Eberhart Jager

Властелин. Том 10

Владыка заговора

Пролог

Войдя в комнату, Альбедо глубоко вдохнула. К сожалению, воздух не имел вообще никакого запаха. Этого и следовало ожидать, ведь её возлюбленный господин не человек. Он не дышит, его тело ничего не выделяет. Разумеется, после него не остаётся никакого запаха. Но — воображение Альбедо было способно компенсировать этот недостаток. Она вдыхала воздух, некогда соприкасавшийся с её господином, и сама мысль об этом приносила умиротворение.

Лучше всего её состояние можно было описать словами «безумно влюблена».

«хи-хи» (маленький смешок)

Альбедо, не удержавшись, хихикнула, но тут же торопливо приглушила смешок рукой. Нет, не потому что в комнату кто-то вошёл. И не потому, что считала свои зубы некрасивыми. Просто он полагала, что леди не подобает хихикать. Альбедо изящно села на кровать, после чего легла. Она нюхала и нюхала снова, но всё же не могла уловить ни тени запаха. Однако, просто лёжа на кровати своего возлюбленного господина она чувствовала восторг. Ну, для безумно влюблённой девицы это ведь вполне нормально.

Встреться ей женщина, смеющая утверждать, что тоже любит, и при этом не испытывающая ничего лёжа в постели возлюбленного, Альбедо обязательно объяснила бы ей, что та совершенно не понимает, что есть любовь, и разделалась бы с тем ничтожным человеком, в которого та влюблена.

Ха-ааа.

Альбедо, сделав над собой усилие, остановила руку, ползущую вниз по животу. Сейчас не время.

«Похоже, это уже вошло в привычку, — подумала Альбедо. — Но сначала нужно закончить с делами».

Создание Магического королевства Аниз Оул Гоуна и последующее включение в него города Э-Рантел существенно увеличило объём работ, выполняемых Альбедо. Бюрократы и чиновники, ранее управлявшие городом, бежали в земли, подконтрольные королевству Ре-Эстиз. Это вызвало нехватку кадров, которая привела к всяческим нарушениям городского управления. Первоначальный план состоял в том, чтобы использовать созданную нежить, для возобновления управления городом. Однако, он был ещё на стадии реализации. Нежити все же было необходимо обучение, и пока что это лишь увеличивало нагрузку на Альбедо. Кроме того, у неё оставалось ещё много других нерешённых дел.

Хотя все в конечном счёте успокоится, но похоже, в ближайшем будущем, она некоторое времени будет занята.

Конечно, для Альбедо, эта работа не приносила никаких страданий. Во всем Назарике не существовало ни одного существа, кто почувствовал бы страдание от труда на своего хозяина. Альбедо была уверена в этом.

Айнз, вероятно, временами считал эту работу обременительной, но она просто была рада служить.

— Настало время показать результаты нашего обучения…

Дни переходили в недели. Минул уже месяц, но обучение нежити ещё не подошло к концу. И всё же, пришло время передать им обязанности. Альбедо думала, о посещении королевства, и участии в очередных переговорах. Честно говоря, пока ее господин занимался нынешними делами, всё останется в норме, даже без её участия. Однако, подобные занятия совсем ему не к лицу. Всё это сравнимо с работой по дому.

Король же должен вершить дела королевства.

Однако, если подумать, куда приведёт Аинз-сама Магическое Королевство?

У Королевств есть свой политический курс.

После выбора курса, королевство станет развиваться в соответствии с законодательством и политикой всей страны. Например, можно поработить всех людей и заставить их служить Назарику. Но для этого придется создать законы позволяющие порабощать людей. Если принять такой путь, следует уделить внимание тому, как соседние страны, заселенные людьми, отреагируют на это и как мы должны налаживать с ними отношения, и могут возникнуть еще какие-нибудь проблемы.

И всё же, даже сейчас, Аниз-сама, на давал чётких приказов.

Иными словами, нынешнее Магическое Королевство не имело чёткой цели, и просто ограничилось небольшой переделкой структур, оставшихся после Королевства.

Может именно такую страну и представлял себе её повелитель? Или он просто чего-то ждет? Если последнее, то она чувствовала вину и стыд за неспособность понять его намерения.

Лишь в подобных редких случаях Альбедо беспокоила гениальность владыки Айнза.

Он совершал каждый свой поступок, имея в виду множество целей, опираясь на необузданное вдохновение и широкие помыслы. Она сожалела, что неспособна понять причины действий господина.

Демиург, интеллект которого был равен или даже превосходил её во всем Назарике, говорил:

— Моего интеллекта недостаточно, чтобы даже почесать пятку повелителя. Это настоящий позор.

Тем не менее…

Не зависимо от того, какую страну желает Аинз-сама, всё, что я должна делать, следовать планам хозяина.

За исключением одного. Во всех остальных вопросах Альбедо будет подчиняться мужу.

— И всё же, что с ним творится?

Разумеется, ответом на бормотание Альбедо была лишь тишина.

Глава 1. Колдовское королевство Аинз Оул Гоуна

Часть 1

Король-заклинатель. Абсолютный владыка Великой Подземной Гробницы Назарик и Колдовского Королевства Айнз Оал Гоуна. Предводитель сорока одного Высшего Существа, и последний из них, оставшийся в Назарике. В настоящий момент существо, перед которым преклонялись все и каждый из его подданных, свернулось клубком на мягкой кровати, читая книгу.

Вышеупомянутая кровать была взята из Назарика и перевезена сюда — в личные покои бывшего правителя Э-Рантэла, мэра Панасолея, в настоящий момент прошедшие частичную перепланировку и превращённые в личные покои Айнза. Странный аромат, которым благоухала его кровать в Назарике, здесь не ощущался.

Возможно, это из-за того, что тут на кровать не брызгают духами, подумал Айнз, откидываясь на своём ложе.

Разумеется, будучи нежитью он совершенно не испытывал потребности во сне.

Само собой, остатки человечности в нём говорили, что он должен чувствовать усталость. Так что Айнз время от времени ложился на кровать, пытаясь остудить голову и успокоить сердце. Впрочем, помогало это лишь на время. А значит, долго лежать таким вот образом на кровати, уподобляясь живому человеку — совершенно бессмысленно.

Разумеется, у этого правила существовало несколько исключений.

Например — да. Например, во время чтения. В особенности тогда, когда его заботило то, какое впечатление он производит на присутствующих.

(Скоро, наверное, рассвет… О!)

Слабый луч света проник в щель между занавесками, позволив Айнзу примерно предположить, сколько времени. Он запихнул книгу, которую читал, под подушку.

После чего, наклонив череп, посмотрел в угол комнаты.

В углу ждала горничная.

То была одна из рядовых горничных Назарика, и сегодня она будет прислуживать Айнзу — точнее, такова была её обязанность вчера. В данный момент она изящно сидела на стуле, выпрямив спину. Однако, она не меняла этой позы со вчерашнего дня. Насколько Айнз знал, ни одна из горничных никогда не уставала сидеть.

Она не отрывала взгляд от Айнза, игнорируя все сиюминутные помехи.

Поистине неописуемая обуза.

Разумеется, она смотрела на него не с целью оказать давление. Так она сможет немедленно отреагировать в случае нужды. Однако простолюдин Сузуки Сатору с трудом подавлял желание взмолиться о пощаде.

Никто не будет чувствовать себя комфортно находясь под столь пристальным взглядом, да ещё и лица противоположного пола. Пусть даже ничего и не происходило, он чувствовал себя так, словно допустил какую-то оплошность.

Самым тяжёлым было то, как она молчаливо реагировала на любое движение Айнза.

Проще говоря — мучительным.

Разумеется, Айнз — её повелитель, его слова непререкаемы. Если он прикажет ей перестать, она перестанет. Однако, при мысли о том, с каким выражением лица примет она этот приказ, уже готовые вырваться слова застывали во рту.

По прибытии в этот мир, Айнз почти сразу начал действовать под личиной Момона. Однако, его не впервые окружали прислуживающие ему горничные. Всё это время они служили с вызывающей восхищение преданностью, и верно выполняли свои обязанности. Именно поэтому Айнз не мог заставить себя отдать перечёркивающий их искреннее желание услужить приказ.

Кроме того, рано или поздно они устанут.

Он питал эту надежду уже в течении месяца.

Мысль о том, что такое положение дел может длиться вечно, вселяла в Айнза некоторое беспокойство. Потребуется 41 день, чтобы завершился один цикл смен горничных, так что он решил отложить вопрос на будущее, но думать так — значит просто плыть по течению.

(Это что, и есть то, что называется цепью командования… управление Назариком, планирование действий групп, реагирование на просьбы подчиённных… люди, руководящие корпорациями, и правда поразительны, неудивительно, что у них такие высокие оклады…)

Теперь, понимая, через что проходят руководители, Айнз смеялся над глупостью своих прежних мыслей о том, что те, кто занимает высокие посты и почти ничего не делают получают слишком много. Он медленно сел на кровати.

Горничная тут же тихо поднялась со стула. Как будто их с Айнзом соединяла невидимая струна.

Как она может двигаться столь грациозно после того, как бодрствовала всю ночь?

— Я встаю.

— Поняла. Итак, ваша прислуга должна покинуть вас. Вскоре моё место займёт сегодняшняя горничная.

Айнз не сказал ничего вроде «да, пожалуйста», лишь буркнул и помахал рукой, показывая ей, что она свободна.

Может, я слишком высокомерен, подумал Айнз.

И всё же, может, это и к лучшему.

Он поручал Хамскэ порасспрашивать, и горничные отвечали что-то вроде: «Он словно доминирует над нами, Айнз-сама лучше всех» или что-то подобное. Словно они все мазохистки, и хотя поначалу Айнза это беспокоило, он, поразмыслив спокойно, пришёл к выводу, что правитель должен вести себя соответствующе. Это именно то, чего и ждут подданные.

Взять, например, корпорацию. Босс должен выглядеть и вести себя как босс.

Если рассматривать с этой стороны, то Айнз, определённо, поступил так, как и должен поступать Король-Чародей. Собственно, когда он подглядывал за правителем Империи, Зиркнифом Рун Фэродом Эль Никсом, тот вёл себя практически так же.

И всё же, простой служащий Сузуки Сатору чувствовал себя неуютно, не произнося слова благодарности.

— …Тебе стоит пойти как следует отдохнуть.

— А!..Позвольте вашей слуге преподнести глубочайшую благодарность за вашу щедрость, Айнз-сама.

С этими словами горничная низко поклонилась, демонстрируя свою признательность.

— Однако, благодаря этому, ваша слуга может находиться при вас, не зная отдыха, Айнз-сама.

Нет, я не о том, мысленно пробормотал Айнз.

Само собой, надев Кольцо Подкрепления Сил, можно без проблем обходиться без сна. И всё же, всю ночь сидеть на стуле и смотреть на Айнза наверняка было мучительно. Его, конечно, очень радовала самоотверженность горничной, но совершенно незачем заходить так далеко.

(Им стоило хотя бы отменить ночное дежурство… ту часть, когда они смотрят на меня спящего, верно?)

Разумеется, для горничных совершенно естественно преданно, телом и душой служить господину.

Айнз не помнил, от какой именно из горничных слышал это, но сами слова ему запомнились.

(Преданно служить господину, значит. Что бы вы сказали, если бы я захотел жить вместе с вами как равный?)

В отличие от первых дней в этом мире, теперь Айнз мог с уверенностью сказать, что все его подчинённые верны ему. Пока Айнз следит за собой и не делает ничего такого, что может разочаровать их, они ни за что не предадут — не считая внешнего воздействия. Раз так, может, ему стоит изменить свои с ними отношения, и поставить себя наравне с НИПами Назарика. Может, настанет момент, когда такой вариант окажется возможен.

Если такое и правда произойдёт, Айнз освободится от обязанностей правителя, от необходимости сутками напролёт напрягать мозговые клетки. А кроме того…

(…всё будет как тогда, точно. Как в те славные деньки. Интересно, удастся ли мне снова вернуться к той жизни.)

Каждый раз, беседуя с НИПами, он представлял себе образы своих старых друзей над ними. Именно поэтому Айнз хотел бы относиться к ним не как господин к слугам, а так, как в прошлом…

…Нет, подумал Айнз, мысленно тряхнув головой.

Хоть он и не знает, какие его действия могут вызвать разочарование подданных, такая резкая перемена никак не может считаться мудрым решением. А ещё, зная как они ценят их отношения повелителя и его слуг, Айнз, как повелитель, обязан продолжать играть свою роль. И в то же время, как последний из оставшихся здесь, он должен делать всё, что в его силах, ради НИПов — его детей.

Горничная попрощалась с Айнзом, и вышла из комнаты.

Айнз тут же принялся действовать. Первым делом он заменил книгу под подушкой на другую. Та книга, что он положил взамен, обладала очень запутанным названием — просто пролистав пару страниц любой передумал бы её читать. После чего, он спрятал ту книгу, что читал ночью, в своё персональное карманное измерение — свой ящик для предметов.

Поместив книгу туда, откуда украсть её будет не так-то просто, Айнз облегчённо вздохнул.

Это тоже его обязанность как повелителя.

Он, разумеется предпочёл бы не читать всю ночь эти натружающие мозги книги. Если возможно, он предпочёл бы какую-нибудь развлекательную литературу. Однако, Айнз запятнает своё достоинство правителя, если его заметят за чтением таких книг. Так что он вынужден был прибегать к столь утомительным предосторожностям.

Кстати, он уже учёл тот факт, что горничные переместят книгу под подушкой в другое место.

Теперь, когда он закончил все, что он мог сделать на кровати, Айнз растолкав тонкий шелковый купол, который окутал ложе, а затем слез с кровати и поднялся на ноги. Затем он подошел к двери и несколько раз стукнул по ней. Вскоре после этого служанка, которая заступила на смену открыла дверь и вошла в комнату.

Видя, что Айнз встал с кровати, она улыбнулась и подошла к нему.

— Доброе утро, Пятая…

Ослепительно блестящая улыбка озарила лицо горничной.

— Доброе утро, Айнз-сама! Сегодня я буду в вашем распоряжении!

Обладай Пятая хвостом, она, вероятно, виляла бы им изо всех сил. Айнз вспомнил, как в прошлом виляла хвостом Пестония.

Пятая носила ту же униформу, что и предыдущая горничная, Четвёртая. Наряд рядовых горничных отличался от костюмов боевых горничных, все они носили одно и тоже. Однако, выглядели все по-разному — вероятно, из-за того что одинаковые костюмы надевали разные женщины.

Айнз вспомнил слова, которые один из его друзей произносил столь часто, что они практически поселились в ушах: «Простая одежда горничной — эта хорошо, но униформа с аксессуарами — гораздо лучше». У этого был также и постскриптум: «Иными словами, униформа горничной — лучшая, неважно, какая именно. Это величайшее изобретение человечества. Хииха, униформы горничных…»

Айнз не знал, что означает это «хииха», наверное, какое-то одобрительное восклицание. А может, это слово изобрёл его друг самостоятельно. Айнз капля по капле вспоминал своих прежних товарищей.

Он горько улыбнулся — хотя выражение его лица, разумеется, не изменилось — и молча посмотрел на горничную.

— А-Айнз-сама, н-неужели ваша прислуга чем-то не угодила вам?

Пятая выглядела пристыженной, её руки крепко вцепились в передник. Айнз осознал свою неосторожность.

— Прости. Похоже, я… да, я, кажется, несколько залюбовался тобой.

— !..

— Что ж, идём.

— Э? А, да. Поняла!

Горничная, похоже, на секунду застыла, но всё же смогла выдать энергичный ответ. Айнз миновал несколько комнат. Обстановка, разумеется, не могла соперничать с девятым этажом Великой Гробницы. Так что когда Айнз решил поселиться здесь, возражениям Стражей не было конца.

Во-первых. Этому месту недостаёт великолепия, подобающему резиденции Высшего Существа.

Во-вторых. Оно недостаточно защищено от возможного нападения или проникновения шпионов.

В-третьих. В-четвёртых. В-пятых…

Однако, Айнз протолкался через все эти преграды, и избрал эти покои своим жилищем.

Такова обязанность Короля — в конце концов, Зиркниф тоже жил в Имперском Дворце, расположенном в столице Империи. Или, по крайней мере, он хотел чтобы так считали остальные. Фактически, для Айнза, нет, для Сузуки Сатору, это место было достаточно роскошным. Его квартира в прежнем мире не шла ни в какое сравнение. Кроме того, его комната на девятом этаже Великой Гробницы всегда казалась ему слишком нереальной, слишком большой.

Во времена игры его это не беспокоило. Однако, сейчас он и на самом деле там жил, и чётко осознавал, что в этих стенах ему не место. Всё чего желал Айнз так это забиться в угол.

Айнз, а вслед за ним — Пятая и спрыгнувшие с потолка Кинжалопауки прошествовали в гардеробную.

Несколько рядовых горничных уже ждали его. Они дружно поклонились, Пятая быстро заняла своё место среди них.

— Что желаете надеть сегодня, владыка Айнз? — голос Пятой лучился энтузиазмом.

(…О, у неё словно бы сияют глаза… Точнее, у них у всех такие глаза. Я слышал, девушкам нравятся наряды… вот, значит, как это выражается? Или им просто нравится сам процесс — наряжаться, подбирать аксессуары?)

На него давило непрестанное ощущение усталости, но Айнз не мог позволить себе выказать слабость. Вместо этого, он утвердительно хмыкнул — что, как он полагал, прозвучало весьма солидно, ведь он практиковался заранее.

Честно говоря, Айнзу было вовсе незачем переодеваться.

Его магическая мантия не измялась бы, даже если б он всю ночь ворочался в кровати. Его тело не выделяло никаких отходов. На одежду могла бы опуститься пыль, но её достаточно просто стряхнуть. Кроме того, везде, где мог пройти Айнз, уже поработали горничные, оттерев комнаты до блеска. Он также не нуждался в еде и пище, и запачкать одежду таким образом тоже не мог.

А значит, можно без проблем носить один и тот же костюм.

Однако, его подданные ни за что не допустили бы такого. Впрочем, иначе и быть не может; он повредит своему образу великого властителя, если будет постоянно носить одну и ту же одежду.

Однако, Айнз не был уверен в своей способности правильно подобрать костюм.

Будь это подготовкой снаряжения к битве, он не сомневался, что сможет учесть способности и навыки противника, спланировать свои действия и подобрать оптимальный набор предметов. Однако…

Ну, до определённых пределов опыт Сузуки Сатору позволял ему определить, подойдёт ли такой галстук к этому вот костюму. Однако, сказать, подходит ли эта пурпурная роба с серебряной вышивкой к серебряному ожерелью с бриллиантом он не мог. А ещё нужно было выбирать одежду, подходящею его нынешнему телу скелета.

Если он наденет не сочетающиеся предметы одежды, люди могут засомневаться в чувстве стиля своего повелителя. Это будет равнозначно предательству своих верных подданных. А значит, Айнз должен вложить всего себя даже в подбор костюма.

И здесь его подстерегала фатальная проблема.

Если Айнз наденет что-либо неподобающее, посмеет ли кто-либо из подданных указать на это? Это как если с головы управляющего большой корпорацией вдруг соскользнёт парик — никто не решится ему об этом сказать. Раз так, ему остаётся лишь одно.

— Фейз, оставляю это на тебя. Подыщи мне одежду, что лучше всего мне подойдёт.

— Поняла! Предоставьте всё мне, владыка Айнз! Ваша слуга приложит все возможные усилия!

Незачем реагировать так бурно — ну, хоть Айнз и подумал так, но, как и прежде, ничего не сказал.

— Вот! Думаю, красный вам очень к лицу, владыка Айнз! Так что, я полагаю, основным цветом вашего облачения должен быть красный. Что скажете?

— …Я же сказал, что полагаюсь на тебя. Решение за тобой, можешь не уточнять у меня.

— Да! Поняла!

Если не уверен в себе, то нужно всего лишь поручить дело кому-то ещё — вот так, как он позволил горничной подобрать наряд.

Айнза, впрочем, несколько обеспокоил её выбор. Мантия почти ослепляюще-яркого красного цвета, украшенная множеством драгоценных камней, словно пуговицами. Он ещё смирился бы, если бы камни были одного цвета, но они сияли всеми цветами радуги. Кроме того, мантию обрамляли странные символы, вышитые золотом.

(…Это действительно подходящая одежда? Можно ли вообще назвать это одеждой в нормальном смысле слова?)

Он чувствовал себя как ходячая реклама, подсвеченная неоновыми огнями. Сам он ни за что не выбрал бы такую одежду. Айнз даже задумался, откуда у него вообще эта мантия. Он не помнил, чтобы кто-либо из согильдийцев дарил её ему, так что единственное объяснение — он магически стёр свои воспоминания о том, как получил этот предмет одежды.

(Или это был приз? За какие действия можно было получить такой?.. Ну, что поделать).

Даже если он и вспомнит, алая мантия никуда не денется.

Он, разумеется, может просто отказаться, но тогда получится, что он обманул Пятую, сказав «доверяю выбор тебе». Более того, может, это лишь Айнз находит такую одежду смущающей, а всем остальным она вполне по вкусу. Точнее, так оно, наверное, и есть.

Ну и говоря совсем откровенно, если кто-либо попробует его критиковать, он сможет просто заявить, что костюм подобрала Пятая, и вина лежит на ней.

(Я и правда ужасный начальник).

Айнз понимал, что это не то, чего стоило бы гордиться, и стыдился таких мыслей.

Перекладывать вину на подчинённых — это позор для начальника — для их владыки. Айнз прекрасно понимал это, но всё же нуждался в защите.

Он должен защитить себя, пожертвовав подданными. Этого не избежать.

— Прости меня.

— А, простите меня, пожалуйста!

— Всё хорошо… Я просто говорил сам с собой. Не обращай внимания. Кстати…

Айнз, тщательно подбирая слова, задал вопрос.

— Я хочу спросить кое-что; как ты думаешь, эта мантия не слишком цветастая для меня?

— Ну конечно же нет! Вы ведь красите собой любое одеяние, владыка Айнз! Впрочем, я считаю, что чёрный как основа и тёмно-коричневый как вторичный цвет тоже смотрелись бы отлично, но в этих цветах другие ваши добродетели окажутся не видны, владыка Айнз! Всё это лишь затем, чтобы запечатлеть ваш великолепный облик в глазах любого, кто…

Айнз оборвал неудержимый поток её слов.

— … Всё в порядке. Раз она подходит, то всё в порядке. Итак, не поможешь ли мне одеться?

— Поняла!

Пятая и остальные горничные принялись за работу.

Айнз остался стоять, а горничные бесшумно сняли с него одежду. То, что его переодевают женщины, пусть даже его тело и являлось не более чем скелетом, переполняло его жгучим стыдом.

Но, разумеется, для владыки это совершенно естественно.

Айнз оставался неподвжным, позволяя горничным делать их работу, и молча смотрел на себя в зеркало.

Вскоре зеркало отразило облачённого в красную мантию Айнза. Как и следовало ожидать, выглядел он цветасто. До безвкусия цветасто.

(…Нет. У людей этого мира довольно странное чувство прекрасного. Насколько я знаю… такая одежда может оказаться вполне подходящей для правителя).

Он вспомнил, как все реагировали на Хамскэ, и это приглушило его беспокойство.

— Итак, идём.

Продолжая размышлять о наряде, он пошёл прочь в компании Пятой. Более всего Айнз сожалел, что не может позволить себе издать утомлённый вздох.

* * *

Одетый в развевающуюся пёструю робу Айнз приближался к своему кабинету. Когда он подошёл к двери, Пятая молниеносно рванулась вперёд и почтительно открыла дверь перед ним.

Иногда ему хотелось сказать — это ведь просто дверь, я и сам могу открыть. Однако, видя лица горничных, на которых так и читалось: «Ого, гляньте на меня, я работаю!», Айнз мог лишь принимать их действия как разновидность автоматической двери.

Айнз вошёл в комнату, Пятая и Кинжалопауки последовали за ним.

В центре комнаты стоял стол наподобие того, что стял в личных покоях Айнза, излучающий атмосферу величия.

Его привезли сюда из Назарика, вместе с кроватью. На дальней стене комнаты висел флаг — флаг Айнз Оул Гоун и Колдовского Королевства.

Айнз прошёл через комнату и подошёл к балкону.

На балконе стояла стеклянная коробка — террариум. Внутри, казалось, были лишь растения. Айнз сунул внутрь костлявый палец и перевернул лист. Под листом пряталось от света существо.

Его яркое тело было покрыто липкими, всё еще скользкими выделениями, а передняя часть напоминала пару человеческих губ.

Аинз внимательно осмотрел жука-губы.

— Хороший цвет. Смотрится жизнерадостно, а это главное.

Он вспомнил, что ему некогда рассказали — что цвет очень важен. Также он вспомнил, как перед ним поместили несколько жуко-губ, и объяснили, как отличить самого бойкого по цвету. И, разумеется, этот жук тогда был самый жизнерадостный.

Аинз взял свежий капустный лист с тарелки поблизости.

— Ну, Нюрунюру-кун. Пришло время позавтракать…

Он поднёс лист к жуку, тот с утробным звуком вцепился в него. Айнз разжал пальцы, и жук-губы с аппетитом поглотил лист большими глотками.

Аинз принес еще два листа, которые губной жук смог легко пожрать.

Энтома сказала ему, что перекармливать существо не стоит, так что он решил остановиться на этом.

Аинз осторожно вернул накормленого и счастливого жука-губы к его затененному дому в стеклянном ящике — к его любимому месту.

— Поначалу он казался несколько отвратительным, но подержав его своим питомцем, начинаешь видеть в нём прелесть.

Айнз не обращался ни к кому конкретно; просто говорил сам с собой. С довольной улыбкой на лице он закрыл коробку. Ящик был не слишком прочен, и жук-губы мог бы сбежать, если б захотел. Но Айнз использовал коробку как доказательство своей способности как следует заботиться об её обитателе. И всё же, оставалось фактом, что жук являлся просто порождённым в обмен на золото НИПом-наёмником, и всё же мог решить убежать.

Айнз аккуратно вытер руку тканью и, завершив все утренние дела, уселся в кресло. Он откинулся на спинку стула, глубоко погрузившись в мягкую обивку.

(… Ах, работа. Нет никаких официальных рабочих часов, но мое сердце все еще тонет в это время. Я предполагаю, что старые привычки умирают с трудом.)

На столе не было ни пылинки, не говоря уже о каких-либо документов.

Стол совершенно отличался от рабочего стола Сузуки Сатору.

Всё из-за того, что он не должен был работать с бумагами. Дело Айнза — принимать крупные решения, а не волноваться из-за деталей. После того, как он обозначит направление действий, за дело примутся подчинённые.

(…И всё же, именно поэтому мне так тяжело. Я впервые осознаю, что сложность работы определяется тем, насколько ответственные нужно принимать решения. Это выматывает не столько физически, сколько психологически… И, разумеется, очень тревожит. А, уже пора?)

Смотреть на часы не было необходимости.

В этот самый момент со стороны двери раздался стук. Пятая — стоявшая в ожидании у двери — убедилась в личности пришедшего.

— Владыка Айнз, Старшие Личи и госпожа Альбедо.

В голосе Пятой звучало почтение, ведь Старших Личей создал лично Айнз.

— Хорошо. Впусти их.

Пятая отошла от двери, пропуская прибывших. Альбедо вошла в комнату, вслед за ней — шестеро Старших Личей.

— Доброе утро, владыка Айнз.

Следовавшие за Альбедо Старшие Личи низко поклонились.

— Да. Доброе утро, Альбедо. Сегодня, как я вижу, отличная погода.

— Вы совершенно правы. Мне сообщали, что сегодня будет солнечно — разумеется, если вы, безраздельный повелитель этого мира, пожелаете, мы сможем создать любую погоду, какую вам будет угодно. Что прикажете, владыка Айнз?

Она просто использовала эту постороннюю тему для того, чтобы завязать беседу, но Айнз не ожидал подобного предложения.

— Нет необходимости. Я не имею ничего против любой погоды. Солнечные дни хороши, раскаты грома в дождливый день восхищают, а медленное падение снежинок завораживает. Следует видеть красоту в естественных переменах погоды.

Айнзу нравился местный переменчивый климат. В этом незагрязнённом мире он понял, что согласен со словами своего друга, Блу Планет: «Дождь изначально был благословением природы».

Лучше позволить природным явлениям протекать естественным путём.

— Да, я поняла вас… Разумеется, я предчувствовала, что вы не пожелаете изменять погоду, но должна была спросить, чтобы убедиться, владыка Айнз. Как и стоило ожидать, вы не из тех властителей, кто стал бы не задумываясь командовать нам исполнить ваши капризы.

— …Вот как? Не уверен…

Айнз задумался, но не смог придумать ничего, чего бы особо желал. Тогда, когда он ещё был Сузуки Сатору, все его желания ограничивались ИГГДРАСИЛем. После того, как он переселился в тело скелета, всё стало только хуже. Может, это просто побочный эффект нахождения в теле нежити, но высоки шансы, что он навечно останется в таком состоянии. Если говорить о желаниях, то его желание — коллекционировать редкие предметы. А ещё…

Айнз печально улыбнулся, и легко потряс головой.

— Нет, ты, наверное, права. Однако, это лишь потому, что я ничего по-настоящему не хочу. Если у меня возникнут какие-либо желания, я, разумеется, отдам вам соответствующий приказ.

— Когда придёт это время, я надеюсь, что вы позволите мне, как Смотрителю Стражей, подобрать тех, кто сможет исполнить ваше желание, — ответила Альбедо, кланяясь. Когда она подняла голову, её лицо словно бы немного порозовело, — Однако, сегодня ваш наряд поистине великолепен. Он необычайно сияет. Нет, он сияет так ярко лишь потому, что вы надели его, владыка Айнз.

Альбедо продолжила осыпать его похвалами.

Вероятно, то сияние, про которое она говорила, одеяние обязано драгоценным камням, заменяющим пуговицы, так как череп Айнза не отражал света. Айнз кивнул, размышляя об этом.

— Вот как, благодарю, Альбедо.

— Вы невероятно добры. Я просто указала на очевидное. Владыка Айнз, вы поистине…

Айнз поднял руку, прерывая возбуждённую речь Альбедо. Его посетило предчувствие, что на эту тему она может рассуждать очень долго.

— Давай пока оставим это. Итак, что за документы вы принесли мне сегодня, Альбедо?

— Слушаюсь.

Альбедо мило надула щёки, а Старшие Личи, повинуясь её команде, принялись складывать на стол бумаги.

Кипа папок, нагромождавшихся одна на другую, быстро приобрела солидные размеры. Исходные документы были невелики, но быстро обрастали дополнениями и справочными материалами. Как на его прежней работе он нуждался в данных из самых разных источников, так и тут, похоже, всё это было необходимыми приготовлениями к разрешению сложных проблем.

Он был мысленно готов к этому. Айнз всё утро настраивался и укреплял решимость.

Сузуки Сатору был простым служащим, и никогда не имел отношения к управлению корпорацией. Если бы его спросили, может ли такой человек править страной, Айнз с уверенностью ответил бы «нет». Даже управляющий корпорации, наверное, нашёл бы такую задачу тяжёлой.

То, что Айнз — верховный и абсолютный властитель, лишь ухудшает ситуацию. Даже если он ошибётся в чём-то, подданные будут стараться изо всех сил, чтобы превратить его ошибку в реальность.

Что может быть страшнее? Одно слово Айнза может привести к массовому самоубийству.

Раз так, как же быть?

Ответ очень прост. Поступить точно так же, как и с одеждой — поручить дело тому, кто сможет с ним справиться.

Умение правильно распределить задачи между подчинёнными в соответствии с их способностями — это тоже важное качество хорошего начальника.

Однако, перекладывать всё на других нельзя. Разумеется, он может без проблем поручить всё Альбедо. Однако, он не декорация, а король. А значит, к этому величайшему из званий прилагается также и ответственность, которую он обязан нести.

От некоторых дел нельзя отвязаться, просто заявив «Ничего не знаю».

Так что Айнз принялся внимательно читать документы из выложенных перед ним папок, и ставить на каждую королевскую печать.

Ритмично проштемпелевав несколько бумаг, Айнз сделал паузу, выбрав один документ своей сегодняшней целью. Он открыл папку, изучая её содержимое. И тут…

(…Как я и думал. Ничего не понимаю. Это что-то о ресурсах? Что-то важное? Старшие Личи и правда в этом разбираются?.. Ну, их сделал я… Откуда такой разрыв, интересно… а-а, как же тяжело читать этот юридический слог…)

Он пролистывал папку туда-сюда, разыскивая слова на других страницах, и в конце концов, основываясь на вышесказанном, пришёл к отрицательному заключению. Вдобавок, в тексте было множество доказательств от противного, что до невозможности затрудняло понимание.

— Альбедо.

— Да, владыка Айнз! Что-то не так?

— Нет, дело не в этом, но я кое о чём подумал. Как идёт процесс законотворчества? Мы называемся Колдовским Королевством, но не издали никаких своих законов. Мы всего лишь пользуемся теми, что установило Королевство.

— Да. Сейчас это только в планах. Если бы мы слишком поспешили с законотворчеством, то это могло бы вызвать широкий общественный резонанс. Поэтому мы решили повременить с этим.

Странно было слышать подобные слова от Альбедо, которая никогда не заботилась о людях. Однако, услышав это Аинз вздохнул с облегчением.

— Я уже обсуждала это с Демиургом… законы Королевства не предоставят достаточно власти абсолютному правителю, такому как вы, владыка Аинз. В настоящее время мы рассматриваем вариант издания первого указа и дальнейшее его неукоснительное выполнение с помощью силы.

— Все же я более компетентен в других областях…

Это было ложью. Айнз понимал, что не компетентен почти ни в чём.

— К сожалению скажу, что я мало что понимаю в законах. Поступайте, как вы считаете правильным. Я доверяю вам.

— Да, я поняла.

Лицо Альбедо наполнилось восторгом. Посмотрев на неё, Аинз увидел, как на её талии за спиной, задрожали крылья. Она… и Демиург, по каким то причинам… считали Аинза гением, идущего всегда на шаг впереди.

В тоже время когда Аинз признал, что плохо разбирается в вопросе, он отчетливо почувствовал ту радость исходящую от них, существ созданных обладать высоким интеллектом, в возможности утвердить свое существование.

— Всё же, нет смысла лгать о не понимании закона…

— Нет, это правда. Я довольно мало понимаю в вопросах права.

— Я вижу… что всё происходит как вы задумываете, с точки зрения верховного лидера, неограниченного какими либо законами. Я осознаю ваши намеренья.

Аинз чувствовал, что был понят неправильно, но решил проигнорировать это. В конце концов, он понятия не имел, как это ей объяснить. Вместо этого он просто улыбнулся. То чувство которое он при этом испытывал не было ему знакомо, наверно это могло бы быть то, что чувствовали родители, когда дети показывали им свои таланты.

— Что-то не так?

Удивлённое выражение лица Альбедо вызвало лишь ещё большее восхищение Айнза. И всё же, невежливо радоваться в одиночестве.

— Прости меня, но когда я увидел… как ты была счастлива, ты так мило выглядела… как бы это сказать… умф… это трудно объяснить.

При этих словах Кинжалопауки на потолке ощутимо напряглись, но остались на местах.

— Уххх. Как стыдно.

Альбедо прикрыла щёки руками. Видя её румянец, Айнз осознал, что, вероятно, заставил её застесняться своими словами, и, легко кашлянув, решил вернуться к документам.

Похоже, НИПов смущает, когда он видит в них детей своих прежних товарищей.

Ему было стыдно за собственное поведение, но всё же он наконец поставил печать на последний документ. Одно из дел сделано.

Он передал папки Альбедо, прикрывающей рот и что-то бормочущей. Та раздала их Старшим Личам.

— Итак, начнём. Вот предложения, которые мы рассмотрим сегодня.

Айнз открыл шкаф и извлёк пачку бумаг. То были предложения и мнения по поводу развития Колдовского Королевства, собранные с каждого обитателя Назарика.

Айнз читал их, записывал суть предолжений, после чего каждое утро зачитывал их Альбедо.

— Вам совершенно необязательно тратить ваше драгоценное время на ничтожную задачу по переписыванию всего этого, владыка Айнз.

— Нет, там ведь могут оказаться предолжения, адресованные лично мне. Кроме того, я не нуждаюсь во сне. Просто бездельничать было бы глупо.

Это тоже было ложью. Точнее, он и правда остался бы без дела. Но это время можно было бы потратить читая, принимая ванну, практикуяся в актёрских навыках или в тренировочном сражении. И всё же Айнзу было необходимо переписывать бумаги собственноручно, так как он подкладывал свои собственные идеи к прочим.

Айнзу пришлось это сделать, потому что если он сделал бы это предложение напрямую, его подчиненные выполнили бы это, даже если оно и могло быть неправильным. Что могло привести к трагичным последствиям.

Так что он предоставлял свои предолжения анонимно, рассчитывая что Альбедо, как независимая третья сторона, будет судить их лишь по содержанию. Кроме того, скрывая личности авторов предложений, Айнз также не подвергнет сомнению свои собственные способности.

Он принялся вслух зачитывать первое предложение.

— Хмм… «Я полагаю, нам понадобятся детские учебные заведения, где мы сможем выделять и взращивать талантливых личностей. Это может послужить на пользу Назарика. Даже если нас постигнет неудача, мы всё равно сможем использовать полученный опыт в собственных целях, что также пойдёт на пользу в деле укрепления Назарика». Что-то в этом роде.

Айнз посмотрел на Альбедо, стоящую глядя прямо перед собой.

— Выгоды изложены чётко и ясно, это прекрасный пример предложения. Отчётливо видно, что автор очень аккуратен. Нам стоит распространить это предложение как образец для остальных.

Закончив с похвалами, Айнз вернул себе строгое выражение — хотя, разумеется, его лицо не изменилось.

— Кстати, как ты думаешь, кто автор?

— Могу предположить, что Юри Альфа.

Мгновенный ответ. Айнз тоже так думал.

— Согласен. Это, должно быть, предложение Юри. Итак, Альбедо, что ты думаешь?

— Это очень глупо. Свиньи должны жить и умирать как свиньи, отдав все что них есть своим хозяевам. Нет нужды жить им по другому. Та как нет смысла позволить им знать об этом и то и нет смысла позволить им жить так.

— Ну, это довольно суровый взгляд на это, но я согласен, в некоторой степени. Но должно быть базовое образование, чтобы каждый смог стать винтиком в механизме общества. Так должны жить люди, стареть и умирать. Технологии, распространение которых может угрожать нашей власти — хмм?

— Владыка Аинз, вы в порядке?

— Эти слова и мысли звучат знакомо. Кто-то уже говорил такое кому-то, но кто? Нарберал и… а-а, Люпус Регина. Когда она спрашивала меня про целебные зелья… Ну, думаю ты уже и так это знаешь, Альбедо. А, я просто говорил сам с собой, не обращай внимания, Альбедо.

— Нет, я думаю, что должна лучше познать глубину ваших мыслей, владыка Айнз. Пожалуйста, поделитесь ими со мной.

— Вот как… Ну, хотя это и несколько смутит меня, но я не хочу быть единственным раскрывшим свои мысли. Если тебе не понравится что-то из того, что я скажу, не стесняйся мне об этом сообщить.

Нет ничего хуже чем изображать всезнание перед тем, кто очень хорошо разбирается в вопросе. Опасаясь выставить себя идиотом, Айнз решил всё же поделиться своим мнением.

Знания, образование и информация — основное оружие как человечества, так и нечеловеческих существ этого мира. Чем образованнее нация, тем она могущественнее — но с другой стороны, тем больше недовольства возникает у людей из-за социальной несправедливости.

Таким образом, правитель должен рассмотреть вопрос вооружать или нет массы оружием под названием знания, потому что оружие может когда-нибудь быть направлено и на самого правителя.

Во время игры в ИГГДРАСИЛь Айнз понял важность обладания информацией. Именно поэтому он перевёз семью алхимиков, Барелов, в уединённую деревню Карн, чтобы именно там они разрабатывали свои зелья. Таким образом он сможет монополизировать плоды их исследований, и не позволит никому другому учиться у них.

С точки зрения Айнза, подданные должны оставаться подданными, живя и умирая в невежестве. Однако, для увеличения мощи государства необходимо разрабатывать новые технологии. Вопрос в том, против кого в конце концов окажется направлено знание.

— Если вкратце, мы должны ограничить распространение информации только среди тех, кто абсолютно лоялен Великой Подземной Гробнице Назарик. Простолюдинам же мы будем передавать лишь устаревшие знания, не несущие для нас угрозы. Плод с Древа Познания полезен лишь тогда, когда им обладаем только мы.

Айнз украдкой взглянул на Альбедо, желай убедиться что та не выказывает признаков сомнения или недоверия.

— И тут мы подходим к сути. Альбедо, несмотря на вышесказанное, я полагаю что должен принять это предложение.

Глаза Альбедо на мгновение расширились.

— Могу я спросить, что привело вас к такому заключению?

— Сентиментальность. Но ещё, я полагаю, что в предолжении Юри есть смысл.

— И всё же, я боюсь что в нём слишком много недостатков… или вы хотите сказать, что желаете проверить его где-нибудь на окраинах? Там гораздо проще перекрыть возможные пути утечки информации, и организовать обучение посредством промывки мозгов.

— Мы не будем так поступать. Хотя это, может быть, до некоторой степени противоречит предложению Юри, мы откроем приют в этом городе.

Живя здесь под личиной Момона, Айнз узнал о содержащихся храмами приютах. Ему тут же пришла в голову идея о создании приюта от имени Айнз Оул Гоуна.

— Как бы то ни было, мы должны быть готовы к тому, что знания Назарика проникнут в окружающий мир. Но не будет ничего плохого, если мы создадим обычный приют и будем предоставлять знания лишь тем, кто к нам близок. Если кто-нибудь из учеников обнаружит особые таланты, можно будет рассмотреть вопрос о том, как с ними поступить.

— …Понимаю. Полагаю, организовать это будет несложно.

— Также я предлагаю использовать вдов в качестве сотрудниц приюта.

— Женщин, чьи мужья погибли на том поле боя, где вы продемонстрировали крупицу вашей необоримой силы. Это послужит своего рода финансовой помощью оставшимся без кормильца женщинам. И, разумеется, лишь улучшит мнение народа о вас… Вы как всегда мудры, владыка Айнз.

— Хм, если мы начнём действовать лишь после того, как жалобы вдов услышит Момон, улучшится лишь его репутация, но не моя. Значит, нам стоит действовать немедленно, пока никто не обратился к нему за помощью. Чтобы достичь этого… Я приказываю освободить Нигредо и Пестонию из заточения.

Айнз почувствовал слабый блеск в глазах Альбедо.

— Простите мою прямоту… но если вы даруете прощение тем, кого признали виновными в неповиновении вашим приказам, то я боюсь, что это может вызвать беспокойство в Назарике.

— Разве мы не держали их в заточении в наказание за это?

— Это слишком мягкое наказание. Ваша воля непререкаема для нас, владыка Айнз. Неповиновение вашим приказам — непростительно. Ваша верная слуга полагает, что они должны быть обезглавлены в назидание остальным.

— Всего лишь из-за…

Айнз хотел сказать, что провинность слишком незначительна, но слова Альбедо были вызваны её почтением перед ним — одним из Высших Существ. Он может больно ранить её, если попытается отрицать.

И всё же, именно поэтому он должен простить тех двоих. Их личности — творение друзей Айнза. А значит, действия Пестонии и Нигредо вызываны почтением к намерениям его друзей.

Айнз понимал, что может просто приказать, и Альбедо без возражений подчинится. Однако, это крайняя мера. Для начала, он решил попытаться переубедить её.

— …Разумеется, если бы лишняя информация проникла во внешний мир, возникли бы неприятности. Любой смог бы, сложив два и два, понять, что за инцидентом в столице Королевства стоял Назарик. Поэтому нужно было убить даже детей.

Однако, те двое пытались защитить лишь тех детей, кто ничего не помнил о случившемся, а значит, тех, в чьей смерти не было нужды. Можно даже сказать, что они безупречно исполнили мои приказы.

— Они просто-напросто искажали факты ради собственной выгоды. Их деяния непростительны.

— Альбедо…

Он понимал чувства Альбедо, как лидера Стражей. Вот поэтому он хотел придумать как переубедить её.

Аинз улыбался; взволнованная, горькая улыбка. Конечно же, выражение его лица, оставалось неизменным.

— Аниз-сама, вы так хитро на меня смотрите… — Пробормотала Альбедо, с чуть порозовевшими щеками. Аинз похлопал себя по лицу, словно проверяя.

— Ах, действительно?

— Мм, это…

Тяжело вздохнув Альбедо, опустила голову. — Ух-ха — раздался глубокий вдох, затем выдох..

Она вновь подняла голову, придя в себя.

— Если таково ваше желание. Нет ничего важнее ваших желаний, господин Аинз. Они всё для меня. Я буду рада получить ваши распоряжения.

— Я не желаю, что бы ты служила мне, руководствуясь лишь чувствами. Я желаю, что бы ты подчинялась мне, потому что понимаешь меня.

— Это не вызовет трудностей. Скорее всего, никто в Назарике не будет против освобождения тех двух, кроме же меня.

— Это же… это же хорошо. Пусть эти две, возьмут шествие над сиротским приютом.

— Я поняла. Я передам им ваши указания.

— Я оставляю это на тебя. В таком случае… следующее предложение.

Айнз забормотал себе под нос. Следующее предложение внёс он сам.

— …Кхм. Ну, что ж это не очень хорошая идея… эх, ничего не поделаешь.

Аинз глянул на Альбедо и продолжил говорить.

— Давайте введём форму для спортивных занятий (спортивную одежду) для укрепления единства в Назарике. Что ты об этом думаешь?

Как только он закончил говорить, Альбедо гневно нахмурила брови.

— …Эта идея придаёт новый, ещё более низкий смысл слову «вульгарно». Чья она, вообще?

Аинз предпринял огромное усилие, чтобы подавить первоначальный импульс сказать «мне очень жаль» и вместо этого постарался выглядеть обеспокоенным.

— Ну, это… я не совсем уверен. Я избавился от исходного листа.

— Я не могу представить, как можно таким беспокоить вас. Как можно тратить ваше драгоценное время на такое совершенно идиотское предложение, владыка Аинз? Давайте немедленно начнем расследование, чтобы найти его и определить ему соответствующее наказание.

— …Нет! В этом нет необходимости! Послушай, Альбедо! Ты не должна этим заниматься, ни в коем случае!

В душе его поглотила оторопь, но Аинз смог заставить себя заговорить.

— Я сказал всем в Назарике активно использовать обратную связь, со многих мест, я не буду отслеживать тех кто отправляет мне предложения. Если ты упрекнешь их, это превратит мои слова в ложь. И это будет означать, что все, что я скажу в будущем также будет ложью.

Кроме того, напуганным трудно высказывать, свое мнение… поэтому, я надеюсь, что когда ты покинешь эту комнату, ты забудешь о данном предложении.

— Да, я повинуюсь. Будет так, как вы и сказали, владыка Аинз.

— Хорошо, хорошо. Так и сделай.

Айнз был глубоко благодарен за то, что его тело не может потеть. Если бы это было не так, пол, вероятно, уже бы намок. Тем не менее, несмотря на чудное состояние своего тела и ума, слово «вульгарный» глубоко застряло в его сердце, оставив рану, которая не заживёт в течение длительного времени.

— … Владыка Аинз, у меня есть пожелание. В будущем, позвольте мне выбирать предложения. Чтобы подобные смехотворные идеи более не беспокоили вас.

— Гх… Нет, не утруждайся этим. Кроме того, если ты представишь только одобренные тобой предложения, мне останется лишь утвердить или отклонить их. Потеряется весь смысл наших с тобой встреч.

— Ах, да, вы совершенно правы, владыка Айнз. Мы с вами должны работать над этим в тесном взаимодействии.

Крылья Альбедо встрепенулись, Кинжалопауки снова напряглись.

— Все, все в порядке. Раз ты поняла, давай перейдем к следующему предложению, Альбедо.

Лично он не считал, что то предложение неосуществимо. Но настроение в комнате не позволяло ему снова поднять этот вопрос, и он не мог набраться смелости начать разговор на похожую тему.

— Так, следующее…

Как только Айнз собрался продолжить чтение, раздался стук в дверь.

Оба обернулись к Пятой. Легко поклонившись, та отправилась встретить посетителей.

Из-за двери доносился жизнерадостный детский голос, ему вторил другой, едва слышимый, словно говоривший совершенно не обладал уверенностью в себе.

(…Они, кажется, впервые приходят сюда в такое время, да? Что-то случилось? Раз так, хорошо, что и Альбедо тоже здесь.)

Айнз уже знал, кто пришёл, так что мог бы тут же приказать впустить их. Однако, Пятая похоже была очень рада выполнять свои обязанности, а распорядившись впускать гостей до того, как она объявит их имена, Айнз прервёт её.

Действуя через неё, он может лишить Пятую мотивации. Руководитель должен учитывать и такие вещи тоже.

(Наверное, Зиркниф тоже так делает. В конце концов, он ведь многое поручает своим горничным) — подумал Айнз, комментирую о поступки объекта своего пристального изучения, того, кого он сделал своим образцом правителя.

(Надо нам с ним как-нибудь поболтать о тяготах управления).

— Владыка Айнз, пришли Аура-сама и Мар-сама.

Теперь, после того как Пятая объявила о пришедших, Айнз сообщил ей, что посетители могут войти.

Дверь открылась, и вошла пара миниатюрных тёмных эльфов. Оба сияли улыбками, а значит, маловероятно что возникли какие-либо проблемы. Айнз почувствовал облегчение.

— Доброе утро! Владыка Айнз!

— Э, эм… Д-доброе утро, владыка Айнз.

— О, доброго вам утра. Ничто не радует меня так, как видеть вас столь бодрыми и полными сил.

Эльфы поздоровались и с Альбедо. Аура обошла вокруг стола, встав рядом с Айнзом.

Подойдя вплотную, она подняла обе руки с оттопыренными в победном жесте пальцами.

— Хм…

Аура ничего не сказала озадаченному Айнзу, просто показала V обеими руками.

Глядя на него сияющими, полными предвкушения глазами, она начала переминаться с ноги на ногу.

Поняв, чего она хочет, Айнз отодвинул кресло назад, взял Ауру за подмышки, и поднял.

— Чт, что вы делаете, владыка Айнз…

Не обращая внимания на поражённый вскрик Альбедо, Айнз повернул Ауру спиной к себе и усадил на правую бедренную кость.

Его кости, в отличие от нормальных бёдер, жёсткие, так что Айзу пришлось усадить её параллельно, чтобы Ауре было удобно.

— Эхехе…

Аура издала немного застенчивый, но совершенно счастливый смех, и Айнз ответил улыбкой. Далее, он повернулся и поманил нерешительно стоящего в отдалении Мара.

Когда тот подошёл, Айнз поднял и его тоже, усадив на левое бедро.

— А, ну, в-владыка Айнз, а, а как насчёт меня?

Пока Айнз размышлял, не приказать ли принести для близнецов какие-нибудь подушки, раздался возбуждённый вопрос Альбедо. Но он не решился бы сажать взрослую женщину себе на колени.

— Нет, это… я не могу.

— Но, но, эти двое…

— …Альбедо, они просто дети. Ты ведь взрослая, разве нет?

На секунду, ему показалось что они видел что-то за спиной Альбедо — вспышка света, материальное отражение поразившего её удара. Айнзу было немного жаль ей отказывать, но приличия есть приличия. Если бы он и её усадил к себе на колени, это было бы сексуальным домогательством.

— Итак, вы двое. Что случилось?

Крепость в Великом Лесу Тоб — ложный Назарик, или склад ресурсов — была достроена.

Дальнейшим заданием Ауры было укрепление и маскировке крепости.

Изначально предполагалось, что в случае нападения врагов они отступят к этой крепости, не позволяя врагу узнать местонахождение настоящего Назарика, но теперь Зиркнифу известно расположение Великой Гробницы.

Так что теперь крепость использовали просто как базу и хранилище ресурсов.

Мару же было поручено выкопать подземную гробницу на окраине Э-Рантэла.

Прямо сейчас в ней не было потребности, просто имелась свободная рабочая сила.

Людям-рабочим пришлось бы платить, но каменные големы и нежить не требуют жалованья, а значит, их можно задействовать без проблем. Кроме того, простые задачи можно выполнять просто заклинаниями Мара.

Что до других Стражей, то Шалти было поручено охранять Назарик и управлять «Вратами» в случае, если понадобится телепортация. Коцит отвечал за деревню людоящеров и озеро, возле которого она находится. Демиург же отбыл с заданием в Святое Королевство.

Иными словами, все находящиеся в Э-Рантэле стражи собрались сейчас в этой комнате.

Раз у всех есть свои задачи, то что же эти двое тут делают?

Аура бодро ответила на вопрос Аинза:

— Мы пришли чтобы повидать вас, владыка Аинз!

Айнз улыбнулся её невинной непосредственности.

— Понятно. Я тоже очень рад вас видеть.

Аинз погладил Ауру по голове. Та в ответ потерлась о руку Аинза, словно игривый щеночек.

— Это, ну… Владыка Аинз, ч-что вы делаете? Я надеюсь, мы не слишком беспокоим вас…

— Ах..

— Конечно же нет, Мар. Как может встреча с вами побеспокоить меня? — мягко ответил Аинз.

Затем он повернулся к Альбедо.

— Извини, Альбедо. Я отвлекся, давай рассмотрим следующее предложение, как мы и собирались. Ах, да, то же самое я чувствую и к тебе.

— Д-да — сказала Альбело, покраснев как яблоко, немного надувшись, она пыталась выглядеть серьезной.

— Владыка Аинз!

Что? Подумал Аинз, широко раскрыв глаза.

— Агуу!

Аинз подумал, что ослышался. Что она сказала?

Словно давая понять, что Айнз всё расслышал правильно, Альбедо ещё раз сказала «Агуу», очень застенчивым голосом.

(… Она, вероятно, пытается вести себя как ребенок. Нет-нет-нет, было бы страшнее, попытайся она вести себя как-то иначе. Но зачем она это делает? Так сказывается усталость от большего количества работы? Ах! Может быть это связано с Нигредо. Ведь еще стоит вопрос об освобождении её из заключения.)

Эта путаница перегружала Аинза, несмотря на то, что он нежить, в тоже время Мар беспокойно заёрзал.

— Эм, я, я посидел достаточно, так что я должен позволить госпоже Альбедо…

Эти слова были словно откровение.

(Я сказал, что Ауре с Маром можно сесть, потому что они дети, но ей, раз она взрослая, нельзя. Вот почему она стала притворятся ребенком?)

(Все-таки, почему ребенок? И кроме того, позволить Альбедо тоже сесть мне на бедро…)

Тем не менее, она пошла на такие смущающие действия ради этого. Я не могу закрыть глаза на её усилия, и как Высшее существо, и как человек. Кроме того, Альбедо тоже одна из детей, такая же как Аура и Мар. Я должен быть честен с ней.

— Прости меня, Мар — сказал Аинз. Всё решившись, он ссадил Мара с бедра и жестом подозвал Альбедо.

— Иди сюда, Альбедо.

— Да.

Застенчивость Альбедо исчезла, как туман в лучах восходящего солнца, и сменилась выражением, напоминающим вид щенка, предвкушающего прогулку. Альбедо придвинулась к Аинзу.

Она тоже сделала V образные знаки.

Аинзу было довольно трудно делать это сидя, но он взял за подмышки и поднял её.

— … Прошу прощения. Но не могла бы ты сесть прямо так?

— Конечно! Понятно!

Альбедо, заняла место Мара на левом бедре Айнза, кокетливо усевшись.

Сначала, Аинз почувствовал, её мягкость. В отличие от детей, это была мягкость зрелого тела. Затем её тепло начало вливаться в его тело, вызывая лёгкое чувство вожделения.

(Тем не менее, она очень мягкая!)

Она воин 100 уровня, он понятия не имел, куда делись её мышцы. Кто-нибудь менее учтивый мог бы даже сравнить её с моллюском.

— Уфуфуфуфу…

Он услышал нежный смех Альбедо.

От аромата, источаемого длинными волосами Альбедо, у Аинза зачесался нос.

— Ммм?

В этот момент, что-то неистово взбудоражило несуществующие нервные клетки Аинза.

(Этот запах мне знаком, где я чувствовал его раньше? Одежда Альбедо? Нет, ее духи?)

По какой-то причине, запах Альбедо успокаивал его сердце. Аинз не знал и не мог вспомнить где он раньше его встречал.

— Ммм… Альбедо, ты используешь какие-нибудь духи?

— Да, я пользуюсь духами. Вам не нравится?

— Нет, конечно же нет, пахнет довольно приятно.

Альбедо повернула голову к Айнзу. Его немного испугал вид ее широко открытых глаз.

— В самом деле, владыка Айнз!?! Если Вы желаете, может быть насладитесь этим ароматом подольше? Хоть целый час, хоть даже целый день!!

— Нет нет нет к тому же, часа будет чересчур…

Всё же, хоть Айнз и сказал такое, того факта что он заинтересован это не меняло. Кроме того, принюхавшись получше, он, возможно, сможет вспомнить какие-нибудь подробности об этом запахе.

— Тогда, я могу повдыхать твой аромат немного подольше?

Аинз придвинул свой череп ближе и вдохнул аромат Альбедо. Теперь он смог почувствовать её запах ещё более отчетливо. Ему был знаком этот аромат, но Аинз не мог вспомнить, где встречал его. Пытаясь разгадать эту загадку, Айнз услышал холодный голос.

— … Владыка Аинз.

Аинз не сразу понял, что голос принадлежит Ауре. Он нервно повернул голову, чтобы посмотреть на неё и увидел, что Аура сидела надувшись.

— Вы похожи на извращенца.

— Ах, прости…

И верно…

Аинз ругал себя, делать такое в присутствии детей. Это окажет плохое влияние на их половое воспитание. Его бывший друг (Букубуку Чагама) непременно отругала бы его, ведь именно так она поступала со своим братом (Пэроронтино).

— Ч-что ж, Альбедо, Аура, пожалуйста встаньте. Ах, Альбедо продолжим обсуждение этого вопроса.

Однако никто не сдвинулся с места.

Обе продолжили сидеть. Каждая ждала, что другая встанет первой.

— Эххх…

Аинз взял Ауру и поставил ее рядом с собой. Со стороны Альбедо раздался тихий смешок.

— … Аура и села первой. Альбедо, тебе тоже нужно встать с меня.

— Но, но… Аура сидела целых 3 минуты и 41 секунду. А я просидела всего 57 секунд. Хотя это может прозвучать глупо, я считаю, что мне должно быть позволено посидеть еще в течении трех минут.

— Но ты ведь провела больше времени с владыкой Аинзом?

— Ничего не поделаешь, это часть работы.

— А-а-ах, так ты здесь из-за работы — а знаешь, я ведь добиралась сюда издалека специально, только чтобы увидеть владыку Аинза.

— Аа!..

Альбедо поёрзала на бедре Аинза и посмотрела Ауре в глаза.

(Я догадался, что Аура хочет сесть мне на колени) — подумал Айнз, — (но почему она вообще захотела сделать это? Она ведь не влюблена в меня, в отличие от Альбедо).

Для начала, он не сделал ничего, чтобы заставить её полюбить его. Чувство, под названием любовь, должно быть тайной для Ауры. А затем… Аинз наконец нашел ответ.

— А, понятно. Это детское собственничество.

А ещё ей, вероятно, недостаёт отцовской любви. Аура с Маром созданы детьми, и они всё ещё в том возрасте, когда о них должны заботиться родители. Возможно, они бессознательно пытаются заполнить эту пустоту Айнзом.

Однако, сам Сузуки Сатору рос без отца, и не знал, что такое отцовская любовь, так что чувствовал, что, вероятно, несколько опоздал с этим. Была бы где-нибудь страна Тёмных Эльфов, он бы обдумал вариант отправить Ауру с Маром туда, чтобы они завели себе друзей.

(Интересно, найдутся ли в библиотеке книги по сексуальному образованию для детей?)

Пока они были просто наборами данных, это не представляло проблемы. Однако, Айнз уже некоторое время обдумывал вопрос их воспитания, и заметил, что Ауре с Маром по-прежнему недостаёт кое-чего для здорового психологического роста.

(Как я и думал, им действительно нужны друзья их расы! Это должно быть моим приоритетом. Раз так…)

— Аура. Я хочу кое о чём спросить; что стало с теми тремя эльфийками, которых я поручил тебе и Мару?

— Вы про тех эльфов, что посмели вторгнуться в Назарик, и которых вы, владыка Айнз, милосердно простили?

Айнз кивнул.

Разобравшись с рабочими, он передал эльфиек-рабынь на попечение Ауры и Мара. Как правило, тем, кто пришёл в Назарик без приглашения, не позволялось уйти живыми. Однако, эти трое, по всей видимости, явились не по своей воле, и не собирались грабить сокровища Великой Гробницы. Раз так, вполне допустимо проявить к ним немного милосердия.

Кроме того, они, как Лесные Эльфы, могут оказать положительный эффект на развитие Ауры и Мара.

— А. Мы пока что поселили их на нашем Этаже.

— Чем они занимаются?

— Как бы это сказать… Им нечего делать, но они пытаются заботиться о нас. То, как они постоянно трутся вокруг нас, несколько раздражает.

— Д-да, точно. Н-ну, например, нашу одежду и всё такое. Я м-могу одеться и сам, но они постоянно приходят помочь мне…

— Просто держи себя построже. Они продолжают пытаться, потому что ты не можешь им как следует отказать. Ко мне ведь они не лезут, разве нет?

(Понятно, значит те эльфы хотят что-то делать. Совсем как горничные, что прислуживают мне. Я понимаю твои страдания, Мар. И всё же, это значит, что трое помилованных мной не полностью бесполезны. Интересно, можно ли поручить бывшим секс-рабыням сексуальное образование? Хм…)

— Ну, мы всё-таки спасли им жизни. Не убивайте их, даже если они вас сильно разозлят. Если станут совсем надоедать, скажите мне и я переведу их куда-нибудь ещё.

— Поняла! Я сообщу вам, если что.

Айнз глянул на поникшего Мара, и пробормотал «Да что с ним» себе под нос. После чего несколько холодновато посмотрел на Альбедо.

— Альбедо, тебе пора вставать. Прошло уже больше трёх минут.

Альбедо на мгновение приняла разочарованный вид, но всё же послушно и без возражений поднялась с бедра Айнза.

— Кстати, а над чем вы с Альбедо работаете, владыка Айнз?

— М-м? А-а. Я собираю предложения ото всех в Назарике, о том, как сделать эту страну лучше. О, точно. И вы двое тоже. Если у вас есть хорошие идеи, говорите. Я рассмотрю любое предложение.

Аура засияла.

— Вот как, владыка Айнз! Тогда у меня есть отличная мысль!

— Хохо… И о чём же она, Аура? Ну же, расскажи.

— Да! Я думаю, что все мальчики должны одеваться как девочки, а девочки — как мальчики!

(…Букубуку Чагама!..)

Айнз мысленнно прокричал имя одной из своих прошлых друзей.

На секунду ему даже привиделся образ Розового Слайма, произносящего «Прасти…и!» невероятно милым голосом, совершенно противоречащим её внешнему виду.

— Вот как. Это идея Букубуку Чагамы-сама. Это, разумеется, прекрасное предложение. Более того, здесь, в этой стране, любое решение Высших Существ, разумеется, является верным.

Верным? Хотел было издевательски спросить Айнз, но сдержался.

Как бы то ни было, нельзя позволить такому произойти. Однако, есть проблема.

Эльфы-близнецы одеты так потому, что такими их создала Букубуку Чагама. Если Айнз отвергнет идею Ауры, то ему придётся представить чёткое объяснение причин своего отказа.

Но ничего подходящее не приходило ему в голову.

— Владыка Айнз. Не начать ли нам немедленное осуществление плана Ауры?

Почему она так быстро согласилась?!

Время на исходе.

Приняв это предложение, он объявит на весь мир, что в Колдовском Королевстве поддерживается и одобряется трансвестизм. Это неприемлемо. Такое, наверное, заинтересовало бы лишь Букубуку Чагаму. Нет, у Айнза появилось предчувствие, что будь она тоже в этом мире, то ни за что не захотела бы создавать такую страну.

(Если бы мы могли превидеть, что НИПы обретут собственные личности, многие захотели бы повидаться с ними, но нашлось бы много и таких, кто всеми силами избегал бы встречи. Букубуку Чагама, наверное, оказалась бы во второй категории. А Ямаико и Анкоро Мочимочи, наверное, в первой. Почему, интересно, они такие разные, несмотря на то что все девушки…)

Вспоминая о своих прежних товарищах, Айнз медленно поднялся и посмотрел в окно. Разумеется, никакого особого значения его действия не несли. Он просто пытался выиграть немного времени. Примерно определившись с тем, что скажет, Айнз обернулся к тройке Стражей.

— Я ни в коем случае не могу этого допустить.

— Почему, почему же?

(Ну конечно же им надо узнать, да?.. И ведь даже закон о том, что холостяки обязаны носить маску на Рождество и то был бы лучше этого…)

Айнз вздохнул. Разумеется, этим он тоже не пытался что-то сказать. Просто выигрывал время.

— Тому есть много сложных причин, Альбедо. Ты хочешь, чтобы я подробно объяснил каждую?

— Д-да. П-пожалуйста, если вы не против.

Айнз обращался к Альбедо, но вместо неё ему ответил Мар. Он ведь обычно такой скромный мальчик, почему именно сейчас он решил поозорничать, печально подумал Айнз. Альбедо бы наверняка ответила «В этом нет необходимости. Позвольте мне растолковать вам всё вместо владыки Айнза». Но теперь Айнзу придётся объяснять самому.

— …Вот как. Что ж, я просвещу вас. Но вот вопрос, с чего бы мне начать, чтобы вам было понятнее?..

Многозначительно кивнув, Айнз подпёр подбородок рукой. Разумеется, этим он тоже пытался выиграть время. Айнз отчаянно пытался что-то придумать, ему начало уже казаться, что его мозг сейчас покроется потом, и тут на него снизошло озарение.

— Во-первых, ну конечно же, да. Вы двое, наверное, считаете, что раз одеты таким образом, то и вся страна должна одеваться так же, верно? Вы, наверное, считаете, что именно таковы были намерения Букубуку Чагамы-сан. Однако, в этом вы ошиблись…Да, вы двое — особенные.

— Мы особенные?!

— Ну конечно. Вы очень дороги Букубуку Чагаме-сан. Именно поэтому вам было дозволено так одеваться… И что же, вы намерены позволить этому знаку благорасположения стать всеобщим достоянием, раздать его совершенно незнакомым вам людям?

— Да как мы можем?!

Этот громкий возглас возражения вырвался, как ни удивительно, у Мара.

— Ни за что! Я никому, кроме сестрицы, не позволю носить знак расположения Букубуку Чагамы-сама!

— Да, верно. Ты совершенно прав. Тебе понятно, Аура?

— Да! Как же я была глупа, что не подумала о чувствах Букубуку Чагамы-сама!

— Кроме того…

Аура с Маром уже приняли его аргумент. Можно было бы уже осторожно сменить тему. Однако, Айнза беспокоило ещё кое-что.

Он пробормотал что-то насчёт наличия других причин, и глянул на Альбедо.

Она, учитывая её экстраординарный интеллект, наверняка уже нашла множество причин. Не покажется ли ей странным, если Айнз закончит на этом? Он чувствовал тревогу.

Когда их глаза встретились, Альбедо улыбнулась, и слегка изогнула шею.

Не понимая, что это означает, Айнз отвёл взгляд. Ему на глаза внезапно попался стоящий перед ним Старший Лич. Айнз равнодушно мазнул взглядом по бумагам, которые тот держал.

— А-а-а. Так вы тоже подумали об этом, владыка Айнз. Ну да, вы ведь изучали эти документы тщательнее прочих. Наверное, им можно обо всём рассказать, верно?

Айнз вновь повернулся ко внезапно заговорившей Альбедо.

— Отлично. Ты тоже поняла, Альбедо.

— Да, поняла. Я как раз гадала, собираетесь ли вы упомянуть об этом, владыка Айнз. Полагаю, вы размышляли, стоит или нет объяснять этим двоим, я права?

— Я знал, что ты прекрасно меня понимаешь, Альбедо. Тебе известны мои мысли так хорошо, что мне даже не нужно их высказывать.

— Вы очень добры…

Альбедо с улыбкой поклонилась. Аура же раздражённо надулась.

— И всё же, не могу поверить, что я не подумала о намерениях Букубуку Чагамы-сама, а ведь это первое, что должно было придти мне в голову. Как и ожидалось от вас, наш творец, наш Повелитель. Мне никогда не сравниться с вашими мудрыми умозаключениями, учитывающими бесчисленные точки зрения.

— Нет, не говори так, Альбедо. Я уверен, однажды ты продемонстрируешь таланты, превосходящие мои собственные.

Честно говоря, она уже далеко его превзошла. Айнз почувствовал стыд при этой мысли, но Альбедо просто кивнула с лицом, полным решимости.

— Да! Обязательно!

— Так каковы же другие причины?

— Ну же, Аура. Альбедо, объясни им. Постарайся сформулировать всё просто, так, чтобы поняли даже дети. Да, объяснение должно быть легкодоступным.

Произнеся это, Айнз замолчал и снова посмотрел в окно. Однако, сам он весь обратился в слух, не желая пропустить ни слова из объяснений Альбедо.

— Непременно. На самом деле, я и сама собиралась затронуть эту тему с владыкой Айнзом, но потом возникла небольшая проблема.

— Э-э-э? Кто-то создаёт тебе проблемы? Может, нам пойти и уничтожить его?

— Нет, всё не так. По правде говря, мы обнаружили, что запаса наших ресурсов может оказаться недостаточно на будущее. Так что если бы мы приказали всем поменять одежду, то пришлось бы пойти на неприятные меры, вроде приказать людям обмениваться своей старой одеждой и всякое в таком роде.

Э, правда? Разумеется, Айнз не мог такое сказать. Ему оставалось лишь отчаянно пытаться вспомнить содержание той папки, что он только что просматривал.

Да, там говорилось что-то о ресурсах, но объёмы казались вполне достаточными. Однако, раз Альбедо так говорит, то так оно и есть.

(Иными словами, ситуация довольно неприятная, да? И всё же, разве мы не можем просто купить ещё у Королевства или Империи? Этот город ведь достаточно богат, верно?)

Альбедо тут же ответила на разумные сомнения Айнза:

— В этом городе отличные склады, и раньше здесь шла бойкая торговля. Однако, с тех пор как городом перешёл под власть владыки Айнза, торговцы из соседних стран здесь редкость. Так что теперь наши ресурсы постепенно тают.

— Если нам чего-то не достаёт, давайте просто отберём у кого-нибудь. Как насчёт Империи или Королевства?

— Сестрица, мы, нам нельзя. В, владыка Айнз ведь запрещал нападать на три соседние страны, верно?

Точно. Он ещё не решил, как поступит в будущем, но сейчас, пока не получил полный контроль над городом, временно наложил запрет на применение силы. Разумеется, если другие страны атакуют первыми, это будет совсем другое дело.

— Раз так, что же делать?

— Э, ну, нам незачем беспокоиться. В-владыка Айнз ведь со всем разберётся.

Ты собрался свалить всё на меня? Айнз хотел было опровергнуть слова Мара, но сдержался. После того, как Аура ответила «О, понятно!», он уже не мог решиться предать ту веру в него, что питают эти двое.

Одако Айнз, бывший рядовой служащий, никак не смог бы произвести подходящие экономические преобразования. Так что он решил разыграть один из двух своих козырей.

Айнз медленно повернулся, и уверенно сказал:

— Альбедо. Ты уже занимаешься этим, не так ли?

Иными словами, он переложит проблему на другого, того, кто сможет с ней справиться — на Альбедо, вот и всё.

— Да. Семена, что засеивал Демиург, уже скоро должны дать урожай.

— Именно так. Вам двоим незачем беспокоиться.

Их сияющие глаза, полные восхищения и уважения, заставили Айнза почувствовать укол вины. И в то же время, в его сердце поселился страх увидеть в этих глазах разочарование, если они поймут, что все его слова были притворством.

(И всё же, ай да Демиург. Не знаю, что он там за семена сеял, но он молодец).

Айнз хотел спросить про урожай, но не мог.

Потому что Айнз Оал Гоун должен быть всезнающим светилом.

(Я знаю, что мне стоило бы изучить экономику, но все те сложные книги я могу лишь пролистывать по диагонали… например, ту книжку про кейнсианскую экономику могли бы написать и попроще. А может, я просто слишком стар, чтобы научиться чему-то новому?)

Айнз отлично разбирался в игровой механике ИГГДРАСИЛя. И это не пустая похвальба; он выучил свыше семисот заклятий, и прекрасно помнил детальное описание каждого, достижение, поражавшее всех его друзей. Даже те заклинания, что он не мог применять, всё равно могли стать его оружием, так как он в точности знал, на что способны его враги. Поэтому он и запомнил всё это. В плане знаний о магии он с лёгкостью мог считаться одним из пяти лучших в гильдии.

Но, несмотря на всё это, образования ему недоставало.

(Э? Не может ли быть такого, что я не могу запомнить ничего нового потому, что у меня нет мозга?)

Айнз знал, что с момента прибытия в новый мир выучил много нового, так что беспокоиться не о чем. Однако он всё же вздрогнул от мысли от этой ужасающей возможности.

— Далее, у меня есть вопрос, который требует одобрения владыки Айнза…

— Что? Ты сказала «одобрения»?

Айнз не считал, что какое-либо предложение Альбедо нуждается в его одобрении. Она ведь умная девочка, и, разумеется, способна принять решения, гораздо лучшие чем его собственные. Однако, с другой стороны, организация должна функционировать как положено. Ответственность за действия подчинённых должны нести руководители. А значит, они должны утверждать эти действия.

