Маргарита Гришаева

Высшая правовая магическая академия. Тайны высшего света

© М. Гришаева, 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

Пролог

Сверкающий гранями хрустальный бокал с надрывным звоном встретился с каменной кладкой, разлетевшись мириадами осколков.

Демон побери! Почему именно сейчас?! Девчонка была так близко, казалось, протяни руку, и можно ее забрать… Чертов призрак, всучивший ей книгу! И надо было ему вылезти, вмешаться в выстроенный план.

Не стоило доверять паршивке. Даже такую мелочь, как сохранить доверие той, с которой была рядом все это время, не смогла. Так глупо спугнула чем-то добычу в последний момент. И рассорить девчонку с Клейроном у нее не получилось. Хотя это, как оказалось, скорее плюс, чем минус, некромант тоже пригодится. А теперь стало очевидно, что они зависимы друг от друга, и это можно будет использовать себе на пользу.

Но как же выкурить девчонку? Она у Клейронов, и младший ее так просто не отдаст, даже не зная о ее происхождении. А уж если она расскажет, в нее крепкой хваткой вцепится вся семейка… Нет, с ними определенно нужно будет что-то делать. Их род имеет слишком большое влияние на императора, а сейчас это невыгодно. Доверие к ним должно ослабнуть.

А девочка… Они не смогут просто скрывать ее в своем замке. Понадобится какая-то официальная версия ее там пребывания, и вот потом уже ситуацию можно будет обернуть в свою пользу. Главное, вовремя направить нужного человека.

Ладони на кожаных ручках кресла судорожно сжались в кулаки. Раздражение от проваленного плана, на который было потрачено столько времени, не желало утихать так быстро. Но нужно взять себя в руки. Пока еще не все потеряно.

Медленно вздохнув, поднялся, чтобы шагнуть к тусклому свету рядом. Пальцы легли на чуть подрагивающий купол.

Пока девчонка жива, все еще возможно, а остальное – лишь незначительные помехи на пути. Пройдено уже слишком много, и последние несколько шагов тоже скоро будут преодолены. Все получится.

* * *

– Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

Я уставилась на Дамиана, всей душой надеясь, что сейчас он скажет, что это просто какая-то ошибка. Но мужчина молчал и продолжал хмуро смотреть на меня.

– Значит… мы действительно поженились? – все еще не в силах поверить в это, медленно спросила я.

Какие бы серьезные и правильные причины у него ни были, он же должен был понимать, что этого я просто так не приму! Особенно учитывая, как ревностно я отношусь к своей свободе. Я ожидала, что он повторно предложит мне выйти за него замуж, чтобы обеспечить защиту и покровительство, и даже готовила аргументы против этого. Но я ждала именно предложения, а не уже свершившегося факта! И почему я ничего не помню? Что еще он успел натворить?

Вот, значит, к чему были те странные слова леди Клейрон про понимание и прощение. И как же давно все вокруг меня знали и молчали?

Дамиан Бриар тэр Клейрон, понаблюдав за моей реакцией, горько усмехнулся и наконец заговорил:

– Да, твой хранитель сказал правду. Наши ауры действительно связаны. Если бы знал, что он их видит, не пустил бы его к тебе сейчас. Все же я надеялся, что ты еще не скоро узнаешь. Так что он тебе объяснил все правильно. Вот только ты в своих выводах ошиблась.

Я недоуменно посмотрела на него.

– Можешь успокоиться, мы не женаты, – пояснил он свои слова. – Чему я точно научился за годы жизни, так это не повторять своих ошибок. После того, что ты устроила, когда я сделал тебе предложение в первый раз, можно было прекрасно осознать, как ты отнесешься к браку. Хотя не могу сказать, что меня не трогает то, в каком ужасе ты была еще секунду назад от одной только мысли, что мы якобы поженились.

Я отвела взгляд. Не могу же я ему сказать, что в ужас меня привел не сам факт женитьбы, а ее последствия для него и его семьи. То, что это произошло совершенно без моего ведома, тоже внесло свою лепту.

– Тогда что означает «наши ауры связаны»?

– В нашем случае – родственную связь, – ответил Дамиан.

– Как это? – удивленно уставилась я на него, пытаясь осмыслить сказанное.

– Этой ночью мы провели обряд принятия тебя в наш род.

Я не верила собственным ушам. Не одно, так другое…

– Боги, ну зачем ты это сделал?.. – удрученно покачала я головой.

– Ты и сама знаешь зачем. – Он сел в кресло напротив меня. – Но даже не представляешь, как много тебе это дает.

– Зато прекрасно представляю, какие неприятные последствия для твоей семьи могут быть от связывания меня с вашим родовым именем, – раздраженно проговорила я, вскакивая на ноги и начав нервно метаться по комнате. – Одно дело, если меня просто заметят с тобой. Ведь можно допустить, что ты не знаешь, кто я на самом деле. Но если вы принимаете меня в свой род, значит, становитесь серьезной помехой на пути преступника. Не ты один! Вся твоя семья! Неужели ты считаешь, что если ему удалось истребить один из великих родов, то он не провернет то же самое с другим? – зло взглянула я на Бриара.

Я приняла столько сложных решений, и многие наперекор себе, чтобы оградить дорогих мне людей от опасности быть связанными со мной и попасть под удар. А он все это разрушил! Сам подставил и себя, и своих родных.

– Именно из-за такой твоей реакции все это было проведено без твоего ведома. И если бы повезло, ты еще долго не узнала бы об этом. Видящих ауры, к счастью, не так уж много, и все они не стали бы вмешиваться в чужие дела и просвещать тебя на тему этой связи, – спокойно заявил он, наблюдая за моими метаниями.

– Ты вообще слышишь, что я говорю? – резко шагнула к Дамиану, нависнув сверху и сверля его яростным взглядом.

– Ты меня, к сожалению, тоже редко слышишь, – парировал он, поднимаясь на ноги и мгновенно поменяв наши роли. – Касс, ты тоже дорогой мне человек. Причем не только мне, но и всей моей семье, но ты этого не хочешь понять. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить тебя. Самая сильная защита, которую я могу тебе дать, это защита рода. И дело тут не в громком имени и положении, как ты могла подумать. Дело в магии крови и родовых артефактах.

– В каком смысле? – нахмурилась я.

– Ты ведь совсем ничего не знаешь… – покачал Бриар головой. – Ни истории наших родов, ни их особенностей. Выпускать тебя сейчас в общество просто опасно. Касс, высшие лорды – это не только статус и сомнительное происхождение из других миров. Это другой уровень магии, колоссальная сила крови и рода в целом, и много всего прочего. И среди этого прочего есть еще духи-хранители рода. Приняв в семью, я обеспечил тебя защитой нашего хранителя, и, кроме того, на тебя теперь будет распространяться действие родовых артефактов. И поверь мне, это силы, с которыми стоит считаться.

– Вот только моей семье эта мифическая колоссальная сила ничем не помогла, – горько усмехнулась я. – Так с чего такая убежденность?

Бриар тут же помрачнел.

– Твоя семья… Она отличалась от остальных высших. Сила твоего рода была именно в знаниях. Как маги… они были, конечно, достаточно сильны, но не сравниться с остальными. И почему ты так уверена, что ничем не помогла? Ведь ты же выжила в тот день, – напомнил он мне. – И сама говоришь, что не знаешь как. Возможно, это и есть то единственное и последнее, что смог сделать дух-хранитель вашего рода – вытащить тебя из-за грани.

Я отвернулась от него. Даже если так – почему именно мне досталась роль выжившей? Зачем дух вообще меня спас? Ведь наследницей рода была Кассандра! Она была старшей сестрой. Она знала все про библиотеку, да и про семью, скорее всего, тоже. Все эти легенды о нашем происхождении и наших возможностях… Она бы не тыкалась, как я, во всех направлениях, пытаясь разобраться в том, что происходит и как ритуальные убийства связаны с нашей семьей. Вполне возможно, благодаря этим знаниям Кассандра смогла бы остановить их гораздо раньше. И в ловушку призрака тоже не попалась бы! Скольких ошибок и проблем можно было избежать, если бы оживили сестру. Но нет, выжила я. И Бриар прав, я ни в чем не разбираюсь. Не знаю, что собой представляет их общество, на что они способны, как они размышляют. Я не знаю их правил и, соответственно, не могу вести игру. Раньше я была уверена, что если и проиграю, то подставлю только себя, а теперь получается, что на меня повесили ответственность и за семейство Клейрон. Кто его просил?!

– Ты это специально, да? – тихо проговорила я, разворачиваясь к Дамиану. – Теперь, когда я фактически могу подставить не только себя, но и вас всех, гораздо проще убедить меня уехать куда подальше и спрятаться. Забыть про это дело и попытаться жить дальше. Не так ли? Своей безопасностью я дорожу гораздо меньше, чем жизнями окружающих меня людей.

– Ты права только в одном, своей жизнью ты не то что дорожишь меньше, ты ее не ценишь вообще, – ответил он, уверенно глядя мне в глаза. – Именно поэтому и пришлось пойти на такие меры. Лучше магии рода и крови тебя защитить могу только я сам, и проведенный ритуал поможет мне осуществлять это. Но вот отсылать тебя куда-либо я не собираюсь. Как бы мне этого ни хотелось. Твои похождения по архивам в поисках хоть каких-то материалов по делу твоей семьи… Начал ритуал и вовлек тебя во все это дело сам убийца. И очевидно, что просто так он уже не успокоится и вновь попробует добраться до тебя и до библиотеки. А значит, оставить все это просто так нельзя, нужно разбираться. Так что тебе придется участвовать в этом деле. Но, по крайней мере, теперь я буду уверен в твоей безопасности. Конечно, при желании можно найти способ обойти любую защиту, но сейчас это сделать гораздо сложнее.

Я, с трудом оторвав взгляд от его глаз, отвернулась и отошла к окну, размышляя обо всем сказанном. То, что меня не будут прятать, радовало, и даже очень. Я до последнего ждала, что Бриар вот-вот заявит, что все это слишком опасно и надежнее все-таки сплавить меня к артефакторам, а самому аккуратно разобраться во всем. И, скорее всего, он был бы прав. Но, судя по его решительности, мне все же будет позволено принять участие в поимке этого высшего. И, учитывая принятие меня в семью, действовать я буду открыто. Немного успокоившись, поняла, почему они провернули всю эту аферу и не стали мне сообщать. Да, я нашла бы способ если не отговорить, то сделать так, чтобы проведение подобного обряда было невозможным. Но то, что я все это понимаю, еще не значит, что мне легко это их решение принять. Потому что Бриар за меня теперь не будет так сильно переживать, а вот у меня причин для беспокойства станет гораздо больше. В отличие от него, у меня нет ни силы рода за спиной, ни хотя бы личной магической мощи. Я не могу обеспечить ему такую же защиту, какую он создал мне. А значит, все, что мне остается, это бояться за него.

– Я теперь, получается, твоя сестра? – слабо усмехнувшись, повернулась я к Бриару, решив все же выяснить, какие еще неприятности может мне нести это его самоуправство.

– Не совсем. – Его взгляд слегка потеплел. – Официально мы представим тебя высшему свету как воспитанницу моих родителей. То, что ты стала некромантом, в итоге играет нам на руку. Мы имеем вполне реальную причину для введения тебя в семью, и к тому же объяснение, если кто-то не в меру любопытный разглядит привязку ауры, хотя это маловероятно. По факту же… Мы провели несколько измененный ритуал. Я действительно ввел тебя в семью, но сделал не сестрой или женой, как это могло бы быть, а моей маг-подопечной.

– И что это значит? – нахмурилась я.

– Среди сильных магических родов распространена магическая опека. Маленькие маги часто не способны контролировать свою силу. А такая привязка… она позволяет следить за их состоянием. Проще говоря, я буду всегда чувствовать, если ты окажешься в опасности, если опять появится угроза выгорания, большой расход магии или ее неконтролируемый выброс. И я всегда смогу определить твое местоположение и перенестись туда, – явно с некоторым опасением, видимо, ожидая очередного скандала, пояснил мне Дамиан.

Что ж, контроль моего местоположения – это, конечно, неприятно, но вполне обоснованно. Остальные аспекты этой привязки тоже кажутся логичными и исключительно положительными для меня же самой, учитывая, какой именно магией я теперь обладаю. Страшно представить, к каким последствиям может привести неконтролируемый выброс энергии. Угроза выгорания для меня не пустой звук. За последнее время я слишком часто была близка к этой грани, а заново полученный дар пока нестабилен. Энергия еще не до конца прижилась в организме. Целителем я уже перестала быть по собственной глупости, и потерять способности к магии совсем не хотелось бы. Тем более объяснения Бриара вселяют надежду – ведь маленькие маги имеют свойство вырастать, поэтому вряд ли такую связь для контроля создают на всю жизнь.

Так что в целом, если подумать, ничего такого уж страшного не произошло. Если, конечно, не считать того, что никто не озаботился моим мнением по поводу этого ритуала, прежде чем его проводить, ну и того, что теперь под ударом вся его семья.

– И что мы будем делать дальше? – вздохнув, наконец поинтересовалась я, возвращаясь на свое место.

– Ты будешь учиться. Тебе нужно закрыть этот год в академии и освоить хотя бы основы некромантии. А еще надо ознакомиться со всеми нюансами общества, в котором тебе теперь предстоит вращаться.

– А ты?

– А я буду готовиться к войне, – мрачно закончил он.

Часть первая

– Раз, два, три… Раз, два, три… – гулко разносился по большому залу четкий женский голос, перекрывая тихие звуки музыки. – Кастодия, прогнись еще немного назад. Вот так. И главное – легкая улыбка, не забывай об этом.

Я послушно расплылась в дружелюбном оскале, но благородную леди Клейрон мои потуги не впечатлили.

– Милая, я просила легкую улыбку, а у тебя она какая-то угрожающая. Нежнее, пожалуйста, – укоризненно сказала женщина.

Еще бы, я уже готова растерзать всех окружающих. И в том числе несчастных музыкантов, которые, впрочем, ни в чем не виноваты и вынуждены гонять по кругу уже набившую оскомину мелодию. Но я взяла себя в руки и, на мгновение прикрыв глаза, сделала глубокий вдох. «Давай, Касс. Быстрее сделаешь все как надо, быстрее освободишься», – убеждала я себя. И, изобразив на лице необходимую улыбку, продолжила кружиться по залу, старательно держа спину и считая шаги, вспоминая схему танца.

Раздался скрип открывающейся двери, и кто-то уверенным, четким шагом прошел в сторону леди Клейрон. Посмотреть, кто это явился, было любопытно, но придется дождаться окончания урока, так что следим за наклоном головы и не обращаем на окружающих внимания. И да, улыбаться. Эта улыбка скоро намертво ко мне приклеится. На танцах – улыбка, на этикете – улыбка. Даже с веером когда занимаешься, все должно быть с улыбкой. Легкой и непринужденной. Ей-богу, у меня уже мышцы лица болят. Я столько за всю жизнь не улыбалась.

Но музыка продолжается, а значит, я все так же кружусь в танце и жду, когда уже наши пируэты признают удовлетворительными и наконец отпустят меня.

– Заканчивайте, – донесся голос леди, и музыканты, кажется, тоже с радостью перешли к завершающей части.

Резкий поворот – пышная юбка стремительно закручивается вокруг ног, чтобы тут же вернуться обратно, и я приседаю в глубоком реверансе, благодарю партнера за танец и поднимаюсь с усталым вздохом, встречая слегка непроницаемый взгляд серых глаз.

– Простите меня, Грейблен. Опять вы из-за меня теряете столько времени, – расстроенно покачала я головой.

– Не переживайте, леди, – невозмутимо отозвался пожилой дворецкий, уже месяц прилежно исполняющий роль моего партнера по танцам. – Когда еще выдастся возможность потанцевать с красивой молодой девушкой?

Он улыбнулся, протягивая мне руку, чтобы, как и положено по этикету, проводить меня обратно.

– Завтра и выдастся, – не особо радостно заметила я, вкладывая свою ладонь в затянутую в белую перчатку руку.

Уж не знаю, что со мной не так, но бесконечные танцевальные па и фигуры приводили меня в уныние. Возможно, сказывается первый неудачный опыт бального танца. Нет, я не в обиде на старшего Бриара, он имел полное право выяснить все, что касается его сына. Но неприятный осадок все равно остался. У меня возникает чувство незащищенности в тот момент, когда приходится, отклонив голову в сторону, находясь в чужих руках, доверить кому-то движение. И концентрация как-то сразу теряется. В общем, не по душе мне были все эти танцы. Но куда деваться – пришлось. И этикет углубленно изучать – бесконечные фужеры, вилки и прочие приборы, постигать язык цветов и язык веера, зубрить принятые в высшем обществе замысловатые комплименты, иерархию титулов и еще много чего. Мне даже стало жалко аристократов, столько многочисленных правил им приходилось держать в голове. Хотя, если бы в моей жизни все пошло по-другому, я сейчас тоже была бы знатоком всех этих правил и не особо мучилась их исполнением, просто уже привыкнув к такой манере поведения. А пока все это было тяжеловато.

Отвлекшись от размышлений о своей незавидной судьбе, я обратила внимание на того, кто присоединился к нашим с леди Клейрон занятиям. И с радостью поймала слегка усмехающийся взгляд темных глаз. Дамиан! Ну, хоть один нормальный человек в череде этих бесконечных учителей. За последние полтора месяца я его видела от силы раз или два в неделю. Экзамены у меня принимал старший Бриар, и он же занимался со мной основами некромагии. И по сравнению с психологией преступлений этот предмет ему удалось донести до меня куда лучше. Я была вынуждена признать, что человек он действительно интересный, невероятного таланта и мировоззрения, но в минус к этому – с довольно тяжелым и требовательным характером. А я еще жаловалась когда-то на тиранию его сына… Нет, лорд Клейрон по праву носил звание главного тирана. Такого стремления к полному контролю всего происходящего я еще не встречала. Но как-то мы наладили общение, и я даже получила уникальный пропуск в его личную мастерскую артефактов. Воистину, общий интерес способен объединять любых людей. Так что в целом конфликтов у нас больше не возникало.

Леди Клейрон подтягивала меня по всем светским дисциплинам. А Хран таскал дополнительные учебники по некромантии из темной библиотеки, потому как я желала быть во всеоружии при выходе в высший свет, дабы быть готовой к любым сложностям. В общем, сплошные учителя и учебники. Я даже в академии не тратила столько времени на занятия, причем не только по программе, но и самостоятельные, сколько уходило на все это сейчас. Поэтому в те редкие моменты, когда у Дамиана внезапно освобождалось время и леди Клейрон решала устроить семейный вечер, я оказывалась так измотана, что сразу после ужина, извинившись перед всеми, уползала к себе в комнату спать. В итоге мне так и не удалось ни разу с ним нормально поговорить и выяснить, что сейчас происходит.

Но теперь, похоже, получится наверстать упущенное. Я с трудом сдерживалась, чтобы продолжить идти медленным, степенным шагом, а не сорваться на бег. Наконец Грейблен подвел меня к Дамиану и леди Клейрон и, слегка поклонившись, удалился. Как бы мне ни хотелось тут же накинуться с вопросами на Бриара, сначала требовалось, не теряя благожелательного и умиротворенного выражения лица, выслушать все замечания его матери. Поэтому я, как приличная леди, прежде всего повернулась к ней, выражая внимание.

– Кастодия… – Женщина вздохнула, и я поняла, что и на этот раз что-то не так. – Ты чувствуешь музыку и такт… С технической точки зрения все идеально. Но, милая, танец… это не только техника. Нужна легкость, необходимо проникнуться музыкой. А ты какая-то вся зажатая. Я вижу, что, несмотря на плавность движений, у тебя все мышцы напряжены, словно ты готова в любую секунду кинуться с места и сбежать. Все как-то… механически. Ты улыбаешься, и выражение лица такое одухотворенное, но в целом возникает чувство, что ты не наслаждаешься движением, а мысленно что-то высчитываешь и чертишь схему перемещений множества танцующих фигур. При этом в зале нет никого, кроме вашей с Грейбленом пары. Этим ты меня разочаровываешь.

Еще бы ей не разочаровываться. Все-таки леди тратила на меня достаточно много времени. Но нельзя сказать, что я была неблагодарной ученицей. Я старательно разучивала все движения, да и с техникой разобралась быстро. Но хоть убей – нет у меня этой легкости и чувственности, которой она пытается от меня добиться с таким трудом. По-моему, это вообще не то, чего можно достичь благодаря долгим тренировкам. Либо есть, либо нет. И мне подобные таланты, очевидно, не достались. Так же, как и способность чувствовать себя расслабленно среди большого количества незнакомых и, скорее всего, потенциально опасных для меня людей.

Но упорная леди не теряла надежды добиться от меня необходимой непринужденности, а посему мы продолжали отвлекать дворецкого Грейблена от его непосредственных обязанностей.

– Не переживай, – внезапно вмешался в наш разбор ошибок Дамиан. – Мама просто идеалистка. Я тебя уверяю, что половина присутствующих на балу танцует кое-как и с постными лицами – просто потому, что надо.

– Дейм! – возмутилась леди.

– А вторая половина? – не особо веря в его заявление, поинтересовалась я.

– А вторая – это те, кто действительно наслаждается танцем, а не просто отдает дань этикету и положенному на балах поведению, – признал Бриар, и я печально вздохнула вслед за его матерью.

Вот нужна мне эта легкость. Нужна! В том-то и дело, что я на балу буду для всех изображать молодую неискушенную девочку, не особо привыкшую к роскоши высшего света столицы. И если некоторое смущение и неловкость будут понятны, то равнодушие к самой главной части всех балов – танцам будет выглядеть неестественно. Поэтому мы продолжаем изо дня в день тренироваться.

– Может, просто все дело в партнере? – предположил Дамиан.

– К сожалению, нет, – отвергла я такое удобное для себя предположение.

Леди Клейрон тоже неделю назад решила сменить мне партнера. Результат был не особо утешительным.

– Давай проверим, – с хитрой улыбкой заявил Бриар и протянул мне руку. – Вы позволите?

Опять танцевать? У меня уже ноги гудят!

– Может, не стоит? – умоляюще протянула я, все же вкладывая свою руку в его ладонь.

– Стоит, – уверенно заявил мужчина, выводя меня в центр зала.

Определенно я уже не была так рада его появлению и намечающейся возможности поговорить.

Глубокий реверанс, и его горячая ладонь ложится мне на талию, и я уже почти привычно прогибаю спину, отклоняя голову чуть вбок. Легкий звук скрипки, и мы делаем первое движение. Я стараюсь спокойно дышать и держать в голове все следующие шаги, чтобы не запутаться. Но Дамиан не дал мне сосредоточиться на танце.

– Как твои дела? Как успехи в освоении дара? – поинтересовался он.

Пришлось слегка скосить глаза, чтобы удостовериться, что все это он спрашивает серьезно, а не издевается.

– Разве тебе не доложили? – удивилась, позволив намертво приклеенной улыбке стать чуть шире и более издевательской. – Я думала, здесь каждый мой шаг контролируют. Недаром же меня за два месяца пребывания здесь ни разу не выпустили с территории замка. Даже по пляжу погулять.

– Касс… Давай не будем опять начинать. Мы уже все с тобой обговорили. Это временные меры, необходимые для твоей безопасности. И нет, я не слежу за каждым твоим шагом. У меня и без этого достаточно дел. Поэтому я вполне искренне интересуюсь – как твои дела? – повторил он свой вопрос с какой-то усталостью в голосе.

А мне стало чуточку стыдно. Он же не развлекался где-то, а работал. С моей стороны неправильно сразу же кидаться к нему с обвинениями. Просто это затворничество и незнание того, что же происходит с делом моей семьи и что еще удалось выяснить, немного выводит из себя. Я уже искренне улыбнулась, пытаясь сгладить предыдущую грубость, и ответила:

– Нормально. Даже, можно сказать, хорошо. С даром потихоньку разбираюсь. Но боюсь, стать полноценным магом, а тем более некромантом, мне не светит. – Я надеялась, что голос не выдаст моего разочарования. – Слишком маленький резерв, да и дар оказался не совсем стабилен.

– В каком смысле? – напрягся Бриар, чуть крепче сжав мою ладонь в своей руке, но продолжая уверенно вести по паркету.

А я, уже полностью наплевав на приличествующее танцу положение, все же повернула к нему голову, чтобы разговаривать лицом к лицу, а не косить все время взглядом.

– Тебе правда не говорили? – слегка удивившись, спросила тихо.

Мужчина ничего не ответил, лишь сильнее нахмурившись.

– Возможно, дело не в даре, – медленно начала я, – а в моей неопытности или еще в чем, но мои заклинания… Даже самые слабые… Они нестабильны по многим параметрам. Идеальное по своей технике и энергетике плетение может просто развалиться, стоит его активировать. Хотя с моей стороны ошибок в исполнении нет. Бывает, что я выкладываюсь полностью в какое-то энергоемкое заклинание, а оно выходит совсем слабенькое. Или наоборот – вызываю маленький черный огонек, а у меня вспыхивает целое пламя…

Я вспомнила, как на одном из занятий таким вот заклинанием спалила штору и кресло, да и платье слегка. Хотя мы только недавно с лордом Осбеорном замеряли объем моего резерва, и, по его словам, мне просто не хватило бы сил для такого мощного пламени. Но ведь как-то умудрилась же.

– Может, у тебя просто проблемы с контролем? – предположил магистр. – Это действительно не совсем обычно.

Я покачала головой.

– Да вроде нет. Такое чувство, что у меня именно нестабильный дар. Резерв постоянно колеблется то в большую, то в меньшую сторону, поэтому соизмерять силу не получается. Так что не стать мне полноценным магом, – грустно закончила я.

Конечно, неустойчивый дар лучше, чем полное выгорание, к которому я была очень близка. Но меня в то же время не оставляла надежда когда-нибудь в будущем закончить образование. Однако с нынешними способностями получить его мне не светит, да и работать с магией тоже. Радовало одно – умения, переданные мне хранителем, у меня остались. Я все еще могла работать с чужими потоками магии.

– Не переживай, – мягко произнес Бриар. – Такой случай, как твой, – большая редкость. Мы слишком мало знаем, какие последствия от подобной смены магии. Возможно, все идет так, как и должно быть, и со временем стабилизируется. Пока главное, чтобы ты могла контролировать дар и не было случайных всплесков магии на фоне эмоций. Если ты можешь это делать, то пока достаточно. С остальным мы тоже как-нибудь разберемся.

– Надеюсь, – улыбнулась я в ответ.

– А как успехи в учебе? – продолжил выспрашивать магистр.

– Хорошо, – уверенно ответила я. – Если, конечно, не считать мелких недочетов с танцами.

Я непроизвольно скривилась, а потом снова улыбнулась, про себя отметив, что вот мы с ним уже некоторое время танцуем, а прежнего напряжения я не ощущаю. Даже о движениях не особо задумываюсь, просто следуя за Дамианом.

– С этим, как мне кажется, у тебя тоже особых проблем нет, – хитро усмехнувшись, заметил мужчина. – Все же я был прав.

Я, смутившись, отвела взгляд и поспешила перевести тему.

– А как твои дела? – поинтересовалась в ответ, решив наконец задать все интересующие меня вопросы, раз уж выдалась возможность.

Бриар тяжело вздохнул.

– Ничего существенного выяснить не удалось, – помрачнел он. – Слишком давно все это произошло, сложно теперь узнать, с кем виделась леди Адалинда незадолго до кончины. Все же высший свет, слишком много различных мероприятий, где она встречалась практически со всеми семействами. Зато мне удалось расширить агентурную сеть, и теперь в каждом из поместий высших лордов имеется свой человек. Так что нам предстоит долгий и кропотливый сбор информации. Подготовительный этап закончен.

Я, затаив дыхание, подняла взгляд на магистра.

– Это значит…

– Да, – кивнул он. – На следующей неделе мы выводим тебя в свет и начинаем нашу игру.

Внутренняя дрожь прокатилась по всему телу. Хотя, судя по тому, что горячая мужская рука на талии прижала к себе чуть крепче, дрожь была вполне явной.

Начинаем…

Меня охватил азарт. Я устала быть не просто пешкой в этой игре, а слепой. И эта неожиданная поддержка со стороны семейства Клейрон вселила в меня спокойствие и уверенность. Нет, страх за себя, за Дамиана и его родных остался, но уже не был главным. На передний план выступило желание со всем этим разобраться. Я уже не боялась выйти в высший свет и встретиться лицом к лицу со своим противником.

– Ты все еще уверена, что хочешь в этом участвовать? – пристально посмотрев мне в глаза, спросил Дамиан.

Я уверенно кивнула.

– Значит, готовься, – не особо довольный моим решением, вздохнул он, а я просияла довольной улыбкой.

Наконец-то я выйду из этого, несомненно, прекрасного, но уже так надоевшего мне замка. Пусть даже выход этот ведет в настоящий серпентарий со скопищем светских людей и аристократов, для которых я всегда буду чужой.

– Молодые люди, – донесся до меня голос леди Клейрон, – я очень рада, что вы так наслаждаетесь обществом друг друга, но музыка уже давно закончилась.

Мы остановились, и я удивленно огляделась. Музыканты и правда уже закончили играть, а я даже и не заметила за разговором. Леди Клейрон с искорками смеха в глазах и улыбкой на лице наблюдала, как я слегка покраснела и вывернулась из объятий ее сына.

Вот уж действительно заболтались. Протяжно вздохнув, я постаралась вернуть себе спокойствие и степенно направилась обратно к женщине, слыша, как раздаются за спиной шаги Дамиана.

– Дейм, смею надеяться, что ты хотя бы сегодня с нами отобедаешь, – заявила леди Алария, стоило нам подойти поближе. – Или ты опять набегом? Нет, я, конечно, благодарна, что ты не забываешь о нас и хоть изредка показываешься, но все же…

– Не переживай, мама, – улыбнулся магистр, нежно приобняв ее за плечи. – Теперь я буду появляться так часто, что, боюсь, надоем тебе.

– Даже не надейся, – фыркнула женщина в ответ.

– Отец? – короткий вопрос, и столь же лаконичный ответ:

– В лаборатории.

– Дамы, прошу простить, я присоединюсь к вам позже. – Он коротко нам улыбнулся и четким спешным шагом покинул зал.

Я думала, он по какому-то важному вопросу заходил. А так… пришел, смутил меня и снова скрылся. Не понимаю я этого мужчину.

– А сын оказался прав, – задумчиво произнесла леди Клейрон. – Все дело в правильном партнере.

Я недоуменно взглянула на нее, не совсем понимая, что она имела в виду.

– Той самой легкости и непринужденности в танце добиться от тебя вышло только у него, – с искрой смеха в глазах заметила леди.

Я моментально покраснела.

– Но вот танцевать вместе на светских мероприятиях вам нельзя, – закончила свою мысль женщина.

– Почему? – удивилась я.

Не то чтобы я жаждала танцевать с кем бы то ни было, но конкретно с Бриаром у меня это, по крайней мере, получилось. В его руках я чувствовала себя уверенной и… защищенной.

– Для высшего света вы были слишком… увлечены друг другом во время танца, – с легкой улыбкой ответила она. – Это недопустимо по этикету для тех, кто для светского общества предстанет в образе брата и сестры, пусть и номинально.

Я поспешно отвернулась, пряча испуганный взгляд. Несложно понять, на что она намекает. И мне это, откровенно говоря, не нравится. Не только потому, что может провалиться наша легенда. Я за время проживания в замке стала слишком открыта в своих эмоциях. Расслабилась… А ведь еще ничего не закончилось, а, наоборот, самое сложное только начинается. Я быстро привыкла, что можно не скрывать того, кто я есть, свои способности и чувства. Пора как-то снова брать себя в руки.

Хотя, пожалуй, стоит сказать спасибо леди Клейрон. Искусству держать маску невозмутимости и доброжелательности в любой ситуации она меня обучила. А учитывая еще уроки актерства, когда-то данные мне Данькой, я уверена в своих силах.

– Я запомню ваше замечание, – серьезным тоном заявила я леди Аларии.

Она в ответ лишь кивнула, тоже без улыбки на лице.

– Можешь идти отдыхать, милая, – сказала мать Дамиана. – Обед через час.

Я, присев в очередном реверансе, слегка поклонилась и размеренным шагом направилась к дверям. Но стоило им захлопнуться за моей спиной, как я, ну совершенно некультурно для великосветской леди, которую из меня пытались сотворить, подхватила, приподняв, пышные юбки и бегом помчалась в свою комнату. Полученными новостями стоило как можно скорее поделиться с Храном. Да и от ненавистного корсета с многочисленными подъюбниками хотелось избавиться побыстрее. Спасибо леди Аларии еще и за то, что ходить постоянно в подобной экипировке меня не заставляли. Достаточно было только занятий, а в остальное время я одевалась попроще.

– Что у тебя там опять произошло? – поинтересовался кот, услышав, с каким шумом я ворвалась в свои покои.

– Бриар приехал! – радостно возвестила я и, забежав в кабинет, где за столом расположился Хран, повернулась к нему спиной. – Расшнуруй, пожалуйста.

Управляться самой со шнуровкой я так и не научилась, а звать лишний раз горничную стеснялась, да и ждать ее долго. Вот и приходилось коту исполнять роль моей верной камеристки.

– И что? – меланхолично заметил хранитель, ловко расплетая узелки на корсете. – Как будто он тут совсем не появляется. Каждую неделю приезжает, пусть и ненадолго.

– В том-то и дело, что теперь приехал надолго. Во всяком случае, по его словам получается именно так, – пропыхтела я, стягивая пышное платье. – И еще через неделю будет мое представление ко двору.

– Уже? – взволнованно проговорил Хран, наконец проявляя должное внимание к нашему разговору. – Не слишком ли рано?

– Рано? – удивилась я и повернулась к нему с платьем в руках, которое собиралась отнести в гардеробную.

– Ты не готова, – мрачно заявил он.

– Я тут уже два месяца сижу безвылазно. Если добавить еще время, которое пролежала без сознания и болела, то все три. Сколько еще можно ждать?

– Вот и сидела бы себе дальше, – мрачно заявил кот. – Что тебя не устраивает? Тут ты в безопасности. С той защитой, которая тут стоит, ты можешь вообще ни о чем не беспокоиться. Никто не решится штурмовать этот замок. Так зачем во что-то опять вмешиваться? Касс, здесь ты впервые за все время нашего знакомства почувствовала себя свободно. Не оглядывалась каждую минуту через плечо, ожидая атаки, а просто жила. Занималась тем, что тебе нравилось, общалась с интересными людьми, пусть их и только двое, не считая меня. Так что еще тебе нужно?

Я недоуменно смотрела на хмурого хранителя.

– Ты серьезно? – тихо спросила у него. – Что мне нужно? Возможность ходить, не оглядываясь, не только по территории замка. Я же живой человек, я не могу всю жизнь провести в ограниченном пространстве. И как бы защищены ни были эти стены, это не означает, что они непробиваемы. Как говорил Дамиан, если кто-то всерьез задастся целью вытащить меня отсюда – со временем он этого добьется. Да и, в конце концов, на каких правах я здесь останусь? Леди и лорд Клейрон, конечно, более чем гостеприимны, но не думаю, что они готовы терпеть тут мое присутствие всю жизнь. Когда-нибудь и мне придется устраиваться самой. А как я это сделаю, не имея возможности даже выйти из этого здания?

– Только не делай вид, что не понимаешь, на правах кого можешь свободно оставаться в этом доме всю жизнь, – фыркнул кот в ответ.

– Что не отменяет всех остальных причин, которые не дают мне этого делать, – раздраженно заметила я и прошла в гардеробную, чтобы переодеться и вернуть громоздкое «учебное» платье на вешалку. – Что вдруг на тебя нашло? Почему такой пессимистичный настрой?

– Я очень боюсь за тебя, – нервно проговорил Хран. – Все твои прежние провокации, розыски и игры в шпионов – ничто по сравнению с открытым выступлением. Тебя ведь даже не будут пытаться скрыть. Другое имя ничего не значит, учитывая, что тебя знают в лицо. Тем более что ты очень похожа на свою мать. Вы просто раскрываете все карты! «Вот она я, живая! Я знаю, что вы меня ищете, знаю для чего и знаю, что вы – высший лорд одного из шести родов. И мы идем за вами!» – вот что говорит весь ваш план.

– Так и есть, – пожала я плечами, надевая легкое удобное платьице. – Именно это мы и хотим сделать. Вывести его из равновесия. Заставить нервничать, принимать поспешные решения, совершать ошибки. В конце концов он себя выдаст.

– А ты не думала, что прежде, чем он совершит необходимую вам ошибку, успеет навредить тебе? Ты лишь провоцируешь его на необдуманные действия, – обеспокоенно проговорил хранитель, вслед за мной проходя в гардеробную.

– Я прекрасно осознаю возможный риск этого предприятия, – ответила серьезно. – Но, во-первых, цель оправдывает средства, а во-вторых – я верю в то, что Дамиан примет необходимые меры предосторожности и сделает все, чтобы меня защитить. А если этого окажется недостаточно, то меня уже ничто в этом мире не спасет.

– Ты настолько ему доверяешь?

– Теперь, наверное, да, – немного подумав, ответила я.

– А он об этом знает? – Кот впился в меня проницательным взглядом, давая понять, что никакой лжи и отговорок он не примет.

– Возможно, когда-нибудь и узнает, – мягко улыбнулась я хранителю. – Но пока рано. У нас много других проблем. Это слишком все… усложнит.

– Ох, Каська… – вздохнув, покачал головой кот.

– Не переживай, дорогой мой, – улыбнулась я ему. – Нынешний момент ничем не хуже и не лучше других. Так что я буду надеяться на лучшее. Чего и тебе желаю.

– Никогда бы не подумал, что ты станешь такой оптимисткой, – скептически покачал он головой.

– Я не оптимистка, – возразила ему. – Просто устала всего бояться. А сейчас у меня появилась реальная возможность избавиться от этого страха. И я буду за нее держаться. Все, хватит затевать бессмысленные споры. Ты со мной на обед пойдешь?

– Зачем? – удивился кот.

– Бриар обещал быть.

– И?..

– Наверняка что-то важное и интересное по делу и нашим дальнейшим действиям расскажет. Послушаешь сам, а то, боюсь, потом при пересказе что-то важное упущу. Лучше уж информация из первоисточника.

– Подумаю, – кивнул Хран.

– Тогда через полчаса подходи к столовой, – предупредила я его, направляясь к выходу.

– Погоди, а ты куда?

– Пойду воздухом подышу, мозги проветрю, – крикнула, уже закрывая за собой дверь, и поспешила к своему любимому месту в замке.

Соленый морской ветер трепал волосы, мелкие капли воды, долетающие до высокого балкона, щекотали босые пятки, а я сидела на парапете и думала. Времени определиться со своим дальнейшим поведением у меня не так уж много – эти самые полчаса, оставшиеся до обеда, за которые надо прийти к какому-то согласию с самой собой.

Во-первых – нельзя поддаваться на провокации. Уж в чем, в чем, а в этом Бриар мастер. Например, сегодняшний танец. И чего я так глупо покраснела?.. Ну, заговорились мы, я не заметила, что музыка смолкла. А леди Клейрон лишний раз указала мне на то, что я, видите ли, неравнодушна к ее сыну. Даже если и так, кому от этого сейчас легче станет? Только проблем больше появится, как я и сказала Храну. А значит, нужно взять себя в руки, вспомнить все уроки актерского мастерства и наставления леди и держаться спокойно, прохладно, невозмутимо. Причем это касается не только провокаций Бриара, но и последующего общения с представителями высшего света. Даже не сомневаюсь, стоит мне там показаться, да еще и в таком странном статусе как воспитанница, и весь этот серпентарий кинется обсуждать, какие же на самом деле кроются отношения за этим простым словом. От любовницы как младшего, так и старшего из лордов до внебрачной дочери или той же невестки. А это значит, что провокационных вопросов и намеков будет с избытком. Так что пора применять все полученные знания на практике, и чем раньше, тем лучше.

Во-вторых – пора, пожалуй, взглянуть на Дамиана по-настоящему. Да, ему я верю полностью и безоговорочно. Слишком много всего произошло, чтобы продолжать подозревать его. Если бы хотел, он бы уже много раз убил меня. Но факт моего доверия совершенно не отменяет того, что как человека я его знаю слишком мало. Все, что казалось ранее далеким и несбыточным, внезапно обрело реальные сроки, остался последний шаг. С делом по убийству моих родных пока по-прежнему ничего не ясно, но что-то мне подсказывает, что вскоре оно сдвинется с мертвой точки. Кто-то очень долго готовился и к ритуалу, и к осуществлению своего плана. Механизм распечатывания библиотеки, в котором есть какой-то особый смысл в последовательности открытия и сроках, уже запущен. Злодею нужно как можно скорее добраться до хранилища артефактов, потому что если он не успеет вовремя, то уже не сможет открыть эту часть библиотеки никогда. В общем, я практически уверена в том, что медлить таинственный высший не будет. Так что задуматься о собственном будущем мне стоит. И вопрос, хочу ли я в этом самом будущем быть рядом с Дамианом, становится насущным. Ровно и спокойно наше расследование точно не пройдет – не с моей «удачливостью». И пока у меня есть возможность, стоит приглядеться и разобраться, что же собой представляет Дамиан Бриар тэр Клейрон и надо ли мне связывать с ним свою судьбу.

Нахмурившись, я подняла взгляд на зеленоватую морскую даль и покачала головой, недовольная собой.

Не о роли Бриара в моей жизни стоит задуматься, а о деле! Убийца вполне может передумать, поосторожничать и скрыться на очередной десяток лет. Надо бы поразмышлять над тем, как спровоцировать этого гада на активные действия, ведь одного моего появления в высшем свете может оказаться недостаточно.

– Откуда такая пагубная страсть к подобным опасным трюкам? – внезапно раздался голос за спиной, а я от неожиданности дернулась, качнувшись вперед на парапете.

Не успела даже вздохнуть и испугаться, как меня уже ухватили за талию, крепко прижимая спиной к себе.

– Спокойно, я тебя держу, – тихо проговорил Дамиан и, не ослабляя хватки, аккуратно стащил с уютного до последнего момента местечка.

Мокрые ноги мгновенно заледенели на каменном полу, и я поспешила к небольшому креслу, у которого оставила свои туфли.

– Зачем ты туда залезла? – устало спросил Бриар у меня за спиной, пока я обувалась.

– Мне нравится там сидеть, – пожала я плечами, оборачиваясь к нему. – И просто так я оттуда не падаю. Ты застал меня врасплох.

Дамиан бросил на меня скептический взгляд.

– Ты совсем не боишься высоты?

– Нет. Тем более мне твоя мама сказала, что тут стоит защита, которая не даст мне упасть. Так что нет, высоты я не боюсь, – посмотрела в пропасть за каменными перилами. – Хоть свалиться туда мне не хотелось бы по той простой причине, что плавать я не умею.

– Правда?

– А где мне учиться-то было? Не в вонючке Мюргисе же… Именно потому, что эта река протекает по городу, купаться в ней вряд ли кому придет в голову.

– Ты удивишься, сколько народу оттуда ежегодно вылавливают, – усмехнулся Дамиан.

– Живых? – поинтересовалась, подойдя ближе к нему.

– Не всегда. Идем, нас уже ждут. – Он взял меня за руку и повел по сумрачным коридорам в обеденный зал.

А я ведь даже не успела спросить, как же он меня нашел. Неужели воспользовался связью аур, которую они сотворили? Все-таки интересно, как она работает и можно ли как-то ее приглушить?.. Тоже, кстати, насущный вопрос, о котором стоило бы поразмышлять. Но спрашивать его про наши ауры я не стала. Если заметит мой повышенный интерес к этому вопросу, сразу поймет, почему я так интересуюсь. Лучше уж самой втихую разобраться.

Кот поджидал меня возле столовой. Он тенью проскользнул вслед за нами в дверь и юркнул под длинную скатерть, дабы не афишировать своего присутствия.

Что бы ни происходило в жизни, но одному правилу члены семьи Клейрон следовали неукоснительно: за едой – ни слова о работе. То есть табу на разговоры о расследованиях и прочих нюансах службы главы Тайной канцелярии и главного дознавателя столицы. Впрочем, с такими-то профессиями неудивительно, что их рассказы о прошедшем дне могут у любого надолго отбить аппетит. К запретным, но очень важным темам можно было обратиться лишь во время чая. Поэтому за столом обычно велись неспешные беседы о повседневных домашних делах либо об очередных экспериментах.

В этот раз старший Бриар увлеченно делился очередной гениальной идеей со своей супругой. На наш приход леди отреагировала легкой улыбкой, а лорд лишь скупо кивнул. Поэтому стоило перед моим носом оказаться тарелке с кусочком ароматной рыбы, я принялась за еду, краем уха слушая задумку лорда и пытаясь в нее вникнуть. Одного у этого человека не отнять – совершенно неординарного мышления. И за возможность присутствовать рядом с ним во время его экспериментов я была безумно благодарна и прощала ему все придирки во время тренировок, как и тот злосчастный танец вместе с применением ко мне запрещенного заклинания.

Сегодняшняя его идея меня весьма заинтересовала, несмотря на то, что тема была практически запретная. Артефактное оружие. Не то чтобы оружие, имеющее в довесок какое-то заклинание, было такой уж редкостью. Но в большинстве своем оно требовало периодической подзарядки, да и дополнительный урон противнику при атаке наносило не столь существенный. Лорд же хотел пойти куда дальше. Создать оружие, которое подстраивается под магию своего владельца и является ее проводником, что позволит одновременно атаковать и физически, и магически. Понятно, что магам-магистрам и архимагам такое не особо понадобится – стоит только вспомнить, как Дамиан во дворце создал клинки из чистой темной магии. Но вот для тех, у кого уровень меньше, это оружие стало бы просто находкой. Идея интересная, но возможность ее реализации показалась мне маловероятной. Что не помешало мне весь обед крутить эту мысль то так, то этак, пытаясь найти пути к ее исполнению, правда, совершенно безуспешно. Сам сиятельный лорд над реализацией пока не задумывался, занимаясь разработкой концепции в целом, и уже приступил к расчетам. Учитывая его занятость на службе, плюс занятия со мной, сомневаюсь, что ему хватит на это времени. Хотя, вспоминая, как я сама крутилась с работой, учебой, да еще ночными походами по архивам, знаю, что нет ничего невозможного – было бы желание.

За размышлениями о новой идее лорда не заметила, что обед уже подошел к концу, а я все так же задумчиво помешивала ложечкой ароматный чай в чашечке из тонкого фарфора. При этом обстановка за столом изменилась: Алария Клейрон сидела необычно хмурая и изредка бросала недовольные взгляды то на сына, то на мужа. Я, видимо, пропустила что-то важное, но переспрашивать не решилась.

– Через две недели во дворце пройдет ежегодный бал стихий, – первым начал лорд Клейрон. – На мой взгляд, это наиболее удачный вариант для представления девочки ко двору.

Слегка поджала губы, осознавая, что я тут в качестве бесправного слушателя. Меня это покоробило, хотя и признаю, что не доросла я еще до участия в подобных решениях.

– Не слишком ли быстро? – немного взволнованно поинтересовалась леди Алария. – Получается меньше недели после ее официального прибытия в столицу. Некоторые могут счесть это некорректным. Никуда в высшее общество ее еще не выводили, а тут сразу на императорский бал…

– Мама, мы можем себе позволить попрать нормы приличия, – с легкой усмешкой заметил Дамиан. – И никаких нареканий это не вызовет. Разве что легкое удивление. В том числе и у императора с императрицей. А для того, на кого рассчитано это представление, не будет иметь значения, где именно появится в первый раз «призрак погибшего семейства».

Магистр бросил на меня извиняющийся взгляд. А я что? Я все понимаю… Но предательски дрогнувшие руки пришлось поспешно опустить со столешницы на колени.

– В любом случае неожиданностью это уже не будет, – спокойно заметил лорд, поддерживая сына.

Судя по выражению лица леди Аларии, ей это не очень понравилось.

– По столице активно ползут слухи о появившейся у меня, – усмехнулся Бриар-старший на последнем слове и взглянул на сына, – воспитаннице.

– Не без твоего вмешательства, я так думаю, – язвительно заметила леди.

– Естественно, – и не думал отпираться мужчина. – Правда, с откровенными вопросами никто не лез. А я все ждал, кто же первым рискнет.

Его жена на это только вздохнула.

– Дамиан, если ты хочешь на следующей неделе перевезти Кастодию в столицу, то нужно было заранее предупредить. У нас же дом пустой стоит. Его еще нужно подготовить к приезду гостей, прислугу собрать. Мы там всю зиму не были, – укоризненно взглянула она на сына.

– Ничего не нужно, – возразил магистр. – Девочки будут жить в моем доме, и он уже полностью приготовлен для проживания в отличие от вашего.

– Но… так нельзя, – мягко заметила леди.

А меня встревожило не попрание этикета высшего общества, а всего лишь окончание слова.

– Девочки?.. – удивленно уточнила я, все-таки подав голос.

Может, высказывать свое мнение на этом семейном совете я права не имею, но поинтересоваться планами на будущее в целом и на меня в частности – вполне. Высокородные лорды и леди Клейрон явно стушевались. Супруги резко заинтересовались собственными чашками и их содержимым, а вот их сынок взглянул на меня с каким-то трудно определимым выражением лица. Кажется, сейчас я услышу что-то малоприятное…

– Касс, отпускать тебя одну в столицу опасно, – аккуратно начал Дамиан. – Сколько бы мама ни старалась, даже ей сделать из тебя светскую даму за несколько месяцев не под силу. Нам нужно, чтобы ты не просто показалась в высшем обществе, но и влилась в него. Есть такие мероприятия, куда допускаются только леди. Также существуют собрания «золотой» молодежи. Как ты понимаешь, мне, взрослому мужчине, туда вход заказан. Но сейчас влиться в эти сообщества у тебя не получится, какой бы потрясающей актрисой ты ни была. Ты для них чужая. Нужен кто-то уже давно плавающий среди этих акул и являющийся там своим. Чей интерес не вызовет подозрений и кто станет твоим пропуском в это закулисье. Защита защитой, но мне станет спокойнее, если рядом с тобой будет кто-то, способный постоять и за тебя, и за себя и, если что, вовремя охладит твою охочую до приключений голову.

Стыдно признаться, но магистр прав. Пусть и не всегда по своему желанию, но в неприятности я влипаю с завидным постоянством.

– И кто она? – нахмурившись, спросила я.

– Моя невеста, – спокойно глядя мне в глаза, ответил Дамиан.

В тишине комнаты громко звякнула моя серебряная ложечка, выпав из вдруг онемевших пальцев на цветисто расписанный фарфор блюдца.

– Кто?.. – пораженно переспросила я.

– Невеста, – подтвердил он, что мне не послышалось, а потом добавил: – Фиктивная, естественно.

Вздох облегчения мне, к счастью, сдержать удалось, а вот злой взгляд на магистра за его нарочитую издевку – нет.

– Зачем? – недоуменно спросила я.

– Это лучшее решение, – спокойно ответил Дамиан. – Прежде всего это отвлечет от тебя излишнее внимание. Учитывая то, что представлять вас обеих будут одновременно, невеста наследника одного из высших родов вызовет гораздо больше пересудов, чем воспитанница того же рода. Ну и объяснит ее постоянное нахождение рядом с тобой как обыкновенную опеку.

Я же все равно относилась к этому плану весьма скептически. Какая-то незнакомая девица, на которую я буду вынуждена положиться. Сомневаюсь в эффективности ее защиты и помощи. Тут же меня посетила еще одна мысль, заставившая вновь вскинуть мрачный, напряженный взгляд на Дамиана.

– Вы ей рассказали?

– Нет, – также слегка помрачнев, ответил мужчина. – И никому не расскажу. Никто, кроме находящихся здесь людей, не знает, кто ты. И не узнает, пока ты сама не решишь открыться. Это твоя тайна.

– И даже императору не доложат о внезапно появившейся наследнице погибшего рода высших? – не скрывая скепсиса в голосе, поинтересовалась я.

Но на этот вопрос мне неожиданно ответил Бриар-старший.

– Вот уж кого в данном случае посвящать стоит в последнюю очередь, – криво усмехнулся он.

И не то чтобы я была против, но такая реакция меня удивила.

– Почему?

– Император не поймет наших игр в шпионов и расследования, – посерьезнел лорд. – Он потребует официально признать тебя и начнет масштабное разбирательство. И боюсь, что своими действиями он лишь вынудит преступника спрятаться как можно глубже. Мой тебе совет, Кастодия, постарайся не попадаться императору на глаза. Один раз все же придется показаться ему на балу, когда будем представлять тебя. Но там много всего будет происходить, поэтому он не должен обратить особого внимания. Но вот в дальнейшем будь осторожна, при дворе тебе придется появляться достаточно часто, а ты действительно похожа на мать. Этого достаточно, чтобы узнать в тебе наследницу.

Нет, я и сама не собиралась нарываться на внимание императора, но то, что опасаться в высшем свете мне стоит на одного человека больше, не радовало.

– Где же та леди, с которой мне придется работать? – поинтересовалась, обернувшись к Дамиану.

– Ты скоро с ней познакомишься, – улыбнулся он мне.

– И все же мне категорически не нравится, что ты хочешь поселить девочек у себя, – снова вступила в разговор леди Клейрон.

А я уже не особо вслушивалась. Эту часть, несомненно, решат и без меня. А вот настроение и поведение магистра навело меня на мысль, что знакомство это мне чем-то не понравится. Откровенно говоря, оно мне уже не нравилось.

Уж не знаю как, но Дамиану удалось уговорить свою мать, чтобы я и «невеста» жили в его столичном доме. Ведь даже я понимаю, что две незамужние леди без старших представителей под одной крышей с неженатым лордом – непозволительно для членов высшего общества. Но, очевидно, он привел неоспоримые аргументы, потому что одним воскресным днем я, наконец, вышла за пределы надоевшего замка. Правда, ступила я под сень уже знакомого мне здания управления. Практически равноценная замена предыдущей тюрьме. Но, к счастью, ненадолго, всего лишь для знакомства со своей будущей «опекуншей», после которого мы должны были направиться в столичный дом младшего Бриара. Как интересно складывается жизнь… то я с ним, своим мифическим женихом, теперь он с фальшивой невестой…

И вот мы снова в его рабочем кабинете. Не верится, что уже прошло больше полугода с того момента, как я была здесь в последний раз. И обстоятельства тогда, честно говоря, были не самыми лучшими.

Стоило нам пройти через портал в это помещение, как сразу же раздался тонкий, едва заметный звон. Дамиан недовольно скривился.

– Подожди меня здесь, это срочно, – попросил он, махнув рукой в сторону кресла у стола. – Я ненадолго. Можешь заварить себе чаю, ты знаешь, где что лежит.

Я лишь растерянно кивнула, наблюдая, как дверь захлопывается за его спиной. И опять я осталась одна в тишине его кабинета, до боли знакомая ситуация. Надеюсь, на этот раз меня тут не забудут на несколько часов. Устроилась в кресле, лениво разглядывая обстановку. Все те же завалы бумаг, несмотря на то, что я в свое время довольно многое тут разобрала. Но за прошедшие месяцы стопки отчетов благополучно вернулись на свои места. Мне кажется, Бриару стоит взять кого-нибудь на постоянной основе разбирать эти завалы. Или сделать так, как поступает большая часть преподавателей, – воспользоваться бесплатной рабочей силой в лице провинившихся студентов. А что, и себе польза, и наказание для проштрафившихся…

– Добрый день, – внезапно раздался за спиной женский, показавшийся смутно знакомым, голос.

Я вздрогнула от неожиданности, вскочила с кресла и обернулась к вошедшей. Но ту, что стояла у дверей, я ожидала увидеть менее всего. Как и она меня, очевидно.

Глаза девушки удивленно округлились, большая сумка с глухим стуком выпала из ее руки. Но уже в следующее мгновение растерянность в глазах сменилась предельно контролируемой злостью.

– Какими судьбами, Флора? – язвительно обратилась я к боевичке.

– Какие люди, и без охраны, – не менее ехидно пропела она в ответ, решительно направляясь в мою сторону. – Вот уж не ожидала такого подарка.

– Ты о чем? – нахмурилась я и отступила ближе к столу, нервно глядя на приближающуюся девушку.

Пара быстрых движений, вскрик и глухой звук упавшего тела – в следующее мгновение я уже лежала, уткнувшись лицом в пол, с заломленной за спину рукой, и пищала от боли, а довольная Вегерос восседала у меня на пояснице, вцепившись в мою вывернутую руку.

– Ты что творишь?! – возмутилась я, судорожно размышляя, стоит ли воспринимать это нападение всерьез.

Физически мне Флору не одолеть, как ни старайся. Она боевик с хорошей подготовкой, а я слабая бывшая целительница. Но зато я теперь счастливый обладатель некромагии. Проблема в том, что если я попробую воздействовать ею на девушку, велика вероятность, что либо не произойдет ничего, либо я ее просто убью. Не слишком хорошие варианты. Так что стоит сначала разобраться в ситуации…

– Что я творю? – прошипела Флора, склонившись к моему уху. – Принимаю меры предосторожности, чтобы убедиться, что ты не исчезнешь куда-то посреди разговора. А то ты у нас девица ветреная…

– Вегерос, ты переходишь все границы! – Я задергалась сильнее, пытаясь скинуть ее с себя.

– Нет, – заявила она. – Я лишь хочу заставить тебя выслушать все то, что я о тебе думаю.

Похоже, боевичка серьезно на меня зла, и хотя реальной угрозой тут и не пахнет, перспектива проваляться на грязном полу до возвращения Дамиана меня не прельщала. А значит, нужно срочно придумать, как выбираться из этой ситуации. Но тут же над головой раздался приглушенный всхлип, и вес чужого тела исчез с моей спины.

– Что здесь происходит? – прозвучал еще один смутно знакомый голос.

Но его перекрыл возмущенный вопль Флоры:

– Отпустите меня немедленно!

Я спешно поднялась на ноги и, отряхнув платье, обернулась. Открывшаяся мне картина была поистине удивительной.

Высокий крупный блондин, с которым, как я вспомнила, мы мельком встречались во время первого расследования, чье имя, к сожалению, я так и не удосужилась выяснить, держал за воротник курточки невысоко над полом почему-то не особо активно сопротивляющуюся Флору и мрачно оглядывал нас обеих.

– Здравствуйте, – не зная, что еще можно сказать, выдала я вежливо.

– Здравствуй, бывшая стажерка, – кивнул он, показывая, что тоже не забыл меня. – А теперь объясните, что за драка тут происходит?

– Это не драка, – неожиданно спокойно отозвалась Вегерос и, прекратив попытки вырваться, просто сложила руки под грудью. – Это разъяснительные работы с личным составом за нарушение приказа и систематические прогулы. А теперь потрудитесь отпустить меня.

На ее высокомерно-уничижительный взгляд, брошенный на стража, тот лишь усмехнулся, но на ноги боевичку все же поставил. Флора тут же молниеносно шагнула в мою сторону и, схватив за локти, притянула к себе, зашипев:

– Как ты могла просто взять и исчезнуть? Я тебя предупреждала, что, соглашаясь на сделку, ты принимаешь определенные обязательства, и что будет за их невыполнение, тоже была в курсе. И что ты сделала? Вся такая серьезная и решительная. Я-то думала, что ушла долги из кого-нибудь выбивать или информацию какую. Но нет, ты просто свалила в неизвестном направлении, да еще и кинжалы мои с собой слямзила!

– Но ты мне их сама сунула! – возмутилась я из-за несправедливого обвинения.

– С расчетом тем же вечером забрать обратно, – злобно процедила она. – И я надеюсь, что ты их не потеряла…

Я начала судорожно вспоминать, когда же я в последний раз видела ее кинжалы. По всему получалось, что во время злосчастного ритуала в замке. После того как очнулась, я про оружие вообще не думала, даже про свои метательные ножи, не говоря о чужих… Похоже, стоило все же озаботиться их судьбой. Я, конечно, предполагаю, что, в отличие от полностью испорченной одежды, оружие выкидывать бы не стали. Но сейчас мне хотелось иметь что-то большее, чем просто предположения.

– Я тебя придушу! – правильно расшифровала Вегерос мое молчание, резко отпустила мои руки и повернулась спиной.

Потом последовал очевидный глубокий вдох, и ко мне повернулась привычная, полностью владеющая собой, высокомерно-отстраненная Флора.

– Откровенно говоря, не ожидала уже увидеть тебя живой, – заявила она. – Все ждала, когда Бриар сообщит о найденном теле и пригласит на скромные, немногочисленные похороны. Но вот она ты, живая и блондинистая. Что удивительно. Поскольку встретила я тебя в кабинете магистра, значит, он о твоем чудесном воскрешении знает, так что факт твоей целостности кажется мне теперь удивительным вдвойне.

Я недоуменно нахмурилась. И что должна означать ее последняя фраза? Но прежде чем я успела задать вопрос, девушка сама решила разъяснить:

– Хочешь спросить почему? Просто именно я заметила, что к вечеру не вернулись ни ты, ни мои кинжалы. А перетерпев еще сутки, решила все же поделиться сомнениями о твоем отсутствии с нашим Великим и Ужасным. И скажу больше, я видела, как он осматривал твою пустую комнату. Поверь, судя по его лицу в тот момент, то, что ты сейчас жива и невредима, – чудо чудное и диво дивное.

Ну, допустим, последнее – это счастливая случайность. А вот насколько Дамиан был разозлен моим исчезновением, я не знала. За время моего бессознательного состояния он успокоился, иначе без скандала не обошлось бы.

– Я смотрю, вы уже познакомились, – раздался от двери голос Бриара.

Мы обе резко повернулись в его сторону.

Вот ведь… жук! Невесту он себе завел фальшивую! А сразу сказать, кому досталась сия почетная роль, учитывая, что я ее знаю, не мог? Стоило бы обидеться на такое отношение, ведь он явно хотел проверить мою реакцию на появление Флоры, но я уже устала на него обижаться и высказывать претензии по любому поводу. Тем более сама задолжала ему за последние несколько месяцев моего не совсем адекватного поведения в академии. Поэтому я лишь бросила на него укоризненный взгляд.

– Постойте… – нахмурилась Вегерос. – То есть это она, та самая леди, которую мне нужно будет ввести в высшее общество и охранять?

– Рад, что вы быстро все сообразили.

Девушка бросила на меня очередной злобный взгляд и, осмотрев с головы до ног, как-то печально вздохнула, явно выражая сомнение в моей состоятельности как леди. Я уже хотела возмутиться, но решила промолчать. Она же явно издевается, отыгрывается за мое исчезновение, так что стоит как раз вспомнить, как должна себя вести леди, и гордо проигнорировать ее насмешку. Что я и постаралась сделать.

– Где ваши вещи? – поинтересовался Бриар у Вегерос.

– Внизу в экипаже.

– Отправьте кучера по этому адресу, – протянул он ей небольшую бумажку. – И поднимайтесь обратно, мы пойдем порталом.

Девушка пожала плечами, бросила на меня пристальный взгляд и, развернувшись, вышла из кабинета. Когда успел уйти страж, разнявший нашу с Флорой «драку», я даже не заметила. И опять не успела спросить, как его зовут. Но и сейчас его имя меня не особо волновало, были вопросы насущнее.

– Почему она? – с интересом обратилась я к Бриару, желая понять, что же подвигло его на такой выбор.

– Причин много, – улыбнулся он мне. – Несмотря на довольно сложный характер, она хороший специалист и боец. Ты с ней знакома, и вы неплохо общаетесь, то есть ты себя с ней будешь чувствовать легче, чем с любой другой, совершенно тебе незнакомой, аристократкой. Но самое главное – ты ей доверяешь.

– С чего ты взял? – искренне удивилась я.

– Ты спокойно уходила с ней глубоко в лес, чтобы тренироваться с холодным оружием, – усмехнувшись, заметил он. – А ведь она могла там тебя убить и спрятать тело до весны. Никто ведь не знал о ваших занятиях, на нее даже не подумали бы. Так что осознанно или нет, но ты ей доверяешь, а значит, будешь полагаться на ее помощь и мнение.

А ведь действительно… Я, такая подозрительная, тогда в лесу была абсолютно спокойна в ее компании. И магистр прав, с Флорой мне работать будет легче. Только рассказать о своем происхождении ей я пока не готова, поэтому остается один момент…

– А как вы ей объясните мое участие в этом деле?

– Твоим участием в нем изначально, – ответил Бриар и, заметив, что я его не особо поняла, пояснил: – Ты нарушила преступные планы, и вполне логично, что на тебя началась охота. Во-первых, чтобы отстранить тебя от расследования, ну а во-вторых, чтобы отвлечь меня от него. Все-таки учитывая, какую именно иллюзию для тебя заготовили в Черном замке, злоумышленник не сомневается ни в моем к тебе отношении, ни в твоем ко мне. Поэтому мы решили сыграть на этом, выставить тебя и как приманку, и как средство сбора информации.

К сожалению, я не знаю, имелись ли у Флоры способности к аналитике, но раз она вообще не должна быть в курсе того, что творилось в столице последние полгода, это пояснение Дамиана может сойти для нее за правду. А если не поверит, догадаться об истинном положении вещей она точно не сможет.

И в этот момент моих размышлений Вегерос стремительно вошла в кабинет, и сразу же под нашими ногами раскинулся провал портала.

Я, вежливо улыбнувшись, пропустила ее первой. Девушка подозрительно зыркнула на меня, но все-таки шагнула в чернеющий проем. Я обернулась к Дамиану и озвучила то ли вопрос, то ли просьбу:

– Пожалуйста, скажи мне, что все оружие, которое было при мне в Черном замке, лежит где-то у тебя в сейфе, спрятанное от меня, естественно, ради моей же пользы.

Бриар смотрел в портал, в котором пару мгновений назад исчезла Флора.

– Что из оружия принадлежало ей? – резко спросил он.

– Кинжалы, которые крупнее моих.

– Верну, но чуть позже, – пообещал он.

– А мои ножи?..

– Пока нет, а там посмотрим, как все сложится.

Вздохнув, признавая за ним временную победу, я сделала шаг вперед.

Встретил меня все тот же подозрительный взгляд Флоры, явно вопрошающий, почему же мы с магистром так задержались. Ответить мне было нечего, поэтому я неопределенно пожала плечами и принялась осматривать окружающую обстановку. В доме Бриара я уже была не раз, но видела только библиотеку и его спальню.

Холл на первом этаже, в который мы вышли из портала, был просторным и светлым. Хрустальная люстра, солидная мягкая мебель с бархатной обивкой охристых оттенков, несколько дубовых комодов и пара пейзажей на стенах придавали помещению уют. Что-то мне подсказывало, что леди Алария приложила свою руку к оформлению. Дамиан не выглядел человеком, который бы озаботился наличием картин в интерьере. Его интересовали практичность и удобство обстановки, но никак не цветовое сочетание.

Сам хозяин дома явился сразу после меня, и в тот же момент ближайшая дверь открылась, и в холл вошел пожилой, с проседью в волосах мужчина в строгом костюме. Своим видом он напомнил мне Грейблена, дворецкого леди Клейрон, так что сомнений в том, кем он является, не было.

– Ваше сиятельство, – почтительно склонил мужчина голову, приветствуя Бриара.

– Вилкинс, комнаты уже готовы? – первым делом поинтересовался Дамиан.

– Как вы и просили. Вещи леди Бриар уже доставили. Прикажете распаковать?

Дворецкий бросил в мою сторону полный участия взгляд. Не знаю, правда, как он определил, кто из нас двоих указанная леди. Флора потрясенно на меня посмотрела. Нетрудно догадаться, о чем она подумала. Нет, ну а что поделать? Меня же, считай, официально приняли в семью и теперь везде будут представлять как леди Кассандру Бриар тэр Клейрон. Ну и понятно, что леди Клейрон я именоваться никак не могу, потому как ею является мать Дамиана, а меня называют либо леди Кассандра, либо леди Бриар. Но желания объяснять боевичке все тонкости моего нынешнего социального положения не было. А не особо старательно скрытая ухмылка на ее лице откровенно бесила.

– Не стоит, благодарю, – вежливо отказалась я.

Терпеть не могу, когда кто-то роется в моих вещах. Сама собирала, сама и разберу. Тем более что там припрятаны амулеты, изготовленные с помощью старшего Бриара, несколько заготовок и просто материалы. О большинстве из них Дамиан не знает, и я бы предпочла, чтобы и не узнал. Лорд Клейрон, убедившись, что я весьма осмотрительна и аккуратна в лаборатории и со всеми реагентами, возражать против того, чтобы я что-то захватила с собой, не стал. И даже, на удивление, сыну меня не сдал. Все-таки общие интересы объединяют. И, несмотря на плохое начало нашего знакомства, мы друг друга понимаем. Понятно, что какие-то серьезные эксперименты я в своей комнате не буду проводить, но закончить несколько начинаний и смастерить простенькую вещицу я вполне смогу, а это уже неплохо.

– Багаж леди Дерон скоро придет, проследи, чтобы все отнесли, – раздавал указания Дамиан.

Я, хмурясь, пыталась понять, о какой леди он говорит. Не слишком ли много народу будет в доме, учитывая, чем мы собираемся заниматься и какие важные темы обсуждать? Дошло до меня, что незнакомая мне леди Дерон – это Флора, только после того, как я наткнулась на ее взгляд и вспомнила слова, которые она мне когда-то говорила, о том, что большинство состоятельных адептов учились не под своими фамилиями.

– Хорошо, Ваше Сиятельство. Еще какие-то указания будут? – поинтересовался дворецкий. – Когда подавать обед?

– С обедом лучше пока подождать, – задумчиво проговорил Дамиан. – Подай нам чай в библиотеку.

– Как прикажете. – Очередной полный собственного достоинства кивок, и мужчина удалился, а Бриар обернулся к нам.

– Ну что, леди, нам предстоит долгий разговор, прошу за мной.

Да уж, разговор будет не из простых. Вслед за ним мы устремились на второй этаж, но я поспешила нагнать Флору еще на лестнице.

– И какое же у тебя имя на самом деле? – с интересом взглянула я на нее, прекрасно понимая, что Флора звучит несколько простовато для богатой аристократической семьи.

– А у тебя? – усмехнулась она в ответ.

Я прекрасно понимала, что ее интересует не столько имя, сколько то, почему я теперь Бриар.

– Ну, я-то как была Касс, так и осталась. Правда, полностью теперь мое имя Кассандра. Ненадолго, на время расследования, – добавила, давая понять, что все эти изменения к браку никак не относятся.

Девушка разочарованно скривилась.

– Я думала, в кои-то веки что-то интересное будет. Изображать невесту в высшем обществе, находясь рядом с женой, а тут… Просто конспирация, – тихо проговорила она, видимо, не желая посвящать Бриара в наш разговор. Вот только я уже достаточно хорошо его знаю, чтобы понимать, что он все равно все слышит, как бы тихо мы ни шептались. Другой вопрос, слушает ли вообще. Хотя… конечно, слушает.

– И все же можно узнать имя?

– Флоранс Вегерос ли Дерон, – тяжко вздохнула она.

– Нормальное имя, только, мне кажется, не очень тебе подходит. Но зато его всегда можно сократить так, как тебе будет комфортней. Лора, например, или Фло.

На это девушка мне ничего не ответила, и в молчании мы дошли до хорошо знакомой мне библиотеки. Проходя в любезно придерживаемую для нас Бриаром дверь, я поймала его чуть насмешливый взгляд. Да, точно подслушивал. Ну и пусть, я-то не виновата в неправильных умозаключениях боевички. Это же она подумала, что мы с магистром поженились. Так что я тут совершенно ни при чем. Не обращая внимания на взгляд мужчины, я устроилась в кресле рядом с Флорой. Через пару секунд в комнату вошла горничная в белом передничке с подносом в руках. Споро расставив чайные пары тонкого фарфора, чайничек и блюдо с пирожными, девушка юркнула за дверь.

Вот теперь можно приступать к разговору, и, судя по лицу Дамиана, время шуток закончилось. Посвящением Вегерос в детали дела он занялся сам. Еще бы, кто больше его знает обо всем произошедшем. Но рассказал ей далеко не все. Как и обещал с самого начала, ни слова о моей непосредственной причастности и связи с происходящим не прозвучало. Только то, что я, можно сказать, как ведущий эксперт, вляпалась во все это еще во время первого ритуала. Про библиотеку тоже ничего сказано не было. Это место охраняли поколения моей семьи, и знали о нем единицы. Кто я такая, чтобы нарушать эту традицию?.. Тем более я не настолько доверяю Флоре, да и знания из этого места приносят больше проблем, чем пользы. Поэтому цель заговорщиков в этой версии точно не определена. Скорее всего, попытка заполучить какой-то невероятно мощный артефакт. Что и не особо отличается от правды. Просто мы знаем, где этот загадочный артефакт должен находиться. В третьей части библиотеки. А вот то, что мы не знаем, где именно эта часть находится, это уже другой вопрос.

Услышанное боевичку впечатлило.

– Такое чувство, что я все это время в каком-то другом месте прожила, – пробормотала она. – Даже слухов ведь никаких не было, что подобное происходит в нашем городе. И про наркотики ничего, хотя казалось бы…

– Управление и Тайная канцелярия прекрасно знают свое дело, – заметил Дамиан.

– Да, конечно, – согласилась Флора. – Но что будет требоваться от нас, магистр Бриар?

Я еще никогда не видела ее такой хмурой и сосредоточенной. Хотя нет, когда начались проблемы с тем настойчивым тайным поклонником, она тоже была довольно серьезна.

– Во-первых, никаких «магистров». Привыкай обращаться ко мне на ты и по имени. Времени у тебя для этого не так уж много, через два дня выход в свет. Родителям я тебя представлю завтра, к ним обращаться на вы, но тоже по имени, – начал он инструктаж девушки и бросил взгляд на меня. – Тебя, Касс, это тоже касается. И между собой привыкайте обращаться по имени, и никак не по фамилии. А то еще оговоритесь, нам ни к чему лишние подозрения.

Я, вздохнув, кивнула. Допустим, к нему обращаться по имени я привыкла, но вот заставить себя обратиться так к его родителям никак не могла. Хотя леди Алария на этом очень настаивала.

– Я постараюсь, – тоже вздохнула Флора и немного неуверенно добавила: – Дамиан.

Бриар ободряюще кивнул ей и продолжил:

– Ваша основная задача – сбор информации. К сожалению, общество высших лордов довольно замкнуто. Общаются они только в своем кругу и кругу ближних. А в силу моей и отца профессий мы не те люди, в чьем присутствии кто-то может разговаривать, не оглядываясь на то, что произносит. Поэтому ваше положение в данном случае наиболее выгодное. Вы обе будете считаться приближенными, и это позволит вам беспрепятственно находиться и общаться в высшем кругу. Подозревать вас вряд ли станут, так что у вас есть возможность подобраться к нужным нам людям.

– Проблема в том, чтобы понять, какие же люди нужные, – скептически заметила Флора. – Ведь, насколько я понимаю, определенных подозреваемых нет. Все, что известно, – это кто-то из высших. А проверить всех, хоть немного подходящих на роль злоумышленника, слишком сложно.

– Нет, – заявил магистр. – Кое-какие наработки у нас имеются, пусть и несущественно, но все же сокращающие количество подозреваемых.

Я удивленно смотрела на Бриара. И как давно у него имеются эти наработки?..

– Что еще известно? – слегка нахмурившись, вступила я в разговор.

– Тайной канцелярии удалось установить, кто из представителей высших отсутствовал в зале, во дворце на балу, в то время, когда происходило последнее нападение, – поделился он довольно значимой информацией. – К сожалению, таковых оказалось достаточно много, но все же это тоже сокращает наш список.

– Как давно это стало известно? – продолжила допытываться я.

– Практически сразу после бала, – спокойно ответил Дамиан.

– И ты все это время молчал? – с упреком спросила я.

– На тот момент тебе было совершенно не до расследования. – Магистр явно намекнул на то, что я с ним разругалась. – А потом тебе эта информация все равно ничего нового не дала бы. Зато теперь она для вас обеих актуальна.

– Подождите, подождите… – прервала наш зарождающийся спор Флора. – Но зачем нам все отсутствующие в момент инцидента высшие, если, насколько я поняла из вашего рассказа, нападавший был магом огня? Не все же среди оставшихся в списке огневики.

А ведь и правда, огненные клинки в руках нападавшего я помню прекрасно, а летевший мне в лицо кинжал из пламени еще лучше. Но Дамиан отрицательно покачал головой:

– Не обязательно. А если это просто артефактное оружие? Да и огонь может не являться основной стихией преступника. Утверждать точно нельзя.

Я нахмурилась. Нет, что-то тут не так.

– А как же тот кинжал? – напомнила я. – Он же был из чистого огня и появился из ниоткуда.

– Небольшое пространственное перемещение и легкая иллюзия для дополнительного устрашения, – помрачнел он, явно вспоминая события того вечера. Мне даже резко захотелось извиниться за свое поведение тогда, но… не время как бы. – Сам кинжал был вполне материален. Его потом нашли под окном на улице. Конечно, без единого следа.

Похоже, сын и отец Клейроны, в отличие от меня, все хорошенько обдумали…

– Досье на каждого из подозреваемых я выдам вам завтра, а сегодня пройдемся по вашим обязанностям, – вернул он нас к основной теме разговора. – Но имена я вам и сейчас могу назвать.

Флора наверняка многих из них видела лично. Я, благодаря леди Клейрон, в хитросплетениях родословных разобралась и даже более-менее представляю себе, кто как выглядит, но для меня это будут просто имена.

– Дилвин Бхалтэйр, – назвал Дамиан первого.

Представитель когорты воинов, если вспомнить легенду о происхождении высших лордов, которую я читала когда-то. Сын нынешнего главы рода. И присутствие военного высокого чина в данном списке мне не особо нравилось.

– Стаас и Рун Элидиры.

Глава рода и его наследник. Изобретатели. Те, кто многое бы дал, чтобы наложить руки на библиотеку, учитывая, сколько всего там хранится. А изобретатели – они, как и ученые, вполне могут совершенно незаметно превратиться из гениев в таких же психов, как Аарон Клейрон, некромант-призрак, изводящий окружающих как при своей жизни, так и после нее. Меня тоже можно отнести к пострадавшим от его гения.

– Деланей и Аерон Битан.

Первое имя мне хорошо знакомо. Старая леди, мать нынешнего главы рода и управляющая Королевским госпиталем. Ее представитель приходил интересоваться происходящим в больнице. И тогда интерес покровителей госпиталя к внезапным излечениям мне странным не показался, но теперь, при таких обстоятельствах… Злоумышленник, несомненно, мужчина, и старая леди Битан под это определение никак не подходит. Но вот то, что отсутствовала на балу она вместе с внуком Аероном… Конечно, в то время, когда произошло убийство моих родителей, он был слишком мал, чтобы быть причастным к нему. Но вполне возможно, что уже давно затеяла все это действо его бабка, а он сейчас ей активно помогает. Несомненно, это та пара, которой я уделю пристальное внимание.

– И вместе с ними Гесим Вемрой, – добавил Бриар.

Вот это уже немного странно. Второй внук леди Битан-старшей от ее дочери считается побочной линией, поэтому и фамилия у него другая. По возрасту опять-таки в событиях тринадцатилетней давности он участвовать не мог. Он всего на два года старше своего двоюродного брата Аерона, а тот мой ровесник. Но вот то, что отсутствовали оба, да еще и с бабкой… Не нравится мне это. И вот что, кстати, интересно, по традиции все женщины их рода занимались благотворительностью, и по большей части именно больницами и медициной. А вот мужская половина занималась добычей драгоценных камней, минералов и всего, что можно было извлечь из земли. Я так понимаю, эта семейка – потомки тех, кто покинул свой мир из-за его разорения, потому что уж что-что, а добывать нужное грамотно и без излишнего истощения земли они умеют. Но, несмотря на это, оба младших представителя рода учатся в академии при Королевском госпитале. То есть явно собираются посвятить свою жизнь медицине. И это говорит о сильном влиянии старшей леди на обоих внуков.

– Эерик и Вилмар Адальштейны.

Торговцы. Дядя и племянник. Брат нынешнего главы рода и сын. Значит, оба занимают довольно высокое положение. У них тоже есть мотив заполучить библиотеку в свое пользование – с целью продажи, естественно. Страшно представить, сколько могут стоить знания, сокрытые там, не говоря уже о предполагаемом хранилище артефактов.

– Вот и все, – закончил представлять нам подозреваемых Бриар.

– Чуть меньше, чем все, – покачала головой заметно помрачневшая Флора. Очевидно, ее тоже не порадовали озвученные имена. Уверена, что ей известно обо всех них куда больше, чем мне. Но будем надеяться, что обещанное Бриаром досье исключит пробелы в моих знаниях. Да и с самой Вегерос мне неплохо было бы пообщаться.

– Значит, наша основная задача – постараться выяснить, где они находились в тот самый момент, когда происходила последняя попытка убийства? – спросила я, взглянув на Дамиана.

– Да. Или добыть любую другую информацию, позволяющую исключить кого-либо из списка подозреваемых, – согласно кивнул он. – А я займусь расследованием с помощью официальных средств.

Честно говоря, что-то в его взгляде подсказывало мне, что дело далеко не в официальности его средств. Скорее, наш с Флорой подход более безопасный. А чем будет заниматься Дамиан на пару со своим отцом, мне даже представлять не хотелось.

– Та еще задачка, – пробормотала хмурая Вегерос.

– Хотите отказаться? – спокойно предложил Бриар.

– Ни за что! – тут же вскинулась девушка, и я даже задумалась, что же такого он ей пообещал за выполнение этого задания.

– Тогда еще кое-что важное. Постарайтесь всегда находиться рядом друг с другом. Не теряйте из виду и уж точно не давайте уходить с кем-то подозрительным, – строго проговорил магистр. – Вы должны стать неразлучными. Изображайте самых лучших подруг, не способных и минуты прожить одна без другой. Конечно, без защиты я вас не оставлю, но и вы сами обязаны следить за собственной безопасностью.

Вегерос таким требованием была заметно удивлена. А вот мне все было вполне понятно. Бриар нашел для меня няньку и охранника в одном лице. Мое появление в высшем обществе само по себе будет провокацией для злоумышленника, и мы будем ожидать от него активных действий. Очевидно, Дамиан считает, что Флора достаточно квалифицированна, ответственна и придирчива, чтобы контролировать меня.

– Думаю, мы быстро свыкнемся с присутствием друг друга, – кивнула я, соглашаясь с его требованием.

Во всяком случае, опыт довольно близкого, хоть и недолгого, общения у нас есть. Вегерос оказалась человеком вполне адекватным, так что будем надеяться, что после возвращения своих кинжалов она сменит гнев на милость и мы сможем спокойно работать. А по поводу того, что она фактически будет следить за мной… Что ж, после всего произошедшего это вполне ожидаемо. Мне даже возразить нечего. Хотя я и не собираюсь снова влипать в неприятности и уж тем более идти куда-то одной с незнакомыми людьми.

Правда, одно мероприятие, которое совершенно точно не будет одобрено Бриаром, поэтому сообщать ему о нем я не собираюсь, у меня все же запланировано на ближайшее время. Но я так думаю, с моим богатым опытом мне удастся все это провернуть без пристального внимания Флоры. В крайнем случае можно будет ее частично посвятить в детали.

– Согласна, – подтвердила Вегерос возможность нашего сотрудничества.

– Тогда инструктаж окончен, – сказал Бриар и встал с кресла. – У меня дела в управлении, а вечером продолжим разговор. Спросите Вилкинса, он покажет ваши спальни. Разберите вещи, пообщайтесь, в общем, найдете чем заняться.

Он кивнул нам и исчез в портале. Мы с Флорой переглянулись.

– Идем искать местное население, – вздохнув, поднялась она с места.

Стоило нам покинуть кабинет, как дворецкий сам вышел к нам. Он любезно проводил нас до двух соседних комнат на третьем этаже. Флора по пути упорно молчала, почему-то игнорируя мое присутствие.

«Похоже, с утверждением, что мы сработаемся, я слегка поторопилась», – подумала я, наблюдая, как захлопывается дверь ее комнаты, и со вздохом вошла в свою.

За последние месяцы, проведенные в замке Клейрон, к окружающей роскоши я уже практически привыкла, так что обстановка комнаты меня не особо впечатлила. Приятная отделка в нежно-сиреневых тонах, большая кровать, просторный шкаф и стол у окна. Помимо двери в ванную, в комнате обнаружилась еще одна. Только я хотела проверить ее назначение, как оказалось, что кто-то успел это сделать раньше меня.

Дверь открылась, и оттуда вышла удивленная Флора.

– Значит, у нас не просто соседние, а даже смежные комнаты, – заключила она, заходя ко мне. – А он не шутил по поводу лучших подруг.

– Бриар вообще редко шутит. А уж тем более о чем-то связанном с работой.

– Тогда приступим к выполнению его требований, – заявила она, плюхнулась на мою кровать, устраиваясь удобнее, и похлопала ладошкой по покрывалу.

– Садись и рассказывай, как ты докатилась до жизни такой.

Я настороженно села рядом и вопросительно уставилась на нее.

– Что ты имеешь в виду?

– Куда пропала, где была, как здесь оказалась, да еще и под фамилией магистра? – перечислила она интересующие ее моменты.

– А почему, собственно говоря, я должна первой делиться всем произошедшим? – попыталась возмутиться, впрочем, не особо успешно.

– Потому что мне и делиться особо нечем, – ответила девушка. – Училась, отучилась, сдала экзамены, перевелась на следующий курс, счастливо избежала встречи с родителями и проведения летних каникул в их компании – вот и вся история. А у тебя явно произошло что-то масштабное. Рассказывай!

Я растерялась, не зная, с чего начать, и ляпнула первое, что пришло в голову:

– Я стала некромантом.

– Что?! – обалдела Флора, кажется, посчитав, что ей послышалось.

– Влезла в Дунебшхишт, – добавила я, решив, раз уж начала, сразу вывалить все наиболее шокирующие события.

– Что?! – еще сильнее вытаращилась она на меня.

– И меня приняли в семью Бриара в качестве воспитанницы как раз из-за того, что я стала некромантом, – закончила я.

– Тьфу, блин, – скривилась она. – А я-то надеялась, что самым интересным окажется последнее, а тут такая скукота. Но зато теперь мне понятно, почему Бриар требовал, чтобы мы неразлучно вместе бродили. Я буду твоим надзирателем! Давай делись подробностями, как же ты в некроманта внезапно превратилась. Никогда про такое не слышала.

– Я тоже, – пробормотала, про себя размышляя о том, что есть много деталей, в которые мне не хотелось бы посвящать Флору. Поэтому решила рассказать сильно укороченную и очень поверхностную версию произошедшего в замке. – Я… случайно провела некий ритуал, о свойствах которого была не особо осведомлена… Вот он совершенно неожиданно и отразился так на моих способностях.

– А с чего вдруг ты, такая умная и подозрительная, взялась проводить неизвестный ритуал? – пристально взглянула на меня девушка.

– Просто на тот момент казалось, что у меня нет другого выбора, – вздохнула я.

– Остальные подробности, я так понимаю, строго засекречены, – проницательно заметила Флора.

Я лишь кивнула. Нет, все-таки большинство событий того ужасного вечера наводят мысль на парочку моих секретов, с которыми я еще не готова расстаться. Я еще не настолько доверяю Флоре.

– Проживу и без этого, – несмотря на слова, недовольно буркнула она. – Предлагаю перейти к обсуждению нашего сотрудничества.

Вот это меня тоже интересовало.

– Если Бриар сказал, чтобы мы не разгуливали поодиночке, значит, без острой необходимости лишний шаг от меня не делаешь, – решительно начала девушка. – А если мне все же придется отойти, то ты стоишь ровно на месте и дожидаешься. А то мне, знаешь ли, не улыбается метаться в поисках твоей бесшабашной персоны.

– А почему ты так уверена, что именно меня придется где-то искать, а не наоборот? – возмутилась я, хоть в глубине души понимала, что этот камень в мой огород вполне справедлив. Пора ограничить свое любопытство. И самостоятельность тоже.

Мне достался скептический взгляд.

– В отличие от тебя, меня обучали как военного. Следовательно, уж что-что, а выполнять приказы я умею. Если магистр сказал не шататься где попало и вести себя осмотрительно, значит, так я и буду делать. Здравый смысл подсказывает мне, что данная политика поведения – лучшая в плане безопасности. А вот у тебя с этим большая проблема, – насмешливо фыркнула девушка.

Она, конечно, права, но я же не виновата, что привыкла отвечать за себя сама, решения принимать единолично, прислушиваясь к тому, что подсказывает мне собственная интуиция. Про здравый смысл заикаться не буду, потому что по опыту последнего года можно сказать, что у меня с ним действительно проблемы. Да, признаю, что совершила много ошибок, но я стараюсь на них учиться. В конце концов, я же не стала сильно возмущаться и возражать против компании Флоры.

– Ладно, – согласилась я с ее условием. – Но я тоже хочу кое-чего потребовать. Мы с тобой ввязываемся в довольно опасное дело, да и для того, чтобы все время находиться рядом, нам нужно играть просто закадычных подруг, и я считаю, что в данном деле без доверия никак. Нет, я не требую от тебя рассказать теперь все свои секреты, – поспешила заверить, заметив ее напряженный взгляд. – У меня самой полно того, чем я не могу поделиться. Но мы с тобой поклянемся, что все, узнанное друг о друге за это время, останется между нами и разглашать эту информацию можно только с разрешения.

Мысль о том, что Флора, помимо постоянного надзора надо мной, еще будет и Бриару докладывать о каждом моем шаге, сильно напрягала. Несмотря на то что Дамиану я доверяю, есть вещи, о которых ему знать не стоит. Например, о кучке заготовок у меня в сумке. Или о запланированной прогулке в одно место, о которой, впрочем, вообще никто не должен узнать. Но, учитывая то, что мне с Флорой придется все время находиться рядом, нужно заранее озаботиться тем, чтобы ни одно из возможных происшествий, не относящихся напрямую к делу, не достигло ушей магистра.

Только переживала я зря. Вегерос с моим условием и даже с тем, что клятву стоит заверить магически, сразу же согласилась. После обоюдного произнесения клятвы я поинтересовалась у девушки:

– Признайся, тебе тоже есть что скрывать от магистра?

Она, развалившись на кровати, раскинула руки и потянулась.

– Скажем так, я унаследовала от отца одну черту, а именно – любовь к редкому оружию. И часть моих запасов не совсем законна на территории империи, – выразительно заметила она, бросив на меня насмешливый взгляд. – А еще несколько считаются украденными неизвестными ворами из коллекции отца. Что в общем-то является правдой, но лишь частично.

Что ж, у каждого свои тараканы в голове. Лично я не вижу ничего ужасного в ее «любви», пусть развлекается со своими железками.

– Покажешь? – никак не прокомментировав ее признание, лишь поинтересовалась у нее.

– Конечно, но попозже, – отозвалась девушка. – Сейчас лень.

И она прикрыла глаза. Я решила не отставать и растянулась рядом, кровать-то все-таки моя…

Пару минут вспоминала о том, что случилось в прошлом, и размышляла, не окажется ли предстоящее задание таким же бесполезным, как моя предыдущая задумка.

– Ты их знаешь? – шепотом спросила у Флоры. – Тех, чьи имена назвал Бриар.

– Лично не знакома, – отозвалась девушка. – Это все птицы не моего полета. Но издалека видела неоднократно, ну и наслышана о каждом, конечно. В высшем обществе потрепаться любят.

– Расскажи, пожалуйста, – попросила я Флору, желая узнать хоть немного дополнительной информации о подозреваемых, пусть и по слухам.

– Хм, ну хорошо… – согласилась девушка, не открывая глаз. – Начну с наших ровесников. Аерон и Гесим. Неразлучная парочка кузенов. Типичные бабники. Каждый уверен не столько в своем очаровании, сколько в очаровании собственного богатства. То есть оба искренне считают, что любая падет к их ногам. И они правы, недостатка в женском внимании братья не испытывают. Но надолго ни одна девушка с этими самовлюбленными индюками не задерживалась. Задумать что-то подобных масштабов сами братцы вряд ли могли, а вот по указанию дражайшей бабушки, старой леди Деланей Битан, вполне. Она только на первый взгляд божий одуванчик. Мозг у нее цепкий, острый. И, по слухам, решающий голос в семье по всем вопросам принадлежит именно ей. Так что, уверена, бабка имеет сильное влияние на эту парочку.

Что ж, это во многом подтверждает мою теорию. Пожалуй, стоит постараться первыми заняться именно этой семейкой, уж слишком она подозрительна.

– Один плюс – двум симпатичным девушкам, невесте и названой сестре Дамиана Бриана тэр Клейрона, раскрутить на разговор этих двух красавцев – раз плюнуть.

