Тара Пэмми

Просто скажи «да»

Роман

Tara Pammi

The Surprise Conti Сhild

The Surprise Conti Сhild © 2016 by Tara Pammi

«Просто скажи „да“» © «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Пролог

– Леонардо Конти!

Это имя почти благоговейно произносили разгоряченные гости вечеринки. Алексис Шарп замерла посреди танцпола эксклюзивного миланского ночного клуба, куда девушку пустили только благодаря ее новой подруге, Валентине Конти.

Они сразу понравились друг другу. Алекс тогда страдала от неуместных ухаживаний влюбленного, но безвредного официанта-итальянца, и Валентина пришла ей на помощь.

Жизнерадостная утонченная богачка и простая американская девчонка были похожи не более, чем Милан и Бруклин, но их различия не пугали Алекс до тех пор, пока она не встретила старшего брата Валентины.

Леандро Конти. Генеральный директор «Конти лакшри гудз».

Великолепный, элегантный магнат-итальянец. Властный и суровый. Он смотрел на остальных людей свысока. Будто жил в другом измерении.

Алекс, двадцатилетняя простушка из Бруклина, казалась себе ничтожеством рядом с этим утонченным красавцем.

Появление Леандро в миланском ночном клубе было таким же редким явлением, как приземление НЛО. Даже самые раскованные светские львицы пригладили волосы и одернули облегающие платья на безупречных фигурах типа «песочные часы», надеясь привлечь его внимание. Алекс была реалисткой и прекрасно понимала, что проиграет на их фоне.

Тем не менее она рискнула взглянуть на Леандро.

Центральный стеклянный танцпол, подвешенный над водой, в лучах специального освещения создавал иллюзию огромного пространства.

Одетый в черную рубашку и темно-синие джинсы, суровый Леандро остановился на краю танцпола, окидывая толпу взглядом своих серо-стальных глаз.

Как же ей захотелось, чтобы он заметил, что она – Алексис Шарп – привлекательная женщина… И ее нельзя так легко отвергать.

Однако Алекс частенько получала доказательство того, что у нее нет особых талантов. Отпуск в Милане стал своего рода побегом – девушка была в отчаянии после того, как ей отказали в работе в солидной фирме на Манхэттене. Она поняла, что не годится для большой карьеры, как некоторые ее подруги, и ей уготована скучная работа в отцовском магазине здорового питания.

– Лето в Италии? – скептически заметила тогда ее мать. – Ты решила подсластить пилюлю.

Мать Алекс рассуждала так, словно не ожидала от дочери ничего другого. Ее слова раздражали, но Алекс именно это и требовалось. Ей просто напомнили о том, что она ничем не выделяется из толпы.

Но в случае с Леандро Конти ей очень хотелось выделиться и попасться ему на глаза.

Как две недели назад, когда он пришел на ужин с Валентиной, их братом Люкой и друзьями.

Гости устроились на веранде виллы с видом на озеро. С озера дул мягкий ветерок. Валентина выпила несколько коктейлей «Маргарита». Алекс сделала только один глоток и тут же поставила бокал на стол.

Леандро пододвинул свой стул ближе к Алекс и пристально посмотрел на нее.

– Вместо того чтобы бранить Тину за то, что она осталась ребенком, – передразнил он тон, каким Алекс ругала Валентину несколько недель назад, – лучше скажите, как вам нравится поездка, мисс Шарп.

От его акцента по телу девушки пробежала дрожь. Его снисходительный тон насторожил ее.

Ее шокировало уже то, что он присел рядом с ней, а тем более заговорил первым. Леандро скользнул взглядом по ее волосам, стянутым в высокий хвост, по лицу, на секунду задержался на губах…

Он смотрел на нее от силы пять секунд, но Алекс показалось, будто он ее ласкает.

У нее покраснели щеки.

– Меня зовут Алекс, – сказала она. – Неужели так трудно называть меня по имени?

Он всегда здоровался с ней подчеркнуто вежливо, словно хотел ей досадить.

Валентина, проницательная и добрая по натуре, предупредила подругу, что ей не надо строить планы по поводу Леандро, однако это предупреждение только усилило интерес Алекс.

– Зачем ты сокращаешь свое имя до мужского варианта?

Его загадочный взгляд скользнул по ее маленькой груди, скрытой простенькой футболкой с логотипом университета, талии и длинным ногам. На Алекс были поношенные брюки капри и любимые кроссовки. Потом он снова посмотрел ей в лицо. Впервые за четыре недели, проведенные в обществе изысканно одетой Валентины и ее друзей, Алекс захотелось принарядиться.

Его тонкая, четко очерченная верхняя губа изогнулась, и Алекс насторожилась.

– Думаешь, тебе удается скрыть, какая ты на самом деле? – спросил он так тихо, что никто, кроме нее, не услышал его слов.

Алекс призадумалась. Неужели она в самом деле одевается так, чтобы на нее обращали меньше внимания?

Она дерзко встретила его взгляд:

– Понятия не имею, что ты имеешь в виду.

Хотя он сидел на почтительном расстоянии от нее, каждая клеточка ее тела трепетала от желания. Его теплое дыхание касалось ее уха.

– Позвольте, я дам вам совет, мисс Шарп, по-братски. Перестаньте смотреть на мужчин вот так. – Он снова взглянул на нее, и его зрачки расширились. – Хотя, возможно, вы знаете, каким оружием владеете.

С этими словами Леандро поднялся и ушел не оглядываясь.

Алекс была вне себя от унижения, смущения и злости. В тот момент она поняла: он обо всем догадался.

Леандро понял, что нравится ей. И он отверг ее. Очень искусно.

А она даже не ответила ему. Казалось, у нее из головы вылетели все мысли.

Как и сейчас…

Слушая медленную джазовую мелодию, под которую чувственно двигались мужчины и женщины вокруг, Алекс разглядывала Леандро.

Он стоял довольно далеко от нее, но она отчетливо ощущала магнетизм его мускулистого, подтянутого тела и чувствовала, как ее тянет к нему.

Чтобы снова не выставить себя дурой, Алекс заставила себя отвернуться и направиться к выходу.

Не нужно, чтобы этот высокомерный итальянец испортил ей с таким трудом завоеванный летний отпуск. Эта поездка в Италию стала для девушки попыткой сбежать от прежней Алекс, которой постоянно не везет. Она всегда была лишь тенью своего гениального брата, Адриана. Ей следовало изменить ситуацию прежде, чем она окончательно разочарует своих родителей.

Торопясь уйти, она оступилась – ее подвели туфли на высоких каблуках. Внезапно сильные руки обхватили ее за талию, не давая упасть.

Крепко прижавшись к твердой мужской груди, Алекс затаила дыхание.

– Спасибо большое, – пробормотала она одну из двух известных ей фраз на итальянском.

– Ты едва стоишь на этих шпильках. Если Валентина предлагает тебе надеть ее туфли, это не означает, что их следует надевать.

Она резко подняла голову, услышав знакомый голос.

Леандро Конти смотрел на нее, задрав орлиный нос. Увидев, что он хмурится, Алекс выпрямилась.

– По-вашему, я не достойна носить дизайнерскую обувь? – спросила она.

– Я этого не говорил.

– Вы нахал, мистер Конти.

Он оглядел ее с головы до ног. На сей раз на Алекс было облегающее платье из дорогой ткани, одолженное у Валентины, но под пристальным взглядом Леандро она почувствовала себя ничтожеством.

– Я вижу, ты решила притвориться взрослой, – заметил он. – Должен сказать, у тебя плохо получается.

– Плевала я на твое мнение. По крайней мере, трое мужчин уже предложили отвезти меня домой сегодня вечером, – гордо парировала Алекс, несмотря на жгучую обиду. – Поэтому засунь свое никому не нужное, вонючее мнение…

Он крепче сжал ее талию. Хотя выражение его лица оставалось невозмутимым, Алекс поразилась тому, насколько его хватка красноречивее слов.

– Ах, а я и не подозревал, что ты такая неприхотливая. Разве мой модный братец не говорил тебе, что под твой стиль «американская девчонка» лучше всего подойдут узкие джинсы и ярко-розовые кроссовки? Это идеальная приманка для мужчин.

Хотя слова Леандро взбесили Алекс, она не могла не отметить тот факт, что он запомнил ее ярко-розовые кроссовки.

– Я не подозревала, что ты сноб, – процедила она.

– А ты думала, кто я?

– Высокомерный циник с каменным сердцем.

Он отпустил ее так резко, словно она причинила ему боль.

Алекс снова закачалась на каблуках. От боли у нее пульсировала лодыжка. Леандро опять схватил ее за талию и выругался.

– Тебе не говорили, что не следует напиваться в компании незнакомцев в чужой стране? – спросил он.

Его резкие и едкие слова, к счастью, привели Алекс в чувство.

– Я выпила только один… бокал. – Однако она ничего не ела весь день, поэтому вино ударило ей в голову. – Но я не обязана перед тобой отчитываться. Отвали!

Леандро властно выгнул бровь. Он был воплощением высокомерия.

– Мне отвалить?

Его горячая ладонь касалась ее поясницы. Мужчины, с которыми она знакомилась в университете, были мальчиками по сравнению с Леандро Конти.

– Оставь меня в покое. Ты не мой охранник.

– Значит, у тебя есть охранник? Хорошо же он за тобой присматривает.

– Ты что, из Средневековья? – язвительно поинтересовалась Алекс.

Его серые глаза сверкнули. Он едва заметно расслабился.

– Ты совсем не отчаявшаяся беспризорница, какой я тебя считал, да?

Она заставила себя расхохотаться, чтобы скрыть волнение. От Леандро так хорошо пахло… Темным горьким шоколадом.

– Тебе обязательно постоянно меня оскорблять?

– Хочешь услышать от меня слова лести, мисс Шарп? Тебе едва исполнилось восемнадцать, ты приехала в чужую страну и живешь с незнакомцами. С таким же успехом ты могла бы повесить себе на шею знак «Возьми меня». Я никогда не позволял Валентине вести такой образ жизни.

Алекс процедила сквозь зубы:

– Мне двадцать лет, и я не Валентина.

Алекс скорее умерла бы, чем призналась, что с той первой ночи, когда Леандро заговорил с ней на вилле Конти, она думала только о нем. Именно его пренебрежительный взгляд заставил ее позаимствовать платье у подруги.

Она жаждала его внимания и взгляда с того дня, как впервые увидела. Ее мучила мысль о том, что она вернется к своему унылому существованию, не узнав вкуса его поцелуев.

– Валентина и Люка мои друзья, даже если…

– Если ты считаешь моего брата другом, значит, ты недооценила его намерения по отношению к тебе, – бросил Леандро, раздувая ноздри.

Алекс не поняла, испытывает он отвращение или злится. Возможно, и то и другое.

– А значит, ты глупее, чем я предполагал. Я не должен был разрешать Валентине привозить тебя на виллу.

– Мое присутствие на вилле так тебе неприятно, что ты стараешься туда не приезжать? Что касается Люки и меня, мы прекрасно друг друга понимаем, – с вызовом добавила она.

Хотя Леандро был прав.

Через день после ее приезда на виллу Люка дважды зажимал Алекс в углу, дразнил и целовал. Он недвусмысленно дал ей понять, что хочет от нее большего. У Алекс сложилось впечатление, что Люка способен соблазнить любую женщину, чтобы бросить на следующее утро.

Но ему не удалось очаровать Алекс. Она ничего к нему не испытывала, хотя не могла не признать, что Люка чертовски сексуален.

А вот мужчина, стоящий сейчас напротив нее, пробуждал в ней желание одним взглядом.

– Ты уже переспала с ним? – спросил Леандро.

Если бы она была вспыльчивой и если бы лукавые огоньки в его глазах не успокоили ее, Алекс залепила бы ему пощечину. Она медленно, но твердо оттолкнула его руку и посмотрела на него с отвращением.

– А ты, значит, таскаешься за женщинами, с которыми переспал Люка, и шантажируешь их?

– Я не хотел тебя обидеть, – поспешно сказал Леандро, и Алекс почти ему поверила. Однако в его голосе слышалось осуждение.

– А чего ты хотел?

– Ты не знаешь Люку так, как знаю его я. И ты…

– Кто я, мистер Конти? Обычная американская шлюха? Та, которую легко обидеть, даже ничего о ней не зная?

Он сжал губы и отвел взгляд. Когда он посмотрел на нее снова, его глаза метали молнии.

– Люка сосунок, – процедил он.

Она выгнула бровь:

– Значит, ты другой? – От волнения у Алекс кровь пульсировала в ушах.

Леандро вздохнул.

– Ты ждешь от меня уточнений? – спросил он.

– С того момента, как я приехала, ты смотришь на меня как на грязь под твоими ботинками ручной работы. Я жажду мести.

Его губы изогнулись в едва заметной улыбке. При виде нее Алекс показалось, будто по ее телу разливается теплый мед, и она становится томной и глупой.

– Ты молодая и жизнерадостная, и совсем не похожа на женщин вроде Валентины. Глаза выдают твою невинность и уязвимость. Ты не умеешь притворяться, и это делает тебя крайне привлекательной. Для такого пресыщенного человека, как Люка, ты стала бы глотком чистой воды, который утолил бы его жажду. Всего этого достаточно, чтобы разбудить в мужчине инстинкт защитника. Тебя хочется защищать.

Алекс была ошеломлена.

– Но, несмотря на то что ты выглядишь невинной и уязвимой, я думаю, ты сильная, – продолжал Леандро.

– Если это извинение, – неуверенно произнесла Алекс, борясь с волнением, – то самое изощренное из всех, что я слышала.

Две женщины, одна во всем черном и кожаном, другая – в белом коктейльном платье, перешептываясь, прошли мимо них.

Леандро Конти обычно не бывал в ночных клубах. И не старался попадаться на глаза журналистам, как это делал Люка. Кроме того, Валентина уже отправилась домой.

Получается, Леандро пришел сюда сегодня не случайно. Означает ли это, что он искал ее?

– Зачем ты пришел сюда? – спросила Алекс. Он нахмурился, и она уточнила: – Ты ведь не любитель компаний.

– Ты так хорошо меня изучила?

Алекс покраснела. Он буквально вынудил ее признаться, что она одержима им. А она никогда не встречала никого, похожего на него, и не знала, как скрыть свое восхищение.

Он держал ее под локоть:

– Мой дед убежден, что ты охотница за миллионами и намерена прибрать к рукам Люку. Я решил убедиться, что у тебя ничего не получится.

На секунду Алекс потеряла дар речи, но оцепенение вскоре сменила ярость.

– Иди к черту, – прошептала она и зашагала прочь.