— Кто-то должен нанести визит в столицу Королевства и расшевелить всех этих людей. Вы не против, если ваша слуга отправится туда?

— Что?!

Для Айнза это было полной неожиданностью, и он воскликнул громче, чем обычно.

Его очень беспокоило, что он останется без Альбедо в отсутствии Демиурга. Кроме того, он не может как подобает управлять городом.

Сверх прочего, он был шокирован прежде всего потому, что Альбедо впервые высказала такую просьбу.

— … Если я пошлю тебя… Я буду весьма обеспокоен…

— О, — Альбедо в восторге улыбнулась — Все будет хорошо, владыка Айнз. Я немедленно решу все вопросы и вернусь к вам.

— Вот как… Ну, если ненадолго, то я не против. Кому мы поручим управление Назариком и этим городом?

Аура и Мар выглядели весьма удивлёнными, так что очевидно не им. И не мне, надеюсь, подумал Айнз.

— Я планирую доверить это Актеру Пандоры.

Аура с Маром сказали что-то вроде «Если ему, то мы не против».

— …Ему, говоришь.

— Он выдающаяся личность, ваше собственное творение, владыка Айнз. Как говорится, сын своего отца… о, простите меня. Мы всего лишь творения, и не смеем даже и думать о том, чтобы зваться детьми Высших Существ. Прошу, простите мою грубость.

Внезапное извинение Альбедо очень изумило Айнза… даже светящиеся красные огни в его глазах на мгновение померкли.

— Незачем извиняться. Он, да, моё дитя… прости. Я не питаю нелюбви к нему, но, хм. Глупое дитя… нет, он ведь не виноват… Ну, как бы это сказать. Он как ребёнок. М-да.

Все затихли. Айнз понимал, что разговор заглохнет, если оставить всё как есть, так что набрался решимости и спросил:

— Если мы поручим управлять Актёру Пандоры, то что насчёт Момона, которого он изображает? Мне взять на себя это?

— Нет, как можем мы допустить, чтобы вы занимались таким, владыка Айнз? Я планировала сделать так, чтобы Момон получил разведывательное задание где-нибудь за границей.

Мм, Айнз кивнул. Хотя он и думал о том, чтобы расслабиться, принимая обличье Момона, нынешняя ситуация сильно отличается от той, когда он играл роль приключенца.

Возникнет множество проблем, дел, которые нужно будет выполнить с особой осторожностью. А раз так, лучшим выбором будет отправить Момона на разведывательное задание.

— А, н-насчёт этого… Если М-Момон-сама уедет, не забеспокоятся ли горожане?

— Проблем возникнуть не должно. Тот единственный ход владыки Айнза имел впечатляющие последствия. Наши действия не унижали людей — хотя, конечно, вряд ли у кого-то были такие намерения — и благодаря этому Момон теперь пользуется большим доверием народа. Раз так, ему нужно лишь сообщить перед отъездом местным лидерам, что они должны повиноваться нам, и всё будет в порядке. И всё же, подумать только, они и понятия не имеют, что являются всего лишь марионетками, плящущими по указке владыки Айнза… как я и ожидала, лишь он способен был предвидеть такой поворот событий сразу после того, как мы оказались в этом мире, и произвести необходимые приготовления.

— Мм… это странно, как они доверяют Момону-сама а не владыке Айнзу.

— Точно. И всё же, для нас очень важно править этим городом мирно. Понадобится лишь постепенно отодвинуть Момона в сторону, и внушить верность владыке Айнзу. Это может занять несколько лет, но тут уж ничего не поделаешь.

— Отлично. Итак, Альбедо, поручишь всё Актёру Пандоры. После того, как приготовишься и сдашь ему дела, отправляйся и пожни урожай. Тебе потребуется что-нибудь ещё?

— Слушаюсь. Я планирую провести некоторые переговоры с людьми. Не уделите ли вы немного вашего драгоценного времени на обсуждение планов со мной?

— Хорошо. Принеси их мне попозже.

В конце концов, ему нужно будет всего лишь одобрить проект, предложенный Альбедо.

— Кроме того, хоть мне и стыдно просить вас, я была бы рада, если бы вы могли дать мне несколько комплектов одежды. Я просто подумала, что надо бы там переодеться.

— Вот как. Тогда я дам тебе несколько комплектов одежды из своей коллекции. Зайдёшь ко мне потом. Кстати, о Демиурге — нет, нет необходимости. Всё в порядке. Итак, продолжим… хм, раз уж вы двое пришли сюда, я хотел бы выслушать и вас тоже.

Часть 2

Завершив дела, трое Стражей вместе со Старшими Личами покинули комнату, и Айнз с Пятой остались одни. Не считая, разумеется, Кинжалопауков на потолке.

Честно говоря, на этом сегодняшняя работа Айнза закончена. Остаток дня в его полном распоряжении. Хотя и оставались вопросы, которые лучше бы решить поскорее, но закончив он станет совершенно свободен. Пока Айнз размышлял, чем бы занять время, его посетила внезапная мысль. Он встал на ноги.

— Далее я повидаю Актёра Пандоры.

Озвучив своё намерение, Айнз зашагал вперёд. Пятая молча последовала за ним. И, разумеется, Кинжалопауки тоже.

Выйдя на улицу, он обнаружил что погода всё ещё довольно прохладная, как и положено по сезону. В дуновениях ветра чувствовался мороз, но Айнз обладал иммунитетом к холоду. Глянув на Пятую и убедившись, что погода ей не вредит, он продолжил идти.

Этот квартал состоял из трёх типов построек — резиденция самого Айнза, правительственные здания, а также гостевые дома. Актёр Падоры — то есть, Момон, — проживал в одном из них.

Айнз, как правило, призывал к себе Момона, как и подобает правителю, но сейчас решил поступить иначе.

— Хм? В чём дело? — пробормотал Айнз, подходя к гостевому дому. Он вопросительно посмотрел в сторону примыкающих к нему конюшен. Слово «конюшни» предполагало, что там содержатся лошади, но в данный момент там жила лишь Хамскэ. Точнее, таково должно быть положение дел.

Несколько смущённый, Айнз подошёл ближе и услышал тихий посвистывающий храп. Сон — привилегия живых существ, так что Хамскэ, должно быть, внутри.

Солнце уже довольно высоко, но Хамскэ до сих пор спит.

Она может видеть в темноте, подобно кошке, но если верить её словам, Хамскэ не является ни дневным, ни ночным существом. Она ест до отвала, а потом спит, пока не проголодается снова — таков её образ жизни.

Первой же мыслью Айнза, когда он узнал об этом, было «И каким образом это сочетается с титулом Мудрого Короля Леса?». Он чувствовал себя дураком, ожидая от неё поведения, подобающего разумному существу.

— Хамскэ не замечает нас, хотя мы подобрались так близко. Она теряет свои животные инстинкты? Эх… до чего же она опустилась. Хотя нет, может, ей просто пришлось работать всю прошлую ночь.

— Это не так. Хамскэ-сама весь вчерашний день тоже находилась здесь.

— …Понятно.

Несмотря на жестокие слова Пятой, Айнз всё равно хотел поговорить с Хамскэ, но не мог придумать, что сказать.

(Ну, она ведь просто питомец. Мне не стоило ожидать от неё чего-то особенного. Неважно, как низко она позволяет себе пасть… и всё же, я тут занят с самыми разными проблемами, а эта обжора бездельничает. Как же бесит… впрочем, я понимаю, что просто вымещаю на ней своё раздражение).

Айнз заглянул в стойло, и увидел беззаботно развалившегося гигантского хомяка. Ей не хватало лишь гигантского пузыря из носа, чтобы выглядеть как образцовое изображение сони.

Однакое, за исключением развалившейся в казалось бы невозможной для хомяка позе Хамскэ, кое-что ещё привлекло внимание Айнза.

То был Рыцарь Смерти с обёрнутым вокруг талии хвостом Хамскэ. Должно быть, эта нежить и привлекла внимание Айнза.

Он — созданный им самим прислужник, а значит, их соединяет связь, позволяющая чувствовать примерное местонахождение. Однако, в данный момент в Э-Рантэле столько созданной Айнзом нежити, что эти ощущения несколько разладились.

По правде говоря, Айнз всегда находил сложным с точностью определять местонахождение созданной им нежити. И всё же, насколько он помнил, никакая нежить не была назначена в конюшни, потому и удивился, ощутив тут её присутствие.

— Хамскэ, проснись.

— М-м-м-м, да…

Моргнув глазами точно так же, как сделал бы на её месте просыпающийся человек, она повернула голову, и увидела Айнза.

— О-о-о-о! Этот неизвестный посетитель, оказывается, вы, милорд!

— Неважно, кто я. Ты ведь должна звать меня владыка Айнз, верно? Ты ведь скакун Момона, а не мой.

— Ну конечно, милорд!

— Вот как… Ну, раз ты понимаешь…

Впрочем, реакция Хамскэ заставила Айнза задуматься, а действительно ли ей понятно?

Вдобавок, магические звери не обладают особой сопротивляемостью к контролю над разумом. Айнз снабдил Хамскэ предметом, защищающим от воздействия на разум, но всё же беспокоился, что кто-то может попытаться воздействовать на неё каким-нибудь немагическим способом.

— Ну, до сих пор ты не совершала ошибок, так что я доверюсь тебе. А теперь, к главному вопросу. Что это за Рыцарь Смерти?

— О-о-о! Это друг, который тренируется с вашей подданной, милорд!

Тут Айнз вспомнил.

Во время тренировок Хамскэ он проводил эксперимент по обучению боевым навыкам. Иными словами, использовал этого Рыцаря Смерти, желая проверить, будет ли тот получать новые уровни как воин.

Айнз снабдил Рыцаря предметами, увеличивающими набираемый опыт и ослабляющими самого Рыцаря, но эксперимент закончился ничем. Айнз ожидал этого, так что не был разочарован. Хамскэ, однако, была почему-то недовольна, так что в конце концов Айнз забрал артефакты обратно и оставил Рыцаря с ней.

(Так это тот самый… Кстати, похоже, шипы на его броне несколько притупились… Но ведь я отдавал его не как дакимакуру, я надеялся, что он станет воином, или, может, получит новые способности… Ну, неважно. У нас и так полно Рыцарей Смерти. Одним больше, одним меньше).

На самом деле, Рыцарей Смерти было даже больше чем нужно, настолько больше, что Айнз больше не делал их при ежедневном создании новой нежити.

— Вот как. Понятно. И всё же, как бы то ни было, ты же была диким магическим зверем. То, что ты позволяешь кому-то подобраться так близко незамеченным, неправильно. Мы же не Аура, верно? Почему ты так беззаботна?

Хамскэ, похоже, приуныла, её усы поникли.

— Ваша слуга приносит свои искренние извинения. В лесу никто не мог сравниться с её силой. Ей никогда не приходилось быть настороже, никто и никогда не смел атаковать её даже во сне.

— Но ведь у тебя было… детство… или что-то вроде, верно? Но для начала, в лесу ведь были ещё Гигант Востока и Змей Запада?

— Кто? Эти господа… Востока? Запада? О ком вы говорите, милорд?

Над головой Айнза возник знак вопроса.

— …Эти существа претендовали на лес, как и ты.

— Хохо… Кто бы мог подумать, в лесу жили и такие создания! Вы как всегда великолепны, милорд! От вашего взора ничему не укрыться. Ваша слуга мало что знала о землях, лежащих за пределами её территории.

— И ты… ты называешья себя Мудрым Королём Леса, и при всём при этом…

— Прозвище этому Королю дал некий человек-воин, нарушивший её территорию. Кстати говоря, она пощадила этого воина, и лишь его, так как имя ей очень понравилось. Ах, навевает воспоминания…

Айнз почувствовал, что он, наконец, решил загадку.

Тот воин, вероятно, весьма преувеличил, когда рассказывал о Хамскэ. Наверное, он пытался таким образом оправдать то, что выжил один, в то время как все его товарищи погибли.

Это не слишком сложно понять. В конце концов, из всех людей, которых знал Айнз, возможно, лишь Клементина и Газеф одолели бы Хамскэ.

Айнз вдруг вспомнил Газефа.

— Оо? Что-то случилось, милорд?

— Нет… ничего. Просто… Да… просто тебе совсем не идёт прозвание Мудрый Король Леса, ты просто Лесной Хомяк.

— Хомяк, да?.. И правда, вы и раньше рассказывали об этих существах, милорд! Так ваша слуга и вправду хомяк?

— Именно. Ты Гигантский Хомяк.

— Оооо! Так на самом деле она — Гигантский Хомяк! Тогда, вы знаете, где найти других представителей вида вашей слуги, милорд?

— Вот этого, я не знаю.

После этого отрывистого ответа Хамскэ снова впала в уныние. Не слишком ли я суров? Подумал Айнз и решил успокоить ее:

— Я гарантировал всем, кто служит Назарику, что они будут вознаграждены соответствующим образом за их службу. До тех пор, пока ты продолжаешь работать на Назарик, я обязательно когда-нибудь найду тебе товарищей твоего вида.

— О-о-о-о!.

Усы Хамскэ дернулись, встопорщившись.

— Ваша слуга и так уже верна Милорду, но с сегодняшнего дня будет служить Милорду еще вернее!

— Хорошо, хорошо. Итак, Хамскэ, Момон — нет, Актер Пандоры в гостевом доме?

— Двойник Милорда? Насчёт этого ваша слуга не слишком уверена. В конце концов, он часто ездит на пассажирских и грузовых каретах, которые люди этого города подготавливают для него, и он не всегда берёт её с собой.

— Ах, я, кажется, вспоминаю, что он использует такой транспорт, чтобы обмениваться информацией.

Куку, Айнз злорадно хихикнул.

Все было произошло, как он и планировал. Под видом обмена информацией, они говорили Момону то, что хотели бы сохранить в тайне от Айнза, или, возможно, планировали заговор, чтобы вбить клин между Момоном и Айнзом. Тем не менее, правда заключалась в том, что их собственные мысли исподволь искажались Актером Пандоры.

Айнз надёжный король, милостивое создание, он заботится о людях, и так далее.

— Понимаю. Тем не менее… Ты, кажется, уже в состоянии надевать доспехи. Если ты не против, почему бы не облачиться в них и начать тренировку?

Прототип брони уже должен быть завершен.

— Ваша слуга понимает, Милорд! Только она хотела бы ещё увидеть Людоящеров-доно, если это возможно.

— Очень хорошо. Я исполню твое желание. Я потом поговорю с Коцитом и попрошу его отправить кого- нибудь сюда.

— Ваша слуга будет вечно вам благодарна, милорд. Идёмте же, Рыцарь Смерти-доно! Потрудимся вместе как следует!

Айнз не обратил никакого внимания на горячую дружбу между зверем и трупом, и двинулся дальше.

Позади Айнза раздался голос, который сказал что-то вроде «Ах, ну как же это надоело!», Но вряд ли это сказал Рыцарь Смерти. Хотя Айнз смутно интересовался тем что Хамскэ имела ввиду, он вскоре выбросил это из головы.

(Кстати говоря, некоторое время назад, я думаю, что я дал Хамскэ… такое чувство, что я что-то забыл. Ну да ладно, раз я не могу вспомнить, то это не так уж важно, наверное.)

Голову Аинза заполоняли мысли, которые он не мог четко сформулировать. Он чувствовал себя так, как будто хочет чихнуть, но не может. Аинз подошел к двери гостевого дома, но стучаться не стал. Следовавшая за ним Пятая торопливо выбежала вперёд.

— Открой.

— Да, владыка Аинз.

Пятая с очень серьёзным видом распахнула дверь. Но уголки её рта казались немного расслабленными. Видимо, она чувствовала удовлетворение от того, что таким образом может помочь Аинзу.

(Кажется, решение наблюдать за Зиркнифом, было верным. Я действительно стал настоящим правителем. Конечно не совсем правильно, так относится к нему, но я продолжу изучать его. В конце концов, это поможет мне стать королем.)

Аинз, не поблагодарив Пятую, посмотрел в дверной проём.

— Кинжалопауки.

— Да! Приказывайте!

Следовавшие за Айнзом кинжалопауки быстро выстроились в шеренгу.

— Вперёд.

— Слушаемся!

Их челюсти открылись и закрылись, ответ выстроившихся кинжалопауков прозвучал необычно решительно, после чего они вошли в здание. В этом гостевом доме должен находиться лишь Актер Пандоры. Иногда Нарберал бывает здесь, но чаще она находится в Великой Гробнице Назарик, выполняя поручения Аинза.

Он мог бы назначить сюда одну из обычных горничных, но это может вызвать проблемы, так как человек, пришедший в гости к Момону, может подумать, что за ним ведется наблюдение. Так что от этого пришлось воздержаться. Тем не менее, раз Актер Пандоры остался здесь один, то существует вероятность того, что в здание могут проникнуть люди, взявшие под контроль Шалти. Таким образом, Аинзу лучше предпринять некоторые предосторожности.

(…Однако, кому-то придётся проникнуть сюда, сквозь весь город и всю стражу. Ну, лишь дураки пренебрегают осторожностью…Ммм… И всё же, сколько мне тут ждать? Может, лучше войти? Здравый смысл говорит, что я должен ждать здесь, пока Кинжалопауки не вернутся с докладом. Однако, разве королю подобает топтаться у входа?)

Поколебавшись немного, Аинз подумал, ладно, пустяки, и вошел в гостевой дом.

Он шагал величественной походкой, которую тренировал множество раз, той, которую считал наиболее подходящей правителю.

Однако не успел он сделать и пары десятков шагов, как один из Кинжалопауков вернулся и преклонил перед ним колени.

— Владыка Аинз, мы вызвали господина Актера Пандоры. Он скоро предстанет перед вами.

— Хорошо. Тогда я буду ждать в гостиной.

Аинз уже бывал здесь и знал где что находится. После того, как Пятая открыла ему дверь, Аинз без колебаний пошел к креслу хозяина.

Такое поведение разительно противоречило правилам поведения простого служащего и казалось ему неправильным. Тем не менее, это было легкой задачей для Аинза, который потратил много времени, тренируясь быть правителем.

Вскоре от двери раздался стук. Аинз кивнул Пятой.

Получив разрешение, Пятая открыла дверь и Актер Пандоры вошел в комнату. Он не использовал магию, чтобы выглядеть как Момон, и был в своей обычной военной форме.

— О, Всевышний, мой создатель владыка Аинз…

— Не нужно приветствовать меня. Садись.

— Есть!

Щелкнув каблуками, он промаршировал.

Он двигался чёткими и отточенными движениями, словно солдат, но Айнз находил такое поведение совершенно излишним. Самым лучшим словом, описывающим происходящее, было бы «переигрывание».

Актёр Пандоры, приблизившись, сел рядом с Айнзом.

(Обычно ведь садятся напротив друг друга?)

Вокруг каждого должно сохраняться личное пространство, но Айнзу оставалось лишь беспомощно наблюдать, как Актёр Пандоры безжалостным блицкригом нарушает его.

(… Ну, я думаю, все в порядке. И всё-таки он очень близко…)

Аинз внимательно осмотрел усевшегося Актер Пандоры. Он больше не испытывал того шока, который впервые пережил в Сокровищнице. Возможно, прошедшее временя и несколько встреч с ним для отдания распоряжений притупили производимое впечатление.

— Не будет ли мне дозволено поинтере…

— Нет, всё в порядке, не беспокойся. Ладно, мне нужно кое-что спросить. Во-первых, я хочу узнать как дела у Момона. Я знаю, что ты докладываешь Альбедо… ну, появились ли какие нибудь проблемы?

— Насколько я в силах судить, ничего необы…

— Вот как. Хорошо. Что ж, я хочу узнать у тебя, как у Актера Пандоры — есть ли какие-нибудь проблемы?

Настроение в помещении переменилось.

— По правде говоря, владыка Аинз!

Аинз откинулся так, как будто на него давило огромное чувство присутствия Актера Пандоры.

— Я, я очень сильно страдал!

(Это ещё кто здесь страдает?!)

Однако, Актер Пандоры продолжал говорить, на оставляя Айнзу шанса вставить возражение.

— Всё это время, мне не представилось ни шанса осязать мощь магических предметов. Я не мог подержать различные магические предметы, созданные Высшими Существами. Сортировка кристаллов данных тоже застопорилась. Пожалуйста, владыка Аинз, во что бы то ни стало! Умоляю вас, дозвольте мне побыть с ними хоть немного!

— … Я, разве таким я тебя создал?

— В том не может быть и крупицы сомнения! Именно вы одарили меня огнём этой страсти, Момонга-сама!

— …Ахххххх.

Аинз отчаянно пытался вспомнить, как он создавал Актера Пандоры. Он помнил, что он создал ему предысторию, благодаря которой ему нравилсиь магические предметы и тому подобное. Первоначально Аинз хотел сделать его таким, чтобы ему не казалось странным, что он находится в Сокровищнице в полном одиночестве — на самом деле, нахождение среди любимых предметов, можно назвать райской работой. Таким образом настройки Актеры Пандоры являются источником данной проблемы. Но почему это стало фетишем.

— Разве я не позволил тебе ежедневно посещать Назарик?

Половина нежити Назарика была создана Аинзом, другая половина Актером Пандоры. Но, разумеется, нежить созданная Актёром в какой-то степени слабее той, которую создал сам Аинз. Но она была на приемлемом уровне и для этой цели на пятом этаже было достаточно трупов.

На самом деле их было так много, что даже вдвоём они не могли использовать их все.

— Однако, я не получал разрешения вернуться в Сокровищницу!

Что же он чувствует, раз это заставило его опустить свой спектакль.

— Я понял. Тогда я сообщу Шалти, чтобы она дала тебе кольцо. Кроме того, я разрешаю тебе работать с вооружением и экипировкой моих товарищей. Не повреди её.

— Так точн…

— Прекрати. Разговаривай нормально. Разве я не говорил это тебе раньше. Актер Пандоры?

— Да!

— Отношения между нами, это отношения созданного и создателя. Дело в том, что я очень доволен тем, как ты упорно трудишься, чтобы показать мне, каким ты был создан. Но иногда, я задаюсь вопросом — не должен ли сын стараться превзойти отца?

— Оххххх. владыка Аинз. Я и думать не смел, что вы относитесь ко мне как к своему сыну!

— Да, да. Ты, э, мой сын, или что-то в этом роде. Так что, э, как бы это сказать, видимо, в этом всё и дело. С этих пор, не нужно при мне говорить по-немецки, салютовать и вести себя наигранно. Я сотворил тебя, и хотел бы видеть те качества, что не были вложены мной, как знак твоего взросления.

Аинз обернулся на звук всхлипывания и увидел Пятую, промокающую уголки глаз платком.

Что?

Не слишком ли она расчувствовалась?

Пока Айнз пребывал в замешательстве, Актёр Пандоры поклонился.

— Я понял — Отец!

— …Ох.

— Я обязательно оправдаю ваши надежды, Отец!

Все не так. Он принял это слишком просто. Это невозможно, но головная боль донимала Аинза.

— Актёр Пандоры. Ты никому не должен рассказывать о том, что здесь произошло. Ты понял? Если остальные узнают, что я выделяю тебя, то могут возникнуть трения. А ещё — нет, именно из-за этого я намерен относиться к тебе строже чем к остальным. Если мне придётся выбирать, кому помочь — тебе или кому-то из Стражей — то я брошу именно тебя.

— Ну конечно же! Прошу вас, жертвуйте мной как считаете нужным!

Глядя, как Актёр Падоры выпячивает грудь, Айнз ощутил укол вины.

— Я сожалею. И… Пятая, не говори никому о том, что произошло здесь.

Аинз кивнул в ответ на подтверждающий поклон Пятой.

— Ладно, мне нужно продолжить дела.

— О, кстати об этом, не могли бы вы подождать немного? Поскольку мы редко встречаемся, у меня есть вопрос к вам, Отец. Могу я узнать, как вы собираетесь править этим Колдовским Королевством?

— Что?

— У многих людей имеются сомнения насчёт пути, который вы избрали для этой страны, Отец. Например, если вы намерены проводить политику экспансии, они боятся, что будут отправлены на поле боя, и так далее.

Аинз застыл на месте.

Что он должен делать, как Аинз Оул Гоун?

Начнем с того, что Аинз был обычным человеком, но он поставил перед собой практически недостижимую цель, завоевание мира. Аинз перестал думать об этом. Он чувствовал, что лучше бы передать это дело умных людям, таким как Альбедо или Демиург.

Тем не менее, вопрос, о том как он будет управлять страной, был вопросом, от которого он не может уклониться.

— Чт… Что-то не так, Отец?

— …Я хотел бы дать тебе знать, но я все еще обрисовываю это в голове. Мне нужно обсудить эти вопросы с другими Стражами Назарика, затем я сообщу тебе.

— Да!

Аинз молча поднялся.

— На этом всё, Актер Пандоры.

Выслушав прощание Актёра Пандоры Аинз покинул комнату.

Прежде чем выйти наружу, он послал «Сообщение» Шалти, передавая ей просьбу Актера Пандоры. Потому что если он отложит это на потом, то может и забыть.

Подойдя к выходу, Айнз обогнал Пятую и открыл дверь сам.

Затем он посмотрел на небо.

Ни облачка, чистая голубизна докуда хватает взгляда.

— Я полечу. — коротко сказал Аинз. Хотя за его спиной началась паника, Аинз решил не обращать на это внимания.

Аинз воспарил в небо, с помощью заклинания «Полёт», а затем приземлился на крышу гостевого дома.

Поскольку Э-Рентал был окружен тремя рядами стен, то половину поля зрения они закрывали собою.

— Отсюда не видно, хм? Похоже придется немного прогуляться.

Ему лучше думается, прогуливаясь по улицам. Находясь здесь, он не в состоянии думать.

Именно в этот момент кинжалопауки взобрались по стене и предстали перед Аинзом.

— Аинз-сама, пожалуйста подождите! Это слишком опасно чтобы идти в одиночку.

Он не стал отшучиваться от слов кинжалопауков.

Стоять посреди широкой открытой площади, которую хорошо видно со всех сторон, это как будто просить, чтобы тебя подстрелили.

— Это правда. Я был бы хорошей мишенью, если бы моим противников был Пероронтино.

Пероронтино лучник — который был лучше всех в гильдии Аинз Оул Гоун специализирован в дальнем бою — вероятно, он мог бы очень сильно навредить Аинзу. Этот человек, вполне может атаковать и с дистанции двух километров. Его любимая тактика, спрятаться и атаковать противника снайперскими выстрелами — хотя он и стреляет из лука. Тем не менее, даже если его противник Пероронтино, Аинз не позволит забавляться над собой, пока не умрет.

Аинз уверен, что может воспользоваться различными методами для защиты, бегства или контратаки. Он, обладающий огромным опытом сражений против других игроков, не станет такой уж лёгкой мишенью. Однако он должен опасаться методов атаки этого мира, кинжалопауки правы.

Аинз не может пока умереть. По крайней мере пока не проведёт эксперимент с воскрешением игроков, он должен предполагать, что жизнь у него только одна и приготовить для себя живой щит.

Самым лучшим и безопасным вариантом для этой работы является Альбедо, чьи защитные навыки являются лучшими среди всех стражей. Однако придётся назначить кого-нибудь, чтобы защитить и её, так что потребуется крупное развертывание сил. Но единственное, ради чего он пошёл бы на такое, это попытка выманить врагов, спровоцировать их на атаку.

Если это так, то лучшим вариантом станут одноразовые и высоко уровненные подчиненные, но…

(У меня нет высоко уровненных монстров. Даже если я использую наемников монстров, я потратил много денег призывая подчиненных Альбедо и у меня не о осталось своих карманных денег, чтобы призывать монстров.)

Он решил показать всем, что он щедр и сейчас слегка сожалел об этом. Все, что он мог сделать, это утешать себя тем, что должен поддерживать имидж босса.

(Так, стоп, нужно рассуждать логически, шаг за шагом.)

Аинз стал обдумывать различные варианты.

Монстры наемники. Денег у него нет и из-за этого их у него не было.

Навык «Нежить Лейтенант». Он требует XP, поэтому отпадает.

Призвать существо посохом Айнз Оал Гоун. Ему придётся носить с собой Реликвию Гильдии. Отпадает.

Навык, «Поднятие Нежити». Максимальный уровень создаваемых им существ — 70, таким он не доверяет даже охрану Стражей.

(Нет, тут у меня найдётся козырь).

Он может провести тёмный ритуал, усилив свой навык поднятия нежити.

Айнз способен создавать высокоуровневую нежить четыре раза в день. Однако возможно, сократив количество применений навыка до двух раз, поднимать нежить, уровень которой близок к 90.

Айнз почесал подбородок, размышляя, какую нежить создать. Нежить класса Вор, Вечную Смерть, или ориентированную на разведку, Око…

Да, конечно, Вечная Смерть — замечательная и полезная нежить, но у неё есть пассивный навык, «Аура Смерти и Разложения», и этот навык всегда активирован. Этот мощный навык объединяет в себе эффекты аналогичных навыков Айнза — «Аура Отчаяния V (мгновенная смерть)» и «Аура Отчаяния I (страх)», и может убивать врагов на месте или же ослаблять их. В частности, ослабление параметров не является атакой на разум, а значит, действует даже на тех, кто обладает иммунитетом к таким атакам. Защититься от этой ауры очень непросто.

Так что в ситуации, когда этот навык может воздействовать на дружественных существ, всё вокруг очень быстро погрузится в боль и страдания. Разумеется, Айнз может просто приказать не использовать этот навык, но всё же приводить в город подобную нежить — это совершенное безумие.

Он перебрал в уме ещё нескольких жутких монстров, но отверг каждого.

(…Как бы это сказать… Они все очень полезны, но выглядят уродливо).

Ни одно из этих существ не подходит на роль стража, приличествующего желающему пройтись по улицам королю.

Ломая голову над проблемой, Айнз заметил внизу Пятую, отчаянно пытающуюся взобраться по стене.

Он незамедлительно спрыгнул вниз, применив в падении «Полёт» чтобы замедлить спуск, и ловко приземлился.

Пятая — покрасневшая и цепляющаяся за оконную раму — торопливо заняла своё место за спиной Айнза.

— Пятая.

— Да!

— Далее я пройдусь по городу.

— Поняла. Я немедленно подготовлю карету!

— Нет, не нужно. Я намерен осмотреть город. Я правлю этими улицами, поэтому я планирую передвигаться пешим шагом.

— Э-э?! Но вы же запачкаете ваши драгоценые ноги! Пожалуйста, прикажите нам вычистить улицы! И мы должны приготовить вам свиту!

Лишь некоторые дороги в Э-Рантале были вымощены камнем, остальные же после дождя превратились в заполненые грязью колеи.

— Не стоит. Ранее, я уже жил в этом городе.

Впрочем, сняв комнату в гостинице, он тогда сразу же вернулся в Назарик, создавать нежить.

— Кроме того, я намерен создать себе спутников магией призыва, так что вызывать кого-то из Назарика незачем.

— …Как пожелает Высшее Существо.

(И всё же, вопрос кого призвать остаётся открытым. Если я призову демонов или нежить, это может вызвать недобрые слухи и пересуды. Так что нужно призвать каких-нибудь приятных глазу существ, чтобы поднять мнение обо мне. Что же выбрать…)

Размышляя таким образом, Айнз наконец нашёл ответ.

— Я призову ангелов. Идём.

— Да.

Хотя Айнз и обладает предельно отрицательной кармой, но призвать ангелов — существ положительной кармы — он может без проблем. Существовали классы, неспособные призывать существ, чья карма слишком отличается от кармы призывателя, но Айнз к ним не принадлежит.

Зато монстры, призванные представителями тех классов, становятся тем сильнее, чем ближе их карма к карме призывателя.

В ИГГДРАСИЛе любой недостаток идёт бок о бок с равнозначным преимуществом.

Айнз направился во двор.

Как и ожидалось от этого места, используемого для содержания и выгула лошадей, тренировки гончих и других подобных нужд, внутренний двор представлял из себя широкое пространство подстриженной травы.

— Итак, приступим. Это займёт некоторое время, так что пока поговори со мной.

— К-кто, я?

— Разумеется. Иными словам, я хочу знать все о 9-ом этаже гробницы Назарика — Точно. Расскажи мне о своей работе. Есть что-нибудь насчет комнат, в которых вы убираете?

Не дожидаясь ответа Пятой, Айнз, сменив несколько предметов своей экипировки, приступил к активации заклятья.

Это было сверхуровневое заклинание «Пантеон», похожее на заклинание десятого уровня «Небесное Воинство» и сверхуровневое заклинание «Нибелунг I», и диаметрально противоположное сверхуровневому заклинанию «Пандемониум».

Ожидая, пока сверхуровневое заклинание произведёт свой эффект, Айнз слушал рассказ Пятой. Если бы возникла необходимость действовать быстро, он мог бы ускорить процесс, применив покупной премет, но сейчас это было бы бессмысленным расточительством.

«Беседовать с горничными не так уж плохо» — подумал Айнз.

Кроме того, он впервые услышал, что горничным запрещено входить в комнату Альбедо.

— Понятно. Это была интересная беседа. Мне только сейчас пришло это в голову, вернись в мою комнату и принеси Нурунуру-куна. Без него будет проблематично.

— Поняла!

Оставшийся во дворе Айнз проводил взглядом помчавшуюся прочь горничную, её униформа развевалась на бегу.

Ожидая, он вспомнил слова Пятой.

Судя по всему, Альбедо сказала горничным, что намерена использовать уборку в качестве тренировки перед будущим замужеством, так что будет прибираться в своей комнате сама и не желает, чтобы кто-либо входил.

Айнз беспокойно вздохнул.

— Альбедо, не то чтобы я не понимал твои чувства, но ты же постоянно очень занята, так что уборку лучше бы оставить горничным. В целом я тебе не ровня, но в каком-то смысле всё же умею править получше тебя.

Вскоре Пятая вернулась, тяжело дыша и протягивая Нурунуру-куна. Аинз улыбнулся, довольный своими командными навыками.

— Спасибо.

Коротко поблагодарив Пятую, Аинз взял жуко-губы. И приложил их к своему костлявому горлу.

— О, э-э, кхм.

По какой-то причине голос Аинза изменился. Конечно, это была особая способность этого существа, но как работает он не понимал. Аинз мог только применять его.

Аинз отодвинул свои сомнения в сторону и применил сверхуровневую магию. Вокруг него появились столпы света, из которых вышли шесть ангелов.

Эти ангелы обладали головами львов и четырьмя крыльями — одна пара крыльев распахнута, другая сложена вдоль тела. Каждый из них носил сияющие доспехи, щит с изображениями глаз в одной руке и огненное копье в другой.

Эти ангелы были приблизительно восьмидесятого уровня, Херувимы Хранители Врат.

Айнз слабо разбирался в мифологии, и не знал, почему эти ангелы зовутся хранителями врат, но их сила как игровых монстров была ему известна.

Херувимы Хранители Врат были довольно неплохими танками, а их способности в обнаружении делали их также хорошими караульными.

— Защищайте меня. Не убивайте моих врагов, лишь обезвреживайте, причиняя как можно меньше ущерба, насколько это возможно.

— Повинуемся, о призыватель.

Этот приказ был отдан не из-за сострадания. Хотя Аинз не колебался, убивая врагов, он должен был учитывать возможность чьих-нибудь интриг. Кроме того, нужно позволить именно Момону заниматься казнями, потому он и дал инструкции брать противников живыми.

— Итак, идём.

Как только Ангелы приняли защитное построение вокруг Айнза, он зашагал вперёд.

Заклинание призыва, в том числе и сверхуровневая магия, развеется через некоторое время. А значит, нельзя тратить время попусту.

— Ангелы, Пятая пойдёт с нами. Защищайте её, как защищали бы меня.

— Повинуемся, о призыватель.

— В-владыка Айнз, но ведь такая как я не идёт ни в какое сравнение с вами, Высшим Существом!

— …Пятая. Может ты и горничная, но всё же ты творение одного из моих друзей. Поэтому ты очень ценна для меня. Хорошо это запомни и не заставляй меня повторять. Потом пойдешь и передашь мои слова остальным горничным.

— Спасибо, спасибо вам большое!

Разумеется, кинжалопаукам он ничего подобного не говорил, так как те были призваны за счет золота ИГГДРАСИЛЯ. Аинз чувствовал бы определенную жалость, если ими бы пришлось пожертвовать, но ничего сверх этого.

— Идёмте.

В сопровождении шести ангелов, Пятой и нескольких кинжалопауков — остальные остались как часовые — Аинз направился к воротам.

Там маячил силуэт Повелителя Могил, который командовал более чем двумя десятками Рыцарей Смерти.

Он был одет в рваную фиолетовую мантию, которая когда-то была великолепной, и носил необычайно ярко сияющую корону. Это была нежить Назарика 70-го уровня.

Этот командир может своими навыками усиливать любого Рыцаря Смерти, которого контролирует, но сейчас его навык бесполезен, так как подчиненные ему Рыцари Смерти находятся под контролем Аинза. Тем не менее, Аинз назначил его на этот пост, зная о его выдающихся командирских качествах.

— Я выйду пройтись, сообщишь об этом Альбедо.

Пройдя мимо кланящегося Поветеля могил, Айнз вышел в город.

У него не было чёткой цели.

Он хотел не столько пройтись, сколько найти ответ на вопрос Актёра Пандоры. Но если его будут беспокоить со всех сторон, он ни за что не сможет поразмыслить как следует.

Аинз зашагал вдоль улицы, обдумывая, какое будущее должно ждать Колдовское Королевство Аинз Оул Гоуна под его руководством.

Часть 3

Айнз в сопровождении свиты шагал по главной улице.

Никто не рискнул бы сказать, что на улицах кипит жизнь. Разница между нынешним положением дел и воспоминаниями Айнза о том, как он шагал по этой же самой улице в образе Момона, была очевидна. Выражения лиц прохожих были мрачны, и они, казалось, старались шагать быстрее.

Рыцари Смерти, напротив, вышагивали по улицам гордо. Они, вероятно, несли патрульную службу вместо обычной городской стражи. Аинз дал им лишь простые приказы: арестовывать любого, совершающего насилие, и защищать любого, просящего о помощи.

Аинз направил свой пристальный взгляд к городской стене.

Часть выпускаемых серийно Рыцарей Смерти были назначены на стены. Были другие как они, кто наблюдал за городскими воротами или патрулировали. Однако самый причудливый путь, которым они использовались, состоял в том, что их послали основовать деревни с жителями районов трущоб.

В трущобах, как правило, оседали вторые или третьи сыновья крестьян из окрестных деревень, те, кто не наследовал семейную ферму. Они приходили в город, мечтая о лучшей жизни, но в результате могли влачить лишь жалкое существование среди осколков своих разбитых надежд. Айнз же, обещая им собственный надел земли, отправлял их работать.

Этих людей посылали заново заселить деревни, разрушенные в результате действий Слэйновской Теократии. Поселения вымерли из-за внешнего нападения, так что нужно лишь разобрать завалы, найти новых жителей, и деревни сами собой возродятся.

Поскольку они подверглись нападению в прошлом, Аинз разрешил Рыцарям Смерти и Пожирателям Душ идти с ними как охранники, и он также приказал, чтобы они помогли сельским жителям с сельскохозяйственной работой.

Предоставленные монстры ни особо владели мастерством работы на полях. Однако они далеко превосходили обычных людей когда доходило до оценки чистой физической силы. По существу они были мощным сельскохозяйственным оборудованием, которое не требовало топлива и которое могло функционировать в течение 24 часов в день. Они идеальны для задач освоения местности и тяжелого труда, и, несомненно, с их помощью предстоящий урожай будет обилен.

Цель Аинза состояла в том, чтобы восстановить деревни в течение года и позволить им достигать базовой самостоятельности. Чтобы они начали регулярно собирать урожай уже на следующий год.

Однако, всё это делалось лишь ради того, чтобы забрать урожай в качестве налога и обратить его в золото ИГГДРАСИЛя посредством Обменной Коробки. Альбедо и Демиург отнеслись к идее с восторгом, так что она, должно быть, вполне осуществима.

Он предоставил им нежить, чтобы избежать впустую потраченных лет на развитие дикой местности.

И в то же время, так как нежить он давал в аренду, то сможет взимать за неё дополнительную плату помимо оговорённых налогов. Необходимости в этом нет, но Айнзу пришла в голову идея, что в будущем можно будет зарабатывать, сдавая в аренду разнообразную нежить.

Основой плана было то, что многие обитатели трущоб — и их семьи — покинут город, но одно это не могло быть причиной нынешнего запустения.

Вероятно, дело в Айнзе. Завидев его, пешеходы, вытаращив глаза, пускались прочь или обходили его стороной.

Он словно шёл по заброшенной пустоши.

Однако, внушать страх не так уж и плохо. Было бы хуже, если бы его презирали.

(И всё же, подумать только, мой город — такое безжизненное место…)

Его не заботит, что станет с остальным миром, если с Великой Подземной Гробницей Назарик будет всё в порядке, и НИПы будут счастливы. Однако, что подумали бы его прошлые товарищи, окажись они здесь?

Стали бы они подобны Айнзу, личность которого изменилась в соответствии с его игровым персонажем-нежитью, и превратились бы в тех монстров, которыми были в ИГГДРАСИЛе? Они тоже воспринимали бы людей как не более чем корм? Или они всё же сохранили бы свои эмоции из прошлых, человеческих жизней?

(Чем же всё-таки я хочу сделать эту страну…)

Как и сказал Актёр Пандоры, Айнзу нужно решить, какую цель избрать и как править городом.

Например, возделывать пшеницу и другие злаки, а потом превращать их в золото посредством Обменной Коробки. Полученные монеты пустить на укрепление мощи Великой Гробницы. Такая страна будет существовать лишь ради производства денег.

Или, например, разводить людей как скот, размножать и забивать их, создав страну, производящую XP, хранящиеся в Жадности и Щедрости.

Или же можно передать все производственные задачи и работу нежити, создав страну, где живым вообще не нужно работать.

Или, например…

Страна всеобщей любви, или страна вопиющей несправедливости, какой он должен сделать страну, носящую имя его гильдии?

Это решение он не может переложить на подчинённых. Это его долг, его ответственность как правителя Назарика и Колдовского Королевства Айнз Оал Гоуна.

— …Пятая, что ты думаешь об этом городе? Об этой стране?

— Мои самые глубокие извинения. Могу ли я осведомиться, как Вы хотели бы, чтобы я ответила?

Он был слишком абстрактен. Аинз решил спросить снова:

— Ты чувствуешь, что это — страна, где ты сможешь жить счастливо? Скажи мне всю правду, ничего не скрывая.

— Да. Я очень счастлива в этой стране потому, что Вы правите здесь, Владыка Аинз.

Аинз взглянул в небо и вздохнул. Ну, он ожидал подобного ответа от НПС.

— Просто…

— О, в чем дело? Расскажи мне все, что приходит тебе на ум.

— Поняла. Почему случается так, что несмотря на Вас присутствующего здесь, Аинз-сама, никто не выходит, чтобы воздать должное правителю этой страны, Вашей могущественной особе? А вместо этого они скрываются в зданиях и пускают беглые взгляды… это очень расстраивает!

Пятая фыркнула. Действительно, много людей следили за Аинзом и его окружением, скрываясь в магазинах вдоль дорог. В самом деле, у некоторых из них исчезла дрож в коленях при виде ангелов.

— Пятая, ты думаешь, что люди — скучные существа?

— Да. Все как вы сказали. Они не были созданы Высшими Созданиями, поэтому они жалкие формы жизни.

Больше чем половина существ в Назарике думала также. Даже горничные с первым уровнем не были исключением.

— Пятая. Вы все, как я и говорил, очень ценны для меня.

— Спасибо вам большое!

— Однако я должен выказать некоторую меру милосердия людям, которыми я управляю. В конце концов, они — подданные Короля Волшебника.

— Все как вы сказали.

— Тогда, почему бы не превратить это место в утопию? Замечательный, сказочный мир, столь же сладкий как впитывающийся мед. Мир, где они будут хотеть чтобы ими управляли вечно.

— Я думаю это превосходный план.

— Так как я намереваюсь завоевать мир, моими подданными будут не только люди. Все расы мира должны преклонится передо мной.

— Естественно.

Проект Утопия.

Этот план в данный момент осуществлялся на Шестом Этаже Назарика, и был разработан с намерением продемонстрировать любым игрокам, с которыми пришлось бы встретиться, что Назарик — добрая гильдия, радушно принимающая представителей любых рас.

Аинз думал, что использовать это место для эксперимента походит на хорошую идею.

— Я скажу миру: только у тех, кто служит Королю Волшебнику, должно быть вечное процветание.

— Нет никаких сомнений, что это правда.

Если он сможет осуществить это, то, найдя своих прежних друзей — прежних согильдийцев — сможет с гордостью продемонстрировать им этот город.

Похоже, что страна, которую хочет создать Айнз — это страна, где под его владычеством будут в гармонии уживаться друг с другом представители самых разных рас.

Он возьмёт за образец гильдию Айнз Оал Гоун из Великой Подземной Гробницы Назарик, и воспроизведёт этот образ по всему миру.

Пока его друзья, возможно, скрываются где-то в дальних закоулках этого мира, он преобразит мир так, чтобы представители любых гетероморфных рас могли жить в нём спокойно и счастливо.

Свет в глазах Аинза стал более ярким.

Волшебное Королевство Аинз Оал Гоун должно быть страной, где все расы могут сосуществовать. Это было чем-то, что только Волшебное Королевство могло сделать.

Даже если бы основатель страны был гением, не было никакой гарантии, что его дети были бы столь же одаренными. И поколение после этого, его внуки и его правнуки после них — не было никакой гарантии, что они будут талантливы также. Если бы второе поколение было некомпетентно, то они были бы вытерты обществом в третьем поколении. Аинз слышал эту историю довольно часто.

Однако, если бы ими управлял живой мертвец, бессмертный гений, то этого не произойдет. Идеальной формой этого должна быть диктатура горстки гениев.

С подчиненными как Демиург и Альбедо в Волшебном Королевстве — нет, именно, потому что они были там, они могли сделать его вечным раем. Как Ульберт когда-то сказал, диктатура, которой управляет железная рука, будет великолепной, или что-то вроде этого.

Аинз обдумал ближайшее будущее.

Во главе с Демиургом и Альбедо, Стражи продвигались к их цели — мировое господство. Aинз не мог полностью отказать им в этом. В конце концов, это могло бы распространить их имя к его товарищам.

Однако не было бы лучше распространить это имя через другие средства кроме управления через силу? Позволяя Волшебному Королевству Аинз Оал Гоун быть известными как утопия, они могли бы заставить много людей принять решение согнуть колено и подчиниться его правлению для такого сладкого, подобного меду обещания.

Кнут и пряник.

Если бы Демиург и Альбедо были кнутами, то Аинз был бы пряником.

(Какая хорошая идея…)

Аинз решил.

Владыка Аинз отличался от тех NPC за пределами Назарика которых мог только презирать. Эта форма мирового завоевания была чем-то, что только он, с его остатками человечности, мог придумать. Он доминировал бы через подавляющий шарм.

Тогда, что он должен предпринять, чтобы исполнить этот план?

Айнз зашагал вновь, отчаянно размышляя над этой темой.

Ему понадобятся методы, отличающиеся от образа действий Демиурга и Альбедо — методы, не полагающиеся на применение силы.

Он не может вообразить себя правящим страной. Так что Айнз вообразит себя служащим небольшой компании.

Это была бы небольшая компания, с одноэтажным зданием, и единственным сотрудником которым был Аинз.

Продуктом этой компании был бы «Выдающийся Правитель Волшебного Королевства». Продажам которого он бы способствовал.

Во-первых, он должен был рассмотреть свой целевой рынок. Только тогда мог он поставлять этот продукт в руки тех, кому он был нужен. Однако он испытал недостаток в информации у потребителей. Почему так случилось? Все просто — потому что рекламы было недостаточно.

Но эту проблему не решить, перемещаясь от города к городу и выкрикивая рекламные слоганы у ворот. Это будет пустой тратой времени. Айнз — единственный сотрудник, так что нужно придумать другой способ.

В этом мире нет ничего вроде средств массовой информации. Торговцы и представители других профессий, конечно, обладают собственными разведывательными сетями, но вряд ли можно считать надёжной полученную таким образом популярность.

Тем временем, сам того не заметив, Айнз подошёл ко входу в Гильдию Искателей Приключений.

Он очень часто бывал здесь в образе Момона, и, вероятно, это вошло в привычку. Не симптом ли это одержимости своей работой?

Аинз горько улыбнулся и открыл дверь.

В поле его зрения попала стойка. За ней сидела администратор гильдии. По левую руку от неё находились большие двустворчатые двери, а справа стояла доска объявлений, на которой были размещены написанные на пергаменте запросы. При этом приключенцы, которым полагалось бы толпиться перед ней — отсутствовали.

Гильдия была пуста. Это не шло ни в какое сравнение с теми временами, когда Айнз бывал здесь в облике Момона.

Аинз проигнорировал администратора, смотрящую на него выпученными глазами, и подошел к доске объявлений.

В то время как он все еще не мог понять их содержания, он запомнил несколько фраз, которые включали месяц и год.

На первый взгдял там были только старые запросы месячной давности. Другими словами, они были не так и важны.

— … Администратор. Сейчас, похоже, стало гораздо меньше заданий. Никто не подавал новых запросов?

— Хиии… да, да, так и есть. Это — все, что мы имеем, Ваше Величество.

То есть, запросов стало меньше, и вследствие того стало меньше приключенцев.

Причиной этого был сам Аинз.

Аинз использовал свои собственные вооруженные силы — Рыцарей Смерти — для патрулирования улиц и поддержки правопорядка в Колдовском Королевстве. В конце концов это заставило людей бежать от страха перед этими монстрами.

Он считал, что если бы они держали и дальше свои патрули, люди, как авантюристы могли бы полностью прекратить свое существование.

Чтобы профессия приключенца не отмерла окончательно, понадобится подготовить для них новые задания — но в этом нет никакой нужды.

Везде, где могут понадобиться приключенцы, Рыцари Смерти справятся гораздо лучше — хотя у них, может, и возникнут трудности с некоторыми задачами, такими, например, как сбор трав. Но в этом случае, нужно лишь сдать Рыцарей Смерти в аренду травникам в качестве телохранителей.

Аинз все еще не мог придумать как использовать приключенцев. Э-Рантэл c его упавшими доходами не мог себе позволить их услуги.

Кроме того, их вряд ли можно назвать незаменимыми.

С такими мыслями, Аинз повернулся к выходу.

Что за банальная работа…

Он вспомнил первый раз, когда он и Нарберал пришли к Гильдии Авантюристов в этом городе.

Он думал, что авантюристы будут похожи на то, что он видел в ИГГРАСИЛе, — отважные люди, кочующие по всему миру и исследующие неизведанное.

Если они просто наемники, охотящихся на монстров, то, как только потребность в них иссякнет, они лишатся работы. То же и во всем мире. Подумать только, образ авантюристов ИГГРАСИЛя в конечном счете оказался не более чем мечтой… мечтой? Исследовать неизвестное и путешествовать по миру? Может быть…

Айнза озарило вдохновение.

Если он превратит искателей приключений из охотников на монстров в исследователей неизведанного как в ИГГДРАСИЛе, это значит, что они понесут имя Колдовского Королевства за собой в новые земли.

Аинз хочет прославиться не только среди людей, но и других рас. Средь людей он может легко обрести известность посредством своих торговых связей. Однако этого недостаточно, а значит, приключенцы — идеальный выбор.

— Хмм… — Аинз кивнул.

Администратор посмотрела на него озадаченным взглядом, но он не обратил на неё никакого внимания. Или скорее, отвлёкшись на неё, он рисковал упустить эту редкую вспышку вдохновения.

Айнз решил обдумать пришедший ему в голову план, рассуждая с точки зрения управляющего небольшой компанией.

Однако, число авантюристов в Колдовском Королевстве постепенно уменьшается. Если так будет продолжаться, ситуация ухудшится. Скоро их вовсе не останется. Что же я могу сделать, что бы исправить ситуацию.

Достаточно просто увеличить их число. Все, что он для этого должен сделать, это просто изменить текущие положение дел — другими словами, Колдовское Королевство должно платить за устранение монстров. Однако это шло вразрез с целью Айнза, то есть использовать приключенцев для исследования неизвестного. Конечно же, он мог просто разместить запрос на работу по разнесению положительных слухов о себе, но у Аинза не было денег на это.

Там, в большом подземном склепе Назарике, были буквально золотые горы, но эти деньги не принадлежали Аинзу. В то время, как все НИПы считали Аинза хозяином всего богатства Назарика, сам он не хотел использовать его в личных целях.

Пока Аинз пребывал в глубоких размышлениях, от входа донёсся звук открывшихся дверей.

Обернувшись, он увидел авантюристов… с которыми, казалось, уже некогда встречался… те застыли в дверях, наблюдая за ним.

Хм? Имя того парня… посмотрим… Йокмок? Нет, не то, но близко.

Казалось, воспоминание плавает где-то на поверхности, но ухватить его никак не удавалось. Айнз принялся изо всех сил ворошить память.

— Мокнак…?!

Едва вспомнив ответ, он выпалил его без оглядки. Будучи названым по имени, авантюрист замер на месте.

Черт!

Айнз слишком поздно понял, что натворил. Он почувствовал на себе взгляд администратора гильдии.

Новый правитель Э-Рантела, Король-Заклинатель Аинз Оул Гоун, никак не мог знать о простом авантюристе мифрилового ранга. А если он знает этого человека, то что же это может означать? — пока голову Аинза кружило от этих мыслей, но прежде чем он нашёл ответ, Мокнак сказал:

— Скорее всего, вы слышали его от Момона-доно? Моё имя…

— Хм, да. Так и есть.

Аинз решил поймать этот пас. На лице мужчины отразилась пара резко противоположных эмоций, надежды и страха.

Оправившись от предыдущего смятения, Аинз начал более глубокий анализ ситуации.

Он помнил, что этот человек — предводитель команды приключенцев мифрилового ранга, «Радуги». Впервые они встречались во время инцидента с вампиром. Впоследствии они несколько раз беседовали, но в последнее время не встречались, и Айнз совсем забыл про него.

Он, как и большинство прочих солдат и приключенцев, похоже, видел в Момоне великого героя. Интересно, что он думает по поводу того, что Момон стал подручным Короля-Заклинателя?

Почему Момон рассказал о нём Королю-Заклинателю? Его имя проскочило за досужей беседой? Или же Момон подставил его? Вероятно, в голове Мокнака сейчас бешено вьются сомнения и подозрения.

Аинз начал искать способ превратить эту оплошность в возможность.

— Когда я спросил его о здешних способных авантюристах, он рассказал мне о Мокнаке, лидере «Радуги».

Мокнак, изначально склонивший голову, резко поднял её.

— Это! Это правда?

— Ты сомневаешься в моих словах?

— Нет! Конечно нет…

Ведя деловые переговоры, следует для начала похвалить своего оппонента. Мало кому окажется не по душе лесть. Расположив же к себе собеседника, можно говорить и о делах. Это базовый навык и величайший секрет торговых агентов.

Сейчас, встряхнув противную сторону и полностью захватив инициативу, Айнз, не теряя времени, задал следующий вопрос.

— Ответь, почему ты в Э-Рантэле?

Раз он хочет побольше разузнать о приключенцах, то самый быстрый способ — спросить самого приключенца.

Вопрос Айнза, похоже, сбил Мокнака с толку, но вскоре тот нашёл в себе достаточно сил для ответа.

— Из-за нежити, Ваше Величество. Поблизости расположены Равнины Каз, выполнение заданий по убийству тамошних монстров позволяет получать стабильный доход.

Айнз не совсем понимал, что происходит, но казалось, что Мокнак, пусть и обильно потеющий, в то же время бунтарски улыбался, а его лицо словно говорило «Вот, я сказал ему».

Айнз планировал в ближайшем будущем присоединить Равнины Каз к своим владениям. В частности его очень интересовали слухи о призрачном корабле, летающем над равнинами.

— Вот как.

— Э?

— Хмм?

— Ээ, ну…

Что за надоедливый человек. Айнз подавил желание вздохнуть и резко спросил:

— Это всё?

— …Нет. До того, как Момон-доно явился сюда, мы были единственными авантюристами мифрилого ранга в старшем поколении, это помогало нам легче получить высокооплачиваемую работу.

Так значит, всё же из-за денег. Возможно, всё-таки лучше направить часть средств на восполнение рядов приключенцев.

— Так же, это мой родной город, я многих тут знаю. И еще, здесь много магических предметов разных сортов.

— Ого, ты сказал магические предметы?

— Да. В конце концов, магические предметы некогда спасли мне жизнь, так что я хотел бы обосноваться там, где их много.

В ИГДРАССИЛе бывали похожие случаи, когда один магический предмет предотвращал гибель целой команды. Тем не менее, на рынках Имперской Столицы Айнз видел много людей которые выглядели как авантюристы. Иначе говоря, если бы он смог организовать торговлю магическими предметами, затмевающую рынки Империи, то ему удалось бы перетянуть всех авантюристов себе.

Вероятно, удастся добиться отличных результатов, создавая магические предметы с помощью подходящих кристаллов данных и выставляя их на торги. Однако, это истощит ресурсы Назарика, и нет гарантии, что однажды такие предметы не послужат созданию технологий, угрожающих превосходству Колдовского Королевства.

Все же будет хорошо, если я использую их как приманку, верно? Нет, я предпочел бы не использовать ресурсы гробницы Назарика, по мере возможности. Так что насчет предметов используемых магическими технологиями этого мира? Таким образом, мы могли бы передать их в другие страны, не вызывая каких-либо проблем… ах, звучит довольно трудно, я пока что оставлю это идею.

— Э-э…

Встревоженный голос Мокнака вернул Аинза из глубокого размышления.

— Ваше Величество, могу я узнать, почему вы задаете эти вопросы. Если вы позволите мне говорить откровенно…

Скрипнул зубами Мокнак и продолжил измученным голосом.

— В сравнении с нежитью, подчинённой Вашему Величеству, мы не более чем пыль. С такой мощной нежитью, защищающей территорию вокруг этого города, нет особого смысла в существовании авантюристов в Колдовском Королевстве.

Что он должен сейчас сказать? Какие слова использовать, чтобы убедить их остаться в этой стране… администратора, сотрудников Гильдии, которые собрались вокруг них и наблюдают, — как произвести на них хорошее впечатление?

Или же, он мог бы заткнуть его сказав «Нет необходимости объяснять тебе это.» Возможно, это безопаснее. Но тем самым он лишь упрочит подозрения Мокнака. Должен быть лучший…

Нет, я должен верить в себя. Я — человек, который преодолел много опасностей в прошлом. Я должен быть в состоянии думать о том как миновать эту трудность!

Айнз величественно выпрямился.

— Похоже, ты и сам всё прекрасно понимаешь. Так почему же ты до сих пор здесь, в этом городе? Потому что родился здесь? Или у тебя тут девушка?

Ответ на эти вопросы определит, в каком направлении Король-Заклинатель поведёт разговор.

— Прежде чем отвечать тебе, я желаю, чтобы сначала ты ответил на мой вопрос. Почему ты все ещё находишься в этом городе?

— Это, это потому что… — запинаясь, ответил Мокнак. Затем, немного замявшись, продолжил:

— Это из-за Момона-доно. Момон-доно остался в этом городе, чтобы стать нашим щитом. Раз так, как могу я, уроженец этого города, совершить нечто столь позорное как побег?

В этот момент Аинз улыбнулся.

Да, конечно, изображая Момона он смог немного узнать этого человека. И всё же он не ожидал, что тот так легко откроет своё сердце.

— Вот как. Тогда, я отвечу на твой вопрос.

Аинз сделал паузу на некоторое время, а затем объявил строгим голосом:

— Это из-за Момона. Так как все вы можете однажды стать такими же как Момон, я хочу знать, чего хотят авантюристы, и что они ищут.

Глаза Мокнака расширились. Можно было услышать звуки глотков сотрудников гильдии стоящих неподалеку.

— Момон силен, но что еще более важно, у него благородный дух.

Он немного смущался, расхваливая самого себя, но ведь персонаж Момона был спланирован именно таким, так что ничего другого не оставалось.

— И тогда, я увидел нечто похожее на сияние Момона среди вас, авантюристы.

Окупаются ли его актерские тренировки, подумал Aинз, произнося эти слова. Казалось что удар молнии вспыхнул позади Мокнака и остальных.

— Но, но Момон-доно — высшее существо, только избранным дано стать такими. Мы не сможем даже дотянутся до его…

— То есть ты хочешь сказать, что Момон не замечает собственного величия, верно?

— Что! Н-неужели Момон-доно сказал тоже самое?!

— Не напрямую.

Сам Айнз вовсе не находил это смешным, но постарался показать, что ему весело. Он изобразил величественную улыбку — результат многих часов тренировок — и продемонстрировал присутствующим.

— Даже если вы сами не в состоянии этого добиться, что насчет ваших детей? Ваших внуков? Ты говоришь, что никто не может достичь уровня Момона? Я бессмертное существо и правитель Колдовского Королевства. Вполне естественно, что я хочу предпринять некоторые меры, к тому, чтобы воспитать в следующем Момоне верность ко мне. Это значит, что я, как правитель, полагаю существование авантюристов в Колдовском Королевстве необходимым. Ну, у меня есть на вас и ещё один план, но я ещё не продумал его до конца, так что на данный момент ограничусь таким ответом.

Всё вокруг него застыло.

Хм? Не работает? Но разве этот человек не ревностный поклонник Момона?

В тот момент, когда Аинз уже начал беспокоиться, Мокнак поклонился ему.

— Ваше Величество, я благодарен за эту встречу с Вами, и за возможность узнать Ваши намерения.

Мокнак поднял лицо, на нем не было ни следа прежних неловкости, страха, и сомнений. Напротив, его лицо сияло весёлой, беззаботной улыбка.

— … Насколько же Вы удивительны. Только подумать, Вы обладаете таким невероятным обаянием, превосходящим даже Ваше собственное великое волшебство.

— Я также рад столкнуться с такими превосходными авантюристами. Однажды, я хотел бы взять вас под своё крыло.

Лицо Мокнака расслабилось, теперь он выглядел немного счастливее.

— И все же, Ваше Величество. Гильдия Искателей Приключений не в мешивается в государственные дела. Это касается и меня. Вы действительно сможете сделать нас своими подчинёными?

— Разумеется. Я пришёл именно по этой причине. Конечно, это всего лишь набросок моих намерений, ещё не принявший окончательную форму… Администратор, сообщите главе гильдии, что Король-Заклинатель желает поговорить с ним.

— Д-да!

Администратор — всё это время затаив дыхание слушавшая их разговор — торопливо выбежала из зала.

— Итак, Ваше Величество, позвольте распрощаться.

Уходя, они держали себя совсем не так, как в начале. Мокнак, отдав полный уважения поклон, развернулся и вышел из здания.

Так… что делать дальше.

Основной идеей незавершённого плана Айнза было использовать приключенцев для восхваления Колдовского Королевства. Для осуществления этого плана нужно предварительно решить три главные задачи:

Первое — расширение Гильдии Искателей Приключений. Нет смысла в существовании организации из всего лишь десятка сотрудников.

Второе — их обучение. Слабые далеко не уйдут, а значит, рассказы о райской жизни в Колдовском Королевстве будут распространяться слишком медленно, и не принесут особых плодов.

Третье — сделать так, чтобы они сами, искренне желали помогать. Он, конечно, может просто задействовать влияние Момона, но если Айнзак по собственной воле захочет служить ему, то это может сильно облегчить дела в будущем.

Нужно найти решение этих трёх проблем до переговоров с Айнзаком. И всё же… как же трудно вести переговоры практически ничего не зная. А… у меня от всего этого живот болит.

Айнзу оставалось лишь молиться, что Гильдмастер отсутствует. Но, к сожалению, вернувшаяся администратор незамедлительно обратилась к нему: «Сюда, пожалуйста».

Аинз поднял взгляд к потолку, и последовал за регистратором.

Часть 4

В облике Момона он много раз проходил по этому коридору, ведущему к кабинету Гильдмастера… Но сейчас его провели мимо, к соседней комнате. Она использовалась для приёма гостей.

Крепко сложенный человек вышел ему навстречу — Глава Гильдии Платон Айзак.

Они с Момоном хорошо знакомы — Айнзак даже как-то раз водил его в заведения для взрослых. Однако в качестве Короля-Заклинателя Айнз Оал Гоуна он видит его впервые, а значит, должен быть очень осторожен в словах и поступках.

— О-о, Ваше Величество, Король Заклинатель. Ничто не может осчастливить вашего верного подданого больше, чем возможность принять Вас в моей скромной обители. Пожалуйста, проходите, хоть здесь немного не прибрано, прошу Вас, располагайтесь.

Айнз сел на предложенное Айнзаком место.

Пятая стояла позади Аинза, также его сопровождали трое ангелов. Остальные остались в коридоре, ожидая распоряжений.

— Полагаю, это я должен был нанести вам визит, и глубоко благодарен, что вы проделали такой путь, чтобы встретиться со мной.

Aйнзак преклонил колена и глубоко склонил голову.

Айнз горько улыбнулся, видя притворство Айнзака.

Он ведёт себя совсем на так, как во время бесед с Момоном. Его доброжелательный голос полон уважения, но это лишь маска. Аинз не мог не улыбнуться, видя такой профессионализм. Но, разумеется, его череп не способен выражать эмоции.

Аинз обратил свой взор в сторону другой двери в комнате, той что не была входом.

Дверь вела в кабинет Главы Гильдии. Скорее всего, если бы он был сейчас Момоном, то их разговор проходил бы там. Тот факт, что Глава Гильдии принимал его здесь, заставил Айнза осознать дистанцию между ними.

— Что-то случилось, Ваше Величество?

Айнзак приподнял голову, чтобы взглянуть на Аинза, котороый как будто проигнорировал его вопрос, глядя на дверь ведущую в кабинет. Аинз не смог не усмехнуться над собственной глупостью.

Лицо Айнзака застыло. Возможно, он подумал, что смеются над ним…

Аинз устыдился собственной грубости, но Король Заклинатель не может извиняться. Вместо этого он решил продолжить беседу, в попытке замять оплошность.

И всё же, как ему вести себя с Гильдмастером?

Аинз все еще пытался определить, как должен держать себя настоящий правитель, и не обладал никакими знаниями по этому вопросу. У него было лишь смутное чувство, что «вот так будет правильно». Он решил попробовать положиться на него.

— Полагаю, вам уже об этом известно, Айнзак, но у меня есть к вам предложение.

— …Прошу прощения, ваше величество, но я не уверен, что понимаю о чем вы говорите. Не могли бы вы объяснить с начала?

По прошлым встречам с Айнзаком, Айнз знал что тот весьма способный и хитрый человек. Вероятно, Айнзак уже имел четкое представление о ситуации. Наверное, именно поэтому он так спокойно отреагировал на ангелов.

В таком случае, нет смысла ходить вокруг да около. Айнз решил сказать напрямую.

— Я намерен взять Гильдию Искателей Приключений под свое крыло.

— …Вот как. Что ж, полагаю, никто не станет возражать.

— О, а я думал что Гильдия Искателей Приключений придерживается нейтралитета. Вы действительно согласны с этим?

— Все как вы пожелаете, Ваше Величество. Это нация живет законами, которые вы установили. Если вы желаете, чтобы Гильдия Искателей Приключений подчинялась вам, никто не станет вам противиться.

Айнз снова фыркнул. Его реакция, казалось, заставила Айнзака вскинуться. По выражению глаз собседника Айнз почувствовал, что раскусил Гильдмастера.

— В самом деле, все идет так как я желаю. Но вы действительно намерены действовать по моим указаниям? Или же вы собираетесь распустить всех приключенцев, отправить их в Империю или в Королевство, и оставить мне от гильдии одно название?

Айнзак пристально посмотрел на Айнза, и после поник, тем самым говоря «Ну вот и всё».

— Как и следовало ожидать от Вашего Величества. Вы не только способны управлять этим городом, но и читать мои самые сокровенные желания… Скажите честно, вы прочли мои мысли с помощью магии?

— Нет, никакой магии. Просто опыт.

— То есть, вам достаточно вашего огромного жизненного опыта? Ну и ну. Вы поистине страшный повелитель. Итак, как вы теперь намерены поступить со мной?

— С тобой ничего не случится.

— …Можно не благодарить, верно?

— Мне не нужна ваша благодарность. Намного больше я нуждаюсь в вашем мнении. Я слышал, что авантюристы существуют для того, что бы защищать народ. Следовательно, они не хотят вмешиваться в войны, и поддерживают нейтралитет в отношении всех стран, верно?

— Именно так, ваше Величество. Честно говоря, когда Ваше Величество объявил этот город своим, у нас не было никакого желания к сопротивлению.

— И всё же человек по имени Момон пошел против меня?

Айнзак огорчённо крякнул. Ну, нет смысла усложнять себе жизнь. Аинз продолжил говорить, кроме того, нужно подстраховать Момона.

— А, я не намерен углубляться в этот вопрос. В конце концов, мы с ним теперь в каком-то смысле сотрудничаем. Да, можно сказать, наше сотрудничество — одна из причин, по которой мне удаётся править этим городом мирно.

Казалось, Аинзак был готов возразить, но Аинз проигнорировал это и продолжил говорить.

Он подошёл к сути дела.

Он должен переманить Айнзака на свою сторону и заставить его захотеть помочь Колдовскому Королевству по доброй воле.

Айнз заговорил, вспоминая то недовольство и разочарование, что испытал, изображая Момона:

— … Услышав ваши слова, у меня появился вопрос. Вы так уверено произнесли, что искатели приключений существуют, чтобы защищать народ. Вот только, кого вы подразумеваете под «народом»?

— Могу я узнать, что вы имеете ввиду?

Аинзак выглядел озадаченным.

— Другими словами, охватывает ли понятие «народ» всех гуманоидов, или же только людей? Подпадают ли под определение «народ» Эльфы, Полуэльфы и другие виды, живущие в гармонии с людьми?

— Да, и они, разумется, тоже.

— Раз так, я озадачен. Насколько мне известно, в Империи эльфы живут на положении рабов, не так ли? В таком случае, можно ли утверждать, что они находятся под защитой? Они же не нарушали законов Империи, верно?

Айнзак опустил голову. После чего снова взглянул Айнзу в лицо.

— …Но я руковожу лишь Гильдией Искателей Приключений Королевства, так что мне неоткуда знать, что на этот счёт думают в Имперской Гильдии.

— Что, собрались увильнуть от ответа?

Айнзак широко раскрыл глаза, в них явственно полыхнул гнев.

— Вы насмехаетесь надо мной, Ваше Величество?…

— Насмехаюсь? Разве это не правда? Спрошу ещё раз. Вы пытаетесь увильнуть от ответа, спрятавшись за расплывчатыми словами?

Aйнзак опустил глаза.

— …Все так, как вы говорите.

— Вы утверждаете, что защищаете Эльфов и Полу-Эльфов, но на самом деле ничего для них не делаете. Почему?

Айнзак попытался объясниться, отталкиваясь от позиции, что ему неясны намерения Гильдии Искателей Приключений в Империи.

— Мы, пусть и являясь Гильдией Искателей Приключений, не можем полностью избежать влияния стран. Хоть мы и с гордостью заявляем, что стоим выше их правил, но всё же остаемся послушными их законам. Мы вооруженная организация. Станет опасно, если такие силы как наши, обратят оружие против народа. Я полагаю, что Глава Гильдии в Империи думает точно также.

— К этому я и веду. Раз вы обязаны соблюдать законы страны, то не должно быть никаких проблем войти в состав этой же страны. Так почему же вам это не нравится?

— И Империя и Королевство давно зарятся на нашу силу. Ведь лишь искатели приключений вроде нас могут бороться с могучими монстрами. Поэтому до сих пор никто не выдвигал нам непомерных требований. Однако в отношении Вашего Величества мы не можем быть уверены. Если мы подчинимся Вам, есть шанс, что наша сила может быть направлена против народа.

— Итак, вы сопротивляетесь полному подчинению стране, потому, что боитесь оказаться использованы против обычных людей, я прав?

— Совершенно верно, Ваше Величество. Мы не хотим подавлять бунты или участвовать в войнах. Это сделает нас соучастниками многих убийств.

Аинз не удержался от улыбки. Ведь все это он уже знал. Но, конечно, произносить это вслух не стоит.

— Присядьте. Я намерен поделится с вами своими планами на будущее.

Аинзу пришлось повторить своё приглашение, прежде чем Айнзак, наконец, подчинился из страха перед ним. Аинз начал свои объяснения.

— Я рассматриваю возможность использования искателей приключений на более значимых работах. Я хочу, чтобы искатели приключений исследовали неизвестное и весь окружающий нас мир.

Аинз чувствовал, что впервые Aинзак смотрит прямо на него.

— Например, есть участок дикой местности на юге между Теократией и Святым Королевством. Но знаете ли Вы подробные данные ландшафта и какие разновидности монстров живут там?

— Нет, потому, что там много поселений полулюдей. Гильдия Авантюристов Королевства посылала людей в тот регион, но ни один не возвратился в целости. Поэтому, мы почти ничего незнаем об этом.

— Или, например, на юго-западе находится горный хребет, служащий естественным барьером между нами и Теократией. Что вы знаете о том районе?

— Нет, мы не имеем никакой точной информации об этом регионе.

— Разве вы не стыдитесь этого невежества? Нет, возможно с точки зрения авантюриста это неизбежно. В конце концов, вы — организация, которая защищает людей, таким образом, нет никакой потребности знать о местах, которые не населяют люди. Но ведь есть шанс, что там произрастают лекарственные травы, способные спасти многие жизни.

От этой провокации губы Аинзака превратились в тонкую линию.

— Приняв Гильдию Авантюристов под свою опеку, я планирую заполнить все белые пятна на карте.