– Думаешь, если Аерон и Гесим причастны к преступлению, они как-то выдадут себя при общении? – удивилась я.

– Только в случае, если мы первыми начнем, так сказать, наступление. Вот тут-то их эгоизм и самомнение разгуляются настолько, что голос разума, если таковой у этих двоих имеется, заглушат полностью, – уверенно заявила Флора.

Я нахмурилась. Чувствую, с «наступлением» у меня будут проблемы, да еще какие.

– Кто там дальше?.. – продолжила девушка, по-прежнему не открывая глаз. – Дилвин Бхалтэйр. Насколько могу судить уже не только по слухам, но и по тому, что видела сама, – он близкий друг Дамиана.

Я аж подскочила на кровати и удивленно уставилась на безмятежно лежащую Флору.

– Да-да, – покивала она головой с кривой улыбкой на губах, чуть прикрыв веки. – Не везет магистру просто катастрофически. То ты попалась на его тяжелом жизненном пути, то лучший друг может оказаться убийцей и подлым предателем.

– Не паясничай, – хмуро буркнула я.

– А ты не дергайся так, уж больно нервная. И хватит надо мной укоряюще нависать, – проговорила она в ответ и вопросительно приподняла бровь, спросив: – Тебе дальше рассказывать или как?

Я заскрипела зубами, но все же легла обратно.

– О чем это я?.. – притворно задумалась на секунду девушка. – Ах да, о бедном Бриаре и иже с ним. Так вот, говорят, что он с Дилвином вместе и учился, и служил. Что, впрочем, неудивительно, они примерно одного возраста. В общем, понимаешь, там друзья детства и прочая ностальгическая дребедень.

Я в очередной раз удержалась, чтобы не возмутиться и не прервать ее рассказ. В конце концов, пора привыкать, что у Вегерос просто такая манера общения.

– Зная Бриара, можно предположить, что и друзья у него соответствующие. То есть ничего плохого сказать не могу. Дилвин имеет высокое армейское звание. Спокойный, крайне уравновешенный, я бы даже сказала непробиваемый. Не женат. На светских мероприятиях его часто сопровождает младшая сестра Эйдит, так что мы можем что-то выяснить через нее. Вроде нормальная девушка. Немного вспыльчивая, но ничего. Она еще учится, где – не знаю, но могу точно сказать, что минимальную военную подготовку прошла. Больше добавить нечего, к сожалению.

Мало, но лучше, чем ничего. И, несомненно, узнать, что Дилвин Имхер тэр Бхалтэйр – друг Дамиана, стоило заранее.

– Так, кто там еще остался?.. – задумчиво проговорила Флора. – Отец и сын Элидиры, парочка сумасшедших изобретателей. Про этих ничего существенного сказать не могу. Оба женаты, а старший, по слухам, скоро повторно станет отцом. На первый взгляд они не совсем от мира сего, но ничего экстраординарного. У тебя заскоков побольше будет.

Девушка усмехнулась и повернулась на бок, лицом ко мне.

– Единственное интересное, что могу рассказать, так это про их семейную трагедию. Рун Элидир сейчас женат второй раз. Лет двадцать назад у него была первая жена-красавица, без которой он якобы не мыслил своего существования. А через два года совместной жизни она тяжело заболела. Пару лет промучилась от болезни и умерла. Рассказывали, что он чуть сам за ней на тот свет не отправился. Но его как-то откачали. Лет десять назад Рун женился повторно, но уже не по любви, а из-за необходимости рождения наследника, на чем, подозреваю, настояли его родители. Увы, вторая жена так до сих пор и не забеременела. А в остальном… Тихая семейка. В скандалы не лезут. Сидят себе да кропают новые изобретения.

Негусто, но, может быть, в досье, которое обещал дать нам Бриар, больше ценной информации…

– Все, что ли? – нахмурившись, спросила Флора.

– Нет, еще Адальштейны. Вилмар и Эерик, – напомнила я ей.

– Про них тоже ничего не скажу, – поморщилась девушка. – Торговцы, и этим все сказано. Предусмотрительные и хитрые. Вилмар, это который сын, довольно успешен, насколько я знаю. Правда, говорят, будто в последнее время какие-то проблемы появились. То ли потерял какой-то груз, то ли еще что. И еще есть странность – женить его родители никак не могут. Прошел слушок, что женщины ему не нравятся в принципе, отказывается даже от лучших красавиц столицы.

Я скривилась. Куда же без грязных сплетен. Этим сведениям я точно доверять не стану, лучше убедиться самой.

– Эерика, брата нынешнего главы, можно охарактеризовать одним словом – неудачник. Сидит на шее у брата. Пытается влиться в семейное дело торговли, но каждый раз безуспешно. Игрок, картежник. На мой взгляд, довольно неприятная личность. Вот и все, что я могу сказать.

– Немного, – печально вздохнула я.

– Остальным нас, будем надеяться, обеспечат, – пожала плечами Флора. – Я не могу поверить, что такое происходило под носом у всей столицы. Убийства, кровавые ритуалы, и замешан в них кто-то из высших. Страшно представить, что же там за артефакт такой, раз ради него пошли на такие жертвы…

Обед прошел в молчании, а после мы с Флорой разошлись по своим комнатам. Все интересующие нас на данный момент вопросы мы обсудили, так что разговаривать нам особо не о чем.

К вечеру вернулся Бриар, но лишь на пару минут, чтобы вручить нам папки с информацией. Он поинтересовался, не переругались ли мы за время его отсутствия. Мы уверили его, что «знакомство» прошло нормально. Дамиан вернул девушке кинжалы, и это заметно подняло ей настроение. Ничего особо ценного в предоставленных Бриаром документах, к сожалению, не оказалось. В основном общие сведения – родился, учился, работает – и краткая характеристика как человека. В целом то, что рассказала Флора, дало мне больше представления о подозреваемых.

Следующий день мы снова провели вдвоем. Бриар опять пропал куда-то, и меня это немного настораживало, хотя я и понимала, что у него просто много работы. Неоднократно же слышала, что он мог по нескольку дней не появляться дома. Поняв, что привыкать друг к другу нам с Флорой все-таки придется, мы перешли к более близкому общению. Боевичка показала мне свою коллекцию оружия. По сравнению с той кучкой, которая, как я помнила, валялась у нее в комнате в академии, с собой она взяла гораздо меньшее количество, зато выглядело оно интереснее. Больше всего было небольших ножей и кинжалов, да пара браслетов, которые скрывали в себе острые шипы и лезвия. Свою коллекцию девушка явно обожала, любовно поглаживая блестящие клинки.

Я решила не отставать от нее и на проявленное доверие ответить тем же, поэтому показала свое «богатство». На это нагромождение тонких металлических заготовок, проволоки, цепочек, различных камней и склянок с зельями она посмотрела с сомнением и спросила:

– И это все… что?

– Заготовки под амулеты и артефакты, – пояснила ей. Про зелья уточнять не стала, тут и так все понятно. Да и с этой стороной моих «увлечений» она уже знакома.

– Я так понимаю, – задумчиво потянула она, – лицензии у тебя нет.

– Естественно, – спокойно кивнула ей.

– А они не опасны для жизни? – явно со знанием последствий работы неопытных артефакторов уточнила девушка.

– Обижаешь. Все проверено на себе, – нахмурилась я и решила добавить, припомнив, что некоторые из нынешних заготовок мои личные эксперименты, которые еще не были опробованы в деле: – Почти все.

– И Бриар?.. – не стала она заканчивать и так ясный вопрос.

– Конечно, знает, – кивнула ей. – Точнее, он знает, что я этим занималась. Последние пару месяцев у его отца в лаборатории почти все свободное время проводила и принимала активное участие в экспериментах. Но вот про то, что лорд Клейрон снабдил меня инструментами, расходными материалами и парочкой книг, а также разрешил забрать мои наработки с собой, Дамиан не знает. И узнать не должен.

– Классно, – уже более спокойно, с интересом стала она рассматривать мою коллекцию. – И что тут?

Я с удовольствием рассказала ей. Основным проектом для меня сейчас являлось создание артефакта, который бы пусть и не заглушил, но, по крайней мере, ослабил бы эффект связи между нашими с Дамианом аурами. Я прекрасно понимаю, что все это было сделано им исключительно ради моей безопасности и глупо перекрывать действие этой связи полностью. Мало ли что произойдет, и мне вдруг понадобится помощь магистра. Но я хотела кое-куда прогуляться, и Дамиан об этом узнать никак не должен.

В детали того, зачем мне необходим подобный амулет, я Флору посвящать не стала. Сказала лишь: «Должны же у девушки быть свои маленькие секреты». И Вегерос с такой версией вполне согласилась. Еще бы… Для той, которую хотели сплавить замуж, не спросив ее мнения, слово «свобода», пусть и ограниченная, не пустой звук. В этом мы друг друга понимали.

Остаток дня мы просто болтали о всяком. Флора рассказала мне некоторые нюансы поведения в высшем обществе. Несомненно, леди Клейрон вбила мне в голову нормы этикета, но она принадлежала к старшему поколению и кое-каких деталей о среде молодежи не знала.

Мне предстоит играть роль тихой, спокойной девочки, от которой никто не будет ждать нападений, но и связываться серьезно не захотят. Этакий мирный нейтралитет. С линией поведения мы определились и на этом разошлись, а вот на следующее утро начался тихий ужас…

За завтраком Вилкинс предупредил нас, что к одиннадцати часам явится портниха, чтобы обговорить наряды к балу. Неожиданным сей факт не был, но я надеялась обойтись тем гардеробом, которым меня снабдила леди Клейрон. Платьев там было достаточно, в том числе и несколько пышных бальных, и я хотела попросить Флору выбрать из них соответствующее статусу и мероприятию, потому как сама в этом плохо разбиралась. Но в целом ничего страшного в будущем визите портнихи не видела. Как же я заблуждалась…

После того как дворецкий вышел и отпала необходимость изображать из себя приличную леди, Флора тихо застонала себе под нос, пробормотав:

– Только не это, как же я могла забыть…

Меня такая ее реакция насторожила.

– Что случилось?

– Ты знаешь, на каком именно мероприятии нас с тобой будут представлять общественности? – спросила она, обратив на меня несчастный взгляд.

Я отрицательно покачала головой.

– Бал магов, – вздохнула девушка. – Каждый год в этот день чествуются маги, внесшие наибольший вклад в развитие науки, медицины и прочего. Но фишка не в этом. Главное, что все маги традиционно на это мероприятие одеваются в цвета своей стихии. Ты понимаешь, какое это мучение, каждый раз придумывать новый образ, но в одних и тех же цветах? Я на таких балах была четыре раза, и мне этого хватило. Не представляю, каково тем, кто десятилетиями их посещает. Но моя личная трагедия в том, что моя стихия огонь.

– И что? – не совсем поняла я, в чем же проблема.

– Я рыжая! – заявила она и демонстративно дернула себя за прядь волос. – И по правилам четыре года являлась на этот бал в нарядах оранжевых и красных тонов! Это чудовищно. Такое ходячее аляповатое пятно. Ладно бы можно было какой-то более глубокий и темный оттенок взять, бордовый например. Но нет! Пламя же бордовым не бывает! Не идут мне эти цвета. Тебе-то хорошо, на контрасте будешь играть. Холодная блондинка в черном платье. А мне опять мучайся.

Проблему девушки я поняла, но особой трагедии в этом не видела. Все же, наверное, сказывается разница в нашем воспитании. Мне плевать, в чем я появлюсь на балу, главное, чтобы это подходило нынешней ситуации, а Флора явно не очень желает туда идти, но все равно переживает из-за наряда.

– Да уж, – усмехнулась я в ответ на ее жалобы. – Хорош у меня контраст будет. Словно на похороны явилась.

– Все лучше, чем ходячим камином выглядеть, – горько усмехнулась девушка.

– Так надень что-нибудь голубое, допустим, плавно переходящее в оранжевый оттенок, – прикинула я.

Девушка, оторопев, посмотрела на меня.

– Алхимические горелки в любом оборудовании горят синим пламенем, – пожала я плечами на ее удивление. – Это из-за веществ…

Хотела объяснить ей, но девушка меня уже не слушала. Вскочив из-за стола, Флора кинулась ко мне и крепко обняла.

– Ты ж моя заучка, – довольно проговорила она и проникновенно заглянула мне в глаза. – Я у тебя в долгу. Не волнуйся. Даже в черном мы из тебя такую куколку сделаем, что все ахнут.

Я тогда на это ее замечание внимания не обратила. Как оказалось, зря.

Когда явилась портниха, Флора, как более разбирающаяся в фасонах и в том, что будет соответствовать обстановке бала, а что нет, взяла это дело на себя. Пока она активно обсуждала все детали с богато одетой пожилой женщиной, я вдумчиво листала принесенный портнихой каталог нарядов, пытаясь если и не определить, что из всего этого будет подходящим, то хотя бы решить, что мне нравится.

Могла бы не переживать. Все решили за меня.

Следующие несколько часов превратились в бесконечную игру в манекен. Меня крутили во все стороны, закалывали волосы, распускали, зачесывали на одну сторону, на другую, прикладывали разные ткани, кололи иголками и измеряли. Мне такая игра не нравилась, но я безропотно терпела. К вечеру я была никакая и безумно обрадовалась, когда эта пытка закончилась. Правда, портниха обещала через день приехать на примерку, где меня ожидал повторный ужас.

Уже после ужина в доме наконец-то объявился хозяин. Правда, уже довольно поздно, когда я собиралась спать, но все же его прихода я действительно ждала, потому что нужно было обговорить кое-что важное.

– Можно? – с тихим стуком поинтересовался Дамиан из-за двери.

– Конечно. – Я поспешно вскочила с кровати, собирая разбросанные по ней книги и записи. Была у меня такая привычка – работать то на полу, то на кровати. Удобнее и места много.

– Как вы тут? – поинтересовался он, усаживаясь в кресло у небольшого столика. – Не переругались еще?

– Нет, – улыбнулась я, сложила книги на рабочий стол и села рядом с магистром. – Наоборот, пришли к некоему мировому соглашению. Кстати, очень хорошо, что ты пришел, я хотела с тобой поговорить.

– Я в недоумении, что же такого ты хотела обсудить? – улыбнулся Бриар.

– Дамиан… Помнишь мои исследования по лингвистическому влиянию на сознание? – напомнила я про свою тщательно лелеемую научную работу, все материалы которой пришлось засекретить и сдать еще зимой, и, твердо глядя ему в глаза, заявила: – Я хочу ее вернуть.

Мужчина заметно подрастерял благодушный настрой и нахмурился. Я поспешила привести аргументы в пользу этой идеи.

– Я понимаю, что это довольно опасная техника, но подумай, насколько она может нам помочь в этом расследовании. Ты же говорил, что это идеальная техника допроса! Ведь тот, кого я буду опрашивать, даже не вспомнит об этом разговоре. Это существенно сократит время наших поисков, – пыталась я убедить его.

Но Дамиан продолжал мрачно взирать на меня.

– Это все, конечно, интересно, но ты, кажется, забыла, что больше не целитель. А насколько я помню, твоя техника основывалась именно на применении магии, – напомнил он мне.

– Поэтому и решила поговорить с тобой, – честно призналась я. Ведь если бы не небольшая проблема с магией, я бы даже спрашивать не стала. В конце концов, это мои разработки, и, несмотря на то, что я обещала пользоваться ими только с его разрешения, данный случай можно считать исключением.

– Я так понимаю, ты уже что-то надумала по этому поводу? – пристально взглянул он на меня.

– Есть немного, – согласилась я. – Понимаешь, да – воздействие магией есть, незначительное. Но дело-то не в том, какая это магия, там ведь даже определенного плетения нет, просто чистый поток силы. Единственное, для чего он необходим, это для усиления воздействия голоса, как бы изнутри. Поток магии, который я вливаю, резонирует с моим голосом. Поэтому я хотела сначала узнать, просто чистый поток некромагии без какого-либо оттенка восприятия или заклинания способен повлиять на организм? Если бы я получила какую-то другую магию, то тут бы и вопросов не было, но я боюсь, как бы не нанести вред…

– Если подумать, небольшое количество чистой магии никак отразиться не должно, – медленно ответил он. – Не считая, конечно, целителей. Максимум головная боль. Но все же… чтобы точно узнать, есть только один способ. Проверить.

Нет, я понимаю, что проверить надо бы, но на ком? Вариантов не то что немного, он вообще только один. Я с сомнением взглянула на Дамиана.

– Если негативное воздействие на организм все-таки будет, ты же некромант, эта магия тебе близка, то есть навредить не сможет, да?

– Не переживай, – успокаивающе улыбнулся он мне. – Не навредит. Так что вперед, я полностью в твоих руках.

Он расслабленно откинулся на спинку кресла, а я судорожно вздохнула и поднялась на ноги.

То, что он не стал сразу отвергать мою идею, – это хорошо. То, что согласился испытать на себе, вообще прекрасно. Но я занервничала. Во-первых, просто боязно, а вдруг это все-таки опасно? Во-вторых, переживала за результат, а если вообще не подействует? Может, я лишилась не только магии, но и этой возможности? Нет, конечно, я с самого начала изучала и рассматривала эту, так сказать, «магию воздействия» как универсальную. Но кто знает, что получится в итоге. Ну и, в конце концов, я внезапно запаниковала, не зная, что внушить Дамиану или о чем его спросить. В тот единственный раз, когда я пыталась на нем это применить, магия не подействовала. Хотя сейчас он вроде как поддастся.

Полная сомнений, я встала за спинкой кресла, положила ладони – одну на затылок магистра, а другую на его лоб. Еще подивилась, какой он горячий. Или это у меня руки от волнения похолодели?

– А что внушать или спрашивать? – все же решила поинтересоваться совестливая я.

– Что хочешь, – с каким-то, я бы даже сказала, озорством отозвался он. – Ты же наверняка хочешь что-то узнать?

Предложение было более чем заманчивым.

– И ты ответишь? – засомневалась я. – Не заблокируешь мое воздействие, как в прошлый раз?

– Нет, – спокойно ответил он. – Нам же нужно проверить, будет ли это работать.

От такого ответа я даже опешила и, опустив руки, обошла кресло, чтобы взглянуть ему в глаза. Нет, он правда серьезно?

– И ты не опасаешься, что я тебе внушу что-то не то? Или заставлю что-то забыть? – хмуро спросила у него.

Дамиан открыл глаза и уверенно посмотрел на меня.

– Нет, я тебе доверяю.

Вместо того чтобы обрадоваться, мне только хуже стало. Сразу вспомнилось, что я-то ему никогда не доверяла и чем все это мое недоверие в итоге кончилось.

– Ты слишком совестливая, чтобы воспользоваться этой ситуацией и сделать что-то нехорошее, – уже с улыбкой заметил он и снова прикрыл глаза. – Давай уже, поторопись, а то потеряешь возможность узнать все, что хочешь.

Я мысленно поворчала и вернулась на место, приготовившись к опасному эксперименту.

Склонилась к Дамиану, глубоко вздохнула и чуть ли не на ухо начала уверенно и немного певуче проговаривать знакомые слова, посылая первую небольшую волну магии и стараясь отслеживать дыхание магистра, если что-то вдруг пойдет не так.

– Дамиан Бриар, слушай мой голос, иди за моим голосом. Нет ничего более, кроме него, в твоем сознании. Слушай мой голос, иди за моим голосом. Мой голос – путеводная звезда. Мой голос – сияющее солнце. Мой голос – маяк в бушующем море. Мой голос – последняя надежда этого мира. Слушай мой голос, иди за моим голосом. Мой голос – это линия твоей жизни. Мой голос – это нить твоей смерти. Мой голос есть жизнь. Мой голос есть смерть. Следуй за ним. Мой голос – голос твоего мира. Мой голос – голос твоего разума. Мой голос – голос твоего сердца. Мой голос – твой голос. Слушай мой голос, иди за моим голосом. Стань моим голосом, – с последним выдохом послала волну сквозь свои руки в его тело. – Дамиан Бриар, ты слышишь мой голос? – спросила я, гадая, получилось ли.

– Да, – мягко раздалось в ответ, и я порадовалась, что, судя по всему, никаких негативных последствий от использования некромагии нет.

– Дамиан Бриар, я есть твой голос?

– Да.

Глубоко вздохнув, я закрыла глаза, собирая магию в руках. Так, а теперь аккуратно, не спеша и четко контролируя, вливаем последнюю, самую большую и самую опасную дозу магии.

– Я голос твоего разума. Я голос твоей памяти. Я голос твоего сердца.

– Ты голос моего разума. Ты голос моей памяти. Ты голос моего сердца, – послушно повторил он, а я все никак не могла поверить, что мне действительно удается на него воздействовать. Конечно, моей заслуги немного, Дамиан ведь просто не сопротивляется моему внушению, но все равно. А еще… может, мне и показалось, но последняя его фраза почему-то отличалась по интонации от других. Но размышлять об этом некогда, стоит поторопиться с воздействием, пока я не потеряла контроль. Даже если магистр не сопротивляется, его сильный разум инстинктивно будет противиться такому вмешательству.

– Ты дашь ответ своей памяти? – спросила я, решив, что в данном случае обращаться лучше именно к ней.

– Да, – подтвердил он.

– Почему Кастодия не помнит обряда? – затаив дыхание, спросила я.

Этот вопрос меня очень интересовал. Если бы мне специально стирали память, Хран бы такое воздействие засек и молчать бы точно не стал. Когда я проснулась в тот день, мне казалось, что приснилось что-то важное, но вспомнить так и не смогла. Почему я восприняла тогда все реально произошедшее как сон?.. В общем, этот момент меня беспокоил, и раз уж выпала возможность, я решила выяснить все точно.

– Кеол, – ответил мужчина, а я от удивления вздрогнула, чуть не оборвав контакт. – Еще когда связывали наши с Кастодией сны, мы поняли, что его воздействия она воспринимает не как расплывчатые сновидения, а не помнит вообще.

Гм, а как же слова божества про то, что он не должен вмешиваться в ход событий?..

– Ты дашь ответ своей памяти? – повторила ключевую фразу и, не прерываясь, продолжила опрос: – Что за связь снов?

– Я пару раз просил Кеола связывать наши сны, чтобы разобраться, что с ней происходит. К сожалению, она слишком недоверчива, чтобы говорить даже во сне.

Такого я не ожидала. Нет, сейчас это не воспринималось так ужасно, как могло бы быть три месяца назад. Я понимаю, что поставила его практически в безвыходное положение. Но… все равно неприятное чувство от услышанного осталось. Как горьковатое послевкусие. Спрашивать большее я не решилась. Все-таки и в моих действиях было что-то мерзкое. Я могла сейчас узнать все, что меня беспокоит. Развеять всякие сомнения по поводу намерений Дамиана. Но… он прав, я слишком совестливая для этого. Человек мне душу, считай, раскрыл. Топтаться по ней в грязных сапогах, пытаясь разыскать что-то еще, невежливо. Интересующий меня момент я прояснила. Дальше будем с котом решать, как ограничить подобное божественное вмешательство, если это вообще возможно. Правда, последний вопрос остался.

– Ты ответишь своей памяти? После ритуала вы больше не пытались связывать сны?

Все-таки хотелось бы спать спокойно.

– Нет.

– И не собирались? – уточнила на всякий случай.

– Нет, – спокойно ответил Бриар.

Я облегченно выдохнула. Все, что хотела, я узнала. И убедилась, что магия моя работает, и даже без вредных последствий для организма. Теперь нужно освободить разум магистра.

– Дамиан Бриар, слушай мой голос, иди за моим голосом. Я не голос твоего разума. Твой разум – это твой разум. Я не голос твоей памяти. Твоя память – это твоя память. Я не голос твоего сердца. Твое сердце – это твое сердце. Твой голос – это твой голос, – пробормотала я, посылая последнюю волну.

Устало выдохнула, обошла кресло и села на свое место, задумчиво рассматривая, как Дамиан медленно открывает глаза, хмурится, осматриваясь вокруг, и натыкается на мой взгляд.

– Это ты могла спросить и напрямую, я бы ответил честно.

Я разочарованно застонала.

– Не получилось?

– Получилось, – опроверг он мое заключение. – Ничего негативного я не почувствовал. А запомнил все только потому, что четко отслеживал твое воздействие и хоть и не сопротивлялся, но все осознавал. В целом хорошо.

Я облегченно выдохнула. Хоть какая-то позитивная новость.

– Осуждаешь? – спросил у меня Дамиан, пристально следя за моей реакцией.

Я прислушалась к себе.

– Не так чтобы очень, – призналась, немного поразмыслив. – Скажем так, если бы у меня была возможность проникнуть в твое сознание, чтобы выяснить некоторые недоразумения, я бы тоже ею воспользовалась.

– Ты изменилась, – с легкой улыбкой заметил он.

– Ты тоже, – пожала я плечами. – Мы все меняемся под воздействием окружающих нас людей и различных событий. Было бы странно, если бы я осталась прежней.

– И все же не ожидал, что ты воспримешь это так спокойно.

– Много чего произошло, – уклончиво отметила я. – Взгляды на некоторые вещи у меня поменялись.

Да после того, как я его, Дамиана, смерть практически перенесла, какое-то подсматривание снов меня уже не особо волнует. Ничего же страшного из-за этого не произошло, значит, все в порядке.

Наконец настал день икс, а я впала в какое-то подозрительное спокойствие. Казалось бы, вот оно, начало заключительного этапа по раскрытию правды о том, что произошло с моей семьей, но никакого волнения или переживаний я не испытывала. То ли просто уже перегорела, то ли это аукнулось мое безрассудное применение заклинания по блокировке эмоций. А может, и то, что я стала некромантом, отразилось. Должно же мне было еще хоть что-то достаться, помимо нестабильного дара? Например, непробиваемое спокойствие, как у Бриара. Ну, почти непробиваемое. Все же на меня он срывался несколько раз, но я – особый случай. В общем, за всеми переживаниями, приготовлением платьев и вызовом парикмахера я наблюдала с вялым безразличием. Флора была поразительно активна и взбудоражена, хотя раньше мне казалось, что она довольно непробиваемая особа. И пока она носилась, я повторно просматривала досье не только на интересующих нас высших, но и на всю главную аристократию, чтобы не ударить в грязь лицом. Правда, вскоре мое безмятежное лицо все-таки взбесило Вегерос, и она отправила меня вместе со служанкой приводить в порядок себя и волосы. И это несмотря на все мои заверения, что уж помыться сама я вполне в состоянии. Откровенно говоря, после того, как когда-то я несколько недель не могла сама толком ни причесаться, ни умыться из-за поврежденных связок на руках, теперь любая помощь в этих делах меня раздражала. И даже злой взгляд Флоры на мое заявление о полной самостоятельности не заставил поменять решение. Прическу делать – пожалуйста, а вот с остальным без помощников справлюсь. После купания было долгое и утомительное укладывание волос, нанесение макияжа и, наконец, надевание платья. Не знаю, чем именно руководствовалась Флора, подбирая такой образ, но выглядела я настоящей некроманткой.

Пышное платье из черной тафты с тонкой серебристой вышивкой, лишь слегка отсвечивающей на свете. Корсаж покрывали более крупные узоры. А вот рукавов у платья не было. И спинки частично тоже. Зато был капюшон! Довольно большой, сделан из плотного черного кружева все с той же серебристой нитью в плетении. И крепился он, конечно, не к спинке платья, учитывая, что ее нет, а спереди двумя широкими лентами, которые спускались к краю корсажа. Получалось, что глубокое декольте скрывалось под кружевом, зато спина была голая. Волосы высоко забирать не стали, завили и закололи немного наверх, остальные волнами спускались по плечам. Капюшон зафиксировали шпилькой на самом затылке, и он лишь слегка закрывал волосы сзади. Образ дополнял резкий темный макияж, устрашающе смотревшийся на моей бледной коже. Так что, глянув в зеркало, я заключила – прямо невеста покровителя мертвых. Нет, стоило признать, что получилось очень красиво, но отражение совсем не было похоже на меня. Может, в этом и состояла задумка?..

Когда в мою комнату впорхнула довольная Флора, я возмущенно заявила:

– Да ты издеваешься?!

Вегерос являла собой полную противоположность не только моему, но и ее привычному образу. Просто девушка-цветочек. Легкое голубое платье, лишь по подолу окрашивающееся в более яркие желтые, оранжевые и красные оттенки. Не пышное, как у меня, а с многослойной струящейся юбкой, взлетающей при каждом движении. Такие же струящиеся рукава. И спина у нее была закрыта! И макияж неброский, а практически естественный! Да она в обычной жизни более ярко красилась. Правда, декольте побольше моего было, но зато никакого капюшона или чего прочего на голове! Волосы заплетены в толстую косу, в которой сверкали голубые и оранжевые камни. Выглядела Флора тоже потрясающе, но возникло чувство, что нас поменяли местами. Она тихая, милая девочка-припевочка, а я мрачная стерва.

– Почему? – недовольно взвыла я.

– Я же говорила, куколкой будешь, – довольно заявила девушка, не обращая внимания на мое замечание.

Подошла ближе и, якобы поправляя один из локонов, тихо, чтобы парикмахер, собирающая свои инструменты со столика у зеркала, не услышала, проговорила:

– Поступил приказ сделать так, чтобы ты совершенно не походила на себя.

– Чей приказ? – нахмурилась я.

– Свыше, – слегка закатила она глаза, указывая наверх.

Спальня Дамиана, в которой мне когда-то довелось ночевать, как и его личный кабинет находились как раз на этаж выше нашего расположения. Так что намек Флоры я поняла, но чем вызвано такое решение магистра, понимала лишь отчасти. Скрыть мою личность от нашего злоумышленника? Так мы как раз на узнавание и рассчитывали…

– А ты почему так резко изменила стиль? – поинтересовалась, с легкой завистью рассматривая девушку.

– Для правдоподобности, – все так же тихо ответила Вегерос. – Все-таки Бриара знают в высшем обществе, и всем понятно, что на прожженную стерву он бы не повелся. Вот я и буду изображать глубоко влюбленную, настолько, что резко подобрела и характер сволочной растеряла исключительно ради него.

Флора состроила, очевидно, ту самую глубоко влюбленную мордашку с глазами, полными нежности. И я скажу, довольно правдоподобно у нее получилось. Не были бы мы так близко знакомы, и я бы поверила. Что ж, ей роль вполне удастся. Моя, к счастью, от привычного поведения не сильно отличается. Резко хаметь мне не придется, скромная девушка из обедневшего дворянского рода, которую только что приняли в род высших, возникать точно не станет.

– Украшениями нас обеспечит Дамиан, – уже более громко проговорила она. – Так что не переживай. Осталось всего лишь дождаться его.

Я и не переживала. А если бы все же и нервничала, то отнюдь не по поводу украшений. Пока я старательно натягивала длинные черные перчатки, тонкие и полупрозрачные, Флора, краем глаза следя за собирающимися уходить парикмахером и горничными, болтала про очередные слухи и про тех, кого мы должны увидеть на балу. В присутствии прислуги мы старались не показывать истинного положения дел, а играть просто подруг нам было довольно просто. Но стоило нам остаться одним, как девушка сбросила с себя маску приветливости и непосредственности, подскочила с кровати и стала хмуро и пристально рассматривать меня со всех сторон.

– Что? – нервно поинтересовалась я. – Я как-то не так выгляжу?

Все-таки нервировало меня это облачение. Спине и плечам было некомфортно без привычного прикрытия.

– Я ищу место вот для этого, – пояснила Флора и, задрав свою многослойную юбку, достала из-под нее тонкий стилет.

– Я понимаю, ты на оружии помешана, но на кой оно мне? – недоуменно спросила я девушку.

– На всякий непредвиденный случай, – категорично заявила она. – И ты, конечно, прости, но тебе совать его за резинку чулок никак не подойдет, потому что, подозреваю, сама ты эти огромные юбки даже до колена не поднимешь.

Тут я с ней согласна, платье было тяжелым, а уж добраться до чего бы то ни было под юбкой для меня невозможно. Не говоря уже о том, что я бы постоянно нервничала, как бы этот кинжал не выпал. Я вообще не представляю, куда она его мне прятать собралась. Но пристальный и уверенный взгляд девушки определенно означал, что она-то с местом для оружия определилась.

– У нас только один вариант, – заявила она.

– И какой же? – слегка напряглась я.

Девушка демонстративно уставилась… на мою грудь.

– Да ты издеваешься?! – уже второй раз за вечер возмутилась я, скрестив руки на груди и явно давая понять, что туда я ее не пущу.

– Это самое удобное место, – заверила она. – Стилет узкий и в ножнах, мешаться не будет и не поранит тебя. Корсет затянут крепко, так что и не вывалится. А я его так расположу, что достать ты его сможешь легко. Если придется им воспользоваться, то откуда ты его будешь вынимать – не важно, главное, достаточно быстро.

– Нет! – запротестовала я, отступая от девушки.

– Касс, давай без истерик, – раздраженно закатила она глаза. – У нас времени мало.

Поняв, что победа сегодня явно не на моей стороне, я вздохнула и протянула руку.

– Давай.

– Ты не сможешь сама устроить его правильно, – категорично заявила боевичка, окончательно выводя меня из состояния спокойствия и равновесия, в котором я пребывала весь день.

– То есть ты еще и сама мне в декольте полезешь? – раздраженно поинтересовалась я.

– А ты стесняешься? – издевательски вскинула она одну бровь. – Как мило. Не стоит, в высшем обществе это не приветствуется.

В общем… сопротивляться бесполезно. Под мое недовольное сопение Флора подошла ближе и принялась устраивать стилет. На середине процесса внезапно раздался стук в дверь, и знакомый мужской голос поинтересовался:

– Можно войти?

– Нет! – крикнули мы одновременно с Вегерос.

– Туго же тебя затянули, – пробурчала девушка себе под нос, заканчивая с чертовым ножиком, а я очень надеялась на то, что Бриар обладает достаточным терпением и не зайдет, прежде чем мы позовем. Внимательностью к таким вещам, как личное пространство и этикет, магистр не особенно до этого обладал, если вспомнить, как он беспрепятственно заявлялся в мою комнату в академии.

– Достанешь? – наконец поинтересовалась девушка, отступив на шаг.

Я опустила пальцы в тонкий разрез между двумя кружевными полосами, нащупала рукоятку и кивнула Флоре.

– Тогда все, – удовлетворенно улыбнулась она и крикнула: – Входите!

Перешагнув через порог комнаты, Бриар увидел мило улыбающуюся Флору и немного нервную, покрасневшую меня. То есть выглядели мы донельзя подозрительно. Пришлось и мне улыбнуться, надеясь, что это будет смотреться достаточно искренне и успокоит его, потому как посвящать его в только что произошедшее мы определенно не собирались. Не знаю, действительно ли его подкупил мой оскал, или магистр просто решил не зацикливаться на этом, но он отмер и подошел ближе, чтобы поприветствовать нас.

– Прекрасно выглядите, – произнес он и галантно поцеловал руку вначале мне, а следом Флоре. Она на это лишь польщенно улыбнулась и благодарно кивнула головой, а я опять залилась краской. Глупо так. Но Дамиан улыбнулся чуть шире и снова взглянул на Флору. – Я, конечно, сам попросил вас измениться до неузнаваемости, но такого не ожидал. Хорошая работа.

– Спасибо, – еще шире ощерилась она и, ткнув пальцем на две плоские бархатные коробочки в руке Дамиана, спросила: – Украшения?

– Да, – протянул он ей верхнюю и со спокойным участием в глазах поинтересовался: – Помощь нужна?

Я недоуменно наблюдала за ними. Нет, глубоко влюбленных я бы в них не заподозрила, но они удивительно легко перешли от формального общения преподавателя и ученицы, причем бывших не в самых лучших отношениях, к… дружескому. Я бы так точно не смогла. И при этом, в отличие от моей прежней острой реакции на рассказы Рины о дружеском общении между ней и Бриаром, сейчас я была абсолютно спокойна. Вот и попробуй пойми собственные эмоции и глупое сердце. А может, я уже достаточно хорошо знаю обоих, чтобы осознавать – романтических чувств между ними быть не может.

– Не стоит, сама справлюсь, – отмахнулась девушка и, хитро подмигнув мне, развернулась к двери в свою комнату.

– Через десять минут в холле, – бросил ей в спину Дамиан, прежде чем дверь захлопнулась, и с легкой улыбкой повернулся ко мне.

Сам Бриар своему стилю и цвету не изменил, впрочем, он тоже некромант, ему и не нужно. Разве что ткань костюма была явно дороже, чем у повседневного. Он не поинтересовался у меня о необходимости помощи с украшениями, видимо, решив, что без него я точно не справлюсь. Дамиан открыл вторую коробочку и развернул ее ко мне. На темном шелке внутри сверкнуло.

– Что это? – тихо спросила я, аккуратно проводя кончиками пальцев по холодным черным камням в серебристой оправе.

– Бриллианты и белое золото, – ответил он, и я постаралась перекрыть поток воображения, прежде чем начну представлять, сколько стоит содержимое этой маленькой коробочки. Мне спокойнее будет, да и все равно вряд ли смогу реально оценить. Оставалось надеяться, что это из запасов семьи, а не купленное исключительно ради сегодняшнего представления.

Надежды мои были тут же развеяны.

– Заказывали специально для тебя, – усмехнулся он, заметив, как я разочарованно вздохнула. – Отец только вчера закончил над ним работать.

То есть это не просто «мои личные» украшения. Они еще и со специфическим дополнением.

– И что на них? – поинтересовалась я.

Дамиан тем временем вытащил широкое колье и отложил футляр на кровать.

– А сама не скажешь?

– Слишком проблематично, – скривилась я. – Не разберусь сразу в характерах плетений. Проще спросить у тебя.

– Проще, да, – согласился он. – Только ответить мне нечего. Я не интересовался. Но ничего страшного там быть не может. Просто дополнительная защита на всякий случай.

Я раздраженно закатила глаза. Что-то много «случайников» вокруг меня развелось. Хорошо хоть, Хран только завтра появится, потому что занят в темной библиотеке, а то бы и он наверняка приволок какое-нибудь зелье или артефакт. Тоже «на всякий случай».

Я даже не заметила, как Дамиан оказался так близко. Лишь вздохнула и замерла. Тепло чужих рук на моей коже и холод драгоценных камней и металла заставили поежиться. Мужское дыхание на моей щеке и черные, чуть мерцающие глаза напротив. К моему сожалению, со спины колье все равно не застегнешь, капюшон мешает. Только так, глаза в глаза. И пока Дамиан возился с застежкой, я медленно, но неотвратимо краснела под его взглядом. Нет, ну нельзя же так! Какая же я теперь бледная типичная некромантка, если залилась пунцом от шеи до ушей? Вся конспирация из-за него коту под хвост.

– Знакомая ситуация, – нервно выдала я, все же вырвавшись из плена его глаз и сконцентрировавшись на черном, с еле заметным узором тонкой серебряной нитью шейном платке. Никогда подобную часть гардероба на магистре раньше не видела. В общем, все, что угодно, лишь бы отвлечься.

– Правда? – тихо спросил он, обдав мою и без того пылающую щеку горячим дыханием.

– Мы вдвоем, красивое платье, и ты надеваешь на меня украшения, – напомнила Дамиану и облегченно вздохнула, когда он, наконец, отступил. Пробежалась пальцами по украшению, плотно обхватившему мою шею.

– Но есть одна существенная разница, – заметил он и потянулся за браслетом.

– Какая? – поинтересовалась, пытаясь успокоить глупое сердце. Браслет-то поверх перчатки надет будет. Но не тут-то было. Мягкое поглаживание запястья, сопровождающее весь процесс застегивания такого же широкого и узорчатого украшения, отчетливо ощущалось сквозь тонкую ткань.

– Сейчас здесь со мной настоящая ты, а не образ, который ты играешь для публики, – ответил он, отпуская мою руку.

Учитывая мой внешний вид, с этим заявлением можно поспорить, но я поняла, что он имел в виду. На данный момент между нами уже не стояло никаких тайн, да и игра в нынешней ситуации будет минимальной. Но раз уж он упомянул образ, один важный вопрос стоило задать.

– К чему все это? – обвела я себя рукой. – Вся эта обязательная неузнаваемость. Нам же, наоборот, нужно, чтобы один конкретный человек смог меня узнать.

Настрой Дамиану я заметно подпортила. Что ж, это я действительно умею.

– А другой конкретный человек не узнал, – мрачно добавил он.

Я недоуменно посмотрела на него.

– Касс, – вздохнул он, – мы не просто так выбрали именно этот бал для твоего первого появления. Официальный выход в свет всегда сопровождается одним важным моментом – личным представлением императору, а он тебя узнать никак не должен.

Нет, я, конечно, знала, что на нескольких мероприятиях, которые нам предстоит посетить, заявлено присутствие императора, но предполагала, что в такой толпе не будет возможности для близкого знакомства. А теперь такое…

Хотя один плюс в этом есть – образ бледной некромантки мгновенно вернулся на свое законное место, охладив меня с головы до пят.

– Касс, – укоризненно произнес Дамиан, вновь оказавшись в нескольких сантиметрах от меня. Но на этот раз его близость больше успокаивала, чем будоражила. – Чего ты занервничала? Поверь, в таком виде и я бы тебя не сразу узнал. А уж признать в тебе наследницу Кэрридуэнов, соотнеся с образом твоей матери, учитывая, что император видел ее в последний раз тринадцать лет назад, просто невозможно. О знакомстве с ним ты переживать не должна. Все будет хорошо, обещаю.

Дамиан мягко притянул меня к себе и обнял. Я тяжко вздохнула и опустила голову ему на плечо. Как бы хотелось поверить, но за последнее время я твердо уяснила одно: не стоит загадывать что-либо на будущее. Ни хорошее, ни плохое. Лучше цепляться за ценные мгновения настоящего. Вот ради этого мига теплых объятий, горячего дыхания на шее, которое я чувствую через кружево капюшона, и надежного плеча под щекой можно сделать все. Даже изобразить, что я поверила в его обещание.

В щель между приоткрытыми занавесками на окне кареты было видно, что дворец, перед которым мы остановились, весь переливается цветными огнями. И в этот раз маги-иллюзионисты постарались на славу, раскрасив здание в цвета всех существующих магий. Вот оно, начало игры. Бриар выбрался из кареты первым, чтобы помочь нам с Флорой спуститься. Девушка, сидевшая напротив меня, озорно улыбнулась, подмигнула и, шепнув тихо: «Не дрейфь!» – тоже покинула уютный полумрак кареты. Мне лишь оставалось, сделав глубокий вдох напоследок и крепко ухватившись за предложенную мне руку, сделать первый шаг на ковровую дорожку, ведущую вверх по лестнице к самым дверям дворца. Дамиан мое волнение явно почувствовал и мягко погладил мою ладонь большим пальцем, прежде чем отпустить, позволяя мне уцепиться за его локоть. Флора с очаровательной улыбкой на лице пристроилась к нему с другой стороны. Мы чинно направились к дверям. Старшая чета Клейрон должна была встретить нас и препроводить меня для представления императору. Все-таки «удочерили» меня они, а не Дамиан.

Внутреннее убранство дворца поражало не меньше внешней пестроты. Я присутствовала только на одном балу, том самом, который чуть не закончился очередной трагедией, но мне казалось, что он пестрел всем, чем только можно. Как выяснилось, я сильно заблуждалась. Зайдя в огромный зал и окинув взглядом толпу аристократов, я, наверное, впервые порадовалась тому, что стала некромантом и ношу черные наряды. Теперь понятно, почему так переживала за свое платье Флора: настолько большое собрание всевозможных ярких оттенков я видела впервые.

Пока мы пробирались сквозь разноцветную толпу, люди с интересом рассматривали нашу троицу. Флора мило улыбалась и изредка что-то щебетала на ухо Дамиану. Я к их разговору не прислушивалась, так как мне было интересно посмотреть на местную публику, тем более что для меня, как «новенькой», подобное поведение не просто простительно, а необходимо. Может, это мое предубеждение, но все окружающие вызывали у меня недоверие и какое-то неприятие. Наверное, это просто моя вечная паранойя. Или же чутье что-то подсказывало. Во взглядах, бросаемых некоторыми девушками на Флору, читались неприкрытые злость и зависть, а вот на меня смотрели с интересом, подозрением и… опасением. Чем вызвано последнее, я не понимала. В скопище лиц, мимо которых мы продвигались через зал, разобрать хоть одно знакомое, пусть и только по портретам или описаниям, было невозможно. Не то чтобы я надеялась сразу вычленить наших будущих «жертв», просто хотелось хотя бы иметь представление, где они находятся и откуда ждать удара.

Правда, больше всего сегодня мне стоило опасаться другого, о чем я вспомнила, когда рядом возникла чета Клейрон, тепло поприветствовав нашу троицу. Старший Бриар вполне ожидаемо тоже был в черном. Только он, Дамиан и я разбавляли пестроту зала мрачностью наших нарядов. А вот леди Алария радовала глаз изумрудно-зелеными переливами платья, что выдавало в ней мага-стихийника земли. А я и не знала, что она маг…

– Как первые впечатления от дворца? – задала вполне приличествующий моменту вопрос леди. Учитывая, сколько любопытных ушей вокруг нас, обсуждать что-либо серьезное было бы опрометчиво.

– Потрясающе, – улыбнулась я в ответ. – Никогда ничего подобного не видела, – не особо покривив душой, заявила я, хотя стоило признать, что оформление на зимнем балу мне понравилось больше.

– А я видела и получше, – скептично влезла Флора. – По-моему, год или два назад, на весенний бал цветов. Вот там было действительно нечто потрясающее.

– Пожалуй, я согласна с тобой, милая, – немного подумав, кивнула леди Клейрон. – Тем приятней признаваться, что к украшению зала в тот год я приложила свою руку.

А вот на этот раз удивление и восторг в глазах боевички были вполне искренними. Как маг-стихийник она могла оценить уровень владения магией, ведь, несмотря на разницу стихий, принципы работы и плетения во многом похожи, так что Флора с интересом начала уточнять у леди Аларии подробности создания некоторых украшений. А я лишь иногда покачивала головой, выражая полную заинтересованность темой, при этом пытаясь полностью успокоиться и взять себя в руки перед предстоящим представлением императору. Даже если он и не признает во мне наследницу, излишнего внимания привлекать не хотелось, поэтому я молилась всем известным мне богам, чтобы все прошло без сюрпризов. И, несмотря на всю мою внутреннюю подготовленность, момент, когда лорд Клейрон протянул мне руку и решительно произнес: «Пора», стал для меня неожиданностью.

Отпустив теплое и надежное плечо Бриара, который успел ободряюще сжать мою ладонь, я ухватилась за прохладную руку его отца и последовала за ним на место встречи.

– Легкая нервозность, конечно, будет оправданна, но не больше, – тихо проговорил он, устраивая мою ладонь на сгибе своего локтя. – Не переживай, девочка, у тебя в жизни определенно было с десяток более устрашающих моментов. По сравнению со знакомством с моим дражайшим предком встреча с императором должна быть куда приятней.

Я усмехнулась, вспомнив встречу с мертвым некромантом. Вот уж, пожалуй, точно, после нее испугать меня знакомством с кем бы то ни было довольно сложно.

Небольшое возвышение с троном возникло внезапно. Казалось, еще мгновение назад мы продвигались в плотной толпе придворных, а тут раз – и перед нами уже только украшенный богатой резьбой и позолотой трон и мужчина с проседью в каштановых волосах и строгим, всепроникающим взглядом серых, словно грозовое небо, глаз. Я даже не сразу поняла, кого именно так пристально рассматриваю, а осознав, опустила взгляд в пол.

– Ваше Величество, позвольте представить – моя названая дочь леди Кассандра Бриар тэр Клейрон, – прозвучал уверенный голос старшего Бриара, и я поспешила склониться в глубоком реверансе.

А в голове заметались мысли. Если легенда о происхождении высших правда, то страшно представить, сколько же мощи скрывают за собой эти грозовые глаза. И дело даже не в умении открывать и закрывать порталы в другие миры. Для того чтобы объединить тогда всех высших, наверняка потребовалось что-то большее, чем обещание избавить их от полчища чудовищ. Столь разрозненные семейства могли объединиться только под властью сильнейшего. И хоть мне неизвестно, смогла ли та сила сохраниться сквозь века в разбавленной крови наследников в полной мере, что-то мне подсказывало – если бы с силой императора нельзя было считаться, он бы сейчас не сидел на этом троне.

– Встаньте, леди, – прозвучал властный голос, и я медленно распрямила спину, не смея поднять взгляд выше золоченых пуговиц на груди темно-бордового камзола Его Величества Вайерда Эрвига тэр Киневарда. Не знаю почему, но что-то в этом грозовом взгляде пугало меня куда больше, чем стальной холод во взгляде Дамиана в наши первые встречи. – Надеюсь, вы станете не только прекрасным украшением рода, но и достойной представительницей этого славного имени.

– Сделаю все, что в моих силах, Ваше Величество, – скромно ответила я, надеясь, что мой голос не прозвучал испуганно, и в очередной раз склонила перед ним голову.

Стоило порадоваться, что столь высокому имени соответствовать мне придется не так уж долго. И хоть я сама являлась представительницей не менее известного рода, но всю жизнь провести в бесконечных расшаркиваниях и реверансах – увольте. Интересно, император в курсе, что семейство Клейрон не только некроманты? В его последней фразе мне почему-то угадывалось, что я буду достойным представителем именно этого вида магии, ведь в семью меня приняли под этим предлогом. Так является ли это известным фактом среди высших, или же это тот самый туз в рукаве семейства Клейрон? Мне почему-то хотелось надеяться, что второе. Не то чтобы я ожидала каких-то неприятностей конкретно со стороны императора, но пара-тройка козырей, спрятанных ото всех, я надеялась, у нашей маленькой компании имелась.

– Дай-ка мне взглянуть поближе на приобретение твоей семьи, Осбеорн, – внезапно раздался мягкий женский голос.

И я, встрепенувшись, осознала, что, зациклившись на фигуре и личности императора, упустила, что кресел на возвышении вообще-то два. И второе, как и положено, занимала императрица – Рианон тэр Киневард. Одетая в наряд тех же богатых оттенков бордового, что и ее муж, жгучая брюнетка, она выглядела потрясающе молодо для матери двоих уже взрослых сыновей. И хотя взгляд ее голубых глаз был не столь пронзителен, как у мужа, этот лед тоже настораживал.

Лорд Клейрон слегка подтолкнул меня в сторону императрицы, поэтому мне пришлось сделать шаг и изобразить очередной реверанс. Этак, постоянно расшаркиваясь, можно за весь вечер прекрасно изучить рисунок паркета, но так ни разу и не полюбоваться лепниной на потолке.

– Встаньте, дорогая, – позволила она мне.

Я поднялась, посмотрев императрице прямо в глаза и призывая все свое самообладание, чтобы выглядеть невозмутимой.

– Не знаю насчет рода, но украшением высшего света вы станете непременно, – заметила Рианон с улыбкой. – В нашем цветнике не хватало льдистой красоты холодной блондинки. Да еще вкупе с таким редким и оригинальным даром. Осбеорн, боюсь, к твоему дому скоро потянутся ряды храбрецов, желающих заполучить себе столь редкое сочетание.

Я слегка вздрогнула, надеясь, что приветливая улыбка на моем лице не перекосилась от осознания того, на что намекнула императрица. Если она решит озаботиться моим замужеством, мне некуда будет деться. Для первой леди государства устраивать семейную жизнь окружающих девушек, выбирая им женихов на собственное усмотрение и по собственному императорскому вкусу, – главное развлечение.

Но, разбивая корку настороженности и опасения, сковавшую мое сердце, лорд Клейрон добродушно рассмеялся и, ухватив меня за талию, притянул обратно к себе, грубо нарушая правила этикета. И насколько холодным он мне казался до этого, настолько же тепло я себя почувствовала, попав в его объятья, вырываясь из плена голубого льда и грозовой тучи.

– Ну уж нет, помилуй, Рианон, – улыбаясь, сказал Бриар-старший. – Я всю жизнь мечтал о дочке и только успел испытать радость повторного отцовства, а ты ее у меня уже отнять собралась. Так не пойдет, я еще не наигрался в заботливого папочку. Так что лет эдак десять она для меня будет «слишком молода, чтобы думать о замужестве». И ты о нем думать повремени.

О том, что они с императрицей обращаются друг к другу на ты и это говорило о высоком статусе рода Клейрон даже среди высших, я старалась не думать.

– Когда наиграешься в отцовство, не забудь сообщить об этом Рианон, – вступил в разговор император с благосклонной улыбкой. – Я так думаю, что она теперь с нетерпением будет предвкушать момент, когда начнется битва за сердце холодной красавицы. Чем еще развлекаться бедной женщине в ее возрасте, как не женить всех окружающих, раз уж своих сыновей женить не удается.

– Вайерд! – возмущенно воскликнула императрица.

– Прости дорогая, – тепло посмотрел он на нее, и я почувствовала, что мы лишние в их диалоге. По крайней мере, по его проникновенному взгляду было понятно, что этот брак был заключен исключительно по любви.

– Простите, Ваши Величества, как бы мне ни хотелось развлечь вас обоих, но у меня и собственная супруга имеется, которая тоже давно мечтала о дочери и пока ни с кем ею делиться не желает, – лукаво глянул на меня лорд Бриар. – И службой вам я, конечно, очень дорожу, но она когда-нибудь закончится, а вот с женой мне жить до смерти.

Император и императрица неожиданно по-доброму рассмеялись. А мне смешно не было, ибо очень напрягало, что обсуждали мою судьбу.

– Что ж, тут не поспоришь, – согласился император. – Не будем заставлять твою супругу переживать. Приятного вечера, – кивнул он, тем самым, наконец, заканчивая аудиенцию.

Я облегченно вздохнула, опять повторила почтительные поклоны обоим Величествам и уже собиралась развернуться, как императрица окликнула нас.

– Осбеорн, поздравь свою супругу с приобретением столь прелестной дочери, – улыбнулась она мне и продолжила: – И с возможным скорым появлением второй. Смею надеяться, что Алария не будет жадничать и потом поделится со мной радостями приготовления второго празднества.

Появление второй «дочери» – это, как я поняла, она про Флору. А вот последняя фраза поставила меня в тупик.

– А что за празднества она имела в виду? – тихо спросила я у лорда, пока он вел меня сквозь толпу придворных.

– Да все то же, – слегка поморщился он. – Учитывая, что у Дейма теперь объявилась «официальная» невеста, намекает, что Алария обойдется его свадьбой, а организацию твоей впоследствии доверит ей. Хотя бы частично.

Я снова слегка дернулась от этих матримониальных планов на мою персону.

– Боишься? – понятливо усмехнулся старший Бриар, вновь приобнимая меня за плечи. – Разве каждая девушка не мечтает о прекрасном принце и красивой свадьбе?

– Не знаю, опрос не проводила, – холодно ответила я.

– Не переживай, – успокоил он меня, отпуская и вновь беря под руку, как и положено этикетом. – Дейма императрице на растерзание мы не отдали, хотя можно сказать, что он сам не дался, и тебя не отдадим. Никто тебя не погонит внезапно замуж. Тем более что это совершенно не в наших интересах.

Он подмигнул мне, а я рассерженно поджала губы, принимая очередной не особо тонкий намек. Вот уж не знаю откуда, но родители Дамиана определенно знали, что его попытка предложения руки и сердца провалилась. И, очевидно, убеждены, что в ближайшем будущем она повторится. Вот не о том они думают!

Возмутиться, конечно, хотелось, но не время сейчас и не место, тем более что мы уже вернулись к ожидающим нас Флоре и леди Клейрон. Дамиана с ними не было. Впрочем, я не удивилась, наверняка ушел решать рабочие вопросы какие-то. Что-то мне подсказывало, что и его отец скоро удалится по неотложным делам, оставив нас развлекаться женской компанией. Не то чтобы это было плохо, в конце концов, нам с Флорой нужно налаживать контакт с аристократией, а в присутствии обоих Бриаров это довольно проблематично. Не особо свет аристократии жаждет с ними общаться.

В общем, я оказалась права. Стоило лорду подвести меня к увлеченно разговаривающим Флоре и леди Аларии, как, извинившись за то, что ему нужно отлучиться по делам, он покинул наше общество. Успокоив обеих дам, что представление прошло вполне благополучно, но умолчав о матримониальных планах императрицы, я постаралась влиться в их разговор о тонкостях украшения залов и организации подобных мероприятий. Вот что значит аристократическое воспитание, столько времени болтать о всякой ерунде, это ведь тоже уметь надо. С другой стороны, не об оружии же им разговаривать или боевых приемах и различиях школ разных стихий. Тем более когда вокруг столько ушей. Никто в высшем свете не знал, что Флора учится на боевика. Она утверждала, что сей позорный факт ее родители скрывали как могли. То есть то, что она обучается в какой-то академии, известно было, а вот на кого – они не уточняли. Конечно, долго это скрывать не получится. Все-таки она теперь невеста высшего, о ней раскопают многое. Но в конце концов большинство решит, что попала она туда исключительно благодаря Дамиану, а нам это на руку. Будет лучше, если нас будут недооценивать. Хотя понятно, что нашего врага это не обманет, но зато позволит обмануть других. Кто знает, на какие скелеты мы наткнемся в этой банке с пауками.

Долго предаваться бессмысленному словоблудию нам не дали. Как я и предполагала, стоило двум наиболее опасным личностям нас покинуть, как высшее общество потянулось на разведку, так сказать, боем. Бесконечное количество леди, лордов, графов и графинь и прочих аристократов, представляемых нам леди Аларией. Я старательно пыталась запомнить лица и имена, хотя и не особо рассчитывала, что они мне пригодятся, потому как главные наши подозреваемые пока не показывались. С кем-то из подходящих Вегерос уже была знакома и с улыбкой принимала поздравления с помолвкой. Хотя нет-нет да и мелькала в ее глазах усмешка. Наверное, Флора представляла, что потом с такой же радостью они будут обсуждать расторжение этой помолвки и выражать притворное участие. И ведь даже не догадываясь, что все это по ее же воле, потому что «разбитое трепетное сердце» позволит ей как минимум год избегать потенциальных женихов. Главное, громче проклинать на людях «бесчувственного и жестокого Бриара», бросившего ее. А самому Дамиану на репутацию, судя по всему, плевать, его род и происхождение позволяют ему это делать. Может хоть каждый месяц новую невесту объявлять, а потом бросать. Общество его, конечно, осудит, но лично высказать осуждение никто не посмеет. Не нравится мне это. Люди возвели высших лордов чуть ли не до уровня богов и позволяют им совершать все, что угодно, при этом втайне ненавидя и мелочно пресмыкаясь. Власть и деньги во многом портят людей, в чем я в очередной раз убедилась некоторое время спустя.

Когда основной поток представляющихся наконец иссяк, леди Алария оставила нас с Вегерос одних, отправившись разыскивать мужа и сына, а мы с девушкой, отойдя к небольшой нише у окна, облегченно выдохнули. Бал тем временем уже начался. Музыка грохотала под сводами, и пары вихрем цветных сполохов кружились в танце в центре зала. Поэтому-то мы с Флорой и уползли подальше, надеясь не попасться на глаза жаждущим внимания кавалерам.

– Бесят, – с милой и, казалось бы, абсолютно искренней улыбкой произнесла боевичка сквозь зубы, делая глоток из бокала с вином. – Лицемеры. Ах, сколько поздравлений с удачной партией, а потом таким же хороводом будут жаждать посмотреть на то, как я буду убиваться по бросившему меня жениху. Ха, не дождутся! Уйду красиво. Закачу в конце сезона, если мы, конечно, к тому времени закончим расследование, на одном из балов Дамиану масштабную истерику, можно даже со слезами и битьем посуды, и гордо удалюсь страдать в одиночестве в нашу академию. А там этим лизоблюдам до меня не добраться. Да и интерес к моей персоне уже иссякнет.

Вот это уровень! Учитывая, что я много общалась с лицедейкой, мастерство определить вполне могла. Данька бы оценила. Хотя все они здесь такие же актеры.

– А у тебя уже весь план продуман, – усмехнулась я.

– Еще как! Обожаю структурировать действия и просто выхожу из себя, когда что-то идет не так, как я запланировала, – многозначительно глянула она на меня, и я поняла, что это очередной камень в мой огород за то, что я сбежала тогда.

– А я сначала ставлю цель, а потом изыскиваю возможные способы ее достижения и пробую по очереди все, – ответила ей.

– Каждому свое, – философски пожала она плечами и, поймав взглядом кого-то за моей спиной, скривилась, но тут же вернула на лицо приличествующее месту и событию выражение и сделала шаг вперед.

Я развернулась и увидела статную даму с иссиня-черными волосами в желто-оранжевом платье, богато украшенном золотой вышивкой.

– Флоренсия, девочка моя!

– Мамочка!

Одновременно и так сладко произнесли они, что у меня аж зубы свело. Дамы изобразили легкие объятия и призрачные поцелуи в щеки, даже не коснувшись друг друга, видимо, чтобы не помять платья и не испортить макияж.

М-да, не так я себе представляла встречу любящих родственниц. Несмотря на все ранее сказанные слова боевички, я не спешила поверить в то, что ей было плохо в семье и родителей она недолюбливает. Но сейчас эта натужно-фальшивая встреча полностью рассеяла мои сомнения в придирчивости девушки.

– Флоренсия, детка, почему ты не предупредила? – возмущенно спросила женщина, а я удивилась, что Флора не сказала матери о своем присутствии на балу, но ошиблась в предположениях. – Меня все поздравляют и поздравляют, а я никак не могу понять с чем. А оказывается, у тебя помолвка! Такое событие, а ты молчала?

– Я хотела устроить тебе сюрприз, мамочка, – ласково пропела боевичка, продолжая улыбаться. – Ты ведь так любишь устраивать сюрпризы мне, вот и я решила тебя побаловать.

– Ах, вот уж действительно удивила, – легко рассмеялась дама. – Но я всегда знала, что у тебя получится. Ты у нас пробивная девочка, я в тебе не сомневалась. Тебя уже пригласили куда-нибудь?

– Нет, мамочка, – тоном послушной любящей дочери ответила девушка. – Мы только со всеми перезнакомились.

Женщина на этот ответ нахмурилась.

– Поторопись, детка, связи – наше все. Раз уж тебе выпала такая возможность, нужно заиметь как можно больше полезных знакомств.

– Не переживай, одно я уже завела, – просияла Флора и, ухватив меня за локоть, вытянула из полумрака ниши. – Вот, знакомься, Кассандра Бриар тэр Клейрон, названая сестра моего жениха.

Я, согласно этикету, вежливо улыбнулась и склонилась в реверансе.

Меня пристально осмотрели, благосклонно, но как-то пренебрежительно улыбнулись.

– Моя мать Кризельда Вегерос ли Дерон, – представила Флора.

– Очаровательно, – кивнула мне леди. – Надеюсь, вы станете моей Флоренсии доброй подругой и сестрой.

– Несомненно, – немного холодно улыбнулась я в ответ.

Я некромант, мне разрешено не испытывать восторга от каждой встречи, тем более благосклонностью самой императрицы мне было позволено разбавить данный цветник «льдистостью».

На этом внимание леди Кризельды к моей персоне закончилось. Несмотря на нынче громкую фамилию, сама я никакого веса в высшем свете не имела, а потому и интереса для этой женщины не представляла.

– Золотце, а где же твой жених? Я жажду познакомиться с ним, – огляделась она в поисках нашего сопровождения.

– Неотложные дела оторвали его от меня, но как только он придет, я обязательно отведу его к вам познакомиться, – пообещала Флора столь елейным голосом, что я заподозрила, что она скорее убьет и закопает Дамиана, чем представит родителям.

– Прекрасно, милая, – сразу же расцвела ее мать. – Я тогда поспешу к твоему отцу, а то его нельзя надолго оставлять в таком месте. Столько молоденьких вертихвосток крутится вокруг.

На последней фразе леди устало закатила глаза, но тут же посмотрела на меня и, очаровательно улыбнувшись, произнесла:

– Удачного вечера, милая.

Я натянуто улыбнулась ей в ответ. Мать приблизилась к дочери и произнесла тихо, но не настолько, чтобы я не расслышала:

– И, дорогая, что за прическа? Какое безвкусие! Ты теперь должна быть предельно аккуратна со своим внешним видом. Нужно держать марку, а у тебя на голове не пойми что. В следующий раз лучше посоветуйся со мной в выборе образа.

После этих слов она наконец удалилась. Мы с Флорой отодвинулись обратно в полутень ниши. Я тактично молчала, да и не знала, что можно сказать в такой ситуации.

– Что ж, пять минут позора, зато в ближайшее время она от меня отстанет, – вздохнула девушка, делая глоток из своего бокала, причем заметно больший, чем до этого.

А я опять ничего не сказала. Любые слова утешения или сожаления для Флоры будут оскорбительны.

– А знаешь, что самое потрясающее? – подняла она на меня усталый взгляд, но все с той же легкой благосклонной улыбкой на лице, что держалась на ее губах весь вечер. – Это первая наша встреча почти за год. На зимние праздники я домой не ездила, то есть виделись мы прошлым летом перед моим отбытием в академию. И за этот год мать сначала пыталась подложить меня под подпоенного приворотным зельем преподавателя, а потом сдала ключ от моей комнаты маньяку – претенденту на наше состояние. Но первое, чем она поинтересовалась сегодня, – это, конечно, предстоящая свадьба. Вот оно, заботливое материнское сердце…

После всего услышанного я пришла только к одному утешительному для нее заключению:

– Зато представь, как она на себе будет рвать волосы, когда вы расторгнете помолвку. Особенно если придумать что-нибудь, чтобы она косвенно оказалась в этом виновата.

Улыбка на лице девушки из наигранной тотчас превратилась в искреннюю и предвкушающую.

– Да, вот уж мы оторвемся.

К сожалению, на этом нашу небольшую передышку пришлось прервать. Все же на балу мы появились не затем, чтобы прятаться по углам, а совсем наоборот. Так что нужно выбираться из нашего укромного уголка и снова вливаться в высшее общество.

Как и ожидалось, долго нам в одиночестве простоять не дали. Почти сразу перед нами возник высокий мужчина с явно армейской выправкой, одетый в охристо-желтый камзол. Целитель, да еще и военный, неожиданно. В особенности этого бала внезапно обнаружился один несомненный плюс – можно было сразу понять, что за маг стоит перед тобой. Короткий поклон рыжевато-каштановой головы, и мне протягивают руку, приглашая на начинавшийся танец.

Делать нечего, как бы мне ни хотелось избежать этой необходимости, но танцевать придется – бал как-никак. Да и отказывать в данном случае будет невежливо, поэтому, бросив украдкой взгляд на рядом стоящую Флору, ободряюще подмигнувшую мне, я легко улыбнулась и приняла приглашение, вложив свою руку в жесткую горячую ладонь и направившись вслед за неизвестным спутником в центр зала.

Ладно, в конце концов все оказалось не так страшно, как мне казалось. Все-таки леди Клейрон не зря столько времени билась со мной. Движения уже не приходилось судорожно прокручивать в голове, тело само плавно двигалось в такт музыке, ведомое уверенными движениями моего партнера. Правда, несмотря на то, что мужчина вел себя в рамках приличий и руки не распускал, вскоре после начала танца я почувствовала что-то странное. Как будто где-то глубоко внутри меня что-то недовольно заворочалось, словно насторожившись. Внешне я продолжала мило улыбаться, а вот мысленно пыталась разобраться со своими ощущениями. И вот уже через несколько мгновений до меня наконец дошло, когда раньше чувствовала нечто похожее, и я похолодела от осознания. Этим плотным, неповоротливым нечто, что так недовольно реагировало на чужую близость, была моя собственная сила. Новая, некромантская. Примерно такие же ощущения я испытывала, когда только начинала к ней привыкать. Нет, я не боялась, что сила внезапно выйдет из-под контроля, просто присутствие чужого человека в моем личном пространстве заставило ее насторожиться. Это так странно… Когда я была целителем, такого не было, чтобы сила ощущалась как часть меня с практически собственным сознанием… В общем, как на это реагировать, я не знала, и стоило посоветоваться с Бриаром. Может ли быть, что, благодаря смене магии, у меня резко повысилась интуиция и эти недовольные ворчания внутреннего «я» свидетельствуют о том, что с партнером по танцу что-то не так и стоит присмотреться к нему повнимательней? Я стала бросать осторожные взгляды на своего кавалера, но ничего необычного не заметила. Мужчина внезапно решил прервать молчание.

– Как вам высшее общество и дворец? – вежливо задал он типичный вопрос.

Всему местному сообществу наверняка уже известна моя легенда – девушка-сирота из дворянского обнищавшего рода с внезапно объявившимся даром. Соответственно, каждый считал своим долгом поинтересоваться, какое впечатление на меня произвел первый выход в свет. Так и подмывало ответить «никак», но нужно было продолжать играть свою роль.

– Потрясающе, – постаралась я добавить в свой голос как можно больше восхищения. – Все такое красивое и сияющее.

– Как вас приняли в новой семье? – внезапно поинтересовался мужчина, продолжая уверенно вести меня в танце.

Вот такого вопроса мне еще никто не решался задать.

– Хорошо, – осторожно ответила я, старательно изображая доброжелательность. – Лорд и леди Клейрон крайне добры ко мне и помогли в трудный момент жизни. Я очень благодарна им.

– Это хорошо, – одарили меня теплой улыбкой. – Дамиан и Осбеорн на первый взгляд могут показаться мрачными и даже жестокими, но это не так. Так что я рад, что вам удалось найти с ними общий язык.

То, что незнакомец назвал обоих Бриаров по имени, может означать только то, что он с ними близко знаком. И это навело меня на определенные мысли о личности незнакомца.

– Они оба очень внимательны и помогли мне освоиться с новыми способностями, – гораздо искреннее, чем до этого, ответила я.

– И как успехи? – поинтересовался целитель, а мне вопрос не понравился. Простая ли это вежливость или попытка вызнать уровень моего владения магией?

– Не очень, – немного печально призналась я, определенно не собираясь кого-либо в этом зале посвящать в то, насколько хорошо я владею собственными силами. – Пока всего лишь научилась держать силу под контролем, чтобы не убить кого ненароком.

– Не переживайте, – успокаивающе сказал мужчина. – Вы еще молоды, есть время выучиться всему, тем более что оба ваших наставника – лучшие маги в своем деле.

Об этом мне и самой известно. Но, несмотря на так называемую универсальность, именно магия некромантии в крови отца и сына Клейронов наиболее сильна.

Музыка наконец закончилась, и меня отпустили, позволив тугому комку магии внутри ослабить свою настороженность. Мягко, но уверенно ухватив за руку, мужчина повел меня обратно к Флоре, которая оживленно болтала с вернувшимся Дамианом. Со стороны они смотрелись красиво. Яркая и необычно нежная сегодня Вегерос и как всегда серьезный и мрачноватый Бриар. Этакий контраст. Мысль о том, а насколько хорошо мы с ним смотрелись бы вместе, была поспешно закинута подальше и нещадно завалена более насущными и важными проблемами.

Дамиан заметил наше приближение, быстро, но цепко осмотрев и меня, и спутника, его лицо приобрело более расслабленное выражение, и с легкой улыбкой на губах он ожидал, когда мы подойдем ближе.

– А я-то думал, кто уже успел куда-то утащить мою новоиспеченную сестру? Не стоило и сомневаться, – с усмешкой заявил он вместо приветствия и протянул руку. – Давно не виделись, Дил.

– Давно, – согласился мужчина, отпуская меня и пожимая протянутую ладонь. – Ну так не моя вина. Это тебя никогда не поймаешь. Весь в делах.

– Потому что война – это дело периодическое, а вот преступления – перманентное. У тебя время прохлаждаться есть, а у меня, увы, нет, – заметил Бриар, и его собеседник рассмеялся.

– Хорошо, что мой отец не слышал, какого ты мнения о нашей доблестной армии. Затеяли бы тут долгий спор, а такое очаровательное окружение вряд ли оценит подобную тематику на балу, – отвесил он легкий поклон в нашу с Флорой сторону. – Может, уже представишь меня леди?

– А сам ты не успел? – изобразил удивление Бриар, но ответа ждать не стал. – Моя невеста леди Флоранс Вегерос ли Дерон. И моя, можно сказать, сестра, а скорее, подопечная, леди Кассандра Бриар тэр Клейрон.

Мы с Флорой присели в реверансах.

– А это, дорогие дамы, лорд Дилвин Имхер тэр Бхалтэйр, мой верный друг и извечный оппонент в спорах.

Что ж, в своих выводах я оказалась права, вот и первый из наших подозреваемых. И он же друг Дамиана. Насмешка судьбы, по-другому не скажешь.

– Зачем же так официально, – поморщился мужчина. – Леди, можете обращаться ко мне просто Дилвин, не надо загромождать общение всеми этими титулами и трудно произносимыми именами.

– Тогда зовите меня просто Флора, – сразу же согласилась Вегерос.

– А меня можно просто Касс, – подхватила я. Можно было предложить и Кассандра, но это имя слишком многое значит для меня, чтобы я могла спокойно слышать, как день за днем ко мне будут так обращаться. А Касс уже привычно.

– Всего пара минут знакомства, и ты уже на ты с моей невестой, – притворно возмутился Дамиан. – Ну и ушлый же ты субъект. Определенно, оставлять тебя с ней один на один нельзя. А то оглянешься, а у тебя уже невесту увели.

Непринужденный, шуточный разговор продолжался, а я украдкой наблюдала, как общается Дамиан со своим другом. Заметно, что военный для Бриара достаточно близкий человек. Будет обидно, если именно он окажется злоумышленником. Но не зря же во мне так сила всполошилась? Или зря… Сложно все с этим.

Надолго мужская беседа не затянулась. Дилвин покинул нас, он хотел найти в толпе свою сестру и привести ее к нам познакомиться.

– Как проходит вечер? – поинтересовался у нас с Флорой Дамиан.

– Количество жаждущих представиться превышает мою способность запоминать лица, – отозвалась я.

Вегерос понятливо усмехнулась, но сразу же помрачнела.

– Мои родители тоже жаждут лицезреть тебя, – призналась она Бриару.

– Так давай их поищем, – спокойно предложил он.

– Ты не понял, – еще больше нахмурилась девушка. – Я хочу, чтобы не мы, а они вообще за сегодняшний вечер нас не нашли. Даже если будут настойчиво рыскать по всему залу.

Дамиан внимательно посмотрел на нее, но потом понимающе кивнул.

– Не проблема.

– Вы с отцом как-то резко вместе пропали надолго. Что-то случилось? – поинтересовалась я у Дамиана.

– Нет, все хорошо, – успокоил он меня и пояснил: – Просто нужно было переговорить с несколькими людьми до того, как они дойдут до определенной кондиции.

Флора хищно усмехнулась. Очевидно, она поняла, какую именно кондицию магистр имел в виду. И, учитывая, где я проработала несколько последних лет, я тоже представляю, что может твориться в местах, где спиртное льется рекой, а в горячительных напитках на балу недостатка не было.

– Успели? – поинтересовалась Вегерос, делая глоток из своего фужера.

– Почти, – уклончиво ответил Бриар, бросив взгляд мне за спину и слегка насторожившись.

Я обернулась. Приближающийся к нам с исключительно самодовольным лицом блондинистый субъект показался подозрительно знакомым, а его вычурный костюм синих оттенков навел на мысль, что это водник, который вполне может быть менталистом. Неприятное сочетание – самовлюбленный менталист, для таких закон не писан.

Когда он подошел, меня внезапно осенило, почему его лицо мне знакомо. Это же он настойчиво пытался пригласить меня на танец, когда мы с Бриаром изображали «барона с любовницей». Неудивительно, что Дамиан так насторожился. И хоть узнать меня вряд ли можно, общаться с этим типом все равно не хотелось, но придется.

– Добрый вечер, прекрасные леди. Позвольте представиться, лорд Аерон Аеск тэр Битан, – расплылся парень в слащавой улыбке и, посмотрев на Дамиана, сухо бросил ему: – Лорд Клейрон.

Вот и еще один подозреваемый нарисовался. Просто необычно удачливый день. Интересно, если младший из двух кузенов тут крутится, старший тоже где-то неподалеку?

Началась очередная процедура всеобщего представления. Флора расточала милые улыбки, а я ограничилась более сдержанными. Но обойтись только этим дело не могло. И отдуваться почему-то опять пришлось мне.

– Леди Кассандра, позвольте пригласить вас на танец, – сказано было таким тоном и с таким выражением лица, что я удостоверилась – этот блондин не знал отказа у слабого пола. И мне нельзя отвергнуть его приглашение. В конце концов, в этом и состоит наша с Флорой главная задача – налаживать связи с подозреваемыми.

– С удовольствием, – просияла я, с внутренней дрожью опуская ладонь в его руку. На этот раз моя внутренняя тьма заворочалась сразу после прикосновения. То ли подозрительная больно, вся в меня, то ли реагирует на мою личную неприязнь.

Не успели мы далеко отойти, как я услышала голос Бриара, обращающегося к Флоре:

– Пожалуй, и нам пора присоединиться к празднующим. Окажешь мне честь и станцуешь со мной?

– Конечно, – не раздумывая, согласилась девушка.

Похоже, оставлять меня с Аероном вне поля зрения Дамиан не решился.

– Кассандра, я в восхищении, вы просто непозволительно красивы, – заявил Битан, стоило нам двинуться в ритме вальса.

Банально. Как бы мне ни хотелось, но делать замечание по поводу непозволительного обращения по имени не стоит. И про то, что расстояние между нами гораздо меньше, чем дозволено танцем, тоже надо бы промолчать. Слова на него вряд ли подействуют, а никак иначе отреагировать на явное нарушение этикета я все равно не смогу. Придется делать вид, что я этого не замечаю.

– Вы преувеличиваете, – мягко заметила я, чувствуя, что мой комочек тьмы внутри ощерился иголками.

– Нет, что вы, – поспешил возразить блондин. – Как только вы вошли в зал, я сразу заметил, что вы отличаетесь от всех. Ваша красота так свежа и естественна. Вы просто луч света в морозное утро.

«Ага, только темного света», – поддакнула мысленно, отметив, насколько права была императрица с будущими перспективами. Похоже, охота за «редкой птицей» уже началась.

– Ах, вы меня смущаете, – приторно рассмеялась я. – Уверена, вы говорите это каждой девушке.

Наверняка у него имеется целый список заготовленных фраз-комплиментов. Так сказать, набор первой необходимости – как запудрить мозги девице. И ведь, по словам Флоры, многие на эти речи ведутся.

Аерон продолжал вещать про мою неземную красоту, невероятное сочетание опасной силы и подобной хрупкости и прочую муру. А я на это мило улыбалась, в меру глупо хлопала глазами, в общем, пыталась флиртовать. И, судя по довольному лицу собеседника, мне это вполне удавалось. И эта игра принесла свои плоды, потому что уже к концу танца мне пообещали прислать приглашение для меня и Флоры на один из вечеров, устраиваемых его бабушкой. Правда, после этого мне пришлось отбиваться от настойчивого приглашения на следующий танец, но я отговорилась тем, что непривычна к подобным мероприятиям и слишком устала, чтобы продолжать.

Так что, к счастью, меня вернули в наш уютный угол и, восхитившись мною в последний раз, наконец оставили в одиночестве. Флора с Бриаром продолжали кружить в танце, а недалеко от них я с удивлением увидела вальсирующую чету Клейрон. Помня данное боевичке обещание, я осталась на месте ждать их возвращения, не особо переживая о своем одиночестве. В конце концов, защиты на мне почти как на императорской сокровищнице, так что ничего страшного за пару минут со мной не произойдет.

Но оказалось, что в этом углу я была не одна.

– Я смотрю, мой брат заинтересовался вами, – внезапно раздался голос за спиной.

Я вздрогнула от неожиданности и резко развернулась, чуть не расплескав вино из фужера, который только взяла. Там, прислонившись к стене, стоял высокий темноволосый мужчина с жесткими чертами лица. Что примечательно, тоже в синем костюме. И если судить по слову «брат», я в своих предположениях не ошиблась и ко мне явился старший из двух кузенов Гесим Вемрой. Что, и этот будет рассыпаться в комплиментах? Может, у них с Аероном игра такая, кто первый получит девушку? Выбирают жертву и отнимают друг у друга по очереди. Или их заинтересованность во мне вызвана чем-то иным?

– Как много сердец вы очаровали этим вечером? – скорее насмехаясь, чем пытаясь мне польстить, спросил он.

И я поняла, что этот льстить и рассказывать, сколь бесконечна моя красота, не будет.

– Не мне об этом судить, – спокойно ответила я с легкой улыбкой.

Мужчина промолчал, продолжая рассматривать меня, а я, не дождавшись ответной реплики, повернулась, чтобы наблюдать за танцующими.

– Красивые пары, не правда ли? – вновь подал он голос, появляясь рядом, и кивнул в сторону Флоры с Дамианом и его родителей, танцующих рядом.

– Несомненно, – согласилась я, не представляя, к чему эти бессмысленные вопросы. – И очень гармоничные.

– Я тоже так думаю, – кивнул Гесим, поигрывая таким же, как у меня, фужером в руке, и загадочно произнес: – Поэтому никак не могу понять, кто же из двух…

– Что «кто из двух»? – нахмурившись, спросила я.

– С кем из Клейронов вы спите, – невозмутимо заявил он, бросив на меня насмешливый взгляд. – Осбеорн уже достаточно давно в браке, чтобы не захотеть разнообразия, а Дамиан достаточно самонадеян, чтобы притащить в дом любовницу и заставить признать сестрой.

Я, конечно, ожидала, что кто-нибудь из высшего общества об этом обязательно подумает или начнет шушукаться, распуская грязные сплетни, но то, что Гесим решился высказать свои «размышления» мне в лицо, говорит либо о его невероятной наглости, либо о безнадежной тупости.

– Не боитесь подобных высказываний в сторону двух сильнейших некромантов в присутствии третьего, пусть и не такого сильного, но тоже владеющего темной магией? – ледяным тоном спросила я.

– Побежите жаловаться? – насмешливо поинтересовался он. – Ну тогда я точно узнаю, кто из этих двух победитель.

С тем, что же у этого субъекта преобладает – наглость или идиотизм, я не разобралась. Зато точно поняла, что в паре кузенов ведущий и управляющий именно этот. Аерон слишком ветреный, чтобы быть зачинщиком чего бы то ни было.

Я отвернулась от Вемроя, теперь уже намеренно изображая ледяную оскорбленную ярость.

– Никаких попыток оправдаться? – не желал он оставлять меня в покое.

– А смысл? – холодно отозвалась я, даже не повернувшись в его сторону. – Вы останетесь при своем мнении, а я только потрачу время и слова.

– Оскорбленная невинность, – хмыкнул Гесим и склонился ближе к моему уху. – Ну ладно, ладно. Но все же любопытство меня не оставит, признайтесь, кто из двух?

И меня вдруг посетило вдохновение. Я бросила на мужчину хитрый и вроде как опасливый взгляд.

– И Дамиан, и Осбеорн прекрасные люди. Любая была бы рада быть рядом с каждым из них. Но если уж выбирать, я выберу… ее, – я ткнула пальчиком на Флору.

Мужчина ошалело на меня вылупился, тут же растеряв всю самоуверенность.

– Что? – пораженно проговорил он.

– Невероятная девушка, – шепотом поделилась я с ним, сама поражаясь тому, что несу. – Страстная, яркая. Она одна стоит их обоих.

И ведь ни слова не соврала. Эффектная, до безумия обожающая свое оружие, а уж зараза ядовитая такая, что десятерых стоит, а не только Дамиана с его отцом.

Где-то рядом раздался смешок, и Гесим, осознав, что наше тет-а-тет нарушено, поспешил скрыться. Я повернулась посмотреть, кому должна быть за это благодарна, и… наверное, впервые за вечер улыбнулась искренне.

Мы встречаемся уже в четвертый раз, пусть и мельком, а я все никак не узнаю, как его зовут. А ведь он мне пусть не жизнь, но здоровье-то спас.

– Леди Кассандра Клейрон, – присела я в реверансе, решив не только соблюсти этикет, но и в конце концов познакомиться с высоким блондином, определенно северного происхождения, который в последнюю нашу встречу снял с моей спины Флору.

– Вайнн Матэмхейн, – представился он, правда, почему-то без титула. Ну, мне-то все равно, просто в высшем обществе подобное странно. – Зря вы это сказали, – заметил он, подойдя ближе, и тоже обратил свой взгляд на танцующих. – Теперь поползут слухи определенного толка.

– А слухи в любом случае были бы, – пожала я плечами. – Я просто добавила им несуразности. Когда люди услышат, что я сплю с Дамианом, они станут сочувствовать Флоре. Потом пойдет слух, что я сплю с лордом Клейроном, и окружающие будут возмущаться таким непотребством. А апофеозом станет слух, что это Флора моя любовница и покровительница. После чего все просто посмеются, осознав, что все сплетни про меня и семью Клейрон – вранье.

– Мудро, – оценил мои суждения страж. – Но сначала вам придется пережить эту череду слухов.

– Это далеко не самое страшное, что мне приходилось испытывать в жизни, – усмехнулась я в ответ.

– Тогда, думаю, за вас не стоит больше переживать, – легко улыбнулся он мне и, бросив очередной взгляд на танцевальную площадку, поспешил откланяться. – Что ж, приятного вечера.

Я подивилась такому стремительному уходу, но почти сразу заметила, что ко мне возвращаются Дамиан с Флорой. Что ж, теперь все ясно: Матэмхейна подрядили присматривать за мной на этом мероприятии в отсутствие основных «охранников».

– Все хорошо? – настороженно поинтересовался Бриар, оказавшись рядом.

– Все просто прекрасно, – уверенно кивнула я и повернулась к девушке. – Похоже, в ближайшее время мы с тобой будем приглашены на чайный вечер к старухе Битан.

Я похвасталась своими успехами, искренне надеясь, что небольшое недоразумение со старшим из кузенов не разрушит этих планов. Все же подобраться ближе к их маленькой компании нам крайне необходимо.

– Да, ты преуспела, – усмехнулась девушка. – Хотя чему тут удивляться, ко мне представители мужского пола лишний раз и подойти боятся. А все из-за него.

Она шутливо ткнула Дамиана кулачком в бок.

– Это еще почему? – изобразил он удивление.

– Очевидно же! Боятся навлечь гнев сурового некроманта, – продолжала издеваться Флора.

– А моего гнева, значит, не боятся? – скептически уточнила я. – Я ведь тоже в общем-то некромант, во всяком случае, если судить по моему платью.

– Ты слишком красива, чтобы всерьез опасаться тебя, – вздохнула Флора. – Да и как объект для знакомства ты более привлекательна. Девушки будут избегать тебя из зависти, а мужчины меня – из страха перед женихом.

Но она ошиблась. Наверное, после пары «первопроходцев» общество осознало, что не так страшны некроманты, как их малюют, и желающие познакомиться с нами потекли рекой. Мне пришлось пережить череду нескончаемых танцев. Я уже не особо запоминала имена и лица, потому как наиболее интересующие нас персонажи более не объявлялись в числе приглашающих меня кавалеров. Правда, в один из перерывов между вальсом и гавотом все же состоялось довольно приятное и в то же время полезное знакомство.

Дилвин, как и обещал, отыскал-таки в этой толпе народа свою сестру и привел к нам. Это было весьма кстати. В досье написано, что из всей семьи он наиболее близок именно с сестрой. Подобраться непосредственно к нему и мне, и Флоре будет довольно сложно – все-таки слишком разные интересы, да и возраст. Зато к этой девушке подход найти вполне можно. А там вызнать кое-что, пусть и не особо приметное для нее, но полезное для нас. Хотя я была уверена, что разработкой этого подозреваемого Дамиан займется лично, но некоторая помощь с нашей стороны лишней не будет.

Эйдит мне очень понравилась, и я в очередной раз мысленно помолилась всем богам, чтобы ее брат не оказался замешан в преступлении. Целеустремленная, серьезная и явно сильная духом девушка. По ее уверенному взгляду и гордой осанке сразу было ясно, что она представительница династии потомственных военных. Эйдит была высокой, почти со своего брата ростом, но при этом довольно хрупко сложенной, по крайней мере, на первый взгляд. Флору тоже не назовешь крепкой и мускулистой, но в ее силе я убедилась на собственной шкуре. Зато в этом определенно есть для них огромное преимущество – противник может не воспринять серьезно хрупкую девушку, подарив тем самым ей прекрасную возможность для победы.

А еще мне понравилось, что, в отличие от большинства в этом зале, Эйдит смотрела на нас с Флорой с искренней доброжелательностью, без тщательно скрываемого презрения, подозрения или насмешки. Она действительно была рада с нами познакомиться и явно не считала, что я могу быть чьей-то там любовницей, а Флора – охотницей за деньгами. В этой толпе честолюбия и лицемерия было приятно встретить такую откровенность.

И это было далеко не единственной ее особенностью. Девушка оказалась обладательницей чрезвычайно редкого дара – магией металла. Их примерно столько же, как и некромантов, на всю империю едва ли с десяток наберется. Удивительная магия, позволяющая буквально из воздуха создавать всевозможное металлическое оружие разной величины или в мгновение ока сотворить броню, а также преобразовывать металл в любой вид и форму. Я подозреваю, что отец Эйдит или еще кое-кто из предков тоже являлись обладателями такого дара. Одна легенда, после того, как мне сказали, что она является правдой, внезапно раскрыла глаза на многие вещи. Например, на то, что некромагия появилась в нашем мире с появлением предка Бриара. А вот магия металла, наверное, пришла вместе с воином, покинувшим свой мир. Возможно, и все остальные магии принесли в наш мир переселенцы, ставшие основателями империи и родоначальниками высших родов.

Единственное, что смущало, почему же из двух наследников семейства потомственных военных дар металла достался младшей сестре, а не старшему брату, которому по преемственности и перейдет звание главы рода. Но нет, ему достался совершенно нетипичный дар целителя. Хотя, на мой взгляд, это просто невероятная удача для военного – иметь возможность на поле боя не только сражаться, но и спасать жизни своих товарищей, да и себя лечить.

Долго рядом с нами парочка не задержалась и, пообещав тоже прислать приглашение на ужин или найти какой-нибудь другой повод для встречи, затерялась в разноцветной шумной толпе.

Вечер продолжился все тем же потоком учтивых кавалеров и дам, чьи имена я даже не запоминала. Как же это, оказывается, утомительно – быть великосветской леди. В мелькании незнакомых лиц одно меня на мгновение выдернуло из этого круговорота. Точнее, не лицо, а глаза очередного партнера по танцу чем-то меня зацепили. Он смотрел на меня, но словно не видел или видел, но не меня. Взгляд его был очень печален, хотя он и улыбался. Я попыталась вспомнить, как зовут этого шатена в красном одеянии огневика, но поняла, что либо у меня совсем уж отвратно с памятью, либо он мне его просто не называл. И кто знает, что меня дернуло сказать внезапно вслух:

– Я вижу, вам грустно, и, кажется, этот танец вы хотели бы разделить с кем-то другим.

– Вы довольно проницательны для вашего возраста, – неожиданно не стал он отрицать моих наблюдений.

– Так к чему мучить нас обоих? – недоуменно спросила я. – Я, признаться, уже полностью стоптала свои новые туфли и ноги переставляю еле-еле, так что не буду в обиде, если мы прервем этот танец.

– Тогда почему приняли приглашение? – лукаво улыбнулся он.

– Ну… – замялась я. – Это же мой первый бал. Я думала, что с моей стороны будет невежливо отказывать кому бы то ни было хотя бы в одном танце.

– Забудьте о том, что вежливо, а что нет, – посерьезнев, заметил он. – Вы теперь обладаете статусом, который позволяет вам высказываться и вытворять практически что угодно, но до тех пор, пока это не будет идти вразрез с императорской властью. Общественное мнение и пересуды для вас теперь не закон.

Эта фраза мне не очень понравилась. Определенно, аристократия избалована вседозволенностью, предоставляемой статусом, положением и деньгами. Этого мужчину я не находила отталкивающим, что не мешало моей тьме все так же недовольно копошиться внутри при его прикосновениях, но вот это его высказывание… как будто вырвано из чуждого ему образа.

– Я вас обидел, – неожиданно чутко отметил он смену моего настроения, что тоже меня слегка насторожило. Уж больно внимателен.

– Нет, – гораздо холоднее, чем ранее, отозвалась я. – Вы высказали свое мнение, я приняла его к сведению. Но позвольте вернуться к моему предыдущему вопросу. Что мешает вам закончить этот танец и найти ту, с которой вам действительно хочется танцевать? В партнершах недостатка здесь нет, тем более куда более искусных, чем я.