Слезы жгли ей глаза, но она запретила себе плакать. Этот высокомерный придурок не достоин ее слез.

Через пару минут она выбралась из толпы и вышла в тихий коридор с тремя запертыми дверями без табличек.

Выругавшись, Алекс развернулась… и уперлась в грудь человека, которого никогда не хотела снова видеть.

Почему он последовал за ней?

– Я велела тебе идти к черту, – буркнула она.

Леандро схватил Алекс за запястье, открыл одну из дверей электронным ключом и втолкнул ее внутрь.

– Не устраивай истерик.

Дверь за ними закрылась. Алекс ошеломленно огляделась.

Они находились в ВИП-люксе. Широко раскрыв глаза, Алекс разглядывала номер и все сильнее краснела от злости.

Дальняя стена была полностью стеклянной, через нее открывался вид на танцпол и двухуровневый бар. У стены стояли две мягкие кушетки, а рядом с ними – небольшой холодильник. На противоположной стене висела гигантская плазменная панель.

Алекс повернулась к Леандро:

– По-моему, нам не следует здесь находиться. Этот номер…

– Я владелец этого клуба, мисс Шарп.

Девушка грустно рассмеялась. Вилла на озере Комо, ночной клуб в Милане, постоянно пополняющаяся коллекция предметов роскоши – все это принадлежало семейству Конти.

– Не сомневаюсь, – кивнула она и спросила: – Твои люди следили за мной?

Густые ресницы скрыли его взгляд.

– За Валентиной постоянно присматривают.

– И ты приказал телохранителям присматривать за американской охотницей за миллионами тоже?

– Ради твоей безопасности.

– А кто защитит меня от тебя?

Приглушенное освещение номера не скрыло от нее того, что Леандро вздрогнул, но девушка была слишком рассержена, чтобы задаваться вопросом, почему он так отреагировал.

– И что ты собираешься делать? – спросила она. – Запрешь меня в этом номере? Или отвезешь на один из своих самолетов, а потом сбросишь в океан? Знаешь, ведь твой брат ловелас. Ты не думаешь, что я уже прибрала его к рукам? Не считаешь, что мы с Люкой уже от души потраха…

– Хватит! – рявкнул Леандро и прижал ее к стене, зажав рот рукой.

Его взгляд пригвоздил ее к месту.

Леандро к ней неравнодушен.

Дрожа от волнения, Алекс высвободилась и произнесла, растягивая слова и усмехаясь:

– По крайней мере, с Люкой я хорошо проведу время. К тому же он не будет меня оскорблять.

Его зрачки расширились, и ей показалось, что комната стала меньше. Ее окутал запах его тела.

– Не провоцируй меня, если не готова к последствиям.

Алекс не унималась:

– Мне наплевать на ваше богатство!

Его сильные пальцы осторожно сжали ее ладонь.

– Я не согласен со своим дедом, красавица.

– Нет? Тогда зачем ты сегодня сюда пришел?

После напряженного молчания он произнес:

– Люка сказал мне, что забрал из клуба пьяную Тину, а тебя найти не смог. Мне не нравится, что ты одна разгуливаешь по ночному Милану.

– Ты мог бы прислать за мной своего телохранителя.

– То, на что ты надеешься, никогда не произойдет, Алексис. – Наклонив голову, он погладил пальцами ее подбородок. – Тебе пора уезжать.

Он говорит, что ей пора уезжать из Италии. Девушке показалось, будто он захлопнул дверь перед ее носом.

Алекс запаниковала.

– Ты же хочешь меня, – произнесла она обвиняющим тоном. – Ты заставил меня поверить, что я единственная, кто тебе нужен!

Леандро схватил ее за запястья:

– Ты ошибаешься.

Высвободив руки, Алекс прижалась к нему всем телом. Леандро резко и хрипло выдохнул. Она коснулась руками его плеч, запрокинула голову и прижалась губами к его груди, видневшейся в расстегнутом вороте рубашки.

– Поцелуй меня разок, – сказала она. – Покажи мне, что ты чувствуешь.

Леандро запустил пальцы в ее волосы и потянул за них. По ее коже побежали мурашки. На его лице читалось желание, и Алекс поежилась, ощутив, какие страсти скрываются под его маской безразличия. От предвкушения в ее жилах забурлила кровь.

– Ты не представляешь, что вытворяешь, – пробормотал Леандро.

Она отшатнулась от него:

– Считаешь, я тебя недостойна?

Он покачал головой:

– Ты слишком молода.

– Я достаточно взрослая, чтобы понимать, чего хочу… – Она провела языком по его груди.

Леандро крепче прижал ее к себе.

– По-твоему, я ограничусь скромным поцелуем? – страстно спросил он. – Решила, что отделаешься целомудренными объятиями?

Его предупреждение только распалило желание Алекс.

– Я не из пугливых, Леандро.

Он выругался по-итальянски, когда она прижалась к его возбужденному телу, и крепко обхватил ее бедра.

– Я не стану для тебя заменой Люки, – заметил он.

– Мы с ним поцеловались только раз. Люка меня не интересует.

– Ты первая женщина в мире, которая это утверждает. Именно поэтому он от тебя без ума.

Сердце едва не выскакивало из ее груди. Алекс понимала, что рискует. Но все же рядом с Леандро она почему-то чувствовала себя в безопасности.

– А ты? – спросила она.

Он посмотрел на нее с нескрываемым желанием:

– Я хочу тебя, Алексис. Каждый раз, когда вижу.

Подняв голову, она встала на цыпочки, прижалась губами к его губам и обвила его шею руками, отказываясь отступать.

Леандро жадно ответил на ее поцелуй. В его действиях не было игривости. Это было настоящее соблазнение, в котором Леандро играл ведущую роль. Его руки уверенно ласкали ее грудь и напряженные соски, бедра и ягодицы, а потом он потянул вверх ее платье.

Алекс дрожала всем телом от волнения, желания и страсти. Леандро прижал ее к стене и обхватил руками ее грудь. Девушка застонала.

А когда он обжег ее щеку своим дыханием, шепча ей на ухо, что собирается с ней сделать, Алекс охотно ему отдалась.

Глава 1

Семь лет спустя

– У тебя болит рука, мама?

Алекс подоткнула Изабелле одеяло и поцеловала ее в лоб.

– Немного, детка, – искренне сказала она.

Иззи было всего шесть, но она всегда понимала, когда ее мама говорила неправду. Возможно, Алекс просто не могла солгать, глядя в эти проницательные серые глаза.

– … Но гипс снимут через пару недель. Тетя Джесси говорит, я быстро поправляюсь.

Маленькие пухлые пальчики коснулись еще незажившего широкого шрама, который шел от левого виска Алекс к ее глазу и рассеченной стеклом брови.

– Мне страшно, мама, – тихо произнесла Иззи.

Слезы подступили к горлу Алекс, но она не стала плакать.

– Ты моя храбрая маленькая девочка!

Подбородок Иззи задрожал.

– Да, но ты так долго лежала в больнице, а я была здесь одна… Бабушка не говорила, когда ты вернешься домой.

Устроившись на маленькой кровати, Алекс крепче прижала к себе драгоценную дочку:

– Но я уже в порядке, видишь?

Иззи кивнула, и Алекс еще крепче ее обняла. Девочка постепенно расслабилась.

Но страх остался. Алекс чувствовала его горький привкус во рту.

Огромный грузовик врезался в боковину ее компактного седана, превратив его в груду металла. Алекс чудом выжила, но она могла думать только о том, что было бы, если бы она погибла и Иззи осталась одна.

Черное облако страха поглотило ее, у нее перехватило дыхание. Ее руки дрожали, кожа стала липкой от пота.

Она зарылась лицом в волосы Иззи и глубоко вдохнула. Сладкий запах маленького ребенка вернул Алекс в настоящее.

Но это продлится недолго. После автокатастрофы ее постоянно преследовал страх. Она должна что-то сделать, чтобы позаботиться о будущем Иззи.

Алекс снова подумала о нем. О мужчине с иссиня-черными волосами, от которого Иззи унаследовала поразительно ясные серые глаза и густые прямые черные волосы. О мужчине, который отказался видеться и разговаривать с Алекс. Он не ответил ни на один ее телефонный звонок семь лет назад.

Она вспомнила, какое отвращение видела в его глазах, когда обмякла в его объятиях после их близости, словно безвольная тряпка. Леандро поспешно отстранился от нее и поправил одежду так холодно и сдержанно, словно брезговал встречаться с ней взглядом. Потом он проводил девушку в отель и заявил, что больше не желает с ней встречаться.

Но теперь, когда Алекс едва не лишилась жизни, она больше не могла молчать. Даже если это означало, что ей снова придется услышать отказ.

Неудачи преследовали ее всю жизнь. Сначала она стала разочарованием для родителей, потом разочаровывала себя – снова и снова. Но с Иззи она стала совсем другой.

Девочка заслуживает иметь будущее, а Алекс нужен душевный покой, чтобы вернуться к нормальной жизни. Ей необходимо знать, что об Иззи позаботятся, если с ее матерью что-то случится.

При одной мысли о встрече с Леандро Конти у Алекс перехватило дыхание, но она знала, что должна рискнуть – ради своей дочери.

– Один из вас женится на девице Росси!

Услышав ультиматум деда, Леандро промолчал.

– Софии Росси? – спросил шокированный Люка.

– Да.

Леандро смотрел на своего деда, сидевшего за сверкающим темно-вишневым письменным столом. Седой и немощный старик, он был по-прежнему полон решимости запугать своих внуков.

Люка небрежно оперся о каминную полку. Он выглядел так, словно ему на все наплевать. Антонио всегда приходил в ярость, видя его беззаботную физиономию.

Леандро бросил на брата предупреждающий взгляд. Антонио еще не оправился от инфаркта, который случился с ним месяц назад.

Люка и Антонио давным-давно прикончили бы друг друга, если бы не Леандро. Он устал играть роль судьи и опекуна для членов своей семьи.

Эту роль Леандро взял на себя в возрасте четырнадцати лет. Сейчас ему тридцать пять, а он по-прежнему вынужден мирить Люку с дедом.

– Мы уже вышли из того возраста, когда ты подыскивал нам невест, дедушка, – произнес Леандро, нарушая тишину. – Я не женюсь снова. Кроме того…

– И я не женюсь, – вмешался Люка, – даже на Софии Росси. Она настоящая мегера.

Глаза Антонио сверкнули.

– Один из вас женится на ней, – сказал он.

– А иначе что? – выпалил Люка. – Ты лишишь Леандро и меня своей легендарной империи Конти?

Таланты Люки и Леандро вместе с передовыми технологиями ведения бизнеса за последнее десятилетие сделали компанию «Конти лакшри гудз» крупнейшей в Италии, а за последние три года – и во всем мире.

– Я объявлю, – продолжал Антонио, – что ваша сестра не является Конти, а рождена от любовной связи вашей матери и ее водителя. Я публично отрекусь от Валентины.

Люка грубо выругался. Леандро промолчал, но он был в ярости.

Он давно понял, что Антонио пойдет на все ради семейного бизнеса. Зная, каким безрассудным, безответственным и жестоким эгоистом был его отец, Леандро не осуждал действия Антонио, но это уже слишком.

Ни Леандро, ни Люка не позволят деду огорчать Валентину.

Справившись с эмоциями, Леандро произнес почти дружелюбно:

– После инфаркта ты стал раздражительным, дедушка.

– Тебе не переубедить меня, Леандро. Я позволил тебе привезти Валентину – позор твоей матери – сюда, – резко произнес старик. – Я даже принял ее как свою внучку, но не думай…

– Ты любишь Валентину, я уверен, – взревел Люка. – Я думал, ты лучше нашего отца!

Антонио вздрогнул. По-видимому, даже ему не нравилось сравнение с сыном, Энцо.

– Я принял Валентину по просьбе Леандро, который всего себя посвятил компании Конти, – произнес старик.

Люка недоверчиво посмотрел на брата:

– Вот почему ты всегда позволял ему тобой руководить?

Леандро пожал плечами:

– Я не жертвовал собой, Люка. Я вырвал штурвал компании из рук нашего отца, вытеснил его из совета директоров и женился на Розе потому, что сам этого хотел. А помимо этого я защитил Валентину. – Он повернулся к Антонио, уже не скрывая свой гнев: – Мы с Люком вывели компанию в лидеры мирового рынка, о чем ты даже не мечтал. Чего еще ты хочешь?

– Мне нужен наследник. Энцо не состоялся ни как сын, ни как муж, ни как отец. Но даже он оставил мне наследников. Женитьба на дочери Сальваторе, который льстит мне в глаза, а за моей спиной критикует меня и грозится навредить компании Конти, заставит его замолчать.

Леандро покачал головой:

– Это не метод…

– А у меня есть выбор? – повысил голос Антонио. – Ты жениться не хочешь, а ты… – Он с отвращением повернулся к Люке. – Ты меняешь женщин как перчатки. – Я скоро умру, Леандро, – продолжил старик. – Я не желаю, чтобы ты и Люка стали последними Конти.

На столе зазвонил телефон, и Антонио поднял трубку. Леандро переглянулся с Люкой.

Антонио шумно повесил телефонную трубку, и внуки снова взглянули на него.

– Ну вот, выбора у вас нет, – заявил старик.

Люка отреагировал первым:

– Что ты имеешь в виду?

– Дочь Сальваторе Росси приняла решение. Она хочет стать твоей женой, Леандро. Судя по всему, – Антонио взглянул на Люку, – она достаточно умна, если отвергла дьявола Люку.

Люка с ухмылкой посмотрел на брата, но у Леандро почему-то сложилось ощущение, что он не испытывает облегчения.

– Проблемы этой семьи снова решать тебе.

С этими словами Люка вышел из кабинета.

В наступившей тишине слышался шум с веранды, быстрая речь Валентины и смех – ее и Люки.

– Я начинаю понимать, почему Люка так себя ведет. Он недаром ненавидит тебя и твое династическое эго… – С каждым словом Леандро все больше заводился.

Дрожащими руками он взял из бара бутылку вина, подумывая, не швырнуть ли ее в стену.

– Леандро!

Тихий голос деда вернул мужчину в реальность. Да, Антонио любил его. Он был всем для маленького мальчика, пострадавшего от безрассудства собственного отца.

Леандро не бросил бутылку в стену. Он смог сдержаться.

Он потерял самообладание только раз в жизни, семь лет назад. Даже сейчас он видел перед собой прекрасные темно-карие глаза, дрожащие розовые губы и нетерпеливые руки…

Отмахнувшись от воспоминания, Леандро поставил бутылку и повернулся к деду:

– Еще одна жена? Ты превращаешь меня в жеребца-производителя.

