, те, кто, увидев его не в форме, тут же хотели узнать, почему. И Джеки в форме военного связиста, вовсе не был тут исключением.

– Гм, Джон... Не хочу лезть не в свои дела, но что, черт возьми, ты делаешь на этом самолете?

– Лечу на Базу X, – ответил Доусон.

Поскольку Джеки был его другом, Доусон не мог послать его ко всем чертям и велеть заниматься своими делами.

– Черт, это я знаю! – сказал Джеки. – Раз ты сидишь в этом самолете, то собираешься посетить Базу X, потому что самолет летит именно туда. Но какого дьявола понадобилось в этой замороженной глуши, где стоит База X, адвокату? Вот в чем вопрос, Джон. Не считая персонала Базы, единственные живые существа там эскимосы и, – черт бы их побрал, – их хриплые, вечно голодные собаки. Но я никогда не слышал, чтобы эскимосы вызывали к себе такого дорогого адвоката, так что остаются только собаки. Ты летишь на север представлять собак?

Доусон криво усмехнулся.

– Это длинная история, – сказал он. – Ты же знаешь, что База X снабжается исключительно по воздуху?

– Естественно.

– И что самолеты принадлежат армии, но управляют ими, по контракту с армией, коммерческие аэролинии. Другими словами, армия владеет самолетами, оборудованием и т.д., а аэролинии предоставляют свой персонал и ноу-хау. В результате армия получает то, что хочет – транспортировку, – и аэролинии ответственны за исполнение. Ясно?

– Конечно. Но причем здесь ты?

– Я представляю аэролинии, что приводит к причине того, что я сижу в этом самолете. Я лечу на Базу X, чтобы помочь развязать некий юридический клубок, поскольку армия заявила, что операторы неправильно используют ее оборудование. Спор возник из-за крушения одного самолета. Мои клиенты настаивают, что самолет использовался правильно, был послан по необходимости, и виновата во всем плохая погода, за которую они не несут ответственности. В основе возникшей ситуации лежит несколько юридических закавык, включая...

– Меня, – смеясь, перебил его Джеки. – А я и не знал, зачем вообще послали меня.

– Ты захотел узнать, что я здесь делаю, – пожал плечами Доусон.

– Мне все ясно. И если я немедленно не остановлю тебя, то прослушаю лекцию о законодательстве, начиная от Римской республики. Пропусти ее, Джон. Я уже все услышал.

– Ладно, – сказал Доусон и замолчал.

В тайне он был очень доволен собой. Джеки проглотил эту историю. Конечно, они с Джеки были друзьями, но Доусон сознательно солгал ему, придумав то, в чем не было ни слова правды. В деле, каким занимался Доусон, было важно не говорить ничего даже лучшему другу.

Доусон был адвокатом. В этом была доля правды. Но когда началась война, он предложил свои услуги ФБР и был тут же принят на службу. Так Доусон стал агентом ФБР, одним из охотников мистера Гувера на шпионов и саботажников. В самолете он летел потому, что главная контора получила сведения, будто на нем может лететь немецкий шпион.

Местоположение Базы X было военной тайной. И власти хотели эту тайну сохранить.

Задание Доусона состояло в том, чтобы найти и арестовать этого шпиона.

Не считая Доусона и пилотов, на грузовом самолете «Освободитель» летело семь пассажиров. И один из них был вражеским шпионом, если сведения, полученные главной конторой, были верны.

Но Агент ФБР даже не сомневался в том, что они верны. Это подтверждали чужие мысли, которые он вдруг прочитал. И они же подтверждали, что его инкогнито раскрыто.

Или слова, появившиеся у него в голове, просто иллюзия? Может, они возникли из его подсознания, а не из внешнего источника?

Доусон нахмурился. Слова были очень ясны. Словно громкий шепот у него в голове.

Нужно внимательно наблюдать за этим человеком. У него интуитивный ум, он очень опасен.

Фраза интуитивный ум казалась многозначительной. Доусон был блестящим адвокатом с длинным списком выигранных дел. Но в глубине души он знал, что многие его самые захватывающие победы в зале суда были результатом догадок, идей, появлявшихся у него в голове, мыслей, приходивших, казалось, из ниоткуда. Точно так же, как сейчас.

Доусон не был ни мистиком, ни ясновидцем, не увлекался эзотерикой. Но в душе он подозревал, что обладает какими-то способностями, позволяющими ему читать мысли других людей. Или, может, его ум был восприимчив к мыслям, излучаемым другими. Слишком уж много догадок появлялось у него как раз тогда, когда они были нужны, чтобы сомневаться в их истинности. Он не знал, как они появляются и откуда. Можно назвать телепатией, ясновидением или интуитивным умом эту возможность угадывать правду сразу, не проходя через трудоемкий процесс доказательств.

Вот и теперь он догадался, что раскрыт и кто-то в самолете тайком наблюдает за ним.

Он поудобнее устроился в кресле и притворился, будто читает. Но он не видел страницы книги. На самом деле, он изучал пассажиров, оценивал их, выискивая того, кого хотел найти.

Наступала ночь. Тяжело нагруженный самолет, гудя двигателями, летел на север, в сгущающуюся тьму.

ГЛАВА II. Пропавший пассажир!

– ЭТО НА САМОМ деле замечательное место! – говорил инженер Карсон через узкий проход.

Доусон знал его имя. Прежде, чем сесть в самолет, он внимательно изучил список пассажиров. Документы у всех были в полном порядке.

Но этого и следовало ожидать. У немцев была репутация скрупулезных придир, и следовало ожидать, что их шпион появится со всеми документами, верными до последней точки и черточки.

– Я уже слышал, что База X весьма необычна, – ответил собеседник Карсона.

Это был капитан Дуве, военврач. Тонкое, бледное лицо. За выпуклыми линзами очков внимательные глаза, казалось, рассматривающие все вокруг.

Мог ли быть этот доктор шпионом? Это казалось невозможным. Но и присутствие шпиона на этом самолете тоже было невозможным. Притворяясь читающим, Доусон прислушивался к беседе между этими двумя людьми.

– База X на самом деле небольшой городок, – говорил Карсон. – В определенном смысле, это самый необычный город в мире.

– Чем же она так необычна?

– С одной стороны, База полностью снабжается по воздуху. Каждый фунт груза привозится туда самолетами. Но База X уникальна и в другом отношении. Как я уже говорил, это небольшой город. Но любой город удовлетворяет нужды окружающей его местности. Город и возникает за тем, чтобы удовлетворять потребности людей. А потребности, которые удовлетворяет База X, не находятся в какой-либо близости от нее. Эти потребности лежат в Англии, по другую сторону Атлантики. Потребности, породившие Базу X, находятся за тысячи миль от нее. Например, если жители Марса посетили Базу X, не зная условий жизни на Земле, то они попытались бы понять, зачем База вообще тут стоит, а это было бы невозможной задачей. Они могли бы лишь прийти к заключению, что земляне непроходимые дураки, раз построили город в диких местах. Но мы-то знаем, в чем заключается реальная необходимость этого города.

У этого инженера было кое-что в голове. И он восторгался своими идеями. Он был в штатском, но ведь и Доусон тоже. Многие люди, работающие на Базе X, были гражданскими лицами.

С передних мест раздался взрыв смеха. Там две армейские медсестры играли в джин с двумя парнями и при этом выигрывали. Эти парни были электриками военно-морского флота, насколько помнил Доусон, летящими на север для работы над какими-то сложными электрическими установками на Базе, а медсестры должны были работать там в небольшой больнице. Белокурого электрика звали Тисе, а темноволосого, сильно загорелого – Грейдон. Медсестер звали Беатрис Лен и Джин Паркер.

Армейский связист, военврач, инженер, две медсестры и два электрика. Лейтенант Джеки, капитан Дуве, Карсон, Беатрис Лен, Джин Паркер, Тисе и Грейдон.

Кто же из этих семерых был немецким шпионом?

– Пусти, пожалуйста, Джон, – лейтенант Джеки встал со своего места.

Доусон пропустил его в проход, и Джеки, протиснувшись мимо него, направился в туалет. Пока лейтенант протискивался мимо, Доусон с раздражением глядел на его родинку на правой щеке. Почему-то эта родинка раздражала его. Какого черта Арт не удалит eel – подумал он.

КАРСОН И КАПИТАН Дуве все еще разговаривали через проход. Карсон продолжал рассказывать о Базе X. Медсестры и оба электрика играли в джин.

– Черт побери, – пробормотал Доусон. – Если кто-то из этих людей окажется немецким шпионом, я готов сожрать свою шляпу.

Судя по тому, как они выглядели и что делали, а также, как говорили по-английски, ни один из них не мог быть шпионом. Они явно все были американцами.

Но Доусон твердо знал, что один из них не тот, кем кажется. Одно было бесспорным: главная контора узнала, что кто-то пытается добраться до Базы X. Некто попытался подкупить гражданское лицо, летящее на север, чтобы занять его место в самолете, а также воспользоваться его документами. Штатский этот отказался и сообщил властям, после чего ФБР ринулось в бой.

Кто-то, у кого не могло быть там дел, сделал попытку проникнуть на Базу X. Конечно, существовала возможность, что вражеский шпион не сумел попасть на этот самолет. С другой стороны, был шанс, что сумел. Более, чем чему-либо еще, Доусон доверял своей интуиции, которая подсказывала, что здесь что-то не так. А в последние минуты это чувство еще больше усилилось.

Это было неопределенное ощущение, не привязанное ни к каким фактам...

Самолет попал в воздушную яму, покачнулся, но тут же выровнялся, когда пилот компенсировал крен. Медсестры взвизгнули и тут же рассмеялись над собственным испугом. Карсон прервал свой монолог.

– Сильно тряхнуло, – сказал Доусон через проход.

– У меня бывало и хуже, – ответил, смеясь, инженер.

Дуве слегка побледнел.

Ощущение, будто что-то не так, стало еще сильнее.

Черт побери, что тут может быть неправильно? – подумал Доусон.

И тут его ударила другая мысль. Что-то лейтенант Джеки задержался в туалете. Может, Арту стало плохо? – подумал Доусон, встал и пошел к туалету. Если Джеки плохо, то ему надо помочь.

Джеки не было плохо. Его вообще не было в туалете.

Да, черт побери, я же сам видел, как он вошел сюда. Если бы он вышел, то я бы заметил это...

Доусон внезапно похолодел. Выйдя из крошечного туалета, он бросил взгляд по проходу, чтобы убедиться, что Джеки каким-то образом вернулся на место.

На месте Джеки не было.

Я схожу с ума, подумал Доусон. Джеки должен быть или в туалете, или на месте. Других мест тут не было, если ему не пришло в голову спрятаться за штабелями ящиков.

Самолет был грузовым. Каждый дюйм пространства заполняло оборудование, отправленное на север, на Базу X.