– Леди Клейрон, все мы играем здесь навязанные нам роли, – с той же грустью в глазах проговорил он. – И, имея безграничную, казалось бы, власть и возможности, ограничены в самых простых и самых важных желаниях. Эту горькую истину вам еще предстоит познать и научиться играть по этим правилам. Поэтому не могу поздравить вас с повышением вашего статуса. Хотя стоит признать, что именно семья Клейрон не будет ломать вас под здешние устои. И вы правы, если танец не доставляет удовольствия хотя бы одному из пары, не стоит продолжать это бессмысленное занятие.

Он остановился и, взяв меня за руки, аккуратно лавируя меж танцующими парами, провел обратно к тому месту, где оставались Флора с Дамианом. Правда, сейчас там стояла лишь леди Алария.

Мужчина коротко поприветствовал ее и, кивнув мне напоследок, ушел.

– Леди Клейрон, кто это был? – тихо спросила я, придвинувшись к ней поближе.

– Не узнала? Хотя да, письменное описание и портрет иногда сложно соотнести с реальным образом. Это Вилмар Адальштейн. Хороший мальчик. На мой взгляд, по крайней мере. Мы не слишком много общались, – благосклонно произнесла она.

Гм, если припомнить досье, по возрасту, да и внешне, на мальчика он никак не тянул. Ну, здравствуй, подозреваемый номер четыре. Я снова бросила взгляд в ту сторону, куда ушел мужчина. Что же все-таки я в нем почувствовала?.. Не знаю, что-то надрывное и удивительно близкое мне. А еще… совершенно нетипичные для высшего аристократа мысли. Стоит приглядеться к нему.

К счастью, ничто не может длиться бесконечно, в том числе и этот проклятый бал. Когда леди Клейрон сообщила, что вскоре наконец-то можно будет собираться домой, радости моей не было предела. Да, я еще не успела встретиться лицом к лицу со всеми подозреваемыми, но на такой подарок судьбы и не рассчитывала. Четверо из семи – уже неплохо, больше, чем я ожидала. В любом случае все мы будем крутиться в одном обществе, и нужные встречи рано или поздно произойдут. Тем более лето, как мне объяснили, – это период постоянных балов, праздников, званых вечеров и прочих мероприятий, собирающих все высшее общество. А пока будем разбираться с тем, что уже имеем.

Но без завершающего штриха в этот вечер мы, конечно, никак не могли обойтись.

– Бал подходит к концу, а я ни разу не смог пригласить собственную сестру на танец, – с легкой улыбкой заметил Дамиан, а я подняла на него удивленный взгляд.

Протянутая в мою сторону рука не оставляла сомнений, что он настроен серьезно. Ну что ж, если я пережила сегодня с десяток танцев с совершенно незнакомыми людьми, то последний, с Дамианом, как-нибудь осилю. Я вложила свою руку в его ладонь и проследовала за ним на середину зала. С музыкой нам неожиданно повезло, медленные, плавные переливы позволяли немного отдохнуть даже в танце. Да и партнер в этот раз не вызывал ни внутреннего раздражения силы, ни внешнего неприятия, и впервые за сегодняшний вечер я позволила себе расслабиться в чужих руках.

– Устала? – участливо спросил Бриар, ведя меня в танце.

– Очень, – честно выдохнула в ответ. – Слишком много людей, общения и бесконечных фальшиво-вежливых улыбок.

– Такова доля аристократии, – усмехнулся он. – Расточать вокруг улыбки, внутренне исходя ядом к собеседнику.

– Мерзко все это, – тихо прошептала себе под нос.

– Не спорю.

И мы замолчали, а танец все продолжался. Плавные движения, теплые руки, нежно и в то же время очень уверенно держащие меня в объятиях – все это успокаивало и слегка убаюкивало. Лишь понимание, что это выйдет за рамки наших ролей и увеличит и без того бурные слухи, удержало меня от того, чтобы прикрыть глаза и, положив голову на плечо Дамиана, уютно дремать, будучи уверенной, что мне не дадут упасть и защитят от любой опасности.

Что ж у меня за жизнь такая или, может, голова бедовая, что приступы нежности на меня накатывают в самые неподходящие моменты.

Но в удовольствии прикрыть глаза и просто раствориться в движении и ощущениях я себе не отказала, в этом ничего подозрительного заметить нельзя. Правда, возобновить беседу все же пришлось. Зная занятость Бриара, есть вероятность, что после окончания бала мы не увидимся, так что стоило прояснить вопрос сразу.

– Я хотела бы поговорить с тобой после бала, – промолвила тихо, слегка приоткрыв глаза, чтобы видеть выражение его лица.

– Что-то случилось? – насторожился он.

– Ничего особо страшного, – поспешила успокоить его, надеясь, что сегодняшнее странное поведение моей силы – это действительно нестрашно. – Просто хотелось бы прояснить кое-какие моменты.

– Это срочно? – уже более спокойно спросил он. – До завтрашнего утра не подождет?

Я даже не стала задумываться над этим вопросом.

– Подождет, – решительно заявила я. В конце концов, с объятиями ко мне больше никто из посторонних лезть в ближайшее время не должен, а ни на что другое такой реакции моей силы не было, значит, переживать не стоит.

Музыка стихла.

– Благодарю за танец, – с легкой улыбкой проговорил Дамиан и, не разрывая зрительного контакта, коснулся губами моей затянутой в кружевную перчатку ладони.

А я улыбнулась в ответ, искренне и нежно, не задумываясь, что о нас подумают и скажут. Но, как и бал, окончания которого я ждала с таким нетерпением, это мгновение между нами не могло длиться вечно. Стоило отвести взгляд от черных, мерцающих и затягивающих глаз, как сразу вернулись гул окружающих нас людей, уже раздражающая яркость нарядов и коробящая сердце зависть и лицемерие в их глазах.

Леди Клейрон следила за нашим приближением, из чего могу предположить, что и за танцем она тоже наблюдала. Лорд Клейрон о чем-то негромко переговаривался с Флорой.

– Кто-нибудь будет против того, чтобы завершить сегодняшний вечер? – спросил Дамиан, и возражений его предложение не встретило.

Флора, бодро подхватив меня под руку, уверенно потянула в сторону выхода из зала, даже не став дожидаться остальных.

– А подойти попрощаться с императорской четой нам не надо? – тихо поинтересовалась я.

– О чем ты, милая?.. – усмехнулась девушка. – Они уже давно удалились. Всех поприветствовали, ученых поздравили, пару танцев станцевали, и все, большего от них не требуется. Как хорошие хозяева, оставили гостей развлекаться самих.

Дамиан, коротко переговорив о чем-то с отцом, взял под руку свою мать и последовал за нами. Сам же лорд Клейрон, видимо, остался и дальше выполнять служебные обязанности.

Порадовало, что ехать обратно на карете нам не предстояло. Не то чтобы дорога была длинной и утомительной, но все равно сделать всего лишь шаг и оказаться в своей комнате куда приятнее. Первой отправили домой леди Аларию. Но, прежде чем уйти, она сделала шаг ближе к сыну и тихо сказала:

– Родной, я все понимаю, но будь аккуратнее. Девочку и так будет окружать множество слухов, и твое поведение, пусть и невольное, совершенно не помогает.

Женщина бросила на меня украдкой хитрый взгляд, явно заранее зная, что я, стоявшая рядом с Дамианом, ее услышу. Я поспешила отвернуться и сделать вид, что ничего не заметила, искренне надеясь, что не покраснела.

После чего леди тепло попрощалась с нами и исчезла в портале. Пара мгновений, пока Дамиан перестраивал точку выхода, и нам уже тоже пора.

– Не ждите меня, отдыхайте, девушки, – кивнул он нам с Флорой.

Последний взгляд глаза в глаза, и мы вышли в хорошо знакомой нам библиотеке.

– Фу-у-ух, – совершенно некультурно выдохнула Флора и, не церемонясь, сбросила с ног туфли.

Потом, задрав подол платья до колен, плюхнулась в кресло у камина и положила ноги на маленький столик, стоявший перед ней.

– Не знаю, как ты, а я голодная как волк, – проговорила она. – Как насчет безумно вредного ночного перекуса?

– А почему бы и нет, – согласилась я и последовала ее вредному примеру.

Правда, помимо скидывания туфель и закидывания ног на стол, я еще кое-как вытащила из декольте стилет.

– И зачем только брали?.. – возмутилась я, кидая его на стол рядом с нашими затянутыми в чулки ногами.

– А ты хотела, чтобы он пригодился? – насмешливо вскинула бровь девушка.

– Ладно. Хорошо, что не пришлось им воспользоваться, – согласилась я, откидываясь на кресле и прикрывая глаза. – И кто-то обещал мне ночной перекус.

– Сейчас устроим, – уверенно заявила Флора, и по комнате разнесся звук колокольчика.

Поздний ужин или ранний завтрак нам действительно принесли быстро. Видимо, прислуга прекрасно осведомлена, в каком состоянии господа являются с балов, поэтому все уже было готово. Так что нам пришлось снять ноги со стола, не только соблюдая приличия перед персоналом, но и освобождая стол для тарелок.

Во время еды было решено поделиться новостями сегодняшнего вечера. Несмотря на то что мы, считай, были на балу вместе, так получилось, что видели друг друга не так уж много. То я где-то с кем-то танцую, то она. Я пересказала Флоре разговор с Гесимом Вемроем, тем более что в чем-то он касался непосредственно ее и о возможных слухах я была обязана ее предупредить. Хохот Флоры после услышанного был вполне ожидаем.

Но встреча с одним из кузенов – не единственный момент, который девушка пропустила. Был еще танец с торговцем Вилмаром, оставивший после себя неясные ощущения. И, пересказывая все Флоре, я снова пыталась анализировать каждый жест и каждое слово мужчины в поисках подсказки, но приходила только к одному выводу, не дающему нам ничего.

– Насколько я могу судить и если это не просто искусная игра, чтобы запутать нас, то, похоже, он в кого-то несчастливо влюблен, – заключила я. – Причем, кажется, дело не в том, что любовь безответна. По каким-то причинам возлюбленная ему недоступна. Не знаю, может, замужем или чья-то невеста, хотя, скорее всего, просто положением не вышла.

– А я бы на последнюю версию не столь рассчитывала, – возразила мне девушка.

– Почему? – удивилась я.

Мне-то казалось, что это, наоборот, самая распространенная причина несчастной любви у аристократов. Хотя не мне об этом рассуждать, я не так много знаю об этой среде.

– Касс, потому что он высший, – снисходительно напомнила она мне очевидный факт и, поняв, что я ее довод не восприняла, объяснила точнее: – При его положении он может себе позволить жениться на ком угодно. Абсолютно. Кроме разве что продажной девицы, потому что это слишком даже для высшей аристократии. А вот на прачке, кухарке, крестьянке и так далее – за милую душу. И его никто не посмеет осудить.

– Почему? – все равно не поняла я причин такого.

– Это объяснить сложнее. Просто исторически сложилось, такие случаи в семьях высших нередки. Гораздо чаще, чем у остальной аристократии. Чем они руководствуются – неясно, но, как говорится, слухами земля полнится. А слухи такие – ты ведь знаешь, что высшие не совсем как мы? – Флора тщательно подбирала слова, не подозревая, что я осведомлена куда больше ее о том, какие высшие «не такие». – Не то чтобы совсем другая раса, но что-то к тому близкое. Так вот, поговаривают, что семьи они устраивают исключительно из сильных чувств, по великой любви, потому как в противном случае могут возникнуть проблемы с деторождением и наследованием специфики крови и дара. Но, подчеркиваю, это только слухи, и я даже подозреваю, что фантазии романтично настроенных и влюбленных барышень-аристократок, оправдывающих, почему между ней и той же кухаркой высший выбирает кухарку.

Очевидно, что сама Флора в эту сказку не верит, но при этом в том, что высший лорд может жениться на простушке, не сомневается. Вот такой вот парадокс.

А вот я столь категорична не была, поскольку истинную историю происхождения этих высших знала. И вполне возможно, что некоторые из родов действительно ограничены непременным условием наличия у пары истинной любви, но не все. В родословную этих семейств я слегка погружалась и всего не упомню, но повторные браки там имелись, что рушит эту прекрасную теорию. Но все же на заметку этот факт взять можно.

– Значит, ты считаешь, что дама сердца Вилмара замужняя или чужая невеста? – уточнила я.

– Возможны еще варианты, – усмехнувшись, заметила она. – Сплетничают, что он вообще к девушкам равнодушен, а ты тут про какую-то влюбленность.

– Так, может, потому и равнодушен к другим, что нужна ему только та, единственная? – возразила я.

– Не ожидала… – с хитрой улыбкой протянула девушка. – А ты у нас, оказывается, романтик. Веришь в любовь на всю жизнь?

– Нет, я, скорее, реалист, – с легкой горечью усмехнулась в ответ. – Верить-то верю, но для меня такая любовь скорее исключение из правила, которое его подтверждает.

– Значит, никакой ты не романтик, а самый настоящий циник, – заявила она. – Печально живешь, подруга.

А я лишь фыркнула в ответ.

– Зато из тебя так и плещет наивностью, – подколола ее в ответ.

– Да что ты обо мне знаешь?.. – притворно надулась Флора. – Я, может, глубоко в душе ранимая и тонко чувствующая личность.

– В одном ты точно права. Глубоко, – съязвила я, и Флора усмехнулась.

– Ладно, пора уже снимать эти платья, расплетать прически и ложиться спать, – заявила девушка, поднимаясь из кресла.

– Вот с этим спорить не буду, – согласилась, чувствуя, как отступившая усталость накатила с новой силой.

Вяло распрощавшись, мы разбрелись по своим комнатам до следующего утра.

Часть вторая

Утро для меня началось гораздо раньше, чем я ожидала, с незапланированной, но очень приятной встречи.

Что-то мягкое тыкалось мне в щеку и привычно повторяло:

– Вставай уже, вставай, ну вставай же.

В сонном сознании промелькнула мысль, что, судя по яркому свету, пробивающемуся даже сквозь закрытые веки, солнце встало уже давно, а значит, на занятия я опоздала, так что можно особо не спешить и поспать еще немного. Лишь через пару мгновений до меня дошло, что учебная жизнь закончена, а того, кто бубнит у меня над ухом, я не видела довольно давно. И осознание этого разбудило меня быстрее всех предыдущих тычков.

– Храааан! – радостно вскочила я на кровати, прижимая к себе усатую морду.

– Тише ты, задушишь, – прохрипел он, упираясь всеми лапами.

И я, напоследок еще разок стиснув покрепче, все же отпустила любимого кота, с улыбкой уставившись на него. Вот только почему-то он долгожданной встрече не радовался. Хран был мрачен и избегал заглядывать мне в глаза.

– Что случилось? – настороженно поинтересовалась я. – Ты нашел что-то еще в библиотеке? – заподозрила, зная, что несколько последних недель кот старательно разбирал, что же находится во вновь открытой нами части.

– Нашел, но не в библиотеке, – хрипло признался он и поднял на меня несчастные глаза. – Касс, я должен тебе кое-что сказать. Пожалуйста, выслушай меня внимательно и не перебивай.

Я удивленно кивнула.

– Я давно об этом догадывался, – начал он с непонятной фразы. – Когда мы нашли с тобой первую часть библиотеки и я узнал, кто ты, появились подозрения. Но вчера они подтвердились. Я познакомился с Арагрусом. Ты знаешь, кто это?

Я отрицательно покачала головой.

– Это дух-хранитель семьи Клейрон. Тот, кто оберегает их наследие, их жизни, благословляет браки и вручает родовые украшения. Не сказать, что я удивлен, что он не вышел с тобой на контакт, духи довольно замкнуты, а Арагрусу еще досталась специфическая внешность. Но дело не в этом… Понимаешь, Касс, он меня узнал.

Я по-прежнему недоуменно смотрела на него. Мы же больше месяца прожили в родовом замке Клейрон, неудивительно, что их дух его узнал.

– Не понимаешь, – правильно заключил кот и тяжело вздохнул, а его пушистый хвост нервно заметался по кровати. – Он меня узнал, потому что мы были знакомы давно, еще до нашей встречи с тобой.

А вот тут до меня, наконец, дошло. Хран узнал, откуда он!

– Касс, я был духом-хранителем твоего рода, – тихим голосом произнес кот и поднял на меня глаза, полные боли. – Я должен был защищать тебя и твою семью. Но я не смог, и ты потеряла все. Даже саму себя.

Я молча смотрела на Храна, переваривая его слова и понимая, что и сама об этом догадывалась. Особенно после того, как Дамиан сказал, что это библиотека моей семьи. А ведь Хран с ней тесно связан. Но я упорно гнала от себя все мысли и о библиотеке, и обо всем, как-то связанном с моей семьей. Поэтому знание было, а вот осознания этого факта – нет. Но теперь уже не спрячешься. Теперь нам обоим придется посмотреть правде в глаза. И я не могла произнести ни слова, но, похоже, и не нужно.

– Я так виноват перед тобой… Но кое-что могу сделать, чтобы хоть немного загладить свою вину. – Кот заметно напрягся и продолжил: – Я не помню ничего из того времени. Все мои воспоминания начинаются с нашей встречи в академии. После смерти твоей семьи я потерял все силы и теперь лишь отголосок, эхо того, кем я был когда-то. Поэтому и магии у меня своей никакой нет. Только работа с потоками. Но можно попытаться вернуть мне прежнюю форму, а вместе с ней и воспоминания. Шанс небольшой, но он есть. В ту страшную ночь в доме меня не было, поэтому рассказать, кто там был и что случилось, я, к сожалению, не смогу.

– Почему ты так думаешь? – хрипло перебила я его.

– Арагрус сказал, что каждый из духов способен на единовременный мощный всплеск энергии. В самом крайнем случае он спасет всех его подопечных, обеспечив им абсолютную защиту как минимум на десять часов. Но этот всплеск фатален для хранителя. Соответственно, если бы я был там, то твои родные были бы живы, а вот меня здесь уже не было бы. Я не знаю, почему так получилось и где я был, – начал яростно оправдываться кот, а потом снова сник. – Это лишь слова, случившегося они не изменят. Но возможность узнать есть.

– В чем подвох? – тихо спросила я. Потому что понятно, что если бы все было просто, он сначала провел бы этот самый ритуал, а потом уже пришел и рассказал все.

– Нет гарантии, что ритуал сработает, – произнес хранитель. – Все пройдет правильно, если во мне сохранилась хоть капля собственных сил, а определить это сейчас никак нельзя. Если же этой капли не будет или она окажется слишком маленькой… меня развеет мощью заклинания.

Я судорожно вздохнула.

– Нет-нет, – поспешно подскочил кот ко мне. – Я не собираюсь взваливать это решение на тебя, ты их уже достаточно в своей жизни приняла. Но я посчитал, что просто так уйти и бросить тебя, как бросили все остальные, будет жестоко. Я должен был прийти и рассказать тебе все, чтобы, если что-то пройдет не так, ты знала.

Хран покаянно склонил голову, и даже уши, ранее всегда торчавшие на макушке, опустились, выражая смирение и толику страха перед грядущим. Я смотрела на него, такого на самом деле маленького, всегда ведущего себя со мной как старший, такого пушистого и безумно родного, и решила.

Широкий замах, и смачный подзатыльник снес кота с кровати.

Раздался болезненный мяв, но он не сказал ни слова, молча забрался обратно на кровать и только после этого рискнул посмотреть на меня. И застыл, видимо, наконец увидев слезы в моих глазах.

– Не смей, – прошипела я. – Не смей этого делать! Даже слышать ничего не хочу. Говоришь, ты виноват и хочешь загладить вину? Ты ее усугубляешь! После потери семьи ты собираешься лишить меня последнего родного и близкого существа! Нет уж, так легко ты не отделаешься! Хочешь искупить вину? Так ты это постоянно делаешь, находясь рядом со мной и помогая мне! А об этом чертовом ритуале даже не смей заикаться. Назвать мне имя убийцы ты все равно не сможешь, остальное не имеет значения. Забудь и больше никогда не заговаривай об этом! Один раз я тебя чуть не потеряла по своей глупости, больше этого не повторится.

Хран смотрел на меня, и маленькие капли скатывались по его мордочке, запутываясь в белой шерсти. Я не знала, что коты умеют плакать. Да и хранители тоже.

Он подошел ко мне ближе и уткнулся головой в грудь.

– Касс, ты уверена? – глухо спросил он. – Не пожалеешь?

– Я много о чем жалею, о сказанных словах, поступках или бездействии, но этот момент определенно не войдет в их число, – уверенно проговорила я, прижимая Храна к себе.

К демонам все! Лишиться последнего родного существа ради призрачной надежды я не намерена. Сами разберемся.

Раз уж утро у меня уже началось с серьезного разговора, я решила не откладывать и второй и, выяснив, что перенес кота в мою комнату Бриар, отправилась искать его.

Обойдя полдома, я наконец нашла его в кабинете на верхнем этаже. Обстановка была гораздо аккуратнее по сравнению с тем, что творилось в управлении, и вместо шкафов стены заняты более интересными вещами. Огромные схемы, множество записей, прикрепленных в порядке, понятном, вероятно, одному лишь хозяину. От некоторых записей к другим бумагам тянулись черные нити, образовывая причудливую, хаотичную паутину.

Похоже, не одна я предпочитаю визуальный подход к работе. Очевидно, что эти стены занимали лишь самые сложные, самые важные дела. И сейчас таким являлось мое, потому что в центре самой крупной паутины располагался небольшой квадратик с острой порывистой надписью: «Кэрридуэн». Хотелось бы, конечно, повнимательнее рассмотреть все это нагромождение, но я сюда пришла по другому вопросу.

Дамиан сидел за столом и хмуро изучал какие-то документы, но стоило мне войти, как он оторвался от бумаг и тепло улыбнулся.

– Рановато ты проснулась после вчерашнего, – заметил магистр и кивнул в кресло напротив стола, приглашая садиться. – Кофе будешь?

Он кивнул на поднос с кофейником и парой фарфоровых чашек, стоявший на краю стола, подальше от ценных бумаг.

– Буду, – согласилась я.

Забралась в кресло с ногами и, дотянувшись до горячего металлического кофейника, разлила ароматный напиток по чашечкам, одну пододвинув к Дамиану.

– Я-то, может, и рано встала, а вот ты, похоже, совсем не ложился, – ворчливо проговорила я, отметив, что он все еще в том же костюме, в котором был на балу, разве что снял камзол.

– Работа такая, – усмехнулся магистр, видя мою недовольную мордашку, отодвинул бумаги в сторону и уже с серьезным лицом спросил: – О чем ты хотела поговорить?

Я вздохнула, сделала глоток ароматного кофе, чтобы взбодриться, и стала пересказывать вчерашние странности поведения моей силы, стараясь как можно точнее описать свои ощущения, чтобы Дамиан понял, что же со мной происходило. Правда, похоже, он и так это прекрасно понимал, потому как чем дольше я рассказывала, тем больше лицо его светлело, а на губах мелькала сдерживаемая улыбка.

– Милая, – он тепло улыбнулся, – можешь не переживать, ничего страшного не произошло. И, наверное, мне стоит извиниться.

– За что? – с подозрением уставилась я на него.

– Потому что это было недовольство не твоей силы, а моей. Впрочем, не только силы, – покаялся он, но, судя по лукавым глазам, нисколько не раскаивался.

– Как это? – не поняла я.

Это что еще за выверты? Может, теперь еще очнулся и неожиданно прогрессировал мой корявый дар эмпата, доселе не особо помогавший в жизни?

– А вот это действительно удивительно. Наша с тобой связь аур, с помощью которой я могу отслеживать твое состояние и магическую активность, должна быть однонаправленная, – объяснял он. – Но по каким-то причинам она приобрела небольшой двусторонний эффект. Поэтому до тебя донеслись отголоски моего недовольства. А так как связь основана на магии, ты ощутила эти волнения именно как колебания силы.

– По каким-то причинам? – чутко уловила я недоговоренность в этих словах. – Которые ты не знаешь?

– Предположения есть, но я ими делиться с тобой не буду, – усмехнувшись, заявил мне Дамиан.

– Почему? – возмутилась я.

А он, протянув руку через стол, подхватил мою ладонь, нежно коснулся пальчиков поцелуем и, не отрывая от меня взгляда, тихо произнес, согревая горячим дыханием:

– Боюсь спугнуть.

Рассказывать про предположения мне уже не понадобилось. Маленькая умненькая я догадалась сама, и от этой догадки кровь прилила к щекам, выдавая мое состояние. Дамиан растянул губы в коварной улыбке.

Глаза я отвела, но руку забирать не стала. Потому что… ну, прохладно здесь, а с ним теплее.

– А недовольство почему? – тихо спросила я, старательно разглядывая схему на стене, изо всех сил стараясь не обращать внимания на мягкое поглаживание горячими пальцами моей ладони.

Дамиан негромко и как-то не особо радостно рассмеялся, а я удивленно посмотрела на него.

– Родная, я весь вечер наблюдал, как тебя нагло лапают десятки мужчин, сам при этом не имел возможности ни прикоснуться, ни хоть как-то оградить от их назойливого внимания, не разрушая нашей легенды. Мне кажется, что вопрос о недовольстве излишен, – честно пояснил он.

И я опять глупо покраснела.

Снова этот ласкающий взгляд, казалось, искренне наслаждающийся просто моим присутствием рядом. И снова я путаюсь в мыслях и чувствах рядом с Дамианом. Словно и не было прошедших месяцев моего отчуждения и страха. Смотрю на него и невольно вспоминаю все, что наговорила и сделала тогда. И хотя разум мои действия оправдывает, сердце ноет. Обидно, что между нами постоянно все так криво и неправильно. Вот и сейчас все неясности разрешены, но мы вынуждены играть роли, которые навязали себе сами. Он – жених моей новоявленной подруги, а я – его названая сестра. Глупо как-то получилось. Мне иногда кажется, что эти игры никогда не кончатся. Раз за разом будет возникать что-то еще, встающее между нами, с моей ли стороны или с его, не важно. Или истечет срок наших чувств… В этом мире все так недолговечно… От мысли, что когда-то это тепло при взгляде на меня навеки исчезнет из глаз Дамиана, стало так больно.

Я посмотрела на магистра и увидела, как легкая улыбка на его лице медленно исчезла.

– Не делай так, – попросил он, сжав мою ладонь чуть крепче.

– Как? – шепотом спросила я.

– Не закрывайся от меня. У меня уже богатый опыт, так что я научился распознавать этот твой взгляд, – криво усмехнулся он. – Ты снова что-то придумала или нашла убедительную причину тому, что подпускать меня ближе к себе не стоит. И закрываешься, отсекая любое проявление чувств.

Я даже удивилась, сколь точно Бриар уловил мое настроение. Похоже, он действительно хорошо меня изучил.

– Почему все так глупо получилось и получается у нас с тобой? – грустно проговорила я.

– Иди сюда. – Он легонько потянул меня за руку на себя.

Я послушно встала и обошла стол, после чего Дамиан усадил меня к себе на колени и, крепко прижав, решительно произнес:

– А теперь послушай меня внимательно и заруби на своем маленьком носике – все, что между нами произошло, не было глупым или неправильным. Возможно, все случилось не так хорошо, как могло бы. Но и бесполезным не было точно. Мы узнали друг друга лучше, научились доверять, хотя бы просто разобрались в себе. Я, честно говоря, просто не знаю, каких богов благодарить за все те нелепые случайности, которые нас с тобой свели, – проникновенно говорил он, держа мое лицо в ладонях, чтобы не дать ни единого шанса отвернуться. – Я не жалею ни о чем, и ты не смей. Поняла?

Я послушно кивнула.

– Вот и молодец, – коснулся легким поцелуем кончика моего носа, а я слегка поморщилась. – И не переживай. Мы разберемся с этим делом, и не когда-нибудь, а в ближайшее время, потому что эта история и так затянулась на долгие четырнадцать лет. И когда все это закончится, мы с тобой снова серьезно поговорим обо всем, что касается только нас двоих, – уверенно заявил он.

А я смотрела на него и верила. Вот прямо сейчас именно ему верила и всей душой жаждала, чтобы все было именно так, как он говорит.

– Поцелуй меня, – внезапно для себя прошептала я.

– Думал, никогда не попросишь, – нежно улыбнулся Дамиан.

И нас затянул горячий поцелуй, разрушив рамки условностей в моей голове, заставив плавиться от нежности и задыхаться от счастья. И не хотелось больше ни о чем думать, а только малодушно сбежать с любимым на край света. Его теплые руки так крепко и надежно обнимали меня, что я снова ему безгранично верила. И обещанию, что все скоро закончится, и закончится хорошо, и с особым упоением тому, что он никогда меня не отпустит. Пусть, пусть не отпускает! Пусть запрет от всех подальше! Главное, чтобы он был всегда рядом. Тягучий, сладкий поцелуй медленно перешел в легкие, нежные прикосновения его губ к моим щекам, глазам, носу.

– Любимая, – тихо выдохнул Дамиан в мои приоткрытые, чуть распухшие от его поцелуя губы, и я спрятала лицо и счастливую улыбку у него в плече.

Первый раз он так назвал меня…

Так мы и сидели вдвоем в тишине, просто наслаждаясь обществом друг друга. Я не заметила, когда он успел распустить мою наспех заплетенную косу. Дамиан осторожно перебирал пряди на моем затылке, а мне от такой ласки хотелось замурчать, как кошке, и тереться о его плечо. А еще окончательно поняла, что я бессовестная вампирка. Потому что вот сейчас, уютно устроившись в его объятиях, совершенно внаглую грелась не только в тепле его тела, но и души. То есть, несмотря на приемлемое состояние своей магии, в экстазе тянула энергию его эмоций, буквально купаясь в ней. Вот и как такое свинство с моей стороны назвать? А ведь я даже не особо сознательно это делаю. То есть понимать-то понимаю, но контролировать не могу. Хотя, судя по тому, что нежности и тепла в его душе меньше не становилось, а даже наоборот, он против такого расклада не был.

– Кроме этого, про вчерашний бал больше ничего рассказать не хочешь? – тихо поинтересовался он, не отпуская со своих коленей.

Я отрицательно покачала головой.

– Уверена? – послышалась в его голосе легкая насмешка.

– Все, чего ты не видел лично, тебе наверняка уже доложили, – пожала я плечами. – Мне добавить нечего.

– И даже возмущаться из-за тайком приставленного к тебе соглядатая Матэмхейна не будешь? – удивился он.

– Не тот случай, чтобы возмущаться, – честно призналась я.

Прекрасно понимала, что одной Флорой и драгоценностями-артефактами дело моей безопасности не ограничилось бы, так что появление дополнительного охранника не особо удивило.

– Я просто восхищен и потрясен до глубины души твоей сознательностью, – со смехом в голосе заявил Дамиан, а я обиженно ткнула его кулаком в плечо.

– Хочешь поругаться? – слегка отстранившись, с упреком взглянула на него.

– Ни за что, – тут же исправился он.

Легко коснувшись моих губ ласковым мимолетным поцелуем, притянул обратно к своему плечу, крепче прижал к себе одной рукой, другую запустил глубже в мои волосы, легко поглаживая затылок. И я почувствовала, как растекаюсь от удовольствия от этих вроде бы совсем незначительных движений. Похоже, кое-кто обнаружил мое слабое место, о котором я и сама не подозревала. Никогда не думала, что чье-то легкое прикосновение может прервать все мои мыслительные процессы.

– Вы с Флорой нормально сошлись? – спросил Дамиан, кажется, не замечая моего состояния.

– Нормально, – протянула я неожиданно для себя томным, хрипловатым голосом, и хватка на моей талии слегка усилилась.

А у меня вдруг промелькнула мысль, что мы слегка заигрались. И я попыталась как-то прийти в себя и даже встать, пересесть обратно в кресло, но меня решительно не пустили.

– Не бойся, – мягко выдохнул он мне в ухо и вернулся к прерванному занятию. Мне только и оставалось, как послушно сидеть на его коленях и млеть. – Так что с Флорой? – повторил он свой вопрос.

– Сейчас мы с ней общаемся нормально, – вздохнула я, кладя голову ему на плечо. – Но меня не оставляет некая подозрительность, что уж слишком разительно ее нынешнее поведение отличается от того, что было в начале учебного года. Уж не знаю, какая она была до этого, мы не пересекались, но за этот учебный год Флора, на мой взгляд, изменилась слишком быстро.

– На нее, по-моему, сильно повлиял тот случай с вашей разборкой у ректора, – задумчиво произнес он. – Знаешь, она не самая примерная ученица в плане дисциплины, и ей нередко удавалось уходить от заслуженного наказания. Но в тот единственный раз, когда она была права… Ты ведь действительно ее обожгла?

Дамиан чуть отодвинулся, чтобы заглянуть мне в глаза. Я нехотя кивнула, признавая свое коварство.

– Так вот, получается, что ей досталось именно тогда, когда она виновата не была. И при этом с Вегерос была та, которую она считала лучшей подругой. Похоже, именно это и заставило ее слегка пересмотреть жизненные приоритеты, – предположил он.

– Если бы она тогда не попыталась скинуть меня с лестницы, ничего бы не случилось, – пробормотала я ему в плечо, чувствуя за собой некоторую вину за то, что Флора разочаровалась в близком человеке.

Рука в моих волосах внезапно замерла.

– Что ты сказала? – спросил Дамиан.

Я повторила, и он вдруг отстранился и серьезно посмотрел на меня.

– О чем ты?

– Я осенью в академии с лестницы свалилась, – слегка растерявшись, напомнила ему. – Ты же меня и поймал, а потом нашел отметину от огненной петли на лодыжке. Ну, когда ты мне документы о стажировке приносил подписывать…

– Это я помню, – прервал он мои объяснения. – Я спрашивал, с чего ты решила, что это была Флора?

Я опешила и неуверенно спросила:

– А кто же еще?..

– Ее там не было, – решительно заявил Дамиан. – На верху лестницы стояли несколько человек из твоей группы, но Вегерос среди них не было. Я сразу проверил, зная ваши напряженные отношения. Поэтому мне очень интересно, кто же снабдил тебя ложной информацией?

Я горько вздохнула, подняв на него взгляд, и призналась:

– Рина.

И сколько всего сразу сошлось. Значит, уже тогда она работала на неведомого высшего с целью развести нас Бриаром подальше. Ведь все тогда произошедшее – это не столько попытка очернить конкретно Флору, нас в то время практически ничего не связывало. Кроме Дамиана. Все это действо было затеяно, чтобы очернить его в моих глазах. В очередной раз напомнить, сколько проблем несет мне, привычной к тихой и спокойной жизни, его внимание, неважно какого свойства. Именно Рина пугала меня бесконечными слухами о своем несуществующем романе с преподавателем. И потом всеми силами пыталась убедить, что счастливо встречается с ним. И ведь я велась на все! Злилась, размышляя о сплетнях, бесилась из-за того, сколько неприятностей с Флорой принес мне магистр, и разрывала сердце на части, думая, что он так быстро забыл меня. Как давно Рина была во всем этом замешана? Сколько времени следила и «наставляла на путь истинный», упорно оберегая меня от сближения с Бриаром? Теперь мне кажется, что все было так задумано с самого начала. С того самого момента, когда я только подала заявление на поступление, ко мне уже решили приставить надсмотрщика. А я-то все думала, что же такого особенного веселая и общительная Рина нашла во мне? А она просто выполняла приказы злоумышленника.

Очевидно, не я одна пришла к таким выводам, потому что Дамиан тоже резко помрачнел.

– Рина исчезла вместе с тобой, – глухо сказал он. – В тот же вечер, когда ко мне пришла Флора, заявив, что ты, серьезная и решительная, ушла с оружием на какую-то разборку и до сих пор не вернулась, исчезла и твоя соседка. От нее тоже не осталось никаких вещей и следов. При проверке все документы Рины оказались поддельными. Кто она и откуда, мы так и не узнали. Сейчас она объявлена в розыск.

Дамиан сильнее прижал меня к себе и начал потихоньку укачивать, как ребенка. Думал, что я сейчас забьюсь в истерике? Напрасно. Ее предательство я уже пережила в те несколько часов, что провалялась практически без сознания на полу библиотеки сразу после того, как сбежала. Хотя факт того, что предательство Рины длилось гораздо дольше, чем я думала, меня, конечно, потряс.

– Я не понимаю… – пробормотала ему в шею.

– Почему она так поступила? – тихо уточнил он.

– Нет, – криво усмехнулась в ответ. – Причины ее поведения меня не волнуют. Ей заплатили, и, очевидно, немало, за такую долговременную игру, и она справилась с ролью. Хотя не исключаю, что Рина идейная и следила не ради денег, а по собственному желанию и разумению. Может, за что-то ненавидит мою семью? Не понимаю одного – если злодей-высший столько лет знал, где я находилась, ведь очевидно, что нашел он меня еще в приюте, почему я до сих пор жива? Почему все эти годы я относительно спокойно бродила на свободе? Зачем нужно было так старательно уничтожать мою семью и, узнав, что один представитель все же выжил, ничего не делать с ним? Я не вижу логики в таком поведении.

– У меня есть предположение, но, боюсь, оно тебе не очень понравится, – тихо проговорил Дамиан, продолжая крепко обнимать меня.

– Какое? – настороженно поинтересовалась я.

– Ты была ему не нужна, – ответил он, вызывая во мне волну возмущения и недоумения, но сказать что-то я не успела, он продолжил: – Видимо, к тому времени, как тебя нашли, высший уже осознал, что планомерное уничтожение рода лишь заблокирует библиотеку окончательно. Поэтому решил искать другие способы, оставив тебя про запас. Я бы даже сказал, пожалел тебя, раз не посадил под замок в какую-нибудь дальнюю башню, а лишь приставил своего человека. Видимо, на всякий случай, вдруг без крови наследницы было бы не обойтись. В таком случае ему несказанно повезло, что ты осталась жива.

Я слушала Дамиана вполуха. Меня затопила не просто злость, а ярость, такая, какой я не испытывала никогда в жизни. Сначала этот гад всех убил, всех, даже меня, а потом решил искать более гуманные пути и пожалел, оставив в живых и на свободе?! Жгучая ненависть черной волной прошлась по телу, заглушая окружающие звуки, голос разума, и заволокла зрение темной пеленой. Я ничего не чувствовала, кроме непреодолимого желания убить это чудовище. Первый раз в жизни мне хотелось, чтобы он не просто умер, а чтобы мучился. Чтобы я его мучила и наслаждалась каждым мгновением его боли, освобождаясь от своей. Я отторгала мысль о том, что жива я лишь по его милости. Может, еще и мое чудесное излечение его рук дело?

Ненавижу! Ненавижу! Не-на-ви-жу!

Меня плотным коконом окутала горькая, жгучая, беспросветная ярость. Сколько все это продолжалось, даже сказать не могу. Но постепенно темнота вокруг начала расступаться, гул в ушах сменился мягким, нежным шепотом. Потом пришло ощущение чьих-то прикосновений. Твердые руки, удерживающие меня в стоячем положении, горячие губы, нежно касающиеся лица и сцеловывающие слезы с моих щек.

– Тише, тише, девочка моя. Все хорошо. Не плачь, родная. Больше тебя никто не тронет. Давай, сделай вдох. Просто глубоко дыши, – уговаривал меня Дамиан.

И я сделала хриплый рваный вдох. И долгий судорожный выдох. И еще раз. И еще. И пару минут просто стояла в его руках, как будто учась дышать заново. Потом наконец остатки пелены с глаз спали, и я увидела, что творится вокруг нас.

На месте стола и кресла, на котором мы сидели, осталась труха из древесины вперемешку с мелкими клочками обивки, фарфоровой крошкой и бумажной пылью. Лишь серебряные поднос и кофейник уцелели, только погнулись и сильно потемнели.

– Что случилось? – прохрипела я, не узнавая свой голос.

– Неконтролируемый выброс, – ответил мне Дамиан, пристально заглядывая в глаза, проверяя, правда ли я пришла в себя.

– То есть… это все я натворила?..

– Ты, милая, – подтвердил он, усмехнувшись.

На первых порах у меня были выбросы силы, но не столь масштабные. Цветы увядали, например. Но чтобы мебель рассыпалась и прочный металл деформировался… А я ведь даже не подозревала, что можно разрушить что-то неживое.

– Прости, – прошептала покаянно. – Я уничтожила твои наверняка важные документы.

Дамиан тихо рассмеялся и погладил меня по голове.

– Не переживай. Слишком много всего открылось в последнее время. Рано или поздно такой срыв произошел бы. Все же как некромаг ты еще слишком молода. И нам очень повезло, что кроме меня никого не оказалось рядом, да и потери совсем небольшие.

– То есть если бы я была вдалеке от тебя, то могла кого-то покалечить? – ужаснулась, вскинув на него испуганный взгляд.

– Нет, я бы успел к тебе переместиться. Или бы переместил тебя ко мне. Мы же не просто так связь между нами установили. Так что волнение твоей силы я бы сразу почувствовал, – успокоил он меня.

– А как же твои бумаги?.. – пробормотала я, чувствуя, что адреналин стремительно сходит на нет и силы покидают меня, оставляя вялость и жуткую усталость.

– В них не было ничего такого, что я не смог бы восстановить, – уверил Дамиан.

И подхватил меня на руки, прежде чем я успела осознать, что ноги меня уже не держат. Сонливость накатила внезапно.

– Откат, – сказал он, целуя меня в макушку. – Теперь тебе надо поспать пару часов, и станет легче. Весь негатив ты выплеснула.

Я уже с закрытыми глазами сильнее вцепилась пальцами в ткань его рубашки и с упоением вдыхала горько-пряный запах любимого мужчины, погружаясь в сон.

Когда я проснулась второй раз за этот день, солнце уже висело высоко над горизонтом. Что ж, в одном Бриар был прав – физически я чувствовала себя вполне неплохо. А вот морально… Но с этим, к сожалению, ничего не поделать. Остается только взять себя в руки и продолжать работать.

Очень хотелось есть. Утро уже давно прошло, а я, кроме чашки кофе, ничего не успела перехватить. Это жизнь с семейством Клейрон меня «испортила». Раньше я спокойно пропускала и завтраки, и обеды, а иногда и ужины. Теперь же не получается. Дорвавшийся до лучшей жизни организм требует своего – то есть нормального питания и сна. Так что, повторно приведя себя в порядок, я отправилась на кухню просить у кухарки чего-нибудь перекусить. Путь мой пролегал мимо столовой, заглянув в которую я обнаружила Флору. Она, видимо, тоже недавно вставшая, уплетала бутерброд и разбирала стопку писем.

– Садись, – кивнула мне девушка на место напротив, и я, порадовавшись, что не пришлось лезть на кухню с просьбой, поспешила занять свободный стул и приобщиться к пусть и позднему, но для нас все же завтраку.

– Долго же ты спишь, – недовольно проговорила боевичка. – Я уже пару часов как проснулась. Думала сначала тебя благородно подождать, прежде чем садиться завтракать, но тебя пока дождешься, с голоду помрешь.

Хотелось возразить, что я встала и того раньше, но сообщать, что проснулась не по своей воле, и пересказывать все произошедшее после подъема мне не хотелось. И я предпочла промолчать. Чего лишний раз на спор нарываться? Тем более Флора это дело любит, да и настроение у нее с утра явно не ахти.

– Что читаешь? – миролюбиво поинтересовалась я у хмурой девушки.

– Нашу сегодняшнюю почту, – скривилась она.

– И что там?

– Приглашения, – буркнула она раздраженно и, закатив глаза, начала по одному кидать конверты на середину стола. – Обед, ужин, ужин, обед, вечерний чай, пикник, и все в таком роде.

Я с удивлением покосилась на стопку, которая еще осталась рядом с девушкой.

– Такое впечатление, что аристократы все время только едят и больше ничего не делают. То в гостях животы набивают, то у себя гостей угощают, – заметила я.

Флора наконец улыбнулась.

– А что еще с тобой делать-то? Не о добром и вечном же разговаривать. Нет, только жрать, пить и сплетничать. Правда, есть оригиналы – парочка приглашений на конные прогулки. Но они не особо важны. И еще с десяток балов разной важности.

– И какое конкретно из этих приглашений тебя так разозлило? – спросила у нее напрямую.

Девушка зло смяла очередной конверт в руке.

– Не приглашение, а уведомление, смахивающее по тону на приказ, – опять скривилась она. – Видите ли, моя маменька изволила оповестить, что раз уж я не представила их Бриару вчера, то завтра вечером она желает навестить меня здесь. С меня требуется организовать присутствие жениха, ну или на крайний случай кого-нибудь из его родителей. То есть ей важно не познакомиться с моим будущим мужем, а просто нужные связи в высшем обществе завести!

– Скажи, что завтра не можешь, якобы нас уже пригласили на какой-нибудь вечерний чай. Или пикник до позднего вечера. Или на все сразу и на весь день, – пожав плечами, сказала я.

– Если бы все было так просто. Мама знает обо всех намеченных приемах, даже если ее не пригласили. Так что соврать не получится. Удивительно, но на завтра у нас пока никаких приглашений нет. Правда, может, повезет с остальной стопкой, – бросила она задумчивый, расчетливый взгляд на оставшиеся письма и еще усерднее занялась их сортировкой.

Она не просто их просматривала, но и распределяла: на какие не стоит обращать внимания, а на какие стоит откликнуться, потому что там может оказаться кто-то из подозреваемых. Я решила не отвлекать ее от важного для нас дела, налила себе остывшего чаю, взяла с блюда бутерброд с сыром и наконец приступила к завтраку.

Удивительно, но через несколько минут надежды Флоры увенчались успехом.

– Ну надо же… – с ехидцей в голосе протянула Флора, распаковав очередной конверт, и с ухмылкой глянула на меня. – Похоже, за это стоит благодарить тебя.

Она показала мне плотную, ослепительно белую карточку, украшенную вензелями и гербом. Что ж, манерный блондинчик Аерон свое слово сдержал. Нам с Флорой прислали приглашение на серию чаепитий, начиная с завтрашнего вечера, к его бабке, леди Деланей Битан. Вдвойне удивительно после моего не очень приятного разговора с его наглым кузеном. Я-то думала, что Гесим поспешит настроить своего братца, а возможно, и старуху против меня, но нет, вот он, наш пропуск к нужным людям. А заодно и избавление для Флоры. Такую встречу ее мать не сможет посчитать недостаточно важной, чтобы пропустить ее ради знакомства родителей Вегерос с семьей жениха.

– Ты что-нибудь про эти чаепития слышала? – спросила я заметно повеселевшую боевичку.

– Немного. Но, на мой взгляд, самое странное то, что старуха всегда приглашает на них подружек своих разлюбезных внуков. И ей якобы не важно, какие титулы носят эти девицы и из каких они семей. Хотя, конечно, совсем простушек среди них не водится. Но все же многие из них слишком низкого происхождения, чтобы распивать чаи с леди из рода высших. Дольше недели ни одна из девушек с кузенами не задерживается. А Деланей Битан, очевидно, совершенно не смущает, что каждый раз внуки представляют ей своих новых «возлюбленных», и она с маниакальным упорством продолжает их приглашать.

Да, это подозрительно. Хотя мало ли у кого какие бывают странности. Не мне судить.

– А она не слепая, нет? – все же уточнила я.

– Чтобы считать, что это одна и та же девушка, нужно еще и глухой быть, – уверила меня боевичка. – А леди Деланей в своем почтенном возрасте отличается недюжинным здоровьем. Прекрасными зрением, слухом и нюхом. К тому же, говорят, злопамятна до жути.

– Какие-то еще странности есть?

– Да. Возвращаясь к сословиям. Ни разу не было слышно, чтобы старуха приглашала на эти встречи кого-то, принадлежащего роду высших лордов. Вот это действительно необычно. Приглашает она всегда только молодых незамужних девушек, так что по возрасту среди верхушки лишь сестра вояки Дилвина, Эйдит, подходит. Но есть же и побочные ветви, довольно близкие. Вот их представительниц почему-то кузены игнорируют и, соответственно, бабке своей не представляют.

Я нахмурилась, осмысливая сказанное Флорой. Через пару минут она нарушила тишину:

– И последнее. Все многочисленные «возлюбленные» братьев после чаепитий остались целы и невредимы. Никто из девушек не пропадал, никто не ранен. Хотя… подобное можно объяснить работой госпиталя. Все-таки старуха им заведует и, говорят, еще преподает где-то. Весьма активная особа для своего возраста.

– Да уж, – пробормотала я, размышляя. – Знаешь, что мне во всем этом не нравится больше всего?

– Необходимость заигрывать с павлином Аераном? – с пониманием глянула на меня Флора.

– Если бы, – скривилась я. – Ты сказала, что старуха никогда не приглашала девушек, связанных с родом высших. Но формально мы с тобой теперь относимся именно к такому…

Флора моментально помрачнела.

– М-да, кажется, это не очень хорошо.

– А может, наоборот, – очень даже кстати?

– Давай откажемся! – предложила боевичка. – Согласно нашему новому статусу имеем полное право, если придумаем какую-нибудь уважительную причину.

– Нет! – решительно возразила я. – Упустить возможность подобраться так близко сразу ко всей троице? Как мы их потом доставать будем?

– Тогда надо перебрать мои запасы оружия, – мрачно буркнула девушка.

– Не думаю, что кто-то попытается нас там убить, слишком много свидетелей, – скептично отметила я. – Да и все наши знать будут, куда мы уехали, во сколько и до какого часа там пробудем.

– Лучше быть готовой к любым неприятностям, – решительно заявила Флора.

Я была уверена, что в доме Битанов ни мучить, ни убивать нас не будут, но посоветоваться с Дамианом насчет предстоящего вечера все же следовало. Вот только в доме его не оказалось. Я, конечно, не рассчитывала, что он весь день просидит здесь, все-таки работы у него и помимо моего дела достаточно, но надежда теплилась. Что ж, оставалось только ждать, предполагая, что про стопку приглашений ему слуги доложили, а значит, он захочет поинтересоваться, чем же мы будем заниматься с Флорой завтра.

И раз уж боевичка решила подготовиться к чаепитию, мне стоит заняться тем же. Поэтому, когда девушка вскочила из-за стола и умчалась в свою комнату, я тоже направилась к себе в надежде найти там Храна и все с ним обсудить.

Кот сидел на кровати, уткнувшись в какую-то книгу.

– Как ты себя чувствуешь? – заботливо поинтересовался он, когда я зашла в комнату.

Очевидно, пока я спала, с Бриаром успел пообщаться, иначе с чего бы такие переживания за мое состояние. За спонтанный всплеск силы мне было стыдно, поэтому я поспешила переменить тему:

– Хорошо. Знаешь, нам с Флорой пришло приглашение на одно довольно странное мероприятие, и мне надо с тобой посоветоваться.

Я пересказала коту все, что услышала от Вегерос.

– Понимаю, что выглядит это подозрительно, – сказал он, когда я закончила. – Но чем я могу тебе помочь?

– Нужно как-то подготовиться к этой встрече. И я надеялась, ты подскажешь, как именно, – немного обиженно ответила я.

– В смысле?

Мне захотелось сбросить его с кровати, но я сдержалась, продолжив спокойным тоном:

– Какие мы можем зелья или амулеты-артефакты сделать? Меня особенно беспокоит то, что эта старушка не только целитель, но и сильный менталист. И пускать ее в свои мысли мне бы не хотелось.

– Возьми любое из украшений, которые тебе леди Алария дала, – предложил Хран. – Все они имеют защиту от ментального вмешательства, да и от других магических воздействий тоже. С физическим, конечно, сложнее, но в данном случае вряд ли кто на вас открыто будет нападать.

– Ты пойми, с леди Битан можно опасаться и вполне себе физического воздействия на разум. Вкупе с ее сильным даром вообще любая защита может быть неэффективна. Тебе ли не знать, что подчинить человека чужой воле можно, дав ему выпить зелье, – хмуро заметила я, вспоминая множество справочников по травам, которые я во время учебы вызубрила наизусть.

– И что ты предлагаешь? – хмуро поинтересовался кот.

– Какое-нибудь универсальное противоядие-нейтрализатор. Если в чай будут добавлены какие-нибудь опасные травы, я это успею заметить. Но если вещество минеральное, то я не смогу это определить без амулета, который бы среагировал на инородные добавки в напитке. Или, например, зелье, которое делает человека невосприимчивым к любым вторжениям в его разум, пусть и на короткий срок. В целом ты понял, нужно сделать так, чтобы во время этого застолья никто не мог повлиять на мою умственную деятельность. Есть идеи?

– Зелье такое я знаю, – немного подумав, сказал кот. – Вот только готовить его долго, до завтрашнего вечера не успеть.

– Плохо, – мрачно ответила я и спросила: – Что, совсем без вариантов, Хран?

– Ну, почему же… – возразил он. – Амулет сделать можно, но, как ты и сказала, реагировать он будет только на химические примеси. О травяных составляющих тебе придется самой позаботиться.

Я кивнула. К счастью, мой дар травника оказался не привязан к «умершему» во мне целительству, это я проверила уже давно. Так что травяные смеси я все еще могла определять на взгляд.

В итоге Хран забрал все мои заготовки артефактов и материалы и устроился творить, а меня выгнал, сказав, что плетение тут, может, и не самое сложное, но мелких деталей достаточно, так что я ему только мешать буду. Думала было пойти к Флоре, но девушка сейчас занималась своими железками, и вряд ли ей будет до меня дело. Тем более с ее непростым характером не хотелось бы лезть под руку, когда в этой самой руке находится что-то острое и режущее.

Такая вот неприкаянная, я ушла в единственное близкое сердцу место в этом доме – библиотеку. Там и просидела до позднего вечера, зарывшись в учебник по некромагии, для себя решив: раз с контролем силы у меня проблемы, то тему лучше подтянуть в свете утреннего и предстоящих событий. Наука без хорошего учителя давалась туго. Прочувствовать плетения внутренним зрением, как это было с моей целительской магией, никак не получалось. Поэтому мне пришлось перейти с физического на хранительское зрение и скрупулезно сравнивать получившиеся плетения с картинками и описаниями в книге. Одно плетение с большим трудом, но вроде удалось правильно воспроизвести, хотя заклинания я не задействовала, конечно. Кто знает, не обернется ли простейший магический светлячок черного пламени полыхающим пожаром с моей-то нестабильностью. А вот со вторым, которое, наоборот, должно было погрузить все окружающее пространство в полную темноту для всех, кроме создателя, было непонятно. Вроде выглядело похоже, но внутреннее чутье подсказывало мне, что что-то здесь не так…

– Левая нижняя спираль на полвитка больше, чем должна быть, – раздался голос из-за спины.

Я дернулась от неожиданности, чуть не упустив заклинание, но теплые руки спешно накрыли мои, удержав запястья.

– Осторожнее, – мягко проговорили мне на ухо. – Упустишь, и последствия будут неприятными.

Я обернулась и скосила взгляд, чтобы увидеть лицо Дамиана, умостившего подбородок у меня на плече и взирающего на мое творение.

– Ты опять переборщила с силой, – вздохнув, пояснил он. – Оно переливается слегка, а в свете камина темные отблески особенно хорошо видны.

Я кивнула и повернулась обратно к плетению, чтобы найти указанную им ошибку.

– А что случилось бы, если бы я активировала это плетение?

– Ты лишила бы всех находящихся в комнате зрения навсегда, – просто ответил Дамиан.

Нервно сглотнув, поправила свое плетение, про себя решив, что больше ни за что не стану тренироваться хотя бы без присутствия Храна.

– Почему ты плетешь руками, а не мысленно? – спросил Бриар, уже отпустив мои руки и просто обнимая со спины, наблюдая, как я исправляю собственные огрехи.

– Не очень хорошо чувствую потоки, – призналась я, убрав лишний хвост и повторно критично осматривая то, что сделала.

– Плохо, – заключил он. – Значит, нужно больше тренироваться, чаще пользоваться даром.

– Нужно, – тихо согласилась я. – И потом я именно этим и займусь, а пока хотелось бы иметь в запасе хотя бы какие-нибудь заклинания, которые я смогла бы применить в крайнем случае. Боюсь, сейчас у меня нет возможности долго и старательно тренировать новый дар.

Магистр ничего не ответил, лишь чуть сильнее сжал руки на моей талии, но тут же ослабил хватку.

– Теперь правильно? – оставив неприятную тему, поинтересовалась по делу.

– Правильно, – согласился он. – Отпускай.

– В смысле? – растерялась я.

– Активируй заклинание. Посмотришь хоть, как оно действует.

– А точно ничего страшного не случится? – переспросила на всякий случай, хотя испытать получившееся плетение было очень интересно.

– Точно, – усмехнулся Дамиан. – Я экранировал библиотеку на всякий случай, так что окружающие комнаты это не затронет.

И тогда я решилась. А потом было страшно.

Стоило мне отпустить заклинание на свободу, как тут же сотни черных лент стремительно выплеснулись у меня из-под ног, рванувшись во все стороны. За секунду достигнув стен, ударились о невидимую, лишь слегка полыхнувшую защиту, о которой сказал Дамиан, и, отраженные ею, ринулись обратно ко мне. Испугавшись, я вскрикнула и дернулась назад, но лишь уперлась спиной в мужчину. Зажмурилась, ожидая столкновения.

– Что ты увидела? – на удивление быстро понял причины моего волнения Дамиан.

Я осторожно приоткрыла глаза, все еще опасаясь, что что-то произойдет.

И оно, собственно говоря, происходило, правда, нас никак не затрагивало. Черные ленты продолжали суматошно метаться по комнате, отражаясь от стен, причудливо изгибаясь и с каждой секундой все сильнее заполняя окружающее пространство.

– Касс? – напомнил мне о своем вопросе магистр и развернул к себе лицом.

– Я вижу много-много лент потоков, которые идут у меня из-под ног, – послушно начала рассказывать. – Они сначала просто рванули во все стороны, но из-за защиты теперь от стен отражаются и только тут все заполняют. И никак не заканчиваются!

То, что количество светлого пространства стремительно уменьшается, откровенно говоря, не просто пугало, а приводило в полнейший ужас.

– Можешь ты это как-то остановить? – жалобно попросила я.

Усмехнувшись, но глядя почему-то чуть выше моей головы, Бриар даже ничего не сделал. Вот только такие же стремительные потоки, но полупрозрачные и практически незаметные, в гораздо большем количестве, чем у меня, тоже потянулись от него и, мгновенно хлестнув, обрезали ленты моей магии, тут же втянувшись обратно. А вот моя магия, оставшись без подпитки, медленно растворялась в воздухе, наконец вернув миру привычные цвета. После того как исчезли последние клочки, Дамиан опустил голову, теперь уже глядя мне прямо в глаза.

– То есть ты меня не видел? – с подозрением спросила я.

– Ты же для этого и использовала заклинание, – усмехнулся он. – Правда, силы слишком много получилось. Если бы не защита, накрыло бы всю территорию дома точно.

– Я что, такая сильная? – не веря, пробормотала я.

Как целитель я была не сказать чтобы прямо очень способной. У меня был довольно большой резерв, и то благодаря большому количеству тренировок и постоянному использованию силы. Поэтому не ожидала, что дар некроманта будет настолько мощный.

– Сложно сказать, – проговорил Дамиан. – Из-за нестабильности точно определить не получается. У тебя то мизерный уровень, а то почти как мой. Но это не значит, что, когда он стабилизируется, твой уровень будет равен максимальному выбросу. Остается только ждать, когда ты полностью придешь в согласие с собой и своей новой магией.

Я печально вздохнула. В согласие с собой я приду точно не скоро, если вообще когда-нибудь приду.

И, видимо, скрывать свои чувства я так и не научилась, по крайней мере, от Дамиана, потому что мой несчастный вздох он не упустил и даже причину идентифицировал правильно. Не прошло и мгновения, как утренний «воспитательный процесс» повторился, и вот я уже сижу в кресле у него на коленях, а Дамиан крепко держит меня за подбородок и с явным укором смотрит мне в глаза.

– Вот почему ты такая упрямая и недоверчивая? – проникновенно спросил он.

– Жизнь научила, – тихо буркнула я, пытаясь отвести взгляд, но не смогла.

– Почему же ты у жизни только плохому учишься?.. – тяжко вздохнул он в ответ, уткнувшись лбом в мой, и прикрыл глаза. – Скажи мне, родная, разве я тебе когда-нибудь врал?

Я нахмурилась, на пару секунд серьезно задумавшись над этим вопросом.

– Врал, – тихо проговорила я, и хоть знала, что такой момент действительно был, уверенности в том, что ответ правильный, у меня не было.

Очень близко распахнулись черные глаза, окатив меня укоряющим взглядом. Но чувство справедливости во мне взбунтовалось.

– Ты соврал мне, когда приходил требовать подробности произошедшего на балу, – все так же хмурясь, проговорила я. – Сказал, что убийства снова начались. И потом они действительно стали повторяться, но на тот момент ты этого знать не мог. Так что да, врал, и не отрицай этого.

– Даже и не думал отрицать, – обреченно вздохнул он, вновь устало прикрыв глаза. – Стоит, наверное, изменить формулировку. Я когда-нибудь врал тебе о чем-либо касающемся нас? Или конкретно тебя? Давал обещания и не выполнял их? Или предавал твое доверие?

Парировать было нечем, и не сказать, что в данном случае меня это расстраивало.

– Нет, – вздохнула я, признавая поражение.

– Нет, – повторил он, и черные глаза снова поглотили меня переливами сверкающих искр в глубине. – Тогда скажи, почему ты не веришь, когда я говорю, что все будет хорошо?

– Ты не можешь знать наверняка, ты же не предсказатель, – криво усмехнулась я.

– Мне и не нужно им быть, чтобы говорить это, – уверенно заявил он в ответ. – Я не верю, что наша судьба предопределена кем-то, соответственно и предсказать там ничего нельзя. Конечно, существует всегда несколько возможных путей развития ситуации, но только нам выбирать, какой именно станет реальностью. Свою реальность я всегда строю сам. И то, что я тебе говорю, это не абстрактное «я надеюсь» или «я уверен, потому что иначе и быть не может». У меня жизненный опыт богаче твоего, поэтому я прекрасно знаю, что далеко не все проблемы имеют хороший конец. Когда я говорю, что все у тебя будет хорошо, это значит, что я сделаю все возможное и невозможное, все, что в моих силах, чтобы это действительно было так. А это немало. Или ты не веришь в меня?

– Верю, – прошептала в ответ, завороженная его взглядом. Но вот парадокс, уверенность в его силах никак не уберегает меня от опасений за его жизнь.

– Вот и молодец. И не обижай меня больше сомнениями, – серьезно закончил он и коснулся губами кончика моего носа, заставив поморщиться.

О том, что выглядело это смешно, я поняла по его лукавой улыбке, но обижаться посчитала глупым. Уж чего-чего, а обид было достаточно между нами, поэтому я искренне постараюсь больше не сомневаться в нем, хотя и не уверена, что это у меня получится так просто.

– Что вы решили насчет приглашений? – перешел он к более насущным вопросам, не выпуская меня из своих рук.

Не то чтобы я была сильно против, но как-то непривычно. Я постаралась все же сосредоточиться на вопросе и всем остальном, гораздо более важном на данный момент.

– К слову об этом, – тут же посерьезнела я. – Скажи мне, пожалуйста, много ли людей и нелюдей могут видеть связку наших с тобой аур, как Хран? И будет ли она заметна, если тебя не окажется рядом?

Не то чтобы я мечтала подставляться под удар, но прекрасно понимала, что в некоторых случаях это будет просто необходимо, тем более что защитным артефактам Бриара-старшего я тоже вполне доверяю. Но вот проблема, если любой мало-мальски сильный маг способен увидеть нашу связь, то и удара никакого не последует. Потому что мой малейший эмоциональный всплеск может призвать на их головы немедленную кару злого некроманта. Так что от наличия самой связи я не отказывалась, но вот чтобы остальные о ней знали, мне не хотелось.

– Зачем тебе это? – явно заподозрил он что-то.

– Просто, – пожала я плечами. – Хотелось, чтобы это было моим скрытым козырем. Со мной будут более охотно общаться, не зная, что я на постоянной связи с тобой.

Не думаю, что Бриар купился на мое объяснение, но все же ответил:

– Из магов очень немногие, и то в случае, если догадаются приглядеться, и да, если я в этот момент буду к тебе достаточно близко.

– А леди Битан или кто-то из ее внуков и окружения? – поинтересовалась тем, что сейчас было особо важно.

Дамиан посмотрел на меня еще более внимательно.

– Очень сомнительно, что смогут, – ответил, прежде чем начать собственный допрос: – А почему, собственно говоря, именно…

Но договорить он не успел, потому что раздался короткий стук в дверь и в комнату заглянула Флора.

– Вот вы где, – довольно проговорила она и, усмехнувшись, поинтересовалась: – Не помешаю?

– Входи, мы как раз по делу общаемся, – кивнул хмурый Дамиан, не отводя от меня пристального взгляда.

– Я почему-то так и подумала, – пробормотала девушка себе под нос, устраиваясь в кресле напротив.

Я внезапно осознала свое не самое приличное положение на коленях у того, кого все вокруг считают ее женихом. И, естественно, попыталась встать, но Дамиан меня не отпустил. Дернувшись раз-другой, возмущенно посмотрела на магистра, пытаясь взглядом объяснить ему, что сейчас не время и не место, чтобы проявлять собственнические замашки. Но на него мои зырканья впечатления не произвели. А Флора, нахалка, еще и посмеялась.

– Брось, Касс, ничего поражающего мою неокрепшую молодую психику я не увидела, так что сиди спокойно и не дергайся. Тем более что больше тут сидеть негде, а сажать тебя к себе на колени я не собираюсь, – ехидно проговорила она, а Бриар фыркнул мне в затылок, явно выражая согласие с ее мнением.

«Сговорились», – определилась я про себя и оставила попытки вырваться.

– Знаешь, Флора, ты очень вовремя пришла, – обратился Дамиан к девушке. – Может, ты мне объяснишь, почему она так внезапно заинтересовалась именно семейством Битан?

– Ты не видел? – удивилась боевичка, явно тоже предполагая, что всю пришедшую почту Дамиан просмотрел. – Нам пришло приглашение на знаменитые чаепития старой леди Битан.

Мужчина нахмурился.

– Не видел, видимо, оно пришло чуть позже. Значит, вам тоже…

Теперь уже мне не понравилась его фраза.

– В каком смысле «вам тоже»? – настороженно спросила я.

– Эйдит получила такое же, – задумчиво проговорил Бриар, а мы с Флорой удивленно распахнули глаза.

– То есть внезапно решили собрать всех, до этого обделенных, – помрачнела Вегерос.

– Не нравится мне это, – сказал то, что все мы думали, Дамиан.

– А вас до этого никак не интересовали эти вечера? – спросила я, считая странным, что на это не обратили внимания раньше.

– Еще как интересовали, – опроверг мои размышления Бриар. – Вот только ничего подозрительного мы не нашли. С девушками ничего страшного не происходило. Просто пили чай и разговаривали. Не подкопаешься. Сколь бы странным все это ни казалось, возможно, это действительно просто причуды леди Деланей.

– А Эйдит пойдет? – поинтересовалась я.

– Пойдет, – кивнул он. – Она не в том положении, чтобы отказываться от такого приглашения.

– Хоть одно приятное лицо будет, – буркнула Флора. – И то, что ничего страшного обнаружено не было, это, конечно, прекрасно, но меня смущает, что все Битаны менталисты, и не слабые, так что хотелось бы обезопасить себя от их влияния.

– Об этом я уже думал, – согласно кивнул Дамиан. – У отца приготовлена пара артефактов, которая не даст воздействовать на вас. Завтра с утра занесу их.

– Вот это прекрасно, – удовлетворенно кивнула девушка. – Большего и желать нельзя, с остальным мы сами разберемся. Правда?

На последнем слове она мне подмигнула, и я поспешно закивала, соглашаясь с ее мнением. Главное, не дать Дамиану засомневаться, а то с него станется, возьмет и запретит нам ехать.

Бриар осмотрел наши уверенные серьезные мордашки и вздохнул.

– Ладно, в конце концов, вы там не одни будете, да и с Касс мы всегда на связи.

Флора довольно улыбнулась.

– Только, прошу тебя, будь осторожнее, – тихо проговорил он мне на ухо, на миг сжав крепче в объятиях.

– Обещаю, – так же тихо выдохнула я.

Если бы еще мое обещание могло сберечь меня от всех непредвиденных ситуаций.

Следующим вечером мы с Флорой стояли перед большим поместьем, плохо представляя себе, что же нас там ожидает. Размеры имения поражали, учитывая, что находилось оно не просто в черте города, а в его центре. До императорского дворца не дотягивало, но, определенно, этот дом был гораздо больше дома Бриара. Да, на такой обширной территории произойти может все, что угодно.

По какому-то негласному сговору оделись мы с Флорой примерно в том же стиле, в котором были на балу. То есть боевичка продолжила изображать из себя милую девочку-цветочек, а я предпочла темные цвета и мрачный, броский макияж.

Вежливый, вышколенный дворецкий провел нас в гостиную на первом этаже, где уже сидели, помимо самой хозяйки вечера, четыре девушки. Знакома мне была только Эйдит, приветливо кивнувшая нам с Флорой, остальные же с настороженностью и даже скрытой неприязнью изучали нас.

Девушки вполне соответствовали данному Флорой описанию приглашенных. Явно благородного, но не высокого происхождения, ибо слишком открыто на их лицах читались эмоции. Те, кто всю жизнь варится в этом котле ненависти и лицемерия, куда более искусны в скрывании своих настоящих чувств.

Взять, к примеру, хозяйку нашего вечера – леди Деланей Аеск тэр Битан. Ничего не скажешь, дама представительная. Для своего возраста, хоть точно я его не знаю, а лишь предполагаю, выглядела она очень хорошо. Ухоженная, уверенная в себе. Весь вид просто с иголочки. Вот уж кто не позволит себе проявить лишние эмоции и уж тем более показать истинные. Но ее глаза меня насторожили. Прозрачные, водянисто-голубые. Взгляд цепкий, осознанный и при этом какой-то безжизненно пустой, не отражающий ни единой эмоции. Определенно, никакого удовольствия от нашего здесь присутствия дама не испытывала. Так к чему же эти игры?

Вежливые реверансы с нашей стороны хозяйке вечера и девушкам и ответные легкие улыбки приветствия. К сожалению, искренней среди всех была только одна – у Эйдит. Девушка была явно напряжена. Это не бросалось в глаза, но я по себе это состояние внутренней натянутости знала очень хорошо, поэтому чутко его ощущала у других.

– Вот и наши припозднившиеся, – глубоким мягким голосом проговорила леди Битан. – Новоявленная младшая леди Клейрон и будущая леди Клейрон. Рада приветствовать вас в своем доме. Присаживайтесь.

Она указала рукой на кресла по обе стороны от нее. То, что мы с «напарницей» оказались разделены старухой, мне не очень понравилось.

Через пару секунд каждая из нас получила в руки от услужливой прислуги по фарфоровой чашечке с чаем. Чай оказался без всяких подозрительных добавок, лишь привычные лаванда и мелисса. Мы заранее договорились с Флорой – она к своему напитку притрагивается только после того, как увидит, что я пью без опаски, и чтобы успокоить девушку, я сделала небольшой глоток.

– Предлагаю нам всем познакомиться поближе. Что ж, начнем, пожалуй, с вас, раз уж вы пришли последними, – по очереди посмотрела она на меня и на Флору.

Ее манера поведения и этот спокойный, размеренный голос вызывали у меня стойкую ассоциацию. Так обычно разговаривает врач с безнадежным больным, стараясь не нервировать его лишний раз. Для женщины, которая не просто занимается целительством, но и руководит Королевским госпиталем, в этом ничего странного не было. Но… все же настораживало. А может, это просто мое предубеждение или чрезмерная подозрительность…

Видимо, заметив, что я пребываю в несколько задумчивом состоянии, Флора взяла слово первой. Ее повествование ограничилось коротким рассказом про семью и заявлением, что сейчас она учится в Правовой академии. Правда, тут девушка схитрила, заявив, что осваивает специальность следователя и в будущем планирует заниматься исключительно бумажной работой, так сказать, в помощь Дамиану. Флора так искренне рассуждала о том, что на самом деле карьера следователя и боевика – это совершенно не женское занятие, что даже мне не верилось, что эта девушка – владелица приличной коллекции оружия. Эйдит же рядом со мной все с бо́льшим неодобрением смотрела на Флору. Ну да, ей, как практически профессиональной военной, слышать такие заявления было оскорбительно.

Мой рассказ был еще короче, чем у Флоры. Легенда у меня, конечно, была продумана заранее, и все детали подготовлены так, что если кто пожелает удостовериться, то все подтверждения моей истории найдет.

Сирота уже много лет, отец, мелкопоместный дворянин, умер, когда я была маленькой. Мать скончалась еще при родах. Родственников никаких нет, поэтому воспитывали меня в пансионе для благородных девиц. Имеется небольшое поместье, доставшееся от отца в наследство, но где-то очень далеко от столицы. Дар проснулся у меня внезапно, просто при очередной проверке на магические способности в академии, куда я поступила на специальность «делопроизводство», случайно обнаружили. Потом, соответственно, чудесное появление в моей жизни лорда Клейрона, лестное предложение о вступлении в его семью, и вот я здесь. Из ближайших планов – освоиться с даром.

Старая леди, конечно, пыталась задавать вопросы на тему моего освоения дара, но я, скромно потупившись, пояснила, что успехи весьма скромны и что старший Бриар настоятельно просил меня не распространяться в обществе об учебе. На этом меня, к счастью, оставили в покое, переключившись на остальных девушек.

В их рассказы я, признаюсь, вслушивалась не особо, за исключением, конечно, истории Эйдит, которая была для нас стратегически важна. Но по ее словам понять можно было только одно – она искренне поглощена карьерой и профессией военного мага. Об учебе рассказывала с большим интересом, а о том, что иногда помогает с работой брату, поведала с явной гордостью.

Остальные девушки оказались заурядны. Тоже где-то учатся, чем-то занимаются, но ничего такого, что могло бы заинтересовать Деланей Битан, я не услышала. Хотя откуда мне знать, что именно интересует старую загадочную леди, так внимательно внимающую нашим рассказам.

Во время представления я пристально следила, не применяет ли она к нам какие-то заклинания, не изменился ли состав нашего чая или угощений. Но нет, все было нормально. Беседа плавно перетекла в обсуждение прошедшего бала, который леди почему-то не посетила, открестившись работой. Потом разговор с прошедшего мероприятия перешел на те, которые последуют в будущем. И все. Бесконечная болтовня практически ни о чем. Наша троица представителей высших лордов на этом чаепитии определенно чувствовала себя слегка обескураженно.

Когда тема балов и праздников себя исчерпала, леди Битан устроила небольшую экскурсию по домашней картинной галерее. Мы прошлись, выразили восхищение ее коллекцией, послушали рассказы о приобретении некоторых наиболее ценных экземпляров. После чего с нами вежливо распрощались, пригласив на завтрашний вечер тоже.

Устроившись в карете и тронувшись в сторону нашего временного обиталища, мы с Флорой недоуменно взглянули друг на друга.

– Я не поняла… – протянула боевичка. – Что это вообще было?

– Понятия не имею, – хмуро пробормотала в ответ. – Но мне это не нравится.

Несмотря на то что прошедший вечер и не должен был преподнести никаких сюрпризов, их полное отсутствие сделало нас только подозрительней.

По приезде Дамиан тоже не остался в стороне, не доверяя ни артефактам, ни нашим способностям, лично провел полное магическое сканирование. Если бы на нас хоть как-то пытались воздействовать, он бы это заметил, но нет – ничего. Позднее и Хран, пристально осмотрев и меня, и мою ауру, никаких нарушений не нашел. И мне даже начало казаться, что мы слишком зациклились на плохом, поэтому и ожидали от простого светского вечера каких-то неведомых каверз.

На следующий вечер странное чаепитие повторилось. Та же компания, та же комната. Лишь чайный сервиз теперь был другой и тема обсуждений со светских мероприятий сменилась на типично женскую – моду. И что удивительно, не только я отмалчивалась, стараясь кивать в нужный момент и изображать заинтересованность. Эйдит, которую хороший тренировочный костюм явно заинтересовал бы больше, чем все эти кружева и оборочки, даже не пыталась показать, что слушает. Она откровенно скучала.

При этом разговоры девушек между собой на какие-либо темы, отвлеченные от основной, старушкой решительно пресекались. Стоило ей заметить, что кто-то пытается пообщаться с соседкой, пока остальные заняты, как она тут же громким голосом интересовалась, о чем же они там скрытничают, и предлагала поделиться со всей аудиторией. Естественно, тема, поднятая кем-то другим, быстро затихала, и обсуждение возвращалось в прежнее русло. В общем, мы с Флорой и наследницей Бхалтэйров откровенно скучали, но возможности сблизиться и поговорить о чем-либо другом никак не возникало. Единственное положительное в этом вечере было то, что в этот раз экскурсия включала в себя осмотр оранжереи. Вот там мне было чем полюбоваться. Просто удивительная коллекция редких и экзотических растений. Да я как минимум треть из них видела в первый раз, и это как раз было плохо – если бы эти цветы или травы добавили в чай, вряд ли бы я их распознала. Значит, придется срочно просматривать справочники.

Очередное прощание, очередной отъезд, и наше безмолвное недоумение. Мне уже начало казаться, что мы вообще зря ездим на эти чаепития. Ведь ожидаемого результата это не приносит! Ни страшные тайны не желают раскрываться, ни с Эйдит поговорить по душам и сблизиться не выходит. Даже два подозрительных братца не объявлялись. Я, конечно, не жаждала с ними снова общаться, но нам ведь нужно раскрутить их на правду.

Вечером Дамиан снова тщательно осматривал нас, уже не только с помощью своей магии, но и какого-то специального заговоренного стекла. И опять безрезультатно.

– Тебе просто передалась моя паранойя, – хмыкнула я, когда он закончил проверять меня, разрешая вернуться в кресло у камина.

Этот вечер я проводила в библиотеке. С тяжким вздохом подняла с сиденья толстый справочник по экзотическим травам, села и водрузила его на колени.

– Нет, я уже давно заметил, что во всем, что касается тебя, всегда стоит быть более осмотрительным, чем с кем-либо еще, – заметил в ответ Дамиан, устраиваясь напротив меня.

И вот стоило бы обидеться, да только на правду, что ли? Проблем вокруг меня в последнее время действительно много. Да я и сама Храна все равно попросила бы еще раз посмотреть, нет ли каких изменений.

– Это правда, – вздохнула я и с упреком добавила: – Но все равно слышать такое малоприятно.

– Прости, родная, – мягко ответил он. – В связи с последними новостями для волнений есть причины, поэтому предпочитаю все перепроверить.

– В смысле? – напряглась я.

– Мы нашли девушек из, так сказать, первого набора «чаевниц», – нахмурившись, поделился он. – Традицию чаепитий леди Деланей завела не так давно, лет пять-шесть назад. Знаешь, с чем совпадает по времени?

– С чем? – очевидно, что с чем-то значимым.

– С поступлением старшего из наследников в университет. По стопам своей бабки, на лекарское отделение, – ответил Дамиан, и я почувствовала напряжение в его голосе.

– И что же случилось с теми девушками?..

– У нас нет никаких доказательств, что именно встречи в доме Битанов повлияли на них, но… Одна покончила с собой. Повесилась. Но не просто так, на пустом месте. Незадолго до ее самоубийства произошла трагедия – погибли ее родители. В предсмертной записке девушки было сказано, что она не смогла пережить их потерю. Произошло это год назад, и выявить связь с чаепитиями пятилетней давности было бы практически невозможно… если не посмотреть, что случилось с другими. Вторая девушка сейчас находится в лечебнице для душевнобольных. У нее мания преследования, и она крайне агрессивна. Третья два года назад зарезала мужа и его любовницу, после того как застукала их вместе. Осуждена и казнена. Еще одна жива, уехала далеко из столицы, поселилась в маленьком домике глубоко в лесу в полной изоляции от людей. Связи с ней практически никакой, но она живая, это точно.

Я с ужасом выслушала истории несчастных.

– Пугающая тенденция, не правда ли? – проницательно заметил он. – Ясно только одно, у них явные нарушения психики и личности. Причем в то время, когда они встречались с леди Деланей, и потом еще несколько лет с девушками было все в порядке. А затем началось буквально какое-то разрушение. Среди более поздних наборов тоже есть пара аналогичных случаев. Последние три года все в порядке. Но все равно… не оставляет ощущение…

– Что это просто отсроченное действие, – закончила я его мысль. – Сильно отсроченное. Такой уровень магической силы практически невозможен.

– Либо эти трагические события никак не связаны с чаепитиями, – задумчиво сказал Дамиан.

– Может быть, – не стала я настаивать. – Но все же… вся их компания – неплохие менталисты. Они могли запросто «поиграть» с сознанием девушек. Сразу это не проявилось, но что-то в их мозгах они повредили, поэтому постепенно шло внутреннее разрушение. И это жутко.

Меня передернуло от мысли, что кто-то втихаря пороется в твоей голове и в один день проснешься, а ты, оказывается, убил кого-то.

– Не бойся. – Перегнувшись через стол, Дамиан поднял с тяжелой книги мою холодную ладонь и сжал в своих руках. – Артефакты, которые сделал отец, должны полностью ограждать вас от малейшего ментального воздействия. Да и мы с тобой связаны. Любые изменения в твоей ауре я тут же почувствую.

– Да не сказать, что я боюсь, – призналась ему. – Ладно мы с Флорой, все же официально к семейству высших относимся лишь косвенно. Но вот Эйдит принадлежит к ним фактически. У нее даже врожденная защита должна быть неплохая, не говоря уже о родовых артефактах. Наверняка хоть один при ней есть всегда. Так что сотворить что-то с нами они вряд ли решатся. Просто… уму непостижимо. Не просто элита аристократии, а те, кто по призванию своему должен спасать жизни людей, да и спасает их в госпитале, в то же время намеренно калечат других.

– Если все действительно так, то мы разберемся с этим, не переживай, – серьезно проговорил Дамиан, твердо глядя мне в глаза.

А я внезапно задумалась, а правда ли магистр может что-то сделать против высшего? Против людей, обладающих абсолютно таким же статусом, как и у него? Ведь бабка с внуками не убивали девушек. Вдруг окажется, что нанесенный семейством Битан ущерб несущественен по сравнению с мощью их имени? Хотя, возможно, мы просто все зациклились и проблемы никакой и нет…

Правда, последующие события показали, что наши подозрения не так уж безосновательны.

Третье чаепитие внезапно оказалось не вечерним, а дневным и на природе. Ее сиятельство леди Деланей решила вывести нас на пикник в свой сад. И на этот раз к нашему девичьему коллективу наконец присоединились и кузены. Все же на эти посиделки мы с Флорой соглашались, исключительно чтобы подобраться к ним, ибо разговорить старую прожженную интриганку можно было даже не надеяться. Кто же знал, что она так упорно станет ограждать нас от встреч с любимыми внуками. Но, похоже, она сдалась под их напором.

После обеда мы чинно прогуливались среди деревьев и цветущих кустов, выслушивая рассказы леди о том, с каким трудом добывался каждый саженец. В общем, типичные рассуждения хозяйки, гордящейся своим садом. Так как дам было гораздо больше, насладиться мужским сопровождением повезло лишь двоим. Я, конечно, надеялась, что мне удастся вывести кого-то из братьев на разговор, и рассчитывала на более простого и понятного мне младшего. Но судьба распорядилась иначе, мне достался в сопровождающие наглый Гесим, а взбалмошный блондинчик Аерон развлекал сегодня серьезную и, я бы даже сказала, суровую Эйдит. Не иначе как это было веление свыше, а точнее, приказание старой леди, поэтому такой выбор братьев настораживал. А после того, как сама Деланей Битан подхватила под руку Флору, тем самым показывая, что именно моей «напарнице» придется сопровождать леди во время прогулки, я занервничала. Совпадение ли, что они расхватали всех, кто как-либо связан с семьями высших? Судя по тому, как Флора оглянулась на меня после того, как в нее вцепилась старуха, ей эта «случайность» тоже не понравилась.

– Прежде всего я хотел бы принести вам свои извинения за произошедшее на балу, – начал с неожиданного заявления старший из кузенов. – Похоже, я слишком много выпил в тот вечер и наговорил глупостей.

– Понимаю, с кем не бывает. Тем более в разгар такого чудного праздника, – тихо, чтобы не услышала пара девушек, следовавших за нами, произнесла я в ответ.

Не то чтобы я действительно могла оправдать такое поведение, но тут хочешь не хочешь, а общение как-то надо налаживать, так что мне придется проявить благосклонность, тем более он первый пошел на контакт.

– И все же вы мне простите те несправедливые слова? – с такой надеждой проговорил он, что я даже на мгновение поверила, что он искренен. Но только на мгновение, а потом вспомнила его взгляд в тот вечер и настойчивость… Нет, если бы ему от меня не было что-то нужно, он бы сейчас так не говорил.

– Конечно, прощу. Давайте просто забудем о том, что тогда случилось, – сладко улыбнулась я. Главное, не переборщить, а то он решит, что я ерничаю.

– Как вы осваиваетесь в нашем обществе? – приступил он к типично светской беседе, пока его бабка впереди перечисляла сорта роз, украшавших дорожку по бокам.

– Понемногу. Флора помогает мне в этом, да и благодаря чаепитиям я узнала много нового и крайне полезного, – вдохновенно вещала я. Особенно полезны были списки фасонов и цветов платьев, модных в этом сезоне, без них бы мне никак не выжить. – И очень интересно слушать про прежние праздники. Особенно жалею, что, если бы всего на несколько месяцев раньше обнаружился мой дар, я бы смогла своими глазами увидеть зимний императорский бал. Рассказывают, что представление было потрясающим!

Я изображала восторг, при этом зорко следя за реакцией Гесима. Если именно он тогда был в темном плаще в коридоре, то, возможно, проявятся хоть какие-то признаки злости или разочарования от сорванных планов, хотя бы просто недовольство. Но, к сожалению, Гесим остался равнодушен к этой теме.

– Действо, конечно, было неплохим, но ничего особо выдающегося, так что не переживайте, что вы его пропустили. Лучшее представление еще впереди, – с улыбкой пообещал он.

И вот чем-то мне это выражение не понравилось.

– Какое же, если не секрет? – На лице удивление вперемешку с нетерпением, а в душе натянулась тугая струна напряженности.

– Секрет, – хитро усмехнулся брюнет. – Но вы узнаете обо всем совсем скоро.

– Вы меня заинтриговали, – нежно улыбнулась я.

– На это и был расчет.

На этом наш разговор пришлось временно прервать, потому что леди собрала всех поближе, рассказывая теперь про фруктовые деревья, которые ей везли откуда-то из-за рубежа.

Пока мне дали передышку от беседы с этим подозрительным типом, я быстренько пробежалась глазами по остальным интересующим меня людям. Флора блистала все той же беспечностью, хотя я, неплохо с ней знакомая, отметила, что девушка нервничает, просто хорошо умеет держать лицо.

А вот Эйдит, кажется, вообще не способна скрывать свои эмоции, потому что явно было заметно ее раздражение, вызванное присутствием рядом младшего представителя рода. Она кривила губки от каждого его прикосновения к себе. Но почему-то Аерона это совершенно не беспокоило. Нет, я, конечно, невысокого мнения о его интеллекте, но все же это как-то странно.

Две девушки, которые, как я предполагала, были пассиями братьев, выглядели недовольными, что неудивительно, ведь им внимания их кавалеров не досталось. Они перешептывались и бросали злые взгляды на меня и Эйдит. Если бы они только знали, что мы с младшей леди Бхалтэйр мечтаем поменяться с ними местами куда больше, чем они сами.

Обсуждение особенностей местного сада закончилось, и мы медленно двинулись дальше, невольно возвращаясь к прерванному разговору.

– И как вы свыкаетесь с новой магией? – поинтересовался Гесим, а мне пришлось подавлять в себе желание скривиться. Почему все так настойчиво интересуются процессом освоения моего дара? Или я чего-то не знаю и этот вопрос входит в какой-то перечень условно-вежливых и положенных вопросов? Вроде интереса о здоровье родственников и просьбы обязательно передавать им привет.

– Не особо успешно, – разочарованно вздохнула я. – Все это так сложно и непривычно. Да и овладевать даром все же начинают в более раннем возрасте, когда любая учеба дается легче.

– Так почему же ваш дар проснулся так поздно?

Мне почудилась какая-то особая заинтересованность в этом вопросе. Что ж, в таком случае все не так подозрительно. Он же целитель, и любой феномен в развитии человека ему интересен и стоит рассмотрения. А тут внезапное открытие дара некроманта, да еще и в таком возрасте.

– Не знаю, – печально ответила я. – Возможно, все дело в том, как сильно потрясла меня смерть родных. Горе очень долго не отпускало. К тому же незадолго до того, как проснулся дар, скончался мой любимый пес, единственный близкий друг…

Я додумала легенду моего появления в семье Клейрон, потому как в первоначальном плане никакой собаки не имелось. Но я сама как целитель знаю о том, что как моральные, так и физические всплески могут вызывать в организме какие-либо изменения, поэтому посчитала, что такая трогательная история будет пусть и не самым лучшим объяснением, зато достаточно простым и достоверным. Не всегда стоит все усложнять.

– Ох, простите, я бы не хотела дальше об этом вспоминать, – слегка всхлипнула, отворачиваясь от Гесима, словно пытаясь скрыть набежавшие на глаза слезы.

Перед моим носом тут же оказался платок, который я благодарно приняла и сделала вид, что утерлась.

– Простите, что затронул столь тяжелую для вас тему.

Мужчина продолжал изображать из себя галантного и сопереживающего. Но я-то видела, что на мои всплески эмоций ему было наплевать. Не зря говорят, что глаза – зеркало души. В них, как и в глазах его бабки, не отражалось ни единого чувства.

– Я надеюсь, семья хорошо вас приняла? – вернулся он к расспрашиванию.

– Очень, – тут же встрепенулась я, и даже притворяться не пришлось, чтобы изобразить прилив благодарности. – Все так добры ко мне. А лорд Клейрон бесконечно терпелив на тренировках, хоть мне и тяжко дается эта наука.

Про последнее я немного приврала. Бриара-старшего с большой натяжкой можно назвать терпеливым. Мне не раз доставались его недовольные окрики и обвинения в тупости. Впрочем, небезосновательно.

– Я смотрю, они очень дорожат вами, – заметил Гесим, разглядывая меня.

– С чего вы взяли? – удивленно поинтересовалась я, про себя судорожно соображая, а не смог ли он все же разглядеть мою связку с Дамианом.

Мужчина указал на кулон с черным камнем, висевший у меня на груди.

– Вам доверили семейное украшение. Это же, насколько я понимаю, один из родовых артефактов. – Он прищурился, разглядывая камень. – Да, определенно в камне виднеется родовой герб, значит, я не ошибся.

Я с удивлением взяла в руку кулон и поднесла к глазам, чтобы разглядеть получше. И действительно, в ярких лучах солнца в глубине черного камня можно было рассмотреть силуэт какого-то существа. Если я правильно помню гербы высших семейств, у Клейронов должен быть грифон, но фигурка в кулоне слабо походила на это мифическое животное. Вот уж не знаю, на самом ли деле этот артефакт родовой, Бриар просто дал мне украшение с указанием надевать на все повседневные визиты в общество, сказав, что это сильный защитный артефакт. Но даже если кулон не просто одно из творений его отца, главное, разубедить в этом Гесима. Пусть думает, что это простенькая защита, скрытая в дорогой побрякушке.

– И правда, что-то там виднеется, – с улыбкой заметила я, опуская кулон на грудь. – Но, боюсь, насчет родового артефакта вы все же ошиблись. Это украшение заказывали специально для меня. Я оправу к камню сама выбирала.

– Тогда это очень хорошая работа, вам повезло с ювелиром.

– Мне много с чем везет, – не переставая улыбаться, заявила я, и мы продолжили прогулку.

Наверное, столь утомительного чаепития у меня еще не было. Всю оставшуюся дорогу Гесим пытался выяснить подробности моего общения с семейством Бриар и с Флорой, насколько я им близка и они мне, а я пыталась не только мягко выскользнуть из этих вопросов, но и снова вернуться к теме балов, а особенно зимнего. Успехов с моей стороны не наблюдалось. К счастью, прогулка все же завершилась у высокой зеленой изгороди, которая оказалась стеной лабиринта. Его нам пообещали показать завтра, потому что он, по словам леди Битан, «особенно хорош в вечернем освещении».

Понять, что прекрасного в брожении по полутемному кустарнику, я не могла, на тот момент меня лишь радовало, что мучения на сегодня закончились. Правда, положенным чаем нас все же напоследок напоили и наконец отпустили с очередным приглашением.