Антонио выглядел усталым.

– Имя Конти снова должно стать уважаемым. Ты сам решил восстановить то, что разрушил Энцо.

Леандро кивнул:

– Скажи Сальваторе, что я женюсь на Софии.

В любом случае, он слишком давно живет один.

И против брака ради зачатия наследников он не возражал.

На Алекс нахлынули воспоминания. Вилла Конти… Такая же величественная, как и тем давним летом, когда она впервые ее увидела. Те же огромные кованые ворота, тот же аромат жасмина, тот же ветер с озера Комо… Те же элегантные гости, разодетые в пух и прах представители итальянской аристократии.

Алекс нервно разгладила свою белую шелковую блузу. Темно-синие джинсы и белые туфли дополняли ее скромный наряд.

Она радовалась, что позвонила Валентине. Ей удалось солгать, что она снова приехала в Италию в качестве туристки и хочет повидаться. Валентина обрадовалась – искренне или притворно – и даже отправила за подругой машину.

Только она не упомянула, что в день приезда Алекс на вилле состоится шумная вечеринка.

Поблагодарив водителя, Алекс вышла из машины. От волнения у нее засосало под ложечкой и пересохло во рту.

– Алекс? Алексис Шарп?

На вершине лестницы стоял потрясающе красивый Люка Конти в черном смокинге, а рядом с ним – привлекательная блондинка.

Пока она пыталась собраться с мыслями, Люка, оставив блондинку, сбежал по ступенькам и, прежде чем Алекс успела моргнуть, крепко ее обнял. Отстранившись, он насмешливо ее оглядел, удерживая за талию.

– Ты стала поразительно красивой, дорогая, – сказал он. – Я знал, что не должен был отпускать тебя тем летом.

Алекс улыбнулась. Снова он ее дразнит.

– Спасибо, Люка. Валентина знала, что я приеду. Я…

– Мы тебе рады, Алекс!

Она видела – его снедает любопытство, однако мужчина тактично его сдерживает.

Люка предложил ей руку:

– Давай возьмем тебе что-нибудь выпить, а потом найдем Валентину, ладно?

Алекс покачала головой:

– Я повидаюсь с Валентиной позже. Ты не мог бы организовать мне встречу со своим братом?

– Леандро? – Он был шокирован. – Ты приехала к Леандро?

– Да.

– А я не смогу его заменить, дорогая? – спросил он.

– Нет.

Люка оглянулся на виллу, затем снова посмотрел на Алекс, и на этот раз его взгляд не был игривым.

– Тогда давай разыщем моего драгоценного братца, но я должен предупредить тебя, дорогая, что сегодня он нарасхват. Наберись терпения и подожди, когда он освободится.

– Договорились.

Алекс с трудом переставляла ноги. Сердцебиение эхом отзывалось в ее ушах, когда они вошли в просторное фойе. Внезапно она увидела высокого худощавого мужчину, образ которого преследовал ее во сне последние семь лет…

Алексис…

Ее лицо было бледнее обычного, простая шелковая белая блузка облегала фигуру.

Никогда в жизни Леандро не был так удивлен, как сегодня, когда он увидел Алексис под руку с Люкой. Поначалу он просто стоял и пялился на нее, думая, что у него начались галлюцинации, и задаваясь вопросом, отчего именно в день помолвки с Софией он вспоминает лицо женщины, которую старался забыть все прошедшие годы.

Вероятно, судьба решила наказать его за грехи.

Потом София легко коснулась его руки и позвала по имени. Он обернулся к ней, улыбнулся, затем снова посмотрел перед собой.

И не увидел ни Люки, ни Алексис.

Вечеринка затянулась. Сальваторе Росси беззастенчиво хвастался Леандро перед своими гостями, радуясь, что его дочь станет членом клана Конти. Даже Софии в какой-то момент стало неловко.

Она нравилась Леандро. София была самодостаточной, умной и сдержанной. По крайней мере, с ней у него будет спокойная семейная жизнь, без драм, которые случались у его родителей.

Он танцевал с ней под медленную джазовую мелодию, потом пригласил на танец ее сестру, которая без умолку болтала о каком-то старинном друге.

На вечеринке присутствовали Сальваторе Росси, София, Валентина, его дед, двое его теток и два кузена. В одиннадцатом часу вечера Леандро решил удалиться в гостиную на первом этаже – подальше от шума и веселья.

Он хотел найти брата, чтобы сообщить ему, где его искать при необходимости, как вдруг увидел женщину, встречаться с которой хотел меньше всего.

Единственную, которая видела, как он теряет над собой контроль.

Алексис.

Аккуратный черный жакет облегал ее изящные плечи. Шелковая блузка подчеркивала округлую грудь. Темно-синие джинсы обтягивали ее длинные ноги. Эти ноги обвивали его торс в ту ночь, когда он…

Почувствовав сильное возбуждение, Леандро стиснул зубы, сожалея, что тело не слушается его приказов. Одного взгляда на Алексис достаточно, чтобы он повел себя как перевозбужденный подросток.

Он изумленно вглядывался в ее лицо.

Рваный шрам рассекал левую бровь Алексис, однако это не уменьшало ее привлекательности. Высокий лоб, умные карие глаза, чуть вздернутый нос, большой рот с пухлыми губами. Она могла очаровать любого мужчину.

Алексис огляделась и увидела Леандро. Между ними пробежала искра. Обоим показалось, что они остались в помещении одни.

Леандро с трудом отвел от нее взгляд, задаваясь вопросом, зачем Алексис приехала на виллу накануне его свадьбы.

Но прежде чем он успел озвучить свой вопрос, раздался голос Антонио:

– Не следовало приводить сомнительную девицу на семейную вечеринку, Люка.

Алексис вздрогнула. Люка хотел что-то ответить деду, но она коснулась его руки, прося молчать. Люка пожал плечами и промолчал.

Леандро понял, что ревнует ее к собственному брату.

Глубоко вздохнув, Алексис обратилась к Антонио:

– Я не сомнительная девица Люки, мистер Конти. И я не уйду, пока не сделаю то, зачем сюда приехала. – Она решительно посмотрела на Леандро: – Мне нужно поговорить с тобой наедине.

Леандро приказал себе не реагировать на ее умоляющий взгляд. Спустя семь лет она могла заявиться к нему только за одним – за деньгами.

– Нам не о чем разговаривать, мисс Шарп, – произнес он.

– Леандро?… – начал Люка.

Он в ярости поднял руку, приказывая ему замолчать.

Ему стало интересно, как давно Люка с ней контактирует. Возможно, они общались на протяжении всех этих лет?…

И почему, черт побери, ему не все равно, что происходит между ними?

Он пронзил Алексис взглядом:

– Меня не интересуют твои игры.

Глаза Алексис сердито сверкнули, она вздрогнула.

– Ладно. – Ее голос звучал чисто и ясно, но слегка дрожал. – Я приехала, чтобы сообщить тебе, что у тебя родилась дочь. – Она подняла голову. – Ее зовут Изабелла Адриан. Ей шесть лет, и она прекрасна.

– Нет, – прорычал Леандро, нарушая воцарившуюся тишину. – Этого не может быть.

Его дед и Сальваторе Росси выругались, Валентина приглушенно охнула.

У Алексис дрожали губы, ее грудь вздымалась. Она продолжала смотреть Леандро в глаза.

– Анализ ДНК докажет мою правоту, – сказала она, будто заранее подготовила ответ.

Слыша абсолютную решимость в ее голосе, Леандро лишился дара речи. Он посмотрел на Люку. Тот также был шокирован.

Алексис, чьи глаза светились гордостью и любовью, утверждала, что у Леандро есть дочь.

Ребенок, которого так страстно хотела родить Роза…

И вот теперь женщина, которую Леандро пытался забыть, заявляет, что он стал отцом. Что момент его минутной слабости имеет последствия.

– Что бы вы ни придумали, мисс Шарп, вы выбрали неправильный метод, – наконец заговорил Антонио по-английски с сильным акцентом. – В семье Конти ублюдки могут появиться только от Люки.

Глава 2

– Хватит! – выпалила Алекс. Молчание Леандро огорчало ее сильнее заявления его деда. – Я не позволю вам оскорблять мою дочь!

Она почувствовала, как Люка коснулся ее плеча, и приободрилась.

Посмотрев в глаза Леандро, она увидела в них то ли недоверие, то ли отвращение.

Орлиный нос, тонкие губы красивой формы, резкие черты лица… Он так же высокомерно красив, как прежде.

Очевидно, за эти семь лет он не изменил своего отношения к их близости в тот вечер. Алекс не надеялась, что будет иначе, но не собиралась позволять ему позорить ее.

Она не совершила ничего предосудительного. Ни тогда, ни сейчас.

– Ты молчишь, хотя понимаешь, что она может оказаться твоей дочерью? Зря я сюда приехала. И зря решила, что Иззи… – Она вздохнула, чтобы собраться с духом. – Ты и твоя семья… Вы не заслуживаете знакомства с ней.

Алекс повернулась спиной к собравшимся и, высоко подняв голову, пошла прочь, громко стуча каблуками по блестящему мраморному полу, стараясь не обращать внимания на мучительную боль в груди.

Она убеждала себя, что приехала к Леандро из-за автокатастрофы, из-за неуверенности в будущем своей малышки, а не ради мужчины, который стоял, не шевелясь, словно скала, пока его семья оскорбляла ее.

Алекс остановилась возле выхода на полукруглый балкон, откуда открывался вид на ярко освещенную территорию вокруг виллы и темные воды озера за ее пределами, и прижала руку к пульсирующему виску.

Неловко просить Валентину отвезти ее обратно. Может, ей поможет Люка?

Она повернулась и тут же уперлась в мускулистую мужскую грудь.

– Люка, ты мог бы?…

Почувствовав знакомый запах дорогих духов, она не договорила. Алекс резко подняла подбородок, и у нее закружилась голова.

Ах, эти проницательные серые глаза.

– Почему ты решила, что это Люка? – спросил Леандро.

– Потому что он, кажется, единственный порядочный человек в вашей семье. Мне больше нечего тебе сказать, – выдохнула она ему в плечо.

– Думаешь, после такого заявления тебе удастся уйти незамеченной? Ты намерена оповестить журналистов? Хочешь посмеяться над семьей Конти?

Схватив Алекс за руку, он протащил ее по коридору, провел в комнату и захлопнул дверь.

Алекс стояла к нему спиной, с трудом переводя дыхание.

Ее кожу покалывало от его близости, она по-прежнему трепетала от прикосновения к его телу. Она потерла пальцами лоб, сожалея, что не может успокоиться, и огляделась.

Роскошная мебель, письменный стол из красного дерева, заваленный документами, огромная двуспальная кровать с темно-синими простынями и балдахином… Алекс уловила в комнате знакомый прохладный аромат морской волны. На тумбочке стояло небольшое фото в рамке, на нем была красивая темноволосая женщина с тонкими чертами лица.

Алекс поняла, что находится в комнате Леандро. Но кто эта женщина на фото?

Она посмотрела в окно. Вид на озеро Комо из этой комнаты был еще лучше.

– Боишься взглянуть мне в лицо после представления, которое устроила?

Казалось, его низкий голос скользит по ее обнаженной коже. Словно не было этих семи долгих лет.

Алекс медленно повернулась к Леандро, с отвращением осознавая, что рядом с ним совсем не контролирует свои чувства.

Леандро стоял, прислонившись спиной к закрытой двери. Он снял пиджак, его глаза казались стальными в полутьме. Только теперь Алекс заметила, что он похудел, черты его лица заострились. Теперь его окружала еще более мощная аура властности.

– Я пытаюсь преодолеть шок. Не ожидала, что ты решишь меня остановить. – Алекс очень старалась не показывать Леандро своего волнения. – Если считаешь, что это было представление, – пусть так, но это ты меня вынудил.

Мужчина не сводил с нее глаз. Ее раздражало, что он молчит. Почему не требует от нее сделать анализ ДНК? Отчего не грубит ей, как его дед?

Алекс ожидала чего угодно – крика, скандала, схватки, но к непроницаемому, хладнокровному молчанию она оказалась совершенно не готова.

И тогда она решила спровоцировать Леандро.

– Ты затащил меня в комнату, поддавшись воспоминаниям? – проговорила она. – А я-то думала, ты забыл ту ночь.

Его подбородок дрогнул, а взгляд стал еще более непроницаемым.

– Я ее не вспоминал. До сегодняшнего вечера.

Алекс моргнула. Ей стало больно, словно ядовитая стрела, выпущенная ею в Леандро, вернулась к ней. Он вряд ли пытался поддразнить ее своим признанием, а просто констатировал факт.

– Ты смеешь напоминать мне об этом, Алексис?

Подавляя опасное желание ответить ему грубо, она спокойно произнесла:

– Если ты думаешь, что я хочу возобновить наше с тобой близкое знакомство, ты ошибаешься. Я здесь только ради Изабеллы.

Алекс не понимала, верит он ей или нет. Но из того, что она знала о Леандро, следовало, что он мастер скрывать эмоции.

Мужчина прошелся по комнате, переставляя то одну, то другую вещь, и наконец прислонился к кровати.

– Как ты здесь оказалась? – спросил он.

– Я тебя не понимаю.

– Почему ты приехала именно сегодня? Ты знала?

– О вечеринке? Конечно нет. По-твоему, я намеревалась устроить сцену в присутствии твоей аристократической семьи? Это Валентина решила, что мне лучше приехать сегодня.

Леандро надменно поднял бровь:

– С чего это вдруг?

– Я намекнула ей, что хотела бы повидаться. Она предположила, что я собираюсь возобновить дружбу с Люкой.

– А Люка? – недовольно спросил Леандро.

– А что Люка? – вопросом на вопрос ответила Алекс.

Что-то промелькнуло в его взгляде.

– Как получилось, что ты пришла с ним?

– Он просто сопровождал меня, когда я пыталась тебя разыскать.

– В ту ночь ты сказала мне, что принимаешь противозачаточные таблетки.

Внезапная смена темы застала ее врасплох.

– Я начала их принимать за несколько недель до приезда в Италию.

– Чтобы пуститься здесь во все тяжкие?

– Брось. Я потеряла голову лишь однажды, увидев тебя. А какие у тебя оправдания?

– Ты думаешь, что я виню во всем тебя? – Казалось, эта мысль его шокирует.

Что еще она должна была думать после того, как он бросил ее? Даже сейчас он смотрит на нее, словно на свой худший кошмар.

– Таблетки не дают стопроцентной гарантии.

Леандро снова промолчал, и Алекс стало не по себе.