— … Не было бы лучше доверить эту задачу людям из окружения Вашего Величества?

— Не глупите. Я слышал, что вы раньше были искателем приключений, Аинзак, так что таким образом позвольте мне спросить вас снова: Когда вы думаете о слове «искатель приключений», взвешиваете его в уме, кажется ли вам, что эти люди существуют лишь затем, чтобы бороться с монстрами? До того, как я узнал приключенцев поближе, я верил, что это люди, познающие неизведанное.

Айнзак прикусил губу так сильно, словно пытался пустить себе кровь.

— …Мы должны защищать людей.

— Здесь в этом нет нужны. В Колдовском королевстве я буду защищать людей как их правитель. Учитывая резкое падение числа запросов, вы должны быть в состоянии понять, что я прав, не так ли?

Айнзак ответил утвердительно, страдальческим голосом, больше всего напоминающим стон.

— Тогда, что вы сделаете затем? Вы переедете в Королевство или Империю, чтобы защитить людей? Это звучит так, как сделал бы наемный специалист по охоте на монстров.

Тут Аинз сделал паузу. Следующий шаг должен быть убедительным. Он должен приложить всю силу своего ума к тому, что он скажет дальше.

— Ранее вы сказали, что «мои подчиненные должны этим заниматься». С определенной точки зрения, это хорошее решение. Это правда, что мои подчиненные преуспевают в убийстве врагов. Однако, многие из них вызывают у меня серьезные сомнения, что они смогут построить хорошие взаимоотношения с существами, которых встретят в этом неизведанном мире. Это позор для меня. Поэтому я хочу, чтобы этим занялись искатели приключений.

В то время как он был заинтересован реакцией затихшего Аинзака, его представление все еще не было завершено.

— Ну, так как я планирую что они будут выполнять такую опасную работу, я естественно окажу им свою полную поддержку. Разве вы не думаете, что мне необходимо ассимилировать Гильдию Авантюристов для этого?

— …Вам достаточно просто нанять нас.

— Понятно. Значит, вы уверены в своих силах. Что ж, мне по душе ваша храбрость.

— О ч-чём вы, Ваше Величество?

— Открывать новые земли — значит подвергаться постоянному риску недружественных контактов с иными народами. Вы не думаете, что в таком случае Колдовское Королевство просто отречётся от вас? Кроме того, в случае возникновения подобных проблем Гильдии Искателей Приключений придётся разрешать их в одиночку, не так ли? Раз вы настаиваете на своей независимости, то этого и следует ожидать, верно? В таком случае, наш с вами контракт ни к чему не обяжет Колдовское Королевство.

Айнзак хранил молчание.

— Вот что значит действовать независимо, не подчиняясь государственной власти, не так ли? И если проблема вырастет до международного уровня, вам придётся иметь с ней дело в одиночку… я неправ?

— Конечно же вы правы, Ваше Величество, — Айнзак глубоко кивнул, показывая, что понял, — Каждое ваше слово истинно.

— Именно. Но в таком случае, ценные приключенцы, — профессионалы, обладающие особыми навыками, — быстро иссякнут. Людям нужно долгое время, чтобы вырасти и обучиться, так что гибель талантливой личности — огромная потеря. Именно поэтому я желаю получить в свое распоряжение контингент приключенцев. Они получат мою полную поддержку, а в обмен на это займутся выполнением моих приказов.

— Это поистине привлекательное предложение… Однако, есть один момент, который я хотел бы прояснить. После того, как мы откроем новые земли, значит ли это, что мы станем войском вторжения Колдовского Королевства?

— Это непростой вопрос. Я не могу полностью исключить такую возможность. В конце концов, если нам откроется, что в новых землях живут враги, планирующие вторжение, то весьма разумным будет использовать эту информацию, захватить инициативу и нанести упреждающий удар. Подобными врагами могут оказаться, например, огры или орки, обитающие в диких пустошах. Или, например, может потребоваться начать вторжение, чтобы продемонстрировать им разницу между их силой и нашей. Если вы обнаружите по соседству с собой злобного монстра, точащего когти, не захотите ли вы нанести удар первым?

— Я понимаю, всё именно так, как вы говорите. Но…

— …Хм.

— Что-то не так, Ваше Величество?

— Ничего, простите, что перебил вас. Что вы хотели сказать?

— …Я понял. Однако, меня беспокоит вопрос, правомерно ли применять силу к мирным расам.

— Какие именно расы вы имеете в виду? Эльфов?

— Ну, например.

— …Детали относительно этого вопроса относятся к государственной политике, а значит, секретны. Я не могу обсуждать их открыто. Если вторжение и покорение принесёт выгоду Колдовскому Королевству, то мы, возможно, пойдём на это. Если невыгодны — нет. Это довольно обычное дело для остальных стран, разве нет? Однако, если говорить о таком простом деле как вторжение, я могу открыто заявить, что имею в своём распоряжении достаточную военную мощь. Я не ожидаю, что приключенцы будут собирать сведения о других странах или разведывать путь для моих армий. Как я и сказал, я хочу лишь, чтобы вы исследовали неизвестное. Даю вам слово.

Однако, Айнз тут же спросил Айнзака:

— Тем не менее, похоже, вы по-разному относитесь к расам, в зависимости от того, насколько те привлекательны. Почему вы не сказали ничего насчёт «правомерно ли применять силу к мирным расам» в отношении Орков или Огров?

— Но, но ведь это полулюди!..

— Ха-ха-ха-ха. Ясно, ясно. Вот, значит, как вы думаете. Я понял, понял. Ну, так каков ваш ответ?

Айнзак, похоже, собрался что-то сказать, но тут же потряс головой. Вероятно, он передумал.

— Должен ли я ответить немедленно, Ваше Величество?

— Разумеется, я предпочёл бы получить ответ сейчас. Однако, это весьма немаловажный вопрос, и вам стоит подготовиться и обсудить его с другими. Само собой, вам понадобится время. И всё же, Айнзак, я хотел бы знать что думаете лично вы.

Айнз наклонился вперёд, глядя Айнзаку прямо в глаза.

— Я очень зол. Но ещё более я опечален тем, что вы — всего лишь истребители монстров. Как смеют люди вроде вас звать себя приключенцами? Что вы думаете, Айнзак? Согласны ли вы пойти на настоящие приключения под моим владычеством? Я надеюсь, что каждый из вас…

Айнз на мгновение замолк. И продолжил, вложив силу в голос и взгляд.

— … Что каждый из вас сможет стать «Истинным Искателем Приключений».

Напряженность заполнила комнату. Как будто наблюдая за противником, который был убит его последним движением, Аинз задержал дыхание — хотя он не мог дышать — и ждал ответа Аинзака.

— Я считаю, что это очень привлекательное предложение.

Огни в пустых глазницах Аинза потускнели. Похоже, Айнзак нашёл некую причину отказаться.

— Поэтому я намереваюсь спросить других, могут ли они принять это предложение. Верно, что использование авантюристов как мы для такой цели походит на осуществленную мечту. Однако становление агентами Волшебного Королевства является чем-то, с чем мы можем достигнуть общего согласия в настоящий момент. Если бы я говорил как бывший авантюрист…, я был бы рад помочь.

«Э-э, то есть, сработало?»

— Вот как…

Айнз откинулся на спинку дивана.

Радость из-за успеха речи переполняла его. Похожие чувства он испытывал, когда едва заключив сделку и распрощавшись с клиентом, торопился в ближайшее кафе, чтобы позвонить в свою фирму, радостно выкрикивая «Я сделал это!».

Он не ожидал что опыт приключенца пригодится и тут. Но нет, именно благодаря этому опыту Аинз смог придумать такое предложение.

И лишь теперь Айнз подумал о ещё одной важной вещи, которую нужно прояснить прямо сейчас. Это касается будущего того Колдовского Королевства, какое он себе представляет.

— Ах, да. Ещё одно.

Аинз поднял костлявый палец.

— Говоря, что ваш долг — защищать народ, вы определили его как все человекоподобные расы. А значит, цель приключенцев — защищать всех, кто подпадает под это определение.

— Да. Вы правы, Ваше Величество.

— И после этого, когда зашёл разговор о вторжении, вы указали, что все будет в порядке, если враги — полулюди. Всё верно?

Айнзак кивнул, его выражение говорило, «и что?».

— Колдовское Королевство будет принимать все расы как своих подданных. То есть не только человекоподобных, но и полулюдей и гетероморфов. Поэтому, если философия авантюристов в том, чтобы защищать народ, то вы должны также защищать полулюдей и гетеромофов.

Айнзак широко раскрыл глаза.

— Что вы сказали?!

— …Что-то не так? Я не понимаю, почему вы так взволнованы. В моей стране нет разницы между людьми, полулюдьми и гетероморфами. Если они признают меня своим королем, все они мои подданные.

— Это, это смехотворно. Это невозможно, Ваше Величество!

— Неужели? Я слышал о стране на севере Королевства под названием Республика. Разве не сосуществует там множество разных рас?

— На самом деле, я слышал о такой стране… нет! Неужели вы намерены сосуществовать с теми расами, которые видят в людях немного больше, чем еду?

— Я понимаю, всё как вы сказали. Колдовское Королевство не позволит что бы подданные поедали друг-друга. Я установлю закон, который будет предотвращать это. Но этот закон не будет распространяться на подданных других Королевств. В конце концов, я не из тех кто стал бы диктовать моим подданным, что им есть… хотя нет, видеть, как представителей своей расы забивают и съедают, должно быть, не слишком приятно…

По словам Люпус Регины, жители деревни Карне жили мирно и дружно с ограми и гоблинами. Нет никаких оснований, что деревня не может послужить примеру городу. Однако огромное население усложняет дело.

— Что…что именно вы собираетесь… намерены сделать?

— Вы задаете много интересных вопросов. Почему бы вам не спросить, почему вы и другие существа не могут жить в мире и единстве? Как нежить, мне сложно это понять. Для меня нет разницы между людьми и гоблинами. Все расы будут равны под моим правлением. И я буду вашим абсолютным правителем.

Айнзак тяжело задышал, но постепенно успокоился.

— То есть вы возьмете гоблинов под свое правление? Сделаете их такими же полноправными поддаными?

— Ты разве не слышал что я сказал раньше? Я сказал что они будут моими подданными так же, будь то огры или орки.

— Простите, простите меня. Я слышал об этом, но я верил в то, что они были вашими рабами.

— Позволь мне повторить, все мои подданные — равны, независимо от расы.

Видя, как у Айнзака перехватило дыхание, Айнз задумался, правильно ли тот понял его намерения.

Ударившись в крайность, слова Айнза можно было понять так, что каждый подданный — раб. Разумеется, он не хотел этого сказать. Совершенно незачем говорить такое. Лучше если у Айнзака не возникнет подобного впечатления.

— Под моим покровительством есть много гоблинов. Часть из них через пару дней посетит Э-Рантэл. Попытайтесь смешаться с ними. Предвзятое мнение, которое вы имеете о Гоблинах, будет, конечно, разрушено. Между прочим, Людоящеры почти не едят мясо, их основная пища — рыба. Дриады и Энты любят чистую воду и свет, а нападают они на людей лишь при самообороне.

— Вы уже подчинили себе столько вассалов?

— Можете не сомневаться. Существует достаточно большое количество полулюдей и гетероморфов которые стали моими подданными. Ох, кажется, нас унесло совсем далеко от темы. Итак, Айнзак, я так понимаю, вы лично одобряете чтобы Гильдия Искателей Приключений стала частью Колдовского Королевства?

— До тех пор пока Ваше Величество будет держать своё слово.

— Вы слишком много беспокоитесь. Я не вру. Авантюристы должны стремиться исследовать неизвестное.

По возможности, он надеялся собрать команду из разных рас, и отправить ее.

— Итак, я оставляю на вас задачу передать суть нашего разговора остальным приключенцам. Если кто-то из них не согласен становиться государственным служащим, он будет волен покинуть Гильдию.

— На самом ли деле все будет в порядке?

— Принудительное сотрудничество не будет эффективным. Однако можно предположить, что большие изменения структуры организации и внезапных отклонений от существующей практики вызовут много проблем. Поэтому, статус-кво будет сохраняться в некоторой степени. Самым очевидным изменением станет учреждение исследовательского офиса для гильдии и гильдмастера.

Осталась наиболее важная часть: стимулы, которые привлекли бы больше авантюристов к Гильдии Авантюристов Колдовского Королевства.

— Поддержка, предоставляемая Колдовским Королевством, в первую очередь будет включать в себя создание тренировочного центра. Будет ужасной утратой, прокладывая путь в дальние земли, быть убитым неизвестными монстрами. Таким образом, более практичной моделью обучения, заместо существующей, будет настоящий бой против монстров. Учитывая, что авантюристы должны привыкнуть к бою в команде, хорошей идеей было бы построить для них лабиринт.

И часть монстров будет состоять из автоматически появляющейся нежити из Назарика.

— Я думаю, что это очень хорошая идея. Только это, несомненно, будет значительное предприятие.

Так как штат был бы составлен из нежити, которые не требовали зарплаты, операционные затраты не будут слишком высоки. Однако не было никакой потребности быть абсолютно открытым с информацией. Нужно продавать услуги без колебаний, когда возникнет потребность.

— Разумеется, это потребует значительных первоначальных инвестиций. Тем не менее, это находится в допустимых пределах необходимых расходов. В конце концов, авантюристы являются ценным человеческим ресурсом для Колдовского Королевства.

— Я глубоко признателен, Ваше Величество.

— Нет нужды церемонится. Так, что на счет этого? Не думаете ли вы, что это может привлечь авантюристов?

— Действительно, лабиринт будет весьма привлекательным для авантюристов низкого уровня… но что если они решат перейти в Королевские или Имерские гильдии после обучения?

— Конечно, это будет запрещено. Это государственный орган: злоупотребление им приравнивается к измене.

— Видимо…, я должен тщательно объяснить эту часть.

— Тогда, как мы привлечём авантюристов высокого ранга?

— Разве вознаграждение не будет лучшим выбором?

— Ну, одними мечтами сыт не будешь.

— Все как вы сказали. Кроме того, без хорошего оружия, доспехов и других магических предметов будет невозможно одолеть сильных монстров. Эти предметы, как правило, стоят очень дорого.

— …Хм. Это так.

Массовое производство могло бы снизить цены. Тем не менее, сильные авантюристы были очень редки. Поэтому их снаряжение было сделано на заказ, что, естественно, подняло их стоимость. Кроме того, людей, способных изготовить такие предметы, было мало, что только способствовало их цене. Он должен был найти способ справиться с проблемами, которые вытекали из этого.

— Кроме того, я хочу, чтобы как можно больше искателей приключений от Империи и Королевства, узнали об этом месте. У тебя есть какие-нибудь предложения?

— Гильдия Авантюристов, которую Ваше Величество намеревается создать, является невообразимо привлекательной, по сравнению с Гильдиями Авантюристов Королевства и Империи. Как только новости распространятся, Гильдии различных стран могли бы предпринять некоторые действия, чтобы помешать их авантюристам удалиться. В конце концов, каждая страна считает авантюристов своими козырными картами, и они не были бы рады видеть, что их авантюристы едут в другую страну.

— На самом деле, это правильно. Как вы думаете, что являлось бы хорошим решением этой проблемы?.

— Мне трудно ответить прямо сейчас. Могу я просить немного времени?

— Если подумать, это правда. Я тоже должен проложить наш путь на будущее…

Дело в том, что Аинз не мог принимать такие решения самостоятельно. Он должен был успокоиться, хорошо все обдумать, и обсудить это ещё кое с кем.

Аинз встал.

«Тогда мы вас покинем… — Айнз быстро закрыл рот, прежде чем он смог произнести что-нибудь грубое. Что он не мог себе позволить как король. — Мы закончим вопросы на сегодня. Я буду очень рад увидеть вас снова».

Айнзак поспешно поднялся на ноги и опустил голову.

«Понял, Ваше Величество».

Не оглядываясь, Айнз покинул комнату через дверь которую открыла Пятая.

Хоть он и хотел вздохнуть, но он все еще находился в гильдии. Поэтому делать это прямо сейчас было бы преждевременно.

Айнз в сопровождении херувимов покинул здание Гильдии Искателей Приключений. И отойдя подальше, позволил себе спокойно вздохнуть.

(Ахххх… Как я устал…)

Айнз Оал Гоун никак не мог позволить себе выказать усталость, но Сузуки Сатору уже почти рыдал, умоляя об отдыхе для своего перегревшегося мозга.

(Прежде чем я поговорю с Альбедо о поглощении Гильдии Искателей Приключений, я должен взять короткий отдых. Мне также нужно найти какой-то способ, чтобы убедить Альбедо в достоинствах этого плана… сейчас так много вещей, которые нужно сделать…)

Айнз шагал молча. Он не пользовался магией телепортации, отчаянно надеясь, что по дороге домой его осенит хорошая идея.

Дверь в соседнюю комнату — кабинет Айнзака — открылась, и вошёл новый гость.

Этот невероятно худой человек — худой до такой степени, что его можно было бы назвать анорексичным — являлся старым другом Айнзака, главой Гильдии Магов Э-Рантэла, Тео Рейкширом.

— Платон, ну я и перетрусил. Никак не ожидал, что Король-Заклинатель явится прямо посреди нашего разговора. Он что-нибудь заметил?

— Я не уверен.

Этим утром Айнзак с Рейкширом, как обычно, встретились чтобы обменяться сведениями.

С тех самых пор, как город подпал под владычество Короля-Заклинателя, они встречались исключительно по утрам. Причиной была их вера в то, что большинство неживых не любят солнце. Впрочем, видя патрулирующую улицы армию мёртвых, они понимали, что это не более чем самоуспокоение.

Они встречались исключительно ради обмена новостями, не строя никаких планов действий Гильдии Искателей Приключений и Гильдии Магов. Впрочем, с тех пор как было основано Колдовское Королевство, все кто мог уже бежали в Империю или Ре-Эстиз. Гильдия Магов уже вывезла из города все свои магические предметы, большинство её членов разъехались. Иными словами, Гильдия Магов фактически самораспустилась.

Однако, у них всё равно оставались темы для обсуждения и анализа.

Хотя приключенцы и мало скованны границами стран, смогут ли они по-прежнему осуществлять свою деятельность в Колдовском Королевстве? Намерено ли Колдовское Королевство устраивать охоту на беженцев? А если те смогут благополучно пересечь границу, потребует ли оно, чтобы другие государства вернули беженцев обратно? Что насчёт заклинателей?

Как им вести себя, не принося в жертву Момона, ставшего теперь местным жителем? И как вообще Гильдия Искателей Приключений должна относиться к Момону?

Духовенство хранило молчание, чувствуя, что и Король-Заклинатель не обращает на них внимания. Однако, будет ли так продолжаться и дальше? Возглавят ли они сопротивление против него?

Каждый из этих вопросов представлял из себя непростую проблему, над которой оба ломали головы без особого результата. Однако, могут возникнуть проблемы, если они оставят всё как есть и будут безучастно наблюдать. В особенности это касалось духовенства.

Примет ли оно своего смертного врага, заклинателя-нежить, в качестве короля? Пока что духовенство хранит молчание, но это в свою очередь лишь больше пугает народ.

Кроме того, есть ещё и религиозные организации соседних стран. Если дела примут дурной оборот, они могут независимо объявить крестовый поход, используя верующих внутри Колдовского Королевства как пятую колонну. Возможность подобного развития событий игнорировать не стоило.

С ними не было никого, представляющего духовенство, так как их отношение к происходящему было неясным. Пригласить кого-нибудь из них было бы просто, но обоим не хотелось быть втянутыми во что-либо нежелательное.

Впрочем, ни Айнзак, ни Рейкшир не верили, что духовенство сможет одолеть Короля-Заклинателя. Их больше пугала резня, которая обязательно воспоследует, если жрецы попытаются поднять бунт. Ещё больше ужасала вероятность того, что Момону, Мечу Короля-Заклинателя, придётся её осуществить. Кроме того, как они смогут успокоить население после того, как случится нечто столь кошмарное?

Король Заклинатель прибыл как раз тогда, когда их головы разрывались от всех этих хаотично перепутанных событий.

— Его Величество, кажется, ощутил здесь твое присутствие.

Вернейшим доказательством был тот смешок, что издал Король-Заклинатель, глядя на дверь в кабинет.

— В худшем случае, он мог узнать всё, о чём мы говорили.

— Что? То есть…

— Именно. Он хотел, чтобы и ты услышал наш разговор.

Комнаты были устроены так, что всё что было сказано, в одной комнате, можно было услышать в другой. Рейкшир — который находился в соседней комнате — мог улавливать то, что говорили те двое.

— Ты думаешь, что он, возможно, ошибается?

— Нет, это не возможно. Всё же, он слабо ощущает чьё то присутствие. Хотя, его Величество, возможно думает, что это кто-то из жрецов.

В тот момент он был не потрясен, а сбит с толку внезапностью ситуации. Когда он возвращался к мысли об этом, он чувствовал раскаяние. Как же он хотел расхохотаться над собой, оттеснившим в сторону собственного друга.

Он должен был позвать Рейкшира, чтобы втроём они смогли поговорить с глазу на глаз.

Согласен, Король-Чародей, не раскрыл ещё все свои карты. Однако, он рассказал всё простому человеку, как подобающий правитель. Что же сделал я?

Видя что Аинзак нахмурил брови, Рейшир пронизывающе спросил:

— Тогда, что ты собираетесь делать? Нет, я уже знаю. В конце концов, раньше ты называл его Королем Волшебником, но теперь обращаешься к нему почтительно.

— Разве ты не думаешь, что кто-то может подслушивать наш разговор?

— Ты ведь не думаешь, что это — причина, по которой я говорю тебе это сейчас?

— Могло случиться так, что я был подчинен магией?

— Я не исключаю эту возможность, но думаю что это не так. Магия подчинения ограничена по временем, и даже если бы Король Волшебник хотел использовать ее, то он, вероятно, не был бы в состоянии.

— С другой стороны это могло быть возможным для Его Величества.

— Хватит, дай мне передохнуть. Это было бы реальной головной болью, если это правда. В конце концов, это — волшебство 8-го уровня и выше, сфера божественного.

Оба ненадолго рассмеялись, а затем Аинзак вернул серьезное выражение лица.

— Я полагаю, что помощь Его Величеству в этом вопросе — хорошая идея.

— Даже если это делает всех вас сообщниками вторжений в другие страны?

— … Разве не естественно для сильных стран подчинять себе слабые?

— Так вы знаете, что это приведет к трагедии и решили это допустить?

— Совсем не обязательно что вещи будут развиваться именно таким образом. В конце концов, с тех пор, как Его Величество взял под свой контроль эту страну, кому стало хуже?

Рейкшир замолчал.

Как это и ни удивительно, в этой стране никто не мог бы сказать, что они сейчас в худшем положении, чем были раньше.

— Нет ли приключенцев, которые потеряли работу из-за этого?

— Ну, вы правы, но разве это много… все, отстань от меня уже.

— Это правда. Я сказал не подумав. Однако, учитывая, то что это такая редкая возможность, почему ты не спросил Короля Волшебника, что он думает о храмах?

— Дай мне передохнуть. Если бы Его Величество решил, что они принесут неприятности и решили разрушить их из-за чего-то, что я сказал, то я должен буду жить оставшуюся жизнь, зная, что я стал причиной большой резни. Как ты думаешь, мог бы я смириться с этим, если бы это произошло?

— Вы думаете, Король-Заклинатель — это тот, кто может сделать такое?

— Нет. Я бы сказал наоборот, на самом деле. Его Величество очень — порой до ужасного — рационален. Настолько, что я не удивлюсь, если его неживое лицо окажется сотканным из магии. Да — такое же чувство, как и при разговоре с господином Момоном.

— Ну, это немного неуважительно к господину Момону.

Айнзак слегка улыбнулся, увидев недовольное лицо своего старого друга.

— Ты прав. Непочтительно сравнивать героя человечества с нежитью — Королем-Заклинателем. Однако, учтите, что они оба существа сверхчеловеческой мощи, что и делает их похожими. Если бы я описывал их… да, я чувствую нечто таинственное окружающее их, нечто, что только такие исключительные сущности могут излучать.

— Да. В этом есть смысл, когда вы говорите в таком ключе.

В головах обоих всплыл образ великого героя (Момона).

Затем, после этой краткой паузы, Айнзак взглянул прямо на Рейкшира.

— Рейкшир. Если ты не желаешь помогать Его Величеству, могу я попросить тебя об одолжении никогда больше не приезжать сюда?

Вряд ли нужно озвучивать причину этой просьбы. В конце концов, кабинет Айнзака вполне может быть использован как хранилище сведений, относящихся к государственному управлению Колдовского Королевства. Дозволения посторонним расхаживать туда-обратно в комнату, определенно, не дадут.

В добавок, слова Короля-Заклинателя — столь впавшие в сердце Айнзака — также предназначались его старому другу.

Новое видение авантюристов, о которых он говорил, было ярким и великолепным. В прошлом были авантюристы, которые ступили на неизвестные земли. Однако большинство из них умерло в далекое от их домов или сломалось перед лицом действительности. Только горстки людей могли сделать такую опасную вещь. Но теперь, Король Волшебник — заклинатель, который владел неограниченной властью — предлагал свою полную поддержку им. Это открывает совершенно новые перспективы и возможности.

В дополнение с возможностью стать истинными авантюристами.

После краткой паузы, Рейкшир наконец заговорил.

— Позвольте сказать, Аинзак. Вам известно, что Гильдия Магов в этом городе практически расформирована, верно?

— Ах-х, так и есть.

— Тогда, пожалуйста, позвольте мне поддерживать вас изо всех сил как ваш бывший товарищ. В конце концов, когда это закончится, почему бы нам не пойти исследовать неизвестное также?

— Ха-ха, — Айнзак ухмыльнулся. — Подумай о нашем возрасте. Хуху… мы правда сможем это сделать?

— Почему нет? Хотя, вам придется поговорить с его величеством позже, и убедить его не ставить возрастные ограничения на Гильдию Приключенцев.

Затем оба заполнили комнату своим веселым смехом.

Глава 2

Часть 1

Магический предмет в его кармане завибрировал, и Клайм вынул его.

Это были карманные часы, достаточно большие, чтобы поместиться в ладони, с тремя стрелками — часовой, минутной, и секундной — следующими по кольцу из двенадцати чисел.

Хотя существовали большие механические часы, все карманные часы в пределах Королевства были магическими предметами. Они широко использовались в повседневной жизни, и были, для магических предметов, сравнительно дёшевы. Впрочем, простолюдины всё равно не могли позволить себе такое.

Те часы, что носил Клайм, не принадлежали ему — он их одолжил. Они отличались от обычных тем, что обладали особой способностью — Магией Двенадцати. Раз в день, в заданное время, часы активировали эту способность.

Однако для того, чтобы воспользоваться магией часов, их нужно носить с собой как минимум сутки, так что Клайму — только что получившему часы — это ничего не дало.

— Хм? Уже пора? Как летит время… — произнесла девушка, казалось бы, грезившая наяву глядя в синее небо. Разумеется, её слова были адресованы Клайму.

— Похоже на то, — ответил Клайм девушке — Тине, одной из команды адамантовых приключенцев «Синяя Роза».

— Хм, трудно сказать, сколько прошло времени, когда отлыниваешь от работы.

Это было сильное заявление.

Во первых Тина сейчас не отлынивала. Она охраняла входную дверь вместе с Клаймом. Говоря такие слова как «уже пора» и «как быстро время летит», она точно знала о текущем времени, так как имела очень острое восприятие времени.

Среди искателей приключений встречались люди с очень острым чувством времени. В частности, многие люди воровской профессии, обучались этой способности. Для них это было очень важно, поскольку им часто во время операция приходится скрытно передвигаться отдельно от своих товарищей.

— Хм? Ты что-то сказал?

— Нет, тебе показалось.

Тина сказала: «Ну ладно», услышав ответ Клайма, и снова посмотрела на небо.

Она намеренно скрывает что-то. Тем не менее, было неподобающе для кого-то вроде Клайма спрашивать, почему она лгала.

Для начала, они не могли позволить себе нанять Тину и её команду; просто так совпало, что они действовали в том же районе. В конце концов, та особа не может задеть чувств остальных.

— Тогда я пойду и доложу Принцессе.

— Увидимся…

Клайм повернулся к зданию, которое защищал все это время.

Он много раз видел его строящимся, но впервые — готовым. Он почувствовал, как на сердце стало теплее, восхищаясь размерами строения — и чувствуя внутри присутствие своей госпожи.

Клайм распахнул массивные двери, и его нос защекотал специфический запах свежей древесины.

Он продолжил идти, и, пройдя через коридор, открыл дверь в комнату внутри здания.

В этой комнате находилась его возлюбленная Принцесса ослепительной красоты, Реннер.

Вокруг нее было несколько детей.

То, как она нежно улыбалась шаловливым детям, её поза, с которой она слушала их слова, создавали образ, который любой назвал бы образом святой.

Взирая на эту сцену, словно сошедшую с иконы, Клайм лишился слов.

Он боялся нарушить представшее ему святое видение. То же было верно и для стоящих у окна женщин, опасавшихся даже шевельнуться.

Тем не менее, кое кто в комнате не разделял их чувств.

— Эй, сопляк пришёл. Пора.

В ответ на раздавшийся из-под маски холодный голос, Реннер подняла голову, и посмотрела прямо на Клайма.

Тот увидел своё отражение в её нефритово-зелёных глазах.

— …Мои глубочайшие извинения, Реннер-сама. Нам пора вернуться во дворец.

— Правда… Что ж, как бы мне не хотелось остаться, придётся идти.

В хоре раздавшихся детских голосов слышались грусть и неохота. Несомненно, принцесса полностью покорила их сердца.

В ответ на возгласы детей другие женщины торопливо засуетились. Они успокаивающе похлопывали их, и оттягивали в сторону тех, кто не торопился отходить от Реннер.

— Ребята, мне ведь можно придти поиграть ещё раз?

Дети ответили дружным возгласом согласия.

— Тогда, в следующий раз будем готовить…Клайм, пойдём. И вы тоже, Эвилай-сан.

— Ху-у. Ну, я ведь тоже твой телохранитель, пусть ты этого и не признаёшь… впрочем, нас же не наняли, просто так вышло что мы путешествуем вместе. Не волнуйся, я иду следом.

Они вышли наружу, и тут же рядом с ними остановилась запряжённая лошадьми карета.

Тина молча вошла в карету. Хотя и могло показаться, что она поступает невоспитанно, но на самом деле Тина убеждалась, что внутри безопасно. Вскоре Реннер, Клайм и наконец Эвилай тоже поднялись в карету, и они пустились в путь.

Трясясь в карте, Эвилай не удержалась от замечания:

— …А ты действительно нечто, построить такой приют.

— Нечто?

— Да. Многие так говорят. Где ты вообще ухитрилась добыть деньги чтобы отгрохать такое?

Реннер подпёрла рукой подбородок и слегка наклонила голову.

— Разве это так уж сложно? Мой любезный брат был очень рад помочь. Кроме того, именно из-за того, что мир таков какой он есть, мы должны как следует заботиться о детях, не правда ли?

Эвилай едва заметно подняла подбородок, словно позволяя принцессе продолжать.

— Как все мы знаем, правитель Колдовского Королевства причинил множество смертей. И в результате, полагаю, появилось множество детей, лишившихся своих родителей. Для того, чтобы позаботиться о них, и был создан этот приют. Кроме того, лишившимся своих мужей женщинам ведь тоже нужна работа, верно?

— Король-Заклинатель, ха… Ну, об этом мы поговорим позже. Но разве этим деньгам нельзя было найти лучшее применение? Гибель слабых — это же совершенно в порядке вещей, разве нет?

— Это не так.

Реннер ответила кратко и твёрдо. Её голос вдруг зазвучал титанической силой.

— Долг сильного — защищать слабых. А ещё…

Клайм внезапно ощутил на себе взгляд Реннер.

(Возможно…)

Перед мысленным взором Клайма возникло его собственное детство.

Возможно, принцесса построила приют потому, что вспомнила его самого в то время. В каком-то смысле она пыталась предотвратить появление таких же детей как Клайм.

Волна горячего воздуха вспыхнула в его груди.

Разумеется, он не мог убедиться в истинных намерениях принцессы. И всё же Клайм не сомневался, что прав.

— Ну, я думала в этом направлении сама, и кажется неправильным навязывать мои собственные взгляды на других. Однако, была ли потребность сделать его настолько большим?

— Да. В конце концов, мы приняли решение, что возьмем многих детей в будущем, и будут другие из тех регионов, которыми непосредственно управляет Корона. Имея это в виду, даже сооружение такого размера можно считать маленьким. Дети — наше сокровище, и мы должны заботиться о них, чтобы удостовериться, что они не встанут на неправильный путь.

— Хм-м. Госпожа принцесса на ваших плечах умная голова.

— Что ты хочешь сказать, Тина?

— Я думаю о том, как дети будут жить без их родителей, Эвилай.

— Выходит — …, ясно…, так как мы не можем сэкономить драгоценную рабочую силу, чтобы пополнить исчерпанное число войск, вы используете дополнительные средства чтобы поддержать общественный порядок… поняла.

— «Любой с виду ведёт добрую и праведную жизнь, но изнутри его переполняют соблазны. Каждый может, дав слабину, поддаться им, совершить преступление и ступить на тропу зла. Мелкие проступки будут, подобно снежному кому, перерастать в крупные злодеяния. Поэтому, так как предупредить появление этих незримых слабин очень трудно, нужно использовать эти методы, чтобы уменьшить шансы их появления».

— Хм. «…Быть человеком не значит быть сильным», да?

— Ну, люди говорили, это о вас прежде, Эвилай — это беспокоит вас?

— Я думаю, что товарищи уже говорили мне что-то подобное приблизительно три раза.

В то время как последняя половина была чем-то, что никто кроме Эвилай и Тины не могли понять, первая половина была достаточно проста, чтобы мог понять даже Клаим.

Дети лишившиеся родителей, ради выживания, становились разбойниками. Если это случится то даже ослабленные ''Восемь пальцев'' восполнят свои силы, которая пошатнёт установившийся порядок столице королевства.

Проще говоря, его возлюбленная, предприняла эту контрмеру на будущее.

Однако — Реннер поинтересовалась у Эвилай:

— Что это значит?

— Ой… мы не слишком вчитались в него. Или это лишь часть?

Хм- он выглядит достаточно убедительно.

— Ну если вы так говорите, это должно быть правдой. Я чувствую что мы не капли не продвинулись.

— Ну, хоть у меня возникло впечатление, что я упала в ваших глазах… но, это правда Я думаю о множестве вещей, вы знаете? Прямо сейчас эти приюты дают этим детям определенную степень образования, и как только мы начинаем отбирать самых талантливых среди них, другие дворяне, конечно, последуют этому примеру. Из-за этого нам нужно определенное количество детей… Несмотря на то, что это не что-то, чем можно гордиться.

— Нет, я могу понять сбор беспризорников по этой причине, и это тоже замечательно. Если будут результаты, то это достойно похвалы. Подозрительность людей неудивительна, если вы делаете что-то, не ожидая ничего взамен.

— Из-за слишком многих беспокойств, Сердце Эвилай стало чёрствым.

— Ой, да ты такая же, как я, не так ли?

— Определенно нет. Я вполне чиста. Запятнаны здесь только вы.

«Хах!» — звук насмешки пришел из-под маски.

— Верно, верно. Толчком к созданию приюта была идея господина Брейна.

— Брейн Унглас, хах. Что с ним случилось, почему он не рядом сегодня?

— Господин Брейн кое-чем занят. Он сейчас бегает вокруг столицы.

— Хо-о! Разве может быть что-то важнее, чем защита Принцессы?

— Да. Что-то вроде последней просьбы покойного Воина-капитана. К слову, о Воине-капитане… что же, спасибо за твою помощь.

Тина прикрыла веки, будто желая скрыть свои переживания.

— Ну, я весьма зла из-за того, что прекрасное лицо нашей чертовки-лидера пострадало.

— Я очень сожалею за тот случай. Пожалуйста, позволь мне принести извинения от имени отца.

— Я знаю, вы уже просили извинений у босса, поэтому и я прощаю вас.

— Благодарю тебя.

— …Порой, мне кажется, что слова умерших более действенны, чем живых.

Эвилай на мгновение скользнула взглядом из экипажа, погрузившись в мысли.

Но лишь на мгновение.

— Говоря об этом, что делает Брейн Унглас?

— Воин-капитан сказал Брейну, что надеется на него — что тот займет место следующего Воина-Капитана, но Брейн чувствует, что не годится для этой задачи. Тем не менее, он ищет кого-то подходящего стать следующим Воином-капитаном, и затем он собирается тренировать его.

— Так он ищет кого-то не из дворянской семьи… Понимаю — все же и Газеф, и Брейн из обычных граждан. Поэтому и размышляют схожим образом. И приказом от него было…

— … Это верно. Приказом было построить приют. В следующий раз, я намерена посетить приют с Брэйн-саном. Возможно, среди них будут талантливые дети.

— Ну, я очень восприимчивая, — сказала Тина. — Как насчет Эвилай?

— Невозможно выявить магический потенциал у детей, просто наблюдая за ними. Вы должны иметь большой магический опыт, что бы знать кто может стать магом, а кто ограничен этим. Даже если кто-то из детей талантен в спиритизме или в божественной магии, я не смогу выявить их.

Реннер издала звук «Хм-м-м-м…» обеспокоенным тоном, и затем улыбка зацвела на ее лице.

— Ну, я думаю, что мы должны пригласить в приют людей из всех слоев общества и позволить им искать талантливых детей.

Реннер смотрела на них обоих, очевидно пытаясь что-то передать соим пристальным взглядом. В некоторой степени это было более убедительно, чем фактическая речь.

— … Это довольно наивно. Но если случалось так что товарищ, ах…

— Я сожалею, Эвилай, если бы это был наш дьявольский лидер…

— Да. Однако, я не соглашусь так легко, даже если это будет со слов того коллеги, нет? В конце концов, нам нужно определенное количество финансов для этого — так как мы были наняты, нам будет нужен минимальный платеж. Кроме того, если мы ничего не соберем, то это будет плохо для других также. Это также нарушит правила авантюристов. Кроме того, за само обучение потребуется отдельная плата.

— Ну, я действительно соглашаюсь со всем, что вы сказали, но я очень сожалею. Правда в том, у меня нет на это денег…

Реннер склонила голову в унынии, после сказанного.

Третья Принцесса была запасной деталью среди запчастей, и никто не испытывал ожиданий от нее, кроме преимущества создать родство с королевской кровью через брак. По этой причине никто из дворян не оказывал ей поддержку, отчего она испытывала недостаток в личных средствах на желаемые расходы. Конечно, это не большая неприятность для Реннер, ведущей простой образ жизни. И все же, Первая или Вторая Принцессы ни за что не стали бы терпеть такое положение дел.

И именно поэтому Клайм живо ощущал её чувства, вложенные в ту броню, что сейчас носил.

— А я слыхала, все принцессы носят красивые платья, и живут в роскоши…

— Как бы прискорбно это не звучало, реальность совсем не так радужна. Впрочем, разумеется, бывают и такие принцессы.

При виде затеплившегося в глазах Реннер восторга Клайм ощутил, как в груди поднимается какое-то неописуемое чувство.

Как бы он хотел подарить такую жизнь ей, одновременно и прекраснейшей, и благороднейшей душе в мире.

С другой же стороны, всем, что у него было, он обязан ей. Он находится сейчас здесь лишь потому, что она спасла его. Реннер вдруг повернулась, её сияющие глаза встретились с глазами сидящего рядом Клайма.

— Думаешь о чем-то, Клайм?

— Ах, нет, ничего, Реннер-сама.

— Вот как? Ну, если тебе придёт в голову какая-то мысль, то говори, не стесняйся. Мы ведь все должны помогать друг другу в нынешние тяжёлые времена.

— А, да! Спасибо большое!

— Эй. Простите что мешаю вам ворковать, но я серьёзно против того, чтобы учить кого-то даром. Плевать что она говорит, я всё равно требую подобающей оплаты.

— Я постараюсь не разочаровать вас.

Реннер поклонилась.

— Хм-м-м… но вы ведь хотите узнать, есть ли у кого-то из них талант или нет, верно, Ваше Высочество? Я бы могла просто пронаблюдать, как они движутся, но что насчёт тебя, Эвилай?

— …М-м. Ха-а. Ну, скажу прямо. Нельзя определить глубину способностей человека, просто заставив его сделать несколько упражнений. Способность к магии это скорее нечто внутреннее, чем внешнее. Кроме того, я может и кажусь гением по части магии, но это не так. Со способностями того Имперского заклинателя мне не сравниться.

«Таким образом, определяя таланты…»

— Талант… — Реннер вздохнула, — Насколько всё было бы легче, будь мы способны распознавать таланты в детях. Вдобавок это помогло бы смягчить упрямство дворян в отношении простолюдинов.

— Ну, как насчёт создать систему всеобщего распознавания талантов детей? Существуют заклятья третьего уровня, способные определить, обладает или нет человек врождённым талантом. Впрочем, чтобы открыть полную картину, понадобятся заклятья посложнее… ну, как бы то ни было, это просто досужая мысль.

— Правда? Неужели правда можно определить врождённый талант?

— Ну, не знаю с чего у тебя вдруг так загорелись глаза, но не жди многого. Я слыхала, что у спиритуалистов есть заклятье третьего уровня, способное показать заклинателю, обладает ли стоящий перед ним человек талантом. Ну, даже если это и правда, сложности на этом лишь начнутся. Нужно будет придумать, как развить этот талант. И никто не застрахован от того, что в результате талант не окажется какой-нибудь бессмысленной способностью.

— Вот как…

Свет в глазах Реннер потускнел.

— А я думала, лучше будет позволить им попробовать понемножку всего. Ну там, стоять под водопадом, или вдыхать какой-нибудь не слишком опасный усыпляющий газ, чтобы впасть в транс. Говорят, так можно вдруг осознать свой талант, или что-то типа того.

— Да ладно? Правда, что ли?

— О, Эвилай-сан, а у вас есть врождённый талант?

До сих пор разговорчивая Эвилай вдруг замолчала. Словно затронутая тема была ей неприятна.

Однако, его госпожа была достаточно наивна, чтобы продолжать расспросы.

— Не могли бы вы рассказать мне, что это за талант?

Нельзя даже было сказать, что она не осознаёт бесцеремонности своих манер, просто принцесса всегда вела себя так. Можно сказать, она не умеет следить за разговором, или что имеет привычку нечаянно задавать вопросы, которые обычно стараются не поднимать.

Она поступала так вовсе не из-за пренебрежения собеседниками; виной тому её происхождение из королевской семьи.

— Да что ты так прицепилась, а?

— Среди моих знакомых не так-то много людей с врождёнными талантами, так что я хотела бы знать, какой способностью обладаете вы, Эвилай-сан.

— Вот как. Ну, раз уж на то пошло, можно и рассказать.

Эвилай наклонилась вперёд, и Реннер — явственно демонстрируя предвкушение — последовала её примеру.

Врождённый талант иногда может оказаться решающим козырем, в особенности для приключенца. Клайм сомневался, что Реннер станет разбалтывать такой секрет, но всё же полагал, что подобную информацию не стоит так просто разглашать.

— Но я бы не хотела, чтобы это услышал кто-то ещё, так что не придвинешь-ка ухо поближе?

— Пожалуйста.

Реннер придвинулась к Эвилай ещё ближе.

И тогда…

— КАК БУДТО Я БУДУ РАЗБАЛТЫВАТЬ ВСЕМ В ОКРУГЕ ТАКИЕ ВАЖНЫЕ ВЕЩИ КАК ЭТА!

Её разозлённый голос разнёсся по всему экипажу.

Тина, казалось, предвидев это, прикрыла уши заранее.

— Как же так! В ушах звенит!

Рейннер бросилась в объятися к Клайму. Раздался приглушённый звон доспехов.

Она отпрянула от него, с глазами, полными слёз.

Клайм мгновенно отбросил возникшие у него мысли: о её красоте, как приятно от неё пахло, и множество других, глупых вещей возникших в его сознании. Любые фантазии такого рода воспрещались.

— Эвилай-сама, я понимаю, что вы чувствуйте, но я прошу у вас прощения…

— … Ха? Сопляк, она стала такой, потому что ты её балуешь, нет?

— Н-нет, всё не так, ничего подобного, я, я вовсе не балую Её Высочество…

Даже если он хотел её избаловать, он не нашёл бы способа как это сделать.

— Да, я считаю, что Клайм может, должен баловать меня ещё больше. Я согласна с тем, о чём вы сказали, Эвилай-сан.

— Нет, нет, это не так, Принцесса-сама. Мне кажется это не правильно…

— Ну конечно же правильно! Если ты будешь меня баловать, мне будет легче сносить такие вот упрёки. Ты должен меня баловать побольше. Для начала, мы могли бы дремать вместе, совсем как в детстве, помнишь? Ну же, Эвилай-сан, прошу, продолжайте!

— Угх, забыли. Ну что я за дура… Ладно, как бы то ни было, дитя, я не намерена рассказывать всем подряд о своём таланте. Понятно?

— Это действительно настолько опасно?

— Ах, да. Это мой туз в рукаве. Если я им воспользуюсь… да, это будет как если бы меч нашей предводительницы вышел из-под контроля. Он сможет одним взмахом уничтожить целый город.

В словах Эвилай, сказавшей это ощущалось ужасное давление.

Однако, с груди Клайма раздалось удивлёное «Да?». Он хотел было взглянуть вниз, но понял, что если сделает это, то никак не сможет отвлечься от того факта, что Реннер так близко к нему. Это просто невозможно.

Он поразмыслил, не отпихнуть ли её в сторону, но приняв во внимание лёгкое и хрупкое тело принцессы, понял, что боится не рассчитать силу.

В то время пока сердце Клайма колотилось, разговор продолжался без него.

— Тот меч Лакюс?

— Ах, по её словам, если он сойдет с ума, это приведет к серьёзным последствиям. Город, нет, нация будет полностью уничтожена. Она говорила, что использует часть своей силы, чтобы подавить его…

— Так вот оно что… А я и не знала…

Клайм ещё не рассказывал своей госпоже о демоническом мече.

— Лучше особо не забивать себе голову. Она не говорила вам двоим, потому что не хотела, чтобы вы волновались. Буду очень признательна, если и дальше будете делать вид что ничего не знаете.

— …Ясно. Я поняла. Так и сделаю.

— Кстати говоря, что случилось с Айндрой-сама? Я давно её не видел.

— Хм? А, никто не говорил, да? Ты не говорила ему, Твоё Высочество?

— …Забыла. Похоже, она тренируется вместе с Гагаран-сан и Тией-сан.

Эвилай приняла эстафету от Реннер и продолжила.

— Они обе погибли во время сражения с Ялбдабаофом, Лордом Демоном, который напал на Королевство. Конечно, они были возрождены после этого, но это израсходовало большую сумму их жизненных сил. Таким образом они должны поставить себя в опасность, шагая на краю жизни и смерти, чтобы возвратить их силу.

— По правде говоря, мне жаль, что я не пошла с ними.

— Однако, если бы ты сделала это, то ты начала бы полагаться на это своим сердцем. Лучший путь к силе через небольшое количество коротких сражений.

— Я сомневаюсь в этом.

— Угу, это действительно походит, на эффективный способ «левел апа»(повышению уровня)… Ну, если Вы не полагаетесь на тот метод, вы даже не могли бы быть в состоянии тянуть время, когда тот товарищ атакует столицу королевства снова.

— Тянуть время? Ах-х — время для человека которого вы рекомендовали, Эвилай?

— Конечно! Пока тот господин герой не прибудет!

Настроение Эвилай внезапно изменилось.

Можно было ясно чувствовать ее страсть и волнение через ее маску.

— Это Момон-са…сама, верно?

— Верно! Великий герой, Момон-сама! Самый могущественный воин из всех, который размахивает своими двойными двуручными мечами как ветками! Нет сомнения, что то, что он — самый сильный боец на земле! Даже если Ялбдабаоф прибудет снова, пока Момон-сама неподалеку, то он определенно убьет его! Хотя, это был позор, которого ему удалось избежать в прошлый раз. Однако, тот великий человек должен был продумать контрмеру для этого к настоящему времени!

Разбитый страстью ее слов, все что Клаим мог сделать, слабо ответить, «Ах, да».

— Но этот человек действительно приедет? Разве он не служит Королю Заклинателю?

Выражение Тины было действительно удручающим, когда она сказала это Эвелай, которая сжала кулаки.

— Aх-х… Момон-сама! Дерьмо, тот проклятый Король Заклинатель! Только подумать он фактически взял под свой контроль того великого человека! Даже если Небеса позволят это, я не стану! Если бы только я могла победить его и освободить Момон-саму! Что же, спрашивается, он думал, так или иначе? Возможно, я должна пойти в Э-Рантел и спросить Момон-саму о его мыслях, как насчет этого?

— … Это должно подождать, пока эти обе не придут в себя.

— Я просто задержусь там на некоторое время, и как только ознакомлюсь с местностью, я смогу просто телепортировать назад. Плюс, если я использую «Полет» и буду путешествовать одна, это не займет много времени!

— Эвилай, ты действительно меняешься, как только дело доходит до Момона…, разве наш дьявольский лидер не сказала, что ты не можешь делать подобные вещи?

— Так помоги мне сохранить тайну!

— Ну, я ведь такаа-ая болтушка, выложу всё, не успею и опомниться.

— Ой, судя по твоему образованию, это невозможно, ведь так?

— Увы, сейчас я Тина из «Голубой Розы», также известная как «Не Могу Сохранить Секрет, Чтобы Спасти Свою Жизнь».

Именно тогда глаза Тины приобрели серьёзный блеск.

— …Хм, это хороший шанс. Я кстати давно хотела спросить у тебя, Эвилай — сможешь ли ты убить Короля Заклинателя?

Эвилай замерла. Её возбуждение мгновенно иссякло, оставляя после себя лишь наиболее продвинутого магического заклинателя среди авантюристов.

— Если слухи не лгут, то он владеет наибольшей силой среди всех магов. Я провела небольшие исследования на Равнине Каз и опросила своих знакомых — даже связалась с той бабушкой — и вот что получила, проанализировав информацию. Это так нелепо, что уже не смешно. Это абсурдно настолько, что у меня появились подозрения о наложенной на сопляка иллюзии.

— Это точно была не иллюзия. Там было так много трупов…

Лицо Реннер исказилось в агонии.

— Из 260 000 человек, принимавших участие в этой войне, 180 000 погибли. Я также слышала, что есть выжившие, которые не смогут продолжать нормальную жизнь из-за нанесённых психологических травм. Отцы многих сирот потеряли там свои жизни.

— Ну, после рассказа этого сопляка, стало ясно как они смогли найти там свой конец. Если за ними гналась такая прорва монстров…

— …Да. Это был ад. К счастью, со мной были Брейн-сан… и воин-капитан, лишь благодаря этим двум сильными мужчинам, я сохранил рассудок. Тем не менее, я иногда ловлю себя на желании оглянуться через плечо. Должно быть обычным крестьянам ещё тяжелее, сойти с ума в их ситуации неудивительно.

— Ты действительно должен поблагодарить свою удачу за это.

Клайм мог только кивнуть в ответ.

— Теперь Тина. Честно сказать, я не смогу победить Короля Заклинателя.

Этот ответ был ожидаем.

— Как я и думала…

— Это так. Возможно я могу найти способ борьбы с этими монстрами. Конечно, это будет сложно подтвердить, не присутствуя там. Тем не менее, Король Заклинатель может контролировать и призвать такое количество тварей. Он действительно чудовище, которое не должно существовать в этом мире. Его можно назвать обладателем силы богов.

— Возможно они были вызваны с помощью артефакта, а не силой Короля Заклинателя?

— Возможность существует, но если это и так, то опасность никуда не исчезает. Тем не менее, мы не можем проверить.

— Если бы только он вступил в конфликт с Ялдабаофом.

— Это исход, которого мы все желаем. Тогда лучшим развитием событий будет, если Момон-сама сразится с Королем Заклинателем.

— Если выбирать между Момоном-сама и Королём Заклинателем, кто сильнее?

Вопрос задал Клайм, который считал Короля Заклинателя, вызвавшего этих ужасающих монстров, сильнейшим. Но его потряс задумчивый ответ Эвилай.

— Я не уверена. Лично я считаю, что Момон-сама — укротивший Ялдабаофа — сильнее. Но Король Заклинатель также обладает огромной мощью. Обе стороны настолько нас превосходят, что я не могу предвидеть исход.

— Всё таки, иметь кого-то вроде него под знаменем Короля Заклинателя — самый наихудший сценарий. Никто не осмелится бросить ему вызов.

В самом деле.

Единственный человек, бывший на равных условиях с Королём Заклинателем, стал его вассалом. Это было действительно тревожное развитие событий. Любой, кто объявит войну Королю Заклинателю, на деле объявит её двум Королям Заклинателям.

Постепенно настроение в экипаже становилось более мрачным. Раздался стук в дощечку, отделявшую места пассажиров от места кучера, и она была отодвинута.

— Мы вскоре прибудем к Королевскому дворцу.

Услышав слова кучера, Реннер медленно поднялась на ноги и прикрыла глаза вместе с двумя авантюристками, сидевшими напротив неё.

— Сегодня вы мне во многом помогли. Когда Лакюс вернётся, я хотела бы отблагодарить её как подобает. А пока, не найдётся ли у вас времени отобедать со мной?

* * *

Получив сообщение о возвращении младшей сестры, Второй Принц — Занак Варлеон Игана Райль Файсельф — оставил свои покои, чтобы поприветствовать её.

Судьба его старшего брата, Барбро Андреана Иельд Райль Вайсельфа, до сих пор оставалась неизвестной. Учитывая, сколько времени прошло, маловероятно что он выжил. Следовательно, Занак фактически наследник престола. А значит, ему совершенно не подобает вот так выходить навстречу младшей сестре. Пусть они и близкие родственники, но его положение явственно выше.

И всё же, несмотря на это, он решил встретить её, так как хотел срочно обсудить с ней одно предложение. Занак, может, и не был так уж рад обращаться к Реннер, но, лишившись ближайшего советника, не мог довериться кому-то ещё.

Вскоре его младшая сестра предстала перед ним.

Клайм — облачённый в свои сверкающие белые доспехи — стоял рядом. Куда бы ни направлялась Реннер, Клайм сопровождал её. Так что в его присутствии не было ничего необычного.

Клайм. Беспризорник, подобранный Реннер на улице.

Раньше Занак считал, что она спасла его из сиюминутного каприза. Однако, узнав о странностях характера своей сестры и её непревзойдённом интеллекте, он пришёл к мысли, что в её действиях может быть причина.

И вскоре, после того, как на Столицу напал Ялдабаоф, а Король-Заклинатель устроил ту великую резню, Занак начал постепенно понимать, что это за причина.

В Столице найдётся не так-то много воинов, превосходящих Клайма. Даже среди отряда отборных воинов Газефа можно было бы пересчитать по пальцам одной руки тех, кто сильнее него.

А ещё, есть тот человек по имени Брэйн Унглаус, что сошёлся с Клаймом, и её близкая дружба с Лакюс, лидером «Синей Розы», команды адамантовых приключенцев. Нет сомнений — его младшая сестра обладает сильнейшей военной мощью в Столице.

…Не планирует ли она вооружённый переворот?

Занак прав, что держится настороже.

Даже если Реннер и не из тех, кто может с лёгкостью пойти на подобное, всё равно лучше предпринять предосторожности. Так что Занак начал тайно наводить контакты с орихалковыми и мифриловыми приключенцами.

Он молчаливо поблагодарил своего старшего брата.

Такую свободу действий в нынешней ситуации он получил именно благодаря тому, что старший брат пропал без вести и тем самым посадил Занака на трон. Ещё одной причиной было то, что доходы брата теперь доставались ему.

Впрочем, то, что тело его брата, Наследного Принца Барбро до сих пор не было обнаружено, вселял крупицу беспокойство в сердце Занака. Будет весьма проблематично, если окажется что тот попал в плен Королю-Заклинателю или прячется в какой-нибудь деревне, залечивая раны.

— Да что это… он до самого конца будет мешать мне? — пробормотал Занак, достаточно тихо чтобы члены его свиты не расслышали.

Нужно стараться избегать конфликтов с дворянами, пока он не упрочит своё положение.

Пока что Занак не ощущал особой уверенности в своих силах.

Маркиз Рэйвен — заключивший союз с Занаком с целью обновления Королевства — бросил его и удалился в свои владения. Ну, это можно понять, учитывая какие потери понесли его люди, но в то же время, было впечатление, что возвращаться тот более не намерен.

Отчасти, должно быть, причина в гибели его отряда отставных орихалковых приключенцев, и его личного стратега, бывшего крестьянина, собственным умом пробившего себе дорогу вверх по социальной лестнице, которого Рэйвен очень хвалил и называл своим сокровищем.

Занак ощутил лёгкое покалывание в животе. Облегчит ли разговор с сестрой его тревоги?

В течении нескольких последних недель его мучила некая проблема.

А именно — стоит ли отправлять дары Королю-Заклинателю? И если да, то отправлять их как поздравление с основанием его государства? Или найти другой повод?

Исходя из нынешней ситуации, правильным будет не отправлять подарков. С какой стати кто-то станет отправлять дары тому, кто занял часть его страны и основал там своё государство? Соседние страны наверняка поймут это как признание собственной слабости. Но Ре-Эстизу сейчас необходимо оставаться в как можно лучших отношениях с Колдовским Королевством.

Хотя сила Колдовское Королевство осталась неизвестной, факт, того что Король Заклинатель мог разрушить страну в одиночку, был общеизвестен.

Несмотря ни на что, он был обязан предотвратить, падение взора этого человека на Королевство еще раз.

Из-за этого он должен был послать подарок. Занак чувствовал, что это не могло помочь, даже если бы другие страны предположили, что это был признак верности вассала феодалу. Неважно как, он должен был купить как можно больше времени.

Однако дворяне никогда не примут этого. Это было неприятной частью.

Сила Короля Волшебника была широко известна. Однако они возможно не приняли бы васального отношения от будущего правителя Королевства (Занака), даже перед лицом такой силы.

Дворяне понесли огромные потери, поэтому они искали козлов отпущения, на которых можно было сорвать гнев.

Нынешний король, Рэнпосса III, был преодолен горем и отчаянием из-за утраты его доверенного лица Газефа Стронофа, попал в состояние ментального опустошения. Наблюдение за королем в этом удручающем состоянии успокоило гнев дворян, в некоторой степени, но их ненависть к их сломанному королю — и возможно всей королевской семье — не могла исчезнуть так легко.

(Если бы этот товарищ был неподалеку, то непременно смог бы придумать что небуть стоящее.)

При возможности, он хотел бы прийти к решению сам. Однако время было трудное, и план действий нужен был ему немедленно.

Занак стоял на месте, громко топая своими ботинками.

Реннер отреагировала на звук и повернулась, чтобы посмотреть на него. Затем она изменила свое направление и устремилась прямо к Занаку. Таким образом, достоинство Занака как вышестоящее лицо останется незатронутым.

Вскоре, его младшая сестра стояла перед ним, но Занак не заговорил первым. Случаи как этот были очень деликатными. Он должен был дать понять большому количеству людей, кто именно здесь главный.

— Я вернулась, брат мой.

— С возвращением, сестра моя.

В ответ на почтительное приветствие Реннер, Занак ответил равным великодушием. Он видел краем глаза, что Клаим поприветствовал его, но не было никакой потребности возвращать приветствие простого солдата.

— Давайте прогуляемся вместе.

— С удовольствием, брат мой.

Занак и Реннер идут вместе, плечом к плечу. Он поднял подбородок, указав, что его свита должна держаться на расстоянии. Если бы он осмотрелся, то увидил бы, что Реннер жестикулирует Клаиму, чтобы приказать ему держаться еще дальше.

— Кстати говоря, брат мой, вы кажетесь вполне измотанными. Что произошло?

Реннер улыбнулась, как только задала свой учтивый вопрос.

— Могло случиться так, что Колдовское Королевство отправило посланника?

Занак мог отчетливо слышать биение своего сердца. Он был слишком сосредоточен на том, какое действие предпринять со своей стороны, и полностью упустил тот факт, что они сами могли попытаться установить контакт с ним.

Другими словами, Реннер полагала, что для второй стороны пришло время начинать действовать.

Занак мысленно принял это к сведению и покачал головой.

— Это не так.

— То есть, вы проделали весь этот путь, чтобы увидеть меня по какой-то другой причине?

— Аа. Я обдумывал проблему подати[1].

— Я думаю, что, как только их эмиссар прибудет, для вас было бы лучше предложить вдвое больше, чем, то что вы в настоящее время предполагаете, дорогой брат. Половина из этого — в знак благодарности за проделывание всего этого пути, в то время как другая половина — я полагаю, что это само собой разумеется?

Занак ничего не сказал, но решил запомнить предложение Реннер.

Действительно, это было очень хорошим ходом.

Конечно, ни один из дворян не возразил бы против представления подарка гостю, который приехал в их дом, даже если были скрытые мотивы для того, чтобы сделать так.

Факт, того что Реннер немедленно решила проблему, которая беспокоила его в течение долгого времени еще раз породил страх в сердце Занака. Кроме того, пока Реннер обладала такими влиятельными подчиненными, даже её убийство может быть проблемой. При этом его единственный выбор состоял в том, чтобы подлизываться к ней.

«…Когда я стану Королем, я дам вам землю на границе. Вы переедете туда».

«Я понимаю. Я буду подчиняться любому вашему приказу, мой дорогой брат.»

— После того, как я отошлю вас, я не буду снова вызывать вас в столицу королевства. Я не хотел бы ограничивать вашу свободу, но я выберу место, которое гарантировано не будет приносить особых трудностей. Вы должны провести остальную часть жизни там.

— Ясно. Моя глубочайшая благодарность.

По всей вероятности, Реннер уже поняла то, к чему он стремился, но он должен был фактически озвучить это, чтобы позволить ей понять доброту, которую он к ней проявил.

«Вы можете взять любого из сирот для ваших детей. В этом отношении вы можете поступать как захотите».

— Большое спасибо, старший брат.

Факт, того что она ответила без промедления, был доказательствами, того что Реннер уже знала то, что Занак собирался сказать.

Занак не мог понять, почему Реннер влюбилась в Клаима обычного простолюдина. Его внешность очень проста, и он не был особенно привлекательным. Он не был достойной парой для его младшей сестры вообще.

«Ах-х, задумайся об этом, я слышал о ее фетише тогда.»

Когда он восстановил в своей памяти те позорные воспоминания о его сестре, Занаку стало жаль Клаима.

— Тогда, я с нетерпением жду того дня когда вы станете королем, брат мой. После вашей коронации, я буду счастлива если вы будете думать обо мне время от времени, поскольку я живу на ферме.

— Oх-х, я буду, моя дорогая сестра. Однако будет лучше, если бы я мог навещать вас чтобы поговорить время от времени — м-м?

Занак обратил свой взор на солдата который подбегал к ним.

Этот человек был одним из выживших членов отряда Газефа.

Он боролся, чтобы защитить Короля на том поле битвы. Теперь, когда Воин-капитан ушел, у него было хорошее положение и доверие Короля. Волей случая, два подчиненных Реннер наслаждались таким же доверием.

Мысленный образ иссохшего тела его отца предстал перед его глазами.

— Мой Принц, Его Величество желает вас видеть.

После этих слов, он повернулся чтобы посмотреть на Реннер.

— Он также желает видеть и вас, моя Принцесса.

— Что случилось?

— Нам стало известно что Король Заклинатель выслал к нам группу дипломатов, для переговоров.

Занак перевел взгляд на Реннер, но все еще отвечал этому человеку.

— Я понял. Скажите ему что мы скоро прибудем. Сестра моя, я отправлюсь первым. Пожалуйста поторопись когда закончишь приготовления к отправке.

— Я поняла, дорогой брат.

Учитывая, что она до недавно вернулась из приюта, одежда Реннер была неприметна и поношена. Ее появление в таком виде перед дворянами опозорит ее.

В месте с этим, Занак стер строгое выражение с своего лица.

— Хм-ф. Вещи остаются такими какими они есть это предложение больше не имеет силы. Ах, в конце концов, мы уже опоздали.

Часть 2

Путешествие делегации Колдовского Королевства из Э-Рантела в столицу Королевства Ре-Эстиз займет, приблизительно, около недели.

И вот наступил седьмой день. Если все будет в соответствии с планом, делегация прибудет в столицу сегодня.

Занак, облаченный в непривычные доспехи, стоял посреди рыцарей, выстроившихся в линию, в воротах Королевства, фасад которых смотрел в сторону Э-Рантела.

Стоявшая последние дни облачная погода прояснилась, будто это все было шуткой, и небо во всю несло картину весны.

Однако, все видели на расстоянии густой облачный покров. Казалось, голубое небо ограничивалось пространством непосредственно над столицей Королевства.

Такой пейзаж был весьма аномален. На самом деле, даже столичный королевский метеоролог, хватаясь за голову, восклицал: «Это невозможно!».

Он работал в Королевском дворце уже долгое время, и мог предсказать погоду последующего дня с точностью более чем девяносто процентов. Таким образом, когда он объявил, что это было невозможно, это подразумевало, что это голубое небо было чем угодно, только не природным явлением.

Занак глубоко вздохнул под своим шлемом.

Он никогда не слышал от своих учителей о магии, контролирующую погоду. Однако этот Король-Заклинатель вполне способен использовать такую магию с высокомерной непринужденностью.

Люди Занака были не только не осведомлены в области магии, но и не имели никаких знаний о других странных феноменах. Все это вызвало боль в его голове. Точнее, еще и потому, что он слишком полагался на маркиза Рейвена.

Он скопил знания от своих авантюристов, объединив их, он назвал это «Свиток Тигра». В нем содержались сведения о различных типах и формах магических предметов, видов и сил разнообразных монстров, всевозможных заклинаний, и тому подобному.

До сих пор он свободно делился свитком со своим союзником — Занаком. Однако, поскольку Рейвен уже не прибывал в королевской столице, Тигриный свиток, разумеется, исчез вместе с ним.

Он пытался разыскать дворян, которые получили знания у авантюристов, коих имел Рейвен, но, к сожалению, не нашлось ни одного. Это было не из-за того, что эти дворяне были глупы, но потому, что они жили в абсолютно разных мирах, относительно тех авантюристов. В то время как некоторые дворяне действительно нанимали авантюристов, это было нужно всего лишь, для того, чтобы воспользоваться их силами. Дворяне не интересовались миром искателей приключений или новостями, которые они получали..

Дворяне всегда были такими на протяжении двухсот лет истории Королевства. С этой точки зрения, Рейвен был весьма нетепичным дворянином.

Наверное, трудно найти искателей приключений в отставке, особенно тех, у кого мифриловый ранг и выше.

Он слышал, что авантюристы ненавидели такие проблемные вещи как политика. Действительно однажды войдя в мир политики, каждый потеряет свою свободу. Захотели ли бы авантюристы, работать на него после ухода в отставку?

Сердце Занака сжалось, как только он подумал об этом.

— Мой Принц!

Крик рыцаря, стоящего рядом с ним, привел Занака обратно в чувства. Он посмотрел в конец улицы — и видел его.

Он уже начинал видеть посланников Королевства Короля-Заклинателя.

Они заблаговременно приложили усилия, чтобы перекрыть движение вниз по этой улице на сегодня. В результате, никто не будет выскакивать из дверей позади них. Городские ворота были также заперты только на сегодняшний день.

Хорошо, давайте пробежимся по этому снова. Мы должны рассматривать их как иностранных высокопоставленных лиц. Попытка чего-либо по отношению к послам Магического Королевства является тяжким преступлением. Оно карается мгновенной смертью.

— Есть!

Ответ ряда рыцарей был довольно мощным, и мечи на их поясах издали чистый, твердый и единый звук.

— Отлично! Проявите предельное уважение, и впечатлите их славой Королевства!

— Есть!

Группа оставалась абсолютно неподвижной, пока не прибыли посланцы.

Вскоре авангард посланников достиг их.

То был облачённый в чёрные доспехи рыцарь, восседающий на вороном как ночь скакуне с красными глазами и двумя рогами, торчащими изо лба. Никто не рискнул бы назвать всадника человеком. Излучаемая им смертная угроза чувствовалась так же явственно, как тепло летнего солнца. Латный доспех пульсировал, словно живой.

Занак чувствовал, что его боевой конь дрожит от страха под ним.

Рыцарь сжал свою когтистую латную рукавицу и ударил себя в грудь.

— Мои извинения! Мы делегация Колдовского Королевства Айнза Оал Гоуна.

Можно было сравнить этот голос с музыкой, выжатой из гниющих инструментов. Только услышав, это заставило встать волосы дыбом у слушателей на затылке. Занак собрал все свое мужество, изгнав страх, и заговорил.

— Я Второй Принц Королевства Ре-Эстиз, Занак Валреон Игана Раил Вайсельф! По приказу Его Величества, я сопровожу вашу компанию в Королевский Дворец. Прошу, следуйте за нами!

— Подтверждаю прием. Далее мы воспользуемся вашим руководством. Этот — прошу прощения, этот не носит фамилии, прошу позволить этому представиться названием своего вида. Этот зовется Всадником Смерти!

Занак немного уставился, когда тот представился названием своего вида, но он немедленно ответил, чтобы не нанести обиду этой паузой.

— Тогда, могу я обращаться к вам, как к господину Всаднику?

— Для меня это будет честью.

— Понятно. Тогда могу ли я поприветствовать лидера посланников? Как Второй принц, я также ответственен за действия нашего лидера представляющего Королевство. Если возможно, я хотел бы объяснить обстоятельства вашему лидеру.

— Принято. Этот передаст ваше сообщение нашему господину.

— Примите мою глубочайшую благодарность.

После этого, эскорт отступил, чтобы доставить свой отчет.

В то время как весь процесс казался довольно смехотворным время от времени, он солкнулся с Колдовским Королевством, в конце концов. Это была страна, которая могла управлять нежитью и использовать монстров, таким образом, будет лучше предположить, что обычные способы ведения дел были недоступны. Он чувствовал себя глупо ожидая что у лидера посланников будет человеческое тело.

— Так теперь, все сожмите свои губы. Ни при каких обстоятельствах не смейте раскрывать рты.

— Есть!

Как только он услышал ответ рыцарей, Занак втянул свой живот.

Посланники прошли через несколько городов на пути сюда, так Занак узнал о составе группы другой стороны.

Там было пять экипажей.

Каждый из них тянул похожий на лошадь монстр излучающий зловещую ауру. За ними шли монстры, которым поручена охрана периметра и многочисленные Всадники Смерти. Также среди них были и другие монстры.

Занаку были неизвестны имена тех монстров или насколько опасны они были. Однако, знал он их или нет, его обязанности остались неизменными. Так как они были посланниками, посланными Королем Заклинателем, о не мог допускать возможности проявления неуважения к ним.

Всадник Смерти — возможно тот же что был до этого — приближался к нему со стороны посланников.

— Простите за ожидание. Наш великий лидер — правая рука Короля Заклинателя Аинз Оал Гоуна, госпожа Альбедо, согласилась встретиться с вами достопочтенный Занак, пожалуйста, следуйте за мной.

Занак подал сигнал рыцарям удерживать их позиции а сам повел свою лошадь рядом с Всадником Смерти.

По правде, это было довольно ужасающе.

В конце концов, Занак продвигался через монстров которых никогда раньше не видел.

Несмотря на это, у него все еще была своя гордость как у члена Королевской семьи. Занак скоро станет Королем, и так как он должен будет обязательно встретиться с эмиссарами Короля Заклинателя, он не мог опозорится. Вместо этого он должен был продемонстрировать свои способности и показать что в королевстве Ри-Эстиз есть талантливые люди.

Лошадь Занака бросало в холодный пот при приближении к экипажу. Занак спешился перед экипажем.

— Значит это лидер со стороны посланников Адьбедо-сама.

Какой вид монстра собирается показаться перед ним? Занак приказал себе не изменять выражение своего лица.

Дверь медленно открылась и неспешно появилась человеческая фигура.

То что он увидел — было прекрасно.

Нет, Занак не мог придумать слов, которые могли бы лучше описать ее. Единственное, что пришло на ум было «неописуемая красота мирового масштаба».

Возможно никто в этом мире не мог обладать внешностью, заслуживающей сравнения с внешностью Реннер. Занак до сих пор верил в это, но потом он осознал что ошибался Если у Реннер была ослепительная красота, то у Альбедо была обворажительная красота с темными нотками.

Альбедо ступила на подножку кареты. Слабый отзвук от ее высоких каблуков встрепенул Занака, заставив его вернуться к реальности..

Занак немедленно преклонил колени перед ней и опустил голову.

Можно подумать, что это унизительно для Принца из королевской семьи, стоять на коленях перед кем либо, даже если тот и был посланцем из другой нации. Однако учитывая разницу в силе между Королевством и Колдовским Королевством, это был бы правильный ход действий. Ведь сейчас Королевству нужна не слава, а конкретная польза.

— Пожалуйста поднимите голову.

Тихий, прекрасный голос проговорил над его головой.

— Наконец то.

Когда он поднял глаза, лицо девицы все еще улыбалось, она ласково взглянула на него.

Это было обычным отношением превосходящего человека — нет, она вообще человек?

Занак обвел её взглядом, чтобы дать оценку. Во-первых, были ли крылья на ее талии магическими, или какими либо другими? Точно так же как и рожки, вьющиеся по обе стороны из ее головы.

Это было действие магического предмета или она действительно была гетероморфным существом, никто из них не казался особенно странным учитывая то что они прибыли из Колдовского Королевства.

— Я — посланник Колдовского Королевства Аинз Оал Гоун, Альбедо. Хотя это всего лишь в течение нескольких дней, мы будем полагаться на вас. Встаньте, Принц-доно. Вы не сможете продолжать говорить, стоя на коленях.