Вернулись домой мы с Флорой обе одинаково замученные. Как оказалось, в перерывах между рассказами леди умудрилась и ее завалить удивительно похожими на мои вопросами и чуть ли не всю душу из девушки вытрясти. Мы с девушкой разбрелись по спальням, отдыхать до вечера, а может, и вовсе до утра.

И мне впервые за последние пару месяцев вновь приснился кошмар.

Но в этот раз все было совершенно по-другому. Не жуткие воспоминания или видения возможного ужасного будущего, повторяющего трагедию моей семьи, нет. Сначала была темнота, привычная и даже довольно уютная. Но постепенно нагнеталось ощущение, что за мной кто-то следит, что в этой тьме кроется что-то кошмарное. С каждым мгновением чувство паники нарастало, пока в конце концов не заставило меня просто бежать. Пусть во тьму и неизвестность, но лишь бы подальше от того, что скрывалось где-то сзади. Вот только это нечто рвануло за мной в погоню. Я не видела и не слышала его, но знала, что оно преследует меня и я очень пожалею, если поддамся логике и остановлюсь, решив, что мне ничего не угрожает.

Я резко очнулась ото сна с заходящимся то ли от страха, то ли от бега сердцем и бьющейся в голове мыслью: «Бежать!» И чуть было не спрыгнула с кровати, чтобы продолжить бессмысленную гонку, но осознание того, что все это было лишь сном, наконец настигло меня, и я устало откинулась на подушки. Спать после такого не хотелось совершенно, потому что опасения, что стоит мне закрыть глаза, и снова окажусь во тьме погони, все еще копошились где-то в уголке сознания. Часы показывали три часа ночи, а сумерки комнаты, заполненные отблесками уличного освещения и шумом ветра за окном, казались особенно пугающими. Хран опять куда-то ушел, и оставаться одной в таком состоянии и настроении не хотелось. В этом доме лишь в одной комнате я себя чувствовала уверенно. Чтобы ни случилось, пожалуй, только библиотеку я всегда считала своим домом, причем не важно, где она находилась. Среди книг, в окружении запахов кожи и старых пергаментов, мне было хорошо и спокойно. Иногда даже казалось, что если прислушаться хорошенько, то можно различить едва заметный шелест страниц, неясное шуршание их бумажных голосов, рассказывающих свои истории. Недолго думая, я накинула на плечи халат и тихой мышкой решила проскользнуть в библиотеку. Может, в уютном свете камина, который там, казалось, никогда не гасили, мне удастся успокоиться и проспать до утра. Если же нет, так хоть будет чем заняться. Все лучше, чем трястись от неясных предчувствий в своей кровати.

Чего я не ожидала, так это того, что заветная комната уже окажется занята. Но этой компании я была только рада.

– Не стой босиком на холодном полу, – проговорил Дамиан, не отрываясь от бумаг и выпуская изо рта сигаретный дым, которого в помещении и так было достаточно. Видимо, он уже давно здесь работал.

Я озадаченно глянула на свои ноги, только сейчас заметив, что забыла обуться и была настолько погружена в свои мысли, что даже не почувствовала холода. О том, как Дамиан, сидевший ко мне спиной, догадался, что пришла именно я, да еще и босая, решила не задумываться.

– Сейчас, – вздохнула я и не удержалась от маленькой шпильки: – Только окно открою, чтобы проветрить, а то так и задохнуться можно.

Не успела и шага сделать, как легкий ветерок, появившийся словно из ниоткуда, задорно взметнул волосы мне на лицо, поиграл подолом халата и ночной сорочки и исчез, забрав с собой тяжелый дым и запах табака. Лишь наполненная окурками пепельница на столе напоминала о вредной привычке магистра.

– Знаешь, есть множество гораздо менее мучительных для тебя и окружающих, но более эффективных способов, чтобы убить себя, – заметила ворчливо, проходя к креслу напротив письменного стола и забираясь туда с ногами. Огонь в камине взметнулся, вспыхнул чуть ярче, разгораясь все сильнее, одним своим видом наполняя меня уютом и ощущением теплоты.

– Снова кошмары? – не обратив внимания на мое замечание, спросил Дамиан, отложив бумаги в сторону и посмотрев на меня.

– И откуда ты все знаешь? – отведя взгляд, пробормотала себе под нос. Посидеть в его компании, чтобы просто не быть одной после сна, я хотела, а вот делиться его деталями – не особо.

– Чувствую, – слегка улыбнулся он. – Наша связь позволяет отслеживать твое эмоциональное состояние, а кошмары – это тоже всплески эмоций.

– Это нечестно, – пробормотала тихо. – Я перед тобой как раскрытая книга.

– Если бы, – отозвался он на мой шепот. – Поверь, я достаточно пожил, чтобы понимать, что сиюминутные всплески могут совершенно ничего не значить. Важнее то, что прячется в глубине. Так что даже если ты и раскрытая книга, то исключительно хорошо зашифрованная.

– Почему ты так поздно здесь сидишь? – решила я сменить тему.

– Странный вопрос, Касс, – усмехнулся он, возвращаясь к своим бумагам. – Много работы. Гораздо больше меня интересует, что же такое тебе приснилось, что ты неуклюже избегаешь этого вопроса.

– Да так, бред какой-то, – отмахнулась я. – Ничего, о чем стоило бы волноваться.

– Тогда почему тебе все еще не спится?

– Просто много мыслей в голове, – поморщилась я.

– Леди Битан? – проницательно поинтересовался Дамиан.

С неохотой кивнула.

– Есть что-то подозрительное? – тут же посерьезнел он, отложив бумаги и внимательно слушая меня.

– Да в том-то и дело, что нет, – раздраженно ответила ему. – Точнее, во многом ее поведение кажется странным и проскальзывают иногда какие-то фразы и слова… Но если рассуждать отстраненно, ничего такого в этом нет. Исключительно личные впечатления, что фактически можно приравнять к выдумкам.

– Я бы тоже так решил, если бы не несчастные девушки, когда-то давно побывавшие на этих чаепитиях, – задумчиво проговорил он. – Хотя их уже проверили на ментальное вмешательство. Уровень магии, который мог настолько повредить сознание, оставил бы заметный след. Но они чисты, ни малейшего следа воздействия.

– Значит, что-то другое, – заключила я.

Семья Битан с многовековой историей и высшим положением в обществе не может не иметь скелетов в шкафу. Возможно, мы просто ищем не в том направлении…

– Не мучай себе размышлениями, – вывел меня из задумчивости Дамиан. – Иди спать, тебе нужны силы на завтра. У вас же очередная встреча?

– Не хочу. Выспалась уже, – слегка покривила я душой.

Спать все же хотелось, а вот возвращаться в темную комнату и снова окунуться в кошмар не хотелось совершенно. Лучше уж здесь посидеть, это тоже отдых.

Удобно устроившись в большом мягком кресле, я перебирала варианты, где и что еще можно нарыть по семье Битан, и внезапно почувствовала, что глаза слипаются, а сознание заволакивает сонная дымка. Только меня ждет уже не тьма и страх погони, а что-то хорошее и солнечное. Погружаясь глубже в эту теплоту, успела подумать, что потом обязательно выскажу Дамиану все, что думаю о таком вот принудительном отправлении спать. Хотя… может, и не выскажу совсем.

На очередное чаепитие мы прибыли, когда солнце уже начало клониться к закату. Флора, необычно хмурая сегодня, всю дорогу ворчала себе под нос, как ей уже надоело это бессмысленное топтание на месте, в конце концов взбесив и меня. Так что в дом Битанов мы явились обе раздраженные, и я надеялась, что остальные нашего состояния не заметят. Несмотря на обещанную прогулку по лабиринту, «особенно прекрасному в вечернее время», перво-наперво нас провели в уже знакомую гостиную на традиционную чашку чая с травяным сбором, приготовленным собственноручно благородной леди.

Все было привычно: прислуга, разливающая напиток, и разговоры ни о чем. Эта монотонность и беседы, и действий окружающих почти усыпляла. И тут я кое-что почувствовала. Тонкое плетеное колечко – амулет Храна – внезапно слегка нагрелось на пальце после того, как я приняла чашку из рук горничной. Я опустила взгляд на чай, пытаясь заметить какие-либо изменения в составе. И мне повезло. Среди обычных ароматных растительных добавок появилась одна новая.

Концентрированный экстракт этой травки нередко использовали для усыпления пациентов во время операций. В чае ее количества для этого было недостаточно, но само присутствие! Это определенно не то растение, которое можно добавить в напиток для легкого успокоительного эффекта, и как целитель леди Битан этого не знать не могла. А уж в совокупности с каким-то еще веществом нерастительного происхождения, которое определило кольцо, ситуация принимала опасный оборот. Теперь я к этому чаю точно не притронусь, остается только надеться, что Флора тоже не теряет бдительности и следит за мной.

Я медленно опустила чашечку на столик и бросила быстрый взгляд в сторону девушки, радуясь, что леди Деланей отвлекли очередным вопросом про ближайший бал. Судя по обеспокоенному лицу Флоры, мои действия не остались незамеченными. Вот только, как оказалось, незамеченными они не остались не только ею.

Эйдит, сидевшая напротив меня, хмуро рассматривала мою одинокую чашечку на столе, а потом подняла подозрительный взгляд на меня. Мне оставалось только мило улыбнуться в ответ. Сказать ей, почему я так упорно игнорирую главную часть сегодняшнего мероприятия, я не могла, оставалось только играть. Чтобы не слишком выделяться среди девушек, чашку пришлось снова взять в руки, вот только делать глоток из нее я не спешила. И Эйдит тоже. Она продолжала пристально следить за происходящим за столом и явно отметила, что ни я, ни Флора к своим напиткам не притрагивались. А дальше произошло внезапное. Хрупкий фарфор выскользнул из пальцев Эйдит и с громким «дзинь» рассыпался осколками по полу, попутно окатив чаем подол ее платья.

– Ох, простите, я такая неуклюжая, – смущаясь, проговорила она.

– Не переживай, дорогая, сейчас принесут еще, – успокоила ее леди Битан и вышла отдать распоряжения.

Девушки засуетились возле Эйдит, промакивая салфетками коричневые чайные пятна на ее платье. Я, конечно, не могла не воспользоваться моментом, вытащила из потайного кармашка маленькую, туго закрывающуюся пробирку, отлила в нее из своей чашки немного жидкости, внимательно следя, чтобы никто, кроме Флоры, не заметил моих действий.

Понятно, что Эйдит сделала правильные выводы и специально разбила свою чашку. Наверное, надеялась, что, следуя строгому расписанию чаепитий, напиток ей заменить не успеют. Но сегодня хозяйка дома почему-то отступила от собственных правил. После возвращения она зорко следила, чтобы каждая из нас сделала хоть по глотку, и это лишь увеличило мое беспокойство. После обеспокоенного вопроса леди Деланей: «Неужели вам не понравился мой сбор?» – мне с приклеенной улыбкой пришлось уверить старуху, что все прекрасно, и поднести чашечку ко рту, изображая глоток. Остается только надеяться, что Флора с Эйдит тоже лишь показывали видимость, а не пили опасное пойло. И только после того, как леди удостоверилась, что все приняли хоть каплю ее варева, она с извиняющейся улыбкой заявила, что неважно себя чувствует, но наших планов это нисколько не отменяет. Ведь она обещала нам прогулку по чудесному лабиринту. Так что сегодня нас будут сопровождать «мальчики», которые тут же появились, словно дожидались за дверью.

Вопреки ожиданиям лабиринт не выглядел устрашающе. Высокие стены из густого, ровно подстриженного кустарника, над которыми, слегка мерцая, висели цветные огоньки, выполнявшие роль вечернего освещения. Выглядело довольно мило и действительно намного симпатичнее, чем днем, при ярком солнечном свете. Ох, неспроста старушка отказалась с нами идти и скинула прогулку на плечи внуков. А тот факт, что все такие из себя вежливые и приветливые братья не предложили никому из девушек руку, пока вели коротким путем через сад к этому сооружению, и оба шли в начале нашей процессии, лишь дополнил череду странностей сегодняшнего вечера.

– Бабушка очень гордится этим проектом, – вдохновенно вещал Аерон, вслед за кузеном заводя нас в сумрак зелени. – Она сама занималась чертежами лабиринта и даже сделала здесь пару секретных проходов и небольших беседок, – с явным намеком подмигнул он Эйдит, которая шла сразу за ним, на что девушка слегка поморщилась. – Ну и несколько фонтанов, скульптур и прочих ценных приобретений нашей семьи.

– Ты забыл рассказать о самом интересном, – внезапно напомнил ему Гесим, взглянув на нас с какой-то чрезмерно радостной, слащавой улыбкой.

– Точно, – словно вспомнив что-то, отозвался Аерон. – Многие из тех, кто побывал тут, говорят, что видели призрака. Будто он рыщет по лабиринту в поисках кого-то.

– Иногда у нас пропадает прислуга, – как бы между прочим добавил старшенький, нагнетая обстановку.

Амира и Клэр, девушки, разбавлявшие наше общество высших, тут же с писком кинулись поближе к «защитникам». Они оттеснили из первых рядов Эйдит, которая все эти россказни о призраке слушала со скучающим выражением лица. А вот Флора рядом со мной еле слышно выругалась. Ведь именно я ей не так давно рассказала о том, что встретилась с реальным призраком, хотя сильно сомневалась, что таковой имелся и в этих зеленых стенах.

– Не волнуйтесь, – успокоил разнервничавшихся девушек Гесим. – Пока мы рядом, он не посмеет подойти. Идемте скорее, сейчас за поворотом будет одна из беседок.

И точно, стоило нам свернуть за угол, как там обнаружилась большая круглая площадка, в центре которой находилась увитая плющом беседка, а от нее в разные стороны расходились пять дорожек, углубляющихся в ходы лабиринта. Да уж, пожалуй, заблудиться тут достаточно легко.

– А если приглядеться к плющу на беседке, можно заметить, что его побеги складываются в рисунок, – заметил Аерон.

Все дружно принялись высматривать, что там вырисовывается. Я тоже послушно обратила взгляд в ту сторону, вот только интересовало меня не это. Я пыталась понять, для чего все эти ужимки. В историю о призраке я не верила. Если бы тут действительно кто-то существовал, то об этом бы все давно знали. Да и девушки с этих чаепитий возвращались живыми и никаких страшных историй не рассказывали. Так зачем же нас привели в этот лабиринт, предварительно напоив какой-то гадостью?

Очнулась я от размышлений благодаря тихому испуганному вскрику.

– Куда они пропали? – судорожно озиралась Клэр.

Пока все послушно пялились на архитектурное творение, высматривая в нем нечто, как я предполагаю, несуществующее, ушлые братья смылись, оставив нас одних в полумраке лабиринта.

– Аерон, Гесим, это не смешно, – капризно заявила Амира.

Наивная. Она явно думает, что это всего лишь глупая шутка. Не знаю, зачем они нас завели сюда и бросили, но вряд ли желание посмеяться было их главным мотивом.

Мы с Флорой мрачно переглянулись, и боевичка, ловко задрав подол платья, сняла с креплений над коленями пару кинжалов.

– Очевидно, вы обе знаете что-то, чего не знаю я, – негромко проговорила Эйдит, рассматривая оружие в руках девушки.

– Скорее, подозреваем, – поправила ее Вегерос.

– Вон он! – внезапно раздался голос Амиры с другой стороны беседки, которую она осматривала в поисках спрятавшихся.

Мы поспешили к ней.

– Аерон, подожди! – уже с нотками истерики крикнула девушка и скрылась в одном из проходов, ведущих в глубину лабиринта.

Клэр тут же метнулась вслед за ней.

– Стойте! – только и успела крикнуть я. – Нам нельзя… разделяться.

Но обеих девушек и след простыл. Даже голосов слышно не было.

– И что тут происходит? – недовольно сложила руки на груди младшая леди Бхалтэйр.

– Мы сами толком не знаем, – пожала плечами Флора, осматриваясь вокруг. – Но явно что-то нехорошее.

– Это я уже и сама поняла, – нахмурилась Эйдит. – Как выбираться будем?

– Коридор, из которого мы пришли, я запомнила, – отозвалась я. – Но вот все повороты вряд ли воспроизведу, так что придется побродить.

– В крайнем случае прожгу нам путь наружу прямо сквозь кусты, – усмехнулась Флора, оторвав лист с зеленой стены.

– Не хотелось бы прибегать к таким крайним мерам и портить отношения с леди Битан, – мягко заметила я.

А в следующее мгновение к сердцу протянула свои лапки паника. Ритм лишь слегка дернулся и постепенно начал набирать скорость, предвещая приближающийся страх. И это чувство… как вчера во сне… словно я уже слышу чье-то тяжелое дыхание где-то там, за беседкой, которое движется в нашу сторону.

«Спокойно, ничего страшного произойти не может. Это просто воображение. Вдох, выдох. Главное – успокоиться», – попыталась убедить себя.

Я посмотрела на Флору, чтобы предложить как можно скорее уйти из этого места, но наткнулась на полный паники взгляд девушки. Вышколенная боевичка стояла напряженная и нервно осматривалась вокруг. Примерно такая же реакция была и у Эйдит, которая внезапно материализовала два переливающихся, словно из жидкой стали, клинка.

Значит, мне не показалось? Немного успокоившееся сердце снова дернулось, готовое в любое мгновение забиться в приступе страха.

Стоп! Не могла же на нас вот так вот разом на всех накатить паника? Ладно я, всего лишь слабый бывший целитель, хотя уже тоже повидала многое, чтобы испугаться темного лабиринта, но два обученных боевика, которые прежде всего должны уметь не паниковать в таких ситуациях? Нет, похоже, чувство опасности нам навязали.

– Никого, случайно, прошлой ночью кошмары не мучили? – осененная догадкой, поинтересовалась я у вооружившихся девушек. – Предположительно как-то связанные с погоней.

– То есть это не просто плохие сны? – тут же подхватила мою мысль Флора, а Эйдит мрачно кивнула, подтверждая, что и ей снилось нечто подобное.

– Проверяли действие, наверное, – пробормотала я, пытаясь догадаться, каким же образом они все-таки смогли на нас воздействовать. – Нагнетали обстановку, чтобы сегодня мы были еще более нервными и легче поддались повторному воздействию.

– Ты думаешь, что… – начала Эйдит, но замолкла на полуслове, резко обернувшись к одному из проходов, словно услышав что-то.

– Все это нам кажется, – проговорила я, сама вздрогнув от неясного шороха где-то за спиной.

Но оборачиваться не стала принципиально, зная, что это всего лишь игра с нашим сознанием. Лучше лишний раз сделать глубокий вдох и попытаться взять себя в руки.

– Это чувство паники и преследования всего лишь навязано, – медленно и уверенно проговорила я и, взяв настороженно осматривающихся девушек за руки, чтобы они обратили на меня внимание, еще раз повторила: – Там никого нет!

– Но как они на нас воздействуют? – нервно кося глазами в сторону ближайшего прохода, проговорила Флора.

– Не знаю, – ответила я честно, борясь с желанием закрыть руками уши, чтобы не слышать всех подозрительных звуков, мерещащихся мне.

– И зачем им это? – скептически вскинула бровь Эйдит.

– Не знаю! – нервно повторила я. – Почему вы у меня-то спрашиваете?

На мой вопрос отвечать никто не посчитал нужным, обе снова беспокойно всматривались в сумерки лабиринта.

Мне кажется, или освещение померкло?

Так, спокойно, нервничать нельзя, просто никак нельзя. Нужно сейчас же успокоиться и постараться рассуждать логически. Что я могу сделать сейчас?

Выяснить, как они все это организовали, вряд ли получится. Что и как умудрились в нас влить еще до чаепития, хотя я исправно проверяла все подаваемые напитки, включая воду, на наличие примесей, тоже не выйдет. Но вот попытаться определить, как они воздействуют на нас в данный момент, вполне можно. Даже не знаю, какому богу следует помолиться за способность, подаренную мне Храном.

Мгновенно переключившись на хранительское зрение, я с предчувствием, что это не сулит нам ничего хорошего, осмотрелась. Все зеленые стены были скрыты потоками голубой магии. Будь я проклята, если это не чертова защита!

– Фло, помнишь, ты хотела просто прожечь нам путь наружу? – мрачно спросила я. – Можешь смело приступать.

– Ты же говорила, что это будет слегка невежливо по отношению к хозяевам, – усмехнулась девушка.

– Что-то мне подсказывает, что все будет не так уж плохо, – хмуро пробормотала я. – Для хозяев так точно.

Я подошла ближе к стенке и попыталась подцепить с нее поток. Пусть и неохотно, но он поддался. Пластичный и тягучий кусок ленты, стоило его оторвать, просто растекся в руках и распался на капли, выдавая свою водную природу.

Ладно, чисто теоретически снять эту защиту я смогу, но боюсь, что времени на это потрачу гораздо больше, чем мы можем себе позволить, учитывая общую толщину всех стен. Сколько их придется освободить от защиты, прежде чем мы выберемся? Боюсь, мне просто сил не хватит.

Флора, все же решившись, бросила в зеленое ограждение небольшой огненный пульсар, и он с легким шипением исчез, едва прикоснувшись к листьям, не оставив на стене ни единого следа.

– А если я? – предложила Эйдит, перехватив поудобнее мечи в руках.

Я согласно кивнула девушке. Кто знает, может, магия металла окажется более эффективной? Но, к сожалению, опять не повезло. Сверкающее, словно живое, лезвие лишь упруго отскочило от стены, не причинив ей вреда, но зато вызвало сильные колебания по всей защите, так что даже девушки своим обычным зрением смогли заметить на мгновение искажения в густой ровной зелени.

– Просто замечательно, – недовольно проговорила Эйдит, потирая запястье. Видимо, неудачный удар сильно отдался в руку.

– Это еще не самое плохое, – сказала я, рассматривая плитку у нас под ногами, которой были вымощены дорожки.

– Что еще? – раздраженно спросила Флора и судорожно сжала руки на рукоятках кинжалов.

– Спокойнее, – осадила ее я. – Вдох-выдох, Фло. Помни, эта паника не твоя. Никто тут за нами не следит, никого, кроме нас, тут нет.

И в тот же миг где-то в отдалении раздался истеричный женский вскрик, от которого мы все резко дернулись.

– Скажи это тому, кто там кричал, – явно начала поддаваться страху более опытная и стойкая Эйдит.

– Отставить! – выкрикнула я, сжав кулаки. – Чем больше нервничаете вы, тем сильнее и я начинаю. Мне нельзя нервничать.

Флора недовольно скривилась, а Эйдит уставилась на меня круглыми глазами, теперь действительно полными паники.

– Ты что… того? – явно с каким-то намеком спросила она, но я не поняла.

И лишь через секунду, сопоставив с моим предыдущим «нельзя нервничать», поняла, о чем подумала девушка.

– Нет, я не беременна. Я вообще не об этом, – раздраженно отмахнулась я, а потом вздрогнула, в очередной раз почувствовав чужой взгляд прямо на затылке.

«Мне все кажется, просто кажется».

– Тогда почему нельзя? – непонимающе проговорила Эйдит, пока я в очередной раз пыталась заставить свое сердце замедлить темп.

– Если я начну паниковать, то есть по-настоящему испугаюсь, сюда тут же явится Дамиан, и всем не поздоровится, – недовольно заявила я.

– Так в чем проблема? – не поняла девушка, да и Флора смотрела на меня с явным вопросом в глазах.

– Эйдит, мне искренне жаль, что мы тебя впутали во все происходящее. Но ты-то, Фло? Забыла, зачем мы сюда явились? Так я напомню – разведать, из-за чего возникли странности в поведении девушек, побывавших на прежних чаепитиях в доме леди Битан. И что мы узнали на данный момент? Кузены завели нас в лабиринт, оставили здесь, рассказав страшную сказку. Вот, собственно, и все. В глазах остальных – ничего криминального. Ты ни за что не докажешь, что эта паника не наша, а поддельная. Конечно, нам Дамиан поверит, вот только для остальных это будет наше слово против слова представительницы старейшего семейства из высшей аристократии.

– Нет, а что ты тогда предлагаешь? – раздраженно отозвалась боевичка, видимо, признавая мою правоту.

– Прежде всего успокоиться, – снова повторила я. – А потом… найти братьев. Уверена, сейчас именно эти двое играют с нами, а значит, они все еще где-то здесь, в лабиринте.

– А дальше что? – деловито поинтересовалась Эйдит, наверняка уже просчитывая, как именно можно отыскать Аерона и Гесима.

– А дальше… вольем в одного из них это, – достала я из кармана пробирку с образцом чая. – Подозреваю, то, что там намешано «заботливой» леди Деланей, не создает панику, а лишь ослабляет защиту и увеличивает восприимчивость.

И вдруг заметила, что от пробирки исходит еле заметное пепельно-зеленое свечение.

– А плитка у нас под ногами еще сильнее увеличивает это воздействие, – догадалась я.

Флора выругалась себе под нос и по-мужски сплюнула на дорожку.

– Но зачем ты хочешь братцам-то это споить? – непонимающе посмотрела она на меня.

– Потому что раз это пойло ослабляет защиту, то, скорее всего, ослабит и их силу. А потом мы с ними побеседуем по душам, – проговорила я, уже понимая, что решила сделать, но пока не желая раскрывать все свои способности перед Эйдит.

Я – не Дамиан, у меня нет необходимости действовать строго в рамках закона. Так что, похоже, не зря я проверяла на нем, сработает ли мой прием «гипноза». Настало время испробовать его на представителях другого высшего семейства и убедиться в их причастности или непричастности ко всему произошедшему.

– Допустим, план ближайших действий у нас есть, – все еще нервно оглядываясь, сказала Эйдит. – Вот только боюсь, что в этом нашем состоянии поиски злодеев будут не особо успешны. И кто знает, может, паника – это только начало, какие эмоции они решат наслать дальше? Злость, ярость? Вдруг в один прекрасный миг мы попросту решим прибить друг друга?

В ее словах был резон. Не просто же так одна из девушек убила мужа. Вот только…

– Нет, убивать друг друга мы вряд ли станем, – отрицательно покачала я головой.

– С чего такая уверенность? – скептически взглянула на меня Флора.

– Если мы здесь сгинем, это вызовет много подозрений к роду Битан, – уверенно ответила я. – Страшно представить, что тогда сотворят с этой семьей наши…

Учитывая, что Эйдит из рода воинов, а Клейрон сейчас номинально принадлежат к роду некромантов, объединившись, они могут, наверное, пол-империи разгромить, а то и всю целиком.

– Но ты права, оставаться под ментальным влиянием не хотелось бы, – согласилась я. – Флора, иди сюда.

– Зачем? – Она отшатнулась от моей протянутой руки и с подозрением уставилась на меня.

Кажется, внушенная паника уже давала свои плоды. И я прекрасно понимала девушку, когда не можешь доверять собственным инстинктам, глазам и ушам, неудивительно, что начнешь шарахаться от окружающих.

– Я хочу попробовать найти на тебе следы магии и определить, можно ли от нее как-то избавиться, – медленно и как можно спокойнее проговорила я, твердо глядя ей в глаза, надеясь, что это поможет. – Я бы и на себе поискала, но это будет сложнее, я же не могу собственную спину осмотреть или волосы.

– А как ты сможешь засечь присутствие этой магии? – вспомнила о немаловажной детали Эйдит. Странно, что она еще раньше не поинтересовалась про то, откуда я узнала про защиту на стенах и про то, что плитка под ногами пропитана магией.

– У меня есть артефакт, который позволяет ее увидеть, – показала я на простенький браслет с подвеской у меня на запястье, на самом деле являвшийся простенькой защитой, которая не особо помогла мне. Уверена, что у Флоры с Эйдит тоже защитных амулетов и артефактов при себе достаточно имеется, но, похоже, ни один из них, как и мой, не сработал.

Флора, больше не задавая вопросов, подошла ближе, и я принялась внимательно осматривать ее в поисках хоть какого-нибудь свидетельства воздействия. То, что поначалу я приняла за обыкновенную ниточку от голубого платья, неудачно вылезшую на локте девушки, по факту оказалось тончайшим потоком магии. С помощью которого, видимо, на нас и воздействовали. Один его конец аккуратно вился вверх по плечу боевички, теряясь на шее под волосами, а второй свободно спадал вниз, исчезая в траве.

Несомненно потрясающая работа. Какими бы гадами ни были члены этой семейки, но сплести настолько тонкое управление – это нужно суметь. В таланте им не откажешь. Потянув за второй конец, уходивший на землю, я увидела, как нить легко поднялась в воздух, своим концом все еще пропадая дальше, в проходе лабиринта.

Вывод был одновременно хорошим и не очень.

– Что ж, – вздохнула я, оставляя Флору в покое. – Я могу избавить нас от их магии.

– Судя по тому, что ты произносишь это не особо радостно, существует одно «но», – мрачно проговорила Эйдит, нервно поигрывая клинками в руках, из-за чего те постоянно меняли форму, то удлиняясь и становясь совсем узкими, то, наоборот, вспыхивая широкими короткими лезвиями.

– Да, – подтвердила я ее догадку. – Если сейчас снять магическую привязку братцев, то они это сразу почувствуют и мгновенно прикроют свой эксперимент, а мы так и не узнаем, какова же была их конечная цель.

«И чем они занимались на том проклятом балу», – добавила про себя.

– Но по этому потоку магии мы можем отследить их местоположение, – добавила я, предположив, что конец этой самой нити наверняка в руках у ее создателя, а то с чего бы ей тянуться куда-то в недра лабиринта.

В любом случае к источнику воздействия на нас нитка должна привести, даже если этим источником и не является пресловутая парочка.

– Если только не свихнемся раньше, чем успеем до них дойти, – недовольно проворчала Эйдит, кажется, не одобряя моего желания любым способом докопаться до правды.

Хотелось бы с уверенностью заявить, что такого не произойдет, но в голове возник голос Дамиана, рассказывающий о том, что случилось с девушками, побывавшими в гостях у леди Битан. Поэтому я предпочла промолчать.

– Есть другой вариант, – немного подумав, заключила я.

Бросила извиняющийся взгляд на Эйдит. В конце концов, мы с Флорой знали, на что шли, когда соглашались на эти чаепития, а вот она в это ввязалась совершенно случайно.

– Нам нужна эта связь, к сожалению. Но оставаться под воздействием всем не обязательно, – продолжила я, нервничая от того, что собиралась предложить, и от чувства приближения чего-то ужасного. – Я могу снять магическую нить с двух из нас и перевесить на третью. В таком случае связь останется целой и мы сможем по ней проследовать, и при этом двое будут контролировать последнюю, чтобы она не натворила дел от паники. Я среди вас наиболее слабая и уязвимая, потому что у меня подготовка хуже и владение способностями подкачало. Так что на меня бы по-хорошему и скинуть эти привязки, если бы не два «но».

– Каких? – поинтересовалась Флора.

– Во-первых, моя связка с Дамианом, – вздохнула я. – Я сейчас-то с трудом держусь, очередной всплеск паники, и все – прощай наш план по расследованию. А во-вторых, может оказаться, что одна необученная я окажусь куда опаснее вас обеих. Последний раз, когда я сильно разозлилась и эмоции взяли верх, часть комнаты обратилась в прах. И это ненамеренно. Я даже не пользовалась никаким заклинанием. Просто сознание на миг отключилось, а в следующее мгновение я уже стояла посреди мебельной трухи. В любом случае от ожогов, ран и переломов излечить можно. Излечить от магии смерти – нет, это фатально. В общем, взять на себя нелегкую долю придется кому-то из вас. И думаю, лучше выбрать ту, что послабее.

Помрачневшие от моей исповеди девушки переглянулись и оценивающе осмотрели друг друга, после чего Флора, тяжко вздохнув, сделал шаг вперед.

– Вешай на меня, – недовольно сказала она. – Тут и говорить нечего, с потомственной военной мне не тягаться. Да и поджечь чертовы кусты, устроив пожар, я, похоже, не смогу при всем желании, значит, мне и отдуваться.

Не хотелось, конечно, этого делать, но пришлось выполнять задуманное. Особенно я опасалась, что с увеличением количества магических нитей усилится и воздействие, тогда Флора точно свихнется до того, как мы закончим с поисками. Но если я замечу, что дело совсем плохо, что ж, плевать на все, просто начну усиленно паниковать и вызывать Дамиана.

– Как ты себя чувствуешь? – тихо спросила я Флору, сама ощущая, как страх, наконец, отступает, а сердце возвращается к нормальному ритму.

Оказывается, я даже не понимала, насколько были напряжены все мышцы тела, готового в любое мгновение сорваться на бег, пока чужая магия не оставила меня. Эйдит тоже выглядела более расслабленной и теперь спокойно и размеренно разминала мышцы шеи и рук, словно готовясь к тренировочному бою. А я все еще надеялась, что никакого боя не будет.

– Разницы не чувствую, так что по-прежнему плохо, – отозвалась Вегерос, даже не замечая, кажется, что все время нервно водит глазами по сторонам, что-то высматривая.

– Надеюсь, что разницы и не появится, – пробормотала я и решила поторопиться. Чем быстрее мы разыщем этих гадов, тем быстрее можно будет снять привязку и с Флоры.

Уверенно взялась за нить, теперь ставшую заметно плотнее и все еще болтавшуюся у локтя боевички, и, слегка дернув, удостоверилась в необходимом направлении, увидев, что конец взметнулся в ближайшем от нас проходе.

– Идемте, – позвала я девушек и повела их в глубь зеленых стен.

– И зачем я только приняла приглашение на эти дурацкие чаепития… сволочи, гады… – бормотала себе под нос Эйдит, следуя за мной.

А действительно, зачем? У нас-то с Флорой такого вопроса не возникало, нам было необходимо подобраться поближе к семье Битан. Но вот Эйдит… Первого ее посещения требовал этикет высшего общества. А от следующих чаепитий она почему не отказалась?.. У нее же статус выше нашего с Флорой, и Эйдит могла себе позволить такое решение, но продолжала посещать эти сборища.

– С какой целью ты здесь? – напрямую поинтересовалась я.

– Хотела наладить отношения со старой леди Битан, – ответила девушка. – Но больше уже не хочу, и вряд ли когда-нибудь такое желание появится.

– Ваши семьи в ссоре? – недоумевая, спросила я.

– Нет, – поморщилась она. – Брату хотела помочь.

Да неужели?! Кто бы мог подумать, что столь быстро мы выйдем на нужную тему.

– Вы слышали? – внезапно раздался хриплый голос Флоры, застывшей на месте и настороженно вглядывающейся в сумрак впереди.

Ее руки с кинжалами взметнулись к груди, словно девушка готовилась принять бой, попутно едва не задев и не порезав меня.

– Спокойно, – мягко проговорила я, опуская руку на ее плечо. – Ничего не было. Тебе просто показалось.

– Легко тебе говорить, – огрызнулась Флора, еще сильнее сжимая пальцы на рукоятках, а мне резко захотелось пнуть себя за то, что повесила эту ношу именно на нее.

– Давай-ка лучше заберем это у тебя, – осторожно, словно говоря с душевнобольной, промолвила Эйдит и потихоньку вытащила кинжалы из рук Флоры, передав их мне. – А то еще поранишь кого. Не переживай, мы тебя защитим.

– Себя защищайте, я и без оружия справлюсь, – огрызнулась боевичка и демонстративно зажгла огонек на ладони.

– Не-е-е-ет, отпусти-и-и-и, – внезапно раздался вопль из глубин лабиринта.

– И сейчас тоже показалось? – нервно усмехнулась Флора, заставляя огонь на своей руке разгореться ярче.

– Нет, – ответила Эйдит. – Мы тоже это слышали.

Она повернулась ко мне и спросила:

– Ты все еще уверена, что братья не решатся нас как-то покалечить?

– Я не говорила про калечить, – тяжело вздохнув, проговорила в ответ. – Я сказала, что нас не убьют. Они же целители, поэтому любые наши раны их волновать не будут.

– Просто чудесно, – с легким оттенком истерии в голосе проговорила Флора.

И мы продолжили путь.

– Так что там про помощь твоему брату? – попробовала я вернуться к прерванному разговору.

– Ты, наверное, уже после бала поняла, что Дилвин – целитель, причем с очень сильным даром, – вздохнув, начала свой рассказ Эйдит. – Но в нашей семье не признаются никакие способности помимо боевых и связанных с ними. Поэтому, вместо того чтобы развивать доставшуюся брату в полном объеме магию целителя, в нем попытались развить слабые зачатки магии земли. Получилось пусть и не особо успешно, но минимум есть. Только Дилвин уже достаточно взрослый, чтобы решать самому, и захотел развить свои способности целителя по максимуму. Тем более в нашем военном деле этот его дар всегда пригодится. Но после печальной истории Терранса Кэрридуэна… Отец всегда считал, что не стоит рассчитывать на дар целительства…

Заслышав родное имя, я нервно споткнулась, потеряв на мгновение контроль над дыханием.

– Кто? – хрипло переспросила я.

– Кэрридуэна, – повторила девушка. – Никогда не слышала?

– Да нет, слышала, но не особо много про них знаю, – старательно контролируя голос, проговорила я, желая вытянуть из девушки все, что она знает о моем отце.

– Как и многие, – согласно кивнула Эйдит. – После случившейся трагедии практически всю информацию об их семье изъяла семья Клейрон. Но высшие лорды слишком близко друг с другом сосуществуют, чтобы забыть про погибший род. Тем более мой отец дружил с Террансом.

Я снова на мгновение потеряла дыхание. Как же много узнаешь вот так случайно за один день. И как много друзей оказалось у моей семьи. Но почему-то никто ее не спас и никто не поймал, не наказал тех, кто сотворил это с моим родом.

– Надо же, – произнесла я, старательно изображая удивление.

– Да, папа даже был крестным их дочерей, – снова ударила меня под дых словами девушка, не замечая моего состояния.

Казалось, что еще немного таких потрясений, бедные нервы и сердце не выдержат, и тогда Дамиан почувствует мою тревогу и эмоции куда быстрее, чем было бы с проклятой привязкой к магическим нитям.

– Так что не так с этим Кэрридуэном? – Хотя слышать про семью для меня очень тяжело, но я не в силах сопротивляться тому, чтобы стать хоть немного ближе к родным мне людям, о которых я так ничтожно мало знаю.

– Он был военный, – продолжила Эйдит свой рассказ, бросив на меня слегка настороженный взгляд, и я постаралась ободряющее кивнуть, показав, что мне всего лишь интересна история. – Хороший военный, в высших чинах, практически правая рука моего отца. А еще он был сильный целитель. Очень талантливый. И я тебе скажу, многие ему обязаны спасением жизни в военное время, в том числе и мой отец. Вот только способности целителя не спасли ни его, ни его семью. Родители отказались обучать Дилвина целительству задолго до этого, но после случившегося отец только утвердился в своей правоте. Поэтому, когда брат заявил, что хочет все-таки развить этот дар, папа был категорически против и только ставил палки в колеса. И несмотря на то, что Кэрридуэн исключительно положительный пример, отца он почему-то настроил на совершенно противоположный лад. В общем, Дилвин уже давно ищет хорошего преподавателя, чтобы индивидуально и в ускоренном темпе заняться изучением магии, но это оказалось куда сложнее, чем представлялось. Он половину зимнего бала провел в разговоре с ректором нашего целительского корпуса, но тот не согласился взять его в обучение…

Наконец прозвучала так ожидаемая мною фраза. Я страстно желала расспросить побольше об отце, но понимала, что сейчас это будет выглядеть странно.

– Сказал, что слишком сложно развить дар в таком позднем возрасте, да еще и когда его так старательно забивали все эти годы. И когда пришло приглашение от леди Деланей на ее традиционные чаепития, я подумала, что это лучший вариант! Если удастся наладить отношения со старшей Битан, то попрошу ее позаниматься с братом. Поэтому я с такой настойчивостью ходила на эти чертовы посиделки. И что в итоге? – с горькой иронией усмехнулась она, обводя рукой окружающее пространство. – Вот это.

Я понимающе покивала. До меня только сейчас дошло, что я практически ничего не знаю о своей семье. Я даже никогда не задумывалась, от кого же у меня целительский дар. И не знала, что папа был не просто офицером, а с очень высоким званием. Я ничего про него не знала. А еще печальнее, что я практически не помню его лица. Маму и сестру помню, но лишь потому, что я похожа на обеих. А вот образ отца стерся из памяти. Только большие теплые руки и ощущение защиты. Помню, как радовалась мама, когда он возвращался из долгих поездок, и как подкидывал меня высоко в воздух и ловил, а я громко смеялась.

Из глубоких раздумий и переживаний меня вырвал вскрик Флоры.

– Мне показалось, мне просто показалось, – нервно забормотала девушка, придвинувшись ближе ко мне и вцепившись в мою руку.

– Тебе показалось, – машинально повторила я вслед за ней и погладила ее по напряженной ладони.

– Просто показалось, – сильнее впилась она ногтями в мою кожу.

– Ничего не происходит, – все так же успокаивала ее я.

В следующее мгновение мне послышалось слабое шуршание внизу, у ног, и почудилось прикосновение к лодыжке, и я проговорила одновременно с Флорой:

– Мне просто показалось.

И только после поняла, что как раз мне-то ничего казаться не может.

С визгом, которого я сама от себя не ожидала, напрочь забыв все мантры про то, что нервничать мне нельзя, я отскочила, с ужасом уставившись на то место, где только что стояла. А там по дорожке стелился длинный зеленый побег плюща, слабо трепещущий, словно от ветра. Со всех сторон к нему тянулись другие плети, и я почувствовала повторное прикосновение к своим лодыжкам.

Рядом раздались постепенно нарастающие ругательства Эйдит, а Флора со всхлипами принялась срывать с себя стремительно опутывающие ее и стягивающие в объятиях сочно-зеленые побеги. Эйдит перешла к более решительным мерам и уже с остервенением орудовала клинками, с хрустом перерезая гибкие стебли. Одна я стояла без движения, не тронутая крепкими побегами, ощущая лишь щекотку от легкого подрагивания листьев у ног, и пыталась остановить разбушевавшихся воительниц:

– Стойте! Перестаньте! Просто замрите и не двигайтесь!

Эйдит меня услышала и остановилась, перестав крошить несчастное растение, и наверняка тут же почувствовала, как плети ослабили хватку и больше не пытаются обвить тело, лишив движения, а лишь трепетно прижимаются листьями.

А вот Флора, находившаяся под воздействием чужеродной магии, только сильнее впала в истерику. Поняв, что обрывать руками прочные стебли плюща получалось не слишком эффективно, девушка, злобно проговорив: «Ну, держитесь!» – внезапно вся оказалась объята пламенем.

– Ой, дура! – простонала я, схватившись за голову, потому как это растение узнала почти с первого взгляда и примерно представляла себе, что теперь произойдет.

Сотни плетей ринулись из стен лабиринта в сторону пылающей девушки, все сильнее оплетая ее. И огонь, покрывающий тело Вегерос, совершенно растение не беспокоил. А наоборот. Даже те побеги, что до этого мягко окутывали меня и Эйдит, отпустив нас, тоже поспешили присоединиться к клубку вокруг боевички, за которым ее уже практически не было видно.

– Флора! – подскочила я ближе к ней, надеясь докричаться до девушки. – Флора, перестань гореть, сейчас же! Они реагируют на тепло! Погасни и зажги пульсар где-нибудь позади! Флора!

Я боялась, что заклинание паники уже слишком сильно захватило ее сознание, чтобы она услышала и осознала сказанное мною. Но, к счастью, девушка оказалась сильнее, чем я думала. Через пару секунд после моего крика пламя, слабо пробивающееся сквозь клубок шевелящихся побегов, поблекло, зато позади Флоры разгорелся огонь почти такой же яркости. С минуту растение не понимало, что произошло и куда исчез источник тепла, но потом, почувствовав, что он просто переместился, лихо распустило кокон, явив нашему взору невероятно бледную Вегерос, и поспешило заслонить собой тот огонек, что она вызвала.

Эйдит подскочила к покачнувшейся девушке, удерживая ее от падения.

– Что это было? – едва слышным голосом спросила Флора.

– Говоря по-простому – плющ теплолюбивый, – вздохнула я. – Редкое растение, обладающее зачатками разума. Как можно понять по названию, очень любит тепло, поэтому растет в основном в оазисах в центре пустыни, где, благодаря этому теплу, цветет пышным цветом. А здесь по сравнению с его привычной средой обитания довольно холодно, и поэтому он не цветет. Почувствовав нас – живое тепло, плющ просто полез погреться. Если бы драться не начали, он бы не стал вас опутывать. А ты еще и вспыхнула вдобавок, он совсем от счастья одурел.

Я улыбнулась, чтобы хоть как-то развеселить девушку, но неудачно. Моего юмора о повадках зарубежного растения Флора не оценила. Вместо этого глухо прорычала:

– Убью…

И мне было яснее ясного, что относилось это не ко мне и не к несчастному растению с единственным инстинктом – греться.

– Даже мешать не буду, – согласно кивнула я, гладя боевичку по волосам, пытаясь успокоить.

Еще пару минут мы постояли на месте, приходя в себя. Вспомнился крик, который мы слышали. Почему-то мне кажется, что две первые девушки тоже наткнулись на этот плющ. Соответственно, там же сейчас и остались. Он свою «добычу» не отпустит. Убить не убьет, но напугает еще как. А если будут слишком сильно вырываться, может и зажать, пока сознание не потеряют, а потом так и будет греться в тепле их тел. Жутковато, но в целом растение безобидное. Если не дергаться, а двигаться медленно и спокойно, то оно ослабит хватку. Только те девушки вряд ли об этом знают. Криков мы больше не слышали, значит, можно предположить, что обе уже валяются в обмороке, опутанные стеблями. И в этом есть плюс, они не бегают по чертову лабиринту, а просто тихо-мирно лежат, а если еще и без сознания, то и паники уже не чувствуют.

Но больше в данный момент меня волновало другое. Когда я ощутила первое прикосновение плюща, я не сдержалась, испугалась, и довольно сильно, следовательно, кое-кто уже должен стоять тут и бубнить о моей самостоятельности и безголовости. Но его здесь нет. А ведь должен был почувствовать!

Все это наводит на нехорошую мысль, что лабиринт и вызывающее панику вещество, которое нам, видимо, все-таки подливали в микроскопическом, ничем не определяемом количестве, каким-то образом блокируют нашу с Дамианом связь и как минимум приглушают действие защитных артефактов. А значит… мы сами по себе. Как бы сильно я теперь ни перепугалась и что бы ни почувствовала, помощь уже не явится сию секунду и магистр не обрушит свой гнев на всех окружающих… Как давно я привыкла к этому чувству – защищенности? К мысли, что раз Дамиан сказал, то меня уже никто не сможет тронуть? А ведь совсем недавно я и помыслить не могла, чтобы на кого-то столь сильно полагаться в вопросах своей безопасности. Да уж, к хорошему привыкаешь быстро.

– Нужно идти, – решительно произнесла я. – Чем быстрее поймаем этих уродов, тем быстрее выберемся из этих кустов.

Я раздраженно отмахнулась от тоненького побега надоедливого плюща, робко протянувшегося ко мне, в то время как его более крупные «собратья» продолжали наслаждаться теплом вокруг устроенного Вегерос костра.

– Идем, – согласилась Эйдит, а Флора лишь устало кивнула.

Дальше выяснять что-либо у Бхалтэйр по поводу ее брата было бы слишком странно, момент для возобновления темы упущен. Да и я так измотана, что мечтала лишь о том, чтобы явился Бриар и пусть и накричал на меня, но зато вернул бы в безопасный и спокойный дом. Сил играть заинтересованность и изворачиваться, чтобы выведать побольше, у меня не было. Еще пять минут блужданий по темным коридорам прошли в полном молчании. Снаружи лабиринт казался куда меньше, а тут мы уже находились в нем более получаса, а ему все ни конца ни края. Ни братьев не повстречали, ни на остальных девушек не наткнулись. Из бесконечного молчания нас вывел судорожный всхлип Флоры.

– О боги, – пробормотала она, широко открытыми глазами уставившись на что-то впереди, и вцепилась руками в меня и Эйдит, подтащив к себе поближе, словно стремясь заслониться нами. – Скажите, что хоть в этот раз мне действительно кажется! Что вы его не видите!

Мы озадаченно переглянулись с Бхалтэйр, а потом быстро осмотрели окружающее пространство.

– Фло, успокойся, – мягко проговорила я. – Здесь никого нет. По крайней мере, мы точно никого не видим, так что это просто насланный морок.

– А выглядит до крайности реалистично, – прошептала девушка, все еще не отрывая испуганного взгляда от чего-то впереди нас.

– Что или кого ты видишь? – поинтересовалась Эйдит, прежде чем я успела шикнуть на нее. Флора и так сейчас на нервах, и описание того, кто ее так напугал, лишь усугубит ее состояние.

– Призрак, – хрипло проговорила Вегерос. – Мерзкий. Наполовину сгнивший, кое-где проглядывают кости сквозь истлевшую плоть. Он медленно движется к нам, протягивая свои жуткие руки с когтями.

К концу фразы ее голос затих, и она сделала шаг назад, готовая пуститься в бег сию же секунду.

– Хватит, – прервала я, понимая, что еще немного, и Флора просто не выдержит этого напряжения. Быстро наклонилась и отодрала от одной из своих нижних юбок приличный кусок ткани. Свернув его, решительно повернулась к Вегерос.

– Ты что задумала? – подозрительно проговорила она, попытавшись отступить, но Эйдит, видимо, понявшая мою задумку и одобрившая ее, поймала девушку за плечи, удерживая.

– Они пытаются заморочить тебе сознание этим видением, и вполне возможно, что дальше будет хуже. Я завяжу тебе глаза и поведу за руку. Дорожки тут чистые, споткнуться не сможешь, а я буду крепко тебя держать и ни за что не отпущу. Зато ты не будешь видеть всего того, чем они будут пытаться запугать тебя.

– Но буду слышать, – пробормотала она неуверенно.

Я решила, что еще максимум десять минут, и если мы не набредем на этих гадов, то я плюну на все и оборву с Флоры магические нити. Неожиданно тяжело было видеть всегда не просто уверенную, а самоуверенную до наглости боевичку в состоянии, когда она в любую секунду готова разрыдаться.

Завязав ей глаза и, как и пообещала, взяв за руку, мы пошли дальше. Что ж, на наше счастье, десяти минут ждать не пришлось. Первой услышала что-то Эйдит и жестом приказала нам остановиться. Мы застыли на месте, и до моего слуха донеслись звуки. Мужской голос, причем знакомый. Тихо подобравшись чуть ближе, мы наконец смогли разобрать слова. Как я подозревала, он общался по амулету связи со вторым заговорщиком.

– …И что теперь прикажешь делать? – недовольные нотки явственно проскочили в голосе младшего из братьев.

Меня порадовало, что мы наткнулись именно на Аерона. Из этой загадочной троицы он представлялся мне самым слабым, и в магическом плане тоже. Сквозь его защиту пробиться и совладать с ним будет проще.

– Вот только предполагалось, что они, наоравшись, побегут дальше, а не то, что у этой дуры Клэр окажутся огрызки огненной магии и она их попытается применить. Он же ее теперь опутал так, что я с трудом понял, что в этом коконе вообще кто-то есть. И ведь не отвяжется теперь, – со злостью проговорил Аерон и, судя по звуку, пнул что-то. Предполагаю, что несчастный куст.

– Умный такой, да? – появились истеричные нотки в голосе парня в ответ на какое-то замечание собеседника. – А где я здесь огонь возьму? Если ты забыл, то это совершенно противоположная нашей стихия.

Пока парень продолжал препирательства с кузеном по поводу девушки, как я и думала, попавшей в плети теплолюбивого плюща, Эйдит понемногу продвигалась вперед, навстречу голосу, а мы следом за ней. Через пару шагов, за следующим поворотом мы наткнулись на того, кого искали. Слащавый блондин стоял спиной к нам в одном из зеленых ответвлений, нервно осматривая Амиру, лежавшую без сознания у него под ногами. Чуть поодаль я заметила бугор из копошащихся плетей плюща, в котором, видимо, и покоилась Клэр. Пока Аерон истерично переругивался с братом, Эйдит материализовала меч, бесшумным шагом прокралась ближе и, казалось, совершенно без усилия резко опустила тяжелый клинок плашмя на голову парня. Он с глухим всхлипом рухнул ей под ноги, рядышком с лежащей Амирой. Амулет связи, вывалившийся у него из рук, блеснул граненым боком и скрылся в траве. Определенно, потеря связи с братом вызовет у Гесима подозрение, и он направится сюда посмотреть, что происходит. А может, и старушку с собой прихватит. И вот тогда нам точно не поздоровится. Она-то наверняка обладает достаточными способностями, чтобы стереть у нас воспоминания о произошедшем. И боюсь, что мне ничто не поможет обрубить все ленты ее влияния. Так что придется спешить.

Пока Эйдит с презрением рассматривала тело парня у себя под ногами, я поспешила снять повязку с глаз молчаливо трясущейся все это время Флоры, а следом оборвала потоки чужой магии, вцепившиеся в боевичку. Сразу после этого она расслабилась и глубоко вздохнула, словно сбросив с себя невыносимую тяжесть.

– Зажги там впереди огонь посильнее, – сразу перешла я к действиям, не собираясь тратить время на объяснения.

Крупный пульсар тут же вспыхнул невдалеке от клубка шевелящихся плетей, тут же привлекая их внимание более сильным теплом.

– Эйдит, займись, пожалуйста, девушками, – попросила я, рассудив, что она среди нас троих самая сильная. – Вытащи Клэр из кокона.

– А вы? – подняла она вопросительный взгляд на меня.

– А мы займемся им, – решительно заявила я и, повернувшись к Флоре, сказала: – Помоги оттащить его в сторону.

Я наклонилась и вцепилась в камзол парня, надеясь отойти достаточно далеко, чтобы Эйдит не расслышала, о чем мы будем говорить. Флора, ничего не спрашивая, подхватила Аерона с другой стороны. Но, прежде чем мы успели сдвинуться, Эйдит взяла меня за руку, заставляя разогнуться и взглянуть ей в лицо.

– Почему вы? – хмуро спросила она.

– Мы знаем, что спрашивать, – честно ответила я, но боясь, что это не подействует в качестве аргумента, добавила: – И я примерно знаю, что нужно сделать, чтобы та смесь, которую они в нас вливали, на этот раз сработала в нашу пользу и заставила его говорить.

Но девушка, кажется, не поверила. Еще бы, она наследница клана воинов, у нее подозрительность врожденная.

– У нас мало времени, сюда вскоре явится Гесим, а если не повезет, то и со старушкой Деланей. Нам бы хорошо пообщаться с отпрыском их семейства наедине, – раздраженно выдвинула я последний аргумент, буквально чувствуя, как сквозь пальцы утекает отпущенное нам время.

Этот довод подействовал лучше, Эйдит не стала больше спорить, а, развернувшись, направилась к Клэр, уже показавшейся под побегами плюща. Мы же поспешили оттащить парня подальше, усадили, прислонив спиной к зеленой стене. Я плюхнулась коленями на землю, судорожно нарыла в складках платья пробирку с чаем и влила ее содержимое в глотку бессознательному Аерону.

– Знаешь, как побыстрее привести его в чувство? – поинтересовалась у Флоры, пытаясь сосредоточиться и собрать в руках достаточное количество энергии для первой волны воздействия.

– Еще бы, – оскалилась пришедшая в себя девушка, а потом, широко замахнувшись, с выражением истинного удовольствия на лице залепила парню мощную пощечину, от чего он чуть не завалился на бок. Правда, я вовремя успела поймать его за плечи. И как только заметила, что затрепетали его ресницы, показывая, что он вот-вот очнется, спустила с рук первую волну концентрированной магии.

– Аерон Битан, слушай мой голос, иди за моим голосом, – быстро зашептала я, уткнувшись лбом в его лоб и посылая постепенно нарастающие волны магии в его тело. – Нет ничего более, кроме него, в твоем сознании. Слушай мой голос, иди за моим голосом. Мой голос – путеводная звезда. Мой голос – сияющее солнце. Мой голос – маяк в бушующем море. Мой голос – последняя надежда этого мира. Слушай мой голос, иди за моим голосом. Мой голос – это линия твоей жизни. Мой голос – это нить твоей смерти. Мой голос есть жизнь. Мой голос есть смерть. Следуй за ним. Мой голос – голос твоего мира. Мой голос – голос твоего разума. Мой голос – голос твоего сердца. Мой голос – твой голос. Слушай мой голос, иди за моим голосом. Стань моим голосом. Аерон Битан, ты слышишь мой голос?

– Да… – так же тихо раздалось в ответ, вырывая у меня вздох облегчения. Сработало!

– Аерон Битан, я есть твой голос?

– Да.

– Аерон Битан, ты ответишь своему голосу?

– Да, – снова послушно произнес парень.

– Что произошло с тобой, Гесимом и Деланей на зимнем императорском балу? Куда вы пропали из бального зала?

Я решила начать с самого главного, опасаясь, что времени на выяснение всего и сразу может не хватить. А еще боялась, что сам вопрос окажется сформулирован неправильно. Вдруг в понимании Аерона тогда на балу ничего особенного и не произошло?.. Но мне повезло, потому что он сразу понял, о чем я спрашивала.

– Мы разговаривали в одной из боковых комнат дворца, – еле слышно ответил он, почему-то начиная размеренно покачиваться, словно болванчик, кивая головой.

– О чем разговаривали? – продолжила я задавать наводящие вопросы.

– Бабушка ругалась. Она заметила, как Гесим пытался применить наше заклинание к дочке одного из послов, что отказала ему. Деланей была в ярости. Сказала, что, если бы рядом оказалась парочка ищеек Клейрона, они могли что-то почувствовать и тем самым испортить весь наш план…

– Какой план? – ухватилась я за последнюю фразу.

– Воздействовать на императрицу, – сказал он, а мы с Флорой пораженно переглянулись.

– Зачем? – продолжила я допрос, хоть и поняла, что эта троица к нашему делу отношения не имела. Но то, что они хотели провернуть, было не менее масштабно.

– Увеличить влияние нашей семьи, – прошептал он, а я скривилась. Все как всегда. Всем в этом мире правят власть и деньги. В деньгах у них недостатка не было, так подай им власть.

– После смерти деда наша семья потеряла свои позиции. С нашим мнением никто больше не считался. Бабушке это не нравилось, и она хотела восстановить утраченное положение в обществе, – продолжил делиться Аерон.

– Как… – начала было Флора, явно желая поучаствовать в допросе, но я вовремя ее отдернула, предупреждающе зашипев. Вмешательство третьего лица может нарушить мою и без того хрупкую связь, а мы хоть и узнали главное, но пока еще далеко не все.

– Как вы хотели воздействовать на императрицу? – правильно поняла я то, что хотела узнать девушка.

– Наша разработка, заклинание.

– Какое заклинание? – спросила я, уже подозревая, каков будет ответ.

– Воздействие на сознание. Возможность управлять человеком, влияя на его эмоции. Ментальное вмешательство, которое невозможно отследить, – сказал Аерон, раскачиваясь все сильнее.

– Зачем нужны чаепития Деланей Битан?

– Практические эксперименты, – озвучил он то, о чем я уже догадалась сама. – Нужно понять, как действуют наши разработки, проверить, правда ли такое влияние невозможно отследить и какие будут последствия.

Вот так вот. Десятки девушек с поломанными жизнями и исковерканным сознанием оказались всего лишь подопытными крысами. Расходным материалом для заигравшихся в науку, жаждущих власти высших. Ведь у нас все только начиналось с паники. Мы слышали то, чего на самом деле не было, а Флора даже видела. Мозг – он ведь такой, дай ему просто толчок, а остальное он может дополнить самостоятельно. Дай ему испуг, а он придумает монстра, и для тебя он будет реальнее некуда. И получается, что нужный образ можно заложить не только для запугивания. Просто сделать так, чтобы императрица чувствовала расположение к их семье. Неясное чувство симпатии, и они получают в свои руки дополнительный рычаг воздействия. Но ведь игры с разумом опасны. Никому не ведомо, страхи перед какими монстрами отложились у бедных девушек в подсознании. Понятно, что после таких вот прогулок память подопытным чистили. Но эмоции сохранились. Кто знает, что на самом деле видела девушка, убившая своего мужа? А та, что покончила с собой? Какие чудовища за ними гнались, что несчастные пережили в момент преследования?

Все это было настолько мерзко, что мне хотелось встать и хорошенько пнуть Аерона, а потом заставить Флору разжечь огонь прямо над ним. Пусть он прочувствует всю силу объятий жестких побегов, перекрывающих приток воздуха.

Я выяснила все, что хотела, поэтому встала, с трудом подавив в себе желание сделать блондину больно. Зато Флора свои порывы сдерживать не стала и от души заехала ему кулаком в челюсть, отчего парень все же повалился в траву. А я даже не стала беспокоиться о том, что не отпустила его сознание, прежде чем уйти. Эту семейку последствия собственных воздействий на чужие мозги никогда не волновали.

Я развернулась и направилась к Эйдит, справиться о состоянии девушек. Что ж, плющ сгрудился в стороне и грелся у огня, полностью освободив Клэр, но в себя приходить ни она, ни Амира не спешили.

Только я хотела поинтересоваться у Эйдит нашими дальнейшими действиями, как она резко оборвала меня жестом и настороженно к чему-то прислушалась.

– …Ничего вам доверить нельзя, – раздался невдалеке раздраженный женский голос.

Я нервно сжала кулаки. Что ж нам так не везет-то?! Действительно, разбираться с пропажей внука явилась сама леди Битан. И для нас это означает куда бо́льшие проблемы, чем были до этого.

– Бежим? – тихо поинтересовалась Флора, быстро сообразив, чем нам может грозить встреча с главой семейства.

Я с сомнением покачала головой.

– Это их лабиринт. Они найдут нас быстрее, чем мы выход отсюда. И вероятно, что, пока нам не дадут разрешения, мы попросту не сможем его покинуть.

– Зато тактическое отступление позволит нам выиграть время, чтобы придумать другой план, – поддержала позицию Флоры Эйдит.

Но почему-то мне казалось, что просто бежать – бессмысленно. Я не знала, что еще вплетено в стены лабиринта и какие сюрпризы в нем таятся. И на что способна эта милая старушка – тоже неизвестно.

– Тогда, похоже, это тот самый момент, когда пора плюнуть на все и попросить помощи, – решительно заявила боевичка. – В конце концов, то, что нам было нужно, мы уже узнали, и мне кажется, сейчас самое подходящее время, чтобы тебе посильнее испугаться. Приближающаяся старуха менталист вполне уважительная причина для этого, я считаю.

– И давай она будет пугаться уже на ходу, – нервно заметила Эйдит, потому что голоса послышались совсем близко.

Не давая нам времени на раздумья, девушка свернула в ближайший проход и побежала. Я только успела бросить взгляд на все еще бессознательных Клэр и Амиру, мысль о том, что оставлять их здесь нехорошо, промелькнула и испарилась.

– Касс, не спи, – прошипела Флора и, ухватив меня за руку, потащила в ту сторону, где скрылась Эйдит.

Через пару мгновений сзади послышался вскрик, то ли испуганный, то ли недовольный. Стало понятно, что бессознательного младшего внука старушка уже обнаружила.

– Давай, Касс, вызывай сюда Дейма с командой спасателей, – поторопила меня Эйдит, перешедшая с бега на быстрый шаг и снова материализовавшая мечи. Так, видимо, на всякий случай.

– Не могу, – честно призналась я в страшном. – Я уже достаточно напугалась, когда к нам плющ полез, и никто до сих пор не появился, поэтому рассчитывать на помощь магистра не стоит.

– Да чтоб тебя… – выругалась Флора.

Эйдит выразилась еще красочней.

Положение было безвыходное. Нет, убивать нас по-прежнему никто не станет. Но лишиться воспоминаний, содержащих важные сведения, не хочется.

В общем, попадаться нам нельзя категорически. Но и сбежать невозможно. У них слишком много преимуществ. Что же делать?

В голове моментально вспыхнуло воспоминание. Не самый лучший вариант, да еще и опасный, но выиграть какое-то время у нас получится. А там, возможно, всплеск моей магии Бриар почувствует сильнее, чем всплеск эмоций.

Я схватила девушек за руки, останавливая.

– У меня есть идея.

– Какая? – спросила Эйдит, внимательно прислушиваясь, чтобы понять, следуют за нами или нет.

– Я могу накрыть весь лабиринт пологом тьмы, – проговорила, надеясь, что заклинание не только сработает, но и сможет охватить лишь эту часть сада, а не полгорода.

– То есть они ничего не будут видеть? – правильно поняла Флора. – А это мысль, ориентироваться в темноте им будет сложнее.

– Но и вы ничего не будете видеть, – внесла я поправку. – Не подействует только на меня, и я поведу вас по коридорам. Можно будет установить несколько ловушек, в темноте преследователи их не заметят.

– Тогда действуй, – решительно кивнула Флора и обратилась к Эйдит: – Кстати! Меня внезапно осенило. Ты же можешь просто перегородить проход!

Бхалтэйр хотела что-то возразить, но передумала. Оценивающе осмотрела размеры прохода. Он был довольно широким, мы втроем в ширину стояли свободно, а вот четвертый бы уже не влез. Решив не тратить время на предположения, девушка приступила к созданию. Опустившись на колено, приложила ладони к земле, а мы с Флорой завороженно наблюдали, как из ее рук расползлись серебристые потоки магии металла, буквально вгрызаясь в дорожку, но при этом не оставляя на ней и следа. Сначала. А в следующее мгновение плитки треснули, и сквозь них стала медленно расти вверх решетка с причудливым узором.

– Давай, накладывай свою тьму, – напряженным голосом проговорила Эйдит, не отвлекаясь от своего дела. – Чем раньше мы начнем путать им ходы, тем лучше.

То, что перекрытие пути, по которому мы убегали, не спасет нас окончательно, было понятно сразу. Это же лабиринт, наверняка это место можно обойти с другой стороны. Так что я не стала тратить время. Нужная схема вспыхнула в голове мгновенно, и я принялась старательно переплетать ленты. Хорошо, что свою прошлую ошибку я запомнила и на этот раз не повторила. Но, закончив и несколько раз перепроверив плетение с мысленным рисунком, отпускать заклинание «в мир» было страшно.

Эйдит тоже справилась: проход преграждала решетка из толстых крепких прутьев, создающих причудливый геометрический узор. И, в отличие от ее мечей, металл уже не выглядел жидким.

– Чего ждем? – улыбнулась она, но я заметила, как побледнело ее лицо, а на лбу появилась испарина. Похоже, создание конструкции такого масштаба для нее было тяжеловато. В таком случае мне трусить сейчас тоже не пристало.

– Закройте глаза, – попросила я девушек на всякий случай и, после того как они выполнили просьбу, со вздохом отпустила плетение, страстно желая, чтобы все получилось.

И заклинание сработало. Все было как в прошлый раз. Тысячи лент с бешеной скоростью вырвались у меня из-под ног, устремляясь в разные стороны. Но сейчас, не встретив такой же преграды, как наложил тогда Дамиан, свободно просачивались сквозь растительные стены лабиринта, захватывая все больше и больше пространства.

Через минуту все вокруг пронизывали черные ленты моей магии. Не так плотно, как тогда в комнате, но, думаю, достаточно, чтобы скрыть нас.

– Глаза уже можно открывать? – осторожно поинтересовалась Флора.

– Да, – устало выдохнула я, искренне надеясь, что ничего не перепутала и не лишила девушек зрения.

Они открыли глаза и обе уставились в пустоту, растерянно хлопая ресницами и хмурясь.

– Такое чувство, будто и не открывала, – проговорила Флора и поднесла руку к лицу, чуть не ткнув себя в глаз, наверное, желая проверить, действительно ли настолько силен эффект.

– Тихо! – внезапно прошипела Эйдит.

Мы застыли, прислушиваясь. Невдалеке послышался неясный шум. Переговариваются?

– Давайте поспешим, – протянула она руку в пространство. – Веди нас.

Я ухватила девушек за руки и уверенно, но не слишком быстро, чтобы они не споткнулись, повела дальше по коридору. Сама же жутко нервничала, не зная, как долго продержится эффект и как много пространства я смогла накрыть.

Шагнув за очередной поворот, я чуть не умерла от ужаса из-за того, что наткнулась на кого-то. А потом чуть не расплакалась от облегчения.

– Какого черта, Касс?! – прорычал Дамиан, крепко держа меня за плечи и мгновенно обрезая мое заклинание. Черные ленты начали растворяться в воздухе, возвращая окружающим способность видеть.

– Что случилось? – требовательно спросил он, быстро ощупывая меня и осматривая на предмет повреждений. Но как только он меня отпустил, вместо того чтобы ответить и толком объяснить произошедшее, я, с трудом сдерживая слезы, вцепилась ему в камзол и уткнулась лицом в грудь.

– Ты пришел… – еле слышно пробормотала я, чувствуя, как напряжение последнего часа медленно покидает меня, оставляя лишь усталость и горечь. – Я так ждала, было страшно, а ты все не приходил. Почему тебя так долго не было?

Я стукнула его кулаком, сама понимая, как глупо звучат сейчас эти претензии. Ведь все случившееся не так уж и ужасно, бывали в моей жизни вещи похуже, но проняло почему-то именно сейчас, на такой, казалось бы, глупости. Как же сильно меня изменили эти несколько месяцев, проведенные в его доме…

– Прости, родная, – тихо проговорил он, обняв меня одной рукой, а другой погладив по голове.

– Но ты все-таки пришел, – прошептала, прижимаясь крепче, боясь, что вот-вот расплачусь.

– И всегда буду приходить к тебе, где бы ты ни была, – пообещал он, поцеловав в макушку.

Видимо, поняв, что я сейчас слегка неадекватна, Дамиан обратился к девушкам:

– Что произошло?

– Да чего здесь только не происходило этим вечером, – устало отозвалась Эйдит.

А я внезапно осознала, что неподобающе себя веду, учитывая, что для Бхалтэйр я названая сестра магистра, а невеста – Флора. Поэтому поспешила отстраниться от мужчины. Нехотя, но Дамиан меня отпустил, и я развернулась, чтобы наткнуться на такой же, как у Эйдит, измученный взгляд Флоры, с той только разницей, что в ее глазах открыто читалась насмешка и понимание. М-да, похоже, в данном конкретном случае миссия провалена. После такого теплого приветствия и столь безразличной реакции на наши обнимания со стороны Флоры вряд ли у Эйдит еще остались какие-то сомнения. Да что же я за дура бездарная… Остается только надеяться, что этот прокол будет не столь фатален для нашего расследования в целом.

– Ну и?.. – перевел магистр серьезный, требовательный взгляд на меня, заметив, что я пришла в себя, и, кажется, совершенно не переживая, что наша игра провалилась.

– Мы все выяснили, – коротко ответила я.

– А конкретнее? – спросил Бриар.

Вздохнула, собираясь с мыслями, и начала подробный пересказ всего случившегося с нами за этот вечер.

Я старательно отводила глаза, прекрасно понимая, что за подобное самоуправство меня по головке не погладят и что я должна была еще в доме Битанов, как только увидела опасную примесь в чае, вызвать Дамиана. Мне нельзя было специально искать кузенов, да еще вдобавок применять на одном из них запрещенные методы. Так что смотреть на Бриара мне не хотелось. Зато, пока длился мой рассказ, я окончательно пришла в себя и заметила, что явился за мной Дамиан не один. С ним нагрянули Аларик и Вайнн Матэмхейн, тот самый страж, с которым я уже столько раз сталкивалась и чье имя узнала только на балу. Рик, отойдя чуть в сторону с Эйдит, о чем-то ее расспрашивал, а Матэмхейн осматривал Флору на предмет повреждений. Ей сегодня досталось больше всех. Пока Вайнн заматывал платком глубокий порез, обнаруженный им на предплечье девушки, она, кривясь, рассматривала полосы синяков на своих запястьях. Вот уж когда я пожалела, что потеряла свой дар целителя…

Надолго растянуть наши приключения не удалось. Казалось бы, такой объем впечатлений, а рассказывать особо нечего. И, закончив, я все же решилась поднять взгляд. Черные глаза напротив были полны яростного огня, но, по крайней мере, радовало, что направлен взгляд был не на меня. Похоже, братьям не поздоровится.

Если я надеялась, что на этом наши приключения закончатся, то совершенно зря. Раздавшийся со стороны голос заставил нас с девушками нервно вздрогнуть, а мужчин оглянуться на говорившего.

– Дамиан? – со спокойным удивлением произнесла Деланей Битан, выходящая из одного из ответвлений лабиринта. – Не ожидала тебя здесь сегодня увидеть.

– Добрый вечер, леди Битан, – сдержанно поприветствовал он старуху, вслед за которой следовал столь же невозмутимый Гесим, которого Бриар даже не потрудился заметить.

– Кажется, я понимаю, что привело тебя ко мне в этот час, – с печалью в голосе проговорила женщина.

– Неужели? – холодно вопросил он.

Леди Деланей, горестно вздохнув, покачала головой.

– Я, конечно, все понимаю, мальчики плохо пошутили. Завели девушек в лабиринт, рассказали страшную сказку, перепугали, в общем. Но все же поведение вашей воспитанницы перешло все границы. Напала на моего внука, оглушила других девушек, да еще и применила заклинание из некромагии на территории моего сада и разве что чудом не навредила никому серьезно, – недовольно и явно осуждающе проговорила она. – Я понимаю, что для девушки многое в новинку и что она, возможно, не слишком хорошо контролирует свои способности. Но в таком случае, мне кажется, вы поспешили представить ее обществу.

Я в недоумении уставилась на спокойную леди, рассказывающую этот бред. Не верится… Она решила свалить все на меня! И я теперь неадекватная и неконтролируемая! А остальным она как, интересно, рот заткнет? Я сверлила взглядом старуху, внимательно следя, чтобы ни одно из щупалец ее мерзкой магии не добралось до девушек. Кто знает, может, она решится подправить им память прямо сейчас, уверенная, что никто не засечет ее магию. Но нет, она не пыталась ничего сделать, а просто твердым тоном выдала свою версию событий.

И, похоже, подобная самоуверенность возмутила не только меня.

– Вы в своем уме?! – раздалось злобное шипение со стороны Флоры. – Думаете, что вам не просто все сойдет с рук, но и удастся на Касс перекинуть ваши собственные преступления? Да вы больная!

– Флора, – предостерегающе произнес Дамиан.

– Да какого черта! – лишь еще больше распалилась девушка. – Напала на ее внука? Да я жалею, что успела врезать этому уроду лишь один раз! Это он на нас напал! И ваш чертов психованный плющ напал!

– Вайнн, – позвал стальным голосом Дамиан, и мужчина, мгновенно поняв, что от него требуется, крепко обхватил тут же начавшую вырываться и ругаться девушку, оторвал ее от земли и унес в соседний коридор.

– Убери свои лапы! – донеслось оттуда истеричное, крайне разгневанное восклицание Флоры, после чего девушка резко затихла.

Я ошарашенно взирала на Дамиана. Зачем он это сделал? Флора же права! Да, возможно, слишком экспрессивна, но после произошедшего такое поведение вполне оправданно. А вот это все… выглядело просто унизительно по отношению к ней. Но на этом странности не закончились.

Так же холодно и невозмутимо, как и Деланей до этого, Дамиан развернулся к ней.

– Прошу прощения за поведение моей невесты, – произнес он, а я не поверила своим ушам. – Боюсь, она слишком перенервничала за сегодняшний вечер и перепугалась.

– Я понимаю, – величественно кивнула старуха. – Но мне кажется, вам следует тщательнее выбирать окружение.

– А мне кажется, это не ваше дело, – процедил Бриар, впервые показав, что на грани ярости. Еще чуть-чуть, и все пространство снесет потоком некромагии. И это не просто такой оборот речи, я видела, как начала клубиться сила вокруг него, и чувствовала, насколько он на самом деле сейчас зол.

Пару мгновений висело напряженное молчание.

– Думаю, нам стоит поговорить, – первой сдалась леди Битан.

– Сначала я отправлю девушек домой, – не спрашивал, а утверждал Дейм. – Им на сегодня достаточно прогулок.

И, не дожидаясь ответа, ухватил меня за плечо и потянул за собой. Рик вслед за нами повел Эйдит, и все мы свернули в ту сторону, куда несколько мгновений назад увели Флору. Представшая там картина повергла меня в шок. Флора дымилась от ярости. И не в переносном смысле. Девушка уже не вырывалась, хотя сказать хотела еще многое. Просто поток речи перекрывала большая ладонь стража, на фоне крупной фигуры которого Флора выглядела удивительно маленькой. Вторая его рука удерживала запястья девушки на талии, не давая ей двинуться. И вот от этих самых рук Вайнна медленно поднимался пар. Вспомнив, что Матэмхейн был на балу в белом костюме, необычно смотревшимся среди всего того разнообразия цветов, я поняла, что происходит. Страж-северянин оказался редким магом льда и решил буквально остудить пылающий гнев девушки. Реакция двух противоположных стихий рождала клубы пара, и поэтому казалось, что Флора дымится.

Увидев нас, глаза девушки сверкнули злостью, и, решительно вырвавшись, она подошла к нам.

– Дамиан Бриар… – прошипела она, ткнув пальцем ему в грудь. – Будь ты хоть трижды проклятым высшим лордом, не смей затыкать мне рот, когда я права.

Магистр хотел ей что-то сказать, но раздраженная девушка пресекла попытку.

– Нет, ты меня выслушаешь до конца! Вы все не представляете, что тут творилось. Даже эти двое не знают, каково это, в полной мере, – ткнула она пальцем в нашу с Эйдит сторону. – Чертовы уроды издевались над нашим сознанием! И именно у меня в башке покопались основательно! Ты со своей подружкой втянули меня в это чертово дело, но ведь ни один из вас сейчас не представляет, что теперь засело в моей голове! Может, я тоже через пару лет покончу с собой от ужаса. Или устрою массовые убийства?

Ну надо же… Вегерос проявила осведомленность о судьбе предыдущих девушек, а я, честно говоря, не была уверена, что Дамиан предоставит ей эту информацию…

– И после того, как эта карга обвиняет в этом всем твою, между прочим, якобы любовь всей жизни, что происходит? Я попыталась возмутиться, а меня при этом выставили истеричкой и унизили! Да к черту всю вашу аристократию и ее игры! – взревела Флора. – И не смей натравливать на меня своего цепного снеговика!

Она яростно ткнула пальцем в Вайнна позади себя, и он не выдержал. Снова схватив девушку и закрыв ей рот, когда Флора словно зверь вырывалась из чужой хватки, Матэмхейн невозмутимо произнес: «Через минуту вернемся» – и унес девушку за поворот лабиринта.

Воцарилась мертвая тишина. Обвинения Вегерос до сих пор звучали у меня в голове, и от этого хотелось побиться головой обо что-нибудь очень твердое. Потому что она права! От первого до последнего слова. Я ее в это втравила. Я ее подставила под тройное заклинание, прекрасно зная, как сказалось оно на предыдущих девушках. И ведь не подумала хотя бы спросить, знает ли Флора, какие могут быть последствия. Втянула ее в свои игры, не потрудившись даже предупредить, насколько высоки здесь ставки. И я впервые поняла, что становлюсь той, кем была по крови и по праву рождения. Высшей. Я становлюсь похожей на них, которые сделают все для достижения своей цели.

Погрузиться глубже в ненависть к себе я не успела. Из-за угла вернулась Флора. Еще больше растрепанная, с растекшимся макияжем под глазами, словно она плакала, все такая же злая, но куда более сосредоточенная. Подошла к Бриару, подняла на него полыхающий реальным огнем взгляд.

– Можно нам уже покинуть это место? – четко контролируя голос, спросила она.

Мрачный Дамиан ничего не ответил, но портал за спиной Вегерос открылся. Девушка молча развернулась и сделала шаг в сторону портала, когда в спину ей донеслось:

– Пока я не вернусь и не поговорю с вами обеими, из дома не выходить. Гостей не принимать. Сидеть и не высовываться.

Флора вздрогнула, но не оглянулась. Сделала последний шаг и исчезла в провале портала.

И мне бы уже следовало проследовать за ней, но вместо этого я подняла растерянный взгляд на Дамиана. Суровое выражение его лица смягчилось, и он на мгновение прижал меня к себе, а затем, отстранившись, мягко погладил по щеке и пообещал:

– Все устроится, не переживай.

Он развернул меня и легонько подтолкнул в спину в сторону портала. Я послушно сделала пару шагов и, после жуткого видения, как ленты магии укутывают меня, затягивая в портал, вышла в библиотеке. Флоры там уже не было. Только глухой стук двери через пару мгновений подтвердил, что она перенеслась именно сюда.

А я поняла, что в погоне за справедливостью для своей семьи зашла слишком далеко и предала свои принципы. Впервые в жизни я почувствовала себя… монстром. И, опустившись на пол прямо там, где стояла, горько разрыдалась.

По-хорошему, надо бы пойти и извиниться перед Флорой за случившееся. Но, как бывший целитель, я знала, что сейчас из этого ничего хорошего не выйдет. Лишь спровоцирует еще одну ссору. Вегерос и так психически ослаблена заклинанием, лучше дать ей время отдохнуть и прийти в себя.

А мне нужно подумать, как я могу искупить вину за то, что натворила. Или хотя бы узнать, действительно ли заклинание кузенов как-то на нее повлияло. Мне кажется, что до самого пика воздействия эта парочка не успела добраться, но лучше разобраться. И единственное место, где я могу найти необходимую информацию, – Обитель знаний. Проклятая библиотека, в которую я не желала возвращаться после всего, что произошло. Но я должна Флоре, значит, придется идти.

В этом деле мне бы не помешала помощь Храна, но его не было. Последнее время кот постоянно где-то пропадал. То ли в библиотеке возился, то ли общался с хранителем семьи Клейрон. В общем, рассчитывать стоит только на себя, потому что, учитывая невероятные размеры Обители, даже если Хран сидит там, мы можем и не встретиться. Я была практически уверена, что в дебрях библиотеки найдется рецепт зелья, избавляющего от ментальных заклинаний и остатков их воздействия на сознание. Поэтому чем раньше я приступлю к поиску, тем больше вероятность того, что удастся полностью исключить какие-либо негативные последствия для психики Флоры.

Я оставила на кровати записку Дамиану о том, что ушла в библиотеку, он наверняка догадается, в какую именно. Узнать, чем же закончилось дело в лабиринте, хотелось, но не так сильно, как загладить свою вину перед девушкой.

Обитель знаний встретила меня тишиной и мягким полусветом. Ничего не изменилось после моего последнего визита сюда. Не то чтобы должно было, но мне казалось, что после всего, что я узнала, изменится мое восприятие этого места. Но нет. Никакой ненависти к книгам и не почувствовала. Это просто огромное хранилище исписанной бумаги. Неразумно винить его в смерти моих родных. Конечно, если бы его совсем не существовало, они могли бы быть живы. Но кто знает, что могло бы произойти тогда… В общем, я поняла, что зря столь упорно избегала Обители последнее время. Глупо не пользоваться такими знаниями, если есть возможность. Удивительно, что ни Дамиан, ни его отец не просили меня пустить их сюда. Хотя, возможно, по этому поводу они разговаривали с Храном…

Несколько часов было потрачено на то, чтобы переворошить сотни книг в поисках одной-единственной нужной. Я даже изменила своей аккуратности и не стала озадачиваться тем, чтобы возвращать взятые фолианты на место. Так что горы раскрытых книг постепенно вырастали вокруг меня. Но своего я добилась и необходимый рецепт нашла. И очень надеялась, что сейчас Дамиан будет ждать меня в комнате, потому что, как оказалось, для этого зелья у меня не хватало ингредиентов. Мне нужна была настоящая лаборатория.

И мои надежды оправдались. Когда я вернулась в комнату, мрачный Дамиан поднялся с моей кровати и явно собирался что-то сказать, но выяснять отношения и обсуждать все произошедшее было некогда. Потому как времени на то, чтобы приготовить зелье и дать его Флоре и остальным девушкам, оставалось мало.

– Мне срочно нужна лаборатория, – выпалила я, судорожно прижимая к груди листы с переписанным рецептом. – Хорошо обустроенная и с максимально возможным набором ингредиентов.

– Зачем? – нахмурившись еще сильнее, спросил он.

– Я нашла рецепт зелья, которое избавит девушек от возможных негативных последствий нашего приключения. Но сделать и дать его им нужно как можно скорее.

Дамиан на пару секунд задумался, а потом решительно произнес:

– Давай сюда бумаги!

Он протянул руку, чтобы забрать у меня листы, и вот тут я замешкалась. По опыту моей семьи видно, что лучше, чтобы никто не знал, что ты обладаешь подобным. Даже если на первый взгляд зелье выглядит довольно безобидным и вполне возможно, что какое-нибудь подобное лекарство всем давно известно, – рисковать не стоит. Не то чтобы я не доверяла Дамиану…

– Ты же понимаешь, что не стоит давать их в руки кому-то чужому? – настороженно проговорила, все же протягивая ему исписанные листы.

– Я отдам отцу, – успокоил он меня. – У него и лаборатория имеется, и достаточный опыт в алхимии.

Я облегченно вздохнула. Это не так страшно. В конце концов, старшему Бриару прекрасно известно, к каким знаниям я имею доступ и чем это чревато.

– Подожди меня здесь, пожалуйста, – попросил Дамиан. – Не убегай никуда.

Он исчез с моим рецептом в портале, а я опустилась на кровать и упала на спину. Часы на каминной полке отсчитывали минуты до приближающегося рассвета, показывая пятый час утра. И, пожалуй, даже хорошо, что Дамиан забрал у меня рецепт. Только теперь осознала, насколько же устала, глаза просто слипаются, а вдруг я бы допустила ошибку в приготовлении зелья? Нет, в этом случае подобная халатность недопустима. Так что пусть с этим делом разберется лорд Клейрон. А я тем временем хоть немного передохну. Пообещав себе, что прикрою глаза лишь на пару минут, потому что Дамиан наверняка скоро вернется, я мгновенно провалилась в глубокий сон.

Проснулась, как от толчка, охваченная позабытым за прошедшие месяцы чувством, что проспала и опоздала. Но, вспомнив, что с академией уже покончено, слегка успокоилась. Опоздать я уже никуда не могу. Зато проспать – вполне. Я же обещала дождаться возвращения Дамиана, а сама отключилась. Зато можно надеяться, что за время моего сна он слегка остыл и не будет ругаться. Но, похоже, магистр жаждал пообщаться куда больше, чем я предполагала, потому что только теперь, проснувшись и немного придя в себя, я осознала, что спала-то не в своей комнате. Магистр переместил меня в свою спальню. Интересно зачем?.. Несмотря на то что я вся была в ожидании взбучки, мне захотелось как можно скорее найти Дамиана и узнать у него все.

Только я собиралась встать с кровати, как заметила нечто странное, что заставило меня рывком поднять обратно спущенные на пол ноги. Вчера вечером я забыла выпить зелье, чтобы приглушить свое хранительское зрение, поэтому сейчас отчетливо видела, как вокруг кровати извиваются, переливаясь, ленты магии. Вполне знакомой магии – Дамиана. Медленно наклонилась и коснулась их пальцем, в то же мгновение плетение вспыхнуло ярким светом и исчезло, оставив меня в недоумении. Правда, ненадолго. Через пару минут по комнате распустил свои плети проем портала, и из него вышел явно усталый и все еще мрачный Дамиан.

– Выпей, – протянул он мне пробирку с каким-то неопределенным содержимым бурого цвета.

– Что это? – с подозрением покосилась я. В руки взяла, но пить не спешила, лишь принюхалась, пытаясь определить состав хотя бы частично.

– Это зелье, которое ты порывалась варить ночью, – с легкой улыбкой заметил он, увидев мою недоверчивую мордашку.

Я подняла на него недоуменный взгляд.

– Мы с Эйдит очень недолго были под воздействием, так что вряд ли мне это нужно.

– Деланей Битан все эти дни поила вас чаем с микроскопической, но все же дозой наркотика, – мрачно проговорил он. – С этим не стоит рисковать, тем более что ты не можешь быть уверена, что на вас это никак не отразится. А мне бы не хотелось через десяток лет останавливать тебя от убийства или самоубийства.

Его тон показывал, что он не отступит, пока я не выпью зелье. Ну, если ему будет спокойнее… Я залпом опрокинула в себя экспериментальное лекарство и сипло закашлялась от горечи, растекшейся по горлу. Возникший перед лицом стакан с водой схватила, не задумываясь, и мигом осушила.

– Гадость, – передернулась, наконец вернув голос.

– Хорошо, что ты не слышала площадной ругани Флоры после того, как я заставил ее это выпить, – усмехнулся Дамиан.

– Как она? – спросила тихо, все еще чувствуя за собой вину.

– Уже пришла в себя, не переживай, – ободряюще улыбнулся он мне. – Извинялась за все, что наговорила. Скорее всего, этот срыв был последствием ментального воздействия в лабиринте, так что не стоит принимать сказанное близко к сердцу.

Я кивнула, отведя взгляд. Чем бы ни было спровоцировано заявление Флоры, она ни словом не солгала. Так что то, что она раскаивается в сказанном, меня нисколько не успокаивает.

– Касс… – начал Бриар, но я прервала.

– Почему я спала здесь? – решила начать с более простых вопросов.

– Деланей предупредила, что возможен некоторый побочный эффект. Причем именно во время сна. Я решил забрать тебя к себе, чтобы проще было следить, – ответил Бриар.

– Надо же, какая забота, – криво усмехнулась я. – А как же остальные девушки?

– С ними все в порядке, – оборвал он мои переживания. – В зоне риска были только ты и Эйдит. Ее предупредил сразу.

– Почему? – не сразу поняла я.

– Не догадываешься? – проницательно взглянул он на меня, но, поняв, что я не шучу, пояснил: – По происхождению, Касс. В вас обеих течет кровь высших лордов. Про тебя Деланей, конечно, не знала и сказала о риске только для Эйдит.

– Значит, какое-то отличие от обычных людей, свойственное всем высшим семействам, имеется… – задумчиво проговорила я.

– Раньше считалось, что такого нет, – заметил Дамиан и, поймав мой удивленный взгляд, добавил: – Это личное открытие леди Битан, которое она до этого упорно замалчивала.

Как жаль, что столь талантливая целительница оказалась так обделена моралью и совестью, да и просто жалостью к людям. Но пора переходить к главному вопросу.

– Что вчера произошло в лабиринте после того, как ты нас отправил домой?

Лицо Дамиана моментально потемнело, и мне это не понравилось. Похоже, ответ меня не обрадует.

– Вызвал отца, потому что это его юрисдикция, и мы с ней пообщались, – слишком расплывчато начал Дамиан. – После того, как вы ушли и двух оставшихся девушек привели в чувство, подлечили и отправили по домам, Деланей не стала более разыгрывать комедию и все рассказала. Да, они проводили эксперименты с целью изучения способов контроля сознания. Правда, тем фактом, что контролировать они собирались императрицу, она с нами не поделилась. Я так понимаю, эту историю ты вытащила из Аерона насильно?

Бриар бросил на меня проницательный, мрачный взгляд. Не одобряет.

– Да, – честно призналась я. – И нисколько не жалею об этом, можешь даже не пытаться читать мне нотации.

– Это было опасно, – все же упрекнул он меня. – И прежде всего для тебя. Вдруг его защита была бы рассчитана на подобное и твоя сила срикошетила бы на тебя и на того, кто стоял рядом? Счастье, что все обошлось благополучно.

– Я же не просто так проверила сначала свои возможности на тебе, – возразила ему.

– Я понимаю, но предполагал, что это исключительно на крайний случай, – явно уже начал злиться Дамиан.

– Это и был исключительный случай. – И я начала закипать. – Еще пару минут, и старуха со старшим внуком сцапали бы нас, а мы бы так ничего и не узнали. Подчистили бы нам память, и все.

– Тебе не могли стереть память и вообще как-то повлиять ментально, – вздохнув, проговорил он. – На тебе артефакт.

– Я не знала, что он сможет спасти… Твой отец хороший артефактор, но и Битаны талантливые менталисты. А если бы они справились с защитой, просто увеличив напор своей магии? Грубая сила тоже может сломить многое.

– Но не родовой артефакт, – заявил Дамиан и, дотронувшись до моей шеи, вытянул за цепочку кулон, в котором Гесим, теперь очевидно, не напрасно признал родовое украшение.

– Но… – замялась я, удивленно разглядывая украшение в руке Бриара.

Да, оно довольно дорогое, но выглядело каким-то неказистым, простоватым. Я-то думала, что родовой артефакт – это нагромождение сияющих камней и золота, а тут обычная витая цепочка из черненого серебра, из него же и ажурное обрамление черного камня с какой-то расплывчатой фигуркой внутри.

– Гесим говорил, что родовые артефакты-украшения своенравны и принимают не всех, – пробормотала я.