– Если ты мне не веришь, то…

– Я лучше воздержусь от ответа, – сказал он.

– Я ничего от тебя не хочу. Тебе, вероятно, трудно в это поверить, но не все женщины стремятся броситься на шею Конти. – Алекс так рассердилась, что ей захотелось его ударить.

– В самом деле?

Пока он так себя ведет, очень легко его презирать. И забыть о том, что, увидев его сегодня, она на мгновение забыла о дочери.

– Да. Я достаточно себя уважаю, чтобы не увлечься мужчиной, который считает меня лгуньей. Который отверг меня, словно я мусор под его ногами.

Возле его губ появились едва заметные морщинки, он отвернулся. Алекс испытала поразительное удовольствие оттого, что задела его за живое.

– Почему ты медлила со своим требованием семь лет?

– Я бы не назвала это требованием.

Он оттолкнулся от кровати, и Алекс пришлось приложить немало сил, чтобы не попятиться.

– Почему ты не сообщила мне немедленно?

– К тому моменту, когда я поняла, что беременна, прошло почти десять недель.

– Поэтому ты оставила ребенка? – Леандро поднял руку, приказывая ей молчать. – Тебе было двадцать. Сомневаюсь, что Валентина сумела бы вырастить ребенка, родив в таком возрасте.

Алекс молчала. Ее родители и даже близкая подруга советовали ей отдать ребенка в приют. А для нее рождение дочери стало настоящим чудом.

– Я… – Она отвела взгляд. От волнения у нее сдавило горло.

– Скажи мне почему! – резко бросил он.

– Я не могу это объяснить.

В его взгляде вдруг промелькнуло понимание, и Алекс ощутила дрожь. Она приехала сюда, считая Леандро высокомерным, бессердечным циником. Возможно, она ошибалась.

– Я звонила тебе на работу через неделю после того, как узнала о беременности. Я прождала целый час, а потом твоя секретарша заявила мне, что ты не желаешь со мной разговаривать, и повесила трубку. Я пыталась еще несколько раз, но ответ был прежним.

– Ты могла бы позвонить своему другу Люке. – Леандро говорил тихо, но его слова гулко разносились по комнате. – Ты могла бы вернуться в Италию. Ты могла бы сообщить Валентине. Ты могла бы прислать мне письмо по электронной почте.

– Я должна была написать в теме письма крупными буквами: «Я беременна от тебя», как какой-нибудь спамер? – Алекс покраснела от злости. – Ты не желал иметь со мной ничего общего. Но я считала, ты должен знать, и попыталась еще раз. Решила приехать к тебе, – продолжала она. – Но за день до назначенной даты мой отец повредил спину, работая в магазине, и я не смогла уехать. Я занялась магазином, а потом родилась Изабелла, и у меня уже не оставалось ни на что сил.

– А дальше?

Он смеет предполагать, будто она во всем виновата?

– Дальше я убедила себя, – устало произнесла она, – что Иззи не нужен отец, который отказался от нее.

В очередной раз, когда Алекс хотела получить желаемое, ее отвергли. И забыли.

– Почему ты передумала сейчас? – Запустив пятерни в волосы, Леандро шагал взад-вперед по комнате, словно зверь по клетке. – Или ты давно это запланировала?

– А ты бы обрадовался, если бы узнал, что я обдумывала план мести? Я подтвердила твои худшие предположения обо мне, да? И тогда тебе не пришлось бы брать на себя ответственность.

– Почему именно сейчас? – хрипло повторил мужчина, заставляя Алекс забыть о своих чувствах и вспомнить о ребенке.

– Три месяца назад я попала в серьезную аварию. – Она машинально коснулась пальцами шрама на лбу, и Леандро посмотрел на него. У нее сжималось горло, но она продолжила: – Я поняла: если что-то случится со мной, Изабелла останется одна. Мои родители стареют. Я не могу не думать о ее будущем.

Снова наступило молчание. Пристальный взгляд Леандро нервировал Алекс.

– Я привезла ее свидетельство о рождении… – Она полезла в сумочку. – Просто скажи, куда и когда привезти Иззи для анализа ДНК. Будет здорово, если его можно сделать в Нью-Йорке, потому что я не…

– Тебя ничто не остановит, верно? Ты ставишь перед собой цель и добиваешься своего, несмотря ни на что.

Алекс побледнела. Он думает, ей было легко к нему приехать? Увидеться с ним спустя столько лет, понять, что он по-прежнему относится к ней с омерзением? Осознать, что она не удостоится от него ничего, кроме жалости?

Алекс поборола эмоции и сосредоточилась.

– Я готова на все, чтобы доказать, что она твоя дочь.

– А что потом?

– Ты так боишься моих требований, Леандро? – с вызовом спросила она.

– У тебя много требований, Алексис?

Почему она дразнит его? Зачем так безрассудно старается его спровоцировать? Она достала из сумочки конверт.

– Здесь фотографии. Может, ты навестишь нас… и будешь хоть изредка встречаться с Иззи, чтобы она не считала тебя чужим? Я могу привезти ее сюда на каникулы, чтобы она пообщалась с Люкой и Валентиной, если они этого захотят. Я просто хочу, чтобы ты пообещал – если со мной что-нибудь случится… – Она не договорила. Она стояла, протягивая конверт Леандро, а он молча смотрел на него. – Леандро?

Он моргнул и резко глотнул воздух.

Внезапно Алекс осенило.

– Ты предпочел бы, чтобы Изабелла не родилась… – в ужасе произнесла она. – Неужели ты так сильно меня презираешь?

Мужчина мрачно взглянул на нее:

– То, что я чувствую, не имеет к тебе никакого отношения.

Хорошо. Алекс не вынесла бы, если бы он презирал Изабеллу, как презирает ее. Она не допустит этого.

И что она вообще знает об этом человеке? Практически ничего.

Ее страстное влечение к нему семь лет назад не поддавалось никакой логике. Она снова, не сдержавшись, жадно посмотрела на него. Высокий, подтянутый, Леандро держался сдержанно и надменно.

Дрожащей рукой она сунула конверт обратно в сумочку. Ей нужно уходить.

Прежде чем она совершит какую-нибудь глупость.

– Покажи мне фотографии, – наконец выдавил Леандро.

Алексис стояла к нему спиной. При звуке его голоса ее плечи напряглись. Казалось, Леандро не разговаривал несколько лет. Простые слова давались ему словно бы с огромным трудом.

Он резко поднял голову, осознавая, что поверил Алексис.

Антонио назвал бы его дураком. Адвокаты сказали бы, что следует сделать анализ ДНК. Холодный рассудок твердил, что он идет на поводу у эмоций и заявление Алексис о том, что ей ничего от него не нужно, – очередная ложь.

Она могла выжидать все эти годы только для того, чтобы сорвать куш.

Он знал о женском коварстве. Если женщины падали к ногам Люки, становясь жертвами его чар, то к Леандро они испытывали по-настоящему бешеный интерес, потому что средства массовой информации часто описывали его как совершенного человека, до сих пор оплакивающего свою жену.

– Покажи мне фотографии, – сказал он.

Алексис вцепилась в сумочку так, что костяшки ее пальцев побелели. Ее поведение выглядело бы комичным, если бы не сковавший ее страх.

– Я не требую, чтобы ты ее воспитывал.

Леандро подошел ближе, посмотрел на ее дрожащие губы и широко распахнутые глаза. Почти прижав ее податливое тело к двери, он почувствовал, что теряет самообладание.

– Чего же ты вдруг так испугалась? – спросил он.

Что-то в его тоне заставило ее достать конверт.

Леандро вернулся к кровати и разложил фотографии на темном покрывале.

Десять снимков разного формата.

С бешено колотящимся сердцем он взял фотографию, на которой девочка была снята крупным планом. С черными волосами, обрамляющими ее лицо, серьезными серыми глазами и пухлым личиком, малышка была его копией.

Изабелла. Его дочь. Его плоть и кровь.

– Она совсем на меня не похожа, – сказала Алексис, стоя у него за спиной. – Каждое утро я смотрю на нее и удивляюсь, что она моя.

Резко втянув в себя воздух, Леандро повернулся к ней.

Алексис жадно вглядывалась в его лицо. Ее взгляд походил на ласковое прикосновение.

Леандро посмотрел на фотографию, а затем снова на Алексис:

– У нее твой подбородок.

Улыбка осветила лицо молодой женщины, и она стала настоящей красавицей.

– В самом деле?

– Где она сейчас? – спросил Леандро.

– У моих родителей. Мы с Изабеллой живем с ними. У моей подруги есть сын одного возраста с Иззи, и она присматривает за ней днем. Оставь фотографии себе. – Она протянула ему визитки, словно продавщица в магазине. – Здесь все мои номера и адреса электронной почты. Просто позвони мне заранее…

– Заранее? – переспросил он.

Алексис пожала плечами:

– Ну, если ты захочешь с ней повидаться. – Леандро не взял у нее визитки, поэтому она положила их на небольшой столик. – Я пробуду в Милане еще два дня. – Она прикусила нижнюю губу. – Если ты вызовешь мне машину, я уеду.

Леандро шумно выдохнул.

Она решила, что покажет ему фотографии дочери и уйдет? Что он позвонит ей и назначит встречу, словно они деловые партнеры?

Неужели она думает, что у него нет ни чести, ни совести?

– Переночуй на вилле, – произнес Леандро наконец. Ему удалось сохранить внешнее спокойствие, несмотря на то что его мир перевернулся с ног на голову. – Ты выглядишь так, словно в любой момент упадешь в обморок.

– Я не хочу создавать проблем…

– Поздновато спохватилась. – Леандро сложил фотографии в конверт. – Горничная проводит тебя в спальню. Доброй ночи, Алексис!

* * *

Леандро ходил по своей спальне, ощущая запах Алексис. В его голове кружились тысячи мыслей.

Он вспомнил, как секретарша говорила, что ему звонит мисс Шарп. Снова и снова. Он вспомнил отвращение к самому себе при одной мысли о близости с ней, потому что он достаточно насмотрелся на любовниц своего отца и его безрассудство.

Несмотря ни на что, Алексис приехала, чтобы сообщить ему о дочери.

Семья Росси будет ждать от него объяснений. Их потребует и Антонио. Помолвка Леандро и Софии стала крупнейшим событием лета в высшем обществе, и Сальваторе будет нелегко смириться с новостями.

Леандро придется постараться, чтобы Сальваторе никому не отравил жизнь из совета директоров компании Конти, какое бы решение он ни принял. Следует убедиться также, что Антонио не помешает Леандро реализовать его намерения.

Он должен действовать осторожно, чтобы его семилетнее пренебрежение Алексис никому не навредило сейчас – ни Валентине, ни Софии, ни Изабелле.

Он обязан защищать, лелеять и любить свою дочь. Он не может пренебречь своими обязанностями, как сделал его отец. Ребенку нужны оба родителя, и Леандро отлично об этом знал.

Он поклялся себе, что следующее поколение Конти будет отличаться от предыдущих. Он не бросит Изабеллу. Не позволит, чтобы его дочь жила, не зная, что она любима и желанна.

Если у Алексис на этот счет другие идеи, то он ее переубедит.

Хотя на плечах Леандро лежал тяжкий груз, впервые за многие годы он почувствовал облегчение.

Глава 3

Июньское солнце уже было высоко, когда Алекс вышла из своей комнаты на полукруглый балкон. Тревожное предчувствие усилилось после бессонной ночи.

– Алекс, иди завтракать! – донесся до нее голос подруги.

Она посмотрела вниз. Валентина была одна.

Алекс спустилась по ступенькам и прошла через двор в красивый сад. Ее окутал густой цветочный аромат. Чистая красота природы успокоила ее натянутые нервы.

В дизайнерских джинсах, розовом топе с рюшками, с волосами, уложенными в небрежный пучок, Валентина выглядела настоящей модницей. Алекс обрадовалась, что не надела вчерашнюю одежду.

Красивые дорогие футболки, а также брюки-капри различных размеров и цветов и нижнее белье лежали на кровати к тому моменту, когда она вышла из душа. И Алекс знала, кого за это благодарить.

Вспомнив об этом, она неожиданно успокоилась.

Присев за столик, она взяла булочку с джемом и с наслаждением сделала глоток кофе со взбитыми сливками.

Почувствовав на себе взгляд Валентины, Алекс подняла глаза:

– Я не стану извиняться за то, что использовала тебя.

Валентина кивнула, задумчиво глядя на нее:

– Я пока не видела Леандро. Люка говорит, что верит тебе.

Алекс было приятно, что Люка сразу ей поверил. Она достала из кармана мобильный телефон.

Взглянув на фото, Валентина тихонько вздохнула.

– Прошу прощения за то, что сказал мой дед, – произнесла она. – Ты не представляешь, как мы все шокированы.

– Я представляю.

– Нет! Леандро был с тобой, и… Это так на него не похоже.

– У него обычно не бывает секса? – через силу пошутила Алекс.

Валентина покачала головой:

– Знаешь, как журналисты называют Леандро и Люку?

– Как?

– Конти-святой и Конти-дьявол.

– Тот, кто бессердечно отвергает женщину, с которой переспал, считается в вашей стране святым?

– Ты не понимаешь…

– И не хочу понимать, – отрезала Алекс.

Она не желала знать о личной жизни Леандро. Или понимать, почему он повел себя с ней так беспощадно. Или думать, что он воплощение совершенства.

– Ты неудачно выбрала время, – с сочувствием сказала Валентина. – И семь лет назад, и вчера вечером.

– А что было прошлой ночью?

– Вечеринка по случаю помолвки Леандро.

Алекс чувствовала себя так, словно ее ударили. Хотя, вероятно, за прошедшие семь лет он успел сменить кучу любовниц.

Кто его будущая жена? Наверное, та женщина, что стояла рядом с ним, положив руку ему на плечо. Интересно, как он с ней обращается?

Алекс одернула себя. Она не должна интересоваться личной жизнью Леандро Конти.

– Мне все равно, даже если у него в придачу к невесте куча любовниц на побережье, Валентина, – резко произнесла она. – Мне наплевать на Леандро.

– Это так вдохновляет, – послышался у нее за спиной решительный голос. – Тебе не интересна личная жизнь мужчины, от которого ты родила дочь? Да ты святая! – Каждое слово Леандро излучало сарказм.

Алекс почувствовала горький привкус во рту.

– Вероятно, пришло время сказать тебе, что не все женщины воспринимают тебя как подарок судьбы, – ответила она.

– По-твоему, я так о себе думаю? Почему?

– Потому что не веришь, что я не захочу броситься тебе на шею, – огрызнулась Алекс.

Валентина незаметно ушла.