Может, Джеки спрятался за ним!

Доусон тут же отверг эту идею. Наиболее вероятно было, что Джеки из туалета прошел вперед, в пилотскую кабину, и болтал сейчас с пилотами. Доусон пошел туда.

КАК ТОЛЬКО он открыл дверь кабины, к нему повернулось лицо Джима Флетчера, первого пилота.

– Пассажирам запрещено находиться здесь, – сказал Флетчер.

Второй пилот тоже обернулся, но тут же вернулся к управлению.

Джеки в кабине не было.

– Сюда кто-нибудь входил несколько минут назад? – спросил Доусон.

– Нет, – ответил пилот. – Если бы попытался, то мы бы выставили его. Никому не позволено быть здесь, включая и вас. Простите и все такое, но инструкции есть инструкции.

Доусон принес извинения и вышел.

Значит, Джеки был где-то в другом месте. На носу его не было, не было и в пассажирском салоне. В качестве укрытия оставался лишь груз.

Джеки спрятался? Если так, то зачем? Это что – шутка какая-то?

Доусон мрачно принялся за поиски. Он привлекал к себе удивленные взгляды пассажиров, но это сейчас было неважно. Закончив, он снова пошел в кабину пилотов.

– Опять вы? – буркнул здоровяк-Флетчер, выглядел он недовольным, но второй пилот безмятежно развалился в своем кресле – самолет явно летел не на автопилоте. – Что у вас теперь? Все еще ищите своего человека?

Пилот не был преднамеренно груб. Просто у него не было времени болтать с пассажирами.

– Существует ли какой-нибудь выход из самолета? – спросил Доусон.

Его вопрос привлек внимание пилота. Флетчер удивленно уставился на него.

– Выход из самолета? О чем, черт возьми, вы говорите? Мы летим на высоте мили!

– Я говорю о том, что вы потеряли пассажира, – отрезал Доусон.

– Мы потеряли... – голос Флетчера внезапно изменился. – Успокойтесь, приятель, – сказал он, изучая мрачное лицо Доусона. – Отсюда нельзя выйти незаметно. К тому же, все будет в порядке. Если человек ваш и вышел, то просто открыл парашют и стал спускаться к земле.

– Может, я и сошел с ума, но если так, то для меня это что-то новенькое, – сказал ему Доусон. – Но я не плету небылиц. На этом самолете летел лейтенант Арт Джеки. А теперь я не могу найти его. Вот почему я спросил вас, как можно покинуть самолет.

Еще секунду Флетчер задумчиво смотрел на Доусона.

– Возьми управление, – буркнул он второму пилоту. – Держись на курсе, которым мы летим теперь, и, может быть, мы сумеем обойти грозовой фронт. Я пойду посмотрю, о чем толкует этот парень.

Флетчер встал с пилотского кресла и приблизился вплотную к Доусону.

– Ну, приятель, кто вы такой? – спросил он.

Доусон показал ему свой жетон. Вид маленькой золоченой безделушки изменил отношение пилота. В глазах его мелькнуло уважение.

– Один из парней мистера Гувера, да? Ну, я никогда не слышал, чтобы кто-то из ваших сошел с ума. Так что там о пропавшем человеке?

Доусон рассказал ему, что произошло. Потом они вместе обыскали самолет.

– Невозможно открыть дверь и выйти, пока самолет находится в воздухе, – объяснил озадаченный пилот. – Раз он был здесь, то должен и сейчас здесь находиться.

– Тогда где он?

ЭТО БЫЛ ХОРОШИЙ вопрос. Где же Джеки? Пилот опросил пассажиров, чтобы удостовериться, что Джеки вообще летел на самолете.

– Я видел его, – сказал Карсон. – Он встал и пошел в гальюн. С ним что-то случилось?

– Я отчетливо помню этого человека, – добавил капитан Дуве. – У него еще была маленькая родинка на правой щеке.

– Тогда он должен быть здесь, – заявил Флетчер. – Вот только где? Я знаю эту лоханку лучше, чем пальцы на своей руке. Если здесь и есть место, где может спрятаться человек, то я о таком не слышал.

Наконец, взволнованный пилот отправился обратно в кабину. А не менее взволнованный агент ФБР опустился на свое место.

Джеки исчез из самолета.

Остальные пассажиры поняли, что что-то произошло. Доусон замечал взволнованные взгляды, какие они кидали на него. Но все хранили молчание. Было что-то, какое-то происшествие, которое обещало подсказку, если бы только Доусон мог вспомнить, о чем идет речь. Это было что-то мелкое. Но что, черт побери? Словно овод, который гудит и нудит, крутилась какая-то мысль, которую он не мог поймать. И внезапно Доусон понял, что это было. Он повернулся к капитану Дуве, сидевшему через проход.

– Вы сказали, у Джеки была родинка на правой щеке?

– Ну, да, насколько я помню, на правой. А какое это имеет значение?

– Именно это и я вспомнил, – сказал Доусон. – Когда он встал, чтобы пройти в туалет, родинка была у него на правой щеке. И это было неправильно. Совершенно неправильно. Я знал Джеки много лет, и родинка всегда была у него на левой щеке.

Он закрыл глаза и вызвал в памяти картину. Когда Джеки сидел рядом, родинка была у него на левой щеке. А когда встал и протиснулся мимо Доусона, родинка была уже на правой.

– Так какое это имеет значение? – спросил озадаченный доктор.

– Значение? – переспросил Доусон. – Значение? Почему...

Какое это имело значение? Как могла крошечная родинка перейти с одной щеки на другую? А если это произошло, то что могло означать?

Внезапно необъяснимая дрожь прошла по телу Доусона. Он почувствовал, словно приоткрылась дверь, ведущая в космос, и на него дунул из пустоты ледяной ветер.

ГЛАВА III. Крушение

ИТАК, ЧТО случилось с Джеки? Он не мог покинуть самолет, если не разблокировал и открыл выходную дверь, после чего ветром его занесло бы в пропеллер, да и не мог он сделать это незаметно от всех. А если он не покидал самолета, то должен быть здесь. Но его здесь не было. В этом-то все и дело – не было.

Гул двигателей изменил тональность. Самолет резко накренился на борт, затем тут же выправился. Из кабины пилотов выглянул Флетчер.

– Перед нами грозовой фронт. Мы пытаемся обойти его.

Дверь со стуком закрылась после того, как он сделал объявление.

Самолет сменил курс, чтобы уклониться от бури. А буря могла нести с собой ветер и снег, что послужило бы причиной обледенения, с каким не сумели бы справиться специальные устройства. Сразу же после поворота полет стал менее ровным. Снаружи мчались ледяные ветры, то и дело встряхивая самолет. Далеко на севере в небе разгоралось северное сияние. Где-то там, над полюсом, небо пронзали длинные пальцы ослепительного огня.

Пассажиры с тревогой глядели друг на друга. Разговоры прекратились. Карточная игра тоже была прервана. Все сидящие в самолете изо всех сил пытались не думать ни о чем плохом.

Доусон резко покинул кресло и пошел в туалет. Это было последнее место, которое, как он был уверен, посетил Джеки. Здесь могла быть какая-то подсказка. Доусон тщательно обыскал маленькую кабинку. Кто не видел агента ФБР за работой, тот не знает истинного значения слова искать.

Но он ничего не нашел.

Когда он вышел, все с надеждой поглядели на него.

– Что же произошло с тем человеком? – спросила Джин Паркер.

– Да, где же он? – добавил Грейдон.

– Он выпрыгнул из самолета? – хмыкнул Тисе.

Доусон сел на место. Он должен был опросить их раньше, но был слишком изумлен, чтобы сообразить это. И его вопросы не дали нужных результатов.

– Мы заметили, что вы с пилотом кого-то ищите, и предположили, что искали того человека, который, как мы видели, входил в туалет, – сказала медсестра.

– А кто-нибудь из вас видел, как он выходил из туалета?

Игроки в джин покачали головами.

– Мы играли и не глазели по сторонам. Может, он вышел, и мы просто не заметили этого, – предположил Тисе.

– Я кое-что вспомнила, – сказала Беатрис Лен, маленькая девушка с каштановыми волосами и внимательными карими глазами.

– Что именно? – нетерпеливо спросил Доусон.

– Не знаю, имеет ли это значение, но думаю... я не уверена в этом, но мне просто показалось, что дверь туалета открылась, но из нее никто не вышел.

– Дверь открылась, но никто не вышел? – задумчиво переспросил Доусон.

Из туалета вышел человек-невидимка? Он покачал головой, сердясь на себя за такие мысли. Не существует невидимых людей.

– Все это меня так тревожит, – прошептала Джин Паркер. – Бедный человек! Интересно, что с ним все же случилось?

– Интересно, может ли это случиться с любым из нас! – огрызнулся Грейдон.

Все явственно содрогнулись.

– Почему же мы ничего не делаем? – сердито воскликнул Тисе. – Не можем же мы просто сидеть, когда исчез человек, и ничего не делать!

– Если у вас есть какие-то предложения, я с готовностью выслушаю их, – мрачно сказал Доусон. – Мы обыскали самолет. Его нигде нет. Если вы можете придумать, что можно сделать еще, то, черт меня побери, я сделаю это!

Электрик сглотнул и промолчал. Он тоже не знал, что можно предпринять.

ЧЕЛОВЕК ИСЧЕЗ. И с этим ничего нельзя было поделать. Он просто исчез. При мысли об этом у пассажиров шевелились на голове волосы.

Доусон еще сильнее электрика проклинал тот факт, что ничего нельзя было сделать. Он снова принялся обыскивать самолет. Пассажиры вызвались было помогать ему, но тут же из кабины пилотов послышался сердитый окрик:

– Вернитесь все по местам! Самолет и так перегружен, не нарушайте баланс еще сильнее. Прекратите бродить по салону. Если захотите выйти, то делайте это по очереди.

Пассажиры вернулись на свои места, лишь Доусон продолжал поиски. Но нашел он лишь то, что и в первый раз – ничего.

Пытаясь прогнать из головы мрачное предчувствие, Доусон вернулся на место.

Что же, черт побери, произошло с Джеки?

Ветер хлестал самолет, заставляя его трястись, и это напомнило, что под ними внизу ледяная пустыня. Великая северная страна, страна полуночного солнца. Там, под крыльями самолета, был только снег и лед, пустота и смерть. Неизвестная земля, большей частью еще не исследованная. Настанет время, когда авиалинии будут проходить над полюсом, но это время еще не наступило. Северная Земля пока что хранила свое безмолвие. Даже на лучших картах здесь было больше белых пятен, чем в любых других местах.

На небе мерцало северное сияние, словно караваны призраков, совершающих паломничество между планетами.