– Конечно, он принял тебя, – с неожиданно теплой улыбкой проговорил Дамиан, сжав на мгновение кулон в своей руке, а потом отпустил, позволив ему лечь поверх платья. – Не мог не принять.

И, смотря в его глаза, я понимала, что если начну сейчас расспрашивать его, почему не мог не принять, то залезу в дебри, и все только усложнится.

– Что дальше? – спросила я.

Тепло из его взгляда мгновенно пропало, и мне даже почудилось промелькнувшее там разочарование, прежде чем он снова заговорил:

– Про исчезновение на зимнем балу леди Битан сказала то же самое, что вытащила из Аерона ты. Она отчитывала внуков в одной из комнат. Те пытались подпоить своей фирменной настойкой пару девушек довольно высокого положения. Старуха такого самоуправства терпеть не желала.

– И что с ними теперь будет? – озвучила я наиболее интересующий меня вопрос.

Дамиан пару мгновений молчал, словно раздумывая, что стоит мне говорить, а что нет, но потом все же начал:

– Братьев отправят в закрытое военное училище, подальше от столицы. Император считает, что в их головы еще можно вбить толику разума.

– Император? – напряглась я.

– Ты же не думаешь, что мы с отцом имели право решать их судьбу? – хмуро ответил вопросом на вопрос Бриар. – Нет, все конфликты и преступления высших регулирует Его Величество лично. И судить их имеет право только он.

Такой подход к делу мне не нравился, но кто я, чтобы оспаривать императорскую власть и законы.

– А что будет с Деланей? Это ведь ее идея и разработка. Кузены лишь исполнители, причем не особо сообразительные, так что основная вина лежит на их бабке. А она уже слишком стара, чтобы в нее можно было «вбить толк», – криво усмехнулась я.

– Леди Битан должна найти всех девушек, побывавших на ее чаепитиях, и постараться исправить последствия оказанного влияния. К госпиталю и любой другой больнице ее не допустят. За их семьей будет вестись пристальное наблюдение. Рассчитывать на чью-либо благосклонность ей больше не придется, и провернуть нечто подобное еще раз она не сможет, – проговорил Бриар с каменным лицом и замолчал.

– Дамиан?.. – нахмурившись, позвала я его, и он поднял на меня холодный взгляд. – Это что, все?

– Да.

Я остолбенела от такого ответа, чувствуя, как глубоко внутри закипает ярость.

– Она искалечила жизни десятка девушек, а нескольких и убила, проводила на людях эксперименты, словно на крысах каких-то, и в итоге ей просто погрозили пальчиком за плохое поведение и отказали во внимании? – тихим, полным неверия голосом произнесла я, с непониманием уставившись на Дамиана.

Как он мог такое допустить?

– Ни Деланей, ни ее внуки не знали про побочный эффект, – начал было мужчина, но я оборвала его:

– Ой, давай не будем играть словами, говори прямо – старухе было просто плевать, что будет с девушками в дальнейшем!

– Касс, а чего ты ожидала? – раздраженно спросил Бриар.

– Суда, отлучения от двора, огласки хотя бы! – возмутилась я, нервно вскочив с кровати и заметавшись по комнате. – Чтобы и эта семейка, и остальные аристократы, все они поняли, что даже если они высшие – это не значит, что могут остаться безнаказанными за совершенные преступления!

– Не забывай, что ты и сама относишься к высшим, – сквозь зубы процедил мужчина. – И я тоже.

– Нет, не отношусь! – яростно заявила я. – Мне плевать, какое там наследие течет в моей крови, но я никогда не смогу вот так вот запросто вторгаться в чужие сознания, ломать чьи-то судьбы и лишать кого-то жизни из-за собственных властных амбиций! Коренные жители этого мира для высших – сброд, не имеющий никакой ценности. А вот если бы план семейки Битан сработал и они бы влезли в голову императрице, вот тогда всем бы воздалось по заслугам, даже тем, кто не был причастен! Их бы судили! И казнили!

– Ты и меня причисляешь к думающим так? – холодно поинтересовался магистр.

– Ты ничего не сделал! – горько сказала я, пряча взгляд. – Я… думала, что ты другой. Что ты не позволишь, чтобы такое злодеяние осталось безнаказанным. Что тебе, да и твоему отцу, не важен статус преступника! Вы же должны говорить за мертвых, а вы промолчали! Оба!

Меня захлестнуло чувство разочарования. Я ведь действительно верила, что Дамиан может практически все, а получилось…

– Ты думаешь, я в восторге от происходящего?! – взорвался Дамиан яростью и темной энергией, нависая надо мной. – Думаешь, мы не настаивали на суде? Пусть без огласки, пусть бы старуху судил сам император. Но он не согласился на это, демон его побери! Потому что такого шила в мешке не утаишь. Даже если случившееся не просочилось бы в широкие массы, то аристократия наверняка бы прознала, что представителя высших присудили к казни! А это подорвало бы доверие к власти. Если высшие способны на такие поступки, то чего же ждать от Его Величества, который допустил подобное у себя под носом? А император не позволит ослабить свой авторитет.

– А когда-то ты говорил, что сможешь, если понадобится, защитить меня от самого императора… – внезапно вспомнилось мне. – Так что же сейчас?

– Ради тебя я бы пошел в само безмирье, а не просто против императора, – раздраженно ответил Дамиан. – Но только ради тебя, а не из-за чертовой старухи.

– Вот, значит, как? – скривилась я, чувствуя, как в глазах собираются слезы. – Тогда зачем мы вообще все это делаем? Какой смысл искать убийцу моей семьи среди высших, если ему не грозит справедливое наказание? Ведь такое происшествие не просто подорвет, а буквально разорвет в клочья императорский авторитет. Получается, мы его найдем, все узнают правду, но будут молчать, а он продолжит радоваться жизни и творить все, что захочет? В то время как вся моя семья гниет в могилах! Хотя нет, постой, они не гниют. Просто потому, что нечему! Они же сгорели! А мне остались их пепел, руины замка и ночные кошмары о прошлом!

Я замолчала, меня душила ярость, а Дамиан внезапно весь как будто застыл. Потоки магии вокруг него перестали беспорядочно рассеиваться в пространстве, а, собравшись, плотно оплели тело магистра, превращая его в подобие демона. Глаза Бриара горели страшным огнем на фоне темной фигуры.

– Нет, когда мы найдем того, кто убил твою семью, суда не будет, – ледяным голосом проговорил он. – Ни народного, ни императорского. И могу тебе пообещать, что мы с отцом донесем до убийцы каждое слово, переданное твоей мертвой семьей.

Мне стало жутко. Понятно, что Дамиан не изменился, а я вижу лишь его магию, но… Кто знает, какое же из двух зрений показывает реальное положение вещей? Магистр хоть сам представляет, в кого превращается в своей зашкаливающей злости? Я отвернулась от него, желая изгнать из сознания увиденный образ.

Ярость моя утихла, даже первоначальная горечь прошла. Осталась только толика разочарования… Я ведь действительно думала, что он сможет…

– Прости меня, – внезапно раздалось близко за спиной, и теплые руки обняли меня за талию. – Сорвался, ты не представляешь, как бесит вся эта ситуация.

– Представляю, – тихо проговорила в ответ. – Поэтому и ты меня прости. Я первая вспылила и закидала тебя обвинениями.

– Жаль лишь, что не все они были неоправданными, – мрачно проговорил он, прижав меня к себе. – Я обещаю, что прослежу, чтобы всем девушкам оказали соответствующую помощь.

В это я поверила. Он ответственный и добрый, так что если пообещал, значит, так и будет. Это не все, но лучшее, на что можно рассчитывать в данной ситуации.

– Я поищу в библиотеке, может, удастся еще что-то полезное найти, – подумав, решила я.

– Спасибо, родная. – Я почувствовала его поцелуй на своей макушке.

Пару мгновений мы простояли в молчании. Но потом я все же высвободилась из его рук и начала прогуливаться по комнате.

– Я понимаю, что вы распространяться о произошедшем не будете. Я даже подозреваю, что у вас с отцом богатый опыт в замалчивании подобных дел, – не удержалась я от шпильки, хоть и осознавала, что это несправедливо. – Но Вайартер Бхалтэйр не похож на человека, который просто так спустит подобные опыты на своей дочери.

– Эйдит ему не рассказала, – покачал головой Дамиан. – И не расскажет.

– Как это? – оторопела я. Вот уж от кого не ожидала подобного.

– Кейси Битан успела перехватить ее раньше, чем она встретилась с отцом.

Я все еще непонимающе смотрела на магистра.

– Кейси не знала, что творит свекровь с ее сыном и племянником. Она хорошая женщина. – Бриар явно старался убедить меня в этом, но зря, в нынешнем состоянии я ничему доброму об этой семейке не поверю. – Кейси, все узнав, была просто в шоке и сразу после разговора с нами помчалась к Эйдит, умолять ее не рассказывать своему отцу, опасаясь, что тот в ярости может подстроить ее сыну несчастный случай в далеком училище. На ее счастье, Вайартер был в этот день на другом конце империи и с дочерью поговорить не мог. Так что Кейси заключила с Эйдит сделку. Не знаю, в чем она состоит, но выдвигать обвинения и претензии девушка не станет.

А вот я, кажется, знаю. Если мне не изменяет память, именно эта леди руководит госпиталем на пару со старушкой. Так что в итоге Эйдит, похоже, все же нашла учителя для своего брата.

Это было уже слишком. После всего, что мы пережили вместе, мне казалось, что она не такой человек, чтобы замалчивать эту историю, но меня постигло очередное разочарование.

– Касс…

– Мне нужно отдохнуть, – тихо проговорила я, не поднимая на него глаз.

Обойдя Бриара, я направилась к двери и возле порога замерла, вспомнив кое-что важное.

– Чуть не забыла тебе сказать, – произнесла, не оборачиваясь. – Пока мы бродили по лабиринту, мне удалось разговорить Эйдит.

Я коротко передала ему все, что узнала от девушки. Пусть информации было не так много, но вполне достаточно, чтобы оправдать его друга, Дилвина.

– Стоит, конечно, проверить, поговорить с ректором, но, кажется, сегодня мы можем вычеркнуть еще одного подозреваемого из списка, – устало закончила я.

– Спасибо, – донеслось мне в спину, а я лишь махнула рукой и вышла из комнаты.

Часть третья

Не знаю, сколько времени я просидела в своей комнате, уставившись в одну точку и пытаясь разобраться в себе. Как дальше вести себя, что делать? С одной стороны, я понимаю, что это не вина Дамиана или его отца. Просто так сложилось, просто такая политика, просто такие порядки. Я уверена, что магистр действительно сделал все, что смог… Но какой-то мерзкий привкус от произошедшего, да и от нашего разговора остался. Разочарование точило меня изнутри. Ведь я только недавно уверилась, что он чуть ли не всесилен, а тут… Хотя будет мне уроком. Нельзя превозносить людей. Сколько бы всего ни было намешано в нашей крови, по сути, мы те же люди со своими слабостями и возможностями. Так что на мое отношение к Дамиану произошедшее вряд ли повлияет сильно. Сейчас я еще на нервах и слегка злюсь, но, когда успокоюсь, приму все как должное. Чего не скажешь об отношении к императору, да и к остальной верхушке в целом. Если раньше это была обыкновенная, ничем не обоснованная предвзятость с моей стороны, то теперь все худшие подозрения на их счет оправдались, и даже в большей мере, чем я могла предполагать. Задерживаться в этом обществе я совершенно не желаю. Так что остается надеяться, что это дело не затянется вновь на десятилетия. Столько лет в этой компании я не протяну.

Из раздумий меня выдернула громко хлопнувшая дверь. Флора, одетая в обтягивающий кожаный костюм и с убранными наверх волосами, возвышалась перед порогом, холодно и грозно рассматривая меня. Вот ведь как получилось, я разочаровалась во всесилии Дамиана, а Флора в моей положительности. Не то чтобы я себя особо причисляла к добрым и правильным, но она, кажется, как раз такой меня и считала, судя по ее разговорам во время учебы. А теперь открылась жестокая истина. Оказывается, быть для кого-то разочарованием так же больно, как и самой разочароваться в ком-то.

– У тебя десять минут на сборы, – жестко произнесла Флора. – Форма одежды – спортивная или хоть что-то, что не будет иметь подола и подойдет для тренировок. Волосы подбери и заколи в высокий пучок. Сразу предупреждаю, если твоя шевелюра станет намного короче, моей вины в этом не будет.

Резко развернувшись, она вышла, снова хлопнув смежной дверью между нашими комнатами.

Похоже, в себя она уже окончательно пришла, и теперь последует жестокая месть. В плане изощренности грядущего наказания можно не сомневаться, вот только я ей должна, так что позволить спустить пар – меньшее, что я могу для нее сделать. В конце концов, серьезно меня калечить боевичка не посмеет, тем более под крышей Бриара. А вот повалять в грязи и поставить пару синяков – запросто, но это не так уж и страшно.

Я смиренно отправилась переодеваться, размышляя, удастся ли мне хоть частично восстановить то доверие, что было между нами. Хотелось бы… Тем более в дальнейшей работе оно нам, несомненно, пригодится. Если, конечно, Флора согласится продолжить…

Собралась я быстро и, серьезно восприняв угрозу девушки насчет волос, скрутила их как можно туже в узел на затылке. Флора дожидалась меня за дверью и, стоило выйти, молча проследовала по коридору, так что мне оставалось только поспешить за ней, плохо себе представляя, где же она собирается проводить запланированную «тренировку».

А вот сама девушка, очевидно, никаких сомнений не испытывала, на удивление уверенно продвигалась по чужому дому куда-то вглубь, а затем вниз. Когда мы спустились на уровень подвала, я даже начала слегка нервничать, но наше путешествие внезапно оборвалось перед массивной дубовой дверью. За ней оказался просторный зал, холод в котором не могли прогнать даже с десяток факелов, висящих на каменных стенах. В дальнем углу стоял большой щит, увешанный всевозможным оружием. Стены были испещрены множеством сколов, царапин и даже кое-где подпалин, а под ногами вместо привычных каменных плит или деревянных полов оказалась земля, щедро присыпанная песком. Тренировочный зал… в подвале. Впрочем, было бы странно, если бы у Дамиана вообще не оказалось в доме никакого места для боевых занятий.

Пока я заторможенно осматривалась, Флора закрыла за нами дверь на довольно внушительный засов, прошла на середину зала, развернулась ко мне и требовательно спросила:

– Чего встала?

– В смысле? – растерялась я, не понимая, чего от меня хочет девушка.

– Мне казалось, что ты поумнее, – вздохнула она, закатив глаза. – Ноги в руки и побежала!

– Куда?!

– Не куда, а как, – поправила меня боевичка, задумчиво рассматривая ногти на своей руке. – По кругу, и быстро.

Я все так же стояла, в недоумении уставившись на нее.

– Мне тебе заряд бодрости пинком добавить? – внезапно рявкнула Вегерос, да так, что я уже без вопросов и уточнений затрусила вдоль стены. Похоже, Флора действительно решила заняться тренировками. – Быстрее, – заявила она через пару кругов, и, очевидно, как дополнительный стимул, прямо в то место, где только что была я, врезался горячий пульсар, чей жар я ощутила спиной.

– Ты с ума сошла! – воскликнула я, но скорость прибавила, предчувствуя, что Флора вполне может повторить этот трюк.

– О, наконец-то, хоть какая-то реакция, помимо бесконечного раскаяния и самоуничижения, – выдала боевичка, и я, даже не видя, почувствовала довольный оскал на ее лице.

Поняв, что так вести разговор глупо, я все же остановилась, разворачиваясь к девушке, но и слова произнести не успела, как мимо моего виска пролетел очередной огненный шарик, рассыпавшийся искрами за моей спиной при встрече со стеной.

– А вот приказа останавливаться не поступало, – холодно отметила девушка, демонстративно подбрасывая на руке еще один сгусток пламени. – Так что развернулась и продолжила забег.

– Флора… – начала было я, желая все же завязать разговор, но огненный росчерк, пролетевший теперь с другой стороны от моей головы, ясно давал понять, что на диалог она сейчас не настроена, так что пришлось выполнить требуемое.

– Я уверена, что воина в принципе можно сделать из любого. Все зависит от времени, мастерства учителя и его терпения, чтобы не прибить ученика раньше, чем он научится хоть немного давать отпор, – начала свой монолог девушка. – В свете последних событий стало понятно, что моя дальнейшая миссия по твоей охране отнюдь не ограничится защитой от острых зубок дамочек-аристократок. Сделать из тебя сносного бойца за короткое время невозможно, да и надобности такой нет. Но натренировать так, чтобы ты не стала легкой мишенью для врага, – вполне реально.

Я раздраженно зыркнула на Флору и споткнулась.

– Меняем направление! – рявкнула она.

Пролетевший перед моим носом пульсар заставил испуганно пискнуть. Я резко развернулась и побежала в обратную сторону.

– О чем это я?.. – невозмутимо продолжила девушка. – Ах да, тренировки. В общем, с сегодняшнего дня мы с тобой ежедневно как минимум по часу будем заниматься твоей физической подготовкой. Меч я тебе в руки не доверю – убьешься еще, а вот работу с метательными ножами можно продолжить. Нравится тебе или не нравится, но тренировки будут, потому что я хочу сделать все, чтобы облегчить себе, любимой, работу. Раз-во-рот!

Громогласный приказ эхом пронесся по каменному залу. В мое лицо опять был пущен огненный шар, от которого я увернулась в последний момент.

– А тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? – уже сбиваясь с дыхания, поинтересовалась я.

– Это мне раньше казалось… что все будет просто и легко и, кроме закулисных интриг с привычной грызней истеричных дамочек, нас особо ничего не ожидает, – с усмешкой в голосе проговорила Флора. – А теперь я уверена, что с твоей удачей рассчитывать на такое было глупо. Ты же ходячая проблема, а мне за твою жизнь ответственность нести перед великим и ужасным. Уж лучше я сама тебя тут слегка покалечу, чем потом кто-нибудь другой приложит по полной.

В этот раз предупреждения не было. Просто боковым зрением я заметила всплеск пламени и, прежде чем пульсар долетел до меня, резко развернулась и пригнула голову.

Довольно быстро бег по кругу превратился в беспорядочное метание в попытках избежать встречи с очередным огненным шариком. Не всегда мне это удавалось, поэтому радовало то, что Флора хорошо контролировала свою силу – снаряды не прожигали мою одежду и не оставляли ожогов, лишь копоть на руках и лице да противный запах гари, пропитавший волосы. Приняв очередной удар пульсара прямо в грудь, я упала на землю, уже не в силах подняться и понимая, что для меня тренировка на этом окончена. Чем бы мне ни угрожала Флора, продолжить я не смогу, даже рискуя при этом остаться с подпаленными волосами.

Но, удивительно, девушка не стала требовать подняться, а села рядом со мной.

– На случай, если ты себя последние несколько часов считала вселенским злом и прочее, сейчас я тебе наглядно доказала, что ты таковой не являешься, – спокойно проговорила она и, когда я ошарашенно посмотрела на нее, ехидно мне усмехнулась. – Могу тебе с уверенностью сказать, что зло не улепетывает с такой неуклюжестью от маленького огненного шарика.

– Все равно я виновата, – тихо проговорила в ответ, пряча взгляд.

– Знаешь, у тебя просто непомерное самомнение, – раздраженно заявила девушка.

– Почему? – не поняла я.

– Это ж каким себя нужно считать пупом земли, чтобы искренне полагать, что все, что происходит плохого с окружающими тебя людьми, исключительно по твоей вине, – скривилась она. – Вот этим ты меня и бесишь. Нашлась тоже великая страдалица, бьющаяся в конвульсиях от раскаяния. Родная, опустись с небес на землю. Я ведь могла попасть на чаепитие к этой старушке и без твоей помощи. И в таком случае для меня все закончилось бы куда печальнее. Я вчера, конечно, вспылила, состояние было омерзительное, да и заклинание, наверное, сыграло свою роль. Но то, что ты так прониклась моей сиюминутной вспышкой гнева, – вот это уже странно. До этого вроде покрепче психикой была. А тут пара обвиняющих фраз, и ты уже готова стать жертвенной овцой, лишь бы мнимую вину передо мной загладить. Аж смотреть противно.

– Но я действительно поступила эгоистично, – мрачно сказала я. – Нужно было перекинуть заклинание на себя, когда я поняла, что Дамиан ничего не чувствует и не придет, а не продолжать мучить тебя.

– Правда, что ли? – ахнув, вскинулась она. – Действительно, ты права. Надо было перекинуть. Чтобы потом, увидев какую-то навеянную гадость, жахнуть потоком неконтролируемой силы и убить нас всех? Для меня, честно говоря, это стало куда бо́льшим аргументом, чем возможное появление Бриара, прежде чем мы раскроем правду. Как бы там ни было, но я и Эйдит со своими силами живем уже давно, и контроль идет чуть ли не на уровне дыхания. Тем более мы обе учимся на боевом, что тоже добавляет дисциплины и самоконтроля. Ты же пару месяцев как обзавелась смертоносной магией. Если ты даже заклинаний никаких толком не знаешь, о каком полном владении собой может идти речь? В общем, надоела мне эта болтовня. Если коротко, то заканчивай строить из себя героиню, разочаровавшую своих последователей, и самокопание прекращай. Нам еще много работать, а ты сопли на кулак мотаешь. Тьфу.

Я всхлипнула, чувствуя, как слезы действительно скапливаются в глазах. Вроде ничего такого, о чем бы я не знала, Флора не сказала, но мне все равно стало легче. Как будто камень с души упал. Если бы не одно «но»…

– Дамиан тебе рассказал… – начала я, но девушка и так меня поняла.

– Что старушка отделалась укоризненным взглядом и твердым обещанием не повторять прошлых ошибок? Конечно.

– И что ты думаешь по этому поводу? – спросила, затаив дыхание, в надежде, что ее ответ подскажет мне, как быть дальше.

– Да ничего. Глупо было рассчитывать на то, что эту троицу торжественно предадут народному суду и устроят показательную казнь на главной площади. Обидно, конечно, стоило все же врезать парням пару раз, хоть душу отвести. Да и старушенции я бы тоже зубы посчитала. Но что есть, то есть. Наша задача вообще в другом состояла, и убиваться теперь, что Деланей осталась безнаказанной, я не собираюсь. Тем более немилость императора ей еще во многих делах отольется. В общем, проще надо жить, Серас, – криво улыбнулась Флора. – Если будешь переживать за всех вокруг, переживалка сломается.

Боевичка бодро поднялась с песка и отряхнула штаны.

– Вставай, чучело, ты же не хочешь, чтобы твой дорогой магистр застал тебя в таком чумазом и непотребном виде, – ядовито усмехнулась девушка и протянула мне руку, чтобы помочь встать.

«Может, она и права. Есть ли смысл страдать за всех подряд? Хватило бы сил защитить тех, кто близок, и то было бы неплохо», – подумала я и крепко ухватилась за ладонь Флоры, с силой вздернувшую меня на ноги.

Правильно. У меня нет времени раскисать и утопать в жалости к себе и окружающим. Мы уже отсеяли практически половину подозреваемых, а ведь это несомненный плюс. И впереди нас ожидает еще немало работы, так что нужно брать себя в руки и готовиться дальше раскапывать скелеты в шкафах благородных семей.

Из тренировочного подвала поднималась я уже в куда лучшем настроении, твердо решив больше не поддаваться внутренней слабой плаксе, а держаться и бодро шагать вперед.

– Учти, завтра с утра ты должна быть в зале, или я сама приду тебя будить, и уверяю, тебе это очень не понравится, – твердо заявила Флора, заметив на моем лице легкую улыбку.

Я запнулась на очередной ступеньке.

– То есть про тренировки это ты серьезно? – уточнила на всякий случай.

– А ты что думала, сегодняшнее занятие было устроено исключительно ради душеспасительной беседы с тобой? – скептически взглянула она на меня. – Вот еще, стала бы я так напрягаться.

Откровенно говоря, я действительно подумала, что вся эта тренировка просто была способом вправить мне мозги. И, похоже, по выражению моего лица Флора догадалась о моей наивности.

– Тебя нужно привести в форму, – уже серьезно проговорила она. – Тем более есть такая возможность. Даже если это не пригодится сейчас, лишним уж точно не будет. А то мало ли, попадешь в какую-нибудь передрягу со своим Бриаром, и пока он тебя защищать самоотверженно будет, сама по глупости подставишься. Жалко его, несчастного. Намучается он еще с тобой, непутевой.

Волна возмущения мгновенно прокатилась по мне, и я уже хотела заявить, что я не настолько глупа и беспомощна. Но промелькнувшее воспоминание заставило поспешно захлопнуть рот.

Тот дурацкий бал, схватка двух магов на мечах и кинжал, летящий прямо в меня. А ведь кто знает, как бы окончился тот вечер, если бы я не стояла, глупо уставившись на приближающийся клинок, а сразу увернулась. Дамиану не пришлось бы отвлекаться от боя, чтобы вывести меня из-под удара, и, возможно, мы бы уже поймали убийцу. Так что тренировки с Флорой лишними точно не будут.

– Ладно, – вздохнув, согласилась я. – Постараюсь не проспать.

– И что, никаких возражений? – удивилась девушка.

Я промолчала. А что тут скажешь?..

Уже на подходе к комнате меня догнал дворецкий с сообщением от Дамиана, чтобы, как только я освобожусь, подошла к нему в кабинет. Я решила сначала привести себя в порядок, а уже потом идти вести серьезные беседы. Вряд ли магистр всего лишь хочет удостовериться в моей целости после занятия с Вегерос.

Робко поскребшись к нему в кабинет и получив разрешение войти, я скользнула внутрь, надеясь на лучшие новости, но внутренне все же готовясь к плохому.

– Я смотрю, Флоре быстро удалось вывести тебя из подавленного состояния, – с улыбкой заметил он, приглашая меня присесть напротив.

– Удивительно, но да, – согласилась я. – Она оказалась понимающим и заботливым человеком. Хотя порой выражает свои истинные чувства весьма оригинальным способом.

Я вспомнила, как она пыталась открыть мне глаза на истинную натуру Рины. Вот уж ни за что бы не подумала, что в тех издевательствах было больше искренней заботы обо мне, чем в сладких речах бывшей подруги.

– Значит, я не ошибся в выборе для тебя компаньонки, – заключил мужчина, пристально разглядывая меня, словно пытался найти что-то.

Отголоски обиды и разочарования? Если они и остались, то ушли глубоко внутрь. Успокоившись и подумав, я не приняла все произошедшее как должное, но и так остро уже не реагировала. В конце концов, это «вне моей компетенции».

А вот насчет компаньонки он прав. Флора не держит меня в напряженном боевом ожидании и готовности к очередной перепалке, пусть и словесной, но при этом и не дает слишком уж расслабиться и впасть в уныние. С ней легко быть собой и выказывать как радость, так и неприязнь, потому что и она себя никогда в этом не ограничивает. По крайней мере, при нашем личном общении, а не когда мы играем на публику.

– Так о чем ты хотел поговорить? – напомнила я, понимая, что Дамиан вряд ли хотел пообщаться о наших с боевичкой взаимоотношениях.

– У меня для тебя письмо и приглашение для вас с Флорой на одно мероприятие, – посерьезнев, проговорил он. – Сначала прочитай письмо, лучше даже с Вегерос, а потом вместе решите, стоит вам туда идти или нет. В данном случае я настаивать не буду.

Я, слегка нахмурившись, протянула руку через стол, забирая у него два конверта из дорогой бумаги. Один покрупнее и потолще, видимо, с карточками. Никакой подписи сверху ни на одном из них не было.

– От кого? – настороженно взглянула на Дамиана.

К чему были все эти «сами решите, не буду настаивать»?

– От Эйдит, – раздалось в ответ.

И я, облегченно вздохнув, расслабилась. Ситуация у нас, конечно, вышла неприятная, но ничего настолько страшного, как мне подумалось вначале. В таком случае письмо нам действительно стоит прочитать вместе с Флорой.

– А что насчет того, что я рассказала про бал? – внезапно вспомнила я. – Ты проверил, Дилвин действительно все время своего отсутствия проговорил с ректором?

– Проверил, – легко кивнул мне магистр. – Все подтвердилось.

– Как хорошо, – радостно улыбнулась я.

Хоть у кого-то из нас оказались преданные друзья. Минус еще один человек из нашего списка, это уже что-то. Вот так вот, за один вечер нам удалось, считай, разом избавиться от половины подозреваемых. Хотелось бы надеяться, что и со второй расправимся так же быстро. Слишком долго этот человек оставался безнаказанным.

– Побегу тогда Флору искать, посмотрим, что же нам написали. – Я поспешно встала из-за стола, но вот отойти не успела.

– Погоди, Касс, – ухватил меня за руку Дамиан.

Я вопросительно взглянула на него.

Но он ничего не сказал. Потянув за руку на себя, заставил обойти стол и, подведя близко к себе, обнял за талию, устало уткнувшись лбом мне в живот. Я удивленно вдохнула, нелепо взмахнув руками, не зная, куда их пристроить, а с выдохом мягко опустила ладони ему на голову, зарывшись пальцами в темные волосы.

– Прости меня, – глухо сказал он, а я вздрогнула, почувствовав горячее дыхание даже через ткань платья. – Я чувствую, что с этим происшествием подвел тебя. Да и не только тебя, но в данном случае ты для меня важнее. Совсем не так я рассчитывал завоевать доверие любимой. И не разочарование жаждал видеть в твоих глазах…

Он крепче прижал меня к себе, а я стояла и глупо улыбалась, в очередной раз чувствуя, как счастлива просто оттого, что он назвал меня любимой. Хорошо хоть, что он не видит моего дурацкого выражения лица.

– Если начать считать, сколько раз я не оправдывала твоих надежд, боюсь, счет будет не в мою пользу. Так что лучше даже не начинать. Не стоит так реагировать на все мои вспышки. Я, конечно, всегда стараюсь говорить то, что думаю, но это не значит, что мои слова всегда отражают то, что я на самом деле чувствую. Человек – существо эмоциональное, а я еще и нестабильное. Наболтаю всякого в порыве злости, а потом успокоюсь и пойму – это ведь неправда, ну или, по крайней мере, не вся. Я стараюсь постепенно прийти в себя и стать нормальным человеком, но будь снисходителен, так быстро это не получится. – Я мягко отстранилась, чтобы заглянуть ему в лицо.

– Ты меня устраиваешь любая, – с улыбкой проговорил он. – Главное, чтобы была целая и рядом со мной.

– В этом я с тобой полностью согласна. Главное, чтобы рядом, – прошептала и, решившись, склонилась, чтобы поцеловать Дамиана.

Мгновение, и вот я уже у него на коленях, крепко обнимаю за шею. Чувствую, как каждое движение его губ и каждое прикосновение наполняют меня искрящимся, пьянящим счастьем, восторгом и еще чем-то терпким и темным, как огонь, иногда мелькающий в его глазах.

Тихий стук в дверь заставил нас резко оторваться друг от друга. Правда, руки на моей талии не спешили отпускать меня, тем более что посетитель за дверью терпеливо ждал ответа.

– Знаешь, тихий домик где-нибудь вдали ото всех, у моря, постепенно становится и моим пределом мечтаний, – прошептал мне в губы Дамиан, глядя мерцающими темным пламенем глазами прямо в мои. – Главное, чтобы ты жила в нем со мной.

Еще одно мимолетное обжигающее прикосновение губ, и с тяжелым вздохом меня отпустили, позволив встать на ноги. И даже слегка подтолкнули в спину в сторону выхода, правда, с еще более тяжелым и печальным вздохом.

А я, счастливо улыбаясь, прошла к двери.

– Ты ведь меня пригласишь? – раздалось мне в спину, когда я уже взялась за ручку.

– Куда? – удивленно обернулась я.

– В свой домик у моря, – лукаво улыбнулся мне в ответ Дамиан.

Я слегка нахмурилась, изображая сосредоточенное размышление.

– Боюсь, что в том домике, который я могу позволить на свои средства, едва ли хватит места для кого-либо еще… – вздохнула я горестно.

Улыбка на лице Дамиана медленно померкла.

Резко развернувшись, я пробежала к столу и, перегнувшись через него к лицу помрачневшего магистра, горячо прошептала:

– Но для тебя место там будет всегда, рядом со мной, – и вновь мимолетно коснулась его губ, чтобы через мгновение оказаться у двери.

– Жестокая, – раздался тяжелый вздох у меня за спиной, но я-то успела заметить улыбку, промелькнувшую у него на лице.

Пропустив в кабинет ожидающего в коридоре дворецкого, я поспешила в сторону лестницы, теперь уже точно уверенная, что охватившее меня уныние отступило. Флору я нашла на первом этаже, уже переодетую, задумчиво листающую какую-то книгу.

– Нам с тобой пришли письмо и приглашения, – начала я, крутя конверты в руках.

– От кого? – спросила она, лениво оторвав взгляд от страницы.

– От Эйдит.

И вот это уже явно привлекло ее внимание.

– Что пишет? Что за приглашения?

– Я не стала читать без тебя, – призналась, наконец распечатывая меньший конверт. – Думаю, то, что там написано, относится к нам обеим, поэтому предпочла дождаться тебя.

– Дождалась, – кивнула она. – Читай теперь.

Прежде всего я должна извиниться. То, что я сделала, это, по сути, предательство. Причем даже не вас с Флорой и не тех, кто в свое время пострадал от этих бесчеловечных экспериментов, я предала саму себя. Пошла на сделку не только с младшей леди Битан, но и со своей совестью. Да, она хорошая женщина, да, мне было ее жалко. Что бы вы ни думали, но леди Кейси точно не участвовала в этом всем, да и не знала, чем занимаются свекровь, сын и племянник. Вы бы видели, какой разбитой она была, когда пришла умолять меня не рассказывать все отцу. Не просто просить, а именно умолять, а ведь она тоже из высших лордов, и раньше мне казалось, что мы в принципе на такое не способны. Леди была крайне подавлена произошедшим, поэтому, если она решится прийти и к вам, прошу пусть не о прощении, но хотя бы о снисхождении к бедной женщине. Но согласилась молчать я вовсе не из жалости к ней, а исключительно из эгоизма. Я же говорила, что брат давно и безуспешно искал учителей для себя, а она все же одна из лучших в целительстве. Практически на одном уровне с сумасшедшей старухой. А Дилвин – мой родной, единственный брат. И я всегда буду делать все возможное, чтобы помочь ему.

Я не жду, что вы поймете или простите меня. Сама бы я, наверное, такого поступка не поняла. Но сказать, что мне очень жаль, что все так получилось, обязана.

И все же буду надеяться, что наша только зарождающаяся дружба не закончится вот так. Я бы очень хотела продолжить общаться с вами. Откровенно говоря, в нашем обществе не слишком много адекватных девушек, с которыми можно нормально поговорить не о бесконечных платьях и балах, а просто обо всем подряд. Поэтому отправляю вам вместе с письмом приглашения на праздник по случаю моего 25-летия. Если вы все же решите, что я не настолько плоха, чтобы перестать со мной общаться совсем, буду ждать вас с нетерпением на этом вечере. Без вас мне там будет очень скучно.

С надеждой на лучшее, Эйдит

Закончив читать вслух письмо, я задумчиво помяла в руках бумагу и подняла взгляд на Флору. В отличие от меня, девушка не выглядела ни сомневающейся, ни размышляющей. Безмятежное спокойствие и лень. Даже зевнула, не таясь, показывая, что прочитанное ее не затронуло никоим образом.

– Что будем делать? – спросила я, решив предоставить решение Вегерос. Все же во всем произошедшем она главная пострадавшая, это будет справедливо.

– А что тут делать? – удивленно проговорила она и протянула руку за вторым конвертом у меня на коленях. – Давай сюда приглашения.

Я передала ей послание и уже готова была увидеть, как она закинет его в растопленный камин, рядом с которым мы сидели. Но вместо этого девушка распечатала его и сосредоточенно вчитывалась в написанное.

– Вот ведь, – буркнула она. – Через три дня всего. А нам еще надо платья подобрать и подарок найти. Абы что не подаришь и с пустыми руками тоже не придешь – высшая аристократия как-никак.

– То есть мы пойдем? – осторожно поинтересовалась я.

– А разве могут быть сомнения? – удивленно посмотрела она на меня.

– Ну, я думала, что после произошедшего ты еще не скоро захочешь с ней разговаривать, – призналась я.

– Дорогая, что было, то прошло, – усмехнулась она. – В конце концов, мы тут с тобой не развлекаемся, не ищем друзей и возлюбленных и не укрепляем связи в обществе. Мы с тобой работаем. Так что важно сейчас лишь то, что на подобное мероприятие не могут не пригласить всю их остальную шайку высших. А значит, это прекрасная возможность для нас разобраться с остальными подозреваемыми. Или, по крайней мере, попытаться с ними сблизиться.

И снова сверкающий хрусталем, драгоценностями и разноцветными огнями зал, правда, на этот раз все же и украшения попроще, и зал, конечно, не такой огромный, как в императорском дворце. Да и количество приглашенных в разы меньше, чем на балу. Все исключительно статусные. Еще бы – день рождения представительницы высших лордов. Но такое чувство, что лишь немногие помнят, ради чего они здесь собрались. Не мне, конечно, об этом говорить, ведь мы сами сюда явились не только и даже не столько, чтобы поздравить именинницу. Но весь этот блеск украшений, излишне кричащие дороговизной платья, оценивающие взгляды говорили о том, что гости пожаловали, исключительно чтобы показать себя и посмотреть на других. А чей-то там личный праздник – удачный, вовремя подвернувшийся повод. Мы с Флорой решили посетить день рождения Эйдит в уже привычных образах. Боевичка изображала нежный цветок, а я осталась верна черному цвету, хотя он и выделял меня из всей толпы куда больше, чем броские украшения, дорогие ткани и сложные покрои. Не то чтобы, став некромантом, я воспылала внезапной страстью к траурному цвету, нет. Просто пришло осознание, что черное платье может быть полезно – оно вполне отчетливо сигнализирует о моей деятельности, тем самым избавляя меня от лишних разговоров и назойливости. Почему-то познакомиться поближе с некромантом жаждут немногие. И раз уж жизнь предоставила мне такую возможность, не стоит ею пренебрегать, тем более в условиях высшего общества, где каждый норовит укусить побольнее.

На этот раз на бал мы с Флорой прибыли без дополнительного сопровождения. Вернее, без очевидного сопровождения. После всего произошедшего сомневаюсь, что нас отпустили бы без соглядатаев. Присутствие кого-либо из старших Бриаров мы единогласно посчитали излишним. К сожалению, жаждущих пообщаться со мной и Флорой из-за нахождения рядом Дамиана или его отца не появляется. Так что мы с боевичкой были в свободном полете, и я очень надеялась, что нам это поможет.

Встреча с виновницей сегодняшнего вечера прошла… странно. Как-то натянуто-неуклюже, что ли. На лице Эйдит застыло выражение человека, испытывающего одновременно неловкость, стыд и вину, но при этом старательно пытающегося прикрыть все это радостной улыбкой. Все же ни ей, ни нам не забыть так просто произошедшего. Пока Флора рассыпалась в теплых поздравлениях, я стояла рядом и надеялась, что моя улыбка выглядит достаточно приветливой. Не то чтобы я испытывала к Эйдит какую-то неприязнь, но от той легкости, которая появилась между нами в лабиринте, не осталось и следа.

После принятия девушкой поздравления между нами повисла неловкая тишина. Дилвин, находящийся рядом с сестрой, смотрел на нашу компанию хмурым, недоуменным взором, а мы бросали друг на друга взгляды, не решаясь что-либо сказать первыми. В конце концов именинница не выдержала и, тихо пробормотав, что ей нужно следить за вечером, ретировалась. Брат ее, еще раз как-то странно посмотрев на нас с Флорой, скрылся следом. Судя по всему, он ничего не знал о случившемся в лабиринте. Возможно, несмотря на более мягкий характер и прирожденный дар целителя, подобное поведение семейки Битан с собственной сестрой он бы так не оставил и в своей мести оказался бы куда жестче отца.

– Это было… – неуверенно протянула Флора.

– Неудобно? – предположила я, глядя в спину удаляющейся девушке.

– Если говорить культурно, то да, – вздохнула она.

Пора было приступать к основному делу, а для этого прежде всего надо отыскать в зале наших фигурантов. Через полчаса неспешного блуждания Флорой были замечены изобретатель Стаас Элидир вместе с женой. Это уже неплохо, вот только подбираться к старшему поколению в нашем случае будет сложнее. Но попробовать хотя бы просто познакомиться – стоило. Когда мы с Флорой направились в сторону четы высших, мой взгляд выловил более удобный объект для расспросов. У окна, скрываемый от зала мраморной колонной, притаился Вилмар Адальштейн с бокалом чего-то явно покрепче вина, предлагаемого гостям. Весь его неряшливый вид ясно давал понять, что мужчина прибыл на праздник уже в состоянии изрядного подпития. Но что-то у меня с этим образом не вязалось…

Указав на него Флоре, я тихо попросила:

– Я поговорю с ним сама, ладно?

– Почему?

– Кажется, мы с ним уже установили что-то вроде доверительного контакта во время танца на императорском балу, – повела я плечами.

Девушка внимательно посмотрела на меня.

– Ну что ж… Вперед.

Я направилась в сторону одинокого мужчины, стараясь подойти так, чтобы он не заметил меня раньше времени и не сбежал. Судя по всему, Вилмар не особо настроен разговаривать.

– Вы в очередной раз удивительно печальны для такого праздника, – тихо произнесла я, подходя к Адальштейну со спины.

Он обернулся, окинул меня взглядом куда более трезвым, чем можно было предположить издалека по его внешнему виду, и слабо улыбнулся.

– А вы поразительно наблюдательны, леди Клейрон, – поприветствовал меня мужчина, отсалютовав бокалом. – Хотя, пожалуй, тут удивляться нечему. В вашем возрасте ни с того ни с сего некромантом не становятся, да и дар не может проснуться на пустом месте. Следовательно, вам пришлось достаточно повидать в жизни, чтобы стать столь проницательной.

Я слегка вздрогнула от холодного голоса и догадливости Адальштейна. Значит, он не поверил в нашу прекрасную легенду о простушке… Ну что ж, раз мне практически прямым текстом заявили, что я не настолько глупа и наивна, насколько пытаюсь казаться, можно сделать ответный ход.

– А вы поразительно недостоверно для вашего возраста сейчас пытаетесь изобразить пьяного, – заметила я, давая понять, что его вид и бокал меня не обманули.

– Нам ли с вами не знать, сколь зыбко мнение окружающих. Стоит лишь дать намек, – улыбнулся он мне. – Чаще всего они видят то, что хотят видеть, иногда то, что хотим видеть мы, но почти никогда – то, чем мы реально являемся.

– Вы хотите, чтобы вас видели пьяницей? – удивленно спросила я.

– А вы – чтобы наивной, несчастной сироткой? – усмехнулся мужчина.

– В образе забитой сиротки есть свои плюсы, – не стала я отрицать его выводы. – Вас жалеют, относятся благосклоннее и не воспринимают всерьез. Хотя стоит признать, что пьяницу всерьез тоже никто не воспринимает, но это однозначно не тот образ, которого стремится добиться мужчина из именитой, влиятельной семьи.

– Смотря какая стоит цель… – пробормотал он себе под нос, одним махом осушая бокал. – Ваш образ, леди Клейрон, тоже не тот, к которому может стремиться молодая представительница семейства некромантов.

– Не называйте меня леди Клейрон, – оборвала я его. – Этот титул принадлежит леди Аларии, я чувствую себя словно воровкой и мошенницей, когда ко мне так обращаются. Лучше просто Касс.

Мужчина пару мгновений задумчиво рассматривал меня и неожиданно тепло улыбнулся.

– Вилмар, – наконец представился он. – Хотя не думаю, что кто-то из нас нуждается в представлении. Мы живем в слишком замкнутом обществе, чтобы не знать друг друга в лицо. И хоть вы к нам попали недавно, но это уже относится и к вам.

– Неужели вы думаете, что все эти люди действительно знают, кто я? – удивленно спросила я, краем глаза осматривая зал и отмечая, как много гостей следит за нами.

– Даже больше вам скажу! – оскалился он. – Уже завтра все газеты будут пестреть заголовками, что наследник семьи Адальштейн заигрывал с новоиспеченной представительницей семьи Клейрон. Не значит ли это будущее объединение семей?

Вилмар изобразил задумчивое лицо, словно размышлял над последней фразой. А меня все не оставляла мысль, что это просто какой-то фарс.

– И с чего бы им пестреть такими заголовками? – нахмурилась я. – Наше с вами нынешнее общение с трудом можно принять за флирт.

– Это мы еще посмотрим, – снова изобразил он шальную ухмылку и, ухватив меня за руку, запечатлел на ней поцелуй, словно специально задержавшись губами на ладони, чтобы все желающие успели рассмотреть происходящее, а потом, даже не спрашивая, потащил меня в центр зала к кружащимся парам.

Вырываться и устраивать скандал теперь, когда мы уже среди взметающихся юбок и искрящихся украшений, – глупо, внимания ко мне и так было предостаточно. Так что я нацепила на лицо легкую улыбку, словно все идет так, как и должно, и продолжила расспросы.

– Ну и к чему это вам? – поинтересовалась я.

– Какая разница. – Во время очередного па Адальштейн неприлично близко склонился к моему уху, шепча ответ: – Подыграйте мне. Вы поддержите свою репутацию наивной девочки, главное, краснейте побольше, а я свою – гуляки. Не буду допытываться о вашей цели, так что позвольте и мне свою оставить при себе.

Я постаралась изобразить смущение. Да уж, разговор получился странным, как и вся ситуация. А главное, никаких подсказок к тому, что меня действительно интересует, не получить! Только подыгрывать подозреваемому.

Конечно, обойтись одним вальсом в нашем внезапном спектакле было нельзя, вот только уже на третьем танце Вилмар заметил в толпе что-то такое, что помешало ему продолжить играть выбранную роль. Его руки на моей талии сильно сжались, а взгляд стал не просто злым, а яростным.

– Вы делаете мне больно, – с мягкой улыбкой заметила я, страстно желая узнать, кто же так его разозлил.

– Простите, леди, – вернул он взгляд ко мне и поспешил ослабить хватку. – Боюсь, на этом наш вечер придется закончить.

Ничего не объяснив, мужчина просто оставил меня стоять посреди танцевального зала, скрывшись в толпе. На неудобную ситуацию и взгляды окружающих мне было плевать. Волновало только, куда он пошел и кого с таким остервенением выглядывал в толпе. Стоило мне пробиться сквозь танцующие пары к той колонне, за которой я заметила Вилмара, как ко мне тут же подскочила Флора, очевидно, наблюдавшая за всем произошедшим.

– Пошли, – пробормотала она, взяв меня под локоть, и потащила к выходу из зала.

– Подожди, – задержала я ее на мгновение и, вытащив запрятанный в кармане платья амулет, намотала себе на запястье, а потом крепко ухватила этой рукой ладошку Флоры. – Отвод глаз, – ответила на ее вопросительный взгляд. – Чтобы все любопытные потеряли нас в толпе и не поняли, куда мы пропали.

Девушка лишь кивнула, и мы поспешили к дверям. Что-то мне подсказывает, что где-то там сейчас происходит нечто крайне интересное и мы обязательно должны в этом поучаствовать.

К сожалению, маленькая задержка с амулетом привела к тому, что, выскочив в коридор, мы там уже никого не застали, и в какую сторону скрылся наш подозреваемый, было не понять.

– Упустили. – Я тихо чертыхнулась себе под нос, прежде чем Флора шикнула на меня, заставляя замолкнуть и вместе с ней прислушаться к окружающему нас гулу, доносящемуся из приоткрытых дверей зала.

С правой стороны отчетливо донесся звук хлопнувшей двери.

– Туда! – не сомневаясь, потащила меня за руку Флора в правое ответвление коридора, подтверждая мои собственные догадки.

Быстренько проскочив мимо мило воркующей парочки у окна, совершенно не обратившей на нас внимания, что подтвердило успешную работу амулета, мы свернули за угол и остановились в недоумении.

Коридорчик, в котором мы оказались, заканчивался тупиком, так что оставалось разобраться, к какой же конкретно из четырех дверей нам стоило прильнуть и прислушаться. Вот только звуков не доносилось ни из-за одной из них. А судя по тому, как зол был Вилмар, покидая меня, тихо разговаривать с тем, за кем он кинулся, он бы не стал.

– Если бы я взялась вести секретные разговоры в таком ненадежном месте, я бы поставила на дверь защиту от прослушки… – пробормотала я.

– Ага, непонятно, зачем мы вообще сюда кинулись, – раздраженно буркнула рядом Флора. – Лучше где-то недалеко спрятаться и хотя бы проследить потом, кто отсюда выйдет.

Она настойчиво потянула меня обратно в сторону зала. Видимо, позабыла, что узнала о моих способностях в лабиринте. Может быть, мы сможем узнать гораздо больше, чем просто личность неизвестного.

Сконцентрировавшись и перейдя на хранительское зрение, я мгновенно определила необходимую нам комнату по легкому свечению, исходившему от двери.

– Сюда, – потянула я девушку к дальней правой комнате. – Они здесь.

– Откуда знаешь? – прошептала она.

– На этой двери защита висит, – так же тихо пояснила я и стала всматриваться в плетение.

На этот раз Флора, кажется, припомнила все и теперь уже поинтересовалась по существу, смогу ли я взломать ее.

– Взломать вряд ли, но сделать так, чтобы мы смогли хоть немного подслушать, попробую, – прошептала я.

Аккуратно подхватив пальчиками самое слабое место плетения, осторожно, стараясь не порвать, развела нити в стороны, создавая дыру, достаточную, чтобы до нас начал долетать звук. Да еще какой! Отпрянув от двери от громкости прозвучавшего голоса, мы с Флорой поспешно прильнули обратно, а я слегка уменьшила получившуюся щель, надеясь, что это приглушит звуки. Не хотелось бы привлечь в этот коридорчик любопытных.

– …Сделал все, что ты требовал! – бушевал за дверью Вилмар. – Что еще ты от меня хочешь?!

– Этого недостаточно, – спокойно ответил ему другой, незнакомый мне голос. Я бросила взгляд на Флору, но она покачала головой, подтверждая, что тоже слышит его впервые. – Своей цели я еще не достиг.

– И что я могу с этим сделать? – уже не так яростно, но раздраженно проговорил высший. – Не я принимаю решения. Если бы мог, просто отписал бы тебе все еще пару месяцев назад.

– Если все пройдет не так, как мне хотелось, то тебе представится возможность просто все отписать. Вот только затягивать совсем не в твоих интересах. Малышке одной нелегко придется, – с холодом в голосе сказал неизвестный.

– Ты… – прошипел Вилмар, кажется, пребывая просто на грани. – Ты не сможешь долго контролировать все. Я выжду момент, когда ты расслабишься…

– Уверен? – прервал его второй. – Не побоишься рискнуть? Неужели опыт тебя ничему не научил? Ты же приходил на последний концерт девчонки. Не правда ли, это было опасно? И как удивительно, что именно тогда, когда ты пришел, ей внезапно стало плохо. А если бы она в тот момент была наверху? Страшно представить, чего это могло ей стоить. И не только ей.

Раздался яростный рык и жуткий грохот.

– С твоей стороны это было опрометчиво, – после того, как шум затих, произнес неизвестный. – Ты же понимаешь, что такой неосторожный всплеск эмоций может вызвать определенные последствия. Видишь эту дорогую безделушку? Это ведь не простой кулон на цепочке. Если я сейчас дотронусь до этого камня, твоя девочка опять свалится где-то с невыносимой болью. Стоит ли это твоей сиюминутной ярости? И на всякий случай предупреждаю – дело не только в твоем приближении к ней. Если я узнаю, что ты подослал к ней своего человека, а я узнаю, поверь, то девчонка тут же умрет. Правда, предварительно жутко помучившись. Так что советую тебе не рисковать и больше не проявлять характера.

В комнате повисло молчание.

– Что я должен сделать на этот раз? – обреченно спросил Вилмар.

– Сделка с Конфреем. Ты должен провалить ее. Чем громче и скандальнее, тем лучше. Способ оставляю на твое усмотрение.

– Это слишком сложно, – проговорил высший.

– Ты уверен, что стоит разбрасываться такими фразами, учитывая, что стоит на кону? Жизнь любимой женщины! Неужели есть что-то невозможное на пути у такой любви? – явно издевался говоривший.

В этот момент Флора начала активно дергать меня за рукав, знаками требуя, чтобы мы ушли.

– Но это еще не все, – пыталась возразить я.

– Своего он добился, согласие получил. Нам следует убраться отсюда, – твердо заявила Вегерос.

Что ж, придется с ней согласиться. Главное в деле подслушивания – сбежать, прежде чем тебя успеют заметить. Поэтому я отпустила ленты защитного плетения, позволяя им вернуться на место и отрезать нас от всех звуков из-за двери.

Мы как раз успели добраться до бального зала, надеясь подсмотреть за тем, кто выйдет из того коридорчика, когда раздался повторный звук хлопнувшей двери. Фигура Вилмара, вынырнув из-за угла, стремительно удалялась по главному проходу в сторону, противоположную бальному залу, к выходу из дома. Через полминуты из того же коридорчика показался мужчина, достаточно молодой, но явно старше Вилмара, одетый дорого, но не сказала бы, что со вкусом, скорее, кичащийся своим богатством. Незнакомец расслабленной походкой и с довольным лицом направился в нашу сторону.

Мы с боевичкой юркнули в зал и поспешили притаиться за колонной так же, как до этого прятался Адальштейн. Я сняла с руки амулет, снова делая нас заметными.

– Ты знаешь, кто это был? – поинтересовалась у Флоры.

– А ты не признала? – удивленно вскинула она бровь.

Я отрицательно покачала головой.

– Что ж, могу нас поздравить, на наших глазах развернулась очередная семейная трагедия. Это был, представь себе, тоже Адальштейн, только Эерик.

– Вот уж повезло так повезло… – с досадой пробормотала я. – Их трагедия не имеет никакого отношения к нашему расследованию.

– Да, – согласилась со мной девушка. – Тут все кристально ясно. Эерик шантажирует племянника его возлюбленной, чтобы тот потихоньку заваливал дела их семьи, дабы все в итоге досталось ему, дядюшке.

– А смысл разваливать? – не могла понять я. – И как он вообще может получить все?

– В законах о наследовании ты, очевидно, не особо разбираешься, – вздохнула девушка. – Все просто. Отец Вилмара, старший Адальштейн, вполне может передать главенство родом своему родному братцу, если сочтет сына недостойным. Так что у Эерика все хорошо продумано. Парня он держит за горло крепко. Лишь девчонку искренне жаль. Видимо, она даже не из высшей аристократии, а, скорее всего, простая горожанка.

Я согласно покивала головой, размышляя, можем ли мы исключить семейство Адальштейн из круга подозреваемых? Какова вероятность, что это единственный скелет в их шкафу? Но при этом чутье мне подсказывало, что к нашему «скелету» эта парочка отношения не имеет.

В общем, мы в очередной раз наткнулись на прелести закулисной жизни представителей высшей аристократии. А главное, больше всех страдает простая девушка, так неудачно выбравшая объект своей любви.

– Вот черт, – тихо выругалась Флора, сделала большой глоток шампанского из бокала, только что снятого ею с подноса услужливой прислуги, и обреченно проговорила: – Я предчувствую проблемы.

Я вопросительно уставилась на нее.

– Вот прямо-таки вижу, как эти проблемы надвигаются, – помрачнела она, выглядывая что-то за моей спиной.

И вот тут я все-таки догадалась обернуться. К нам приближался уже знакомый мне блондин, очевидно, и бывший нашим тайным соглядатаем. Неудивительно, что Флора так скривилась, последняя их встреча прошла, мягко говоря, не очень дружелюбно.

– Леди, – подойдя, поприветствовал он нас легким поклоном.

Я приветливо улыбнулась, хоть и понимала, что подошел он к нам наверняка не для того, чтобы просто поздороваться, а Флора так даже и не удосужилась изобразить вежливость, лишь хмуро кивнув в его сторону.

– Вы покидали зал, – холодно и с заметным упреком произнес Матэмхейн. – Вы же понимаете, что это было опрометчиво с вашей стороны.

– Мы вышли подышать свежим воздухом, – непонятно зачем соврала Флора.

Я немного недоуменно посмотрела на девушку, которая с маской холодного аристократического презрения на лице пристально смотрела прямо в глаза Вайнна.

К чему было умалчивать правду, я не понимала. Дамиан, конечно, разозлится, что мы, скрывшись ото всех с помощью амулета, кинулись преследовать Вилмара, но рассказать ему об услышанном диалоге дяди и племянника все равно придется.

– Леди Вегерос, умению придумывать достоверные оправдания вам еще учиться и учиться. Но, учитывая, в каком направлении вы планируете работать, вам прежде всего стоит научиться исполнять приказы, – холодно заявил страж Флоре, у которой резко очертились скулы, явно указывая на то, что девушка едва сдерживается, чтобы не высказаться в ответ. – Отчитываться за произошедшее будете перед Бриаром. В дальнейшем, если вы захотите покинуть зал, попрошу вас не скрываться от наблюдения.

Коротко кивнув мне, Вайнн удалился.

На Флору я смотрела с опаской, ожидая, что в любую секунду она просто взорвется. Но она лишь судорожно сжала в руке ножку хрустального бокала, сделала пару глубоких вдохов и протяжных выдохов и снова расплылась в уже привычной улыбке, изображая расслабленную, наслаждающуюся вечером девушку.

– Ты как? – тихо поинтересовалась у нее.

– Все в порядке, – кивнула мне боевичка. – В чем-то он даже прав. Мне поступили четкие указания – не выпускать тебя из зала, не предупредив наблюдающих. Но в тот момент, когда ты на меня налетела из толпы танцующих, как-то было не до подачи условных знаков. Учитывая, что кое-какой информацией мы все же обзавелись, да и не случилось ничего страшного, будем надеяться, что сильно меня отчитывать не станут.

– Что значит не выпускать из зала? – нахмурилась я на вскользь прозвучавшую фразу.

– Не обращай внимания, – отмахнулась девушка. – Бриар над тобой трясется, как над куклой фарфоровой, ничего удивительного.

Сравнение с куклой, учитывая, что таковая, точная моя копия, у Дамиана даже имеется, не понравилось. Как и то, сколь пристально за мной следят. Понятно, что ради моего же блага, но такой контроль слегка напрягал. Правда, после всего со мной случившегося в одном Вегерос точно права – ничего удивительного.

– Флора… – вспомнила я еще один интересующий меня момент. – А почему ты так… резко негативно настроена против Матэмхейна? Он тебе что-то не то сказал в лабиринте?

Понятно, что тогда вся ситуация была неприятной, но все же, чтобы девушка настолько резко обращалась с ним, выпав из выбранного образа, между ними должно было произойти что-то особенное, когда мы их не видели.

– Этот… – процедила Флора, явно не зная, каким эпитетом наградить светловолосого стража, – меня, «чтобы успокоить», водой холодной тогда окатил. Словно какую-то кошку драную, подзаборную, чтобы она замолкла и не верещала больше. А потом еще интересовался вежливо – достаточно ли, или истерика еще не закончилась и мне нужны дополнительные водные процедуры. Мол, в этот раз он может еще похолоднее водичку сделать.

Она шипела, а я старательно пыталась скрыть улыбку. Понятно, что для боевички это было не просто неприятно – оскорбительно. И каждое появление Вайнна рядом – лишнее напоминание о том инциденте. Но мне почему-то, как представила эту сцену, смеяться хотелось. Правда, стоило вспомнить, из-за чего изначально та ситуация возникла, и все хорошее настроение тут же смыло. Постоянно кажется, что где-то мы сглупили, в чем-то поспешили и, если бы действовали умнее, все могло сложиться лучше.

Вечер был в самом разгаре. Нам с Флорой оставалось сосредоточить внимание на старшей паре Элидир. Но сколько мы ни крутились по залу, обнаружить их нам не удалось. Наверное, они по каким-то причинам покинули мероприятие раньше. Нам на этом празднике жизни тоже делать больше нечего, вот только уйти сейчас с нашей стороны будет довольно грубо, и нам с Флорой пришлось продолжать изображать наслаждение балом.

Как только гости начали постепенно расходиться, мы решили, что и нам пора. Прежде чем покинуть мероприятие, следовало все же проститься с хозяйкой праздника. Следовательно, нас ожидал очередной неловкий момент. Найти Эйдит труда не составило. Несмотря на все ту же приветливую улыбку, которой она встречала гостей, я наметанным взглядом заметила, что девушка сильно устала и, похоже, сама не против выпроводить всех поскорее. Правда, узнав о том, что мы тоже уходим, Эйдит явно расстроилась. За весь вечер нам переговорить не удалось, но, судя по всему, она надеялась, что мы задержимся после бала и пообщаемся. Может, и стоило, но у нас с Флорой имелись новости для Бриара, которыми не терпелось с ним поделиться.

– Кажется, я ошиблась с выбором мероприятия для примирения, – грустно улыбнулась Эйдит, шагнув ближе к нам, чтобы посторонние не смогли расслышать, о чем идет речь. – Уже после того, как праздник начался, я поняла, что нам следовало для начала встретиться наедине. Поэтому я надеюсь, что вы не откажетесь, если в следующий раз я приглашу вас на прогулку.

Девушка с надеждой взглянула на нас. Помириться она действительно хотела.

Я неопределенно кивнула головой, сама не зная, стоит ли вообще с этим заморачиваться, учитывая, что подозрения относительно ее брата уже развеяны. Флора, широко улыбнувшись, сказала, что с удовольствием, в любое время. Правда, я уже достаточно ее знаю, чтобы понимать, что это могла быть просто игра.

По возвращении домой нас встретил дворецкий и сообщил, чтобы мы тотчас проследовали в кабинет Бриара. Судя по тому, как сползла улыбка с лица Флоры, она тоже поняла, что нас не просто хотят расспросить о том, как прошел бал.

А магистр меня удивил. Хоть и выглядел он довольно хмуро, но отчитывать нас не стал.

– О том, где и в чем конкретно вы были не правы, я поговорю с каждой по отдельности, – сказал он, прежде чем потребовать отчета, почему мы все же смылись от слежки.

Я взялась рассказывать свою часть разговора с Вилмаром, а Флора – подслушанное нами. И чем больше мы говорили, тем мрачнее становился Дамиан. Не нас одних, видимо, выводят из себя грязные игры аристократов. Хотя не сомневаюсь, что магистр и до этого не особо обольщался насчет своей братии. А мой внутренний голосок мерзко нашептывал, что и за самим Дамианом и его семейством наверняка имеются мелкие грешки.

В общем, информации к размышлению мы предоставили более чем достаточно. Бриар допытывал нас, выуживая каждую деталь разговора, заставляя вспоминать слово в слово все, что было произнесено обоими Адальштейнами в той комнате. Когда убедился, что выуживать больше нечего, со вздохом отпустил Флору, попросив зайти завтра с утра, а меня попросил задержаться. Боевичка бросила на меня сочувствующий взгляд и вышла, оставляя нас наедине.

И неожиданно Дамиан удивил меня второй раз за этот вечер, не став ворчать и выговаривать мне, а обратившись к совершенно другой теме.

– Что можешь сказать по поводу артефакта? – спросил он.

Спрашивать, о каком именно артефакте он говорит, глупо. О том самом, который Эерон продемонстрировал Вилмару и с помощью которого обещал навредить какой-то безымянной девушке, если племянник попытается воспротивиться его приказу. Я не специалист-артефактор, но в этой теме копалась слишком много и слишком упорно, чтобы не понимать одного…

– Магия крови, – выдохнула я, уверенная, что как-то по-другому влиять на состояние девушки на расстоянии было нельзя.

Бриар лишь мрачно кивнул. Видимо, я подтвердила его собственную догадку. А вот это уже напрягало, потому как слишком уж непростая вещица. И даже больше. Насколько я поняла из разговоров с Дамианом и его отцом, те знания, которыми они обладали в этой области, – это исключительно заслуга все той же библиотеки и моей матери, предоставившей им в свое время материалы оттуда. Леди Кэрридуэн с большой неохотой пускала кого-либо на территорию хранилища, но вот сами книги все же предоставляла. И несколько из них даже остались в семье Дамиана по сей день. Ходили слухи о еще парочке крайне редких изданий, бродивших где-то по миру, о знаниях, передающихся из уст в уста. Но в данном случае задуматься заставлял именно тот факт, что заклинание, с помощью которого наш неизвестный высший пытался открыть библиотеку, – оно тоже к магии крови относится. И вот повторный случай использования. Это уже подозрительно.

– Есть какие-то идеи о принципе действия? – спросил Дамиан.

Идеи-то есть, но вот насколько они реальны…

– То, что в кулоне содержится кровь девушки как объекта, на который идет воздействие, это точно, – размышляя, проговорила я. – Очевидно, что активировать артефакт Эерик может непосредственно через камень, но кое-что в его словах заставляет меня думать, что имеется и еще одно действие артефакта, пусть и побочное, но с постоянным эффектом.

– Каким? – внимательно слушал мои выводы Дамиан.

– Предполагаю, что в артефакте есть еще и кровь младшего Адальштейна. В результате получается нечто вроде артефакта-отворота, только очень агрессивного действия. Когда Вилмар приближается к девушке, ее буквально начинает тошнить от него.

Бриар немного помолчал, раздумывая.

– Касс, ты читала в библиотеке о магии крови? Только честно, – строго спросил он.

Нехотя, но кивнула. Самое удивительное, что я наткнулась на книги по магии крови еще в светлой части библиотеки, хоть искренне причисляла этот раздел магии к темной. А вот во второй части Обители я книги по крови не искала. Вообще не особо хотелось лезть в хранящиеся там знания.

– Исходя из изученного тобой, какова вероятность того, что мы сможем обойти действие артефакта, не имея его на руках? – мрачно спросил он.

Вопрос заставил задуматься всерьез. Я не слишком глубоко погружалась в тему магии крови, зато достаточно сильно увлекалась артефактами, чтобы прийти к совершенно неутешительным выводам.

– Нет, – покачала я головой. – Не имея артефакта, единственное, что мы можем сделать, это минимизировать его действие, хотя я пока не слишком хорошо представляю, каким образом. Но, учитывая, что у нас нет и самой девушки, это меньшая из проблем.

– А мне как раз кажется, что найти девушку будет проще, чем разобраться, как ей помочь, – возразил мне мужчина. – У Тайной канцелярии наверняка найдется что-то интересное по этой теме.

– Тогда и насчет артефакта тебе лучше посоветоваться с лордом Осбеорном, – решила я.

Дамиан кивнул и задумался о чем-то. Мы сидели в полной тишине, и я начала нервничать. Деловые вопросы обсудили, похоже, пора переходить к нотациям. Вот только Бриар продолжает молчать, что заставляет меня психовать все сильнее. Лучше бы уже высказался и отпустил меня отдыхать.

– Ты будешь ругаться? – наконец, не выдержав, спросила я.

Магистр поднял на меня тяжелый взгляд.

– А есть смысл? – серьезно спросил он. – Я уже пробовал ругаться, просить, уговаривать, убеждать, но, к сожалению, никакие мои слова не смогли убедить тебя не рисковать и не соваться куда не надо.

Возразить на это мне было нечего. Сказано Дамианом действительно немало.

– И хотя в данном случае ваши действия были оправданны – у вас не было времени искать кого-то, подавать какие-то знаки, а позволить кому-то еще увидеть, что вы следите за Вилмаром, было бы слишком неосмотрительно, – но это не значит, что я могу принять тот риск, которому вы себя подвергли. И самое печальное, что ты будешь продолжать самозабвенно бросаться во всякие авантюры. – Дамиан поднялся со своего места, обошел стол и, мягко обхватив ладонью мой подбородок, заставил взглянуть прямо ему в глаза. – Ты просто не понимаешь, Касс, насколько сильно я дорожу тобой. И боюсь, никакие мои слова и действия не заставят тебя осознать и проникнуться этой мыслью. Только разве что запереть тебя, чтобы ты поняла, насколько я серьезен.

Я скованно улыбнулась, пытаясь слегка разрядить обстановку.

– Дамиан… – мягко проговорила в ответ. – Ты же понимаешь, что это глупо. Ты не сможешь всегда прятать меня от всего мира.

– Нет, родная, – ответил он с ласковой, но какой-то пугающей улыбкой. – Это ты не понимаешь. Я действительно могу спрятать тебя от всего мира там, где ты будешь в полной безопасности, даже если внезапно исчезнем я и мой отец. И сделать так было бы правильно. Если бы не мое к тебе отношение – все было бы куда проще. Мне были бы совершенно безразличны все твои претензии и истерики, обиды и обвинения. А важно одно – сохранить жизнь и наследие одной из семей высших лордов. Но, к сожалению, наша с тобой история сложилась по-другому… В дело вмешались мои чувства к тебе. И теперь я не могу поступить правильно, чтобы не разрушить наши и без того хрупкие отношения. Я не могу пренебречь твоим мнением в этом вопросе, и даже не потому, что оно значимо для нашего расследования, а потому, что для меня важна ты. Я слишком к тебе лоялен, Касс, и это бьет по мне же… Но я хочу, чтобы сейчас ты услышала и крепко уяснила одно – как бы сильно я ни был этими чувствами связан в своем поведении к тебе, есть то, что всегда будет стоять выше твоей ко мне лояльности, что я столь терпеливо взращиваю, – это твоя жизнь, милая. И если однажды я пойму, что ты превзошла предел допустимого или все стало слишком опасно для тебя, я без каких-либо сомнений упрячу тебя в самую тьму этого мира, где отыскать тебя не сможет никто, кроме меня и, быть может, моего отца.

– Ты же несерьезно? – прошептала я внезапно онемевшими губами.

Раньше я бы, наверное, поверила сказанному Дамианом, но мне казалось, что за последние несколько месяцев я все же достаточно его узнала и уверилась в том, что он может быть строгим, но никогда жестоким.

– Родная… – ласково произнес он и, наклонившись, подарил мне легкий поцелуй. – Мне безмерно приятно, что ты обо мне такого хорошего мнения, но ты должна знать реальное положение вещей. Да, я показывал тебе не лучшие стороны моего характера и жизни. Но никогда не показывал худшие. Все, что я сейчас сказал, чистая правда.

– Ты не поступишь так со мной, – продолжила гнуть я свое.

– Любимая, чтобы ты осталась в живых, я сделаю все. И даже твоя возможная ненависть ко мне не станет сдерживающим фактором. В конце концов, мне очень повезло, что ты не только маг, но и представительница семейства высших. Даже в самом худшем варианте развития наших отношений у меня всегда будет пара-тройка десятков лет, чтобы преодолеть твою ненависть и вновь завоевать расположение, – снова легко коснулся он губами моих и, отступив, вернулся на свое место. – Я хочу, чтобы ты поразмышляла над всем этим на досуге. И чтобы впредь перед каждым необдуманным порывом влезть куда-то у тебя возникала мысль о том, какие действия с моей стороны это может повлечь.

Я застыла в кресле, переваривая услышанное и пытаясь разобраться, как ко всему этому относиться. Дамиан несколько долгих минут наблюдал за моим ошалевшим лицом, а потом, вздохнув, сказал:

– Иди спать, Касс. То, что я посоветовал тебе поразмышлять, не означает, что приступить нужно немедленно.

Я кивнула и, встав, покинула его кабинет.

Как бы возмутительно ни прозвучало все сказанное сегодня Дамианом, злости я к нему не чувствовала. Потому что в голове крутилась одна его фраза: «Ты просто не понимаешь, Касс, насколько сильно я дорожу тобой. И боюсь, никакие мои слова и действия не заставят тебя осознать и проникнуться этой мыслью». А перед глазами стояла картинка, где я в чертовом лесу некроманта с практически мертвым, окровавленным Дамианом на руках. И если бы у меня была возможность спрятать его в самой тьме, в тот момент я бы тоже не преминула ею воспользоваться. Когда я воспроизводила кровавый ритуал, чтобы спасти его от тварей, мне было глубоко плевать на то, как он отнесется к моему пользованию запретной магией.

Так что в одном он не прав – его словами я прониклась, и еще как. Они всколыхнули во мне слишком многое, из-за чего выспаться толком так и не удалось. В темной спальне меня преследовали смутные образы и воспоминания о ночи в замке некроманта. Лужи крови вокруг, умирающий мужчина на руках… Промучившись до утра, то проваливаясь в объятия сна, то вновь просыпаясь от очередного видения-кошмара, я не выдержала и, несмотря на раннее время, оделась и спустилась в столовую завтракать.

На удивление, довольно быстро ко мне присоединилась Флора, отвратительно бодрая для такой рани, но не сказать, что особо веселая. Увидев мое недовольное лицо, она с неподдельной жалостью в голосе спросила:

– Сильно ругался?

А я, хорошенько осмыслив все сказанное прошлым вечером, заключила:

– Угрожал.

– Значит, мне еще повезло, – задумчиво протянула она, садясь рядом со мной за стол. – Я отделалась всего лишь выговором. Кстати, тебя после завтрака он тоже просил зайти.

Я вяло ковырнула в тарелке пышный золотистый омлет и решила, что лучше поговорю сразу, раз уж все равно ничего в горло не лезет.

– Ты куда? – удивилась Флора, заметив, что я встаю. – А как же…

– Не хочу, – отмахнулась от нее.

– Ну и дура, – пробурчали мне в спину.

«Очень может быть», – внезапно почему-то согласилась я с ней мысленно и направилась в кабинет Бриара.

У двери на миг замерла, делая глубокий вдох и готовясь к очередному, скорее всего, не самому простому разговору. Только занесла руку, чтобы постучаться, как из-за двери донеслось:

– Заходи, Касс.

И как он только всегда узнает, что это я?..

Несмотря на мои опасения, мне вполне доброжелательно улыбнулись и кивнули на кресло напротив.

– Смотрю, наш вчерашний разговор затронул тебя слишком сильно, – заметил он, убирая кое-какие бумаги со стола.

Я с подозрением взглянула на него. Иногда его способность читать меня как открытую книгу пугает. Откуда он так точно знает мои мысли и переживания?

– Касс, – мягко усмехнулся Дамиан на мой взгляд. – Нужно быть слепым, чтобы не заметить, что тебе сегодня явно не спалось.

Он протянул мне кружку с исходящим горьким ароматом кофе, и я расслабилась, поняв, что ругать меня не будут. Сбросив легкие туфли, забралась в кресло с ногами и, устроившись поудобнее, взяла горячую кружку из его рук.

Первые несколько глотков с закрытыми глазами помогли сбросить с себя ту мерзкую паутину дремоты, которая не отпускала всю ночь, то утаскивая в полусон кошмаров, то возвращая из него. А вот теперь уже можно обратить более осознанный взгляд на Дамиана, чтобы внимать, ради чего такого важного он меня позвал к себе с утра. После вчерашнего разговора я вообще не ожидала увидеть его в ближайшее время, учитывая, сколько всего теперь придется раскопать. Так что определенно что-то случилось, но, судя по его хорошему настроению, ничего страшного.

Я кивнула, показывая, что готова слушать.

– Касс, тебя ищут, – произнес он фразу, которая заставила меня судорожно вцепиться в несчастную кружку, чуть не расплескав содержимое.

– Что же ты такая нервная… – покачал головой Бриар. – Никогда не дослушиваешь до конца. Даниэлла приехала в город. И она разыскивает тебя, пока не активно, но достаточно, чтобы мои люди обратили на нее внимание. И, откровенно говоря, это нужно прекратить.

Весть о том, что Данька вернулась, всколыхнула во мне волну искренней радости, которая сразу же и погасла – ведь повидаться нам вряд ли удастся. Но с выводами я поспешила.

– По-хорошему бы, пускать тебя к ней нельзя… – продолжил Дамиан, и я тут же бросила на него полный надежды взгляд. – Но вы с Флорой ближайшие пару дней не понадобитесь, и из того, что я знаю про вас обеих, лучше направить вашу энергию в какое-нибудь другое русло, прежде чем вы сами найдете себе занятие. В общем, у вас есть час, чтобы собраться и привести себя в как можно менее заметный вид, после чего я перенесу вас в переулок недалеко от площади. Успокой свою неугомонную подругу.

Но окончания я уже практически не слышала. Быстро отставив кружку, я с диким визгом счастья соскочила с кресла и кинулась на шею Дамиану, беспрестанно повторяя: «Спасибо!»

Конечно, он не преминул меня обнять и прижать к себе крепче.

– Если бы я знал, что это приведет тебя в такой восторг, то еще неделю назад отпустил бы, – усмехнулся он мне в волосы, но потом немного отодвинул, заглядывая в глаза, и добавил строгости в голос: – Но одни вы там не будете. И на этот раз никаких скрывающих амулетов и никаких слежек. Я надеюсь, что ты постараешься обойтись только общением с подругой.

– Обещаю! – от чистого сердца поклялась я, коротко коснувшись его губ поцелуем, освободилась из объятий и поспешила в свою комнату.

Флору сообщение о выходе в город тоже вдохновило. И неважно, с какой целью мы покинем дом Бриара, главное, что не придется изображать великосветских леди и вести бессмысленные разговоры ни о чем.

Помня о том, что идем мы инкогнито, я достала одно из моих собственных платьев, в которых я еще в академию ходила, и оставшиеся запасы темно-русой краски для волос. Можно было бы спуститься в подвальную лабораторию и смешать состав какого-нибудь другого оттенка, но на это уйдет время, а мне не терпелось увидеть подругу.

Уже через полчаса из зеркала на меня смотрела «адептка Серас». Простое темно-зеленое платье, русая коса и ни грамма косметики на лице. Наверное, единственное отличие – это отсутствие бледности и темных кругов под глазами. Все-таки за месяцы проживания у Клейронов у меня ни с питанием, ни со сном таких жутких проблем, как в период учебы, не было, естественно, организм восстановился. Даже платье неожиданно село чуть плотнее, чем раньше. Честно говоря, я даже соскучилась по этому образу. Вроде, с одной стороны, я все та же Касс, но… Вот смотрю на свое отражение и понимаю, что в образе адептки, в котором я прожила столько лет, привыкнув вести себя тихо и незаметно, дрожать от любого воспоминания о высших и не лезть в чужие проблемы, мне уже тесно. Наверное, я просто переросла его. Слишком много всего произошло за последний год. И даже не знаю, жалею ли я, что все это случилось в моей жизни. Хотя все же склоняюсь к ответу, что нет – не жалею.

В каком-то неосознанном единодушии мы с Флорой решили вернуться к привычному в учебе образу, так что девушку я обнаружила в одном из тех кожаных комбинезонов, в которых она обычно ходила в академию. В городе к магам-боевикам и, соответственно, к таким вот облачениям давно привыкли, так что Вегерос не будет особо выделяться в толпе. Не считая, конечно, ее цвета волос. Все же ярко-рыжая шевелюра без внимания никак не останется, так что мгновенно было принято решение, что Флору мы тоже будем красить, причем той же самой краской, так как других у меня в наличии не было. Она скривилась, но согласилась, и в итоге минут через десять рассматривала в зеркале свой новый каштановый оттенок волос. Еще пара минут, потраченных на размещение ею запасов оружия по всем тайным кармашкам, словно мы на войну собираемся, и вот, наконец, мы уже у кабинета Дамиана, полностью готовые к отправке.

Он нас критически оглядел, но высказывать ничего не стал, так что, наверное, с внешним видом мы все угадали.

– Я надеюсь, ты понимаешь, Касс, что можно говорить твоей подруге, а что нет? – строго спросил Бриар.

Я кивнула. Можно только порадоваться тому, что Данька из тех людей, кому можно честно признаться, что о том, где была и куда пропала, ничего сказать не могу, и вселенской обиды за этой фразой не последует.

В следующее мгновение нас затянула черная воронка, и тут же оглушил приглушенный шум толпы и отзвуки музыки где-то недалеко. Как же я отвыкла от бурлящего жизнью, полного людей дневного города. Мы оказались в небольшом переулке, видимо, невдалеке от Бродячей площади, где обычно и останавливалась для выступлений труппа Даниэллы. А Дамиан, переместившийся вместе с нами, тем временем раздавал последние указания, причем с очень строгим видом, наверное, чтобы я прониклась всей серьезностью его слов.

– Так, напоминаю еще раз, с площади никуда не уходить, ни в какие переделки не ввязываться. Не пытаться где-то и от кого-то скрыться. Охрана следит за вами ненавязчиво, но в случае чего подозрительного, думаю, для Флоры не составит труда отыскать приставленного человека.

Он бросил проницательный взгляд в сторону девушки, и мне почудилась в его глазах хитрая усмешка. Начинаю догадываться, кто за нами следит на этот раз. Вегерос на его слова лишь кивнула, подтверждая, что найти сможет.

– Вот и хорошо. А ты, Касс, поговори с подругой, чтобы она успокоилась сама и успокоила всех тех, кто еще может начать тебя искать из твоих городских знакомых. И я тебя очень прошу, ограничься только этим. Общайся с Даниэллой, гуляйте по площади, развлекайтесь, пройдитесь по лавкам, благо вокруг площади их немало, купите что-нибудь. Держи, кстати, – с этими словами из его кармана в мою руку перекочевал весьма увесистый кошель, а потом его пальцы сжали мои ладони, он проникновенно заглянул в мои слегка ошалевшие после этой речи глаза и произнес заключительное: – Я тебя очень прошу, проведи этот день просто как обычная, нормальная девушка. Вернусь часов через шесть. Я сам вас найду.

Коротко поцеловав меня в губы, он исчез, а я так и стояла, замерев посреди переулка, уставившись в обшарпанную стену дома.

Как-то… странно все это было.

Рядом фыркнула Флора, после чего я очнулась и перевела взгляд на нее.

– М-да, довела ты мужика, – ехидно оскалившись, пробормотала она и вытянула у меня из рук деньги, уверенной рукой пряча их в одном из своих многочисленных карманов. – Нет, тебе такую сумму доверять нельзя. Либо сама посеешь, либо украдут в толпе. Идем уже, что застыла столбом?

Боевичка взяла меня за руку и потянула в сторону оживленной улицы и громких голосов. А я напомнила себе, что, несмотря на все странности в моей жизни, главное сейчас – я иду на встречу с человеком, долгое время заменявшим мне сестру.

Мы действительно вышли буквально в паре шагов от Бродячей площади. Множество людей, спешащих по своим делам, торговцы, громко зазывающие в лавки покупателей, и громкая музыка, доносящаяся из угла площади, где примостилась небольшая сцена. А на противоположном углу стояли хорошо знакомые мне цветастые вагончики. К ним я и поспешила, даже забыв про Флору, старательно пробивающуюся сквозь толпу вслед за мной. Но меня сейчас не волновали ни окружающие люди, ни ругающаяся на меня Вегерос, ни неизвестный наблюдатель, следящий за нами. Я увидела яркий платок и черную копну кудрявых волос, мелькнувшие рядом с вагончиком, и устремилась туда. Пара минут, и я с громким криком «Данька!» выскочила на подругу из толпы, чтобы тут же повиснуть у нее на шее, как в детстве. Кажется, сейчас я, как обезьянка, обхвачу ее руками и ногами и разрыдаюсь от счастья. Я сама не заметила, как начала хлюпать носом.

– Касьена… – словно сама себе не веря, прошептала Даня и в следующее мгновение отстранилась, чтобы вцепиться в мое лицо и внимательно вглядеться, убеждаясь, что это я. – Касенька, лапа моя…

Она широко улыбнулась и крепко прижала меня к себе, позволяя снова спрятать заплаканное лицо у себя на плече.

– Живая, целая… – причитала Даня, гладя меня по волосам. – И здоровая даже вроде.

В следующее мгновение она снова отстранилась, чтобы дать мне хороший подзатыльник.

– За что?! – обиженно взвыла я, поднимая на девушку несчастные глаза.

– Ты где пропадала, свинья такая? – возмутилась Данька, сердито сверкая глазами. – Из академии пропала, в приюте не появлялась, у Кринуса тоже. Вестники в городе ее найти не могут. Исчезла девочка, словно сквозь землю провалилась! Да я тебя хоронить уже собралась, а она тут как тут, объявилась.

Про вестников я не знала. Но меня ведь какое-то время и в городе-то не было, поэтому они не доходили, а потом… Дамиан, наверное, закрыл меня от всех возможных способов поиска, так что неудивительно, что простенькое заклятие адресата не смогло до меня добраться. Но в остальном она права… Я ведь и правда… просто пропала.

– Прости, Дань, так получилось, – пробормотала я виновато. – И я не могу рассказать всего, что произошло, почему и куда ушла.

– Не можешь, и ладно, – проговорила она строго, смотря мне в глаза. – Но ответь на парочку нейтральных вопросов. С тобой все хорошо?

Я кивнула.

– Ты в безопасности?

Снова кивок. А потом хитрый, подозрительный взгляд подруги на меня и проникновенное:

– С Ним?..

Даже по голосу слышалось, что последнее слово стоит воспринимать исключительно с большой буквы и уточнять не требуется, чтобы понять, о ком она говорит. Собственно, Данька знает лишь об одном мужчине в моем окружении. И после того, как я покраснела и стремительно отвела глаза, ответа ей и не потребовалось.

Подруга усмехнулась, но издеваться в этот раз не стала, просто отпустила и фыркнула:

– Тогда я за тебя абсолютно спокойна.

Сзади послышалось вторившее ей ехидное фырканье, и я вспомнила о Флоре.

Причину ее насмешки, впрочем, понять можно. Ибо, несмотря на то, что Дамиан действительно рядом, спокойной за меня все же вряд ли можно быть, но Даню в эти мысли я посвящать не собиралась.

– Кто это с тобой, малышка? – обратила внимание на мое сопровождение подруга.

– Даня, знакомься, это Флора, моя…

На мгновение я замялась. Подруга? Коллега? Охрана?

– …Напарница, – закончила я, придя к заключению, что слово «подруга» все же недостаточно отражает наши с боевичкой отношения. – Флора, это Даниэлла, практически моя старшая сестра.

Данька мягко мне улыбнулась и перевела взгляд на Вегерос. Несколько мгновений девушки рассматривали друг друга. Честно говоря, этой встречи я слегка опасалась. Хоть магом Даня и не была, характером обладала настолько фееричным и взрывным, что вполне могла посоревноваться с огненным.

– Как младшей тебе стоит поздороваться первой, – с легкой усмешкой заметила Данька, одной фразой бросая вызов Флоре.

– Вы себе льстите, не настолько уж вы и стары. Лет пять еще таких приветствий можете не ожидать, – ехидно ответила боевичка.

И снова молчаливая битва взглядов.

– Знаешь, лапа, она мне нравится, – наконец с искренней улыбкой заявила Данька. – В ней есть эта искорка огня, дерзости и сумасбродства, которой тебе не хватает.

Насчет огня у Вегерос дело искоркой не обошлось бы, но меня больше смутило другое.

– Это мне не хватает сумасбродства? – удивленно посмотрела на нее. Уж она-то знала, что я далеко не такая тихая, какой всегда пыталась казаться.

– Да, зато в избытке безголовости, – криво усмехнувшись, заметила подруга, а сзади донесся ехидный смешок Флоры.

– А разница в чем? – не поняла я.

– Сумасбродство, Касьена, это когда ты готова рисковать, но всегда точно оцениваешь, на что идешь, и хорошо рассчитываешь свои шансы. А безголовость – это когда из-за тупости и упорства суешься куда не надо, влипаешь в дурацкие ситуации и проблемы и лишь по счастливой случайности и чьей-то помощи из них выбираешься, – пояснила мне девушка, а хохот за спиной стал откровенно издевательским.

И я решила обидеться. Но, вспомнив, что у меня только этот день и всего шесть часов на общение, передумала.

А потом мы гуляли по площади. Труппа Даньки должна была выступать только вечером, поэтому у нее было много свободного времени для нас. Подруга рассказывала о местах, где побывала, смешные истории, которые происходили во время путешествий. Мы смотрели представления на сцене, смеялись, шутили, ели сладости. И я чувствовала себя ребенком, тем самым, который сбегал от кошмаров и одиночества из приюта в эти яркие краски жизни артиста и конкретно Даньки. Даже Флора улыбалась искренне, не наигранно и без издевки! Несмотря на мои опасения, девушки довольно быстро сошлись и с удовольствием на пару подкалывали меня. А после того, как Флора проболталась, что нам выдали крупную сумму и позволили покупать все, что захотим, они хитро переглянулись и затащили меня в лавку белья, там же на площади. Почти час девушки заставляли меня примерять все, что приходилось им по вкусу, и делали совершенно неприличные намеки на то, с какой целью надо этим бельем пользоваться. Но я не обижалась. Я просто была счастлива, потому что в кои-то веки действительно чувствовала себя обычной девушкой. Даже темы для разговоров были нормальные, абсолютно девчачьи, пусть и слишком откровенные для меня. Я давно не жила, не оглядываясь на свои действия и обсуждая простые, повседневные вещи, а уж таких разговоров вообще не вела никогда. С Риной… все было как-то не так. Не было этой легкости и непринужденности.

Впереди еще целых три часа свободы, и даже поход по магазинам внезапно показался мне вполне веселым времяпрепровождением в соответствующей компании.

– Кстати, Кася… – вдруг нахмурилась Данька, когда мы бродили по рядам с украшениями-безделушками, а я размышляла, не набрать ли чего под основы для амулетов. – Я хотела тебя попросить посмотреть Маришку. Ей в последнее время что-то нездоровится. Прямо не знаем, что делать. Может, ты подлечить сможешь?

После того как я поступила в академию, бывало, что я несколько раз помогала артистам с вывихами и ушибами, да и зимой только мои противопростудные зелья спасали их от болезней. Но теперь…

Ощущение невероятного счастья стало медленно покидать меня, и я, словно сдувающийся воздушный шарик, опускалась на землю в реальность происходящего. Даже у Флоры улыбка слегка померкла. Она-то знала, что я дара лишилась.

– Даня, я не могу… – тихо проговорила и призналась: – Я больше не целитель.

Девушка нахмурилась.

– Нет, я в курсе, что с академией у тебя не сложилось, но это же не значит, что нужно гордо отказаться от звания целителя. Я ж тебя не практиковать на постоянной основе без лицензии прошу.

– Нет, Дань, – мягко прервала я ее. – Я не про учебу. Я дара лишилась.

– Как так? – пораженная, уставилась она на меня.

– Так… получилось, – поморщилась, невольно вспоминая, как именно это «получилось». – Я не хочу и не могу об этом говорить.

Рассказывать о том, что я взамен получила противоположный целительству темный дар, не стала. Хватит ей и этого потрясения. Да и… подозрительность моя вдруг проснулась. Ни к чему лишний раз распространяться.

Несколько мгновений Данька стояла молча. Флора рядом усиленно делала вид, что интересуется лишь окружающими нас украшениями.

Наконец Даниэлла очнулась, и мы продолжили движение вдоль рядов, правда, уже далеко не в столь прекрасном расположении духа.

– Ладно, Кась, – вздохнула девушка. – Потеряла, и демон с ней. Я вон живу без магии, и ничего. Но знания-то у тебя остались. Есть же хорошие врачи и без магического дара. В любом случае ты разбираешься в этом лучше, чем мы. Может, все-таки посмотришь Маришу, вдруг у нее что-то серьезное?..

В этом она права. Знания у меня остались. И хоть я училась не совсем на лекарском отделении, но уж простуду или отравление вполне смогу определить и даже лечение прописать. А большего в рядах артистов и не случалось, не считая, конечно, профессиональных травм, но с ними я сейчас уже особо не помогу, тем более без набора лекарств и инструментов.

– Я посмотрю ее, – улыбнулась я Даньке. – Прости, как-то даже не подумала, что и без магии могу чем-то помочь.

– Не привыкла просто, – кивнула она. – Идем, сразу разберемся тогда и, в случае чего, с тобой и в аптеку заглянем, сама выберешь, что ей нужно принимать.

Данька, взяв нас с Флорой за руки, потащила обратно, в сторону вагончиков.

Осторожно постучавшись в крайний, самый маленький, подруга заглянула внутрь.

– Мари? Спишь, что ли?

– Нет, заходи, – донесся тихий голос.

И мы дружно ввалились в узкое помещение.

– Мариша, к нам Каська пришла, давай она тебя посмотрит, – ласково сказала артистка, обращаясь к худенькой девушке с закрытыми глазами, лежащей на узкой кровати.

Мари я знала, как, впрочем, и всех в Данькиной труппе, но не слишком хорошо. Но мне было заметно, насколько побледнела и осунулась она с тех пор, как я видела ее в последний раз. Маленькая блондинка всего-то года на три старше меня, казалось, постарела лет на десять. Но все же, превозмогая слабость, светло улыбнулась, завидев меня.

– Что, нашлась пропажа? – проговорила она тихим голосом. – Вот видишь, Данька, а ты переживала.

