Барбара Уоллес

Свидание напоказ

Роман

Barbara Wallace

Winter Wedding for the Prince

Winter Wedding for the Prince © 2016 by Barbara Wallace

«Свидание напоказ» © «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Глава 1

– После того как дети споют, появляется Санта-Клаус и начинает раздавать подарки. В этом году нам повезло и мы выполнили почти все пожелания детей. Мы купили даже драконов и тысячу шоколадных печений, которые просили девочки. Интернет – замечательная вещь. – Роза Ламберти оторвалась от документов. – Ты вообще меня слушаешь? – спросила она мужчину, стоящего напротив нее.

Армандо Санторо, наследный принц Коринтии, остановился в центре комнаты и прищурился.

– Конечно. Санта-Клаус. Драконы. Печенье. Почему ты спрашиваешь?

– Я не знаю. Может быть, потому, что ты уже полчаса ходишь туда-сюда по ковру. – Если говорить точнее, Армандо походил на пантеру в клетке. Он мерил широкими и решительными шагами ковер ручной работы. Выражение лица Армандо было таким хмурым, что казалось, еще чуть-чуть – и он зарычит. – У меня такое ощущение, что я могла бы объявить о перевороте в стране, а ты бы этого не услышал.

– Прости, – сказал он, приглаживая рукой темные волосы. – Я сегодня немного рассеянный.

Отложив документы, Роза налила себе еще одну чашку кофе. В удачные дни, работая личным секретарем принца, она выпивала по три чашки. В те дни, когда он был рассеян, их количество увеличивалось до четырех-пяти.

– Не говори, что ты расстроился из-за своей сестры, – произнесла она. Только сегодня утром принцесса Арианна объявила о своей помолвке с американским бизнесменом Максом Брауном, с которым она познакомилась в Нью-Йорке. Детали их отношений не очень ясны. По словам Армандо, принцесса сбежала в Америку, никого не предупредив. Через несколько дней после ее возвращения Макс Браун пробрался во дворец, желая увидеться с ней. С тех пор пара была неразлучна.

– Нет, – вздохнул принц. – Если Арианна счастлива, то я рад за нее.

Ну, это явное преуменьшение. Принцесса Арианна Санторо просто светилась от счастья.

Роза сдержала вздох. Бурные, страстные признания в любви и неожиданная помолвка. Все было довольно романтично. Она не помнила, когда в последний раз мужчина говорил ей о своих чувствах, если только не считать ее бывшего мужа с его многочисленными заявлениями о нелюбви к ней.

Фредо постоянно заявлял ей, что она не достойна его внимания.

Роза вновь повторила вопрос.

– Если это не твоя сестра, тогда что? – спросила она, глядя на принца поверх края кофейной чашки. – И пожалуйста, не отмалчивайся.

Она семь лет работала секретарем Армандо и четыре года была его свояченицей, поэтому отлично изучила его тактику.

Внезапно Армандо, стоя у Розы за спиной, взял у нее из рук чашку, из которой она так и не успела отпить. Обернувшись, она увидела, что он уже сделал глоток.

– Ты забыла положить сахар, – сказал он, нахмурившись.

– Я ничего не забыла. – Она выхватила у него чашку, чуть не расплескав теплый кофе. – Я на диете.

– Ты постоянно на диете. Пара чайных ложек сахара тебе не повредит.

Так мог говорить только тот, у кого отличная фигура. Даже сидя совершенно прямо, Роза могла поклясться, что ей узка юбка.

Втянув живот, она произнесла:

– Не пытайся сменить тему. Я задала тебе вопрос.

– Ты требуешь ответа? – спросил он. – Прости, но мне казалось, ты на меня работаешь.

– Да, но я член семьи, и у меня привилегии.

– То есть ты можешь мной командовать?

– Не я топчу ковер, которому сто пятьдесят лет. – Подойдя к чайнику, Роза налила Армандо чашку кофе, добавив в него сахар, потом налила кофе себе. – Серьезно, Армандо, что случилось?

Громко вздохнув, он взял чашку и сел рядом с Розой. Ей пришлось потесниться, чтобы Армандо хватило места. Она не понимала, мог ли ее зять забыть, что она не такая миниатюрная, как его покойная жена. Он всегда норовил вторгнуться в ее личное пространство. Вот и сейчас они сидели так близко, что их ноги соприкасались.

Армандо уставился в чашку.

– Арианна беременна, – уныло сказал он.

– Но ведь это хорошо, да? – спросила она. – У твоего отца появится еще один наследник. – Не секрет, что король стремится создать третье поколение Санторо.

– Было бы хорошо, – ответил Армандо, – если бы Макс Браун был отцом.

– Что? – Рука Розы замерла. – А кто же тогда? Макс знает?

– Да, и ему все равно.

– Значит, он очень любит твою сестру. – Не каждый мужчина влюбится и женится на женщине, вынашивающей ребенка от другого человека. К сожалению, у Розы не было такой любви. Фредо частенько говорил ей, что она скучная и неинтересная.

– Преданность Макса Арианне прекрасна, но… Ее ребенок не сможет наследовать трон.

Согласно коринтскому закону, трон наследует только законный потомок обоих родителей. Если что-нибудь случится с Армандо и Арианной, право престолонаследия перейдет, например, ребенку Арианны и Макса или одному из дальних родственников Санторо. В любом случае возникнут трудности.

– Я не говорю о том, что, если истина откроется, этот ребенок всю свою жизнь будет окружен сплетнями. Так же как Макс и Арианна. Да и весь род Санторо.

– Но Арианна и Макс могут солгать, – сказала Роза, и Армандо нахмурился. – Что? По-твоему, такого никогда не случалось? – Даже в королевском доме Санторо были незаконные наследники, отчего и возник закон о престолонаследии.

– Однако во времена прежних королей Санторо не было таблоидов и замечательного Интернета.

Логичный довод. Сегодня сохранять секреты вечно невозможно. В конце концов, правда выйдет наружу, и, когда это произойдет, возникнут проблемы. Коринтия погрузится в длительную судебную баталию, которая никому не принесет пользы.

– Я так понимаю, ты подумываешь об изменении закона, – произнесла Роза.

– Конечно, но сейчас король не может изменять законы по своей прихоти. Министры захотят узнать причину перемен.

– Дискуссия дает больше власти народу, – тихо сказала Роза. Ничего этого не потребовалось бы, если бы Армандо женился повторно и обзавелся собственными детьми. В прессе его называли Принцем-меланхоликом. Армандо всегда был серьезным человеком, но после смерти Кристины стал еще печальнее. Казалось, он в постоянном трауре. Он появлялся только на официальных мероприятиях, причем всегда один. Кроме сестры, Роза была единственной женщиной в его жизни.

Принц изучал содержимое кофейной чашки из-под густых ресниц, словно там был ответ на его вопросы. Роза не могла не заметить, до чего он хорош собой.

Конечно, он не первый красавец в стране. У него слишком резкие, хотя и очень пропорциональные черты лица. Кроме того, Роза всегда считала, что у сильного мужчины должно быть волевое лицо. Между прочим, у Фредо был мягкий подбородок.

Армандо едва заметно дрожал.

– Ты знаешь короля Эль Хальвани? – начал он.

– Глупый вопрос. – Конечно, она знает этого человека. Султан Елгиерии был частым гостем в Коринтии, с которой его маленькая страна была связана как экономически, так и политически. – А почему ты заговорил о нем?

– У него на выданье дочь, Мона.

– Да? Я не знала. – Роза насторожилась.

– Наш брак с Моной усилил бы мощь Елгиерии и Коринтии. – Глаза Армандо стали почти черными. – Сегодня я позвонил султану и предложил обсудить этот вопрос.

– Вот как… – Роза поставила чашку на стол, не в состоянии сделать даже глоток.

Армандо вступает в повторный брак.

Ей не следовало удивляться. Жизнь королей не похожа на жизнь простых смертных. Они вступают в браки по разным причинам: ради торговых отношений или заключения союза. Почему бы не жениться, чтобы воспроизвести на свет наследника?

Розе стало тошно. Все происходит слишком быстро. Армандо не из тех, кто принимает необдуманные решения. Он сделал предложение ее сестре только через год после знакомства, хотя они влюбились друг в друга с первого взгляда. Совсем не в его характере проснуться утром и решить, что он женится на незнакомке.

Роза заставила себя улыбнуться. И притворилась, что она в восторге от его новости.

– Я уверена, народ Коринтии обрадуется. Как и твой отец.

– Я делаю это не ради моего отца, – ответил он.

– Я знаю. Ты делаешь это, чтобы защитить свою сестру.

– Нет, я делаю это ради Коринтии. – Голос Армандо звучал резко, как бывало всегда, когда кто-то сомневался в его словах. – Я первый в очереди на наследование престола. Я обязан делать все, что в моих силах, чтобы у Коринтии было долгое и мирное будущее.

– Конечно. Прости. – Армандо относился к своим обязанностям перед страной очень серьезно.

Роза встала и подошла к окнам. Из апартаментов наследного принца открывался вид на южную лужайку. Крыша знаменитого зверинца оставалась зеленой, но остальная трава пожухла, а клумбы опустели. На другой стороне улицы двое предпринимателей выставили в магазинах коробки с еловыми ветками – по коринтской рождественской традиции. В центре еловых веток располагалась белая свеча. Зеленый цвет олицетворял жизнь, а свеча – благословение на будущее.

Будущее Армандо связано с его невестой.

А что ждет Розу? Вот уже три года они постоянно вместе, как принц и его секретарша, поскольку они оба начинали жить заново без своих супругов. Помогая Армандо, она стала сильнее, ее жизнь обрела смысл. Она сумела вернуть самоуважение, уничтоженное Фредо.

И что теперь? Новая королева наймет новый персонал. Найдется ли для Розы местечко в жизни Армандо?

Она наблюдала, как дербник ищет в траве семена. Бедная птица! Роза невольно сравнила себя с ней.

Хотя она всегда знала, что Армандо однажды женится снова, новость привела ее в замешательство.

Опять же он должен был предупредить ее заранее. Они друзья. Они одна семья. Они держались за руки, стоя у постели ее сестры, и плакали. Боже, она позволила ему отпить кофе из своей чашки…

– Когда ты сделаешь официальное заявление? – спросила Роза. Это должно произойти совсем скоро, если Армандо действительно хочет отвлечь внимание от своей сестры.

Она услышала, как у нее за спиной тихо звякнула чашка, которую он поставил на журнальный столик, но не стала оборачиваться.

– Мы сделаем официальное заявление на Новый год.

Так скоро? У Розы перехватило дыхание. Всего через три с половиной недели ее жизнь навсегда изменится.

– Все в порядке? – спросил Армандо.

– Конечно, – солгала она. – Почему должно быть иначе?

– Это действительно лучшее решение.

– Я знаю. – Ему незачем оправдываться, а у нее нет права расстраиваться.

Эмоции ничего не изменят.

Роза расстроилась. Армандо это понимал, потому что ее голос постоянно менялся. Хотя он этому не удивился. Приняв решение, он думал, будто Роза решит, что он изменяет ее сестре, собираясь жениться во второй раз.

Уставившись ей в спину, он задался вопросом, о чем она думает. Она отлично прячет чувства под непроницаемой маской.

– Если бы был другой способ… – начал он.

– Я знаю.

Да? Знает ли Роза, что половину ночи он взвешивал все варианты? Судьба дала ему шанс полюбить. Он провел четыре замечательных года с женщиной своей мечты. Если цена за эти годы подразумевает одиночество до конца жизни, он на это согласен. Он не возражает. В конце концов, если ему понадобится компаньонка, ею станет Роза. Она лучше любой жены.

К сожалению, для таких людей, как он, личные желания не всегда имели значение. Ответственность для него превыше всего.

Армандо медленно подошел к окну, у которого стояла Роза.

– Коринтия почти готова к празднику, – сказал он, заметив мужчин, устанавливающих елки на улице. – Сегодня вечером в окнах зажгут свечи.

Роза не ответила. Она стояла, крепко сжимая руки за спиной, напряженная и деловитая, словно настоящая королевская служанка. Армандо не нравилось ее поведение. Он предпочитал общаться со спокойной и дерзкой Розой, которая спасла его от горя.

После смерти Кристины он тоже хотел умереть. Роза была единственной, кто прорвался сквозь тьму, заполнившую его душу. По ее словам, она нуждалась в нем, чтобы пережить развод. Конечно, это была ложь. Роза – одна из самых сильных женщин, которых он знал, но он позволил ей думать, будто верит ее оправданию. Помогая ей найти адвоката и место для проживания, он заставил себя жить дальше. Затем, когда она стала его секретаршей, он начал посещать совещания, благотворительные вечера и другие мероприятия, на которых, по настоянию Розы, он должен был присутствовать. Если бы не она, он давно потерялся бы в своем горе.

Вот почему ему необходима сейчас ее поддержка.

– Ты не встречалась с моим дедушкой? – спросил он.

– С королем Дамианом? Нет. – Сердитая, Роза даже не покосилась на Армандо. Конечно, она не знала его деда. Из-за болезни Дамиан оставил трон до рождения Армандо.

– Однажды ночью, за несколько недель до смерти, он поднялся ко мне в комнату и вытащил меня из постели, чтобы я мог видеть, как в окне каждого дома горят свечи. Мне тогда было семь или восемь лет. Центр Коринтии не был таким развитым, как сейчас. Он сказал мне, что все эти свечи олицетворяют надежду жителей Коринтии на будущее. Он прибавил, что однажды я буду нести ответственность за эти свечи и только от меня будет зависеть, станут ли они гореть ярко. Я никогда об этом не забывал. – Слова деда ложились тяжелым грузом на плечи Армандо всякий раз, когда он видел эти белые рождественские свечи.

Обернувшись, он посмотрел на свою свояченицу:

– Отец стареет, Роза. Я не замечал этого до прошлого месяца, когда исчезла Арианна. Он так и не оправился после смерти мамы… – Армандо помолчал, думая о проклятии мужчин Санторо: скорбеть всю жизнь. – По-моему, он хочет уйти в отставку, но боится за будущее страны. Главное, чтобы он знал, что как его преемник я готов сделать все возможное ради счастья народа Коринтии.

– Включая политический брак, – заметила она.

Он пожал плечами:

– Это будет не первый королевский брак ради долга, а не по любви. – В конце концов, Армандо был счастлив в браке четыре года. – Мне было бы приятно знать, что меня поддерживает мой лучший друг.

Часы на камине отсчитывали секунды, пока Армандо ждал ответа Розы. К сожалению, она стояла, опустив глаза в пол, скрывая свои чувства. В этом она похожа на свою сестру. У Кристины были такие же выразительные карие глаза. Однако в остальном женщины были полной противоположностью. Кристина была воплощением страсти, энергии и красоты. Роза была мягче. Если Кристина напоминала яркую звезду, то ее сестра – пламя свечи.

Наконец она расслабила плечи.

– Конечно, я тебя поддерживаю, – сказала она. – Ты знаешь, я никогда не смогу тебе отказать.

Армандо тоже расслабился:

– Я знаю. Это из-за моего шарма.

– Нет, это потому, что ты станешь королем. Если я тебе не подчинюсь, ты отправишь меня в темницу.

– Я серьезно, Роза. Твоя поддержка очень важна для меня. – Думая о том, что не получит ее, он чувствовал, как у него сдавливает грудь.

Она коснулась рукой его предплечья. Согласно королевскому протоколу, было нельзя первой прикасаться к члену королевской семьи, но Армандо и Роза вместе так долго, что пренебрегают правилами. Иногда ее прикосновения его успокаивали. Вот и сейчас кончики ее пальцев убирали напряжение из его мускулов.

– У тебя есть моя поддержка. Правда. Просто я хочу…

– Что?

Она покачала головой:

– Ничего. Я веду себя глупо. Итак, я тебя поддерживаю, Армандо.

– Ладно. – Ему было интересно, о чем она хотела сказать.

Остается надеяться, что она не передумает, когда услышит его следующую просьбу.

Глава 2

– Мне не верится, что ты хочешь, чтобы я присутствовала на встрече с твоим будущим тестем. Разве это допустимо?

Роза твердила об этом со вчерашнего дня. Армандо не упомянул, что султан уже в Коринтии и на следующий день они собираются вместе поужинать.

– А как получилось, что никто не знает о его визите? – спросила она, когда они спустились на лифте на первый этаж. – Он глава государства. Нужно соблюдать протокол.

– С каких это пор ты соблюдаешь протокол? – спросил Армандо.

– Всегда, если это касается членов других королевских семей. Когда он приехал в Коринтию?

– В среду. Омар решил лично следить за строительством курорта. – В этом было главное отличие двух маленьких стран. Королевская семья Елгиерии контролировала в стране абсолютно все, а Армандо и его отец давали своим подданным больше свободы. – До того как мы с ним договоримся, Омар, вероятно, будет несколько раз к нам приезжать.

Роза приуныла:

– С дочерью?

– Я не знаю. – Армандо не часто думал о своей невесте. – Я думаю, она будет приезжать вместе с ним, учитывая все необходимые приготовления.

– Если только свадьба не пройдет в Елгиерии, – едва слышно ответила Роза, придирчиво оглядывая свою обувь.

– Верно. Но мне все равно, где состоится свадьба. – Его интересовали только сам факт свадьбы и безопасное будущее Коринтии.

Двери лифта открылись – Армандо и Роза вышли в охраняемый коридор около подъездной дороги. Седан Розы стоял у тротуара.

– Я все равно не понимаю, зачем мне участвовать в вашей встрече, – произнесла она, когда охранник вышел из машины, чтобы открыть дверцу. – Ты наверняка можешь заключить свое соглашение без меня.

– Это не связано с соглашением, – сказал Армандо. – Я встречаюсь с ним, чтобы обсудить строительство курорта. – И вероятно, чтобы уточнить несколько деталей их вчерашнего телефонного разговора. – Мне нравится, если ты рядом со мной, когда я обсуждаю деловые вопросы.

Армандо подождал, пока охранник закроет дверцу, и они снова уединятся.

– Не говоря уже о том, что ты мой любимый водитель. – Он чувствовал себя очень спокойно, когда Роза была за рулем. Долгое время одна мысль о поездке по дороге приводила его в ужас. Он слышал звук двигателя, и его мозг наводнялся образами искореженного металла автомобиля.

Иногда он размышлял о том, как будет жить без Розы.

– Итак, теперь я твой водитель, – сказала она. – Может, мне надеть кепку?

– Ты хочешь, чтобы я слушал, как ты жалуешься, что кепка испортила тебе прическу? Нет, спасибо.

Роза выбрала для встречи довольно привлекательную одежду. Как обычно, ее каштановые волосы были уложены в строгий пучок. Однако вместо обычной юбки и блузки она надела парчовое платье и жакет. Он был длинным и скрывал ее фигуру. Армандо не нравились ее длинные и громоздкие жакеты.

– Когда ты в последний раз была на свидании? – спросил он.

Повернув голову, Роза прищурилась:

– Что? – Его вопрос был крайне неожиданным.

– Мне интересно, когда ты в последний раз была на свидании.

– Почему ты хочешь это знать?

– Просто так. Просто я не могу вспомнить, чтобы ты недавно упоминала о каком-то мужчине.

– Если я молчу, это не означает, что я ни с кем не встречаюсь. Тебе не приходило в голову, что я просто не делюсь с тобой подробностями своей личной жизни?

– Значит, ты скрытничаешь. – Его раздражала мысль о том, что она встречается с мужчиной. Хотя у такой привлекательной женщины, как Роза, должны быть поклонники.

– На то она и личная жизнь, чтобы о ней молчать.

– Да, но, по-моему, мы с тобой друзья.

Она засмеялась:

– Ты имеешь в виду свое сообщение о повторной женитьбе?

– Я же сказал тебе о ней.

– Ты поставил меня перед фактом.

Он не понимал, что она имеет в виду.

– Ты узнала о ней первой. Я говорил тебе, что мне важна твоя поддержка.

– Прости, я не сдержалась.

– А ты прости меня за то, что лезу не в свои дела. Это было грубо с моей стороны. – Тем не менее Армандо хотел бы знать. Это было скорее желание защитить Розу, чем любопытство. Он хотел убедиться, что на этот раз она выбрала лучшего мужчину. Армандо слышал о ее браке только то, что он закончился неудачно, но довольно хорошо знал Фредо, и тот ему не нравился. Пока Кристина была жива, Фредо и Роза посещали многие официальные мероприятия. Армандо считал Фредо настоящим нарциссом. Он решил, что, вероятно, тот очень романтичен, иначе не понятно, как ему удалось завоевать такую нежную женщину, как Роза.

После развода Роза отказывалась давать интервью о бывшем муже, а это говорило о многом.

– Нет, – произнесла она, вырывая его из размышлений. – Я ни с кем не встречаюсь.

– Вообще? Ну, у тебя наверняка много предложений…

Она снова рассмеялась, но не так язвительно:

– Не так много, как ты думаешь. Я сутками пропадаю на работе.

– Ты намекаешь на то, что тебе необходимо больше свободного времени?

Роза покачала головой:

– Ни в коем случае. По крайней мере, сейчас.

Они выехали на шоссе, где им пришлось выбирать: ехать через горы или по более длинной и извилистой дороге. Армандо улыбнулся, когда Роза выбрала более длинный маршрут. По взаимному согласию, они не ездили через горы уже три года. Он протянул руку и с благодарностью сжал пальцы Розы. Она улыбнулась.

– По правде говоря, – сказала она, когда он убрал руку, – мне неинтересно ходить на свидания. Я по-прежнему пытаюсь лучше узнать саму себя.

Какое странное заявление! Хотя, может быть, не такое уж странное. После смерти Кристины Армандо стал совсем другим человеком. Несомненно, развод изменил Розу.

Кроме того, она потеряла родную сестру. Иногда Армандо забывал о том, что Роза страдала так же, как он.

– Мы друг друга стоим, – размышлял он вслух. – Прошло три года, а мы по-прежнему выживаем без наших супругов… Скажи, что сделал с тобой Фредо? – поинтересовался Армандо. Неужели он ей изменял? Армандо сомневался, что мужчина, женившийся на Розе, захочет ходить налево, но Фредо был негодяем.

Взглянув на Армандо, она перестроилась в другой ряд.

– А кто сказал, что Фредо вообще что-нибудь сделал?

Услышав, что она обороняется, он спросил:

– Разве это не так?

– Что было, то прошло, – только и ответила она. – Мой брак распался. Давай оставим все, как есть.

– Отлично. – Армандо пообещал себе, что в следующий раз обязательно узнает у Розы подробности.

Роза смотрела в зеркало заднего вида, перестраиваясь с полосы на полосу. Зачем они вообще заговорили о Фредо? Ее брак, вернее, участие в нем было самым большим ее позором. Она предпочла бы никогда о нем не вспоминать. Особенно при Армандо, чья боль потери супруги была просто огромной.

По крайней мере, он согласился оставить эту тему.

Сейчас она заново открывала себя. Училась и постепенно узнавала, что, по сути, она очень способная женщина. Как говорил психолог, Роза не должна больше относиться к себе как к объекту жестоких насмешек мужа. Теперь она начинала заново себя любить.

Время от времени память об оскорблениях Фредо преследовала ее, но его голос становился все тише. После смерти Кристины она поняла, что жизнь слишком коротка и не стоит так часто обижаться и расстраиваться. Она когда-то убедила себя, что Фредо единственный, кому она нужна. Теперь Роза понимала, что в мире есть и другие мужчины и она заслужила настоящую любовь. Ей нужен тот, кто полюбит и ее тело, и ее душу. Кто заставит ее сердце трепетать от любви.

Ей хотелось таких же отношений, какие были у Армандо с Кристиной.

Конечно, сейчас Армандо заключит политический брак, но со временем он может полюбить свою жену. Вчера вечером Роза обнаружила в Интернете, что Мона Эль Хальвани – красавица с кожей цвета карамели, статная, восхитительная и совершенная.

Разве Армандо устоит перед идеальной женщиной?

Они выехали за пределы города. Пейзаж начал меняться, все чаще им стали попадаться каменные фермы. В домах, на подоконниках можно было разглядеть еловые ветки с белыми свечами.

Роза вдруг подумала о том, что Армандо несет ответственность за свет в окне каждого жителя Коринтии. Он рос, осознавая ответственность за свой народ. Ей вдруг захотелось остановиться, обнять его и объявить, что она поможет ему в его нелегком деле.

Хотя ее слова вряд ли что-то изменят. Утешать и поддерживать его станет будущая жена. А ей придется уже сейчас привыкать к новой иерархии и просто выполнять свою работу.

Через час Роза и Армандо прибыли к Черулиан-Тайэрс – роскошному многоэтажному зданию, в котором располагался концерн по развитию Елгиерии.

Султан ждал их в своих апартаментах в пент-хаусе. Высокий и очень красивый. Он обнял Армандо.

– Я ждал этого момента после нашего вчерашнего телефонного разговора, – произнес он, хлопая Армандо по спине. – Я так рад, что наши семьи навечно объединятся.

Роза сдержала смешок, наблюдая за Армандо, который тут же растерялся и густо покраснел.

– Вы оказываете мне честь, Омар.

– Наоборот, это вы оказываете честь моей семье, беря в невесты Мону. Ваш союз положит начало долгому и плодотворному союзу наших стран.

– Ваш энтузиазм меня смущает, – ответил Армандо. – Кстати, мой отец передает вам привет.

– Пожалуйста, поблагодарите его и скажите, что я с нетерпением жду дня, когда мы с ним выпьем за рождение нашего внука.

Роза затаила дыхание и кашлянула, когда к ее горлу подступил ком.

– Вы помните мою секретаршу, Розу Ламберти? – Армандо указал на нее.

Роза начала кланяться, когда султан схватил ее за руки. По-видимому, его энтузиазм распространялся не только на Армандо.

– Конечно! Мужчина никогда не забудет красивую женщину. Особенно ту, чье лицо прекраснее любых цветов. – Султан поцеловал ее пальцы, и Армандо кашлянул.

Роза подождала, когда король отвернется, и одарила Армандо ухмылкой.

Султан провел их в столовую. Стол был украшен композициями из цветов, которые росли в Коринтии и Елгиерии. В букетах были жасмин и гвоздика – официальные символы стран.

– Я приглашаю вас на деловой обед, – пояснил король Омар. – Чтобы переговоры прошли эффективнее.

Все зависит от того, что считать эффективным, подумала Роза, считая количество серебряных вилок и ножей у своей тарелки. После такого обеда ей всю следующую неделю придется питаться только салатными листьями.

– Я сожалею, что Мона не смогла к нам присоединиться, – сказал король, когда официанты подали густой пряный суп. – Я звонил ей и спросил, сможет ли она прилететь сюда сегодня утром, но, к сожалению, она сейчас не в состоянии путешествовать.

– Ей нездоровится? – Армандо нахмурился.

– У нее грипп, – ответил король Омар. – Она заболела во время одного из визитов в нашу местную больницу.

– Она посещает больницы? – спросила Роза.

– Она много времени уделяет детским благотворительным организациям. Она недавно получила диплом детского психолога.

– Это впечатляет, – произнес Армандо.

– Наша семья серьезно относится к своим государственным обязанностям. Мы понимаем, что с властью приходит ответственность. Я должен сказать, что из всех моих детей Мона самый ответственный человек.

У Армандо будет умная, щедрая и красивая жена. Почувствовав изжогу, Роза потянулась к бокалу с водой. Пусть она рассуждает цинично, но ей кажется, что Мона слишком хороша, чтобы быть правдой. Судя по блеску в глазах Армандо, он был под впечатлением.