Доусон попытался мыслить логически. Джеки не мог исчезнуть. Но Джеки исчез. Словно крыса в лабиринте, из которого не было выхода, его мысли метались во все стороны, но все время возвращались к исходной точке. Это было невозможно, просто не могло произойти.

Но это произошло.

А потом все и случилось. Самолет резко накренился на левый борт. Доусон оказался на Карсоне и Дуве на левой стороне самолета. Где-то впереди кричали девушки. Приглушенный гул двигателей внезапно сделался громче и выше тоном.

– Что случилось?

– Мы падаем?

Самолет резко выправился, но тут же завалился на правый борт. Теперь Доусон влетел в свое кресло, а сверху на него упали Карсон и Дуве. Самолет буквально встал на правое крыло.

– Что там у вас, пилоты? – закричал кто-то.

– Начните уже управлять этим ящиком! – кто-то вторил ему.

Самолет завибрировал, точно гигантская арфа. Все скрипело и трещало, пока он сопротивлялся ветру. Пилоты боролись за контроль над железной птицей. Медленно, очень медленно, но самолет все же выпрямился. Пассажиры попытались выпутаться из клубка тел.

– Черт побери, что там происходит? – простонал кто-то.

Доусон, наконец, поднялся и направился к кабине пилотов. Но достиг он ее несколько быстрее, чем собирался. Самолет вдруг резко клюнул носом. Доусона швырнуло вперед. Он пролетел салон и с глухим стуком врезался в дверь. В голове у него вспыхнули метеоры.

Катастрофа!

Раздался оглушительный звук, словно что-то рвалось. Рев двигателей умер. Звук, будто что-то треснуло, снова ударил по ушам, и Доусон был проглочен налетевшей темнотой...

СОЗНАНИЕ ВОЗВРАЩАЛОСЬ постепенно. Сначала Доусон почувствовал, что кто-то переворачивает его. Затем он почувствовал, как луч фонарика ударил в лицо. И только потом услышал, как кто-то рядом с ним ругается без умолку.

Он сел.

Джин Паркер обратила на него взволнованный взгляд.

– С вами все в порядке? – с сомнением спросила она.

– Наверное, – медленно ответил Доусон.

Сам он не был в этом уверен. Голова была наполнена тупой болью. Он осторожно потрогал череп, и пальцы его нащупали шишку, которой прежде не было.

– У вас может быть сотрясение, – с тревогой сказала медсестра. – Я в этом сомневаюсь, но мы не можем узнать точно без рентгена...

– Тогда обойдемся без этого знания, – сказал Доусон. – У меня твердая голова, и ей нужно нечто большее, чем легкий удар. Мы упали?

– Да.

– Кто-нибудь погиб?

– Нет. Нет даже тяжелораненых. Самолет, к счастью, проскользил на брюхе и воткнулся в сугроб. Хорошо, что не загорелся.

Девушка явно была сильно напугана.

Кто-то рядом опять принялся ругаться.

– Вы хуже всех тупых, слепых, идиотских кретинов, с какими я когда-либо имел дело...

– Кто это? – спросил Доусон.

– Пилот Флетчер, – ответила медсестра. – Я думаю, у него шок. Остальные пытаются успокоить его.

Доусон увидел группу людей, собравшихся возле пилота, сидящего на снегу, и с трудом поднялся на ноги. Капитан Дуве как раз склонился над Флетчером со шприцем.

– Дайте мне вашу руку, – сказал он.

Флетчер резко выдернул руку.

– Я в порядке. Я сказал вам это уже десяток раз. Когда же вы, наконец, мне поверите?

– Спокойно, старина, – пытался успокоить его доктор. – Просто дайте мне вашу руку. Вы будете в порядке после того, как немного подремлите.

Но Флетчер не собирался дремать.

– Да, я боюсь, – признался он. – В жизни мне еще не было так страшно, но физически я в норме. – Он снова начал ругаться, и Доусон увидел, что при этом он обращается ко второму пилоту.

Почему, ради всех чертей в аду, вы не видели меня? – потребовал он.

Второй пилот молчал.

– Я стоял тут же, в кабине, позади своего кресла, когда эта тварь пыталась управлять самолетом, и пальцем не мог шевельнуть, а ты валялся в кресле, точно бревно, и утверждаешь теперь, что не видел меня?

– В чем дело? – прервал его Доусон.

– А, это вы, – мрачно сказал Флетчер. – Вы несколько раз заглядывали в кабину. Почему же вы не увидели меня?

– Почему я не видел вас? – переспросил Доусон. – Черт побери, о чем вы говорите? Я видел вас. Я разговаривал с вами. Вы помогали мне искать в самолете Джеки.

– Ничего подобного! – взорвался здоровяк пилот, и Доусон понял, наконец, причину его гнева.

Флетчер был испуган. Сильно испуган. Он ругался для того, чтобы восстановить свою храбрость.

УСЛЫШАВ СЛЕДУЮЩИЕ слова пилота, Доусон понял, чего он боится. Эти слова могли напугать кого угодно.

– Самолет помогала вам обыскивать тварь, – заявил Флетчер. – Я этого не делал. Я стоял за пилотским креслом и не мог шевельнуть ни единым мускулом, и так было с тех пор, как оно вошло в кабину. Я видел, как оно разговаривает с вами, слышал, как оно выпроваживает вас из кабины, а позже увидел, как оно передает управление Гриру, а само идет и притворяется, что помогает вам в поисках. То, что вы искали, все это время было с вами. Оно было похоже на меня, но это был не я. Из всех проклятых слепошарых глупцов, каких я когда-либо видел, вы с Гриром самые слепошарые!..

Пилот бушевал, гневно сверкая глазами в сторону Доусона. Когда он закончил, все молчали. Капитан Дуве смотрел на Карсона. Никто не произнес ни слова. Тисе озирался, вглядываясь в темноту. Земля была покрыта снегом. Чахлые заросли стланика были отчетливыми черными пятнами на его белизне. Где-то далеко в ночи выл волк.

– Простите, – вдруг резко сказал Флетчер. – Я ругал вас, потому что боялся. Я не хотел оскорбить вас. Не ваша вина, что вы не могли видеть меня. Оно не позволило видеть меня, точно так же, как не позволило мне заговорить с вами. Я стоял словно парализованный. Не мог и пальцем шевельнуть. Наверное, Грир тоже был под воздействием. Он думал, что самолетом управляю я. Оно желало, чтобы он так думал. Если бы он не подчинился, оно парализовало бы и его.

Доусон взглянул на капитана Дуве.

– Он в самом деле спятил? – прошептал он.

– Не спрашивайте меня, – буркнул в ответ врач.

– Эй! – прервал его Флетчер. – Сейчас я – это снова я. Вспомните, что когда вы вошли в кабину, настаивая, что исчез человек, вы утверждали, что не соскочили с нарезки.

Доусон откашлялся. Глаза его пробежали по гигантскому разбитому самолету и попытались вглядеться в темноту, оттененную ярким снегом. Как бы он хотел, чтобы проклятый волк перестал выть. Но он завывал в темноте без умолку, словно тоже боялся.

– Давайте начнем сначала, – сказал, наконец, Доусон.

Флетчер поднялся на ноги, достал из кармана кожаной куртки сигареты, закурил. Руки его сильно дрожали, но не от холода. Он сунул их в карманы.

– Как звали вашего коллегу, которого вы искали? – спросил он.

– Джеки.

– Джеки, ага? Так вот, кто-то распахнул дверь кабины, и я оглянулся, чтобы задать ему перца. Это был Джеки. Но я ничего не успел сказать. Он только посмотрел на меня, и мне показалось, будто что-то схватило мой мозг и сжало все нервы. Меня словно парализовало. «Встань», – сказало оно. Я встал. Грир, казалось, не заметил, что происходит, и я понял, что он тоже парализован. Оно заставило меня встать позади кресла, и заняло мое место. И как только оно сделало это, я заметил, что оно изменилось. У Джеки была родинка на щеке. Теперь родинка исчезла. Джеки изменился. Это был больше не Джеки. Это был я\ Оно стало похоже на меня, начало говорить, как я, одежда его превратилась в мою одежду...

– Я думал, что это был ты, – прервал его Грир. – До самого крушения я не знал, что это не ты управляешь самолетом.

– И ты не видел меня, настоящего меня, стоявшего за креслом? – с вызовом бросил Флетчер второму пилоту.

– СТОП! – ПРЕРВАЛ их перепалку агент ФБР. – Что было дальше?

Ледяной ветер бегал у него по спине. Обе медсестры прижались друг к дружке. Тисе, Грейдон, Дуве и Карсон стояли неподвижно.

– А дальше вошли вы, – сказал Флетчер. – Вошли и стали утверждать, что исчез человек. Оно встало и пошло помогать вам искать исчезнувшего, передав управление Гриру. Оно помогло вам обыскать весь самолет, затем вернулось и взяло управление на себя. Я видел, как оно усмехалось после возвращения, усмехалось и хихикало, словно откололо лучшую в мире шутку и изо всех сил старалось не расхохотаться.

– А затем?

– Затем оно высунуло голову в салон и крикнуло что впереди грозовой фронт, и что мы должны обойти его стороной. Затем оно изменило курс самолета. Было какое-то место, куда оно хотело добраться и посадить там самолет, только...

– Что только?

– Только оно не умело управлять самолетом. Оно не знало, как работать штурвалом, и потеряло контроль. Самолет накренился на левый борт, и эта тварь слишком резко дернула штурвал в противоположном направлении. Что произошло дальше, вы знаете.

Они все прекрасно знали, что произошло дальше.

Доусон пытался обдумать услышанное. Но в голове гремела только одна фраза: «Нужно внимательно наблюдать за этим человеком. У него интуитивный ум, он очень опасен». Теперь Доусон знал источник этой фразы. Тварь!

Оно сидело рядом с ним. Оно походило на Джеки. Только это был не Джеки. Это было нечто иное.

– Я сел в этот самолет в поисках шпиона, – медленно проговорил он. – Немецкого шпиона. И мне начинает казаться, что в самолете не было никакого немца. Но было что-то еще...

Доусон попытался сообразить, чем оно могло быть. Но ум его восстал против такой задачи. Все прожитые годы образовали в мозгу колею. И теперь сознание сопротивлялось попыткам выбить его из этой колеи. Оно не хотело думать, чем могла быть эта тварь. Доусону пришлось заставить себя заняться этой задачей.

– Что произошло... Кто-нибудь знает, что после катастрофы случилось с ним?

Все содрогнулись. Это был тот еще вопрос. Что случилось с ним?

– Я что-то видел, – медленно сказал Тисе, глядя в обрамленную снегом темноту. – Меня выкинуло из самолета, и я увидел, как что-то выпрыгнуло из салона после аварии и убежало в ночь. Тогда я подумал, что мне просто померещилось, но вот теперь... – Голос его упал до шепота и замер.