– Как ты, Мари? – Я присела на край кровати и, взяв девушку за запястье, стала считать пульс.

– Как-то не очень, Кась, – устало вздохнула она и, криво усмехнувшись, добавила: – Может, это я от кочевой жизни устала?

– А вот раскисать не надо, – улыбнулась я, стараясь не показывать, насколько мне не понравился ее рваный, неритмичный пульс. – Сейчас мы тебя на ноги поставим, и вперед всех понесешься в новый город.

Я приложила ладонь к ее лбу. Температура у девушки была в норме.

– Не преувеличивай, – ответила она с тоской в глазах. – Тем более что мне так не хочется покидать столицу.

– В столице всем нравится, – бодрым голосом заявила я. – Делись давай, какие у тебя симптомы, что болит?

– Да ничего такого ужасного, – заверила Мари слабым голосом. – Просто слабость какая-то последние несколько недель. Бывает, вроде весь день хорошо себя чувствую, а в какой-то момент – бум, как будто молотком по голове. В глазах темнеет, в ушах шумит, и словно все силы разом вытянули. А потом постепенно снова нормально становится. Но вот последнюю неделю что-то совсем нехорошо.

– А что-то конкретное болит? – спросила, про себя перебирая возможные причины такого состояния. – Живот, спина, голова?

– Да нет, – отрицательно покачала она головой.

– Она около месяца назад отравилась чем-то, – подала голос Данька. – Может, это отголоски?

– Да ладно тебе, Дань, – отмахнулась девушка. – Прошло же все. Когда это уже было-то… Еще вспомни, что я зимой простудилась.

М-да, негусто. Я бы предположила, что у нее с сердцем проблемы, но она же такая молодая! Хотя по-разному в жизни бывает. В целом понятно, что без профессиональной помощи тут не обойтись.

Но раз уж я взялась помогать, то решила действовать до конца и проверить девушку на магические воздействия. Сама она не маг, но мало ли, вдруг конкуренты гадость какую подстроили. И стоило мне перейти на хранительское зрение, как предположения подтвердились. Без магии тут не обошлось, да еще какой.

Как можно спокойнее я попросила девушку полежать, не двигаясь, а сама, вроде как прощупывая живот на уплотнения, рассматривала ту гадость, что на нее нацепили. Вот только нажимать сильно не стала, так как быстро стало ясно, что это для Мари опасно. На магическом уровне на животе у девушки распускалось нечто, что я могла сравнить с уродливым цветком, в самом центре которого ритмично пульсировал небольшой шарик оранжево-красного оттенка. А от него во все стороны расходились тонкие нити более насыщенного, бордового оттенка, практически цвета крови.

И такой шарик я уже видела… Когда работала в больнице. И после пришло понимание – Маришка беременна! От мага огня. И к этому зарождающемуся чуду жизни прицепилась какая-то магическая гадость.

И здесь… бум! Просто вспышка в сознании, и у меня на мгновение даже дыхание перехватило.

– Мари… – тихо позвала я. – Ты знаешь Вилмара?

Тихий вздох и затрепетавшее сердце, отдающееся стуком в ладонях, все еще лежащих на ее голом животе, стали лучшим ответом.

– Шар-р-рахас… – прошипела Флора, тоже мгновенно сложившая картинку после одного-единственного имени и получившая затрещину от Даньки с советом не выражаться, пусть и на иностранных языках.

– Спокойно, спокойно, чего ты перепугалась? – мягко улыбнулась я, убирая с живота девушки руки и накрывая ее одеялом. – Я всегда была и буду твоим другом. Да и Вилмару я не враг.

– Откуда ты узнала? – прошептала она, вцепившись побелевшими пальцами в край одеяла.

– Просто так получилось. Не волнуйся, я знаю, что с тобой, и мы тебе поможем. Только не переживай.

Девушка настороженно кивнула, а я встала с ее кровати и, ухватив Даньку и Флору под руки, утащила подальше к двери, чтобы Маришка не слышала. Действовать надо быстро, очень быстро. Ведь по площади сейчас гуляет, как оказалось, не только наш наблюдатель, но и надсмотрщик Мари, и пересекаться им никак нельзя.

Сама поражаюсь, как быстро в моей голове сложился дальнейший план действий.

– Касьена, что происходит? – строго спросила Данька.

– Времени у нас мало, поэтому коротко: у Мари большие проблемы, и я сейчас постараюсь ей помочь. Так что мне очень нужно, чтобы вы не задавали лишних вопросов, а просто сделали, как я скажу.

К счастью, обе девушки просто кивнули в ответ: Данька растерянно и хмуро, а Вегерос напряженно. Да, уж она-то все понимает.

– Дань, твоя задача сейчас: быстро преобразить Флору в какое-то подобие цыганки, артистки, в кого угодно, в общем. Чтобы она стала яркая и отвлекающая внимание и не была похожа на себя теперешнюю. У вас проявитель есть? – вспомнила я, что в свое время поставляла им и краску, и проявитель специально для представлений.

Данька опять лишь кивнула.

– Вылей на нее. А после того как приготовитесь, весело щебечущие выскочите на улицу развлекать народ.

– Флора, найдешь Вайнна. – Девушка скривилась при этом имени, но не удивилась. Либо тоже предполагала, что опять его отправят за нами присматривать, либо уже заметила его на площади.

– Рассказать? – коротко спросила боевичка.

– Нет, – решительно отказала я. – Не знаю, насколько он в курсе этого дела. Твоя задача в другом. Уведи его с площади. Любым способом. Хоть ножами своими угрожай, хоть просто тресни и выруби, но уведи его отсюда.

– Зачем? – к сожалению, в этот раз не поняла она моей задумки.

– Фло, очнись! Он сотрудник управления. Если его увидят, сама понимаешь кто, могут решить, что он пришел за Мари!

Боевичка быстро все осознала и прониклась.

Старший Адальштейн четко дал понять при разговоре с племянником, что если заметит кого, то девушке не позавидуешь, а ей и так сейчас плохо. Нет, следователя надо убрать с площади, и быстро.

– Давайте, быстро! – оставила я девушек разбираться в косметике и платьях, а сама вернулась к кровати Маришки, садясь рядом.

– У него проблемы, да? – со слезами на глазах пробормотала бледная Мари. – Он поэтому не приходит больше?.. И все эти слухи, ползущие по столице.

– Да, у него проблемы, – не стала врать я. – Но тебя он не забыл, могу сказать точно. Так что не переживай, Мариш, все будет хорошо, я тебе обещаю.

Боги, если бы я все еще была целителем! Почему именно сейчас я так остро осознала, сколько потеряла?!

Девочки собрались и исчезли за дверью, а я продолжила думать, что же делать. Ясно одно, мне срочно нужен Дамиан! А как с ним связаться? Можно, конечно, послать вестника, но вдруг магистр сейчас не в столице? И почему мы не догадались хоть какую-то связь наладить? Да, он чувствует, если мне угрожает опасность, но проблема в том, что она угрожает сейчас не мне! В голове настойчиво крутились имя Бриара и мысль, что мне нужно с ним связаться, поэтому, когда я услышала его голос, сначала решила, что у меня галлюцинации. Но потом кулон, тот самый родовой артефакт на шее под платьем, нагрелся, и голос Дамиана в голове прозвучал слишком отчетливо, чтобы быть вымышленным.

– Родная, что у тебя случилось? Я чувствую, что ты в порядке, но уж слишком остро жаждешь пообщаться, и это странно, – мягко, но с беспокойством в голосе спросил он.

А я на мгновение опешила.

– Я могу связываться и мысленно общаться с тобой через этот кулон?

– Можешь, – подтвердил он. – Разве я не говорил после вашего чаепития со старухой?

– Нет, – обреченно пробормотала про себя. – Или да, тогда много чего было сказано, всего не упомню.

– Теперь будешь знать, – вздохнул он. – Так что все-таки случилось?

И вместо того чтобы ответить, я задала свой вопрос:

– Дамиан, ты сможешь построить портал прямо до меня?

– Касс, что произошло? – напряженным голосом спросил мужчина.

– Со мной все хорошо, – поспешила успокоить, прежде чем он начнет нервничать. – Но ты мне сейчас нужен. Очень-очень нужен. Это серьезно!

Вместо ответа я увидела черные плети магии, стремительно оплетающие маленькое пространство вагончика, и поспешила успокаивающе погладить испугавшуюся Маришку по руке.

– Все хорошо, это друг, – мягко сказала я. – Он тебе поможет.

Из портала Дамиан вышел донельзя мрачным, но стоило ему заметить мое неестественно доброе выражение лица и бледную, запуганную девушку рядом, как магистр заметно смягчился, хотя клокотавшее внутри его напряжение я очень даже чувствовала.

– Здравствуйте, – вежливо кивнул он девушке и, не обратив внимания на ее ответный писк, вопросительно взглянул на меня.

Сжав на мгновение ладонь Мари, я встала, подошла к Бриару и тихо спросила:

– Ты можешь ее в сон погрузить?

Дамиан пристально поглядел мне в глаза, и уж не знаю, что он увидел, или наша связь аукнулась ему, передавая мои переживания, но спрашивать он ничего не стал, а лишь кивнул.

Я вернулась к девушке.

– Мариш, ты только не переживай. Да, на тебя повесили одно неприятное заклинание, но убрать мы его можем. А сейчас ты немножко поспишь, чтобы лишний раз не дергалась и не переживала, пока мы с этой гадостью разбираться будем, – спокойно сказала я, на самом деле даже не представляя, получится ли ей помочь.

Девушка бросила нервный взгляд на меня, на Дамиана, стоявшего за моей спиной, и потом все же кивнула.

– Вот и хорошо, ложись поудобнее, – помогла я ей устроиться на узкой кровати.

Затем магистр прикрыл ее глаза своей ладонью, я увидела легкое облачко синей магии воды, и девушка уснула.

И только после того, как я окончательно поняла, что моей паники она не увидит, меня начало трясти.

– Касс… – Дамиан присел передо мной и крепко ухватил за руки, заставив взглянуть на него. – Что случилось? Что это за девушка?

– Дейм, это та девушка, здоровьем которой шантажируют Вилмара. Маришка, канатоходка, она с Даниэллой в одной труппе выступает.

Он тихо чертыхнулся.

– Вот вы не можете без приключений… – покачал он головой.

– Дейм, ты не понимаешь… – всхлипнула я, уже не в силах сдержать слезы. – Она от него беременна. От Вилмара.

Мужчина помрачнел.

– Значит, нам придется быстро решать, как же избавиться от этого артефакта, – задумчиво разглядывая девушку, пробормотал он.

– Куда быстрее, чем ты можешь себе представить, – криво усмехнулась я сквозь слезы.

Потому что Бриар все еще не знал всего ужаса ситуации.

– Касс, ну чего ты плачешь? – попытался он успокоить меня, стирая рукой мокрые дорожки на моих щеках. – Спасем мы твою подругу.

– Ты забыл, что артефакт создан на крови Вилмара? Сейчас в кулоне фактически растет его кровь. Понимаешь? – тихо обливаясь слезами, убито проговорила я. – Чем больше плод развивается, тем быстрее убивает Мари, а с ней и самого себя. И если мы как можно скорее не уничтожим артефакт, придется убить ребенка, иначе он убьет их обоих.

Лицо магистра закаменело, резко выступили скулы. Что ж, если меня эта ситуация приводила в отчаяние, то его, кажется, неимоверно разозлила. Конечно, шантаж, который задумал и воплотил Эерик Адальштейн, сам по себе ужасен, но то, во что он в итоге вылился, – это просто отвратительно. Почему власть между собой делят сильные мира сего, а страдают маленькая женщина и еще даже не родившийся ребенок?

– Ее состояние сейчас критично? – мрачно поинтересовался Дамиан.

– Что? – хрипло переспросила я, не понимая, что он имеет в виду.

Всего лишь пара дней, и никакого выбора, кроме как убить ребенка, не будет. При этом гибель плода не избавит Мари от основного действия злосчастного артефакта.

– Касс! – Он сжал мои плечи и встряхнул, заставив взглянуть ему в глаза. – Возьми себя в руки! Если ты хочешь помочь этой девушке, то нужна мне сейчас сосредоточенной и рассудительной.

Я лишь кивнула, завороженно глядя в его глаза, громко всхлипнула и постаралась затолкать жалость к Маришке куда подальше.

– Еще раз спрашиваю! Насколько плоха она сейчас? Если оставить девушку в этом состоянии, не позволяя ему ни ухудшаться, ни улучшаться, может ли это стать губительно для нее или для плода?

И до меня медленно стало доходить, что он предлагает.

– Стазис? – не веря, прошептала я.

Про заклинание, позволяющее за несколько секунд заморозить человека, знали немногие, и лишь единицы могли его воплотить, потому как оно требовало колоссальных энергетических затрат. Но слухи об этом заклятии ширились, оно было вполне реальным, просто редко употребляемым. Если Дамиан способен его сотворить… Хотя мне уже пора перестать удивляться чему-либо, связанному с этим мужчиной.

– Да, может сработать, – поразмыслив пару секунд, сама ответила на свой вопрос. – Влияние артефакта на организм Мари сейчас некритично, и если стазис каким-то образом затормозит негативное воздействие, то у нас появится время на решение этой проблемы.

– Уже радует, – мрачно сказал Дамиан. – Но здесь этим заниматься опасно. Я сейчас заберу девушку и тебя в свой родовой замок, а в вагончике оставлю иллюзию: тяжелобольная, не встающая с кровати канатоходка, которая не хочет ни с кем общаться. Думаю, твоя подруга Даниэлла сможет подыграть и отвадить возможных посетителей.

Бриар аккуратно поднял спящую, завернутую в одеяло Маришку на руки. Я поспешно вытерла слезы и подскочила к нему, видя, как разворачивается портал у его ног.

Шаг, и мы уже в залитом солнечным светом, пустом помещении. Наверное, в одной из гостевых комнат родового замка Клейронов. Дамиан уложил девушку на кровать и обратил свой взор ко мне.

– Найди мою мать, скажи ей, чтобы срочно вызвала отца. Мне понадобится его помощь со стазисом. А я пока сотворю иллюзию в вагончике и Флору из города заберу. Где она там сейчас шляется?

Я замялась, понимая, что ответ ему не понравится.

– Она ушла с Данькой на площадь, чтобы увести подальше Матэмхейна… – призналась я, потупившись.

Ответа магистра на мои слова я не услышала, но его молчание было угрожающим.

– Пойми, пожалуйста, я просто побоялась, что Вайнна заметит тот, кто следил за Мари, – попыталась оправдаться я. – Поэтому пришлось быстро решать, что делать. Мне больше ничего не пришло в голову.

Дамиан тяжко вздохнул и потрепал меня по голове, как ребенка.

– Иди ищи мою мать, – сказал он мне и исчез в портале.

А я, порадовавшись тому, что Бриар не осудил мое решение, поспешила из комнаты на поиски леди Клейрон.

Все, что происходило дальше, спуталось в голове из-за ужасной суматохи. Срочно вызванный с какого-то собрания Бриар-старший тут же потребовал у меня отчет по произошедшему. Под его таким привычным, но в этот раз куда более устрашающим взглядом я быстро пересказала все, что касается непосредственно девушки и артефакта Эерика Адальштейна. И несмотря на то, что ко всему этому я лично никакого отношения не имела, у меня возникло ощущение, будто в преступлении признаюсь, – вот что значит профессиональный взгляд.

Потом лорд Осбеорн осмотрел Маришку, помрачнел и подтвердил мое предположение о негативном воздействии артефакта. Когда вернулся Дамиан, даже воздух в комнате стал потрескивать от нагнетаемой энергии двух некромантов.

– Родная, иди за мной, – прошептал магистр и, приобняв меня за плечи, повел в сторону двери, а его отец тем временем начал вычерчивать вокруг кровати со спящей Мари какие-то символы. – Посиди в гостиной вместе с мамой и Флорой. В ближайшие полчаса никому близко к комнате подходить нельзя. И не переживай, все будет хорошо.

Бриар тащил меня к выходу, а я, кося на него глаза и беспрестанно оглядываясь, с ужасом наблюдала, как Дамиана начинают обвивать черные ленты магии и тьма растекается из его зрачка, заполняя всю радужку, а сзади нас такой же беспросветной мглой окутывалась фигура лорда Осбеорна. Но, прежде чем я успела увидеть их «превращения» до конца, дверь перед моим носом захлопнулась. И слава богам! Не уверена, что хотела бы лицезреть, во что или в кого может превратить отца и сына обоюдная сила. Мне хватило и единичного явления Дамиана в образе демона не так давно в его кабинете…

Ожидание результата их эксперимента со стазисом длилось невыносимо долго. Мы втроем сидели в гостиной, думая каждая о своем. Леди Алария пару раз попыталась завести разговор о предстоящих мероприятиях в высшем свете, но эта тема нас с Флорой совершенно не интересовала, поэтому после пары безответных фраз леди умолкла.

Я была поглощена мыслями о том, как решить проблему с артефактом. Вегерос, найденная Дамианом в городе и перенесенная в замок, сидела все в том же костюме цыганки и выглядела одновременно злой и довольной. Видимо, свою миссию по устранению Вайнна с площади она выполнила, но при этом наверняка с ним поцапалась. И теперь, судя по зловещей и иногда кривой улыбке на ее лице, об этом и размышляла. А леди Клейрон была явно обеспокоена всем происходящим и пребывала в растерянности.

Когда рядом с нами внезапно раздался мужской голос, мы трое разом вздрогнули и вскочили с кресел.

– Лара, что такого ужасного у вас случилось, что твой муж сорвался с Совета министров домой? – недовольно вопросил высокий мужчина в возрасте, судя по его удивленному взгляду, последовавшему за вопросом, явно не ожидавший увидеть здесь кого-то, кроме хозяйки дома.

Я почему-то не сразу его признала, лишь серые, «грозовые» глаза показались знакомыми, но стоило матери Дамиана обратиться к нему по имени, как сразу накатило понимание всех возможных проблем.

– Рада тебя видеть, Вайерд, – с усталой улыбкой поприветствовала его леди Алария.

Я машинально, вслед за Флорой, склонилась в глубоком реверансе.

Император пожаловал… Что ж за невезение-то такое?! Мне ведь с ним вообще встречаться нежелательно. И я очень надеялась, что Его Величество не признает в нас с Вегерос тех молодых леди, что блистали на балу магов.

– Кажется, произошло что-то действительно серьезное, если вы решили собрать всю семью, – задумчиво проговорил он. – Счастлив вновь лицезреть вас, леди Кассандра.

Я натянуто улыбнулась и присела в легком поклоне. Выдавить из себя хоть слово было выше моих сил.

– И я рад наконец-то познакомиться с будущей леди Клейрон. – Император пристально посмотрел на Флору.

А она, в отличие от меня, была сама безмятежность, словно на ней сейчас не красовался цыганский наряд…

– Но, как бы я ни был рад видеть вас, прекрасные леди, все еще хочу услышать ответ на свой вопрос. Где твой муж, Алария, и что у вас случилось? – строгим тоном вопросил император и бросил на нас с Флорой пристальный взгляд.

Что ему ответить, леди Алария, судя по ее замешательству, не знала. Рассказывать императору про Мари, про ее связь с представителем высших и беременность, а также про шантаж дядюшки Вилмара, матери Дамиана было никак нельзя. Учитывая недавние события, какое бы решение ни принял по этому вопросу император, оно определенно не будет в пользу канатоходки. Какое ему дело до судьбы бродячей артистки, когда сильные мира сего ругаются меж собой?..

Леди Клейрон могла бы сказать императору, что ее супруг помогает сыну спасти жертву проклятия, но стоит ли Его Величеству знать, что эти двое способны наложить стазис?

К счастью, помощь подоспела вовремя. Распахнулась дверь в комнату, впуская довольных и расслабленных некромантов. Я очень надеялась, что их спокойствие не показное и со стазисом все получилось.

– Вайерд, требовать отчета от меня ты можешь на Совете министров, но моя жена отвечать на твои монаршие вопросы, касающиеся внутренних дел нашей семьи, не обязана, – тихо, но твердо заявил лорд Клейрон.

– Осбеорн, я все же ваш император… – с мягкой угрозой заметил глава государства, следя, как лорд подошел к своей жене и, обняв ее, поцеловал в висок.

Младший Бриар, стремительно приблизившись к Флоре, обвил рукой ее талию, на что девушка коротко улыбнулась. А на меня магистр даже не посмотрел. В сердце кольнула иголочка обиды, хоть я и понимала, что поведение Дамиана и боевички обусловлено навязанными ролями.

Но в тот момент, когда мужчины только появились в двери, я облегченно выдохнула, надеясь, что магистр подойдет и обнимет меня и страх перед императором отступит, совершенно забыв, что за спектакль мы разыгрываем перед обществом. Как же не вовремя нахлынули на меня все эти чувства и выверты сознания!

– Твой титул не дает тебе права вмешиваться в личные дела рода, пока они не затрагивают кого-либо вне его или интересы государства, – холодно и непреклонно заявил лорд Клейрон, поворачиваясь к правителю.

– Так ведь затрагивают! – притворно возмутился император. – Мне же Совет пришлось прервать, после того как ты исчез внезапно, а это напрямую связано с интересами государства.

– Ты закончил собрание? – удивился лорд Клейрон. – Право, не стоило. Как видишь, мы разобрались довольно быстро, так что я сейчас мог бы вернуться на Совет. Но, как понимаю, моего присутствия уже не требуется.

– Так что же произошло? – настойчиво продолжал допытываться император, и что-то мне подсказывало, что это не простое любопытство.

– Девочки сегодня выбрались погулять в город и умудрились вляпаться в приключения, – тяжело вздохнул Дамиан и бросил на нас укоризненный взгляд.

Мы с Флорой дружно потупились, а я даже покраснела, вспомнив, о чем именно магистр просил меня утром.

Тот факт, что Дамиан сказал правду и не стал придумывать какую-то причину нашего с Флорой здесь присутствия, подтвердил мои подозрения в том, что Вайерд Киневард может распознавать ложь. Я и до этого предполагала, что врать императору нежелательно, а теперь, слушая, как Клейроны ловко обходят его вопросы, убедилась в этом окончательно.

– Да неужели? – удивленно вскинул брови монарх. – Как же две столь молодые леди умудрились натворить что-то такое, с чем ты, Дамиан, не справился сам, без помощи отца?

– А они очень талантливые девочки, – с усмешкой ответил младший Бриар и, бросив на меня усталый взгляд, добавил: – Подобное, к сожалению, уже не первый раз происходит.

Я засмущалась еще сильнее, понимая, что это очередной камень в мой огород. Флора-то еще ничего натворить не успела толком. А вот со мной Дамиан действительно не может совладать.

– В их уникальности я и не сомневался… – тихо заявил монарх и обратился ко мне: – Кстати, императрица изъявила желание чаще видеть при дворе вас, Кассандра, и вашу будущую сестру, конечно. Вам предложены места личных подопечных Ее Величества.

Я ошарашенно вылупилась на него. Вот уж чего мне точно не хватало для полного счастья, так это дополнительного внимания императорской семейки! Что же у меня за удача такая?! Почему, стоит мне сделать шаг за пределы дома, обязательно стрясется какая-то неприятность?!

Ответить надо. Причем максимально честно.

– Боюсь, столь щедрое предложение Ее Величества несколько преждевременно, – поджала я губы, изображая печаль и одновременно стыд от отказа. – Я еще не слишком хорошо контролирую свои новые способности и крайне редко покидаю дом. Недавно из-за моей излишней эмоциональности пострадало помещение…

Я скривилась, вспомнив превратившийся в труху стол и фарфорово-бумажную пыль.

– Так что, Ваше Величество, мое присутствие во дворце может быть опасным. А сегодня, стоило мне выйти из дома, и вот, – печально развела я руками, не уточняя, что именно «вот».

Несколько мгновений император пристально взирал на меня и со вздохом заключил:

– Не думаю, что эти отговорки удовлетворят Ее Величество, но признаю, ваши, леди Кассандра, опасения вполне оправданны.

Я даже дышать стала вполсилы, чтобы глубоким выдохом не выдать облегчения, лишь ниже, словно покаянно, опустила голову, пряча лицо и надеясь, что высокий гость еще недолго будет баловать нас своим вниманием.

– Осбеорн, тебе стоит больше внимания уделять обучению девочки, чтобы не лишать мою супругу столь долго ее общества, – укоризненно заявил император.

– Да как же больше, если стоит мне отлучиться, как сам император тут же является, требуя моего срочного присутствия во дворце, – так же укоризненно, но с легкой насмешкой в голосе проговорил старший Бриар, а я похолодела от столь фамильярного обращения. Насколько же они близки?..

– Как только проявишь положенную по статусу строгость, тебя тут же объявляют тираном, – притворно возмутился император. – Буду соответствовать тогда. Так что прости, Алария, я все же ненадолго украду твоего мужа с вашего семейного вечера.

– Я понимаю, – мягко улыбнулась ему леди.

– До свидания, юные леди, – попрощался монарх, улыбнувшись мне и Флоре. – Будьте осторожнее в следующий раз, и надеюсь, вы, леди Кассандра, вскоре порадуете мою супругу своим присутствием.

Мы с Флорой, изобразив милые, смущенные улыбки, присели в реверансе.

– Дамиан, жду тебя завтра с докладом, – строго сказал монарх магистру и получил столь же сухое в ответ:

– Я помню.

Очевидно, с младшим Бриаром у императора отношения не столь близкие и доверительные. Интересно почему?

Лорд Клейрон попросил жену, чтобы начинали ужин без него, после чего мужчины вышли из гостиной. Но напряженность из позы Дамиана не исчезла, он продолжал пристально следить за дверью, словно прислушиваясь к чему-то.

Флора на эту стойку магистра, учитывая, что именно ее слишком крепко сжимали его руки, тут же ответила невинным щебетанием:

– Я просто не могу поверить! Подопечные самой императрицы! Кассандра, ты хоть представляешь, что это такое? Нам же все двери будут открыты! Давай, скорее бери свои силы под контроль. Мне не терпится пообщаться с императрицей и осмотреть императорский дворец получше. Говорят, там имеется несколько картин известных мастеров, которые уже давно считаются утерянными, а некоторые полотна вообще никогда не были представлены публике и написаны исключительно для любования императорской семьей.

Флора восхищалась, а на лице у нее было непередаваемое выражение «когда уже это закончится?». Леди Клейрон что-то ответила, а я не могла выдавить ни слова. Визит императора меня слишком напугал, да еще и это настойчивое желание забрать меня ко двору.

Наконец Дамиан расслабился, выпуская Вегерос из объятий, чтобы в следующее мгновение оказаться рядом со мной и прижать к себе.

Боевичка, облегченно буркнув «наконец-то!», плюхнулась на диван, а я, развернувшись в руках мужчины, уткнулась носом ему в плечо, судорожно вцепившись пальцами в лацканы его черного камзола.

– Ну что ты, родная… – прошептал он, накрыв мои ледяные руки своими ладонями и согревая их. – Чего ты так перепугалась? С Мари все нормально. Стазис мы наложили, так что можешь пока не волноваться. Или ты так Вайерда испугалась?

Не в силах совладать с голосом, я лишь кивнула, еще плотнее притиснувшись к Дамиану. Испугалась… очень сильно. Его власти над всеми нами. Того, что сейчас, пусть и с другим цветом волос, но без яркого макияжа и роскошного отвлекающего платья, он меня узнает. Или узнает о нашем расследовании и о том, что выискиваем информацию о всех высших родах. Но больше всего – его внезапного желания видеть меня во дворце. Не просто на каком-то мероприятии, а регулярно.

– Касс, не переживай. Все не так страшно. Никто тебя за отказ от протекции императрицы не будет преследовать, – погладил он меня по волосам, по-своему расценив мой испуг.

Но меня мучила совершенно другая мысль.

– Дейм… – хрипло прошептала я, подняв на него тревожный взгляд. – Ты уверен в непричастности императора к убийству моей семьи? Есть ли хоть малейшая возможность, что это все же он? Зачем я внезапно понадобилась во дворце? Ведь Флору позвали, скорее, за компанию, хотя именно она будущая леди Клейрон. Но им нужна я. Почему?

После моих слов Дамиан помрачнел. Неужели не только мне приходило это в голову? И сегодняшний неожиданный визит подтвердил и его опасения?

– Поговорим в другом месте, – тихо сказал он мне и, развернувшись к леди Аларии, произнес уже громче: – Мы отойдем ненадолго, начинайте ужин без нас.

– Милый, – с грустной улыбкой отозвалась его мать, – я, конечно, могу приказать накрывать на стол, но начинать ужин, когда больше половины людей отсутствует, смысла не вижу, так что просто поскорее заканчивайте свои разговоры и возвращайтесь. Мы подождем.

Флора возражать не рискнула, но проводила нас крайне подозрительным взглядом.

В коридоре мы разговаривать не стали. Дамиан повел меня вглубь замка. Потом мы спустились по, казалось, бесконечной лестнице и долго шли по подземелью. В какой-то момент мне почудилось что-то знакомое в этом пути. И только когда вместо привычной каменной кладки стены стала покрывать необработанная скалистая порода, я наконец припомнила, где же видела эту дорогу. В одном сне, который, как потом оказалось, сном не был. И когда перед нами открылись своды огромной пещеры, водопад, волны и алтарь посреди этого буйства стихии, мне стало тревожно. Неужели магистр настолько опасается императора и его «длинных рук», что может высказать свои опасения лишь глубоко под замком? Дамиан молча проводил меня до алтаря, усадил на удивительно теплый камень, снял с себя и накинул мне на плечи камзол и, только убедившись, что меня не продуют ледяные морские ветры, заговорил.

– Касс, я понимаю, что у тебя некое предубеждение против высших лордов в целом и императора в частности. И ты имеешь причины для такого поведения. Но могу уверить, император к убийству твоей семьи отношения не имеет, – сказал Бриар совершенно противоположное моим ожиданиям.

– И ты отвел меня в самое глубокое и укрепленное место в замке, чтобы заявить о его невиновности? – с горькой усмешкой поинтересовалась я, не убежденная его словами. – Ты и твои родители опасаетесь его, Дамиан, это для меня вполне очевидно. Не надо пытаться меня убедить в том, что император просто проявил интерес к новой персоне в его ближайшем окружении. То, что ваша семья близка с монаршей, можно понять из сегодняшнего визита, и это пугает меня до дрожи.

Магистр грустно улыбнулся и нежно провел рукой по моей щеке.

– Услышишь ли ты меня когда-нибудь? Пока ты рядом со мной, я смогу тебя защитить практически от всего, кроме твоей очаровательной, но бедовой головки. То, что ты способна ей надумать, может загнать меня в тупик, – легонько щелкнул он меня по лбу, усмехнулся при виде моей сморщенной мордашки и, мгновенно став серьезным, продолжил: – А насчет императора… Тот, кто его не опасается, либо очень глуп, либо просто безумен. Император один из сильнейших магов современности, и он всегда ведет свою игру, в которую даже мы с отцом, несмотря на занимаемые посты, не всегда бываем посвящены. Бояться его не нужно, вот быть с ним настороже надо всегда.

– Откуда тогда уверенность, что это не какая-то его игра, в которую вы не посвящены? – не могла успокоиться я. – Почему ты убежден, что он не имеет отношения к смерти моей семьи?

Мужчина тяжело вздохнул, отошел от меня и повернулся к каменному зеву в стене, за которым бесновалось море. И вот тут меня осенило, почему он увел меня на разговор именно сюда.

– Я опять напала на какую-то страшную тайну высших? – задала вопрос его напряженной спине.

– Не страшную, но вполне себе тайну, – согласился он, вновь повернувшись ко мне.

– Тогда не тяни, рассказывай уже, какие еще легенды окажутся правдой, – устало вздохнула я, предчувствуя, что ничего хорошего от этих откровений ждать не стоит.

– Легенда все та же. Все семьи высших принесли императору клятву в вечной службе. Вот только клятва, пусть и магическая, – это несколько голословно. Тогдашнему императору этого показалось мало, и он потребовал от каждого рода нечто, что в крайнем случае поможет справиться с любым представителем семейства. Это могла быть сила или какое-нибудь тайное знание…

– По легенде он выглядит бескорыстным спасителем, а по сути все те же товарно-денежные отношения, – горько покачала я головой. – Одно дело, когда помогаешь по доброте душевной и получаешь в награду власть, а другое – когда этой помощью шантажируешь, желая заполучить в свое полное распоряжение сильнейших.

– В истории никогда не бывает бескорыстия, – утвердительно кивнул мне Дамиан.

– Это все, конечно, интересно, но ты-то, очевидно, подводил меня к какой-то определенной мысли этим кратким экскурсом.

– Да, ты права. Чем конкретно каждый род подкрепил клятву, знают лишь император и сами представители этого рода, да и то не все. Но так уж получилось, что мы знаем, что преподнесли в дар твои предки. И это полностью исключает императора из возможных подозреваемых, – бросил он на меня проницательный взгляд.

Впрочем, я и так уже догадалась.

– Они отдали ему ключ, – прошептала я, понимая, что таким образом у императора полностью отпадает необходимость убивать ради попадания в библиотеку.

– Да, – подтвердил магистр. – Взамен он пообещал не пользоваться ключом без крайней нужды.

– В библиотеке есть журнал посещений, и ни одного упоминания императорской фамилии мне там не встречалось…

– Что только подтверждает, что свое обещание монаршая семья держит.

– Тогда что это за внезапное желание видеть меня при дворе?

– Вариантов много, – хмуро признал Дамиан. – Возможно, это действительно просьба императрицы, которая иногда любит поиграть с девушками в сваху. Или же он заподозрил, что с тобой и Флорой не все так просто, и решил держать вас поближе, чтобы разобраться в этом. А может, хочет через вас что-то разузнать или повлиять на нас. Сложно сказать точно, но, по крайней мере, к неприятностям с этой стороны мы готовы.

– Уверен? – с сомнением посмотрела я на заметно уставшего мужчину.

– Уверен, – кивнул он и с мрачной решимостью добавил: – Но тебе это решение не понравится, так что будем надеяться, что крайнего случая не произойдет.

Я хотела поинтересоваться, что же это за решение, но резко передумала. Незачем раньше времени расстраиваться, может, все еще обойдется… Поэтому спросила о другом:

– А чем связана твоя семья? По той самой клятве…

Бриар хитро улыбнулся, вернулся ко мне и, обняв за талию, стянул с каменного алтаря.

– Это я могу рассказать лишь двум людям – своей жене и своему наследнику. Так что… насколько сильно ты хочешь узнать ответ? – задал он провокационный вопрос.

А я неожиданно растерялась. Дамиан всегда был прямолинеен в своем отношении ко мне, но почему-то только сейчас я поняла, что его предложение – это не шутка или что-то несбыточное и невероятное, а вполне возможная реальность. И, зная Бриара, не просто возможная, а запланированная. А я… не знаю, хочу ли этого. Я никогда не задумывалась о браке и семье. Сейчас, наверное, ему просто удалось вселить в меня уверенность, что все закончится хорошо…

Дамиан мою растерянность, кажется, не только понял, но и безропотно принял.

– Отложим этот разговор до лучших времен, – мягко улыбнулся он мне. – Идем, нас уже заждались. Да и интересно узнать, с чего бы император нагрянул к нам. Видимо, ему было что сказать отцу.

Мы поднялись из подземелья в замок, прошли в столовую и уже приступили к ужину, когда вернулся лорд Осбеорн. И его крайне мрачный вид наводил на совсем уж нехорошие мысли.

– Вайерд интересовался, по какому поводу мы проявляем столь пристальный интерес к высшим лордам, и выразил свое недовольство нашей активностью, – ответил лорд на вопросительный взгляд сына.

Дамиан сжал зубы так, что на скулах сердито заиграли желваки. А Флора что-то пробубнила на незнакомом мне языке. Судя по осуждающему взгляду леди Аларии, это было ругательство.

– Но гораздо интереснее другое, – продолжил лорд Осбеорн, после того как устроился за столом, поднял бокал и сделал первый глоток чего-то явно крепче сухого вина. – Мне совершенно ясно, что поинтересоваться нашими делами его надоумили. Кто-то четко указал, на что императору стоит обратить внимание.

– Ты выяснил, кто эти советчики? – поинтересовался Дамиан.

– Тонкие намеки Вайерд ловко обходил. Спрашивать напрямую – лишь вызвать больше вопросов о нашем интересе в этом деле.

– Давайте поговорим после ужина, – оглядев наши мрачные лица, решила леди Алария, и нам пришлось согласиться.

Но гнетущее молчание за столом длилось недолго.

– А знаете, я тут подумал – преступник сделал нам невероятный подарок этой наводкой, – проговорил задумчиво Дамиан. – Людей, которые могут близко общаться с Вайердом, немного. Тем более что к этому человеку император не просто прислушался, а принял его слова на веру. Ни один Адальштейн к таким людям не относится, что исключает их из числа подозреваемых. И остается единственный вариант.

– Элидир, – еле слышно проговорила я. – По крайней мере, один из двух, глава рода или его наследник.

Внезапно мы оказались вплотную к разгадке. Это просто невероятно…

– Слишком просто, – подала голос Флора. – То, что убийца не дурак, было ясно с самого начала. Он же словно большую красную стрелку «ищите преступника здесь» для нас повесил.

– Логично, – одобрительно кивнул лорд Осбеорн. – Если бы не одно «но»: никто, кроме нас и императорской семьи, не осведомлен о наших дружеских отношениях. Для высшего света мы с Вайердом непрерывно конфликтуем, что в общем-то вполне правдиво, но он не мешает нам эффективно работать.

– Но зачем? – удивленно протянула я.

– Нам это выгодно и удобно, – вроде как пояснил старший Бриар, но я ничего не поняла, а он продолжил: – Так что предположить, что император решит разбираться со мной напрямую, а не начнет копать втихую, злодей никак не мог. Как и то, что я догадаюсь, что интерес императора не его личный, а кем-то навеянный.

– Все равно подозрительно, – недовольно покачала головой Флора.

– Это точно, – согласился с ней Дамиан. – Поэтому мы пока не будем предпринимать какие-либо активные действия по отношению к обоим изобретателям. Несколько наших людей начнут более тщательную проверку их алиби на время убийств и всего с ними связанного, а мы пока разберемся с делом Адальштейнов. Оставлять все так нельзя, как и полностью исключать дядю и племянника из числа подозреваемых. Потому что не дает мне покоя проклятие, повешенное на девушку. Его корни явно уходят к тому же, кто наш ритуал проводил. Так что, если повезет, разобравшись, мы сможем определить точно, который из Элидиров нам необходим, и, возможно, найдем доказательства.

Я была согласна с Дамианом, кидаться в сторону тех, на кого внезапно указали наши размышления, не стоит. Как бы мне ни хотелось скорее закончить расследование, еще больше я хочу быть абсолютно уверенной в нашей правоте. Флора права, все слишком очевидно, возможно, кто-то просто хочет отвлечь наше внимание. В таком подвешенном состоянии неизвестности я уже нахожусь давно, несколько дней ничего не изменят, а вот Маришку долго в стазисе держать не получится, слишком много энергии требуется.

– Вопрос с циркачкой нужно решать как можно скорее, – словно услышав мои мысли, проговорил Дамиан. – Даниэлла будет говорить интересующимся и изображать, что девушка больна и никуда из вагончика не выходит. Но, боюсь, ее исчезновение заметят довольно скоро. И если Эерик запустит артефакт на полную силу, заклинание начнет постепенно разрушать стазис, пока не доберется до Мари.

Ужасно. Насколько же мощен этот артефакт? Или все дело в использовании магии крови? Хотя мне ли не знать, на что способны заклинания этой школы.

– Нам нужен артефакт, – подытожил все произнесенное сыном лорд Осбеорн. – Чем скорее, тем лучше.

– А почему нельзя официально задержать Эерика и изъять кулон? – поинтересовалась Флора. – Артефакт-то на крови – значит, незаконный. Не думаю, что ваши спецы не смогли бы вытащить из дядюшки Адальштейна местонахождение артефакта.

– Он высший лорд, – мрачно ответил ей старший Бриар. – Без серьезных доказательств мы даже допрашивать его не имеем права, не то что задерживать. Можно было бы слегка превысить полномочия, но не после сегодняшнего разговора с императором, когда он ясно дал понять, насколько ему не нравится наше вмешательство в дела высших.

– Как чувствовали… – пробормотала Флора под нос, и отец Дамиана согласно кивнул.

– Чтобы провести такие действия, нам нужны как минимум показания Вилмара.

– А пока девушка находится под воздействием артефакта, он их давать не станет, – закончила за него боевичка.

– Совершенно верно, – подтвердил лорд Осбеорн.

– Постоянно ходить с ним на шее Эерик не может, – произнесла я. – Магия такого уровня, во-первых, просто неприятна для мага, а учитывая, что в кулоне родственная кровь, он может влиять и на самого Адальштейна, пусть и не сильно. Во-вторых, артефакт наверняка «конфликтует» с какими-то другими. И, в-третьих, его может запросто заметить какой-нибудь сильный маг-артефактор. Значит, где-то есть место для безопасного хранения этого кулона. На балу, скорее всего, была показательная акция – мол, смотри, Вилмар, он всегда при мне.

– Я тоже так считаю, – кивнул старший Бриар. – И место, где он может прятать столь ценную вещицу, может быть только одно – сейф в его спальне в родовом замке.

– Откуда такая уверенность? – спросила Флора, с изрядной долей скептицизма смотря на лорда. – Все же глупо держать артефакт в доме, где живет главное заинтересованное в его конфискации лицо. То есть Вилмар.

– Да, выглядело бы глупо, если не знать Эерика достаточно хорошо, – с легкой усмешкой заметил в ответ лорд Осбеорн. – Этот ушлый тип всегда был довольно подозрителен и мнителен. Сейф в его спальне защищен весьма оригинальным способом – магический замок и магия, опутывающая всю комнату, которая не дает использовать магию.

– Не совсем поняла, – нахмурилась девушка, да и я не особо разобралась.

– На сейфе стоит магический замок, который открывается ключом-артефактом, – решил разъяснить нам Дамиан. – Вещь сложная, но сильный маг вполне способен вскрыть замок своей мощью. И вот тут вступает в действие вторая защита. На любое проявление чужой магии, даже если ты огонек на ладошке зажжешь рядом с замком, завопит тревожная сирена или произойдет что-то еще, вплоть до смертельного, все зависит от фантазии владельца. Поэтому магией на замок воздействовать можно, только он не откроется, а последствия для взломщика могут быть самые печальные. К сожалению, искать умельца, который создал это защитное заклятие, у нас нет времени, потому что такие люди скрываются, как правило, очень хорошо. В общем, проникнуть в сейф мы не сможем. Нужно придумать что-то еще.

– Не нужно, – возразила я. – Я смогу вскрыть его.

Мужчины уставились на меня, сверля мрачными взглядами. Флора просто скривилась, выражая свое скептическое отношение к моим способностям. Даже леди Алария неодобрительно поджала губы. То есть мне не поверил никто.

Но все же очевидно!

Первой, что удивительно, дошло до Вегерос. Словно нашло озарение, и вот она уже с какой-то шальной улыбкой произносит не совсем понятное для остальных:

– Но ты же…

– Правильно, – кивнула ей. – Я могу все потоки магии трогать физически. То есть, скорее всего, смогу деактивировать чары, не нарушая плетения, как на замке, так и на комнате в целом. Я столько защит на зданиях взламывала, что уж в этом-то определенно разбираюсь.

– Ты не полезешь одна в дом Адальштейнов, – категорично заявил Дамиан.

– Одна я и сама не пойду, – постаралась сохранить я спокойное лицо и убедить его. – Я, может, двери «распечатывать» и научилась, но замок сейфа не потяну. Мы пойдем с тобой вместе. Я деактивирую магическую ловушку, а ты вскроешь сейф.

Магистр несколько мгновений помолчал, размышляя над моим предложением. А потом все же отрицательно покачал головой:

– Нет, сначала нужно еще постараться проникнуть на территорию имения, для тебя это слишком опасно.

– А порталом перенестись туда нельзя? – с надеждой спросила я.

– Ни я, ни отец там никогда не были. Собственно говоря, мы вообще с Адальштейнами близко не контактировали, слишком разные направления.

– Господа… – проговорила Флора. – А зачем лезть в трубу, если можно пройти в дверь? Совсем не обязательно проникать туда тайно, ведь гораздо проще получить приглашения от хозяев.

– У нас с ними нет никаких общих дел, – слегка недовольно напомнил лорд Осбеорн девушке. – Им незачем приглашать нас по собственной воле.

– Вас-то понятно, что не пригласят, – усмехнулась Флора. – А вот ее…

Она ткнула в меня пальчиком, получив в ответ удивленные взгляды всех сидящих за столом.

– Вилмар как на последнем балу оказывал Касс знаки внимания, так и на предыдущей встрече, поэтому он вполне может организовать понравившейся девушке и ее подруге экскурсию по родовому замку. В конце концов, спасение циркачки в его интересах, а действовать нам всем с его поддержкой будет проще. Когда мы с Касс окажемся в имении Адальштейнов, Дамиан переместится к нам через портал.

– А это толковый вариант, – внезапно согласился с Вегерос лорд Клейрон. – По крайней мере, не удастся сломать защиту, можно просто разведать обстановку. Если Эерик заметит кого-то из вас, девушки, у своей спальни, у вас будет правдоподобное оправдание. Остается договориться с Вилмаром и решить, на какой день запланировать вашу поездку. Мы должны быть уверены, что артефакт покоится в сейфе, а не болтается на груди у дядюшки.

– В ближайшую субботу вечером будет проходить карточный турнир, – впервые за время ужина подала голос леди Алария. – Судя по тому, что я слышала об Эерике, он там появится обязательно. И за наличием у игроков и зрителей всевозможных артефактов там будут тщательно следить. И вряд ли станут разбираться, какие именно свойства несет найденный артефакт. Скорее всего, он не рискнет его надевать.

– Прекрасно, – довольно потянувшись, произнес лорд Осбеорн. – Значит, я продолжу искать информацию об этом Эерике и заодно посмотрю, может, удастся что-то найти по артефакту и способу его нейтрализовать. А вам нужно наладить контакт с Вилмаром, и побыстрее.

– Я напишу ему сегодня. Постараюсь договориться о встрече, – отозвалась я.

– Тогда считаю разговор оконченным. – Лорд поднялся из-за стола, подхватил под руку жену, и они, не прощаясь, покинули комнату.

А мы остались с мрачным Бриаром, которого наш план, несмотря на минимизацию возможных опасностей, отнюдь не вдохновлял. И что-то мне подсказывало, что причина этому – мое непосредственное участие.

Стоило нам переместиться из родового замка Клейронов обратно в столичный дом Бриара, как Флора убежала к себе в комнату, оставляя меня наедине с хмурым Дамианом. И хоть я понимала, что во всем произошедшем сегодня моей вины ни на каплю, да и в составленном плане риска для меня практически нет, но подсознательно ощущалось, что недоволен магистр именно мной, даже извиниться захотелось за свою «проблемность». Но я в себе этот порыв старательно подавила – просить прощения мне действительно не за что.

– И что тебя не устраивает? – не выдержав, вздохнула я, устало опускаясь в кресло.

Слишком много всего произошло за этот день. Ноги уже просто не держат, а голова отказывается дальше над чем-то размышлять.

– Во вскрытии замка ты участвовать не будешь, – решительно произнес Бриар, не обратив внимания на мой вопрос.

– Дейм, ты же сам понимаешь… – начала я, но договорить он мне не дал.

– Нет, Касс. Это не обсуждается. Сама идея в целом хороша, но справимся мы лучше без тебя. Ты, видимо, забыла, от кого получила свои способности. Так что со мной туда пойдет твой хранитель. Да и опыта в распутывании ловушек у него побольше будет, – решительно заявил магистр.

Я даже растерялась сначала – действительно, про Храна-то я совсем не подумала. Слишком давно мы не виделись, он сутками напролет копается в поисках непонятно чего в библиотеках. Возможно, ищет подсказки к убийствам…

С точки зрения Дамиана, взять с собой кота и правда логичнее. Но в первое мгновение я хотела обидеться на то, что меня снова пытаются отстранить от всех дел. А потом задумалась, действительно ли мне надо влезать в очередные проблемы? Неужели нынешних не хватает? Если бы от успеха этой операции зависело только наше расследование, это одно дело. Но здесь на кону жизнь не чужого мне человека. Даже двух. И если по моей вине что-то провалится – я же себе не прощу. А Хран… Да, он в распутывании магических ловушек лучше меня.

– Ладно, – согласилась я. – На вскрытие сейфа я не претендую. Но добиться приглашения все равно придется мне, иначе тебе с котом просто не к кому будет перемещаться. Так что, если ты мне выдашь листок с ручкой, я возьмусь за составление письма Вилмару.

– Эта часть плана мне тоже не особо нравится, – заявил Бриар, все же вытаскивая из своего стола бумагу.

– Почему? – удивилась я.

Мне-то казалось, что это самое безопасное. Но сложное, потому как Вилмара еще надо убедить, что мы на его стороне и действительно хотим помочь, а не подосланы его дядюшкой, чтобы на какие-то действия его спровоцировать. Но если сделать это у меня получится, то парень будет всецело на нашей стороне.

– Я не доверяю ему, – проговорил Дамиан, застыв надо мной. – То, что Вилмара шантажируют твоей подругой, не значит, что он не замешан в деле с библиотекой. В конце концов, установить, как долго он пробыл с Маришкой в тот вечер, нам не удалось. Конечно, последние события подтверждают маловероятность его причастности. Но все же… Одна ты на встречу с ним не пойдешь.

Я и сама не собиралась в полном одиночестве идти на объяснения с Вилмаром, но все же стоило прояснить.

– Я не возражаю, но надеюсь, ты понимаешь, что сопровождение должно быть неявным. Боюсь, в присутствии кого-то другого он со мной вообще о Мари откровенничать не станет.

– Несомненно, – согласился магистр.

А потом мягко поднял меня за предплечья из кресла и крепко прижал к себе, обжигая горячим дыханием мои волосы на макушке.

– Ты не представляешь, насколько дорога мне, – тихо проговорил он. – Как трудно отпускать тебя даже просто погулять с подругой, а не то что на встречу с подозреваемым.

– Не можешь же ты запереть меня, чтобы больше никогда не переживать о моей безопасности, – резонно заметила я, но, скорее почувствовав, чем услышав его смешок, исправилась: – Нет, фактически можешь, но понимаешь, что это будет неправильно.

Дамиан слегка отстранился, обхватил ладонями мое лицо и коснулся губ легким, бесконечно сладким поцелуем. Сколько же нежности в этом зачастую таком мрачном и суровом мужчине… И как же греет меня осознание, что принадлежит эта нежность только мне. Кто бы мог подумать, что я такая собственница…

– Мне нужно идти, – с сожалением в голосе произнес он, отпуская меня и отступая. – А тебе стоит заняться письмом. Вечером зайду узнать, о чем же вы договорились. Надо будет что-то решать с твоей охраной.

Я, вздохнув, кивнула. Ах, дела, дела, дела. Надеюсь, что когда-нибудь они все же закончатся и у нас появится возможность просто отдохнуть и поговорить о чем-то, что не будет иметь отношения к убийствам, заговорам и предательствам.

Дамиан растворился в темной дымке портала, а я засела за приглашение. Уф, та еще задачка. Мне нужно убедить Вилмара в необходимости встречи, как-то заинтересовать его, но при этом раскрывать в письме, о чем же на самом деле пойдет речь, нельзя. Мало ли кому оно может попасть в руки. Да и сам Вилмар может решить, что это очередная провокация со стороны его дражайшего родственника, и не пойти на контакт. В конце концов, промаявшись и не придумав ничего особо путного, я остановилась всего на нескольких строчках, решив, что в данном случае чем меньше информации, тем сильнее он заинтересуется, зачем же я его пригласила.

Здравствуйте, Вилмар.

В прошлый раз я вам подыграла, оказав услугу, и теперь прошу ответную, такого же типа. Пригласите меня прогуляться завтра. Время и место оставляю на ваше усмотрение.

Надеюсь на ваш положительный ответ.

Мне это действительно необходимо. И вам тоже, даже в большей степени.

С уважением, Кассандра

Вот так вот, коротко, ни о чем, но при этом интригующе. И если авантюризма в Вилмаре нет и необычность просьбы его не заинтересует, то надеюсь, что напоминание о последней встрече подействует. Я ведь действительно ему подыграла тогда, хотя могла и отказать. Свернув записку, я пожелала себе удачи и отправила вестника на поиски адресата.

Не прошло и часа, как в приоткрытое окошко моей спальни влетела птичка-ответ.

Заинтригован.

Завтра в полдень заеду за вами. Отправимся на прогулку в императорский парк. Что-то мне подсказывает, что вы там еще не бывали.

В.

Я даже улыбнулась, порадовавшись, что согласие на встречу получено так легко. Теперь предстояло решить, каким же образом мне с ним объясняться. Приглашение в замок Адальштейнов нам жизненно необходимо, без помощи Вилмара не обойтись.

Когда я принесла Дамиану полученную записку, он бросил короткий взгляд на текст и категорично заявил:

– Напиши ему, что заезжать не надо, лучше вы сразу встретитесь у ворот парка.

– Зачем? – удивилась я.

– Касс, на эту встречу я тебя отпущу только при условии, что ты ни на секунду не пропадешь из поля зрения моих людей, а это значит, никаких закрытых карет и прочих уединенных мест. Сколько бы защиты я на тебя ни повесил, всегда можно придумать обходной путь. Абсолютной защиты не бывает. Кто знает, что он может сделать за те несколько минут поездки? Пусть не выкрадет, все же как маг он не особо силен и порталы ему не под силу, иначе бы ни о какой встрече один на один и речи не шло. Но за это время вполне можно опоить, наложить какое-то заклинание, повесить артефакт – все, что угодно. Такой возможности я ему предоставлять не собираюсь, – решительно заявил Бриар.

Мне оставалось только безропотно согласиться и надеяться, что Вилмар не заподозрит ничего странного в этой просьбе.

На наше счастье, даже если подобное условие и показалось ему странным, внимания заострять на нем он не стал.

На следующий день я стояла у ворот императорского парка, обвешанная всеми возможными защитами и артефактами, да еще вдобавок окруженная невидимыми мне охранниками, и ждала второе главное действующее лицо.

Через минуту передо мной возник Вилмар. Когда с взаимными приветствиями было покончено, мы стали чинно прогуливаться под ручку по аккуратным парковым дорожкам среди кустов роз и фонтанов. А я все никак не могла начать столь важный разговор.

– Ну же, Кассандра, – первым не выдержал мужчина, – раскройте уже секрет. Кому вы хотите насолить с моей помощью?

Я усмехнулась. Если бы все было так просто. Хотя то, что одному конкретному человеку наша совместная прогулка крайне неприятна, это точно.

– Скажите, Вилмар, вы были на императорском зимнем балу? – начала я издалека, вот только этот вопрос, кажется, мужчине не очень понравился.

– Был, – слегка нахмурившись, подтвердил он, видимо, пытаясь припомнить, как давно, по слухам, я нахожусь в семействе Клейрон, чтобы определить, могла ли я присутствовать на том балу.

– А номер, открывающий бал, видели? – продолжила я задавать уточняющие вопросы.

– Да. – Он явно не мог понять, к чему я веду.

Я вздохнула, готовая признаться. Потому что понимала, что убедить его в том, что я на его стороне, смогу, только подтвердив, что познакомилась и была дружна с Маришкой задолго до произошедшего между ними.

– Еще не догадались? – робко улыбнулась я. – Это я тогда выступала вместе с Даниэллой.

По имени подругу назвала специально. Думаю, имена тех, с кем работала Мари, Вилмар от нее слышал, да и в лицо актеров, скорее всего, тоже знал. Должны же они были все-таки как-то общаться, такие чувства и страдания, как между ними, на одном физическом влечении возникнуть не могли. Значит, они разговаривали, а Маришке, кроме как про жизнь в труппе, и рассказывать особо нечего.

Но произнесенная мной фраза только больше насторожила мужчину. Мы резко остановились посреди дорожки. Хорошо, что простых граждан в дворцовый парк не пускают, поэтому людей здесь немного, иначе мы бы привлекли излишнее внимание.

– И к чему вы мне это рассказываете? – подозрительно спросил Вилмар, явно начиная понимать, к чему, а точнее, к кому я клоню.

– Да, я знакома с Маришкой, – кивнула я и, прежде чем он решит уйти, ухватила его за руку и поспешно продолжила: – Я с детства дружу с Даниэллой и всю их труппу знаю уже давно. Практически выросла среди них. И пусть с Мари мы мало пересекались и общались, но я все же очень переживаю за нее и хочу помочь.

Вилмар хмурился, разглядывая меня, и о чем-то размышлял. Молчание напрягало, но тот факт, что он еще не ушел, давал надежду, что мне пытаются поверить.

– Ты Касс, да? – внезапно спросил он. – Касьена, как она называла тебя. Девочка из приюта, которую Даниэлла опекала?

И у меня на лице расплылась улыбка. Честно говоря, я не ожидала, что Мари рассказывала обо мне. Не столь значимым событием в жизни труппы я была. Со мной всегда возилась Данька, а у других, как мне думалось, я лишь мешалась под ногами. Но, видимо, нет, оставила все же я след и в душе канатоходки.

– Да, это я. Хотя то, как Данька издевалась над моим именем, мне не особо нравится.

Мужчина задумчиво кивнул и, вновь подхватив меня под руку, повел дальше по дорожке.

– Как она? – спустя какое-то время хрипло спросил он.

– Плохо, – тихо ответила я и чуть не зашипела от боли, пронзившей ладонь, которую сжала жесткая мужская рука. Но сдержалась, понимая, что это лишь мгновенное проявление злости ко всей этой ситуации. – Собственно говоря, именно из-за нее я и хотела сегодня с вами встретиться.

– Мне нечего ей передать, – произнес Вилмар, казалось, выдавливая из себя слова. Стало ясно, что правду о том, почему ее бросает, он Маришке не сказал. Скорее всего, просто разыграл разрыв отношений, надеясь, что тогда Эерик оставит девушку в покое.

– Ей не нужно ничего передавать, – заявила в ответ. – Я давно не видела ни ее, ни Даниэллу. Да и вы наверняка сами знаете, что они лишь недавно вернулись в город. И теперь, встретив ее вновь, я была неприятно поражена ее состоянием.

Я отчетливо услышала, как скрипнули его зубы. Чувствует свою вину… Ну еще бы… В ее состоянии виноват он один.

Мне внезапно расхотелось танцевать вокруг да около главной темы, пытаясь понять, настроен он нам помогать или решит, что это очередная подстава. Не сильна я в закулисных интригах. Да и реакция Вилмара на то, что я рассказала, показывает, что девушкой он дорожит, а значит, схватится за любую возможность ее спасти.

– В общем, не буду и дальше вести бессмысленные разговоры, лучше перейду сразу к сути, – произнесла я, надеясь, что моя решимость не обернется провалом. – Я, и не только я, осведомлена о ситуации с вашим дядей и о том, какую гадость он подвесил на Мари.

И снова Адальштейн дернул меня за руку, останавливая, и злобно уставился на меня.

– Откуда такая осведомленность? – прошипел он.

– Вы забываете, членом какой семьи я теперь являюсь, – напомнила ему, не став раскрывать позорный факт нашего с Флорой шпионства в доме Эйдит. – Сейчас для вас должна быть важна только Маришка.

– Что с ней? – побледнел Вилмар.

– Ей стало гораздо хуже, – честно призналась я. – Лорду Клейрону пришлось наложить на нее стазис.

Адальштейн рвано выдохнул. Казалось, он сейчас в волосы себе вцепится от отчаяния. Вот только времени на рефлексию нет.

– Потом будете убиваться о том, что сотворили с любимой девушкой, – жестоко оборвала я. – Главное сейчас, как можно быстрее решить проблему с вашим дядюшкой. И нам нужна ваша помощь.

– Что от меня требуется? – моментально взял себя в руки мужчина.

– Мне необходимо в эти выходные быть приглашенной в ваш родовой замок, естественно, вместе с моей подругой, под каким-нибудь очень благовидным и неподозрительным предлогом, причем с ночевкой, – ответила я. – Сможете организовать?

– Да, – не раздумывая, заявил мужчина. – Это все? Может, я еще что-то могу сделать?

Я задумалась. Если и может, то я, честно говоря, не очень представляю что. Учитывая, что первый контакт уже налажен и на его помощь мы можем рассчитывать, наверное, дальше пусть с ним Дамиан сам разбирается.

– Мне нужно кое-кого об этом спросить, – пожала я плечами.

– Мне можно увидеть Мари? – проговорил он охрипшим голосом.

– Не то чтобы ее нельзя было навещать, – с сомнением начала я. – Но я не знаю, как организовать это так, чтобы ваши наблюдатели ничего не заподозрили. В управление или в дом Дамиана вам ход заказан. Так что сначала надо будет определить, как вам встретиться с Бриаром без соглядатаев. Я не особо разбираюсь в тонкостях такого заклинания, как стазис, но не думаю, что в этой просьбе он вам откажет.

– Спасибо, – искренне поблагодарил Вилмар, сжал мою руку и быстро ее поцеловал.

– Рано пока благодарить, – вздохнула я. – Нам еще слишком много всего придется сделать.

Впоследствии оказалось, что ни меня, ни Флору в это «нам» не включили. Вернувшись с прогулки, я тут же пересказала все Дамиану, на чем мое участие в последующей организации и закончилось. Бриар сам связался с Вилмаром, а затем встретился с ним. Мы с боевичкой даже не знали, разрешили ли Адальштейну навестить Маришку. Но гораздо больше меня интересовало – рассказал ли ему кто-то про ее беременность. С одной стороны, он имеет полное право знать о своем ребенке. А с другой – велика вероятность того, что он воспримет этот факт неадекватно и сгоряча натворит дел.

В общем, эти несколько дней до вылазки в родовое имение Вилмара мы с Флорой были предоставлены сами себе, и ни в какие подробности предстоящего взлома нас больше не посвящали. Понятно, наше дело маленькое – показывать радость от экскурсии по старинному замку и окрестностям, а вечером изобразить усталость и головную боль. И пока все будут считать, что мы мирно отдыхаем от чересчур активного дня, я потихоньку с помощью своего артефакта отвода глаз проберусь к спальне Эерика и позову Дамиана, после чего так же тихо удалюсь в свою комнату – вот и все. А на следующий день мы вернемся в дом Бриара, и эта часть наших приключений будет закрыта. Хотя, пожалуй, конкретно нашу с Флорой партию в данном случае сложно назвать приключениями.

И как всегда, я слегка поторопилась с прогнозами.

В назначенный день я, Флора и Вилмар выехали после полудня – надо же как-то оправдать нашу ночевку – в сторону северных городских ворот, так как замок Адальштейнов, впрочем, как и родовые замки остальных высших, располагался за чертой города. Дома в столице у них тоже имелись, но главные резиденции находились подальше от городской суеты.

Атмосфера в экипаже стояла не то чтобы напряженная, но до легкой и непосредственной было довольно далеко. Разговор не клеился. Вилмар был хмур и печален, Флора лениво позевывала в окошко, а я размышляла о том, почему так долго пропадает в библиотеке Хран. То, что за все это время он навестил меня всего один раз, казалось странным. Особенно учитывая, что предыдущие почти четыре года мы провели неразлучно. И напрашивался вывод, что дело вовсе не в каких-то изысканиях, а в том, что кот избегает меня. Даже подозреваю, что причина кроется в нашей последней встрече, а точнее, в открытии того факта, что он был духом-хранителем моей семьи. Наверняка все еще считает себя виноватым в произошедшем, вот и стыдится показываться мне на глаза. Только мне от этого не легче, а наоборот. Вот как ему, глупому, объяснить, что он лишает меня поддержки единственного существа, которое я по праву могу назвать своей семьей?

Спустя еще какое-то время, заметив, что мы подъезжаем к его «гнезду», младший Адальштейн слегка оживился.

– Чуть не забыл вас предупредить, – проговорил он. – Людей будет чуть больше, чем ожидалось изначально. К нам сегодня с самого утра приехала чета Элидир.

Мы с Флорой настороженно переглянулись. Вот уж «приятная» неожиданность. Наши главные подозреваемые внезапно решили нагрянуть туда, где находится их возможный сообщник. Случайность ли, что именно сегодня состоится этот визит?

– Глава семейства с супругой? – как можно беззаботнее спросила Флора.

– Нет, сын Рун с женой Каританой, – ответил он. – Их пригласила моя мать. Каритана ее племянница, а Рун, кажется, хотел что-то с отцом обговорить по поводу распространения одного из его изобретений. Они давно сотрудничают.

– Вы родственники с Элидирами? – удивилась я.

– Касс… – снисходительно посмотрел на меня Вилмар. – Все высшие семейства являются старейшими, и, учитывая, насколько ограничен наш круг… В общем, мы все друг другу родственники. Если порыться в генеалогическом древе какого-нибудь рода высших, то наверняка найдешь там представителей всех остальных семей. Конечно, многие связи уже слишком далеки и эфемерны, чтобы действительно считаться родственными, но в целом мы все перемешаны.

Удивительно, но мысль, что у меня может быть далекая родня среди высших, в мою голову не приходила. Эта возможность больше пугает, чем заставляет радоваться. Хотя нет, леди Алария в качестве крестной меня устраивает. Чего не скажешь о крестном, который, я надеюсь, никогда не узнает о моем существовании. И, учитывая все то, что я узнала о тех немногих оставшихся семействах, не думаю, что мне захочется искать среди них еще каких-то родственников.

– Их присутствие на что-то влияет? – слегка обеспокоенно спросил Вилмар.

– Да нет, – задумчиво покачала я головой. – Просто странно, что они решили именно сегодня приехать.

Пусть это и действительно случайность, но в одном я уже убедилась точно – ни одна такая встреча не бывает простой и бессмысленной. Вполне возможно, что сегодняшний вечер даст нам куда больше подсказок, чем мы надеялись.

Через десять минут мы, наконец, прибыли к замку Адальштейнов. Если замок Клейронов был крепостью, способной выдержать осаду, то это строение – сказочный дворец с картинки. Белые стены, высокие витражные окна и парк с садом, окружающие этот шедевр зодчества. К слову, в резиденции Клейронов сад тоже имелся, только на внутренней территории замка, за высокой каменной стеной, а с трех других сторон дом был окружен морем, так как построен был на краю скалы. В общем, понятно, что родовое гнездо достаточно ярко отражало суть его обитателей: семейство Клейрон – защитники и в чем-то даже воины, а Адальштейны – торговцы, и их жилище сверкало показной роскошью.

Довольно красивая женщина в возрасте, вышедшая нас встречать, явно ожидала увидеть кого-то другого, судя по легкой растерянности на ее лице.

– Вы не предупредили о нашем приезде? – расплывшись в благожелательной улыбке, прошипела Флора на грани слышимости, когда мы медленно шли навстречу, как я предположила, хозяйке замка.

– Я все еще играю роль нерадивого отпрыска, – тоже тихо ответил Вилмар. – Стоило дать им лишний повод для возмущения, чтобы слегка понизить градус подозрительности Эерика.

Процесс расшаркивания и представления был долгим и утомительным. Леди Сибилла изображала, что крайне рада приветствовать нас в своих владениях, но выражение эмоций на ее лице говорило о смятении и недовольстве. К счастью, как можно больше мозолить глаза всем присутствующим в доме в наши обязанности не входило, поэтому, закончив с ритуалом взаимной вежливости, мы с Флорой и Вилмаром отправились на обзорную экскурсию в парк, где никому из нас не придется активно играть навязанные роли и размеры которого вполне позволяли растянуть прогулку до самого вечера.

Через три часа пришло время возвращаться в замок, когда мы вдоволь находились по аккуратным дорожкам среди розовых кустов. Как бы нам ни хотелось избежать встречи с обитателями дома, но не явиться на ужин с нашей стороны было бы не просто невежливо, а оскорбительно для хозяев. Нас ожидал очередной акт нашего действа – трагикомедия.

Удивительно, но встреча с возможным главным героем-убийцей из моих детских кошмаров почему-то не волновала. Может, я пока просто не осознала толком, насколько близко мы подобрались, или, наоборот, начала разочаровываться в безуспешных поисках. В общем, ужин предстоял крайне напряженный не только благодаря присутствию одного уже выявленного злодея и одного потенциального, но также из-за напряженных отношений Вилмара с родителями.

Леди Сибилла уже выразила свое неприятие, а от лорда Падрейга Адальштейна нам досталась пара холодных взглядов, полностью выражающих его отношение к произволу сына, да такие же отдающие льдом приветствия. Меня это не особо трогало, но не слишком ли явно они выражают нам свою неприязнь? Ладно, отношения с сыном у них за последние полгода разладились, но все-таки мы с Флорой представительницы не самого последнего семейства в империи.

Леди Сибилла тихо вела светскую беседу с молодой девушкой приятной, но простоватой внешности – светло-русые волосы, глубоко посаженные карие глаза, немного крупноватый нос, тонкие губы. Я догадалась, что это Каритана, жена молодого Элидира. Ничего особо запоминающегося, но в целом она производила хорошее впечатление. В отличие от своей родственницы, девушка встретила нас с вполне искренней, вежливой улыбкой, правда, в разговор вступать не спешила, полностью посвятив себя тетке.

Со вторым интересующим нас лицом мы были заочно знакомы – Эерик Адальштейн. Он поприветствовал нас нейтрально, задал стандартные вопросы о том, понравился ли нам замок, получил такие же стандартные ответы и обратил свой интерес к разговору брата с последним гостем сегодняшнего вечера. Что тут скажешь – игрок как он есть. Если наш визит его и обеспокоил, то он это умело скрывал. Оставалось надеяться, что даже если он что-то и заподозрил, то окажется слишком самоуверен, чтобы предположить, что защиту его сейфа можно взломать.

И, пожалуй, наиболее интересующий меня персонаж – Рун Элидир. Его можно было принять за одного из преподавателей-ученых нашей академии: рассеянный вид, растрепанная одежда, легкий беспорядок на голове. Еще больше удивило, что он был в очках. Для человека его статуса вопрос исправления дефектов зрения решался быстро и без проблем, а учитывая его профессию, хорошее зрение было просто жизненно необходимо. В общем, увидеть в нем главного злодея мне никак не удавалось. Слишком не приспособленным к жизни за пределами своей лаборатории он выглядел. Хотя стоит заметить, что еще со времен академии мне запомнилось, что серийные маньяки зачастую выглядят очень милыми, добрыми и отзывчивыми… Поэтому расслабляться не стоило. Рассеянный взгляд Руна, бесцельно блуждающий по столу, пока его обладатель выслушивал что-то о патентах от Падрейга, в какой-то момент остановился на моем запястье и мгновенно засветился интересом. Мужчина поднял взор и пристально посмотрел мне в глаза. Странно, что я чем-то привлекла его внимание сейчас, ведь когда Вилмар представлял ему меня и Флору, изобретатель лишь вежливо кивнул и вернулся к своему разговору. А вот теперь такая внезапная заинтересованность.

– Извините, это у меня профессиональное, – с извиняющейся улыбкой произнес Рун. – Не могу не отметить ваш артефакт, очень интересное исполнение. Не подскажете, кто автор?

– Извините, не знаю, – мягко ответила я, прикоснувшись к медальону на груди. – Артефакт очень старый, сомневаюсь, что его создатель еще жив.

Про то, что это родовой артефакт семейства Клейрон, предусмотрительно упоминать не стала. Не знает – и прекрасно, посвящать его в тайны чужого семейства я не намерена.

– Нет-нет, – криво улыбнулся мужчина. – Родовой артефакт я, конечно, узнал. В отличие от вас, автор мне известен, и он действительно давно умер. Меня интересует явный новодел на вашем запястье. Очень интересная техника, даже не могу сразу понять его функции. Вот его автор мне интересен. Возможно, я смогу предложить ему работу.

Я похолодела и, даже не подумав прикусить язык, удивленно выпалила:

– Вы видите все артефакты?

Вот уж действительно неприятная способность. Этот браслетик был спрятан под рукавом, заметить его просто так было невозможно. Какое счастье, что я не взяла сразу свой «отвод глаз», а оставила его в багаже, доставленном слугами в выделенные нам с Флорой комнаты. А если бы Элидир с такой же непосредственностью поинтересовался, зачем мне украшение с подобными свойствами?

– Не то чтобы вижу, скорее, чувствую, – ответил он. – Это сложно объяснить, другой уровень восприятия. И ваш артефакт меня очень заинтересовал. Кажется, что-то связанное с сигналами?

– Вы правы, – выдавила я улыбку, чувствуя раздражение от того, что все больше и больше народу за столом начинают обращать внимание на наш разговор. – Это что-то вроде охранной системы. Подаст мне сигнал, если кто-то решит влезть в мои покои.

На самом деле артефакт предупредил бы, если кто-то попытался бы магичить в мою сторону или вмешаться в ауру, но это определенно не та информация, которой стоит делиться в такой компании.

– Понятно, – протянул мужчина, продолжая сверлить взглядом мое запястье с сигналкой. Так и хотелось спрятать руки под стол. – У Эерика такой же, но ваш выполнен куда интереснее, раз я не смог его сразу прочитать.

Вот нежданный подарок! Теперь я смогу предупредить наших о дополнительной сигналке, про которую мы не знали.

– Спасибо тебе, Рун, – раздраженно проговорил Эерик. – Давай, расскажи теперь, что на ком надето, раскрой все тайны.

– А что такое? – недоуменно взглянул на него изобретатель. – В этом же ничего страшного нет. Обычная охранка. У всех у нас есть то, чем мы дорожим. Неужели ты стесняешься, что тебе есть чем дорожить?

– Просто предпочел бы, чтобы никто не узнал о существовании подобной вещи, – холодно ответил ему Эерик, после чего резко поднялся из-за стола. – Прошу меня простить, но на этом я вас покину. Увы, дела.

И, не дождавшись ни от кого ответа, вышел из комнаты.

Знаем мы, какие важные дела вас ждут. Время начала турнира неотвратимо приближается…

– Ты опять сказал лишнее, Рун, – мягко упрекнула его жена.

– Правда? – недоуменно посмотрел он на супругу. – Тогда в следующий раз стоит извиниться.

За столом повисло напряженное молчание, но уже через минуту Элидир снова обратился ко мне:

– Я все еще жду от вас имя автора этой оригинальной вещицы.

И, сама не понимая почему, я ответила честно:

– Я сама его сделала.

– Так вы артефактор?! – радостно провозгласил мужчина, и глаза его загорелись.

А я опять мысленно обругала себя за длинный язык. Чувствительный пинок от Флоры под столом сказал мне, что костерила себя не только я.

– Не совсем, – мягко возразила я и попыталась исправить ситуацию. – Мне просто повезло разделить интерес лорда Клейрона к этой области, и он кое-чему меня обучил. Утверждать, что я артефактор, с моей стороны было бы слишком самонадеянно.

– О да, Осбеорн, хоть и уверяет, что это всего лишь способ отдохнуть, по праву может считаться мастером-артефактором. Жаль, что я так и не смог упросить его помочь мне с несколькими интересными изобретениями. Говорит, что у него слишком много государственных дел, чтобы тратить время на игрушки для взрослых, – удрученно покачал головой Рун. – И все же вы свои способности преуменьшаете. Я прекрасно знаю стиль работы Клейрона, и, если бы вас обучал только он, ваш артефакт был бы очень похож на его творения. Но ваша вещь сделана куда оригинальнее. Так что предложение о работе остается в силе. Даже если работа вас не интересует, приглашаю вас посетить мою библиотеку. У меня большое собрание редких книг по артефакторике.

– Благодарю за приглашение, – искренне ответила я.

– Эх, а я уже понадеялся, что вы мне прямо сейчас скажете дату предполагаемого визита, но, видимо, не судьба, – улыбнулся мне изобретатель. – И все же меня гложет любопытство, мне не совсем понятен ваш способ крепления заклинания к носителю…

– Дорогой, я понимаю, что ты встретил единомышленника и жаждешь обсудить рабочие вопросы, но, может, отложишь этот разговор до приезда леди Кассандры к нам? – безжалостно прервала мужа Каритана. – Боюсь, что остальным за столом ваш разговор будет не слишком интересен, да и вы с лордом Падрайгом, кажется, еще не закончили обсуждение дел.

– Да, ты права, – смиренно кивнул он супруге.

И вечер вернулся в привычное русло. Хозяева общались с гостями зваными, а нас, незваных, развлекал тихой, ничего не значащей беседой Вилмар. Но уже через полчаса, сославшись на усталость от прогулки, мы с Флорой смогли уйти в выделенные нам смежные комнаты, к которым из столовой нас проводила горничная.

Когда служанка удалилась, я вытащила из дорожной сумки артефакт «отвода глаз». Затем Вегерос устроила мне трепку за излишнюю болтливость за столом и сопроводила за дверь чуть ли не ободряющим пинком, оставшись ждать моего возвращения.

По коридорам замка я бродила недолго, благо Вилмар подробно объяснил путь до спальни Эерика, и даже никого не встретила, посчитав это невероятной удачей.

Стоя напротив заветной двери, я взялась за медальон, мысленно активно зовя Дамиана. Через пару секунд рядом со мной раскрылся портал, из которого шагнули серьезный Дейм и такой же суровый Хран, по которому я безумно соскучилась.

Магистр прижал меня к себе, поцеловал в уголок губ, серьезно спросил, все ли в порядке. Получив утвердительный ответ, он развернул меня и легким толчком направил в противоположную сторону от места, где будут развиваться самые интересные события.

– Все, возвращайся скорее к себе, – сказал Бриар мне в спину.

– Там сигналка какая-то стоит, – предупредила я, оглянувшись.

– Сам вижу уже, – тихо пробормотал Хран, стремительно размножив хвост, и принялся распутывать ему одному видимые нити.

– Помощь нужна? – спросил его Дамиан.

– Нет, тут не слишком сложно, – ответил кот, и в то же мгновение раздался тихий щелчок открывшегося замка.

Я увидела, как взломщики скрылись за дверью в спальню Эерика, и направилась в свою комнату.

Мне стоило бы насторожиться сразу после того, как Хран так быстро вскрыл замок, но об этом я подумала, лишь миновав полдесятка дверей. Я остановилась перед поворотом коридора и замерла на месте, ощущая надвигающуюся волну паники. И тут же до меня донеслись приближающие шаги и звуки разговора. И все бы ничего, мой артефакт, как мы с Флорой уже проверили в доме Эйдит, скрыл бы меня, даже если кто-то пройдет в одном шаге, но… Один голос я узнала сразу. Сюда направлялся «всевидящий» Элидир! Как я объясню ему свою прогулку по чужому замку с артефактом, скрывающим меня от чьего-либо присутствия? Никак.

Тут без вариантов, надо срочно прятаться! Но где?.. Убежать вперед по коридору я уже не успею. Безрезультатно дернув за ручку ближайшей двери, я поняла, что поиски открытой комнаты могут отнять и без того стремительно заканчивающиеся секунды до встречи, поэтому рванула к той двери, которая, без сомнения, была открыта.

Быстрый бег, глубокий вдох, и я как можно тише затворяю за собой тяжелую дубовую створку, чтобы услышать яростный шепот:

– Какого демона, Касс?!

Я зашипела в ответ, припав к двери ухом. Если голос Элидира я распознала, так как за сегодняшний вечер мы много общались, то со вторым не разобралась. И очень опасалась, что это окажется Эерик, внезапно вернувшийся с карточного турнира.

Но так ничего и не услышала – слишком хорошая звукоизоляция оказалась в этой комнате.

– Касс?.. – прошептал за моей спиной Дамиан, и я вздрогнула от неожиданности.

– Я шла по коридору, а из-за угла вдруг голос Элидира и еще чей-то… – тихо объяснила я, обернувшись к магистру, причину своего здесь присутствия. – От Руна амулет «отвода глаз» меня бы не скрыл, скорее, наоборот – внимание привлек. Он артефакты даже под одеждой видит, понимаешь? А больше мне спрятаться было негде.

Дамиан кивнул и сосредоточился на неслышимых мне звуках в коридоре.

– С Элидиром лорд Падрейг, и направляются они не сюда, а в кабинет старика, в паре шагов отсюда, – сообщил мне магистр после нескольких секунд тишины и подытожил: – Выходить тебе сейчас слишком опасно.

Я почему-то виновато потупилась, словно это мое вечное невезение навлекло очередные неприятности на такой, казалось бы, идеальный план.

Дамиан вздохнул, протянул руку к замку, и тот щелкнул, закрывая дверь. Мой обожаемый кот, по-прежнему не обращая на меня ни малейшего внимания, стоял все это время у дальней стены спальни, держа в своих пушистых лапах большое полотно с сельским пейзажем, и вдумчиво его рассматривал.

Я поняла, что за этой картиной и прятался вмурованный в стену сейф.

Покои Эерика, как выяснилось, состояли не из одной спальни. Та комната, в которой мы находились, была, по всей видимости, гостиной, потому как тут располагались небольшой книжный шкаф возле правой стены, а по центру – овальный стол, диван и три кресла.

Я присоединилась к Храну в разборе ловушки. Привычно перешла на второе зрение и обомлела. На стене творилось что-то невероятное. Метров на пять вокруг того места, где перед этим висела картина, раскинулась магическая сеть. Это даже паутиной назвать было нельзя, потому что у той имеется хоть какая-то упорядоченность, а тут хаотично переплетающиеся под разными углами серо-голубые ленты. Очевидно, именно они должны реагировать на применение магии рядом с сейфом. И, честно говоря, мельчайшие зазубрины по краю лент, до этого ни разу мне не встречавшиеся, наводили на мысль о пиле. И может, это лишь мое воображение, но, кажется, применившего магию ждет крайне жестокая смерть. То есть ошибаться нам нельзя.

Я протянула руку и аккуратно дотронулась до ближайшей ленты. Легкая, очень тонкая и упругая – магия воздуха. Это лучшее, на что мы могли рассчитывать в данном случае, – вода при попытке растянуть ленты, чтобы открыть пространство для магии, могла просто разлететься каплями, и кто знает, как бы на это среагировало остальное плетение. Земля слишком непластичная, скорее всего, мы не смогли бы эти потоки подвинуть; огонь – слишком непредсказуем, может и обжечь, если взяться неудачно. Так что с магом, что ставил эту защиту, нам повезло. Правда, имеется опасность порезаться, но это не так страшно, как другие возможные исходы.

Хран внимательно всматривался в плетение, видимо, решая, как нам лучше действовать. Помимо охраны на стене, чары плотно опутывали и дверцу сейфа. Чувствую, мое участие может пригодиться, учитывая, сколько всего придется распутывать.

– Значит, так, – наконец решительно произнес кот. – Распускать заклинания, к сожалению, нельзя. Боюсь, любая попытка деактивировать заклинание приведет к тому, что ловушка просто захлопнется.

Я с ужасом представила, как все эти ленты мгновенно стягиваются в одно место, разрезая нас на куски, и судорожно сглотнула.

– Вот-вот, – правильно понял мое состояние хранитель. – Поэтому мы с тобой аккуратно расчистим пространство, чтобы магистр смог вскрыть замок, а заодно проследим, чтобы его магия не задела ничего здесь. Хотя нет, распутывать я буду сам, а ты потом просто подержишь.

И Хран решительно направился в самую гущу переплетений. Когда он сделал первый шаг, я даже дыхание задержала, опасаясь, что он тут же напорется на одну из лент, хоть и понятно, что такого быть не может. Пока никто не магичит, через них можно спокойно пройти насквозь, даже не почувствовав.

Кот деловито принялся за распределение лент, наиболее близко находящихся к сейфу.

– Что же вы там такого увидели? – тихо спросил у меня Дамиан, наблюдая, как хранитель работает с невидимыми ему потоками.

– Хм… – замялась я. – Скажем так, конфигурация ловушки не предусматривает оставления незадачливого вора в живых.

Я не стала вдаваться в подробности, а то решит, что нам лучше продумать все еще раз и вернуться позже.

– Неприятно, но вполне ожидаемо, – кивнул Бриар.

А я вот такой жестокости не ожидала.

Меня подозвал Хран, довольно быстро расправившись с первой частью защиты, и вручил потоки, которые предстояло держать мне, освобождая пространство для магии, а сам тут же принялся распутывать защиту на картине. Но только он взялся за ленты у пейзажа, как донесся шепот Дамиана:

– Эерик вернулся, направляется сюда.

Он обхватил меня за талию и настойчиво потянул к себе. Я от растерянности даже отпустила врученные мне Храном ленты, они резко возвратились на свои места и задрожали, словно струны, а я с шипением отдернула ладони – порезалась.

Растерянный Хран заметался под ногами, не представляя, куда нам деваться.

– Черт, не успеваем, – пробормотал Дамиан, прислушиваясь к чему-то, происходящему вдалеке.

Мы отступили на несколько шагов от опасной зоны, оказавшись у самой двери, но уйти уже не успевали, даже я уже слышала ругающийся голос в коридоре.

Взметнувшиеся у самых ног Дамиана черные ленты чуть не заставили меня завопить от ужаса. Я дернула его за руку и замотала головой.

– Портал обязательно затронет ловушку, – пояснила шепотом.

Схватившись за тонкую цепочку на шее, уходящую в вырез платья, дернула, срывая, чтобы в следующее мгновение стащить с нее тонкое кольцо. Поспешно натянув его на палец, попутно ободрав костяшку, взялась за дверную ручку и шагнула в коридор, увлекая за собой Дамиана.

Тишина укутала нас, отрезая от голоса Адальштейна и звука поворачивающегося в замке ключа.

В свете проникающих через стеклянный купол лучей мягко танцевала золотистая пыль. Пахло деревом, бумагой и еще чем-то, чем могут пахнуть только очень старые библиотеки. Не думала, что после всего, что узнала, буду скучать по этому месту.

– Это то, что я думаю? – спросил Дамиан у меня из-за спины.

Я кивнула.

– Мы сможем переждать здесь, пока Адальштейн не уйдет или не уснет. Потом вернемся и спокойно продолжим, – сказала я. – Все же мы уже так близко подобрались, а Маришка может не продержаться достаточно долго, чтобы мы успели придумать новый план.

– Я тоже об этом подумал, – вздохнул Хран у меня из-под ног.

В том, что умный хранитель успеет заскочить вслед за нами, я даже не сомневалась. Он, в отличие от меня, всегда умел быстро соображать и координировать свои действия. В общем, нам всем повезло.

– Обо что ты порезалась? – спросил Дамиан и взял меня за руку, тут же отозвавшуюся тупой болью.

– Об ловушку у сейфа, – вздохнула я и подняла на него взгляд.

Не знаю почему, но приводить кого-то в библиотеку было немного… Страшно? Странно? В целом просто некомфортно. Наверное, не зря столько времени моя семья строго ограничивала доступ к этим знаниям. И несмотря на то, что Бриару я доверяла, от присутствия здесь кого-то, кроме нас с Храном, было неуютно.

– Вот уж когда я действительно начинаю жалеть, что целительная магия мне не подвластна ни в каком виде, – хмуро заметил Бриар, разглядывая многочисленные царапины на моих ладонях.

Не то чтобы они были очень глубокие, даже крови практически не было, что не могло не радовать, но все равно болели, не позволяя нормально двигать пальцами.

– На ваше счастье, ею могу пользоваться я, – пробурчал кот из-под ног и, обвив хвостом мои запястья, слегка потянул их вниз. – Опустись ко мне пониже, а то не видать.

Я послушно встала перед ним на колени, благо полы в этой библиотеке всегда были чистыми и слегка теплыми.

– Хран, но я же больше не целитель, откуда ты магию возьмешь? – не понимая его замыслов, спросила я.

– Несмотря на то что магистр, как некромант, целительской магией пользоваться не может, то, что он универсал, позволяет использовать его потоки для воспроизведения магии любых школ, даже тех, которыми он сам овладеть не способен, – менторским голосом поведал кот, а я подняла удивленный взгляд на Дамиана.

Судя по его лицу, он о таком тоже не подозревал.

– Магистр, создайте какое-нибудь простое плетение на ладони, – попросил хранитель.

И уже в следующее мгновение я наблюдала, как кот стягивает с ладони Дамиана плетение, попутно распуская его. Да, похоже, за прошедшие дни он много нового успел вычитать. Еще бы и про меня не забывал, было бы вообще замечательно.

И вот так вот, всего минута, и мои руки снова целы. Но, к сожалению, это наименьшая из наших проблем на данный момент.

– Итак, то, что нас не поймали, это прекрасно, вот только как теперь отслеживать будем, когда Адальштейн покинет комнату? – задумчиво посмотрел на нас Дамиан.

Да, вопрос тот еще. Мы-то здесь можем долго просидеть. Но если я завтра не появлюсь в замке, это может вызвать слишком много вопросов. Да и Флора поднимет тревогу, не дождавшись меня. Я бы даже сказала, что это первоочередная проблема, потому как по плану я должна была вернуться через полчаса максимум. А если наша задержка этим временем не ограничится?

– Хран, – обратился к коту Дамиан, – если приоткрыть дверь совсем чуть-чуть, на пару миллиметров, переход откроется?

– Да, – уверенно заявил хранитель, что навело на мысль, что он такую возможность проверял лично.

А вот я как-то о подобном и не задумывалась. А если не захлопнуть дверь за собой, а оставить щель, сможет ли кто-то пройти сюда вслед за мной?

– Тогда ты сейчас тихонько приоткроешь ее, а я наброшу сигнал на замок. Тогда мы узнаем, когда Эерик будет уходить. Вряд ли он вернулся надолго, добраться за это время до клуба, где проходит турнир, он бы не успел, значит, произошло что-то важное, что пришлось решать сейчас. Но потом, скорее всего, он уедет, – заключил Дамиан.

– Может получиться, – согласно кивнул Хран, и они уже собирались приступить к исполнению задуманного, но влезла я.

– Подождите, нужно еще как-то Флору предупредить, что я с вами. А то она не дождется меня и может поднять шумиху.

– Не волнуйся, я подал ей сигнал, как только стало ясно, что тебе придется остаться с нами, – удивил меня Дамиан и занялся созданием какого-то плетения.

– Как? – удивилась я.

– Ты же не считаешь, что, определив ее к тебе в охрану, я не озаботился средством связи с ней? – бросил он на меня насмешливый взгляд.

Я уже раскрыла рот, чтобы высказаться по этому поводу, но, подумав, быстро захлопнула обратно. В общем, все вполне логично. А то как же она в непредвиденном случае сможет сообщить, что со мной что-то произошло?

Значит, теперь остается только надеяться, что рассуждения Дамиана правильны и надолго Эерик в замке не задержится. Пара часов у нас точно есть, а там уже будем действовать по обстоятельствам.

Операция по установлению заклинания прошла быстро и успешно.

– И чем мы теперь займемся? – вздохнула я, привычно устраиваясь на полу, привалившись к стеллажу.

– Пожалуй, мне можно даже порадоваться такому стечению обстоятельств, – улыбнулся Дамиан.

Он уселся рядом со мной, обнял за талию и подтянул поближе к себе, заставив опереться на него вместо жестких полок. – У нас с тобой в последнее время было так мало возможностей просто побыть наедине и поговорить, – мягко заметил он на мой удивленный взгляд. – А тут такая возможность. Мы вместе, и никого, способного нам помешать. Ну, почти никого…

– Пойду-ка я почитаю, – буркнул тактичный Хран и скрылся за соседним стеллажом.

Я смотрела на Бриара, и мне вспомнился далекий зимний день. Мы еще не были друг другу близки, просто гуляли, говорили о книгах, сидели в кафе… Дамиан рассказывал мне о своей первой встрече с настоящим богом. Кто бы мог подумать, что именно те часы окажутся самыми нормальными среди всех наших последующих свиданий.

– И о чем же будем говорить? – слегка усмехнулась я, устраиваясь удобнее в его руках, раз уж нам все равно придется ждать. – Давай ты будешь спрашивать, а я отвечать. И наоборот.

Мужчина за моей спиной ненадолго замер, уткнувшись носом мне в макушку, а потом произнес:

– Ты планируешь закончить обучение в академии?

Признаться, не этого вопроса я ожидала.

– Пока не размышляла над этим, – немного поразмыслив, выдала я.

– Почему?

– А почему тебя это интересует?

– Хочу узнать о твоих планах на будущее.

– У меня обычно проблемы с планированием жизни, – скривилась я. – Сначала мы разберемся с проблемами, а потом я буду решать, что делать дальше.

– Мне не нравится такая позиция, – тихо, но очень серьезно прозвучал его голос. – Она означает не то, что ты не хочешь пока об этом думать, а то, что ты боишься загадывать наперед.

– Возможно, – не стала я отрицать очевидное. – Пусть лучше жизнь сама расставит все по местам и убедит меня, что планировать что-либо не бессмысленно.