– Приятно это слышать, – произнес он, – так как наша семья крайне заинтересована в социальной реформе. К сожалению, хотя Коринтия красивая страна, у нее много проблем. У нас такие же проблемы, как у любой страны мира: болезни, наркотики, насилие. В настоящее время мы очень стараемся остановить домашнее насилие.

– Интересно, – ответил король Омар. – А как?

– У островной страны свои недостатки, – сказал Армандо. – Если женщины, подвергшиеся насилию, не могут купить авиабилеты себе и своим детям, они часто чувствуют себя в ловушке. Трудно начать жизнь заново, если приходится постоянно оглядываться с опаской.

Омар спросил:

– А их защищают какие-нибудь законы?

– Да, но существующих законов не всегда достаточно, – сказала Роза.

Судя по тому, как король округлил глаза от удивления, он явно не ожидал, что она будет высказываться раньше Армандо, но Роза не могла сдержаться.

– Многие из наших деревень небольшие, в них живут несколько поколений семей, – объяснил Армандо. – Женщины часто боятся обращаться к властям из-за связей своих мужей.

– Я понимаю, – ответил Омар. – Вы сказали, что работаете над этой проблемой. Как?

– За последние пару лет мы разработали ряд мероприятий. Но больше всего мы гордимся программой, названной «Дом Кристины», по условиям которой женщины, подвергшиеся насилию, получают кров.

Король Омар нахмурился:

– Вы построили для них безопасный приют?

– Да, хотя мы предпочитаем называть его «временным домом». В нем мы обучаем женщин, оказываем им юридические услуги и помогаем начать все сначала. На данный момент работает только один дом, но мы надеемся открыть еще два-три.

Официанты подали слоеные пирожки с зеленым салатом и жареным перцем. Султан попробовал пирожок и произнес:

– Интересное название, «Дом Кристины». Он назван так в память о вашей покойной жене?

Взгляд Армандо потух.

– Да. Она очень беспокоилась о благополучии нашего народа. Назвать эту программу в память о ней предложила Роза. Она, как и ее сестра, помогает людям.

Роза спокойно принимала многие комплименты Армандо, но сегодня у нее от волнения засосало под ложечкой.

– Моя сестра была человеком действий, – сказала Роза. Только после смерти Кристины она нашла в себе мужество сделать хоть что-нибудь, чтобы изменить собственную жизнь.

Роза глотнула воды, потому что пересохло в горле. Она ощущала, что султан рассматривает ее.

– Моя дочь определенно захочет заниматься этим проектом. Скольким семьям вы помогли? – спросил он.

– Слишком многим, их невозможно сосчитать, – ответил Армандо. – Некоторые женщины оставались в доме на одну-две ночи, а потом уезжали в Европу, другие жили там дольше. Сейчас самое загруженное время года, поэтому мы хотели убедиться, что никакие обстоятельства не помешают детям наслаждаться праздниками. Мы ежегодно устраиваем рождественскую вечеринку для жителей дома, угощаем их ужином и делаем подарки.

– А еще мы собираем деньги на благотворительные цели, – прибавила Роза. – Праздник из «Дома Кристины» транслируется на всю страну и быстро становится традицией. – Хотя Роза стыдилась собственного поведения, она очень гордилась наследием своей сестры. Она и Армандо допоздна работали над этой программой помощи, что позволяло им на время забыть об одиночестве.

– Я уверен, Мона захочет работать над этой программой, – произнес король Омар, отвлекая Розу от размышлений. – Для нее будет большая честь, если вы позволите ей помочь вам расширить работу, начатую еще вашей первой женой.

Роза подумала, что Армандо никому этого не позволит. «Дом Кристины» – священный проект, и он не допустит к нему постороннего человека.

Она посмотрела на Армандо через стол, ожидая увидеть его успокаивающий взгляд. Вместо этого он сделал очень большой глоток воды.

– Народ Коринтии будет рад ее участию, – сказал он наконец и посмотрел на Розу с немыми извинениями.

У нее пропал аппетит.

– Султан загнал меня в угол, – произнес Армандо, когда они спускались на лифте. – Я оскорбил бы его, если бы ответил иначе.

Роза молчала. Она не желала признавать, что Армандо прав. Король Омар практически заставил Армандо сойтись с его дочерью. Но от этого Розе не стало легче.

«Дом Кристины» – ее идея почтить память сестры. Только она и Армандо распределяли бюджет организации и искали крупных инвесторов. Непонятно, почему король Омар думает, что его дочь может вот так просто стать деловым партнером Армандо.

Но ведь Мона станет его женой. В следующем году в это самое время именно Мона будет помогать Армандо. Она станет составлять план вечеринки в его тускло освещенном кабинете, пока он будет снимать пиджак и галстук. Она позволит ему отпить из ее чашки…

– Очевидно, король считает, что щедрость его дочери меня впечатлит, – ответил Армандо. Поправляя пиджак, он не заметил, как скривилась Роза.

– Разве это плохо? – уточнила она.

– А разве хорошо петь дифирамбы своей дочери? – Он потянул манжету рубашки. – Возможно. Приятно осознавать, что будущая королева отлично понимает свои обязанности. Хотя сейчас король Омар пытается выставить ее в самом выгодном свете. Как какой-то товар.

– По-твоему, он преувеличивает? – Розе стало стыдно оттого, что она разволновалась от подобной перспективы.

Армандо покачал головой:

– О нет. Всем известно, что Эль Хальвани много занимаются социальными проектами. Это одна из самых прогрессивных правящих семей региона.

Вне сомнения, эта таинственная Мона очень постарается ради улучшения жизни людей в Коринтии, в том числе помогая «Дому Кристины». В следующем году она будет работать рядом с Армандо. А Роза останется в стороне.

Розе вдруг стало нехорошо.

– Ты плохо себя чувствуешь? – спросил Армандо. – Ты очень бледная.

– Слишком много острой пищи. Мой желудок не был готов к такому экзотическому обеду.

– Ты уверена, что это все? – Он повернулся в ее сторону.

Роза ненавидела, когда Армандо смотрел на нее так, словно читал ее мысли. Она практически чувствовала, как взгляд его синих глаз проникает в ее сознание.

– Я…

Двери лифта открылись, спасая ее от необходимости отвечать. Она быстро вышла в коридор.

– Что еще со мной может быть? – сказала Роза. – Разве у женщины не может разболеться живот от острой пищи?

– Может. И еще она может обижаться.

Она не знала, как отвечать, чтобы не показаться ревнивицей.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– По-моему, ты все понимаешь. – Армандо схватил ее за запястье, заставляя остановиться.

В фойе располагался фонтан с небольшим мраморным херувимом. Армандо потянул Розу к краю фонтана и присел на скамью.

– Нам надо поговорить, – произнес он, усаживая Розу рядом с собой. – Я знаю, почему ты расстроилась.

– Да? – Роза сомневалась, что он ее понимает. Ей самой невдомек, почему она так бурно отреагировала.

Они сидели очень близко друг к другу, и она ощущала тепло тела Армандо. Подняв глаза, она встретилась с ним взглядом.

– «Дом Кристины», – сказал он. – Ты волнуешься из-за того, что произойдет, когда Мона будет участвовать в его работе?

Возможно, он в конце концов понял, что происходит.

– Просто мы с тобой так упорно работали и создавали Дом вместе…

– Именно поэтому я хочу, чтобы ты знала: я понимаю тебя, и я обещаю… – Роза ахнула, когда он обхватил руками ее лицо. – Я никому не позволю забрать у тебя наследие твоей сестры.

Роза улыбнулась ему. Когда он улыбнулся в ответ, она испытала странное чувство.

– Хорошо, – произнес Армандо. – Я рад. Ты знаешь, что мне очень не хотелось бы тебя расстраивать.

Его улыбка смягчилась, когда он провел большими пальцами по скулам Розы.

– Без тебя я бы не выжил, ты это знаешь.

Опустив руки, Армандо поднялся.

– Теперь, когда все выяснилось, ты готова ехать? – спросил он.

– Безусловно, – ответила Роза.

Глава 3

Задумывая «Дом Кристины», Роза и Армандо хотели создать место, которое понравилось бы покойной принцессе. Приют располагался в просторной каменной вилле в конце закрытой дороги. Жители Дома тщательно охранялись. Вокруг располагались лужайки и сады, в которых резвились дети.

В этом году для рождественской вечеринки, благодаря стараниям местных предпринимателей и дизайнеров, желающих заработать королевское расположение, центральную столовую превратили в настоящую зимнюю сказку. Помимо традиционных зелено-красных коринтских украшений на стенах были развешаны еловые ветки, припорошенные искусственным снегом, и анимированные снеговики с датчиками движения. Крытый спортивный зал оформили в виде ледяного замка. Весь вечер дети хохотали, носясь по искусственному льду и топча искусственный снег.

Роза стояла в дальнем конце зала у перегородки, ведущей в коридор. Рядом с ней располагалось очень большое окно с видом на заснеженные горы, в том числе на горы Корньер, извилистая дорога которых стала роковой для Кристины.

Розе стало интересно, о чем подумала бы Кристина, узнав, что ее старшая сестра последние несколько дней с тревогой думает об Армандо. Казалось, будто кто-то щелкнул выключателем, и Роза стала замечать то, чего не замечала раньше. Например, как красиво Армандо сжимает шариковую ручку тонкими пальцами или какая совершенная форма у его верхней губы. Хуже того, разглядывая Армандо, Роза испытывала странный трепет. Она не понимала, почему ее вдруг так потянуло к нему.

– В следующем году мы наймем актера. – Объект ее размышлений выглянул из-за перегородки. Роза старалась не заострять внимание на том, что на Армандо была только белая футболка. – Я подпишу указ.

– В прошлом году ты говорил то же самое, – ответила она.

– Да, но в этом году я твердо решил.

– Ты и в прошлом году так говорил. – А также годом ранее, когда «Дом Кристины» еще строился, и семьи размещались в коринтском отеле. – Тебе же нравится наряжаться Санта-Клаусом. – Во время общения с детьми Армандо выглядел по-настоящему расслабленным.

Армандо пробормотал что-то невразумительное.

– Что? – прошептала она.

– Я сказал, чтобы в следующем году ты по крайней мере нашла мне более приличную бороду. От этой у меня чешется лицо.

– Да, ваше высочество.

– Осторожнее. Если будешь надо мной насмехаться, Санта-Клаус ничего тебе не подарит, как непослушной девочке.

– Непослушные девочки всегда получают хорошие подарки.

– Откуда ты знаешь? Вы о чем-то умалчиваете, синьора Роза?

– Не скажу. – Роза немедленно стиснула зубы. Она не знала, что ужаснуло ее сильнее: трепет, который вызвал его вопрос, или собственное кокетство. Она притворилась, что разглядывает циферблат своих часов. – Ты готов? По-моему, обитатели Дома начинают нервничать.

– Я думал, Арианна и Макс за ними присматривают. – Сестра Армандо и ее жених впервые официально появились на вечеринке. Принцесса играла рождественские песенки на фортепиано, а ее жених руководил пением. Он уже очаровал всех своим внешним видом кинозвезды и отсутствием музыкального слуха.

– Присматривают, – сказала Роза. – Но внимание детей трудно удержать долго. Особенно если они объелись тортов и мороженого.

– Рождественский торт вкусный?

– Аппетитный, – ответила Роза, надеясь, что он не заметит, как изменился ее голос. Дело в том, что она вместо того, чтобы пробовать торт, наблюдала, как Армандо слизывает глазурь с вилки.

Разговор прервал подошедший к ним будущий принц Макс.

– Меня спрашивают, когда придет Санта, – сказал он. – У нас закончились рождественские песенки. Если он не придет в ближайшее время, я запою что-нибудь неприличное.

– Пожалуйста, только не это, – произнесла Роза, заглянула за перегородку, и ее лицо оказалось в нескольких дюймах от бородатого лица Армандо.

– Санта-Клаус уже здесь. – Он усмехнулся. – Готовы узнать, кто заслужил подарки в этом году? Может, мне начать с вас, непослушная синьора Роза?

Жаль, что она не надела бороду, которая скрыла бы ее раскрасневшиеся щеки. Опустив глаза, Роза принялась старательно расправлять край белого свитера.

– Я уверена, в списке непослушных есть гораздо более интересные люди, чем я, – сказала она. – К тому же не надо заставлять детей так долго ждать подарков. Иначе они взбунтуются.

Словно подтверждая ее точку зрения, за перегородку заглянул мальчишка в красной шапочке и крикнул:

– Санта-Клаус! Он здесь!

Через полсекунды остальные дети начали аплодировать, вызывая Санта-Клауса. Матерям пришлось отвести своих детей в сторону, чтобы они не разнесли перегородку.

– Мне пора, – прошептал Армандо, вышел к детям и тут же вжился в сказочный образ. – Хо-хо-хо! – крикнул он. – С Новым годом! Мой помощник сказал мне, что здесь есть послушные мальчики и девочки. Это правда?

– Да! – хором завизжали дети, что есть мочи.

– Замечательно. Потому что у меня в мешке полно игрушек специально для них.

Кто-то притащил маленький складной стул, и Армандо горделиво уселся на него, как на трон.

– Итак. – Он полез в бархатный мешок, который принес с собой. – Кто первый?

Услышав коллективное «я», Армандо громко расхохотался.

У Розы потеплело на душе. Она знала с самого начала, что, играя Санта-Клауса, Армандо забудет о своем горе. Но она постоянно удивлялась, как хорошо удавалась ему эта роль. Он старался поговорить с каждым ребенком по-особенному. Из него получился бы замечательный отец.

Однажды у них с Моной родятся дети. Красивые наследники престола. Роза почувствовала укол зависти, и ее настроение резко ухудшилось.

Макс принес два бумажных стаканчика с кофе.

– Я часто думал, чем Санта-Клаус отличается от Деда Мороза? Теперь понимаю, что Санта просто менее спортивен, вот и вся разница, – сказал он и кивнул на Армандо, который дразнил девочку плюшевым кроликом. – Я чувствую себя обманутым.

– У нас в Коринтии есть традиционный персонаж – Бефана.

– Кто это?

– Итальянская ведьма.

Уголки губ Макса поползли вниз.

– Ведьма на Рождество?

– Она больше похожа на обычную старуху, которая приносит угощение.

– В этом случае я чувствую себя лучше. – Он протянул Розе стаканчик с кофе. – Оказывается, женитьба на принцессе дает определенные преимущества. Я попросил эспрессо, и мне дали две порции.

– Спасибо. А где Арианна?

– Она отдыхает в задней комнате, – ответил он. – От игры на фортепиано у нее разболелась поясница.

– Она должна была что-нибудь сказать детям.

– Вы шутите? Арианна забывает обо всем, когда играет на фортепиано. Она получает от этого столько удовольствия. – Ребенок в центре зала радостно взвизгнул. – Похоже, им тоже весело.

– Кому? Детям или принцу Армандо?

– И ему, и детям. По-моему, я впервые вижу, как брат Арианны искренне улыбается. Хотя я знаю его около недели, поэтому могу неверно судить.

– Нет, вы правы, – ответила Роза, думая о прозвище, которое принцу дали в СМИ. – Принц Армандо обычно не проявляет эмоций на людях. Сегодня, безусловно, один из редких моментов, когда он действительно позволяет себе расслабиться и наслаждаться моментом.

– Трудно оставаться грустным рядом с детьми, – прибавила Роза, когда Армандо взял на руки очередного малыша. – Жаль, что некоторые мужчины ведут себя отвратительно со своими женами и детьми. Если бы не они, нам не пришлось бы открывать «Дом Кристины». И жены этих мужчин чувствуют себя людьми второго сорта просто потому, что они несовершенны или имеют лишний вес.

– Я об этом знаю не понаслышке, – с горечью сказал Макс. – Мой отец был счастлив только тогда, когда прикладывался к бутылке. Или колотил мою мать.

Роза вздрогнула:

– Кое-кто тиранит своих близких, чтобы чувствовать себя лучше.

– Вы говорите по опыту?

– Отчасти.

Макс посмотрел на нее поверх стаканчика:

– Ваш отец заставлял вас искать пятый угол? Простите за такое выражение.

– Нет, это был мой бывший муж. – Как правило, она старалась не говорить о Фредо. Особенно здесь, в приюте, где находились женщины, пострадавшие сильнее ее. – И вы использовали очень удачное описание.

– Мне жаль.

Роза уставилась на свой нетронутый эспрессо, радуясь, что Макс не задает уточняющих вопросов.

– Мне тоже, – ответила она. – Но, по крайней мере, когда я наконец набралась смелости, чтобы уйти от него, мне было к кому обратиться. Я не уверена, как поступила бы в противном случае. – Скорее всего, она осталась бы с Фредо, сильнее растолстела и окончательно разуверилась в своих силах.

– Получается, «Дом Кристины» для вас – это не просто память о сестре, – сказал Макс.

– Моя сестра первой заявила о том, что в стране необходимы подобные приюты, – произнесла Роза. Кроме того, она пришла бы в ужас, если бы узнала правду о браке Розы. – Но вы правы. Если я, довольно близкий королю человек, с трудом набралась смелости, чтобы бросить мужа, то не представляю, как это делают женщины, не имеющие вообще никакой поддержки.

Макс натянуто улыбнулся. Он понимал Розу, которая явно не желала развивать эту тему.

– Но вы все-таки ушли от мужа. И это важнее всего.

К большому облегчению Розы, он смял бумажный стаканчик и бросил его в ближайшую урну, заканчивая разговор.

– Я пойду и проверю, отдыхает ли Арианна. Ее совсем недавно перестало тошнить по утрам, и я не хочу, чтобы она перетруждалась.

– Если она пошла в своего брата, то ей суждено стать трудоголиком, – ответила Роза. – Когда Санторо берут на себя обязательства, они выполняют их на сто десять процентов. Это у них в крови.

– Верно. Из-за этого я чуть не потерял Арианну, – произнес Макс. – Надеюсь, я заставлю ее отдыхать. Пожелайте мне удачи.

– Удачи! – Роза подождала, пока Макс уйдет, и ее улыбка померкла. Разговор о Фредо ее расстроил.

– Это правда? – послышался знакомый голос. Армандо стоял у нее за спиной, по-прежнему в костюме Санта-Клауса. Его глаза сверкали, как голубые стеклышки, на фоне накладной белой бороды. – То, что ты сказала Максу о Фредо, правда?

Проклятье. Интересно, что именно он услышал? Роза старательно избегала его взгляда, в котором читались вопросы и жалость. Она не понимала, как будет смотреть на Армандо каждый день, если он станет относиться к ней как к жертве.

– Я хочу еще торта, – объявила она, не желая говорить о Фредо прямо сейчас.

– Роза, подожди. – Он погнался за ней и схватил за руку, когда она подошла к столу с угощениями.

– Армандо, – резко прошептала Роза, – ты забыл о детях.

* * *

Армандо оглянулся, увидел нескольких наблюдающих за ними малышей и отпустил руку Розы.

– Почему ты мне не сказала? – спросил он.

– Потому что… – Она не договорила. Тоска в ее глазах была красноречивее слов, и Армандо показалось, что земля уходит у него из-под ног. – Это в прошлом. Какое это теперь имеет значение?

Для него это было важно. Если бы он обо всем знал, то сделал бы что-нибудь, чтобы ей помочь.

Армандо подумал о ночах, когда они обсуждали открытие приюта. Он решил, что Роза хочет почтить память сестры, но он ошибся. Пока он расточал сочувствие женщинам, нуждающимся в помощи, Роза ни слова не сказала о себе. Как долго она страдала? Почему ни он, ни Кристина ничего не заметили? Или они были так увлечены собой, что не обращали внимания вообще ни на кого?

Возможно, Роза скрывала от них правду намеренно. У него скрутило живот при мысли о том, чего ей стоило оставить своего мужа.

Армандо долго и внимательно смотрел на женщину, которую называл своей правой рукой последние три года. Она выглядела как обычно, но ему казалось, будто он видит ее впервые. Чего еще он не знает о ней?

Внезапно ему захотелось уйти с вечеринки и поговорить с Розой наедине. У него к ней так много вопросов. Прежде чем понял, что делает, он снова взял ее за руку. Во взгляде Розы вновь читалась тоска.

– Армандо?… – умоляющим тоном произнесла она.

Ладно. Он не будет расспрашивать ее прямо сейчас. Однако их разговор не окончен. У него осталось слишком много вопросов. И он слишком злится на себя, чтобы оставить эту тему.

– Просто ответь на один вопрос, – попросил он. – Кристина об этом знала?

Роза покачала головой:

– Нет.

Странно, но Армандо почувствовал облегчение. Он не представлял, как бы он отреагировал, если бы выяснилось, что Кристина обо всем знала. Получается, Роза страдала молча. Если бы он только догадывался…

Кто-то дернул его за полу куртки:

– Санта-Клаус! Санта-Клаус! Санта-Клаус!

Черт бы побрал этот костюм! Сдерживая вздох,

Армандо посмотрел вниз и увидел девочку с двумя светлыми косичками и карими глазищами, которая смотрела на него снизу вверх. Армандо запомнил, что ее зовут Даниэла, ей пять лет и она получила в подарок игрушечный цирк. Она держала в руке комплект пластиковых слонов.

– Хо-хо-хо, Даниэла! Ты пытаешься получить от меня еще один подарок? – спросил Армандо, надеясь, что говорит беззаботно.

Маленькая девочка покачала головой.

– Ты стоишь под омелой, – сказала она.

Подняв голову, он увидел ветку с белыми ягодами, свисающими с потолка.

– Ты хочешь, чтобы Дед Мороз по традиции тебя поцеловал?

Даниэла снова покачала головой:

– Ты должен поцеловать ее. – Она указала ему за спину.

Армандо медленно повернулся к Розе, которую по-прежнему держал за руку.

Он посмотрел на ее губы, и у него замерло сердце. Он ни разу не целовал женщину после смерти Кристины.

Тем временем дети постарше, стоящие у стола с угощениями, поняли, что происходит, и стали распевать: «Дед Мороз под омелой!»

Маленькие дьяволята! Многие дети были достаточно взрослыми и понимали, что в костюме Деда Мороза к ним пришел наследный принц. Он оглянулся на Даниэлу.

– По-моему, я должен поцеловать того, кто увидел меня стоящим под омелой, – произнес он.

– Нет. Это должна быть она. Она стоит с тобой под омелой.

– Поцелуй ее! Поцелуй ее! – нараспев закричали остальные дети.

Какие невоспитанные создания!

– Санта должен возвращаться в свой дом, – сказала Роза, на ее лице читался ужас.

Армандо обиделся и задался вопросом, неужели мысль о поцелуе с ним так сильно ее напугала.

– Даниэла права, синьора, – сказал он. – Традиция есть традиция. Вы же не хотите ее нарушать, верно?

– Я-я полагаю, нет. – Роза посмотрела себе под ноги.

Он заметил, что у нее очень длинные ресницы, напоминающие маленькие черные веера.

– Ладно. – Это будет только один короткий поцелуй. Завтра утром они будут говорить о том, как им обоим было неловко.

Держа Розу за руку, Армандо обнял ее за талию и притянул к себе. Обняв ее, он почувствовал, какое мягкое и соблазнительное у нее тело. Ему вдруг захотелось опустить руку ниже ее поясницы. Он уставился на ее губы, и у него пересохло в горле. Роза облизнула полную нижнюю губу.

– Поцелуй ее! Поцелуй ее! – кричали дети.

Армандо опустил голову.

Поцелуй длился пять секунд. Армандо отошел в сторону и увидел, что щеки Розы стали ярко-розовыми.

Его губы покалывало от поцелуя.

Он не знал, что сказать.

– Я…

– Мороженое! – отрезала Роза. – Я-я имею в виду, мы должны попробовать мороженое. – Она повернулась и поспешила на кухню.

– Роза, подожди! – крикнул он ей вслед, но она, не обернувшись, исчезла за закрытыми дверями.

– Ты в порядке, Дед Мороз? – спросила Даниэла, от волнения округлив глаза.

– Хороший вопрос, Даниэла. – Посмотрев на кухонную дверь, Армандо облизнул губы и почувствовал слабый аромат эспрессо.

Глава 4

Планируя свою работу согласно рабочему графику Армандо, Роза избегала встреч с ним почти всю следующую неделю. Она трусила и хотела побыть одна, потому что очень бурно отреагировала на поцелуй Армандо.

Едва ли это был настоящий поцелуй. Легкое касание губами, стоя под омелой. Тем не менее Роза помнила каждую деталь: вкус его губ, его мятное дыхание, прикосновение его накладной бороды, которая уколола ей подбородок.

Она провела пальцем по губам. Судя по всему, она не скоро успокоится.

Она чувствовала себя неловко и странно после того, как заинтересовалась Армандо как мужчиной. Роза предполагала, что новость о его женитьбе заставила ее подсознание проснуться. Иначе отчего ее душа наполняется ревностью каждый раз, когда она думает об этом? Она хотела, чтобы Армандо женился. Ну, по крайней мере, она убеждала себя в этом. Поэтому она не желала обдумывать другую причину своей реакции.

Что касается Армандо, то поцелуй его явно не взволновал. Утром он оставил Розе записку, сообщая, что Мона будет на концерте в «Доме Кристины» в пятницу вечером. Придя на концерт в память покойной жены с Моной, Армандо покажет жителям Коринтии, что он готов жить дальше.

Ударив кулаком по подлокотнику кресла, Роза откинулась назад и еще раз просмотрела утреннюю газету. В верхнем левом углу находилась фотография Моны, а под ней заголовок: «Наша новая принцесса?» Небольшая статья на внутренней странице сообщала о том, что Армандо очень сблизился с королевской семьей Елгиерии и в ближайшее время объявит о своем предстоящем браке.

– Вчера вечером нам тебя не хватало. – Принцесса Арианна вошла в кабинет без предупреждения. Она была одета довольно небрежно – в простую черную юбку и розовую шелковую блузку навыпуск. – Тебя не было на зажжении елки, – прибавила она.

Зажжение елки королем Карлосом в большом зале дворца символизировало официальное начало праздников в Коринтии. До вчерашнего вечера Роза ежегодно участвовала в этом событии. После вечеринки в «Доме Кристины» зажжение дворцовой елки было главной традицией.

– Я сожалею, – сказала Роза. – У меня было очень много работы.

– Странно, но Армандо не упомянул, где ты работаешь. На самом деле он выглядел так, словно не знает, где ты.

Однако он ее не искал.

– Я работала дома, – ответила Роза. – Армандо не знал об этом.

– Да?

Роза старалась никак не реагировать, когда принцесса оглядела ее аккуратный письменный стол.

– Может быть, ему следовало тебе помочь. Несправедливо, что ты так много работаешь и вынуждена пропускать коринтскую традицию.

– В этом нет необходимости. Я уже все сделала.

– Я рада это слышать, – ответила Арианна. – Иначе я бы прикончила Армандо за то, что он так тебя загружает. На следующей неделе ты должна праздновать вместе с нами. Кстати, ты будешь на репетиции моего свадебного ужина?

– А я обязательно должна там быть? – Ужин был частным мероприятием для членов королевской семьи и высокопоставленных лиц перед началом официальной свадебной церемонии.

– Конечно, – ответила Арианна. – Ты же член семьи. Ты играешь важную роль в жизни Армандо. Твое присутствие важно для всех нас.