– Дайте мне свой фонарик, – велел Доусон капитану Дуве.

Тисе неохотно пошел вперед. Фонарик ярко светил.

– Оно побежало здесь, – сказал Тисе.

В снегу были следы. Тисе действительно видел его. И оно оставило за собой следы, когда убегало.

Следы, которые не могли быть сделаны человеческими ногами. Во-первых, они были слишком маленькими. Во-вторых, они были не той формы. Тварь, которая бежала по снегу от разбитого самолета, оставляла следы, выглядевшие так, будто они были сделаны копытами.

ГЛАВА IV. Следы копыт на снегу

– ВСЕ ГОТОВО? – спросил Доусон.

– Готово, – ответил Флетчер и похлопал по раздувшимся карманам куртки.

Доусон и здоровяк-пилот совершили набег на чемоданы и ящики, которые вез самолет. Он был загружен всякими припасами для Базы X, теплой одеждой для работников арктической заставы, едой, всевозможными запчастями. Запчасти для них не представляли ценности, но еда и одежда явились удачей. Остальные под руководством Карсона уже мастерили себе приют. Используя металл из сломанных крыльев, они строили хижину среди зарослей стланика. И рядом уже горел костер.

Если Грир сумеет починить радиопередатчик, тогда спасение придет достаточно быстро. Если же нет, ну, тогда поиски могут затянуться, и останется лишь надеяться, что спасение придет не слишком поздно. Самолет, однако, далеко отклонился от курса, и спасатели не будут знать, где его искать. Арктическая страна была обширной и необитаемой. И очень холодной. Доусон был благодарен за тяжелую меховую куртку и специальные меховые сапоги, которые он нашел в ящиках. Без них они с Флетчером не смогли бы проделать задуманное.

Они собирались пойти по следам копыт на снегу, по следам твари, которая сбежала из самолета. Она скакала длинными прыжками, и по следам было идти легко.

– Мы просто ненормальные идиоты, – проворчал пилот, когда они подошли к следам.

Доусон согласно кивнул, но ничего не ответил. Остальные пассажиры молча наблюдали, как они собираются в поход. Один за другим они попытались отговорить их от этого, но Доусон упрямо отказывался.

– Но зачем же, зачем? – спросила Джин Паркер.

– Если такие твари существуют на земле, я хочу побольше знать о них, – ответил Доусон.

Флетчер сам настоял на том, чтобы сопровождать его. Пилотов обычно нелегко напугать. Сам Доусон был рад иметь рядом такого силача.

Они пошли по следу твари. Снег скрипел у них под ногами. Северное сияние вовсю разыгралось на небе. Вдалеке все еще выл волк.

– Эти звери могут быть опасными, если проголодаются, – сказал Флетчер, кивнув в сторону воя.

Доусон похлопал в ответ по карману.

– У меня тоже есть пистолет, – сказал Флетчер. – Надеюсь, мы найдем, на ком его использовать.

Доусон знал, что он говорит не о волках. Он говорил о твари. Но можно ли ее убить из пистолета?

Во имя небес, что это вообще такое? Очевидно, оно село в самолет под видом Арта Джеки, так похожее на него, что самый близкий друг Джеки ничего не заподозрил. Маскировка твари была нарушена лишь однажды, когда родинка перенеслась с левой щеки на правую. Но, может, это не было случайностью. Может, тварь посмеялась тогда над Доусоном, проверяя, заметит ли он такие мелкие изменения.

– Что это вообще может быть такое? – спросил Флетчер.

– Все, что мы думаем по этому поводу, может оказаться неверным, – сказал Доусон.

– Что вы имеете в виду?

– Это явно что-то вне нашего опыта. Следовательно, все, что мы думаем, может не соответствовать действительности. Наш разум устроен так, чтобы работать с фактами окружающего мира. Но мы не видели ничего подобного прежде, поэтому не в силах понять, что это такое. Я уже бросил попытки думать об этом. Я просто хочу увидеть его и, между нами, не уверен, что не пожалею потом об этом. Я не боюсь признаться, что я боюсь.

– Черт, да я тоже, – взорвался Флетчер. – Любой, кто имеет хоть каплю мозгов, испугался бы. Но будь я проклят, если побегу от опасности или будут сидеть и ждать, пока оно придет за мной.

– Да, без дела вы просто сойдете с ума, – кивнул Доусон. – Как и я.

Он сконцентрировался и попытался заставить себя не думать. Если продолжать думать обо всем этом, то можно сойти с ума. Или он уже спятил? А, может, на самом деле он мертв? Может, самолет разбился, он умер, и они с пилотом теперь шагают по следам демона в каком-то снежном аду?

Доусон резко оборвал такие мысли. Этот путь уж точно ведет к безумию. Но он не мог не думать, идя по следам твари, сбежавшей из самолета, что это тоже ведет к безумию. Или к чему-то похуже!

– КАЖЕТСЯ, Я ЗНАЮ, куда он идет, – сказал Доусон.

Следы вели по прямой в одном направлении. Конечно, они немного виляли, чтобы обойти глубокие впадины в снегу и заросли стланика, но потом все равно продолжали идти прямо на север. Эти следы оставил кто-то, кто точно знал, куда направляется. И Доусону это не нравилось. Если тварь, сбежавшая из самолета, знала, куда идет, значит, она должна была встретиться с кем-то в этой замерзшей северной стране, где почти что ничего и не могло выжить.

Флечер сделал те же выводы.

– Мне кажется, оно село в самолет, потому что он летел на север, – сказал пилот. – И хочет достигнуть какого-то места. Но я представить себе не могу, что здесь может быть! А как вы думаете, сколько там, дома, может быть еще этих тварей?

– Этого мы не можем знать, – сказал Доусон. – Раз уж он маскировался под Арта Джеки так хорошо, что одурачил меня, значит, они могут одурачить кого угодно.

От этой мысли он содрогнулся. Ваш лучший друг может быть... вовсе не человеком! И вы бы понятия не имели об этом.

К следу бежавшей твари присоединились следы волка.

– Ага! – сказал Флетчер. – Его преследуют. Интересно...

– Я тоже думаю над этим вопросом, – кивнул Доусон. – Интересно, вооружен ли он? Волк опасен, если голоден. Конечно, волки обычно не нападают на людей, но...

– Но это не человек, – мрачно добавил Флетчер.

– Увидим, увидим...

И они увидели. Следы волка тянулись вдоль следов твари. А затем они нашли волка.

Он лежал, вытянувшись на снегу, мертвый. Доусон осмотрел его. На теле волка не было ни единой отметки.

– Он уладил вопрос, – сказал Доусон.

– Ч-ч-что уладил? – пилот внезапно стал заикаться.

– Нужно вернуться и дождаться дневного света.

– Боже, как я хочу этого, – облегченно сказал Флетчер. – Таскаться за такой тварью в полумраке – это уж слишком.

Они пошли назад той же дорогой. Внезапно в небе над ними что-то загудело, словно сильный ветер. Доусон поднял голову. В замороженных глубинах небес мерцали далекие звезды. Он ничего не увидел, но ветер над ними продолжал гудеть. Как настоящая буря.

– Боже правый! Что это? – прошептал Флетчер.

Доусон покачал головой. Ночь была тиха. На уровне земли не чувствовалось даже слабого ветерка, а в вышине, судя по звуку, проносился торнадо. Затем он стал удаляться и замер где-то на юге.

– Мои нервы, – почти беззвучно сказал Доусон, – этого могут не выдержать. Мертвого волка без единого знака на теле уже было достаточно для меня. А теперь вот это. Флетчер, если я внезапно начну смеяться...

– Я нокаутирую вас, – понял пилот. – А вы то же самое сделаете для меня.

Снег скрипел под ногами при ходьбе. Вокруг стояла глубокая арктическая тишина. Где-то через полчаса Доусон внезапно остановился и снова взглянул на небо.

– Снова это, – прошептал он.

Вверху снова загудело торнадо. Теперь оно двигалось с юга, прошло над ними и затем исчезло на севере. Где-то вдалеке опять завыл одинокий волк.

– Волк тоже услышал это, – сказал Флетчер. – Он боится, потому и воет. И я не могу винить его.

– Завтра, – кивнул Доусон, – мы узнаем, что все это значит.

В ЭТО ВРЕМЯ ГОДА и в этих местах было примерно пять часов дневного света. За это время Доусон надеялся пройти по следам копыт к... куда бы там они не привели. Идти же по ним в темноте означало разделить судьбу мертвого волка. При свете дня они, по крайней мере, увидят, куда ведут следы. А если тварь узнает, что ее преследуют, и решит подождать их, они увидят ее заранее, прежде чем она нанесет удар.

Они поднялись на небольшой пригорок.

– Ну, вот и корабль, – с облегчением в голосе сказал Флетчер. – Привет, а где же костер?

Доусон узнал возвышение, на котором они сейчас стояли. Они уже проходили здесь, и он, оглянувшись, видел разбитый самолет. И костер был отсюда хорошо виден.

Вот только теперь его не было видно.

Под ними лежала лишь занесенная снегом лощина, с темными пятнами зарослей стланика.

– Наверное, я чуток перепутал, – сказал Флетчер. – Думаю, самолет лежит за следующим пригорком.

– Надеюсь, – буркнул Доусон и стал торопливо спускаться в лощину. – Надеюсь, вы правы.

Через несколько минут он понял, что Флетчер оказался прав – но только в первый раз. Это было именно то место, где самолет скользил на брюхе по снегу, снося крыльями стланик, и, наконец, остановился. Это было то место, где пассажиры развели костер и соорудили импровизированную хижину для защиты от резкого северного ветра.

Костра не было.

Разбитого самолета тоже не было. Он исчез до последнего скрученного кусочка металла.

Исчезли и пассажиры.

Холод, ледяной холод вновь побежал пол спине Доусона. Разбитый самолет, пассажиры, Карсон, Дуве, Тисе, две девушки... все они исчезли.

Несомненно это было то самое место. Длинная канава, которую самолет прорыл в снегу, доказывала это. Это доказывали и следы людей. И еще теплый пепел от костра. Ну, ладно, это то место. Но что здесь произошло?

Доусон слышал, как сзади шумно дышит Флетчер. Внезапно здоровяк стал смеяться...

Чпок!

Кулак Доусона врезался пилоту прямо в челюсть. Флетчер кувырком полетел в сугроб. Встал, фыркая от гнева, но уже не смеялся.

– Ладно, – пробормотал он. – Вы все сделали правильно.

– Теперь вы в порядке? – спросил Доусон.

– Нет, конечно, но теперь взял себя в руки, если именно это вы имеете в виду. Вам следовало дать мне сойти с ума, и тогда бы я успокоился. Так было бы лучше.

– Знаю, – мрачно отозвался Доусон.