Удивительно, но в этот раз Дамиан не стал возражать.

– А хотела бы? – спросил он через какое-то время.

– Что? – не поняла я.

– Закончить обучение, – пояснил он.

А вот этот вопрос требовал слишком много размышлений, чтобы отвечать на него с бухты-барахты. И все же я ответила то, что уже давно было на уме:

– Нет. Ведь учиться по старой специальности я уже не смогу.

– Ты можешь продолжить учиться на следователя. Да и с алхимией у тебя проблем не будет, как я понимаю. Целительство уже давно не является основным предметом, так что утрата дара не лишает тебя возможности продолжить, – возразил мне Дамиан.

– А утрата необходимости лишает, – заметила я. – Я изначально пошла в эту академию исключительно ради допуска к архивам дел. Но больше мне это не нужно. И я говорила тебе когда-то истинную правду, я не желаю всю жизнь копаться в грязном белье окружающих. Мне достаточно уже имеющейся паранойи и недоверия ко всем, чтобы усугублять их работой в управлении. Так что не вижу смысла тратить несколько лет на окончание академии просто ради получения хоть какого-то образования. Мне нужно прийти в себя и понять, чем я хочу и чем могу заниматься в жизни, и только после этого думать, куда идти учиться дальше.

– Скажешь мне, когда поймешь?

– Скажу, – улыбнулась я.

– Твоя очередь, – напомнил мне Дамиан.

И действительно, что бы такого спросить… С одной стороны, я знаю о нем больше, чем другие, а с другой… не знаю очень многого. И вопросов вроде уйма… Но почему-то с губ сорвался именно этот:

– Ты когда-нибудь любил?

Сказала и тут же пожалела, что нельзя забрать слова обратно. Вот дура! А виновата так не вовремя проснувшаяся во мне глупая ревность к его потенциальным бывшим возлюбленным. Не мне такие вопросы задавать, учитывая, с каким упорством я избегаю хоть какой-то конкретики в наших отношениях. О боги, как же стыдно. Чувствую себя свиньей…

Дамиан тихонько рассмеялся.

– Ты действительно хочешь знать? – спросил, прижав к себе чуть крепче.

– Да, – буркнула себе под нос.

Раз уж спросила, то отступать поздно.

– Раньше думал, что да, несколько раз. Но, после того как встретил тебя, понял, что нет. По-настоящему до тебя ни разу никого не любил.

Бриар так спокойно и уверенно произнес это, что я почувствовала, как краснею, и тихонько погладила его руки у себя на талии. Не могу я пока признаться! Даже самой себе! Не сейчас, когда неизвестно, чем закончится наше расследование и доживу ли я до его конца.

– Дейм, как ты понял, что с другими было… «не то»?

– Я чувствую разницу, Касс, – немного подумав, ответил Дамиан. – Ради той женщины когда-то давно я был готов убить, порвать любого. Ради тебя – умереть и спуститься на самое дно подземного царства, если придется вернуть тебя. А для некроманта, поверь, это не просто бравада. Мы знаем цену смерти.

Последние слова заставили меня вздрогнуть. Кажется, за ними скрывалось куда большее, чем я сейчас понимала. Но уточнять мне почему-то не хотелось.

– Так что же случилось? – Хоть и осознавала, что спрашивать о таком не совсем корректно, но не спросить не могла. – Почему вы расстались?

– Не знаю. – Я почувствовала спиной, что он пожал плечами. – Шло время, я узнавал ее лучше и стал понимать, что она не тот человек, которым я ее видел. Да и она со временем во мне разочаровалась. Мы охладели друг к другу и просто мирно разошлись.

– Тогда откуда такая уверенность, что с нами не будет так же? – наконец спросила то, что интересовало больше всего.

– Касс… – нежно произнес он. – Я чувствую тебя. Ты вся моя, от умненькой, но с живущими в ней тараканчиками головки до кончиков пальцев на твоих ногах. Чем больше я тебя узнаю, тем больше хочу знать, тем тяжелее расставаться и отпускать хоть на мгновение. Да, ты не поразила меня в самое сердце с первого взгляда. Ты раскрываешься постепенно. И пусть не все, что я о тебе узнаю, мне нравится, но все это захватывает и привязывает лишь сильнее. Я не думаю, что смогу когда-либо выбросить тебя из своих мыслей и души, но боюсь, что однажды ты узнаешь нечто настолько темное обо мне, что больше не сможешь быть рядом.

В его последних словах было столько горечи, что я не удержалась, развернулась в его руках и обняла.

– Я многого не знаю о тебе, но уже довольно повидала в жизни и кое-что сказать могу – ничего в тебе не сможет напугать меня настолько, чтобы я отвернулась от тебя навсегда, – уверенно заявила я.

– А ты спрашиваешь, почему я так уверен… – прошептал Дамиан, прежде чем нежно поцеловать меня. – Следующий вопрос? – спросил он через несколько минут.

– Давай, – согласилась я, удобно пристроив голову на его плече.

– Мальчик или девочка?

– В смысле? – нахмурилась я.

– Ребенок, твой первенец, кого бы ты хотела?

Судя по моментально прилившему к лицу и ушам жару, меня, наверное, словно в чан с красной краской окунули. Вот ведь!

– Дейм! – возмутилась я и ткнула локтем назад, ему под ребра.

– Отвечай, – рассмеялся он, сжимая руки на мне, не давая драться.

Ладно, так и быть.

– А тут не важно чье-либо желание, – проговорила, насупившись. – Пусть я не очень многое знаю о своей семье, но одно точно помню: в нашем роду рождаются только девочки.

– Я в курсе про эту особенность, – признался мужчина. – Это связано с тем, что библиотека передается только по женской линии. У вас даже главой рода всегда является женщина, и когда она выходит замуж, то супруг берет ее фамилию, а не наоборот.

– Правда? – удивилась я, потому что не знала об этом.

– Правда, – подтвердил он и, склонившись ближе, прошептал мне на ухо: – Но самое интересное то, что в моем роду первым всегда рождается мальчик. Как думаешь, чья кровь окажется сильнее?

Я, тихо застонав, закрыла лицо руками, не в силах дальше справляться со смущением.

– Ты сама перешла к личным вопросам, – рассмеялся Дамиан.

– Мой был не настолько личным, – возмутилась я.

– Ты уверена? – с иронией спросил он.

А я насупилась. Да, я первая полезла ему в душу. Но его вопрос неприличен, потому что несет в себе слишком много намеков.

– Продолжим? – провокационно поинтересовался магистр.

Я, глубоко вздохнув, постаралась взять себя в руки.

– Моя очередь, – собралась с мыслями и задала, наверное, самый простой вопрос: – Сколько тебе лет?

– А ты не знаешь? – удивился Бриар.

Я отрицательно помотала головой.

– Пятьдесят четыре.

– Сколько?! – пораженно обернулась я к нему.

– Что, очень старый? – рассмеялся Дейм.

– Я действительно для тебя просто ребенок… – пробормотала я.

– Ребенок, – подтвердил он, – но не из-за возраста, а из-за видения мира и поведения иногда. И это мне тоже в тебе нравится.

Я уже хотела спросить, когда у него день рождения, но тут в воздухе вокруг нас раздался тихий звон. Я дернулась, прислушиваясь.

– Что это?

– Сигналка сработала, – вздохнув, сказал Дамиан и начал подниматься на ноги, утягивая и меня за собой. – Боюсь, на этом наши посиделки придется приостановить, но я надеюсь, что этот разговор мы продолжим.

Он подмигнул мне и потянул в сторону двери.

– Ушел? – Хран выскочил из-за дальних полок и направился к нам.

– Да, по крайней мере, дверь за собой он захлопнул, – подтвердил Дамиан. – Так что аккуратно приоткрываем и оцениваем обстановку.

На нашу удачу, в комнате никого не оказалось. Дальнейшая реализация плана прошла как по маслу. С плетением на сейфе пришлось опять помудрить, но в конце концов мы смогли освободить достаточно места, чтобы Дамиан его вскрыл. А вот потом…

Судя по тому, с каким интересом магистр перебирал спрятанные там амулеты и бумаги, многое из этого было запрещено. Но мы пришли за одной конкретной вещью, и я до последнего момента опасалась, что ее здесь не окажется. Но нет, даже среди этого вороха переливающихся магией украшений плотная, маслянисто-бордовая аура артефакта выделялась довольно сильно.

– Этот, – практически одновременно ткнули мы с Храном в тяжелый золотой медальон с черным камнем, поблескивающим в центре красными искрами, словно был напитан темной, тягучей кровью. Возможно, так и есть, учитывая, сколько сил он выпил из бедной Маришки. И тонкая линия, тянущаяся от него и растворяющаяся в пространстве, явно указывала, что свое черное дело артефакт продолжал, так что циркачке повезло, что она сейчас в стазисе.

Процесс закрывания сейфа прошел намного быстрее, и мы, убедившись, что все заклинания на нем находятся в первоначальном состоянии, наконец-то покинули комнату.

– Будь осторожна, – прошептал Дамиан мне на ухо и, проследив, чтобы я надела «отвод глаз», мягко подтолкнул в сторону коридора.

В следующее мгновение они с Храном испарились в дымке портала.

До своей комнаты я добралась благополучно, благо за время нашего ожидания в библиотеке ночь уже полностью вступила в свои права и весь дом погрузился в глубокий сон. Хотя в этом я, пожалуй, не права. Не весь.

Стоило мне тихонько постучаться в свою комнату, как дверь тут же распахнулась и меня быстро, но с тихим шипением затащили внутрь.

– Боги, Касс, ты хоть когда-нибудь можешь обойтись без проблем? Всего и делов-то было пройтись до нужного помещения, вызвать Бриара и по-тихому свалить оттуда. Но нет, и здесь ты смогла найти неприятности, – тихо возмущалась Флора, нервно вышагивая по комнате.

– Я здесь ни при чем, – устало вздохнула, падая в кресло. – Просто так сложились обстоятельства.

– У тебя всегда обстоятельства, а мне переживай да посетителей твоих отваживай, – пробурчала она, устраиваясь в кресле напротив. – Достали хоть?

– Достали, – хмуро подтвердила я. – А что еще за посетители?

– Ты сегодня вечером крайне популярна, – невесело усмехнулась Флора. – Я замучилась всем рассказывать о том, как ты устала шляться по парку и считать ворон и уснула практически сразу по возвращении с ужина. А пообщаться к тебе приходили двое. Сначала сама сиятельная леди Адальштейн. И все, что она хотела высказать тебе, передала мне. С нашей стороны, видите ли, было верхом бескультурья и неуважения заявиться сюда без приглашения. И хотя нас привез ее сын, но мы должны и сами понимать, что такие визиты можно наносить только по приглашению хозяйки имения, то бишь ее. Под конец она тонко намекнула, что более в своем доме нас видеть не желает, к какому бы высокому роду мы ни примазались.

Я просто не верила своим ушам. Разве можно так обращаться с людьми? Мы же вообще ничего ей не сделали. Не общались толком, а нас выставляют за дверь.

– А ты что? – спросила у Флоры, боясь даже подумать, как она прореагировала на подобное отношение.

– Изобразила святую невинность, – возвела она глаза к потолку. – Пустила слезу, извинялась, говорила, что мы представления не имели, что приехали без ее высочайшего дозволения.

– Даже не представляю, что ты могла такой быть, – усмехнулась я.

– Сама не ожидала от себя таких талантов, – кивнула девушка. – А вот со вторым визитером все непонятно. Приходила Каритана Элидир. Ничего толком не сказала. Узнала, что ты уже спишь, и сразу удалилась.

– Странно… – нахмурилась я.

Не нравится мне это. Учитывая, что свои дела в этом доме мы закончили, наверное, стоит уехать с утра пораньше. Что-то мне не хочется выяснять, о чем она жаждала со мной поговорить. Да и присутствовать здесь, когда Эерик обнаружит пропажу, тоже нежелательно. Понятно, что он сразу подумает на нас, но мы и не собирались скрываться. Кому он жаловаться будет, что у него выкрали запрещенный артефакт? Вот именно, никому.

Договорившись с Флорой, что уедем рано утром и даже пренебрежем необходимым вежливым прощанием с хозяевами, мы разошлись спать.

Хран со старшим Бриаром еще пару дней разбирались в особенностях артефакта и расплетали его заклятие, прежде чем решились наконец разрушить его и вытащить Маришку из стазиса. Если бы не наш случайный визит к Даньке, не знаю, что было бы с бедной девушкой.

Будить ее собралась большая компания. Ради такого дела нас с Флорой забросили в замок семьи Клейрон, и, естественно, Вилмара вместе с нами. Его сегодня ожидали поистине большие переживания, ведь о том, что девушка беременна, ему никто так и не сказал. И наверняка Мари после всего пережитого точно признается. Предугадать реакцию Вилмара просто страшно.

Я с опаской наблюдала, как Дамиан и лорд Осбеорн расплетают черный кокон над девушкой. Вроде и артефакт уже разрушен, но я боялась снова увидеть то кровавое плетение на ней и понять, что мы ничем не помогли. Последние ленты купола рассеялись, и я, внимательно оглядев Маришку, заметила лишь легкое алое свечение магии ее малыша.

И вот первый глубокий вдох, девушка медленно распахнула глаза и недоуменным взглядом окинула нашу большую компанию. Стоило ей увидеть Вилмара, как она заплакала. Бедная девочка, сколько всего ей пришлось пережить за последнее время.

– Мари, – тихо произнес Вилмар и, протянув руку, стер слезы с ее щеки, а она судорожно вцепилась в его ладонь и прижала к себе.

– Мне кажется, нам стоит уйти, – тихо проговорила я, утягивая за собой за дверь Флору, у которой, на мое удивление, у самой глаза были на мокром месте. Никогда бы не заподозрила ее в сентиментальности.

– Ой, замолчи, – пробурчала она на мой удивленный взгляд и, достав откуда-то из складок платья платок, быстро промокнула глаза.

Лорд Осбеорн, сказав, что теперь стоит послать за целителем, скрылся за поворотом коридора, а я, боевичка и Дамиан остались ждать окончания разговора.

Спустя минут десять из-за двери донеслось какое-то нечеловеческое рычание и грохот, словно что-то ударилось о стену. Я уже дернулась в сторону комнаты, испугавшись за девушку, но магистр меня не пустил, молча покачав головой. Значит, порыв злости был направлен не на Маришку. Тогда тут даже вариантов нет, что именно вывело из себя младшего Адальштейна. Еще через несколько минут из комнаты вышел потемневший лицом Вилмар и произнес лишь одну фразу:

– Что я могу сделать, чтобы засадить за решетку эту мразь?

Маришку на время расследования и всех разборок между высшими было решено оставить в замке. Тем более что и прибывший врач сказал, что хоть состояние девушки и не критическое, но все же не самое лучшее, и перевозить ее куда-либо и тревожить лишний раз не стоит. Да и место тут было наиболее надежное, а зная недоброжелательность семейки Адальштейн, обезопасить ее будет нелишним. Нас с Флорой тоже решили не брать в столицу, по заверениям Дамиана, чтобы облегчить пребывание циркачки здесь, но, по-моему, чтобы мы в очередной раз не вляпались в очередную историю и не доставили дополнительных проблем.

И я не стала возражать. Это возможность расслабиться хотя бы немного, да и порадоваться за подругу. Ведь, несмотря на бледный и немного усталый вид, глаза ее после разговора с Вилмаром сияли так же ярко, как и камень на тонком золотом колечке, украсившем ее палец. Что ж, решительность возлюбленного Маришки не могла меня не радовать. К слову, если бы он раньше сделал предложение, возможно, части проблем удалось бы избежать. Но теперь судить поздно. Оставалось только воздать по заслугам дядюшке за все случившееся.

В этот раз императорского отказа в возбуждении дела благодаря заявлению Вилмара быть не должно. Задеты интересы высшего, а не каких-то девчонок, пусть и достаточно благородного происхождения. Но что-то мне подсказывает, что если бы Мари не носила под сердцем наследника крови рода Адальштейн, то дело бы замяли, как и со старухой Битан.

В общем, пока мужчины занимались оформлением бумаг, задержаниями и допросами, мы праздно шатались вокруг и внутри замка. Я уже готовилась к тому, что такое времяпрепровождение нас ждет ближайшие пару недель, но все закончилось гораздо быстрее…

На следующий же день, когда мы с Флорой и Мари прогуливались по внутреннему саду, наслаждаясь солнечной погодой, я приметила стремительно приближающуюся к нам фигуру и узнала Дамиана. Но, судя по его перекошенному злобой лицу, беременной девушке с хрупким душевным состоянием встречаться с ним не следовало.

Знаками попросив Флору утащить Маришку в другой угол сада, я поспешила навстречу магистру.

– Что случилось? – спросила обеспокоенно, стоило ему приблизиться.

Я уже предполагала многое: император высочайшим указом опять запретил раскручивать это дело, родители надавили на Вилмара и заставили забрать заявление или даже, что Эерику каким-то образом удалось уйти от всех обвинений. Но ответ Дамиана меня потряс.

– Эерик сейчас в больнице, без сознания, и прогнозы неутешительны, – хрипло ответил он, с трудом сдерживая ярость.

– Что с ним произошло? – прошептала я, теряясь в догадках.

– Помнишь блок, который убил помощника мэра? Такой же оказался и у Адальштейна. Правда, в этот раз мы успели среагировать, и Эерик не умер, но, судя по всему, память ему подправили кардинально. Если он и очнется, то вряд ли что ценного сможет нам рассказать, – мрачно поведал магистр.

– На что среагировал блок? – напряженно спросила я.

– На вопрос, кто ему смастерил этот артефакт, – подтвердил мои опасения Дамиан.

– Но зачем этому мастеру так явно показывать, что он скрывается от правосудия?.. Казалось бы, просто выполнил заказ, с него взятки гладки. Но нет, чтобы сохранить анонимность, он даже готов на убийство заказчика из высших. Почему? Ведь дело с его артефактом никак не затрагивает наше расследование, и, если бы не случайность, мы бы вообще про этот кулон не узнали.

– Согласен, это странно. Но знаешь, что мне не нравится еще больше? – спросил он, пристально глядя мне в глаза.

Я отрицательно покачала головой.

– Сам артефакт, Касс. Мы его внимательно изучили. Да, это чистая магия крови. Да, обрывки сведений о ней можно найти, и некоторые даже довольно распространены. Но то, что сделано в этом артефакте… Совершенно другой уровень. И первое, что мне приходит в голову, – эти знания вынесены мастером из библиотеки.

– Невозможно, – категорично заявила я. – Журнал учета ведется внутренней магией библиотеки, обмануть ее нельзя. За последние пару сотен лет там бывали лишь представители моей семьи и ты. Но эти знания могли быть кем-то унаследованы, куплены, украдены или добыты насильственным путем… Но в любом случае нужно тщательно просмотреть все учетные записи.

– Да, я уже попросил Храна разобраться с этим, – согласился он.

Я лишь кивнула в ответ и, внимательно посмотрев на взвинченного Дамиана, спросила:

– Это не последние плохие новости?..

– Император, – с раздражением выдохнул магистр. – После того, как какой-то блок чуть не выжег мозг одному из высших, он слишком заинтересовался происходящим. А также деятельностью управления и Тайной канцелярии. Активный поиск информации на Элидира придется временно приостановить.

И вот очередная череда случайностей отбрасывает нас назад. Но хоть каких-то результатов мы все-таки добились. Теперь, казалось бы, уже нет сомнений в том, что убийца моих родных – один из изобретателей, отец или сын Элидиры, или замешаны оба. Но что-то меня настораживает. Слишком быстро и относительно просто мы вышли именно на них.

– Ладно, – задумчиво пробормотала я. – Будем надеяться, что активное внимание императора к работе ваших ведомств вскоре поутихнет. Иначе его настойчивое вмешательство похоронит наше расследование. – Я нахмурилась, представив перспективы.

– Не переживай, – успокоил меня магистр, притянув к себе, и прижал мою голову к своей груди. – На дело твоей семьи он точно не выйдет. И я сделаю все возможное, чтобы он не смог связать тебя с фамилией Кэрридуэн.

Я лишь вздохнула в ответ. Не стоило загадывать, потому как обычно все наши хорошо продуманные планы хоть в чем-то, но проваливаются.

– Получается, что мы с Флорой уже сделали все, что могли? – внезапно поняла я и подняла на Дамиана хмурый взгляд. – Всех остальных подозреваемых мы уже помогли исключить, а к двум последним ты меня наверняка не подпустишь. Во избежание, так сказать, дальнейших казусов.

– Прости, – без капли раскаяния в голосе подтвердил мои опасения Бриар. – Дальше мы будем работать сами. Вы уже достаточно нам помогли.

– Конечно, – не удержалась я от сарказма. – И что же нам теперь делать прикажешь?

– Как и было решено ранее. Пока вы останетесь здесь с Маришкой. Следить за ней, готовиться к свадьбе, – просветил он меня о моих дальнейших действиях.

– Какой свадьбе? – настороженно спросила я.

– Свадьбе твоей подруги и Вилмара Адальштейна, – впервые за сегодняшнюю встречу улыбнулся мне Дамиан. – Ты уже забыла про нее?

– Да нет, не забыла, – пробормотала я. – Но при чем здесь мы с Флорой?

– Мы приглашены, – пояснил мне Бриар, казалось бы, очевидное, о котором я даже не задумалась. – И, учитывая, что родители Вилмара категорически отказались принимать в семью невестку-циркачку, предполагаю, что, кроме нас, из гостей будут только те, кого пожелает видеть сама невеста.

– Тяжело им придется, – покачала я головой.

– Сначала, возможно, – согласился он. – Но Вилмар достаточно умен, чтобы позаботиться о своей семье и без наследства рода Адальштейн. У него свое дело, в конце концов, имеется. Да и, думаю, родители недолго будут воротить нос и пусть нехотя, но примут и девушку, и ребенка в семью. Хотя бы потому, что больше у них никого нет. Так что не переживай, теперь у Мари и Вилмара все будет хорошо. А раз так, то вам пора озаботиться свадебными приготовлениями и хоть на время выбросить все остальные проблемы из головы. Учитывая, что Вилмар решительно настроен провести церемонию через неделю, дел у вас невпроворот. Для женщин это же всегда такая проблема… выбрать подходящее платье, а уж тем более на такое мероприятие, как свадьба.

– Не знаю, как у каких-то там женщин, а у меня таких проблем не бывает, – съязвила в ответ на его ухмыляющийся вид при последней фразе.

– Ладно, беги, порадуй невесту, как скоро ее ожидает это событие, – уже нежно улыбнулся Дамиан.

– Бегу. – Я развернулась, чтобы уйти, но он шустро поймал меня за руку и притянул лицом к себе.

– Не переживай, – неожиданно серьезно сказал магистр. – Я во всем разберусь, обещаю.

– Хорошо, – так же серьезно кивнула я в ответ.

А потом последовало нежное прикосновение горячих мужских губ, пусть и короткий, но мгновенно согревающий кровь поцелуй, и мы разошлись в разные стороны.

Новость о том, что свадьба состоится уже через неделю, привела Маришку в тихий ужас. Но вовсе не из-за беспокойства по поводу платья, гостей и прочего сопутствующего торжеству, а из-за типично женских сомнений и опасений.

Как бы девушка ни желала быть вместе с возлюбленным, переживания о том, что она ему не пара, что он разочаруется и потом бросит ее, заполонили ее голову. Мы с Флорой успокаивали Маришку как могли, но без особого успеха. Но всеобщими усилиями, к которым подключилась леди Алария, привести невесту в чувства удалось.

И начались предсвадебные хлопоты. Впрочем, в нашем случае хлопотами это можно было назвать с натяжкой, потому как состояли они исключительно в вызове в замок портнихи, долгих обсуждениях будущего наряда невесты и наших с Флорой платьев на торжество. Ни Мари, ни ее жених не горели желанием устраивать пышное празднество. Мне вообще казалось, что Вилмар хочет просто как можно скорее забрать ее из замка к себе в дом. И, судя по всему, Маришка против не была. Эти двое лишь отдавали необходимую дань условностям общества, так как сами уже не нуждались ни в каких дополнительных подтверждениях того, что принадлежат друг другу.

Но я все же считала церемонию нелишней. Маришка многое пережила и заслужила свой кусочек счастья, радости и пусть небольшого, но праздника.

В назначенный день в маленьком храме недалеко от центра столицы и состоялось это событие. По какой причине такое невзрачное строение было выбрано Вилмаром, я поняла, только ступив в неожиданно солнечный зал, и ахнула. А я еще удивлялась, почему же его называют храмом Цветов, хотя на фасаде храма не было ни рисунков, ни барельефов каких-либо растений. Зато внутри оказалась настоящая оранжерея. Огромный прозрачный купол в вышине оплетало множество буйно цветущих лиан различных оттенков и видов. Такие же обвивали и колонны, поддерживающие своды храма, и резные спинки длинных деревянных лавок. А самое потрясающее – весь пол был выстлан густой, сочно-зеленой травой. Даже наступать на нее было жалко, но гости смело входили внутрь, и я аккуратно шагнула следом.

По меркам высшего общества церемония проходила очень скромно, хотя, на мой взгляд, сказочная красота зала делала ее поистине незабываемой и торжественной, несмотря на малое количество приглашенных. Со стороны невесты были я, Флора и Даниэлла с акробаткой Джейми. Дамиан проявил благородство и единственный представлял сторону жениха. Потому что никого из родственников, друзей или просто знакомых Вилмар пригласить не пожелал или же они сами не решились явиться, но я почему-то склонялась именно к первому варианту. Маришку данное обстоятельство ничуть не расстроило, а жениха, по-моему, ничего, кроме хорошего настроения будущей жены, и не интересовало. Я была рада, что хоть одна из тысяч историй таких мезальянсов закончилась хорошо. И пусть его родители против – в обиду он любимую все равно не даст. А в остальном он уже давно взрослый и самодостаточный человек, чтобы все еще прислушиваться к их мнению.

Пока священнослужитель зачитывал слова клятвы, я украдкой любовалась сияющей от счастья Маришкой. Поразительно, но с каждым произнесенным словом под ногами молодых среди густой травы стали появляться цветы самых разнообразных видов, постепенно превращая место, где стояли жених и невеста, в прекрасную разноцветную поляну. И тут же я заметила, что и около меня расцвел пышный кустик незабудок в окружении красных тюльпанов. Я просмотрела на остальных гостей и поняла, что цветы, помимо молодоженов, появились только возле меня и Вегерос, правда, рядом с ней был лишь одинокий гиацинт, но все же…

– Фло… – тихо окликнула я девушку и указала пальцем вниз. – Ты не знаешь, это что-то значит? Почему только у нас распустились?

Поглощенная церемонией девушка удивленно посмотрела на меня и опустила взор. А затем на ее лице начали стремительно меняться эмоции: удивление, неверие, смятение, а следом злость с легким оттенком страха. Потом она осторожно, стараясь не привлекать внимания, но с остервенением стала топтать маленький цветок.

– Ничего это не значит, ясно тебе? – прошипела она сквозь зубы.

– Ладно, – тихо согласилась я, чтобы не нервировать ее.

Боевичка усердно вминала гиацинт ногой в сочную зелень, но он, вдруг исчезнув, тут же вынырнул из травы чуть левее. С минуту я наблюдала за бессмысленным сражением девушки с несчастным цветком, после чего та тихо выругалась и вернулась к наблюдению за церемонией, которая уже подходила к концу. А я себе поставила мысленную заметку обязательно спросить Дамиана, что же это за странная особенность храма.

Наконец счастливые молодые поцеловались, тем самым официально вступив в супружескую жизнь, и мы поспешили их поздравить. Уже на выходе из храма, провожая молодоженов к карете, магистр подошел ко мне, и я получила возможность утолить свое любопытство.

– Во время церемонии вокруг них цветы распускались, это что-то означает?

– Да, это особая магия этого храма, – улыбнулся он мне, приобняв за талию, и притянул к себе. – И является она лишь к искренне любящим и привязанным друг к другу людям. Поэтому это место непопулярно среди знати. Слишком редки там браки, заключенные по любви. Да и в целом не многие решаются здесь жениться или выходить замуж. Нередко бывало, что из-за отсутствия этих цветов брак распадался, так и не начавшись.

– Интересно, – протянула я. – И странно.

– Почему? – взглянул он на меня.

Я немного помялась, все же реакция Вегерос зародила во мне сомнения в позитивности произошедшего, но любопытство пересилило, поэтому призналась:

– Рядом со мной и Флорой тоже распустились цветы, и она этим была крайне недовольна. Но я так и не поняла, какое мы имеем отношение к чувствам брачующихся.

После моих слов глаза Дамиана довольно заблестели, и он, хитро улыбнувшись, поинтересовался:

– Какие расцвели рядом с тобой?

– Незабудки и красные тюльпаны.

Мне тут же достались невероятно нежный поцелуй и такая огромная волна счастья, что я чуть ли не опьянела от этой энергии, невольно втянув ее в себя.

– И все же что означают эти цветы? – выдохнула я, как только Дамиан меня отпустил.

– Храм Цветов показывает истину. Правдивые чувства заключающих брак и те чувства, которые человек таит в сердце и в которых не может или не хочет признаваться даже себе. А цветок обозначает, какое именно чувство пытаются скрыть от себя.

– И что означают мои? – уже предчувствуя ответ и стремительно покраснев, все же спросила я.

– Ты меня любишь, – с сияющим взглядом подтвердил он мои опасения.

Смутившись, уткнулась головой ему в грудь, пряча растерянный взгляд.

– Как будто ты не знал, – пробурчала я.

– Догадываться и знать точно – это разные вещи. Теперь не хватает только услышать это лично от тебя.

Я засопела, не готовая сейчас реагировать на эту провокацию.

– Я подожду, – погладил он меня по волосам.

Отстранилась и, подняв взгляд, уже хотела сказать, что постараюсь не тянуть слишком долго, но признание оборвал возникший между нами бумажный вестник. И новости в нем, кажется, были не самыми лучшими.

– Срочно вызывают к императору, – коротко сказал Бриар. – Собирайтесь, я отправлю вас домой.

Я кивнула и побежала к Флоре, мы последний раз поздравили счастливую пару и, попрощавшись с Даниэллой и Джейми, поспешили к магистру.

– Мы договорим позже, – тепло улыбнулся он мне, прежде чем закинуть нас в свой столичный дом.

А у меня сердце заныло от плохого предчувствия. Очередное вмешательство императора меня беспокоило. Самая загадочная и неординарная фигура в нашей игре. С каждым разом его поведение не нравилось мне все больше и больше. Конечно, Дамиан прав, к убийству моей семьи Его Величество вряд ли причастен. Но меня не оставляла навязчивая мысль, что он еще сыграет свою роль в происходящих событиях, вот только какой она будет, не представляю.

Весь день провела в библиотеке, то нервно бродя из стороны в сторону, то хватаясь за книгу, пытаясь отвлечь себя от размышлений, но тут же бросая ее. И так час за часом. Этим я вывела из себя Флору, она поначалу устроилась на диванчике рядом со мной, но потом не выдержала моих метаний и удалилась в свою комнату.

Время шло, яркие краски праздничного утра напрочь стерлись гнетущим ожиданием. На город опускался вечер, а Дамиана все не было. Понятно, он и до этого нередко задерживался допоздна на службе. Иногда по нескольку дней не возвращался домой. Но сегодня был другой случай. Он же прекрасно понимал, что вызов императора – это катализатор для меня, и что, пока Бриар не вернется и не расскажет все, успокоиться я не смогу. И раз все еще не появился, значит, до сих пор на этой проклятой аудиенции.

Полночь. Сил метаться по комнате не осталось, я забралась с ногами в кресло у камина и стала гипнотизировать взглядом огонь.

– Касс, пошли уже спать, – нудила над ухом Флора, под вечер все же вновь присоединившаяся ко мне.

– Иди, – вяло отозвалась я.

– Нет, одну тут куковать я тебя не оставлю, – упрямо возразила девушка. – Боюсь, в таком состоянии ты способна на необдуманные поступки.

– Не преувеличивай, – отмахнулась я.

– Скорее, преуменьшаю, – фыркнула боевичка.

– Что такого ужасного я могу натворить в запертом и охраняемом доме?

– Вариантов слишком много. Даже представить не могу, какой ты выберешь… – издевательски вздохнула она.

Я уже хотела рыкнуть в ответ, хотя и понимала, что дело не в ее замечании, а в моей нервозности, но тут дверь в библиотеку распахнулась и в комнату вошел хмурый Дамиан.

– Наконец-то, – буркнула Флора, поднимаясь с диванчика. – Все, теперь я могу быть свободна. Может, хоть ты сможешь успокоить ее.

Не дожидаясь ответа, она стремительно покинула библиотеку, оставляя нас с магистром наедине.

Я напряженно вглядывалась в его лицо, надеясь понять, насколько плохие известия меня ожидают. И от того, что видела, предчувствие чего-то плохого лишь нагнеталось.

– Что произошло? – не выдержав, спросила я, подавшись вперед. – Почему тебя вызвали?

– Вызывали не только меня, – издалека начал Бриар, устало опускаясь в кресло напротив. – Созывали большой Совет, чтобы объявить новость.

– Какую? – Я нервно сцепила пальцы.

– Успокойся, Касс. Ничего страшного не произошло, не переживай так. Просто выводы, которые проистекают из собрания, тебе не понравятся.

– Не тяни уже.

– Отец и сын Элидиры представили нам свою последнюю разработку. Некое средство, благодаря которому обычный человек может на время обрести магические способности, – сообщил магистр.

– Но, насколько я понимаю, данный факт никоим образом нас не затрагивает, – медленно проговорила я, поднимая на него недоуменный взгляд. – Да и к расследованию, по-моему, тоже не относится.

– Ты права, – кивнул Бриар. – На первый взгляд ничего связанного с нашим делом в этой новости нет. Но в ходе обсуждений выяснилось, что проект был уже практически готов и представлен императору несколько месяцев назад. Все это время во дворце решали, стоит ли он вложений и продолжения исследований.

– И? – все еще не понимала я, к чему он ведет.

– Касс… – устало вздохнул мужчина. – Они впервые продемонстрировали это чудо-средство Его Величеству и придворному магу во время зимнего бала. То время, которое Стаас и Рун отсутствовали в общем зале, они провели с императором в обсуждениях. И это уже подтверждено. А значит…

– Значит, ни один из них не мог быть с нами в коридоре… и пытаться открыть дверь тоже не мог, – закончила я за магистра.

А всех остальных подозреваемых мы уже отмели.

Тупик.

Часть четвертая

Солнце ярко отсвечивало от стеклянных витрин магазинчиков, слепя глаза даже издалека. Погода последние дни радовала. По крайней мере, окружающих.

Я же, пристроившись на пороге фургончика Даньки, лениво следила за гомонящей толпой. Апатия, накатившая пару недель назад, все никак не отпускала. Да и заняться толком было нечем. Поэтому мы с Флорой в кои-то веки просто наслаждались жизнью. Ну, одна из нас точно. В прошлый раз девушке, похоже, понравился спектакль с переодеванием, поэтому стоило нам выбить очередную прогулку в город, как сразу по приходе к Даниэлле боевичка попросила у нее цыганский костюм и отправилась морочить голову народу на площади. И получалось у нее это неплохо.

А я просто сидела и наблюдала.

Со дня свадьбы Маришки мы были предоставлены самим себе. Естественно, сопровождение с нас не сняли, но разрешение на относительно свободное перемещение мы получили. Дамиана все эти две недели я практически не видела. Понятно, что в связи с произошедшим заниматься расследованием могли теперь только он и его отец, поэтому дел у них прибавилось. Хотя каждый вечер он появлялся дома, словно проверяя, не сбежали ли мы куда. Но я не особо печалилась по поводу его отсутствия, потому как мы успели серьезно поругаться.

То, что оборвалась фактически наша последняя ниточка в расследовании, стало для меня неожиданным. Казалось бы, вот она, разгадка, лишь протяни руку, и все. Хотя… учитывая мою патологическую неудачливость, такому стечению обстоятельств удивляться не стоило. Но все равно я впала в какую-то прострацию после сказанного Дамианом, пока он пытался мне втолковать, что на этом дело не окончено и они доберутся до истины. Найдутся ниточки, которые приведут нас к убийце. И вот за эту мысль мое сознание почему-то ухватилось.

– И одна у нас уже есть, – придя в себя, подняла я на него уверенный взгляд.

– Какая? – нахмурился он, кажется, уже предполагая, что мое предложение ему не понравится.

– Призрак Аарона Клейрона, твоего безумного предка-некроманта, – спокойно произнесла я. – Кто-то определенно наведывался в его замок, чтобы установить для меня ловушку. Да и по записям моей матери ясно, что туда несколько раз проникали, пытаясь что-то отыскать. Вполне возможно, что этим чем-то была библиотека. И не думаю, что призрак мог упустить такие визиты.

Бриар выслушал мои доводы с абсолютно непроницаемым лицом, что поначалу вселило в меня надежду, что я его уговорила, но дальнейшее показало, как я была не права.

– Этот вопрос даже не обсуждается, – холодно заметил магистр. – Первый же твой шаг на его территорию официально закрепит твое наследование замка Дунебшхишт и освободит Аарона от обязанностей хранителя. Ни к чему хорошему это не приведет. Поэтому ты туда не пойдешь.

– Но с вами-то он разговаривать, похоже, вообще отказывается. Тем более я читала про магическое наследование, там все не так просто. Я должна буду как-то подтвердить, что принимаю замок, – возразила я, понимая, что в этот раз должна отстоять свою точку зрения.

В прошлый раз мне пришлось сдаться, потому что веры призраку после произошедшего действительно никакой. Но тогда у нас еще были надежды разобраться без той информации, которой он мог владеть. А теперь вариантов нет. И я не собиралась отступать от возможности получить хоть какой-то шанс.

– Нет, Касс! – решительно сказал Бриар, окатив меня ледяным взглядом. – Повторяю, ты туда не пойдешь ни под каким предлогом. Да и разговаривать с ним бесполезно. Ты никогда не поймешь, соврал он или сказал правду, а отделаться от навязанного наследства уже не сможешь. А ведь это означает, что тебе придется следить, чтобы его «зверюшки» не вырвались за пределы замковых территорий. Так что я окончательно заявляю, что обращаться за помощью к Аарону мы не станем.

– Дамиан, я же не говорю, что одна туда пойду, – пока еще мягко пыталась возразить я, но раздражение уже закипало внутри. – Пойдем вместе, ты все-таки некромант, и в отличие от меня опытный, и способ как-то воздействовать на призрака найдешь. В любом случае он же во мне заинтересован, так что вредить не станет.

– А вот это далеко не факт, – кажется, начал всерьез злиться и Дамиан. – Его интерес лишь в том, чтобы ты дала некое согласие. Какое конкретно, под каким видом и в каком состоянии ты на момент дачи этого согласия будешь, ему глубоко наплевать. Все, Касс, я устал повторять, эта тема закрыта. Мы разберемся без помощи мертвого некроманта-психопата. А тебе бы стоило припомнить, чем закончилась твоя последняя прогулка к нему, и навсегда забыть о решении какой угодно проблемы с его помощью.

– Но… – снова попыталась сказать я, но он меня грубо оборвал:

– Хватит! Вы с Вегерос сделали все, что могли, дальше будем разбираться только мы с отцом. А ты теперь можешь отдыхать с подругой и решать, чем хочешь заняться, потому как учебный год не за горами. Стоит уже задуматься, где ты хочешь продолжить обучение, – попытался смягчить он жесткость своей предыдущей фразы мягкой улыбкой.

Но меня это лишь еще больше разозлило. Будто косточку поощрительную бросил – займись хоть чем-нибудь, только в дела не лезь. Я, конечно, тоже была не права, к тому же перенервничала, ожидая целый день, пока он вернется от императора, но такого отношения к себе терпеть не захотела. Поэтому просто встала и ушла, хлопнув дверью.

Потому что у нас есть возможность закрыть все это дело всего лишь одним походом к Аарону, но Дамиан слишком опасается уже давно мертвого мага, чтобы пойти самым очевидным путем.

С этого и начался наш молчаливый раздор. Магистр появлялся дома на слишком короткое время, как бы показывая, что я не разговариваю с ним в качестве протеста, а не из-за отсутствия возможности пообщаться.

И все эти две недели я постепенно наполняюсь пониманием, что расследование уже никогда не закончится и я теперь до конца жизни буду бояться преследования. В общем, настроение было отвратительное. Только Флора и пыталась меня как-то расшевелить, вытаскивая то в парк погулять, то по магазинам, а теперь вот к Даньке.

Даниэлла, к слову, быстро просекла мое состояние и лезть в душу не стала, давая время просто посидеть и подумать. Хотя думать особо мне больше нужды не было. Я уже приняла решение, и теперь оставалось лишь дождаться подходящего момента.

Видимо, судьба в этот раз была ко мне благосклонна, потому как момент наступил в тот же вечер.

Дамиан появился уже после заката, когда мы с Флорой сидели в библиотеке. И пришел он не один, а с Храном.

– Привет! – радостно улыбнулась я коту, схватила его и обняла, уткнувшись носом в теплую шерсть. – Ты наконец-то решил почтить меня своим присутствием? Я скучала…

– Он последит за вами пару дней, – ответил вместо хранителя Бриар.

Ох, неспроста это. Я, тут же спустив хранителя с колен, встала с кресла и подошла к Дамиану.

– Что случилось? – спросила обеспокоенно, забыв о своем бойкоте и напряженно ища ответ в его глазах.

– Все в порядке, – устало улыбнулся он, привлекая меня ближе и обнимая. – Просто появилась зацепка, мне придется уехать, и, боюсь, я буду слишком далеко, чтобы следить за вами.

А у меня почему-то сердце на мгновение замерло.

– Какая зацепка? – прошептала я.

– Возможно, удастся выяснить, кто открыл границу для ввоза голубого лотоса. Но для этого нужно ехать на место, – успокаивающе погладил он меня по голове.

– Ты один поедешь? – нахмурившись, отстранилась я.

– Да, – подтвердил мои опасения мужчина. – Император теперь слишком пристально следит за нашими указаниями, проще съездить самому. Лично у меня требовать отчета, где я был и что делал, он не станет.

– Не езжай один, – умоляюще посмотрела я на Дамиана.

Не нравилась мне эта неожиданная зацепка, да еще спустя столько времени после истории с наркотиком. Тогда выяснить не удалось, а через полгода внезапно возможность появилась? Тем более, насколько я разбираюсь в географии, места там заброшенные, пустынные, если что произойдет, никто и не узнает.

– Неужели ты за меня волнуешься? – Он слегка отстранил меня, заглядывая в глаза. – Даже несмотря на все мои запреты?

– Я всегда за тебя волнуюсь, – пробормотала, но все же не дала ему отвлечь меня от главной мысли: – Дейм, пожалуйста, возьми кого-нибудь с собой. Все это слишком подозрительно.

– Не переживай. Сам прекрасно понимаю, что все не так просто. Я хорошо подготовился, – успокоил он меня и тут же изобразил возмущение: – Твое недоверие просто оскорбительно! Неужели ты думаешь, что я могу с чем-то не справиться, тем более зная, что дома меня будешь ждать ты?

– Я ничего не думаю, – покачала я головой. – Просто беспокоюсь за тебя.

– Все будет хорошо, – пообещал Дамиан и коснулся моих губ легким поцелуем. – Я скоро вернусь, а вы пока побудьте хорошими девочками.

Я, вздохнув, лишь кивнула в ответ. И стоило мне отстраниться, как магистр исчез в окне портала.

Он так и не сказал, что возьмет кого-нибудь с собой. Как же нехорошо царапает сердце заноза сомнений и страха.

– Какие нежности, – тихо фыркнула Флора. – Мне аж завидно стало. Где бы себе такого же заботливого да уверенного найти? А ты не ценишь, коза такая!

– Не волнуйся, он сам тебя найдет, – пробурчала, устраиваясь в кресле. – Я вот никого не искала.

– Нет, такие экземпляры в свободном полете уже не водятся. Наверное, придется у кого-то отнимать, – притворно-горестно вздохнула девушка.

Я лишь покачала головой, не желая продолжать эту бессмысленную тему, и сделала вид, что углубилась в размышления, а Флора, ни капли не расстроившись моим нежеланием общаться, завела непринужденный разговор с Храном, знакомясь, так сказать. Все же до этого момента они лишь мельком виделись, и, кажется, тот факт, что мой кот котом-то и не является, девушку слегка ошарашил. Я была только рада, что хранителя есть кому отвлечь, потому как подумать мне действительно нужно. Похоже, сегодня мне выпал шанс осуществить задуманное…

– Не пущу! – шепотом кричал хранитель, мечась по моей комнате, пока я спокойно продолжала собираться. – Глупая девчонка! Мало нервов ты попортила окружающим?! Совсем из ума выжила!

– Хран, ты можешь ругаться сколько угодно, но я уже решила, – заявила я, натягивая брюки.

– Ты забыла, чем для тебя закончился прошлый поход в этот чертов замок? Тебе проблем не хватает в жизни? – продолжал возмущаться кот по-прежнему очень тихо, как я и попросила сразу, чтобы не разбудить Флору за стеной.

– Наоборот, проблем стало слишком много, чтобы откладывать это решение еще на долгое время, – вздохнула я, закончив, наконец, собираться, и опустилась на кровать, поднимая упрямый взгляд на кота. – Хран, я понимаю, что для тебя это выглядит сумасбродством. Но у нас сейчас есть возможность всего лишь парой вопросов призраку закончить это дело. Мы пытались распутать все с другого конца, но безуспешно. Я уговаривала Дамиана сходить вместе, но он отказался. Сидеть и гадать, вернется ли он с проверки очередной зацепки, и не делать ничего самой я не могу. Тем более это решение не спонтанное. Я уже давно предполагала, что встретиться с Аароном все же придется, и в этот раз хорошенько подготовилась. Твари его сейчас должны спать, а для самого некроманта я заготовила специальную ловушку на случай, если он решит опять что-то провернуть или откажется разговаривать. Да я даже за последнюю пару недель выучила несколько боевых плетений. И на мне куча охранных артефактов. Я пойду, Хран, это без вопросов. Единственное, что меня интересует, пойдешь ли ты со мной, чтобы прикрыть спину? Не хотелось бы опять вляпаться в какое-то заклинание, а так хоть ты будешь следить…

Он пару мгновений вглядывался в мое лицо, а потом удрученно покачал головой. Даже уши уныло опустились.

– Он меня убьет, – вздохнул печально кот, и я поняла, что он все-таки согласился.

– Не волнуйся, сначала он убьет меня, – успокоила я его, доставая из-под кровати сумку, в которую припрятала весь свой боевой арсенал и веревку. Последнюю и достала, прикидывая, куда лучше в комнате ее привязать. Все-таки второй этаж тут довольно высокий, и деревьев под окном нет. На то, чтобы выйти через главную дверь, я и не рассчитывала. Точно следят. Причем так, что простым «отводом глаз» не отделаешься.

– Куда намылилась, красава? – раздался спокойный голос из-за спины.

Я вздрогнула от неожиданности и резко обернулась. В проеме двери, разделяющей наши комнаты, стояла Флора в полном боевом облачении: два широких лезвия, крепящиеся к ногам девушки, и кинжал, которым она обманчиво лениво чистила ногти, изредка бросая на меня проникновенные взгляды.

– А ведь феноменальная интуиция у мужика… – размышляла вслух девушка, пока я судорожно думала, что же делать. – Специально не стал при тебе говорить, а вестника прислал, чтобы я особенно внимательно за тобой следила сегодня-завтра. Но я искренне считала, что ты умнее и не будешь дурью маяться. Ан нет, переоценила я твои умственные способности.

– Флора… – мягко начала я.

– Что, сладкая моя? – оскалилась боевичка приторной улыбкой.

– Одно твое движение в мою сторону, и я тебя парализую. Постоишь в комнате до моего возвращения, – сразу поняла я, что никакими уговорами ее переубедить не получится, поэтому вытащила из кармана заготовленный амулет с заклинанием, готовясь, если что, бросить в девушку.

Глаза Вегерос злобно сузились.

– То есть разговаривать с тобой бесполезно? – попыталась она запугать меня взглядом.

– Бесполезно, – подтвердила я.

– Ну и ладненько, – мгновенно успокоилась она и спрятала кинжал в какое-то хитрое крепление на спине. – Значит, я пойду с тобой.

– Вот так просто? – нахмурилась я, не поверив ее заявлению.

– Я уже достаточно хорошо тебя изучила, чтобы понимать, когда ты настроена категорично, а когда и пободаться можно. И раз переубедить тебя не получится, проще присоединиться и проследить, чтобы с тобой все было в порядке, – сказала девушка.

Нет, в принципе дополнительной компании я буду только рада. Но как-то это подозрительно.

– Хорошо, – согласилась я. – Но идти будешь впереди меня.

Я вполне обоснованно опасалась заклинания от Флоры. Она, может, и неплохой человек, но морально не особо отягощенный и вряд ли постесняется запустить таким же парализатором мне в спину.

– Боишься? И правильно, значит, не совсем безголовая. Давай сюда веревку, – распорядилась девушка, подходя ближе.

Я на мгновение напряглась, готовясь активизировать заклинание. А Флора, видя мое напряжение, лишь фыркнула. Забрала у меня из рук веревку и принялась завязывать ее каким-то хитрым узлом.

Хитрость этого узла раскрылась, когда мы выбрались из дома. Девушка пару раз дернула за конец веревки, и та послушно скользнула из окна к ней в руки.

– Пригодится, – невозмутимо пожала она плечами, сворачивая и пряча веревку в небольшой рюкзак за спиной.

Впрочем, стоило ли ожидать другого от талантливой боевички. Еще бы характер поспокойнее, и цены бы ей не было.

Всю долгую дорогу за ворота столицы Вегерос медленно, но верно выедала мне мозг перечислением всего, что со мной сделает Дамиан, когда узнает об этом самоуправстве. А в том, что, если мы благополучно воплотим план и вовремя вернемся обратно, она лично доложит ему все подробности нашего приключения, я не сомневалась. Указания ей были даны четкие, и, несмотря на то что мы с ней сдружились, я бы на ее месте тоже все рассказала. Но мое понимание всей ситуации все равно не избавляло от дикого раздражения от необходимости выслушивать бубнеж Вегерос про вырисовывающиеся перспективы. Хотя все же сознательности у нее не отнять, когда мы с Храном распутывали мудреную защиту, обвивающую забор вокруг дома Дамиана, она благоразумно замолкла.

Проблем с выходом из города не возникло. Как и с путешествием до самих развалин. Сейчас даже проще было, на этот раз никакой дополнительной защиты вокруг замка не стояло. Правда, заметно, что сам купол, охраняющий проклятое место, недавно был обновлен. На распутывание нового варианта нам с котом понадобилось более получаса. Но в конце концов справились и с этим. Теперь всего шаг через полуразрушенную стену отделял нас от владений мага. Но как же сложно оказалось сделать этот шаг…

Что бы там ни думали Хран с Дамианом, прошлый поход в этот замок дался мне слишком тяжело. И дело не столько во встрече с призраком или с его «зверюшками». И даже не в потере дара. Видение окровавленного мужчины и останавливающегося под моими руками сердца не раз вторгалось в мои ночные кошмары, привнося некое разнообразие в картины убийства моей семьи. Так что это место у меня теперь прочно ассоциировалось со смертью. Возвращаться сюда я вовсе не жаждала, но опять ждать и надеяться, что все разрешится благополучно само по себе, осточертело.

У лорда Клейрона было больше тринадцати лет на то, чтобы раскрыть это дело, имея на руках все исходные данные. Новый виток с наркотиком произошел почти год назад. И мы узнали уйму нового, распутали много подозрительных ниточек. Вот только к разгадке нападения на мою семью так и не приблизились.

Так почему я должна смириться с тем, что на поимку убийцы уйдет еще с десяток лет? Я за эти годы непременно расслаблюсь, уверюсь в своей безопасности, может, даже обзаведусь семьей… А потом мне нанесут удар в спину?! Нет, я не готова ждать непонятно чего и неизвестно сколько времени. Лучше посмотреть своим страхам в лицо и разобраться сразу. Как нас учили на целительском факультете – ломать кости нужно резко, тогда и срастется быстрее.

Глубоко вздохнув, я шагнула через ограду.

Переход опять почувствовался мгновенно. Словно от тебя резко отрубили все звуки. Мертвый лес с засохшими деревьями таинственно молчал. Ни шелеста веток, ни вскриков ночных птиц. Лишь бесконечная тишина и яркие звезды с апельсиновой долькой растущего месяца над головой.

По моим расчетам, никто из хозяйской нежити сегодня бродить не должен. Хотя бы с этой стороны опасности можно не ждать…

– То еще местечко, – поежилась Флора и, вытащив из креплений на икрах широкие изогнутые мечи, мастерски молниеносно прокрутила их в руках.

– Бесполезно, – вздохнула я, проходя мимо нее по направлению к замку. – Те, кого можно впечатлить твоим оружием, сейчас в спячке. А призраку на все твои клинки плевать.

Девушка покосилась на меня, с мрачным вздохом вернула мечи обратно в крепления и поплелась следом за мной и Храном.

– Ты уже доверяешь мне свой затылок? – иронично поинтересовалась она у меня из-за спины.

– Мы на территории некроманта, – спокойно отозвалась я. – Вырубать меня, когда я единственная способна с ним справиться, было бы с твоей стороны самоубийственно. А ты не дура.

– А ты зануда, – проворчала Флора.

Мы обе понимали, что разговор – это лишь попытка заполнить хоть какими-то звуками окружающую нас пугающую тишину. Хран, крадущийся впереди и высматривающий путь, нервно дергал ушами, но не прерывал бессмысленную перебранку. Может, и его это успокаивало.

И вот мы стоим напротив довольно хорошо сохранившегося здания, имевшего лишь видимость запустения.

– Мне только кажется, или на «развалины» в традиционном понимании это походит весьма отдаленно? – тихо поинтересовалась Флора, рассматривая величественное строение.

– То ли еще будет, – грустно усмехнулась я и шагнула внутрь здания.

Там ничего не изменилось. Все те же богато обставленные комнаты, слегка припорошенные пылью да сухими листьями. Хран обогнал меня и опять двинулся первым, внимательно осматривая все коридоры. Правда, когда мы дошли до лестницы на верхние этажи и не наткнулись ни на одну ловушку, я поняла, что смысла идти куда-то дальше нет. Слова о гостеприимстве местного хозяина хорошо отпечатались в памяти.

– Аарон, покажись, – позвала я. – Из нас двоих поговорить больше нужно тебе.

– Маленькая глупая Кэрридуэн заметно осмелела, – прошелестел со смехом призрачный голос, являя нам своего хозяина в двух шагах от окна напротив.

– Шарахс! Какого ж… – прошипела сзади меня Флора, и я даже не знаю, что поразило ее больше, вид призрака или известие о моем происхождении. Вот ведь!

– А ты все такое же трепло, – процедила я презрительно и, наверное, впервые увидела удивление на лице сумасшедшего. Кажется, откровенного хамства он от меня не ожидал.

– Послушай, деточка, – начал с угрозой в голосе мертвый некромант, но я его грубо оборвала:

– Нет уж, наслушалась в прошлый раз, теперь твоя очередь. Ты, конечно, прав по всем пунктам, я маленькая и глупая, а теперь еще и смелая, да. Но ты кое о чем позабыл. Благодаря твоему непосредственному участию я теперь некромант с доступом к темному хранилищу знаний. И на этот раз с позиции силы разговаривать буду я!

Достала из кармана простой стеклянный шарик и показала призраку. И судя по тому, как скривилось его лицо, догадки мои были правильными – ему, мертвому, уровень магического зрения был доступен постоянно.

– Вижу, ты уже и так понял, но все же объясню, как будет проходить наш дальнейший разговор. Если поверхность этого шарика хоть на секунду потеряет контакт с моей ладонью, тебя моментально затянет в него. Радиуса действия этой ловушки должно хватить на всю территорию замка. Попытаешься хоть как-то навредить мне и моим друзьям или я почувствую хоть какое-то сомнение, то – хоп! – и ты внутри стеклянной сферы. Но и это не конец. Я нашла текст того самого ритуала, что привязал тебя к этому месту. И будь уверен, привяжу тебя к замку повторно, только теперь уже без каких-либо ограничений во времени и послаблений. Будешь тут вечно куковать со своими «зверюшками». Надеюсь, теперь тебе понятна моя позиция?

Высказывая мертвецу чистую правду, я старательно изображала непробиваемую уверенность в собственных словах, одновременно со страхом думая о том, что могла предусмотреть не все и у призрака найдется чем удивить меня.

Я ожидала от него в ответ чего угодно: гнева, холодной насмешки, неверия. Но никак не оглушительного хохота.

Мы с недоумением наблюдали, как заходится смехом мертвый некромант.

– Надо же, какой интересный эксперимент получился… – проговорил безумец, резко прервав хохот. – Белый некромант… Такого я и представить не мог. Прекрасный экземпляр. Ты точно сможешь…

Он начал бормотать что-то неразборчивое, отсутствующим взглядом вперившись в меня.

– Аарон? – окликнула я призрака.

– Успокойся, малышка Кэрридуэн, – на его лицо вернулось осмысленное выражение. – Твои спутники меня не интересуют, мне нужна лишь ты, здоровая физически и морально. Я должен кому-то доверить свое детище и теперь понимаю, что ты – идеальный вариант.

– Я не собираюсь принимать твое наследство, – сразу отбросила я его надежды.

– Куда ж ты денешься, милая, – оскалился призрак. – Пусть без твоего согласия привязка будет идти крайне медленно, но она уже началась. А откажешься принять – что ж, тогда мои «зверюшки» пойдут искать своего нового хозяина, и все, кто попадется им на пути, останутся на твоей совести.

Я стиснула зубы, чтобы не выругаться, и сжала кулаки. Знает, гад, на что давить!

– Но это все потом, – отмахнулся он. – А сейчас… я должен показать тебя…

– Аарон, я пришла не для того… – начала я, но он ехидно прервал меня:

– Знаю, что ты явилась с какими-то своими вопросами, но не думала же, что я так просто соглашусь на них ответить? И заметь, я даже не прошу взамен принять наследство, к этому решению ты и сама придешь со временем. Нет, мне всего лишь нужно, чтобы ты спустилась со мной в подвал и на кое-что взглянула. Друзей своих можешь взять. Я даже дам клятву, что не причиню вам никакого вреда.

Аарон взмахнул призрачной ладонью, и я с удивлением увидела, как тонкая нить магии связала наши запястья, а потом исчезла. Клятва принята.

Я с сомнением посмотрела на кота. С одной стороны, уйти теперь, так ничего и не узнав, глупо. А с другой, поверить призраку, даже после его клятвы, с учетом того, что произошло в прошлый раз, пожалуй, еще глупее.

Хран на мгновение задумался и поднял на некроманта взгляд.

– Дай клятву, что потом выведешь нас всех с территории замка целыми и невредимыми как физически, так и психически, – потребовал кот.

– Да пожалуйста, – не стушевался призрак, и еще одна нить, чуть ярче предыдущей, сверкнула на наших руках. – Идемте скорее.

Аарон развернулся и плавно поплыл по коридору. Что ж, мы обезопасили себя как могли. Поэтому, бросив извиняющийся взгляд на хмурую Флору, я последовала за некромантом.

После упоминания призраком подвалов я вспомнила кое-что важное из нашей первой подготовки к проникновению сюда. Старая карта замка и мамина приписка на ней, что кто-то пытался пробраться в подземелье в поисках чего-то.

Все время, пока мы спускались вниз по темной лестнице, некромант что-то бормотал себе под нос. И тот энтузиазм, которым светилось его лицо, внушал мне опасение. Моя рука на стеклянной сфере сжималась все сильнее, я боялась и проворонить момент атаки призрака, и уронить шар случайно. Если случится второе, мы, конечно, будем в безопасности, но дружественно поговорить с Аароном уже вряд ли получится.

Мы все глубже погружались в недра замка. Флора зажгла огонек на руке для освещения каменных ступеней и неодобрительно косилась в мою сторону. Но прежде, чем ее терпение закончилось, мы оказались на самом нижнем уровне. Пять окованных железными прутами дверей, ведущих в различные помещения подвала, были открыты, что наводило на не самые хорошие мысли. У трех из них были раскурочены замки, а две вообще висели на одной петле. Сомневаюсь, что тот, кто тут рылся, оставил хоть уголок необследованным. Так что же такого жаждет показать нам здесь призрак?

– Сюда, – махнул он рукой на каменную стену напротив лестницы. – Здесь она, моя жемчужина, моя лаборатория…

– И как нам туда попасть? – поинтересовалась я, понимая, что вход спрятан.

– Как и всегда, кровью доказав свое право на вход, – оскалился Аарон и, не отрывая от нас безумного взгляда, просочился спиной в каменную кладку.

– Просто чудесно, – пробурчала Флора. – Давай теперь еще тут кровавые ритуалы устроим.

– Нет, погоди, – оборвала я ее, задумавшись над словами некроманта. – Он имел в виду другое. Скорее всего, вход зачарован на кровь его рода. Как тогда, с библиотекой.

– Вот только нам это ничего не дает, – скептично заметил кот. – Потому как из носителей его крови здесь только он сам, да еще и мертвый.

– Аарон! – раздраженно позвала я. – Прекращай свои игры, ты же понимаешь, что мы через стенку не пройдем.

Внезапно каменная кладка перед нами дрогнула, поплыла, и через мгновение в стене появилась арка.

– Вы же не думали, что у меня нет способа открыть комнату изнутри? – невозмутимо заметил призрак, зависший в проходе, развернулся и стремительно поплыл вперед. – Идите за мной!

Как бы мне ни хотелось поскорее во всем разобраться, шагать под неведомую арку, не дождавшись кивка Храна, подтверждающего, что все в порядке, я не стала. А вот уже после этого, сделав глубокий вдох, я зашла внутрь.

Лаборатория была огромна. Множество пожелтевших и запыленных бумаг с разными зарисовками и записями было раскидано по всем поверхностям столов и прикреплено к стенам. Колбы всевозможных размеров и конфигураций, аппараты, о назначении которых я могла только догадываться. Алхимические круги невероятной сложности преобразований, начерченные на полу. Но все это совсем не интересовало сумасшедшего призрака. Он устремился в дальний конец помещения, куда не достигал свет огня на ладошке Флоры, и лишь там, восторженный, остановился.

Мы последовали за ним. И чем ближе подходили, тем больше я недоумевала. Мертвый маг, преисполненный нетерпением, завис над стеклянным, на первый взгляд пустым кубом.

Я бросила вопросительный взгляд на Храна, понадеявшись, что он видит что-то еще.

– Защиты на стекляшке больше, чем над всем этим замком, – прошептал кот. – Но внутри я ничего не вижу.

– Что это? – приблизилась я к призраку, надеясь поскорее разобраться с данным ему обещанием и приступить к своим вопросам.

– Протяни руку, – словно не услышав меня, произнес он, продолжая сверлить взглядом прозрачный куб.

– Я не буду до него дотрагиваться! – решительно заявила Аарону.

Нет уж, там неизвестно какие заклинания навешаны, и я уже достаточно научена горьким опытом, чтобы не совать руки куда попало.

– И не нужно, – раздраженно произнес он. – Просто протяни ладонь, чтобы она была на расстоянии примерно полуметра от стекла.

Мне эта идея все равно не нравилась.

– Ты хочешь, чтобы я ответил на твои вопросы?! – рявкнул сумасшедший маг.

Да, ответы мне определенно нужны, так что, не подходя особо близко, я все же вытянула руку.

– Может, объяснишь хоть, что ты хочешь… – начала, но тут же запнулась, заметив кое-что странное.

Показалось, что отблески света с ладони Флоры, ровно мерцающие на стеклянной поверхности, дернулись. Но в следующий момент поняла, что не показалось. Куб не был пуст. Просто из-за окружающей темноты мы сразу не увидели, что в нем зависает какой-то темный сгусток. А когда я приблизила руку, часть этого черного нечто вдруг вытянулась, и в его глубине сверкнули два еле заметных огонька, словно глаза…

– Откликнулся, – прошептал призрак.

Я тут же отскочила подальше, а клубящаяся тьма молниеносно сжалась обратно в комочек и затерялась в дальнем темном углу своей клетки, до которого не добирался свет.

– Что это? – нервно спросила я.

Мне много чего довелось читать, и ни единого упоминания о чем-то подобном я не встречала.

– Это кусочек мрака, – довольно ответил некромант, проплывая к тому углу, где спряталось нечто.

В то же мгновение оно дернулось, пытаясь выбрать равноудаленное место и от света, и от призрака, и перетекло в другой угол.

– Что, простите? – внезапно прорезался голос у кота.

– Мрак, тот самый, что клубится в глубинах безмирья, охраняя обитель мертвых и души, – с улыбкой проговорил некромант невероятное. – Бессмертная, бесформенная и вездесущая сущность, часть которой мне удалось призвать сюда.

Но это просто невозможно… То, что, по сути, является легендой, сказкой для маленьких…

– Как? – спросил потрясенный Хран.

– С большим трудом, – не стал вдаваться в подробности призрак, продолжая развлекать себя тем, что гонял клубок тьмы по его маленькой клетке.

И мне с каждым мгновением это нравилось все меньше. Не знаю почему, но я ощущала, насколько неприятно этому нечто присутствие некроманта.

– Перестань, – резко оборвала я издевательства, и, что удивительно, Аарон меня послушал. – Почему он так на тебя реагирует?

– Все просто. Мрак призван охранять границы мертвых. Не пускать никого беспокоить души умерших и лишь на мгновение отпускать их на призыв некроманта. Я для него отрицательная аномалия – мертвая душа, пребывающая в мире живых. Из-за долгого пребывания здесь моя сущность слегка поистрепалась, поэтому ему больно от моего присутствия.

Я скривилась. Не совсем понятно в целом, но то, что Аарон специально мучил это нечто, было омерзительно.

– Тогда почему оно потянулось ко мне? – задала я важный для меня вопрос.

– Потому что ты – живая душа, побывавшая в мире мертвых, – произнес он с ухмылкой, а я вздрогнула, понимая, о чем он говорит. – И даже больше, ты светлая душа, да еще с даром некроманта. Некромантов мрак любит, а свет чистой души питает его. Так что ты тоже аномалия для него, но положительная.

Я, затаив дыхание, пристально вглядывалась в отблески на стеклянных гранях. После того как призрак отошел подальше, тьма снова перетекла в центр куба, вытянув свою небольшую часть, где, как мне показалось, блестели глаза, в мою сторону.

– Оно… обладает сознанием? – спросила внезапно охрипшим голосом.

– Еще бы! – рассмеялся безумный маг. – Это же животное, только бессмертное и бесформенное. Но оно может принимать нужную форму по запросу хозяина после привязки.

– Откуда такая уверенность? – подозрительно спросил Хран, тоже напряженно следя за тьмой в кубе.

– Это второй экземпляр! – заявил безумный некромант.

Я с ужасом представила, что где-то по замку бродит такая же свободная тьма, но следующая фраза Аарона меня успокоила.

– Первый был привязан ко мне и погиб вместе со мною, – махнул он рукой в противоположный угол лаборатории, и я заметила там легкие отблески еще одной стеклянной клетки. – Но все же мы успели многое попробовать. Ах, если бы в тот день я не запер его в кубе, исход битвы с племянничком мог быть совсем иным…

– Так что же ты хочешь от меня? Чтобы я привязала его к себе? Прости, но об этом мы не договаривались. Ты обещал, что, если мы сходим вместе с тобой, ты потом ответишь на мои вопросы. И ничего больше!

– Я от своих слов не отказываюсь и ничего больше не буду от тебя требовать, – спокойно изрек призрак. – Просто знай – оно действительно живое и чувствующее и сейчас умирает.

– Ты сказал, что оно бессмертно, – напомнила призраку Флора, подойдя к кубу и с интересом изучая клубящийся мрак внутри.

– Не в полном смысле этого слова, – скривившись, промолвил Аарон. – Этот момент я не успел доработать. Охранники обители мертвых, как и все остальные принадлежащие к безмирью существа, вечны. Здесь уничтожить их тоже невозможно. Но есть один минус – для выживания им нужен хозяин, некая привязка к миру, иначе они просто растворяются в окружающем пространстве и исчезают.

Он развернулся от Вегерос ко мне, помолчал немного и закончил:

– Знай, ему осталось от силы года два. Он слишком долго пробыл здесь без привязки. Но ты можешь его спасти. Нужно лишь капнуть капельку крови на куб, она просочится, попадет на мрак, и готово – он полностью в твоей власти. Захочешь, оставишь его и дальше гнить в клетке, по крайней мере, он не сдохнет, а захочешь – приручишь и станешь дрессировать, как домашнюю собачку… – Аарон посмотрел на меня так, словно предлагал невероятно выгодную сделку.

На несколько минут в лаборатории повисла тишина.

– Я подумаю, – ответила наконец-то.

– Касс! – тут же в унисон прокричали Хран и Флора.

– Я не собираюсь ни на что сейчас соглашаться! – раздраженно сказала им и обратилась к призраку: – А тем более поить своей кровью неведомое существо! Но я не желаю ему смерти. Лишь хочу удостовериться, что это, чем бы оно ни было, действительно безопасно. Поэтому в следующий раз я приду с твоими родственничками, и ты, Аарон, если желаешь спасти свое творение, сам им покажешься и расскажешь все об этом эксперименте. И они уже будут оценивать степень риска.

Существо было действительно жаль, и какой бы тварью ни был Аарон, одно бесспорно – свои творения он обожает и желает им долгой жизни. Но по-глупому ввязываться в очередную историю я не собиралась. Пусть семейство Клейрон разбирается со своим предком. Лучше даже сам лорд Осбеорн. Он более бесстрастен, а Дамиан точно сразу откажет.

– Хорошо, – скривился, но все же согласился маг. – Ты свою часть сделки выполнила, чего хочешь от меня?

Я облегченно выдохнула и приступила к главному:

– Кто-то не единожды пытался проникнуть в подвалы. Они искали эту лабораторию?

– Еще бы, – поддакнул призрак.

– Кто приходил?

– Да маги всякие… Наемники, скорее всего. Мелкая сошка, – отмахнулся некромант. – Спугнуть их несложно. Да тут постоянно кто-то что-то искал. Лет пятнадцать назад особенно усердствовали, а потом затихли.

Пятнадцать лет назад… Довольно близко к времени, когда напали на мою семью. Совпадение? Возможно. А может, и нет.

– Что искали? – спросила без особой надежды.

– Записи по экспериментам с мраком и искали, – как само собой разумеющееся ответил он, а меня это заставило насторожиться.

– Кто мог знать про эти эксперименты? – подала голос Флора.

– Про то, что я пытаюсь вытащить сущность из-за грани, много кто знал, – невозмутимо пожал призрак плечами. – Но о том, насколько успешны мои исследования, эти многие даже не догадывались…

Тупик. Никаких зацепок.

– Ладно, – вздохнула я. – Перейдем к более важным вопросам. Кто поставил в твоем замке ловушку на меня? И кто приходил тогда за мной?

– Приходил кто-то из моих, – ответил призрак. – Почуял, что кровь родная, но кто именно, не знаю. Он в замок не заходил.

– Нет, – недовольно проговорила я. – Кто гнался за мной по коридорам? Дамиан забрал меня уже потом. Но в замке вместе с нами кто-то был.

– Не знаю, – просто ответил некромант, приводя меня в бешенство.

– Не ври! – повысила я тон. – Чьи-то шаги сзади раздавались точно! Да и заклинание кто-то должен был заранее поставить.

– Нет, я не говорю, что никого не было, – возразил маг. – Я говорю, что я не знаю, кто это был. Он скрыл свою ауру каким-то заклинанием на крови.

– Как он выглядел?

– Деточка, я мертв уже пару веков, а зрение доступно лишь живым. Мне все видится по-иному: аура, кровь, сущность, если хочешь, но никак не лица, – ехидно ответил мне Аарон.

– Тогда откуда ты знаешь, что неизвестный скрыл свою ауру? – задала логичный вопрос Флора.

– А ты можешь отличить настоящее лицо от маски комедианта? – спросил боевичку призрак. – Просто я видел, что ему в чужой ауре средненького мага-огневика было явно некомфортно.

– То есть никаких намеков на личность… – обреченно промолвила я.

– Прости, малышка Кэрридуэн, – без капли жалости заявил он.

Аарон не врал. Клятва не позволила бы. Связующая нас невидимая нить, сверкнув, распалась, показав, что обязательства обеих сторон выполнены. Все было зря…

Устало вздохнув, я подошла к ближайшему стулу и, невзирая на пыль, упала на него, чувствуя всю тяжесть мира на плечах. Столько сложностей… И тут тоже тупик. Сколько же можно?..

– Малышка Кэрридуэн, я не дал ответы на твои вопросы, но догадываюсь, чем они вызваны, и могу дать совет, – неожиданно предложил призрак.

– С чего бы это? – подозрительно уставилась я на него.

– Я тебе должен. За твой дар. И за то, что ты позаботишься о моих питомцах, не прошу тебя принять на себя обязательства по наследству. Я уже и так вижу, что ты их не бросишь, ибо слишком добрая и жалостливая. И честно говорю, что пользуюсь твоей жалостью. Поэтому, пожалуй, пару мыслей высказать могу. Слушать их или нет – дело твое.

– Говори!

– Во-первых. Твой вопрос о лаборатории заставил меня задуматься. Действительно, в то время, в течение примерно пяти лет, было много нераскрытых, крайне возмутительных дел. Убийство твоей семьи, попытки неизвестных выяснить хоть что-то про мои исследования в уже опустевшем замке. Эта активность происходила именно пятнадцать лет назад. А еще та кража из королевской сокровищницы… Было еще что-то, сейчас уже не припомню… Я бы на твоем месте составил хронографию событий лет за десять до смерти твоей семьи и постарался выискать состыковки.

В целом мысль неплоха. Я кивнула и спросила:

– А во-вторых?

– А во-вторых, тебе давно пора задуматься, откуда этот некто может так много знать о главной тайне твоей семьи. Про существование самой библиотеки знали все высшие. Но знать, где находятся запечатанные двери, а тем более о том, что библиотека состоит из трех частей, и о какой-то конкретной вещи, раз он столь рьяно стремился именно к артефактам, – это уже действительно странно. Этот человек – или очень близкий семье, или принадлежащий к ней, – усмехнулся некромант.

У меня внутри все заледенело. Аарон прав, вот только то, к чему подвели его изречения, мне совсем не нравится… Надо бы все обдумать в спокойной обстановке и не нервничать раньше времени.

– Спасибо за советы, – поблагодарила я, поднимаясь со стула. – Пожалуй, больше мы тебя задерживать не будем.

– Возвращайся, малышка Кэрридуэн. Можешь даже с друзьями, я не против компании, – загробным голосом рассмеялся маг и растворился в белой дымке.

– Фигляр, – презрительно буркнула Флора.

– Идемте отсюда, – махнула я рукой и направилась к арке.

Прежде чем покинуть лабораторию, обернулась и последний раз посмотрела на стеклянный куб. Сгусток мрака черной пеленой растекся по грани, что была обращена к выходу, словно пытаясь вжаться в нее, а в глубине его сверкали две искорки…

Я мысленно выругалась и рванула к лестнице.

Гадский некромант поймал-таки меня на свою удочку. Да, я слишком жалостливая! И уже сейчас понимаю, что в лепешку расшибусь, но заставлю Дамиана и его отца разобраться с тем, как можно помочь этому существу, охраннику границы мертвых, выдернутому сумасшедшим Аароном в наш мир.

– Значит, Кэрридуэн, да? – подала голос Флора, стоило нам покинуть территорию замка.

– Это долгая и сложная история, – вздохнула я. – У меня нет ни сил, ни желания ее пересказывать, тем более главные факты ты знаешь: в одну ненастную ночь членов моей семьи перебили, а я, как видишь, осталась в живых.

– Насчет главных фактов ты явно преувеличиваешь. Например, во время вашего с призраком разговора всплыл факт про некую библиотеку, из-за которой, как я поняла, и произошло то массовое убийство. Логика мне подсказывает, что нынешнее расследование как-то связано со смертью твоей семьи. Думаю, преступление организовано одним человеком, и принадлежит он к высшим, – с каждым словом все громче и злее говорила девушка.

Да, Флора умна и сообразительна. И то, что она все сложила, учитывая, сколько уже сведений у нее на руках, неудивительно. А вот почему она так злится, я не понимала. О том, что это дело связано с кем-то из высших, она знала с самого начала. Так что же тогда?..

– Я понимаю, что мне организовали большую подставу, – продолжала Вегерос. – Подсунули в подопечные абсолютно неадекватную личность! Скажи, сладкая моя, какого хрена ты влезла в расследование, а не сидела тихой мышью под строгой охраной в замке своего любимого Бриара, а? Да ты же самоубийца! А того, кто целенаправленно пытается себя убить, защищать, просто находясь рядом, бессмысленно! Тебя надо привязать к кровати и лечить насильно!

Я устало вздохнула, разобравшись в причинах ее недовольства.

– Флора, давай не будем сейчас заводить этот разговор. Я уже сотни раз отстаивала свое право на участие в деле. В сто первый раз рассказывать теперь тебе, что найти преступника – это в первую очередь моя обязанность, не буду. Пусть я буду самоубийцей в твоих глазах, но отступать я не намерена, – твердо проговорила, глядя ей в глаза.

Девушка, поджав губы, глубоко вдохнула, выдохнула сквозь зубы и уже более спокойно произнесла:

– Ладно. Как хочешь. Дело твое. Но потрудись в следующий раз, когда будешь подставляться, хотя бы сообщить истинные мотивы своих поступков. Чтобы я реально осознавала степень риска.

– Прости, – потупившись, произнесла я, ведь все-таки она меня защищать приставлена и скрывать от нее размеры опасности было неправильно.

– Я понимаю, – пробурчала Флора. – Но знаешь, что меня поражает? То, что ты вообще смогла уговорить Бриара позволить тебе участвовать в этом. Нет, серьезно, ты просто из мужика веревки вьешь. Вот уж не подумала бы, что он может уступить в таком вопросе, как твоя безопасность, тем более когда угроза более чем реальна.

Я усмехнулась.

– Не знаю насчет веревок, но стоило это мне очень многого. Так же как и ему.

И мы продолжили путь в тишине.

– Ладно, – спустя десять минут хода снова заговорила Флора. – Подведем итоги сегодняшней ночи. Получается, сходили зря. Никакой точной информации призрак тебе не дал. Так еще и повесил обязательства дополнительные.

– Я надеюсь, ты несерьезно говорила про то существо? – с явной угрозой в голосе спросил у меня кот, сверкая глазами.

Я тяжко вздохнула, предчувствуя дальнейшее возмущение.

– Хран, оно же живое, – сказала тихо и попыталась смягчить следующую фразу: – Оно не виновато, что сумасшедший некромант вытащил его из привычной среды обитания, а теперь мучает и постепенно убивает.

– Касс!.. – возмущенно начал он, но я не дала ему закончить.

– Я не говорю, что тут же кинусь спасать его, но поговорить с кем-то понимающим в теме потусторонних существ, поискать информацию в библиотеке – вполне могу. Тем более неясно, как надолго теперь затянется расследование. Мне придется все рассказать Дамиану, и он, естественно, запрет меня в доме, поэтому времени для изучения этого вопроса будет достаточно.

– Ладно, – немного помолчав, согласился Хран. – Подумать можно, но вот совершать опрометчивые поступки ты не будешь, не так ли?

Он пристально взглянул на меня, а я послушно кивнула.

– Нам и без этого существа будет о чем подумать. Как насчет тех подсказок, что дал нам псих? – напомнила Флора.

– Даже не знаю… – покачала я головой. – Определить, с кем моя семья была особенно близка, – это просто, род Клейрон. Но ведь возможно, что знания о библиотеке достались кому-то по наследству, а выяснить, с кем были дружны далекие предки, куда сложнее. С родственными связями все же проще, достаточно найти фамильное древо. Думаю, в той же библиотеке будут нужные сведения.

– А вот я бы не рассчитывала, что с родственниками будет проще, – возразила девушка.

– Почему?

– Вспомни, что тебе говорил Вилмар: количество высших родов ограничено. В итоге полезешь и поймешь – каждый кому-то приходится дальним или не очень родственником, – напомнила Флора кажущийся уже таким давним разговор.

– Но посмотреть все равно нужно, – стояла я на своем. – Да и дальних можно будет сразу отмести, слишком важная тайна, это был кто-то близкий.

– В любом случае разобраться без дополнительных материалов в связях твоих предков не получится, – заявила Вегерос. – А так как идти нам еще долго, предлагаю обсудить вторую часть подсказки.

– Ты про самые громкие преступления? Я не смогу вот так с ходу назвать что-то, помимо озвученного призраком. Чтобы найти связь между этим всем, дела надо тщательно изучить.

– Мы эти дела на занятиях в академии подробно разбирали, – заметила девушка. – Так что давай думать. Какой прок нашему неизвестному преступнику от исследований психа Аарона?

– Если факт того, что призраку удалось вытащить из-за грани существо, вряд ли известен, то вариант «преступник решил завладеть тьмой из безмирья ради вселенского господства» можно отмести, – задумчиво проговорила я.

– А какие варианты остаются?

– Либо самому вытащить из-за грани какую-то тварь…

– Либо? – подтолкнула меня к дальнейшим рассуждениям Флора, заметив, что я замялась.

– Не понравилось мне, как часто Аарон упоминал слово «бессмертие». Возможно, преступник хотел выведать у некроманта способ жить вечно…

– Даже не знаю, какой из вариантов хуже, – мрачно проговорил кот.

Я кивнула, соглашаясь с ним.

– Давайте продолжим. Кража из королевской сокровищницы. Какие у кого мысли? – спросила Флора.

– Помню, на общей лекции, когда Дамиан у нас заменял преподавателя, что-то такое звучало, но подробности, к сожалению, уже забыла, – поморщилась я.

– Не так уж и много сказано было… – пожала плечами Вегерос. – Из сокровищницы неведомо как пропало колье, относящееся к родовым артефактам и обеспечивающее охрану владельца от любых опасностей, в том числе физических ран, ядов и смертельных болезней. Пропажа была замечена императрицей. Защита сокровищницы, рассчитанная на открытие только членами императорской семьи, взломана не была. Как вор туда проник, осталось загадкой. Через неделю драгоценность обнаружили на своем месте в целости и сохранности. Вот и все, что мне известно.

– Тот факт, что колье должно защищать от любой опасности, возвращает меня к мысли о бессмертии, – вздохнула я. – Точнее, о потенциальной неуязвимости. И в сочетании с предыдущими выводами об исследованиях некроманта картинка вырисовывается все хуже и хуже.

– Но колье ведь вернули, – заметила девушка. – Значит, не смогли никак задействовать или посчитали бесполезным и избавились.

– Либо разобрались в механизмах его работы и создали точную копию. Колье императорской семьи не та вещь, которую рискнут у себя долго хранить, – возразил ей кот.

– Согласна с Храном, – сказала я.

– Почему? – удивилась Флора.

– Потому что если сумели вскрыть императорскую сокровищницу, на которой, скорее всего, стояла защита на крови, то и драгоценность, несмотря на то что она родовая, могли активизировать по тому же принципу. У высших все всегда сводится к крови, – заявила я, припомнив, как много заклинаний на крови мне повстречалось в последнее время.

Да! Вот что зацепило меня, когда призрак упомянул об этом деле!

– Кража точно связана с нашим убийцей, – озвучила осенившую меня мысль. – Аарон сказал, что кто-то с помощью заклинания прикрылся чужой аурой. А вот теперь стоит задуматься, по какому же признаку пропускает защита на крови? Вряд ли для всех заклинаний обязательно мазать стены своей кровью. Что, если оно ориентируется по ауре? По каким-то характерным меткам в ней? Все же заклинание – это не живой разум, его обмануть проще, чем призрака.

– Может быть… – задумчиво проговорил Хран.

– Но как во всю эту историю с бессмертием и неуязвимостью вписывается твоя семья? – спросила Флора.

– Библиотека. Я даже не представляю, что там еще может храниться, тем более в хранилище артефактов. А вдруг там какой-нибудь жезл всемогущества или корона бессмертия?.. Поэтому убийство моей семьи вполне вписывается в эту историю.

– Короче, все плохо, – резюмировала Флора.

Вот уж действительно. Возможно, мы просто не вспомнили всего, но пока что подсказка Аарона нас ни к чему не привела.

Оставшийся путь проделали в молчании. Впечатлений хватало всем, да и усталость брала свое. Все же всю ночь гуляли по окрестностям, рассвет не за горами.

С защитой на заборе вокруг дома пришлось опять повозиться, и когда мы уже прокрались к стене, встала другая проблема.

– Не надо было веревку отвязывать, – пробормотала я, разглядывая распахнутое окно своей комнаты над нами. – Как мы теперь туда заберемся?

– Плевать, – отмахнулась Флора. – Все равно весь дом спит, залезем в нижнее окно и просто поднимемся по лестнице.

Девушка бесшумно открыла створку и лихо перемахнула в гостиную.

– Аккуратнее, не сбей ничего по пути, – обернулась она ко мне. – Не хватало еще грохотом всех перебудить, когда уже успешно вернулись.

– Не учи ученого, – устало огрызнулась в ответ. – Не первый раз в окна влезаю.

– С каждым часом ты удивляешь меня все больше, – усмехнулась девушка. – Неужели ты еще и грабежом промышляла?

Я лишь лениво отмахнулась. Слишком долго объяснять все мои непростые отношения с законом и вскрытием закрытых учреждений.

– Я надеюсь, ты сейчас не рванешь в библиотеку проверять наши теории? – с легкой угрозой в голосе поинтересовался кот.

– Нет, – успокоила я его. – Толку все равно не будет. Нужно поспать и прийти в себя, а там уже можно будет снова в архивы.

– Хран, мы с тобой стали свидетелями редкого явления – проблеска разума у Касс, – съязвила Вегерос.

Огрызаться не хотелось. Мы тихо пробрались до своих комнат, к счастью, не встретив никого из прислуги.

– Меня до обеда не трогать, – пробурчала боевичка, закрывая за собой дверь.

Я рассчитывала на то же самое. Сегодняшний поход меня совершенно вымотал, и не осталось сил на размышления о том, что нам поведал и показал призрак. Поэтому, кое-как стянув с себя одежду, я провалилась в глубокий сон, даже толком не расслышав, что там пробурчал мне Хран.

А ночью случился первый приступ.

Мне снилась тьма, которая, казалось, должна быть теплой и ластиться к рукам. Я чувствовала, что она мне родная, что это живое воплощение моей стихии, но почему-то именно сейчас тьма настроена против меня. Едким черным дымом она забивалась в мои легкие, обволакивала, и дышать становилось все тяжелее. А издалека доносились смутно знакомые голоса…

– Позови ее, – настаивал один.

– Нет, – хрипло и надсадно отвечал второй.

– Зови!

– Ни за что…

– Ты же знаешь, что я своего все равно добьюсь, – как-то устало и раздраженно заметил первый, а второй в ответ гулко хмыкнул:

– Похоже, не я один страдаю излишней самоуверенностью…

И я резко проснулась.

Из-за зашторенных окон уже пробивались яркие лучи, свидетельствующие, что утро наступило, только выспавшейся я себя не чувствовала. В комнате стояла жуткая духота. Пришлось подняться и, жмурясь от солнца, распахнуть окно. Дышать стало легче, но ощущение тяжести в груди не прошло.

«Продуло, наверное. Горло побаливает, надо будет противопростудного зелья выпить», – отстраненно подумала я, вернулась в кровать и опять провалилась в сон.

В следующий раз, когда я проснулась, солнце уже стояло в зените. И не то чтобы я чувствовала себя отдохнувшей, но дальше валяться в кровати просто не видела смысла. Впереди ждал кропотливый поиск в архивах. Храна в комнате я не увидела и предположила, что он уже убежал в библиотеку искать подсказки.

Тяжесть в груди, мешавшая дышать и разбудившая меня утром, так и не исчезла, из чего я с сожалением заключила, что умудрилась подхватить не просто простуду и воспаление уже переползло на легкие. Неприятно, но не смертельно, запас лечебных зелий у меня остался. Пара капель в чай, и уже к вечеру я буду в полном порядке.

В столовой я встретила заспанную и недовольную Флору.

– Какие у нас планы на сегодня? – вяло поинтересовалась она.

– Бумаги, бумаги и еще раз бумаги, – ответила, капая в чашку с горячим чаем лекарство из маленькой бутылочки. – Подозреваю, что раз Храна нет, он уже роется в архивах, скорее всего, в моей генеалогии. Значит, на нас с тобой библиотека Дамиана и последние преступления.

– И что ты хочешь там найти?

– Если бы я сама знала… Сделаем хронологию всех знаковых событий за последние лет… ну, семнадцать, навскидку. Вдруг что-нибудь и заметим…

В дальнем углу кабинета Бриара мы нашли целый стеллаж с периодикой за последние двадцать пять лет и приступили к изучению. Информации было очень много, и осложнялось все тем, что мы сами толком не знали, какие сведения нужные, а на что не стоит обращать внимания, потому и приходилось выписывать чуть ли не все подряд. Сняли с поста министра внутренних дел семнадцать лет назад? Записываем, вдруг он затаил злобу на императорский род. Умер через год от старости? Тоже запишем, смерть от старости понятие неопределенное, и у бывшего министра вполне могли оказаться родственники, возжелавшие отомстить.

– А записывать только подозрительные случаи? – внезапно поинтересовалась Флора.

– В каком смысле? – отвлеклась я от прочтения очередной статьи.

– Вот, например, шестнадцать лет назад после долгой болезни скончалась Триша Элидир, первая жена Руна. А почти семнадцать лет назад от сердечного приступа умер лорд Битан, муж злобной старушенции, что на нас опыты ставила, – зло процедила Флора, но, встряхнувшись, вернулась к нормальному тону и продолжила: – Она, кстати, только после его смерти получила главную должность в Королевском госпитале. Не удивлюсь, что она же и подсидела муженька. Но это мои домыслы. А вот факты в том, что старичок давно с сердцем мучился, поэтому его смерть подозрительной все же мне не кажется. Так же как и кончина несчастной Триши – она лет пять больная пролежала. Но эти два события довольно значимы. Поэтому и спрашиваю, писать или нет?

Я задумалась… Вроде они не кажутся подозрительными, но опять упустить что-либо не хотелось, поэтому я решительно заявила:

– Пиши, – и вернулась к своей стопке журналов.

Но не успела перевернуть страницу, как внезапно сдавило грудную клетку, не давая сделать полноценного вдоха, в глазах потемнело, а голову заполнил звон и шум, в котором мне чудился чей-то раздраженный, рычащий голос. И пока я судорожно делала частые вдохи, схватившись руками за горло, пытаясь заполнить легкие кислородом, тьма в глазах медленно расползлась, а шум утих.

– Эй, Касс, ты чего?! – Флора испуганно склонилась надо мной и обмахивала одним из журналов, разбросанных вокруг нас веером на полу. – Что случилось, кого позвать?

– Все нормально, – выдохнула я, восстанавливая дыхание. – Просто вчерашняя прогулка утомила…

– А ты уверена, что это не от мерзкого призрака подарок? – подозрительно посмотрела она на меня.

– Нет, если бы мы что-то оттуда с собой принесли, Хран бы заметил. По симптомам похоже на нервное истощение. Обмороки, шум в ушах, нехватка воздуха. Отдохну и приду в норму, – и, видя, что мои доводы ее не особо убедили, поспешила сменить тему: – А почему ты старуху Деланей подозреваешь в причастности к смерти мужа? Личная неприязнь или еще что?

– Не знаю, – задумчиво протянула девушка, наконец прекратив меня обмахивать пыльным журналом. – Просто странно как-то. Нет, я понимаю, что лорд уже в возрасте был, и про сердце написали, что у него уже были какие-то проблемы, но для меня это все равно подозрительно. Знаешь, какой он целитель сильный был? Ни одной неудачной операции. Ни одного потерянного пациента. Просто лекарь от Бога. Мужик чуть ли не с того света таких доходяг вытаскивал, а тут на тебе, скончался от сердечного приступа в собственном кабинете в больнице. Как-то это… неправильно, что ли…

– Сапожник без сапог, – грустно усмехнулась я. – Такое часто бывает. Лечить себя гораздо сложнее, чем других, особенно при заболеваниях внутренних органов. А учитывая, что, как ты говоришь, лекарем он был прекрасным, возможно, сказалось слишком частое и интенсивное обращение к дару. Вычерпывал себя до конца, вот организм и не справлялся.

– Тут примерно то же самое написали, – согласилась она, кивнув на журнал, лежащий перед ней на столе. – Говорят еще, что его сильно подкосила неудача с Тришей Элидир. Вроде как единственный такой случай за всю его практику.