– Как я могу после этого отказаться? – К горлу Розы подступил ком. Давным-давно никто не говорил ей, что она кому-то важна. И хотя ей не хотелось весь вечер наблюдать, как Армандо общается с Моной, она мило и искренне улыбнулась принцессе.

Кроме того, ей рано или поздно придется столкнуться с Армандо и Моной. Вероятно, увидев их вместе, она выбросит из головы ненужные мысли.

Арианна шире растянула губы в улыбке:

– Я так рада. Из Нью-Йорка приезжает лучший друг Макса, и я не могу дождаться, когда вы с ним познакомитесь. Не из романтических соображений, – прибавила она, когда Роза начала протестовать. – По-моему, ему просто нужна партнерша для ужина, чтобы не сильно волноваться. – Она присела на край стола Розы и посмотрела газету. – Новая принцесса? Интересно, почему они так решили?

– Я прочла статью, – сказала Роза. – В ней одни предположения.

Арианна выгнула бровь:

– Твою наивность я объясню тем, что сегодня ты выпила недостаточно кофе. После смерти Кристины Армандо ни с кем не встречается, а в прессе строят предположения насчет конкретной женщины, на которой он якобы женится. Это не просто так. Кто-то сливает журналистам информацию. Единственный вопрос: кто это делает – Армандо или король Омар? Я думаю, это Армандо.

Роза была озадачена. Слова принцессы Арианны имеют смысл, но Роза предполагала, что утечка информации, скорее всего, идет от короля Омара.

– Зачем его высочеству рассказывать о своей личной жизни?

– Я просто знаю, как думает мой старший брат. Я начала показываться на людях. Многие заметят, что я забеременела задолго до знакомства с Максом. – Она мягко улыбнулась, поглаживая живот, и посмотрела на фотографию в газете. – Армандо решил отвлечь от меня внимание.

Логично. В конце концов, он решил жениться, чтобы предотвратить скандал. Почему бы не подготовить заманчивую сплетню для желтой прессы?

– Он старается хорошо справляться со своими обязанностями, – сказала Роза.

– Армандо есть Армандо. Коринтия и семья для него превыше всего.

Он ответствен за свет в каждом окне.

– Он очень серьезно относится к своим обязанностям, – произнесла Роза.

– Так было всегда, – сказала Арианна. – Хотя последнюю пару лет он стал упрямее. Иногда я думаю, он решил, что если сам не может быть счастлив, то сделает счастливым каждого жителя Коринтии.

Сердце Розы сжалось. Она не знала, что беспокоило ее сильнее: любовь Армандо к покойной жене или его активная деятельность.

– А что ты скажешь?

Только через секунду Роза поняла, что принцесса имеет в виду Мону. Сглотнув кислый привкус во рту, она ответила:

– Я не знаю.

– Ой. Не притворяйся, Роза. Из тебя плохая актриса.

– Но я действительно не знаю, – искренне произнесла Роза. – Я с ней не знакома. Хотя она очень красивая. И ее отец, конечно, отзывался о ней очень лестно.

– Отцы всегда так делают, – ответила Арианна. – Например, мой отец говорил, что я чистейшее создание в мире. – Она дерзко усмехнулась и показала на свой чуть округлившийся живот. – Я лучше подожду встречи с этой женщиной, чтобы понять, достойна ли она похвал. Армандо говорит, что сегодня вечером она будет на концерте.

– Да. Она приедет после обеда. – Роза пыталась выяснить, почему Мона не приезжала раньше.

– Тебе это не нравится?

– Что? – Роза в самом деле отвратительная актриса.

– Не беспокойся, – сказала Арианна. – Я тебя понимаю. Это концерт в память твоей сестры, а Армандо явится на него со своей будущей женой.

– Нет, дело не в этом. – Все почему-то сразу говорили о ее преданности памяти Кристины. Армандо думал то же самое по поводу вечеринки в приюте. На самом деле причина была другой.

– А в чем тогда дело?

Роза открыла рот, потом сомкнула губы. Что она может ответить? Она не готова сказать правду сестре Армандо о том, что мучается от ревности и неловкости.

К счастью, зазвонил телефон. Ответив на звонок, Роза округлила глаза.

– Звонил секретарь короля Омара, – сказала она, повесив трубку. – По-видимому, его дочь еще не оправилась от гриппа и не может летать на самолетах.

– Значит, ее не будет сегодня вечером?

– Боюсь, что нет. – Роза немного воодушевилась.

– Армандо разочаруется, – заметила Арианна.

– Да. Я полагаю, он разочаруется. – Он, несомненно, хотел появиться с Моной перед своими подданными.

– Кстати, а где мой дорогой брат? – спросила Арианна. – Я пришла поговорить с ним. По слухам, в бюджете выделили меньше средств на развитие искусства.

– Согласно записке, которую он оставил на моем столе, он в бассейне.

– В самом деле? Макс тоже сейчас в бассейне. – Принцесса спрыгнула со стола с удивительной для беременной женщины резвостью. – Я собиралась к нему после того, как переговорю с Армандо. Пойдем к ним вместе, и ты сообщишь Армандо о том, что Мона не приедет.

Радость от перспективы увидеть Армандо в бассейне сменилась дрожью, как только Роза представила, что обнаженный и мускулистый принц вылезает из воды, словно модель в рекламе мужского одеколона.

– Я лучше отправлю ему сообщение, – начала Роза.

– Какая глупость! Он вряд ли будет проверять свой телефон. Пошли со мной.

Сдержав вздох, Роза поднялась с кресла. Возможно, ей повезет, и Армандо останется в воде во время их разговора.

Огромный бассейн был построен в бывшей оранжерее на краю дворцового сада в середине двадцатого века. Когда дети были младше, король Карлос приказал переделать бассейн в настоящий райский уголок с цветами и успокаивающими фонтанами с проточной водой. Бамбук и гибискус служили не просто украшениями – они образовывали лиственную перегородку, позволяя королевской семье отдохнуть в тишине в отдельной комнате. Роза знала, что Армандо любит здесь бывать.

Розу окутал горячий влажный воздух, когда она открыла дверь в бассейн. Ее одежда намокла и прилипла к телу.

Ее внимание привлекли крики Армандо и Макса.

– Похоже, они плавают наперегонки, – заметила Роза.

– Конечно. Они же мужчины, – ответила принцесса и поправила блузку, прилипшую к коже. – Я ни разу не видела, как Макс плавает. Я не знала, что он такой хороший пловец.

Макс плавал определенно быстрее Армандо, но у принца была лучше техника плавания. Его загорелые плечи ритмично поднимались из воды, словно поршни. Роза позавидовала тому, как изящно он держится и на суше, и на воде.

Неудивительно, что Макс первым доплыл до стены. Заметив Арианну и Розу, он вылез из воды.

– Ну, разве это не приятный сюрприз? – сказал он и наклонился вперед, чтобы поцеловать Арианну. Он извернулся, чтобы не замочить ее одежду.

Роза оглядела его с головы до ног. Макс в самом деле выглядит как кинозвезда. Принцесса Арианна – счастливая женщина.

У нее за спиной послышался голос Армандо:

– В следующий раз мы посоревнуемся подольше. Посмотрим, какую скорость ты покажешь на повороте. Кто-нибудь передаст мне полотенце?

Принц, несомненно, обращался к Розе. Она должна была догадаться, что он не останется в воде. На спинке стула висело белое полотенце. Взяв его, Роза обернулась и затаила дыхание.

Перед ней была не модель из рекламы одеколона, а настоящий морской бог.

Любой, кто встречался с Армандо, мог сказать, что, судя по тому, как на нем сидит одежда, он обладает отличной фигурой. Он был очень мужественным, и рядом с ним Макс Браун напоминал мальчишку. Роза задрожала от волнения, разглядывая его мускулы и влажную кожу. Капельки воды сверкали в волосках на его груди, словно крошечные хрустальные шарики. Она молча наблюдала, как он вытирается полотенцем, с трудом переводя дыхание.

– Роза?

Она резко взглянула на его лицо и заметила, что он смотрит на нее очень внимательно.

– Все в порядке? – спросил Армандо. – Ты покраснела.

«Потому что ты красавец».

– Здесь жарко, – ответила она. – Как в сауне.

– Ну, в бассейн принято приходить в купальниках. – Он обернул полотенце вокруг бедер, и Роза выдохнула. – Я удивлен, что ты пришла сюда. Ты меня избегаешь.

«Неужели он заметил? Конечно».

– Нет, я тебя не избегаю, – солгала она. – Просто у меня было много дел. Я координирую различные мероприятия, запланированные на конец года.

– Ну да. Координация. Я понимаю. – Судя по его тону, он нисколько ей не поверил. – А почему ты здесь? Что-то случилось?

Он собирается жениться на удивительной красотке. И он не станет тратить время, вспоминая поцелуй с Розой под омелой.

– Я… – начала Роза. Было намного проще, если бы Арианна не отговорила ее отправить Армандо сообщение по телефону. Пока он стоит перед ней полуголый, она плохо соображает. Хуже того, принцесса даже не заговорила с Армандо. Они с Максом уселись в шезлонги, оставив Розу и принца наедине.

– Звонили из офиса короля Омара. Мона по-прежнему плохо себя чувствует и не приедет на сегодняшний концерт.

– Хорошо.

Странная реакция. Такое ощущение, что Армандо испытал облегчение. Но Роза, по-видимому, ошибается.

– Я хотела сообщить об этом как можно скорее, если это как-то повлияет на твои планы на вечер.

– Ты могла бы прислать мне сообщение.

– Арианна хотела, чтобы я передала новость лично, – ответила Роза.

– Я понял. – Он одарил ее заговорщической улыбкой, словно понимал, что именно происходит. Обычно они с Розой обменивались десятками таких улыбок за неделю. У Розы потеплело на душе. Она так скучала по Армандо.

– Так или иначе. – Она откашлялась. – Если ты хочешь отменить концерт…

– Отмена? С какой стати?

– Ну, я подумала, если Мона не приедет… – Увидев, что он хмурится, она не договорила. – Не важно.

– Вот именно, не важно. Мне не верится, что ты предложила мне отменить концерт. – Он пошел к скамейке у бамбуковых зарослей, чтобы взять халат и другое полотенце. Проходя мимо Розы, он коснулся ее обнаженным плечом, и она вздрогнула.

– Ты прав, – сказала она, поглаживая руки, покрывшиеся мурашками. – Я не знаю, что на меня нашло. Должно быть, меня сбила с толку статья в сегодняшней газете, в которой говорится о твоем новом браке.

Он повесил полотенце себе на шею и поднял голову:

– Что это значит?

– Я понимаю, что на сегодняшнем концерте ты хотел впервые появиться на людях со своей невестой. Это был бы первый сигнал о серьезности ваших с ней отношений.

Он как-то странно посмотрел на Розу:

– Верно. Я забыл о колонке сплетен. Было бы неплохо, если бы Мона появилась сегодня на концерте, но раз в статье уже все написано, это не обязательно. – К тому же, – прибавил он и взял халат, – люди привыкли к тому, что я появляюсь на мероприятиях один. – Надев халат, он спросил: – Ты пойдешь на концерт?

– Конечно. Он устраивается в память о моей сестре. Я ни за что его не пропущу. – Розу не остановило бы даже присутствие Моны. – Странно, что ты об этом спросил.

– О чем ты говоришь? Ты задала мне такой же вопрос две минуты назад. А учитывая, что я не видел тебя целую неделю, я не желаю строить предположения.

Его едкий комментарий застал ее врасплох.

– Я же сказала, что была очень занята. Ты разве не слышал?

– Да, ты занималась координацией. – Он завязал пояс махрового халата и посмотрел ей в глаза. Роза старалась не съеживаться под его пристальным взглядом. Он опять пытается влезть ей в душу. – Слушай, я понимаю, почему ты от меня бегаешь, – произнес он.

– Да? – Ей вдруг захотелось снова говорить с ним о Моне. Она не только не желала разговаривать о своей реакции на поцелуй с принцем под омелой. Еще меньше она хотела вести этот разговор в бассейне, где Армандо стоит перед ней в халате.

– Я должен извиниться перед тобой, – сказал он.

– Извиниться? – переспросила она.

– Я грубо вмешался не в свои дела. Я говорю о Фредо. Мне не следовало тебя расспрашивать.

– Я понимаю. – Она забыла их беседу о Фредо, думая только о поцелуе. По-видимому, Армандо вообще не вспоминает, что целовался с ней. Но это же хорошо, да? Это означает, что она больше не должна от него скрываться.

Вот только непонятно, чего она вдруг приуныла.

– С-спасибо, – сказала Роза. – Я тебе признательна.

На другой стороне бассейна в шезлонгах, бок о бок, лежали Арианна и Макс и увлеченно разговаривали. Макс надел халат. Озабоченность Арианны статьей бюджета, казалось, прошла. Они выглядели такими счастливыми и увлеченными друг другом. Глядя на них, Роза испытала зависть. Она мечтала о том, как однажды какой-нибудь мужчина прислушается к тому, что она говорит, и не будет вести себя с ней покровительственно и не станет ее унижать. Тот, кто не захочет постоянно напоминать ей о ее недостатках. И не станет говорить ей нечто вроде: «Ты жирная» или «Ты говоришь как идиотка».

Роза заметила, что Армандо ее рассматривает.

– Оденься, – резко сказала она. – Я имею в виду, тебе надо одеться, а мне… мне пора возвращаться в офис. Увидимся!

Повернувшись, она направилась к двери. Арианна была права по поводу ее актерских способностей. Но, по крайней мере, на этот раз она упомянула работу, а не предложила принцу попробовать мороженое.

– Роза, подожди!

Армандо усмехнулся, когда Роза повернулась к нему лицом. Она выглядела как зверек, ослепленный светом автомобильных фар. Ее глаза были широко раскрытыми, а взгляд нерешительным. Черт побери, она была так хороша собой!

– Ты придешь на концерт не одна? – спросил он.

Он понял, что она не знает, как ему ответить.

– Ты спрашиваешь, приду ли я с парнем?

– В точку. Мне стало интересно, не захотела ли ты после нашего разговора изменить свою… личную жизнь.

Он задался вопросом, покраснела ли Роза от смущения или от жары.

– В последнее время ты хочешь знать обо мне слишком много, – сказала она.

Армандо тревожило, что он знает о Розе меньше, чем ему казалось.

– Так как же? – спросил он.

– Нет, – ответила она после паузы. – У меня не было возможности ее изменить. Я была занята.

– Почему бы нам тогда не сидеть на концерте рядом?

Роза чуть не поперхнулась:

– Рядом? Я с тобой в первом ряду королевской ложи?

– Почему нет? Мона не приедет, и сиденье рядом со мной будет пустовать.

– Да, но на торжественных мероприятиях я всегда сижу у тебя за спиной.

Это правило установила сама Роза. Армандо было наплевать, кто и как с кем усаживается. На самом деле его иногда раздражало, что Роза держится в тени, словно боясь занять чье-нибудь место.

– Ну, сегодня я хотел бы, чтобы ты сидела в первом ряду со мной.

– Я…

– Ты сказала, что этот концерт важен для тебя. Сегодня вечером я появлюсь на концерте без жены в последний раз. У нас с тобой есть шанс почтить память Кристины.

Роза помрачнела. Упоминание имени Кристины было ударом ниже пояса.

– Я полагаю, ты прав, – тихо произнесла она.

– Итак, все улажено. Мы будем сидеть рядом. Я заеду за тобой в семь вечера.

– Отлично. В семь, – ответила она. – Еще что-нибудь?

Ну, ей следовало хотя бы притвориться обрадованной.

– После обеда ты свободна. Я знаю, как вы, женщины любите прихорашиваться.

– Спасибо.

Армандо стало любопытно, благодарна ли она ему за дополнительное время на подготовку или за шанс подольше с ним не видеться. Хотя она приняла его извинения, это не означает, что она не расстроена, о чем говорит ее нежелание сидеть с ним рядом на концерте.

Он наблюдал, как она поворачивается и идет к двери. Черт побери, как его раздражают эти ее длинные жакеты! Сегодня на ней был темно-серый жакет длиной до подола юбки. Он давно заметил, что у нее отличная походка, которой позавидует любая миланская модель. При каждом шаге ее округлые бедра чувственно покачивались. Их движение напоминало ему колыхание вина в бокале.

– Роза уже ушла? – спросила Арианна, когда дверь со щелчком закрылась.

– Я отпустил ее до конца дня, – ответил Армандо. – Она идет на концерт вместе со мной. Мы будем сидеть рядом.

– Какая хорошая идея! – сказала его сестра.

– Я думаю, мы должны так поступить, раз Мона не смогла приехать. – И это будет их последняя возможность появиться вместе.

Вероятно, Армандо ужасный человек. Узнав, что Мона не приедет, он испытал облегчение. Все считают, что он жаждет провести время со своей будущей невестой. Ведь именно поэтому он пригласил ее на концерт, верно? Так они могли бы лучше узнать друг друга.

И тогда Армандо смог бы фантазировать о Моне, а не о поцелуе с Розой.

Он отмахнулся от этой мысли. О Розе он не фантазирует. Нет, в самом деле. Она его свояченица, между прочим. Просто он снова пробуждается к жизни, вот и все. Он долго жил как монах, а Роза оказалась рядом с ним в то самое время, когда у него проснулся сексуальный аппетит.

Что касается сегодняшнего вечера, вполне уместно, если они появятся на концерте вместе. В память о Кристине.

А почему он хочет, чтобы она хорошо провела время? Ну, просто Роза заслужила приятный вечер, и это никак не связано с его желанием заставить ее почувствовать себя особенной.

Никак.

Глава 5

Роза провела руками по бедрам и задалась вопросом, о чем она думала, покупая себе платье. Когда примерила его, продавщица принялась нахваливать приталенный силуэт платья, который подчеркивал фигуру Розы и делал ее стройнее. Смутившись, она позволила себя уговорить и приобрела то, что было совсем не в ее стиле. Она не носила облегающих платьев, тем более ярко-красного цвета, да еще и с открытыми плечами. Она убеждала себя, что на концерте на нее никто не обратит внимания.

Так было до того, как она узнала, что будет сидеть в первом ряду ложи.

Рядом с Армандо.

Как его подруга.

Хотя нет. Она ему не подруга. Они просто друзья, которые вместе придут на торжественное мероприятие. Они делали это десятки раз. Единственное отличие сегодняшнего вечера от остальных – их расположение в зале.

Армандо обещал за ней заехать.

Кроме того, концерт будет транслироваться на всю Коринтию. Сидя рядом с Армандо, Роза будет выглядеть как его подружка.

У нее вспотели ладони.

Расправив плечи, она повернулась налево, потом направо, стараясь отыскать недостатки фигуры. Продавщица была права в одном: платье выгодно подчеркивало ее округлости. Ежедневная ходьба сделала ее ноги мускулистыми и сильными. В принципе, она выглядит неплохо. Жаль только, что платье такое яркое. И так привлекает внимание.

«Кто сказал, что на тебя будут смотреть?»

Прошло три года, а голос Фредо по-прежнему громко звучит в ее мозгу, лишая ее самообладания.

«Ты корова. Мне стыдно за тебя».

Меньше всего она хотела, чтобы Армандо ее стыдился.

Может быть, ей стоит переодеться? Черное платье, которое она надевала на прошлое Рождество, ему понравилось. Или темно-синее платье с расшитым блестками лифом, которое было на ней два года назад.

Роза никогда так не переживала из-за платьев.

Но ведь Армандо ни разу не приглашал ее на свидание. Она одернула себя в очередной раз. Никакого свидания не будет!

Часы в гостиной пробили семь. В дверь позвонили. Роза подпрыгнула от неожиданности.

Открыв дверь, она увидела, что Армандо стоит, прислонившись плечом к дверному проему. Естественно, он выглядел необыкновенно хорошо. Белая рубашка красиво оттеняла его загорелую кожу.

– Привет, – хрипло выдохнул он, и она поежилась. Он раскрыл глаза от удивления. – Ты выглядишь…

Она знала, что платье кричащее.

– …роскошно, – подытожил он. – Платье такое…

– Спасибо. Продавщица уговорила меня примерить то, что я обычно не ношу.

– Она молодец. Ты должна чаще носить красный. Этот цвет тебе идет.

Роза на это надеялась, потому что теперь ее щеки стали под цвет платья – отличная комбинация скромности и стыдливости. Армандо не впервые делал ей комплимент, но сегодня она отреагировала на него по-особенному. После его слов она почувствовала себя женственнее и красивее, чего не испытывала все прошедшие годы.

– Ты тоже хорошо выглядишь. – Она смотрела на него из-под ресниц. – Очень по-королевски.

– Ну, я хотел произвести впечатление.

И ему это, безусловно, удалось. Почти.

– Только один недочет, – сказала она. – Ты никогда не надеваешь галстук как полагается. – Она протянула к нему руки.

– Это потому, что ты мне не помогала, – ответил он, поднимая подбородок. – Его завязывала Арианна.

– Ну теперь понятно, почему он выглядит лучше обычного.

Поправляя галстук Армандо, Роза чувствовала его теплое дыхание на своей макушке. Хотя она делала это десятки раз, только сейчас она обратила внимание на аромат его одеколона. Он напоминал ей запах леса после летнего дождя, землистый и прохладный. Чувствуя такой аромат, хотелось побегать босиком по мху.

Или запустить пальцы в волосы Армандо…

– Вот. – Она пригладила его воротник и отступила назад до того, как покраснела от своих мыслей. – Так намного лучше.

Он улыбнулся ей:

– Что бы я без тебя делал?

– Вечно ходил бы с кривым галстуком. – Она снова затрепетала, словно Армандо ни разу не делал подобного замечания. Это просто смешно. Сегодняшний вечер на самом деле ничем не отличается от остальных. Почему же тогда Роза чувствует себя так, будто сегодня все иначе? Неужели она так отчаянно нуждается в мужском одобрении, что ее подсознание стало придавать более глубокое значение всему сказанному Армандо? – Я возьму шаль, и мы сможем ехать.

– Ты не…

– Что? – Она отошла от него всего на пару дюймов, прежде чем он заговорил. Обернувшись, она увидела румянец на его скулах.

– Ты не наденешь жакет? – спросил он.

– Нет. Только бархатную шаль. А что?

– Я просто так поинтересовался, – быстро ответил он. – Я не такой большой поклонник пиджаков, как ты жакетов.

– Я бы не носила жакеты, если бы у меня был такой плоский живот с кубиками пресса, как у тебя. – Роза зажмурилась, ужасаясь тому, что сказала это вслух.

Армандо усмехнулся, подходя к ней:

– Ты рассматривала мой живот?

– Не специально. Трудно игнорировать тело человека, который одет только в плавки.

– Я понял. Что ж, я рад, что тебе понравился мой живот.

– Я не это имела в виду, – произнесла она.

– Да? – Он завел руку ей за спину и взял шаль со спинки стула. – А что ты тогда имела в виду?

– Твой живот не надо скрывать.

– Твой тоже, – ответил он, набрасывая шаль ей на плечи. – Ты слишком беспокоишься о своем весе. У женщины должна быть пышная фигура. Ведь Боттичелли не писал тощих женщин, – тихо прибавил он ей на ухо.

У Розы чуть не подкосились ноги, когда его дыхание защекотало ей кожу.

– Я постараюсь это запомнить, – сказала она.

– Пожалуйста, постарайся. Нет ничего хуже красивой женщины, которая выискивает в себе недостатки.

– Ничего? – Розе понравились его слова о «красивой женщине». За последние пять минут Армандо сделал ей больше комплиментов, чем она получала за прошедшее десятилетие.

Он одарил ее умопомрачительной улыбкой:

– Ну, может быть, это не так плохо, как переделка законов в области энергетики или выслушивание жалоб Арианны по поводу сокращения расходов на искусство, но это, безусловно, плохо. – Он протянул Розе руку. – Пошли?

Сколько бы раз Роза ни говорила себе, что сегодняшний вечер на самом деле ничем не отличается от остальных, Армандо доказывал ей обратное. Начнем с того, что две большие разницы – сидеть в задней части королевской ложи или рядом с наследным принцем. Прежде Роза прошла бы на свое место за несколько минут до начала концерта и терпеливо ждала вместе со всеми, когда Армандо займет свое место. Сегодня вечером она задерживалась, пока собирались зрители, и удостоилась аплодисментов, войдя в ложу Королевского оперного театра. На самом деле аплодисменты предназначались Армандо, но, стоя рядом с ним, Роза не могла не чувствовать себя особенной.

Армандо тоже не давал ей расслабиться. Она не понимала как, но его поведение сегодня было непривычным. Он был с ней заботливым, обаятельным. Даже кокетливым, перемежая разговор тонкими намеками и приятными комментариями. Кожу у уха Розы по-прежнему покалывало после их разговора в ее квартире.

Роза сжала колени.

– Все в порядке? – спросил Армандо, ошибочно принимая ее движение за дискомфортное состояние.

– Я просто стараюсь сидеть прямо, – ответила она. – Я не хочу, чтобы меня засняли сутулой.

– К счастью, камеры почти все время будут снимать оркестр. Так мне сказали. Я боялся, что ты не сможешь расслабиться и насладиться вечером.

– Почему ты так думаешь? – спросила она, изо всех сил стараясь не хмуриться, когда повернулась к нему лицом.

– Я не знаю. Может быть, потому, что ты избегала меня всю неделю. Я считал, что ты все еще сердишься на меня.

– Я никогда на тебя не сержусь. У меня было много работы.

– Значит, ты не разозлилась, когда я спросил о Фредо?

Странно, что он завел такой разговор в столь неподходящее время.

– Я знаю, – прибавил он, когда она открыла рот, – ты не желаешь обсуждать его прямо сейчас.

Нет, она не желала обсуждать Фредо, но раз о нем зашел разговор, она должна по крайней мере объясниться.

– Ничего личного. Из своего опыта скажу, что любое упоминание имени Фредо только испортит хороший вечер. – Она считала своего бывшего мужа отвратительным персонажем и хотела скорее о нем забыть.

Армандо коснулся рукой ее предплечья. Подняв глаза, она заметила, что он смотрит на нее с довольным выражением лица.

– Это означает, что ты наслаждаешься вечером? – сказал он.

– Конечно.

– Хорошо. – Он сжал ее руку. – Я рад. Ты достойна лучшего вечера, – тихо прибавил он. Его дыхание ласкало ее подбородок, напоминая о нежном прикосновении пальцев. К счастью, освещение начало тускнеть, и Армандо не увидел, как Роза покраснела.

Из-за занавеса вышел дирижер, срывая аплодисменты. Поклонившись Армандо, он встал на возвышение и постучал дирижерской палочкой. Как хорошо обученные военные, музыканты взяли инструменты. Через мгновение послышались звуки настраиваемых инструментов.

– Только не говори моей семье, – прошептал Армандо на ухо Розе. От его невинного комментария по ее спине пробежала дрожь. – Но я не люблю классическую музыку.

– С каких пор? – Учитывая, что сестра и покойная мать обожали музыку, его признание не просто шокировало Розу. Оно показалось ей предательством.

– Она никогда мне не нравилась, – ответил он. – Почему, по-твоему, только Арианна до сих пор играет на пианино? Я сразу перестал заниматься музыкой, как только смог, и с тех пор не подхожу к пианино.

– Я не знала. – Ни того, что он не любил классическую музыку, ни того, что он играл на пианино. Глядя перед собой, она слегка наклонилась к нему. Было что-то завораживающее в подобном перешептывании в темноте. – И как долго ты учился музыке?

– Двенадцать лет.