Сжав дрожащие пальцы на коленях, Алекс подняла голову. Солнце за спиной Леандро очерчивало его широкие плечи и торс, ветер доносил до нее его запах. Темные джинсы и черная рубашка подчеркивали мощь его худощавой фигуры.

– Поздравляю с помолвкой! – наконец произнесла Алекс.

– Спасибо, – усмехнулся Леандро. – Надеюсь, ты простишь меня за то, что я не представил тебе свою невесту. Ваша встреча может оказаться немного неприятной после шока, который она испытала вчера.

Алекс со стуком поставила чашку на блюдце.

– Я ни о чем не подозревала, иначе бы я…

– Знаю.

– И я приехала не для того, чтобы тебя шантажировать.

– Значит, ты откажешься, если я открою целевой банковский счет для Изабеллы?

Алекс сглотнула, пытаясь успокоиться:

– Нет. Я не откажусь от того, что поможет Иззи в будущем. Авария, неудачные бизнес-решения, которые я приняла в прошлом году… Нам было трудно. А стоимость обучения в университете просто астрономическая.

Ей стало не по себе, когда она увидела, как Леандро отнесся к ее быстрому ответу. Решив оправдаться, она выпрямила спину и заговорила резче:

– У меня магазин здорового питания, открытый шесть лет назад, и стареющие родители. Я практичный человек, а не пиранья.

– Разве я в этом усомнился?

– Что бы ты ни решил, ты можешь открыть доступ к этому счету только для Иззи. Я не притронусь к ее деньгам.

Они уставились друг на друга: взгляд Леандро был непроницаемым, взгляд Алекс – неуверенным.

Если он понимает, что она не знала о его помолвке и не ждет от него денег, то почему в его голосе слышится ярость?

Может, она просто неприятна ему? Алекс не могла не осознать, почему у нее так тяжело на душе после новости о помолвке Леандро. Видимо, она не впечатлила его в ту ночь.

Родители Алекс и ее собственные провалы, связанные с учебой и карьерой, заставляли Алекс помнить о том, что она неудачница. Она не хотела бы услышать подобное от человека, который был для нее одновременно проклятием и даром судьбы.

– Мне пора ехать. – Алекс встала из-за стола.

Мужчина быстро взглянул на нее и кивнул:

– Мы отправимся через десять минут.

Алекс обернулась к Леандро так стремительно, что потеряла равновесие. Он тут же обхватил ее за талию. Алекс закрыла глаза, ощущая тепло его тела. Ее сердце забилось чаще, она запаниковала.

– Мы? Почему?

– Я еду с тобой, – сказал он.

– В Милан?

– В Нью-Йорк.

У нее душа ушла в пятки. Она недоверчиво посмотрела на Леандро. Его взгляд был серьезным.

Алекс ошарашенно покачала головой:

– Я не понимаю.

Длинные пальцы крепче обхватили ее тонкое запястье.

– Я не хочу утруждать себя и звонить тебе позже, назначая встречу, а также встревать в твою насыщенную жизнь. Меня ждет рассерженная невеста, поэтому нам лучше поскорее с этим покончить.

– С чем покончить? – прошептала она.

– Я хочу встретиться со своей дочерью.

* * *

Он смог ее шокировать.

От удовлетворения в жилах Леандро бурлила кровь. Чем дольше Алексис смотрела на него с таким решительным блеском в глазах, тем острее он ощущал собственные желания.

Прошлой ночью он был сбит с толку. Сегодня утром он придумал план действий, но оказался не готов к утонченным чарам Алексис.

Он чувствовал тонкий аромат ее мыла, который казался провокационнее любых духов. Ему захотелось уткнуться носом в ее шею.

Алексис заплела волосы в косу, зачесав их назад, поэтому шрам резко выделялся на ее бледном лбу. Ее узкие плечи были по-прежнему воинственно напряжены, хотя она скрестила руки на груди, словно отгораживаясь от Леандро.

Ее ожесточенное упрямство и явная решимость одновременно очаровывали и расстраивали его.

Любая другая знакомая ему женщина прикончила бы его на глазах у любопытных гостей или потеряла самообладание, узнав о помолвке отца своего ребенка. Но не Алексис. Она потеряла терпение один-единственный раз – когда отвечала Антонио.

Она уже не та девушка, которую Леандро страстно целовал в ту ночь. Сейчас она воплощение женственности и не скрывает явного влечения к нему.

Однажды он не устоял перед ее чарами.

Алексис – настоящая загадка. Сейчас она смотрит на него так спокойно, старательно придерживаясь плана «его участия в жизни их дочери». Даже не поймешь, что она чувствует, встретившись с ним спустя семь лет.

Однако она по-настоящему испугалась, когда он сообщил, что едет с ней в Нью-Йорк.

– Почему ты так побледнела, Алексис? – тихо спросил Леандро.

– Тебе не обязательно встречаться с ней прямо сейчас, – резко сказала она. Ее округлая грудь тяжело вздымалась и опускалась. – У тебя наверняка куча дел… – Алексис снова нерешительно посмотрела на него.

– Ты против того, чтобы я ехал?

– Нет, просто… – От волнения она закусила губу.

Под ее карими глазами залегли темные круги, и внезапно Леандро пронзила нежность. Он не заметил этих кругов прошлой ночью, но сегодня видел их отчетливо.

Алексис ужасно устала. Ему захотелось защищать ее, как он защищал от ударов судьбы своего брата и сестру… Леандро приказал себе образумиться. Эта женщина – не его забота.

– Разве ты приехала не затем, чтобы я признал Изабеллу и обеспечил ей безопасное будущее?

– Ты прав. – Она напряженно улыбнулась. – Хорошо, я соберусь и буду ждать тебя в холле. – С этими словами Алексис развернулась и направилась к вилле.

– Зачем эти подлые увертки? – произнес Люка.

Леандро даже не заметил, как брат подошел к нему.

– Любой, кто тебя знает, поймет твои намерения.

– Алексис ни о чем не догадается.

– Могу поспорить, она знает, каков Конти-святой на самом деле, – спокойно ответил Люка.

Леандро вздрогнул, вспомнив, как он вел себя с Алексис семь лет назад.

– Если ты ждешь от меня комментариев по поводу событий семилетней давности, то напрасно.

Нахмурившись, Люка посмотрел ему прямо в лицо:

– События семилетней давности… Ты себя слышишь? Ты соблазнил невинную девушку и отверг ее, как только застегнул брюки. Такого поведения ждут от меня, но не от тебя.

Леандро грубо выругался. Его задели резкие слова брата.

– Учитывая то, в каком ты тогда был состоянии, – не унимался Люка, – ты не должен был к ней прикасаться.

– Я знаю.

– Ты просто ее использовал… – «Так же как наш отец», – хотел добавить Люка, но промолчал, потому что ненавидел даже упоминание отцовского имени.

– Нет, – хрипло произнес Леандро. Заметив Алексис на балконе, он стиснул зубы. – Я ничего ей не обещал. Я даже…

Он не мог выразить словами, каким живым себя чувствовал каждый раз, когда Алексис смотрела на него невинными карими глазами. Насколько сильным было удовольствие просто к ней прикоснуться…

Как ему хотелось быть кому-нибудь нужным после смерти Розы! Каким беспомощным он оказался перед искренне восхищенной им Алексис.

– Не надо все извращать, Люка.

– Я говорю то, что думаю. Она мать твоего ребенка, Леандро. По крайней мере, сейчас отнесись к ней с уважением. Разве не ты беспокоишься о наследниках Конти?

Леандро стало стыдно. За всю свою жизнь он ни к одному человеку не относился так подло, как к Алексис. И все потому, что сначала он проявил слабость, а потом сбежал от ответственности.

Он повторял ошибки собственного отца.

– Пусть Антонио плюется ядом, но разве ты не веришь Алексис? – спросил Люка.

– Я верю каждому ее слову. – Леандро не сомкнул ночью глаз, не понимая, почему Алексис так себя ведет. Она могла ревновать его или устроить ему истерику, обвиняя в том, что он поставил ее в такое положение. Так поступила бы любая на ее месте, но только не Алексис.

Уже семь лет назад Леандро знал: она не такая, какой хочет казаться.

Похоже, его привлекал в ней именно этот контраст между внешним и внутренним.

– Значит, ты просто струсил? Сальваторе вцепился в тебя как цепной пес, Антонио угрожает навредить Валентине…

– Ты женишься на Софии Росси, Люка? Ты избавишь меня от нее, чтобы я не беспокоился о Валентине и занялся своей дочерью?

Молчание Люки было красноречивым.

– Поверь мне, – процедил Леандро сквозь зубы, – я постараюсь обезопасить всех.

– А как же Алексис?

Леандро провел рукой по затылку. Правила не работали относительно этой женщины. С ней он становился непохожим на себя. С Алексис он терял самообладание и становился подростком, одержимым желанием.

– Ей незачем меня бояться, – наконец ответил Леандро.

Люка молчал, и Леандро почему-то забеспокоился. Его брат обладал отменным чувством юмора, беззаботным шармом и дружелюбием. Ему тридцать пять лет, и он уже не изменится.

– Держись от нее подальше, Люка. Твоя… гм… дружба с ней усложнит мне…

Люка громко расхохотался:

– Нашел, кого предупреждать! Мне нравится щекотать тебе нервы.

– Это слишком важно для меня. – Леандро едва сдержал желание выругаться.

– Тогда почему ты не признаешься ей? Раскрой карты, – сказал Люка.

– По-твоему, она безропотно согласится с тем, что я хочу, после того как я поступил с ней в прошлом? – спросил Леандро. – Или ты предлагаешь мне изредка встречаться с моей дочерью, как того хочет Алексис?

– Она не похожа на остальных женщин, которых мы с тобой знаем.

Впервые с начала разговора Люка широко и беззаботно улыбнулся, неторопливо оглядывая Леандро с головы до ног, словно не замечая, что тот сжимает кулаки.

Леандро захотелось врезать брату, чтобы стереть с его лица эту дурацкую улыбку.

Глава 4

Алекс потребовалась почти половина времени перелета до Нью-Йорка, чтобы успокоиться. Она понимала, что, если она не обуздает эмоции, у нее случится нервный срыв.

На взлетно-посадочную полосу аэродрома их привез роскошный автомобиль с тонированными стеклами.

Поднявшись на борт шикарного частного самолета Леандро, Алекс надолго лишилась дара речи. При виде атрибутов его богатства она легко понимала, почему он решил, будто она охотится за его деньгами.

Семь лет назад он заявил, что верит ей, а потом жестоко отверг. И не ответил ни на один ее телефонный звонок…

Заявив о том, что ему нужно поработать, Леандро с головой ушел в дела сразу после взлета. Он несколько раз разговаривал по мобильному, а потом работал с ноутбуком, не обращая на Алекс внимания.

Из разговоров ей стало очевидно, что Леандро перенес или отменил несколько встреч ради этой поездки. Не говоря уже о том, что он оставил свою невесту, имя которой он несколько раз упоминал во время разговора по телефону.

От постоянных размышлений о человеке, по-прежнему остающемся для нее загадкой, у Алекс разболелась голова. Она зажмурилась и прижала пальцы к вискам.

– Алексис, тебе нездоровится? – спросил Леандро.

– Я в порядке, – ответила она резче, чем хотела.

– Мы снова начали воевать, дорогая?

Ощутив свежий аромат его одеколона, она открыла глаза. Леандро стоял напротив нее, высокий и широкоплечий, заслоняя ей обзор.

Прежде чем она успела ответить, его длинные пальцы коснулись ее висков.

– Здесь? – Леандро погладил шрам на ее брови. – Врачи обещают, что он полностью заживет?

– Рубец исчезнет через несколько лет. Мне предлагали сделать пластическую операцию… – Она закрыла глаза. – Но я отказалась.

– Ты предпочла оставить шрам как напоминание о том, что едва не потеряла?

От его проницательности у нее чаще забилось сердце. Она кивнула.

Ее родители и подруга Эмма считали, что Алекс должна сделать пластическую операцию, забыть об аварии и жить дальше.

Леандро так легко ее понимал…

– Мама говорит, что шрам меня уродует, – сказала Алекс, ненавидя себя за неуверенность.

Взяв за подбородок, он заставил ее поднять голову. В его глазах плясали задорные искорки, но Алекс не показалось, что он смеется над ней.

– Не думал, что ты умеешь выпрашивать комплименты.

– Я ничего не выпрашиваю, – ответила она, проклиная себя за слабость.

Леандро внимательно осмотрел ее лоб, брови, нос, рот и подбородок.

– Шрам не умаляет твоей красоты, Алексис, – произнес он.

– Кто-нибудь говорил тебе, что ты высокомерный болван, Леандро?

Он повеселел:

– Люка говорит мне об этом, и довольно часто. Хотя, должен признаться, мне особенно приятно слышать это от тебя, Алексис.

Он помассировал ей виски.

– Спасибо. – Алекс взяла Леандро за запястья, собираясь оттолкнуть его. – Теперь все в порядке.

Он заговорил тихо, но решительно:

– Алексис, если ты скажешь, где именно у тебя болит и почему ты так напряжена, возможно, я облегчу твою боль. Но если ты и дальше будешь со мной пререкаться, я буду искать причину твоего поведения до тех пор, пока не найду. Уверен, этого не хочет никто из нас.

– Я просто не выспалась, – быстро ответила Алекс. – Такое ощущение, что кто-то бьет кувалдой по моей голове.

– Расслабься, – приказал он.

Как будто она могла расслабиться в его присутствии!

Она не знала, где Леандро этому научился, но он мастерски сделал ей массаж головы.

– А ты настоящий специалист, – хрипло заметила она.

– Люку постоянно мучили головные боли. Он мог несколько дней играть на фортепиано, потом читать различные книги, а затем не спал ночами. После этого у него начинались приступы. Мне было тяжело наблюдать за тем, как он страдает, поэтому я обучился технике снятия головных болей.

– Почему ему не помогали ваши родители? – спросила Алекс и внезапно поняла, что ни Леандро, ни Люка, ни Валентина ни разу о них не упоминали. Ни тогда, семь лет назад, ни сейчас.

– Мой отец был нам не помощник. А мать, – Леандро посерьезнел, – годами занималась только собой.

– А как же Антонио?

– Антонио – человек старой закалки. Он считал, что Люка притворяется, чтобы привлечь к себе внимание.

– Но ты так не думал?

– Люка был способен на возмутительные выходки, но я знал, когда он по-настоящему страдает, и должен был ему помочь.

Алекс вгляделась в его проницательные серые глаза.

– Сколько тебе тогда было? – Каким-то образом ей удалось сосредоточиться на разговоре.

– Четырнадцать.