— Примете мою глубочайшую благодарность.

Занак выпрямился, и тут проблема предстала сама по себе.

Казалось он узнал из разговора, что ее имя было Альбедо, было ли это в действительности верно?

В Королевстве — и в Империи — у простого человека было два имени, дворяне имели три имени, у титулованных людей было четыре имени. У королевской семьи было четыре имени — плюс их титулы в общей сложности пять имен.

Вот почему Зиркнифа Рун Фарод Эль-Никса дразнили из-за его четырех имен, якобы оно не было действительно королевским. Однако имя как Альбедо походило на псевдоним или прозвище. Было непростительной ошибкой, обратиться к члену дворянства с таким прозвищем.

Хоть он может быть и напрасно беспокоился, он не мог быть уверен, что такая ситуации не произойдет.

Причина, почему он сказал это потому, что много дворян погибли в предыдущем сражении. Погибшими были не только главы семей, но даже первенцы — наследники некоторых семей. В настоящее время много благородных семей были во главе с «Запасными», вторыми или третьими сыновьями.

Запасной был запасным. Никто не ожидал многого от этих дворян. Мало того, что они испытывали недостаток в квалификации, но они им также не хватало знаний. Попросту говоря, им не хватало надлежащего воспитания.

При нормальных условиях они должны быть воспитаны должным образом более старшими в их фракциях, но предшествующая война стала причиной отсутствия людских ресурсов для такого дела. В результате, много неумелых людей оказались в первых рядах. И эти неумелые люди собрались вместе, чтобы создать неумелую фракцию.

В настоящее время класс дворянства Королевства резко упал благодаря этим людям. В этот решающий момент могли ли они встретить такую женщину, как Альбедо, обладающей подобающим этикетом?

— Простите мою грубость, но как я должен обращаться к вам, Альбедо-сама?

Это был немного неуважительный вопрос.

Обычно, он должен был спросить. «Какой вы имеете титул среди знати, Альбедо-сама, или возможно каково ваше положение в Колдовском Королевстве?»

Проблема была в том что она могла ответить, «Вы даже не знаете ранги дворян вашей соседней страны?»

Однако, это было ошибкой Колдовского Королевства.

Ведь никакой информации о Колдовском Королевстве не текло из их границ. Хоть они и объявили о своей независимости несколько месяцев назад, они, в основном, ограничили себя внутренними делами. Это был первый раз, когда они участвовали в дипломатических отношениях по своему согласию.

Все, что Занак знал об Альбедо — она является главной в делегации, а также правой рукой Короля-Заклинателя.

(Империя, вероятно, знала… но они не сказали нам ничего… Что же, любой, попросивший использовать на нас то заклинание такого вида, должен ненавидеть нас до костей.)

Как будто почувствовав его беспокойство, Альбедо произнесла:

— Хотя, может это не подходит к контексту, я была назначена старшей, командующей Стражами Этажей и Стражами Областей в Колдовском Королевстве Айнза Оал Гоуна.

— О, понятно.

Он сказал это, но не имел никакого понятия, что значит «старшая». Вдобавок, он был полностью не сведущ касательно «Этажей», которые она упомянула.

Альбедо продолжила говорить, видимо, заметив его скрытое замешательство.

— Именно. Я — заместитель владыки Айнза… то есть, нет, Короля-Заклинателя. Моя должность — Смотритель Стражей. Может, это лучше подойдёт?

Ооо, вот оно что!

«Владыки Айнза», похоже, что они достаточно близки, чтобы обращаться к нему подобным образом. Получается что, она — маркиза, нет, возможно, герцогиня? Я должен поделится этой информацией с другими. Но тем не менее, Страж… Смотритель?»

— Что ж, Альбедо-сама, позвольте сопроводить вашу светлость в Королевский Дворец. Там для вас подготовлены покои, которые вы, надеюсь, найдёте удовлетворительными. Мой отец — Король Ранпосса III — по причине своих преклонных лет не смог встретить вас у врат лично, и поэтому отправил меня. Молю вас не считать это оскорблением.

— Все в порядке.

Ее улыбка не изменилась.

Обычно она должна была благодарить Принца. Впрочем, он мог ясно понять, кто же был лидером партии из-за ее отношения.

На спине у Занака выступил холодный пот. Потому что он понял, что выстроить с ними хорошие отношения будет очень сложно.

— … Кроме того, мы обычно звонили бы в колокола на праздновании, но неудачное недоразумение между нашими странами привело к трагедии, поэтому, пожалуйста, простите нам за то, что не сделали так. Кроме того, обычные люди еще не знают о вашем прибытии, поэтому, пожалуйста, примите это во внимание.

«Конечно, это не проблема.»

Он понятия не имел, что люди будут делать если узнают что эмиссар Короля Заклинателя прибыл чтобы говорить с ними. Таким образом ответ Альбедо стал большим облегчением.

«Не лучше ли думать, что я обязан ей?»

Он нисколько не волновался, что посланники подвергнутся нападению разъяренной толпы Все те смертоносные всадники — воистину, они — кто присутствовал, были вероятно очень сильны, даже в рамках самого Магического Королевства. Он с легкостью бы поверил в то, что каждый из них был равен Газеффу Строноффу.

«Тогда могу ли я задать несколько вопросов?»

— Конечно! Я отвечу на ваши вопросы еcли это будет в моих силах.

— Ну тогда подскажите маршрут после того, как мы доберемся до Королевского Дворца?

— Да! Во-первых, сегодня вечером будет намеченный ужин со мной и остальной частью Королевской семьи. Завтра мы посетим театр, чтобы посмотреть на танцы, и проведем званый обед к вечеру, куда будут приглашены все дворяне Королевства. На следующий день гвоздем программы будет Дворцовый оркестр — после которого мы начнем дипломатические переговоры.

— Вот как… далее, я полагаю, не возникнет никаких проблем, если мы пожелаем прогуляться по столице?

— Конечно. Мы подберем исключительно рыцарей в качестве охранников.

Хоть эти слова и были для их защиты, они также подразумевали наблюдение, и даже сдерживание их, если возникнет необходимость.

— Могу ли я узнать, какие места вас интересуют?

Они должны полностью перекрыть площадь в этот день, чтобы сделать невозможным для простолюдинов проход рядом с этим местом.

— Нет… нет мест, что особо меня интересуют. Так как я не знаю, какие места мне стоит посетить в столице, не могли бы вы отправить меня на экскурсию?

— Понял. Я выполню вашу просьбу.

Альбедо улыбнулась и кивнула.

Часть 3

В течение прошлого месяца или около того, Филип чувствовал, что был одним из самых удачливых мужчин Королевства.

Он был, возможно, самым удачливым человеком, если говорил бы так о себе. Однако, скромность тоже была достоинством. Кроме того, могли бы быть другие дворяне, более удачливые, чем он, таким образом, будет лучше не говорить в абсолютных понятиях.

(Дворяне — ха.)

Филипп натянул улыбку, пока поправлял свою одежду.

Это был только вторый раз, когда он участвовал в столь благородном вечере как этот. Однако, возможно он должен сказать, что ожидания от этого праздничного ужина, организованного королевской семьей — откровенный упадок, в сравнении с тем что он посетил ранее.

Парадная одежда других гостей казалась намного более дорогостоящей, чем на предыдущей вечеринке. Сколько же денег она стоила? Филип поглядел на свою собственную одежду и начал чувствовать себя немного расстроенным.

Как он и думал, у дворян высшего сословия была действительно потрясающая одежда.

Дворянки в их маскарадных костюмах, у всех были улыбки на лицах, но те улыбки дразнили его с его простым одеянием? Филип не мог так не думать, даже без любого основания для этого. Когда он озирался, он вообразил всех окружающих дворян, смеющихся над ним.

(Это — все, потому что у меня нет никаких денег.)

Если бы его поместье было более богато, он был бы в состоянии носить лучшую одежду. Однако поместье Филипа никогда не было настолько процветающим. Даже его теперешняя одежда была торопливо перешита из торжественной одежды его старшего брата. В результате он все еще чувствовал себя немного скупым.

(Ну, денег не хватает из за того, что предыдущие владельцы были бесполезны. Так что, как только земли перейдут ко мне, я сделаю владения богаче).

Филипп был третьим сыном в семье.

Так же, как среди простолюдинов, в благородной семье не были особо рады третьему сыну. Не важно насколько богата была семья, многократное разделение имущества, в конце концов ухудшит её благосостояние. Поэтому, все наследство переходило к старшему сыну. В этом отношении семьи дворян следовали тому же принципу, что и простолюдины.

Возможно, более обеспеченная семья могла оказать финансовую поддержку третьему сыну. Возможно, они могли воспользоваться своими связями с другими дворянами, чтобы лучше устроить его. Однако, это не имело никакого отношения к семье Филиппа.

Как только старший сын достиг совершеннолетия — в других словах, когда шанс его смерти от болезни стал минимален — третий сын, Филипп, стал ненужен своей семье.

Ему дадут немного денег а затем выгонят из родительского дома? Или возможно отправят жить с бедной семьей и работать как обычный крестьянин. В обоих вариантах его ждала трагическая судьба. Однако, все развернулось совсем по другому. Вместо этого, он впервые вышел в свет на роскошном светском балу.

Вот почему Филипп чувствовал себя удачливым.

Первой удачей было то, что его старший брат, второй сын в семье, умер от болезни ещё не достигнув совершеннолетия.

Так как старший брат — первый сын в семье — к тому времени уже был мужчиной, больше не было необходимости во втором сыне. К тому же, их феодал не был богат и они могли использовать только травы, взамен священников, для его лечения. В итоге, его состояние начало ухудшаться, и в конце концов он скончался.

С этого момента, Филипп был повышен до позиции запасного. Его ценность возросла — от крестьянина до дворецкого.

Подобные случаи не были редкостью.

Однако, то, что позволило, Филиппу попасть в верхние слои было результатом его второй крупицы удачи.

Через несколько лет, после достижения совершеннолетия настало время для старшего брата Филиппа принять руководство родовым имением. Затем разразилась та война с Империей. Если бы она была такой же, как и в прошлые годы, то должна была закончиться после нескольких стычек. Таким образом, это был безопасный способ получить боевые заслуги и предмет гордости для семьи, отправившей мужчин на битву.

Однако, его старший брат не вернулся.

Он был поглощен магией Короля Заклинателя и погиб вместе с двадцатью крестьянами, отправившимися с ним.

Филипп не мог забыть момент радости, когда он услышал эту новость. Это была радость, которую он взращивал в себе с момента становления запасным сыном.

Его тело не было найдено, как и комплект лат, доставшихся от предков. Но это не было такой уж проблемой. Как только семейные владения станут богаче, Филипп сможет позволить себе латы получше. Важнее было то, что титул наследника перестал быть недостижимым и практически стал его.

Время для этого было идеальным.

Если бы его брат скончался после того, как унаследовал семейные владения, Филиппу пришлось бы ждать пока его племянник достигнет совершеннолетия. Однако, так как его брат умер до того, как вступил в наследство, его владычество стало решенным вопросом.

Все выглядело так, как будто Король Заклинатель специально устроил все как можно лучше для Филиппа.

Поэтому, Филипп даже чувствовал некий намек на доброжелательность к Королю Заклинателю, которого он раньше не встречал. Если бы он только мог передать свою благодарность непосредственно его эмиссару.

Вдобавок…

(Все верно. Я схвачу удачу за хвост. Как можно упустить такой шанс прямо у себя из под носа?)

Сердце Филиппа вспыхнуло, как костер.

Глядя на то, что делали его старший брат и отец все это время, он думал о них как о идиотах. Почему бы вам не сделать это? Разве это не принесет больше выгоды? Конечно, в лицо он им этого никогда не говорил.

Только из за того, что ни одна из полученных выгод не попадет к нему, ровно как признание и уважение. Поэтому, долгое время Филипп раздумывал над идеями о том, как лучше управлять своими владениями и хранил их в своем сердце.

«Я покажу окрестным лордам, что достоин этого титула. Я докажу отцу, как глупо было выбирать старшенького. Продать тем торговцам недоброкачественную пшеницу и овощи… — нет, как бы поступить? А моя замечательная идея привлечёт слишком много внимания? Если другие украдут её? И всё же, без торговли не будет и денег. Нужно найти надёжных торговцев, умеющих держать язык за зубами — то есть, не таких как тот».

При мысли о том торговце лицо Филипа исказилось.

Неприятные воспоминания об этом человеке омрачили восторг от возможности находиться в столь роскошной зале.

«Как он посмел столь презрительно отнестись ко мне! Пока что мне придётся это стерпеть, но тут, в Столице, я найду торговца получше, и вышибу этого прочь! Я уже обзавёлся собственными связями!»

Филип провёл в Столице всего несколько недель, но уже наладил кое-какие нелегальные контакты. Гордость прогнала прочь дурные мысли.

«Я как всегда сработал как надо, и всё уже на мази. Мои владения будут процветать, и я разбогатею. Те идиоты, что презирали меня, увидят, кто тут идиот на самом деле.»

Пока Филип грезил о восхитительном будущем, по зале разнёсся мужской голос.

— Дамы и господа! Представляю вам посланника Колдовского Королевства! Альбедо-сама!

Музыканты игравшего в зале оркестра тут же опустили свои инструменты, атмосфера праздника исчезла без следа.

Судя по суматохе, церемонимейстер только что объявил о прибытии звезды сегодняшнего вечера, гостя королевской семьи.

— Альбедо-сама — правая рука Его Величества Короля-Заклинателя, владыки Колдовского Королевства, и занимает пост Смотрителя Стражей, равный рангу премьер-министра. Сегодня вечером Альбедо-сама почтит нас своим присутствием.

«Ха, в одиночку?» — произнёс тихий женский голос. «Тихо, ты» — резко одёрнул её стоящий рядом шикарно разодетый дворянин. Филипа слегка удивила эта сценка.

«Что такого в том, чтобы придти в одиночку. Но вот чтобы премьер-министра отправили послом! Неужели Колдовское Королевство так высоко ценит свои отношения с Королевством Ре-Эстиз?»

Гадая, что за человек окажется послом Колдовского Королевства, Филип уставился на двери, к которым подошёл церемонимейстер.

— Итак, поприветствуем главу посольства, Альбедо-сама!

Главные двери открылись, и залу накрыла тишина.

За дверьми стояла богиня. Её идеальные черты лица затмевали любую крестьянку, любую шлюху из борделей Королевства, любую из женщин, что Филип встречал в своей жизни. Разумеется, Принцесса, которую он видел назадолго до этого, была красива, но он отдал бы своё предпочтение новоприбывшей.

Её одеяние также было прекрасно. Платье цвета платины, с узорами, вышитыми золотой нитью. Нижнюю половину тела прикрывало что-то, напоминающее пару крыльев с чёрными перьями. Она словно сияла, отражая свет магических светильников на потолке.

Филип покосился на недавно шептавшую женщину. Она стояла, словно вросшая в землю, с тупым выражением лица.

«Ну-ка ну-ка, что же это. Разве такое выражение лица должно быть у спутницы какого-нибудь высокородного дворянина? Ты же словно крестьянка у дороги».

Восторг, который у него вызвала победа Колдовского Королевства — к которому он относился весьма благосклонно — заставил его сердце чуть ли не петь от восхищения.

— Мы рады приветствовать вас, Альбедо-доно.

Ранпосса III поднялся, приветствуя её.

— Ваше Величество, я благодарна вам за этот прием.

Альбедо стояла к Филипу в профиль, но даже так, увидев её ласковую улыбку, он отчётливо понял одно.

«Она неописуемо прекрасна…»

— Надеюсь, вы простите, если я сяду — груз лет давит на меня. Итак, знать Королевства! Прибыла наша главная гостья. Прошу, наслаждайтесь вечером. И вы, Альбедо-доно, пожалуйста, развлекайтесь.

— Благодарю, Ваше Величество.

Альбедо сладко улыбнулась королю.

Он украдкой взглянул на ту ранее наблюдаемую дворянку, и увидел её бормотание чего-то вроде «она не преклонила голову». Филипп оставил без внимания эту глупую женщину с ее глупыми словами и вместо этого продолжил услаждать свой взор той красотой мирового класса.

Он ярко представил себе картину разговора Альбедо с принцессой Реннер.

«Если бы только я мог сделать эту женщину своей…»

Он понимал, что это может быть очень трудной задачей. Но раз подумав об этом, дело уже не выглядело полностью невозможным.

«Однажды мои владения станут богаче, другие дворяне начнут представлять мне своих дочерей. Чем состоятельнее стану, тем лучше будут девочки. Даже принцесса, даже эта посланница не остаются вне досягаемости».

Филипп почувствовал прилив тепла в его нижней части тела.

«Ну, у крупных дворян обычно есть любовница, или три… лучшим положением будет, если я смогу наслаждаться этими двумя красотками одновременно».

Филипп смотрел назад и вперед на Реннер и Альбедо.

Он поспешно схватил неподалеку напиток, прежде чем его фантазии вышли из под контроля. Было бы нехорошо, стань он твердым здесь. Ощущение прохладного напитка, скользящего по горлу, помогло ему восстановить спокойствие.

«Кстати об этом, как они сделали лед? Магией ли…»

Единственными людьми в имениях Филиппа, способными использовать магию, были священники. Наряду с помощью в лечении болезней они требуют денег за это. И за создание льда они запросили бы соответствующую плату.

«Как только земли станут моими, я обяжу их подлечивать меня бесплатно. Простолюдины требуют денег со своего господина, что за глупости!»

Филипп сделал мысленную заметку в его будущих отношениях со священниками.

Он предвкушал начало работы над своим имением, когда вернется. Филип представил, как все его блестящие идеи претворяются в дело, освещая его жизнь сиянием золота.

«Что?»

Когда он снова посмотрел на Альбедо, он увидел ее стоящую в полном одиночестве.

Там присутствовало множество дворян, но никто не знал, как к ней подойти.

«Колдовское Королевство, ха… Что же станет с Королевством после этого?»

Филипа не особенно волновало, что произошло в Королевстве, но было бы мучительно, если бы это повлияло на его имущество.

В таком случае…

Филип содрогнулся от мысли, что у него только что возникла.

«Эй, эй, даже не думай о такой опасной вещи. Это всего лишь… ну, это точно не плохой шаг, верно? Как бы это сказать… Не могу поверить, что я думаю о такой идеи, как эта…»

Он смотрел со стороны на одинокое выражение Альбедо.

«Третьим быть бесполезно. И нет смысла быть вторым. Самое важное — быть первым».

Посланник Колдовского королевства выглядела изгоем, потому что никто с ней не разговаривал. Филипп читал, как леди могут быть ранимы в таких ситуациях.

«Сделай это. Ты должен сделать ставку, чтобы получить выигрыш. Настал шанс возвыситься, потому что все изменилось. Я удачливый человек, значит я должен хорошо использовать свою удачу.»

Семья Филиппа всегда была связана фракцией, но они обычно оставались в хвосте. Было достаточно много выгоды от продолжения сотрудничества с фракцией.

Но затем он вспомнил некоторые слова, услышанные на днях. Одна очень худая любовница произнесла: «Почему бы тебе не создать свою фракцию?»

Решившись, Филипп опрокинул бокал вина, что держал все это время.

Оно было не такое водянистое, какое он пил дома. Было чувство, что его горло и желудок горели. Будто движимый той жарой, растущей из желудка, Филипп вышел вперед.

«Альбедо-сама, Вы не против?»

В ответ на его голос, Альбедо повернула свою улыбку к нему.

Он краснел не только из-за вина.

— О, как у вас дела?

На мгновение она сдвинула брови, погружаясь в мысли. Филипп сразу понял, чего она искала.

— Я Филип.

«Да? Ах, господин Филипп, — нет, Филипп-сама. Это большая честь встретиться с вами».

— Это для меня удовольствие, госпожа Альбедо. Ничто не приносит мне большего наслаждения, чем знакомство с вами.

Филипп горячо ощущал, как воздух вокруг него изменился.

Быстрый взгляд в сторону показал высоких дворян, глядящих с выражением шока на лицах.

Его распирало от восторга при виде того, как каждый из гостей на приёме, созванном Королевской Семьёй, смотрит на него.

«Я, я, я сейчас в центре всеобщего внимания!»

Подумать только, он — в прошлом не имевший возможности даже есть горячую пищу — сейчас объект внимания людей, стоящих у вершины власти Королевства. При этой мысли Филипом завладело неожиданное возбуждение.

«Верно! Я Филип! Смотрите на меня! Смотрите на будущую центральную фигуру Королевства!»

Филип напряг мозги, и сделал самую крупную в своей жизни ставку.

А именно — пригласил Альбедо на бал парой дней позже.

* * *

— Идиот!

Этот выкрик охладил возбуждение Филипа. И в то же время, разжёг огонь в его сердце. Этот огонь, казалось, грозил пожрать всё то топливо, что Филип запасал на протяжении жизни.

Он презрительно посмотрел на седовласого мужчину перед собой.

— Я не за этим посылал тебя туда! Имбецил!

Филип вздохнул, пока его отец спрашивал о обеде при Королевском Дворе.

— Для начала, нас ни за что не пригласили бы на званый обед при дворе просто так! Я сделал всё что смог, задействовал все связи, чтобы ты получил это приглашение, шанс выразить твою признательность Графу и прочим дворянам, и познакомился с ними!

На званом обеде Королевской Семьи собираются люди из обеих фракций. Так что вряд ли при этом всплывёт тот факт, что наследник семейства сменился. А значит, никто не обратит на это особого внимания, и Филипа с готовностью примут. Таким образом, дворяне молчаливо признают его, и в будущем им будет не так-то просто возражать, когда он вступит в права наследника.

Иначе говоря, отец Филипа совершенно не верит в его способности. Он считает, что если Филип попытается представиться другим дворянам обычным порядком, то обязательно что-нибудь напортит.

Осознав это, Филип, с трудом подавив раздражение, изобразил улыбку.

— Нет, нет, отец. Не злитесь так. Я делал это ради нашей семьи…

— …Что значит, ради семьи? Твой поступок совершенно немыслим!

Что значит, немыслим, процедил Филип про себя. Раз все остальные перепугались и не решились сделать первый шаг, то почему бы не захватить инициативу?

Он что, должен был изображать скромность перед всеми теми бесполезными трусами, и всю оставшуюся жизнь торчать в своём ничтожном поместье?

— Отец! Подумайте хоть чуть-чуть! Пусть дорога из Колдовского Королевства в Ре-Эстиз длинна, но посреди её лежат наши владения! Если Колдовское Королевство нападёт, мы наверняка будем втянуты в конфликт! А раз так, не лучше ли наладить добрые отношения с Колдовским Королевством?

— Ты, ты идиот!

Лицо его отца раскраснелось пуще прежнего.

— Эти ублюдки из Колдовского Королевства убили твоего брата! А ты собрался снюхаться с ними! Ты что, не понимаешь, что это предательство нашего Королевства?!

И что, подумал Филип.

Колдовское Королевство ведь сильнее, так что почему бы и не предать Ре-Эстиз? Нужно всего лишь принести вассальную клятву Колдовскому Королевству. Что такого, что слабый тянется к тому кто сильнее? Кто посмеет упрекнуть его в этом?

— О чём ты только думал?!

У Филипа просто опускались руки при виде глупости отца.

Необходимость объяснять самоочевидные вещи казалась ему признаком непроходимой тупости. И всё же, это надо сказать.

— Всё просто, отец. Всё ради мо…

Он проглотил слово «моего», едва оно пришло ему в голову. Рано или поздно всё так и будет, но не сейчас.

— …Нашего поместья. Ради защиты наших крестьян. Колдовское Королевство невероятно сильно. Гораздо сильнее Ре-Эстиза. А раз так, они вполне могут напасть. Нам стоит предусмотреть выход из этого положения.

— Тьфу! Что значит, выход из положения? Ты вообще понимаешь, что подумают наши соседи, когда узнают, что ты натворил?!

— Они не смогут напасть на нас, не теперь.

Та битва унесла много жизней во владениях Филипа. Но это было верно и для соседних поместий. А значит, никто из окрестных дворян не сможет собрать достаточно сил, чтобы атаковать поместье Филипа.

— Ты учёл остальное?

— А? — отозвался Филип. Он понятия не имел, к чему клонит отец.

— Вот почему я всё время тебе повторяю — ты мыслишь слишком узко. Ты действуешь так, словно твои мечты уже стали реальностью. Это…

— …Думаю, вам стоит остановиться на этом, — вмешался человек, всё это время стоявший позади отца.

Этот человек — дворецкий, прислуживавший отцу сколько Филип себя помнил. Дворецкий ему не нравился, особенно то, что он никогда не выказывал своих чувств. Он был одним их тех людей, которых Филип намеревался прогнать прочь, вступив в права наследника.

Услышав слова дворецкого, отец Филипа постарался успокоить дыхание. Багрянец отхлынул с его щёк, оставив после себя бледное, анемичное лицо.

— …Хааа. Ха. Филип. У меня к тебе вопрос. Ты не боишься сделаться врагом всех окрестных феодалов?

— Их нечего бояться, разве нет?

Его отец разочарованно поник. Филип почувствовал укол беспокойства и раздражения.

Он пропустил что-то? Но ему всё никак не приходило в голову, что же именно.

— Много молодых людей сложили свои головы на Равнинах Каз. И в ближайшие несколько лет это приведёт к множеству самых разных проблем. А значит, все окрестные дворяне должны действовать в тесном взаимодействии. То имение выращивает пищу, в этом шьют одежду. Ни одно поместье не сможет само обеспечить собственные потребности, и не имеет достаточных средств для этого. Но кто в таких обстоятельствах станет помогать роду, активно добивающемуся расположения Колдовского Королевства?

Спину Филиппа покрыл холодный пот. Отец прав.

— Ты ведь тоже это знаешь, верно? В нашем наделе не производится ничего такого, чего нет у других — мы не продаём никакой уникальной продукции. А значит, остальные дворяне без проблем смогут изолировать нас.

Филип принялся размышлять. У него есть голова на плечах. Он сможет отмести любой из глупых вопросов отца.

— Именно поэтому, отец, мы и должны положиться на Колдовское Королевство.

Отец знаком велел ему продолжать.

— Наладив контакты с Колдовским Королевством, мы просто предоставим им наше снабжение.

— …Тогда, позволь у тебя кое-что спросить. Будь ты кем-нибудь из Колдовского Королевства — нет, предположим, ты король некой страны, и одна из деревень враждебной тебе страны просит у тебя пищу, ты бы помог им?

— Конечно. Я бы наверняка так и сделал.

— Почему?

— Разве это не очевидно? Поступая таким образом, я покажу всем, что я милосердный правитель.

— … Ещё причины?

— …Никаких.

У его отца отвисла челюсть. Он, должно быть, впечатлён. И всё же, это довольно странная реакция. В конце концов, Король-Заклинатель наверняка хочет выглядеть добрым правителем, особенно учитывая, что его Королевство основано в Э-Рантэле и окружающей город местности. Он наверняка захочет обзавестись некоторыми связями, чтобы успокоить народ.

— Вот как… Вот, значит, о чём ты думал. Ну, я бы тоже отправил им помощь, чтобы создать повод к вторжению в ту страну. Впоследствии я бы объявил войну тому королевству, под предлогом защиты той деревни, которую оно угнетает.

— Невозможно. Это лишь фантазии. Более того, такой предлог не сработает.

— Теперь да, и почему вы думаете, что это невозможно?

— Давай вернёмся назад. И предположим, что это правда, как ты и сказал, отец. Разве это не ещё один повод для укрепления связей с Колдовским Королевством.

— Ты…

Его отец потерял дар речи.

— Разве, у тебя, как у королевского дворянина, нет чувства гордости?

— Конечно, есть. Всё же, лучше лишится всего, чем умереть самому, разве нет?

— Этот повелитель демонов, убивший твоего брата, и бесчисленное множество людей Королевства, разве нет? И с этим человеком. ты предлагаешь сотрудничать?

— Это была война, отец. Погибли они от меча или магии, уже не имеет никакого значения.

— … Почему ты так доверяешь королю Колдовского Королевства?

Это не было доверие, хотя присутствовала некая доброжелательность. Что более важно. все они были лишь пешками для Филиппа, игра, в которой они искал для себя выгоду.

— Пешка! Верно! Даже Король Чародей Колдовского Королевства, который наводит ужас на людей Королевства, является лишь пешкой в моих руках!

Филиппа переполняло волнение, поскольку представлял как ведёт… масштабные игры… словно на шахматной доске.

(Конечно это естественно, что отец будет волноваться. Однако если я могу уверить его что он ошибается, это всего лишь будет означать что я действую в его интересах…, Хотя, было бы лучше обсудить вопрос с Альбедо-сама в следующий раз, когда мы снова встретимся.)

— Я устал от этого… Вы благодарили господина графа за званый ужин? Я спрашиваю о том, признал ли он Вас как нового главу семьи.

Это было единственное, что Филипп не смог принять.

Пускай он был главой фракции, почему же перед ним нужно склонять голову, ведь он не более чем, всего лишь дилетант.

Решать, кто унаследует семейные владения — прерогатива главы семейства. Графа это не касаается. Ну, если бы он поддержал Филиппа при жизни его старшего брата, когда Филипп ещё был третьим сыном, и выдвинул его на позицию наследника, Филипп, может, и был бы ему благодарен. Но тот ничего подобного не сделал. Филипп добился своего нынешнего положения исключительно благодаря собственной удаче.

Другими словами, не было причин склоняться и ползать перед ним.

Поэтому, Филип не предстал перед графом с преклоненной головой и выражением благодарности. Однако, если бы он рассказал, об этом его отец, вероятно, разволновался бы снова. Это было ложью ради здоровья его отца.

«Несомненно.»

— О я вижу. Это хорошо. С тех пор как ты сделал это, появился выход из этой ситуации.

Когда придет время все что нужно будет сделать это попросить помощи у графа.

Как только Филип почувствовал облегчение, снова вмешался дворецкий.

— Есть одна проблема. Вопрос, который Филип-сама упомянул вначале, еще не был решен. Филип-сама сказал, что пригласил эмиссара Колдовского Королевства на бал, организованный его семьей…, Что же нам предпринять?

«Это верно, Филипп! О чем ты думал? В нашей семье нету места для проведения бала!»

Все землевладельцы имели поместья в Королевской Столице.

Там были маленькие особняки неподалеку для визитов в Столицу.

Конечно, они были не столь крошечные как дома простолюдинов. Ими пользовались несколько раз в году, но они были знаком могущества дворянина. Хотя они должны были быть достаточно большими чтобы разместить все богатства лорда, привезенные с собой. Однако по своему интерьеру они не подходили для проведения балов.

Все еще, это была проблема с которой нужно было смириться.

— Все в порядке. Это правда что наше не имение может принять такое событие, но я уже осмелился арендовать другое место.

— О-о, может ли это быть поместье Графа.

Филип кивнул головой увидев слабое выражение радости на лице его отца.

— Нет это место принадлежит человеку которого я знаю в Королевской Столице. Тамошняя хозяйка сказала что сможет предоставить его мне. Дело в том что я разговаривал с ней как раз перед моим возвращением и она уверила меня что оно будет уже приготовлено.

— И сколько же мы должны заплатить за это?

Филип вздохнул с облегчением на вопрос дворецкого.

Ха, это было первым что он спросил.

— Это бесплатно.

— Бесплатно, говорите вы?… Возможно ли это?

— Да.

Филип вспомнил слова хозяйки — Я возлагаю большие надежды на ваше будущее, поэтому я хочу инвестировать вас. Однако, я надеюсь, что вы вернете мне мою доброту в будущем.

— Я не верю, что такая удача свалилось на вас с неба… может вас обманули?

Филип разгневался, но он знал, что его отец доверяет дворецкому безоговорочно, так что он не мог прямо сейчас упрекнуть его.

— Я в долгу и я пообещал вернуть этот долг в будущем, так что все в порядке.

— … О месте позаботились, а что насчет приглашений? Не попросить ли помощи Графа?

О чем он говорит, подумал Филипп. Это мероприятие осуществляется семьей, чтобы поднять свою репутацию. Почему, после всей, тяжелой работы и подготовки, он должен передать самые выгодные действия другим?

«Так вот как работает рабский менталитет. Как грустно… я не хочу закончить как он.»

— Все будет хорошо. Я попросил хозяйку, ту, которая дала мне место для проведения, о помощи мне с подготовительными работами. Конечно, я буду составлять список гостей.

— …Тем не менее, было бы довольно грубо, не дать Графу подобрать гостей. Еще не поздно, попросить помощи у графа. Кроме того, вы знаете, какие семьи пригласить, чтобы не вызвать обиду?

— На этот раз, я намерен пригласить особых гостей. Хозяйка уже дала мне их имена.

— Вы…

Сомнения появились в глазах отца.

— … Тобой манипулировала хозяйка? О чем ты думал все это время?

— Отец! Как ты можешь так говорить? Я придумал и сделал это! Правда, мне пришлось попросить о некоторой помощи, чтобы сделать это. Но хозяйка решила, что мой план имеет свои достоинства, когда она услышала, что мой план может удастся, и она чувствовала, что я могу заплатить соответствующую цену При нормальных обстоятельствах, вы должны оказать мне, свою полную поддержку в качестве следующего главы семьи!

Многое было правдой. Хозяйка сказала — я с удовольствием вам помогу, если вы позволите нескольким дворянам, близких мне, принять участие в этом бале. — Это произошло потому, что это было выгодно им обоим, и то что он пошел к ней за помощью. Им наверняка не манипулируют.

Она полностью отличается от того, кто контролирует его отца, который украл все завоеванное, и оставил его ни с чем.

Филипп хотел сказать, ты единственный, кем управляют.

— … Простите меня. Но вы можете мне сказать имя той хозяйки?

Филипп подавил свой гнев. Ведь он разговаривал с человеком, который еще не потерял свою сущность раба. Он должен открыть свое сердце и принять все это спокойно.

— Ее имя Хильма Цигнеус. Вы слышали это имя раньше?

«Нет, я никогда не слышала о ней раньше. Как насчет вас?»

Дворецкий покачал головой. Филипп был горд, что ему удалось познакомится с кем-то, кого даже его отец, который давно погрузился в благородное общество, не знал.

— Я узнаю мнение хозяйки, по поводу графа. Могут возникнуть проблемы, если мы не примем помощь хозяйки и попросим графа помочь вместо неё… Что-нибудь еще, отец?

Его измученный отец. ничего не ответил.

Хотя он все еще был немного недоволен, Филипп начал проводить свой план в действие. Следующим шагом будет отправка приглашения послу Колдовского Королевства, Мисс Альбедо, а затем нужно будет подумать о том, как укрепить там свои позиции.

Часть 4

Грандиозный зал заполнил взор Филиппа, его легко можно было сравнить с банкетным залом в Королевском дворце — нет, этот был даже лучше.

Он не мог отогнать мысли о том, как бы похвастаться перед остальными. Разумеется, все приготовления к его балу были произведены Хильмой. Однако, она предварительно спросила у него: «Должна ли я организовать обычный бал, или несравненное представление? Последнее потребует более крупной ответной услуги», и Филипп не колеблясь выбрал второе.

Иными словами, бал организован на средства, которые Филипп оплатил своим обязательством — а значит, благодаря его собственным усилиям. И собравшиеся здесь дворяне обязаны этим ему.

Идеально. Однако, именно поэтому одна маленькая деталь весьма огорчала Филиппа.

Он решал, кому отправлять приглашения — хотя ему и пришлось положиться на чужой опыт, но окончательное решение было за Филиппом, — и на приглашениях стояла печать его семейства. Более того, все присутствующие собрались здесь, чтобы встретить посланца Колдовского Королевства. А пригласил её именно Филипп.

То есть, он и организатор, и тот, благодаря которому и происходит это событие, так что именно он должен принимать похвалы и благодарственные поклоны. Все должны благодарить Филиппа за приглашение на столь важное событие. И восхвалять его храбрость, за то что он решился заговорить с посланницей Колдовского Королевства, к которой никто не решался подойти.

А что же происходит вместо этого?

Первым делом все новоприбывшие подходят к Хильме. И лишь потом приветствуют его. Кроме того, они делают это неохотно, лишь после того, как Хильма упоминает имя Филиппа. А как бы они поступили, не заговори она о нём?

Он в долгу перед Хильмой, а значит, должен терпеть тот факт, что она затмевает его. Однако поведение дворян его раздражало. Основы основ дворянского этикета диктуют, что первым делом они должны приветствовать Филиппа.

«Вот почему они все — просто куча отбросов. Пф, похоже, соглашаться с Хильмой всё же не стоило».

Присутствующих дворян он приглашал, полагаясь на советы Хильмы.

Все дворяне, собранные здесь, стали во главу семей благодаря войне с Колдовским королевством, некоторые вскоре должны были занять высокопоставленные места. Другими словами, были в том же положении, что и сам Филип.

Причина, по которой он принял предложение Хильмы, заключалась в том, что немногие согласились бы с его размышлениями. Если бы не произошла смена лидера семьи, то вероятно все они считали бы Колдовское королевство угрозой.

Однако…

(Здесь собрались сплошь некомпетентные люди?)

Он окинул взглядом новоприбывших, а затем подошёл к Хильме.

Что за неразбериха, думал Филип.

«Эти глупцы, зацикленные на своих родословных, и вправду настоящие кретины. Вот почему они не в силах даже понять, кого нужно приветствовать в первую очередь. Точнее можно сказать, что у них не было никакой другой причины для этого».

— (Нет, но, разве это не хорошее дело? Они не будут в состоянии взять лидерство, потому что они — идиоты, правильно? Если бы здесь был дворянин с лучшим умом, чем мой, то я не был бы в состоянии принять управление над новой фракцией, которую я нашел, и к сожалению, моя семья также не настолько влиятельна.)

Это возможно шанс для него. Так как это было их ошибкой, он заключил, что они задолжали ему за то, что не заговорили с ним с самого сначала, и тогда он востребует с них в будущем.

Пока он неторопливо составлял планы, перед ним предстала Хильма.

Она была женщиной, больше походившей на мешок с костями.

Её болезненная худоба выглядела так, как будто она страдала от тяжелой болезни. Вероятно, она была бы куда красивее, если б на её костях было хоть чуть мяса, но это все дела былые.

— Филипп-сама, похоже, все приглашенные гости прибыли.

— Вот как?

Другими словами, все они видели в Филиппе лишь второго номера. Он пытался обуздать свое чувство неполноценности, но Хильма, похоже, видела его насквозь.

Она хихикнула.

— Вы выглядите раздосадованым.

— Нет, конечно нет.

Филип улыбнулся. Он был дворянином — он мог вести дела с такими интригами.

— Нет причин для лжи. Я поддерживаю вас потому что мне это выгодно, Филип-сама. Между нами не должно быть секретов.

Её слова звучали с оттенком лести.

Именно так.

Сердце Филипа вздрогнуло.

Это было правильное отношение которое должен был иметь обычный человек.

Он наконец переживал ситуацию, которую он ждал с нетерпением, и несчастье в его сердце исчезло как будто все это было ложью.

— Что то случилось, Филип-сама?

— Нет… давайте подумаем об этом, я не расстроен, но мне неудобно.

— Что вас беспокоит? Чего-то не достает? Если так, могу ли я приготовить это, прежде чем прибудут господа эмиссары?

— Не совсем так, — сказал Филипп покашливая — Я просто не ожидал, что люди здесь будут такими… обычными. Даже если я и собрал всех вместе в фракцию, я сомневаюсь, сможем ли мы соперничать с другими фракциями. Вот что меня донимает.

— Понятно, вот оно как.

Хильма улыбнулась.

Она была слишком худой, чтобы родить вожделение. Но при этом, ее обаяние было таким, что заставило его проглотить.

— Тогда, разве они не в такой ситуации, что им нужно ваше аккуратное руководство, Филипп-сама? Я хочу обратить внимание на ваши владения — те простолюдины весьма образованы?

— Нет.

— Вот почему им нужен мудрый лидер, нет?

— Да, действительно, правильно.

— Если это — Вы, Филип-сама, я уверена, что Вы сможете управлять этой фракцией хорошо. Я также обеспечу столько поддержки, сколько смогу предоставить.

— Вы участвуете в этом, чтобы что-то получить, я прав?

— Конечно. Я помогаю тебе, потому что уверена, что я буду в выигрыше от этого.

Хильма рассмеялась.

Гнев в сердце Филиппа полностью исчез.

Все Хильмы слова были правильными.

Филипп поблагодарил удачу за то, что встретил такую женщину, как Хильма.

Она имела широкие связи, много богатства, и доступ к очень многим вещей, которых Филипп не мог получить в Королевской столице. Ее объяснение того, почему она, хотела работать с ним были вполне разумны. Кроме того, условия погашения его долга перед ней были тоже также очень просты, поэтому он чувствовал себя комфортно, хоть она и использовании его.

— Если ты поможешь мне, я сделаю тебя богатейшей из женщин.

Глаза Хильмы немного расширились, и затем она счастливо улыбнулась.

— Ну, это было бы восхитительно. Я была бы рада носить ожерелья с большими камнями, как у дворянок. Тогда, пожалуйста, поработаем вместе, господин Филип.

— Ах, предоставь все мне… тогда, можно я задам еще один вопрос, мой уважаемый коллега?

— Да, конечно.

— … Могу я узнать, почему вы настолько худы? У вас проблемы со здоровьем?

Будет хлопотно, если она больше не сможет поддерживать его. Если даже священники не могут ее исцелить, то ему придется найти кого-то вместо нее, или позволяют ей порекомендовать преемника.

— Ох, это не проблема, не стоит об этом волноваться.

— Я слышал, что некоторые наследницы используют диеты для похудения, в этом причина?

Хильма улыбнулась. Это был первый раз, когда Филип увидел улыбку, которая выражало такое беспокойство без слов.

— Это не так. Дело в том, я больше не могу есть твердую пищу, поэтому я могу употреблять только напитки, и я не могу много есть… да. Пожалуйста, не волнуйтесь. У меня есть кому использовать целительную магию, если это примет скверный оборот.

Ее настроение нормализовалось, как будто ничего и не случилось.

— Я точно не умру пока не пожму плоды нашего сотрудничества, господин Филип.

— Ох, это действительно хорошая новость, однако, почему же вы не можете есть твердую пищу?

Это было просто пустое заявление, но оно имело поразительный эффект. Было такое чувство, будто улыбка слетела с лица Хильмы.

Изменение было сильнее чем прежде и из-за этого Филипп забеспокоился.

— Чт. что-то случилось?

— Ах, ах, прошу прощения. Я просто кое-что вспомнила.

Сказав это, Хильма прикрыла рот ладонью. Она выглядела очень бледной.

— Ох, примите мои извинения, за то, что заставил Вас вспомнить что-то неприятное.

Через что надо пройти чтобы перестать есть твердую пищу? Сейчас она наслаждалась обширными связями и достаточным богатством чтобы жить в роскоши, но видимо, было время, когда она не могла должным образом питаться. Он хотел узнать больше, но чувствовал что это была плохая идея.

— Филипп-сама, полагаю, пришло время позвать эмиссара. Я считаю, если бы вы были её эскортом, окружающие смотрели бы на вас по другому. Это докажет что вы организатор лучше, чем слова — это бы показало, кто здесь самый влиятельный.

— Ох! Вы правы как никогда!

Из-за того, что на приёме Королевской Семьи она появилась в одиночестве, Филипп считал это нормой. Выходит, что нет. Он устыдился своего невежества, и изобразил, будто забыл, но только что вспомнил.

— Определенно, все будут удивлены. Все те, кто не подошел поговорить с Вами, наверняка будут чувствовать себя неловко, Филипп-сама.

Садистское ликование пробудилось в сердце Филипа.

Некоторые из дворян, находящиеся здесь были выше, чем он по положению и имели большие владения чем он сам. Какого рода выражения они показали бы ему, тому кто когда-то рассматривался как бремя его семьи…

— Точно, нельзя заставлять ее ждать. Я пойду.

— Тогда один из моих людей проводит вас.

Вместе с одним из слуг Хилмы, Филип отправился к комнате посланника Колдовского Королевства, Альбедо.

Он постучал в дверь, а затем открыл ее.

За дверью, он увидел женщину, чья красота не знала себе равных.

Она была одета в черном как смоль платье, а во время встречи в Королевском дворце, она была в другом платье. Ее голые плечи сверкали, как алебастр, на ней было ожерелье, которое состояло из больших камней, связанных между собой, они не казались не уместными, они наоборот, подчеркивали ее красоту.

(Как красиво…)

Филип покраснел, неожиданно для самого себя.

— Итак?

— Да. Пожалуйста, позвольте мне быть вашим Эскортом.

Филип взял руку, которая была одета в черную кружевную перчатку, и помог альбедо подняться.

Он почувствовал исходящий от неё аромат. Что это за духи, мое сердце чувствует себя настолько окрыленным. Хотя он подсознательно хотел понюхать её, это было бы ужасно невежливо.

В то время как они двое шли бок о бок в сторону зала, продолжавшееся молчание, сделало атмосферу между ними тяжелой. Филип старался придумать тему для разговора, но когда он придумал о чем поговорить, они уже почти прибыли к месту назначения.

— В бальном зале находиться много дворян. Все они собрались, чтобы увидеть вас, госпожа Альбедо.

Кажется, он немного погорячился, но тем не менее он получил немедленный ответ.

— Правда? Спасибо за помощь, господин Филип.

Альбедо нежно улыбнулась, и сердце Филипа забилось еще сильнее.

Хотя это наверное не так, но возможно, он начинает ей нравиться?

Он был человеком, который скоро будет стоять на вершине Великой фракции. В отличие от этого, Колдовское Королевство обладает подавляющей военной мощью, но в данный момент оно было немного больше, чем город-государство.

Подумав об этом, он сам подловил себя.

Не говоря уже, что он тоже не был женат.

— К слову, вы уже вступили в брак, госпожа Альбедо?

Альбедо застыла. Он уже видел несколько раз ее вежливую улыбку, но это впервые, когда он заметил такое выражение на ней.

Филипп почувствовал стыд, поняв, что задал неуместный вопрос.

— Что за странные вещи вы спрашиваете, Филипп-сама. К сожалению, у меня еще нет партнера в этом вопросе, и я печально одинока.

— Вот как? Учитывая вашу красоту, я ожидал бы, что толпа почитателей быстро найдется, Альбедо-сама.

— Хмм, в самом деле удивительно, что ко мне не приходят такие поклонники. Но, подобные предложения могли быть довольно хлопотны для меня, так что, я думаю, едва ли такое положение плохое.

— Вот оно что…

Прежде чем они достигли двери, Филипп положил свою руку на ароматное плечо Альбедо и медленно потянул ее к себе.

Раздался странный звук скрежета. Филипп взглянул направо, чтобы посмотреть источник.

— Что-то случилось?

Его маленькое недоверие испарилось, стоило Альбедо задать вопрос с улыбкой на лице.

— Нет, ничего. Прошу, позвольте мне.

* * *

Что же узрели их глаза?

Как восприняли подобное зрелище эти вычурно одетые дворяне?

Хильму занимали эти вопросы.

Первоклассные блюда и обслуга, первоклассные сервировка и музыка, а посреди всего этого — третьесортные дворянчики.

Собранные здесь люди — никуда не нужный мусор, третьи сыновья, запасные среди запасных. Вынужденные склонять голову перед всем миром и полные обиды.

Выражения на их лицах говорят за себя.

У одних виднелась беззаботная радость от долгожданной свободы. Других же поглотило пламя желаний. Это место позволяло в полной мере покормить свое тщеславие подобным людям.

Опять же, здесь всегда проводились гулянья.

Благородное общество в Королевстве теперь было в хаосе.

Прошло несколько месяцев после войны с Колдовским Королевством, но те шрамы, которые она оставила были большими и не могли полностью исцелиться. Несколько фракций было распущено, на их месте появились новые В благородные дома высшего класса пробились те семьи, которые раньше были более низкого ранга.

Нынешний хаос в Королевстве был невероятно хорошим шансом для всех тех, кто не принадлежал ни к одной из фракций. Нет, это возможно их последний шанс. Если фракции укрепятся, они могут снова оказаться у обочины.

Поэтому это встреча, была хорошим шансом для них разгуляться.

Это было место, где голодные рыбы заманивали мальков себе на съедение.

Но замечают ли мальки, что их съедят. Или же они всё поймут и попрячутся. Или может, среди этих жадных дворян найдутся те, кто сможет перевенуть ситуацию и из жертв стать хищниками.

Изучая, около часа, присутствующих здесь, Хильма пришла к выводу, что здесь нет дворян, которых можно посчитать первоклассными, таких, на которых она могла бы бросить все свои силы.

Даже так, она не была разочарована таким результатом. Действительно, она бы взволновалась, если бы какие-нибудь аристократы высшего уровня показались бы, в таком опасном месте, как это.

Она была очень осторожной, посылая им приглашения, но Хильма не думала, что все прошло идеально. Несомненно, здесь есть кто-то от какой нибудь фракции.

Однако, так даже интереснее, подумала она.

Чем больше она укажет в своем докладе, тем больше значимости она приобретет. Это будет не плохо для нее.

«Уже пора, не так ли?»

Прошло полтора часа как бал начался, так что настало время.

Реальная работы Хильмы только началась.

— Это было страшно.

Ее прежняя заносчивость исчезла, как будто это было не более чем ложь.

Возможно, нежный термин, «страшно» не сможет передать всего ужаса, который напомнил ей её желудок. Она думала бежать, изо всех сил, представив себе ад, который будет её ждать, если ей не будут довольны.

Конечно, если она действительно сделает это, то та ужасная судьба которую она пережила покажется ей блаженным раем.

Как член Восьми Пальцев, она отдала много заказов убийства своим подчиненным. Она также приказывала, чтобы люди были замучены, прежде чем они были убиты. Но по сравнению с тем, что те монстры сделали, ее приказы были переполненные молоком человеческой доброты.

— …Хильма.

Голос за её спиной заставил её плечи содрогнуться.

Когда Хильма обернулась, она увидела самого тупого человека во всем зале.

— Хм? Что то случилось?

— Нет, Филлип-сама, все в порядке.

Хильма скрыла ее истинные эмоции за улыбкой. Среди тех эмоций был гнев за то, что она была удивлена таким мусором как он.

— Альбедо-сама хотела передохнуть около десяти минут, поэтому я пришел к вам.

— Это довольно разумно, учитывая, что она говорила со всеми этими гостями. Я понимаю; тогда, я сопровожу Альбедо-саму в комнату отдыха.

— Действительно? Тогда, я отправлюсь вместе с вами.

О чем, черт возьми, он говорит? Это было ответом, который Хильма хотела ему выдать. Нет, могло бы случиться так, что он что-то заподозрит.

С нелегким сердцем, Хильма продолжила её представление:

— Будет лучше если вы этого не сделаете.

— Почему? Я был вместе c Альбедо-сама до этого момента. Это не покажеться странным если мы пойдем вместе, верно?

Теперь, Хильма была уверена, что этот человек ничего не подозревал.

Другими словами, он был идиотом среди идиотов, бездельником без знаний или этикета присущих дворянам.

— Я боюсь, что, если леди будет сопровождена в комнату отдыха джентльменом, который не является ее мужем, это могло бы привести к распространению… неправдивых слухов с обеих сторон.

— Ах-х. Однако, мой план заключается в том чтобы сопроводить её а затем тот час же вернуться обратно.

— Даже так, это не совсем приемлемо. Я понимаю Ваше беспокойство о ней как хозяин этого события. Однако я — предоставляю место проведения, поэтому, пожалуйста, позвольте мне принять эту ответственность и сопроводить Альбедо-сама в комнату отдыха в целосности.

— Ахх…

Казалось он собирался сказать что-то еще, поэтому Хильма молчаливо ждала, пока он закончит.

На самом деле ей хотелось закончить все как можно раньше, но, к сожалению, этот полудурок также был организатором встречи. А из-за этого она не могла проявлять к нему излишнюю грубость.

— Как вы думаете, что мне нужно сделать, чтобы она вышла за меня?

— Хаааа?!

От этих слов Хильма ненароком выпала из своего образа.

— Э? Чего?

— Как я уже говорил, способ пожениться с Альбедо-сама.

Серьезно?!

Хильма отчаянно подавляло желание выкрикнуть это. Ей с трудом верилось, что человек вообще способен быть настолько тупым. По её сведениям, объектом его ухаживаний была правая рука Короля-заклинателя, другими словами человек, сопоставимый с премьер-министром. Для низкородного дворянина из соседней страны немыслимо даже думать о подобных ей…

Спроси он, как жениться на принцессе Реннер, может Хильма была бы в меньшем шоке.

— Ахх, я ведь еще руководил сбором стольких дворян. Я не считаю, что положение у меня сильно ниже, а как думаете вы?

Хильма крепко сдавила горло даже не осознавая этого.

Даже осознавая, что те штуки уже не поползут по её горлу, беспокойство и страх от пережитой травмы действуют вместо нее.

Нет, подобное нельзя описать лишь словом «травма».

Что если та персона услышит эти слова, ни во что не ставящие женщину? Что произойдет? Хорошо если последствия этого лягут лишь на плечи Филиппа. Но черный ад будет ждать её, если накажут и её.

— В, в любом случае, это довольно сложно. Я слышала, что её должность сопоставима с премьер-министром в Колдовском Королевстве. То есть в нашем королевстве она могла бы быть герцогиней.

— Но разве Колдовское Королевство не крошечный городок-государство?

— Нет, нет, вы не можете говорить подобное.

Эти слова, от которых веяло насмешкой над Колдовским Королевством, отозвались мурашками по коже Хильмы.

Это верно, что с точки зрения территорий, Колдовское королевство не было большим, даже с включенными равнинами Каз. Тем не менее, разве их военная мощь не всецело превосходящая? Независимо от того, сколько усилий они положили в торговлю, дипломатию и другие области, взаимоотношения между странами все еще определяются их сравнительной военной силой. И не важно как велика территория страны, однажды проиграв, все это будет отнято.

Если он даже не понимает этого факта, каким способом она может все это объяснить, чтобы он понял упрёк?

Хильма усиленно размышляла, но не могла найти ответ. Все же мудрость и глупость две стороны одной монеты.

В конце концов, были причины отговорить его.

— Это не может быть сделано. Нет никаких шансов, чтобы эта женщина стала вашей супругой, господин Филипп.

— … Но я думал, что настроение сейчас весьма подходящее. Разве мы оба не выглядели хорошо, когда появились вместе?

Вот о чем он мыслит — в удивлении подумала Хильма.

«Возможно ли, что он пытается заманить людей на свою сторону, действуя, будто у него есть поддержка Колдовского Королевства? Этот парень конченый идиот… серьезно, пощадите меня. Ну прошу вас. Пожалуйста, не сердите ее.»

Хильма почувствовала что-то кислое, поднимавшееся из ее живота.

И в то же время она пожелала, чтобы этот парень ощутил на себе, каково это чувствовать что-то извивающееся в своем животе.

— …Наверное, я сказала лишнее. Пожалуйста, разрешите мне сопровождать госпожу Альбедо. Вы должны остаться здесь и наслаждаться, как хозяин этого дома, Филипп-сама.

— …Ну, раз уж так обстоят дела, тут ничем не помочь. Тогда оставляю госпожу Альбедо на вас.

Я бы сделала это и без тебя. Хильма склонила голову, оставив эти слова при себе. И чтобы больше не слышать бредни этого идиота, поспешила к Альбедо.

Альбедо вела разговор с дворянином. При других обстоятельствах, Хильма бы выждала момента, чтобы подойти, однако, разговоры с этим слизняком полностью её истощили. Поэтому она сразу же обратилась к Альбедо:

— Прошу прощения, Альбедо-сама, вероятно, вам пора сделать перерыв.

— Действительно… приношу извинения, позвольте мне сделать небольшой перерыв.

Ведя за собой Альбедо, они покинули бальный зал.

— Фу…..Ахх, какая гадость.

Хильма услышала голос позади неё. Если все настолько плохо, то что же ей предпринять?

Когда она повернулась, то увидела Альбедо, вытирающей свое плечо платком.

Глаза Альбедо и Хильмы встретились.

— Этот омерзительный человек прикоснулся ко мне. Только одному существу в этом мире позволено касаться моего тела… дерьмо. Этот кусок безмозглого дерьма…

Её слова сопровождались скрежетом зубов. Кто бы мог подумать, что её лицо, всегда украшенное мягкой улыбкой, могло настолько открыто отражать такое отвращение. Это явно показывало насколько она была вне себя.

Хильма колебалась. Следует ли заговорить с ней? Или это было прелюдией к наказанию?

— …Что мне делать? Скажи мне.

— Ах, д-да — Ответила, охваченная ужасом Хильма. — Могу представить, каково вам, Альбедо-сама.

— Что ж, раз так… быть может ты избавишься от этой твари и заменишь его другим человеком?

— Если таково ваше желание, я немедленно приготовлю другую марионетку, Альбедо-сама.

Альбедо несколько раз открывала рот, словно силилась что-то сказать.

Предложение было слишком заманчивым — над ним бы любой задумался.

Тем не менее, чтобы она не выбрала, Филиппа не ждет ничего кроме ада. И все же, что бы ни случилось с этим придурком, очевидно, что он сам на это напросился.

— Ху… Не важно. Он — просто мелкое недоразумение. Глупость этого человека произвела сильное впечатление на дворян во время королевского приема, так что выводить его из игры сейчас, все же, будет потерей… Хм, возможно, будет интересно понаблюдать за ним. Но, нет, вероятно нет.

Хильма вспомнила недавнюю беседу, дикие фантазии и бред полного безумца, пожелавшего жениться на Альбедо.

Чтобы поменялось, если бы она рассказала ей это.

Нет это было слишком страшно. Она возможно не могла заставить себя сказать Альбедо. В конце концов она также могла быть втянутой в это.

Он ничего не сделал, но верил, что он особенный.

Он и в самом деле достиг последней стадии некомпетентности.

— В самом деле. Вскоре я смогу размазать его по земле. Он должен быть наказан за злодеяние — прикасаться к моему телу, что принадлежит Анзу-сама, своими похотливыми ручонками.

Они не разговаривали после этого, также, как и не встречали кого-либо еще. Хильма привела Альбедо в определенную комнату.

Когда она достигла комнаты, ноги Хильмы подкосились, в результате чего она чуть не упала от охватившего ее чувства облегчения.

Необходимость в одиночку иметь дело с этой женщиной — доверенным лицом демонического короля, способного подчинить себе даже того Ялдабаофа — вытянула большую часть её сил. Однако, нужно во что бы то ни стало сохранить способность стоять на ногах.

Хильма собрала все силы воедино. В сердцах, она решила спать целый день, после того, как все это кончится.

— Сюда, пожалуйста.

После открытия двери Хильмой, мужчины как один присели на те стулья, что были с розами. Каждый из них был таким же худощавым как и Хильма. Они были коллегами Хильмы. Пять лидеров филиала(отдела) Восьми пальцев и их председатель, в общей сложности это был состав из шести человек.

Они также были самыми доверенными людьми в этом мире. В прошлом, они враждовали касательно прибыли, но теперь они больше так не думали. Узнав о связи между Ялдабаофом и Магическим Королевством их судьбы были переплетены. У них не было выбора кроме как работать как рабы, до тех пор пока страна не будет поглощена и они не будут освобождены.

Её близкие друзья повесили головы так сильно, как если бы они созерцали само воплощение ужаса (Альбедо). Страх, который они не могли скрыть, проявился в дрожи их плеч.

Хильма закрыла дверь в комнату, и Альбедо заняла самое высокое место в комнате. Мужчины и Хильма не сели, но остались стоять, так как они ожидали распоряжений.

— Что ж, вот вам приказ. Начните поставки ресурсов в Колдовское Королевство.

— Понял, я готов служить.

Глава отдела по контрабанде не мешкал со своим ответом. А как иначе? Раз их вызвали сюда, то единственным возможным ответом было «понял». И другого выбора у них нет.

Глава отдела по контрабанде лишился большей части своего влияния на гильдию торговцев во время демонической смуты Ялдабаофа, когда большая часть его товаров была украдена. И всё же в его положении были преимущества. Дело в том, что ведя дела с дворянами, участвовавшими в войне против Колдовского Королевства, он принимал исключительно наличные. Или, вернее, точнее будет сказать, что теперь, когда торговцы, предоставлявшие дворянам кредиты, пытались добиться их оплаты, его влияние постепенно восстанавливалось.

— Речь не о контрабанде или воровстве. Вам нужно лишь торговать как положено. После чего вы используете заработанные деньги чтобы импортировать еду, готовясь к предстоящему голоду на землях Королевства. Скупайте пищу, которую Королевская Армия не успела вовремя перевезти — нет, начните с торговли фьючерсами на пшеницу. В конце концов, владыка Айнз уже начал широкомасштабное производство пищи.

Будущее, о котором она говорит, непременно наступит, учитывая что Королевство совсем недавно испытало огромную потерю в рабочей силе.

— Понял. Я немедленно начну торговлю.

— Они особенно важны. Удостоверьтесь, что они придут с первой погрузкой.

Человек осторожно, любезно принял кусок бумаги, который она бросила.

— Да!

— Тогда, какие есть новости о волшебных предметах?

Еще один человек, кажется, прыгнул в воздух.

— Мои глубочайшие извинения!

Он согнулся пополам и прижал голову к столу с удивительной силой.

— Мои подчиненные в данный момент прочесывают Гильдию Магов, проводя доскональное расследование. Если вы дадите мне немного времени — нет, если вы готовы принять текущий отчет, я могу все предоставить прямо сейчас!

— Ладно, не важно. Просто ускорьте свои дела. Кстати… да. Вы уже выбрали себе новых коллег? Если да, нужно привезти их на посвящение.

Рассматриваемые коллеги предназначены, чтобы заполнить пустые кресла в Восьми Пальцах, как новые главы подразделений.

Стоило Хильме вспомнить какое именно посвящение то было, ей пришлось сдерживать рвотные порывы. Схожие выражения лиц появились и у ее друзей, которые отчаянно пытались держать нервы под контролем.

То было демоническое посвящение, ломающее желания и стирающее всякие подозрения на сопротивление у подопечных. Если любой из присутствующих услышал бы, что ему предстоит вновь пережить это, несомненно, они расплакались бы как дети.

«Я очень сожалею, но мы еще не решили», заявил председатель.

Это была правда, и в тоже время это была ложь.

Он сказал так потому, что в существовании тех отделов, места глав которых должны занять новоприбывшие, больше не было смысла. Свободные места принадлежали главам отделов охраны и работорговли. У последнего практически не осталось поля для деятельности, так что совершенно незачем назначать кого-то на эту должность. Что же до первого, то сама необходимость восстанавливать его вызывала сомнения. Кроме того…

— Те господа, которых нам было дозволено позаимствовать, справились прекрасно. Полагаю, вполне допустимо им самим занять места глав отделов.

Вышеуказанные господа представляли из себя одолженную им нежить невероятной силы.

Когда стало известно о гибели Шести Рук, подчинённая им группа — лидеры которой некогда были рабочими — начала планировать переворот. В конце концов, против них было послан один из представителей этой нежити. Существо уничтожило почти сорок человек, не позволив никому спастись.

Была и другая причина, по которой они медлили, честно говоря, довольно смехотворная. И заключалась она в том, что главы отделов не желали, чтобы кто-то ещё прошёл через то же самое, что и они. Эти бессердечные повелители преступного мира, способные не моргнув глазом приказать убить человека, не желали чтобы кто-то ещё испытал такое же отчаяние, что и они сами. Таким образом они защищали своих подчинённых.

— Понятно. Если организация сможет функционировать как положено, то я не возражаю. Далее, есть ли у вас какие-либо просьбы ко мне?

— Если мне будет позволено попросить, мы обнаружили что скелеты показали выдающиеся результаты в недавно полученных мной шахтах. Если возможно, мы хотели бы придержать их у себя ещё на некоторое время.

— Хмм, ну конечно. Если вы готовы оплатить аренду, то всё в порядке.

— Моя самая глубокая благодарность.

Лоб говорившего покрылся обильным потом. Платок, которым он вытер лицо, потемнел от впитавшейся влаги.

В Колдовском Королевстве пугал не столько кнут, которым оно орудовало, как пряник, который оно предлагало.

Они не отбирали все, на правах сильнейшего, а вели дела по всем правилам, как опытные торговцы. Пока 8 пальцев не показывали признаков предательства они могли чувствовать себя вполне спокойно, находясь под защитой могущественных существ. Но конечно, если б им представился шанс, они бы сбежали без оглядки.

— Итак, мне осталось сказать вам немногое. Полагаю, я уже упоминала об этом, но трудитесь как следует, чтобы помочь Колдовскому Королевству поглотить Ре-Эстиз. В подготовке к этому дню вам лучше бы начать готовиться стать законопослушными дельцами.

— Понял!

Все они нервно поклонились ей.

Никто из них не будет возражать, если Колдовское Королевство поглотит Ре-Эстиз. С тех пор, как эти монстры заявили о себе, все это лишь вопрос времени.

По началу, они рассматривали возможность обратиться за помощью к Синей розе, Красной капле и Темным. Однако, после того как они узнали о невероятной силе Короля Заклинателя, для которого Ялдабаоф был всего лишь одним из слуг, стало ясно, что все тщетно. Единственное, что они могли сделать — это склонить головы и ждать конца.

— Ах да, точно.

Хильма и все другие участники дрожали.

— И еще кое что. Используйте свои связи и найдите мне кое-какой магический предмет. Регулярно отправляйте письменные отчеты с результатами на имя Альбедо в Колдовское Королевство. Однако ситуация такова, что я не знаю как он выглядит.

— … Что же это за магический предмет такой?

— Магический предмет, который может контролировать разум цели.

— Контроль разума… что то типа палочки очарования?

— Нет, оно должно быть могущественней. Мне нужен не такой распространенный предмет, а предмет легендарного уровня, или, по крайней мере, слухи о нем. Вы должны оповещать меня обо всем что найдете, несмотря на значимость. Вы меня поняли?

У этого контроля разума, о котором она говорила, был ужасающий эффект.

Было очевидно почему она опасалась такого предмета, таким образом они сразу же поклонились.

* * *

— В-в-ваше Высочество!

В комнату, распахнув дверь, ворвалась паникующая горничная.

Она не постучалась, перед тем как войти, что никак нельзя было назвать похвальным поведением, но это означало, что произошло нечто, взбудоражившее её настолько, что та забыла про манеры.

Реннер сразу поняла, что происходит. Однако перед горничными она должна изображать невинную принцессу. Так что она придала своему лицу подходящее непонимающее выражение и спросила соответственно рассеянным тоном:

— Что случилось?

У горничной дёрнулся глаз.

Вероятно, этот тик означал сдерживаемый гнев. Почему эта принцесса так беззаботна, в то время как я столь встревожена?

Рённер лениво поставила чашку на блюдце.

Звон фарфора, похоже, вернул горничную к действительности, и она начала торопливо отвечать.

— Д-д-дело в т-том…

— Всё хорошо, всё в порядке. Ну же, успокойтесь, сделайте глубокий вдох.

Горничная подчинилась, несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув. Видя, что та несколько пришла в себя, Реннер спросила вновь:

— Что случилось? Снова демоны?

— Н-нет, нет. Посланник Колдовского Королевства выразила желание встретиться с вами, Реннер-сама!

— Это девушка?

— Да, очень красивая девушка!

Вопрос Реннер мог бы показаться странным, ведь в состав делегации Колдовского Королевства входит лишь одна женщина. Если бы горничная задумалась, то вопрос бы её наверняка смутил. Но та была в таком замешательстве, что просто старательно ответила.

Ну, да ладно, подумала Реннер. Все глупости, что я совершаю, работают на мою репутацию, которую можно впоследствии использовать. Ну, это в любом случае лишь подготовка.

Клайм стоял рядом с ней. Его доспехи звякнули в ответ.

Он, должно быть, не понял что происходит.

Он так мило ведёт себя, словно невинный щенок. Сердце Реннер наполнилось материнской любовью.

Он, вероятно, не в силах понять, почему посланница хочет встретиться с Реннер. Он уже видел, как они обменивались приветствиями на приёме. А раз так, переговоры с Третьей Принцессой — находящейся на положении простого украшения — не принесёт никакой пользы Колдовскому Королевству. Во всяком случае, так, наверное, считает Клайм.

Реннер мысленно тепло улыбнулась.

Пословица о том, что дети тем милее, чем они глупее, несомненно, верна. Или, наверное, стоит лучше сказать, что они милы невзирая на их недостатки. Ну, вероятно, так оно и есть, с какой стороны не взгляни.

Но будь на месте Клайма кто-то другой, она испытала бы совсем иные эмоции.

Хотя она и ощущала порыв навсегда утонуть в его сияющих глазах, пока что нужно потерпеть. По крайней мере, пока она может посмаковать эту сладкую конфетку.

— Зачем именно Альбедо-сама желает встретиться со мной?

Очень важно, задавая вопрос, наклонить свою изящную головку набок. Если собеседник чем-то обеспокоен, то такой жест вызовет у него раздражение. Реннер убедилась в этом после серии экспериментов.

В результате, в зрачках горничной полыхнул слабый огонь.

То был огонёк гнева. Тут же раздалось тихое звяканье доспехов Клайма.

Он, должно быть, почуял эмоции горинчной, и подумал о чём-то. Но вскоре звон затих, и Клайм снова принял свою обычную стойку.

Как мило.

Он словно щеночек, не знающий, выскочить ли вперёд чтобы защитить хозяйку.

Дело в том, что лучше не заступаться если Реннер ничего не заметила. Горничная происходит из знатной семьи, и неважно, что ей скажет Клайм — одно слово её родителей, и у Реннер возникнут проблемы. Клайм, наверное, подумал об этом.

Он сейчас, наверное, мысленно рыдает, ведь он так верит в Реннер. Если бы только он был хорошего происхождения, ничего подобного бы не произошло.

Реннер подавила желание обернуться и посмотреть на стоящего позади Клайма. Потому что совершенно невовремя встрявшая горничная открыла рот чтобы ответить:

— Мне неизвестно, зачем, только лишь то, что она хочет встретиться с вами.

— Вот как… Альбедо-сама ведь тоже женщина, так что, наверное, просто поболтать на женские темы… о макияже, например? — задала Реннер невинный — или, может, скорее безмозглый вопрос.

— Это мне также неизвестно. Итак, мне можно впустить её?

— Ну конечно да!

После этого полного напускного восторга ответа, Реннер повернулась к Клайму.

— Хммм… Клайм, прости, но это женская беседа, не мог бы ты пока выйти из комнаты?

— Понял.

Жаль, конечно, но ничего не поделать. Клайму не нужно быть в курсе сложных дел. От него требуется лишь смотреть на неё этими его щенячьими глазами.

Когда в комнату вошла Альбедо, там остался лишь один человек.

У визита Альбедо в столицу было четыре причины.

Первая — поставки ресурсов. Вторая — создание повода к войне. Третья — подготовка к достижению её личных целей. И четвёртая — сделка с хозяйкой этой комнаты.

Нет, назвать это сделкой будет не совсем верно. Скорее, вознаграждение.

Альбедо прошла по комнате и уселась, не дожидаясь разрешения хозяйки.

После чего посмотрела на девушку, преклонившую перед ней колени и склонившую голову, и произнесла:

— Можешь поднять голову.

— Да.

Девушка по имени Реннер подняла лицо.

— Ты отлично потрудилась.

— Благодарю вас, Альбедо-сама.

— О…

Альбедо ощутила вспышку любопытства. Реннер вела себя совсем не так, как все остальные встречавшиеся ей люди.

Это о Реннер рассказывал ей Демиург.

Она предала свою семью, свой род и свой народ, но на её лице не читалось ни капли раскаяния. Она человек, и в то же время — нет. Возможно, она гетероморф душой. Её разум осознаёт что есть добро и что есть зло, но не более. Она из тех, кто не связан пустяками вроде моральных принципов, но тихо и незаметно продвигает собственные интересы.

— …В качестве награды за твои труды, я привезла тебе дар от владыки Айнза.

Альбедо протянула руку и достала из воздуха предмет, доверенный ей её господином.

То была шкатулка с несколькими слоями печатей. Их невозможно снять, не выполнив определённые условия.

— Это…

Альбедо холодными глазами смотрела, как девушка принимает дар, словно видя перед собой лабораторную крысу.

Впрочем, она и была ею. Но происходящее служило общим интересам обеих.

— Примите мою глубочайшую признательность. Пожалуйста, передайте мою благодарность Его Величеству, Айнз Оал Гоуну-сама.

— Это я могу пообещать. Полагаю, незачем тратить слова насчёт той второй вещи, что ты хочешь?

— Конечно. Я получу эту милость, когда предоставлю соответствующую компенсацию. Это несказанно меня радует.

Девушка улыбнулась.

То была прекраснейшая из улыбок.

Именно поэтому Альбедо спросила:

— …Хотя, открыв шкатулку, ты и исполнишь своё желание, но сможешь ли ты и вправду открыть её?

Что подумали бы остальные жители Назарика, увидев, что Альбедо беспокоится о человеке? Впрочем, если желание Реннер и вправду будет исполнено, то происходящее можно назвать подготовительной работой к её возвышению до статуса, эквивалентного Стражу Области. А значит, нет ничего удивительного, что Альбедо проявляет внимание к кандидатке в свои подчинённые.

— Да, Альбедо-сама. Приготовления уже начаты.

— Вот как. Что ж, позаботься, чтобы они были закончены к моменту вторжения.

— Поняла, о возвышенная госпожа.

Когда девушка снова опустила голову, в её тени появилась пара глаз.

Теневой Демон, прятавшийся там, скользнул вперёд и тоже преклонил голову.

Альбедо поразмыслила, нужно ли предоставить дополнительную охрану, но решила не упоминать это.

Если девушка выдаст себя до того, как Колдовское Королевство вторгнется в Ре-Эстиз, это будет означать, что нет никакой пользы в том, чтобы принимать её в Назарик.