– Почему ты не бросил занятия раньше?

– Потому что ожидалось, что я стану отличным пианистом.

Ожидания. К сожалению, его ответ ее не удивил. Многое из того, что делал Армандо, основывалось на ожиданиях или традициях. Даже этот концерт, в некотором смысле. Розе стало любопытно, когда в последний раз Армандо делал что-нибудь ради собственного удовольствия.

Она откинулась в кресле, когда музыка заиграла громче.

– То есть мне придется тыкать тебя локтем в бок, чтобы ты не клевал носом? – прошептала она.

– Не глупи. Я никогда не засыпаю.

– Никогда?

– Ну, я уснул один раз, когда мне было двенадцать. У меня есть секретный трюк.

– Какой? – спросила она.

Стоящий у них за спиной Витторио Мастрелла, глава службы безопасности, резко кашлянул, и Роза прикусила губу. Никто не помешал бы наследному принцу шептаться, но, по-видимому, главе службы безопасности разрешалось делать намеки. Армандо улыбнулся и подмигнул ей.

– Я скажу тебе после концерта, – прошептал он.

Оставшуюся часть концерта оба молчали. В отличие от Армандо Роза действительно наслаждалась классической музыкой, хотя исключительно как любитель. У нее не было возможности получать удовольствие от музыки, будучи замужем, потому что Фредо не пошел бы на концерт, если это не было бы как-то связано с его бизнесом. Они несколько раз все-таки ходили на концерт, и это были одни из лучших ее воспоминаний о браке. Она сидела в темном зале и позволяла музыке уносить ее в далекий мир, где была красивой и счастливой.

Вот и сегодня музыка захлестнула ее, и она поняла, что уже чувствует себя красивой и счастливой. То ли из-за платья, то ли от слов Армандо, то ли от комбинации первого и второго, но Роза была довольна собой впервые за долгое время. Не просто довольна. Казалось, будто она проснулась от долгого сна и вспомнила, что она женщина. Ее тело вдруг стало чувствовать даже легкое прикосновение. Армандо передвинулся в кресле, и Роза вздрогнула от легчайшего касания его брючины к своей лодыжке. Жаль, что он так часто ерзает на месте. Более того, он прикасался рукой к ее предплечью до середины концерта, а его длинные пальцы рассеянно отстукивали ритм мелодии по кружевной ткани ее рукава. Чем дольше он отбивал ритм, тем чаще Роза вспоминала, как он выглядел, вылезая из бассейна. Догадывается ли он, что делает с ней? Знает ли он, о чем она сейчас думает? Роза не должна размышлять об Армандо как о сильном и желанном мужчине. Он ее босс. Ее зять. Ее будущий король.

И тем не менее, пока его пальцы поигрывали ее кружевным рукавом, Роза чувствовала себя красивой и мечтала, пока концерт не закончился.

Но вот в зале зажегся свет. Роза посмотрела в партер и уставилась в глаза единственного человека, способного лишить ее уверенности в себе.

Это был Фредо.

Армандо заметил, когда с лица Розы сошла улыбка. Он весь вечер тайком на нее поглядывал. Он всегда считал ее привлекательной женщиной, но сегодня все было иначе. Ее волосы были собраны в небрежный пучок у основания шеи, а платье… Она должна перестать носить эти проклятые блейзеры и свитера. У нее очень аппетитные формы, к ней так и хочется прикоснуться. Армандо всегда знал, что у нее хорошая фигура. Поэтому его удивило, что он вдруг захотел приласкать Розу. По-видимому, годы затворничества не убили в нем сексуального желания.

Проследив за взглядом Розы, он немедленно увидел Фредо Мариотта. Бывший муж Розы смотрел на нее с удивлением и недоверием. Армандо наблюдал, как Фредо, пришедший в театр с женщиной, откровенно разглядывает Розу. Было очевидно, что его раздосадовало ее появление в королевской ложе. Его пристальный взгляд был злым и резким, и Армандо стиснул зубы.

Поначалу Роза съежилась под внимательным взглядом своего бывшего мужа, напоминая Армандо разговор, который он подслушал в приюте. Ее проявление слабости продолжалось только мгновение, потому что потом она собрала волю в кулак, расправила плечи, выпрямила спину и надменно взглянула на Фредо.

Покосившись на Фредо, Армандо обнял Розу за талию и крепко прижал к себе.

– Отлично сыграно, – прошептал он. Оттуда, где сидел Фредо, могло показаться, что Армандо уткнулся носом в шею Розы, потому что ее бывший муж вдруг побледнел. – Я не знал, что он придет.

– И я не знала. Но это крупное событие, поэтому я не удивлена.

– Похоже, он не очень рад видеть нас вместе, – заметил Армандо.

– Он недоволен, видя, что я справляюсь без него, – ответила Роза. – Что ты делаешь?

Наклонившись, Армандо сказал ей на ухо:

– Я с ним играю. – Он хотел показать ему, что он потерял. – Каждый раз, когда я близко к тебе наклоняюсь, его глаза выпучиваются, как у лягушки. Ты не заметила?

– Я заметила. Но в театре полно других людей. Как ты объяснишь Моне провокационные фотографии в завтрашней газете?

Армандо вспомнил о Моне только теперь, когда о ней заговорила Роза.

– Она поймет, – ответил он.

– Ты уверен? Я не хочу провоцировать разлад в ваших отношениях.

Но Армандо хотел проучить Фредо. Роза попыталась высвободиться, но принц крепко держал ее за талию.

– Я уверен, – сказал он. – Я сомневаюсь, что Мона ревнива. А вот твой бывший муж выглядит так, будто у него украли его любимую игрушку. – Он притворился, что отводит прядь волос от ее щеки. Он убедил себя, что делает это, чтобы позлить Фредо. Однако он напрягся, заметив, как порозовела кожа Розы в месте прикосновения его пальцев.

– Он оскорблен, это более вероятно. Я уверена, он считает, что я пришла с тобой нарочно, чтобы выставить его дураком.

– Но это…

– Глупо? Для него – нет. Ты не против того, чтобы мы сейчас уехали? Вероятно, автомобиль ждет у театра. – Она повернулась в его руках и встала спиной к Фредо.

– Конечно. – Бросив на Фредо последний взгляд через плечо, он повел Розу из ложи к двери, где их ждали Витторио и другие члены королевской службы.

– Его высочество поедет еще куда-нибудь сегодня вечером? – спросил Витторио, когда они проходили мимо него.

– Домой, – ответила Роза за них обоих, забывая, что сейчас не является секретарем принца. – Я имею в виду, сначала к моему дому, а потом его высочество поедет к себе домой.

– На самом деле… – Армандо еще раз оглянулся, потом посмотрел на Розу. Несмотря на ее горделивый вид, противостояние с Фредо давало о себе знать. Она уже не была такой радостной. Армандо очень не хотел, чтобы этот вечер заканчивался на такой пессимистической ноте. – Мы поедем во дворец вдвоем.

– Да? Зачем?

Он улыбнулся. Он не понимал, то ли это игра света, то ли карие глаза Розы всегда такие мягкие. Интересно, как они будут выглядеть, когда в них отразятся огоньки рождественских гирлянд? Будут ли они сверкать, как темные бриллианты?

Он узнает об этом совсем скоро.

– Это королевский приказ, – поддразнил он в ответ на ее вопрос.

Она прищурилась:

– Что это значит?

– Сюрприз.

Как правило, Армандо не устраивал сюрпризы. С тех пор как он действовал спонтанно, прошло немало лет. И хотя предстоящий сюрприз не был чем-то выдающимся, он почему-то воодушевился. Он не помнил, когда в последний раз так волновался.

Скорее всего, он ведет себя очень глупо. Не имеет значения. Он по-прежнему с нетерпением ждет, когда реализует свой план.

Потому что он хотел быть уверенным, что сегодняшний вечер закончится для Розы на позитивной ноте.

Это никак не связано с его желанием увидеть отражение огоньков рождественских гирлянд в ее глазах.

– Я говорила тебе, что не люблю сюрпризов? – заметила Роза, когда автомобиль въехал в подземный гараж позади дворца.

– С каких пор? – спросил он. – Я помню, что ты и твоя сестра устраивали вместе всякие сюрпризы до того, как мы с ней поженились.

– На самом деле сюрпризы устраивала Кристина. Я ее просто поддерживала. Моя жизнь была достаточно непредсказуемой. Я меньше всего хотела добавлять в нее неожиданностей.

Он не отвечал, пока водитель не открыл дверцу и они не вышли из машины.

– Непредсказуемость. Ты имеешь в виду Фредо. – Он не забыл ее недавние комментарии. Если к ним прибавить ее слова, сказанные Максу в приюте, получается очень неприглядная картина.

Роза чуть не споткнулась.

– Я не хочу говорить о Фредо, – сказала она, глядя себе под ноги.

Армандо хотел заметить, что она постоянно отказывается говорить о своем бывшем муже. Его обижало ее недоверие. Он понимал, что ведет себя по-ребячески, но ему было необходимо, чтобы она ему открылась. Ведь они одна семья, верно?

Глядя ей вслед, он испытывал непривычное волнение. Жаль, что не у всех женщин такая грациозная походка.

Странно, но сегодня он ведет себя в несвойственной ему манере.

Ну, по крайней мере, он не единственный, кому нравится походка Розы. Армандо заметил, как ночной охранник покосился вслед Розе. Он снова вспомнил о Фредо и задался вопросом, что же он за человек, если не сумел ужиться с такой симпатичной и соблазнительной женщиной, как Роза.

Она стояла у лифта, прижимая сумочку к груди. Глядя на нее сейчас и видя ее задумчивый и отстраненный взгляд, Армандо почувствовал, как у него сжимается сердце. Роза по-настоящему красива.

– Прости, если я тебя расстроил, – сказал он.

– Нет, это я должна просить прощения. Ты пытаешься сделать что-то хорошее, а я веду себя невыносимо.

В отличие от ситуации в театре, когда Армандо хотел позлить Фредо своими ухаживаниями за Розой, он сейчас с большой охотой отвел прядь волос от ее щеки тыльной стороной ладони.

– Ты не можешь быть невыносимой.

– Я надеюсь, ты не ждешь, что я адресую эти слова тебе? – спросила она, опуская голову.

– Почему нет? Ты готова солгать?

– Возможно.

Как правило, подтрунивание развеивало между ними любое напряжение, но на этот раз, когда они вышли из лифта, атмосфера оставалась напряженной. Армандо не был удивлен. Странная атмосфера царила между ними весь вечер.

Королевский дворец Коринтии, которому было почти четыреста лет, разделили на две основные части: оригинальную парадную территорию, открытую для публики, и на территорию с королевской резиденцией и офисами, располагающимися в более современной задней части дворца.

Двери лифта открылись, и Роза машинально направилась к офисам. Усмехнувшись, Армандо схватил ее за руку и потянул в другую сторону.

– Ладно, я признаю, что теперь мне очень интересно, – сказала она. – Разве эта часть здания не закрывается ночью?

– Для публики. Но для меня она всегда открыта. Пошли!

В центре зала четыре лестницы сходились в большую открытую область, называемую королевской аркой. Армандо сильно разволновался, ведя Розу к одной из лестниц. Пол под аркой был темным.

– Теперь, – произнес он и сделал паузу, – мне надо, чтобы ты закрыла глаза и подождала.

– А что потом? Ты столкнешь меня с лестницы?

– Я тебя столкну, если ты не сделаешь то, о чем я тебя прошу.

Он подождал, пока Роза закроет глаза, а потом быстро спустился по темной лестнице. К счастью, он отлично знал в замке каждый уголок. На его затею потребовались считаные минуты. Закончив, он встал в нижней части лестницы.

– А теперь, – произнес он, – открой глаза!

Роза ахнула, и Армандо показалось, что это самая желанная реакция, которую он услышал впервые за долгое время.

Глава 6

Армандо зажег дворцовую рождественскую елку. Роза много раз видела официальное зажжение главной елки страны, но она впервые увидела арку, освещенную рождественскими огнями. Она любовалась возвышающейся итальянской елью. В этом году она была оформлена в красно-золотых тонах, отчего арка наполнилась очень мягким желтым свечением.

Стоя внизу лестницы, Армандо улыбнулся.

– Что ты скажешь? Ты по-прежнему не любишь сюрпризов? – спросил он.

К горлу Розы подступил ком. Стоящий в золотом свечении Армандо в смокинге походил на настоящего бога, красивого и притягательного.

– Удивительно, – прошептала она, имея в виду совсем не гирлянды на елке.

– Ты не присутствовала на официальной церемонии зажжения елки, поэтому я решил зажечь ее специально для тебя. Но, по-моему, этот сюрприз не слишком большой…

– Нет. – Она поспешила вниз, чтобы присоединиться к Армандо. – Он идеальный.

Он зажег не только главную елку. Ели меньшего размера, расположенные вокруг главной, тоже освещались разноцветными световыми гирляндами.

– Я не зажигал свечи на окнах, – сказал он ей. – Для этого мне понадобилось бы встать на табуретку.

– Я прощаю тебя.

Невероятно. Роза присела на нижнюю ступеньку лестницы, чтобы лучше разглядеть комнату. Она впервые находилась в такой тишине. Обычно во дворце было шумно и многолюдно. Сидя здесь и сейчас, в одиночестве, она чувствовала себя так, словно попала в заколдованный лес с тысячами золотых звезд. В воздухе витало ощущение безвременья. Наблюдая за тенями на каменных стенах, можно было легко представить себе, как души предков Армандо летают среди елей. Поколения Санторо, навечно объединенные традициями.

Армандо создал этот праздник специально для Розы. Словно она была ему очень дорога. Подумав об этом, она затаила дыхание.

– Почему?… – начала она.

– Я не хотел, чтобы твоя встреча с Фредо повлияла на окончание этого вечера. Теперь твой вечер заканчивается сверкающими елями.

У Розы потеплело на душе. Она была чрезмерно романтичной натурой, и в ответ на обычную доброту Армандо у нее разыгрались эмоции.

Хотя сегодня вечером он был с ней особенно внимательным.

Армандо втиснулся между Розой и перилами и вытянул ноги перед собой.

– Когда мы с сестрой были детьми, прокрадывались сюда после того, как все ложились спать, и зажигали елки, – сказал он. – Рождественская атмосфера буквально кружила Арианне голову. Она никак не могла наглядеться на рождественские огоньки.

– Судя по всему, ты тоже.

Он покачал головой:

– Ты же знаешь Арианну. Она сначала делает, а потом думает. Я должен был ее сопровождать, чтобы она не вляпалась в неприятности. Тебе известно, что она ежегодно упорно проникала в салон наших родителей, чтобы поймать Деда Мороза? Я каждое Рождество боялся, что она опрокинет на себя елку или что-то в этом роде.

Роза улыбнулась:

– Ты брал на себя ответственность даже тогда.

Он вздохнул:

– Кто-то должен был это делать.

Принц-меланхолик, подумала Роза. Он рассказывает, как в детстве нес ответственность за всю нацию. Интересно, когда в последний раз он делал что-то только потому, что это приносило ему радость? Роза уже знала ответ: когда он женился на ее сестре. Пока Кристина была жива, Армандо был веселым и жизнерадостным. Теперь эти черты проявляются в нем только в определенных ситуациях. Например, когда надо изображать Санта-Клауса.

Так было до сегодняшнего вечера. Даже если в его возрасте зажжение дворцовой елки не считается шалостью, он доволен, и его лицо сияет. В его голубых глазах почти нет прежней тоски. Если бы могла, Роза провоцировала бы его на шалости каждый вечер.

Опять же, он зажег елку специально для нее.

– Спасибо. – Она положила руку ему на колено и понадеялась, что он почувствует ее благодарность через прикосновение.

– Я всегда к твоим услугам. – Он накрыл ее руку ладонью.

– Мы с Кристиной тоже ждали Деда Мороза, – сказала она, глядя на мерцающую крону. – Это была ее идея, конечно. Я всегда боялась, что он сочтет нас непослушными детьми и не принесет нам подарков. Я не понимала, почему получалось иначе.

– Верно. – Он плечом толкнул ее плечо. – Не могу сказать, что твоя осторожность плохое качество. Я готов поспорить: вы с Кристиной часто сплетничали.

– Нет, я всегда была неразговорчивой. Именно я падала с лестницы. Я и сейчас могу с нее упасть, если не буду осторожна. Я совсем неграциозна.

Армандо отодвинулся от нее, нахмурившись:

– Ты шутишь? Ты одна из самых грациозных женщин, которых я знаю.

– Правда?

– Ты бы посмотрела, как ты иногда выходишь из комнаты!

– Я не привыкла себя хвалить, – произнесла она. – Я, наоборот, ищу в себе недостатки. Я преодолеваю эту привычку, но на это требуется время. Когда о чем-то постоянно слышишь, это становится частью тебя.

– Да, – ответил Армандо. Как, например, постоянное напоминание об ответственности.

Они сидели в тишине. Роза чувствовала прикосновение мускулистого бедра Армандо к своей ноге. Его ладонь по-прежнему лежала на ее руке, и Роза испытывала одновременно острые ощущения и спокойствие. Она вдруг захотела, чтобы Фредо появился снова, и Армандо крепко обнял бы ее за талию, как делал в театре.

– Фредо осел, – пробормотал Армандо, и она застыла, боясь, что он прочтет ее мысли. – Я знаю, – произнес он, – ты не хочешь говорить о нем, но я скажу. Он отъявленный негодяй.

Она могла закончить обсуждение прямо сейчас, не говоря ни слова, но возмущение в голосе Армандо было нельзя игнорировать.

– Да, он такой. Хотя он может быть обаятельным, когда это потребуется, – сказала она.

– Мужчины-тираны всегда так себя ведут. Разве не об этом рассказывают женщины в приюте? Вот почему многие умные женщины должны заранее знать о том, как они могут оказаться в ловушке.

Роза понимала, что Армандо сдерживает свое любопытство. Он очень старался сдерживаться, несмотря на вопросы, кружащиеся в его мозгу.

С самого начала их дружбы Армандо относился к ней с добротой и уважением. Больше чем любой другой человек, которого она знала. Большинство остальных людей, включая ее родителей, думали, что она сошла с ума, оставив богатого и успешного Фредо; они не понимали, почему она не будет с ним счастлива. Но Армандо никогда не осуждал Розу. Никогда не спрашивал, как она относится к своему разводу. Он считал, что у нее на то есть причина.

Возможно, Роза должна ему довериться.

– Я никогда никому не говорила о Фредо, – тихо сказала она.

– Даже Кристине?

Она покачала головой:

– Хотя, по-моему, она знала, что я недовольна своим браком. Дело в том, что долгое время я думала, будто проблема заключается во мне. Что если бы я не была такой толстой дурой, то моя семейная жизнь была бы лучше.

– О чем ты говоришь? Ты никогда не будешь такой.

– Фредо считал иначе. Он никогда не упускал возможности сказать мне, что я человек второго сор та. – Уставившись себе на колени, она разглядывала кружевной узор платья: крошечные красные квадраты формировали большие квадраты. Она обвела узор указательным пальцем. – Кристина была воплощением всего того, чего не было у меня. Я любила свою сестру. Она была такой красавицей…

– Ты тоже красавица.

От слов Армандо у нее перехватило дыхание.

– Красавица, – повторил он, когда она посмотрела на него. – У тебя красивое лицо, глаза, фигура. Походка.

– И тем не менее, – ответила Роза, снова глядя себе на колени. Она не пыталась выудить из Армандо очередной комплимент, хотя у нее потеплело на душе, и ей вдруг захотелось плакать.

– Дело в том, что я долгое время ему верила, – продолжала она. – И еще я верила, когда он говорил, как мне повезло, когда мой отец наконец сбыл меня с рук.

– Я пристрелю этого ублюдка, – тихо сказал Армандо.

Это была крайне резкая, но лестная реакция. Роза едва сдержала улыбку.

– Не надо. Твое сегодняшнее поведение ранило его более чем достаточно.

Армандо покачал головой:

– Он заслуживает худшего наказания. Если бы я знал…

– Не надо, – произнесла она и схватила его за руки. На этот раз Армандо упрекал себя за то, что не встал на ее защиту. Он не должен чувствовать себя виноватым, потому что она обо всем молчала намеренно. – Я говорила тебе, что я не хотела, чтобы кто-то о чем-нибудь узнал.

– Но почему нет? Я бы тебе помог.

– Вы с Кристиной были так счастливы, поэтому я не хотела портить вам настроение своими проблемами. А потом, после смерти Кристины, ты горевал. Это было неподходящее время для откровений. Кроме того, мне было стыдно.

– Тебе нечего было стыдиться.

Разве?

– Ты знаешь, как трудно признаваться, что ты потратил почти десять лет, позволяя кому-то лишать тебя самоуважения, потому что ты думал, будто его не заслужил? – Даже сейчас от сожаления у нее перехватило дыхание, как только она подумала о власти, которую Фредо имел над ней. Власть, которую она сама ему дала. В уголке глаза Розы появилась слезинка. Она подняла руку, но Армандо первым вытер ее слезу большим пальцем. Он коснулся рукой ее щеки.

– Никто никогда не заслуживает жестокого обращения, – сказал он.

– Фредо ни разу не поднимал на меня руку.

– Жестокое обращение не всегда подразумевает побои, – заметил он.

То же самое ей говорит психолог. Слова тоже могут сильно ранить.

Прикосновение Армандо было теплым и приятным, ей захотелось сильнее прижаться к нему и почувствовать его силу.

– Мне понадобилось много времени, чтобы это понять, – произнесла Роза. – Я считала, что, если у меня под глазом нет синяка, значит, я не имею права жаловаться. К тому же, когда это происходило… – У нее надломился голос. Как же она ненавидела говорить о событиях тех лет! Признаваться в том, что она думала, будто заслужила такого отношения Фредо.

Армандо поддел пальцами ее подбородок, заставляя Розу поднять голову и посмотреть ему в глаза. Он улыбнулся ей, нежно и понимающе. Он словно говорил, что не будет ничего уточнять.

Понимая, что у нее появился шанс выговориться, Роза осмелела.

– Он ловил меня врасплох, понимаешь? Поначалу это были намеки. Конструктивная критика. Возмущение по поводу того, за что, как кажется, не стоит бороться, потому что ты не можешь вовремя подобрать слова. В то же время твои родители говорят, как тебе повезло, что такой успешный и красивый мужчина хочет быть с тобой, и ты начинаешь думать, будто он обаятельный и приятный со всеми остальными, и виновата только ты. Именно ты его подводишь.

Армандо сжал пальцами ее колено:

– Ты не…

– Я не Кристина, – произнесла она, опережая его протест.

Ощущение от его прикосновения было слишком заманчивым, поэтому Роза отвернулась. Когда он убрал руку, она почувствовала холод. Она смотрела на рождественские гирлянды.

– Не всегда легко, если твоя младшая сестра настоящая красавица, – сказала она. – Как только Кристина входила в комнату, я переставала существовать.

– Это не так.

– Разве? – В знак протеста она слабо улыбнулась. Армандо влюбился в Кристину с первого взгляда. – В тот день, когда ты с ней познакомился на приеме, ты заметил, что я стояла у нее за спиной?

Он напрягся:

– Это было по-другому.

– Ты не первый, кто сразу в нее влюбился, Армандо. Просто ты оказался первым, кому она ответила взаимностью.

Они снова замолчали. Краем глаза она увидела, что Армандо разглядывает свои руки и хмурится.

– Не вини себя, – сказала Роза. – Все было так, как было. Кристина была неподражаемой личностью. – А Роза была обычным человеком, и она это понимала. Не всем быть такими, как Кристина. Поэтому злиться на младшую сестру за ее красоту – пустая трата времени.

По непонятной причине разговор о Кристине заставил Армандо подумать о Моне – очередной красавице и умнице, с которой Роза тоже не сможет конкурировать. Хотя никто не собирается их сравнивать.

Армандо передвинулся на каменной ступеньке.

– Ты действительно верила, что Фредо лучше тебя? – спросил он.

– Это глупо, я знаю. – Скорее стыдно. Такой нахал, как Фредо, легко лишил ее чувства собственного достоинства. – Фредо убедил меня, что без него я никто. Мало того, он якобы делал мне одолжение, оставаясь моим мужем, но я не могла ему сопротивляться. Только благодаря ему у меня были деньги и дом. Если бы я ушла от него, то осталась бы ни с чем.

– Что заставило тебя передумать?

– Как ни странно это звучит, мне помогла трагедия с Кристиной, – ответила Роза. – Я сидела у ее постели, держала за руку и думала, как несправедливо, что такая женщина, как она, у которой прекрасная жизнь, должна умереть, а такая, как я, вынуждена жить, хотя я обязана быть на ее месте. И внезапно я услышала в голове голос Кристины. Раздраженный голос, каким она разговаривала, когда сердилась.

Армандо усмехнулся:

– Я понимаю.

– Этот голос говорил мне, что жизнь слишком коротка и непредсказуема, чтобы тратить ее зря и терпеть унижения. Он потребовал от меня, чтобы я снова контролировала свою жизнь. Поэтому я вскоре развелась с Фредо.

Армандо снова коснулся ее руки и прошептал:

– Я рад.

– Я тоже. – Кто знает, что бы сейчас с ней было, если бы она осталась женой Фредо? Она определенно не сидела бы на ступеньках лестницы в вечернем платье в сказочном дворце. Она не общалась бы с Армандо. При мысли об этом у нее заныло сердце. Если бы в ее жизни не было Армандо…

Но ведь Мона навсегда заберет его у нее.

Внезапно на ее глаза навернулись слезы.

– Прости, – сказала она и шмыгнула носом. – Ты пытался закончить вечер на счастливой ноте, а я все испортила своими слезливыми откровениями.

– Ты ничего не испортила. Я польщен тем, что ты наконец доверилась мне и обо всем рассказала.

– Я всегда доверяла тебе, Армандо. Мне просто было стыдно. И я боялась, – тихо прибавила она.

– Боялась? Меня?

Она закрыла глаза:

– Я боялась увидеть жалость в твоих глазах. – Меньше всего она хотела, чтобы Армандо воспринимал ее как жертву. Она бы этого не вынесла.

– Ни за что на свете, – произнес он.

Замечательное обещание. Она сильнее зажмурилась.

– Роза, посмотри на меня.

Она не могла. Она не желала знать, что прочтет в его глазах.

Но Армандо настаивал. Он обхватил ладонями ее лицо.

– Роза, посмотри на меня, – потребовал он. – Смотри мне в глаза. Ты видишь в них жалость?

Она медленно подняла веки. Армандо беспристрастно смотрел на нее голубыми глазами.

– Я скорее вырву себе глаза, чем посмотрю на тебя без восхищения, – сказал он.

– По-моему, это немного театрально.

– Не в твоем случае. Ты сильная и смелая, Роза. Если кого-то и следует осуждать, так это меня, за то, что я недостоин твоей дружбы.

– Ты всегда будешь ее достоин, – прошептала она. На этот раз она протянула руку и коснулась его лица.

– Ты не права.

Вглядываясь в его глаза, она почти не расслышала того, что он сказал.

– Я не права?

– Ты зря не считаешь себя особенной. Ты очень ошибаешься. Ты умная, сильная и красивая. – Давным-давно ей никто не говорил таких прекрасных слов. Армандо произносил их так искренне, что Роза слушала его с удовольствием.

– Я не напрашивалась на комплименты, – сказала она.

– Это не комплименты. Это истина.