В четырнадцать лет Леандро беспокоился о головных болях брата.

Еще один положительный аспект его личности. Тем не менее Алекс казалось, будто она продолжает идти по темному тоннелю. Ее неспособность противостоять его чарам и его грубое отношение к ней семь лет назад свидетельствовали против Леандро.

– Расскажи мне об аварии, – тихо произнес мужчина.

Он засыпал ее конкретными вопросами, уточняя детали ее ранений и периода реабилитации, вплоть до имен медсестер, которые за ней ухаживали.

Расслабившись, Алекс сообщила ему, что провела в больнице несколько недель. Рассказала о том, как увидела заплаканное лицо Иззи, когда та пришла ее навестить. И о том, как не надеялась, что ее рука заживет.

– Что у тебя с рукой?

Взяв за левую руку, он долго рассматривал шрамы на ее коже, потом выругался. Алекс таяла от его нежных и трепетных прикосновений.

Она с наслаждением разглядывала его руки. Коротко подрезанные квадратные ногти. Длинные, аристократические пальцы. Твердые ладони. Он провел пальцами по венам на тыльной стороне ее руки, и Алекс вздрогнула.

– У меня был перелом и повреждение нервов. Но мне сказали, что физиотерапия поможет.

Она попыталась высвободиться, но Леандро ее не отпускал.

– Что было неприятнее всего?

Алекс посмотрела на их соединенные руки, и у нее сдавило горло. Успокаивающий тон Леандро и его нежные прикосновения вызвали в ее душе противоречивые эмоции.

Глупее всего было предположить, что она его интересует как женщина.

– Больничная еда, – отшутилась она.

Мягкая улыбка коснулась его губ. Казалось, солнечный луч пронзил кромешную темноту.

Беззаботный, смеющийся Леандро. Это было необычно и привлекательно.

– Изабелла такая же сильная и упрямая, как ты? – спросил он.

Улыбаясь, Алекс кивнула:

– На самом деле, неприятнее всего была бумажная волокита с оформлением страховки. Но Джастин мне очень помог.

– Кто такой Джастин? – Он не смотрел ей в глаза.

– Он брат моей подруги, Эммы. Он вернулся в город в прошлом году.

– Значит, он твой хороший приятель?

Тон Леандро изменился, но Алекс могла думать только о том, что у нее меньше болит голова.

– В прошлом году у нас с ним было несколько свиданий, – сказала она, вспоминая о том, как необычно себя чувствовала, выходя на улицу без Иззи. Как трудно ей было принимать помощь Джастина, зная, что он любит ее, а она не может ответить ему взаимностью.

Хорошенько узнав Джастина, ее родители чуть не начали планировать их свадьбу.

– Он твой парень? – Леандро снова коснулся руками ее головы.

Алекс посмотрела на него снизу вверх.

– Иззи он тоже нравится, – повторила она слова своей матери.

– А тебе, Алексис? Тебе он нравится? – Леандро задал вопрос таким тоном, что у нее участилось сердцебиение.

– Джастин не может не нравиться. Особенно после того, как в прошлом году я узнала, до чего быстро мужчины убегают куда глаза глядят, узнав, что у тебя есть ребенок.

– Что ты имеешь в виду?

– Эмма решила, что мне нужно взбодриться, и зарегистрировала меня на сайте знакомств. Но на свидание я так и не пошла. Один-единственный болван, который мне позвонил, заявил, что ему приятно видеть доказательство моей фертильности. – Она съежилась. – К счастью, Джастин убедил меня, что я не мужское проклятие.

– Значит, тебе не хватало в жизни развлечений?

– Если я отвечу положительно, то не пройду тест? – поддразнила она его.

– Тест? – Он выглядел таким растерянным, что она рассмеялась. – С какой целью?

– Чтобы оценить мою надежность как матери перед тем, как открыть счет для Иззи.

Он расхохотался. Его глубокий, бархатный смех окутал Алекс словно теплое одеяло.

– Какое циничное заявление! Я могу и обидеться. Ты говоришь так, будто деньги мне важнее дочери.

– Я этого не утверждала, – заметила Алекс. – Я понятия не имею, какой ты на самом деле, Леандро. Но я не забыла, как ты со мной обошелся.

– Предлагаю тебе лучше узнать друг друга.

– Ты ответишь мне на любой вопрос о себе?

Он снова улыбнулся, и у Алекс потеплело на душе.

– Тебе было трудно все делать самому? – спросила она.

– Сколько себя помню, сначала я опекал Люку, потом Валентину.

Ее шокировало, как легко он заговорил о своем прошлом.

– И более всего я беспокоился об их душевном покое и счастье. Меня не интересовали финансы.

– Судя по всему, ты очень рано повзрослел.

Леандро пожал плечами, словно не видел в этом ничего необычного:

– На моем месте так поступил бы каждый. Я не мог позволить, чтобы Люка и Валентина страдали от безразличия наших родителей.

– Ты не жалеешь о том, что у тебя не было беззаботного детства?

Мужчина посмотрел на нее сверху вниз.

– В твоем вопросе слышен подтекст, Алексис. Ты сожалеешь, что не жила безрассудно?

В его словах слышалось осуждение. Алекс знала: он говорит о той ночи.

– …Или тебя смущает тот факт, что Изабелла связала тебя по рукам и ногам?

Алекс отвела взгляд. В присутствии Леандро она чувствовала себя не в своей тарелке.

Еще подростком он заботился о своем брате и сестре. Даже семь лет назад он приехал на виллу потому, что Валентина оступилась и вывихнула лодыжку.

– Перед аварией, – сказала Алекс, пытаясь скрыть смущение, – у меня было ощущение, что мне никогда не удастся передохнуть. Я либо целыми днями работала в магазине, либо ухаживала за Иззи. Если с Иззи было все в порядке, болел мой отец. Если я не волновалась из-за него, то беспокоилась о финансах. – Она сделала глубокий вдох. – После аварии мне было тяжело. И не только из-за приступов паники.

– Изабелла видела тебя в этом состоянии?

– Нет. Я вспоминала эпизоды автокатастрофы и понимала, что не контролирую свою жизнь. Приступы случались у меня всего пару раз, но я решила, что обязана позаботиться о будущем Иззи.

Алекс взглянула на Леандро. Возможно, им удастся быть друзьями или установить партнерские отношения ради ребенка?

Запустив гибкие пальцы под ее футболку, он стал массировать ее напряженные плечи. Алекс постанывала, постепенно расслабляясь.

Давным-давно к ней не прикасались сильные мужские руки, заставляющие ее почувствовать себя такой хрупкой.

Близость Леандро была такой приятной и одновременно пугающей, что Алекс внезапно резко отстранилась.

Он настороженно уставился на нее.

– Спасибо, – отрывисто произнесла она, обхватив себя руками. – Мне лучше.

– Ты любишь Джастина, Алексис? – спросил он, не обращая внимания на то, что она от него отодвинулась.

Этот решительный подбородок, непримиримый взгляд…

– По-твоему, я приехала в Италию, чтобы бросить на тебя дочь, а самой сойтись с мужчиной? – ответила она.

Стиснув зубы, Леандро обхватил пальцами запястье Алекс и притянул ее к себе:

– Нет. Хотя меня это и удивляет, ты, судя по всему, отличная мать. И…

– Почему тебя это удивляет? Если я занималась с тобой сексом и мне это понравилось, значит, я не могу стать хорошей матерью? Если ты намерен так относиться ко мне в присутствии Иззи…

Он закрыл ей рот ладонью. Мысли Алекс путались. Ее нервы были на пределе. Она чувствовала Леандро каждой клеточкой тела.

– Я никогда не отнесся бы непочтительно к матери Изабеллы в ее присутствии.

– Валентина сказала, что я неправильно выбрала время семь лет назад и сейчас. Что она имела в виду? Что произошло семь лет назад?

– Это не имеет никакого значения, Алексис.

– Для меня имеет! – с вызовом произнесла она. – Что бы это ни было, это не остановило тебя.

– Моя жена…

Алекс вцепилась пальцами в его рубашку, у нее задрожали колени.

– Твоя жена? Ты был женат?

– Она умерла за месяц до того, как мы с тобой сошлись в ту ночь.

Она встретилась с ним взглядом и поняла, что Леандро сейчас ненавидит себя.

– Роза умерла после долгой борьбы с раком. А я забыл о ней всего через неделю.

Алекс прижала ладони к глазам. Она уже сожалела о том, что спросила его об этом.

– Если бы ты был таким святошей, каким тебя считает твоя сестра, ты бы не прикоснулся ко мне.

– По-твоему, я не боролся с собой? – Леандро в ярости притянул ее к себе. – С того самого момента, как мы познакомились. Черт побери!

Его пальцы впились в ее предплечья. Она уперлась грудью в его мускулистую грудь. Ее тело словно током пронзило. Она наслаждалась каждым его прикосновением.

– С того момента, как ты велела Валентине не вести себя как избалованный, плаксивый ребенок… С того момента, как я увидел тебя смеющейся рядом с Люкой… Я стал одержим тобой. – Он приподнял ее подбородок. – Роза болела три года. Она проходила бесконечные циклы химиотерапии, и я даже не смотрел на других женщин. Я даже не хотел ни одну женщину. Но тебе я не мог сопротивляться. Я нравился тебе, и я видел это в твоих бесхитростных глазах. Чем сильнее я старался держаться подальше от виллы, тем чаще туда приезжал. Чем строже я приказывал себе забыть тебя, тем чаще оказывался рядом с тобой.

– По-твоему, я просила, чтобы ты меня обидел? Считаешь, я не заслужила даже капли того уважения, которое ты проявлял к своей жене? Думаешь, я заслуживаю того, как ты отверг меня после того, как переспал со мной?

Он дотронулся до ее губ:

– У нас не было будущего. Мы не могли даже стать любовниками. Я хотел, чтобы ты это поняла.

– Я бы предпочла, чтобы ты не был безжалостным негодяем, который использует женщин, а затем бросает их. Я предпочла бы, чтобы ко мне относились как к равной. Я бы предпочла знать, что ты оплакиваешь свою жену, а не…

– Хватит, Алексис! Не делай из меня чудовище.

– Это поразительно, Леандро. У тебя хватает наглости диктовать мне, что я должна о тебе думать. – Ее сердце колотилось как сумасшедшее. – Что тебя так пугает? Боишься, я подумаю, что у тебя нет совести? Решу, что в ту ночь ты хотел меня так же сильно, как я тебя? Неужели наша связь противоречила твоим принципам?

Леандро сжал зубы. Он пристально и абсолютно холодно смотрел на Алекс. Она наблюдала, как он медленно, но неотвратимо отгораживается от нее. По ее спине пробежала дрожь.

– В ту ночь я предал Розу. Очевидно, я недооценил эффект длительного воздержания, а также опасность непреодолимого соблазна. Я видел, как она чахнет, а ты… Ты была юной, энергичной и красивой. Я не мог не хотеть прикоснуться к тебе. – Он закрыл глаза, его лицо напряглось. – Это было обычное вожделение, которое не привело бы к долгосрочным отношениям. Если бы не ты, уверен, на твоем месте вскоре оказалась бы какая-нибудь другая женщина.

Алексис побледнела, и Леандро понял, что сморозил глупость, особенно учитывая цели, которых он собирался достичь. Эта женщина вывернула его душу наизнанку. Он совсем забыл о своем желании расположить ее к себе и завоевать ее доверие.

Однако он не должен позволять ей фантазировать о той ночи и строить романтические планы на будущее. Он именно такой, каким она его себе представляет, – бессердечный, надменный человек, который всегда добивается своего.

– Иззи тоже будет для тебя лишь символом твоего предательства? – Алексис сверкнула глазами. – Если так, клянусь, Леандро, я не позволю тебе приблизиться к ней.

Потеряв дар речи, Леандро уставился на Алексис, пораженный силой ее воли.

Он решил объясниться:

– Много лет Роза пыталась забеременеть, но у нас не получалось. Когда ты сказала мне об Изабелле, я сразу вспомнил о Розе. О том, как это жестоко, что у меня родился ребенок от женщины, которой я обладал в минуту безумия. Я ни за что не переложу свою ответственность на невинного ребенка.

Алексис вздернула подбородок и расправила плечи. Она никогда еще не выглядела такой холодной.

О том, какие страсти кипят у нее в душе, говорил лишь ее взгляд.

– Я могу разделить твою ответственность, ведь я была добровольным участником твоего предательства. Спасибо, что все прояснил.

Она развернулась и прошла в дальний отсек салона.

Леандро хотел последовать за ней, обнять ее и сказать, что ненавидит только себя. Что она ни в чем не виновата. Что он так и не сумел ее забыть.

Даже сегодня, когда она рядом с ним, он с трудом сохраняет самообладание.

Но, по крайней мере, теперь у нее не останется иллюзий.

Он обещал жениться на Софии. Ради своих целей он женится на любой женщине. Конечно, проще было бы солгать, чтобы добиться своей цели, но Леандро не хотел притворяться.

Глава 5

После того как Леандро узнал, что у него есть дочь, он тысячу раз пытался представить себе, что почувствует, когда встретится с ней. В конце концов, он вырастил Валентину.

Но при виде маленькой девочки, пристально глядящей на него своими серьезными серыми глазами, он погрузился в водоворот совершенно новых для себя эмоций.

Из аэропорта они направились в дом родителей Алексис. Супружеская чета Шарп была слишком вежливой, чтобы откровенно высказать все ему в лицо, но в их взглядах читалось множество вопросов.

Намного неприятнее была их нескрываемая злость на Алексис. Она забыла сообщить Леандро, что поехала к нему вопреки желанию родителей.

Через час, который показался Леандро вечностью, родители Алексис ушли к друзьям. Он облегченно выдохнул.

Сдерживая данное Алексис обещание, он не подходил к Изабелле первым.

В данный момент он мучился в ожидании, слушая приглушенный разговор Алексис и их дочери на кухне.

Он сидел на диване, когда Алексис и Изабелла вошли в маленькую гостиную.

Подойдя к нему, малышка беззастенчиво уставилась на него.

– Мама говорит, ты мой папа.

Леандро откашлялся, не в силах произнести ни слова. Его бросало то в жар, то в холод.

– Она сказала, вы раньше дружили, но потом поссорились. Поэтому ты не приезжал ко мне раньше?

Леандро молча посмотрел на Алексис.

– Это ничего, – продолжала Изабелла, коснувшись его ладони своей маленькой ручкой. – Мы с моим другом Сэмом все время ссоримся. Мама говорит, что друзья должны мириться после ссоры. Вы с мамой помирились?

– Да, – ответил Леандро.