Молча они принялись обыскивать место. Утоптанный снег и сломанный стланик были единственными признаками того, что здесь рухнул самолет. Каждый кусочек металла из этого самолета, каждая крупинка груза, бывшего на борту, – все исчезло. Единственным доказательством того, что здесь вообще что-то произошло, остались следы на снегу.

Следы копыт! Копыта были отпечатаны повсюду! Точно такие же копыта, по следам которых они ходили.

– Оно вернулось, – сказал Доусон. – Эта тварь вернулась и привела других, таких же, как она сама. Они ликвидировали все следы крушения. И забрали с собой всех пассажиров.

– Она вернулась? – прошептал Флетчер.

Вместо ответа Доусон указал на следы.

– Ладно, – как-то странно то ли всхлипнул, то ли прорычал пилот. – Но как они очутились здесь? И как унесли все останки? Самолет весил много тонн. Как они могли унести его?

Не отвечая, Доусон пошел по краю истоптанного пространства, светя фонарем на снег. Он искал входящие и выходящие следы копыт. Но снег вокруг был не тронут.

– Есть только один способ, которым они могли прийти и уйти, – сказал он, наконец.

– Торнадо, которое проносилось над нами, – прохрипел Флетчер.

Доусон кивнул.

ГЛАВА V. Тайна белого безмолвия

НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО, когда рассвело, они снова отправились на север, по следам твари из самолета. Они дошли до трупа волка и пошли дальше. Местность стала меняться. Безжизненная равнина уступила место низким холмам, вдалеке переходящим в низкие горы. Оба они, правда, не знали этого, но геологи, изучавшие данные места, утверждали, что здешние горы самые древние на Земле.

Следы привели к отвесным утесам, у подножия которых зияли черные пасти пещер. Следы входили в первую пещеру. Входили и выходили обратно. Доусон и Флетчер шли по ним. Теперь они двигались осторожно, используя любое укрытие и внимательно изучая то, что лежит перед ними, прежде чем рискнуть двигаться дальше.

Следы привели их во вторую пещеру, но выходили и оттуда.

– Возможно, оно стремилось именно к этому месту, – предположил Флетчер. – А, может, просто искало сухую и теплую пещеру.

– Мне кажется, оно искало какую-то определенную пещеру, – сказал Доусон. – Оно пришло прямиком сюда, значит, знало, куда идет. Но...

На секунду он позволил себе поразмышлять о том, зачем тварь искала какую-то пещеру, если вообще искала ее. И не мог придумать ни одной причины для подобных действий. Утесы высились впереди на сотни футов вверх, отвесная, серая масса изъеденных непогодой скал, которые возникли здесь еще в те далекие времена, когда планета находилась в стадии формирования. Нет, не было ни единой причины, зачем твари идти сюда.

Но она стремилась сюда. Должна быть какая-то причина, и если бы Доусон понял ее, то понял бы и причину всего остального, включая ревущее торнадо в небесной вышине прошлой ночью. Больше такой бури не возникало.

– Идемте, – сказал Доусон.

Они осторожно двинулись дальше по следам копыт, огибающим большие валуны у подножия утесов.

Следы вели в третью пещеру.

И на этот раз обратно не выходили. На снегу у входа в пещеру были отчетливо видны входящие следы. И столь же отчетливо было видно, что выходящих нет.

– Оно там! – прошептал Флетчер. – Ну, Доусон, теперь, когда мы нашли, куда оно ушло, что будем делать дальше?

– Разумеется, тоже войдем туда, – ответил агент ФБР.

– Ну, да! – При дневном свете было видно, как побледнело лицо пилота. – Черт, послушайте, нужно же быть разумными, – убедительно сказал он. – Мы не должны туда идти. Эта тварь, вероятно, спит в глубине пещеры. Она, конечно, услышит, как мы входим, и... Черт, я бы лучше вошел в пещеру со львом.

– Я тоже, – согласился Доусон. – Но я иду туда. Можете ждать здесь.

– Ждать здесь?

– Ну, да.

– Чего?

– Нет смысла нам обоим погибнуть одновременно, – пожал плечами Доусон.

Лицо Флетчера помрачнело еще больше.

– Ну, нет, приятель, – с деланой бодростью сказал он. – Не затем я, знаете ли, тащился сюда. Я тоже пойду. Двое лучше, чем один.

Доусон усмехнулся. Ему нравился этот здоровяк-пилот. Флетчер мог бояться, но не позволял страху остановить себя. Держа пистолеты наготове, они вместе пошли вперед.

У ВХОДА В ПЕЩЕРУ они остановились.

Темная дыра уходила куда-то вглубь утеса. Видно было лишь на несколько футов. А все остальное скрывалось в темноте.

Что же ждало их там, в темных глубинах пещеры? Доусон заставил себя не думать об этом. Он прислушался. В пещере не раздавалось ни звука. Медленно, дюйм за дюймом, стараясь двигаться бесшумно, он пошел вперед. В ледяном воздухе дыхание вырывалось изо рта белым паром. Сердце бешено колотилось в груди.

Он полностью скрылся в пещере. Света здесь не было, все тонуло в темноте. Доусон неподвижно постоял, прислушиваясь. Из глубин пещеры по-прежнему не доносилось ни звука. Если тварь и была там, она тоже замерла неподвижно. А может, спала.

– Приготовьтесь, – шепнул Доусон. – Сейчас я включу фонарик. Если заметите движение, сначала стреляйте, а уж потом задавайте вопросы.

Несмотря на холод, он чувствовал, как по лицу бегут струйки пота. Перехватывая фонарик поудобнее, он почувствовал, что руки его сильно дрожат. Тогда он заставил мышцы успокоиться.

– Готовы? – прошептал он.

– Готов! – отозвался Флетчер.

Луч фонарика вонзился во тьму пещеры. Доусон ждал чего угодно. Если бы какое-то чудовище с яростным рычанием бросилось на них, он бы не удивился.

Но в свете фонарике не появилось... ничего.

Пещера углублялась в утес ярдов на двадцать, а затем заканчивалась тупиком.

Она была пуста. Ни поворотов, ни проходов, вообще не было мест, где оно могло бы спрятаться.

Доусон слышал только свистящее дыхание пилота.

– Это... это... это просто невозможно, – каким-то жалобным голосом пролепетал Флетчер. – Следы ведут сюда. Значит, тварь должна быть здесь. Она должна быть здесь!

Доусон чувствовал, как пот бежит по всему телу, охлаждая его. Мышцы дрожали. По нему прокатывались волны ледяного холода.

– Мы что, преследовали призрака? – прошептал Флетчер.

– Возьмите себя в руки! – рявкнул Доусон.

В глубине души он знал, что должен бы сам последовать своим советам, а не давать их пилоту. Он и раньше бывал в переделках, но никогда не приходилось тратить столько сил, чтобы не распускаться. Страх перед неизвестным, тупой, темный ужас, таящийся в глубинах каждого человеческого разума, страх перед темными фигурами, появляющимися в ночи, сковывал его. Если следы на снегу не лгали, тварь вошла в эту пещеру.

ДОУСОН ПОСВЕТИЛ фонариком. На полу был наметен песок. Сухой песок, лежащий слишком тонким слоем, чтобы смерзнуться.

И на этом песке виднелись следы копыт! Они вели вглубь пещеры. Но не было исходящих следов.

Оно вошло сюда. Тогда, дьявол побери, куда оно делось?

– Давайте уйдем отсюда, – попросил Флетчер. – С меня достаточно, более чем достаточно. Надеюсь, я не трус. Я могу рисковать, как любой нормальный человек. Но давайте, уйдем отсюда.

– Нет! – твердо и резко сказал Доусон. – На случай, если вы забыли, у нас нет еды. Хотим мы или нет, мы должны остаться здесь и разгадать эту загадку.

В пещере висел страх, но снаружи, по снежной пустыне, бродила смерть. Первая же снежная буря, налетевшая с севера, уничтожит их. И если они не отыщут еду, – а единственная еда, которую они могли рассчитывать найти, была украденная вместе с самолетом, – то они покойники.

– Но что нам делать? – спросил Флетчер.

– Я, – сказал Доусон, – собираюсь верить своим глазам. А они подсказывают мне, что следы вошли сюда, но обратно не выходили, и что теперь пещера пуста. Поэтому... Ага!

Последнее «ага» относилось к тому, что пещера упиралась в скалу. И там что-то привлекло внимание Доусона. Он прикоснулся к тому, что ему показалось выделяющимся каменным квадратом. Ему показалось, что он подался под пальцами. Он нажал сильнее. И каменный блок, которым заканчивалась пещера, открылся внутрь.

Это была дверь. Умело скрытая дверь в конце пещеры. А каменный квадрат был потайной кнопкой, открывавшей эту дверь. Здесь, в глубине пещеры, в диком арктическом краю, была дверь. И существо прошло через эту дверь. Неудивительно, что его следы вели в пещеру, а наружу не выходили. Оно искало эту пещеру, оно знало, что здесь должна быть дверь, а когда нашло, то вошло через эту дверь в... куда?

– Фу-у!.. – выдохнул Доусон. – Клянусь вечностью, мне стало полегче. Мы ломали головы, задаваясь вопросом, что здесь произошло, а объяснение было таким простым и банальным, что мы боялись даже подумать о нем.

Дверь! Она была сделана какими-то инструментами. И при этой мысли становилось легче. Страх был в том, что следы здесь обрывались, входили в пещеру и просто исчезали, и не было у них никаких объяснений, кроме сверхъестественных. Слова Флетчера о привидении потрясли Доусона сильнее, чем он хотел это признать.

Это был не призрак. Он воспользовался дверью. Так или иначе, но это, казалось, каким-то образом уменьшало его ужасную, таинственную силу.

– Не понимаю, с чего бы вы почувствовали облегчение, – сказал Флетчер. – Ну, прошло оно через дверь, ладно, но кто сделал эту дверь? Зачем ее сделали? И куда ведет эта дверь? Прежде, чем почувствовать облегчение, я хочу знать, что у нас по ту сторону двери.

– Сейчас мы это и узнаем, – ответил Доусон.

Он чуть толкнул дверь и посмотрел в приоткрывшуюся щель. В лицо ему дунул теплый ветер. За дверью был туннель. Полоса какой-то трубки, словно неоновая лампа, тянулась вдоль потолка. Туннель, насколько видел Доусон, был пуст.

С ПИСТОЛЕТАМИ наготове они тихонько шли по туннелю. Вскоре он разветвился на два, и Доусон, поколебавшись, выбрал левое ответвление.

– Мне очень хотелось бы знать, куда мы идем, – пробормотал Флетчер.

– Мне тоже, – отозвался Доусон.

Туннели явно были не естественными пещерами, а искусственными сооружениями. Вероятно, это была большая, тяжелая работа при помощи каких-то дорогих машин. Причем они не были недавними сооружениями. Каменные стены давно потеряли первоначальный блеск.