Роза сдержала вздох. Она решила, что от похвал Армандо у нее голова пошла кругом. Ей показалось, что он смотрит на ее губы. И ей захотелось к нему придвинуться.

– Мы… – Она хотела сказать, что они должны пожелать друг другу спокойной ночи, но умолкла, завороженно глядя на улыбку Армандо.

Он что-то прошептал. Вроде бы он заявил, что Фредо идиот. Но она не была уверена. В следующее мгновение его красивые, изогнутые в улыбке губы прижались к ее рту.

У Розы перехватило дыхание, а сердце замерло.

Закрыв глаза, она запустила пальцы в его волосы. Этот сладкий и неторопливый поцелуй был по-настоящему сказочным. Армандо мягко побуждал ее ответить на его поцелуй и пальцами ласкал основание ее шеи.

Через секунду он отстранился от Розы, и она удивленно на него посмотрела.

– Омела, – сказал он, указывая вверх. – Нельзя игнорировать традиции.

Ошеломленная, Роза просто кивнула. Подняв глаза, она ничего не увидела. По-видимому, ветка омелы скрывалась в тени.

Армандо нежно захватил выбившуюся прядь ее волос и аккуратно заправил в пучок. Он загадочно улыбался. В глубине его глаз читалась гамма противоречивых эмоций, но Роза не могла их понять. Она не привыкла видеть в глазах Армандо ничего, кроме грусти, поэтому сейчас, вероятно, она просто видит игру теней.

В каком-то смысле весь сегодняшний вечер казался ей иллюзией. Все было слишком романтичным и близким к нереальному. За пять интересных часов Армандо заставил ее почувствовать себя желанной и особенной. Словно принцессой. Невозможно, чтобы эти ощущения продолжались долго. Как только она пожелает ему спокойной ночи, реальность вернется.

Вопрос в том, будут ли их отношения прежними? Или это недавнее осознание будет снова и снова будоражить ее эмоции?

– Уже поздно, – произнес Армандо. – Пора отвезти тебя домой.

А вот и реальность. Армандо уже встал и протянул Розе руку, чтобы помочь ей подняться. Хотя очень старалась сдерживаться, как только их пальцы соприкоснулись, она ощутила чувственный трепет.

– С тобой все в порядке? – спросил он.

Естественно, он все заметит и начнет волноваться, если с ней что-то будет не в порядке.

– Все идеально, – ответила Роза, внезапно понимая, что влюбляется в Армандо.

* * *

Армандо приказал подогнать автомобиль к входу во дворец и спустился вместе с Розой по лестнице. На ярком свету он заметил, что передняя прядь ее волос выскочила из пучка. Ему пришлось сжать кулаки, чтобы запретить себе поправлять ее прическу.

Водитель ждал на улице. Увидев их, он открыл дверцу и вытянулся по стойке «смирно».

– Ваше высочество? – Он казался удивленным.

– Я провожаю Розу, – ответил Армандо. На секунду он подумал, не поехать ли ему вместе с ней, но потом поборол искушение. Если он окажется с ней в темноте на заднем сиденье, то вряд ли удержит себя в руках.

И вообще, он должен подняться наверх и убедиться, что над их головой в самом деле была ветка омелы.

– Увидимся в понедельник? – спросил он Розу.

– Конечно.

– И ты больше не станешь меня избегать?

Она не могла винить его за этот вопрос. После того как он сообщил ей о своем намерении жениться, она избегала его несколько дней. Никто не знает, к чему приведет этот их последний разговор.

Она чувствовала себя озадаченной.

Они пожелали друг другу спокойной ночи, и водитель закрыл дверцу. Глядя, как огни задних фар исчезают в темноте, Армандо упрекнул себя за то, что не поцеловал Розу на прощание.

Только непонятно, какое оправдание он нашел бы этому поцелую. На этот раз над их головой точно не было ветки омелы. А фраза «Я хочу быть рядом с тобой» звучала бы как беззастенчивое преувеличение, хотя это было правдой.

Причиной поцелуя наверху было восхищение Розой. Когда они открывали приют, он слышал множество историй женщин, которые нашли в себе силы уйти, хотя мужья убеждали их, будто они ни за что не выживут самостоятельно. Для того чтобы все оставить и начать жизнь заново, необходимо настоящее мужество. Но Армандо знал, что Роза сильный человек.

Она не права, считая себя несовершенной. Годы морального давления дали о себе знать. Пусть Фредо не поднимал на нее руку, но он жестоко унижал ее словами. Можно считать, что финансовой карьере Фредо пришел конец. Армандо ни в коем случае не поддержит этого человека после того, что он сделал. Как он смел говорить, что Роза его позорит? Как он мог уничтожать ее чувство собственного достоинства? Жаль, что не удастся бросить Фредо в подземелье…

– Простите, ваше высочество. Что-то не так? Вы уже давно стоите посреди проезжей части, – произнес охранник, когда Армандо повернулся, чтобы посмотреть на него. – Я решил…

– Я задумался, – ответил Армандо. Сначала Даниэла, теперь охранник. Почему после поцелуев с Розой все вокруг думают, будто у него что-то случилось?

С другой стороны, вот уже два раза он чувствует себя сбитым с толку. Он понимал, что испытывает к Розе не просто сексуальное влечение. Он ощущает тоску, какой никогда не было в его душе прежде, как бы невероятно это ни звучало. Ему даже на мгновение показалось, что он влюбляется в нее.

Это невозможно. Он уже любил женщину. Он не чувствовал ничего уже три года. Сегодня у него просто разыгрались эмоции из-за откровений Розы и рождественской романтики. Больше ничего. Повернувшись на каблуках, он направился во дворец.

Будет лучше, если он все-таки обнаружит ветку омелы в арке над лестницей.

Глава 7

Следующим утром, вместо того чтобы отправиться за рождественскими покупками, как планировалось, Роза вышла из местного бистро с кофе и направилась во дворец. Ей требовалось собраться с мыслями. После того как Армандо проводил ее до машины, она всю поездку домой, а после почти всю ночь старалась не вспоминать их поцелуй. Но как бы она ни пыталась сосредоточиться на чем-нибудь другом, она не могла не думать о прикосновении губ Армандо. Честно говоря, она даже во сне с ним целовалась.

Можно считать, что ей повезло. Она провела три года в тоске, и именно Армандо, самый недосягаемый мужчина в Коринтии, разбудил в ней женщину. Если ее и раньше не интересовали свидания, то теперь, после такого замечательного поцелуя, она вряд ли вообще захочет видеться с другими мужчинами.

Именно по этой причине ей необходимо вернуться в реальность и зарубить себе на носу, что прошлая ночь – всего лишь фантазия.

Несмотря на ранний час, гирлянды под грандиозной дворцовой аркой уже были включены в ожидании экскурсионных групп. А может быть, Армандо их вообще не выключал. В любом случае свет нового дня уничтожил магию прошлой ночи. Духи предков, танцевавшие вчера по дворцовым стенам, исчезли, давая Армандо и остальным членам королевской семьи возможность отдохнуть от их присутствия.

Увидев гладкие серые стены дворца, Роза перестала витать в облаках. Подняв голову, она заметила зеленую веточку омелы с белыми ягодами, свисающую с люстры.

Неужели она в самом деле думала, что ее там не будет?

– Роза?

Ох. Едва услышав знакомый голос, она почувствовала, как в животе запорхали бабочки. Глядя через плечо, она увидела, что Армандо идет в ее сторону. Хотя это казалось невозможным, но он выглядел еще красивее, чем вчера ночью. На нем были выцветшие джинсы, пиджак и черный свитер. И все это на нем смотрелось так же элегантно, как и смокинг. Ему очень шла повседневная одежда. Жаль, что сейчас его не видят его подданные, – женщины с восторгом рванули бы ему навстречу.

Чем ближе он подходил, тем сильнее волновалась Роза.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он. – Я думал, ты взяла выходной, чтобы сходить за рождественскими покупками.

– Я забыла список покупок в своем кабинете, – солгала она. – Без него мне не справиться. Я могу что-нибудь забыть. А ты почему здесь? – сказала она, быстро меняя тему, пока ситуация не вышла из-под контроля. – Почему ты бродишь по коридорам в такую рань?

– Ну, ты же знаешь, – ответил он, пожимая плечами. – Делопроизводство, королевские прокламации. Не говоря уже об Арианне и организаторах ее свадьбы, которые заполонили весь дворец.

– Другими словами, ты от них прячешься.

– Если я останусь, меня начнут расспрашивать о том, нравится ли мне вышивка на салфетках. Пусть мой будущий зять переживает этот стресс самостоятельно. Днем все иначе, да? – спросил он, беря у нее из руки чашку с кофе. – Елка не такая волшебная, когда включен свет.

Правильно. Елка. На мгновение Роза отвлеклась, глядя, как изгибаются губы Армандо, пока он пьет кофе с молочной пенкой. Если бы они сейчас поцеловались, она почувствовала бы вкус этого напитка на его губах.

– Определенно. Но днем многое становится другим. – Ей хотелось знать, относится ли это и к поцелуям. Если Армандо сейчас наклонится к ней, то, возможно, она снова погрузится в водоворот желания. Учитывая, как у нее засосало под ложечкой, пока она наблюдала, как Армандо пьет кофе, ответ был очевиден.

Губы Армандо блестели от напитка, когда он произнес, нахмурившись:

– По-моему, кое-что так и не изменилось. Кофе без сахара. Я думал, ты откажешься от этой дурацкой диеты.

– Нет ничего плохого в том, что я слежу за весом, – ответила она.

– Пить плохой кофе – это пытка. Я запрещаю тебе это делать.

– У меня идея получше. Пей свой собственный кофе, – сказала она, выхватывая у него из рук чашку. Она решила подшучивать над Армандо. Она боялась, что прошлая ночь испортит их дружбу.

Но как только Роза коснулась губами чашки в том месте, где к ней прикасались губы Армандо, она поняла, что снова теряет голову.

– Кстати, вчера у меня был прекрасный вечер, – произнесла она.

– Ты уже говорила это вчера вечером.

Она знала об этом, но ей казалось, что лучше разговаривать с Армандо, чем прислушиваться к ощущениям в своем теле.

– Я просто хотела, чтобы ты понял, как мне было хорошо, – сказала она.

– Я тоже славно провел время. – К ее удивлению, на его скулах появился легкий румянец. – Я боялся, ты пожалеешь о том, что рассказала мне о своих старых проблемах.

– Нет, не совсем. Странно, но я почувствовала облегчение, когда обо всем тебе рассказала. Я не догадывалась, как на меня давил мой секрет. – Или, вернее, ее позор. – Кстати, спасибо за то, что не счел меня неудачницей.

– Никакая ты не неудачница. Хотя я думал, ты лучше разбираешься в мужчинах… Я имею в виду, я мог бы предупредить тебя, что Фредо – плохой выбор. Во-первых, этот человек ест слишком много чеснока.

– Да, это правда, – рассмеялась Роза. – И слишком много молочных продуктов. О чем я думала? – Ее улыбка померкла. – Иногда мне хочется врезать самой себе за то, что я была такой глупой, – сказала она.

– Не глупой. Возможно, наивной, но не глупой. – Когда он сказал ей об этом, она поверила ему. Может быть, магия прошлого вечера не полностью рассеялась.

На первом этаже послышались шаги – охранники готовили дворцовую арку для публики. Армандо оперся локтями о каменные перила. Роза присоединилась к нему, держа в руках чашку кофе и наблюдая за активностью внизу.

– Очевидно, есть только одно решение, – произнес он через минуту.

– Решение?

– Я говорю о твоем ужасном вкусе. С этого момента ты должна показывать мне всех своих потенциальных женихов, чтобы я решил, достойны ли они тебя.

– Ты серьезно? – Хотя Армандо шутил, Роза немного разволновалась. В глубине души она надеялась, что их поцелуй прошлой ночью был не случайным.

– Абсолютно, – продолжал он. – Тебе понадобится моя проницательность. Я не желаю, чтобы ты повторила прошлые ошибки. – Его глаза озорно сверкнули. – Но я должен предупредить тебя, что у меня чрезвычайно высокие требования. На самом деле… – Он прижался плечом к ее плечу, и Роза так разволновалась, что едва не выронила чашку. – Вполне вероятно, что я вообще не найду для тебя подходящего мужчину.

– Правда?

– Да. Очень немногие мужчины подойдут под мои стандарты, – ответил он.

– Неужели не найдется ни одного? – спросила она.

Их взгляды встретились.

– Может быть, один или два, – произнес Армандо.

К ее горлу вдруг подступил ком, она не могла сглотнуть.

– Возможно, этого будет достаточно, – выдавила она, глядя, как расширились его зрачки.

– Значит, будет только один кандидат, – ответил он.

– Очень хороший?

– Лучший. – Армандо наклонился к ней. – Мы снова стоим под омелой, – прошептал он. – Ты в курсе, что это означает.

Вероятнее всего. Более того, на этот раз рядом с ними не было толпы людей, их не окружала полуночная атмосфера. Роза разомкнула губы.

У Армандо зазвонил телефон.

– Тебе надо ответить, – сказала Роза, когда Армандо простонал. – Возможно, это твой отец.

– Как он не вовремя!

Тем не менее никто в Коринтии не имел права игнорировать звонок от короля, даже его сын, поэтому Армандо поспешил ответить на входящий вызов. Одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы понять, что звонит не король Карлос.

– Это Мона, – ответил Армандо и посмотрел на Розу с явным сожалением. – Мне жаль.

Роза не сожалела. Она решила, что Мона позвонила вовремя и уберегла ее от очередной глупости.

Повернувшись, она поспешила вниз по лестнице. Оказавшись на улице, Роза торопливо прошла через парадные ворота и направилась в кафе.

Прислонившись к кирпичной стене здания, она закрыла глаза и стала убеждать себя, что ее сердце колотится от напряжения, а не от разбушевавшихся эмоций.

Они с Армандо снова стояли под омелой…

Пусть она ведет себя по-идиотски, но ей хочется вернуться, встать под омелу и ждать, когда Армандо снова придет к ней.

Она хочет его.

Когда же все изменилось? Когда он перестал быть принцем Армандо, женившимся на ее сестре, и стал обыкновенным желанным мужчиной? Прошлой ночью на фоне огней рождественских гирлянд? Или раньше? Она вспомнила, что если Фредо казался ей худшим из мужчин, то Армандо всегда был для нее идеалом. Однажды она решила, что когда будет готова к новым отношениям, то выберет мужчину, который является чем-то средним между Фредо и Армандо. Она понимала, что ей никогда не подняться до уровня Армандо. Тем не менее она все равно в него влюбилась. Ну разве она не идиотка?

Коснувшись головой кирпичной стены, Роза громко вздохнула. Армандо говорил, что у нее отвратительный вкус в отношении мужчин.

Если бы он только знал…

Армандо изо всех сил старался сосредоточиться на разговоре с Моной и не думать о том, что происходило между ним и Розой на лестнице.

– Я хотела бы извиниться за то, что не приехала на концерт, – произнесла Мона. – Я думала, что смогу путешествовать, но у меня по-прежнему повышенная температура. Врач боится, что я могу кого-нибудь заразить.

– Вы, безусловно, правильно поступили, оставшись дома, – ответил Армандо.

– Может быть, но я до сих пор сожалею. Я знаю, насколько для вас было важным это событие.

– Вам незачем извиняться. Вы не можете контролировать свою болезнь.

Армандо подумал, как ему хочется зацеловать Розу до беспамятства. Не просто зацеловать. А крепко обнять и никуда не отпускать.

Увидев, как Роза идет к выходу из здания, он приуныл. Он хотел позвать ее, но Мона продолжала говорить.

– Я клянусь, я очень здоровый человек. Врач говорит, что сейчас я заразилась одним из самых опасных штаммов гриппа, – сказала Мона. – Но я определенно выздоравливаю. Скоро я буду совсем здорова. Я обещаю.

Я обещаю. Заявление Моны стало прекрасным противоядием к рассеянности Армандо. Он вспомнил, что когда-то тоже дал обещание отцу Моны.

– Я с нетерпением жду этого, – ответил он, крепче сжимая в руке телефон. Роза тем временем вышла за дверь. – Я тоже должен перед вами извиниться. – За многое. – Я не подозревал, что вы так больны.

– Я решила, что если мне удастся убедить себя, что я здорова, то я быстро выздоровею. К сожалению… – Она откашлялась, а потом хрипло прибавила: – К сожалению, я ошиблась.

Армандо виновато подумал, что Моне сейчас очень трудно.

– Вы хотите, чтобы я навестил вас? Я обещаю, что буду держаться на безопасном расстоянии. У нас будет шанс побыть вместе. – Не говоря уже о шансе сохранить дистанцию с Розой.

Его предложение было встречено молчанием.

– Это очень мило с вашей стороны, но боюсь, что я сейчас не слишком хороший собеседник. Я не смогу показать вам страну. Кроме того, я ужасно выгляжу.

– Люди с гриппом часто выглядят неважно, – заметил Армандо.

– Я знаю, но, если вы приедете, я буду все время смущаться. Я не люблю, когда меня видят в моей не лучшей форме.

Они должны стать мужем и женой. Неужели она думает, что высокая температура и грязные волосы оттолкнут Армандо?

Армандо подумал о том, в каких ситуациях он и Роза видели друг друга. В том числе он вспомнил об очень неловком инциденте, который произошел сразу же после того, как она начала на него работать. Розу внезапно стошнило. Она ужасно стыдилась этого и все время извинялась перед ним, сдерживая слезы. Она тоже говорила, что не хочет, чтобы он видел ее в таком ужасном состоянии. Он проигнорировал ее слова, сел рядом с ней и стал поглаживать по спине, чтобы успокоить.

– Мы одна команда, – сказал он тогда Розе. – Не обращай внимания на то, что произошло. Это ерунда. – Потом он провел ее по коридору в комнату, и они смотрели фильм, пока Роза не уснула. Как ни странно, это было одно из самых любимых его воспоминаний об их дружбе.

Он попытался представить, как поглаживает по спине Мону, и сразу подумал, что Мона не захочет, чтобы он к ней прикасался.

– Я не хотел бы причинять вам стресс, – сказал он, размышляя.

Он услышал, как она облегченно вздохнула.

– Спасибо за понимание. Мы насладимся нашим общением, когда я буду здорова. Возможно, на следующей неделе?

– На свадьбе?

– Это было бы чудесно. Через несколько дней я сообщу вам, удастся ли мне приехать.

– Отлично. – Он удивился тому, как сухо и деловито они разговаривают. Но ведь он этого хотел, не так ли? Он заключит политический брак. Неделю назад он не мог думать ни о чем другом. Его душа не просила любви.

Подняв глаза, он посмотрел на ветку омелы.

Армандо зажмурился. Даже если его душа ищет любви, он не может ее себе позволить. Он дал обещание, и от его поступка зависит благополучие страны.

Он поговорил с Моной еще несколько минут о концерте и о тех немногих, известных ему деталях свадьбы Арианны, а затем согласился поговорить с Моной позже на этой неделе. Закончив разговор, он увидел, что его отец идет по коридору.

– Вот ты где, – сказал Карлос. – Твоя сестра приказала мне найти тебя.

– Забавно, – ответил он. – Я думал, ты единственный, кто отдает здесь приказы.

– В Коринтии, может быть. Но невесты это не касается. – Он помолчал. – Разве невеста когда-нибудь слушается своего отца?

– Другими словами, моя сестра обводит тебя вокруг пальца. – В этом не было ничего удивительного.

– Что я могу сказать? Она моя малышка. Я хочу, чтобы она была счастлива.

Несмотря на ранний час, король Карлос был, как всегда, безукоризненно одет. Однажды он заявил Армандо, что король должен выглядеть по-королевски в любое время. Когда отец подошел ближе, Армандо заметил, что пиджак стал ему свободнее. Казалось, что король старится с каждой неделей.

– Не думай, что тебе удастся выбраться из этого невредимым, – заметил король.

– Я надеялся, что у меня получится.

– Церемония будет скромной. Твоя свадьба с Моной будет гораздо пышнее.

– Разве это так необходимо? Ведь я женюсь во второй раз.

– Независимо от этого, ты наследный принц, – ответил его отец. – Люди захотят праздновать.

Верно, люди. Армандо ответствен за те тысячи свечей, что горят на окнах его подданных. Он не имеет права забывать о своих обязанностях.

Отец похлопал его по плечу, прерывая его размышления:

– Я понимаю, о чем ты думаешь, сынок.

– Понимаешь? – Армандо сам не был уверен в своих мыслях. Еще неделю назад все было иначе.

– Конечно, – ответил король. – Я понимаю тебя лучше остальных. Тебе трудно двигаться вперед, когда ты очень хочешь вернуться в прошлое. Я знаю, как ты любил Кристину. – Армандо стало совестно. Он не думал о Кристине ни вчера вечером, ни сегодня утром. Только о Розе.

– Когда ваша мать умерла, я с огромным трудом держал себя в руках. Я так по ней скучал.

– Я знаю, – произнес Армандо, отлично помня, как его отец закрывал лицо руками.

– Я до сих пор скучаю по ней. Каждый день. – Он тихо рассмеялся. – Мы, Санторо, однолюбы.

– Так мне говорили. – По крайней мере, его отец однолюб. Армандо не знал, сумеет ли он всю жизнь любить одну женщину.

– Я пытаюсь сказать, что я знаю, как тебе тяжело. Ты ставишь счастье своей сестры, не говоря уже о благополучии нашей страны, впереди собственных нужд. – Он сжал плечо Армандо. – Я надеюсь, ты осознаешь, как я тебе благодарен. Благодарен и горд тобой. Когда я отойду от дел, Коринтия будет в прекрасных руках.

Для стареющего человека у короля была удивительно твердая хватка. На глаза Армандо навернулись слезы.

– Спасибо.

– Нет, сынок, это тебе спасибо. – Подняв руку, отец слегка шлепнул его между лопатками. – Давай узнаем, какие обязанности на нас возложила твоя сестра.

– Я скоро приду. Но сначала мне надо позвонить.

– Не задерживайся слишком долго. Я не хочу снова тебя искать.

Армандо усмехнулся:

– Пять минут.

– Я ловлю тебя на слове. – Отец погрозил ему пальцем. – Я люблю свою дочь, но я отказываюсь в одиночку иметь дело с приготовлениями к свадьбе.

– Ты трусишь.

– Не то слово! В один прекрасный день у тебя родится дочь, и ты меня поймешь.

Вероятно, король прав.

– Не волнуйся, я тебя не подведу. – Армандо всегда держал свои обещания.

Он мельком взглянул на ветку омелы.

Вместо того чтобы ходить по магазинам, как собиралась, Роза в конечном счете провела выходные в «Доме Кристины», помогая обитательницам приюта с рождественской выпечкой. Работа с другими женщинами помогла ей вернуться на землю и напомнила, что ее дела обстоят гораздо лучше, чем у них. На свете есть более серьезные вещи, чем разыгравшиеся чувства. Разве так важно, чтобы Армандо отвечал ей взаимностью? Она не должна удивляться, если он ее в конце концов отвергнет. Она – полноватая и довольно посредственная секретарша. И дело не в ее неуверенности в своих силах. Она просто констатирует факты. У нее есть работа и дом, в отличие от многих людей. Кроме того, она пережила тяжелый развод и живет дальше.

К тому времени, когда она вернулась на работу в понедельник, Роза чувствовала себя гораздо лучше. На самом деле, входя в лифт, она решила, что ее бурные чувства начинают испаряться. А почему нет? Они нахлынули на нее в одночасье, почему же они не могут исчезнуть так же неожиданно? Верно?

Верно!

Когда она вошла в кабинет, Армандо сидел за ее письменным столом. На нем был темный костюм, галстук и карманный платочек были традиционного красно-коринтского оттенка. Он что-то читал на экране компьютера и не заметил Розу. Однако у нее все равно засосало под ложечкой от волнения.

– Тебе мало одного письменного стола? – спросила она. Она не пыталась с ним кокетничать. По сравнению с высокой и худощавой фигурой Армандо ее письменный стол выглядел крошечным.

Армандо посмотрел на нее, и его глаза просияли.

– Я искал протокол встречи с американским послом на прошлой неделе. Он приедет сегодня после обеда, а я удалил копию протокола, которую ты мне прислала.

– Ты часто это делаешь, – ответила она.

– Что я могу сказать? Я не люблю переполненный почтовый ящик.

– К счастью, у тебя есть я. – Роза повернулась, чтобы повесить пальто на вешалку в углу.

– Я знаю.

Роза помолчала. Они подтрунивали друг над другом десятки раз, но сегодня их шутки звучали иначе. К благодарности Армандо примешивалась меланхолия, и Розу это расстроило. Она медленно расправила пальто на латунном крючке вешалки.

– Идет снег, – сказала она. – Я слышала, как один из охранников говорил, что могут быть заносы на дорогах. Может быть, впервые за последние годы в Коринтии будет снежное Рождество.

Армандо смотрел на Розу, а не на компьютер. Она знала об этом, не поворачиваясь к нему лицом, потому что от его взгляда у нее покалывало спину. Тем не менее она боялась обернуться, поэтому притворилась, что стряхивает капли воды с голубого шерстяного пальто.

– Что-то случилось? – спросила она.

– Я хотел…

Услышав его раздраженный вздох, Роза оставила пальто в покое и повернулась к Армандо лицом. Ей стало не по себе, когда она услышала неуверенность в его тоне.

Он виновато взглянул на нее:

– Я хотел бы извиниться.

Ох, неужели он собирается извиняться за поцелуй?

– Все в порядке, – отрезала она. – Извиняться незачем. Это все глупая праздничная традиция.

– Может быть, но я пересек запретную линию. Я вел себя неподобающе и прошу за это прощения.

Иными словами, он сожалеет о том, что сблизился с ней.

– Вот что происходит во время праздников. – Она заставила себя улыбнуться. – Люди вынуждены говорить не то, что думают. Не волнуйся, я не обижаюсь.

– Я не притворялся. Просто…

Роза знала, что должна задать ему вопрос, правда ли он хотел снова ее поцеловать, но промолчала. Встав, он вышел из-за стола.

– Ты красивая женщина, Роза. Любой мужчина захочет тебя поцеловать.

– Ты удивишься, поняв, как ты не прав, – пробормотала она.

– Ты имеешь в виду Фредо? Поверь, любой мужчина в здравом уме захочет тебя поцеловать.

Она улыбнулась бы, когда он фактически назвал Фредо идиотом, если бы Армандо не стоял к ней так близко. Ей было проще оставаться спокойной, когда их разделял письменный стол, и она не ощущала одеколона Армандо.

– Не надо преувеличивать, – произнесла она.

– Я говорю искренне, – ответил он.

Она отважилась посмотреть ему в глаза.

– Но? – Он стал извиняться не просто так.

Качая головой, Армандо отошел в сторону.

– Я же живой человек, – признался он. – Я вижу красивую женщину и испытываю желание. Это естественно.

Армандо начал мерить шагами комнату – доказательство того, что он размышляет. Стараясь не зациклиться на его заявлении о том, что он считает ее красивой женщиной, Роза молчала и ждала концовки его объяснения. Той части его речи, которая станет ведром ледяной воды ей на голову.

– Было несправедливо, – сказал он. – Целовать тебя. Не тогда, когда я… То есть…

– Я понимаю. – Она не обязана выслушивать его до конца. Она достаточно часто слышала о том, что его любовь умерла вместе с Кристиной, и теперь он эмоционально мертв.

Он мог бы жениться на иностранке и помочь Коринтии, потому что он никогда не полюбит снова.