Иначе говоря, это проверка.

— Итак, давай на этом покончим с формальностями.

Тон Альбедо изменился, на лице Реннер отразилось удивление.

— Не стоит торопиться и заканчивать нашу встречу на этом. Может… да, давай поболтаем. Садись. Расскажешь мне про своего щеночка?

Ответом на слова Альбедо была широкая улыбка.

— С удовольствием, Альбедо-сама. Если возможно, не могли бы и вы так же рассказать мне про Его Величество?

Интерлюдия

Самое сердце Слэйновской Теократии.

Лишь очень немногим позволялось ступить в эту святая святых.

Во-первых, обладателю высочайшего ранга в Теократии — Великому Понтифику.

Во-вторых, Кардиналам — тем, кто занимал высочайшие посты в сектах, посвящённых каждому из Шести Богов. Каждый из них, кстати — за исключением того, кто принадлежал к той же секте что и нынешний Великий Понтифик — являлся потенциальным кандидатом на должность следующего Великого Понтифика.

Кардинал Огня — Беренайс Нагуа Сэндени.

Она единственная женщина среди верховного духовенства Теократии. Ей уже за пятьдесят, она, возможно из-за возраста, несколько полновата. Упитанное лицо сияет умиротворяющей материнской улыбкой.

Кардинал Воды — Гинедайн Дилэн Гверф.

Дряхлый старик. Настолько древний, что никто уже не помнит его точный возраст, его кожа — пыльно-коричневого цвета. Слабый здоровьем, но обладатель непревзойдённого интеллекта.

Кардинал Ветра — Доминик Айр Партоуч.

Он выглядит как добродушный дедушка, но некогда был членом Писания Солнечного Света, и в течении своей карьеры святого воина уничтожил множество существ гетероморфных рас. Его гнев подобен лесному пожару, его ненависть — леденящему холоду.

Кардинал Земли — Рэймонд Заг Лаурансан.

Мужчина с добрыми глазами, самый молодой из присутствующих. Тем не менее, ему уже перевалило за сорок — впрочем, энергичен он не по годам. Ранее, в течении пятнадцати лет он был членом Чёрного Писания — герой и защитник государства.

Кардинал Света — Ивон Джасна Дракрова.

Его узкие глаза и худая фигура придавали ему злодейский вид. Но все собравшиеся знали, что это не так. Он — заклинатель божественной магии, сильнейший или один из сильнейших среди присутствующих.

Кардинал Тьмы — Максимилиан Орейо Лагьер.

Его со всех сторон окружают книги, поддерживаемые усовершенствованным заклятьем «Парящая Доска». Он носит круглые очки, и некогда служил жрецом-юристом. Поэтому многие из левитирующих вокруг него книг имеют отношение к юриспруденции.

Кроме них, тут также присутствовали главы законодательной, судебной и исполнительной ветвей власти правительства Теократии. Также — глава исследовательских организаций, изучающих магию. И ещё — Грандмаршал, главнокомандующий армией.

Эти 12 человек держали в своих руках верховную власть в Слэйновской Теократии.

Войдя в комнату, они взяли чистящие принадлежности и начали уборку. Одни смахивали пыль перьевыми щётками, другие — сухой тканью, третьи протирали мокрыми тряпками. Кто-то собирал пыль магическим пылесосом.

Они убирали комнату привычными, умелыми движениями.

Ни один их этих людей — правящей верхушки Слэйновской Теократии — не отлынивал. С их лбов лил пот, прекрасные чистые мантии пятнала пыль, но никто не прекращал работы, пока в комнате не осталось ни крупицы пыли.

Комната не была особо грязной до того, как они начали уборку. Теперь же она словно сияла.

Никто даже не подумал утереть пот. Вместо этого они выстроились перед шестью статуями, словно бы охранявшими комнату, и склонили головы.

— Сегодня, мы благодарим богов, за то что такие люди как мы до сих пор живы.

Все повторили эти слова вслед за Великим Понтификом.

— За это мы благодарим их.

Все подняли низко склонённые головы и сложили тряпки со щётками в углу комнаты. После чего, наложили очищающие заклятья на свою одежду и инструменты, и утёрли пот влажными полотенцами.

Первоуровневое заклятье очистки без проблем очищает грязь и пыль. Этим заклятием можно было бы с лёгкостью убраться в комнате. Однако, никто среди них не посмел бы совершить такое кощунство в этом священном месте.

Очистившись, они заняли свои места за круглым столом.

В том числе и Великий Понтифик Слэйновской Теократии.

За этим столом все равны. Здесь нет начальников и подчинённых. Все они товарищи и компаньоны. Именно, все они действуют ради вящей славы человечества.

— Итак, начнём собрание.

Председательствовал Кардинал Земли, Рэймонд Заг Лаурансан.

— Наш главный вопрос — оккупация полмесяца назад города-крепости Королевства, Э-Рантэла, и окружающих земель Колдовским Королевством Айнз Оал Гоуна.

Ничто не может быть важнее чем внезапное появление этого загадочного государства.

Однако, детали знало слишком мало людей. Большая часть информации представляла из себя лишь слухи.

Для начала, они знали, что Король-Заклинатель — нежить, что он невероятно могущественный маг, уничтоживший армию Королевства, что под его началом целая армия мертвецов, что среди них есть Рыцарь Смерти, и так далее.

Рэймонд, командующий Шестью Писанями, исполняя свои обязанности председателя, детально изложил эти детали собравшимся.

Тут кто-то заговорил:

— Я так и знал, нельзя было молчаливо признавать случившееся, мы должны были вмешаться в эту войну!

— …О чём вы говорите? Открытое сражение против заклинателя, способного управлять Рыцарем Смерти, очень опасно. Разве не все мы согласились с этим в прошлый раз? Вы могли бы возразить тогда, но не пытайтесь отрицать уже принятое решение… Впрочем, я не думал, что он и в самом деле создаст государство…

Все присутствующие закивали.

— Что планирует Империя? Они союзники Колдовского Королевства, и признали его как государство, значит, они официально коллаборационисты? Или же их контролируют магически?

— Сомневаюсь. У них есть Парадайн.

— Значит, полагаю, было ошибкой полагаться на этого Императора.

— …Ну, более серьёзная проблема в том, что он — одна из немногих выдающихся личностей, кого мы до сих пор не смогли должным образом задействовать. Не пора ли пустить в ход план по перетягиванию его на нашу сторону?

— Думаю…

Резкий хлопок в ладоши успокоил собравшуюся было разгореться дискуссию.

— …Астролог Тысячи Миль наблюдала за битвой между Империей и Королевством. Однако, возникла некоторая проблема, и отчёт был задержан. Прошу вашего прощения.

Под проблемой, вероятно, имелось в виду то, что она заперлась в своей комнате и довольно долго не выходила наружу. По крайней мере, так все подумали.

— Итак, я раздам записи того, что она видела. Это не подтверждено больше никем; здесь лишь результаты её собственных наблюдений за армией Короля-Заклинателя на поле боя.

Как ненадёжно, подумали все, но никто ничего не сказал. Они взяли бумаги начали их изучать.

Они остановились на последнем листе. Каждый раз за разом перечитывал один и тот же абзац. Лица всех застыли и побледнели.

Рэймонд улыбнулся, глядя на изменившихся в лице товарищей. Он и сам прошёл через то же самое, и сейчас радовался — страдать приятнее в компании.

Наконец, словно озвучивая мысли всех остальных, Максимилиан завопил. Он раскрыл рот так широко, что очки свалились с его носа, но он, похоже, этого даже не заметил.

— Невозможно! Как такое вообще может быть?!

— Я ведь говорил вам, разве нет? Это просто описание того, что она, по её словам, видела.

Холодный ответ Рэймонда заставил Максимилиана захлопнуть рот.

Он потел так, словно только что пробежал солидную дистанцию. Пока Максимилиан пытался отдышаться, Беренайс решила задать другой вопрос, желая узнать, разделяет ли кто-нибудь её мнение.

— Вы не могли бы повторить? Это и в самом деле правда?

— Если все присутствующие по-прежнему верят словам Астролога Тысячи Миль, то да.

С болезненными выражениями лиц все снова опустили глаза к бумагам.

Каждый смотрел на одну и ту же строку — состав армии Короля-Заклинателя.

— Сотни Рыцарей Смерти (минимум 200), сотни Пожирателей Душ (минимум 300)… так? Если они сорвутся с цепи, неважно — Королевство, Империя, Альянс Городов-Государств или Святое Королевство — все эти страны падут!

— …Как и мы. Если эти твари накинутся на нас, нам придётся сотни лет оправляться от ущерба.

Рыцари Смерти. Сложность оценивается как 100 или выше. Они способны создавать Зомби-Оруженосцев, а те, в свою очередь, сами могут поднимать обычных зомби. Сами по себе зомби не так опасны, но большое их количество может создать условия для появления более сильной нежити.

Пожиратели Душ. Сложность оценивается от 100 до 150. Нежить, способная атаковать бьющими по площади навыками. Могут пожирать души погибших, становясь тем сильнее, чем больше душ проглотят. Источают ауру страха. Необходим заклинатель минимум третьего уровня, чтобы хотя бы попытаться им противостоять.

Любое из этих неживых существ способно в одиночку разрушить город или небольшое государство.

— Она не могла ошибиться? Может, Король-Заклинатель заметил, что за ним наблюдают, и применил иллюзии, чтобы сбить нас с толку. — высказал предположение Ивон, протягивая вперёд иссохшие, тонкие словно ветви руки.

— О-о… — пронеслось по собравшимся, но Рэймонд разбил их надежды.

— Чёрному Писанию известно множество монстров. Да, она могла не увидеть всей картины, но всё же Астролог Тысячи Миль отвечала за разведку в своей команде. Она никак не могла ошибиться. Кроме того, у нас есть подтверждённая информация о присутствии Рыцарей Смерти и Пожирателей Душ в столице Колдовского Королевства — бывшем городе Э-Рантэле.

Ответом ему было несколько разочарованных вздохов.

Признав утомлёнными голосами правоту Рэймонда, собравшиеся продолжили обсуждение.

— Что нам делать? Как должны поступить мы, защитники человечества? Что вообще можем мы сделать против пятисот монстров, каждый из которых способен разрушить страну в одиночку?

— Значит, их силы равны армиям пятисот небольших государств… но это же безумие, верно? Насколько же такая мощь нарушит баланс сил?

— Вопрос в том, как Король-Заклинатель намерен применить эту армию? Если он хочет просто использовать её для защиты границ, то в краткосрочной перспективе она не представляет проблемы.

— Как такое возможно? Этого слишком много для простой обороны. Кроме того, разве Король-Заклинатель не нежить, ненавидящая живых? Я уверен, он собирается обрушить свою армию на соседние страны.

— Не имеет значения, как именно Король-Заклинатель намерен использовать свои войска. Важно то, что мы можем с этим сделать.

Это было справедливое замечание, и направление беседы начало меняться.

— Раз так… Сможет ли Чёрное Писание справиться с ними? Вот в чём вопрос.

Чёрное Писание представляло из себя последний козырь Слэйновской Теократии, особый отряд героев. Можно было бы назвать их приключенцами адамантового класса, но с одним существенным отличием.

Боги оставили в этом мире божественное снаряжение, но приключенцы были вынуждены совершать невероятные подвиги, из тех, что потом рассказывают в сказках, ради того, чтобы получить лишь один предмет из божественного арсенала.

Члены же Чёрного Писания обладали множеством подобных предметов.

Даже если сами они не справятся с такой угрозой, они всё же могут провести великий ритуал и призвать ангела высочайшего ранга, способного разрешить проблему.

Разумеется, величайшие из ангелов способны справиться с Рыцарями Смерти и Пожирателями Душ. Однако, численность врагов вызывала беспокойство.

Все посмотрели на Рэймонда.

Тот хихикнул. Некоторые улыбнулись в ответ, но улыбки застыли едва он начал отвечать.

— Невозможно. Я говорю это как тот, кто некогда занимал Третье Кресло в Чёрном Писании; любой, кто ожидает, что мы совладаем с пятью сотнями таких врагов — безумец. Даже будь их столько же, сколько и нас, бой всё равно оказался бы тяжёлым. Нет, если б мы могли справиться, зачем бы Астрологу Тысячи Миль впадать в такое отчаяние и запираться в комнате? Однако…

Его улыбка изменилась.

— Полубоги — другое дело.

— О-о, — раздались возгласы облегчения.

— Вдвоём они наверняка справятся с армией Рыцарей Смерти и Пожирателей Душ. Разумеется, мы, на всякий случай, должны будем оказать поддержку.

— Значит, эти двое разберутся.

— Какое облегчение.

Среди всеобщего ликования раздалось хмыканье Гинедайна. Чувствуя окружающую его тяжёлую ауру, остальные затихли.

— …Вы ведь рассказали нам не всё, не так ли?

— Что вы хотите сказать, Гинедайн?

— Закон не запрещает нам лжесвидетельствовать или искажать правду в этом месте, но мы ведь все товарищи, служим одному делу и над всеми нами нависла величайшая угроза. Если вы согласны этим, то я спрошу вновь: Что вы скрываете?

— Гинедайн. Да что с вами? Что вы такое говорите?

— У меня вопрос, Доминик. Почему Астролог Тысячи Миль заперлась в своей комнате?

Зная, что никто не сможет ответить, Гинедайн продолжал.

— Она сделала это из отчаяния. Или, возможно, её поразил некий шок. Да, конечно, армия нежити пугает. Однако, она — член Чёрного Писания. Вы правда думаете, что она стала бы прятаться от такого?…Нет, она увидела что-то, с чем не справятся даже Полубоги. Отчёт ведь неполон, не так ли?

Все смотрели на Рэймонда и Гинедайна.

— …Чего вы пытаетесь добиться, скрывая это? Я доверяю вам. Я знаю, что вы не из тех, кто стал бы использовать Писания ради собственной выгоды. Но почему вы скрываете от нас информацию?

— Отлично. Вы, как всегда, правы, Гинедайн. Я лишь хотел изучить возможности… ладно, я расскажу. Мучаясь над этой проблемой в одиночку я лишь наживу себе язву, так что буду рад разделить её с присутствующими.

Рэймонд обвёл глазами слушателей.

— Как много вам известно о битве между Королевством и Империей — нет, о битве между Королевством и Колдовским Королевством?

За всех ответил Великий Понтифик.

— Я слышал, что Король-Заклинатель применил мощное заклятье. В результате, армия Королевства была обращена в бегство и потерпела поражение. Так что Королевство подчинилось выдвинутым перед битвой требованиям, и сдало Э-Рантэл Колдовскому Королевству. Это всё.

— А потери Королевства?

Великий Понтифик покачал головй.

— Не знаю. Новости ещё не дошли до меня. До вас всех тоже, не так ли?

— Да. После того, как Э-Рантэл стал собственностью Короля-Заклинателя, неживого владыки, торговцы и жрецы перестали посещать город. Так что всё, что мы знаем — это слухи неизвестной достоверности.

— Значит, нам нужны Писания — такие задачи лучше поручать Писанию Чистых Вод или Писанию Розы Ветров, верно?

— Да, так что лишь командующему Писаний — а именно, вам, — известна истина. Мы знаем лишь то немногое, что просочилось.

— …Понятно. Что ж, покажите нам полный отчёт Астролога Тысячи Миль о той битве.

После того, как собравшиеся прочитали остаток доклада, в комнате воцарилась полная отчаяния тишина.

Чувствуя необходимость нарушить её, Ивон задал вопрос:

— Ясно, ясно… Вы боялись, что наши сердца остановятся, если сразу обрушить на нас такое, да?

— Не совсем. Ваши сердца так сильны, что на них могли бы расти волосы. Я просто боялся, что если начну с такого, вы бы просто не поверили.

Ивон кивнул, неспособный возразить.

— И правда, мы усомнились бы в таких новостях, если бы увидели их неподготовленными. Мы не поверили бы вам. Но теперь, поняв и приняв истину о армии Короля-Заклинателя, нам остаётся лишь поверить.

— И всё же… Я не хочу в это верить. Одним заклятьем он уничтожил половину армии Королевства. На ту битву они выставили 260 тысяч человек. Половина — это 130 тысяч, верно? Я слышал, что армия Королевства была разгромлена, но такое…

— Лишь она видела это, да? Преувеличение потерь обычное дело…

— И всё же, согласно описанию целое крыло армии Королевства было сметено, что значит мгновенную гибель восьмидесяти тысяч человек. И те чудовищные монстры, вызванные таким жертвоприношением…

— Я больше не могу отрицать виденного ею. Это магия богов. Магия 11 уровня, полагаю? Должно быть, это она.

— Прибытие богов.

— Записанное здесь похоже на описание того бога… неужели Он вновь снизошёл с небес?

— Невозможно. В устных преданиях говорится, что Бог Смерти, Суршана-сама, был убит Восемью Королями Алчности. Здесь, должно быть, что-то ещё. И если бы Суршана-сама и вправду вновь снизошёл на землю, та особа непременно оповестила бы нас. Он ведь первый из его последователей.

— Значит, время наконец пришло?

— Вероятно, да. 200 лет спустя.

— Это соответствует устным преданиям. Должно быть, так и есть. Оно должно появиться где-то в пределах континента.

— Но мощь их государства росла так медленно, из-за того что те кучи дерьма так изгадили план.

— Эти идиоты из Королевства…

При этих словах в глазах каждого блеснула ненависть.

Географическое положение Королевства было наиболее благоприятным из всех остальных стран. Именно поэтому Слэйновская Теократия оказывала ему поддержку, надеясь, что Королевство станет тем государством, что спасёт человечество. Просторные и плодородные земли прокормят множество людей, среди этого множества возникнут талантливые личности, из которых можно будет взрастить героев, способных сдержать вторжения нечеловеческих рас. Однако, мир и процветание привели к падению, и Королевство сгнило изнутри.

Ещё большую проблему представляло то, что Королевство производило наркотики, и поставляло их в другую перспективную страну — в Империю.

Так что Теократия изменила свои планы.

Их новый план заключался в том, чтобы позволить Империи поглотить Королевство, и начать взращивать талантливых личностей получившегося государства.

Сама Теократия не пыталась покорить Королевство, так как в этом случае у неё появилась бы общая граница с Республикой, что могло бы вызвать народные волнения и требования уничтожить страну нелюдей.

Основной догмат Теократии заключался в том, что человечество — избранная богами раса, а все прочие должны быть истреблены.

Таким образом, верхушка Теократии внушала населению, что их страна окружена врагами, и единственный выбор — сплотиться и оказать совместный отпор. Это позволило консолидировать нацию и создать сильную страну. Однако, если Теократия станет соседом Республики, эта идеология может привести к опасным последствиям.

Каждый здесь понимал, что строить будущее Слэйновской Теократии можно только зная силу своей страны, способности других стран, и какие вопросы ставить на первое место. Тем не менее, простой народ призывал бы к войне с Республикой и уничтожению врагов человечества.

Это имело бы катастрофические последствия.

Республика очень сильна.

Точнее, опасен один из членов совета Республики, Платиновый Лорд Дракон, дитя Императора Драконов. Выступив против него, сильнейшего из Повелителей Драконов, Теократия рискует превратиться в выжженную пустыню. Но что до народа, ничего не знающего об этом? Что подумают простые люди? Они будут видеть перед собой смертельных врагов, но им придётся просто грызть ногти и выжидать.

Само собой, каждый из присутствующих спокойно может подавить такое негодование силой, но это породит обратную реакцию масс, что ослабит государственную мощь. Вдобавок, нельзя отрицать вспышки войны в будущем.

Получается, Теократия не может ни делить границу с Республикой, ни напрямую контролировать Королевство. Даже пожелай они управлять ими из тени, Королевство слишком велико.

— Давайте пока сконцентрируемся на Короле-Заклинателе. Для начала, это должно быть именно он уничтожил Писание Солнечного Света некоторе время назад.

Воздух, казалось, застыл.

— Заклинатель с таким именем появлялся в соседней деревне почти в тоже самое время. Я не думаю, что мы ошибаемся, не так ли?

— Что о вампире, встретившимся с Черным писанием? Подручная Короля-Заклинателя?

— Возможно, но я полагаю, что она, скорее всего, существо одного порядка с Королём-Заклинателем, совсем как те люди. Иначе её мощь никак не объяснить.

— Именно, кстати, раз уж мы говорим о множественном явлении, Ялдабаоф тоже должен быть таким существом, верно? Это объясняет ту силу, что он продемонстрировал в Королевстве, и то, что подобный монстр вдруг появился из ниоткуда.

— Тогда что насчет Момона? Он, кажется, преследовал того вампира, но если предсказание верно, он должен иметь схожую c Королём-Заклинателем сущность. Это может объяснить его сравнимую с Ялдабаофом силу. Вопрос в том, является ли тот союзником Короля-Заклинателя…

— Момон убил вампира и выстоял против Ялдабаофа. Учитывая это, они могут быть созданиями одного сорта, и всё же противостоящими друг другу, тогда, возможно, они и сейчас остаются врагами? В конце концов, он договорился о перемирии с Королем-Заклинателем и стал его союзником.

— Тогда остается вопрос, почему он убил Вампира и противостоял Королю-Заклинателю. Она была под контролем Верховного Сокровища, может быть, поэтому он ее и убил. И все же, почему бы ему препятствовать Ялдабаофу?…Если Момон был товарищем Королю-Заклинателю, какой тип сценария предусматривает вражду с Ялдабаофом?

— …Наверно, Вампир и Ялдабаоф работали вместе, в то время как Король-Заклинатель и Момон были союзниками. Или другой вариант, где Вампир, Ялдабаоф, Король-Заклинатель и Момон враги. Есть и другие вероятности. Но у нас очень мало информации, чтобы судить.

— Наихудший сценарий, если все четверо на одной стороне, но вероятность этого очень низкая. Момон весьма скромен. Обычно, кто-нибудь с такой силой засветился бы повсюду гораздо сильнее. Да, точно также, как Восемь Королей Алчности. Или, возможно, как наши Боги.

— Ясно. Значит, он старался не выделяться, потому что искал остальных. Или же он опасается тех, кто одной силы с ним.

— Значит, раз Король-Заклинатель начал действовать в открытую и создал своё государство, то может появиться кто-то ещё, сравнимый по силе. Если верить словам Момона, у Хонёпеньёко есть партнёр. Нужно быть наготове на случай её появления, как и с Ялдабаофом.

— Все это на данный момент лишь предположения. Нам просто нужно подумать о налаживании связи с Королем-Заклинателем или Момоном.

— Это слишком рискованно. Даже больше, чем слишком рискованно. Вместо этого нам стоит отправиться в Империю и добыть информацию там, после чего вступить в контакт с Императором.

— Звучит неплохо, если, конечно, Император ещё не переметнулся на сторону Короля-Заклинателя.

— Это рискованное предприятие, но здесь ничем не помочь. Если ничего не делать, съежившись в углу, в конце концов останется только игра в догонялки с другими.

— Все же, когда вы называете это рискованным предприятием… насколько рискованным? Если мы провалимся, появится повод к войне, чтобы напасть на нас, нет? Нам стоит понять позицию Императора по этому делу, прежде чем связываться с ним.

Поскольку все согласились по этому предложению, кое-кто задал справедливый вопрос.

— …Однако, неужели жители Э-Рантэла не пытались протестовать против захватившей город нежити? Их всех перебили? Или запугали и держат в абсолютном подчинении?

Услышав этот вопрос, вряд ли кто мог поверить ответу Рэймонда.

— По нашим сведениям, городом управляют мирно.

Ха?! Этот звук вовсе не соответствовал тем людям, но они не могли его сдержать.

— Хмхм. В моём возрасте я, бывает, слышу того чего нет, но сейчас мой слух, кажется, стал ещё капризнее. Рэймонд, что ты там говорил насчёт мира?

— Я не удивлюсь, если завтра солнце взойдёт на севере.

— …Ну все, достаточно шуток. Если Рэймонд говорит правду, то это поистине невообразимо. Наш информатор сошёл с ума или решил пошутить?

— В докладе сказано, что Рыцари Смерти используются как городские стражники, Старшие Личи как государственные служащие, а Пожиратели Душ задействованы в перевозке груженных повозок.

Все, кроме Рэймонда, раскрыли рты.

— Нет, нет, нет, минутку. Что? Повторите пожалуйста?

Рэймонд не изменил слов и повторил сказанное в лицо Максимиллина с его упавшими очками.

Хааа?! Еще раз вырвался тот же несвойственный им звук.

Каждое из этих существ — нежить, существо поразительной мощности. И теперь рыцарь преисподней поддерживает общественный порядок, будто примерный маленький солдат, повелитель лабиринтов сидит за столом, управляя движениями товаров, а монстр, способный уничтожить целый город, делает работу лошади с кучером.

И такая страна возникла прямо возле их границ.

— Что за черт. Из какой ямы ада это взялось?

Нежить бродит по улицам и управляет городом. Всё, что они могли себе представить — это то, что все жители мертвы.

— Нет. Бывшие жители Э-Рантела… нынешние граждане магического Королевства, живут своей обычной жизнью. По началу были волнения, но сейчас всё успокоилось.

— …Похоже, мы недооценивали Королевство все это время.

— Да уж… На сколько же силён их дух?

Все присутствующие вздрогнули от страха при одной мысли о том, чтобы оказаться рядом с нежитью, ненавидящей всё живое.

Это как жить рядом с ужасно голодным монстром. Для обычного человека нормальным было бы бояться.

— Они, наверно, мирятся с этим, потому что доверяют тому великому воину, героическому приключенцу Момону Черному.

Рэймонд огласил отчет о произошедшем в первый день правления Короля-Заклинателя в городе Э-Рантел.

Все сосредоточенно внимали.

— Как я и думал, невозможно, чтобы Момон был компаньоном Короля-Заклинателя.

— О, но разве это не дополнительное доказательство сговора Момона и Короля-Заклинателя? Они появились практически одновременно, так ведь?

Хмм… Каждый пребывал в размышлениях.

Все чувствовали, что этим вариантом не стоит пренебрегать, но сказать с уверенностью тут ничего было нельзя.

— Есть ли способ восстановить Момона против Короля-Заклинателя? Возможно, если бы мы использовали людей Э-Рантела, мы смогл…

— Это опасно, очень опасно. Неудача сделает нашими врагами и Момона, и Короля-Заклинателя в одно время.

— Вы правы. Мы уже понесли значительные потери. Хотя погибших и воскресили, Чёрное Писание всё равно не восстановит свою полную боеспособность, а Писание Солнечного Света фактически распущено. Корона украдена, Принцесса-Мико и Кайр мертвы. Потребуется ещё минимум десять лет, чтобы оправиться от потерь. В нашем нынешнем состоянии не стоит дразнить спящего Дракона.

— Да. Ни в коем случае нельзя сражаться на два фронта.

В этот момент враждебность в комнате, казалось, увеличилась.

— Эти грязные предатели.

— Эти ублюдочные эльфы.

В настоящий момент Теократия находилась в состоянии войны с Эльфами Великого Южного Леса. Изначально Теократия и эльфы имели дружественные отношения. Но эти отношения были сломаны, и теперь Теократия в одиночку борется с Эльфами.

Они построили передовое укрепление у Озера Полумесяца, где расположена столица эльфов. По первоначальному плану, через несколько лет столица должна быть взята, но план этот постепенно рушился.

— Как насчёт заключить перемирие с ними?

— Глупости. Как много крови, по-вашему, уже было пролито? Для начала, разве мы не должны отомстить за неё?

— То дитя…

Сказав это, старик горько улыбнулся.

Он назвал ее ребенком из-за ее внешнего вида, но на самом деле она старше всех в этой комнате.

— …Как она?

— В той же комнате неподалёку, как и всегда.

— Да. Нужно дать ей шанс отомстить за мать.

— Именно, иначе её горю не будет конца. Отомстив она, наверное, обретёт покой.

На лицах присутствующих появилось болезненное выражение.

— …Говоря прямо, я недоволен тогдашними жрецами. Они воспитали в бедняжке такой характер.

— Ну, с тем же успехом можно обвинять этих лесных варваров. Кардиналы не собирались разлучать её с матерью.

— …Что за тяжёлая тема.

— И всё же, если мы используем её, Повелитель Драконов может начать действовать.

— Мощь богов, Падение Страны и Замка, скорее всего не сработает на нём, способном, в отличие от Повелителя Драконов Катастрофы, применять дикую магию. Может, используем это против Короля-Заклинателя?

В комнате воцарилась тишина. Каждый обдумывал этот вариант, но сказать ничего не мог.

— …Это неплохая идея, но мы не знаем, насколько сильны подчинённые Короля-Заклинателя, и меня это тревожит.

— …Если бы только оно могло контролировать сразу многих, как всё было бы проще.

— Как вы смеете! Это наследие, оставленное нам богами, ради защиты человечества! И вы недовольны этим великим даром? Что за дерзость!

Получив упрёк, старик низко поклонился.

— Я оговорился.

— Следите за языком!

— Итак, вернёмся к теме разговора. Мы все против применения Падения Страны и Замка против Короля-Заклинателя?

— Это слишком опасно.

— Если появится Повелитель Драконов Катастрофы, мы могли бы взять его под контроль и использовать в бою…

Нет смысла надеяться на это.

— Что поделать. Может, отправить посольство, поговорить с Повелителем Драконов насчёт эльфов?

— Но что он может потребовать взамен?

— Просто согласимся, если это будет не слишком невыносимо. В конце концов, всё это ради того, чтобы принести покой душе той девочки.

Возражений не было. Все погрузились в размышления.

— Хехе…

Раздался тихий смешок, и все повернулись к тому, кто издал его.

— Хехе. Сейчас, когда все, знавшие о случившемся, уже мертвы… Ну, в сопереживании вам всем не откажешь.

Слова могли бы прозвучать оскорбительно, но тон указывал на иное.

— …Наша цель — защита человечества от других рас, и та девочка — тоже часть человечества. Думаю, нам простительно некоторое злоупотребление властью ради спасения товарища.

— …Я не возражаю, если это не повлечёт за собой жертв.

Грандмаршал, услышав это, горько улыбнулся.

— Не лучше ли было бы широко распространить это знание, а не передавать из уст в уста? Если бы мы противостояли чему-то выделяющемуся, одно дело, но ведь противник может залечь на дно. Если это будет известно всем, нам проще будет собирать информацию.

Это предложение высказывалось регулярно на протяжении нескольких веков. И, разумеется, каждый раз отклонялось.

— Наш мир — лишь утлая хрупкая шлюпка в бурном океане. Чем меньше тех, кто знает об этом, тем лучше. В конце концов, примерно каждую сотню лет на нас обрушивается тайфун. Думаете, люди смогут спать спокойно, зная это? Истина такова, что обладающий силой не может долго прятаться в тенях. Он очень быстро выдаст себя, даже попытавшись жить обычной жизнью.

— Раз так, как поступит бывший жрец-доно, как вы думаете?

Лицо каждого приняло озадаченное выражение.

— Я не уверен, но скорее всего он предпримет что-нибудь… Вероятно, у него есть какой-нибудь скрытый козырь.

— А может, бывшее Девятое Кресло, Идущая По Ветру, что-то знает…

— Как неуютно. Она где-то неподалёку? Что может быть неприятнее…

Раздалось несколько вздохов.

— Как насчёт попросить о помощи вышедших в отставку членов Чёрного Писания? Таким образом мы сможем восстановить нашу боеспособность, нет, поддержать бдительность. Мы сможем послать их в качестве подкреплений Драконьему Королевству. Маловероятно, что кто-то из них погибнет.

Чёрному Писанию поручались самые опасные задачи, и потери среди них всегда были высоки. Однако, если удавалось спасти тело, то мёртвого можно было вернуть к жизни. Проблема заключалась в том, что воскрешение вытягивало жизненную силу человека, и ему приходилось долго тренироваться, восстанавливая форму, которой он обладал до смерти. Так что некоторые предпочитали уходить со службы.

Также были и те, кто уходил в отставку из-за возраста, но какова бы не была причина, отставники обладали приоритетом при устройстве на любую гражданскую работу. Некоторые предпочитали жить низкой жизнью безработного, но таких было очень мало. Большинство, будучи не в силах смотреть в глаза своим жёнам и слышать вопросы детей вроде «Паааап, почему ты до сих пор безрабтный?..» рано или поздно устраивалось на работу.

Потребуется время, чтобы эти люди заново освоились с профессией воинов, и самые старые не смогут действовать так же, как в расцвете своих лет. И всё же, они гораздо надёжнее большинства остальных.

— Просто объясни им ситуацию и обратись с нашей просьбой. Не жди, что все возьмутся за оружие, все же.

— Конечно. Потребуется настоящий ублюдок, чтобы оказать давление на людей, выполнявших задания, в самых опасных местах, затем вышедших в отставку.

— Да. Просто спроси их. Но если кто-то согласится, заплати им больше, чем они ждут.

— Если бы ещё нам платили хоть сколько-нибудь.

Самоуничижительное хихиканье пронеслось эхом по комнате.

Жалоба на отсутствие заработной платы, являлась для них частой шуткой.

В Теократии, начиная с определённого ранга и выше, человек зарабатывал всё меньше и меньше. Это было способом самоочищения власти, придуманным для того, чтобы людей не гнала вверх по служебной лестнице жадность. Таким образом, большинство тех, кто занимал высокие посты, делали это лишь из желания служить государству.

Когда смешки утихли, Великий Понтифик снова заговорил:

— Итак, перейдём к следующей теме. Рэймонд, прошу вас.

Глава 3

Часть 1

Ясным солнечным днем во внутреннем дворе своей резиденции Айнз провожал Альбедо, отправляющуюся в Ре-Эстиз.

Неподалеку стояли пять роскошных экипажей, в одном из них ехала Альбедо, другой был отведен под её багаж. В ещё одном находились дары для Короля, которые должны были ещё раз показать могущество Колдовского Королевства. Экипажи сопровождали двадцать Рыцарей Смерти, созданных лично Аинзом.

Конечно, намного проще телепортироваться в столицу Королевства, но было решено отказаться от этой идеи.

Альбедо, и вся делегация, должны были продемонстрировать силу Колдовского Королевства. Поэтому, кареты были запряжены не лошадьми, а монстрами; так сказать, завуалированная угроза.

— Пожалуйста, берегите себя, Владыка Айнз.

— Хорошо, буть осторожна. Мы все ещё не нашли людей, которые взяли под контроль Шалтир. Поэтому не стоит забывать, что они могут попытаться подчинить тебя и использовать для того, чтобы нанести вред Назарику.

— Конечно. Я буду осторожна и не позволю этой вещи покинуть меня.

Альбедо прижимала к груди предмет Мирового Класса.

— Я полагаю, присутствие этой вещи устраняет риск попасть под эффект другого предмета Мирового Класса. Однако, наши противники также могут обладать и другими предметами. К тому же, в то время как это сильнейший предмет Мирового Класса против физических объектов, не забывай, что он мало эффективен против отдельных целей.

— Вот как? Мое основное оружие — измененная версия этого…

— Он слабее, чем специализированное оружие Божественного класса, но все же имеет преимущество в том, что не может быть уничтожен или поврежден. Я хочу сказать, что ты не должна становиться беспечной только из за того, что сильна. Хотя, я не думаю, что ты допустишь подобную ошибку.

К слову, ведь Альбедо, до сих пор, не была снаружи.

Он назначил её управлять Назариком и держал в резерве. Из-за этого, Айнз волновался, как будто впервые отправлял ребенка выполнить поручение самостоятельно.

— Всегда будь на стороже и не расслабляйся. Если почувствуешь опасность, отступай немедленно. У тебя есть предметы для телепортации? У некоторых из них есть задержка перед переносом, твои срабатывают сразу? Некоторые враги могут препятствовать телепортации, ты знаешь как этому противодействовать? Так же, противник может отвлечь тебя приманкой, чтобы заманить в ловушку. Не давай силе противника себя обмануть, хорошо? И хотя я слышал, что ты прошла через боевую подготовку для улучшения гибкости, тебе все ещё есть чему учиться. К тому же…

Обдумывая тактики, которые он применял для PK (убийств игроков), он подумал — было бы лучше, если бы я дал такое же напутствие Шалтир. В то же время осыпая Альбедо потоком слов.

Как много времени он потратил на продумывание всех видов атак? Айнз вернулся в нормальное состояние только после того, как он понял, что Альбедо смотрела на него с восторженным выражением на лице.

Это было ужасно неловко.

Айнз закашлялся.

— Ну, что-то типа того. Я считаю, что из всех людей, Альбедо, тебе не стоит докучать по поводу подготовки и контрмер. Я прошу прощения за то, что задержал тебя. Будь осторожна, во время путешествия.

— Поняла Вас, Айнз-сама.

— Несмотря на то, что не может быть уместно спрашивать прямо перед твоим отъездом, про Демиурга — …нет, не имеет значения.

— С ним всё будет в порядке, я думаю?

Если бы он получил способ связи с Демиургом, у него была бы огромное количество вопросов для обсуждения с ним. Например, Альбедо не возражает против формирования Гильдии авантюристов, но об этом может быть лучше спросить его лично, когда он вернётся. Альбедо, казалось, удивилась, но после того, как она поняла, что Айнз не собирался отвечать, она вернула свое обычное мягкое выражение лица.

— Тогда, Аинз-сама. Я добьюсь результатов, не опозорящих должность Cмотрителя Cтражей.

— Ты никогда меня не подводила.

Конечно, он сразу вспомнил, как Альбедо оседлала его в позе наездницы, но это не тот тип вещей, что стоит обсуждать в подобной ситуации.

— Есть ещё кое-что о чём я хотел бы сказать. В то время как ты невосприимчива к болезням, в этом мире могут существовать болезни, которые могут обойти даже твой иммунитет, так что будь осторожны. Я слышал, что очень легко заболеть в межсезонье.

Граница между временами года была не очень ясна в мире Сузуки Сатору.

Мысль озарила его — что бы Блу Плэнет сделал, если бы был здесь? У него, вероятно, было бы такое же выражение лица, с сверкающими глазами, как и у Альбедо… Несмотря на то, сможет ли он сделать это выражение лица было совсем другим делом.

Затем, Альбедо вызвалась с предложением, с лицом напоминавшим только что распустившийся цветок:

— Аинз-сама! Я, я знаю о профилактической медицине, которая хорошо действует против болезней!

— Хм-м…?

Это было поразительно. Он даже не мог предположить, что она была осведомлена о лекарствах, уникальных для этого мира.

Энфри, травник, вряд ли хоть как то пересекался с Альбедо. Это могли быть знания из ИГГДРАСИЛЯ, или же то, что Табула Смарагдина вложил в неё. Аинз преисполненный любопытства, с нетерпением ждал, что же вымолвит Альбедо.

— Поцелуй!

— … Поцелуй?

— Да, поцелуи снимают напряжение, и активизируют парасимпатическую нервную систему. И как только увеличивается эффективность парасимпатической системы, активируется иммунная. Проще говоря, если вас поцелуют, болезни обойдут вас стороной.

— То что вы рассказали, довольно знакомо…

Он вспомнил, что кто-то упоминал о парасимпатической системе, в то время, когда он играл в ИГГДРАСИЛЬ. Так и есть. Всё же он считал, что в этом мире, это вряд ли сработает.

— Поэтому мне хочется поцелуя.

Альбедо закрыла глаза и сжала губы.

Все что он увидел, было больше похоже на присоску осьминога.

Если это описать, то может показаться будто рассказ противоречит красоте Альбедо. Но в конце концов, красивая женщина оставалась красивой, не зависимо от выражения на ее лице.

Эта довольно неожиданная мысль промелькнула в голове Айнза.

Айнз подумывал о побеге из этой ситуации.

Конечно он хотел отказаться, но было очевидно что она надеялась на поцелуй. Кроме того, это было пожелание от того кто так же трудился не покладая рук, так он хотел помочь ей, в определенной степени, надеясь что это улучшит ситуацию. Так же, он не хотел обижать Альбедо, причиняя еще больше боли ее сердцу, он не хотел отказывать «дочке» Табулы Смарагдина.

Аинз коснулся рукой подбородка Альбедо, и поцеловал ее в щеку. У Аинза не было кожи, и, следовательно, не было губ, для поцелуя Аинз использовал больше передних зубы. Кроме того, так как у него не было слюны, все, что она смогла чувствовать, что что-то сухое и твердое касалось её.

Хоть ему было ужасно неудобно, он должен был это сделать.

«Я рад, что я почистил зубы, хотя я ничего и не ел.»

Когда он отпустил ее подбородок, он увидел широко раскрытые глаза Альбедо.

— Что, что то не так? Было бы слишком, поцеловать тебя в губы, поэтому я поцеловал тебя в щеку. Я не должен был этого делать?!

— … Я не ожидала, что вы это сделаете.

Прежде чем Аинз смог спросить ее о том, что же она тогда имела в виду, слезы навернулись в уголках глаз Альбедо.

— Уууааааааа…..

Альбедо заплакала. Это были не крокодильи слезы. Она действительно плачет.

После долгожданного шока её эмоциональное подавление пало и эмоции выплеснулись, Аинз поспешно кинулись к ней. Но он не знал, что сказать, как себя вести.

В прошлом, когда он увидел плачущую Альбедо в сокровищнице, он придумал утешительные слова для нее. Однако сейчас ничего не приходило в голову, Аинз случайно заставил ее плакать. Как бы поступил красавец императора (Зиркниф) в такой ситуации? Хотя он и думал об этом, казалось, что ни одно из увиденных им действий, которые Аинз видел, не были похожи на данный момент.

— Альбедо, пожалуйста, не плачь.

Он отчаянно хотел вызвать дежурную горничную для помощи, но он уже был сильно и сам смущен. Он не мог осрамиться еще сильнее.

— Альбедо, не плачь.

Аинз нежно заключил Альбедо в свои объятья и нежно погладил по спине.

Они немного постояли, а затем Альбедо всхлипнула. Казалось бы, ее слезы прекратились.

Аинз выпустил из своих объятий Альбедо и почувствовал, что ему полегчало.

— Ты в порядке, Альбедо?

— Да, Айнз-сама. Мне очень стыдно что вы увидели меня с этой стороны.

И не смотря на следы от слез, улыбка её оставалась прекрасна.

Лишь одна причина по которой она могла плакать.

Поняв, как был жесток, он почувствовал боль в несуществующем желудке. «Все равно игра скоро завершится…» — если бы он так не думал, ей не пришлось бы плакать.

— Это так… Что же, тебе стоит отправляться, если ты в порядке.

— Поняла! Момонга-сама!

* * *

Шторки в отъезжающей карете были распахнуты и он увидел как Альбедо махала ему рукой. Аинз помахал в ответ.

Это напоминало сцену прощания у поезда, которую можно было увидеть на телевидении.

Карета медленно уезжала и её караул тоже начал движение.

Аинз смотрел, пока карета Альбедо не скрылась из виду, и смотря вдаль, он серьезным голосом, мрачно произнес команду.

— Забудь всё, что здесь произошло.

— Поняла.

Аинз прошел мимо горничной, чья голова была опущена. Он не смог разглядеть, выражение её лица.

Часть 2

Кровавый Император, Зиркниф Рун Фэрод Эль-Никс вцепился в волосы.

Это не было секундным порывом. Это движение уже успело войти в привычку.

В прошлом, ему довелось уничтожить множество дворянских родов, узнавать новости о предательствах, способных пошатнуть Империю, и узнавать об ухудшении отношений с соседними странами. Но ничто из перечисленного не вселяло в него панику или замешательство. Однако пред лицом этой неразрешимой проблемы императору оставалось лишь с горечью хвататься за голову.

— Проклятье! Сукин ты сын! Сдохни! Чтоб ты сдох и сгнил!

Посредством магии можно наложить смертное проклятье, но Зиркниф не обладал такими способностями. Так что он просто выкрикивал оскорбления. Если бы ему было под силу и в самом деле убить того, кто на прошедшие несколько месяцев поверг его разум в такой беспорядок и одарил болями в желудке, то он бы с радостью обучился таким заклинаниям.

— Нет, стоп. Лучше, наверное, пожелать ему «жить», да? Или, может, «разрушиться»? Я слышал, некоторые жрецы способны разрушать нежить своей святой силой.

Он даже думал о столь бесполезны вещах.

Каждое утро живот Зиркнифа ныл, а подушку усыпали пряди вырванных волос. И виной всему этому был Король-Заклинатель, Айнз Оал Гоун.

У проблем, созданных Колдовским Королевством, не существовало удовлетворительного решения.

Первая проблема касалась потерь Имперских Рыцарей в битве на Равнинах Каз.

Погибло всего 143 человека; пустяковое количество, если бы речь шла о стычке с врагом. Однако, эти потери имперская армия нанесла себе сама.

Вдобавок, ещё 3 788 человек выразили желание уйти из Корпуса Рыцарей по возвращению в Имперскую Столицу. Иначе говоря, 6 % из 60 000 Имперских Рыцарей струсили.

Кроме того, тысячи солдат жаловались на нервное расстройство и ночные кошмары. Доклады также упоминали как минимум 200 помешавшихся.

Рыцари — профессиональные воины, и подготовка каждого стоит существенных затрат.

И дело даже не в деньгах. Время на обучение тоже важно. Нельзя просто взять человека с улицы и объявить «С сегодняшнего дня ты будешь рыцарем».

Лишь с большим трудом Империя сможет восполнить потери. Но где взять средства на это?

В эти тяжёлые времена рискованно проводить репрессии среди знати, чтобы получить необходимые средства путём конфискации их имущества.

И причиной тому вторая проблема — а именно, прошение, поданное Зиркнифу самими Имперскими Рыцарями.

Корпусу Рыцарей разрешалось высказывать предложения Императору Зиркнифу… Такая привилегия была введена потому, что некоторые вещи могут понять лишь ветераны битв, а также затем, чтобы снизить конфликты между военачальниками и бюрократами. И при этом, создать впечатление того, что Зиркниф — имеющий военный опыт — особо ценит Корпус Рыцарей.

Разумеется, не стоит ожидать, что подобные петиции неизменно будут положительны, но недавние были особо резкими.

Эти петиции, поданные высшим командованием Корпуса Рыцарей, выражали их желание избегать каких бы то ни было столкновений с Колдовским Королевством.

Зиркниф прекрасно понимал это и сам.

Любой, кто решится сойтись в открытом бою с Колдовским Королевством, должен быть не просто глупцом — он должен быть совершеннейшим безумцем. Это государство, способное одним заклятьем растоптать двухсоттысячную армию. Зиркниф ни за что не стал бы идти на конфликт с таким врагом.

Однако, тот факт что Корпус Рыцарей всё же отправил подобную петицию, означал, что они утратили веру в Зиркнифа.

Перед битвой на Равнинах Каз Зиркниф сказал Королю-Заклинателю: «Надеюсь, вы примените сильнейшее своё заклинание». Командование Корпуса Рыцарей знало об этом, и винило именно Зиркнифа за то адское разрушение, которому стало свидетелями.

Иными словами, его назначили козлом отпущения.

Зиркниф, осознав это, был до невозможности взбешён и встревожен.

Если бы он подозревал о существовании подобной магии, то ни за что не сказал бы таких слов.

Кроме того, Зиркниф попросил этого проклятого Короля-Заклинателя использовать сильнейшее заклятье потому, что хотел оценить его силу как мага.

По идее, всё должно было быть иначе. «Благодарим вас за то, что выявили часть мощи Короля-Заклинателя. Теперь мы прекрасно понимаем, что лучше не идти против него», должны были бы сказать Рыцари, выражая свою признательность. В конце концов, если бы всё повернулось к худшему, подобная магия могла бы быть высвобождена посреди города.

Однако, Корпус Рыцарей видел ситуацию иначе. Они полагали, что Зиркниф, в которого они верили как в прекрасного императора, попросил применить заклинание, прекрасно зная, каков будет результат. И теперь Зиркниф стал объектом подозрений.

Впервые в жизни Зиркниф был недоволен своей репутацией.

Однако, плач и жалобы делу не помогут. Если бы кто-то другой мог решить его проблемы, Зиркниф бы с радостью рыдал и кричал, по крайней мере, до тех пор, пока не улягутся боли в животе. Разумеется, никто не выполнит его работу за него, так что Зиркнифу приходилось справляться самому.

— Будь он проклят, этот Король-Заклинатель! Это всё его вина!

Он прижал руки к вспыхнувшему новой болью животу, нет… Зиркниф задумался.

Не «вина Короля-Заклинателя». «Интрига Короля-Заклинателя».

Вполне возможно, что нынешнее состояние Империи подстроил он. Успокоившись и поразмыслив, Зиркниф пришёл к выводу, что вероятность этого очень велика.

Он взял ключ, открыл ящик стола, и вынул оттуда бутыль.

После чего прижал к ней серебряное кольцо, которое носил на левой руке.

Кольцо Единорога — предмет, способный обнаруживать яды, усиливающий сопротивление к ядам и болезням, и способный также раз в день исцелять раны. Убедившись в отсутствии реакции, Зиркниф осушил бутыль.

Он поставил пустую бутыль на стол и нахмурился.

Зиркниф отхлебнул воды из стоявшей на столе бутылки, прополоскав рот, избавляясь от непривычного вяжущего послевкусия. После чего снова надавил на живот.

Это самоубеждение, или же рана действительно исцелилась? Наверняка он не знал, но по крайней мере боль в животе временно успокоилась.

— Хааа…

Издав невероятно тяжёлый вздох, словно мысленно готовясь к невероятно тяжёлой работе, Зиркниф принялся за дело. Для начала, нужно разобраться с кипой скопившихся документов.

Раздался тихий стук в дверь, словно кто-то ждал, пока Император протянет руку.

В комнату вошёл секретарь. Каждый из секретарей Зиркнифа был отличным работником, подобранным им лично. Однако, этот человек легко составил бы конкуренцию самому императору.

Само собой, среди секретарей были лишь мужчины. Зиркниф полагал, что из всех женщин с подобной работой могла бы справиться лишь одна из его наложниц.

— Ваше Величество…

Зиркниф махнул рукой, зная, что приветсвие может затянуться надолго.

— … Не надо церемоний. Не трать времени, переходи к делу.

— Да, Ваше Величество. Те торговцы из того государства наконец ответили нам. Похоже, у них весьма солидные запасы, и скоро они прибудут в Имперскую Столицу.

— Неужели!

Зиркниф улыбнулся. Лучшая новость за последние несколько недель.

Государством, про которое шла речь, была Слейновская Теократия. Что же до торговцев то под этими словами, разумеется, имелся в виду их посланник.

Эта комната была защищена от всех видов слежки, но оказавшись свидетелем мощи Короля-Заклинателя, он пришёл к выводу, что все эти контрмеры не более чем сценический наряд. Фактически, в последнее время он постоянно чувствовал, что за ним следят.

Впрочем, сколько бы людей он не отправлял на розыски, шпионов найти не удавалось. Единственный вывод, к которому можно был придти, что всё это параноидальные иллюзии Зиркнифа. В последнее время его нервы и вправду подверглись серьёзной нагрузке, так что это вполне могло быть и правдой. Однако отделаться от ощущения чужого взгляда никак не удавалось.

В прошлом он мог бы поручить Флюдеру наложить защитное заклятье, но не сейчас. Насколько он знал, Флюдер мог уже предать его. А раз так, Зиркниф должен действовать, предполагая, что шпионы уже проникли в Столицу.

Поэтому, всей политике относительно важных вопросов были нужны их собственные кодовые слова. Конечно, было несколько небольших проблем, которые неожиданно возникли в результате, но это было лучше, чем позволить сформировать союз против Аинз Оал Гоун открыто.

— Итак, когда именно?

— Полагаю, они рассчитывают прибыть через несколько дней.

Проще говоря, он бы открыто пригласил их в Имперскую Столицу, но это будет слишком очевидно.

«Лучше обставить всё так, словно наша встреча — совершенная случайность. Однако, какое место не вызовет подозрений?»

Вариантов не было, но всё же он не имел права просто сдаться, как в обычной игре. Тем невероятно жестоким заклинанием Король-Заклинатель фактически сказал Зиркнифу следующее: «Я нежить, и убивать живых для меня естественно». Нельзя игнорировать подобное существо.

Это его долг как Императора Империи Багарут — пусть и ненамного, но повысить шансы на победу.

И чтобы достичь этого, он заключил секретный союз со Слейновской Теократией. Теократия старше Империи, и одним из столпов этого государства является божественная магия. Несомненно, в вопросах сражений с нежитью им нет равных.

Однако это было бы очень плохо, если Колдовское Королевство узнает об этой договоренности с Теократией.

Империя сейчас союзник Колдовского Королевства и тем, кто помог гарантировать его суверенитет. Причина, почему Империя сделала это, состояла в том, чтобы понять силу и структуру Колдовского Королевства, а также все остальное в его пределах. Если бы они обнаружили, что работали против Колдовского Королевства, то первой мишенью Короля Заклинателя, несомненно станет Империя.

— Разрешите говорить, Ваше Величество.

Зиркниф поднял свой подбородок, указав, что человек может продолжить.

— Разве открытые военные действия против Колдовского Королевства — не самый глупый план действий?

Зиркниф впивался взглядом в писца. Вы тоже, хах. Он бросил стопку свитков в специальное мусорное ведро, как только подумал об этом.

(Не разбивай мое ослабленное сердце, пожалуйста…, Однако…)

— Тогда, как по твоему мы должны поступить?

— Ну, об этом…

Зиркниф улыбнулся, поскольку он четко увидел большой глоток писца.

— Расслабьтесь. Я не буду порицать вас ни за что, что вы скажите. Ну же, скажите что у вас на уме.

— Да, тогда, я приношу извинения заранее за любое оскорбление, которое я бы мог причинить.

С кашлем, секретарь начал делиться своими мыслями:

— Полагаю, мы должны укреплять наш с ними союз, и если Колдовское Королевство выскажет какие-нибудь пожелания… мы должны будем дать им то, что они захотят.

Несмотря на данную Зиркнифом гарантию, секретарь побледнел.

Его снедал ужас лишиться жизни за подобное предательское заявление.

Зиркниф вновь горько улыбнулся.

— Ты прав.

— …Ха?

Зрелище того, как столь способный человек удивлённо разевает рот, было весьма комичным. Зиркниф снова улыбнулся, уже веселее, и продолжил:

— Полагаю, ты прав. На твоём месте я предложил бы то же самое. Нет, было бы странно если бы любой из тех, кого я выбрал своими секретарями, не предложил такого.

Проще говоря, Колдовское Королевство слишком сильно.

Пусть они и могут оценить лишь военную мощь, очевидно, что можно даже не надеяться справиться с Колдовским Королевством.

Даже мощь одного Короля-Заклинателя Айнз Оал Гоуна столь велика, что идти против него слишком рискованно. Но есть ведь ещё и та армия нежити, которую он вывел на поле боя, каждый воин в которой, по слухам, способен в одиночку выйти против армии целой страны.

Разница в силе неизмерима. Это даже не смешно.

— Но хотя я и считаю, что это лучший выбор, разве это означает что мы не должны готовиться к иным действиям? Например, если Король-Заклинатель намерен уничтожить Империю, неужели ты думаешь, что он пощадит нас если мы просто преклоним колени?

До него ещё не доходили известия о какой бы то ни было резне в Э-Рантэле.

Может, там нет нежити? Попытавшись собрать информацию, Зиркниф узнал, что нежить открыто оккупировала город, превратив Э-Рантэл в демонический город.

Возможно, Король-Заклинатель намерен управлять местным населением, не уничтожая его, но это поспешный вывод. В конце концов, были новости насчёт того, как тот подчинил приключенца адамантового ранга, так что что исходя из одного этого факта слишком опасно надеяться, что милосердие Короля-Заклинателя распространяется и на Империю.

— Вы совершенно правы. Похоже, пред лицом подавляющей мощи Короля-Заклинателя я лишился способности трезво мыслить. Мои глубочайшие извинения.

— Незачем извиняться. В конце концов, мне тоже приходила в голову эта мысль… ладно, вернёмся к разговору. Где те торговцы намерены остановиться?

— Вероятно, в крупнейшем второго четвёрых.

Второй четверых означал храм Бога Огня. Слово «крупнейшем» было не кодовым, а значит, имеется в виду просто крупнейший храм Империи — Центральный Храм.

С этого момента Зиркниф повёл разговор на совершенно случайные темы, временами вплетая крупицу лжи.

Временами он небрежно заговаривал о выдуманных вещах. Даже если кто-то и подслушивает, ему будет непросто вычленить правду. Пока что ему придётся продолжать эту напрягающую мозги работу. Подумав об этом, Зиркниф осознал, что говорит уже несколько минут.

Он решил перейти к главному вопросу.

— Как твоя семья? У них по-прежнему всё хорошо?

— А? А, да. Всё отлично.

— Вот как? Замечательно. Здоровье важнее всего, в конце концов. Не буду лгать; в последнее время мне нездоровится. Лекарства лишь ненадолго сдерживают болезнь. Как думаешь, может, позвать жреца?

— Похоже, духовенство не особо поддерживает последние действия Вашего Величества. Если окажем на них давление, это может вызвать неприятную отдачу. Почему бы вам лично не нанести им визит, Ваше Величество?

— Какая превосходная идея.

Духовенство является противником нежити — и для жрецов, основание по соседству с Империей управляемого могущественной нежитью королевства было весьма тревожащей новостью. Так что они отправляли Зиркнифу множество просьб о встрече.

Однако Зиркниф отклонял каждую.

В его положении он принял бы любую помощь, какую возможно, но у него были причины отказываться. Одна из них — Зиркниф не знал, насколько хорошо духовенство способно защититься от шпионов. Другая — он опасался, что если расскажет им всё что знает, жрецы могут совершить нечто непредсказуемое.

В случае, если обе стороны достигнут соглашения, а потом жрецы объявят войну могущественному Королю-Заклинателю «потому что он нежить», последствия будут очевидны. В результате Империя окажется вовлечена в эти самоубийственные действия.

Вкратце, Зиркниф боялся, что едва он вступит в контакт с духовенством, Король-Заклинатель придёт к выводу, что Империя враждебна к нему.

Зиркниф тяжело вздохнул.

Хотя он надеялся, что жрецы подождут более удобного момента, похоже, те не поняли его намерений. Однако, вскоре в Имперскую Столицу тайно прибудет посольство Теократии. Возможно, если Зиркниф подождёт, пока те встретятся с духовенством, то ему удастся обратить ситуацию себе на пользу.

— Итак, я постараюсь в ближайшие несколько дней выбрать время и посетить храм, чтобы они осмотрели меня.

— Полагаю, это мудрое решение. Раз так, я займусь организацией.

— Благодарю. Далее, что насчёт Колизея? Насколько я помню, вскоре будут показательные соревнования; не стоит ли позволить им пройти, как и запланированно? Тебе не остановить меня словами «вы сказали что собираетесь на осмотр, так что не можете присутствовать там», знаешь ли. Если кто-то из вас захочет наблюдать за схваткой вместе со мной, сможете сделать это из моей персональной ложи.

Глаза секретаря расширились, зрачки блеснули, когда тот попытался понять истинный смысл сказанного.

(Да, верно. Ты прав, что подозреваешь. Ну же, пойми что я имею в виду).

Зиркниф не хотел встречаться с послами Теократии в храмах.

В храмах хранятся знания о медицине и многие другие полезные сведения. Если они окажутся целью превентивного удара, слишком многое будет потеряно, и как раз тогда, когда все эти знания будут нужнее всего.

— Понял. Тогда, позвольте мне заняться ареной. Полагаю, в тот день в ваш распорядок входит также визит в госпиталь для пострадавших на войне?

Зиркнифу об этом не было известно, так что это, наверное, блеф.

Другими словами, он предложил Зиркнифу больницу, думая, что это лучшее место, чем Арена.

Зиркниф выбрал арену, потому что он слышал, что для нее часто нанимают священников, чтобы исцелять раненых. Зная это, он хотел бы, чтобы посланники от Слейновской Теократии замаскировались под священников.

— Отложи визит. Будем следовать ранее согласованному расписанию.

С этим любые упоминания о торговцах исчезли на половине беседы. Если кто-то и подслушивает, что они подумают о сказанном? Что они поймут из фразы «второй четвёртого»?

Даже если Король-Заклинатель дьявольски умён, он ничего не поймёт, не обладая необходимой информацией. Кроме того, не все его подданные могут быть также умны как и он. Кроме того, чем больше здесь шпионов, тем больше шанс, что кто-то из них будет раскрыт. Раз до сих пор никаких шпионов не обнаружили, значит, их вряд ли здесь много. По крайней мере, Зиркниф на это надеялся.

Его разум угнетал размах несомненной и подавляющей мощи Короля-Заклинателя. Временами он думал, «раз они подданные Короля-Заклинателя, то также должны быть выдающимися». И правда, у его трона он видел множество невероятно могущественных существ, так что предположил, что и шпионы могут быть того же уровня.

Если причина действительно в этом, то у нас нет и малейшего шанса…Если клятва о вассалитете разрешит ситуацию, тогда не будет ли это лучшим развитием событий?

И хотя он только что выпил зелье исцеления, боль снова пронзила живот Зиркнифа.

Две недели спустя, экипаж императора Зирнкифа направлялся в Колизей.

Внешне могло показаться, что император отправился посмотреть бои на арене, но на самом деле, целью поездки было вступить в переговоры с посланниками Теократии Слейна и высокопоставленными представителями церкви Империи.

Чтобы не выделяться, он не стал брать с собой гвардейцев, однако двое из четырех сильнейших рыцарей Империи — Базивуд и Нимбл сопровождали его в этой поездке.

Если бы была возможность, для большей безопасности, он взял бы с собой всех этих выдающихся войнов. Однако, Мощный Взрыв, Лейнас, уже потеряла его доверие, поэтому он не взял её под предлогом зашиты столицы. То что Зиркниф ей не доверял — не совсем точно. Правильнее будет сказать, судя по её действиям, она уже хотела переметнуться на сторону Колдовского Королевства. Поэтому, чтобы не позволить ей узнать какую-либо ценную информацию, которую она сможет преподнести Королю Заклинателю как дар, Зиркниф дистанцировался от неё.

Однажды она сказала, «- Я сделаю все что угодно, чтобы снять проклятье, даже подниму меч против Вашего Высочества». Зиркниф это понимал и все же решил использовать её и дальше. Поэтому он не мог осуждать её, если она решит предать Империю. Тем не менее, он не мог позволить ей уйти вместе с опасной для Империи информацией.

Но в том случае, если Лейнас удастся узнать какую-либо государственную тайну, её придется взять под стражу. Однако, она — одна из сильнейших людей в Империи и Зиркнифу, для того чтобы устранить её, нужно будет послать людей, равных ей по силе. С точки зрения искусства владения мечом, только Базивуд и Нимбл могли справиться с этой задачей. Посылать кого-то другого — значит просто отправить людей на смерть. К тому же, попытка задавить числом приведет к тому, что будут ослаблена защита Имперской столицы и лично самого Императора.

Из-за этого, ему, возможно, придется обратиться к ученикам Флюдера, Рабочим или убийцам Изании, ко вссем и каждому кто обладает не только навыками ближнего боя. Но вне зависимости от того, какой вариант он выберет — ему придется за платить за это высокую цену.

Ученикам платили на ежегодной основе — хотя, после предательства Флюдера, его земли были конфискованы и розданы дворянам — так что не должно быть слишком много дополнительных расходов. Однако, привлечение учеников оторвет их от работы, что повлечет потери, не видимые невооруженным взглядом. В придачу, если их действительно убьют, то урон будет куда больше, чем при потере двух последних.

Исходя из этого, лучшим выходом станет не дать «Мощному взрыву» заполучить ценную информацию и дать ей сбежать в Колдовское Королевство с пустыми руками. Это, вариант, вероятно, удовлетворяет интересы всех заинтересованных сторон.

Зиркниф дал ей это понять.

Однако, Лейнас по прежнему находилась в Имперской столице. Её ответом было: «- Я останусь, пока не отплачу за ту доброту, которую Ваше Величество проявило ко мне».

Ему хотелось принять этот ответ за чистую монету и поверить ей, но это было невозможно.

«Мощный Взрыв» может и состоит в Четверке рыцарей Империи, но для Колдовского Королевства её сила была незначительна и ничего не решала. Каждый из воинов нежити, лояльный Королю Заклинателю был гораздо сильнее неё. Поэтому, она искала возможность поднять свою значимость в глазах Колдовского Королевства.

Пока Зиркниф думал о безнадежной действительности, в которой Король Заклинатель командовал армией нежити, каждый солдат которой был индивидуально сильнее Лейнас, самого могучего война Империи, и это не считая самого Короля Заклинателя, у него снова разболелся желудок.

(Что мне со всем этим делать?)

Принято считать, что один, пусть даже очень сильный воин не может изменить исхода битвы. Что ж, реальность говорит об обратном.

Газеф Стронофф был как раз тем, кто мог это сделать. Это в ещё большей степени относится к верховному заклинателю Империи — Флюдеру Парадину, существование которого заставляло дрожать целые страны.

Каждый из них по мощи превосходил армию или даже целую страну.

Другими словами, даже не учитывая вселяющую ужас силу самого Короля Заклинателя, Колдовское Королевство уже обладало силой тысяч армий.

(Тут ведь уже ничего не сделаешь? А что если…Ну, я же не могу остановить его даже мощью тысяч армий, верно?…Как я и думал, лучше просто сдаться…)

Конечно, он не мог сказать подобного в присутствии подданых, но эта идея уже в который раз не дает ему покоя. На самом деле, это была его первая мысль, после того как пришли новости о битве на Равнинах Каз.

— Ваше Величество, если вы не против, мы отправимся после того как встретимся с Серебряной Канарейкой.

Зиркниф перевел взгляд на сидевшего напротив него человека.

Перед ним был один из Четверки Рыцарей, «Молния» Базивуд Пешмел.

Зиркниф молча кивнул.

Команда Адамантовых приключенцев была привлечена для охраны. В то время как они притворялись, что заняты обеспечением безопасности, на деле же — выискивали возможных шпионов Колдовского Королевства. Как альтернатива, рассматривалась Изания, но, к сожалению, Зиркниф не мог с ней встретиться. Это помогло ему осознать, что сделать их официальными агентами Империи будет не так то просто.

— Ваше Величество, хотя авантюристы адамантового ранга и сильнейшие из людей, они все же ограничены возможностями человека. Пожалуйста, не снижайте бдительности.

Зиркнифу было больно осознавать суть слов, произнесенных «Диким Гейлом» Нимбл Арк Дейл Аноком. В действительности, увидев сомкнутые ряды монстров в том тронном зале, он, возможно, осознавал это гораздо лучше, чем Нимбл, собственными глазами видевший бойню на равнинах Каз.

— Конечно. Однако, возможно они смогут выстоять, учитывая опыт Момона — адамантового приключенца Королевства. Он смог поднять меч против Короля Заклинателя и защитить людей собственными силами. Раз уж Серебряная Канарейка тоже обладает адамантовым рангом, будет весьма неприятно, если они не смогут сделать то же самое.

Сказав это, Зиркниф печально улыбнулся.

— Но даже если они… если они не смогут сделать это, что с того?

Его вопрос у обоих рыцарей вызвал болезненное выражение на лице. Оно было лучше любого ответа, который они могли бы дать. Неосознанно, у Зиркнифа появилось такое же выражение.

— Ваше Величество, пожалуйста, не делайте такое лицо. Может мы не сильны, но положив свои сердца и души выполним нашу задачу.

— Верно, Ваше Величество. Пожалуйста, будьте уверенней, держитесь как раньше. Это болезненное состояние вам не к лицу.

Их нежные слова запали ему в сердце и он не мог заставить себя сказать «разве это и к вам не относится?». Так что решил принять их без жалоб. Эти слова обладали эффектом сродни горсти воды в пустыне, и это правда, их впитало в себя пустыня его сердца.

— … Простите меня. Благодарю за искренность. Чтож… раз здесь лишь вы двое, не могли бы вы послушать мои бредни какое-то время?

Два рыцаря молчаливо кивнули.

— Что, как вы думаете, я должен сделать? Почему подобный монстр появился рядом с Империей? Почему? Какой же смертный грех я совершил, что заслужил такое? Что мне сделать, чтобы победить этого монстра — или если не получится, запечатать? Теперь, когда козырная карта Империи украдена врагом, остались ли способы повернуть ситуацию?

Он не собирался рассказывать так много.

Не стой Зиркниф во главе, его люди были бы не способны следовать за ним. Тот, кто поставил себя выше других, должен вести себя подобающе. Это особенно касается Кровавого Императора, почистившего ряды многих дворян.

Император не может проявлять слабость. Этому его научил уважаемый им отец.

И все же, все люди имели свой предел чего они могут принять.

Человеческая сторона Зиркнифа была единственной, которую он может показать разве что любовницам. И сейчас эта его сторона кричала.

— Это правда, я попросил его применить заклинание. Но это не помогло! Мы не можем планировать какие-либо ответные меры, если не имеем понятия ничего о его способностях! Разве я виновен в этом? Должен ли я брать ответственность за все, что идет не так? Кажется все именно так и думают!

Зиркниф закусил губу и схватился за волосы.

По правде, это была еще верхушка айсберга. Предайся Зиркниф полностью своим чувствам в сердце, он бы плакал и кричал, катаясь вокруг по полу. Он всего лишь пытался защитить образ Императора.

К тому же, у него оставалось чувство самосознания о том как он себя ведет.

Это казалось уже вошло в привычку, поэтому Зиркниф привел себя в норму.

— Простите меня. Кажется, я немного перевозбужден. Последнее время я нахожусь под большим стрессом.

Он глянул вниз и увидел пряди волос в своих пальцах.

Судя по портретам, никто из его предков не имел редеющих волос. Зиркниф тут ничем не мог помочь, лишь размышляя, что он может стать первым лысым императором в истории Империи.

Он тряхнул рукой, чтобы его подчиненные ничего не заметили. Иногда жалость ранит сильнее, чем упреки, то же касается и потери волос.

Тем не менее, это может быть не очень убедительно после того, как вы увидели ту мою сторону. Впрочем, вам двоим не о чем беспокоиться. Я позабочусь об этом, как-нибудь. Я не позволю ему делать что захочется ради Империи.

Его уверенная улыбка, кажется, смягчила лица подчиненных.

Однако, в действительности никто из них не чувствовал облегчения.

Они также поняли, что эти слова Зиркнифа — лишь утешение.

Как бы они не старались, — придумать способ справиться с этим монстром им было не по силам.

По правде, Зинкниф чувствовал, что это невозможно, если у них нет оружия, способного сразить нежить, или если не найдется иной могущественный человек.

«Вот почему нам нужно положиться на на Слейновскую Теократию. Их история длиннее нашей, так что возможно они способны найти оружие, способное победить нежить одним ударом. Нет, даже обмен информацией с ними позволит нам сражаться!»

Ему оставалось лишь молиться, что все было так.

Экипаж продолжал свое движение, вместе с последними надеждами Зиркнифа.

* * *

Колизей по форме напоминал круг. Карета прибыла к большому входу у одной из его сторон. Этот вход вел к комнатам VIP, и таким образом, немного людей пользовались этим входом. Другие проходы использовались для входа и выхода обычных посетителей или для транспортировки грузов. Это были три главных входа в Колизей.

Первыми кто вышел, естественно, были двое рыцарей охранников. После того как они убедились в безопасности местности, Зиркниф вышел из кареты.

Пятеро мужчин ждали их там.

Одежда в которую они были одеты выглядела совершенно неуместной для VIP входа.

Зиркниф мог оценить ценность любого конкретного произведения искусства лиш взглядом, но он не мог получить такую информацию об их снаряжении и экипировке. Потому что то, что они носили, было и произведением искусства и военным снаряжением. Это не было снаряжение охранников дворянских домов, но оснащение закаленных в боях ветеранов.

По правилам этикета сторона стоящая внизу должна была представиться первой. Однако некоторые авантюристы не заботились о статусе или классе, и они были именно такими авантюристами.

Однако, он был правителем Империи. Было ли действительно уместно приклонять его голову перед авантюристами?

В этой неловкой атмосфере человек, стоящий в центре группы из пяти человек, заговорил:

— Ваше Величество, император Зиркниф Рун Фарлорд Эль-Никс. Я полагаю, что это — первый раз, когда мы встретились, и это — честь. Мы — команда адамантового ранга Серебряная Канарейка, которая приняла запрос по обеспечению безопасности. Я — руководитель группы, Фрейвартц. Рад знакомству.

Его горделивый голос отдаваться эхом по окрестностям.

У него была лютня за спиной и рапира на талии. Он носил кольчугу, которая окутывала его тело в причудливые огни.

Все его снаряжение не только отражало свет, но испускало волшебное сияние. Каждая часть его экипировки выглядела, как будто это был первоклассный волшебный предмет, особенно та лютня, которая была также известна как Звездная Симфония.

Поскольку он увидел этого человека наполненного уверенностью, Зиркниф вспомнил себя несколько месяцев назад и не мог не чувствовать некоторую зависть.

— … Так как вы команда приключенцев высшего ранга в моей стране, я слышал о Ваших делах господа. Та героическая сага о том, как Вы убили Сияющего Подлеца действительно, заставила мою кровь вскипеть. Поэтому, я знаю обо всех Вас в некоторой степени. Однако, так как это — редкая возможность, могу ли я попросить Вас лично представить мне героев моей страны?

— Тогда, позвольте мне, как барду…

— Нуже начальник, подвинешься немного, а? Неохота говорить об этом, но когда я услышал что ты будешь говорить, меня припадок схватил. Сияющий короткий меч или что-то там еще… в любом случае, мы можем просто пропустить эту часть? Эй, Ваша Величественность. Ты прости меня за мой говор, такой уж уродился. Без обид, да?

Человек около Фрейвартцa вышел вперед и учтиво приклонил голову.

Он был коренастым и низким человеком. Хотя у него была улыбка на лице, в его непропорционально маленьких глазах не было радости.