Кто же вырыл эти туннели здесь, в диких арктических местах? С какой целью таинственная раса живет на пустынных северных просторах? Как можно объяснить все эти тайны?

Наконец, туннель вывел их к какому-то большому помещению. Они осторожно осмотрелись и замерли, изумленные, не в силах промолвить ни слова, пристально глядя на то, что открылось их глазам.

Туннель выходил в громадный зал. Они стояли на балкончике выше уровня пола. Справа вниз вела лестница.

Зал был гигантский, гораздо больше футбольного стадиона. Единственный светильник на стене лил вниз лавину теплого света. У стены виднелось нечто весьма напоминающее хорошо укомплектованный механический цех, с токарными станками, прессом, шлифовальным станком – дорогое, сложное оборудование.

Но взгляд их сразу же привлекло нечто сверкающее, слезинка в форме капли, которая, казалось, заполняла половину зала. Доусон бросил взгляд на эту овальную каплю.

– Корабль! – прошептал он.

– Да! – жарко выдохнул рядом с ним Флетчер. – Это корабль. Но этот корабль, брат, сделан явно не на земле и не предназначен летать над нашей планетой. Я никогда такого не видел и даже не ожидал, что увижу, но ставлю последний свой доллар, что этот корабль создан, чтобы летать меж звезд.

Межзвездный корабль! Голос пилота был полон удивления, когда он снова заговорил:

– Да тут выдолбили изнутри целый холм, чтобы сделать ангар для этого корабля. Ангар и ремонтную мастерскую. Доусон! Вой ветра, который мы слышали в небе – это и был корабль, пролетающий над нашими головами! Смотрите! Вон доказательства!

В сторонке лежала куча сломанных крыльев и исковерканного металла. Это были обломки их самолета. Звездный корабль был достаточно большой, чтобы перенести их сюда. Существо, по следам которого они шли, или другие такие же, как он, повели корабль к разбитому самолету и перетащили сюда обломки крушения. Многое теперь становилось ясным и очевидным. По крайней мере, на один вопрос они получили ответ. Но этот ответ повлек за собой новые вопросы.

Зачем здесь звездный корабль? Откуда он прибыл? Зачем он прибыл? А главное – где его экипаж?

Обширный ангар был пуст. В поле зрения не было никаких рабочих, станки стояли безмолвные, вокруг корабля не было заметно ни единого движения.

– Вот они! – услышал Доусон взволнованный шепот.

Он повернулся, ожидая увидеть существо, сбежавшее из самолета. Но вместо этого он увидел пассажиров, с которыми летел в самолете.

Незамеченные до сих пор, они стояли у стены, почти напротив Доусона и Флетчера.

ГЛАВА VI. История пленников

ТУТ БЫЛИ ВСЕ. И все, за исключением Карсона, расхаживающего взад-вперед, сидели на полу. Выглядели они унылыми, все, кроме инженера, у которого был озадаченный вид.

Несмотря на то, что не было видно никакого ограждения и все были свободны, никто не делал и попыток отойти от стены. Словно матросы, потерпевшие кораблекрушение и потерявшие всяческую надежду на спасение, они в отчаянии толпились вместе.

– Эй... – крикнул было Флетчер.

– Тсс! – сказал Доусон. Не зови их. Тут что-то не так.

– Черт, да знаю я, что что-то не так! – огрызнулся Флетчер. – Но что? Вот вопрос – что?

– Спущусь и погляжу, – сказал Доусон. – А вы не зевайте и прикрывайте меня.

В огромном, невероятном ангаре не раздалось ни звука, когда Доусон стал спускаться по лестнице. Флетчер присел. С высоты балкона он прекрасно видел его.

Карсон тоже увидел появление агента ФБР. На лице инженера появилось ошеломленное, недоверчивое выражение.

– Доусон? Откуда вы? – прошептал Карсон, затем, не дожидаясь ответа, снова заговорил: – Вытащите нас отсюда! И побыстрее! Они пошли к здоровенному колдуну, чтобы решить, что с нами делать. Сейчас они все в одной из комнат, примыкающих к ангару. Вытащите нас отсюда, прежде чем они придут к какому-нибудь решению.

К этому времени уже все увидели Доусона и поднялись на ноги. Тихонько взывая к нему, они столпились вдоль невидимой линии на полу. Здесь были Дуве, Тисе, Грейдон, Грир, Би Лен и Джин Паркер – словом, все пассажиры.

– Вытащите нас отсюда, Доусон! – вступил в разговор Дуве.

– Да, поднимите щеколду, мы не можем дотянуться до нее, – добавил Тисе.

– И скорее, – сказала одна из девушек. – Нельзя терять ни секунды. Вытащите нас из клетки, прежде чем вернутся эти ужасные существа.

– Из клетки? – переспросил Доусон. – О чем вы говорите?

По телу пополз холодок. С этими людьми было что-то не так. Им казалось, что они сидят в клетке, и они просили его отпереть засов и выпустить их. Доусон не понимал, о чем они говорят. Он слышал их слова, то они казались ему бессмысленными.

– Тут нет никакой клетки, – прошептал он.

– Нет клетки? – переспросил инженер. – Черт побери, Доусон! Не хотите же вы мне сказать, что не видите клетку? Она же прямо у вас перед глазами. – Он протянул к нему руки, словно действительно был заключен в клетке и тряс железные прутья. – Вы что, не видите эти прутья? – спросил он.

Только тогда Доусон интуитивно понял, что происходит. Эти люди были загипнотизированы. Они думали, что сидят в клетке. Это было так запечатлено в их сознании, что им казалось, будто они видят решетки, и тут же он вспомнил, как сам видел Арте Джеки в самолете. Гипноз, гипноз чрезвычайной силы, излучаемый мощным разумом, действовал здесь.

Понимание этого дало ему мысль о разуме, разуме мощной ментальной силы, о разумных существах, что вырыли в холме этот ангар здесь, на дальнем севере, существах, построивших межзвездный корабль. Они были великими мыслителями.

– Никакой клетки нет, – сказал он.

На лицах пассажиров появилось сомнение. Он говорит им, что они не в клетке?

– Вы что, спятили? – проворчал Карсон.

– Да, вы сошли с ума.

– Разве вы не видите клетку?

– У вас глаза повылазили?

– Вы не видите железные прутья? Нас заперли здесь, точно зверей в зоопарке.

– Просто идите сквозь прутья, – мрачно сказал Доусон.

Все уставились на него, словно не понимая, что он говорит. Идти сквозь прутья? Да он рехнулся!

Никто не шевельнулся. Гипноз, держащий их в плену, был так силен, что никакими словами его нельзя было одолеть.

– Глядите! Я покажу вам! – сказал Доусон. И перешагнул через воображаемую линию, указывающую размеры клетки. – Видите! – торжествующе сказал он. – Нет никаких прутьев. Нет никакой клетки. Вам это просто кажется.

Словно просыпающиеся лунатики, все уставились друг на друга и на него. Он прошел сквозь железные прутья клетки. Постепенно они начали понимать, что это значит. Карсон протер глаза.

– Нет никакой клетки! – прошептал он.

– Но минуту назад она была, – возразил Дуве. – Как же она так быстро исчезла?

– Клетки никогда и не было, – заявил Доусон. – Вы находились под гипнозом и видели воображаемую клетку. Она никогда не существовала, кроме как в вашем воображении.

– Он прав, – ошеломленно пробормотал Карсон.

Гипноз был разрушен! Порваны были ментальные цепи, сковавшие разум людей. Под гипнозом они верили, что клетка существовала, но когда Доусон прошел сквозь железные прутья, их разум восстал против гипноза.

Знаю я кое-кого, к кому неплохо было бы применить подобный гипноз, – мрачно подумал Доусон. Держать пленников, заставляя их воображать, что они находятся в клетке, было чрезвычайно умно, особенно если жертвы не понимали, что происходит. А эти люди ничего не понимали. И теперь, освободившись от ментальных оков, они были ошеломлены, изумлены и напуганы. Они походили на спящих, внезапно проснувшихся от кошмара и сомневающихся, был ли монстр, которого они видели во сне, настоящим или приснившимся. Две девушки цеплялись друг за друга. Карсон покачал головой. Грейдон, не говоря ни слова, смотрел туда, где только что были прутья.

– Вижу его! – раздался откуда-то сверху напряженный шепот.

Это предупредил присевший на балконе Флетчер.

– Кого? – шепнул в ответ Доусон.

– Они выходят из комнаты по другую сторону корабля, примерно семь особей. Вы их скоро увидите. Вам нужно либо спрятаться, либо приготовиться к бою, причем быстро.

ЕГО СЛОВА испугали всех пассажиров.

– Бежим! – прошептал Тисе. – Это наш единственный шанс.

– Нет! – отчаянно помотал головой Доусон.

Удивленный электрик повернулся к нему.

– Вы их не видели, иначе не сказали бы это. Говорю вам, они – чудовища. Если они снова поймают нас, мы погибли.

– Мы погибнем, если сбежим! – рявкнул Доусон. – Даже если нам удастся выбраться из ангара, мы окажемся в безлюдных местах. И если они не поймают нас, то мы умрем от голода или холода. Нам нужно остаться здесь.

– Остаться здесь? Позволить им прийти и взять нас голыми руками?

– Они считают нас загипнотизированными, – сказал Доусон. – Пусть так и будет, сейчас нам больше ничего не придумать. Нужно притвориться, что мы по-прежнему загипнотизированы, и поглядеть, что будет дальше. Это наш единственный шанс.

Но в глубине души он не считал это шансом. Если бы у них было время все тщательно спланировать, тогда, возможно, это могло бы сработать. Но времени не оставалось ни на что.

– Притворитесь загипнотизированными, – велел Доусон. – Ведите себя так, чтобы они думали, что вы по-прежнему видите воображаемую клетку. И старайтесь ни о чем не думать. А если не можете, то думайте о чем-то таком, что произошло несколько лет назад. Если у нас появится возможность напасть, я продам сигнал.

На него смотрели усталые, напуганные лица. Лица побелевшие от бессонницы и страха. Люди были на пределе сил, нервы их натянулись, как струны. В глазах плескался ужас.

Карсон задумчиво поглядел на Доусона.

– Ваша идея может сработать, – медленно проговорил он. – А может – и нет. Но я готов рискнуть. Просто не вижу, что еще можно было бы сделать.

Все они готовы были рискнуть. По их лицам было видно, что они почти ни на что не надеются, но рискнуть они были готовы.

– Они идут! – шепнула Джин Паркер.

Доусону было некогда смотреть спектакль, который начали разыгрывать эти люди. Внимание его было сконцентрировано совсем на другом. Впервые он увидел существо, с которым летел в самолете, в его реальном виде.