Именно под этим он подразумевал несправедливость. Пусть он хочет Розу, но он не сумеет ее полюбить. Никогда.

Кроме того, не следует забывать о Моне. Даже если ему наплевать на нее.

По крайней мере, он беспокоится о чувствах Розы. Она может этим утешиться. Она должна найти в этом утешение. Более того, чувство долга – одно из тех качеств, которые делают Армандо особенным.

Роза спросила с притворной беззаботностью:

– Тебе не кажется, что ты слегка эгоистичен?

Армандо остановился:

– Прошу прощения?

– Мы с тобой флиртовали под омелой. Ты хорошо целуешься, но тебе придется постараться, чтобы разбить мне сердце.

– Значит, ты не…

– Я же живой человек, – ответила она. – Ты замечательно целуешься. Но даже я достаточно умна, чтобы понять, что один поцелуй ничего не изменит.

– Я рад это слышать, – сказал он, кивая. Он старался говорить с облегчением, но в его голосе слышались нотки разочарования.

– Итак, – произнесла она и прошла на свое место за письменным столом, – если мы покончили с ненужными извинениями, я хочу спросить: мне распечатать протокол встречи с послом Уилсоном?

Он улыбнулся:

– Пожалуйста. Я буду у себя в кабинете. Роза? – Она оторвалась от экрана компьютера и посмотрела в глаза Армандо, который глядел на нее очень красноречиво. – Спасибо.

– Я всегда к твоим услугам. – Она снова уткнулась в экран компьютера, пряча слезы. Даже к лучшему, что этот разговор состоялся. Лучше помнить о реальности, чем дурить себе голову и надеяться на чудо.

Армандо казался себе идиотом. Черт бы побрал его привычку держать дверь кабинета открытой! Ему хотелось изо всех сил врезать по спинке своего кресла. Запустив пальцы в волосы, он стал рассматривать снежинки за окном. Все-таки он эгоист. Все это время он волновался, что взбудоражил чувства Розы, а ей, как выяснилось, не было до него дела. Судя по всему, на нее не произвело впечатления то, что произошло между ними под омелой.

А почему она должна была как-то отреагировать? Конечно, она чувствовала ту же самую пугающую интимность, какую ощущал он, пока они сидели на лестнице. Однако не понятно, отчего она совсем не смущается?

Не стоит смотреть в зубы дареному коню. Вне зависимости от чувств Розы, он правильно поступил, что извинился перед ней. Если она ничего к нему не испытывает, ему будет намного проще. Он должен радоваться.

Итак, теперь вопрос решен, его отношения с Розой возвращаются в привычное русло.

– Вот протокол, – произнесла она.

А может, и нет. Как только Роза вошла в приемную и Армандо увидел ее, у него сдавило грудь. Она была такой сладкой и нежной, что ему захотелось ее обнять. Пусть он извинился перед ней, но его желание не пропало.

Он сжал спинку кресла.

– Спасибо, – сказал он, когда она положила папку с протоколом на его письменный стол.

Роза едва на него взглянула:

– Пожалуйста.

Впившись пальцами в кожаное кресло, он наблюдал, как Роза идет к двери.

– Так будет проще, – произнес он, глядя на ее бесформенный жакет.

Однако он по-прежнему не понимал, почему Роза к нему равнодушна.

Глава 8

Удивительно, как быстро идет время, когда чего-то не ждешь. Если бы Роза с нетерпением ждала репетиции свадебного ужина Арианны, то несколько дней до церемонии тянулись бы очень долго. Но так как она боялась предстоящих событий, время летело неумолимо быстро.

Прежде чем Роза поняла, что происходит, наступил вечер накануне Рождества, и она уже стояла в восточной столовой. Свадебная церемония будет скромной, но тщательно продуманной. Завтра состоится ужин, и столы сервируют трехсотлетним королевским фарфором с гербом Санторо. Сегодня – на репетиции ужина – на столах стоит более современный фарфор с отделкой золотом. Золоченые края посуды ярко блестели на фоне красно-белой скатерти и салфеток. Роза подсчитывала вилки и ножи. На ужин подадут шесть блюд! При мысли об этом кремовое платье вдруг показалось ей узким.

Она пришла в столовую раньше всех, остальные гости были по-прежнему в часовне. Если бы кто-нибудь спросил о цели ее раннего визита, Роза ответила бы, что решила помочь ассистентке Арианны. Но на самом деле она просто не желала находиться в одной комнате с Армандо среди свадебной суеты. По правде говоря, она старалась не думать о том, что Армандо скоро женится. До Нового года была всего неделя. Чем меньше времени оставалось до этого дня, тем сильнее она нервничала. Через девять дней Армандо будет потерян для нее навсегда.

Не то чтобы он когда-либо ей принадлежал, о чем он напомнил ей в понедельник. Никто, кроме Кристины, никогда не завладеет его сердцем. Но в тот день, когда он объявил о намерении снова жениться, Роза решила, что это конец всему. Все ее надежды рухнули. Казалось бы, она должна испытать облегчение, потому что лучше не иметь никакой надежды, чем несбыточную, однако Роза чувствовала себя иначе.

И поэтому вместо того, чтобы сидеть в часовне и видеть Армандо, которому предстоит новый брак, она решила побыть в столовой.

Роза стояла у камина, согревая пальцы ног, когда услышала звук приближающихся шагов. Через мгновение в дальнем конце комнаты появился Армандо. Увидев Розу, он остановился.

– А я все думал, куда ты подевалась, – сказал он. – Я заметил, что тебя не было в часовне во время репетиции.

Означает ли это, что он искал ее? У Розы екнуло сердце. Ей следует перестать искать подтекст в словах Армандо.

– Я думала, Луизе понадобится помощь, – ответила она. – Она работала всю неделю, занимаясь подарками и подготовкой к свадьбе.

– Если судить по количеству подарков, то на свадьбу должно приехать в десять раз больше гостей. Моя сестра будет не в восторге от такого количества присланных серебряных щипцов для льда.

– А также от супниц, – сказала Роза. – По последним подсчетам, прислали уже три супницы.

– Я знаю, я видел подарки в соседней комнате. – По традиции подарки выставлялись на виду у гостей. – Мне страшно представить, сколько было бы подарков, если бы свадьба была пышной.

Об этом он узнает достаточно скоро. Оба подумали о предстоящей свадьбе Армандо. Нынешний разговор напоминал другие, что происходили между ними на этой неделе. Приятный, но немного напряженный разговор. Даже обоюдное молчание, как правило, заставляло обоих чувствовать себя неловко.

Глядя, как Армандо смотрит на пламя в камине, она заметила, как неровно повязан его черный галстук.

– Тебе помочь с галстуком? – спросила она.

Он посмотрел на галстук.

– Пожалуйста, – сказал он. – Черт побери, как я ни стараюсь, он все равно висит криво. – Роза заставила себя улыбнуться. – Арианна обещала поправить его после репетиции, но у меня подозрение, что ей будет не до меня. А раз ты здесь…

– Я делала это десятки раз, – ответила Роза, шагнула к Армандо и стала поправлять ему галстук. Ткань была холодной, а кожа Армандо – теплой. Роза разволновалась. – Однажды ты научишься делать это самостоятельно, – пробормотала она.

– Зачем? Ведь рядом всегда будешь ты.

– Кто сказал, что я всегда буду рядом с тобой? – Услышав намек в словах Армандо, она потеребила галстук. – Я думаю, твоя невеста предпочтет завязывать его тебе сама.

Роза почувствовала, как он напрягся.

– Возможно, – рассеянно ответил он. – Но разве она будет делать это лучше тебя?

– О, я уверена, большинство людей умеют хорошо завязывать галстуки. Это не так сложно, как ты думаешь.

– Но и нелегко, – произнес он.

– Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

– Ничего. – Он сглотнул, и его кадык дернулся. – Я полагаю, ты обрадуешься, когда освободишься от этой обязанности. Забота обо мне, должно быть, утомляет спустя какое-то время.

Странный выбор слов.

– Я всегда с радостью тебе помогала, – сказала она. На самом деле ей больше всего нравилось завязывать ему галстуки. Ей нравилось ухаживать за Армандо, пока он горевал. Чем чаще она это делала, тем отчетливее понимала, насколько сильной может быть. Заботясь об Армандо, она становилась такой, какой была до брака с Фредо.

Поправив галстук, она пригладила руками и пиджак Армандо, чувствуя под пальцами его твердые мускулы.

– Вот так, – произнесла она. – Идеально, как всегда.

– И ты. – Он улыбнулся. – Ты прекрасно выглядишь.

– Платье мне узко.

– Прекрати принижать себя. Ты выглядишь идеально. Ты всегда выглядишь идеально.

В ее душе затеплилась надежда. Он должен перестать ее провоцировать и заставлять чувствовать себя особенной.

– Армандо?

– Роза…

Они заговорили одновременно. Когда Роза попыталась отойти в сторону, он взял ее за руку.

– Я…

Он не успел ничего сказать, потому что его прервали низкие мужские голоса. Роза высвободила руку в тот момент, когда в комнату вошли Макс и еще какой-то мужчина.

– И ты говоришь, что это только одна из столовых? – спросил незнакомец.

– Одна из трех, – ответил Макс.

– Черт! После этого места «Фокс-клуб» кажется забегаловкой фастфуда. Привет! Кто это? – Он улыбнулся Розе. – Вы не были на репетиции. Я бы вас запомнил.

– Сбавь обороты, ковбой! Мне не нужен скандал. – Макс похлопал мужчину по плечу. – Роза Ламберти, позвольте представить вам моего лучшего друга, Дария Эббота. Он только что приехал из Нью-Йорка.

– Приятно познакомиться, – ответила Роза. – Вы шафер Макса, да?

Афроамериканец был чуть ниже Макса, но обладал мощной фигурой, какая бывает у игроков в регби. Его широкие плечи под смокингом напряглись, когда он поднес руку Розы к своим губам.

– Ах, какие пальчики! – произнес он, подмигивая Розе, и она хихикнула от его нахальства. Друг Макса был первоклассным соблазнителем.

– Роза – личная секретарша принца Армандо, – пояснил Макс. – Она очень помогала с подготовкой к свадьбе. Я уверен, Арианна не справилась бы без нее и Луизы.

– Я сделала не так много, – ответила Роза. – Просто слегка организовала процесс.

– Как обычно, Роза принижает себя, – вмешался Армандо.

– Разве я не предупреждал тебя, чувак? – воскликнул Дарий и, сверкая глазами, наклонился к Розе, словно доверяя ей страшную тайну. – Я говорил ему, что женщины сходят с ума от свадеб. Даже такие хорошенькие, как Арианна.

– Моя сестра не сходит с ума, – произнес Армандо.

– О, она очень волнуется, – сказала Роза. – Ее нервы сейчас на пределе. Но в целом она отлично держится, – прибавила она, глядя на Армандо.

– Наверное, потому, что у нее такая хорошая помощница, – заметил Дарий. – Я бы на ее месте успокоился.

– Что я могу сказать? У меня есть дар.

– Я нисколько не сомневаюсь!

Дарий вел себя поразительно самоуверенно. Роза не помнила, кто в последний раз – помимо Армандо – так дерзко ее хвалил. Она солгала бы, если бы заявила, что слова Дария не тешат ее самолюбие.

Краем глаза она заметила, что Армандо, осуждающе прищурившись, наблюдает за ними. Она сразу же одернула себя, не желая расстраивать Армандо.

Что она делает? Друг Макса очаровательный и красивый мужчина. Если она хочет с ним флиртовать, то это касается только ее. Сейчас ей совсем не помешает послушать очередной комплимент.

Общение с Дарием определенно лучше тоски по Армандо, которому она не нужна.

Решив быть дерзкой, она одарила Дария самой очаровательной улыбкой.

– Вы уже определились, где сидите за столом, Дарий? – спросила она. – Если хотите, я помогу вам найти ваше место. Мы не размещаем гостей за столиками под номерами, как это делают в США.

– Это было бы здорово. – Дарий улыбнулся, сверкнув идеально ровными белыми зубами. – Может быть, мне повезет, и я сяду рядом с вами?

– Знаете что? По-моему, это можно устроить. – Взяв Дария под руку, она повела его подальше от Макса и Армандо, мысленно гладя себя по голове. Она ни разу не оглянулась и не посмотрела на Армандо. Хотя она чувствовала, как он буравит взглядом ее затылок.

Армандо возненавидел американца. Почему Макс выбрал Дария в шаферы? Ну и что, что они друзья детства? Он обычный гость, но он старается быть в центре внимания, улыбается и скалит красивые белые зубы в ответ на все, что скажет Роза. И еще он поцеловал ей руку! У американцев не принято целовать женщинам руки. Армандо все ждал, когда Роза многозначительно посмотрит на него, удивляясь наглости Дария. Но вместо этого она улыбнулась и предложила Дарию помочь найти его место за столом. И вот теперь Роза сидит через четыре человека от Армандо, рядом с Дарием.

– Ты будешь есть суп или станешь размешивать его весь вечер? – спросил его отец.

Армандо отложил ложку:

– Прости, отец. Боюсь, сегодня у меня нет аппетита. – Откуда у него появится аппетит, когда рядом с ним творится такое безобразие?

– Я вот и говорю, зачем выделять одну маленькую вилку? Положите ее слева со всеми остальными, – произнес Дарий.

Роза рассмеялась, хотя Армандо шутка Дария не показалась смешной. Она хохотала, запрокинув голову. Армандо подумал, что она имеет право так смеяться только от его шуток.

– Жаль, что Мона не смогла сегодня приехать, – сказал король.

– Да. Я не думаю, что она ожидала, будто здешняя погода будет такой же плохой, как в Елгиерии. – В глубине души Армандо был совсем не разочарован. Хотя Новый год приближался, ему было все труднее проявлять интерес к своей будущей невесте. Он считал, это происходит потому, что они не проводили время вместе. После долгих уговоров он убедил ее пообщаться в скайпе. У них состоялся прекрасный разговор, во время которого Мона разделила часть взглядов Армандо, и к концу разговора он почему-то заскучал.

– Она приедет на завтрашнюю церемонию, – сказал Армандо.

– Я с нетерпением жду встречи с ней, как и ее отец, – произнес король Карлос. Сидя в дальнем конце стола, султан увлеченно разговаривал со вторым кузеном Армандо, который был заместителем министра обороны. – Я полагаю, тебе не терпится начать официальное ухаживание за ней.

– Определенно, – ответил Армандо. Может быть, когда они встретятся лично, она понравится ему больше.

Но даже если Мона не сумеет пробудить в нем сильный интерес, он едва ли сможет ее в этом обвинить. Ведь причина политического брака – его неспособность любить снова. Забавно, что он вдруг забеспокоился о том, какие чувства испытает к Моне.

После супа подали салат. Армандо выбрал вино. С другой стороны от отца сидели Арианна и Макс и игнорировали гостей, глядя в глаза друг другу. Они выглядели так же, как в тот день, когда Макс ворвался во дворец и объявил Арианне о своих чувствах. Они видели только друг друга. Армандо почувствовал зависть. Он вспомнил, каково быть влюбленным и не замечать никого вокруг, кроме своей возлюбленной. Каково не чувствовать себя одиноким, зная, что в этом мире есть человек, который тебя понимает, признает твои недостатки и все равно тебя любит.

Проклятье! Роза снова смеется. Что такого забавного она нашла в этом американце? Армандо поцеловал ее, а она сказала, что он отреагировал, как эгоист. Этот Дарий сделал глупое замечание по поводу устричных вилок, и Роза расхохоталась, словно услышала самую остроумную шутку.

– Бедный помидор. – Подружка невесты, леди Тесса Гринвич, указала на салат. – Я не знаю, чем вас расстроил этот овощ, но я рада, что вы злитесь на него, а не на меня.

Армандо посмотрел на помидор, в который вонзил вилку:

– Ему просто не повезло. Его так легко проткнуть.

– Я думала, вы злитесь на него.

– Злиться? Нет, – ответил он. Просто его очень раздражают люди, нарушающие правила этикета. – Прошу прощения, но я отлучусь на минутку. – Он отложил салфетку и встал. – Я сейчас вернусь.

– Все в порядке? – спросила леди Гринвич.

– Будет в порядке. – Как только он поговорит со своей секретаршей. Проходя мимо Дария и Розы, он наклонился к ее уху. – Мы можем поговорить в коридоре? – прошептал он. – Сейчас.

Роза, естественно, улыбнулась, сильнее раздражая Армандо.

– Возникла проблема? – спросила она.

Вместо того чтобы ответить, Армандо продолжал идти к выходу, зная, что Роза пойдет за ним. Оказавшись в коридоре, он провел ее мимо двух дополнительных входов в зал. Они оказались в галерее рядом с грандиозной аркой.

– Как тебе кажется, что ты делаешь? – произнес он, когда убедился, что их никто не слышит.

Она округлила глаза, потом прищурилась:

– О чем ты говоришь?

Боже мой, как она красива сегодня. Шелковое кремовое платье плотно облегало ее фигуру. Несмотря на злость, Армандо захотелось коснуться ее тела и почувствовать, как она дрожит.

– Я говорю о тебе и друге Макса, – ответил он. – Ты смеешься над каждым его словом.

– Потому что он смешной. С каких пор это преступление?

С тех пор как она перестала смеяться над шутками Армандо.

– Кроме того, ты моя секретарша, и ты должна быть рядом со мной на случай, если мне что-нибудь понадобится. – А не хохотать в обществе симпатичных иностранцев.

– Ну, а разве тебе что-нибудь нужно? Ты серьезно? Я сижу довольно близко к тебе за столом, а не нахожусь в другом конце страны. К тому же, – прибавила она, скрестив руки на груди, – фактически я сейчас не работаю. Я приглашена как гость. Это означает, что я имею право сидеть там, где хочу.

– Это не означает, что ты имеешь право заигрывать с каждым мужчиной в комнате.

– Заигрывание? – Она раздула ноздри, потом опустила руки по швам и наклонилась к Армандо. – Я наслаждаюсь вечером.

– Ты кокетничаешь, – возразил Армандо. – Ты перебрасываешь волосы через плечо, смеешься. Ты ведешь себя как павлин, который показывает свое оперение, – пробормотал он, уставившись на картину на стене. Стоит ли удивляться, что у Армандо пропал аппетит?

– А если я даже и кокетничаю, что в этом такого? – спросила Роза, подойдя к нему. – Уже давным-давно мужчины не находят меня привлекательной.

Армандо резко повернул голову в ее сторону:

– О чем ты говоришь? Я постоянно говорю тебе, что ты привлекательная женщина.

– Я имею в виду того, кто не… Мне приятно, вот и все, – сказала она. Их плечи соприкоснулись, когда она протиснулась мимо него к арке.

Армандо пошел вслед за ней. Роза стояла спиной к нему, глядя на елку. На мгновение его досада испарилась – он уставился на обнаженную кожу в вырезе ее платья.

От желания коснуться ее спины у него зачесались пальцы.

– Ты ведешь себя неподобающе, – отрезал он. – Ты выставляешь себя на посмешище.

– И кто это говорит? – спросила она, поворачиваясь к нему лицом.

Армандо было невыносимо наблюдать, как Роза поощряет внимание Дария после того, как легко отвергла его самого.

– Ты моя секретарша, – ответил он. – Я ожидаю, что ты будешь вести себя с большим достоинством.

Она снова скрестила на груди руки:

– Чего ты от меня хочешь, Армандо? Это репетиция свадьбы твоей сестры. Мне игнорировать этого мужчину? Прекратить с ним разговаривать?

Армандо хотел именно этого. Однако, услышав ее слова, он понял, до чего смешны его требования.

– Просто прекрати вешаться ему на шею, – сказал он.

Роза глубоко вдохнула через нос. Ее глаза сердито сверкали.

– Нет, – ответила она.

Одно-единственное слово было таким резким, что показалось Армандо пощечиной. Он насторожился.

– Прошу прощения? – Обычно в такие моменты она пасовала и выражала свое неудовольствие насмешливой фразой «Да, ваше высочество».

– Я сказала «нет», – повторила она. Она впервые за три года бросила ему вызов.

Вдохнув, она направилась к нему осторожными, размеренными шагами.

– Я больше никому не позволю диктовать мне, что делать. Ни Фредо. Ни тебе.

– Я не Фредо, – парировал Армандо. – Не сравнивай меня с этим ничтожеством.

– Тогда перестань вести себя как он! – отрезала она. – Я никому не навредила. И тебя не касается, кому я симпатизирую, а кому нет. А теперь я пойду.

Армандо схватил ее за запястье. Он пожалел об этом, как только Роза напряглась, но его волнение только усилилось. Он мог думать лишь о том, как Дарий хватает своими ручищами плечи Розы.

– Ты собиралась с ним целоваться? – спросил он.

– Не твое дело.

– Ты только что призналась, что симпатизируешь ему. Означает ли это, что ты хочешь его поцеловать?

– Может быть, – ответила она, высвобождая руку. – И что? В отличие от тебя я могу снова влюбиться. Ты объявил себя эмоциональным мертвецом, но это не означает, что я стану такой же.

– Значит, ты намерена его поцеловать, – сказал он.

– Не лезь не в свои дела!

Армандо схватил ее за запястье во второй раз, притянул к себе и обнял свободной рукой за талию.

– Отпусти меня, – попросила она.

Он забыл о манерах сразу, как только посмотрел в глаза Розы. Красивые разъяренные глаза, в которых читался вопрос. И вдруг он все понял. Чувства, которые он испытывал все время после концерта, стали ему очевидны. Прежде чем успел сдержаться, Армандо наклонился, чтобы поцеловать Розу.

Она запрокинула голову.

– Что ты вытворяешь? – спросила она.

– Я… – Он уступил инстинкту. – Прости.

Отпустив Розу, он подошел к лестнице и присел на нее. Смотря в пол, он слышал, как Роза поправляет платье.

– Я хочу тебя, – просто сказал он.

Роза фыркнула.

– Серьезно? – спросила она. – Пять дней назад ты стоял в моем кабинете и извинялся за то, что хотел меня и был ко мне несправедливым. А теперь ты вдруг делаешь то, за что извинялся.

– Я знаю, – ответил он. – Я веду себя глупо.

– Верно, Армандо.

Смотря на великолепную рассерженную Розу, он почувствовал, как у него скручивает живот. Как он мог быть таким слепым?

– Я только сейчас понял, – признался он.

– Что ты понял?

– Насколько ты мне небезразлична.

Она побледнела:

– Небезразлична? – Ее голос дрогнул от волнения, когда она повторила это слово. Армандо встал, но, когда он протянул к ней руку, она жестом запретила ему подходить к ней. – Три года я слышала о том, что твое сердце умерло вместе с Кристиной.

– Я думал, что так было. – На самом деле если бы кто-то спросил его об этом восемь часов назад, Армандо не нашелся бы что ответить. – Но сегодня вечером, когда я увидел тебя с Дарием…

– В тебе заговорили собственнические чувства, – сказала она. – Мне это знакомо. Дарий обратил на меня внимание, и ты внезапно решил, что не желаешь делить меня с ним. А потом, когда его внимание ко мне пропадет, ты… – Она пожала плечами.

– Нет. – Чертов Фредо! Нет сомнений, что ее бывший муж ответствен за ее подобное мышление. – Я имею в виду да, – продолжал Армандо. – Я не буду врать. Я хотел сломать палец Дарию каждый раз, когда он к тебе прикасался. Но моя ревность – лишь последний кусок головоломки. То, что я к тебе испытываю…

Роза отвернулась от него. Казалось, сегодня она просто обожает поворачиваться к нему спиной. Обняв за плечи, он на секунду уткнулся носом в ее волосы, изо всех сил стараясь подобрать правильные слова.

– Ты когда-нибудь настраивала резкость телескопа? – спросил он. – Сначала изображение размыто, а потом становится четким.

Роза кивнула.

– То же самое происходило в моей душе несколько минут назад. Сначала я испытал ощущения, которые не мог объяснить, а через секунду все стало понятно. То, как я вспоминал поцелуи с тобой, как я хотел прикончить Дария за то, что он целует твою руку, фактически означает мое возвращение к жизни.

– Всего-то? – Она по-прежнему говорила скептически, но слегка наклонилась в его сторону.

Армандо воспринял это как прогресс.

– Это было как удар молнией, – сказал он, целуя ее в шею.

Она отошла от него, оставив его стоять в центре арки.

– Ты не веришь мне, – произнес он.

– Я…

Он вдруг подумал о том, как легко она отмахнулась от его извинений по поводу его эгоизма.

– Я тебе безразличен? – спросил он.

Он так разволновался из-за своего откровения, что ему даже в голову не пришло, будто Роза может не ответить ему взаимностью. Он стыдился своего поведения и испытывал жуткое разочарование. Возродившись к жизни, он отчаянно хотел, чтобы Роза чувствовала к нему такое же сильное желание, какое испытывает к ней он.

Тем не менее, если она не ответит на его чувства, ему останется только уважать ее желания.

– Мне очень жаль, если я тебя смутил, – сказал он ей. – Чувства затуманили мне разум.

– Нет, ты меня не смутил, – произнесла она, поворачиваясь к нему лицом. – Мне просто было неловко. Ты мне небезразличен. Я не совсем уверена в том, когда все изменилось, но ты мне очень дорог.

– Но? – Он услышал неуверенность в ее тоне. Хотя от ее заявления Армандо почувствовал себя на седьмом небе, он запрещал себе надеяться. Он боялся отказа Розы.

Она пожала плечами.

– Я не знаю, что думать.

– Тогда не думай, – ответил он. – Следуй велению своей души.

– Я-я не знаю, – произнесла Роза.

Он считает, что это так просто. Следовать велению своей души. А что делать, если ты напугана и озадачена? Роза только-только смирилась с тем, что ее любовь к Армандо безответна, как вдруг он заявляет, будто это не так. Как она может быть уверена, что его внезапное осознание своих чувств к ней – нечто большее, чем простая ревность к Дарию? В конце концов, Армандо привык к тому, что Роза уделяет все свое внимание только ему. Кто гарантирует, что, снова получив ее внимание, он не потеряет к ней интереса? К этой полноватой, неуверенной в себе разведенной женщине. Она совсем не идеал.

Кроме того, Армандо не сказал, что любит ее. Она ему небезразлична. Она нужна ему. Он хочет ее. Но ни одно из этих заявлений не предполагает любви. Пусть он признался, будто возродился к жизни, по сути, он остался прежним и не сможет испытывать к ней эмоциональную привязанность по-настоящему. Он просто пытается быть справедливым. Ему лестно думать о том, что его желание достаточно сильно, чтобы превзойти чувство долга.

С другой стороны, чувства Розы старались затмить здравый смысл, поэтому, возможно, они истинные. Вот и сейчас она смотрит, как Армандо подходит к ней, и ее сердце бьется чаще, и у нее перехватывает дыхание.

– Ты в курсе, что мы снова стоим под омелой? – спросил он.

Эта чертова омела просто не дает им покоя! От предвкушения по спине Розы пробежала дрожь, она почти не слышала голоса рассудка. Если Армандо собирается ее поцеловать, то она ему это позволит.

Она хотела забыться в его объятиях. На секунду поверить, будто он не просто испытывает к ней желание, а любит ее по-настоящему.

На этот раз, когда он обнял ее за талию, Роза охотно шагнула в его объятия, прижалась к нему и улыбнулась.

– Похоже, омела – это наша судьба, – прошептала она.