– Значит, я могу сказать своим друзьям, что ты мой…

– Иззи, детка, – прервала ее Алексис, – помнишь, мы говорили о том, что твой папа живет в Италии, а мы…

– Ты можешь сказать всем своим друзьям, что я твой папа, Изабелла. – Леандро игнорировал недовольно поджатые губы Алексис. – Может быть, завтра нам удастся встретиться с твоим другом, Сэмом? Ты этого хочешь?

– А мы поиграем в мяч? Папа Сэма играет очень хорошо.

Хотя Леандро страстно хотел обнять дочь, он ограничился рукопожатием.

– Да, мы можем поиграть, – ответил он. – Хотя в нашей семье в мяч лучше всего играет твой дядя, Люка.

Девочка радостно улыбнулась, и у Леандро перехватило дыхание.

Изабелла унаследовала от матери улыбку и линию подбородка.

– У меня есть дядя? – спросила она.

– В Италии живут твои дядя, тетя и прадедушка, которые очень хотят с тобой познакомиться.

– Кто такой прадедушка? – До того как он успел ответить, девочка потянула его за руку. – Хочешь, я покажу тебе свою новую головоломку? Ты останешься у нас? У нас только три спальни, но ты можешь спать в моей. Или ты будешь спать в комнате мамы, если вы помирились?

Он рассмеялся, слушая ее вопросы, которыми она бомбардировала его, словно теннисными мячиками из автомата.

– Нет, дорогая, он не может остаться у нас.

– Почему нет? – одновременно спросили Леандро и Изабелла.

Алексис не дрогнула:

– У нас очень маленький дом. Но в Бруклине есть роскошные отели, которые удовлетворят твой взыскательный вкус, Леандро.

– Я остаюсь здесь, Алексис.

Сердце Леандро едва не выскакивало из его груди, когда он встал и пошел вслед за своей дочкой в ее комнату.

Он чувствовал на себе пристальный взгляд Алексис, в котором читалось осуждение, любопытство и миллион вопросов.

«Возможно, поездка Иззи летом в Италию – не такая уж плохая идея, Алекс. Иззи познакомится с семьей Конти, а ты отдохнешь».

Слова отца, произнесенные сегодня утром, по-прежнему грохотали в мозгу Алекс, как последствия землетрясения, в результате которого ее жизнь пошла кувырком.

«Ты отправилась к нему, хотя мы тебя отговаривали. Теперь он приехал сюда. Так что же тебя беспокоит?» – спросила ее мать.

Стиснув зубы с такой силой, что заныла челюсть, Алекс достала еще одну картонную коробку с консервированными органическими бобами.

Ее раздражало, что бессердечный манипулятор по имени Леандро даже не обсудил с ней поездку в Италию. Тем не менее именно отец Алекс, который сначала относился к Леандро крайне недоверчиво, теперь старался убедить дочь забыть о разногласиях и сделать то, что будет лучше для Иззи.

От обиды у Алекс сжалось горло. Родители постоянно намекали ей на то, что Леандро станет для Иззи идеальным отцом. И это притом, что они никогда не одобряли ни одного решения своей дочери.

Она не понимала, как всего за две недели Леандро удалось расположить к себе ее родителей и лучшую подругу. А главное, ради чего он это делает?

И почему он не торопится к своей невесте?

Маркируя банки, Алекс протяжно выдохнула. Пот выступил у нее на лбу. Она по-прежнему оплачивала больничные счета, поэтому у нее не было денег на покупку кондиционера для магазина. И она не могла нанять помощника для сортировки товара.

Стараясь не нагружать левую руку, Алекс встала на колени перед ящиком и сорвала клейкую ленту. Она решила работать до изнеможения, чтобы не приходить домой слишком рано и не пересекаться с Леандро. Ведь, увидев его, она снова вспомнит разговор, состоявшийся у них во время полета.

Алекс не могла смириться с тем, что он был так предан своей жене. Получается, он совсем не такой, каким она его себе представляла.

Видя Леандро с улыбающейся малышкой Иззи, так на него похожей, Алекс снова и снова напоминала себе о цели его приезда. Зная о том, что он спит в соседней спальне, Алекс почти не смыкала глаз.

Он выглядел нелепо на маленькой кровати в комнате Иззи, но все равно казался там на своем месте.

Леандро помогал матери Алекс в саду и нанял рабочих, которые устранили кое-какие неполадки в доме. Родители Алекс просто боготворили его, а она начинала его ненавидеть.

Она отрывала клейкую ленту обеими руками, когда у нее окончательно сдали нервы.

– Алексис! – раздалось внезапно у нее за спиной.

Прежде чем она успела отреагировать, сильные руки подхватили ее под мышки.

– Отпусти меня, Леандро, – хрипло сказала она. – Я вся потная.

Как только она встала на ноги, хватка ослабла. Неожиданно для самой себя Алекс снова почувствовала непреодолимое желание ощутить его руки на своем теле.

Что она вытворяет? Ведь этот человек помолвлен с другой женщиной!

Он стоял так близко… Ее окутал запах его тела.

– Не отпущу, пока ты не объяснишь, что делаешь. – Как всегда, Леандро казался спокойным и невозмутимым.

– Я работаю. Мы не можем развлекать тебя целыми днями, – отрезала Алекс и тут же пожалела о своих словах.

Она напряглась, когда он попытался развернуть ее лицом к себе. Она не решалась посмотреть ему в глаза и чувствовала себя беспомощной и уязвимой.

– Зачем ты таскаешь тяжеленные коробки, если до сих пор не восстановилась? – спросил Леандро.

– Я стараюсь не нагружать левую руку.

– А если ты повредишь другую руку?

– Я способна позаботиться о себе, Леандро.

Он нетерпеливо выдохнул:

– Это не обсуждается. Тебе нужен помощник. Особенно в магазине.

– Я сама занимаюсь своими родителями, Иззи и магазином. Нам не нужна твоя помощь. Я просила тебя приехать сюда не ради помощи.

Услышав, как он злобно пробормотал что-то на итальянском, Алекс решилась посмотреть на него.

Впервые с момента их знакомства Леандро выглядел по-настоящему сбитым с толку.

– Почему ты все время мне противоречишь? Я повторюсь, так как ты, по-видимому, не поняла. Я не сомневаюсь, что ты приехала ко мне ради благополучия Изабеллы. И я рад, что ты это сделала. Мужчина, который отказывается от ответственности, не стоит ломаного гроша. Я попросил твоего отца позвонить менеджеру, который помогал ему в магазине, и теперь он будет работать полный рабочий день. Мой агент по недвижимости заинтересовался твоим магазином.

– Сейчас я не могу нанимать сотрудников. – Алекс стиснула зубы. – И не собираюсь продавать магазин.

Леандро даже глазом не моргнул.

– Я перевел деньги на твой счет. Их хватит до того, как магазин снова будет полноценно работать.

Боже, да он самый твердолобый, надменный и своевольный человек на свете! Неужели он не понимает, что она не желает иметь с ним ничего общего?

– Я не возьму твои деньги, – сказала Алекс.

– Почему нет?

– А почему я должна их брать?

Леандро смотрел на нее как на полоумную.

– Потому что у меня есть деньги, а тебе они нужны.

– Я не знаю, какую игру ты затеял и что пытаешься доказать. Или тебе нравится наблюдать, как мои родители меняют к тебе отношение? Твое монументальное эго не выдержит, если они не начнут восхищаться могущественным Леандро Конти?

– Боже, я просто хочу тебе помочь. По-твоему, мне должно быть безразлично, что ты с трудом сводила концы с концами все эти годы и я тебе не помогал?

Чувство вины в его глазах заставило ее немного умерить пыл.

– Ну, я не желаю, чтобы ты мне помогал. Тебе мало того, что ты владеешь половиной своей страны? Теперь ты хочешь стать лучшим садоводом, отремонтировать дом и сделать еще кучу всего? – Неужели он не понимает, как усложняет ей жизнь? – Тебе осталось назвать меня некомпетентной и начать работать в моем магазине.

Если Леандро когда-либо надеялся понять, что творится в голове Алексис, он ошибался. Простой разговор с ней был равноценен общению с сотней Люков и Валентин в их самом дурном настроении.

Семь лет назад между ними возникла невидимая стена, и Алексис за нее спряталась.

Она менялась, только когда они вдвоем общались с Изабеллой. В эти моменты Алексис улыбалась и смотрела ему в глаза. И терпела его присутствие в родительском доме.

Леандро очень быстро оценил, какая ответственность лежит на ее плечах. Но Алексис ни разу не пожаловалась и упорно работала, и он не мог ей не восхищаться.

Он достаточно легко завоевал доверие ее родителей. Теперь, когда он действительно собирался воспитывать Изабеллу, они перестали относиться к нему как к чудовищу.

А вот Алексис начала вести себя странно. Чем лучше ее родители и даже ее подруга, Эмма, понимали его истинные намерения и поддерживали его, тем заметнее Алексис от него отстранялась. Она выглядела так, будто ее предали. Именно сейчас, когда Леандро поступал правильно.

И самое страшное, что его задевало ее недоверие. Чем активнее она от него отгораживалась, тем настойчивее он отстаивал свое право находиться рядом с ней.

Леандро хотел не просто воспитывать Изабеллу. Он хотел быть с Алексис.

Он страстно желал ее, и его одержимость угрожала сорвать его планы.

Когда ее друг, Джастин, зайдя в гости, обнял ее, Леандро захотелось оттащить Алексис от этого молодого, белокурого, нестерпимо любезного юноши и закрыть ее своим телом. Объявить, что Алексис принадлежит только ему.

Видя, как они смеются над какой-то детской историей, Леандро бешено ревновал.

Он никогда не был таким собственником.

Алексис должна стать его женой, лежать в его постели. Он будет обладать ею снова и снова, пока не насытится.

По сути, они с Алексис похожи. Она рано родила ребенка и стала ему отличной матерью. Она заботилась о своих близких, забывая о себе.

Теперь Леандро будет оберегать и защищать Алексис, как оберегал и защищал Розу.

Алексис поймет, что из него получится отличный отец для Изабеллы, и смирится с его присутствием в ее жизни.

В их браке не будет драм и хитросплетения эмоций. К тому моменту, когда их взаимная страсть остынет, у них будет много детей. И тогда они останутся вместе, чтобы заботиться о них.

Именно на такой брак согласился Леандро в первый раз, когда Антонио предложил ему жениться на Розе. Его невеста любила детей и была готова стать терпеливой и преданной женой.

Алексис тоже нужна поддержка Леандро, но по-иному. Прежде всего, ее нужно оберегать от последствий ее собственного упрямства.

– Алексис, – спокойно произнес он, – объясни, почему ты считаешь, что, если я предлагаю тебе помощь, то считаю тебя некомпетентной? Почему ты недовольна тем, что я нравлюсь твоим родителям?

– В этом-то и дело.

Она вздернула подбородок, ее глаза сверкнули. Тонкая ткань футболки облегала ее округлую грудь. У него чесались руки от желания к ней прикоснуться.

– Ты не прожил здесь и двух недель, а они тебя уже боготворят. Им нравится все, что ты делаешь. – Алекс судорожно вздохнула, ее губы дрожали. – А на то, что я пыталась сделать в течение десяти последних лет, им просто наплевать. – Она мотнула головой. – Получается, я никчемная.

Увидев слезы в ее глазах, Леандро оторопел.

На него нахлынула волна нежности, избавляя от напряжения, сковывавшего его всю прошедшую неделю. Он всегда защищал своих близких. Это было свойство его характера. И слезы Алексис вывели его из равновесия.

Глядя в ее прекрасные глаза, наполненные слезами, он затаил дыхание. Жаль, что он не может нарисовать ее. Жаль, что он не подберет слов, как это умеет Люка, чтобы сказать ей, как она прекрасна.

Поэтому он просто обнял ее хрупкие плечи и прижал Алексис к себе. Удивительно, но она не попыталась вырваться. То, что она приняла его утешение, говорило о том, насколько она расстроена.

– Алексис? – Он еще никогда так не старался понять ее, ни разу не чувствовал настолько острой потребности решить ее проблемы. – Скажи мне, что тебя беспокоит, и я все исправлю.

Прижавшись лбом к его груди, она медленно выдохнула:

– На этот раз я не могу злиться на твое высокомерие, Леандро. Я отдала бы все, чтобы ты это исправил.

Улыбаясь, он погладил ее по волосам:

– Ты не узнаешь, на что я способен, пока не испытаешь меня, дорогая. Ты снова не спишь ночами?

– Я скучаю по нему. – Ее душили слезы. – Я так по нему скучаю.

Она говорила с такой откровенной любовью, что Леандро опешил:

– О ком ты?

– Ты решишь, что я самый ужасный человек на свете.

– Когда тебя волновало мое мнение, Алексис? – Ему было ненавистно охватившее его волнение.

Алекс выпрямилась, ее взгляд снова стал боевым.

– Я о моем брате, Адриане.

Леандро облегченно вздохнул. Хорошо, что она говорит не о любовнике.

– Не знал, что у тебя есть брат.

– Он умер, когда мне было семнадцать. Он как раз собирался в университет. О, он бы тебе очень понравился. Он был очаровательным, умным, красивым, добрым. Он был лучшим в учебе и спорте. Адриан был лучше всех. Я бы возненавидела его за то, что он был родительским любимчиком, если бы он не любил меня так сильно. В отличие от Адриана, я ни в чем не преуспела. Я с трудом училась. С родителями у меня никогда не было особенной близости. Адриан всегда был буфером между ними и мной. Когда он внезапно умер… – Она вытерла слезы. – Мне показалось, меня больше ничего не связывает с родителями. Иногда я сожалела, что не умерла вместо него.

– Боже, Алексис! – Сама мысль об этом взволновала Леандро до глубины души. – Уверен, твои родители не хотели этого.

– Нет, наверное, нет. – Она отошла от него. – Я изо всех сил старалась быть хорошей дочерью. Но я не Адриан. Я видела, как мои родители радуются всему, что ты делаешь, и я уверена, ты напоминаешь им Адриана. Напоминаешь о том, какой замечательной была бы жизнь, если бы он не умер. И я не могу сердиться на них, потому что они правы. Я довела до разорения магазин своими бредовыми идеями, забеременела в двадцать лет, а потом создала им кучу проблем из-за аварии.

Неужели никто не говорил ей о том, что она ни в чем не виновата? О том, что она смелее и сильнее любой другой женщины, которая оказалась бы на ее месте. Неужели она не понимает, что ее родители поступают плохо, сравнивая ее с покойным сыном?

Леандро хотелось встряхнуть ее и рассказать, какой он ее себе представляет.