– В каком смысле? – удивилась я. – Он же раньше ее помер.

– Это да. Вот только он был ее лечащим врачом. Он же ей и поставил смертельный диагноз. И понятно, что он-то тут ни в чем не виноват: не он же ее заразил и ничем помочь не был способен в принципе – болезнь неизлечима была. Но все равно обидно. Таких доходяг выхаживал, а молодую женщину спасти не мог. На этом и перегорел его целительский энтузиазм…

У меня в голове словно щелкнуло что-то, пронеслись обрывки фраз: «…с того света вытаскивал…», «…колье, обеспечивающее полную защиту владельца от любых опасностей, в том числе физических ран, ядов и смертельных болезней…», «…ему удалось вытащить из-за грани существо…», «…жена-красавица, без которой он жить не мог…».

А еще то, что я умирала, но почему-то потом оказалась живая на пороге приюта.

– Это он… – прошептала я.

– Что? – не поняла меня девушка.

– Рун Элидир, – пробормотала, подняв на Флору ошалевший взгляд. – Это он убийца. И он вовсе не пытается стать бессмертным. Он хочет воскресить свою мертвую жену.

Вегерос от такого заявления нахмурилась, пытаясь сопоставить события.

– Нет, давай сначала хорошенько подумаем и все разложим по полочкам, – не стала она спешить с выводами. – Что у нас идет первым по порядку? Смерть Триши Элидир.

– Нет, – тихо возразила я. – Первой идет смерть лорда Битана.

– Почему? Ты же сама говорила, он умер раньше.

– Лорд обрек любимую Элидира на смерть. Выдал ей смертный приговор и сложил руки, сказав, что не в силах что-либо сделать, – все больше верила я в свою правоту. Потому что… я понимала его мотивы как никто другой. Я фактически была на его месте.

– Но он же не мог ничего сделать! – возмутилась Флора.

– А тебя бы это волновало? – подняла я на нее усталый взгляд. – Он спасал сотни, если не тысячи совершенно незнакомых и, возможно, никчемных людей. А над единственной дорогой Элидиру женщиной, с которым сам лорд Битан, несомненно, был знаком, просто развел руками, сказав, что не в силах помочь. Скорее всего, именно тогда Рун поехал головой. И сорвался первый раз, убив «палача».

– Ладно, допустим, твои выводы верны, идем дальше, – старалась казаться спокойной девушка, но я видела, что от напряжения у нее уже руки начали подрагивать, а у меня снова начинало гудеть в ушах и дышать стало тяжелее.

– Опыты Аарона по вытаскиванию сущности из-за грани. Элидиру нужен был способ вытащить душу жены из загробного мира, и наработки некроманта для этого подходили как ничто другое, – слабым голосом продолжала я. – Очевидно, Триша не была погребена, и Рун как-то сохраняет ее тело, но все с той же болезнью внутри. И сюда прекрасно вписывается похищение колье из императорской сокровищницы. Велика вероятность, что даже если он вернет душу в тело, то воскрешенная женщина просто умрет повторно, а значит, болезнь надо уничтожить или хотя бы купировать. Здесь и пригодится колье, которое способно защитить от любой опасности, в том числе и от смертельного недуга. А вернул Элидир колье потому, что разобрался и создал нечто подобное, так как оригинал действует только на представителей императорской семьи.

– А при чем здесь твоя семья? – нахмурилась боевичка.

– В библиотеке, которую охраняет мой род, содержатся сведения о лекарствах против неизлечимых болезней. Но его интересовало кое-что другое. Похоже, он каким-то образом оказался осведомлен о тайнах моей семьи куда лучше, чем я. Судя по всему, где-то в хранилище имеется артефакт, позволяющий воскресить мертвого.

Девушка пораженно уставилась на меня, а я лишь горько усмехнулась. Какая злая ирония судьбы… вещь, которая спасла мою жизнь, явилась причиной уничтожения моей семьи.

– Но, Касс… – осторожно начала она. – Мы же уже исключили Элидира из списка подозреваемых, у него же алиби на тот вечер на балу. Причем более чем убедительное.

– Да, алиби. Он представлял новую разработку императору. А знаешь какую? Зелье-артефакт, позволяющее обычному человеку ненадолго получить силу мага. И исходя из моих знаний алхимии и артефактики, на основе подобного состава можно сотворить зелье, позволяющее прикрыть свою ауру аурой другого человека.

– Тот, кто приходил в замок к некроманту… – пробормотала она.

Я кивнула и продолжила:

– При наличии таких зелий вполне возможно и существование третьего – позволяющего обмануть магию крови, чтобы она твою кровь считала за кровь другого. И вот пожалуйста, мы получаем ответ, как он вскрыл императорскую сокровищницу. А также теперь вполне объяснимо его алиби – он просто отправил кого-то закончить ритуал, как раз ради того, чтобы исключить себя из числа подозреваемых. Сама библиотека его не так уж волновала. Ему было нужно хранилище, а чтобы добраться до него, пришлось сначала открыть две другие части.

– Действительно… все сходится, – пробормотала девушка.

От напряжения у меня снова начало все расплываться перед глазами. Такими темпами я сама доконаю себя куда быстрее, чем любой убийца.

– Касс! – внезапно раздался голос от двери, заставивший нас вздрогнуть. – Касс, я кое-что нашел!

Из-за стеллажа выскочил Хран и тут же застыл, словно врезавшись во что-то.

– Элидир? – спросила я, просто чтобы удостовериться.

– Нет, – растерянно пробормотал кот, впившись в меня взглядом. – То есть да, но дело не в этом.

– А в чем? – апатично спросила я, чувствуя, как шум в ушах усиливается.

– Касс, связь твоей ауры с Дамианом… – проговорил Хран, пристально всматриваясь. – Она как-то странно светится и пульсирует. Касс…

Он еще что-то говорил, но все потонуло в шуме, и я явственно различила злой голос, требующий: «Зови!» – и вспомнила сегодняшний сон, после которого мне и стало плохо.

– Дамиан… – прошептала я, поняв причину своего состояния. – С ним что-то случилось! Элидир до него добрался! Он еще ночью пытался со мной связаться и предупредить, а я, глупая, решила, что просто кошмар очередной!

Я вскочила со стула, не обращая внимания на тяжесть в груди и недостаток воздуха.

– Нет, Касс, – пробормотал хранитель. – Он не связаться пытался. Если судить по связи, все совсем наоборот. Бриар пытается ее разорвать.

Ноги мгновенно подкосились, и я кулем осела на пол.

– Зачем? – спросила тихо.

Хранитель замялся.

– Зачем?! Говори! – не выдержав, закричала я.

– Ваша связь почему-то крепче, чем должна быть. Это не уровень опекун – подопечный, а гораздо сильнее. Возможно, дело в ваших чувствах друг к другу. Поэтому ты ловила отголоски его эмоций. И в таком случае разрыв связи по причине… смерти одного из вас может рикошетом ударить и по второму. Если ты права и он у Элидира… В общем, Дамиан опасается худшего варианта.

В душе все оборвалось. Опасается, что в случае его смерти меня заденет отдачей от связи? Как будто не будь этой связи, меня бы его смерть никак не задела. Их было уже слишком много, и повторного оплакивания его окровавленного тела я точно не переживу.

– Нет уж, хватит с меня. Я не дам ему умереть! – решительно поднялась я, придерживаясь за стеллаж.

– Касс, ты еле на ногах стоишь и ничего сделать не сможешь, – осадил меня Хран. – Нужно срочно связаться с отцом Дамиана и сообщить все, что мы узнали.

– Это займет слишком много времени, – горько усмехнулась я. – У нас его нет. Пока магистр еще не порвал нашу связь, есть возможность до него добраться, а иначе потом мы его не найдем.

– Касс, дух-хранитель рода при поддержке лорда его разыщет, – все еще пытался переубедить меня кот.

– Если только сам Элидир не перекроет и эту связь. Ведь ты же не смог оказаться рядом с моими родными, когда их убивали. Ты этого даже не почувствовал. Значит, нет никакой гарантии, что в этот раз не окажется так же, – ответила я.

Понимала, что била по больному, что Хран и так винит себя в случившемся, но если я не уговорю его сейчас помочь, то могу потерять последнего дорогого мне человека.

От моих слов кот весь сжался, но, пожалуй, именно сейчас его чувство вины было мне на пользу.

– А что ты сделать сможешь, смелая ты наша? – неожиданно вступилась за хранителя Флора, раздраженно рассматривая меня. – Убить злодея своим несчастным видом или затопить горючими слезами?

– Я дам то, что ему нужно, – уверенно проговорила, не поддавшись на подначки. – Свою кровь и доступ в хранилище.

– С ума сошла?! – мгновенно ощерился кот. – Мы же даже толком не знаем, что он собирается делать. А если он просто сумасшедший, мечтающий весь мир утопить в крови?

– Нет, Хран, не собирается он ни мир уничтожать, ни становиться бессмертным. Все гораздо прозаичнее, он хочет вернуть свою жену, – поделилась я нашими выводами.

– Как только он получит то, что хочет, вы с Дамианом ему уже будете не нужны и он вас просто уничтожит, – сказала Флора, сверля меня взглядом.

– Зато я выиграю вам время на поиски лорда Осбеорна и придумывания, как вытащить нас оттуда, – пожала я плечами.

– И как ты собираешься туда попасть? – обреченно спросил Хран, понимая, что отговорить меня уже не сможет.

– Дамиан говорил, что благодаря связи наших аур он всегда сможет узнать, где я нахожусь, и перенестись ко мне. Если связь между нами, как ты говоришь, куда крепче, чем должна быть, значит, велика вероятность, что и я смогу к нему перенестись.

– Ненаправленный портал? Ты его не создашь, тебе не хватит ни сил, ни умений, – покачал головой кот.

– Я не буду его делать сама. Ты сплетешь рисунок из моей энергии, и плюс у меня еще сохранилось несколько накопителей, которые я сама наполняла. Этого должно хватить.

– На перенос тебя одной, возможно, – нервно заметил он.

– А больше никто и не понадобится. Руну нужна именно я, и, боюсь, велика вероятность, что любого, кто придет вместе со мной, он сразу убьет. Ни тебе, ни Флоре нечего противопоставить высшему. Так что давай не будем тратить время. Я в спальню за накопителями, а ты пока можешь найти книгу со схемами порталов, если ты подзабыл. Флора, на тебе письмо лорду Осбеорну и любому, с кем ты посчитаешь нужным сейчас связаться, – уверенно раздавала я приказы, на самом деле трясясь от ужаса.

Я безумно устала терять близких людей, бояться за свою жизнь и жизни окружающих меня. Честно говоря, мне уже не так важно, чем сегодня все закончится, – меня больше греет мысль, что оно закончится в принципе. Плохо ли, хорошо ли, не знаю, но, по крайней мере, этой жуткой неопределенности в моей жизни уже не будет.

Накопителей у меня нашлось целых три штуки, и Храну не пришлось долго искать нужную книгу.

– Ты уверена, Касс? – в очередной раз спросил кот. – Мне придется вычистить твой резерв практически подчистую, чтобы сил хватило на заклинание. Ты попадешь туда совсем ослабленная.

– Неважно, я бы все равно вряд ли смогла с ним драться, – отмахнулась я.

– Тогда я начну, а ты старайся сосредоточиться на тех самых ощущениях, которые тебя душат. Это связь натягивает ауру. Ты говорила, что слышала какие-то голоса, пытайся сконцентрироваться на них. Поймать хоть какой-то звук от Дамиана. Чем лучше сосредоточишься, тем больше вероятность, что тебя перенесет именно к нему, а не выбросит где-то на середине пути, – напряженно проговорил кот.

Я понимала его переживания. В тот раз он не смог прийти и хоть как-то защитить мою семью, а теперь ему приходится отправлять меня в руки врага.

– Хран… – Я встала перед ним на колени и запустила пальцы в теплую шерсть на его шее. – Не бойся, я сделаю все возможное и невозможное, чтобы выжить. В прошлый раз ведь получилось. И я верю, что ты меня найдешь.

– Как? – поднял он на меня глаза, полные обреченности. – Ты ведь права, Элидир вполне мог каким-то образом заблокировать связь с родовым духом…

– Но ты забыл про другую нашу связь, – напомнила я. – Мы с тобой связаны клятвой крови. И об этом Рун знать не может. Как и быть уверенным в том, что ты вообще жив. Так что не переживай. И давай уже займемся делом.

Я улыбнулась хранителю и закрыла глаза, стараясь настроиться на неприятные ощущения, которые еще не пропали, но стали слабее. И это меня пугало. Я боялась, что еще немного, и Дамиан добьется своего, оборвет связь, и мы его уже не найдем.

Я почувствовала, когда хранитель стал тянуть из меня магию на построение портала, но сконцентрировалась на легком гуле в ушах и на тянущем чувстве в груди. Дышать становилось все тяжелее, и шум усилился, вот только я не была уверена, не является ли это предвестником магического истощения. Но через несколько мгновений я разобрала в монотонном гуле два голоса, один усталый, а второй раздраженный. Я пыталась услышать, о чем они говорят, но безуспешно. Так продлилось еще несколько минут. Воздуха не хватало, голова тяжелела, и я уже просто молилась, чтобы Хран закончил побыстрее, иначе я туда явлюсь не просто обессиленной, а бездыханной.

– Пора! – донесся до меня голос кота сквозь шум в голове. – Удачи тебе, Касс.

Я смогла лишь кивнуть.

А после – чувство, словно пол подо мной провалился и я куда-то бесконечно долго падаю. Воздуха в легких не осталось совсем, и я, зажмурившись, стараюсь держаться ускользающим сознанием за то затихающие, то становящиеся ближе голоса…

Я с грохотом упала на каменный пол, хорошенько приложившись об него поясницей, и сделала первый судорожный вдох полной грудью, избавившись наконец от давления в груди.

– Леди Кэрридуэн, а вы не торопились, – прозвучал знакомый голос, подтвердивший, что в своих выводах мы не ошиблись. – Мы вас уже полдня ждем.

Все еще немного задыхаясь и кривясь от боли в спине, я постаралась как можно быстрее подняться на ноги. Бегло осмотревшись, поняла, что нахожусь в сумрачном, довольно большом помещении без окон с виднеющимися у дальней стены силуэтами столов, заставленных какими-то приборами. Наверняка это рабочая мастерская в подвале.

Подняла взгляд на говорившего. Рун Элидир, талантливый изобретатель, апатичный и тихий на вид, когда дело не касается каких-то открытий. И, как оказалось, его жены. Глупо было ожидать, что я определю убийцу всего по одной встрече, но то, что злодеем оказался именно он, было… неприятно. Слишком много знакомых по себе черт я видела в нем. Пугающе много. Неужели, если бы прошла еще пара десятков лет, прежде чем нашли убийцу, я бы стала такой же? Способной на что угодно, лишь бы добраться до своей цели?..

– Не удивлена? – с легким интересом рассматривал меня по-прежнему слегка неряшливый и, казалось, словно потерянный в своих мыслях мужчина. – Неужели знала, кого тут встретишь?

– Знала, – коротко кивнула я, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

– Поразительно умна, – кажется, удивился он. – Видимо, кровь дает о себе знать. Хотя, наверное, я преувеличиваю… Была бы действительно умна, то не пришла бы сюда.

На это замечание предпочла не реагировать. Одно я уже заучила, не всегда в этой жизни стоит полагаться на ум. Я пришла сюда по воле сердца, и пытаться объяснить это убийце – бессмысленно. Хотя… он-то как раз мой выбор должен был понять.

– Вот видишь, а ты говорил, что я слишком самоуверен, – обратился он вроде в мою сторону, но смотрел не на меня. – Это не самоуверенность, а опыт и знания.

– Что ж, у каждого из нас в жизни бывают разочарования, и мое, похоже, только что пришло, – раздался хриплый голос у меня из-за спины.

Я резко обернулась и едва сдержала крик.

Дамиан!

В каком-то черном, мерцающем, узорчатом круге, на коленях, тяжело опершись руками на пол, словно даже в таком положении он удерживает себя с трудом. Вот тогда мне стало действительно страшно… Ведь я верила в Дамиана и считала, что он справится практически с чем угодно, а сейчас видеть его таким разбитым было пугающе. Черты лица магистра исказились, стали острее, и весь он был покрыт какой-то призрачной черной дымкой. И только взгляд оказался твердым и злым. Что-то подобное я уже однажды видела, когда Бриар впал в бешенство. Словно проявилась его внутренняя темная сущность. Но если в прошлый раз это был признак крайней ярости, то сейчас, скорее, защитный механизм.

Горько усмехнулась. Что он там сказал про разочарования? Кажется, я стану для него самым большим. Что ж, он сам мне когда-то говорил: пусть злая и ненавидящая, главное, что живая. Если мой глупый поступок спасет ему жизнь, ненависть его я как-нибудь переживу.

– Что это? – тихо спросила я, сделав шаг ближе к магистру и указав рукой на контур, окружающий его, но пересечь черту не рискнула.

– Одна из моих разработок, – с гордостью в голосе отозвался Элидир. – Очень интересный эффект, выявленный мной при другом исследовании. Этот круг плюс еще кое-какое заклинание, и сила мага начинает действовать против него самого. Чем больше он пытается противостоять, тем агрессивнее становится магия. Но ты, если хочешь, можешь зайти внутрь. Тебе она вреда не причинит, каждый круг выстраивается индивидуально под носителя определенной магии. Так что с тобой все будет в порядке, а вот пытаться его вытащить оттуда не советую. Чревато последствиями.

Я, уже не слушая изобретателя, шагнула в круг, опустившись на колени рядом с Дамианом.

– Зачем?.. – еле слышно выдохнул он, словно один только мой вид доставлял ему боль.

– Ты же знаешь, какая я безрассудно смелая. Разве могла пропустить такую особо извращенную возможность покончить с собой? – увидев недоумение и страх за меня в глазах Дамиана, улыбнулась и, взяв его лицо в свои ладони, легко погладила по острым скулам. – Представляю, с каким наслаждением ты будешь меня убивать после того, как все это закончится. Думаю, прямо сейчас ты решаешь, в какой именно из башен своего замка заточить меня на ближайшую сотню лет…

Я пыталась хоть как-то приободрить его и при этом самой не расплакаться.

– Даже не надейся, – слабо усмехнулся он в ответ. – После этого непослушания башни тебе уже не светят. Только самые глубокие подвалы, магически огражденные, без окон и с одной железной дверью.

– Договорились, – прошептала в ответ, легко касаясь его губ своими.

– Это все, конечно, очень мило, но мы здесь собрались для другого, – вмешался в наш разговор Элидир. – И раз уж ты убедилась, что Бриар более-менее в порядке, перейдем к делу. На всякий случай предупреждаю, что долго он в этом круге не продержится, так что чем быстрее мы обсудим условия его освобождения, тем быстрее вы отправитесь домой выяснять отношения дальше.

– Мы не будем ничего обсуждать, – резко оборвала я его. – Вести переговоры с шантажистами – гиблое дело.

Пожалуй, вот теперь мне действительно удалось удивить, причем их обоих. И если Дамиан все же воплощал молчаливую поддержку моему решению, то Рун, похоже, даже слов не находил. Он рассматривал меня с настоящим интересом, словно очередную загадку, требующую срочного решения.

– Не ожидал от тебя такого, Кассандра, – наконец проговорил он. – После такой нежной встречи так резко объявляешь о своей готовности пожертвовать жизнью Бриара ради каких-то там принципов? Кажется, я все это время сильно недооценивал тебя. Подобная расчетливость меня впечатляет.

Я скривилась. Из уст того, кто убил такое количество людей ради, возможно, несбыточного, эгоистичного желания вернуть к жизни любимую женщину, эта фраза звучала особенно лицемерно.

– Что ж, это неожиданно, но у меня есть верный способ убедить тебя… – продолжил изобретатель.

– Ты неправильно понял, – сделала я шаг к нему, выходя за пределы круга. – Я не буду с тобой ничего обсуждать. Я сразу согласна на все.

Второй раз за несколько минут я лишила злодея слов. А вот у Дамиана, несмотря на тяжелую борьбу с собственной магией, голос прорезался. Да еще какой. От угрожающего «Ка-а-а-ас!» вздрогнул даже непробиваемый изобретатель.

– Не беспокойся, Дейм. – Я ему мягко улыбнулась. – Если бы не была уверена, что Рун не собирается становиться бессмертным или захватывать власть над миром, я бы так легко не согласилась.

– Как ты узнала?.. – судя по хриплому шепоту Элидира, мне удалось его пронять.

– Догадалась. Жаль, что так поздно, всего меньше часа назад, но все же.

– И ты мне поможешь? – недоверчиво смотрел он на меня.

– Да. Но дело не в том, что я тебе сочувствую или понимаю. Просто ты искалечил и оборвал уже слишком много жизней из-за своей безумной мечты. И никакая библиотека с ее артефактами и знаниями не стоит такого моря крови, – зло произнесла я, глядя ему в глаза. – Была бы возможность, я бы ее уничтожила и пришла бы сюда, чтобы с улыбкой сообщить тебе об этом. Но, к сожалению, на данный момент у меня такой возможности нет, поэтому остается только согласиться, чтобы в конце концов окончить это безумие.

Пару мгновений он таращился на меня, а потом, пожав плечами, заявил:

– Мне в общем-то безразличны твои мотивы. Главное, что они совпадают с моими целями.

А мне плевать на его цели до тех пор, пока я смогу отвлекать его разговорами о них. Нет, я не врала Храну, когда говорила, что хочу выиграть время на наше с Дамианом спасение, но и затягивать никак нельзя. Неизвестно, сколько еще магистр продержится в этом круге. Пожертвовать секретными знаниями я согласна, а вот дорогим мне мужчиной – нет.

– Что от меня требуется? – решила я раскрутить заметно расслабившегося Элидира на разговор. – Сразу предупреждаю, о библиотеке я сама ничего толком не знаю, так что сказать тебе, где вход в хранилище и где в нем находится то, что тебе нужно, не смогу при всем желании.

– Нам не нужно никуда идти, – отмахнулся изобретатель и отошел к столу, начав что-то искать на нем. – Если ты пожертвуешь мне пару капель своей крови, то мы сможем открыть вход в хранилище прямо здесь.

Он с довольным видом обернулся с каким-то листком в руке. Мне захотелось выругаться. Похоже, мне свое обещание выполнить придется. Конечно, какое-то время займет подготовка, да и в хранилище наверняка понадобится не один час, чтобы найти нужный артефакт. Но будет ли этого достаточно? Надеюсь, Флоре удалось разыскать лорда Осбеорна. Пусть Дамиана родовой дух найти не сможет, а вот их семейный артефакт, который, как всегда, висит на моей шее, вполне может быть. А еще я захватила из комнаты украшения, которые делал для меня старший Бриар. Вдруг у него получится настроиться на свои творения. Так что теперь все, что нам с магистром остается, – это ждать. Ну и всеми силами отвлекать изобретателя от начертания схемы на полу.

Вот только что спросить? Надо же, я наконец-то оказалась лицом к лицу с убийцей моей семьи и еще больше десятка других людей и совершенно не представляю, что у него спросить. Точнее, вопросов слишком много. И первым вылетел почему-то самый незначительный:

– Кто такая Рина?

– Что? – оторвался мужчина от рисунка на полу в паре метров от меня.

– Серина Даес, – уточнила я, уже не уверенная в своих выводах о ее причастности. – Девушка, что следила за мной в академии.

– А, Серина… – понял он, о ком я говорю, и вернулся к своему занятию, но ответить все же соизволил: – Племянница Триши. Так уж получилось, что мать Рины, двоюродная сестра моей жены, умерла через пару лет после смерти Триши, и девочка осталась сиротой. Заниматься ею у меня не было ни сил, ни желания, но я устроил ее в хороший пансион, оплачивал обучение и иногда навещал ее. Девочка ко мне привязалась. Так что, когда мне понадобилась ее помощь, она согласилась без вопросов. И сначала все шло очень даже неплохо, но потом Серина сильно меня разочаровала. Я попросил ее внимательнее следить за тобой во время расследования, а она позволила тебе сблизиться с Бриаром! Худшее, что только могло быть. Если бы не это, со всем можно было разобраться куда быстрее. Да еще она умудрилась проворонить, что ты ее раскрыла и сбежала. Я уже боялся, что придется искать тебя по всему континенту, но, к счастью, тебе не хватило ума скрыться подальше.

Что ж, двуличность Рины – это больно и обидно, но это предательство я уже пережила. Просто хотелось убедиться.

– Как ты узнал, что я осталась жива? – задала я действительно важный вопрос.

– Откровенно говоря, я надеялся, что сразу после гибели всех членов вашей семьи библиотека лишится хранителя и откроется, а оказалось совсем наоборот. Как только я понял, что этот план не сработал, переместился в замок, надеясь добыть немного крови, чтобы потом еще что-нибудь придумать. И представь мое удивление, когда вместо двух девочек я нашел только одну. Учитывая, сколько крови было разлито там, где должно было лежать твое тело, считать, что ты сама ожила и сбежала, было бы глупо. Но я ведь на тот момент уже знал секрет твоего рода и предположил, что духу-хранителю удалось доставить тебя к артефакту. Когда через пару недель тебя все же нашли в приюте, это было настоящее чудо. У меня исчезли последние сомнения в том, что артефакт точно существует. Я даже сначала подумывал забрать тебя к себе, но потом решил не трогать. Сам не знаю почему, пожалел, наверное. Тем более я успел забрать из вашего дома твою сестру, чтобы убедиться, что кровь ваша не поможет. Так что ты для меня на тот момент была бесполезна, – высказался он и снова впал в задумчивость, хотел вернуться к рисунку на полу, но я его остановила.

– Забрал мою сестру? – прохрипела, чувствуя, как у меня затряслись руки. Неужели… Не может быть… Санди…

– Да, – спокойно ответил он, посмотрев в мои глаза.

– Она… жива?! – прохрипела я осипшим от потрясения голосом.

– Нет, конечно, – раздраженно, словно недовольный моей несообразительностью, произнес он. – Но если ты поможешь мне, то я, пожалуй, соглашусь вернуть тебе сестру.

Он вернулся к рисунку, а меня просто парализовало от этой мысли.

Вернуть сестру?.. Мою любимую Санди? Получить хоть одного родного человека из тех, кого я оплакивала все эти годы? А ведь это действительно возможно… Я же тоже это уже знаю. Смогу ли плюнуть на все и позволить этому человеку сделать что он хочет и уйти безнаказанным в обмен на свою сестру?

И ответ пришел незамедлительно. Смогу. Если бы Элидир с самого начала пришел ко мне с таким предложением, сказав, что придется убить так много людей ради этой цели, я бы отказалась. Но сейчас… они уже мертвы, их не вернешь. Они погибли не из-за меня и не ради моих целей. Разве я не имею права воспользоваться его помощью? В конце концов, он должен моей семье. За эту возможность мы уже заплатили своей кровью.

– Где она? – прорезался у меня голос вместе с неожиданным сомнением, не соврал ли он мне.

– Не веришь? – хмыкнул он, догадавшись о моих подозрениях. – Вон, можешь посмотреть. Только осторожнее с плетениями на ней, нарушишь, и уже ничем не помочь.

Он махнул рукой в дальний угол мастерской, щелкнул пальцами, и там загорелся светильник. Привыкшие к сумраку глаза поначалу ослепило, но два длинных стола, на которых что-то лежало, я все равно рассмотрела.

– Касс, – сквозь шум собственного зашедшегося стуком сердца в ушах донесся до меня хриплый голос Дамиана, кажется, пытавшегося остановить меня.

Нет, не сейчас, не могу. Да, ты мне дорог, и даже больше. Но… это же моя сестра…

Не слыша уже ничего вокруг, я пошла к свету. Полупрозрачные изумрудно-зеленые купола накрывали два тела, лежащие на столах. Одно – молодой женщины, очень изможденной, но все еще довольно красивой, а второе… маленькой светловолосой девочки лет девяти. Санди…

Вот почему он все еще не терял надежды на возрождение. Он наложил на них стазис и, судя по тому, что истоки этих куполов уходили в землю, завязал подпитку заклинания на природном источнике. Невероятно, но именно благодаря этому оба тела сохранились спустя столько лет.

Сестренка совсем не изменилась, такая же, как я ее помню. Разве что очень бледная. Наверное, стоит поблагодарить Руна за то, что на ней нет ни следа крови или ранений и надето чистое светлое платьице, потому что ее окровавленного тела наяву я не пережила бы. А так кажется, Санди просто спит. Хотелось протянуть руку и погладить ее по мягким длинным волосам, а она в ответ распахнет глазки и сонно улыбнется… Если бы не черные ленты смерти, вившиеся у них обеих под кожей словно сосуды. Не знаю, на что рассчитывал Элидир, но жизни в этих телах не осталось давно, и мне уже не верилось, что существует возможность их вернуть.

– Ты разобрался в опытах Аарона? – спросила, не в силах оторвать взгляд от сестры.

– Это не понадобится, – донеслось в ответ. – Он был слишком сумасшедшим, чтобы верить в его рассказы о существе из бездны, которое он достал.

Я не стала сообщать Руну, что рассказы призрака оказались не таким уж и бредом.

– Мне удалось найти более надежный способ. Скажи, ты знакома с легендой о возникновении нашей империи?

– Да, – сразу поняла я, о чем он говорит.

Как-то слишком часто мы обращаемся к столь недостоверному источнику, но каждый раз он оказывается куда более правдивым, чем учебники по истории.

– Наверное, уже догадываешься, что это не просто легенда. Так вот, у меня было много времени, чтобы придумать, как вернуть Тришу. Оказывается, когда есть цель, ради которой ты готов пойти на все, то нет ничего невозможного. Я смог добраться до самых редких и самых необычных вещей. Например, до императорской сокровищницы, и про это ты уже слышала, – в его голосе появились нотки гордости.

Я, оторвав взгляд от сестры, обернулась к изобретателю, который, поглощенный своими гениальностью и превосходством, сверкая глазами, вперился в Дамиана и продолжал свой монолог победителя:

– Но помимо колье, которое для меня оказалось бесполезным, я нашел куда более ценную вещь. Дневник одного из предыдущих императоров, в котором тот неосторожно делился тайнами. Причем не только своими, но и чужими. И оттуда я узнал нечто невероятное. В том мире, откуда пришел основатель рода Клейрон, у некромантов его рода был свой бог-покровитель. Истинный дар некроманта – это не только бесконечная власть над мертвыми, но и тяжкий груз для его носителя. Поэтому бог сделал им подарок. Один раз в жизни некромант может не просто спуститься в царство мертвых, что им всегда было под силу, но и выйти оттуда с одной душой. Он подарил им возможность вернуть в этот мир одного человека при условии, что при смерти тело его не слишком пострадало и есть возможность восстановить его, прежде чем возвращать душу. Некромант может разделить с этим человеком свою жизнь, тем самым дав погибшему второй шанс. Каждый день, прожитый воскресшим, отнимался у самого некроманта. Умрет раньше срока по любым причинам один, погибнет и другой. Но согласись, для человека возвращение из мертвых возлюбленного или собственного ребенка – чудо, достойное любой цены, – с восторгом произнес изобретатель, удостоив и меня довольным взглядом, пока я пыталась в полной мере осознать сказанное им. – И пусть жизнь воскресшего будет короче, чем могла бы быть, не умри он изначально, но даже несколько лет – это лучше, чем ничего. Самое главное, что, придя в наш мир, семья нашего дорогого Дамиана не потеряла этот дар и бережно хранит тайну, понятно, по каким соображениям. Вот только с императором при давнем принесении клятвы этим секретом поделиться пришлось. И теперь у нас есть возможность воскресить наших любимых. Дамиан вернет мне Тришу, а потом ты попросишь Осбеорна вернуть тебе душу сестры, и все будут довольны. Я понимаю, что Дейм моложе, и спустись он за твоей сестрой, отмеренный ей срок был бы больше, но уж прости, по праву первооткрывателя и главного исполнителя всей задумки его я забираю себе. А Осбеорн не так уж стар, так что твоя сестра вполне успеет вырасти и даже выйти замуж и родить детей. Прожить практически полноценную жизнь! Потрясающе, правда? Вот что значит наследственный дар. В нашем роду передается лишь способность видеть и управлять любыми типами магии, да еще видоизменять материю. Это сущая ерунда по сравнению с возможностью воскрешать мертвых!

Я растерянно смотрела в дальний угол подвала, на уже практически полностью скрытое тьмой лицо Дамиана, на котором лишь яростно сверкали глаза, и пыталась понять, неужели все, только что сказанное, правда?

Пара мгновений, и он слегка кивнул мне, а у меня снова сдавило грудь. Неужели я пойду на это? Пожертвую жизнями людей, которые стали мне второй семьей, чтобы вернуть часть первой?

Я перевела взгляд на бледное личико мертвой сестренки. Ласкала взглядом ту, что была во всех солнечно-теплых воспоминаниях детства. Одинокая слеза, не удержавшись, упала, разбившись о магический купол, и я, закрыв глаза, отступила.

Покойся с миром. Я всегда буду любить тебя.

Развернувшись спиной к мертвым, твердо посмотрела в глаза Дамиана.

Я твой ответ поняла, надеюсь, и ты прочтешь мой.

Понял.

Что ж, теперь нам остается лишь тянуть время.

– С чего ты решил, что пойду на это? – тяжело дыша, спросил Дамиан у вернувшегося к самозабвенному черчению изобретателя.

– Все просто. – На этот раз Рун даже не стал отвлекаться. – Если ты откажешься, я убью Касс.

Не то чтобы неожиданно, но неприятно. Мы же вроде бы только что заключили соглашение.

– А я просто верну ее душу обратно. Ты же сам рассказал, что я на это способен, – не стал пока Дамиан явно подтверждать свои умения.

– Это я понимаю, – отозвался мужчина. – Но я ее не просто убью. Я сделаю с ней то, что сделали с твоим сумасшедшим родственником Аароном. Убью, а душу сразу привяжу к этому подвалу. И тогда она не сможет уйти, а ты не сможешь спуститься за ней. Мне удалось многое найти, в том числе и ритуал, с помощью которого можно привязать душу к месту. Не к телу, к сожалению, но к зданию – вполне.

Действительно, этот гад умеет находить правильные аргументы.

– Что ж, с таким условием я поспорить не смогу, – тяжело выдохнул Дамиан. – Ладно, я достану тебе душу твоей жены, вот только не думаю, что она будет рада своему воскрешению. Возможно, вообще не вспомнит тебя, время там тянется по-другому.

– Неважно, – отмахнулся Элидир. – Главное, что она будет рядом и живая, а с остальным как-нибудь разберусь потом.

А я с замиранием сердца поняла, что рисунок был уже практически готов. Отпущенное нам время стремительно заканчивалось.

– Послушай, – предприняла я очередную попытку отвлечь Руна. – Если можно было просто договориться, пусть даже и шантажом, почему ты убил мою семью? Почему просто не попросил маму дать тебе этот артефакт?

А вот теперь мне удалось зацепить Элидира за живое. Он резко вскочил на ноги с искаженным от ярости лицом и заорал:

– Не попросил?! Да я умолял! На коленях просил помочь Трише любым способом! Но твоя мать разводила руками и говорила, что в библиотеке нет ничего подобного, можно лишь продлить на несколько месяцев ее мучения, не позволяя уйти за грань. И я согласился! Пусть, главное рядом, и, может, я успею найти лекарство. А этот докторишка раз за разом продлевал наши общие мучения, выигрывая мне время. А потом отказался! Лорд Битан сказал, что это негуманно! А позволить ей умереть гуманно? За эти слова он поплатился. Возможно, если бы он тогда согласился, Триша была бы жива. А если бы не упрямство твоей матери, то были бы все живы! Она врала мне! Глядя в глаза, врала! – резко и зло бросил Элидир в мою сторону, и я даже отступила на шаг, боясь, что он сейчас накинется на меня, но изобретатель глубоко вздохнул и уже более спокойно продолжил: – Через месяц после смерти Риш мне попался в руки дневник моей прапрабабки, и что я увидел? Артефакт, возвращающий к жизни и способный излечить любую рану и болезнь! Она была одной из близняшек Кэрридуэн и хоть наследницей рода не являлась, кое-какими книгами и сведениями сестра с ней поделилась. А твоя мать делиться не пожелала! Она отказалась спасти мою любимую, поэтому потеряла всех, кто дорог ей. Даже когда у нее на глазах убивали дочь, все равно кричала, что ничего не может сделать. Так кто же из нас двоих большее чудовище, не она ли, что решилась погубить всю семью ради семейного наследия, которое никому не досталось бы?

Мне хотелось закрыть уши руками и закричать во весь голос, лишь бы не слышать этот ужас! Потому что я не верила! Моя мама не могла так поступить!

– Не она. Потому что она не врала, – внезапно раздался одновременно знакомый и какой-то странный голос из темного угла помещения.

Через мгновение оттуда вышли ближе к свету два… существа. Очень большие и крайне необычные, потому как оба буквально были сплетены из магии.

Одно из них походило на адскую гончую – существо, по преданиям, охранявшее покой мертвых душ за гранью и не выпускающее их оттуда. Черный пес со святящимися пламенем глазами и почти с меня ростом. Он был словно созданный из тьмы, чей кусочек притащил в наш мир безумный Аарон. Догадаться, кто это, было несложно. Духу-хранителю рода Клейрон все же удалось нас найти.

А вот второго я узнала сразу. И не благодаря незначительно изменившейся внешности, а из-за переливающихся разноцветных потоков магии, окружавших его и больше не встречавшихся мне ни у кого. Он значительно вырос, почти до размеров адского пса. Глаза сверкали ледяным голубым огнем, черты морды исказились и стали резче. Теперь его не примешь за милого домашнего кота. Но это был Хран. Мой дух-хранитель, который все же решился провести опасный ритуал для восстановления сил и памяти, что для него могло закончиться весьма плачевно. А он рискнул, чтобы найти меня.

– И кому я должен поверить? Хранителю, который сумел воскресить свою подопечную? – спокойно спросил Элидир.

Появлению духов изобретатель удивился, но ни малейшей взволнованности по поводу пришедшей к нам помощи не выказал. И это меня насторожило. Неспроста же он так в себе уверен. Хотя, возможно, все дело в состоянии безумной ярости, в котором он находился, так и не отойдя от вопроса, что я задала.

– Адалинда тебе не врала, – произнес глубоким голосом Хран. – Твоей жене она помочь ничем не могла.

– Ложь! – взревел Элидир и полыхнул вспышкой неконтролируемой силы, прошедшей взрывной волной по комнате, разбивая все на своем пути.

Меня впечатало спиной в стену, и я сильно приложилась к каменной кладке головой, отчего перед глазами тут же вспыхнула круговерть разноцветных пятен. Лишь железные столы с телами остались на своих местах, видимо, защищенные куполом стазиса от внешних воздействий.

– Почему вы продолжаете врать? Какой в этом смысл?! – продолжал буйствовать изобретатель, вперившись взглядом в моего хранителя. – То сама Кэрридуэн, то ты теперь готовы пожертвовать последним представителем рода, лишь бы не поделиться этой силой? Как вообще можно произносить настолько явную ложь, когда рядом с тобой находится живое подтверждение существования артефакта!

Он махнул рукой в мою сторону, пока я медленно пыталась подняться с пола. Краем глаза заметила, что адская гончая снова скрылась в темном углу, чтобы через мгновение проявиться рядом с Дамианом, черным туманом стелясь по полу и постепенно закрывая собой круг, в который был заключен магистр.

– Я не сказал, что артефакта не существует, – возразил Хран, делая плавный шаг вроде как в сторону изобретателя, но больше приближаясь ко мне, чем к нему. – Он есть, и ты прав, именно благодаря ему Алессандия сейчас стоит здесь. Но твоей жене он ничем бы не помог.

Я вздрогнула, услышав свое настоящее имя. Боюсь, теперь уже никогда не смогу привыкнуть и отзываться на него.

– Что за бред, – скривился Элидир в ответ. – Он вернул с того света девчонку, пришпиленную к полу мечом, словно бабочка к бумаге! Тело Триши цело, его восстановить куда проще, так по какой причине артефакт не смог бы помочь?

– Ты сказал, что узнал за все эти годы много чужих тайн, – резко сменил тему Хран.

Я поняла, что он тоже тянет время, отвлекая Руна. Бросила быстрый взгляд в сторону Дамиана – количество черного тумана вокруг него увеличилось, уже почти накрыв его с головой, но пока заклинание они еще не сломали.

– Ты когда-нибудь задумывался о том, что нигде и никогда не упоминались родовые артефакты рода Кэрридуэн? – продолжил заговаривать зубы изобретателю хранитель. – У всех высших имеется, по крайней мере, один комплект, но не у нашей семьи. Понимаешь теперь почему?

Элидир внезапно застыл, а затем ярость на его лице как будто стекла, оставив выражение ужаса и безысходности. Кажется, сейчас было произнесено что-то важное, а я не могла разобраться, что такого в этой фразе.

– Этот артефакт… родовой? – медленным, внезапно охрипшим голосом спросил изобретатель.

– Да, – кивнул в подтверждение Хран.

И я все поняла. Родовой воскрешающий артефакт мог действовать только на кровных родственников семьи Кэрридуэн. Моя мама говорила правду, помочь Трише она не могла. И весь план Руна, все, что он творил эти два десятилетия, почти два десятка убитых им людей – все было бессмысленно. Моя семья погибла из-за несбыточной мечты безумца.

– Нет, нет, нет… Не может быть, – замотал он головой, вцепившись в волосы, а следом яростно выкрикнул: – А даже если и так, я найду способ обойти необходимость кровного родства! Я не сдамся так просто!

– Возможно, найдешь, – невозмутимо согласился Хран. – Но это все равно бесполезно. Артефакт веками копил энергию для спасения последнего представителя рода или от смертельной болезни, или от раны. Воспользоваться им можно лишь на пороге смерти либо переступив за него, и от этого зависит, сколько энергии уйдет на спасение. Я принес Алессу еще теплую, но уже бездыханную. Вся накопленная за последнее тысячелетие энергия ушла на то, чтобы вернуть ее в мир живых. Но даже такого количества не хватило, чтобы избавить девочку от воспоминаний о произошедшем, оставив на память шрам. Артефакт потратил все. Потребуются еще сотни лет, чтобы он хотя бы активизировался. А до того момента это просто обычный камень. Ни у тебя, ни у твоей жены нет столько времени.

Хранитель развеял последние надежды Элидира. Медленно, с трудом переставляя ноги, он прошел к телу своей жены и, склонившись, неистово зашептал что-то, вцепившись руками в купол стазиса, постепенно разрывая его.

А у меня в груди разлилась пустота. Вот и все. Все закончилось. Но почему же мне не стало легче?

Я не заметила, что Дамиан уже освободился, пока не почувствовала теплые руки, мягко обнявшие меня со спины и прижавшие к себе.

– Цела? – тихо спросил он, а я смогла лишь кивнуть в ответ.

Отпустив меня, черная, все еще покрытая мраком фигура с отблесками пламени в глазах решительно шагнула в сторону Руна, рыдающего над телом возлюбленной. Но я, ухватив магистра за руку, удержала его. Резко развернувшись, Дамиан недоверчиво уставился на меня.

– Ты что, хочешь оставить его без наказания? – хрипло спросил он. – Позволишь просто уйти?

– Разве ты не видишь, Дейм? – проговорила я, взглянув ему в глаза. – Этот человек уже несколько секунд как мертв. Мы уже ничего не можем ему сделать. Разве что поглумиться над телом.

Я вернула взгляд к судорожно вздрагивающему мужчине, наблюдая, как черный цветок смерти, распустившийся у него на спине, медленно, но верно распространяет свои корни по телу. Да, он еще шевелит губами и судорожно сжимает пальцы, но жалкие движения тела ничего не значат, если душа за него уже не держится.

Отчаянье и безысходность могут убить. Но вернее всего и больнее бьет любовь. И я жалею лишь о том, что Элидир оказался недостаточно силен, чтобы промучиться с этой болью больше десятка лет, как пришлось мне.

Не желая больше смотреть на агонию, повернулась к Дамиану.

– Я хочу забрать отсюда сестру и похоронить ее.

Магистр напряженно посмотрел на меня и, коротко кивнув, ушел туда, где лежали уже три тела.

А я отошла подальше и зажмурилась. Не хочу больше ничего ни видеть, ни слышать. С меня достаточно. Через мгновение почувствовав, что меня укутывает знакомый теплый мех, вцепилась руками в шею Храна, позволяя ему завернуть меня в его пушистые хвосты, словно в кокон.

– Спасибо, – прошептала еле слышно в его шерсть, понимая, что он все равно услышит. – За все. За то, что спас тогда, за то, что был рядом все эти годы, за то, что пришел сегодня сюда.

– Можем уходить, – произнес рядом Дамиан, и кот освободил меня из мехового плена, позволив взглянуть на Кассандру, такую маленькую в руках магистра.

Последнее, что я увидела среди стремительно разворачивающихся черных лент портала, заполняющих комнату, это яркая вспышка в том месте, где остались тела изобретателя и его жены.

На следующий день все газеты столицы разразились шокирующей новостью:

Известный изобретатель Рун Элидир скончался в результате неудачного эксперимента, взорвавшего подземную лабораторию и разрушившего часть замка. Кроме самого изобретателя, к счастью, никто не пострадал.

Но я об этом узнала гораздо позже.

Эпилог

Несмотря на то что пасмурно было весь день, с неба не пролилось ни капли, пока на могильный холм не была высыпана последняя лопата земли. И лишь после этого мне на щеку упали несколько робких капель, а уже через мгновение все накрыло сплошной стеной дождя. Я, не двигаясь с места, стояла и смотрела, как вода омывает строки на граните: «Кассандра Эстарта тэр Кэрридуэн и Алессандия Эстарта тэр Кэрридуэн. Вечно живые в памяти близких».

Сегодня я похоронила последних представителей древнего рода. В тот же самый день, в день их смерти, седьмого августа. Спустя пятнадцать лет эта история все же закрыта.

Когда-то я мечтала, что, покончив со всем, вернусь в наше поместье и приму имя своего рода. А четыре дня назад поняла, что не хочу этого. За недолгое время я уже достаточно узнала о высшем свете, чтобы понять, что не желаю становиться его частью. От замка осталось лишь пепелище да несколько голых стен. От рода – три надгробия.

В тот злополучный день род Кэрридуэн оборвался. Алессандия для всех погибла вместе со своей семьей. А появилась Кастодия Серас, девочка из приюта.

– Ты совсем вымокла и продрогла, – произнес Дамиан и опустил мне на плечи тяжелый теплый плащ. Я позволила себя укутать, а потом развернулась и, тяжело вздохнув, уперлась лбом ему в грудь.

– Забери меня отсюда, – прошептала, почувствовав, что на сегодня с меня хватит.

Я не отпустила и не забыла все произошедшее. Это не так-то просто. Но сегодня я поставила в этой истории точку. Возможно, теперь кошмары буду мучить меня меньше.

Первые сутки после того, как мы вернулись из подвала Элидира, просто отсыпались. Потом Дамиан забрал из своего городского дома Флору, поселил ее в соседних со мной покоях и рассказал своим родителям обо всем произошедшем.

Хран снова стал обычным котом. Как выяснилось, проведенный ритуал память вернул ему насовсем, а вот истинную форму лишь ненадолго. На полное восстановление не хватило магических сил. Но по поводу уменьшения размеров кот не горевал, уверяя, что так ему даже проще.

Чуть позже нам с Флорой пришлось открыть подробности нашего похода к призраку Аарону. Лорд Осбеорн заинтересовался существом из безмирья и обещал подумать над этой проблемой. Дамиан слушал молча, а после того, как мы закончили рассказ, высказал свое недовольство лишь Флоре, которая не справилась с заданием по удержанию меня от неприятностей. Ни слова упрека или угрозы в мою сторону, лишь теплая улыбка и поддержка в глазах. А меня это взбесило.

Я виновата, знаю, что поступила опрометчиво, но другого выбора у меня не было. Я готова была понести наказание, но меня никто не ругал, даже Флора не жаловалась, что ей из-за меня досталось. Со мной обращались как с хрустальной вазой, а меня все больше злила эта жалость, которую они скрывали за чрезмерной заботой. Но я понимала, что это всего лишь мои расшалившиеся нервы, поэтому держалась и не срывалась на окружающих.

Но на этом закончиться все не могло, ведь оставалась последняя, но крайне важная фигура, так и не раскрывшая своих мотивов.

Визит императора на следующий день после похорон застал нас врасплох и был крайне неприятной неожиданностью. А то, что он затребовал срочно для личного разговора меня, Дамиана и Осбеорна, заставило мужчин рода Клейрон напрячься. Мне же было все равно. Если бы император связал нас со смертью Элидира и хотел теперь в чем-то обвинить или даже наказать, то сделал бы это сразу, а не тянул бы пять дней с решением. Да и вряд ли бы явился в одиночку. Может, как маг он и сильнейший, но два некроманта тоже сила. Так что я проследовала за мрачным властителем нашей империи в кабинет лорда Осбеорна спокойно и безучастно. Устроилась в кресле напротив стола, за которым расположился сам Вайерд Киневард, и ждала развития событий, впрочем, уже предполагая их ход. Дамиан и его отец остались стоять, явно тоже не ожидая ничего хорошего от предстоящего разговора.

– Я хочу узнать правду о смерти Элидира, – проникновенно проговорил император.

– Ничего отличного от официальной версии я тебе сказать не могу, – невозмутимо заметил лорд Осбеорн, все же присаживаясь в кресло рядом со мной. – Проверка остаточного магического фона показала, что взрыв был инициирован силой самого Руна. Так что это действительно несчастный случай.

– Я не сомневаюсь, что взрыв произошел по его вине. Я хочу знать, почему он это сделал и как это связано с вами, – достался мне пристальный взгляд, и в тишине кабинета колоколом прозвучало: – Леди Кэрридуэн.

Атмосфера в комнате сгустилась. Казалось, даже потемнело от мрачности двух некромантов. А у меня лишь на мгновение екнуло сердце, а потом вновь вернулась апатия, не отпустившая еще с похорон.

– Вы знали? – прозвучал напряженный вопрос от Дамиана, и мне на плечо опустилась его горячая рука.

– Неужели вы думали, что я ее не узнаю? – со скепсисом поинтересовался Его Величество. – Да, на балу, под всеми этими слоями краски и в капюшоне праздничного платья, мне даже в голову не пришло, что я уже где-то видел это лицо. Но потом… Осбеорн, ты-то должен был понять, что рано или поздно я догадаюсь. Пусть девочка и не точная копия матери, но образ Адалинды довольно долго хранился в моем сердце в юности, пусть она и выбрала другого.

Я не знала о влюбленности императора в мою маму. Все-таки удивительная штука жизнь. Жаль, что нежные чувства в прошлом не заставили Вайерда серьезно заняться обстоятельствами ее смерти.

– Тогда почему молчал? – мрачно спросил лорд Клейрон.

– Очевидно, что вы представили ее обществу не просто так, значит, возобновили расследование. Не хотел ломать вашу игру. Но когда осознал, что вы подставляете девочку под удар, попытался забрать ее во дворец, думал, что там безопаснее, но, видимо, ошибался. Это же был он, младший Элидир, да?

– Да, – тихо ответила я. – Это он убил мою семью.

– Почему? – спросил император.

– Ради хранилища в библиотеке. Он думал, что там есть артефакт, способный вернуть к жизни его скончавшуюся жену.

– И?

– Рун ошибся, в хранилище не было ничего, способного воскресить ее, – честно сказала я, помня, что император умеет распознавать ложь. – Он убил всех этих людей напрасно. И, узнав об этом, покончил с собой, напоследок полыхнув своей силой.

Император потемнел лицом, прикрыв на мгновенье глаза, тяжело вздохнул и покачал головой.

– Вы должны были остановить его, – глухо проговорил он, а я полыхнула злостью.

– Зачем? – повысила я тон. – Для справедливого императорского суда? Извините, но я уже убедилась в его «эффективности». Я, конечно, тоже не удовлетворена столь быстрой и относительно легкой смертью убийцы, но это лучше, чем вам его отдавать.

– Касс… – прозвучало сзади тихое предостерегающее обращение от Дамиана, но я не жалела, что высказала в лицо императору то, что давно хотела.

Мрачный Вайерд долгую минуту пристально смотрел на меня, видимо, ожидая извинений, но не дождался.

– Я понимаю твою злость, девочка. Ты имеешь на нее право, так же как и на упреки. Но я не обязан объяснять тебе целесообразность своих решений и оправдываться за их последствия. И не стоит считать, что высшие роды избегут справедливого наказания лишь из-за своего происхождения. Расплата всегда придет и будет соразмерна вине.

Я скривилась, но промолчала. Только терпеть дальше эти лживые речи не желала. Главное я рассказала, а остальное пусть выясняет у Клейронов. Поэтому я резко поднялась и устремилась к выходу.

– Стойте, леди Кэрридуэн, – раздался властный приказ, и я с трудом сдержалась, чтобы не запретить ему обращаться ко мне по этому имени. – Остался еще один важный вопрос, который я желал обсудить лично с вами.

– Как пожелаете, Ваше Величество, – оскалилась я в улыбке, разворачиваясь к нему и приседая в реверансе. – Я вас внимательно слушаю.

– Что вы намерены делать со своим родом?

– Ничего, – строго проговорила я, глядя ему в глаза, желая показать, что это решение я буду отстаивать до конца. – Род Кэрридуэн погиб, и вместе с ним исчезла библиотека. Навсегда. Я не желаю, чтобы меня хоть как-то связывали с этим именем и хранилищем. Моей семье это ничего хорошего не принесло.

– Вы понимаете, что тем самым отказываетесь от положения в обществе, власти и собственного наследия и наследства? – спросил Вайерд, а я лишь горько рассмеялась.

– От какого наследства? Пепелища, оставшегося от замка? Мне никогда не нужно было ничего этого. Ни положения, ни власти, ничего. Только родная семья. Но, увы, у меня ее нет, и никакие ваши блага ее не заменят. Я не приму родовое имя, что бы вы мне ни посулили и чем бы ни угрожали.

Несколько мгновений в помещении висела напряженная тишина, а затем император тяжело вздохнул и сказал:

– Я приму ваше решение, но, если вы когда-нибудь измените его, понадобится только ваше слово, помните об этом.

– Благодарю, – ответила тихо, склонившись в очередном реверансе, встала и покинула комнату.

Ненавижу!

С магистром и его отцом Вайерд Киневард разговаривал еще долго. О чем – не знаю, меня посвящать не стали, а я не спрашивала. Но больше император меня не беспокоил.

Еще через день в газетах появилась статья: «Ночью скончалась от сердечного приступа Деланей Битан». И, несмотря на заверения специалистов, что дело лишь в преклонном возрасте и большой нагрузке в больнице, меня не оставляли мысли об императорском возмездии.

«Расплата всегда придет и будет соразмерна вине…»

А потом полетели дни на берегу моря. Каникулы еще продолжались, поэтому Флора осталась с нами дожидаться начала учебного года, развлекая меня в отсутствие Дамиана. Мы снова стали тренироваться, много гуляли по окрестностям. Просто болтали ни о чем, старательно обходя любые упоминания о произошедшем.

Несколько раз съездили в замок Дунебшхишт. Лорд Осбеорн долго выпытывал у своего мертвого родственника о самом замке и его обитателях и в итоге пришел к решению, что наследство мне принять придется. Хотя Дамиан был категорически против, каким-то чудесным образом старшему Клейрону удалось его уговорить. Через пару недель исследования также было решено, что шанс на жизнь обрывку мрака нужно дать и привязка ко мне никаких нежелательных последствий конкретно для меня иметь не будет. И стоило бы, конечно, разобраться со всеми исследованиями безумца получше, но пока у меня не было на то ни сил, ни желания. Поэтому, напоив странное существо из безмирья каплей своей крови, тем самым дав ему возможность жить в нашем мире, я с помощью Дамиана и лорда Осбеорна заперла замок от любых вторжений. Как официально вступившая в права наследования, я это могла сделать, погрузив всю территорию вместе с обитающими там монстрами в безвременную спячку.

Дамиан неожиданно, впервые за десять лет, взял отпуск в управлении. Конечно, полностью отстраниться от работы он не мог, но уходил из дома не каждый день и ненадолго. А все остальное время проводил со мной. Мне, честно говоря, даже начало казаться, что меня просто боятся оставлять наедине с собой. Зря, такой глупостью, как самоубийство, после того, с каким трудом мне эта жизнь досталась, я не собиралась заниматься.

Но все же плюс в этом надзоре был – мы с Дамианом получили возможность узнать друг друга в нормальной и спокойной обстановке, а не в пылу расследований и прочей суеты.

Он оказался не идеальным, но был комфортным мне человеком. Тем, рядом с кем мне было уютно молчать, наблюдая за пляшущим пламенем в камине. С кем можно было затеять спор на любую тему и получать от этого удовольствие, а потом разойтись, пусть и оставшись при своем мнении, но не скатившись в банальную ссору.

Я все чаще задумывалась о нас и как же быть со всем этим дальше. И с каждым разом решение, которое я приняла, не нравилось мне все больше и больше.

То, на что я решилась этой ночью, было чистым сумасбродством. И мне было страшно… Но в то же время я понимала, что действительно хочу этого. Поэтому стояла, закутавшись в тонкий халатик, напротив двери, подрагивала от холода, нервозности, предвкушения. И боялась постучаться. Впрочем, глупо было рассчитывать, что мое присутствие не заметят.

Дверь распахнулась, являя мне полуобнаженного сонного магистра.

– Снова кошмары? – участливо спросил он, мягко беря за руку и заводя внутрь.

А я решила, что проще сейчас согласиться, чем объяснять истинные причины моего здесь появления, поэтому кивнула.

– Не бойся, все хорошо, – проговорил Дамиан, обнимая меня и устраивая подбородок у меня на макушке.

Тихонько вздохнув, я прижалась щекой к обжигающе горячей груди, слыша, как спокойно и уверенно бьется его сердце. Вот бы еще и мое не заходилось в таком бешеном ритме.

– Так сильно перепугалась? – неправильно понял причины моей паники Бриар.

А я опять просто кивнула. Пусть думает, что опасаюсь я своего прошлого, а никак не будущего.

– Тогда сегодня ночью я буду отпугивать от тебя всех монстров, – с улыбкой в голосе произнес он, отпустив, развернул к себе спиной и слегка подтолкнул в сторону темнеющего проема двери в соседнюю комнату.

В покоях Дамиана в замке я была впервые, но рассмотреть ничего толком не могла, слишком темно было вокруг. Лишь очертания большой кровати в спальне разглядела.

– Зажечь свет? – спросил Бриар, зайдя следом за мной.

– Не надо, – тихо отозвалась я, все еще стоя к нему спиной.

И, сделав глубокий вдох, решилась. Слишком туго затянутый узел халата поддался не сразу, и я позволила мягкой ткани скользнуть к ногам, оставляя меня лишь в тонком шелке ночной сорочки, непривычно короткой и открытой, но выбранной именно по этим причинам. Потому что, в отличие от прошлого раза, когда я была безэмоциональна и раскованна благодаря заклинанию, сейчас так откровенно предложить себя не могла, хоть теперь это и было по велению сердца, а не разума и расчета.

Несколько минут меня окутывали лишь тишина и сумрак вокруг, пока не раздался хриплый голос из-за спины:

– Родная, надень, пожалуйста, халат. Здесь довольно прохладно, боюсь, простудишься.

Улыбку, появившуюся на лице, прятать не стала, все равно он не видит. Какой бы робкой и неопытной я ни была, даже для меня это объяснение выглядело слишком нелепым.

– Не хочу, – чувствуя, что напряжение понемногу отпускает, произнесла я. – Если замерзну, ты меня согреешь.

И в следующее мгновение вздрогнула, почувствовав обжигающее дыхание на затылке. Очень медленно, проведя рукой от одного плеча к другому, он собрал мои волосы и перекинул их вперед. Я уже едва дышала просто от того, что он стоит сзади буквально в нескольких сантиметрах и, даже не дотрагиваясь, обжигает меня жаром своего тела.

Первое прикосновение мужской ладони, скользнувшей по шелку на моей талии, заставило вздох замереть в груди. А мягкое прикасание губ к шее словно оставило ожог на коже.

– В какую игру ты играешь, Касс? – тихо прошептал Дамиан.

– Я не играю, – ответила еле слышно.

Еще одно движение его губ, ласкающее шею и спускающееся к плечу, и у меня мелко задрожали ноги.

– Значит, это то, чего ты хочешь?

Тьма, не та, страшная и иссушающая, а мягкая, теплая, томная, обволакивала меня его голосом. Даже если бы я вдруг захотела уйти, теперь бы уже вряд ли смогла.

Рука Бриара на моей талии слегка напряглась, и вот я уже прижата голыми лопатками к его обнаженной груди. Кожа к коже, и это прикосновение прожгло меня до самых кончиков пальцев.

– Да, – произнесла на выдохе, запрокидывая голову ему на плечо.

А в следующее мгновение Дамиан развернул меня к себе лицом, и его губы захватили мои, навсегда оставляя свой след на сердце и окончательно лишая разума.

Тьма укутывала нас, не мешая, а лишь делая все чувства острее и пронзительнее. Мягкое, но настойчивое касание языка послало разряды по всему телу, заставляя меня тихонько застонать от переполнявших ощущений. Терпкий, чуть горьковатый вкус его поцелуев, словно черный шоколад со специями, разливался по горлу.

Момент, когда я оказалась уже опрокинутой навзничь на его кровати, пролетел мимо сознания. Как и то, что тонкие бретельки сорочки уже сползли с плеч, открывая мужскому взору куда больше, чем я была готова показать.

И ласковые, сводящие с ума губы начали медленно спускаться по моей шее.

Томный, глубокий стон, прозвучавший слишком громко в тишине комнаты, никак не мог принадлежать мне. Но тихое «ах!» после легкого укуса в ключицу подтвердило, что это именно я сейчас сгораю от страсти в руках любимого.

Еще один мой томный вздох был прерван тихим вскриком.

Нет, не удовольствия – удивления.

Еще мгновение назад я млела в объятиях Дамиана, едва прикрытая шелком сорочки, а вот уже по уши замотана в одеяло.

– Мое маленькое соблазнительное чудовище… Пока ты окончательно не свела меня с ума, мы с тобой поговорим о причинах, заставивших тебя прийти ко мне сегодня, – хриплым голосом произнес Дейм, прижав меня к себе чуть крепче.

А я почувствовала, что совсем глупо и по-детски краснею до самых ушей.

– По-моему, ответ вполне очевиден, – пробормотала, пряча взгляд от смущения.

– Нет, родная, этот трюк мы уже проходили, он и в первый раз у тебя не удался, – с явным укором сказал магистр.

Посмотрела на него и поняла, что действительно играю с огнем: в сумраке спальни были прекрасно видны его отбрасывающие пламенные переливы глаза. Да, после того раза убедить его в моей искренности будет непросто.

Глубоко вдохнула, протяжно выдохнула, зажмурилась и сказала то, в чем не решалась признаться слишком давно:

– Я люблю тебя.

Его медленный, тягучий поцелуй заставил мои застывшие в напряжении мышцы расслабиться, окутывая нежностью.

Впрочем, распутывать из одеяла меня не спешили. И я почувствовала легкий отголосок горечи. Кто-то выучил меня слишком хорошо, чтобы, поддавшись эмоциям, не выяснить все до конца.

– Значит, это твой ответ? – тихо прошептал Дейм, покрывая мое лицо легкими поцелуями, и уточнил: – На мое предложение.

Действительно, он знает меня даже лучше, чем хотелось бы.

– Нет, – вздохнула я, понимая, что романтический настрой сейчас будет потерян окончательно и грядет разбор полетов. Конечно, я собиралась с ним объясниться, но надеялась, что это произойдет позже.

Дамиан, отстранившись, оперся спиной на спинку кровати, несколько мгновений чем-то шуршал в темноте, а потом я увидела сполох огонька, и по комнате разнесся запах табака.

«Довела», – с горечью подумала я.

Выбралась из плотного кокона, поправила сорочку, прикрылась одеялом и тоже села на кровати, с трудом сдерживая желание отнять у него сигарету и смять. Но сейчас я на это права не имею.

– Ты уезжаешь, – сказал Бриар сухо.

– Как ты… – начала я, но он не дал мне договорить.

– На столь отчаянные поступки ты всегда решаешься, прежде чем совершить что-то еще более отчаянное. А так как главный источник опасностей уже устранен, вариантов, что ты хочешь сделать, остается не так уж много.

И он был, как всегда, прав.

– Зачем, Касс? – устало спросил Дейм. – Зачем ты пришла ко мне сегодня? Зачем призналась?

Отвечать было стыдно и больно. Но врать и замалчивать я больше не собиралась.

– Потому что хотела запомнить и увезти с собой частичку того тепла, что ты всегда дарил мне. Хотела почувствовать, каково это, быть любимой. Хотела, чтобы у нас была хотя бы эта ночь, – под конец произнесла шепотом, понимая, насколько эгоистично это звучит, хотя и говорила «нас», имела в виду только себя.

– Неужели ты искренне считала, что после произошедшего я бы тебя отпустил? – судя по голосу, усмехнулся мужчина, а я жалела, что не могу разглядеть в темноте его лица. – Нет, Касс. Либо все, либо ничего. И пока на твоем пальчике не окажется мое кольцо, ничего бы между нами не было.

Что-то подобное я и подозревала, но до последнего надеялась, что мы оба утонем в чувствах.

– Если ты действительно любишь меня, то почему хочешь уйти? – с горечью в голосе спросил Дейм.

Я вздрогнула, яростно подавив в себе желание протянуть руку и прижаться к его груди, чтобы хоть немного унять ту боль, что сейчас ему доставляю.

– Почему ты каждый раз подпускаешь к себе все ближе, а потом отталкиваешь еще дальше? – снова подал он голос, а я, все же не выдержав, робко придвинулась к нему и все же опустила голову ему на плечо, а в следующее мгновение облегченно выдохнула, почувствовав, как он приобнял меня.

– Просто в этот раз я действительно боюсь тебя оттолкнуть, поэтому предпочту уйти первой, – тихо призналась я.

Рука, до этого медленно поглаживающая меня, застыла, и прозвучало требовательное:

– Объяснись!

Я вздохнула.

– Тебе понравилась последняя пара недель, что мы провели вместе?

– Глупый вопрос, Касс, – пробились в его голосе нотки раздражения. – Сама-то как думаешь? Мы наконец-то могли просто поговорить, и ты не пыталась сбежать и спрятаться. По крайней мере, мне так казалось.

– Нет, я не пряталась, но, к сожалению, все это было неправдой. – Плечо под моей головой напряглось. – Часто, когда мы с тобой находились рядом, я давила в себе рвущиеся наружу злость и разочарование. Мне хотелось дать тебе пощечину, а потом заорать, что это ты виноват в том, что Элидир умер так легко, а не мучился десяток лет от душевных терзаний, не страдал от осознания безысходности. Бывало, мы с тобой просто сидели и обсуждали книги, а в следующее мгновение я еле сдерживалась, чтобы не вскочить и не начать крушить все вокруг. Иногда во время обедов мне хотелось запустить бокалом в твоего отца и обвинить его в том, что он столько лет ничего не делал, чтобы найти убийцу моей семьи, а стоило чуть-чуть поупорствовать, и мы раскрыли все меньше чем за год! То я понимала, что все эти обиды безосновательны, то через минуту все внутри кипело от злости… Спасибо Флоре, благодаря ее тренировкам мне удавалось держать себя в руках.

– Касс… – попытался прервать меня Дамиан, но я не дала.

– Нет, помолчи, – заявила я, накрывая ладонью его рот. – Ты хотел услышать всю правду, так слушай. Я потеряла себя. Как и Рун. Мы с ним очень похожи. Он столько лет стремился воскресить жену, а я жаждала отомстить убийце. А теперь все закончилось нашим общим проигрышем. Только он после этого потерял желание жить, а я потерялась сама. Не знаю, кто я, чего хочу в жизни. Я боюсь своих порывов, безосновательной злости и того, что могу совершить. Меня до дрожи пугает то, насколько хорошо я понимаю все мотивы и чувства Элидира. Как долго я продержусь, прежде чем скачусь в то же сумасшествие?

Я задрожала, потому что даже тепло мужского тела уже было не способно сдерживать холод, растекающийся в моей груди.

– Не говори так, вы с Элидиром непохожи, – уверенно проговорил Дамиан. – Мы все понимаем, что тебе сейчас тяжело, и совсем не обязательно было сдерживаться. Ну, врезала бы мне разок, ничего страшного. И даже запущенный бокал отец простил бы.

– Возможно. По себе знаю, простить можно многое, а вот забыть куда сложнее, – возразила магистру. – Я не хочу на вас срываться, а держать все это в себе достаточно долго просто не смогу.

– Я помогу тебе, будем выматывать тебя на тренировках так, что сил еще на что-то точно не останется, – продолжал настаивать и искать другие варианты Бриар, но я понимала, что для меня уже все решено.

Я прижалась к нему крепче.

– Боюсь, так не получится. Пока ты рядом, я утопаю в чувствах. Рядом с тобой мне хочется, наконец, перестать бороться, расслабиться и просто наслаждаться. А сейчас мне придется бороться с собой. Нужно понять, чего я хочу от жизни. И, боюсь, ставить самоцелью просто любовь и счастье – это не лучшее решение, – вздохнула я. – Нет, мне надо уехать. Побыть одной подальше ото всех. Занять голову сотней повседневных мелочей и жизненных трудностей. Работой, ведением дома, готовкой, покупкой домашних мелочей. Все, что угодно, но не сидеть в четырех стенах в комфорте и полной безмятежности.

– То есть ты уже все решила и возражения не принимаются? – горькая ирония прозвучала в его голосе. – Как всегда, самостоятельная, сама себя убедила в невозможности другого исхода. Действительно маленькая эгоистичная девочка.

– Прости… Я бы хотела не чувствовать весь этот сумбур в душе. Хотела бы, чтобы все было просто и понятно хотя бы сейчас. Хотела бы остаться с тобой и жить дальше. Но боюсь, что, если все оставить так, как есть, я лишь испорчу наши отношения.

Тишина снова воцарилась меж нами, но не та уютная, с которой начинался вечер, а холодная, отстраненная.

– Когда ты уезжаешь?

– Через два дня.

– Куда?

– Пока не знаю. Твой отец обещал открыть мне портал в столицу, а там, на почтовой станции, решу. Однозначно, что как можно дальше от столицы. Скорее всего, куда-нибудь на юг, ближе к морю, – поделилась я планами, надеясь хоть немного его успокоить. – У меня есть накопления, да и лорд Осбеорн категорично заявил, что без денег меня не отпустит. А еще он сделал мне лицензии алхимика третьей категории и артефактора, пока без категории. Так что снять жилье и устроиться на работу я смогу. Правда, я поклялась, что не стану продавать то, в действии чего не буду уверена, но я и так не собиралась.

– Значит, ты уже успела и родителям рассказать эту новость? – в его голосе прозвучала обида.

– Да, – призналась я. – Я поговорила с ними этим вечером. Но твой отец заявил, что пока ты не дашь свое разрешение, он меня никуда из замка не выпустит.

– Хоть кто-то меня понимает, – вздохнул Дамиан.

– Ты меня отпустишь?

– А ты спрашиваешь моего разрешения?

– Спрашиваю, – кивнула я. – Я не ставлю тебя перед фактом отъезда, я просто изложила тебе все имеющиеся аргументы. Не думай, что я собралась соблазнить тебя и сбежать поутру. Этот разговор состоялся бы в любом случае. Я прекрасно понимаю, что если ты захочешь, то найдешь меня везде, поймаешь и больше не выпустишь. Поэтому сейчас я прошу, чтобы ты отпустил меня добровольно.

Я, затаив дыхание, ждала его ответа. Потому что этот мужчина был для меня важен. И если он откажет, я смиренно останусь в замке и буду надеяться на лучшее.

– Отпущу, если ты примешь мой подарок, – наконец ответил он.

Я облегченно вздохнула, потому как до конца не верила в то, что он согласится.

– Какой?

– Дом на берегу моря. Тот самый, что я когда-то обещал тебе. Он существует на самом деле, я купил его давно, но времени выбраться не было. Дом находится недалеко от небольшого городка. Уединенный, поблизости никто не живет, защиту я на него поставил хорошую. По крайней мере, так я буду знать, где ты, и буду уверен, что никто посторонний не сможет проникнуть в него.

– Ты выбрал такой подарок, от которого я не смогу отказаться. Спасибо, – поблагодарила я и, приподнявшись на локтях, коснулась его губ легким поцелуем. Но когда уже хотела отстраниться, Дамиан меня обнял и прижал к себе.

– Ты обещаешь вернуться? – прошептал он мне в губы, обжигая пламенем в глазах.

– Если ты все еще захочешь меня видеть рядом. Я не знаю, как много времени пройдет, прежде чем я приду в себя, и не имею права требовать от тебя ждать меня.

– Даже не надейся, – погладил он меня по щеке. – Я дождусь, но без твоего обещания вернуться точно не отпущу. Ну так что?

– Обещаю, – с улыбкой выдохнула я.

– Я запомню.

Прозвучало как угроза. Но почему-то от этой угрозы сердце сжалось в сладком предвкушении.

Волны с шуршанием набегали на песок и мягко отступали обратно. Свет луны дорожкой стелился по поверхности воды, уходя за горизонт. Хотелось просто созерцать и ни о чем не думать.

– Так что дальше? – напомнил мне Дамиан, что я прервала свой рассказ.

Я вздохнула.

– Ну, вариантов действий у меня было немного. Целителя ждать долго, а у бедной женщины каждая минута могла стать роковой. Я не знала, что это – болезнь или проклятие, но решила попробовать вытащить ту тьму, что сгустилась вокруг ее сердца. Можно сказать, позвала ее своей магией и потихоньку, капля за каплей, вытянула. – Руки Дамиана на моей талии и его грудь, на которую я опиралась спиной, напряглись, и я успокаивающе погладила его пальцы. – Ощущения довольно мерзкие, но боли я не чувствовала. Да и Хран потом подтвердил, что никаких изменений или неприятностей мне это не принесло. Зато, представляешь, буквально через пять минут женщина очнулась! И даже чувствовала себя вполне хорошо. Сходили, называется, с Храном посмотреть на праздник на площади… Кто же знал, что кому-то вдруг станет плохо в толпе. А я, как всегда, не смогла просто постоять в стороне.

– Ох, экспериментаторша… – тяжело вздохнул магистр. – И что же тебе всегда так везет-то… Просто погулять, и то без приключений не можешь.

– Да не в этом дело, Дейм! – Я оглянулась, чтобы увидеть его лицо. – Ты понимаешь, это же означает, что с помощью некромагии тоже можно лечить!

– Лишь возможно, – мягко заметил он и, развернув меня, сильнее прижал к себе. – Ты же так и не разобралась, а вдруг это действительно было какое-то проклятие? Тогда нет ничего удивительного в том, что ты смогла его вытянуть.

– Я знаю, но все равно считаю, что это был, скорее, сердечный приступ, а я смогла его купировать, – насупилась я. – Понимаешь, та тьма не была плотной, да и узора никакого определенного не имела, непохоже на проклятие.

– Может, ты и права. Но, прежде чем кидаться проверять свою теорию и пытаться лечить еще кого-то, я бы посоветовал тебе найти информацию о таких феноменах в библиотеке. Никогда не слышал, чтобы некроманты могли лечить, но не думаю, что это так уж невероятно.

– Почему? – удивилась я.

– Жизнь и смерть – две стороны одной монеты. Если целитель вполне способен убить своим даром, то почему некромант не может спасти?

Я задумалась.

– Целитель, единожды преступив табу смерти, теряет свой дар. А что же тогда некромант? Становится целителем? – напряглась я.

Дамиан рассмеялся.

– Нет, Касс, не переживай. Никуда твой новоприобретенный дар не денется. И утерянная магия целительства уже не вернется, – быстро разгадал он, о чем я подумала. – А вот по профессии лечить – пожалуйста.

Я неопределенно пожала плечами. Опыт работы в больнице показал, что я для этого слишком чувствительна. Сложно работать с людьми так близко, особенно с тяжелобольными. Да и за прошедшее время я поняла, что возиться в лаборатории в научных изысканиях по зельям и артефактам мне куда интереснее. Возможность врачевания некромагией – конечно, открытие, но это не значит, что я собираюсь заводить собственную практику по этому направлению лечения.

– Не хочешь? – проницательно заметил магистр.

– Не особо, – согласилась я.

– И хорошо, мне так спокойнее будет, – прозвучал неожиданный ответ. – А то твоих экспериментов я опасаюсь. Особенно вспоминая, в каком состоянии я тебя нашел после одного из этих лечений.

Да, причины опасаться у Дамиана действительно имеются. А ведь он еще не знает, какой я была после того, как накопители наполняла. И спасибо всем богам за это, иначе очередного скандала не миновать.

Разговор затих сам собой. Мы просто сидели на прохладном песке и любовались, как серебряная лунная дорожка колышется на волнах. Я грелась в теплых объятиях Бриара, слегка улыбаясь, когда чувствовала, что его горячие губы вскользь касаются плеча, затылка и шеи. Наверное, у меня уже навсегда ощущение такого легкого счастья будет ассоциироваться с соленым запахом моря и шуршанием прибоя.

– Пора, – донесся до меня сквозь пелену сонной неги слегка разочарованный голос. – Скоро рассвет.

– У тебя или у меня? – спросила, не открывая глаз и впитывая душой последние капли момента.

– У тебя, – и, поцеловав напоследок, меня отпустили. – Хорошего дня, – услышала я, когда уже растворялась в сумраке сна.

– И тебе, – шепнула в ответ.

Меня разбудил мягкий свет только расцветающего дня за окном и тихое шуршание Храна на кухне. С самого нашего приезда он негласно взял на себя обязанности кухарки и теперь с поразительной для существа, не питающегося обычной едой, настойчивостью пытался меня откормить. Поэтому каждое утро он вставал пораньше, чтобы придумать мне что-то новое и оригинальное на завтрак. Неизменным оставалось только апельсиновое варенье к чаю. Кое-кто очень запасливый наполнил кладовую десятками банок с заветной сладостью.

Я лениво потягивалась в кровати, предвкушая чудесный день. Сегодня пошел седьмой месяц моего самостоятельного проживания.

Сначала было очень сложно. Я не ошибалась, предчувствуя еще в замке, что нахожусь на грани помешательства. Потому что на четвертый день пребывания в новом доме я сорвалась. Причем найдя эти заветные банки с вареньем. Злость и отчаяние разом всколыхнулись в душе. Дурацкая банка одновременно символизировала и все хорошее, что у меня было в далеком детстве и могло быть в будущем. И я закатила глупую истерику. Разбила половину посуды, все зеркала, порезалась, горько проплакала несколько часов и отключилась, напоенная успокаивающим зельем.

Следующие три дня провалялась в апатии, отказываясь есть и разговаривать с Храном, который и ругался, и умолял, и угрожал, а я его словно не слышала. А на четвертый день кот пришел, лег рядом со мной и честно сказал, что больше не двинется с места и издохнет. Как существо магическое, он, конечно, в еде не нуждался и жил за счет моего существования. А я это существование с завидным упорством пыталась прервать.

На себя мне в тот момент было плевать, а вот Храна стало жаль. Он уже слишком много перенес, и вот так вот мучить его я права не имею, поэтому пришлось брать себя в руки и пытаться прийти в себя. Заставила себя встать, умыться и поесть. А там уже пошли домашние дела, обустройство в лаборатории, для которой мы решили использовать одну из дальних комнат. И постепенно эти хозяйственные мелочи захватили меня, отвлекая от ненужных мыслей. Не сказать, что это был последний срыв, но, несомненно, самый тяжелый из них. Последние три месяца они уже прекратились совсем.

Небольшой двухэтажный домик, подаренный мне Дамианом, был идеальным. Аккуратненький, с белым фасадом, бордовой черепицей на крыше и изящными кустиками роз во дворе. Но главное – с просторной верандой, выходящей прямо на берег уединенного залива. Честно говоря, посмотрев на это чудо, словно сошедшее с картины или открытки, я засомневалась, что домик Дейм покупал для себя и, как он сказал, давно.

Приморский городок находился близко, но недостаточно, чтобы я ощущала присутствие других людей в своем уединенном мирке. И ежедневные прогулки до города можно скорее отнести к плюсам, чем к минусам. Благодаря лицензиям, которые мне оформил лорд Осбеорн, найти подработку оказалось достаточно просто, и я с удовольствием готовила простенькие зелья от простуды и болей для аптекаря и небольшие охранные амулеты в лавку старого артефактора, уже слишком плохо видящего, чтобы изготавливать подобную мелочовку самому.

Приятным разнообразием в этой тихой и размеренной жизни были письма от Флоры с пересказами ее успехов в учебе и дальнейших перипетий с семьей и, конечно, мои сны.

Первый раз Дамиан пришел через месяц после моего отъезда. Правда, теперь ночные разговоры, о которых до этого я знала только с его пересказов, не стирались из моей памяти. И спасибо за такое чудо общения надо было сказать непредсказуемому морскому богу, который, несмотря на твердое заявление не вмешиваться в жизни людей, нам некоторое послабление сделал.

Конечно, магистр мог в любой момент ко мне переместиться, но по молчаливому соглашению этого не делал. Он ждал. Ждал, когда я сама приду, когда решу, что готова, и больше не стану сбегать, потому что второй раз, как мы оба понимали, он меня уже точно не отпустит. А ночные свидания во снах были маленькой лазейкой в нашем соглашении. Мы просто разговаривали. Делились новостями. Или молчали. Привыкали друг к другу заново. И пусть не так часто случались наши встречи, раз в неделю, а иногда и в две, сердце они согревали надолго.

– Каська, подъем! – разнесся по дому бодрый возглас Храна. – Завтрак стынет.

Я довольно улыбнулась. Здравствуй, новый день. Осталось совсем немного, я это чувствую.

Очередная неделя пролетела в заботах и делах незаметно. Мы с котом успели опробовать пару новых рецептов, сотворить артефакт от подслушивания для нотариальной конторы, а также внимательно изучить все возможности лечения некромагией, которые оказались довольно обширны.

Зима на побережье постепенно утихомиривала холодные ветра. Море еще недовольно ворчало, разбиваясь о берег, а иногда даже закатывало шумные бури, но приближающуюся весну я чувствовала. Словно она вступала в свои права не только в природе, но и в моей душе. В окружающем меня мире ощущалось предвкушение чего-то легкого и светлого. В общем, ничего не предвещало беды. И, очутившись в очередном чудесном сновидении, я улыбнулась, желая поделиться с Дамианом робкой радостью, но мое настроение разбилось об его мрачное лицо.

– Что-то случилось? – Я вцепилась в плечи магистра, чувствуя, как в сердце вползает тревога.

Он, лаская меня взглядом и зарывшись одной рукой в мои распущенные волосы, притянул чуть ближе.

– Я больше не приду, – сказал он, разбивая мой радужный мир на части.

Я резко отстранилась от Дамиана, со страхом всматриваясь в родные, такие серьезные сейчас глаза. В сердце натужно загудела струна – словно вот-вот лопнет, больно хлестнув разорванными концами.

– Там, куда я уйду, тебя не дозваться, – с горечью произнес он, и я почувствовала этот разрыв.

Кажется, сейчас там далеко происходит что-то ужасное. Куда он собрался? Что задумал? Почему прощается со мной?

– Я слишком долго тянул время, – прозвучали глухо, словно сквозь подушку, его слова, а я отказывалась их принимать.

Нет! Нет, нет, нет! Он обещал, обещал, что не оставит меня! Я же теперь не смогу без него! Сердце бешено грохотало в ушах, заглушая все остальные звуки. Но я расслышала его зов, да только поздно…

Прекрасный сон превратился в кошмар, заставляя меня с криком вскочить среди ночи на кровати с одной-единственной мыслью: «Я должна вернуться! Срочно!»

Судорожно заметалась по дому, не представляя, что делать. Бежать на почтовую станцию, искать карету? Я ехала сюда из столицы пять дней! К тому времени, как я доберусь… страшно представить, что произойдет. Попробовать построить портал? Но у меня нет накопителей! Мне не хватит сил! И после попыток Дамиана порвать связь она заметно ослабла, и вряд ли я смогу по ней пройти к нему.

– Касс! Касс! Ты слышишь меня?! – донесся голос взволнованного моим криком и состоянием хранителя. – Что случилось? Опять кошмар?

– Дейм… – всхлипнула я. – Он что-то нехорошее задумал. Что-то сейчас там происходит, а я ничего не могу сделать! Сказал, что больше не придет, а он не стал бы так говорить, если бы не происходило что-то действительно опасное!

– Это ты про ваши «божественные» сны? – уточнил кот, а меня осенило.

Вот кто может помочь! Он же уже не отказывал в помощи, значит, Бриар ему чем-то дорог. И, уже не слушая кота, рванула из дома, как никогда раньше, радуясь, что дом стоял практически на берегу.

Море этой ночью сердито ворчало, вихрастыми волнами накатываясь на берег. Но я, не обращая внимания на холод и на обеспокоенные крики Храна, ломанулась в одной тонкой сорочке в воду. В своей стихии бог должен меня услышать лучше. И он обязательно услышит, я знаю!

– Кеол! – закричала во все горло, старательно удерживаясь в ледяной воде, не давая волнам накрыть меня с головой и утащить в глубину. – Кеол!

Пять минут беспрерывных криков не дали мне ничего, кроме хрипящего горла. Но я не сдавалась и, постаравшись, выудила из памяти слова песни-вызова, той самой, что пела на императорском балу и что привела на тот праздник того, кого я считала давно исчезнувшим.

Я не пела, а просто хрипло выкрикивала в темноту моря слова, надеясь на ответ. И не дошла даже до середины, когда за спиной послышался знакомый голос.

– В прошлый раз мне понравилось куда больше, – произнес бог, и, несмотря на завывания шторма, голос его прозвучал отчетливо.

Я стремительно развернулась и увидела светловолосого мужчину с пронзительно-синими глазами. И хотя он, как и я, стоял примерно по пояс в море, волны, жестоко швыряющие в меня воду, его мягко обходили сторонами.

– Кеол! – с облегчением вздохнула я, бросилась к нему и вцепилась в синее одеяние на груди. – Пожалуйста, помоги…

Всхлипнула, захлебываясь уже не волнами, а слезами.

– Так, оставить рыдания! – строго сказал бог. – Соли мне и в море хватает. Что случилось? Только кратко и четко.

– Дамиан… что-то нехорошее задумал, – пробормотала, старательно сдерживая истерику. – Он со мной попрощался! Мне нужно срочно до него добраться. Пожалуйста, я все, что угодно, сделаю, но перенеси меня к нему!

– Всего-то? – усмехнувшись, спросил бог. – Да пожалуйста.

Он махнул рукой, и меня тут же накрыло огромной волной, утаскивая в темноту морской пучины.

Еще пару мгновений постояв, уткнувшись взглядом в то место, где только что находилась мокрая, продрогшая до костей девушка, блондин устало покачал головой и медленно побрел к берегу, где уже перестал метаться и звать подопечную хранитель.

Бог вышел из воды, встал рядом с устало опустившимся на песок котом и задумчиво уставился вдаль.

– Хочешь, тоже подброшу? – великодушно предложил он, бросив хитрый взгляд на магического духа-хранителя, пребывающего в образе домашнего животного.

– Нет, спасибо, – вежливо отказался Хран, опасливо посмотрев на набегающую на берег в метре от него пенистую волну, и добавил: – Надеюсь, вспомнят и сами заберут.

– Как хочешь, – невозмутимо пожал плечами бог и в следующее мгновение рассыпался водой, окатив брызгами недовольно зашипевшего кота.

Вода была везде, не давая разобраться, где верх, где низ, несла стремительным потоком. Но в один миг течение, вертевшее меня, затихло, и я резко вынырнула в полной темноте, нервно забарахтавшись, даже не поняв, что уже не тону, а просто сижу в воде на чем-то твердом. Определенно я не на берегу, но осознать, куда попала, не успела, судорожно закашлявшись.

Разорвавший мглу яркий свет ослепил, лишая зрения, но удивленный голос, ахнувший «Касс?!», я узнала сразу, как и горячие руки, рывком вытянувшие меня из воды за талию и поставившие на ноги.

Наконец глаза привыкли к свету, я перестала кашлять и смогла осмотреться.

Я находилась в ванной. Причем буквально, потому как вытащил меня магистр, видимо, именно из нее.

– Дейм… – хрипло выдохнула я и кинулась к нему, крепко обнимая, словно боясь, что он исчезнет. – Не смей, слышишь?! – шептала, судорожно сжимая руки у него на шее. – Не смей делать того, что задумал! Ты мне обещал! Обещал, что не оставишь, я уже собиралась возвращаться, а ты со мной прощаешься? Даже не надейся! Я никуда тебя не отпущу! Понял? Никуда и никогда!

Несколько мгновений ничего не происходило, лишь горячие руки на моей талии сжались чуть крепче. А потом я почувствовала, что магистр трясется, и недоуменно отстранилась, чтобы понять, что он… беззвучно смеется!

– Касс… – тепло улыбнулся он мне и, не обращая внимания на мою хмурость, коснулся носа легким поцелуем. – Вот что бывает, когда сбегаешь из сна, не дослушав.

– В смысле? – Я хотела отстраниться чуть больше, но он меня не отпустил.

– Я не прощался с тобой, милая. Просто хотел сказать, что меня отправляют с дипломатической миссией в соседнюю страну. Я старательно тянул с этой поездкой, но больше, к сожалению, нельзя. И я буду слишком далеко от любых морских берегов, чтобы Кеол смог нас связать. Уезжаю на три месяца, так что увиделись бы мы нескоро, – с улыбкой пояснил Бриар, а я почувствовала, как заливаюсь краской стыда.

Вот ведь… истеричка. Раздула трагедию на пустом месте и переполошила столько народу! Сразу же накатило осознание, что я сейчас перед ним в одной тонкой мокрой сорочке. По телу побежали мурашки от контраста между моей, заледеневшей от воды кожей и его, обжигающе горячей.

– Прости, – пискнула я, пряча красное от смущения лицо ему в шею.

– Мне не за что тебя прощать, наоборот, стоит поблагодарить судьбу за такой подарок, – довольно произнес Дамиан, а потом, сжав крепче, склонился к уху и прошептал: – Попалась!

И я обреченно вздохнула в ответ. Действительно попалась. И даже не столько ему, сколько своим собственным чувствам. Все, хватит, набегалась и от него, и от себя. Теперь уже точно не отпущу.

– И я тебя не отпущу, – прошептал Бриар, касаясь моего плеча поцелуем, словно прочитав мои мысли. – Согласна?

– Да, – довольно выдохнула я и не успела даже толком осознать, как на моем пальце красовалось кольцо с крупным черным камнем, которое я, конечно, узнала.

Подняла ошарашенный взгляд на Дамиана.

– Попалась, – широко улыбнувшись, повторил он, сверкнув пламенем в глазах.

Сначала промелькнула мысль возмутиться, что я в общем-то не на помолвку согласилась. Да, вернуться решила, но на столь стремительное развитие событий не рассчитывала. Но потом посмотрела на счастливое лицо мужчины и промолчала. Сколько, в конце концов, можно бегать и тянуть время? В моем сердце уже ведь ничего не изменится.

– К сожалению, дипломатическую миссию это событие все равно не отменяет, – вздохнул Дейм. – Прости, родная.

– Я понимаю, – мягко улыбнулась в ответ. – Ты же меня столько ждал, так что три месяца я буду ждать тебя.

– Я не за это извинялся, Касс. Я к тому, что празднование сейчас организовать не получится. Завтра ночью мы проведем в гроте церемонию твоего вступления в род Клейрон, и за границу ты поедешь со мной уже в качестве супруги.

Я пораженно уставилась на него. Нет, определенно на столь скорое развитие событий я не рассчитывала.

– И возражения не принимаются, – с хитрой улыбкой закончил Дамиан.

– Тиран, – вздохнула я, прижимаясь щекой к его горячей груди.

– Мое маленькое чудовище, – прошептал он.

И мне стало плевать на все условности этого мира и на будущую необходимость пребывания в высшем обществе. Главное, что этот мужчина будет теперь всегда рядом, делиться своим теплом, согревающим мою душу.

Ощущение счастья, внезапно накрывшее меня, было безграничным. Если бы не одно «но»…

– Ой! – внезапно всполошилась и резко отстранилась от любимого. – Дейм! Я Храна на берегу забыла!

Content

Маргарита Гришаева
Высшая правовая магическая академия. Тайны высшего света

Пролог

Часть первая

Часть вторая

Часть третья

Часть четвертая

Эпилог