– Я не жалуюсь. – Она слышала, как сердцебиение эхом отражается в ее ушах, когда Армандо наклонил голову. – С Рождеством, Роза!

– С Рожде… – Его поцелуй заглушил конец ее фразы. Розе было все равно. Она всю жизнь ждала такого поцелуя. Страстного, горячего, жадного. От которого она дрожала всем телом.

Оба затаили дыхание, прервав поцелуй. Армандо уперся лбом в лоб Розы и улыбнулся.

– С Рождеством, – прошептал он.

Роза почувствовала себя принцессой.

За их спиной кто-то откашлялся, потом послышался голос:

– Прошу прощения, ваше высочество.

Голос принадлежал Витторио Мастрелла – главе службы безопасности. Он стоял в дверях, как статуя, опустив руки по швам.

– Меня попросили передать вам сообщение.

Армандо крепче обнял Розу за талию. Он явно боялся, что она от него сбежит.

– Если это отец, скажи ему, что я плохо себя чувствую и встречусь с ним утром, – произнес он, улыбаясь Розе. – У меня важный разговор.

– Это не от вашего отца. – Розе стало не по себе, когда она увидела, как Витторио посмотрел на Армандо и на нее. Судя по всему, он принес дурные вести.

Она оказалась права.

– Приехала принцесса Эль Хальвани, – объявил Витторио. – Она направляется в столовую.

Глава 9

Итак, вот и большой камень преткновения. Роза не понимала, как могла забыть о Моне. Услышав о принцессе Эль Хальвани, Роза вырвалась из объятий Армандо. Это оказалось достаточно просто, потому что он ослабил хватку.

– Спасибо, Витторио, – ответил Армандо.

Судя по шокированному выражению его лица, он тоже забыл о Моне. Это было слабое утешение, однако Роза все равно обрадовалась.

Витторио поклонился в ответ:

– Снова прошу прощения за то, что отвлек вас, ваше высочество.

– Не надо извиняться, Витторио. Твое сообщение очень своевременно.

Уже во второй раз сама судьба помешала Розе и Армандо целоваться, зная о предстоящих неприятностях.

Отчасти, во всяком случае.

Они стояли и слушали удаляющиеся шаги Витторио. Армандо выглядел потрясенным. Его взгляд стал унылым и отчужденным.

Роза первой нарушила молчание:

– Нам лучше вернуться в столовую. Ты же не захочешь, чтобы принцесса тебя искала.

– Да, мы должны идти, – ответил он голосом, который показался чужим даже ему самому. Затем Армандо откашлялся. Словно вернувшись в реальность, он резко посмотрел на Розу. – Мы поговорим после.

– Я не думаю, что это необходимо, – произнесла она. Что бы они ни обсуждали, ситуация уже вышла из-под контроля.

У входа в столовую их встретили король Карлос и король Омар. Если отец Армандо озабоченно хмурился, то султан был готов лопнуть от радости.

– А вот и вы, мой друг! – воскликнул султан. – Я все думал, где вы так долго пропадали.

– Мне захотелось подышать свежим воздухом, – ответил Армандо.

– Со своей секретаршей? – спросил король Карлос.

– Я попросил Розу принести мне лекарство от боли в желудке. Потом пришел Витторио и сообщил о приезде Моны.

– Да! – ответил Омар. – Погода наконец улучшилась, и наш пилот сумел взлететь. Мона приводит себя в порядок после перелета, она скоро придет. Вы действительно бледны, – отметил султан, наклонив голову. – Я надеюсь, с вами не случилось ничего серьезного. Ах, а вот и моя дочь!

Происходящее походило на сцену из фильма. Как только король Омар объявил о приходе своей дочери, все повернули головы в дальний конец комнаты, чтобы увидеть принцессу Мону.

Казалось, она не идет, а плывет по воздуху. На ней было длинное платье цвета аметиста.

– Приношу свои глубочайшие извинения, король Карлос, – произнесла она, сделав идеальный реверанс, – за то, что я приехала так поздно. Надеюсь, я не испорчу особенный вечер вашей дочери.

– Вы можете во всем обвинить меня, – сказал король Омар. – Мона собиралась остановиться в отеле, но я настоял, чтобы она приехала сюда. Ей и вашему сыну давно пора побыть вместе.

– Вы абсолютно правы, Омар, – ответил король Карлос и поцеловал пальцы Моны. – Вам, принцесса, мы рады в любое время. Я уже приказал посадить вас за столом рядом с Армандо.

– Вы очень добры, ваше величество. – Она опустила глаза, ее ресницы затрепетали, как крылья бабочки.

Для женщины, которая не планировала приходить на репетицию свадебного ужина, она выглядела потрясающе. Темные волосы были зачесаны назад, благодаря чему на ее лице резче выделялись миндалевидные глаза и высокие скулы. И еще у нее был совершенный цвет лица.

Принцесса повернулась и сделала реверанс Армандо:

– Принц Армандо, я счастлива видеть вас снова.

Армандо кивнул:

– Я рад, что вы полностью выздоровели. Вы… – Он откашлялся. – Вы по-прежнему прекрасно выглядите.

– Я немного запыхалась, торопясь сюда, но все равно благодарю вас за комплимент. Я с нетерпением жду возможности познакомиться ближе на следующей неделе.

– Я тоже. – Армандо снова откашлялся. – Простите. Мне нужно воды.

– Я предлагаю всем сесть за стол, пока твоя сестра не заметила, что мы ушли, – сказал король Карлос.

– По-моему, они безумно влюблены друг в друга, – заметил король Омар.

– Действительно, – сказал король. – Если бы мы все сейчас отправились спать, то они вряд ли заметили бы наше отсутствие.

Стараясь казаться незамеченной, Роза шла на несколько шагов позади королевской четверки. Армандо оглянулся на нее, но она намеренно не посмотрела в его сторону. Если она посмотрит на него, то будет снова вспоминать их разговор под аркой. А она и без этого чувствует себя одинокой и потерянной.

– Эй, красавица, а я-то все думаю, куда вы запропастились. Сейчас подадут горячее. Скажите мне, какие вилки для него подойдут. – Вскочив, Дарий отодвинул ей стул. – С вашим боссом все в порядке?

Она посмотрела через стол туда, где Армандо представлял принцессу остальным гостям. Они будут хорошей парой. И родят замечательных наследников.

– Почему с ним должно быть что-то не так? – спросила она.

– Вы вдвоем ушли на какое-то время. Я боялся, как бы чего не случилось. Принц мог к вам приставать. Он к вам не приставал, нет? – прошептал он, дразня ее.

Роза натянуто улыбнулась. Дарий не виноват, что ей больше не хочется с ним флиртовать.

– Не приставал. Однако, – прибавила она, – у его высочества возникла проблема, которую он пытался решить.

– Неужели?

– Оказывается, он забыл важную информацию. Но, – сказала она, слыша смех Моны, при звуке которого ей стало не по себе, – теперь все в порядке, и он знает, что должен делать.

Это был самый длинный ужин в жизни Армандо. Если раньше он маялся, слушая, как Дарий пытается соблазнить Розу, то после приезда Моны он был вынужден одновременно слушать болтовню Дария и очаровывать принцессу. И все это время он желал снова оказаться с Розой под омелой.

Роза избегала его взгляда.

Армандо тоже старался сдерживаться. Неправильно демонстрировать свои чувства, когда он обязан уделять время Моне. Эгоистично и неправильно. Его единственным оправданием было то, что он поступал так, как советовал Розе: не думая.

Теперь, в наказание за его алчность, он до конца вечера вспоминал поцелуй Розы. Армандо не мог забыть ее мягкие и податливые губы. К тому времени, когда подали десерт, Армандо хотел бросить свою салфетку на стол и уйти. Конечно, он этого не сделал. Одного резкого ухода с торжества уже достаточно.

Сидящая слева от него Мона вытерла губы салфеткой.

– Отец был прав, – сказала она. – Ваша сестра и ее жених очень преданы друг другу. Неудивительно, что ваш отец согласился на их брак… в нынешних обстоятельствах.

– Что вы имеете в виду? – спросил Армандо.

– Пожалуйста, не поймите меня неправильно, – произнесла Мона. – Я имела в виду, что в Коринтии, как и в моей стране, соблюдаются строгие традиции. Кажется, ваш отец совсем не осуждает свою дочь за то, что она его ослушалась.

– Ослушание ни при чем. Макс любит Арианну.

– Ей очень повезло. Мы с вами оба знаем, что королевские особы редко женятся по любви.

Да, это так. Армандо снова попытался привлечь внимание Розы, но она сидела лицом к Дарию.

Армандо с трудом сдерживал ярость. Прядь волос упала на глаза Розы – она выпала из ее пучка, когда они целовались. Ему очень хотелось запустить пальцы в ее волосы.

Он хотел сделать многое. Одного поцелуя ему было недостаточно.

Возвращение к жестокой реальности убивало его.

– Со временем…

Мона о чем-то ему говорила.

– Простите. Я прослушал, что вы сказали.

– Я говорила о королевских браках, – произнесла она. – Отсутствие любви в самом начале не означает, что брак не будет успешным. В конце концов, если два человека совместимы, нет причин, почему они со временем не могут проникнуться чувствами друг к другу. Любовь не всегда бывает с первого взгляда.

– Да, это так, – пробормотал Армандо. Иногда любовь подкрадывается незаметно, спустя несколько лет, прикрываясь крепкой дружбой.

– Особенно когда есть дети и взаимные интересы, увлечения, – продолжала Мона. – Когда у обоих одинаковые цели.

– Работа в команде, – сказал Армандо.

– Точно.

Как, например, у него и Розы. Они были командой. Идеальной командой.

Он решил сегодня вечером сообщить Моне о том, что между ними все кончено. Разразится скандал, который отвлечет внимание от Арианны и ее незаконного ребенка. Это так же позволит Армандо ускорить подготовку к собственной свадьбе. Кроме того, у него будет время как следует поухаживать за Розой.

Кончики пальцев Моны коснулись тыльной стороны ладони Армандо. Он напрягся. Она виновато ему улыбнулась.

– Вы такой задумчивый, – заметила она.

– Простите. Я думал о будущем. – Которое впервые за многие годы представлялось ему таким отчетливым.

– Я рада это слышать, – ответила она, – потому что я тоже о нем думала.

К сожалению, они размышляли не об одном и том же будущем. Армандо чувствовал себя ужасно. Мона не виновата в том, что он влюбился в другую женщину.

– Возможно, нам следует поговорить после ужина, – сказал он.

– Я с удовольствием, – ответила Мона и посмотрела на свои руки, которыми накрыла ладони Армандо. – Я надеюсь, вы не думаете, что я забегаю вперед, но, по-моему, мы с вами принесем много пользы.

У Армандо напрягся затылок.

– Польза?

– Да. Я по поводу гриппа, которым я заболела на прошлой неделе. Мой отец сказал вам, что я заразилась в больнице? Он не сообщил вам, что жители Елгиерии страдают от ужасного кризиса в здравоохранении. Многие наши граждане, в основном женщины и дети, не получают достойной медицинской помощи. В большинстве районов нашей страны к женщинам по-прежнему относятся как к людям второго сорта, и это только усугубляет проблему. Многие женщины страдают молча.

– Слишком многие, – согласился Армандо, думая о «Доме Кристины».

– Я читаю о том, как много ваше правительство сделало за последние годы, чтобы улучшить условия жизни для женщин и детей. Я надеюсь, когда наши страны объединятся, – произнесла она, сжимая его руку, – совместные активы помогут нашим подданным.

Наши подданные. Армандо уставился на нетронутый десерт. Слова Моны легли на его плечи тяжелым грузом. Всего несколькими красноречивыми фразами Мона напомнила ему о том, сколько поставлено на карту. Их свадьба повлияет не только на них. Она не просто позволит защитить семью Санторо от скандала. Их брак улучшит жизнь их народов. Коринтия рассчитывает на Армандо, он обязан привести страну к благополучному будущему. Чтобы его подданные были защищенными и здоровыми. А благодаря соглашению с Омаром счастливыми станут и жители Елгиерии.

Каждая свеча в каждом окне…

Если Армандо расторгнет помолвку, это спровоцирует скандал и громкие заголовки в прессе. Несмотря ни на что, его подданные нуждаются в его браке с Моной.

Как он может отказаться от свадьбы, зная, что подведет людей? Своих подданных и подданных Моны. Он любит Розу, очень любит, но он не сможет жить, нарушив свои обязательства.

Он должен довольствоваться поцелуями с Розой под омелой и помнить о своих полномочиях.

Сейчас не самое подходящее время для любви.

Впервые в жизни Роза не обрадовалась шоколадному десерту.

– Не говорите, что вы тоже беременны, – пошутил Дарий. – У вас такое же несчастное лицо, какое было у принцессы, когда она впервые появилась в Нью-Йорке.

К сожалению, я не беременна, подумала Роза, положив руку на живот. Если бы она забеременела от Армандо, то прыгала бы от радости. Несчастное выражение ее лица – доказательство ревности. Ей неприятно видеть, как Армандо держит Мону за руку.

– Обычное несварение желудка, – ответила она.

– Я понимаю, – произнес Дарий. – Тут подают так много еды. Мне интересно, как же нас будут кормить завтра, на свадьбе.

Ох, свадьба. Возможно, Розе удастся притвориться, что у нее болит голова, и тогда она останется дома. И ей не придется целый день лицезреть Армандо с Моной.

Американец Дарий откинулся на спинку стула и удовлетворенно вздохнул:

– Слава богу, до завтрашнего вечера я сумею все это переварить. Иначе мне придется срочно расставлять смокинг. Макс меня прикончит. Вы уверены, что это расстройство желудка? – спросил он, почти смеясь.

– Да. – Роза по-прежнему смотрела на соединенные руки Армандо и Моны. Мона что-то говорила, а Армандо хмуро смотрел на свой нетронутый десерт.

– Я не знаю, – ответил Дарий, – этот ваш принц тоже какой-то несчастный.

– Он не мой принц, – машинально ответила Роза. Возможно, он принадлежал ей всего пять минут, пока они стояли под омелой.

Теперь, когда Дарий упомянул об этом, она заметила, что Армандо действительно выглядит бледным и несчастным. Отлично. Пусть страдает так же, как страдает она. И еще Роза хотела, чтобы Мона запуталась в своем длинном платье и упала на пол.

Нет, Мона не упадет. Эта принцесса невероятно красива и грациозна.

Роза даже не сердится на Армандо. Не особенно сильно, во всяком случае. Она сама решила его поцеловать. Он попросил ее перестать думать, и она его послушала. Умная женщина слушала бы голос своего разума. И еще умная женщина не влюбилась бы в Армандо.

По иронии судьбы, она оказалась еще большей дурой, чем ее считал Фредо.

Свадьба принцессы Арианны Санторо и Максвелла Брауна, недавно получившего титул графа Коринтского, прошла безупречно. Мало того что служба безопасности не пустила прессу на торжество, так еще и бывшего парня невесты утром отправили в длительную командировку в Европу. После того как устранили все потенциальные угрозы, состоялась скромная, красивая и романтическая церемония.

Армандо и его отец должны остаться довольными. Через неделю Армандо объявит о своей свадьбе. Страна погрузится в свадебную лихорадку, и никто никогда не вспомнит, что принцесса Арианна забеременела до встречи с Максом в Нью-Йорке. Кроме того, к этому времени в следующем году Мона, вероятно, будет ждать ребенка. Все будет замечательно. Да здравствует королевская семья Коринтии!

Стоял канун Рождества, поэтому на торжестве вместо елок были высокие композиции из пуансеттии. Гости обменивались подарками, танцуя и наслаждаясь свадебным угощением. Сидя за столом у окна, Роза трижды проверила, что над ее головой нет ветки омелы. Учитывая свой недавний опыт с Армандо, она должна быть внимательнее.

– Вам следует поостеречься. Я слышал, что в этой стране законом запрещается быть красивее невесты. – Дарий протянул Розе бокал вина и присел рядом с ней.

– Боюсь, у меня мало шансов. Вы видели Арианну? – Она кивнула на принцессу и ее мужа, которые позировали фотографу. На Арианне было простое розовое атласное платье.

– Она выглядит хорошо, но вы определенно вторая красавица после нее.

Роза закатила глаза:

– Похоже, кое-кто перебрал шампанского.

– Похоже, кому-то не помешает выпить немного больше. – Доказывая свою точку зрения, он подлил оставшееся шампанское из своего бокала в бокал Розы. – Выпейте. Это поможет вам расслабиться.

– Я вас не понимаю, – сказала она. Неужели у нее все написано на лице?

Дарий взглянул на нее с укором:

– Милая, я нью-йоркский бармен. Я отлично распознаю людей. В вашем случае все не так уж сложно. Со вчерашнего вечера вы не сводите глаз с того парня.

Бессмысленно притворяться, будто она не знает, кого он имеет в виду. Армандо и Мона были на танцполе и разговаривали с ее отцом, королем Омаром. Именно Мона могла превзойти невесту Арианну по красоте. Казалось, платье без бретелей сидит на ней как влитое.

Однако она меркла на фоне Армандо. Он и его отец сегодня были в темно-синих мундирах с кушаком и мечом. Им не хватало только белого скакуна.

– Вы и сейчас на него таращитесь, – сказал Дарий. – Все-таки здорово, что у меня наметанный глаз.

– Простите. Я не хочу показаться грубой. Я…

– Вы влюблены в него? – спросил Дарий.

У Розы горели щеки. Она быстро отпила шампанское.

– К сожалению, это трудный вопрос, – ответила она.

– Я знаю. Я видел ее вчера. Кто она такая?

Роза ему рассказала.

– Значит, она будущая невеста, да? А зачем вы вдвоем вчера сбежали из столовой? Я говорил, что я наблюдательный, – прибавил он, когда Роза ахнула.

Потому что Армандо ее приревновал и заявил, что хочет ее. Он поцеловал ее так, как не целовал никто прежде. И вероятно, никогда не поцелует. Он позволил ей поверить, что женщина вроде нее может стать принцессой. И вот теперь она сидит на свадьбе и злится на собственную глупость.

– Это сложно, – ответила она.

– Вот поэтому я не хочу жениться. Пошли. – Он встал и протянул ей руку. – Станцуем фокстрот?

Роза покачала головой:

– Я не хочу.

– Вы намерены сидеть здесь, как грустный бурундук, всю ночь или хотите, чтобы он, глядя на вас, видел, как вы наслаждаетесь?

Роза посмотрела в сторону Армандо и увидела, что Мона положила руку ему на плечо. Эта женщина не тратила времени зря и уже «метила» территорию.

– Я отдавлю вам ноги, – произнесла Роза.

– Я вам тоже, скорее всего.

Дарий танцевал еще хуже, чем Роза. Когда заиграла вторая мелодия, оба смеялись друг над другом. Роза должна была признать, что Дарий заставил ее на время забыть о тоске.

Так было до тех пор, пока плеча Дария не коснулась знакомая мужская рука.

– Позвольте? – произнес Армандо. Он смотрел на Розу.

Роза почувствовала, как Дарий крепче прижимает ее к себе, пытаясь защитить.

– Все в порядке, – сказала она ему. На самом деле она, вероятно, совершала ошибку, но желание оказаться в объятиях Армандо было непреодолимым.

– Вы двое, кажется, наслаждаетесь друг другом, – заметил Армандо, обнимая ее в танце. – Прости, что помешал вам. – Роза ощетинилась в ответ на его плохо скрываемую ревность. Почему он решил, будто имеет на нее какие-то права?

– Разве на свадьбе не принято веселиться? – спросила она.

– Я имел в виду другое, – ответил он. Он повел ее в дальний угол танцпола. – Нет. Я имел в виду именно это. Мне ненавистно видеть, как он тебя обнимает.

– Правда? А я с восторгом наблюдаю за тобой с Моной.

Он поморщился в ответ на ее язвительное замечание:

– Верно. Я не имею права ничего от тебя требовать, прости.

– Я тоже, – произнесла Роза. Возможно, это последние минуты, когда Армандо держит ее в своих руках, и она не желает тратить их на ссору. Просто она по-прежнему очень хорошо помнит события прошлой ночи, и воспоминания заставляют ее грубить Армандо. Она жаждала, чтобы он крепче прижал ее к себе. Она положила бы голову ему на плечо и притворилась, будто остального мира не существует.

Мелодия закончилась. Роза попыталась отойти от Армандо в сторону, но он крепче сжал ее талию.

– Еще один танец, – потребовал он. – Мне надо кое-что тебе сказать.

– Армандо?… – Он собирался говорить о Моне и обязательствах, о которых она хотела забыть.

– Пожалуйста, Роза, – попросил он.

У нее нет ни единого шанса ему отказать. Выдохнув, она расслабилась в его руках.

– Ты знаешь, что я ни в чем не могу тебе отказать.

– Я знаю, – ответил он.

Говоря, он обвел взглядом контур ее щеки, словно лаская. Роза затрепетала.

Казалось, они танцевали в молчании целую вечность. И наконец, когда Роза была готова что-то сказать, Армандо заговорил.

– Знаешь, что я делал прошлой ночью? – спросил он.

Она покачала головой.

– Я не мог уснуть, поэтому считал огоньки свечей, которые видны в окне моей спальни. Я насчитал семьсот четырнадцать. Только в одной стороне. А в целой стране их гораздо больше.

– О, Армандо. – Она не понимала, что происходит.

– Я ни разу с такой ненавистью не смотрел на эти свечи, – произнес он, глядя мимо нее.

– Ты не можешь их ненавидеть, – ответила она. – Ты их любишь.

Армандо вздохнул:

– Ты права. Хотя я желаю их возненавидеть. Жаль, что я не могу сделать так, чтобы мне было на них наплевать.

Он посмотрел на Розу, и она снова увидела в его глазах привычную меланхолию.

– Но я за них в ответе, – сказал он. – Я не могу о них не думать.

– Я рада. – Да, отчасти она не хотела, чтобы он так сильно заботился о благополучии людей, но Армандо преданно любил свой народ.

– Мона хочет улучшить медицинское обслуживание. Она собирается заняться этим, когда мы поженимся. Улучшение медицинской помощи в обеих странах. Мне придется заботиться еще о тысячах свечей…

Роза чувствовала, какая ответственность на него навалилась. Внезапно она все поняла. Армандо загнали в угол. Если он выберет долг и обязанности, то спасет жизни людей. Если он сделает выбор в свою пользу, то подведет две страны. Она перестала на него злиться.

– Ты правильно поступаешь, – сказала она. Он всегда поступал правильно. Ответственный юноша очень опекал свою младшую сестру. – Коринтии и Елгиерии повезло, что у них будет такой лидер, как ты.

– Может быть. – Он не выглядел убежденным. Он печально на нее посмотрел. – Я не имел права целовать тебя, Роза. Это было неправильно.

– Не надо так говорить.

– Но это правда. Я знал о своих обязательствах, но повел себя как законченный эгоист. Я уступил своим желаниям. Кто знает, что случилось бы, если бы Витторио нас не прервал?

Они оба знали, что произошло бы.

– Я ничем не отличаюсь от Фредо, – произнес он.

В ненависти к самому себе он зашел слишком далеко. Сбившись с ритма, она прижала пальцы к его губам, заставляя замолчать.

– Ты не похож на Фредо, – заметила она.

Армандо улыбнулся и поцеловал кончики ее пальцев:

– Нет? Правда? Ты достойна лучшего.

Вот только для Розы лучше Армандо не будет никого. Она никого не сможет полюбить так, как его.

– Если ты не заметил, мы целовались оба. Мы оба проигнорировали здравый смысл.

Армандо покачал головой:

– Дорогая, милая Роза, ты по-прежнему не считаешь себя жертвой.

– Потому что я не жертва. – Не в этот раз. – Прошлой ночью всего за пять минут ты заставил меня почувствовать себя особенной. Я никогда не испытывала таких ощущений. Ради них я была готова потерять голову.

– Если бы я мог, я бы ежесекундно дарил тебе невероятное наслаждение. Меньшего ты не заслуживаешь, помни об этом.

– Ты тоже, – ответила она.

Он грустно улыбнулся:

– По-видимому, заслуживаю.

Мелодия закончилась. Они перестали танцевать, но стояли, обнимаясь. Объятие слишком походило на то, каким они обменялись прошлой ночью. Когда взгляд Армандо упал на ее губы, она с трудом сохранила самообладание.

– Я люблю тебя, Роза, – сказал он. – Жаль, что я поздно это понял.

Он отстранился от Розы, и она вздрогнула. Она не верила своим ушам. Он сказал, что любит ее?

Послышался звон ложки о хрустальный бокал. Король Карлос вышел в центр зала.

– Дамы и господа, я прошу вашего внимания!

В зале мгновенно наступила тишина.

– Арианна попросила меня воздержаться от официальных тостов и речей во время вчерашнего ужина. Пока я управляю Коринтией, моя дочь управляет мной. – Гости приглушенно засмеялись. Роза украдкой взглянула на Армандо и увидела, что он не улыбается. – Тем не менее я не могу не сказать несколько слов в конце вечера, но не как король, а как отец.

Улыбка короля смягчилась.

– Наша семья переживала горе последние несколько лет. Моя жена. Принцесса Кристина.

Услышав имя сестры, Роза опустила глаза.

– Но теперь, когда я смотрю на лица в этом зале и вижу улыбку своей дочери, в моей душе просыпается надежда. Я надеюсь на новые начинания. Я надеюсь на рождение следующего поколения Санторо. Я очень горжусь своими детьми. И я горжусь своим новым сыном, Максвеллом. Я надеюсь также, что в ближайшее время у меня появится еще одна дочь.

Все, кроме Армандо и Розы, посмотрели на Мону. Армандо смотрел на своего отца, а Роза подняла глаза и взглянула на Армандо.

– Я старею, – продолжал король. – Старею и быстрее устаю. Наступит день, когда я решу уйти в отставку.

Гости приглушенно охнули. Король Карлос поднял руку.

– Не надо расстраиваться, – сказал он. – Я не беспокоюсь. Потому что я вижу людей, которые займут мое место, и я ими доволен.

Далее он долго желал всего наилучшего Арианне и Максу. По крайней мере, так думала Роза. Армандо повернулся к ней и пронзил ее голубыми глазами. Его взгляд словно говорил: «Прости, но у меня нет выбора».

А еще в его взгляде читалась любовь.

Она смотрела на Армандо и понимала, что тоже его любит.

Она не знала, как теперь сложится ее жизнь. Она не понимала, как будет жить после того, как Армандо объявит о своей помолвке. Зная о любви Армандо, она будет вынуждена встречаться с ним каждый день и мириться с тем, что он принадлежит другой женщине.

Роза просто этого не выдержит. Она потратила слишком много времени, чтобы восстановить чувство собственного достоинства, и она не позволит, чтобы оно снова разлетелось на куски.

Глава 10

Толпа под дворцовыми балконами распевала национальный гимн Коринтии. Арианну и Макса официально представили в качестве королевской четы.

Оставив отца и счастливую пару приветствовать своих подданных, Армандо вернулся во дворец. Он очень радовался за свою сестру. Искренне радовался. Но если Армандо снова увидит, как Макс и Арианна вглядываются в глаза друг друга, он закричит.

Несколько минут одиночества помогут ему собраться с мыслями. Тогда он будет готов пережить Рождество. К празднованию присоединятся Мона с отцом. Армандо предстоит еще один день напоминаний о том, какую яму он себе роет. По крайней мере, он извинился перед Розой, и в некотором роде ему полегчало. Однако он сомневается, что когда-нибудь полностью избавится от чувства вины.