Это был Кейра но Садештейн, «Зачинщик» воровской профессии.

О Зачинщике было мало информации, поэтому многое о нем оставалось неизвестным. Он возможно был куда ближе к преступному миру, засадам и убийствам, нежели остальные воры.

Зиркниф указал, что тому не о чем беспокоиться, после чего Базивуд немного посмеялся.

— Хаха, все хорошо. Его Величество должно быть привык к этому.

— Ох, а это возможно… ты должно быть «Удар Молнии» из Четверки Имперских Рыцарей. Может ли быть такое, что ты родился там же, приятель?

— Мм? А-а, не, скорее в другом месте. Я выполз из маленькой грязной аллеи. Вы же скорее вышли из более темного и далекого места, нежели я.

— Походу все так. Воздух вокруг тебя другой… звиняй за это. Кажись, поторопился чутка.

— Все в порядке, «Темное Облако».

— Я никогда не звал себя «Темным Облаком»… В натуре, это ты виноват, начальник.

Уголки рта Фрейвартца изогнулись, как Кейра посмотрел на него.

— Лучше давайте познакомимся, а не будем представляться странными прозвищами. Мои извинения, Ваше Величество. Первый это Седе, наши глаза и уши. Следующий наш воин. Вы можете быть немного удивлены как увидите его, но я гарантирую его силу.

— Нет, естественно Его Величество не сомневается в нем. В конце концов я чувствую, что он может быть сильнее меня.

— Отлично, я рад слышать это от сильного человека. Это Фэн Лонг.

Он похож на стоящую красно-шерстную обезьяну ростом около 170 см. Он был одет в доспехи, похоже сделанные из белой шерсти, а также он носил 2 боевых топора на талии.

Он принадлежал к расе Горилл-Зверолюдей, и мог направлять мощь духа обезьян с помощью способности своего класса, Вожак Стаи. Зиркниф читал отчёты о нём, но при личной встрече испытал немалый шок.

В действительности он выглядел даже сильнее Базивуда, самого могущественного подчиненного Зиркнифа.

Фан Ронг поднял свою правую руку и помохал Зиркнифу и остальным.

— Тогда следующий это тот кто лечит наши раны.

Фрэйвартц поспешил представить следующего. Все от того что он волновался что Зиркниф будет недоволен.

На этот раз человек слева от Фрэйвартц шагнул вперед.

— Простите меня.

Сказал он и странный жезл который он держал звякнул. Это оружие носило название «Шакуджо».

— Этого монаха зовут Ункей и он последователь Будды. Рад встречи с Вами.

Хотя одет он был странно, но сейчас выглядел более воспитанно чем Вожак Стаи.

Когда он снял свою причудливую, большую шляпу — называющуюся фукаамигаса — то открылось, что он совершенно лыс. Не знай Зиркниф, что этот человек на самом деле просто бреет голову, то даже пожалел бы его — в конце концов, он ещё весьма юн.

Одет он был в странную боевую мантию под названием каса. Ункей принадлежал к классу сорьо, заклинателей божественной магии, несколько уступающих прочим в плане исцеления ран, но зато превосходных борцов с нежитью.

Будда, которому он поклонялся, являлся малоизвестным божеством с далёкого юга. Некоторые считали этого бога одним из учеников Четырёх Богов. Его учение не было особо широко распространено, и возводить в Имперской Столице храм для такого бога не было смысла. Однако, Зиркниф знал, что этот его последователь представлял из себя некоторого рода проблему.

В основном, храмы устанавливали цену за использование лечебной магии. Но когда появляется независимый пользователь лечебной магии, как они могут сотрудничать с ним? И что они могут поделать, если этот человек окажется искателем приключений высочайшего адамантового ранга?

Не было никакой особой связи между правительством империи и ее религией. И этот факт отсутствия связи Зиркниф считал хорошей удачей.

Он не хотел в будущем быть втянутым в эти проблемные вопросы.

Со всем тем, проверяя отчет об этом человеке, он обнаружил особую производительность против нежити, что немедленно привлекло внимание Зиркнифа. Если потребуется, он может применить необходимое давление на храмы. Конечно, в случае реальной эффективности его способностей.

— Понятно, Значит последний, должно быть, Повапон.

— Как вы скажете, Ваше Величество.

Оставленный напоследок человек Фрэйвартца был страннее остальных перед ним. Он был, возможно, наиболее причудливо одетым среди пятерых, и он склонил голову перед Зиркнифом.

Его обнаженный торс загорел до черна и повсюду был исписан странными белыми узорами. Вероятно, это потому что он был членом странного класса под названием Шаманы Тотема.

— …Вам разве не холодно?

— У меня есть магический предмет, защищающий от изменений температуры, все в порядке.

Зиркниф не мог не чувствовать себя удивленным ответу куда более нормальному, чем он ожидал. Ему уже докладывали о заурядной личности, скрытой под чудаковатой внешностью шамана, но слишком яркий диссонанс наполнил его удивлением. При ближайшем рассмотрении он казался довольно молодым и красивым.

Почему он выбрал этот класс? Часть его хотела бы знать, и в то же время нет.

Зиркниф оглядел Серебряную Канарейку, выстроившуюся перед ним.

Странная команда из причудливых людей. Единственная общая черта у всех их — перо серебряной канарейки, которую их команда носит на голове. (В случае шамана оно находится на поясе).

Перья переливались серебром, как будто только что были сброшены.

— Хорошо, господа. В таком случае, сегодня я рассчитываю на вас.

Предоставьте это нам, Ваше Величество. Думайте об этом как о прогулке на большом судне.

Зиркниф криво усмехнулся и уже собирался уходить, когда…

— Погоди, Ваше Величество, — Своим глухим голосом его окликнул Седе — Раз уж нанял нас защищать тебя, то не отходи далеко, ты же не против?

— Не важно, за я или против этого. Ваша задача — охранять меня и я сделаю все, что вы посчитаете необходимым. К тому же, если вы решите, что вам нужна помощь этих рыцарей, то можете ими свободно распоряжаться. Однако, я бы хотел, чтобы они оставались как можно ближе ко мне.

— Вы только посмотрите! Мы можем распоряжаться Четвёркой Рыцарей, походу мы теперь большие шишки. Но будет лучше, если вы вдвоем останетесь с Его Величеством. Если что-то произойдет, убегайте как только мы дадим вам команду. Вы обязаны это сделать. Ну что, сыграй нам что-нибудь, Шеф.

— Понял, Приношу свои извинения за тон Седе, Ваше Величество. Сколько бы раз я ему не говорил, он все равно продолжает так себя вести…

— Не беспокойся, но было бы проблематично, поступи он так на людях.

Видимо Фрейварц понял, что Зиркниф имел в виду и слегка кивнул. Это показывало, что он знал правильное место и время для подобного рода вещей.

А затем он запел. Точнее это было что-то среднее между песней и набором странных звуков. Такое впечатление складывалось из-за некоторых частей, которые можно было услышать, но не понять. И хотя через несколько секунд он остановился, эта странная музыка запала им в сердца. После чего Седе начал двигаться.

Если бы кто-то попытался описать его движения, больше всего подошло «неспешные» и «скользящие». В любом случае, Зирниф не смог бы такого повторить.

— Держитесь в десяти метрах позади и следуйте за мной.

Как и сказал Седе, они последовали за ним, когда он отдалился на необходимое расстояние. Зиркниф использовал эту возможность, чтобы распросить Фрейварца о той песне.

— Что это было?

— Ваше Величество не знает? Это был навык барда, магическая мелодия. Он различается от человека к человеку и может быть исполнен на разных музыкальных инструментах, но я применяю его через пение.

— Ммм, вот оно что.

Фрейварц не мог не улыбнуться, видя бормочущего себе под нос Императора. Как раз в этот момент Зиркниф вспомнил о чем уже давно хотел узнать, но не представлялось возможности. Он решил использовать сложившуюся ситуацию и спросил:

— …Скажи, можно ли, с помощью магической мелодии, контролировать людей?

— В принципе, это возможно. Она, как и заклинание, может нести в себе эффект внушения, и, к тому же, в некоторой степени, способна очаровывать людей.

Зиркниф посмотрел на Фрейварца.

— Ясно… вот оно что…

— Да, должно быть так и есть.

Так значит у того монстра есть способности барда, если только…

— В таком случае, что ты знаешь о монстрах, похожих на лягушек?

— Если только это не была его врожденная способность. Эту возможность не стоит сбрасывать со счетов. Крайне важно убедиться в этом.

— Лягушек? Вы имеете в виду Гигантских Жаб?

— Нет, не в этом смысле. Я имею в виду кого-то разумного, монстра, который ходит на двух ногах и может мгновенно использовать навык, похожий на магическую мелодию.

— … Возможно это Жабочеловек? Жабочеловек — бард вполне подходит под ваше описание. Но, если я все правильно помню, они ни чем не выделяются среди полулюдей. Вот если бы это был старый Жабочеловек Вождь… я слышал, что они способны своими способностями вводить врага в замешательство.

То что тогда произошло, совсем не было похоже на замешательство.

Зиркниф читал о полулюдях, известных как Жабочеловек, но их внешность сильно отличалась от монстра с именем Демиург. Мог ли он быть мутантом или неизвестным подвидом? Или возможно Королевским Жабочеловеком? Не стоит отбрасывать эти возможности, хотя скорее всего, на деле все окажется не так.

— Видимо нет. Мои глубочайшие извинения, Ваше Величество. Может быть, если вы расскажите об интересующем вас монстре больше, я смогу помочь вам решить эту загадку.

Для него эти слова были как спасательный круг для утопающего.

— В таком случае, я должен рассказать тебе о внешности монстра и, если возможно, используй свой опыт чтобы помочь мне. К тому же, не мог бы ты подробнее рассказать мне о магических мелодиях?

Во всей Империи, вероятно, не найдется никого, кто знал бы о монстрах больше, чем приключенцы адамантового ранга.

— Ваше величество, это слишком навязчивый вопрос. Ведь речь о секретах их профессии.

Фрейварц хихикнул в ответ на эти слова.

— Что ж, мы действительно не сильно распространяемся о своих секретах, но ответить на Ваш вопрос я смогу. Но… разве не будет лучше спросить господина Великого Заклинателя? Я уверен, он знает гораздо больше нашего…

Зирклиф стремился не обнародовать какую-либо информацию, когда вопросы затрагивали Флюдера.

Он уже издал указ о нераспространении сведений, касающихся предательства Флюдера, так что утечек информации быть не должно. И хотя старик все ещё занимал пост Верховного Мага, его власть и полномочия медленно, так чтобы он не мог заметить, отбирались. В то же время Зиркниф искал способ заполнить брешь, которую оставит уход Флюдера.

От осознания размеров этой бреши, становилось ясно насколько важен он был для Империи. Однако, уже было слишком поздно.

— Мы не можем продолжать полагаться на старика. Это как домашняя работа. Если ученик постоянно ждет готовых ответов только потому что у него добрый учитель, то в итоге его отругают.

Слова Зиркнифа были встречены с небольшим смехом.

— Верно, Ваше Величество дело говорит. Я понял. Что ж, награда за такой запрос была весьма выше среднего, учитывая для выполнения какой задачи мы были наняты. Я подведу итог затрат на магическую мелодию для вас позже.

— Хорошо, тогда оставляю это на вас.

В Колизее было несколько VIP помещений. Одно было отведено инвесторам Колизея, другое высшей знати, и последнее полагалось императору — итого три помещения. Сейчас они направлялись в комнату, поколениями занимаемую императорами. Возможно, Седе разведал маршрут заранее, но он не спрашивал дорогу, хотя и шёл впереди всех.

Наконец они пришли, но не доходя до поворота, за которым показалась бы дверь в ложу, Седе протянул руку к Зиркнифу, призывая остановиться.

— Никого не улавливаю там, но позвольте мне пойти первым. Ребята, можете подождать здесь за углом немного?

Он не дождался ответа на свой шёпот, а просто повернул за угол, будто прогуливается. Зиркниф, задетый любопытством и с соответствующим выражением лица, пытался все высмотреть из своей позиции.

Седе беззвучно достиг цели и что-то там сделав, медленно открыл дверь. Хотя он лишь немного её приоткрыл, этого оказалось достаточно, чтобы тело исчезло в комнате.

Немного погодя, открылась дверь и показалось лицо Седе.

— Все нормально. Комната безопасна.

Группа вошла в комнату, которая была проверена и безопасна.

Зиркниф осмотрелся.

Там была немного маленькая, но изящно сделанная первоклассная мебель. Комната была безукоризненно убрана для Императора, который едва её посещал.

Большое открытое окно выходило внутрь Колизея и открывало панорамный вид на сцену внизу. Взглянув наискосок, можно было увидеть ряды зрителей, полностью заполненные места крайне взбудораженной и ликующей аудиторией.

Причиной такого скопления зрителей было внезапное появление в расписании чемпиона арены.

Король Колизея — Чемпион Арены — был всецело могучим. Не было здесь никого, с кем ему пришлось бы драться всерьёз. По этой причине прошло много времени с тех пор, как Чемпион Арены с кем-нибудь состязался.

Из-за такого долгого ожидания боя с чемпионом и собралась толпа в предвкушении героической фигуры, способной биться с ним.

Как и ожидалось, главной причиной этому — восхищение силой. Конечно, Иперия имела своих профессиональных воинов — рыцарей — но поле битвы было другим миром для обычных жителей имперского города. Вот почему они с нетерпением ждали этого зрелища битвы жизни и смерти.

Нет, он также слышал, что сюда с той же целью пришли и рыцари.

Другими словами, они с нетерпением ждали жестоких выступлений и зрелищ.

Пока Зиркниф витал в размышлениях об этом, Серебряная Канарейка закончила осматривать комнату.

— Были ли какие-либо признаки магии слежения, использовавшейся здесь?

— Мы не обнаружили подобных следов, Ваше Величество. Все в порядке?

— Да. Ну, увидеть, было ли произнесено заклинание довольно трудно для меня, таким образом, я бегло взглянул вокруг, проверяя наличие любых магических предметов, но ничто не обнаружил. Однако, надеюсь вы не забыли, что у меня нет восприятия вора. Пожалуйста, не думайте, что тут — абсолютно безопасно… что ж, наш руководитель повысил нашу способность к обнаружению своей магией поддержки, таким образом все должно быть в порядке.

— Относительно магии, этот скромный монах использовал свои навыки, чтобы изучить окружающее пространство, но не нашел признаков применения заклятий. В любом случае, я создал магический барьер, который должен препятствовать магии слежения, поэтому, думаю, все будет в порядке.

Ункей ударил своим шакуджо о землю и четкий звон, пронесся через комнату.

— Тогда, могу ли я сделать еще один запрос? Есть ли волшебство, которое обнаруживает присутствие людей поблизости? Было бы лучше, если бы это было заклинание, которое способно обнаружить даже невидимого человека.

— К сожалению этот скромный монах не может использовать подобное заклинание. Однако я полагаю, что у нашего лидера есть такой навык.

Ферейвартц, имя которого было упомянуто, показал что он понял и покинул комнату.

— Что теперь? Какие меры Вы примете, если противник будет намереваться подслушать нас?

Зиркниф старался придумать, что он мог противопоставить Аинз Оул Гоуну… Однако невозможно представить то, что превосходит воображение. Дело в том, что он, казался настолько массивным, что он ничего не мог придумать, чувствуя себя ничтожным по сравнению с ним.

— …Откровенно говоря, я думаю, что все будет в порядке, после всех принятых мер. По крайней мере, я так думаю. Не смотрите на меня так, мы ведь уже укрепили себя несколькими заклинаниями, верно?

— Да это так, Ваше Величество. Этот смиренный монах уже активировал магию направленную против слежения и настроил её так, что если кто-нибудь попытается с помощью магии шпионить за нами, то она пошлет мне сигнал тревоги. Пожалуйста, будьте спокойны.

Сейд и Ункей говорили друг за другом.

Неужели они подумали, что у него появилась мания преследования? Или они думают, что он уже немного, сошел c ума, опасаясь нападения на себя?

Все же, что бы они подумали, если бы он сказал, что они сейчас действуют опасаясь, Короля-Заклинателя? Вот что действительно интересно Зиркнифу. Они бы сказали — Наших усилий не достаточно против него? Или они сказали бы — Если бы мы знали, это, мы бы не взялись за такое задание, за такое ничтожное вознаграждение?

Естественно, лучшим вариантом было ничего им не говорить о Короле Заклинателе и позволить подготовиться против всех возможных угроз как можно лучше.

Все же, как бы он ни пытался скрыть информацию о Короле-Заклинателе, он не мог заткнуть 60,000 ртов.

Информация, скорее всего уже распространилась. В подобных ситуациях, искатели приключения с высоким рейтингом, как правило, тратят много времени на сбор информации, из-за этого высока вероятность, что они уже знают на что способен Король-Заклинатель.

«Для них ведь будет не трудно выяснить, почему я действительно захотел их присутствия здесь?»

После обдумывая разных вариантов, Зиркниф решил блефовать перед ними с теплой улыбкой.

Эти двое поняли, что Зиркниф не может согласиться с тем, что они говорили. И им было нечего больше сказать.

По Колизею разнеслись одобрительные возгласы.

Судя по тому, что они видели со своих мест, в одном из гладиаторских боев определился победитель.

В прошлом, побежденные были обречены на смерть, но не сейчас. Конечно еще были случаи со смертельным исходом, но уже не было убийства если, победитель был определен.

Гладиатора щадили, наверно, потому что его неоднократные поражения были забавны. Это позволило бы ему пробудить свою истинную силу, и стать чемпионом, в следствие чего это добивание павшего попало под запрет. Это решение было принято, чтобы оставить возможность проявления подобного человека в будущем.

«Каким Чемпионом Арены он был? Хотя он не мог сравниться с нынешним Чемпионом Арены, но он, определенно, был весьма силен. Эти люди не лояльны ни одной стране, так что мне нужно подумать о том, как переманить их на свою сторону…»

— В любом случае, мы закончили здесь, Ваше Величество.

Зиркниф обернулся, услышав слова Фрейвартца.

— Спасибо.

Ему, вероятно, следовало быть более искренним в своих благодарностях по отношению к этим приключенцам адамантиевого ранга. Вместо этого он наспех поблагодарил их привычной фразой.

— Всегда пожалуйста. Тем не менее, мы были наняты для защиты, так что должны ли мы ожидать в этой комнате?

Они были наняты в качестве телохранителей. Имея это в виду, это было разумное предложение.

Тем не менее, было ли нормально проводить секретные переговоры в одной комнате с ними?

Однозначно, что существует много достоинств в вовлечении их в это. Однако, как только они поймут то, что он планировал, он рискует нажить ненужных врагов.

(И все же они ничто в сравнении с этим… о чем я думаю? Каждое испытание, что я перенес, я сопоставляю с этим монстром, это ли не что иное, как доказательство того, что я начинаю сходить с ума. К тому же, было бы глупо продолжать делать врагов.)

Зиркниф покачал головой.

— Я сожалею, но после здесь должны состоятся важные разговоры. Было бы весьма неприятно, если бы вы оставались ждать здесь.

— Однако. Таким образом будет очень тяжело защитить вас, Ваше Высочество.

— В этой комнате есть два человека, которым я полностью доверяю. Они способны выиграть достаточно времени до вашего подхода.

— Что ж, это верно — внезапно сказал доселе молчаливый Фан Ронг.

— Однако, если противник ассасин на уровне Седе, если дела пойдут плохо, они могут в конечном итоге создать беспорядок.

— Когда вы говорите об убийце моего уровня, вы, вероятно, имеете в виду ту девушку из Изании. Она из тех, кто может использовать ниндзюцу, чтобы внезапно атаковать из теней.

— Ну, с этими двумя воинами рядом, враг, орудующий мечом не должен представлять каких-либо трудностей. Однако что насчёт магии? Это именно то, что с трудом поддаётся скромному монаху. Кроме того, я чувствую, что мы будем больше заинтересованы в матче, чем в каких-либо переговорах Вашего Величества, не так ли?

Все они в конечном итоге они пытаются убедить его позволить им остаться, но Зиркниф был твердо намерен не дать произойти утечке информации и он не может принять их предложения.

— Ваши слова не без основательны, господа. Однако, я не могу пойти на компромисс по этому вопросу, ни как мужчина ни как Император.

Члены Серебряной Канарейки посмотрели на своего лидера, который вздохнул.

— Тогда это не обсуждается. Я уверен, что у Вашего Величество есть свои причины, которые Вы не можете нам раскрыть. Значит, мы покараулим снаружи. Однако, вы можете сказать нам точно, кого вы ждете?

— Разумный вопрос. Тем не менее, вам придется притвориться, что вы ничего не видели. Сможете?

— Конечно. Мы ничего не расскажем, кто бы ни пришел. Если вы хотите, мы с удовольствием понесем ответственность за возможные последствия.

— Я доверяю тебе. Во-первых, прибудет верховный жрец Бога огня и Бога ветра. Также с ними будет четыре священника.

— Понятно. Тогда, мы будем замечать и задерживать всех, кроме них.

— Ах, пожалуйста, сделайте так. VIP комната, во время строительства, была спроектирована так, что она отделена от других VIP-залов. Я сомневаюсь, что кто-нибудь заблудится и случайно забредет сюда.

— Понятно… Ваше Величество, вы не против если мы сломаем замки на дверях?

— Можете, если считаете это необходимым.

Фан шагнул вперед. Раздался жилистый, шаркающий звук от его рук, которые вцепились в рукояти его топоров с такой силой, с которой ни один человек не смог бы сравниться. Для него казалось, слишком просто выбить дверь, но Зиркниф не был воином и он ничего не сказал.

Однако, удивленные взгляды двух из Четырех Рыцарей, на их лицах и тихий разговор друг с другом, привлек внимание Зиркнифа.

Фан медленно поднял свои боевые топоры.

— Ах, Вы не можете ломать двери.

Услышав что сказал Фрейвартц, Фан остановился на полпути. Брови Зиркнифа наморщились.

— Почему нет? Разве вы не планировали «Ох, мы собирались сломать замок, но и дверь разнесли, какой позор, раз так, может мы останемся внутри?» или я не прав?

— В этот раз не делай этого. Я не хочу влезать во всю эту политическую ерунду.

— Действительно. Этот скромный монах не хочет быть еще более ненавистным храмами.

— Хорошо. Тогда этого должно быть достаточно.

Фан мягко размахнулся своим боевым топором, и аккуратно сломал замок.

Он должен был быть безмолвным. Или возможно он должен был быть недоволен. Возможно, он должен был почувствовать много всего, но все, что Зиркниф испытывал это, впечатление. Зиркниф подумал: «как и ожидалось от приключенца адамантового ранга».

Он был впечатлен не тем, как тот легко сломал замок боевым топором, но явной дерзостью открыто говорить такие вещи перед высшей властью в этой стране. К тому же, своей заносчивостью они заявляли, что были готовы игнорировать пожелания клиента — который, между прочим, самый могущественный человек в стране — с целью сделать работу так хорошо, как они могут.

Это было то, чего Зиркнифу сейчас не хватало.

— Я мог бы также перетащить их всех в грязь бюрократии, тогда они не смогут уйти.

Как только Зиркниф пробормотал это, члены Серебряной Канарейки ушли, словно обратившиеся в бегство трусливые кролики, как если бы они организовали это с самого начала.

Единственные кто остался с Зиркнифом из людей были два рыцаря, которые переглянулись.

— Это впечатляло. Они работали так тесно друг с другом, не говоря ни слова между собой. Возможно это было в порядке вещей? Они адамантового ранга, потому что они способны на это.

— Ну… Я не знаю что сказать. Хотя это может быть не совсем правильно — восхищаться ими…

— Ваше Величество, должны ли мы приготовить напитки?

— Да пожалуй. Простите. Могли бы вы помочь с подготовкой?

— Понял. Тогда, иди тоже помоги, Базивуд-доно.

Базивуд-доно насупился от такого предложения.

— А, Я тоже? Ваше Величество нам следовало привезти служанку, не так ли?

Наши гости вероятно найдут напитки более вкусными, если девушка будет их подавать. Я имею ввиду, — я знаю что так и будет.

— Да, да. Достаточно жалоб Базивуд-доно, пожалуйста будьте особо осторожны.

— Пожалуйста Базивуд-доно. Нет смысла желать того, что мы не можем получить. Мы должны работать с тем что у нас есть. Прямо как Империя.

— Не самая удачная аналогия, Ваше Величество, — произнёс Базивуд, приступив к приготовлениям.

Крики поощрения раздавались ниже из Колизея, и эти завывания лишь немногим отличались от диких животных.

Следующий поединок уже начался.

Зиркниф порылся в воспоминаниях.

Перед Чемпионом Арены, очевидно, было сражение между искателями приключений и монстрами. Битвы с искателями приключений популярны у публики, потому что с высокой вероятностью это будет яркое событие с примесью магических взрывов и тому подобному.

Зиркниф чувствовал сильное волнение когда смотрел на бушующую активность внизу, и он сказал:

— Какой мирный вид.

— Серьезно, Ваше Величество?

Задаваясь вопросом, почему кто-то отвечает на его бормотание с самим собой, Зиркниф повернулся и увидел Базивуда перед ним. Нимбл выглядел раздраженно, раз ему пришлось взять на себя часть работы Базивуда.

— Мне совсем не кажется мирным. Просто взгляните.

Один из искателей приключений был глубоко ранен жестоким монстром, и кровь пролетела через воздух. Зрители выли и кричали в ободрении.

— Я не имел ввиду бой, я говорил о людях.

Зиркниф посмотрел на кричащую толпу.

— Разве это не мирный вид, по сравнению с ситуацией, в которой оказалась Империя? Если бы люди знали такой вид монстров, скрытых под этим тонким, хрупким слоем кожи, вы думаете они бы наслаждались как сейчас?

— Разве такое мирное состояние не хорошо? Нет смысла заставлять людей ходить повсюду с больными животами, разве нет?

Базивуд прав.

Зиркниф глубоко раскаивался за произнесенные бессмысленные слова.

— Ты прав, Базивуд. Тогда, почти самое время. Что насчет приготовлений?

— Да, Ваше Величество. Я беспокоился, что мы можем не успеть вовремя, потому что кое-кто не помогал, но напитки и бумага разложены. Как и чернила.

Внушительные запасы чернил и бумаги были приготовлены для того, чтобы защититься от возможного подслушивания. Хотя Зиркниф и полагал, что зрители создают достаточно громкий шум, а ложа расположена достаточно далеко от остальных чтобы кто-то мог подслушать, да и подслушивая много не узнаешь, но лучше быть наготове.

Он понимал, что это очень неудобно. Он делал то же самое в Имперской Столице, и это было крайне утомительно.

Но ему приходилось идти на столь запутанные ухищрения, потому что он ничего не знал о могуществе Колдовского Королевства.

Знай он, на что они способны, а на что нет, то, может, действовал бы по-другому.

Он собирался воспользоваться войной, чтобы разузнать побольше, но всё закончилось совершенно жутким образом, кошмарной трагедией. И всё же, нельзя полностью бросать попытки что-то выяснить. Он подумал о других возможных методах, но они если они окажутся не надёжнее прежнего, то ему остаётся лишь трепетать перед тенью своего врага. Но даже если он и добьётся каких-то результатов, если обнаружит хоть какие-то выполнимые способы, всё равно та же самая тень может парализовать его, лишив всякой воли к сопротивлению.

Нет, он никак не может забыть то жжение в собственном горле.

— Аинз Оал Гоун, если бы я знал пределы возможностей Короля-Заклинателя, возможно, мне не пришлось бы заходить далеко.

Тогда Зиркниф попросил у него помощи, как партнёр, но сейчас, когда он король и ровня ему, просить его помощи практически невозможно. Нет, если Король-Заклинатель может и согласится, но у Зиркнифа начинала болеть голова при одной мысле о цене, которую тот может назначить.

— Это не только Король-Заклинатель, Ваше Величество. Очень плохо, что мы до сих пор не знаем, на что способны его вассалы, верно?

— Это точно.

— … Что делать, если эти подчиненные сильнее Короля-Заклинателя?

— Нет не может быть? Это не возможно, верно?

Отвечая на вопрос, Зиркнифа прошиб холодной пот.

В качестве примера, Четыре Рыцаря были сильнее него и при этом они были его подчиненными, из-за этого он не мог заставить себя сказать, что подобное было бы невозможно. Тому, кто стоит выше других, не нужна чистая физическая сила, у него есть качества.

Что делать, если с Аинз Оал Гоуном все обстоит точно также.

— Нет, этого не может быть. Слушай, Нимбл. Ты не верно мыслишь. Понял?

— Да! Простите, Ваше Величество.

Если бы это было действительно так, то с ними было покончено. Он надеялся, что в крайнем случае, эти подчиненные были бы равны Королю Заклинателю — но Зиркниф отчаянно молился богам, что бы они были слабее него.

Так или иначе, им мало что известно.

— Думаю, нужно продолжить план, добычи информации от Темной эльфийки, хоть это и может быть опасно. Конечно, мы не можем купить много рабов у Теократии, но возможно, этот метод сможет… или, возможно, попытаться добыть информации через мальчика (Аура) будет лучше? Нет, он слишком молодо выглядит, поэтому использовать женщин на нем, скорее всего не сработает. Кроме того, он выглядит очень энергичным.

Как только Зиркниф предался размышлениям, от двери раздался стук.

Трое мужчин переглянулись, а затем Нимбл пошел открывать дверь.

Как и ожидалось, там был Фрейвартц.

— Ваше Величество, гости прибыли. Их шесть человек и я встречал первосвященников раньше, поэтому я считаю, что это они.

— Тогда прошу, входите…

Седе встрял в разговор:

— Эй, минуточку, а ребята позади. Цифры сходятся, но что-то здесь не так? Вы двое, которые сзади. Вы из отряда наказания от храма — вы те, кто убивает священников отступников? Я думал, что вы просто страшилка?

— Этот скромный монах, очень сильно удивлен.

— Эти люди с вами?

— Какая неприятность, как неосмотрительно. Было бы хорошо, если бы вы дали нам пройти без всяких происшествий… во-первых, вы ошибаетесь. Я… нет, у нас есть веская причина, чтобы здесь находиться. А именно, приглашение вашего Императора. Знаете, он будет недоволен, если вы проявите враждебность к нам.

— Хм. Итак, не могли бы вы подождать немного? Пока я удостоверюсь, что вы говорите правду.

Он дал Зиркнифу рассмотреть их лица. Среди гостей были верховный жрец Бога огня, верховный жрец Бога ветра, а также четверо других, кого он раньше не встречал. Они носили темные капюшоны, которые мешали разглядеть их лица, и это было очень подозрительно.

Поскольку это был первый раз, когда они встретились, не было никакой гарантии, что на самом деле именно они посланники Теократии. Но поскольку первосвященники были тут, они не смогут двигаться дальше, если он не будет им доверять. Король-Заклинатель был бы единственным, кто выиграл бы от любых их возможных внутренних споров.

— Это гости, которых я ожидаю. Простите, но не могли бы вы пропустить их?

На лицах членов Серебяной Канарейки отразилось удивление, но они всё же пропустили прибывших.

Даже когда двери закрылись, они не опустили капюшонов.

Зиркниф никак не прокомментировал эту грубость. Они, вероятно, опасаются не меньше него самого, и объект их общих опасений — Король-Заклинатель.

— Похоже моя стража была неуважительна к вам. Прошу прощения.

— Прошу, в этом нет нужды. В действительности, те адамантовые приключенцы были правы насчет тех двух людей сзади.

Двое посланников Теократии сели, двое других встали наготове за их спинами.

Зиркнив написал на листе бумаги слово «Писание». Ответом была лёгкая улыбка, но это сказало ему больше, чем любые слова. Войска специального назначения Теократии назывались Писаниями, так что они, вероятно, принадлежат к одному из Шести Писаний.

— Итак, почему бы нам для начала не насладиться схваткой? Сейчас ведь начнётся главный бой, верно?

Зирниф кивнул в ответ.

Лучшим моментом был тот, когда волнение толпы достигло своего пика, и, благодаря поднявшемуся шуму, они могли не бояться быть услышанными. Именно поэтому он выбрал это место и это время.

Один из послов Теократии извлек документ и передал его Зиркнифу.

Зиркниф аккуратно раскрыл документ, чтобы сидевшие позади и побокам от него не могли заглянуть в него и увидел в нем несколько вопросов.

Говоря проще, они спрашивали по какой причине он попросил Короля Заклинателя использовать это заклинание.

Затем они интересовались позицией Императора относительно случившегося.

О том, что он знал о Колдовском Королевстве.

Вопросы были выдержаны в наиболее дипломатичной манере, но все равно это был опрос.

Из-за опасений, что документы могут попасть в руки Колдовского Королевства, им пришлось проделать весь путь сюда лично, а не просто отправить их. Или просто потому что Теократия не доверяла Империи.

Зиркниф был возмущен, но, учитывая сговор Империи с Колдовским Королевством, вполне естественно, что ему не станут доверять вообще.

Он как раз обдумывал ответы на вопросы, как поднялись аплодисменты. Похоже, матч вот-вот начнется.

«До этого грандиозного боя, позвольте мне обратить ваше внимание на Императора Эль-Никс, который пришел в качестве зрителя! Дамы и господа, пожалуйста, посмотрите в VIP-лолжу над вами!»

Это был голос диктора, усиленный магическим предметом.

— Прошу прощения.

Зиркниф встал так, чтобы зрители снизу могли видеть его лицо.

Люди, как едино целое, приветствовали Зиркнифа. Он повернул свое красиво лицо к людям и тихонько улыбнулся. От женщин поднялся пронзительный визг и Зиркниф почувствовал удовлетворение, что его популярность еще не упала.

— Большое спасибо! А теперь, дамы и господа, долгожданный бой Чемпиона Арены! Подготовка займет некоторое время, поэтому прошу вас соблюдать терпение.

— Чемпион Арены, ха, пробормотал Зиркниф.

Зиркниф однажды спросил Базивуда что было бы, если Четыре рыцаря сразились с Чемпионом арены. Он засмеялся и сказал, что у них не было и шанса на победу. Ответ взволновал Зиркнифа, и тот попросил Флюдера собрать информацию о Чемпионе арены. Результат показал, что это существо настолько мощное, что это было нечестно.

— Ваше Величество, кем по вашему является Чемпион арены?

Вопрос эмиссара был очевидным. Но Зиркниф не мог на него ответить.

— Я сам не совсем уверен. Этот бой с чемпионом арены был поспешно добавлен и до этого в программе не указывался, ради секретности.

— Понятно, — ответил эмиссар.

— Ну, по крайней мере, чтобы выйти на бой против Чемпиона Арены, нужно быть приключенцем адамантового ранга. Однако, серебряная канарейка здесь, так что это должен быть кто то из Восьми Пальцев. Честно говоря, я не одобряю такие показные бои, в которых может быть убит кто то из столь редких искателей приключений адамантового ранга.

— Не могу полностью опровергнуть это, факт в том, что сила привлекает. Это место, скорее всего, лучше всего подходит для наблюдения примеров подавляющей мощи и рождения мечты достигнуть того же.

Человеком, прервавшим императора, был преосвященным Бога Огня — другими словами, членом высшего ранга веры Бога Огня.

— Короче говоря, после рассмотрения текущего состояния Империи, возможно, что все это закончится понижением вашей военной мощи. Чемпион Арены сильнейшее существо в Империи. Почему бы не привлечь его в ваши военные силы?

Кто бы мог подумать, что такой как вы в самом деле скажет, подобное.

Теократия Слейн были страной, ставящей человека на первое место. Нет, правильнее сказать — они смотрели свысока на страны с другими расами.

Это государство ухитрилось выжить в мире, полном самыми разными расами, несмотря на то, что открыто объявляло о своих убеждениях. За это им стоит отдать должное. Или, точнее, можно сказать что именно идея об объединении человечества как вида и помогла им создать сильное государство.

— Это просто мое личное мнение. Просто размышляю о своей стране. Ну, хватит сейчас болтовни, Ваше Величество. Могу я узнать ваш ответ?

— Действительно. Тогда…

— …И-и-и вот он, дамы и господа! Приветствуем нашего претендента!

Зиркниф, уже собравшийся было записать ответ на первый вопрос, задержал руку. Он заинтересовался, кто оказался достаточно храбр, чтобы бросить вызов Чемпиону Арены. Раз его признали претендентом, значит, от него ждут хорошей схватки. Неужели в Империи нашёлся кто-то настолько сильный?

Если он проявит себя достаточно хорошо, и захочет служить Империи, то Зиркниф наймёт его даже в случае поражения. В зависимости от того, как всё пойдёт, он может даже отдаст ему вакантное место среди Четырёх Рыцарей, пустующее после гибели «Несокрушимого».

— …Имя претендента наверняка отлично знакомо почтенной публике! Великая особа почтила нас своим присутствием! Позвольте представить, Король-Заклинатель Колдовского Королевства, Его Величество! Айнз! Оал! Гоун!

— …Ха-а-а-а-а-а-а?

Зиркниф испустил возглас крайнего изумления.

Непонятные слова конферансье въедались в его мозг.

Колизей заполнило замешательство, но в VIP-комнате воцарилась мёртвая тишина.

Зиркниф огляделся, и понял что остальные слышали то же самое.

— Аинз Оал Гоун?

«…Невозможно».

Ну конечно же это невозможно. Глава страны не никак не может участвовать в гладиаторском поединке на арене другой страны. Это очевиднейший здравый смысл. Он же не какой-нибудь варвар.

Тем более что за перемещениями Короля-Заклинателя наблюдают. Если бы он приехал в Империю, то эта новость тут же бы достигла ушей Зиркнифа. Это вопрос наивысшей важности. Новость доставили бы ему куда угодно, в его гарем или в любое другое место.

Если же, несмотря на все приготовления, он не получил новостей, то это значит…

«Он приехал в страну тайно? Но зачем? И явился в Колизей? О чём он только думал… что? Неужели? Вот, значит, как? Тогда… как это возможно?»

Зиркниф непроизвольно задрожал.

Он покосился на посланников Слэйновской Теократии.

Их острые взгляды из-под капюшонов говорили лишь об одном. Нет, на их месте Зиркниф наверняка тоже пришёл бы к такому выводу.

Они думают, что это Зиркниф приласил сюда Короля-Заклинателя.

— Прошу, подождите. Это ловушка!

Именно.

Всё это подстроено Айнз Оал Гоуном. Если они не поймут это — нет, если откажутся это принять, то ситуация станет отчаянной.

— Ловушка Колдовского Королевства? Или чья-то ещё? Это ведь вы выбрали место для встречи, Ваше Величество, мы лишь несколько часов назад узнали о нём.

Это верно. Он держал всё в секрете до последнего момента, чтобы избежать утечки информации.

Зиркниф отчаянно попытался вспомнить, кто имел доступ к этим сведениями. Совсем немногие, и все — заслуживающие доверия люди. Или же нет?

Нет…

— …Есть вероятность, что информацию выведали магически. Я определённо не замышлял этого. И вот вам доказательства. Если всё подстроил я, то почему же так паникую?

— И вы ожидаете, что мы вам поверим? Что вы задумали? Впутать нас во что-то? Или подставить?!

Они совершенно не верят Зиркнифу.

Нет, этого и стоит ожидать. Зиркниф на их месте тоже подозревал бы.

«И всё же, где была утечка? Нет, была ли она вообще? Может, я с самого начала плясал под его дудку? Он подготовил наживку, и ждал, пока я клюну…»

Внезапно он ощутил озноб.

Сколькие из его поступков предвидел Айнз Оал Гоун?

Возможно, всё происходившее до сих пор было частью его плана.

Блестящий ум Зиркнифа пришёл к неутешительному заключению — Король-Заклинатель является противником именно такого сорта.

«Но насколько же тщательно он продумал свой план? Нет, сейчас не время дрожать перед его коварством! Если я сейчас промедлю!..»

— К сожалению, нам пора распрощаться…

— Но уже поздно.

Голос незваного гостя прозвучал словно голос охотника, увидевшего, что в умело расставленную ловушку наконец попалась добыча.

— Зиркниф Рун Фэрод Эль-Никс-доно. Рад встрече.

Пытаясь успокоить дыхание, он увидел фигуру Короля-Заклинателя, взмывшую с арены до одного уровня с ложей императора.

Король-Заклинатель беззастенчиво демонстрировал свой жуткий облик. Вероятно, чтобы показать всем, что это он, собственной персоной.

— Ка, ка, ка… Хаа. Как и я, Гоун-доно. Не ожидал вас тут увидеть.

Он понятия не имел, что сказать. Практически любые слова Зиркнифа могут быть направлены против него. Он сжал губы, словно их склеило намертво.

— Взаимно. Вот так совпадение!

— Хехе, — злобно хихикнул Король-Заклинатель. Очевидно, он совершенно не считает это совпадением.

Это совершенно очевидно никакое не совпадение.

Зиркниф не сомневался — всё произошедшее подстроено Айнз Оал Гоуном.

Вмешавшись в секретные переговоры с Теократией, он сможет надавить и на Зиркнифа, и на Теократию, и воспрепятствовать их попытке заключить союз.

Он настоящий злой гений.

Зиркниф вытер вспотевшие ладони об одежду.

Должно быть, где-то произошла огромная утечка информации. Вопрос лишь в том, сколько именно известно Королю-Заклинателю?

Едва Зиркниф попытался обдумать этот вопрос, как злобные огни в глазницах Короля-Заклинателя уставились на послов Теократии.

— Вы с друзьями, Ваше Величество?

Зиркниф понятия не имел, что ответить.

Это не просто вопрос.

Это проверка его намерений.

Солжет ли он, попытавшись защитить людей из Теократии, или же сдаст их как союзник Колдовского Королевства?

Осознав всё коварство замысла, Зиркниф почувствовал рвотный позыв.

Бесстрастный череп словно искажён злобой. Он, должно быть, издевается надо мной, подумал онемевший Зиркниф.

— Что случилось? Эль-Никс… нет, Зиркниф-доно. Вы побледнели. Вам нехорошо?

Искреннее беспокойство, прозвучавшее в этих словах, вселило в него сначала отвращение, потом ужас. Он словно маленький зверёк, извивающийся в любящей ладони. Для человека в такой ситуации естественно ощущать ужас сквозь радость.

— В-всё в порядке, всё хорошо. Похоже, у меня закружилась голова от того, что я резко встал.

— Вот как. Что ж, говорят, что тело — это главное богатство, постарайтесь беречь здоровье.

Объяснение Зиркнифа звучало крайне неестественно, но, во всяком случае, оно сошло ему с рук. Ждёт ли Король-Заклинатель подходящего шанса прикончить жертву, или же просто садистски забавляется с ним? А может…

— Итак, господа, не изволите ли представиться? Я Король-Заклинатель, Айнз Оал Гоун.

…Возможно, вот его истинная цель.

Раз он, глава страны, назвал своё имя, собеседники не могут уйти не сказав ни слова. Как Король-Заклинатель отреагирует, если они произнесут фальшивые имена? Что он сделает, узнав кто эти люди такие на самом деле?

«Хватит играть с нами!!!»

Выражение лица Айнз Оал Гоуна не изменилось, точнее, у него вообще нет лица, только лишённый плоти и кожи череп. У него нет глаз, лишь пляшушие алые огоньки в пустых глазницах. И всё же Зиркниф ощущал, как тот расплывается в злобной усмешке.

— Благодарим вас, и в других обстоятельствах мы бы также обязательно представились. Однако, нас ждёт весьма срочное дело, и мы должны немедленно покинуть вас. Вскоре мы сообщим Вашему Величеству о себе.

Посланники Теократии встали со своих мест.

— Вот как? Очень жаль. Надеюсь, мы встретимся снова. Берегите себя. Что ж, я ещё должен участвовать в этом матче, так что прошу меня извинить.

Распрощавшись этими издевательскими (возможно) словами, Король Заклинатель полетел вниз.

Проводив глазами его удаляющуюся фигуру, посланники Теократии уставились на Зиркнифа.

— Вы подставили нас.

— Нет!

— Нет? Как ни посмотри, он знал об этом месте. Каждое его слово было насмешкой над кучкой дураков, пляшущих под его дудку… Как много вы рассказали ему? Сколько ещё человек вы готовы предать ради спасения вашей страны? Вы ведь намеренно попросили его применить то невообразимо разрушительное заклятье, так?

Зиркниф отчаянно посмотрел на жрецов в поисках помощи.

Однако, он увидел не подозрение и сомнения, но враждебность и разочарование.

Король-Заклинатель нанёс идеально выверенный удар. Одним ударом он парализовал Империю. Он ясно дал понять, что у Империи нет другого выхода, кроме как предать человечество…

— Прошу, поверьте, я вовсе не передавал ему сведений…

— …Даже если мы вам и поверим, вы не можете отрицать того факта, что весь ваш план оказался раскрыт. Ваше Величество, к моему сожалению должен сообщить вам, что больше мы не встретимся.

Произнеся это, посланцы Теократии пошли к выходу в сопровождении жрецов.

— Прошу, подождите! Я запрещаю вам уходить, пока не выслушаю ваше мнение!

Нимбл и Базивуд, выхватив оружие, приготовились действовать.

Пытаясь вновь вселить жизнь в своё разбитое сердце, Зиркниф уставился на жрецов. Послы Теократии даже не обернулись, уходя.

— Вы, скажите мне, что считает духовенство. Что вы думаете о Короле-Заклинателе!

— …Король-Заклинатель — проклятая богами нежить, и мы не позволим ему называть себя королём.

Прежде чем Зиркниф смог ответить, Высший Жрец Бога Огня продолжил:

— Однако, одолеть его в бою мы не можем, так что должны будем найти какой-то способ уничтожить его.

— Предайте нас, если посмеете, о Император, совращённый мощью зла.

Заявление Высшего Жреца Бога Ветра явно демонстрировало его враждебность к Зиркнифу.

Это было ужасающе плохо.

Духовенство не обладает влиянием на правительство. Однако, они вполне могут отлучить Императора как сообщника богопротивной нежити.

И он даже не сможет подчинить духовенство силой, ведь жрецы ведают вопросами исцеления тел и спасения душ.

Если он так сделает, Империя будет растерзана изнутри.

Этот единственный ход Айнз Оал Гоуна казался Зиркнифу взмахом косы Смерти. Даже если он ничего не сделает, Империя рухнет. После чего Колдовское Королевство наверняка найдёт повод для вторжения.

Сам Зиркниф наверняка придумал бы чего-нибудь вроде «Мы отправляем войска с целью поддержания мира, так как соседняя страна погрузилась в хаос».

Судя по прошлой реакции Слэйновской Теократии, она не осудит такие действия Колдовского Королевства. Ре-Эстиз будет попросту бессилен помешать, а Союз Городов-Государств вряд ли успеет отреагировать.

Чем он может завлечь их, чем развеять их подозрения? Точнее, как заставить их оставаться верными ему несмотря на подозрения?

Зиркниф всегда в первую очередь думал об этом, разговаривая с другими в качестве Императора. Проще всего заставить людей что-то сделать — это воззвать к их желаниям. Зиркниф вырос зная, что это правильная точка зрения. Это и неудивительно, учитывая, сколькими людьми управляет тяга к привлекательному внешнему виду.

Однако на данный момент Зиркниф не видел выхода.

Теперь, когда остальные полагали, что он предал человечество, объединившись с нежитью, ему нечего было предложить другой стороне.

Всё, что он мог сделать, лишь искренне и убедительно рассказать свою точку зрения.

— Позвольте мне добавить лишь одно. Хитроумие Короля-Заклинателя превосходит моё. Всё случившееся, должно быть, подстроено им…Я понимаю, что и сам бы на вашем месте не поверил бы так просто… Но я действительно не предавал вас. И хотя вы можете не верить и этому, я, как человек, хочу сказать вам одно. Правление Короля-Заклинателя весьма милосердно. Люди Э-Рантэла до сих пор живут мирной жизнью.

— Но мы ведь никак не можем быть уверены, что такое положение дел будет сохраняться и дальше, так ведь?

— Возможно. Но пока что они в безопасности. Если же мы вступим в эту заведомо проигрышную войну, то наша страна незамедлительно встанет на путь, ведущий к полному разрушению. Так что я надеюсь, что вы обдумаете всё как следует и не совершите поспешных поступков.

Верховные Жрецы переглянулись.

После чего их прежняя враждебность к Зиркнифу, похоже, слегка смягчилась.

— …Похоже, мы излишне поддались эмоциям. Если эта нежить и правда такова, как говорят слухи, то нельзя отрицать то, что всё это может быть частью его плана. Итак, надеюсь, нам будет суждено встретиться вновь.

— Благодарю вас. И прежде чем вы уйдёте, прошу вас. Во что бы то ни стало, пронаблюдайте за его сражением в Колизее. Если обнаружите какой-либо способ убить его, пожалуйста, скажите мне.

Зиркниф опустил голову.

Ему никак не одолеть Айнза в битве умов, включая и попытки интриг и заговоров. Так что единственной картой, которую он может разыграть, остаётся человеческое сердце.

Снизу раздались овации, и Зиркниф обернулся посмотреть.

— …Удачи, Чемпион арены. О, боги!

Зиркниф искренне взмолился о победе Чемпиона.

Часть 3

Долгожданная Имперская Столица.

Глядя в щель между занавесок кареты, Айнз ощущал жуткое чувство поражения.

Жизнь била ключом.

Лица людей сияли. Его глазам предстал оживлённый город, совершенно непохожий на мрачное Колдовское Королевство.

Впрочем, чувство поражения скоро отступило. В конце концов, Э-Рантэл недавно подвергся аннексии. Когда город переходит к новому правителю, ход жизни неизбежно нарушается. Разумеется, люди ощущают беспокойство, что ведёт к временному спаду активности.

Пунитто Моэ однажды рассказывал Айнзу про стратегические игры. Когда игрок покоряет вражескую территорию, счастье населения временно падает. А ещё…

«Что он там говорил про протазаны[2]? Как это? С чего бы вдруг откуда ни возьмись появиться горам оружия?»

Первое и второе явно не связано друг с другом. Айнз полагал, что что-то не так расслышал.

Так как та игра не имела никакого отношения к ИГГДРАСИЛю, он заскучал на середине рассказа. Однако какая-то, пусть и незначительная связь наверняка была.

«Он, наверное, говорил о чём-то вроде предательства. А может, какой-то сленг игроков, хм… Протазаны… это, вроде, что-то вроде алебарды. То есть, говоря о появлении оружия, он имел в виду волю к сражению? Гражданские призывники, может? Хм? Может, они сражаются против нового владыки, но это же бунт, разве нет? Тогда бы он сразу назвал это восстанием. Почему протазаны? Ну, это не так уж и важно…»

Благодаря тому, что улицы Э-Рантэла патрулировали Рыцари Смерти, никто не пытался поднять восстание. Или это благодаря успокаивающему воздействию Момона? Нет, наверное, дело в его милостивой социальной политике.

«…Нет ничего лучше мирного правления. Глупо убивать курицу, несущую золотые яйца. Может, стоит временами вводить какие-нибудь поблажки, вроде возвращения побеждённому в PK врагу его предметов».

Вспоминая содержание «PK для чайников», Айнз осознал, что отвлёкся, и торопливо вернул мысли в прежнее русло.

«Стоп, я размышлял об оживлённости. Ну, как бы то ни было, я правлю лишь одним городом, а здесь — столица Империи, состоящей из множества городов, разумеется тут люди ведут себя гораздо активнее. Да и населения здесь гораздо больше… Что ж, полагаю, по мере того как население будет расти, Колдовское Королевство тоже сделается оживлённее… Думаю, надо будет ввести законы, поощряющие повышение рождаемости. Альбедо наверняка что-нибудь придумает».

Айнз, найдя цель для себя как для правителя, успокоился.

— Э, а, Ваше Величество…

Человек, тоже смотревший в окно, обратился к нему, прерывая размышления Айнза.

— Е-если можно поинтересоваться, Ваше Величество, это случайно не Эрвинтер, Имперская Столица?

Сказал человек дрожащим голосом, которого практически привезли силой.

— Да, это так. Как и ожидалось от Главы Гильдии искателей приключений, вы признали это место с первого взгляда.

— Спасибо, спасибо… нет, погодите! Я не помню, чтобы мы проезжали через контрольно-пропускные пункты! Разве это не незаконная иммиграция?

На самом деле, так все и было. Поскольку они использовали «Врата», заклинание, которое позволило напрямую переместится к имперской столице, они не проходили через контрольно-пропускные пункты.

— Это мелочь, мелочь.

— Это не просто мелочь. Король незаконно пересек границу другого государства, это вызовет международный скандал!

Зиркниф сделал то же самое, когда он приезжал в Назарик. Аинз, конечно, не стал упоминать тот случай. Здравый смысл подсказывал, что Глава Гильдии прав, а Аинз ошибается.

Пораскинув мозгами настолько сильно, на сколько он мог, он все еще не смог придумать объяснение, с которым бы Айнзак согласился. Вместо этого, он решил перестать огорчаться, что люди бывают настолько упрямы. Он подумал, что станет тем, кто сможет сказать — Ну, нас ведь пока не поймали.

Его мнение о нем немного изменилось.

— … Глава, у меня хорошие отношения с Эль Никс-доно. В прошлом, я даже прислушивался к его просьбам.

Аинз вспомнил, что случилось во время той войны.

— Я думаю, что это вряд ли то же самое, но я уверен, что он бы с радостью одобрил, если бы я просто спросил его. Конечно, я поговорю с ним после того…. но было бы хорошо если бы сам Император одобрил это?

— Если, если вы говорите такое…

— Главное, что ни у Вас, ни у меня нет плохих намерений. Поэтому все будет хорошо.

— Хммм — Айнзак задумался.

Аинз всем сердцем обрадовался, полагая, что сумел убедить постороннего человека.

По правде говоря, было две причины для тайного пересечения границы.

«Если бы Зиркниф узнал об этом, он, вероятно, подготовил бы прием для меня. Он наверно опасается Назарика, но так как я король дружественной страны, ему пришлось бы приветствовать меня у входной двери. Это было бы очень плохо.»

Император, несомненно, организовал бы приветственную церемонию для прибывающего короля союзнической страны, которую Аинз, не знакомый с правилами этикета дворянского общества, должен был избегать любой ценой.

Если он станет посмешищем из-за этого он не сможет смотреть Стражам, которые работают не покладая рук ради Колдовского Королевства, в глаза.

Была и ещё одна причина.

«Теперь, я должен придумать как вовлечь во всё это Айнзака. Может, попросить его о помощи, как в тот раз, когда мы говорили в гильдии?»

Другой причиной было желание Айнза втянуть Гильдмастера Анзака в свои планы.

Айнз прибыл сюда с целью завербовать искателей приключений.

Он уже сделал Гильдию Искателей Приключений частью государственных структур. Однако, пусть форма и готова, потребуется долгое время чтобы её заполнить. Особенно — Колдовскому Королевству, контролирующему лишь один город, и способное привлечь лишь горстку приключенцев. Использование гетероморфов — людоящеров, например — это проблема будущего. Пока что нужно увеличить численность приключенцев-людей.

Именно поэтому Айнз явился сюда в поисках талантов. Если этого окажется недостаточно, он сможет отправиться и в соседние страны.

Однако, такого рода вербовка — занятие непростое, особенно учитывая то, что Айнз по сути дела займётся торговлей вразнос — одна из тяжелейших работ в сфере торговли.

По словам Айнзака, искатели приключений должны бы быть свободными наёмниками, но фактически являлись чем-то вроде государственной обороны против монстров. Попытка агрессивно сманить их к себе может повлечь за собой неприятные последствия.

Разумеется, Айнз был уверен что не проиграет, даже если каждая Гильдия Искателей Приключений каждой страны организует полномасштабные действия против него. Однако, это может оказать негативное воздействие на мораль тех приключенцев, которых он привлечёт на свою сторону. Очень легко представить себе, как те теряют мотивацию при виде того, как их новый сюзерен сражается против их родины.

Вот для этого и нужен Айнзак — понимающий намерения и идеи Айнза. Всё наверняка пройдёт гладко, если у него будет посредник. Предполагая, что в Э-Рантэле Гильдмастер может наотрез отказаться, Айнз притащил его в Империю таким вот образом.

Кроме того, он также принимал во внимания тот факт, что Айнзак имел бы кое-что общего с другой стороной.

Это профессиональная тайна торговцев. Люди, как правило, тянутся к тем, кто похож на них.

Айнз — нет, Сузуки Сатору — не раз видел, как его коллеги, продвигая сделку, используют тот факт, что они с клиентом земляки, или что болели за одну и ту же команду.

Будучи Момоном, Айнз, в некоторой степени понял, каково это — быть приключенцем. Однако, он поднялся в рангах настолько быстро, что вряд ли в полной мере осознавал тяготы их жизни. Поэтому, ему нужно было дать Айнзаку, ветерану среди искателей приключений и гильдмастеру, говорить вместо него, чтобы улучшить о себе мнение.

Иными словами, успех этого их небольшого путешествия в Империю зависит от действий Айнзака.

«И всё же, как мне убедить его помочь?»

Если все дело в деньгах, то он с легкостью мог заплатить. Однако, он слабо представлял, как это могло бы заставить Айнзака выкладываться на полную.

— Трогай.

После того, как он отдал команду кучеру, экипаж не спеша начал движение. Каретой управлял монстр восьмидесятого уровня, Ханзо, созданный Аинзом на последние остатки золота.

Ханзо был монстром типа гуманоидного-ниндзя. И был опытен в области противодействия невидимости. Были и другие примерно того же уровня как и Кашин Коджи, который был умелым в иллюзиях. Фуума, который был квалифицированным в рукопашных боевых и специальных методах, Тоби Като, который был искусен с оружием, и так далее.

Интерьер экипажа дребезжал от стука колес, по мере его путешествия вперед.

Айнз полагал, что использование тяжело-зачарованного экипажа будет очень подозрительно. Таким образом, он выбрал регулярный дилижанс вместо этого.

— … Тогда Ваше Величество. Так как мы уже прибыли в Имперскую Столицу, Вы можете сказать мне, что мы будем здесь делать?

Аинзак наморщил брови.

— Мы будем вербовать авантюристов для нашей страны.

Горькое выражение появилось на лице Аинзака. Было ясно, что он испытывал затруднения при принятии этого.

— … Возможно ли то что Вы намереваетесь убедить авантюристов Империи присоединиться к Вам?

— Действительно. Мы будем искать настоящих профессионалов в этой стране.

То что он сделал во время войны с Королевством, а именно тот факт что он убил множество их солдат, сильно затрудняло привлечение авантюристов на его сторону. Кроме того, Альбедо посещала Королевство, поэтому, он не мог усложнять ей задачу. При этом их союзническая страна, Империя, была идеальным выбором.

Союз Городов-Государств был недалеко от сюда, согласно данным Флюгера о странах. Однако после консультаций Демиурга и Альбедо, он решил, что соваться туда не лучшее решение.

— Каким образом вы поступите? Я…

Аинзак сделал глубокий вдох.

— … Ваше Величество, я выгравировал Ваше представление об авантюристах глубоко в моем сердце. Поэтому я хочу помочь Вашему Величеству изо всех сил. Однако я все еще человек системы, по большей мере. Я чувствую, авантюристам будет не легко оставить все, что они знали, до настоящего времени. Это практически касается и авантюристов Империи.

Ощущение новой, освещающей радости наполнила грудь Аинза.

Действительно, Аинз хотел услышать мнение как это.

Не было такого что бы Стражи ошибались, но они принимали его слова за святое писание и мчались, чтобы исполнить его. Поэтому, Айнз часто беспокоился, действительно ли он дал правильные приказы. Из-за этого, он стремился услышать, тех кто — то выступит против одного из его утверждений. Таким образом, он узнает, где допустил ошибку.

Мнение Айнза об Айнзаке поднялось на ступеньку выше.

Тем не менее, он не мог полностью принять его взгляды.

Только небеса знали, почему, но все его подчиненные, казалось, думали, что Король Заклинатель — Аинз Ооал Гоун был гением. Таким образом, Айнз не мог сказать или сделать что-нибудь, чтобы предать ту веру. Он не мог разочаровать их.

— … Как озадачивает. Преимущества должны перевешивать недостатки. Я не понимаю. Кажется, что я не знаю достаточно об авантюристах.

Его лицо, неспособное выражать эмоции, очень помогало — никто не смог бы понять, что он лжёт. Максимально непроницаемое лицо.

В этот момент, Айнзак посмотрел Аинзу прямо в глаза. Он не мог предположить, какого ответа он ждет.

— Что вы сделаете, в таком случае? Например, появилось предложение, которое достаточно привлекательно, чтобы искатели приключений, которые уже присоединились к нашей базе, вдруг передумали?

-..Ваше Величество, нам начать охоту за головами, прямо сейчас?

— Что?

— Мы собираемся начать заманивать искателей приключений Имперской Столицы прямо сейчас?

Аинз, думая, обхватил свой подбородок рукой.

Если возможно, он хотел бы сделать это как можно быстрее. Однако, если он не может, он не против и подождать. Ведь главная цель пропеть дифирамбы, Колдовскому Королевству.

Гетероморфам, не ведомо понятие — продолжительность жизни. В этом смысле, у них более чем достаточно времени.

— На самом деле, это не срочно.

— Тогда мы должны начать закладывать прочный фундамент? Нам нужно создать различные организации в Колдовском Королевстве, а затем подготовить различные средства, которые нам могут пригодятся. После того, как оболочка будет подготовлена, мы сможем заполнить её не торопясь, что-то не так?

— Это отличная идея, которую я уже обдумывал. Однако, это создаст другую проблему. Если мы не оценим содержимое, прежде чем начнем строить, размер готового судна может получится слишком большим или слишком маленьким… хотите попробовать?

— На самом деле, такая задача не по мне. Ведь я по-прежнему уверен в том, что Ваше Величество желает улучшать искателей приключений, но я не понимаю всей глубины ваших планов на Колдовское Королевство.

— В самом деле. Откровенно говоря, я все еще обдумываю свои планы. В частности — я знаю, что вы заинтересованы в моих словах, но я не знаю, сколько сердец они смогут двигать. Для того, чтобы понять их реакцию, я пришел в Империю, чтобы произвести контрольный тест, и увидеть результат.

— Понятно…, как и ожидалось, от Вашего Величества, вы спланировали все настолько далеко вперед. Мне стыдно за мое поверхностное мышление.

— Конечно нет. Мы с вами разные существа. Потому, я могу ошибаться, когда речь заходит о реакции людей. Я уверен, что могу сказать нечто, способное их огорчить. Сообщите мне, пожалуйста, если такая ситуация возникнет. В этой связи, мне может понадобится помощник… Айнзак.

— Да!

— В таком случае, я буду полагаться на вас.

Айнзак на секунду задумался и затем глубоко склонил голову.

Выглядело в точности, как делают Стражи Назарика.

Аинз любезно кивнул, размышляя над сказанным им ранее.

(В любом случае, действительно ли я могу оставлять задачу, об обращении к авантюристам Империи, одному Айнзаку?)

Это было крайне важно.

Он мог презентовать себя, по необходимости, но это не потому, что ему по душе. Если же кто то лучше справлялся с такой задачей, то следовало поручить это ему. Всё же…

«Я не могу оставить все на него. Если возникнет проблема, вина падет на меня как на начальника.»

Он не хотел показать себя плохим боссом. Аинз цеплялся за это определение. Именно тогда он понял, что Аинзак, похоже, впал в смятение.

— Что то не так?

— …Ваше Величество, возможно ли, что вы не собираетесь ограничивать себя только нынешними приключенцами, но собираетесь включить в состав организации и тех, кто только собирается ими стать, чтобы использовать всех их для исследования неизведанного?

— Это и был мой план.

— Учитывая это, я думаю, будет трудно убедить текущее поколение искателей приключений. Однако, вполне возможно, мы сможем заполучить для Колдовского Королевства тех, кто хочет стать приключенцем. Так сказать, соберем птенцов и взрастим их.

И хотя для искателей приключений не существовало границ, те, кто становятся ими, принадлежат своей стране. Аинз учитывал это, но раз этот человек — более знакомый с этим миром, чем Аинз — разделял его точку зрения, то все должно быть в порядке.

— Понятно, тогда что мы будем делать?

— Люди всегда восхищаются сильным. Таким образом, могу ли я спросить, что Ваше Величество думает, о демонстрации своей силы в качестве рекламы?

И чего мы этим добьемся? Аинз задумался.

Что сказать, известность очень важна. В конце концов, причина, по которой он был основателем своей Гильдии искателей приключений, была в распространении известности Колдовского Королевства Аинз Оал Гоун.

— … Так что, я должен продемонстрировать свою мощь, также как это делают искатели приключений?

Аинз думал, что ему нужно сделать Момона символом Империи. Однако Айнзак покачал головой.

— Говоря об этом, Ваше Величество. Это же Имперская Столица. Как вы отнесетесь к показу своей силы на Арене?

— Ооо…? Звучит интересно. Давайте подумаем.

* * *

Карета остановилась на просторном дворе.

Момон и Набе прогуливались по Имперской Столице, но даже тогда Аинз не видел настолько огромного особняка. Даже в Э-Рантеле не было дома более впечатляющего, чем этот.

— Этот дом принадлежит хозяину Арены? Это довольно впечатляющее место.

Айнзак ответил что-то в том смысле, что это не совсем так.

— Сама по себе арена — собственность государства. Люди арендуют её, чтобы устроить бои, так что их, наверное, правильнее называть импресарио. Здесь живёт самый влиятельный из них.

— Понимаю… Ваш друг?

Хорошо бы, если так. Но Айнзак, к сожалению, покачал головой.

— На арене проводятся самые разнообразные схватки, и иногда — бои приключенцев против монстров. Я лишь несколько раз встречался с этим человеком, доставляя ему пойманных монстров.

— Вот как. И всё же, это может оказаться полезным, так что благодарю тебя за этот контакт. Кстати, каких именно монстров вы ловили в окрестностях Э-Рантэла?

Судя по выражение лица Айнзака, вопрос вызвал в нём дискомфорт.

— Мы ловили нежить на равнинах Каз. Нежити не нужна пища, так что затраты на её содержание минимальны.

— О-о. Неплохо. Вы, я вижу, знаете своё дело.

— Вот как? Я не произвожу на себя впечатления особо знающего человека… и всё же, Ваше Величество. Боюсь оскорбить вас, но вас действительно не злит разговор о поимке ваших сородичей?

Айнз уставился на Айнзака.

О чём он вообще говорит?

— Потому что они нежить…

— А-а, понятно… Ну, есть много разных видов нежити. Я не считаю их всех своими сородичами.

— Простите моё неуважение… Тогда, нельзя ли поинтересоваться, к какому виду нежити относится Ваше Величество? Если вас не оскорбляет этот вопрос, разумеется.

— Я Повелитель. Вам доводилось раньше слышать о таких?

— Мои глубочайшие извинения, но нет. Я учился не слишком прилежно, так что впервые слышу.

Ну, этого и стоило ожидать, подумал Айнз.

В ИГГДРАСИЛе существовало несколько разновидностей монстров-Повелитепей: Повелитель Мудрец — искусный маг, Повелитель Хрономастер, обладающий навыками управления временем, Повелитель Генерал, способный контролировать армии нежити, и прочие. Даже слабейший из них был как минимум 80 уровня.

Айнз примерно представлял порядок сил существ в этом мире, и насколько сильным надо быть, чтобы здесь тебя сочли могущественным. Раз так, появление существа наподобие Повелителя вызвало бы огромную смуту, в особенности потому, что нежить не стареет, и может править своими землями целую вечность, пока не будет побеждена.

Иными словами, то, что ничего подобного не происходило, доказывает, что в этом мире нет других Повелителей.

— Вот как. Ну, я намерен отправить приключенцев в самые отдалённые уголки этого мира, чтобы собирать информацию такого рода. Если где-нибудь обнаружатся подобные мне существа, питающие ненависть ко всему живому, дела могут принять скверный оборот. Вы понимаете?

Глаза Айнзака расширились, он кивнул.

— Вы правы. Теперь я прекрасно понимаю истинное призвание искателей приключений.

— Именно. Меня, наверное, можно счесть нетипичной нежитью. Я понимаю ценность человечества, и не намерен заниматься бессмысленной резнёй. Однако, прочие Повелители могут не разделять моих убеждений.

— Это действительно так?

— Нам лишь предстоит узнать. Я не знаю, являюсь ли исключением сам, или весь мой вид — исключение. Однако, не лучше ли предполагать худшее и соответствующим образом подготовиться?

— …Ваше Величество совершенно правы. Я сохраню ваши слова в своём сердце.

Айнзак кивнул.

Если бы были следы того, что подобное существо появлялось и было уничтожено, то они могли вести к тем, кто взял под контроль Шалтир. Нет, никто не может управлять Повелителем так, как в случае с ней.

— Тогда, я отправлюсь назначить встречу.

— Благодарю.

Аинзак вышел из экипажа. После того, как Аинз пронаблюдал его уход, он достал свою маску и надел ее. Он мог безнаказанно ходить без маски Э-Рантеле, но это была Имперская Столица — и он пересек границы незаконно, чтобы попасть сюда — так по крайней мере было проще скрыть его истинное лицо. Его роба также была менее броской.

Хотя это означало, что его личное снаряжение понизится на один клас, с этим ничего не поделаешь. В конце концов, у Аинза был только один набор одежды божественного класса. Однако у него все еще были вещи которые оставили его друзья, напоследок, броня, его друзей была более разнообразной, чем их оружие. Он мог использовать их но они улучшали параметры которые ему небыли особо полезны. Дело в том что Аинзу лучше использовать предметы предназначенные именно для него, даже если они были слабее.

После смены его снаряжения, прозвучал стук о дверь кареты, сопровождавшийся голосом Аинзака.

Казалось прошло меньше пяти минут.

— Мои глубочайшие извинения, Ваше Величество.

— Что-то случилось?

— К сожалению, сегодня, похоже, не подходящий день. Импресарио надеется, что мы зайдем завтра. Но, я уверен, мы можем силой донести до него Вашу волю. Как поступим?

— В этом нет необходимости.

Навязывая нежеланную встречу, он вряд ли кого-то к себе расположит. Но, если посмотреть на это с деловой точки зрения, сам факт того, что их не только не прогнали, но ещё и выделили время для встречи, хотя они и были незваными гостями, уже можно считать большим достижением.

— Тогда мы придем завтра. — К счастью в последнее время он не был особо занят- Что-то не так? — спросил Айнз, осознав, что Айнзак уставился на него.

— Нет, ничего. Я лишь подумал, что вы поистине великодушны, Ваше Величество… в конце концов, многие дворяне смотрят на торговцев свысока…

— И ты решил, что я настою на встрече?

Молчание Айнзака лучше любых слов сказало, что так оно и было.

Может, для правителя такой поступок в порядке вещей, задумался Айнз. Пожалуй, задаваться этим вопросом уже несколько поздно, но ведь Айнз Оал Гоун — король. Если королю подобает так поступать, то он и должен делать это, каким бы чуждым Сузуки Сатору не казался этот поступок.

— Я впервые правлю людьми. Может, раз это норма в человеческом обществе, мне тоже стоит так поступать?

На лице Айнзака снова отразилось замешательство.

— Я не уверен, Ваше Величество. Я никогда не встречался с королями, так что не могу сказать с уверенностью, так ли это на самом деле. Впрочем, лично мне больше импонирует точка зрения Вашего Величества. Но для высшей знати, возможно, применение силы в порядке вещей.

— Человеческое общество такое сложное.

Айнзак отчего-то тепло улыбнулся в ответ на бормотание Айнза.

— Полагаю, вы совершенно правы, Ваше Величество. Оно поистине полно сложностей.

Их хихиканье заполнило экипаж.

Айнз незаметно ото всех сжал правый кулак. Похоже, настороженность Айнзака уменьшилась. Айнз не сомневался в этом.

— Так ты передал ему, что я посещу их завтра?

— Нет, сперва я хотел узнать, что Вы думаете по этому поводу, Ваше Величество. Или же мне дозволено использовать Ваше имя?

— …Да, вполне, поскольку они не те, кто станет поднимать шум. И раз они твои друзья, в отношении их, можешь действовать по своему усмотрению.

— Понял, в таком случае, я пока не буду раскрывать его.

После обсуждения деталей, включая время, Айнзак вновь покинул экипаж.

Аинз почувствовал укол вины, за то что использовал его как посредника. И хотя он знал, что в этом мире разница в возрасте мало значила, Сузуки Сатору, как простому служащему, причиняло беспокойство командование тем, кто старше его по возрасту.

— Теперь я понимаю, почему многие не любят иметь дело с подчиненными, старше их самих.

У него бы не возникло проблем с отдачей приказов кому-либо из совершенно другой компании. К примеру, будь Айнзак подданным Империи, он мог без каких либо проблем руководить и приказывать ему. Но, в данном случае, он не мог этого, потому что пришел к Аинзаку как одному из своих подчиненных.

— Нужно должным образом его наградить. В Назарике никому не нужно вознаграждение, но они — исключение. Если я забуду это, обо мне будут думать как об ужасном правителе. Я ни в коем случае не должен стать боссом злобной компании.

Аинз пообещал это голосу Херохеро в его голове.

— В любом случае, возвращаясь к вознаграждению Айнзака… сколько я должен ему платить, как король? Так же, как и приключенцам мифрилового ранга? Нет, ещё должна быть надбавка за сверхурочные… так что нужно прибавить ещё пять процентов? Есть ли кто-нибудь, у кого я могу спросить какая сумма будет уместна?

Он мог бы обсудить это с Демиургом или Альбедо, но не было до конца ясно, имеют ли они понятие о том, какой вид вознаграждения будет подходящим. Почему то у него было чувство, что они ответят что то в духе: — Он должен быть рад самому служению Вам, Владыка Аинз.

— Как и ожидалось… мне нужно найти умного человека. Флюдер говорил, что он уверен в своих знаниях магии, но он абсолютно не сведущ в остальных вопросах.