Их было восемь. Они рысью выскочили из-за звездного корабля, стуча копытами по каменному полу. Первым впечатлением ошеломленного Доусона было, что раса козлов каким-то образом развила разум.

Эти создания были похожи на козлов, в форме которого художники рисуют великого бога Пана, только без рогов. У них были косматые ноги, заканчивающиеся копытами, жесткие, жилистые тела, резко очерченные подбородки и желтые глаза. Они были маленькие – не больше двенадцатилетних детей, – но вели себя с целеустремленностью, выказывающей силу и осознание этой силы. Бежали они прямо к людям.

– Старайтесь ни о чем не думать! – отчаянно прошептал Доусон.

Он точно не знал, но подозревал, что это имеет большое значение. Сам он заставил себя выкинуть все мысли из головы, задержал дыхание и стал ждать.

Были ли они глупы, эти существа-козлы, или просто считали себя королями положения? Насколько мог видеть Доусон, они бежали к людям совсем без оружия, если только что-то вроде отполированных кристаллов у них на поясе не было неизвестным оружием. Но даже если оружия и не было видно, то Доусон не сомневался, что оно у них есть.

ОНИ ОСТАНОВИЛИСЬ перед людьми.

– Я – Элдрон Архнет, – почувствовал Доусон у себя в голове мысленный шепот. – Вы пойдете со мной.

Пока что неплохо.

– Как же мы можем пойти с вами, если вы не выпускаете нас из этой проклятой клетки? – проворчал Карсон.

Доусон облегченно вздохнул. Инженер легонько коснулся его руки. Элдрон Ахрнет шагнул к нему.

– А, да, – пронесся в голове шепот. – Я открою дверь. Затем вы пойдете со мной.

Элдрон сделал движение, словно открывал воображаемую дверцу воображаемой клетки. Один за другим люди вышли из нее. Доусон, изо всех сил стараясь удержать пустоту в голове, шел третьим по счету.

Элдрон вел их по огромному ангару. Другие существа-козлы шли позади, и у Доусона мелькнула мысль, что они действовали точно как охранники.

В помещении, куда их привел Элдрон, было около тридцати Ахрнедов. Когда люди вошли, они посмотрели на них с какой-то надеждой.

– Ну и что это значит? – проворчал Карсон. – Почему вы похитили нас? Что вы собираетесь с нами делать. И кто, черт побери, вы такие?

Элдрон Ахрнед нисколько не был оскорблен грубой речью инженера. Или тщательно скрывал это. Трудно было сказать, когда он проявляет эмоции, а когда – нет.

– Несомненно, вам интересно узнать о нас, – мягкий шепоток возник в голове Доусона так же, как и всех присутствующих людей. – Мы – Ахрнеды. Что же касается того, зачем мы похитили вас и привезли сюда останки вашего разбитого самолета, то это же очевидно. Другие из вашей расы станут искать самолет и вас. По очень серьезным причинам мы не хотим, чтобы эти поиски завершились успешно.

– Угу, – буркнул Карсон, и Доусон понял, что инженер думает о том же: почему Ахрнеды не хотят, чтобы поиски закончились успешно. Причину было не трудно понять. Пассажиры с самолета рассказали бы странную историю о невероятном существе, которое летело вместе с ними. Та история пробудила бы подозрения и могла заставить начать поиски, которые доказали бы существование Ахрнедов на Земле.

– Понимаете, – сказал Элдрон, – мы не хотим, чтобы ваша раса узнала о нас. Фактически, ваша оживленная деятельность в этом пустынном краю, все эти самолеты, летающие над головами, заставили нас подумать, уж не обнаружили ли вы наше присутствие, чтобы найти ответ на этот вопрос, я был отправлен в ваши края. К сожалению, мы не смогли придумать план моего лучшего возвращения. Поэтому я был вынужден сесть на один из ваших несовершенных кораблей, потому что он, по крайней мере, увез бы меня в нужном направлении.

Доусон слушал, стараясь не удивляться. Поскольку он воспринимал мысли Элдрона, то подозревал, что Ахрнеды могут прочесть его мысли. По крайней мере, мысли, лежащие на поверхности. Элдрон с тщательно продуманной вежливостью продолжал разговаривать с Карсоном. Другие Ахрнеды молча глядели на них, разойдясь и встав вдоль стен помещения.

– Но что вы тут делаете? – спросил инженер. – Кто вы? И откуда пришли?

ЭЛДРОН ЗАКОЛЕБАЛСЯ. Прежде чем ответить на этот вопрос, он, казалось, посовещался телепатически со своими товарищами. Доусон уловил невнятный отзвук каких-то мыслей. Затем Элдрон вновь повернулся к Карсону.

– Мы прилетели из... – Мысль была непонятной, но жест, указавший на потолок, многое разъяснил. Ахрнеды прибыли откуда-то сверху. Доусон мельком увидел бездонный космос, горячее солнце, светящееся в пустоте, планеты, окружающие это светило. Ахрнеды были гостями из космоса.

В принципе, это стало ясно с той секунды, когда Доусон увидел межзвездный корабль. Но зачем они прилетели на Землю? Что они делают здесь?

Элдрон снова заколебался, словно уловил встревоженный взгляд агента ФБР. Он осмотрел помещение, переводя пристальный взгляд с одного человека на другого, словно почувствовал импульс чьих-то мыслей и теперь искал их хозяина.

– Вам и самим нетрудно понять, зачем мы здесь, – ответил, наконец, Ахрнед. – Неподалеку отсюда вы построили базу для ваших несовершенных летательных аппаратов. А этот ангар, где мы сейчас находимся, вместе с межзвездным кораблем в нем, и есть такая же база, разница лишь в том, что ваша база расположена на другом континенте, а наша – на планете другой звезды. Вот почему мы находимся здесь, и вот зачем этот ангар. Это база, которая облегчает путешествие между звездами!

Звездная БазаХ\ – эта мысль прогремела в голове Доусона. Так же, как База X на Лабрадоре, облегчающая воздушное сообщение между США и Англией, база Ахрнедов помогала им летать между звездами. Для этого она и была построена здесь, на диком севере.

Карсон был слегка ошеломлен информацией, но все-таки он был инженером и понимал в общих чертах, как подобная база могла оказывать помощь межзвездным путешественникам. Эта идея была потрясающей, если вы не приучены мыслить в масштабах межзвездных сообщений.

– Но почему вы прячетесь? – спросил он. – Мы бы хотели узнать о вас. Мы встретили бы вас, помогли, дали бы вам и место для базы, и ресурсы. И мне уж не нужно вам говорить какое значение имела бы ваша база для всего человеческого рода. Нам открылись бы межзвездные полеты!

В голосе инженера смешались страх и одновременно нечто вроде просьбы. Он видел звездный корабль, он разговаривал с существами, создавшими его. Он и прежде мечтал о подобных кораблях и был уверен, что когда-нибудь они будут построены, вот только он не надеялся увидеть это сам, а считал, что это произойдет в далеком будущем. Звездные корабли! Полеты на другие планеты! Полеты на самые дальние звезды, какие только горели в ночном небе!

Инженер забыл о том, где находится, забыл об опасности, окружающей их, забыл, что ничего не знает об Ахрнедах и о том, что они смогут сделать с ним самим и с его товарищами. Лишь одна мысль была у него в голове – межзвездные корабли для человеческого рода.

Мечты о них воплотились в действительность. Межзвездный корабль был самой яркой его мечтой о приключениях в ледяных глубинах космоса.

– Почему вы прячетесь от нас? – повторил Карсон. – Мы бы помогли вам, сделали бы для вас почти все, что...

ЕГО ПРЕРВАЛА мысль чужака, мысль, точно ледяной ветер, дующий в пустоте:

– Если бы мы передали вам секрет создания межзвездных кораблей, то вы стали бы нашими конкурентами. Мы тщательно изучили вас, людей. Мы знаем, что движет вами. Свирепая, неослабевающая амбиция является неотъемлемой частью вашей расы. Если бы мы научили вас строить межзвездные корабли, затем нам пришлось бы сражаться с вами от созвездия, которое вы называете Орионом, до самого Южного Креста. О, возможно, вы жили бы мирно еще несколько веков, пока не набрали бы силу, но все равно настало бы время, когда нам пришлось бы противостоять вам, вооруженным нашим же оружием. Нет, человек, мы не настолько глупы, ни при каких обстоятельствах. Мы никогда не откроемся вашей расе. А вы никогда не узнаете о нас. Звездная База X должна оставаться тайной.

Мысли смолкли. На лице Карсона появилось выражение разочарования. Он был похож на ребенка, которому показали красивую, сверкающую игрушку, и тут же унесли.

– Вы не станете сотрудничать с нами? Вы не позволите помочь вам? И вы не поможете нам?

– Нет!

Карсон вздохнул.

– Тогда что вы хотите сделать с нами?

– Что мы хотим, – ответил Элдрон, – то уже делается.

Он не стал объяснять, что имел в виду, но мрачная мысль и не требовала объяснений.

Лоусон почувствовал, что в голове его зашептал голос:

– Спать, спать...

Он был так поглощен беседой инженера с Элдроном, что не заметил, что делали другие Ахрнеды. И теперь вдруг увидел их. Они стояли вдоль стен помещения и вроде бы ничего не делали.

Но гудевшее в его голове приказание спать подсказало Доусону, что делали Архнеды. Пока Элдрон отвлекал внимание людей разговором, Ахрнеды гипнотизировали их. Интуитивно Доусон понял, что этот сон завершится смертью.

Ахрнеды хотели оставить в тайне свою звездную базу. Они собирались убить людей, случайно наткнувшихся на нее.

Краешком глаза Доусон глянул на своих товарищей. Они уже спали стоя. Глаза Деву были закрыты. Доктор шатался. Еще секунда – и он бы упал. Еще секунда – и повалились бы все.

Выстрел из пистолета Доусона разбил ужасную тишину, словно гром. Лицо козлообразного Элдрона, на котором явно было написано удовлетворение от того, что ему удалось обмануть людей и привести их к смерти, точно скотину, внезапно брызнуло красным, когда пуля вонзилась в него.

– Проснитесь! – во весь голос завопил Доусон.

К счастью, он привык контролировать свои мысли, так что гипноз Ахрнедов на него подействовал слабо.

– Проснитесь и деритесь! – орал он.

Его пистолет снова выстрелил.

ГЛАВА VII. Звездная База Х

АХРНЕДЫ БЫЛИ застигнуты врасплох. Они с легкостью захватили людей в плен у разбитого самолета и отобрали у них, как они думали, все оружие. Люди были разоружены в меру их знаний. Ахрнеды думали, что массовый гипноз подействует, прежде чем люди поймут, что происходит, если они вообще подумают о том, что их ждет. План Ахрнедов состоял в том, чтобы усыпить их и убить во сне. Ахрнеды считали, что при их массовом воздействии этот план не может не сработать.