Потому что он никогда не пожалеет о том, что поцеловал ее.

К своему удивлению, он обнаружил, что Роза находится в галерее. Она разглядывала шкаф с фарфором. На ней снова был один из нелепых длинных жакетов, которые он ненавидел. Армандо предполагал, что не увидит ее несколько дней. Он хотел, чтобы Роза попадалась ему на глаза, но здравый смысл – довольно редкий гость теперь – советовал ему желать иного. Если Армандо подойдет к Розе, то захочет ее обнять. Его терзали искушения.

Увидев его, она улыбнулась.

– С Рождеством! – сказала она.

Что-то было не так. Он понял это по ее голосу.

– Подданные в восторге от мужа своей принцессы, – произнесла она.

– Похоже, это правда. Если бы я был азартным игроком, то поспорил бы, что Макс очень быстро осваивает свою королевскую роль.

– Он принесет пользу Коринтии.

– Да. – Ведь это очень важно, не так ли? Это будет лучшее решение для Коринтии. – Что ты здесь делаешь? – спросил он. Вопрос получился обвиняющим. – Я думал, ты после обеда будешь помогать в приюте.

– Я решила зайти и отдать тебе рождественский подарок. – Роза указала на коробку в оберточной бумаге на соседнем стуле.

Армандо подошел и потрогал пальцем яркий серебристый бантик. Он не знал, как реагировать.

– Не волнуйся, он не заминирован. Поверь мне, – сказала она в слабой попытке разрядить напряженную атмосферу.

Армандо не понимал, чем заслужил ее доброту.

– Мой подарок тебе лежит под елкой, этажом выше, – произнес он. Это был золотой шарм-браслет как напоминание об их дружбе.

– Ты отдашь его мне позже. Я не могу долго оставаться, и я хочу, чтобы ты открыл свой подарок. Давай же, – настаивала она.

Он разорвал подарочную упаковку. В коробке оказалась старинная деревянная статуэтка Санта-Клауса. Цвета статуэтки померкли, но резьба была безупречной.

– Я увидела ее в магазине за городом. Хозяин магазина сказал, что эта статуэтка ручной работы сделана на рубеже веков. Глупый подарок, я понимаю, но что еще я могу подарить парню, у которого есть все? У тебя уже есть куча галстуков, – прибавила она и многозначительно рассмеялась.

– Не извиняйся, – ответил Армандо. – Прекрасная статуэтка. Такую изящную работу трудно найти.

– Когда я увидела ее, она напомнила мне тебя в костюме Санта-Клауса.

Армандо повертел статуэтку в руках:

– Я поверю тебе на слово. – Не имеет значения, кого напоминает эта статуэтка: его или королеву Англии. Если бы Роза подарила ему бумажную куклу, он дорожил бы и ей. Потому что это был бы ее подарок.

Ему хотелось обнять Розу.

– Спасибо. Мне нравится твой подарок. – «И ты тоже мне нравишься».

– Я… – Она внезапно умолкла и повернулась к нему спиной, ее плечи напряглись. Армандо сразу заподозрил неладное. – Я решила, что это будет добрым напоминанием обо мне. Ты сможешь показывать эту статуэтку своему ребенку, – продолжала она. – Она напомнит тебе о том времени, когда ты переодевался Сантой для детей в приюте.

– Ты говоришь так, словно я больше не стану этого делать. – Этого никогда не произойдет. Приют «Дом Кристины» и его миссия слишком важны для Армандо. Особенно теперь, после того, как он узнал историю Розы.

– Ты будешь, – ответила Роза, по-прежнему стоя к нему спиной. – А я нет.

Душа Армандо ушла в пятки.

– О чем ты говоришь? – спросил он.

Она не ответила сразу, и он потянулся к ее плечу. К черту его обещание не прикасаться к ней!

– Что ты имеешь в виду, Роза?

– Я-я уезжаю, – сказала она.

Нет, этого не может быть. Армандо опустил руку на полпути.

– Ты больше не будешь работать моей секретаршей?

– Я не могу. – В конце концов она обернулась. Увидев ее лицо, Армандо почти пожалел об этом. Ее глаза были влажными и блестящими от слез. – Я не могу ежедневно приходить на работу и видеться с тобой. Это слишком опасно.

– Я не понимаю. – Он был сбит с толку. – Опасно для кого?

– Для меня, – ответила она.

Роза начала расхаживать туда-сюда. При других обстоятельствах она вряд ли стала бы мерить шагами ковер.

– Я думала о том, что ты говорил мне вчера вечером. О том, что я заслуживаю лучшего, – произнесла она.

– Все верно. Ты заслуживаешь…

Она прервала его:

– Я знаю. Как ни странно. Фредо убедил меня, будто я ничтожество и вообще ничего не заслуживаю, и долгое время я ему верила.

Армандо наблюдал, как по ее щеке катится слеза.

– Потом ты сказал, что любишь меня. Любишь. И я начала думать, что, если такой человек, как ты, любит меня…

– Я люблю тебя.

– Не надо. – Она вытянула руки вперед и покачала головой. – Вот поэтому я должна уехать.

– Ты не хочешь быть рядом со мной.

– Как ты не можешь понять? Я очень хочу быть рядом с тобой. Но ты женишься на другой, Армандо.

– И я понимаю тебя, – сказала она, когда он открыл рот, чтобы заявить, будто она всегда будет для него важнее всех женщин. – Я понимаю, какую ответственность ты чувствуешь перед своей страной и почему тебе необходимо сдержать свое слово. Мне нравится твое чувство долга.

– Но если я останусь, я буду постоянно подвергаться искушению стать твоей любовницей независимо от обстоятельств. А я не могу быть твоей тайной пассией. Я приложила слишком много сил, чтобы снова стать собой.

К тому моменту, когда Роза договорила, она дрожала всем телом. По ее щекам катились слезы. Армандо почти умирал от желания отвести Розу туда, где они смогут побыть вместе. Его это убивало, но он знал, что Роза хочет уехать. И он понимал, что не имеет права ей мешать.

– Что я буду делать без тебя? – внезапно спросил он.

– Ты выживал без меня многие годы, Армандо. Я уверена, ты выживешь и на этот раз.

Армандо с ненавистью подумал, что последняя улыбка Розы, которую он видит, похожа на притворную гримасу, потому что ее глаза остаются печальными.

– Куда ты пойдешь? Что ты будешь делать?

– Я еще не решила. Прямо сейчас я собираюсь думать только о праздновании Рождества. Об остальном я подумаю завтра утром.

– Ты выживал многие годы, и ты выживешь на этот раз, – тихо повторил Армандо.

– Точно. – Она вытерла щеки дрожащими пальцами. – С Рождеством, ваше высочество! И с Новым годом!

В новом году Розы не будет рядом с ним.

Держа в руках статуэтку Санта-Клауса, Армандо стоял один в галерее и слушал, как закрываются двери лифта.

– Не уходи, – прошептал он.

Но, как и ее сестра три года назад, Роза оставила его.

– Это Роза входила в лифт? – спросила Арианна. Она прошла в галерею, а следом за ней Макс и король Карлос. Ее лицо порозовело от холода, она сняла пальто и положила его на подлокотник кресла. – Жаль, я не знала, что она зайдет. У меня для нее рождественский подарок. А это она подарила тебе? – поинтересовалась Арианна, замечая деревянную статуэтку. – Красивая вещица.

– Что – красиво? – уточнил Макс.

– Резная статуэтка, которую Роза подарила Армандо, – ответила Арианна.

– Я не удивлен, – сказал их отец. – У нее всегда был безупречный вкус. – Он продолжал рассказывать Максу историю о рождественской гирлянде, которую его жена купила в год рождения Арианны.

Армандо по-прежнему наблюдал за дверью на случай, если Роза решит вернуться.

– Она искала идеальное украшение на первое Рождество Арианны. Мы обошли все художественные магазины Коринтии, но ей ничего не нравилось. Если бы я быстро учился, то выучился бы на стеклодува, чтобы она могла самостоятельно собрать гирлянду из стеклянных шариков. Она снова и снова повторяла, что рождественская гирлянда должна идеально подходить нашему ребенку.

Армандо услышал окончание рассказа. Как его мать наконец-то нашла украшение в магазине подарков во Флоренции, и, оказалось, его сделал эмигрант из Коринтии, который настоял на том, что подарит эту рождественскую гирлянду маленькой принцессе. Король говорил с огромным благоговением. Его слова излучали любовь.

У Армандо разболелась голова.

– Я знаю, она бы с восторгом увидела эту гирлянду на вашей елке, – сказал король. – Которую вы повесите для вашего ребенка.

– Я очень жалею, что ее нет рядом. – Арианна шмыгнула носом.

– Мы можем только надеяться, что она смотрит на нас прямо сейчас. И она счастлива и гордится вами обоими.

Армандо задался вопросом, стала бы его мать смотреть на него с гордостью. Была бы она счастлива, узнав, что ее старший сын отпустил женщину, которую любит?

Набравшись смелости, он обернулся и увидел перед собой образец семейного счастья. Макс стоял за спиной Арианны, обняв ее округлившийся живот. Король Карлос был недалеко, гордо поглядывая на дочь и зятя. Армандо попытался представить, как обнимает беременную Мону.

Но вместо Моны перед его глазами стоял образ Розы, которая повернулась к нему спиной.

Это было несправедливо. Отец сказал вчера вечером, что их семья знала много горя. Армандо похоронил свою жену. Он отключил ее от аппарата жизнеобеспечения и наблюдал, как она делает последний вздох! Неужели он не заслуживает права снова влюбиться? Если он его в самом деле не заслуживает, тогда почему он влюбился в Розу после того, как согласился жениться на дочери короля Омара? Ведь ему было бы проще, если бы его душа оставалась мертвой. Или его любовь и потеря любимой женщины – наказание за какое-то преступление космического масштаба?

– Армандо! – Арианна смотрела на него широко раскрытыми глазами. – Что с тобой случилось?

– Ты душишь Санта-Клауса, – прибавил Макс.

Армандо посмотрел вниз и увидел, что он с такой силой сжал статуэтку, что побелели костяшки его пальцев. Если бы статуэтка была более хрупкой, то уже раскололась бы надвое.

– Я… – Он бросил статуэтку Санты на стол, словно боясь об нее обжечься. Статуэтка упала с мягким щелчком.

Арианна подошла и поставила статуэтку в вертикальное положение.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросила она. – Ты странно себя ведешь со вчерашнего вечера. Что-то произошло между тобой и Розой?

– Почему ты спрашиваешь? – поинтересовался Армандо.

– Потому что вы обычно неразлучны, но последние дни…

– У меня просто болит голова, – огрызнулся Армандо.

Ему казалось, что в галерее царит духота.

– Мне надо на свежий воздух, – прибавил он.

Кто бы сомневался, что в конечном счете Армандо усядется в арке, под омелой? Пытаясь собраться с мыслями, он пришел в комнату, полную воспоминаний. Присев на предпоследнюю ступеньку, он потер лицо, словно желая стереть из памяти мысли о концерте, на котором был с Розой. Вместо этого он увидел Розу, ее лицо было залито золотым светом.

Что ему делать? Запрокинув голову, он взглянул на ветку омелы.

– Ты не приносишь мне ничего, кроме неприятностей, ты это понимаешь? – сказал он.

Жаль, что эти чертовы ягоды не умеют разговаривать.

Вспышка зелено-золотого цвета привлекла его внимание. В нескольких дюймах слева от него, ближе к вершине елки, висел игрушечный ангел. В отличие от других украшений, оформленных просто неприлично богато, ангел был незатейливым. Он был сделан из войлока, его лицо обрамляли золотые волосы. Наверное, Армандо свихнулся, если думает, что этот ангел наблюдает за ним.

– Что, по-твоему, я должен делать, ангел? Должен ли я поступить благородно и сдержать обещание, данное Моне? Или мне пойти против всего, чему меня когда-либо учили, и остаться с Розой?

Никакого ответа.

Можно подумать, рождественская игрушка или ветка омелы подскажут ему ответ.

Однако ему казалось, что ответ лежит на поверхности. Просто он еще его не заметил.

– Почему Кристине надо было умереть? – спросил он ангела. – Жизнь была бы намного проще, если бы она сбросила скорость на крутом повороте. И мне не пришлось бы заключать соглашение с королем Омаром, чтобы жениться снова.

А Роза по-прежнему оставалась бы с Фредо…

Нет, такое неприемлемо! Хотя Армандо очень любил Кристину, он не хотел бы ее воскрешать, если бы это заставило Розу жить в страхе и печали. Кристина сама не захотела бы вернуться при таких обстоятельствах.

Но она посоветовала бы Армандо следовать велению своей души. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить время на злость и сожаления. Ведь счастье совсем близко. Все, что необходимо сделать, – это набраться смелости и рискнуть. Как, например, улизнуть после наступления темноты и зажечь огоньки на рождественской елке.

Или, к примеру, бросить отвратительного мужа. Если Роза нашла в себе мужество уйти от Фредо, если другие женщины могут уйти от худшего, то, несомненно, Армандо в состоянии набраться достаточно храбрости и быть счастливым.

– Армандо! Ты здесь?

Похоже, испытание для него начнется гораздо раньше, чем он думал.

– Я в арке, отец.

– Мне следовало догадаться. – Король Карлос появился на верхней площадке лестницы напротив. – Оказывается, ты такой же одержимый рождественскими огнями, как твоя сестра. – Он осторожно спускался по лестнице.

– Сейчас на улице слишком холодно, – сказал Армандо. – Лучше побыть здесь.

– Ты знаешь, что ты сидишь под омелой?

– Поверь мне, я знаю. Это чертово растение меня преследует.

Король усмехнулся.

– По-моему, ты первый человек, который жалуется на традицию целоваться под омелой. Или у тебя возникла более конкретная проблема? – спросил он, устраиваясь на ступеньке. – Твоя сестра права. Ты уже несколько дней сам не свой. Что-то случилось?

– Можно сказать, что случилось, – ответил Армандо и посмотрел на свои ладони. – Ты говорил серьезно прошлой ночью о том, что гордишься Арианной и мной?

Его отец совсем не ожидал такого поворота. Он немного наклонился вперед, чтобы увидеть лицо Армандо.

– Конечно. Я очень горжусь тобой.

Будет ли он по-прежнему гордиться сыном, когда тот пренебрежет своими обязанностями?

– Ты гордился бы мной, даже если бы я опозорил Коринтию? – уточнил Армандо.

– Учитывая, что твоя сестра вышла замуж за человека, который не является отцом ее ребенка, с моей стороны было бы лицемерием перестать тобой гордиться. Ты так не думаешь? Кроме того, я сомневаюсь, что ты можешь опозорить Коринтию.

– Не будь таким уверенным, – сказал Армандо.

Его отец сделал паузу, потом спросил:

– Что ты сделал?

– Это касается того, чего я не могу сделать, – ответил Армандо и посмотрел на отца. – Я не могу жениться на Моне.

– Понятно. – Еще одна пауза. – А почему ты не можешь на ней жениться?

– Потому что я люблю другую женщину. – Армандо выложил королю всю историю, начиная с того, почему он вообще позвонил королю Омару, и заканчивая прощанием с Розой. Договорив, он опустил взгляд. – Я знаю, мы ответственны за свет в каждом окне жителей Коринтии. Я понимаю, что, расторгнув это соглашение, я брошу тень на нашу репутацию и сделаю врагом нашего важного экономического союзника. Но я просто не могу поступить иначе. Пусть я эгоист, но я устал быть несчастным, отец, – произнес Армандо, пристально глядя на блики на стенах. – Я три года не чувствовал себя живым. Мне нужно снова стать собой.

Он ожидал, что после этих слов его отец будет долго молчать, поэтому удивился, когда король заговорил немедленно.

– Свет в каждом окне жителя Коринтии? – спросил Карлос. – Похоже, с тобой общался твой дедушка?

Он протянул руку и погладил колено Армандо, чего не делал, пока тот был маленьким.

– Мой отец был хорошим человеком, но некоторые его советы были излишними. Если бы я знал, что он внушил тебе такие понятия еще в детстве… По-видимому, я уделял тебе мало внимания.

– Нет, ты не прав, – сказал Армандо и повернулся к нему лицом. – Ты был образцовым королем.

– И посредственным отцом, – ответил он. – Я погряз в своем горе, и, как результат, ты повел себя так же после смерти своей жены. Конечно, ты должен быть счастлив, Армандо. Ты не можешь управлять страной, будучи озлобленным и печальным. Если Роза сделает тебя счастливым, женись на ней.

Армандо так и планировал. Он глубоко вздохнул. Может быть, его отец прав. Приняв решение, он почувствовал, как с его плеч свалился тяжелый груз. Теперь он мог дышать свободно.

– Омар будет в ярости, – сказал Армандо. И Мона тоже. И вполне заслуженно.

– Омар прагматик. Его основная цель – помощь своему народу. Если мы предложим им экономическую помощь, я думаю, и он, и Мона забудут о своем уязвленном самолюбии. Хотя теперь нас вряд ли пригласят погостить в Елгиерии в ближайшее время.

Если это единственная потеря, то Армандо ее переживет.

– Я хотел выступить с инициативой поощрять коринтских и европейских врачей практиковаться в Елгиерии. Из того, что говорит Мона, у них в стране острая нехватка врачей.

– Это будет наш приоритет. – Король встал. – А теперь хватит сидеть под омелой со мной. Разве тебе не пора к своей будущей принцессе?

Широко улыбаясь, Армандо вскочил.

– Армандо! – Отец позвал его, когда тот подошел к двери. – С Рождеством!

Улыбка Армандо стала еще шире.

– С Рождеством, отец!

Роза очень старалась сохранять самообладание. Она раздавала еду и напоминала себе, что ее жизнь могла быть намного хуже. У нее есть голова на плечах. Она сильная и способная. Более того, пусть она сейчас одна, Армандо любит ее. Любит и хочет. Она должна утешиться тем, что сумела завоевать сердце наследного принца.

– Я хочу быть с Армандо.

– Вы говорите со своим придуманным другом, мисс Роза?

Даниэла – та, которая спровоцировала первый поцелуй Розы и Армандо, – потянула ее за жакет.

– У меня тоже есть придуманный друг, – сказала девочка. – Его зовут Боко. Это говорящий слон. Ваш друг тоже слон?

– Нет, – ответила Роза. – Мой друг – ангел по имени Кристина.

– Кристина? Как в названии этого дома?

– Верно. Она помогает мне разобраться с очень запутанной проблемой.

– Она уже помогла?

– Пока нет, – сказала Роза. – Но мы будем пытаться дальше. – Разбитое сердце не залечишь за один день. А если любимый человек становится смыслом вашей жизни, то забыть о нем получится нескоро.

– Может быть, торт поможет? – спросила Даниэла. – Когда моя мама хочет подумать, она всегда ест торт. И мороженое.

– Твоя мать очень умная женщина. – Хотя в данном случае торт только ухудшит ситуацию. Роза уже съела кучу рождественского печенья.

Отправив маленькую девочку играть с другими детьми, Роза стащила еще пару печений и направилась к окну с видом на гору Корньер, закрытую облаками. Откусив печенье, она представила, как душа ее сестры наблюдает за своим наследием.

Праздники и душевные переживания сделали Розу слишком поэтичной.

Если бы Кристина наблюдала за ней, она по меньшей мере сообщила бы Розе, что ей делать дальше. В некотором смысле сейчас ей было хуже, чем после расставания с Фредо. Теперь она влюблена в Армандо. Но ей снова придется полагаться только на себя. Может быть, ей следует поехать в Европу и подыскать там работу. Или в Америку. Все равно, раз придется начинать жизнь с чистого листа.

Возможно, когда-нибудь она забудет Армандо.

Возможно.

Если она не забудет Армандо – не сможет его забыть, – она все равно выживет. Она уже не та неуверенная женщина, которая ушла от Фредо. Она до сих пор иногда сомневается в себе… Но все чаще она чувствует себя очень уверенно. Дело в том, что, решив уйти от Армандо, она проявила зрелость и силу духа.

Со временем все наладится.

– Жаль, что я не смогу побороть свою любовь к нему, – прошептала она оконному стеклу.

– Хо-хо-хо! А вот и Санта-Клаус!

Весь приют наполнился пронзительным детским визгом:

– Санта!

Этого не может быть. Должно быть, кто-то нанял профессионального актера, чтобы развлекать детей.

Однако директор приюта не предупредил об этом Розу.

– Вы хорошо празднуете Рождество?

Сверхъестественно. Голос актера был точь-в-точь как у Армандо. Она посмотрела в оконное стекло, надеясь поймать отражение, но на улице было слишком светло. Она видела только затемненный силуэт в костюме.

– Санте нужна ваша помощь, мальчики и девочки.

Это было глупо. Неужели Армандо пришел в приют, чтобы снова изображать сказочного персонажа?

Обернувшись, она увидела…

Армандо.

Но зачем он вырядился в этот костюм и теперь стоит в окружении детей?

– Есть один очень особенный человек, которому Санта-Клаус забыл отдать подарок, – проговорил он басом. – И я боюсь, она думает, что я решил отдать ее подарок другой девушке. Мне в самом деле важно найти ее, мальчики и девочки, и сказать ей, что я никому не отдам ее подарок. Она для меня самый важный человек в мире. По правде говоря, Санта-Клаус так ее любит, что хочет, чтобы она поехала с ним на Северный полюс.

Пока Армандо говорил, Роза подошла к нему ближе. Заметив ее, он понизил голос.

– Ее зовут Роза, – сказал он. – Вы знаете, где мне ее найти?

– Вот она! – закричали дети, и два десятка указательных пальцев оттопырились в ее сторону.

Роза была так ошеломлена, что не могла дышать.

– Что ты делаешь? – прошептала она.

– А что, по-твоему, я делаю? Я пришел, чтобы вернуть тебя туда, где ты должна быть. – Он протянул руку и взял ее за кончики пальцев. – Я люблю тебя, Роза.

Красивые слова. Но они по-прежнему только слова.

– Я говорила тебе, Ар… Санта-Клаус, что я не могу оставаться на Северном полюсе. – Краем глаза она увидела, что дети пристально за ними наблюдают, и прошептала: – Это слишком больно.

– Но ты не понимаешь, – прошептал он в ответ. – Мона уехала. Пойдем со мной. – Схватив за руку, он повел Розу в вестибюль и закрыл дверь. – Я сказал Моне, что не могу на ней жениться.

Роза подумала, что ослышалась.

– А как насчет твоего соглашения с королем Омаром? – спросила она. – Ты дал ему слово.

– Это длинная история. Важно то, что я люблю тебя, и я хочу быть только с тобой.

Роза не верила своим ушам. Происходящее казалось ей нереальным.

– Ты намекаешь, что испортил отношения с одним из своих экономических союзников ради меня? – сказала она.

– Если говорить твоими словами… Да. – Он снял шапку и бороду. – Я бы сделал это снова. Ты плачешь?

– Как новорожденный ребенок. – Все годы в браке с Фредо она думала, будто не способна быть для кого-то особенной. Как же она заблуждалась! Армандо заставил ее чувствовать себя особенной. Не потому, что он едва не спровоцировал международный инцидент или снова вырядился Санта-Клаусом. Хотя и то и другое было удивительно романтично.

Причина, по которой он заставил ее чувствовать себя особенной, читалась в его глазах. Они светились, как яркий летний день. В них не было ни следа грусти. Он был счастлив с ней, и больше ей ничего не было нужно.

– Я люблю тебя, – сказала Роза.

В ответ его глаза ярче заблестели.

– Означает ли это, что ты вернешься со мной на Северный полюс? – спросил он.

– Конечно, дорогой Санта. Сразу же после того, как ты поцелуешь меня под омелой.

– Забудь об омеле, – произнес он, бросая накладную бороду через плечо. Роза ахнула, когда он ее обнял. – Мне нужна только ты.

Канун Нового года

– До Нового года осталось пять минут. Тебе жаль, что год заканчивается?

Роза взяла бокал, который принес ей Армандо.

– Да, – сказала она. – И нет. Мне грустно, что декабрь заканчивается. Несмотря на все взлеты и падения, это был довольно замечательный месяц.

– На прошлой неделе, несомненно. – Армандо поцеловал ее в губы. – Я упомянул, как я рад, что мы решили пропустить этап официальных ухаживаний? – спросил он, продолжая покрывать ее губы дразнящими поцелуями.

– Ну, это было бы немного глупо, учитывая…

– Угу, учитывая, – произнес он, снова целуя ее. Будучи столько лет друзьями, они наконец стали любовниками. Благодаря доверию, которое существовало между ними многие годы, их отношения казались совершеннее. Конечно, не помешало и то, что Армандо оказался удивительно страстным любовником.

– Знаешь, чего мне будет не хватать? – спросила Роза, повернувшись в его руках. – После праздников эта арка снова станет неприглядной.

Армандо поцеловал ее в висок:

– Если ты хочешь, я королевским указом прикажу, чтобы елки стояли здесь круглый год.

– Это тот же самый королевский указ, каким ты собирался запретить использование накладных бород Санта-Клауса? – спросила она.

– От этой бороды у меня раздражение на коже.

– Мой бедный мальчик, – произнесла Роза. – У него чешется личико от синтетических волокон. – Она крепче к нему прижалась. – Хотя я буду скучать по рождественским украшениям, их следует убрать. Иначе они перестанут казаться особенными.

Рождественские украшения, однако, были не такими особенными, как мужчина, который сейчас ее обнимает.

Просыпаясь каждое утро в объятиях Армандо, Роза чувствовала себя самой счастливой женщиной в мире.

– К тому же, – сказала она, – сегодняшний день еще не закончился.

– Он закончится менее чем через две минуты, – ответил Армандо.

Наступит новый год. Учитывая то, как интересно завершается нынешний год, остается только догадываться, какие сюрпризы принесет новый год. Роза подумала, что у нее уже есть все, о чем она только могла мечтать. Она с довольным видом сидела рядом с Армандо, который обнимал ее за талию. Она любит Армандо, и он любит ее. Что может быть лучше?

– Ты понимаешь, – произнесла она и отпила шампанское, – что, если бы все произошло иначе, ты сейчас объявлял бы о своей помолвке с Моной?

– Забудь об этом.

После того как Армандо объявил о том, что не женится на Моне, разразился скандал. О нем писали все газеты, и люди просто-напросто забыли о беременности Арианны. К счастью, Мона и король Омар, хотя и обиделись, не затаили злобу. Трудно злиться на наследного принца страны, которая финансирует их проекты.

– Но я должен родить наследника, – сказал Армандо и поерзал на месте.

– Это можно устроить. – Роза улыбнулась.

– Забавно. Но если ты не возражаешь, я хотел бы все сделать по порядку. Сначала свадьба, потом наследники. Что скажешь?

– По-моему, это очень логично, – ответила она.

Армандо встал на колено. У него в руках было самое красивое кольцо с бриллиантом, какое видела Роза.

– Ты?… – У нее перехватило дыхание.

– Ты угадала, – прошептал он с поклоном. – Роза Ламберти, окажете ли вы мне честь стать моей женой?

Роза ничего не сказала. Она обняла Армандо за шею и целовала его до тех пор, пока у него не осталось сомнений в ее ответе.

– Для меня честь быть твоей женой, – произнесла она.

Часы отсчитывали последние секунды уходящего года. Армандо и Розе было все равно. Они знали, что их ждет прекрасное будущее.

Content

Барбара Уоллес
Свидание напоказ
Роман

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10