Назарик, возможно и был непобедим, но он чувствовал беспокойство из-за нехватки знаний о людском обществе.

— …Тогда получается этой само-награды достаточно? Думаю, согласиться со словами Демиурга будет более правильно. Или скорее у меня нет намерений отказываться от его предложения…

И, когда Аинз в очередной раз погрузился в размышления, в дверь постучали.

— Простите за задержку, Ваше Величество.

Не то чтобы я тебя ждал. Но Аинз решил в великодушной манере, достойной правителя, позволить ему продолжать.

— Как вы пожелали, Ваше Величество, встреча назначена на завтра, в десять утра.

— Хм, значит, осталось дождаться завтра… в таком случае, я использую магию телепортации и отправлю тебя в Э-Рантел. Расслабься и прими заклинание. «Великая Телепортация».

Мгновение спустя тело Аинзака исчезло.

«Великая Телепортация» безопасно доставит его к дальним из трех врат Э-Рантела. Даже если там кто-то окажется, заклинание перенесет его в ближайшее безопасное место, так что нет смысла использовать магию чтобы проверять пункт назначения.

— Что ж, пора связаться с тем парнем через «Сообщение».

Это было неприятной задачей, поэтому Аинз пробормотал это себе под нос, чтобы собраться c силами.

Он отправлял сообщение Флюдеру, который пообещал ему все, что имел. Причина, по которой Аинз не спешил давать ему то, чего он так жаждал была проста. Он вовсе не был уверен что может дать старику то, чего он хочет.

Флюдер хотел, чтобы Аинз научил его всему, что знал о магии.

Но сила Аинза исходила не из изучения магии.

Возможно, будь они в ИГГДРАСИЛе, он мог бы с уверенностью говорить о магии. К сожалению, магическая система этого мира, работала иначе, чем в ИГГДРАСИЛе.

Как так вышло, что они изучили одни и те же заклинания разными способами? Он задавал себе этот вопрос множество раз, но так и не нашел ответа. К тому же, скопилась целая гора таких, оставшихся без ответов, вопросов. В худшем случае, нужно учитывать вероятность того, что он не сможет использовать свои способности из ИГГДРАСИЛя.

Возможно, он бы нашел ответ использовав расходующее опыт сверхуровневое заклинание «Желание под Звездой». В этом мире, оно могло изменить саму действительность, и истощая множество уровней, могло исполнить большое желание.

Однако, это слишком рискованное предприятие.

Было неизвестно, найдет ли он ответ даже использовав заклинание. Более вероятно, это будет простой тратой усилий. Что важнее — он боялся использовать заклинание, классифицируемое как козырная карта. Конечно, совсем другое дело, найди он способ добыть большое число опыта, но к сожалению, такой способ до сих пор не открыт.

Хоть у него и не было легких, будто вздохнув, Аинз произнес «Хааа…». Он чувствовал себя наподобие продавца, готового извиниться за неудачу в отправке заказанных товаров клиенту, начиная заклинание «Сообщение».

— Флюдер Парадин. Это я Аинз Оал Гоун.

Как только достиг его, он продолжил говорить заранее подготовленные слова.

— Ты родился в деревне Белмос. Впервые узнал о магии там же, от заклинателя.

«Ооо! Это вы, Учитель! Я долго этого ждал!»

Он мог чувствовать благодарность, исходящую от Флюдера.

Эти заготовленные слова были своего рода кодом, потому что Флюдер указал на отсутсвие способа определить, был ли человек с другой стороны «Сообщения» другом или незнакомцем. Таким образом, они условились подтверждать свою личность упоминая (не настоящие) названия деревни и воспоминания.

Но у Флюдера все еще оставались сомнения насчет этого заклинания, даже после всего произнесенного.

Он находит это весьма нехорошим. Короче говоря, Аинзу тут ничего не поделать.

Он медленно ответил, чувствуя небольшую опасливость перед горящим энтузиазмом Флюдера.

— Прости за небольшую задержку. Я полагаю, настало время учить тебя магии, как мы договаривались. Ты сейчас свободен?

«Конечно же! Я уделю столько времени, сколько для вас потребуется, Учитель!»

Аинзу хотелось сказать: «Ты не должен так усердствовать», но энтузиазм Флюдера в магии был самым настоящим отражением его характера. Перед лицом этого помешанного на магии Аинз немного терял дар речи, как обычный человек.

Из-за того, что он рассматривая эту великую задачу, как удовлетворение требований проблемного клиента, у него разболелся живот.

«…Мой желудок, должно быть, болит хуже чем у любого в имперской столице.»

Тем не менее, он не мог больше этого откладывать.

Перед перемещением в комнату Флюдера, Аинз решил проверить место назначение заклинанием разведки.

— Хорошо. Я воспользуюсь «Великой Телепортацией» чтобы прибыть в твой кабинет.

«Оох! Не «Телепортация», но «Великая Телепортация»! Осмелюсь спросить какому уровню магии оно принадлежит?»

— …Давай оставим это на потом. «Сообщение» не будет длиться вечно. Никаких уровней классов командующего типа я не имею… Далее, сначала я хотел бы кое о чем тебя спросить. Какие контрмеры против разведки ты предпринял? Какие заклинания ты использовал? Как ты их использовал? Ты делал что-нибудь для защиты от телепортации?

«Ничего, ничего из этого, я не принял никаких подобных мер.»

От ответа Флюдера несуществующие брови Аинза дернулись.

— Разве это не выглядит несколько беспечно..?

Другими словами, все произнесенное в кабинете Флюдера вполне может утечь третьим лицам.

«Мои самые искренние извинения. Но я не сведущ в этой области магии.»

— В таком случае, взамен для этого ты используешь магические предметы, правильно? Я видел много магических предметов в столице Империи, все якобы сделаны тобой.

Аинз вспомнил то, что он увидел, когда он впервые приехал в Имперскую Столицу. Он был поражен фактом того, что у них в продаже были вещи похожие на холодильники.

«Вы говорите верно, но как Вы должны, конечно, знать, нужно знать похожее заклинание, чтобы сделать волшебный предмет. Например, нужно знать заклинание «Огненный шар», чтобы сделать огненное оружие. Однако немногие готовы изучать заклинания противостоящие магии слежения…»

— Понятно — Аинз пробормотал.

В ИГГДРАСИЛЕ можно было обычно изучать только три заклинания за уровень. Персонаж 20 уровня мог изучить максимум 60 заклинаний. Было бы довольно трудно включить волшебство предотвращающее слежку в такой ограниченный выбор заклинаний.

Возможно, те, кто не был в курсе, могли бы думать что 60, это значительная сумма, но если бы Аинз был ограничен 60-тью заклинаниями 3-го ранга волшебства, то он вероятно, потратил бы весь день волнуясь по поводу своего выбора.

Это было так, потому что он должен был рассмотреть их использование в будущем, изменит ли он свой класс и так далее. Было множество спланированных и ожидаемых вещей.

С этой точки зрения его упрек Флюдера был мелким и печальным.

— Действительно, я оговорился. Все так как Вы сказали. Волшебство слежения имеет более низкий приоритет, перед изучением наступательных и защитных заклинаний.

В игре он мог сказать, «я изучу это, поэтому, это изучишь ты» и легко все улаживал. Однако выбор заклинаний, судьбоносное решение для людей этого мира. Нужно быть очень храбрым человеком, чтобы изучить непопулярное заклинание.

В дополнение, в школе слежения было довольно много заклинаний. Некто должен был предвидеть когда враг станет использовать магию слежения.

Проще говоря, что бы стать специалистом в магии слежения, нужно было положить на это всю свою жизнь.

— Хорошо. Тогда я дам тебе один из моих предметов который препятствует магии слежения. Используй его чтобы защитить себя в будущем.

«Да!»

Даже не видя этого, он мог сказать, что голова Флюдера была низко опущена. Из того что он знал, он возможно мог бы даже преклонить колени.

«Я определенно понял ваши любящие слова, Учитель!»

Аинз первоначально планировал дать ему достойный предмет, но мысль об этом причинила боль его сердцу.

— Ах, ха… Тогда я сейчас проверю твою комнату.

Аинз использовал свое заклинание в палатах Флюдера.

Он смотрел вниз на преклоняющего колена Флюдера.

Затем он решил проверить волшебные ауры, и, как ожидалось от Флюдера, в его комнате было много различных цветов. Однако ни один из них не был похож на опасный цвет, который будет препятствовать телепортации. После подтверждения этого, он использовал «Великую Телепортацию».

Его поле зрения изменилось, видимо он успешно телепортировался в комнату Флюдера. Хотя и не было никаких задержек, он не ощущал никого шпионящего за ним, и был совершенно уверен что не впрыгнул прямо в логово к врагу, он все еще осматривался вокруг себя.

По правде говоря, не было никаких причин для волнений. Однако, краткий период уязвимости после телепортации был, в этот момент легче всего подвергнуться нападению. Эти защитные действия предназначались для того чтобы не быть заПКашеным(убитым другим игроком) — были давно всверлены в тело Сузуки Сатору.

— Приветствую вас, о Учитель.

— …Подними голову, — скомандовал Айнз Флюдеру. Честно говоря, он не понимал зачем заходить так далеко.

Подобная преданность — точнее, его жажда знаний, влекущая за собой фанатичную покорность — ненормальна.

Он ведёт себя во много похоже на НИПов Назарика. Айнз в последнее время и начал привыкать к такому их поведению окружающих, но зрелище того, как перед ним пресмыкается едва знакомый человек, вызывало желание отшатнуться.

— Да!

— Разговаривать стоя неудобно. Я сяду.

— Да! Всё что у меня есть — ваше, Учитель. Прошу, садитесь куда вам угодно!

Айнз, испытывая сложные чувства по отношению к происходящему, уселся на диван. Флюдер, однако не сел на против, оставшись как был — припав к полу, подняв голову.

— Можешь сесть.

— П-правда можно? Для меня сесть в вашем присутствии, Учитель?

— …У тебя ведь тоже есть ученики, разве нет? Ты заставляешь их поступать так же? — встревоженно спросил Айнз. Флюдер потряс головой.

— Ничего подобного, но разница между мной и вами, Учитель, подобна расстоянию между небом и землёй. Я боюсь даже упоминать себя в одном предложении с вами…

— …Ничего страшного. Я дозволяю тебе сесть. Ну же. Садись.

— Да!

Флюдер наконец уселся. Мой живот разнылся не на шутку из-за разговоров с ним, подумал Айнз.

— Для начала, что с той про…

Айнз, проговорив наполовину слово «просьба», одумался.

— …с тем приказом, что я тебе отдал? О том, чтобы ты записал всё, что известно Империи об остальных странах?

— Да! Большая часть информации о соседних странах уже собрана. Однако…

— Что случилось? Какие-то проблемы?

— Да! Ну, или точнее, стоило бы сказать, как и ожидалось от Императора.

На лице Флюдера промелькнуло выражение гордости. Словно учитель гордится талантливым учеником.

— Он, похоже, заметил моё предательство.

Брать с сотрудников подписку о неразглашении на случай смены работы — совершенно естественное правило. А значит, Айнз поступает как злодей, заставляя Флюдера передавать ему важные сведения.

Однако, Айнз прекрасно понимал, что управляет не корпорацией, а страной. Ради процветания своей страны — людей, принадлежащих Великой Подземной Гробнице Назарик — он пойдёт на всё.

Айнз не испытывал неприязни к Зиркнифу. Однако, это ничего не значит по сравнению с благополучием его собственной страны. Если потери Империи приведут к процветанию Колдовского Королевства, что ж, Империи придётся потерпеть.

Впрочем, Айнз всё же предпочёл бы конфликту мирное сосуществование и всеобщее процветание.

Пунито Моэ как то раз говорил о мистере Нэше и содержании заключенных[3] или о чем-то в этом духе, но смысл был в том, что при неограниченных возможностях, кооперация позволит добиться лучшего для всех результата.

Аинз знал, что международные отношения зависели от того как одна сторона, использует другую, но он хотел поддерживать хорошие отношения с Зиркнифом.

— В обмен на присвоение себе Флюдера я свел к минимуму потери Империи, так что, полагаю, мы в расчете. Видимо из-за того, что я за ним постоянно наблюдал, у меня такое чувство что мы сблизились.

— …Что-то случилось, Учитель?

— Эм, ничего. Просто я думал о некоторых вопросах.

— Действительно? Мои глубочайшие извинения, что я помешал вам, Учитель!

— Не стоит извиняться. Я сегодня здесь из-за тебя.

— Оххх! Спасибо вам, Учитель!

Почему он благодарит меня так сильно? Хотя Айнз был озадачен этим, он в конечном счете сумел вернуть тему в нужное русло.

— Ах — да, факт, того, что вы были обращены. Ну, это в порядке вещей для вас — быть выставленным, но есть проблема. То есть ваша безопасность.

— Ооох! Только подумать, что Вы, Учитель, будете беспокоиться о безопасности кого-то вроде меня!

Почему этот старик так бурно на всё реагирует? Основная задача босса — следить, чтобы у тех, кого он не собирался отказываться с самого начала, все было в порядке. Или же в Империи действуют по другому?

— Было бы довольно страшно, если верно последнее… Что ж, я могу убить тех кто встал на моем пути, но убивать своих подчиненных как-то…

— Флюдер, действительно, не становись слишком взволнованным. Будет странно если кто-нибудь поблизости заметит меня.

— Это не проблема. Этот этаж исключительно для моего личного пользования. Здесь нет никого поблизости.

Он приходил сюда прежде. Тем не менее, эта башня была весьма большой, так что было не удивительно, что величайшему магическому заклинателю Империи, был предоставлен целый этаж башни под личное пользование.

— Вернемся к вопросу о твоей личной безопасности. Кто-нибудь пытался убить тебя после того как о предательстве узнали?

— Ничего подобного. Тем не менее, мои обязанности неуклонно снижаются, и в то время как в прошлом император часто приезжал, чтобы посоветоваться со мной, он не вызывал меня с тех пор как вернулся из славной области, которой вы правите. Учитель.

Я вижу… Тогда, Флюдер. Хочеш ли ты перейти на мою сторону.

— Ооооо! С удовольствием!

(Он тут же ответил…)

— Тогда, учитывая ваш род занятий — нет, для начала есть нечто, что я должен сделать. Это касается вашей награды.

Сказав это, Аинз вздохнул и полез в карманное измерение. Он неоднократно репетировал этот разговор, каждый раз веселясь, когда заменял слова.

И хотя Аинз не мог быть уверен в том, как именно отреагирует Флюдер, он достаточно долго практиковался в нем.

— Как и было оговорено, я передам тебе часть своих знаний. Прими и изучи эту книгу.

Аинз передал ему том под названием «Книга Мертвых».

Это была довольно древняя книга, источавшая затхлый запах. Удивительно, но она была довольно крепкой и не была изъедена червями.

Дрожащими руками Флюдер принял книгу. В этот момент Аинз был рад тому, что он нежить. Будь он человеком, книга наверняка бы дрожала — настолько он нервничал.

Флюдер хотел познать Бездну Магии, но Аинз понятия не имел что это такое. Он мог обучить его многому из ИГГДРАСИЛя, но точно не этой бездне или что он там имел в виду.

Тем не менее, не дать ему этого — означает предать его доверие. На добро следует отвечать добром и к тому же, вознаграждать за верную службу. Поэтому, Аинз дал ему ту книгу из своей коллекции, которая вероятнее всего содержала секреты магического знания. Главы, которые он пролистал, по видимому, содержали что то, касающееся магии, чего он не смог понять.

— Тогда, прошу меня простить.

Флюдер углубился в книгу и, пролистав пару страниц, выражение восхищения на его лице сменилось отчаянием.

— …В чем дело? Разве не этого вы искали?

Аинз подавил беспокойство, задав этот вопрос. Все в порядке, даже если это не то, чего тот ожидал. Он уже натренирован для такого случая.

— Нет, ничего подобного. Я просто не могу понять это.

— А, ясно.

Аинз взял книгу у Флюдера, немного пролистал и остановился на одной странице.

— Эта глава затрагивает превращение мертвецов в духов, конкретно этот раздел о разделении.

Все было написано на японском, очевидно — Флюдер не мог этого понять. Однако…

«Это походит больше на книгу описывающею фэнтези-мир, чем фэнтези роман. Тарабарщина про разделение. Потом описание духа как бесформенного облака и прочее. Выглядит действительно сложно, и я тоже не могу вникнуть в суть, разве что поверхностно… Неужели я не могу понять что написано в этой книге, даже если могу ее прочесть?»

Похоже, книги были связаны с оккультизмом, вернее, конкретно эта книга точно была трудом по оккультизму. Для Сузуки Сатору, не имеющего знаний в этой области, увиденное было собранием небрежных набросков. Тем не менее, все это выглядело взятым из какой-то мифологии. Если бы Табула Смарагдина была рядом, вероятно, он был бы способен все это объяснить.

— Охх!!

Чувство вины росло в сердце Айнза, когда он видел как Флюдер смотрел на него с глазами полными радости.

— На самом деле… Ну, я не могу отдать тебе их на совсем, поскольку у меня всего одна пара, но пока можешь пользоваться.

Айнз положил очки на книгу и протянул ему. Флюдер надел их и поспешно пролистал страницы.

— Это…Это ОНО! Здесь сказано, что души это субстанция подобная пене, оставленной волнами этого мира, и поэтому неважно малы они или велики, по сути являются одним и тем же. Это значиииииитт!!

«Абсолютный безумец».

Даже Айнз был поражён настолько, что чуть не отшатнулся.

Глаза Флюдера были широко раскрытыми и покрасневшими, и дышал он как дикий зверь. Создавалось ощущение будто он собирался наброситься на кого-то.

— Н-Ну как?

Трепещущие глаза Флюдера ожили и уставились на Айнза.

— Это…Это невероятно, Мастер! Это знания, что я искал? Ххххьяяя!

Чувство тревоги из-за мании старика превысили превысили заданный порог, и Айнз снова быстро успокоился.

— Так и есть. Теперь, верни мне очки.

— Вуаа! Но, это…

— Рассматривай перевод этой книги как тренировку. Как только ты сможешь понять и переварить её, ты перейдёшь на следующую ступень. Для тебя было бы бессмысленно использовать эти очки.

— Как такое может быть…Тогда может позволите мне сперва просмотреть эту книгу?

— Одной страницы будет достаточно. Однаго если вы продолжите после этого, это негативно повлияет на рост.

Флудер захлопнул книгу, а затем закрыл глаза.

Через несколько секунд он открыл глаза и заговорил. Его голос вернулся в нормальное состояние.

— Понял. Я буду придерживаться ваших учений, Мастер. Могу ли я обратиться к Вам за помощью, если появятся вопросы, на которые я не найду ответа?

— Хмм… До тех пор пока я в состоянии ответить на твои вопросы.

«Да».

Флюдер снял очки и вернул их Аинзу.

(Отлично! Я не буду слышать что-либо от Флюдера, некоторое время. Ах, мне нужно инструктировать его об этом в первую очередь. Это… как бы это сказать…)

Аинз изо всех сил напряг свою память. Затем, тяжелым, торжественным голосом, который не назвать иначе, как голосом лидера, заговорил:

«Флюдер».

«Да!!»

— Я дал тебе эту тайную книгу, потому что я доверяю тебе. Ты не должен передавать её посторонним людям. То же относится и к любым записям, которые ты сделаешь, при её изучении. Ничего из этой книги не должно быть опубликовано.

«Да!!!»

Едва ли необходимо объяснять тебе причину этого, но это знание, превосходит то, что люди могут постигнуть. Будет очень хлопотно, если другие придут изучить его… Хотя за кого-то, обладающим таким талантом как у тебя можно не опасаться. Я очень не хочу потом десять лет прибираться за тобой.

— Естественно. Я не допущу утечки любых знаний которые получил от вас. Клянусь вам.

«— Я доверяю вам, Флюдер. Не разочаровывайте меня».

«Да!!!!»

Флюдер поднялся со своего стула и приклонился до самого пола.

Он хотел сказать, что в этом не было никакой необходимости, но это также было доказательством того, насколько сильна была аура величия, окружавшая его. Аинз не мог не чувствовать гордость, ведь часы, проведенные за оттачиванием актерских навыков и применения голоса прошли не зря.

— Достаточно. Так как ты понимаешь, я не скажу больше. Вернись на свое место. Однако, для тебя будет очень трудно расшифровать неизвестный язык без чьей либо помощи. У тебя есть некий способ справиться с этим?

— Да! Я могу использовать заклинания перевода, оно действительно очень эффективно. Я полагаю что, с его помощью, я смогу медленно расшифровывать текст.

— Действительно. Действительно! Восхитительно.

Этот ответ был тем что Аинз хотел услышать. Медленно давая ему соответствующую практику, он был бы в состоянии выиграть себя время. Кроме того, проблема как эта не было достаточной, чтобы заставить Флюдера сдаться.

— Тогда я вручу это тебе… нет, именно. Я предоставлю тебе эту коробку что бы ты мог хранить ее в ней. Я не думаю, что ты расстанешься с ней так просто, но кто-то может захотеть украсть ее у тебя.

Аинз вытащил коробку из его волшебного кармана. Это был такой же предмет, в котором он хранил свой личный блокнот.

— Если ты будешь хранить книгу здесь, даже если эта коробка будет украдена, то потребуется некоторое время, чтобы открыть ее. Конечно, это все не будет напрасно, если кто-то подслушает команду, для открытия коробки… поэтому будь осторожен.

— Разумеется, Учитель! Я никогда бы не сделал ничего подобного!

— Хорошо.

Аинз переместил свой взгляд от Флюдера — который ласкал книгу в восхищении — к потолку. Теперь, о чем он будет говорить теперь?

— Ах, это правильно. Вопрос вашего предательства выходит в свет, и таким образом вы переедите ко мне. Когда вы сможете уехать?

— Если Учитель хочет, я могу уйти в любой момент. У меня нет привязанности к этой стране.

Айнз мысленно нахмурил брови.

Он понятия не имел, о чем говорить с человеком который так запросто отказывается от своей позиции доверия. Он мог так же поступить с Айнзом в будущем.

Айнз отметил Флюдера вниз на несколько пунктов красной ручкой в рейтинге его доверия.

— …Тогда, Флюдер я желаю, чтобы ты принял участие в магическом исследовании Колдовского Королевства. Однако твои заклинания не будут распространятся. Они будут даны только мне и тем кому я доверяю. Ты можешь смирится с этим? Ты можешь отказаться от вожделения славы?

— Не будет никаких проблем. Единственная вещь, которую я желаю, это увидеть мельком тайны магии. Я не желаю ничего иного.

Айнз изучил Флюдера всерьез это был человек, который мог сделать такое утверждение.

Аинз не имел возможности оценить характер человека. Как человеческое существо, было очевидно, что Флюдер превосходящий его гениальный мудрец, живший далеко за пределами сроков обычного человека, вовлеченный в деятельность огромной страны под названием Империя. Не было никакого способа увидеть какую-либо попытку Флюдера предать его.

Однако, быть неспособным видеть сквозь такие вещи и не пытаться видеть сквозь такие вещи были двумя разными вопросами. С этой позицией в голове Аинз уставился на Флюдера и в конце просто сказал: «Хорошо».

— Я доверю тебе всем полномочия и привилегии, соответствующие твоим обязанностям, по прибытии в Колдовское королевство. Я также намереваюсь как поддержать тебя с исследованием магии на сколько это возможно. Тогда…

Теперь ещё один человек, помимо Барелов помогает Назарику. Если он сможет привлечь женщину, рекомендованную Демиургом и Альбедо, Назарик усилиться ещё больше.

Он должен увеличивать свою мощь на сколько это возможно, до тех пор, пока не увидит настоящее лицо своего врага.

Враг обладал предметом мирового класса, значит ему нужно достичь иных сил как можно скорее. Ему нужно принимать во внимание, что все на что он способен, может делать и враг.

Но, была ещё одна проблема.

И заключалась она в том, как именно он должен защитить Империю.

Демиург предчувствовал, что Империя могла стать потенциальным врагом, но Айнз так не считал.

Хотя будущее всё ещё оставалось неясным, использование одной лишь силы для захвата мира не было мудрым решением. Если Колдовское Королевство покажет себя, как нация, аннигилирующая всех, кто был против неё, тогда страны, с которыми раньше были хорошие отношения, возможно, в конце концов, станут врагами.

Именно в этом и было дело, почему бы не создать крепкую дружбу с его приятелем, диктатором Зиркнифом, и послать подобное сообщение его подчинённым?

«Возможно так я смогу уменьшить силу, необходимую Демиургу и другим для захвата мира. Какой идеальный план. Больше, чем альянс наций или альянс гильдий…дружба?»

Образы его гетероморфных друзей всплыли в голове Айнза.

«И всё же, как мне подружиться с ним? Давать людям что-то, чтобы стать друзьями, это ведь не правильно…Таким образом, защитив ценнейшую для Зиркнифа вещь, Империю, должно быть наилучшим способом. Вполне вероятно, что мои враги нацелятся на них.»

Он представил себя на месте людей, что подчинили Шалтир. Если они использовали те же методы, что и Айнз, тогда…

(В худшем случае они могли использовать «Йа Шаб-Ниггурат» в Имперской Столице. Все подумают, что это сделал он не зависимо от того, кто будет виноват… Затем они распространят эту новость по всему миру. Это значительно уменьшит власть Колдовского Королевства.)

Айнз вспомнил о днях, проведённых в ИГГДРАСИЛе.

Было глупо в лоб атаковать могущественные гильдии, так что довольно часто игроки просто провоцировали войну с другими гильдиями, чтобы ослабить влияние первых. Эти методы, вероятно, применимы и в этом случае. Айнз возможно поступил бы именно так, если бы оказался в такой ситуации, и таким образом весьма вероятно, что его противник поступит именно так.

Для того, чтобы предотвратить подобного рода вещи, Айнз подумывал позволить Флюдеру распространять слухи о том, что он больше не может использовать это заклинание вновь (естественно, это ложь). Однако, Флюдера больше нельзя использовать, поэтому ему необходимо придумать другой метод.

(Это близко к запрещению переноса опасных объектов размером с ладонь… Как ожидалось, я должен буду обсудить этот вопрос с Демиургом, возможно приказать, чтобы он подумал о способе как с этим справиться. Однако разве он не посчитает это странным? Ах, как неприятно, я не могу справиться с этим.)

Если бы он только мог оставить всё это на тех двоих. Однако, если бы он сделал это, то разрушил свой образ абсолютного правителя. Он должен был придумать способ, который решит его проблемы и сохранит при этом его высокое положение.

— Учитель, что-то не так?

— …Флюдер, я намерен защищать Империю некоторое время. Есть какие-нибудь идеи?

— …Могу ли я узнать, почему вы спрашиваете?

— Завоевание было бы слишком простым, но я не имею никакого интереса стоять на вершине груды камней. Я желаю сохранить Империю нетронутой, и поэтому я хотел бы, предотвратить потерю боевой мощи, что и произойдет, когда они тебя потеряют.

Морщины Флюдера еще больше углубились.

— Трудно ответить на этот вопрос сразу. Я полагаю, что не будет никаких проблем на некоторое время, даже если меня не будет поблизости. Тем не менее, также верно, что никто не сможет заполнить пустоту, что я оставлю…, Если все хорошо, то я останусь на некоторое время.

— Ты действительно хочешь этого? Тогда, я свяжусь с тобой завтра снова, после того, как дискуссии будут завершены.

— Да!

— Да, есть еще две вещи, которые я хочу спросить у вас. Во первых я хотел бы знать детали о Чемпионе Арены. Второй вопрос касается Рыцарей Смерти…

* * *

С приближением назначенного времени, Айнз использовал заклинание обнаружения. Обычно он наложил бы на себя различные защитные заклинания, но использовать множество ценных свитков было бы слишком расточительно. В отличии от того раза на кладбище, когда он был полностью уверен в наличии врага, Айнз просто использовал заклинание.

Это говорило о том, что он не хотел, чтобы контратака случайно задела кого-нибудь.

Перед его взором предстала совершенно другая сцена. Это был интерьер кареты. Айнз изменил плавающую точку зрения и начал наблюдать за тем, что было снаружи экипажа.

Затем Айнз использовал «Великую Телепортацию».

Айнз телепортировался без эксцессов и открыл дверь кареты. Айнзак, что сидел внутри, был сильно шокирован. Тем не менее, Айнз невозмутимо сел, закрыл дверь и развеял заклинание невидимости, которое наложил на себя.

— Как я и думал, это были вы, Ваше Величество. Хотя я осознаю необходимость скрытности, но не могли бы вы в следующий раз не использовать заклинание невидимости?

— Если я не буду использовать невидимость, то буду обнаружен, разве нет?

— Если я не ошибаюсь, то всё должно быть в порядке, так как на вас маска, Ваше Величество?

— Может быть и так, но я воспользовался магией телепортации. Поэтому хотел бы избежать втягивания в различные неприятные ситуации.

— В самом деле…

— Ну, раз уж ты всё понял, должны ли мы выдвигаться?

— Хорошо. Пойдёмте.

Экипаж проехал через открытые врата и достиг места, указанного привратником. Это было место стоянки, где могли расположиться сразу несколько карет.

— Тогда, идём.

Айнз сошёл с кареты в след за Айнзаком.

Их встречал старик, в одежде дворецкого, в сопровождении горничной.

Пусть он и выглядел как обычный старик-дворецкий, но вряд ли был так же силен, как Себас, хотя стоит отдать должное его манерам. Дворецкий был человеком, чего нельзя было сказать о горничной.

Пара звериных ушей украшала её голову. Было трудно сказать есть ли у неё человеческие уши или нет из-за того, что они были скрыты волосами, но по крайней мере там ничего не торчало. Ей вполне подходило бы определение «милая», но не человеческой красотой, а прелестью домашнего питомца.

— Добро пожаловать, Аинзак-сама и, как я понимаю, Ваше Величество Король Заклинатель. Господин ожидает вас. Позвольте проводить вас, следуйте за нами.

— Ч-Чт!?

Аинзак вскрикнул от удивления, услышав слова дворецкого.

Во время вчерашнего разговора Аинзак упомянул, что не станет раскрывать личность Аинза, так что он, должно быть, сильно удивлен тем, что они смогли догадаться о том, кем он на самом деле был. Для Аинза же, в свою очередь, это не было поводом для беспокойства. Пусть маска и скрывает лицо, но свою одежду он не менял. Любой с достаточно хорошей сетью информаторов слышал о нем. В такой ситуации будет грубо промолчать.

— Благодарю. Что ж, ведите нас.

— Да.

Дворецкий склонил голову. Следом за ним и горничная.

После того как они начали движение, Аинзак прошептал Аинзу:

— Примного благодарю, Ваше Величество.

Он благодарил за то, что Аинз ответил дворецкому.

Аинз хотел было сказать, что в этом нет нужды, но в итоге молча принял благодарность.

Для Сузуки Сатору важнейшим долгом было помочь своим подчиненным, если они совершили ошибку. Признательность Аинзака была естественной. Для него это был неизбежный шаг на пути становления подчиненным Аинза.

В очередной раз Аинз остро осознал как не просто быть боссом.

Вдруг, Айнз понял, что он никогда не говорил «Спасибо», когда играл роль правителя.

— Нужно выделить время чтобы поблагодарить Стражей и всех НИПов. Я должен выразить признательность за их тяжелый труд.

Целью Аинза было управлять Великой гробницей Назарик как доброй компанией. Обдумывая этот вопрос он не переставал двигаться в направлении, котором его вели.

— Ваше Величество, все же довольно странно встретить здесь Зайцечеловека.

Не лучше ли обсуждать человека после того, как он уйдет? Подумал было Аинз, но его это заинтересовало, так что он решил продолжить разговор.

— Разве это не Зайцеженщина?

— Ну… нет… название их вида — Зайцечеловек.

— Аинзак, это была шутка. Не нужно все так серьезно воспринимать.

— …Интересно, может быть она пришла из дальних восточных земель, что простираются за Альянсом Городов-государств. Как необычно.

— Хм…

Аинз не имел понятия насколько далеко это было. У него, пока ещё, не было информации о столь отдаленных регионах.

Он не встречал никого подобного в Королевстве и она была единственным Зайцечеловеком, которого он видел в Имперской Столице. Должно быть тяжело жить в месте, где нет других представителей твоего вида, это даже не учитывая дискриминацию со стороны других рас.

Аинзу было крайне любопытно и он хотел о многом её спросить, но не мог этого сделать, потому что было бы хлопотно наступить на мину во время их диалога.

Вскоре они достигли дома.

— Хозяин ожидает вас внутри. Прошу.

Интерьер дома украшало большое количество оружия и доспехов, ухоженных и бережно смазанных. Они были яркими, чистыми от пыли и развешены аккуратными рядами.

При близком осмотре на многих лезвиях виднелись потертости и зазубрины. Очевидно, что предметы коллекции использовались в реальных сражениях.

В отличие от выставки на витринах магазинов, все это выглядело как личная галерея орудий с их славным прошлым.

Скорый осмотр вокруг обратил взгляд Аинза на меч, увиденный первым.

Он был самый красивый из всех клинков в комнате.

Никаких признаков повреждения на мече. Владелец коллекции, должно быть, очень любит его, судя по его размещению — обращает на себя внимание у каждого вошедшего в первую очередь.

— Вам это нравится?

— Ах, действительно отличная коллекция.

Ответил Аинз сидящему на диване владельцу комнаты — то есть, владельцу этой галереи. Тот человек был крепко сложён. Его волосы были подстрижены так коротко, что можно было видеть кожу.

Они не затруднили себя приветствиями, просто продолжили говорить об оружии.

— Так, и какой из них вас больше заинтересовал — а, этот. Каждый гость этой комнаты говорит то же самое.

Айнз вошел в комнату и встал перед мечом.

— Могу я взять его?

— Конечно, конечно.

Аинз поблагодарил его и взял меч. Конечно, он бы выпал их его рук, попытайся Аинз воспользоваться им по назначению, но просто держать в руках меч он мог.

Он вглядывался в меч и затем заметил знаки, вырезанные на лезвии. Эти причудливые знаки смутно знакомы Аинзу. Порывшись в памяти, он наконец нашел ответ.

— Руны?

— Оо! Как и ожидалось от Вашего Величества. Вы знаете эти символы!

(Что? Серьезно?…Руны часто используются в этом мире?)

Рунами назывался набор букв, который в древности использовали в мире Сузуки Сатору. Тот факт, что они существовали и в этом мире говорил о том, что, возможно, кто то из его мира распространил их здесь. Поэтому Аинз осторожно ответил:

— …Возможно, полагаю. Я только знаю о их существовании и не могу создавать гравированные рунами предметы. Могу я узнать, какой кузнец сковал этот меч?

— Ооо, хороший вопрос. Этот меч был выкован рунным кузнецом из Королевства Дварфов, среди Азерлисских Гор. Ему порядка ста пятидесяти лет. Клинок зачарован силой молний и на нем так же есть клеймо кузнеца. Видите?

Владелец галереи стоял рядом с Айнзом.

Сильный запах одеколона ударил ему в ноздри.

— Это творение Стонел, известной мастерской.

— Мастерская Дварфов?…Похоже, надо будет больше разузнать об этом.

— Хох. Действительно, звучит как известная мастерская. Если ли здесь другие их работы?

Аинз осмотрелся и человек от души рассмеялся.

— Ха-ха-ха-ха. Нет, не здесь. Я храню из в другом месте. Однако, это единственный меч со столь мощным зачарованием.

— Хех.

Аинз скрыл свое разочарование за показными эмоциями.

Тем не мене, он все же узнал что-то о мастерской Стонел. Он должен проверить, был ли здесь игрок.

— Я слышал, что оружие, выкованное рунными кузнецами редко встретишь на рынке. А у вас их, как не посмотри, немало.

Аинз, сам задавшийся этим вопросом, мысленно показал Аинзаку большой палец.

— На самом деле я достигаю этого, Айнзак, — человек улыбнулся.

— Я похищаю их всякий раз, когда они появляются на аукционе. В последнее время находился очень упорный авантюрист пытающийся перехватить их у меня. В конечном итоге пришлось платить три раза больше, чем я изначально планировал.

Айнзак недоверчиво покачал головой (вроде), в то время как Аинз кивнул в знак одобрения. Это было всем для коллекционера. Посторонний никогда не смог бы понять. Временами, даже Аинз не понимал действия своего прошлого я.

Аинз хотел продолжить спрашивать, но в конце концов решил вернуть меч на прежнее место.

— Кажется, я был очарован вашей чудесной коллекцией, что даже не поприветствовал вас. Прошу простить отсутствие уважения.

Мужчина улыбнулся.

— Ваше Величество проделал этот путь, для разговора. Позвольте мне вновь представиться. Я Оск, незначительный торговец.

— Вы наверняка разозлите других торговцев Империи, если продолжите называть себя незначительным. Я Король-Заклинатель, Аинз Оул Гоун.

— Не проходит и дня, чтобы я не услышал вашего могучего имени. Пожалуйста, присаживайтесь. Мои слуги приготовят напитки.

— …Несмотря на редкую возможность… нет необходимости что-нибудь мне приносить.

Глаза Оска не казались пропорциональными для его головы. Он изучал Аинза такими глазами.

«Ваше Величество, я слышал слухи… но могли бы вы снять маску?»

— …Раз уж это просьба хозяина комнаты, я должен ее выполнить.

Айнз снял маску, обнажив свое лицо.

На лице Оска не появилось никакого удивления. Его глаза были очень маленькими, так что сузив глаза для улыбки, не осталось и шанса посмотреть в них глубже.

— Оооо…Я вижу, Я вижу…

Оск несколько раз кивнул, прежде чем заговорить вновь.

— Честно говоря, я опасался, что мне окажется не под силу подобрать чай, способный удовлетворить вкусам знаменитого Короля-Заклинателя, но, похоже, в моих усилиях не было нужды.

Живот Оска затрясся от хохота.

— Скажите, Оск. Откуда вы знали, что со мной придёт Его Величество?

— А-а-а, но ведь это просто, разве нет? Э-Рантэл сейчас под властью его Величества. Когда мне сообщили, что Гильдмастер Гильдии Искателей Приключений Э-Рантэла хочет нанести мне визит в компании кого-то ещё более значительного, я мог подумать лишь об одной персоне. Да, конечно, это мог быть кто-то из доверенных лиц Короля-Заклинателя, но мои инстинкты говорили иначе.

— Что ж, теперь моя очередь спрашивать? Вам некогда доводилось использовать представленное здесь оружие?

Оск хихикнул вопросу Айнза.

— Как такое возможно? Ваше Величество, посмотрите на меня! Я могу держать счёты, но мне в жизни не приходилось махать мечом. Это просто моё хобби… С самого детства я восхищался силой, в частности — мечами и прочими видами оружия.

— Вот оно что…

— Похоже, вы понимаете. Что ж, у меня тоже есть вопрос. Мне доводилось слышать о необоримом могуществе Вашего Величества — причиной тому ваша долгая жизнь — полагаю, это можно назвать жизнью?

— Верно, по сравнению с продолжительностью вашей, человеческой жизни.

Произнеся это, Айнз задумался. Что за существом должен быть Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун?

Само собой, он не мог сказать «Разумеется нет, вы двое старше меня». Да и они всё равно не поверили бы. Так что он должен говорить оставаясь в роли Короля-Заклинателя. Однако если он, рассказывая детали о себе, допустит где-то нестыковку, дело может кончиться плохо.

«Как бы то ни было, есть подтверждённый факт того, что нежить живёт долго. Если кто-то спросит почему я, несмотря на свою долгую жизнь, не знаю о каких-либо событиях прошлого, я смогу ответить что просто концентрировался на изучении магии. Буду основывать биографию Короля-Заклинателя на этом».

— Раз так, не обладаете ли вы каким-нибудь древним оружием?

Судя по этому вопросу, Оск не намерен скрывать своего любопытства.

— Конечно. Однако, вы ведь не рассчитываете, что я просто так отдам вам его, не так ли?

— За подходящую цену… Нет, я заплачу вам втрое против рыночной цены.

Айнз не мог отказаться сходу, вспомнив плачевное состояние собственных финансов. Однако, правителю не подобает просто взять и сказать «Конечно, покупайте»

— … Деньги меня не интересуют.

— Мои глубочайшие извинения. Было грубо с моей стороны предлагать такое Вашему Величеству, стоящему во главе государства… В таком случае, что я могу вам предложить, чтобы вы согласились обменять их?

«Он хочет сказать, что предлагает нечто наподобие своих услуг моей стране в обмен на них? Хм? Ну, в таком случае…»

Аинз достал короткий меч. Он был окутан туманом. А полупрозрачный синий клинок скован из сине-кристаллического металла, и содержал в себе немного маны. При этом его способность возвышает его до высокоуровневого предмета, и конечно он мощнее, нежели средний магический предмет этого мира.

— Это, Это!

Два голоса одновременно воскликнули.

Взглянув на меч, глаза Айнзака расширились. «Умм», промычал Аинз, перед тем как протянуть её Айнзаку.

— Возьми его.

— Хаа?!

И снова возглас прозвучал двумя голосами.

— Айнзак, это подарок за ваш усердный труд. Но это не награда, и не знак вашего положения, я даю это вам, полагая, что таким образом хочу награждать подданных своего идеального королевства. Если вы предпочитаете наличные, то можете продать меч.

Меч не содержал достаточного количества кристаллов данных, чтобы представлять из себя угрозу для Айнза. Также это оружие не было создано кем-то из его прошлых товарищей, и с ним не было связано никаких воспоминаний.

— Я, как я смею принять такое…

Айнзак затрясся.

— Это самый обычный предмет. Ну, если вы не хотите, я могу позже поменять его на что-то другое. Может, зелье исцеления подойдёт. Что скажете?

Айнзак некоторое время поколебался, но всё же решил оставить меч себе.

— Я приму его. Выражаю вам свою искреннюю благодарность, Ваше Величество! Я продолжу служить вам всеми силами, чтобы мои старания не затмило сияние этого меча!

— Поздравляю, Айнзак. Если тебе вдруг понадобятся деньги, не забывай обо мне, друг мой. — произнёс Оск, пожирая меч глазами. Выражение лица Айнзака напоминало собаку, защищающую своих щенков.

— Этого не произойдет. Никогда.

Айнз решил сменить тон.

— Итак. Перейдём к делу.

Оск неохотно отвёл глаза от Айнзака, обернувшего лезвие меча в носовой платок, и ответил:

— …Давайте. Позвольте полюбопытствовать, чему я обязан приятностию вашего визита?

— Хм… Витиеватые фразы не совсем мой конёк. Позвольте сразу перейти к делу… Я хотел бы, чтобы вы организовали схватку с участием Чемпиона Арены.

Глаза Оска расширились, но вскоре вновь вернулись к прежнему размеру.

— Я слышал, что Чемпион Арены не является служащим Колизея, он гладиатор, которому вы покровительствуете. От Айнзака я узнал, что вам достаточно захотеть организовать бой с его участием, и от желающих показать себя на разогреве в столь масштабном событии не будет отбоя, потому и решил обратиться к вам.

— Фухахахаха. Вы серьёзно, Ваше Величество? Вам известно, что Чемпион Арены — сильнейший из гладиаторов, с телом чудовища и выдающимися боевыми навыками? Он, возможно, сильнейший в истории. Возможно, среди последователей Вашего Величества и найдутся сильные воины, но сразить его…

Оск с гордостью покрутил головой.

— …Он сильнее Флюдера?

— Нет, я говорю с точки зрения воинской силы. Заклинателей нельзя мерять той же меркой. Им достаточно просто взлететь в небо, кидать с высоты свои заклятья, и дело с концом.

Тихое брюзжание Оска несколько обеспокоило Айнза, и тут вмешался Айнзак.

— Однажды одна команда приключенцев победила его, взлетев в воздух и забросав с расстояния стрелами и заклинаниями. Это была весьма разочаровывающая схватка. С тех пор на арене запрещено использовать магию полёта и телепортации.

Оск, видимо, придя в себя, посмотрел на Айнза.

— Кхм. Ну, простите мою грубость, Ваше Величество. Мной завладели кое-какие горькие воспоминания… Итак, вернёмся к тебе. Могу я поинтересоваться, кого вы намерены выставить против Чемпиона Арены? Ваш боец — человек?

Айнз с Айнзаком переглянулись, и Айнз ответил:

— Его соперником буду я.

— Э?!

— Я, Айнз Оал Гоун, буду ему соперником.

После небольшого молчания, Оск спросил в панике:

— Н-но, но, но ведь вы правитель страны, Ваше Величество.

— Верно. Что-то не так?

— А? Нет, это правильно, но… это…

— Аааа, я понимаю, что вас тревожит. Вы беспокоитесь о том, что будет, если меня поранят?

«Было бы здорово, если бы дело могло ограничиться только травмами», — пробормотал себе под нос Оск. Аинз притворился, что не заметил.

— Не волнуйся. Тебе ничего не будет, если со мной что-то случится. Я оставлю тебе письменное подтверждение.

— Но если случится что-то такое, моему бизнесу придет конец. Я слышал, что Империя в союзных отношениях с Колдовским Королевством. И если я позволю королю союзной страны серьезно пострадать, на меня может ополчиться правительство.

— Я вам обещаю-вы не будете испытывать неудобства из-за этого.

— Даже если вы так говорите…, - Оск немного подумал, после чего спросил вновь.

— Это, возможно, неприятно слышать, но можете ли вы предложить что-нибудь в качестве гарантии?

— Гарантии? Например что?

— … Пожалуйста, дайте мне что-нибудь вроде того, что вы прежде дали Айнзаку. Что бы не случилось все будет в порядке, пока у меня будет этот предмет.

— Если подобное обезопасит вас, я могу пообещать это. Однако я не могу дать такой предмет прямо сейчас. Я обещаю, что вы получите его завтра.

— Большое спасибо, Ваше Величество…Есть еще кое-что, что я бы хотел спросить, но боюсь это будет неуместно.

Аинз рукой подал знак, позволяя Оску продолжить.

— Как импресарио, я собираю разную информацию. Значительная часть этой информации о могущественных существах, которые могут появиться на арене, или о монстрах. К тому же ходят слухи о Вашем Величестве — позвольте спросить, правда ли то, что Ваше Величество убили десятки тысяч людей Королевства единственным заклинанием?

— А-кхм!

Айнзак театрально кашлянул. Он вперился укоризненным взглядом в Оска, но в сказанном не было ничего, что следовало скрыть или чего стыдиться.

— На самом деле, это правда. Я убил их с помощью своей магии. Вы упрекаете меня за это?

— Нет, я спросил об этом чтобы понять уровень силы Вашего Величества. Ведь, если Вы используете это заклинание из слухов, это будет… очень плохо. Ведь это на Арена в столице Империи.

— Нет, нет, я не буду использовать подобную магию.

Даже у Аинза не было намерения использовать такое заклинание в сердце союзной страны. Какой террорист решился бы на это?

— Конечно, я тоже так думаю. В отличии от образа обычной нежити, Ваше Величество благородный и рассудительный человек. Я не верю что вы устроите массовую резню, потому что ненавидите живых. Тем не менее, делать предположение и пренебрегать их проверкой может привести к провалу.

Аинз был согласен с подобной позицией. Это одна из опасностей, поджидающих новичка. По правде говоря, Сузуки Сатору уже оплошал подобным образом в прошлом.

— Ваши опасения справедливы. Позвольте мне повторить — я не буду использовать это заклинание.

— Почему? Это как-то связано с положением звезд?

— Это никак не связано с эт…

Аинзу пришла в голову гениальная идея.

— Ну, то было одно из моих сильнейших козырей. Раз меня попросил Эль-Никс-доно, я пошел ему навстречу и наколдовал это великое заклинание, которое можно использовать лишь раз в десять лет. Потому, следующее десятилетие мне необходимо беречь силы.

— Оооо — глаза Оска, загорелись странным блеском.

— А разве нормально, говорить мне такое? Ведь это можно посчитаться слабостью Вашего Величества…

— Всё хорошо. Возможно, я, не могу использовать настолько разрушительное заклинание, но уничтожать дураков, которые восстанут против меня, по-прежнему легко. Ведь это не значит, что я не могу использовать другие заклинания.

— Как и ожидалось, от Вашего Величества. Другими словами, Чемпион Арены будет для вас легким соперником, вы на это намекаете?

Аинз с убежденностью кивнул, и лицо Оска осветила улыбка. Однако, изучив ее, Аинз не мог быть уверен в ее искренности.

— И наконец, позвольте задать еще один вопрос. Почему вы хотите драться с Чемпионом Арены, Ваше Величество?

— Потому что я слышал, что он могучий противник… Я желаю знать, кто сильнее — он или Газеф Строноф. В Королевстве Ре-Эстиз был Газеф, так что, наверно большая причина — я хочу знать, кто его эквивалент в Империи.

Естественно, Аинз не поэтому бьется. Но это та причина, которую согласовали он и Айнзак после обсуждения этого вопроса.

Было бы неплохо изложить настоящую причину, но Оск не заслуживающий доверия человек. В действительности, он выглядел ставящим на первое место свои собственные выгоды. Аинз чувствовал, что быть честным с ним может хорошо не окончиться.

— Я понимаю. Большое вам спасибо… Тогда я назначу бой с Чемпионом Арены. Однако…

Оск поднял руку, чтобы прервать благодарности Аинза.

— Я надеюсь, вы будете соблюдать правила арены. Вдобавок, в то время, как Ваше Величество способны всерьёз состязаться с Чемпионом Арены — это остается для нас представлением. Следовательно, слишком односторонняя борьба будет невероятно скучной. Имея это в виду, я хотел бы попросить Ваше Величество не использовать магию, а драться мечом — оружием — на битве с Чемпионом Арены. Я утверждаю, что эти условия необходимы для хорошей борьбы.

— Что ты сказал?!

Айнзак вскочил со своего места. Его лицо было красным от гнева.

— Как такое вообще возможно?! Его Величество заклинатель! Как же вы предполагаете ему победить?!

— Хохо. И правда. Его Величество Король-Заклинатель не сможет победить без своей магии. Ох, подумать только, я посмел поднять столь деликатную тему. И всё же, я не ожидал услышать подобное от тебя. Я думал, ты не прочь увидеть поражение Его Величества. Похоже, моё мнение о тебе изменилось.

— Т-Ты…!

— Айнзак, не надо так горячиться. Все в порядке.

— …Ваше, Величество, что вы сказали?

Айнз усмехнулся, видя с каким изумлением уставились на него Оск и Айнзак. Однако, он не хотел, чтобы это приняли за насмешку, так что попытался сделать вид, что сморкается.

Однако, это было невозможно для кого-то, кто имел лишь отверстие для носа.

Айнз решил не тратить энергию и попытаться со словами блефа проложить себе путь.

— Вы кажется, меня не расслышали. Я сказал, что я согласен.

Выражение лица Оска не изменилось, но его ум сейчас очень быстро все обдумывал. Это было очевидно.

— … Тогда, поклянетесь ли вы именем Короля-Заклинателя, Ваше Величество?

— Поклясться своим именем?…Понятно. Я,Аинз Оал Гоун, клянусь своим именем, что я не использую какой-либо вид магии во время боя с Чемпионом Арены.

— Подождите! Ваше Величество! Как можно давать подобную клятву, даже не узнав насколько силен Чемпион Арены?

В слова Айнзака был здравый смысл. Однако, если его информация о Чемпионе Арены была верна, то никаких проблем возникнуть не должно.

— Ну, думаю, как-нибудь справлюсь.

— Неужели вы думаете, что всё будет в порядке?!

Айнза даже несколько растрогало возражение Айнзака. С тех самых пор, как он стал правителем Назарика, никто не смел высказывать ему своё мнение. Такое случалось временами, когда он играл роль Момона, но даже это угасло после того, как он быстро поднялся в ранге.

— Вы тоже! Если король другой страны умрёт на арене Империи, здесь начнётся ад!

Кончено, подумал Айнз и встретился с взглядом Оска.

— Ну, этого и стоит ожидать. Как вы поступите, Ваше Величество? Ещё не поздно принять совет вашего верного подданного и отказаться от этой затеи.

Айнз пожал плечами. Он понимал беспокойство Айнзака. Ведь это он предложил такой план. Разумеется, он предлагал это, предполагая, что Айнз будет пользоваться магией. Однако, он что, действительно думает, что без магии Айнз настолько слаб?

— Всё будет в порядке. Что важнее, Айнзак, так повышать тон неприлично. Далее, Оск. Мне не совсем понятно, в чём ваша выгода от моей смерти?

Глаза Оска в удивлении расширились. Эта реакция в его исполнении совсем не выглядела милой.

— Похоже, Ваше Величество допускает ошибку. Я ничего с этого не получу. Как и сказал Гильдмастер, для меня это будет скорее обузой.

Похоже, предлагая Айнзу столь невыгодные условия, он не имеет каких-то недобрых мотивов. Скорее всего, дело в его профессионально чутье импресарио.

— …Вот как. Что. ж, будем действовать как и запланировали.

— …Ваше Величество, вы знаете какой-то способ одолеть Чемпиона Арены — превосходящего силой даже Газефа Строноффа — не используя магию?

-..Строноффа, ха. Поистине человек потрясающей силы.

Айнз заметил вспышку удивления на лице Айнака, но не сказал ни слова, вспоминая о погибшем Воине-Капитане.

— Если Чемпион Арены сильнее него, то я, очевидно, должен быть настороже. Однако, под силой Воина-Капитана я имел в виду силу духа, а не мышц. Что же до боевых навыков, то Чемпион Арены, несомненно, сразил бы Строноффа за считанные секунды.

— Понятно. Кстати говоря, я должен дополнить свой ответ на ваш вопрос, Ваше Величество.

Оск поднял обе руки. Обе бугрились мускулами, на них не было ни капли жира.

— Я люблю звон меча о меч и удары кулаков о кулаки. К сожалению, сам я не обладаю талантами бойца, и никакие мои усилия не сделают меня чемпионом. Вот почему я решил создать воина, способного заменить меня, и помочь ему вместо меня одерживать победы.

Оск хихикнул. Сейчас он демонстрировал свою человеческую сторону, а не маску дельца.

Айнзу впервые довелось встретить столь странного человека, хотя он и знал, что фетиши могут разниться от человека к человеку. Иначе говоря, Оск обладает особенно ненормальным фетишем. Айнз создал в своем разуме раздел «Извращенцы» и записал Оска туда.

— Так что я буду очень рад, если натренированный мной Чемпион Арены одолеет вас, Ваше Величество.

— Вот оно что.

Оск и Айнзак удивлённо уставились на Айнза.

Ну что с вами вдруг, спрашивайте если что неясно.

— Что вы так огорошенно смотрите на меня? Если хотите что-то сказать, говорите.

— Нет, нет, мне нечего добавить.

— Не понимаю, какой реакции вы ждали от меня, Оск… Люди поистине загадочные существа. Ну? Если это всё, то вы и правда верите, что я смогу справиться?.. Хм, кстати. Вас действительно так уж обрадует победа надо мной если я не буду использовать магию?

Оск почему-то замешкался с ответом.

— Э, а, ну… Я не очень-то люблю магию…

— Ясно. Тогда давайте пока что оставим этот вопрос.

Оск и Айнзак уставились друг на друга. Ну же, выкладывай, подумал Айнз. Именно так устроен мир бизнеса. Если кто-то, не хотел говорить от чистого сердца, то мог попасть в затруднительное положение.

— Что же, мы раскрыли друг другу свои истинные намерения, поэтому давайте не будем тратить время время на уловки и поговорим о деле. Как вы составите график для сражения с Чемпионом Арены? Если возможно, я бы хотел сделать из этого грандиозное событие.

— Тогда я официально объявлю о поединке с Чемпионом Арены после сегодняшних выступлений. Лучше поступить так. Однако я бы хотел сохранить факт того, что Ваше Величество будет претендентом в секрете вплоть до начала матча.

— Я не вижу причин для этого. Разве это не будет потерей с точки зрения импресарио?

— Логика подсказывает, что король союзной страны, появившийся на арене, это… о я? Если подумать, то я не слышал о приветственной церемонии. Она планируется позже?

Айнз не мог ничего поделать, кроме как отвернуться.

Это плохо.

Айнз был благодарен, что не имел сердце, и затем насильно потряс своим пустым, неживым черепом. А после беспомощно пожал плечами.

— Я прибыл в Империю своими силами. Эль-Никс-доно не знает, что я здесь.

Выражение Оска исчезло. Он должно быть почувствовал что-то неладное. Будучи торговцем, он определённо очень чувствителен к потенциальной прибыли. Другими словами, если бы он с этого ничего не получил, то и не было бы смысла принимать участие.

— Понимаю.

(Ээ?)

— Публичное объявление о поединке Вашего Величества, несомненно, вызовет толки ото всюду. Разумеется личность претендента должна быть засекречена. Тогда, могу ли я предположить, что вы сами разберетесь со всеми последующими проблемами, Ваше Величество?

— Кончено. Предоставьте это мне.

— Я понял. Тогда могу ли я занять ещё немного вашего времени? Я бы хотел завершить подготовку расписания дня матча.

— Он ушёл?

— Да, Господин. — ответил дворецкий, вернувшийся после того, как вышел проводить Короля-Заклинателя.

— Вот как, — отозвался Оск, и повернулся к горничной, стоящей за спиной дворецкого.

— …Кролик-Головорез.

Мужчина перед ним вопросительно наклонил свою изящную голову.

Да, мужчина. Зайцечеловек был мужчиной, одетым в униформу горничной.

Если верить его объяснениям, он одевался женщиной потому что в таком наряде его недооценивают и не считают угрозой, а также потому, что враги не будут пытаться нанести удар в пах.

Так что, видимо, дело в этих рациональных причинах, а не в личных предпочтениях. Однако, судя по тому, как он делал изящные жесты вроде недавнего даже в обыденной жизни, ему до некоторых пределов нравился этот маскарад.

То, что мысли Оска забрели так далеко, вероятно, означает что он слишком много об этом задумывается.

Его это никаким образом не обременяет, так что нужно просто не обращать внимания.

Далее, что касается его прозвища — «Кролик-Головорез».

Мило выглядящему мужчине оно не шло, но тем не менее он был наёмником, родом из далёкой страны к востоку от Альянса Городов-Государств, знаменитой своими воинскими кланами ассасинов.

Оск заключил с ним контракт и нанял его за умопомрачительную сумму денег. Также ему служили телохранителями команды рабочих и гладиаторов, но никто не получал столько, сколько этот Зайцечеловек.

Его сила соответствовала его жалованью — как минимум, сильнее приключенца орихалкового ранга. С тех самых пор, как Оск нанял его, ему не разу не приходилось сталкиваться с какими-либо проблемами.

— Скажи мне, каково твоё впечатление о Его Величестве Короле-Заклинателе.

У него был и другой талант, помимо первоклассного ассасина.

И этим талантом была способность изучать противника. Опыт долгой жизни в смертельно опасной профессии воина и убийцы позволил ему получить способность оценивать силу соперников.

— Дело очень плохо.

До сих пор он говорил такое лишь об одной персоне — о самом Чемпионе Арены. Иными словами, это вторая личность, которую он не сможет победить.

Между тем, на один ранг ниже была оценка «Дело плохо», которую он дал Четверым Рыцарям Империи.

— Его Величество также и могучий воин?

— Я не уверен. Судя по его походке, он не так уж и силён. Это не движения кого-то, прошедшего обучение воина или убийцы. Скорее, тот его спутник больше похож на воина. И всё же — очень плохо. Просто стоя рядом с ним я с трудом подавлял желание спасаться бегством.

Произнеся это, он развёл руками.

Оска завораживали его кулаки.

Они были круглыми.

Нанеся десятки, а возможно, сотни тысяч ударов по разнообразным твёрдым предметам, он придал своим кулакам эту круглую, шарообразную форму.

Эти руки были вылеплены для битвы.

Оска пробрала дрожь, он ощутил неконтролируемое возбуждение.

— …Куда вы смотрите, извращенец.

— Просто думаю, что у тебя хорошие руки.

Да, Оску очень нравятся его руки, но к сожалению сам Кролик-Головорез его не интересует.

Пол Оска не очень волновал. Однако, своим идеалом он считал воина из Синих Роз Королевства — Гагаран. Разумеется, Королик-Головорез тоже неплох, но он по сравнению с ней чересчур худ. Что же до Чемпиона Арены, то он, наоборот, слишком толст.

— …Так вы не желаете продлевать наш с вами контракт на следующий год?

— Это было бы не слишком приятно! Мало кто может сравниться с тобой… Ну, не считая наследницы Иджании. Упс, мы кажется отвлеклись о темы. Итак…

Оск отвёл глаза от восхитительных кулаков, и поднял взгляд. Кожа Кролика-Головореза покрылась пупырышками.

— Я до сих пор не могу успокоиться. У меня от него невероятно плохое ощущение.

— Так значит, он не особо умелый воин, но крайне опасный противник…

— Он словно ещё один Чемпион Арены.

Оск понимал, что имеет в виду Королик-Головорез. Он говорит про нынешнего Чемпиона Арены.

В этом мире были сильные и слабые расы.

Люди относились к слабым расам, будучи чем-то большим чем мешки с кровью без ночного зрения, без твердых щитков, чтобы защищать их тела или другие особые способности.

Также, были могущественные расы, как Драконы, например. Они были защищены твердой чешуей, изящны и могущественны, с когтями и зубами, которые могли легко разорвать сталь, они обладали пламенным или ледяным дыханием, с крыльями что бы парить в небесах и другими специальными способностями.

Они являються расой, которая была сильна, даже без воинских тренировок.

Кролик Головорез пытался сказать, что Король-Заклинатель принадлежит к такой расе.

У нежити были низкие физические показатели. Это было тем, что Оск знал наверняка. Все же это, казалось, не относиться к Королю-Заклинателю.

— Оск-сама, почему Вы согласились на этот матч? Его Величество знает о Чемпионе Арены, но мы не знаем о его способностях. Я чувствую, что это будет очень неблагоприятный матч.

— …Что? Тебе все еще не понятно?

Кролик Головорез ответил усталым голосом: «Я не думаю об этих бессмысленных вещах…»

Дворецкий бросил удивленный взгляд на Оска. На это, Оск ответил:

— Разве чемпион бежит от претендентов?

— И это все?

— Это — все. Однако, именно по этому это так важно. Они ведь не пытаются просто поубивать друг друга. Если это — официальный бой, вместе с письменным запросом на матч, этого нельзя избежать. Чемпион Арены будет думать таким же образом.

— Что за идиот…

— Возможно. Однако, это — человек на вас. Однако я чувствую, что Его Величество скорее тот, кто показывает свою истинную силу в сражении, а не во время соревновательного матча. Теперь, подумай о оговоренном поединке и поединке без огранечений насмерть. При таких обстоятельствах, ты бы захотел встретиться с Королем Заклинателем?

— Ни в коем случае. Я бы поджал хвост и сбежал.

Оск смеялся, потому что это был лучший выбор.

— Тогда, следующее. Что ты думаешь о Короле-Заклинателе?

Эта фраза была обращена не к его господину, а к дворецкому, ожидавшему сзади с непроинцаемым лицом.

В прошлом он, возможно, выразил бы свое недовольство тихо, чтобы указать, что это не было надлежащим отношением, которое нанятый человек должен иметь к своему владельцу. Однако, то недовольство исчезло где-то по пути. Возможно, это было потому что Кролик Головорез убивал потенциальных убийц.

— У него очень обаятельная личность.

— Ох-н, — Кролик Головорез подумал, что это странный ход мыслей.

По всей видимости Айнзака никто не принуждает. Иными словами, Король-Заклинатель, что-то сделал, что позволило ему заручиться поддержкой жителей города, за те несколько месяцев правления городом.

— Вы обратили внимание на то, как царственно он себя держит? И в том, что его сопровождал один лишь Айнзак, и в том, что он согласился не пользоваться магией в бою, всё это излучает гордость сильного. А ещё, он очень умён. В подобных переговорах он словно бы как рыба в воде.

Даже он чувствовал, что это было удивительно.

Оск был торговцем, а Король-Заклинатель относился к нему как к равному. При схожих обстоятельствах, некоторые дворяне хотели бы показать, кто из них выше статусом, не говоря уже о короле.

И это поставило его в тупик.

Если бы он был торговцем в прошлом, это бы все объяснило, но это невозможно. Иными словами, он просто очень искусен в переговорах.

— Если рассматривать его способности, его можно сравнить с нашим Императором.

Конечно, он не изучал досконально. Просто Король-Заклинатель очень сильно его напугал.

— Нет, я хотел сказать, что он, по крайне мере эквивалентен Кровавому Императору.

Выходит, что как минимум, он равен Величайшему Императору в истории. Какой кошмар.

Оск покачал головой. Он будет парализован размышлениями, если продолжит Конечно, он не хотел смотреть в бездну, под именем Король-Заклинатель. Однако была одна вещь, которую он должен был сейчас сделать.

— … Я должен проинформировать Чемпиона Арены и с этого момента поддерживать его в отличном состоянии.

— Согласится ли он?

— Он воин. Он не сбежит от схватки.

— Хо…х. Хорошо, Было бы здорово, если он выграет…

Часть 4

В день состязания с Королем-Заклинателем Оск задавал обычные вопросы.

— Как дела?

— Нет проблем. Я в отличной форме.

Ответил ему гигантский монстр.

Это было создание, известное как Тролль, но одно существенное отличие отделяло его от остальных.

Это была аура воина, что окружала его — мантия, которой никто, кроме выживших в бесчисленных напряженных боях, не мог себя укутать.

Что ни говори, этого следовало ожидать. Ведь он был троллем специализирующимся и приспособленным к бою. Он был незаурядной личностью даже среди различных видов троллей, и был известен как Боевой Тролль.

Он был Чемпионом Арены, сильнейшим гладиатором в Колизее.

Оск тепло посмотрел на его тело.

Это правда, что существовало много людей, превосходящих Чемпиона по параметрам чисто боевых уровней (силе). Например, большинство серебряных участников команд искателей приключений. Тем не менее, причина легкой победы Чемпиона над такими людьми очень проста.

Тела Боевых Троллей превосходили человеческие по таким параметрам, как сила, выносливость, или большой радиус атаки, благодаря массивным формам.

Вдобавок, обладаемые расовые способности, которых нет у людей.

Первая — это его кожа. Надетых доспехов поверх его толстой шкуры достаточно, чтобы отразить большинство атак и свести их на нет. Конечно, можно было нацелиться на мягкие подвижные суставы, но его регенерация препятствует любому желающему вывести его из строя таким способом.

Атаки, несомненно смертельные для человека, тролля не убьют. Их поразительная регенеративная способность закрывает раны и это можно побороть только кислотой или огнем.

С этой безмерной биологической силой на его стороне нынешний Чемпион Арены действительно сильнейший в истории Колизея.

Воин, названный сильнейшим, перед глазами человека надевал броню.

Оск нанял адамантовых искателей приключений для сбора компонентов этой брони, и затем, улучшив магией, получил шедевр. Он потратил двадцать процентов своих средств в этот особенный проект. Палица, вылитая из магического сплава, также была сделана схожим методом.

Чемпион Арены надел на себя магические кольца, амулеты, и прочие детали своего облачения.

— Я готов.

Эти слова звучали более грамотно, чем то как он говорил в прошлом.

Каждый раз, наблюдая этот величественный образ, грудь Оска полнилась теплом — это он поднял чемпиона до такого положения.

— Ну тогда, Чемпион Арены, пошли.

Они вместе шли к входу на арену. Это был ритуал, который они всегда выполняли.

Чемпион Арены, молча покинул комнату.

Его молчание объяснялось тем, что он был взволнован и готовился к бою с противником. Обычно где-то посередине схватки, он разочаровывался в способностях своих оппонентов. Как все пройдет на этот раз?

Вдруг, Чемпион Арены остановился как вкопанный.

Оск не припоминал, чтобы такое происходило раньше.

Он начал паниковать из-за этой беспрецедентной ситуации, и поднял глаза, чтобы спросить, что произошло. Чемпион Арены медленно поднял забрало своего шлема, открывая лицо.

— Спасибо тебе…

Звучало, будто он выжимал из себя этот голос.

Оск моргнул.

Это был всего четвёртый раз, как он слышал от Чемпиона слова благодарности. Предыдущие три раза были тогда, когда он передавал Чемпиону его оружие, его доспехи, и когда вывел его на бой против сильнейшего из противников, предыдущего Чемпиона Арены, «Гниющего Волка» Крелво Палантинена.

— Что… что не так, Чемпион?

Его глаза уставились на коридор перед ним.

— Ху, Ху.

Тело Чемпиона Арены вздрогнуло от смеха.

Это было волнение воина.

Именно то во что Оск хотел верить, но похоже дело было не в этом.

— Что он… Что он за соперник? Нет, может, это я — соперник?

— Чт… что?

— Ху, ху… как страшно. Оск, я дрожу от страха.

Oск не мог не засомневаться в своем слухе.

— Это, это должно быть то, что живые существа называют инстинктом. Мои ноги не двигаются… как будто они говорят мне, что если я пойду, то я умру, фу, фу.

Это был не смех. Он просто пытался успокоить дыхание.

— Я слышал, что моим противником будет Король-Заклинатель, и задумался, что это будет за враг… Похоже, сегодня я сполна заплачу за своё высокомерие.

— О чём ты, Чемпион Арены? Какое высокомерие?

— Я силен.

Оск хотел ответить, что Чемпион Арены совершенно прав, но тот продолжил говорить, не дав вставить слово.

— Нет, моя сила — ложь. Она происходит от моих расовых способностей, это не настоящая моя сила. И всё же, очень мало кто может соперничать со мной. В особенности после того, как я выучил воинские навыки, я никогда не пытался оценивать способности и снаряжение врагов, чтобы создать себе преимущество. Я лишь тренировался. Но наконец я встречаю этого врага, и все мои инстинкты кричат бежать прочь. Спасибо тебе. Ты полностью выполнил тот наш договор, который мы заключили при встрече.

— Чемпион… Го Гин.

Он встретил Чемпиона Арены около десяти лет назад.

Тогда появился слух о монстре на окраинах Империи. Этот монстр действовал очень рационально, не убивая тех, кто бросал оружие. Оск заинтересовался, и торопливо отправился на поиски. До его ушей дошли вести, что величайшая сила в Империи, Флюдер Парадайн, отправился уничтожить монстра, и он не хотел опоздать.

Поначалу он испугался. Это естественно. В конце концов, встречавшиеся с монстром люди выживали лишь по воле случая.

Однако, этот тролль, только взглянув на Оска, безразлично фыркнул и развернулся чтобы уйти.

Так что он, забыв страх, спросил:

— Зачем ты делаешь всё это?

Ответ, который он тогда получил, был не настолько внятен, как сейчас, но смысл был примерно таков: «Я тренируюсь, чтобы стать сильнее».

Оск почувствовал, как с его глаз спала пелена.

У Оска была мечта. Мечта взрастить сильного бойца. Непобедимого воина на замену самому себе, лишенному каких-либо бойцовских талантов. Однако, к тому моменту он уже понял, что не обязан ограничивать себя одними лишь людьми. Нет, раз представители иных раз изначально сильнее, то разве не стоит искать сильного — сильнейшего — воина среди них?

Тогда Оск не собирался брать монстра с собой. Он просто искал кого-нибудь, способного стать сильнейшим воином, повелителем арены, Чемпионом.

С той судьбоносной встречи прошло почти десять лет. И теперь он впервые видел, как Чемпион Арены дрожит от страха.

— Чемпион Арены…

В мозгу Оска промелькнуло несколько мыслей. Первая — «Хочешь отказаться от боя?». В подобных схватках всегда присутствует риск гибели, а Оск не может позволить себе потерять его, взращённого им Чемпиона Арены.

Однако, он не мог позволить себе произнести эти слова.

Для сильного чужая забота — всё равно что оскорбление. Насколько Оск знал, такое предолжение может разрушить их дружбу.

Он мог сказать лишь одно.

— Не проиграй, Чемпион.

— Хмф. О чём ты? Я не намерен проигрывать. Все мои соперники чувствовали то же самое. Все выходили на бой против меня, надеясь на победу. Сейчас просто мой черёд.

— Вот, другое дело!

Оск хлопнул Чемпиона Арены по спине.

— Король-Заклинатель — маг, но это было бы слишком скучным боем. Так что я устроил всё так, что никто из вас не сможет пользоваться магией. Такому врагу ты не проиграешь.

— …Магию? Король-Заклинатель согласился на бой даже при таких условиях?

— Именно, и вёл себя так, словно даже не рассматривал вариант своего поражения.

— Хоо…

Чемпион Арены сжал свой напоминающий гигантский молот кулак.

— Сильные часто горды. Мне стоит показать ему глупость подобного отношения.

— Вот это боевой дух! Однако, не теряй бдительности. Король-Заклинатель способен из простого каприза раздавать в дар поразительное оружие. Скорее всего, у него есть магические предметы непредставимой силы.

Запретив использование магических предметов, он скорее всего смог бы ещё больше увеличить шансы Чемпиона Арены. Но это будет слишком большой форой.

— Всё в порядке. Сейчас я мыслю как претендент, вышедший сразиться с чемпионом. Я не буду самоуверен. Я не проиграю из-за того, что буду сражаться не в полную силу.

Чемпион Арены шагнул своей мускулистой ногой, и Оск пустился вслед.

— Скажи, ты обдумал наш прошлый разговор?

Чемпион Арены внезапно остаовился, его лицо исказило отвращение.

— Прошлый… то об этом?

— Да, насчёт твоей жены.

— Ну почему сейчас… Хахаха.

Чемпион Арены рассмеялся, и Оск смущённо нахмурился. Если ты понял, не веди себя так!

— Ну правда, ты что, не мог подбодрить меня как-то иначе? Сколько раз я должен повторять… Если мне понадобится жена, я вернусь в свою деревню. Ты ведь хочешь, чтобы моей партнёршей была человеческая женщина, да? Спасибо, но я воздержусь. Все эти извращения не по мне, точнее, любая людская женщина, что захочет переспать со мной, наверняка будет до невозможности безобразной. Что это за больной фетиш? Кроме того, тебе ведь нужен мой ребёнок, да? У меня не может быть ребёнка от человека.