Так считали Ахрнеды. Они мнили себя превосходящей расой и были уверены в своих возможностях. Мысль, что какой-то человек может не подчиниться и освободить от воздействия всех остальных, была так нелепа, что даже не приходила к ним в голову.

Гром пистолета Доусона возымел два эффекта. Он застрелил Ахрнеда и ослабил концентрацию остальных. Приказ «спать» больше не гудел в головах людей. А эффект второго выстрела мгновенно разбудил бывших пассажиров. Секунду они оглядывались в замешательстве, пытаясь понять, что происходит. Они уже почти заснули, они слишком устали, и сон казался им таким восхитительным... Зачем их так грубо разбудили?

Тисе, казалось, первым сообразил, что происходит, и бросился на ближайшего Ахрнеда.

Одновременно с этим пистолет Доусона прогремел в третий раз. На таком близком расстоянии агент ФБР не мог промахнуться. Крупнокалиберные пули, предназначенные для того, чтобы остановить любого человека, буквально сносили мелких Ахрнедов, превращая их в безжизненные комки мяса.

– Убейте их, прежде чем они убьют нас! – продолжал кричать Доусон.

Ахрнеды оказались совершенно беспомощными. Нападение было столь внезапным и неожиданным, что они не поняли, что происходит. Нельзя было загипнотизировать людей, знающих, чего ждать и держащихся настороже. И пока они колебались, Карсон, Гредон, Дуве и Грир взялись за дело.

Раздались звуки ударов – чпок, чпок, – когда кулаки били Ахрнедам в челюсти и врезались им в животы. Один Ахрнед попытался что-то прокричать, но крик тут же умолк, потому что кулак человека вбил ему зубы в глотку.

Оружия у людей не было, но были кулаки и желание драться. И они стали драться с таким пылом, что у Доусона уже возникла надежда на победу. Дезорганизованные Ахрнеды валились на пол так быстро, что Доусон не успевал их сосчитать.

Затем один из Ахрнедов немного пришел в себя от первоначального замешательства. Рука его метнулась к кристаллу на поясе. Это оказалось нечто вроде кобуры, из которой он выхватил безумного вида стеклянный предмет. Тисе был ближе всего к нему. И Ахрнед направил предмет на электрика.

Может, предмет и был безумным на вид, но работал он совершенно четко. Из него вырвался яростный луч света в палец толщиной.

И прожег дыру в голове Тисе, который даже не успел понять, что случилось.

Доусон выстрелом выбил из руки Ахрнеда оружие, прежде чем тот успел направить его на кого-то еще. Увидевший это Дуве бросился за ним. Он был смелым, этот доктор. Всю жизнь он лечил людей, но теперь, в критической ситуации, показал себя прекрасным бойцом.

Он проделал дымящиеся дыры в двух Ахрнедах, прежде чем убили его самого.

ПЕРЕД НАЧАЛОМ схватки Ахрнеды втрое превосходили людей. Доусон надеялся лишь на то, что они были безоружными. Но теперь он понял, что это была ложная надежда. У Ахрнедов было оружие, опасное, смертоносное оружие, такое же чуждое людям, как и они сами.

Считая оставшиеся в пистолете патроны, Доусон одним выстрелом сразил сразу двух Ахрнедов. Двумя меньше! Но оставалось еще слишком много.

Грейдон, задыхаясь, упал на пол, одна из медсестер склонилась было над ним, но тут же закашляла и упала рядом. Обе девушки дрались наравне с остальными, но теперь осталась только одна. Ахрнеды сгруппировались и, выхватив оружие, собирались всех уничтожить.

Все было кончено. Тайна Звездной Базы X так и останется тайной для человечества. Ахрнеды несли потери, но побеждали. Доусон увернулся от яростного луча, нажал курок и увидел, как падает выстреливший в него Ахрнед. Комната была полна отвратительными сверкающими лучами-карандашами оружия чужаков.

Внезапно стало еще хуже.

Загремели выстрелы!

Грохот их был оглушительным. Где-то в помещении стреляли так быстро, как только палец успевал нажать на курок. Доусон, уже стоявший на коленях, пытаясь увернуться от лучей Ахрнедов, бросился плашмя на пол. Обернувшись через плечо, он увидел стрелка.

Дверь, через которую они вошли, была распахнута, и в проеме стоял Флетчер. Пилот стрелял без передышки, в сбившихся в кучу Ахрнедов было трудно промахнуться.

– Вперед! – закричал кто-то позади Доусона. – Они уже загнаны в угол. Нам остается только добить их.

Один из Ахрнедов попытался воспользоваться своим оружием, но Флетчер тут же застрелил его. Потом он бросился внутрь комнаты.

Доусон, выпустив последнюю пулю во врагов, бросил разряженный пистолет в Ахрнедов и поспешил на помощь Флетчеру.

– Вперед, парни, бей их! – орал пилот.

Даже в пылу схватки Доусон нашел время подумать, откуда у Флетчера взялось подкрепление. Но Ахрнеды не стали заниматься этим вопросом. Оставшиеся на ногах бросились в боковую дверь, и Флетчер захлопнул ее за ними.

В комнате внезапно наступила тишина. Пилот осмотрелся, увидел на полу тела.

– Ну и красавцы! – прошептал он. – Вот это было сражение! Я услышал стрельбу и тут же бросился на подмогу.

– Но откуда... где вы взяли подкрепление? – спросил срывающимся голосом Доусон.

– Подкрепление? – озадаченно переспросил пилот.

– Да. Вы кому-то кричали, что они уже загнаны в угол и просили прийти и добить их. Где...

– А-а, – усмехнулся Флетчер. – Черт, да я просто блефовал. Я подумал, что это может произвести впечатление на этих козлов. Судя по тому, как они рванули отсюда, это-таки произвело на них впечатление.

– Хорошая работа, – ответил Доусон. – Если вы еще сумеете теперь придумать, что нам делать дальше, то... Что это?

За дверью послышался вой ветра. Этот звук шел из двери, через которую пилот вошел из ангара сюда.

Тот же самый звук, который Доусон и Флетчер слышали ночью в небе. Доусон бросился к двери.

Межзвездный корабль поднимался. Это от него шел звук, точно от урагана.

– Они убежали на корабль! – закричал Флетчер.

Явно управляемые автоматом, большие ворота ангара начали открываться. Ударил в глаза ослепительно яркий снег.

С ураганным ревом огромный корабль чуть приподнялся в воздух и... с ужасающим ускорением понесся вверх, мгновенно исчезнув.

– У них иссяк запал, – выдохнул Флетчер. – Решили, что база окружена, и бросились бежать.

– То же самое нужно сделать и нам, – сказал Доусон. – И как можно быстрее!

ОНИ ВЫБЕЖАЛИ из ангара, те, кто остался в живых – Карсон, Григ, Джин Паркер и Флетчер. Доусон гнал их так, как никого в жизни.

– Быстрее, быстрее, быстрее! – это было единственное слово, какое он говорил.

– Но мы не можем бросить ангар, – возразил, наконец, Флетчер. – Там наша еда. Мы замерзнем до смерти в этих местах. Нужно остаться здесь. Эти дьявольские козлы улетели. Так что бежать просто глупо.

– Флетчер прав, – задыхаясь, поддержал его Карсон. – Нам нужно остаться. В ангаре есть инструменты, запчасти. Там масса оборудования, которое может нам подсказать, на каких принципах работает их межзвездный корабль.

Карсон думал только о корабле. Даже если его уже не было, он не хотел покидать ангар, где тот недавно стоял.

– Мы можем узнать, как работает этот корабль, – повторил он.

– Этого-то я и боюсь, – мрачно ответил Доусон. – Внимание! Он возвращается! Всем в укрытие!

В небе снова послышался ураганный гул. Межзвездный корабль возвращался!

Все сжались под скудными зарослями стланика на противоположном склоне. Корабль мчался к ангару, который они покинули. Внезапно от него оторвался какой-то темный предмет и резко пошел вниз.

БУУМ1

Воздух завертелся яростным смерчем. Земля вздымалась и опадала вниз, точно волны на море во время шторма. Огромные валуны взметнулись высоко в небо и теперь медленно падали. Через несколько минут с неба посыпался целый дождь мелких осколков.

На противоположном склоне, где был ангар, в земле зияла огромная дыра. В небо из нее бил толстый столб дыма.

Звездный корабль стал подниматься. Когда он был уже высоко, на нем вспыхнули солнечные лучи. На мгновение корабль завис в небе, потом стал быстро уменьшаться, превращаясь в пятнышко света. А затем и оно исчезло.

– Ага, – буркнул Флетчер. – Теперь я понял. Теперь я все понял.

ЧАС СПУСТЯ появился большой бомбовоз класса «Освободитель» и стал постепенно снижаться, кружась над столбом дыма на месте разрушенного ангара. Люди на противоположном склоне принялись отчаянно махать ему.

– Они ищут наш самолет, – закричал Флетчер. – Они увидели дым, потому и прилетели сюда. Когда же эти проклятые идиоты заметят нас?

Большой самолет гудел, спускаясь все ниже и ниже, кружась над странным дымом в северном небе. Затем внезапно пролетел над противоположным склоном, над самыми головами людей, и легонько пошевелил крыльями, а потом направился на юг.

– Они увидели нас! – ликующе закричал Флетчер. – Они полетели за подмогой.

На следующий день им сбросили на парашюте провизию, теплую одежду и одеяла. А потом с Базы X приехали спасатели на собаках.

Карсон уезжал с огромной неохотой. Ему все казалось, что даже в уничтоженном, сгоревшем дотла ангаре можно отыскать какие-то подсказки, которые позволят ему понять, на каких принципах был построен межзвездный корабль.

– Когда-нибудь, – говорил он себе, – я узнаю, как он устроен. И тогда мы сможем построить такие же корабли, поскольку будем знать, что они могут быть созданы.

– И когда настанет этот день, Ахрнеды обнаружат, что в космосе у них действительно появились конкуренты, – добавил Доусон.

Он не сомневался, что такой день наступит. Полеты меж звезд были исконной мечтой человечества. И он был согласен ждать наступления этого дня.

(Amazing Stories, 1944 № 9)

1

Рональд Колман (англ. Ronald Charles Colman; 9 февраля 1891–19 мая 1958) – английский актёр (прим. перев.)

Content

Уильямс Роберт Мур Звездная база Х

Роберт Мур Уильямс (Вильямс). Звездная база X

ГЛАВА I. В самолете

ГЛАВА II. Пропавший пассажир!

ГЛАВА III. Крушение

ГЛАВА IV. Следы копыт на снегу

ГЛАВА V. Тайна белого безмолвия

ГЛАВА VI. История пленников

ГЛАВА VII. Звездная База Х

1