Человекоподобные расы способны скрещиваться между собой, но дети от брака между человеком и получеловеком бывают лишь в сказках.

— Ну, это так… Тогда, почему бы тебе не привезти свою жену сюда? Если тебе нужно что-то для триумфального возвращения, просто скажи, и я приготовлю это для тебя.

— …Позволь сначала объяснить вот что. Мы, тролли, считаем людей пищей. Моя жена, насколько я знаю, может приняться совершенно спокойно поедать людей.

Оск был бы не против, если она ограничится бесполезными людьми. Однако, он не сказал этого.

— Вот как. Тогда, привези с собой своего ребёнка прежде чем он познает вкус человечины. Если мы будем интенсивно тренировать его, он навернека превзойдёт тебя.

Лицо Чемпиона Арены сморщилось в улыбке.

— Ну, было бы интересно. Хорошо, я обдумаю это как следует.

* * *

— Ваше Величество, вы действительно можете его победить?

Айнз ответил на вопрос Айнзака всё теми же словами, что и множество раз до того:

— Все будет хорошо.

Тот, кто выходит на заведомо проигрышный бой, либо истинный храбрец, либо безнадёжый глупец. Это не случайная встреча; исход схватки решён ещё на стадии планирования.

Аинз прокрутил все чему научился в своей голове.

Если уровень Чемпиона Арены не превышает уровень Гиганта Востока, то Айнз наверняка победит. Впрочем, если он на том же уровне что Газеф, то с учётом расовых и классовых уровней Чемпион Арены представляет из себя весьма непростого противника.

Однако…

«Ну, для начала, то был весьма подлый ход. Я даже попросил помощи Флюдера после этого».

Айнз был совершенно неуязвим перед слабыми атаками. Он сомневался, что Чемпиону Арены будет под силу пробить такую защиту. Так что Айнз отключил эту свою способность.

Его победа теперь не гарантирована.

На том поле боя магия Айнза уничтожила свыше ста тысяч человек. В ИГГДРАСИЛе количество очков опыта уменьшалось в зависимости от разницы в уровнях противников, до минимума в одно очко. Иными словами, он должен был получить 100 000 очков опыта. Вместе с тем опытом, что он набрал с момента переноса в новый мир, этого должно было хватить на поднятие уровня. Однако, Айнз не чувствовал, что получил новый уровень, и не наблюдал ничего, что говорило бы об этом.

А значит, Айнз, как и ожидалось, не может стать сильнее.

И всё же — нельзя успокаиваться на этом.

Если уровень 100 — это предел, то ничего не поделаешь. Однако, он должен в полную силу использовать свои сто уровней, и отточить свои навыки. Если Айнз поверит, что сильнее всех и будет почивать на лаврах, однажды может появиться кто-то, кто превзойдёт его.

Айнз знал, что будучи магом обладает некоторой силой. Навыки и способности, известные ему с ИГГДРАСИЛя, здесь также работали. Однако, в ИГГДРАСИЛе он никогда не действовал в роли бойца ближнего боя.

«Из схватки с той женщиной я вынес многое».

Он не чувствовал к ней ничего, кроме признательности за то что она показала как слаб он был в ближнем бое.

Тот бой зажег в Аинзе желание улучшить его навыки владения холодным оружием. И сейчас он был уверен, что в статах, навыках и тактике вполне соответствует воину 33 уровня.

Аинз с нетерпением жаждал битвы с Чемпионом Арены, которая станет тому доказательством.

Аинз посмотрел на свою шею.

Он больше не может позволить себе носить это. В бою против рабочих он не почувствовал, что заработал особо много опыта или выучил какие-нибудь приёмы. Честно говоря, это казалось просто тратой сил.

Задумавшись об этом, Айнз вспомнил о более насущной проблеме.

«А-а… Зиркниф тоже будет смотреть на схватку, да? Почему он здесь? Я только что проверял, и его не было. Похоже, моё нелегальное пересечение границы будет раскрыто… Ну, думаю, можно будет просто извиниться. Если он решит раздуть скандал, я просто спрошу его, получал ли он разрешение Королевства когда приезжал в Назарик, и дело с концом… Наверное, надо будет пойти поздороваться. Иначе, наверное, я уроню себя в его глазах».

— Ваше, Ваше Величество, пора выходить, — в комнату, чтобы оповестить Айнза, вошёл служащий арены.

Они встречались уже несколько раз, но этот человек замирал каждый раз при виде истинного облика Айза.

Может, мне сражаться в маске? — задумался Айнз, но ему дали разрешение произнести речь после победы над Чемпионом Арены. Насколько он знал, среди зрителей могут найтись те, кто захотел бы стать приключенцами в Колдовском Королевстве. А раз так, лучше действовать открыто и без обмана.

Все, что он мог сделать, это доверять своему выбору.

Аинз медленно шагнул вперед.

Обычно, более сильный противник должен выйти позже. Тем не мнение Аинз был претендентом на этой арене и по этому бы ниже по рангу. Таким образом он был обязан войти первым. Конечно, Аинз считал это естественным и не поставил этого под вопрос.

Аинз улыбнулся очень взволнованному на вид Аинзаку.

Казалось странным то, что он был более взволнован, чем тот, кто собирался сражаться сам.

— Не заставляй меня повторять, Айнзак. Я не проиграю.

Поприветствовав Зиркнифа, Аинз вернулся на арену.

Он обещал не использовать магию во время боя, но схватка еще не началась. конечно, его противник не обидится за что-то подобное.

Он не казался слишком зол, несмотря на то, что я пересек границу незаконно.

Желает ли он впоследствии пожаловаться. Или же он думал, что я прибыл подобающим образом? Если бы это было так, они могли бы в конечном счете подготовить какой-то прием для меня, или, может быть, я слишком зациклился…Будет ли он рассержен, потому что я сразу обратился к нему, как к Зиркнифу?)

Аинза терзали его мысли, потом он отвел глаза в сторону входа, который теперь был перед ним.

Чемпион Арены ещё не появился.

(Затем…)

Аинз оглядел зрителей на арене.

Мертвая тишина правила сценой. Даже малейшее движение было отчетливо слышно.

(Возможно тут следует пояснить… Люди, это не маска,).

Айнз ощущал своё гладкое и блестящее лицо. Любой, кто осмеливался смотреть на это лицо невозмутимо — должен быть достаточно храбрым..

(Из-за этого, моя популярность будет расти и я получу заинтересованную аудиторию.)

В то время как его целью не был рост популярности, всё же было лучше, чтобы она росла. Плюс ко всему, если он в конечном итоге станет причиной повышения всеобщего мнения о нежити, была вероятность того, что возможно улучшится и мнение о Колдовском Королевстве, которому подконтрольно множество нежити.

Аинз взял посох в руку.

Как заклинатель, Аинз был очень ограничен в выборе оружия, в основном это посох и кинжалы. И на этот раз он выбрал своим оружием посох для физических атак. Это было оружие, которое он создал как прототип в игре Игдрасиль, но всё закончилось тем, что он так его и не использовал. Так как это оружие было создано давным-давно, то оно не было очень мощным. Теперешний Аинз, вероятно мог создать оружие намного лучше.

Однако, Аинз решил поменять свой выбор.

После изучения разницы в силе между собой и Чемпионом Арены, Аинз решил бороться с ним его настоящим оружием, чтобы увидеть, эту разницу.

Это была глупая и непростительная небрежная ошибка Сузуки Сатору как игрока Игдрасиля. Если бы его друзья видели, как он облажался, то они наверняка осудили бы его, сказав что-то вроде «Не надо так…»

Тем не менее, он уже узнал все волшебные предметы Чемпиона Арены благодаря Флюдеру. Таким образом, он использовал эту неблагоприятную ситуацию в качестве тренировки.

Он не хотел показывать игру в одни ворота. Аинз желал достойного поединка.

— Дамы и господа! У северного входа! Чемпион! Арены!

В отличие от того, как они поприветсвовали его, по всей арене раздались аплодисменты. Аинз услышал голос Зиркнифа из VIP-комнаты, где он показался ранее. Человек кричал, как будто хотел надорвать голос.

«…Похоже, он очень взволнован. Неужели Зиркниф такой сильный фанат Чемпиона Арены? Король арены, возможно, идол своего вида, наверно это нормальная реакция? Так же было в ИГГДРАСИЛЕ, — сильные бойцы в пвп матчах были очень популярны.»

Вспоминая свои дни в ИГГДРАСИЛЕ, Аинз даже немного посочувствовал Зиркнифу.

«Он будет в шоке, когда я выиграю. будучи фанатом команды, которая проиграла…»

Это отяготило его сердце, но он не мог сдать этот поединок.

С противоположного входа появилась массивная тень.

Он думал, что аплодисменты уже не могут звучать еще громче, но сейчас они звучали как будто взорвавшись.

Честно говоря, он хотел, чтобы часть аплодисментов была адресована и ему, но он просто должен победить своими собственными силами.

В ИГГДРАСИЛЕ, поддержка зрителей медленно перейдет к претенденту, если он хорошо выступит. Другими словами, если Аинз хорошо покажет себя против Чемпиона Арены, все больше и больше людей начнут поддерживать Аинза.

Так что, похоже, в таких условия, когда нет какой-либо поддержки от зрителей, довольно тяжело рекламировать себя?

Он не спеша рассматривал Чемпиона Арены.

Он был одет в полный латный доспех и нес гигантскую палицу.

Смотря на гигантскую крепость перед ним, глаза Аинза, мерцающие красным огнем в пустых глазницах черепа — уменьшились до размера точек.

«Хм… он выглядит так же, как и в описании. В таком случае… нет, это было бы безрассудно. Я должен быть осторожен.»

По информации предоставленной Флюдером, у него нет никакой особо смертоносной экипировки.

Однако, в ИГГДРАСИЛЕ, некоторые игроки подготавливали набор внешне одинаковой экипировки, которая была оборудована совершенно разными кристаллами данных. В пвп боях, маленькие хитрости, повышали шансы на победу. Хотя запасная экипировка была обычно слабее, основной, но была способна удивить противника, эффектами, которых противник мог от неё не ожидать.

Он не мог гарантировать, что Чемпион Арены не поступил также.

Приняв это во внимание, Аинз продолжил изучать Чемпиона Арены.

Он слышал о нем раньше, но смотря на него, он подумал — Неудивительно.

Вероятно, вот, что имелось ввиду под высказыванием «Лучше один раз увидеть». Со слов Флюдера, существо под доспехами очень похоже на Боевого Тролля (Гиганта Востока), которого он превратил в зомби, но вокруг Чемпиона Арены была совершенно другая атмосфера.

Кто-то мог сказать что это было похоже на различие между одомашненной свиньей и кабаном.

— Это…интересно…Интересно?

Аинз наморщил свои брови в его собственном волнении. Он чувствовал то же самое, что и тогда; это будет хороший бой. Возможно, он становился помешался на сражениях, учитывая то что он наслаждался боем.

Это не было хорошим знаком.

Расстояние между ними сужалось. Его противник заговорил первым.

— Я — Боевой Тролль, Го Гин, известный как Чемпион Арены.

— Я — Аинз выставил грудь. — Король-Заклинатель, Аинз Оал Гоун, нежить высшего ранга, Владыка.

— Понятно. Тогда давайте выложимся на полную вовремя нашей битвы.

— О-ва?

Аинз был немного удивлен.

Было две вещи, в которых он сомневался, и он решил начать с той которая волновала его больше.

— Разве ты не собираешься высмеивать мое имя?

— Зачем?

— Почему ты спрашиваешь…?

Аинз наклонил свою голову голову задавая ответный вопрос. Так будто возвращал его.

— Я, кажется, припоминаю, — длинные имена что-то значат для тебя?

— Ясно. Кажется вы действительно хорошо понимаете мой вид, Ваше Величество. Действительно, мой вид полагает, что те кто носят короткие имена сильны. Однако я много лет жил в этой стране. В течение того времени я узнал, что люди берут длинные имена. Поэтому я не высмею такие вещи. Кроме того, я ощущаю, что вы сильно гордитесь этим именем, Ваше Величество. Оскорбление имен сильного позор для воина.

— Действительно…, видимо, теперь я должен пересмотреть свое мнение о Боевых Тролях.

— Фу-ха-ха-ха. В этом нет нужды. Я скорее исключение. Кроме того, у различных видов есть особи с различными мнениями. Вот и все.

— … Ха-ха-ха-ха! Действительно. Ты мне нравишься, Чемпион Арены…, Если я выиграю, то как насчет того что бы я забрал тебя?

Аинз вытянул свою правую руку.

Хотя он отклонял подобные предложения, существующие обстоятельства отличались. Чемпион Арены обдумал этот вопрос и ответил:

— … Хорошо. Если я проиграю, то я стану вашим подчиненным. Но если выиграю я?

— Ну, это — занимательный вопрос. Чего ты хочешь? Назовите свое желание.

— Тогда я получу вас, Ваше Величество.

— …Ха?

— До этого момента я не сталкивался ни с кем, кого стоит убить ради еды. Но если я могу съесть вас, того кто более силен, чем я, то получу вашу силу, Ваше Величество.

Аинз успокоился немного. Он слышал лекцию от гильдмастера о культуре каннибалов. Хотя они поедали людей, их цель совпадала с целью Чемпиона Арены, получить силу души врага. Были также другие причины для этого, например сексуальные фетиши и так далее.

(По крайней мере, это не сексуальное влечение. Я не проиграл бы от этого, но чувствовал бы себя действительно униженным, если бы кто-то смотрел на меня так во время схватки.)

— Хорошо. В конце концов, право решать умрет оппонент или нет принадлежит победителю. Поэтому, даже если я убью тебя, ты не должен противиться воскрешению.

Аинз вышел вперед. Чемпион Арены немедленно стал в стойку, но он тут же расслабился.

Аинз подошёл с вытянутой правой рукой. Чемпион Арены возвратил жест, вытянув его собственную крупную правую руку.

Это было не было похоже на рукопожатие, Чемпион Арены, будто хотел забрать себе его руку. Одобрительные возгласы доносились из аудитории.

— Теперь у меня есть еще один вопрос. Почему ты уважительно обращаешся ко мне?

Поведение Чемпиона Арены не походило на действия текущего чемпиона приветствующего претендента.

— Это правильно, обращаться к сильному с уважением.

— Понимаю… Хорошо, я уяснил. Это — все что я хотел спросить. Давай начнем. Как далеко друг от друга мы должны быть? Расстояние как сейчас — приблизительно десять метров? Я буду стараться соблюдать правила этой арены.

— Нет никаких правил о расстоянии, но это не имеет значения. Вы скоро будете на расстоянии удара.

— Это называется гандикап, гандикап[4].

Чемпион Арены ничего не сказал, но кивнул, чтобы показать, что он понял.

Его лица не было видно, но дыхание и действия выглядели очень спокойными.

Он разгадал эту попытку провокации, или этого недостаточно, чтобы вывести его из себя?

Айнз мысленно цокнул языком.

Что за проблемный соперник. Если бы он поддавался эмоциям, это можно было бы использовать, но смотреть свысока на бдительного врага, пусть он и ниже уровнем, не стоит.

Чемпион Арены отвернулся от Айнза и пошёл прочь.

Отойдя примерно на десять метров, он повернулся снова.

— Итак, начнём с ударом колокола, Ваше Величество.

— Верно… Скажи, Чемпион Арены, мне раньше приходилось сражаться с троллями, а приходилось ли тебе биться с кем-то вроде меня?

— С Владыкой? Нет, не приходилось. Я никогда даже не слышал о подобной разновидности нежити.

— Вот как… Ну, всё в порядке. Ты бы не стоял тут, встретив кого-то подобного мне. Владыки — высшие из нежити… Да, а приходилось ли тебе сражаться против нежити?

— Нет, никогда. Вся та нежить, что мне приводили, не имела и шанса против меня.

— Ну вот… Тогда мне нет смысла говорить «Я не такой как вся та нежить, что ты побеждал. Я в десятки раз сильнее любого Старшего Лича»… Какая жалость.

Чемпион Арены хмыкнул.

Айнз пожал плечами, и поднял свой посох, держа его словно двуручный меч. Айнзак наверняка смотрит, но он никогда не видел Момона в бою, так что проблем быть не должно.

Чемпион Арены тоже поднял свою гигантскую палицу.

Раздался удар колокола.

Айнза тут же накрыла гигантская тень.

«Чёрт, какой быстрый!»

То была тень опускающейся дубины.

Заблокировать удар посохом… — Айнз собирался так сделать, но тут же отбросил эту мысль. Пока он недостаточно хорошо знает противника, так что лучше постараться избежать такого, явно невероятно мощного удара.

Не заботясь о риске потерять равновесие Айнз бросился в сторону.

Он на волосок избежал удара. Палица с громоподобным, отдавшимся по арене эхом ударом врезалась в землю. Поднялась пыль, словно дым после взрыва.

Опасаясь дальнейших ударов Айнз отступил ещё на несколько шагов.

По мере того, как пыль опускалась, в облаке начала проявляться тень Чемпиона Арены с палицей в руке.

Зрители разразились оглушительными воплями.

«Это был боевой навык? И всё же… впечатляюще».

Он отчётливо слышал, как среди душераздирающих воплей раздаются крики Зиркнифа «Давай! Бей его! Он же прямо перед тобой!» и прочие ребяческие выкрики.

Айнз не удержался от смешка, слыша эти совершенно несвойственные Зиркнифу возгласы. Подглядывая за ним в Имперской Столице он и представить не мог, что Зиркниф может так себя вести.

«…Он неожиданно занимательный парень…»

Зиркниф быстро вырос в глазах Айнза. Поначалу, Айнз считал его идеальным Императором, воплощением величия. Однако, видя как тот страстно поддерживает бойцов, он чувствовал, что сможет с ним прекрасно подружиться. Айнз ощутил в Императоре родственную душу.

Он снова посмотрел на Чемпиона Арены.

Тот стоял, указывая на Айнза своей гигантской палицей, словно показывая, что перехватит любые атаки, и пустится в погоню, если Айнз отступит. Стойка словно приковывала врага к земле.

Эта оборонительная стойка позволяла полностью использовать длину оружия, практически превращая его в щит.

Честно говоря, Айнз понятия не имел как пробиться сквозь такую оборону.

«Это… может быть непросто. Похоже, невозможность использовать магию против равного противника сильно осложняет дело. Ну, я ведь заклинатель, в конце концов…»

Раз так, остаётся лишь одно.

— Ну? Ты будешь нападать? Или собрался прятаться как черепаха?

— Ваше Величество, я не намерен поступать неосмотрительно. Пусть правила и запрещают вам пользоваться магией, но сам факт того, что вам удалось увернуться от моего удара, заставляет относиться к вам с опаской.

— То есть, ты предлагаешь мне нападать? Тогда, может чуть отодвинешь в сторону эту свою палицу? Она несколько мешает нанести удар.

Чемпион Арены не ответил. Он не отрываясь следил за Айнзом сквозь прорезь забрала.

— Что ж… Раз так, позволь-ка.

Айнз с силой опустил посох на конец палицы. Чемпион Арены, крякнув, не удержал оружие, и палица ударилась о землю.

Отдача должна была передаться в руки Чемпиона Арены, и вызвать онемение. Айнз же был не подвержен подобным биологическим эффектам.

Он моментально сблизился с противником.

Айнз послал мысленную команду своему посоху, и тот вспыхнул огнём. Точнее, посох просто окружил слой пламени. Само по себе это пламя не обладало атакующей способностью. Однако, Айнз почувствовал, что Чемпион Арены переключил внимание на посох.

«Верно. Вы, тролли, умеете регенерировать. А значит, для вас совершенное естественно первым делом обращать внимание на оружие, способное нейтрализовать эту способность — оружие, наносящее огненный или кислотный урон. Однако, это роковая ошибка».

Айнз коснулся доспехов Чемпиона Арены пустой левой рукой. Тот тут же дёрнулся, словно от удара молнии, и не думая взмахнул палицей.

— Кх!..

Айнз не сумел увернуться. Палица с треском врезалась в него, и отбросила далеко в сторону. Он отключил свой Высший Физический Иммунитет, и обладал уязвимостью к дробящим атакам, так что удар нанёс много урона. Тело Айнза отлетело на несколько, нет, более чем на 10 метров, словно мяч по которому попали битой.

Он ударился оземь и покатился кубарем.

Зрители разразились громоподобными криками восторга.

Айнз, катясь по земле, услышал радостные вопли Зиркнифа, и его тёплые чувства к Императору стремительно угасли.

«Проклятье, но мы же союзники, разве нет? Разве не стоит проявить хоть каплю сострадания, когда король союзной страны распростёрт на земле, а?»

Айнз, хотя и получив урон, не чувствовал боли. Лёжа на земле, он посмотрел на Чемпиона Арены.

Тот не пытался развить своё преимущество.

Крики восторга постепенно стихли, сменившись смутным гулом беспокойства. Почему Чемпион Арены не продолжает атаку? Нет, почему он согнулся? Что сдерживает его движения?

Айнз ловко вскочил на ноги и отряхнулся. Его, похоже, совсем не волновало, что он только что был отправлен в полёт.

Чемпион Арены же, наоборот, двигался крайне медленно.

Айнз хихикнул.

Всё прошло наилучшим образом.

Под шум трибун Айнз вернулся на прежнюю позицию. Чемпион Арены спросил с сомнением в голосе:

— Ч-что это? Яд… нет, что это?

— Я не нарушал правила. Правила состязания не нарушены. Тем не менее, это далеко за пределами слова «яд». Мое прикосновение может влить негативную энергию в тело противника. Однако регенерация тролля должна излечить это.

Аинз сделал тот же жест, который он использовал касаясь Чемпиона Арены, зажал и разжал кулак.

— Однако у меня есть и другая способность. Я могу нанести урон способностям противника, просто коснувшись его. Таким образом, ваша сила и ловкость понизились. Я не думаю, что ты можешь восстановить их с помощью исцеления?

Из того, что знал Аинз, о регенерации Троллей, они могут залечить только физические повреждения, но не ослабление организма.

— Другими словами, Чемпион Арены, чем больше я касаюсь тебя, тем сильнее твои статы падают, пока не закончатся, и ты станешь похож на гусеницу, которая не может двигаться.

Естественно, это была ложь.

Он мог наложить штрафы на врага, что было правдой, но у этого был предел. Он не мог свести статистику к нулю. Конечно, его противник не мог об этом знать.

Впрочем, были и другие виды нежити с подобными способностями, так что он не может точно знать, что его оппоненту на самом деле известно. Он может блефовать, говоря, что он не сражался с подобной нежитью, и он может что-нибудь о них знать.

Поэтому Аинз открыто заявил, название своего вида.

Владыки — очень мощный вид нежити, о котором ты ничего не знаешь. После того, как он оставил такое впечатление в сознании Чемпиона Арены, он будет чувствовать, что сила Аинза загадочна и непостижима. Аинз упомянул, что он самого высокого ранга и еще много чего, чтобы еще больше усилить его тревогу.

Самое главное то, что он дал Чемпиону Арены необоснованное пояснение. Это должно было еще сильнее запутать его.

«Вообще говоря, все войны основаны на обмане.»

Аинз спокойно изучали Чемпиона Арены, который, кажется, не оправился от его способности.

Это было нужно, чтобы понять, блефует ли Чемпион Арены, своими движениями.

Он может еще раз наложить на него штраф, но Аинз решил не делать этого, чтобы не совершить роковую ошибку. Чемпион Арены может иметь талант, или какие-нибудь другие скрытые способности, о которых Аинзу ничего не известно.

В открытом бою, одного противника, можно просто затоптать, если существует огромная разница в силе.

— … Знаешь, нанесенные тебе штрафы не исчезнут со временем. Я буду уменьшать твою стату по крупице, пока не нанесу добивающий удар этим посохом, понятно? Ну если, да, то продолжим.

Аинз шагнул вперед, и Чемпион Арены медленно встал в стойку.

Он не мог видеть лица Чемпиона Арены из-за его шлема. Он посмеивается или беспокоится?

«Второе, надеюсь…»

Айнз пошевелил свободной левой рукой. Чемпион Арены в ответ дёрнулся. Он, должно быть, очень опасается её.

Он наверняка думает, что опасаться стоит лишь левой ладони Айнза.

Попался. Во время своих экспериментов Айнз обнаружил, что может производить атаки касанием любой частью тела. Даже боднув головой, если ему будет угодно.

Айнз наступал, Чемпион Арены попятился.

Айнз холодно рассмеялся.

По их движениям зрители наверняка видят, у кого преимущество.

«Ты знаешь, какова разница между нами, Чемпион Арены? Конечно, ты, может, лучший воин чем я. Но есть кое-какое решающее отличие».

Главным отличием между Айнзом и Чемпионом Арены является количество очков здоровья.

Айнз обладает здоровьем персонажа сотого уровня. Даже если они оба, забыв о защите, примутся обмениваться ударами, Айнз выйдет победителем.

Однако, боевые навыки, атаки, о которых Айнз ничего не знает, могут явиться проблемой.

— Я наложил на себя ещё одно ограничение, помимо использования магии. Оно касается магических предметов. Я не буду использовать их в бою с тобой — иными словами, ограничение на снаряжение. И всё же, все шансы по-прежнему на моей стороне.

Аинз обладал многочисленными магическими предметы из своего времени в Иггдрасиль. Каждый из них был несравненным сокровищем в этом мире. Таким образом, если бы Аинз их использовал, он мог бы легко выиграть свою битву с Чемпионом Арены. Однако Аинз не чувствовал, что такой способ правильный.

Поэтому Аинз использовал предметы низкого уровня.

— Я ограничил себя оружием, которое кто-то вашего уровня может иметь. С другой стороны, я считаю, что это отличная возможность опробовать новое приобретение.

Аинз вонзил посох в землю и снял два из четырех стилета крепившихся на его талии. Плотно сжал их.

— Давайте проверим это оружие, позаимствованное мной у Момона.

Чемпион Арены, вероятно, не понимал болтовню Аинза. Впрочем Аинз не имел ни малейшего намерения просвещать его. Он просто разговаривал сам с собой.

— Тогда — вот я иду.

Аинз не мог имитировать эту странную позицию — начинающуюся с приседания. Тем не менее, на практике, он научился работать аналогичным образом. Он, двинулся подобно стреле, на ослабленного Чемпиона Арены.

Расстояние было совсем небольшим. Тем не менее, даже в кратком открытии перед атакой своего противника, палица Чемпиона Арены пронеслась на него. Удар был замедлен, потому что его силу подрывали штрафы, но это был удар, который должен был достигнуть цели.

Аинз не уклоняться так же великолепно, как та женщина. Тем не менее, Ему было под силу то, что она не могла.

Он использовал способность, и движения Чемпиона Арены задержались на мгновение.

Аинз сократил разрыв между ними и нанес удар стилетом, целясь в плечо. Этот удар, нанесенный в полную силу, помноженный на скорость бега, был похож на выстрел из лука.

Когда она ударила его тогда, ей удалось повредить магически созданную броню Аинза, которая превосходила по прочности адамант. Этот удар был на том же уровне, стилет пронзил броню и скрылся, проникая тело Чемпиона Арены.

Тем не менее, в тот момент.

«Усиленное сопротивление», «Великое усилненное сопротивление»!

Чемпион Арены активировал боевые навыки.

Словно что-то внутри тела оттолкнуло конец стилета.

Удивительным был факт, что удар Аинза в полную силу нанес лишь небольшой вред — царапину… С регенерацией троллей, такого рода повреждения заживают в течение нескольких секунд.

Чемпион Арены должен был на этом успокоиться. Палица двигалась в сторону Аинза все еще очень быстро, и он только получил царапину от полноценной атаки Аинза. Можно сказать, что победа была в руках Чемпиона Арены.

Однако, сказать это было бы очень глупым делом.

— Активация.

— Гох! Гоу Aaaaaaaaх!!!

Он выпустил заклинание, высвобождая «Огненный шар» которые добавил в оружие Флюдер, в месте удара Чемпион Арены ощутил свое тело горящим изнутри. Аинз решил вонзить другой стилет в противоположное плечо, но удар не был достаточно силен, и броня отклонила его.

Когда Аинз собрался прицелиться в щель в его броне, Аинз почувствовал движение от Чемпиона Арены и бросился в сторону, не глядя.

Штормовой ветер подул из-за него. Должно быть давление ветра из этой палицы.

Отбежав приблизительно на 10 метров, Аинз повернул обратно.

Чемпион Арены схватился за плечо рукой, держащей палицу. Его другая рука болталась под ним, вероятно, неподвижна. Заклинание Флюдера было слишком сильным. Возможно, он должен был попросить более слабого мага усилить его с помощью магии.

После осознания отчаянного положения Чемпиона Арены, толпа заголосила в симпатии.

Аинз осмотрел арену.

Независимо от того, куда он смотрел, он не мог увидеть, тех, кто болел за него.

(Как странно… В Иггдрасиль, это не было бы необычно для кого-то, начать болеть за меня сейчас… Я предполагаю, что на выездных матчах с этим трудно.)

Ничего не поделаешь. Я думаю, мне придется отказаться от плана покорения сердец зрителей. И так… пришло время умереть, Чемпион Арены.

Аинз спрятал стилет, чей заряд был израсходован и достал еще один. Этом стилет был усилен заклинанием кислотной атаки 3-го уровня. Он подготовил это в случае если у Чемпиона Арены окажется иммунитет к повреждениям огнём.

Конечно, Чемпион Арены казалось, пострадал от этого огненного заклинания, но это могло быть сознательным действием. Восстанавливающие монстры не могли полностью противостоять атакам, которые отключают их регенерацию, но так было только в Иггдрасиле.

Он знал, что это может быть возможно в этом мире.

Если бы это было так, его планом было убить его, активизируя свое умение, когда зрители — когда всякий — мог увидеть, что победа была предрешена.

— Если ты признаешь свое поражение… я пощажу тебя.

— Нет… Ваше Величество. Нет… пока нет. Пока я Чемпион Арены. Я все еще король этой арены. Я буду сопротивляться, пока не умру.

— Тогда, сними шлем и позвольте мне увидеть твое лицо.

Это было удивительное требование, но Чемпион Арены согласился, и показал свое лицо.

Пот катился по его лбу, и его лицо было искажено, наверно от сильной боли. Тем не менее, в его глазах отражалась великая сила.

— Эти добрые глаза. Они напоминают мне о Газефе Стронофе.

— Спасибо. Похвала от такого могучего существа как вы, заставляет меня радоваться.

— …Скажи мне. Есть ли у тебя методы, которые помогут победить меня? Есть ли у тебя какие-нибудь идеи, которые позволят переломить ситуацию?

— Нет, нету. Но даже так, я все еще хочу драться.

Это были очень честные слова.

Аинз устыдился своих хитростей, которые он применил во время боя. Но эти методы, позволили ему закончить этот матч.

Так как его соперник дрался всерьез, Аинз обязан был бороться всеми разрешенными ему методами.

Чемпион Арены, шёл прямо на Аинза, казалось, его глаза сияли.

— Чтобы Стражи подумали о свете в этих глазах…

Однако он знал, что они считали достойным лишь презрения любое существо, которое было не из Назарика. Если бы это было так — тревога и одиночество заполнили Аинза.

Аинз отверг эти эмоции, и медленно поднимал свои стилеты.

Чемпион Арены вытер пот предплечьем и обратно надел шлем.

— Нападай, Чемпион Арены.

— Гоооххххххх!

С ревом его огромное тело начало движение в сторону Аинза.

Он был быстрее, чем раньше. Возможно, он активировал боевой навык.

Эта невероятная скорость и это огромное тело. Оба фактора объединились, чтобы произвести непреодолимое чувство давления, которое заставило застыть любого противника на месте. Нет, это относилось бы к нормальным людям, но нежить была неуязвима для таких ментальных эффектов.

Аинз со спокойным видом изучал Чемпиона Арены.

Он был быстр — но это было все.

Он терял баланс, вероятно потому что плечо, которое поразил стелет, было неспособно двигаться.

— Хуже, чем в тот раз.

Что более важно…

«Ты знаешь правду, как я замедлил тебя? Если ты не знаешь, это будет концом для тебя, разве нет?»

Айнз активировал ту же способность, что до этого.

«Аура отчаяния I (Страх)».

Эта способность имела пять эффектов.

Первый был — Страх.

Второй — Паника.

Третий — Смятение.

Четвертый — Безумие.

И Пятый — Мгновенная Смерть.

Страх — отсылка к ненормальному состоянию — быть напуганным, которое накладывает штраф на все действия.

Паника была более серьезной версией страха, обусловленная наложением дополнительных эффектов страха друг на друга. Любой попавший в это состояние хотел бы сбежать от пользователя данной способности, во что бы то ни стало — другими словами, они не смогут принимать какие-либо боевые действия, против этой личности.

Замешательство являлось тем, что подразумевалось из самого названия.

Без каких-либо мер по восстановлению, цель будет находиться в состоянии растерянности.

Безумие, — было чрезвычайно сильным раздражающим состоянием. Такое положение являлось постоянной версией Замешательства. Оно не могло быть удалено без магии третьих лиц.

И само собой разумеется, что Мгновенная Смерть, — вызывает смерть.

Эффекты менялись как только оный уровень возрастал.

Айнз первым использовал эффект страха, и затем чуть позже отменил его в тот же миг. Поступая таким образом, был бы момент, когда одни действия — воображаемые, не совпадали с другими — реальными принятыми действиями, и таким образом, тело будет чувствовать себя, как если бы оно было парализовано.

Однако, Чемпион Арены, должно быть, предвидел это, и попытался атаковать в лоб. Даже когда тело перестало слушаться разума, он всё же взмахнул палицей.

Учитывая соединённые пенальти от прикосновения Айнза и ауры Страха, увернуться от удара должно было быть легче лёгкого. Однако…

— «Мощный Удар», «Божественный Навык Единичная Вспышка»!

Айнзу показалось, что он увидел вспышку света.

Он тут же почувствовал боль — тут же подавленную до терпимого уровня — и ощущение полёта.

— «Ускорение Потока»!

Сверху пришёл тупой удар, вслед за ним, тут же — взрыв боли.

Пусть и на мгновение дезориентированный, Айнз быстро пришёл в себя.

Вероятно, это была комбинация из двух ударов. Первый подбросил Айнза в воздух, второй вбил в землю.

Сузуки Сатору, вероятно, не смог бы понять, что произошло, и впал бы в замешательство. Однако, Айнз Оал Гоун обладал иммунитетом к подобным негативным эффектам.

Айнз знал, что распростёрт на земле, и что на него опускается палица.

— Кхе!

Он скользнул в сторону за мгновение до удара. Возоможно, это был эффект боевого навыка, но удар через землю отдался в теле Айнза.

Однако, никакого дополнительного урона это не нанесло.

Когда Айнз отпрыгнул, зарывшаяся в землю палица взлетела вверх. Это взрывшее землю движение словно говорило: «Вот тебе и конец».

Айнз в оставшуюся долю секунды принял решение блокировать стилетом, и удар снова отправил его в полёт. Со стороны трибун раздались крики восторга, но Чемпион Арены лишь горько чертыхнулся. Он надеялся, что эта серия атак прикончит Айнза.

Пролетев несколько метров и несколько раз перекувырнувшись, Айнз быстро встал на ноги и пробормотал под нос:

— Нет идей чтобы переломить ситуацию? Он обманул меня. Пунитто Моэ наверняка отругал бы меня за такое.

Как и Айнз, Чемпион Арены берёг свою козырную карту — свои боевые навыки — до последнего. Это доказывало, что он первоклассный воин.

Айнз вложил один из стилетов в ножны, освобождая руку.

Его высокомерие и поспешность в желании одержать победу стоили ему тяжелого удара, нет даже двух. Пришло время отказаться от наивного мышления. Он снизит статы противника и предрешит исход схватки до её окончания.

— Как шумно…

Выкрики с трибун слишком раздражали. Только что они причитали, теперь же — радуются. Особенно…

— Ты! Зиркниф! Что ещё значит «Прикончи его»!? Ах, ну в самом деле…

Аинз начал аккуратно двигаться. Он не был серьезно ранен, но поплатился болью за свою беспечность и теперь не допустит подобной ошибки.

— И все же, я не понимаю эти боевые навыки. Они не существовали в ИГГДРАСИЛе… кто-то разработал их чтобы противостоять игрокам? Или я просто выдумываю? Подождите ка, этот навык вроде как должен увеличивать скорость атаки. Он, скорее всего, использует его снова, так что лучше приготовиться страдать, да?

Аинз вошел в предел досягаемости оружия Чемпиона Арены и тот замахнулся для удара. Однако, Аинз не стал уклоняться.

Он продвигался, принимая на себя все атаки Чемпиона.

Боль захлестнула его и все же он мог продолжать из за огромной разницы в их HP. Все было в порядке. К тому же, боль подавлялась благодаря его телу нежити, поэтому он мог терпеть агонию, которую ни одно живое создание не сможет перенести.

Таким образом, Аинз дотронулся до тела Чемпиона Арены. Завершая свою атаку — и находясь в страхе, под воздействием ауры Аинза, — было крайне сложно этого избежать.

После чего, не отрывая руки от тела Чемпиона Арены, он зашёл ему за спину. Разумеется, непрерывно вливая сквозь доспехи в его тело понижающую характеристики негативную энергию.

— Уооооооооох!

На этот раз Чемпион Арены отшатнулся от Айнза, шаркая по земле.

Айнз задумался, преследовать или нет, но решил остаться на месте, опасаясь какой-нибудь хитрости.

Чемпион Арены с усилием поднял оружие. Он тяжело дышал, величественная осанка пропала без следа.

Айнз крепко сжал рукоять стилета.

Подготовка окончена. Этот удар будет последним.

Возможно, он и почувствовал перемену в его настроении, но Чемпион Арены снял шлем и отбросил его.

Пока Айнз изумлялся, Чемпион Арены сбросил и остальную броню. Хотя он и был ослаблен, но всё же не настолько, чтобы вес доспехов мешал ему двигаться.

Однако, видя решимость на лице Чемпиона Арены, Айнз понял его замысел.

«Понятно. Доспехи защитили бы от стилетов, но не от вытягивающей характеристики атаки. Он, должно быть, весьма напуган ею, поэтому поставил на то, что у меня осталось мало здоровья, и сбросил груз доспехов чтобы продолжать атаковать».

Это его последняя — а также весьма невыгодная ставка.

— Скажите мне… Я слаб?

— Что?

— Ваше Величество до сих пор не продемонстрировали и толики своей настоящей силы. Даже отсутствие могучих крыльев вашей магии не поставило вас в затруднительное положение. Неужели… неужели я так слаб?

Аинз закрыл глаза, собираясь с мыслями, и снова открыл их.

— Да, ты слаб.

— … Вот, значит, как.

Арена погрузилась в тишину.

Голос Аинза не достиг зрителей. Но победитель в их глазах уже был определен.

— На время этой битвы я ограничил себя в использовании множества магических предметов и всех видов умений.

— А иначе вы бы закончили его в одно мгновение?

Аинз кивнул.

— Это так. Однако, я знаю, что ты…, - Аинз покачал головой. Это не утешение его.

— Ну, тебе просто попался неудачный противник. Если ты сильнейший человек Империи… Я возможно сильнейший в мире.

— Ясно… и все же… я рад. Осознание, что есть кто-то сильнее меня — вот моя причина двигаться дальше.

— Я понимаю это, в какой-то степени.

Некоторых из своих друзей — например Тач Ми — он никогда не побеждал в PvP. Но даже так, он с любовью вспоминал, как искал способы обыграть того, его тактики и снаряжение.

Аинз улыбнулся чемпиону, а чемпион улыбнулся Аинзу.

— … Чтож, твой черед.

— Ваше Величество, король-заклинатель Аинз Оал Гоун. Напоследок, пожалуйста, покажите мне хотя бы крупицу вашей настоящей силы. Позвольте мне испытать пик могущества!

Чемпион Арены сильно замахнулся свои оружием.

— Вот как… хорошо. Я покажу тебе вершину возможной мощи.

Аинз активировал свое умение и шагнул вперед.

Он вошел в зону атаки Чемпиона Арены. Тот, в свою очередь, опустил свой удар.

Это абсолютно отличалось от скорости, на которой он поднял его. Он, возможно, использовал боевые навыки, чтобы ускориться. Однако, это было ничто по сравнению со скоростью, прежде чем ему ослабили его умения. Это было слишком медленно.

Палица попала по телу Аинза, но тот не обратил на нее внимания.

Теперь атаки не могут навредить его телу.

Аинз прошел мимо нее, словно атака была сродни теплому бризу.

Чемпион наносил удар за ударом, но Аинз продолжал продвигаться вперед, глядя прямо ему в глаза.

Чемпион улыбнулся, словно признавая свое поражение. Но при этом не сделал и шагу назад. Аинз вонзил свой стилет в грудь смирившегося Чемпиона Арены и высвободил запечатанное в том заклинание.

* * *

Аинз взглянул на тело поверженного Чемпиона Арены.

А затем активировал позаимствованный магический предмет — простейший громкоговоритель.

— Услышьте меня, люди Империи! Я — Король Заклинатель Аинз Оал Гоун!

Его возвышенный голос эхом раскатывался в тишине. Поэтому Аинз решил закончить все побыстрее.

— Поскольку, для моей страны выгодно взращивать и защищать искателей приключений, чтобы отправлять их в путешествия в неизведанные уголки мира, в своем королевстве я буду обучать и тренировать их. Многие авантюристы выживают как могут, собственными силами, но скольким из них уже никогда не увидеть момента своей славы?

Аинз вспомнил одну команду приключенцев и их недолгое совместное путешествие.

— …Поэтому, я намерен включить Гильдию Искателей Приключений в состав своего государства. Многие боятся потерять свою свободу после того, как Гильдия станет частью Королевства. Я не могу полностью этого исключить. Но, как я только что показал, моей силы более чем достаточно и я не собираюсь использовать вас в качестве инструментов войны. Колдовское Королевство нуждается в людях, которые действительно ищут приключений! Все те из вас, кто желает познать мир, исследовать неизведанное и поэтому мечтает стать искателем приключений — присоединяйтесь ко мне. Я помогу вам стать тем, о чем вы мечтали с помощью сил, о которых вы и вообразить не могли. А сейчас, станьте свидетелями крупицы этой силы!

Аинз подошел к телу Чемпиона Арены.

— Чемпион Арены мертв! Кто подтвердит его смерть?

Никто не ответил.

— Смерть есть конец всего. Но, как некоторые из присутствующих знают, смерть можно побороть.

Аинз достал волшебную палочку и указал ею на грудь Чемпиона Арены.

Будет ужасно неловко если Чемпион не вернется к жизни. Его несуществующее сердце просто выскакивало из груди.

— Узрите же!

Палочка активировалась, Чемпион Арены громко втянул в себя воздух и начал дышать.

— Магия воскрешения — вотчина высокопоставленных жрецов. Но, для меня это не проблема. Тем не менее, соответствующую плату золотом никто не отменял. Я, победивший смерть, верну вас к жизни! Присоединяйтесь к моему Королевству, жаждущие стать истинными искателями приключений!

В нарастающем шуме Аинз применил заклинание «полет».

Его целью была ложа Императора Зиркнифа.

Оглядываясь вокруг, он заметил, что остались только Зиркниф с двумя телохранителями. Остальные, по видимому уже ушли. Аинз был рад тому, что стало меньше причин для беспокойства, но ничего не сказал.

— Прости, за небольшое представление, Зиркниф-доно. Ооо, сейчас твое лицо выглядит гораздо лучше, какое облегчение.

Видимо тогда у него действительно закружилась голова от резкого движения. Но, судя по тому, как бойко он его приветствовал, продлилось это не долго.

— Простите, что заставил вас беспокоиться, Гоун-доно.

— Ах, не бери в голову. Любой бы беспокоился, увидя своего знакомого в плохом состоянии.

— Благодарю за вашу заботу. И все же, это был захватывающий бой. Как и ожидалось от Вас, Гоун-доно. Кто бы мог подумать, что вы одержите победу над сильнейшим воином Империи с такой легкостью. Это не описать иначе, как «восхитительно».

— Определенно нет. Это был хороший бой и победитель не был очевиден. Видимо удача была на моей стороне.

Учитывая как Зиркниф подбадривал Чемпиона Арены, видимо он его большой поклонник, поэтому не будет ошибкой похвалить Чемпиона.

Или точнее…

«Чтоб тебя, ты совсем за меня не болел! Я все слышал!»

Конечно, он не мог произнести этого. Если спокойно об этом подумать, в бою между воином из твоей страны и чужой, вполне естественно поддерживать своего соотечественника.

Ну, если б он действительно поддержал Аинза, то показания его симпатиметра — одна из любимых фраз Перроронтино — наверняка бы взлетели до небес.

— Стороннему наблюдателю не понять, но я точно знаю, что Вы не ошиблись. Эм, простите, что же я такое говорю?

— В самом деле, — согласился Аинз. Попав в неловкую ситуацию, он не хотел затягивать беседу с Зиркнифом в подобном месте.

Аинз не хотел показаться в его глазах простым смертным.

И хотя он думал, что его наверняка отругают за рекламу Колдовского Королевства на арене и за нелегальное пересечение границы, Зиркниф, видимо, не собирался этого делать. Поэтому лучше всего по быстрее от сюда убраться.

— Ну, что ж- Аинз проглотил слова, которые уже собирался сказать. Это как самому себе копать могилу.

— Закончим сегодня на этом, я посещу Вас в другой раз, Зиркниф-доно.

На самом деле, Аинз хотел сбежать с помощью магии телепортации, но ему нужно было сперва забрать Аинзака. Так что ему надо было вернулся на землю, а затем телепортироваться — и в момент, когда он обдумывал этот вопрос, Аинз осознал, что Зиркниф уставился на него с очень серьезным лицом.

Сейчас он наверняка скажет что то странное.

Ситуация была знакома любому продавцу. Аинз повернулся и посмотрел на Зиркнифа.

— Ваше Величество, у меня есть предложение, не соизволите ли его выслушать?

НЕТ. Как все было бы прекрасно, позволь он себе сказать это?

Аинз решил не сбегать от действительности. Он улыбнулся — хотя его лицо не изменилось — и ответил: — Продолжай.

— В таком случае, я надеюсь — нет, Империя Багарут желает стать вассалом Колдовского Королевства Аинз Оал Гоуна.

— … Хааа?

Аинз не мог не восклинуть, услышав такое неожиданное предложение.

Его мозг ещё не успел осмыслить то, что он сейчас услышал.

— Вас-вассалом?

Его телохранители — которых Аинз уже встречал прежде — тоже шокировано глядели на него.

По какой-то причине, ему захотелось постучать Зиркнифу по лбу.

Почему он так внезапно решил стать вассалом? Если подумать над этим, то в каких отношениях находятся вассалы? Он помнил слово, но что именно оно значило? Что то связанное с само-управлением и прочим.

Аинз не мог решить нечто столь важное самолично. Ему нужно было обсудить это с Демиургом и Альбедо, прежде чем принять решение.

— …Зиркниф-доно, сделать ваше государство васслалом…

(Так значит план о дружбе между королями…ха?)

Что ему следовало сказать в ответ на это предложение? — Я не рассматривал такой возможности. — подойдет?

Однако, Демиург и остальные, скорее всего, намеревались сделать Империю вассалом. Он не хотел совать свою голову в петлю, потому что будет весьма хлопотно оставлять этот вопрос как камень преткновения.

Похоже, лучшим выходом будет попытаться выкрутиться.

Решив, как продолжать разговор, Аинз ответил:

— Это слишком опасно для того, чтобы устно договариваться по таким вопросам. Я не могу немедленно ответить, но я полагаю, что такие вопросы должны быть изложены в письменной форме.

— Тогда, это значит, что как только я передам этот документ вам, вы утвердите его?

Э? Он и правда собирается отправить документ? — хотел было спросить Айнз, но сумел проглотить эти слова. Вероятно, потому что ему удалось несколько успокоиться. По правде говоря, он уже не был так взволнован как секундой раньше. Он чувствовал бесконечную благодарность своему телу нежити.

И всё же, проблему нужно решать.

Я не это имел в виду, просто пытался выиграть время. Это тоже говорить нельзя, нужно сказать что-то, что Зиркниф сможет принять. Другого выхода нет.

— …Разумеется. Итак, Зиркниф-доно, направьте экземпляр прошения о вассалитете, а также проект будущего статуса и положения Империи в мою резиденцию в Колдовском Королевстве. После чего мы рассмотрим план в подробностях.

— Я так и поступлю. Я постараюсь как можно быстрее закончить бумаги и доставить их в руки Вашего Величества… А пока что, прошу, позвольте мне говорить с вами как королю — как равному. Вверяю себя вашим заботам.

Айнз, хотя и успокоился, по-прежнему не понимал, что происходит и почему всё так закончилось. Он просто кивнул в ответ.

После чего, стараясь не производить впечатления панического бегства, опустился на Арену с помощью заклинания «Полёт».

— Как всё дошло до такого? Точнее, что скажут Демиург и Альбедо?..

Айнз поник, словно ребёнок, уверенный, что вернувшись домой получит нагоняй от родителей.

* * *

После отбытия Короля-Заклинателя в императорской ложе воцарилась тишина. Словно пытаясь разбить её, Нимбл завопил:

— Ваше Величество!

Зиркниф, преувеличенно нахмурив брови, посмотрел на него.

— Слишком громко. Я же рядом.

— П-простите. Но, но, могу я спросить, что это было только что?

— Ты хочешь знать, почему я принял такое решение?

Нимбл кивнул. Зиркниф покосился на Базивуда, тоже поражённо смотревшего на него.

— Ясно… и что же, по твоему, я должен был сделать?

Зиркниф рассмеялся над собой.

— С самого его появления здесь, всё шло по его… а! Переговоры с Теократией провалились. Духовенство считает меня предателем. Сколько усилий и времени потребуется, чтобы вновь организовать переговоры? И можно ли вообще решить эту проблему хоть за какое-либо время?

Зиркниф подумал, что бы он сам сделал на месте кого-нибудь из высшего руководства Теократии. Если другая страна выдаст смехотворное оправдание вроде «Мы ничего не замышляли, просто Айнз Оал Гоун разгадал наш план», он бы наверняка решил, что заключать союз с такой страной нет никакого смысла, и бросил бы её на произвол судьбы. Нет, скорее, он бы воспользовался этой страной как жертвой в каких-нибудь будущих интригах.

Похоже, на альянс со Слэйновской Теократией можно больше не надеяться.

— То есть, он фактически сказал «прошу, боритесь как можете сами по себе, без помощи Теократии», а? О, ай да Его Величество Король-Заклинатель Айнз Оал Гоун. Снимаю перед ним шляпу. Его руки и вправду длиннее чем я в силах себе вообразить. Сначала он позволяет своим врагам возгордиться, а потом, стоит им расслабиться, уничтожает одним ударом.

Пусть он и враг, Зиркниф не мог не восхититься его замыслом.

Всё было рассчитано столь идеально, что ему остаётся лишь признать поражение. Империи никто не поможет, в то время как у Айнза есть веское доказательство попыток заключить альянс против него. Иначе говоря, Айнз был ножом, а Зиркниф — рыбой, которую этот нож выпотрошил.

Базивуд потряс головой. Похоже, они поняли, в какой ситуации оказалась Империя.

— А-а, это и вправду… Как бы это назвать. Он и вправду играет грязно. Бьёт в самое слабое место. Что-то в этом роде.

— Именно. Я не вижу способа справиться с ним. Полагаю, я сломлен, и телом и разумом. Мне словно уже всё равно.

— Ваше Величество… — тихо произнёс Нимбл, глядя на Зиркнифа.

— Он не столько нежить, сколько дьявол. Словно он прекрасно знает, как сломить волю человека.

— И всё же, даже при этом, стать его вассалами…

Зиркниф мягко посмотрел на Нимбла, похоже, неспособного принять это.

Он понимал его чувства.

Однако, он предпочёл бы тщательно взвешенное решение проблемы, а не это по-детски капризное выражение чувств. И всё же, раз даже Зиркниф не знает решения, насколько же бессилен Нимбл?

— …Я скажу прямо. Нам его не победить. Единственный наш шанс — перетянуть на свою сторону его подчинённых. Я не вижу, как ещё можно противостоять ему. Как вы видели в той войне, он совершенно точно сильнейший из заклинателей.

Оба рыцаря согласно кивнули.

— Ну а каков из него воин? Вы смогли бы сразить его мечом?

Зиркниф пожал плечами.

— Вы ведь видели, да? Даже сражаясь как воин он одолел Чемпиона Арены. И что это было? Атака Чемпиона Арены даже не навредила ему? Он использовал магию?

— Я не уверен, возможно.

— Вот-вот. Иначе говоря, он может нейтрализовать любую атаку магией, так что ли? Значит, и убить его внезапным ударом тоже не получится. Может, он бессмертный?

— Ну, у него есть физическое тело, так что я сомневаюсь, что он бессмертен.

— Тогда почему он не был ранен?

Нимбл, не зная что ответить, повернулся к Базивуду за поддержкой. Однако тот не раскрыл рта.

— …Так что, пока поступим так. Соберите всё информацию, что сможете, об оружии Чемпиона Арены, после чего соберём всех заклинателей и приключенцев, кого только сможем, и спросим их, почему оно не причинило вреда. К счастью, то его заявление наверняка настроило Гильдию Искателей Приключений против него, думаю, они с радостью нам помогут.

— Тогда, разве не могли мы предложить ему наш вассалитет после всего этого? Он, к счастью, отказал.

Зиркниф почувствовал раздражение, но скрыл свои эмоции, ничем не выдав отвращения. Вместо этого он беспокойно посмотрел на Нимбла.

— К счастью? Ты правда так думаешь? А я так не считаю. Наоборот, не лучше ли постараться как можно быстрее стать его вассалами? — спросил он озадаченного Нимбла.

— Почему ты думаешь, что он откажет в нашей просьбе?

— Это, ну… ваш слуга не уверен…

— Возможно, будь он неумехой, не знающим, как поступить при такой перемене — да, может, он так бы и поступил. Однако, мы ведь говорим именно о нём, помните? Судя по его интеллекту, он наверняка уже спланировал всё на тот короткий период после нашей просьбы о вассалитете. Если он всё же откажет в просьбе, это будет означать, что это противоречит его целям.

— И что это могут быть за цели?

Зиркниф горько улыбнулся в ответ на вопрос Базивуда.

— Я не знаю. Но, наверное, ничего хорошего для нас. Иначе предложение вассалитета не слишком бы ему помешало. Насколько я знаю, его цели это то, что он не может реализовать внутри собственной страны. А значит…

Зиркниф спустил с привязи свой перетруженный и уже готовый задымиться мозг.

Его соперник — Айнз Оал Гоун. Он наверняка что-то задумал.

Чего может желать он, как Король-Заклинатель? Что он может ненавидеть?

От умственных усилий на лбу Зиркнифа выступил пот.

— …Гильдия Искателей Приключений? Может, он хочет сделать что-то с Гильдией Искателей Приключений, вот почему он против вассалитета?

— Что насчёт его заявления?…Правильно ли позволять это, Ваше Величество? В течении нескольких лет нашу страну могут покинуть многие из лучших и сильнейших.

— …Я тебя не понимаю. Как ты пришёл к этой мысли?

— Пусть свободы людей и несколько ущемлены, но иметь поддержку невероятно могущественного Короля-Заклинателя — весьма привлекательно. В профессии искателя приключений большинство погибает, не успев чего-либо добиться. Однако, с поддержкой кого-то настолько могучего… ну, по крайней мере так подумают люди не обладающие уверенностью в себе. Кроме того, у нас ведь есть рыцари, так что для низкоуровневых приключенцев у нас в любом случае мало работы.

— Отток талантов… То, что у них нет веры в себя, не значит что они полностью бесполезны.

Есть очень талантливые люди, но при этом совершенно не уверенные в себе. И всё же, для исследования нового нужен очень уверенный в себе человек.

— Раз так, не повод ли это противиться вассализации? И всё же… не будет ли нам удобнее стать его вассалами? Тогда он сможет напрямую поглотить Гильдию… А! Айнз Оал Гоун! Ну почему твой интеллект настолько превосходит мой?! Я не в силах даже ухватить твои дьявольские замыслы!

— Может, он вообще ничего не замышляет?

Зиркниф с ненавистью глянул на отпустившего этот шутливый комментарий Базивуда.

— Что за ерунду ты несёшь? Он до такой степени предвидел все наши действия… нет, это немыслимо. Нужно также учесть, как на него воздействует скрытая ненависть ко всему живому…

Возможно, считать, что он мыслит как нежить будет ошибкой.

Может быть, Айнз уже предположил, что Зиркниф будет размышлять об этом, и учёл это в своём плане. Возможно, он уже ждёт с распростёртыми объятиями чтобы Зиркниф поторопил процесс вассализации.

— Что нам делать теперь? — спросил Нимбл. Он имел в виду будущие действия Империи.

— …Я намерен распространить новости среди окрестных стран. Для начала, я соберу писцов и в общем изложу им, что Империя решила подчиниться и стать вассалом Колдовского Королевства, не имея выбора. Мы как можно скорее сообщим об этом странам-соседям, и позволим новостям распространиться, так что Колдовскому Королевству останется лишь признать это.

— Ваше Величество…

Оба рыцаря склонили головы. Факт того, что даже у Базивуда было такое выражение на лице, заставило Зиркнифа усомниться, не было ли это шуткой.

Он убрал горькую улыбку с лица и заговорил дружественным тоном.

— Почему такие мрачные? Есть множество видов государств вассалов. Если нам дадут широкую автономию, то мы сможем продолжать жить, как прежде. Нет — если Колдовское-Королевство будет защищать нас с их невероятной силой, то разве мы не будем в еще большей безопасности, чем раньше?

Как только они услышали о чуть более светлом будущем (вероятно), немного цвета вернулось к их лицам.

— Поэтому мы должны разобраться с любыми внутренними недовольствами. Если Колдовское-Королевство не предоставит нам самоуправление, Империя может разделиться. Могут появиться фракции, которые будут недовольны вассалитетом, они сделают свой ход.

Зиркниф начал думать о позициях фракций в Империи.

Самым важным был Корпус Рыцарей. Как бы то нибыло, они перейдут на сторону фракции поддерживающей независимость. Даже если бы они выступили против него, то только на словах. Они не предпримут никаких действий.

Затем были дворяне. Их действия были непредсказуемы. Было немного людей, которые станут жаловаться на решение Зиркнифа, и те немногие могли ждать шанса свергнуть Кровавого Императора. Они были людьми, которые готовы пойти на все, чтобы стать новыми правителями вассализированой Империи.

Простых людей можно было легко обмануть. Для них, пока жизнь идет своим чередом, они могут даже не успеть заметить как уже станут государством вассалом.

— …Священники будут проблемой.

Храмы никогда не признавали бы этого. То что могло сделать все куда хуже, если бы храмы не только выступили против него, но и остановили бы всю свою деятельность. Он должен бы был неоднократно говорить с ними и заставить их принять его взгляды.

— … Вы будете в порядке, Ваше Величество?

— Кто знает? Пока я неподалеку, у нас есть все шансы стать вассалом, и я планирую показать результаты моих действий… но возможно не стоит так говорить.

Почему я, подумал он.

Он унаследовал эту задачу от своего отца, и Империя становилась все сильней. Он не должен был допустить ни единой оплошности во время этого процесса.

Но когда появился этот монстр, все пошло под откос.

Не было никакой ошибки в том, как он провел переговоры с этим монстром. Дело в том, что Аинз Оал Гоун существо, чей интеллект превосходит человеческий.

Все изменилось за какой-то месяц.

Зиркниф тяжело вздохнул.

— Должно быть я самый невезучий в мире человек…

Может, это просто досужие сплетни, но вскоре деморализованного Зиркнифа настигли слухи о том, что Серебряная Канарейка перебралась из Империи в Альянс Городов-Государств. В последующие дни император приобрёл привычку жаловаться «пришла беда, открывай ворота».

Эпилог.

Демиург радостно шагал по Девятому Этажу Великой Подземной Гробницы Назарик.

Радость возвращения после долгого отсутствия была, вероятно, чем-то вроде иллюзии. В конце концов, время от времени он возвращался сюда, никогда не отсутствуя больше чем на полмесяца. А значит, это лишь обман его чувств — простая радость от возможности находиться в этом месте.

По мере приближения к цели он приходил во всё более и более приподнятое расположение духа.

Не обращая внимания на стражей, размещённых Коцитом по обе стороны двери, Демиург поправил галстук и оценивающе окинул взглядом костюм. Разумеется, он всегда тщательно следил за состоянием одежды, но желал появиться перед господином в совершенно безупречном виде.

Проведя тщательнейшую инспекцию костюма, Демиург постучал в дверь.

Одна из горничных открыла дверь и высунула голову чтобы посмотреть, кто пришёл.

Демиургу хотелось заглянуть в щель и хоть краем глаза увидеть господина, но он не мог позволить себе совершить нечто столь неподобающее.

— Могу я узнать, здесь ли владыка Айнз?

— Мои искренние извинения, Демиург-сама. Владыка Айнз сейчас отсутствует.

Его радость тут же рухнула, но он не подал виду.

— Вот как. Тогда, где сейчас владыка Айнз?

— Мои искренние извинения, я не знаю… Однако, Альбедо-сама, возможно, сможет вам помочь.

Горничная права.

— И действительно. Где я могу найти Альбедо?

— Она здесь, в этой комнате.

Демиург знал, что Альбедо пользуется комнатой господина как собственным кабинетом. Тебе ведь отдали в распоряжение свою комнату, почему нельзя пользоваться ей, часто думал он, но держал эти мысли при себе. Самое главное — то, что господин не против. А раз так, от Демиурга не требуется никаких комментариев.

— Она работает?.. Не могла бы ты спросить, может ли она принять меня?

— Поняла.

Дверь закрылась. Секунду спустя открылась снова.

— Прошу, Демиург-сама.

Поблагодарив горничную, Демиург вошёл. Он увидел Смотрителя Стражей, сидящую на стуле перед столом господина.

Она подняла взгляд на Демиурга.

— Давно не виделись, Альбедо.

— А, Демиург. Ты хорошо поработал за границей. Что у тебя сегодня?

— Один вопрос касательно Святого Королевства. Я хотел получить разрешение на финальный этап плана. Мне понадобится доппельгангер… где владыка Айнз?

— Он кое-где очень далеко. Вряд ли он скоро вернётся…

Иначе говоря, он не в Э-Рантэле, подумал Демиург. Иначе она не выразилась бы так странно.

— Это несколько прискорбно. Что ж, я займусь приготовлениями на Седьмом Этаже, пока владыка Айнз не вернётся.

— Если это срочно, не лучше ли связаться посредством «Сообщения»?

Демиург, видя выражение лица Альбедо, нахмурился.

Она улыбалась, как обычно, но наблюдательный Демиург видел, что за улыбкой стоит какая-то другая эмоция.

Если она просто забавляется с ним, то ничего.

Демиург попытался наскоро изучить Альбедо, но не смог разгадать её мыслей.

Он находил это мучительным но, всё же, это ведь не состязание.

Среди всех обитателей Назарика лишь двоих он не мог читать как открытую книгу — господина и Альбедо. Ради собственного спокойствия он считал их редким исключением.

Демиург пожал плечами.

— Это не так уж срочно. Если владыка Айнз вернётся послезавтра, я сообщу ему лично.

— Владыка Айнз не упоминал, как надолго намерен отлучиться. Возможно, он будет отсутствовать очень долго.

— Тогда, Альбедо, я сам отправлюсь к нему. Это не тот вопрос, который можно обсуждать посредством «Сообщения».

— О, почему же? Если это так важно, то разве верный слуга не постарался бы сообщить как можно скорее?

Улыбка Альбедо преобразилась. Ранее то была обычная её улыбка напускного дружелюбия, но сейчас она издевательски, злодейски усмехалась. Должно быть, она задумала что-то недоброе.

Вероятно, она во что бы то ни стало хочеть что-то сказать.

Как же утомительно, подумал Демиург и объяснил свои намерения.

— Я хочу продемонстрировать владыке Айнзу мои успехи, и поэтому не желаю связываться с ним опосредованно. Конечно, он может похвалить меня и в «Сообщении», но я всё же предпочёл бы услышать его голос лично. Вот и всё… разве не такова мечта каждого в Назарике?

— О, ну конечно, Демиург. Ты совершенно прав. Все так считают.

— Так куда же отправился владыка Айнз?

— Он отбыл в Королевство Дварфов, о котором мало что известно, и с которым до сих пор отсутствовал дипломатический контакт. Так что мы не знаем, как много времени займёт его визит.

— Кто сопровождает его?

— Шалти и Аура.

С точки зрения боевой мощи этого должно быть достаточно. Однако с остальных точек зрения тут есть о чём побеспокоиться.

С Аурой никаких проблем. Ей нужно лишь постараться не создавать неудобств владыке Айнзу. Однако перед мысленным взором Демиурга возникло лицо второй спутницы.

— Почему он взял с собой Шалти? Владыка Айнз намерен разрушить Королевство Дфарфов?

Для переговоров гораздо лучше подошёл бы Мар. А значит, Шалти выбрали с какой-то другой целью.

— …Чем заняты остальные Стражи?

— Коцит управляет озером. Мар строит подземелье в окрестностях Э-Рантэла. Себас занят своими обязанностями в Э-Рантэле. Мне неизвестны намерения владыки Айнза, но раз он не взял с собой армию, то, наверное, планирует мирный визит, не так ли?

— …У нас недостаточно информации, чтобы судить об этом. Для чего владыка Айнз пожелал посетить Королевство Дварфов?

— Демиург. Пути владыки Айнза неисповедимы.

Альбедо совершенно права.

За каждым ходом его господина, Айнз Оал Гоуна, безраздельного повелителя Назарика, таились бесчисленные замыслы. Демиург — созданный как обладатель выдающегося интеллекта — не мог надеяться дотянуться даже до подошвы его ботинок. Будет ошибкой пытаться понять мотивы владыки.

Однако, предчувствовать намерения господина и готовиться их исполнить — знак истинной верности.

Если я не буду трудиться как подобает…

Демиург вновь восстановил свою решимость. Альбедо тем временем подняла со стола лист пергамента.

— Это вчера прислали из Империи. Я открыла письмо, получив на то разрешение владыки Айнза посредством «Сообщения». Империя просит о вассалитете. Детали будут уточнены позже.

Демиург почувствовал шок. Это случилось гораздо раньше, чем он предполагал.

— Как же так? Я рассчитывал, что Империя захочет подчиниться лишь после уничтожения Королевства…

— Владыка Айнз нанёс визит в Империю, и вот результат.

— Это… Как и стоило ожидать от владыки Айнза…

— Скажи, Демиург. Ты правда считал, что Империя захочет стать нашим вассалом лишь после победы над Королевством?

— Конечно. Таковы были мои планы.

— Вне зависимости от методов, которые ты бы применил?

— …Что ты пытаешься сказать?

— Владыка Айнз часто упоминал твоё имя. В контексте «Ты получала весточку от Демиурга? Ну и хорошо». Иными словами, что-то в тебе — в твоём плане — его не устраивало.

— О чём ты… Альбедо, почему ты не сказала мне раньше? Я бы…

— Ты бы что?

Демиург не смог ответить.

— …Позволь я спрошу вновь. Был ли способ сделать вассалом Назарика сначала Империю, и лишь потом Королевство?

— …Был. Однако, это потребовало бы личного вмешательства владыки Айнза. Я, как подчинённый, не посмел бы предложить такое. Кроме того, я полагаю, потребовалось бы произвести некоторые приготовления — длительностью минимум в месяц — чтобы создать яростную смуту в каком-нибудь большом городе. Поэтому я и полагал, что лучше будет для начала подчинить Королевство, после чего надавить на другие страны… сколько времени потребовалось владыке Айнзу?

— Я была в Королевстве, так что не знаю наверняка, но полагаю что около трёх дней, максимум.

Демиург вытаращил глаза.

Слишком быстро.

Как его господин продемонстрировал свою сокрушительную мощь? Как ему удалось сломить волю Императора, намеревавшегося заключить союз с другими странами?

Демиург разработал идеальный план, лишающий Императора способности действовать, но его господин, похоже, создал намного более изощрённый план.

— Три дня? Как ему это удалось?

— Кстати, жертв практически не было.

У Демиурга отвалилась челюсть. Он чувствовал лишь непреодолимое восхищение и уважение. Владыка, словно сама Смерть, тихо встал за спиной Императора и сокрушил его сердце.

Дрожь, что он ощутил, началась с головы и окутала всё его тело. Дикий восторг, восхищение, страх и уважение смешались в единый коктейль эмоций. Демиург трясся, неспособный остановиться.

— К, как и стоило ожидать от владыки Айнза. Такой как я не может даже и надеяться приблизиться к нему. Он поистине несравненный, идеальный господин. Никто другой не мог вести за собой Высших Существ. Я ничего не могу с собой поделать, и пусть и чуть-чуть, но завидую Актёру Пандоры.

Альбедо издала полный превосходства смешок.

Это, должно быть, превосходство женщины, осознающей величие своего возлюбленного.

— Кроме того, владыка Айнз приказал нам самим решить, как поступить с предложением вассалитета Империи.

— Приказал нам? Почему?

— Разве не очевидно? Очень многое было сделано по твоему плану, Демиург. И всё же, владыка Айнз, ничего тебе не говоря, подчинил Империю действуя по собственному плану. И это удручило его.

Демиург не понимал. Возможно, он понял бы, если бы господин разочаровался в его способностях. Но не это.

— …Почему? Я не понимаю.

Альбедо устало вздохнула.

— Потому что он доверяет тебе. Иначе говоря… как бы сказать. Ты, при твоём уме, должен был бы понять, но, видимо, нет. Не следовать твоему плану значит усомниться в твоих способностях. Владыка Айнз ждал, пока ты свяжешься с ним, не желая так поступать. Однако, он почувствовал, что ты слишком о нём беспокоишься. А значит, я уверена, своим поступком он хотел сказать — «Не волнуйся обо мне».

Этот ответ Демиург мог принять. Нет, лучше сказать, что другого ответа и быть не могло.

— Это, поистине…

Демиург пристыженно опустил голову. И в то же время его охватил восторг от осознания, насколько господин заботится о нём.

— Демиург. Мы должны постараться отплатить доброту владыки Айнза.

— Ну конечно, Альбедо.

Демиург чувствовал возбуждение.

— Чтобы оправдать ожидания владыки Айнза, мы закончим план подчинения Королевства до того, как он вернётся!

— Именно. Владыка Айнз отправился лично, а значит, питает множество замыслов. Он наверняка будет очень занят после того, как вернётся из Королевства Дварфов.

Демиург ухмыльнулся.

— Так и есть, Альбедо. Так и есть.

Послесловие

«Мужчина не должен оправдываться». Однажды, я услышал эти слова от кого-то, поэтому я не буду. И всё-таки, позвольте мне сказать пару слов, если моя память не подводит меня, то текущая дата 17-й месяц 2015 года, верно?

А также, я, помню, слышал от кого-то «Предварительные договоренности не окончательны, значит они не гарантируют конечный результат». Какая очаровательная фраза! Как полна она романтики!

…Мне очень жаль.

Том 11 не будет походить на это. Не было никакого намерения заставлять вас ждать, таким образом, я надеюсь, что все смогут найти в себе кое-что чтобы простить меня. Кроме того, следующий том… хорошо, любому, кто уже прочитал все полностью до конца, это ему уже не поможет даже если он еще пишется… Кроме того, том 11 покажет очень ожидаемый специальный выпуск. Любой, кто видел аниме, поймет. Это — новый 30-минутный эпизод Чисто Чисто Плеяды, разве это не удивительно?

Затем, что вы чувствуете прочитав полностью 10й Том?

Чем отличающийся управление страной от управления организацией?

Аинз начал с поисков личной выгоды, но вы все поступили бы так на его месте? Мураяму очень интересует ответ. Если бы это был я, то я сделал бы это. Если бы это был я, то я сделал бы то. Я был бы очень рад услышать ваше мнения о этом вопросе.

И если так окажется, что кто-то создаст другую работу на основе этого, или даже другую оригинальную новеллу, я буду еще более рад. Поскольку, по правде говоря, это все для вас.

И затем, вы уже знаете об общественном опросе относительно заключительной части книги. Пожалуйста, назовите мне персонажей, которых вы любите больше всего. В отличие от обычных опросов общественного мнения, факт, того что первое место уже определено, является чем-то, чего никогда не было прежде.

Я не сделаю дополнительных появлений неожиданно популярных персонажей. Это просто чтобы увидеть, каких персонажей все любят больше всего.

Далее, я хочу отблагодарить следующий людей:

So-bin-сама, прошу прощения за то, что разрушил ваш график. Я очень вам признателен.

Моя искренняя благодарность Охаку-сама корректору, дизайнерам из Chord Design Studios-сама и редактору F-da-сама. И также привет моему другу из студенческой жизни, как всегда, спасибо тебе.

И самое главное, спасибо тебе дорогой читатель. История теперь полностью отличается от ВН(Веб Новеллы), поэтому буду рад, если вам она понравилась.

2015/17

Маруяма Куганэ

Примечания

1

Либо полный вариант — подношения

2

Протазан (от нем. Partisane) — колющее древковое холодное оружие, разновидность копья.

3

Аинз, как обычно, немного напутал — см. «Дилемма заключенного» и «Равновесие Нэша».

4

а) соревнования, в которых шансы участников с разными возможностями предварительно уравниваются; б) фора, преимущество, предоставляемое более слабому сопернику.

Content

Eberhart Jager
Властелин. Том 10
Владыка заговора

Пролог

Глава 1. Колдовское королевство Аинз Оул Гоуна

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Глава 2

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Интерлюдия

Глава 3

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Послесловие

Примечания