Теперь он понял, почему она так вела себя на прошлой неделе. Алексис привыкла заботиться обо всех своих близких и считать их потребности важнее собственных. Пришло время снять этот груз с ее плеч. И он сделает это. Даже если ему придется ею манипулировать.

– Ты считаешь, будто загубила небольшой бизнес в нынешнем жестком экономическом климате только потому, что тебе не хватает амбиций и образования… – Леандро слышал подобные замечания от родителей Алексис. – Как может кто-то осуждать тебя, ведь ты вырастила сильную, счастливую маленькую девочку? Ведь ты, забыв об обиде, приехала ко мне, беспокоясь о будущем Изабеллы. Я бы все отдал, чтобы моя мать так заботилась обо мне, Люке и Валентине.

Алексис изумленно смотрела на него. У него заныло в груди, когда он понял, как она ждала подобного комплимента.

– Я не знаю, что сказать. – Она покачала головой.

– Научись принимать мою помощь, – произнес Леандро.

Алексис вытерла глаза тыльной стороной ладони:

– Значит, ты ничего не понял из того, что я тебе рассказала?

– Я предлагаю тебе поехать со мной в Италию. Там тебе будет легче. Тебе не придется беспокоиться о магазине или о родителях. А им не придется волноваться о твоем здоровье и безопасности Иззи. Они давным-давно заслужили отпуск.

– Откуда ты узнал об их поездке в Австралию?

– Твоя мать показала мне рекламный буклет.

Алексис прислонилась лбом к дверце шкафа, ее душили слезы.

– Я не знаю, что делать. Я так старалась все наладить. Я просто…

– Давай я тебе помогу. Ты постоянно все решаешь в одиночку. Но тебе больше не надо этого делать.

– Поэтому ты решил отвезти нас в Италию? – спросила Алексис. – Перед тем как перетянуть моих родителей на свою сторону, ты мог бы поговорить со мной.

– Я хочу, чтобы ты отдохнула, а Изабелла не беспокоилась о тебе. Девочка побудет с моей семьей, и ты быстрее восстановишься после аварии. Если так будет продолжаться и дальше, твоя нервозность передастся Изабелле. Я не могу этого допустить.

– Перестань говорить так, будто моя жизнь рухнула. – К ее горлу подступил огромный ком.

– Я этого не сказал. Но после аварии тебе стало намного труднее.

Леандро был прав, но его слова задевали ее гордость.

– А твоя свадьба? – спросила она.

Его взгляд мгновенно стал непроницаемым:

– Что с моей свадьбой?

– Люка сказал мне, что отец твоей невесты настаивает, чтобы вы поженились этим летом.

Если бы Алекс не видела, как Леандро умеет владеть собой, она решила бы, что он способен на насилие. При упоминании имени брата в его глазах вспыхнула страшная ярость.

– Ты говорила с Люкой?

– Он позвонил, чтобы поздороваться с Иззи, и – да, мы болтали с ним пару раз. Я не думаю, что нам следует ехать в Италию накануне твоей свадьбы. Я меньше всего хочу, чтобы твоя невеста и ее семья относились к Иззи так же, как ко мне.

– Они ее не обидят.

– А меня?

Алекс не заметила, когда он подошел к ней вплотную. У нее чаще забилось сердце, когда он осторожно заправил прядь волос ей за ухо.

– Тебя никто не обидит, дорогая.

– Я уже представляю газетные заголовки, – произнесла она с напускным спокойствием. Ей очень не хотелось, чтобы Леандро догадался, как ей неприятно, что он женится на другой. – «Неудачница и мать-одиночка, родившая Леандро Конти ребенка, стала почетным гостем на его свадьбе с наследницей…»

Улыбка озарила его строгое лицо, и он стал поразительно красив. Его белые зубы сверкнули. Алексис с трудом сглотнула.

– Ты читаешь итальянские таблоиды? – спросил Леандро.

Алекс покраснела. Она в самом деле отслеживала сплетни о семье Конти в итальянских газетах.

– Поверь мне, я защищу тебя, Алексис.

– Спасибо, но не нужно. Я заметила, как ты встал на мою защиту, когда Антонио заявил…

– Я был в шоке, а ты быстро поставила Антонио на место. Чего никто и никогда не делал. Обещаю, тебе больше никто не будет дерзить.

– Как ты можешь это гарантировать? На твою свадьбу придет миллион гостей, и им наверняка будет интересно, кто я такая. А я не желаю, чтобы обо мне сплетничали. Не говоря уже о том, что я стану камнем преткновения между твоей невестой и тобой, между твоей и ее семьей.

Леандро прижал палец к ее рту, его прикосновение обожгло ее.

– Ты отпустишь Иззи со мной одну?

Алекс шлепнула его по руке:

– Нет! Она ребенок, Леандро, а ты для нее по-прежнему чужой человек.

Казалось, ему понравился ее ответ.

– Значит, я предлагаю единственное приемлемое решение. Я хочу побыть с Изабеллой.

– Но…

– Алексис! – Леандро нахмурился. – Тебе никто ничего не скажет, потому что моей свадьбы не будет.

Глава 6

Свадьбы Леандро не будет.

Алекс не понимала, почему этот факт так будоражит ее уже четыре дня.

За это время она позволила Леандро и своей семье убедить ее, что лето с семьей Конти на вилле на озере Комо – отличная идея.

В магазине к работе приступил новый менеджер. Родители Алекс уехали отдыхать в Австралию, как и планировали до аварии. Вопросами страхования Алекс занялся специально нанятый Леандро адвокат. Отныне ипотека на родительский дом выплачивалась ежемесячно. Визы для Изабеллы и Алекс оформили в кратчайшие сроки.

Сидя в спальне Иззи и делая вид, что собирает вещи, Алекс обдумывала происходящее. Леандро превзошел все ее ожидания и подтвердил, что он будет замечательным отцом Иззи. Но все происходило так стремительно, что Алекс немного запаниковала.

С удивительным спокойствием Леандро заявил Алекс, что брак с Софией Росси его больше не интересует. Несмотря на то что ее переполняли противоречивые эмоции, она не стала ни о чем его спрашивать.

Хотя он позаботился об их с дочерью будущем, Алекс по-прежнему плохо спала по ночам. Ее беспокоил Леандро и тысячи связанных с ним вопросов, в которых ей было стыдно признаться даже самой себе. Он привлекал ее намного сильнее, чем семь лет назад.

Но Алекс не хотела попадаться в ловушку иллюзий по поводу возможных отношений между ними. Она заслуживает лучшего. Ей не нужен человек, который терпит ее присутствие только ради дочери.

К счастью, последние несколько дней она не оставалась наедине с Леандро. Иззи или родители постоянно были рядом. А во время полета, когда Иззи уснула, Алекс заявила, что устала, и устроилась на диванчике в хвосте самолета.

Когда Леандро присел рядом с ней, Алекс так разволновалась, что сердце едва не выскочило у нее из груди. Он медленно поднял руку и погладил ее шрамы.

Не выдержав напряжения, она повернулась и открыла глаза.

Мягкое освещение в салоне смягчало его резкие черты лица. Тепло его тела окутало ее, отчего она сильнее встревожилась.

– Ты не должен быть здесь, – прошептала Алекс, понимая, что не в силах ему сопротивляться. – Тебе не обязательно прикасаться ко мне только потому, что Иззи нет рядом.

Ей показалось, что в его глазах заплясали лукавые искорки. Он погладил вены на ее запястье.

– Разве я позволяю себе вольности?

– Думаешь, я поверю, что для тебя нормально прикасаться к женщинам, которых ты едва знаешь? – пробормотала она.

– Раз у нас есть дочь, мы с тобой уже не чужие люди, да, дорогая? Мы с тобой связаны, хотим мы этого или нет.

Алекс вздрогнула.

Теплые пальцы двигались вверх по ее руке, коснулись плеча, а потом подбородка. Запустив пальцы в ее волосы, Леандро провел ими сквозь пряди. Алекс сжала кулаки, дрожа всем телом.

– Нет, – выдавила она. – Близость и дружба возникают со временем. Мы с тобой два незнакомца, у которых родилась дочь. Хотя ты переспал со мной семь лет назад, у тебя нет на меня прав сейчас.

Внезапно он сжал пальцами ее волосы. Ей было не больно, но его резкое движение заставило ее поднять голову и посмотреть ему в глаза.

– У тебя очень красивые губы, дорогая, но с них слетают такие скверные слова.

Ярость ушла из его взгляда, он ослабил хватку. Алекс не знала, что изменило его настроение.

– Я лишь повторила твои слова.

Он заговорил тихо, но в его тоне слышалась стальная решимость:

– Твое благополучие напрямую влияет на мою дочь. А значит, я могу вмешиваться в твою жизнь, если думаю, что тебе нужна помощь. Ты солгала мне, когда сказала, что у тебя наладился сон. Мне не нравится страх и тревога в твоем голосе.

Ее щеки покалывало в тех местах, где он прикасался к ним костяшками пальцев. Неужели он не понимает, что она хочет, чтобы он ушел?

– Значит, ты жалеешь? – Алекс постаралась отодвинуться от Леандро, но оказалась еще ближе к его мускулистому бедру. – Жалеешь о том, что не можешь высокомерно приказать моей панике и стрессу исчезнуть?

Он поглаживал ее переносицу и почти коснулся ее рта. У нее участилось сердцебиение, ей стало трудно дышать.

– Ты сердишься, Алексис. Я никогда не встречал женщину, которой не нравились бы преимущества, сопровождающие мое имя и богатство. Ты злишься на меня за то, что я решаю твои проблемы? Ты будешь обижаться на меня, если я привяжусь к Изабелле сильнее, чем тебе этого хочется? Или тебя по-прежнему влечет ко мне?

– Будь любезен не делать таких предположений.

– Но у тебя учащенный пульс. – Его большой палец коснулся ее шеи. – У тебя неровное дыхание, ты напряжена, как натянутая тетива лука. – Длинные пальцы гладили ее плечи. – И ты ощетиниваешься как кошка всякий раз, когда я к тебе приближаюсь.

– Если меня влечет к тебе, то это не означает, что я этого хочу. Я не стану развлекать тебя, пока ты играешь в папочку. И я не буду для тебя компенсацией отмененной свадьбы.

– Игра в папочку? – сердито переспросил Леандро.

– Разве ты не этим занимаешься?

– Уверяю тебя, Алексис, ты ошибаешься. Я буду заботиться об Изабелле и стану ей хорошим отцом. Люка и Валентина страдали от безразличия родителей. Я не позволю, чтобы Иззи повторила их судьбу.

– К Иззи не относятся с безразличием.

– Но ей нужен отец, верно? Не только на лето. Чем раньше ты в этом признаешься, тем лучше. И я не страдаю из-за отмененной свадьбы, дорогая. Брак с Софией стал бы обычной сделкой. Отмена свадьбы повлечет за собой последствия, с которыми я готов справиться. Для меня семья важнее бизнеса.

В его голосе слышалась непоколебимая решимость, и у Алекс чаще забилось сердце.

Он хочет стать настоящим отцом Иззи?

Неужели, увидев Иззи – свое зеркальное отражение, – он понял, что для него по-настоящему важно, и в нем проснулся отцовский инстинкт?

Изменится ли он, поняв, как трудно быть родителем? Готов ли он к тому, что его жизнь резко изменится из-за присутствия в ней маленькой девочки?

– Рано или поздно ты женишься, – сказала Алекс. – Ты уверен, что твоя новая жена примет Иззи? Не будешь ли ты обвинять малышку в том, что твоя жизнь стала другой? Я отказалась от личной жизни не потому, что хочу быть мученицей. Я отказалась от нее потому, что ни один мужчина не смог бы стать подходящим отцом Иззи. Только Джастин…

– Посмотри на меня, Алексис.

Он сильно обхватил пальцами ее подбородок, заставляя ее посмотреть на него. На его виске билась жилка. Его серые глаза метали молнии. Перед нею был Леандро, которого она не знала.

– У моей дочери уже есть отец. Это я. Я никому не позволю забрать ее у меня. Никакой другой мужчина не займет мое место в твоей жизни.

– Ты не имеешь права запрещать мне сходиться с другим мужчиной, Леандро.

– Ты сама сказала, что не встречала мужчину, который полюбил бы Иззи как собственную дочь. – От разочарования он заговорил громче, но тут же одернул себя. – Мы с тобой хотим для Изабеллы одного и того же. И поэтому у нас с тобой не так много вариантов.

Алекс ошеломленно уставилась на него, не понимая, что он имеет в виду. Внезапно ей захотелось вернуться в маленький родительский дом и заняться бесконечными финансовыми проблемами и магазином.

– То ли ты свихнулся, то ли я. Вряд ли ты предлагаешь мне то, о чем я подумала.

Леандро пожал плечами:

– Ради Изабеллы мы заключим взаимовыгодное соглашение. После того как мы прилетим, я уеду по делам на неделю. Ты уверена, что справишься на вилле одна? Там будет Антонио.

Поняв, что Леандро не собирается воплощать в жизнь свои грандиозные идеи, Алекс облегченно вздохнула. С Антонио справиться легче, чем с влечением к его сыну.

– Да. Конечно. Я понимаю, у тебя дела и обязательства.

– Пока я был в США, в компании возникли проблемы, и я должен вплотную ими заняться. После смерти Розы я с головой ушел в работу. Но я не хочу, чтобы Иззи думала, будто я предпочитаю ей дела.

– Леандро?

– Да, Алексис?

– Ты сказал, что Роза хотела детей, но вам не удалось зачать. А ты хотел от нее ребенка?

Молчание было гнетущим. Алексис показалось, что прошла вечность, прежде чем Леандро заговорил.

– Да. Я был готов стать отцом.

Прежде чем до нее дошел смысл сказанного им, он протянул руку, коснулся ее лица и поцеловал в уголок рта. Коварный трепет распространился по ее телу. Алекс запретила себе отвечать на его поцелуй или бросаться ему на шею.

Ей казалось, что она должна выиграть тяжелейшую битву в своей жизни.

– Ты, Алексис, не будешь утешительным призом или развлечением на лето.

На этот раз, когда его руки скользнули по ее плечам и дрожащему телу, в его движениях не было нежности, а только решимость и страсть. Он снова жадно припал к ее губам, и Алекс громко простонала, но и на этот раз ей удалось совладать с собой.

– Думаешь, я брошусь в твои объятия только потому, что ты отменил свадьбу? По-твоему, я хочу снова пережить это безумие?

Леандро и глазом не моргнул. Он ближе подвинулся к Алекс, и теперь она упиралась грудью в его грудь. Она забыла даже об Иззи, которая мирно посапывала в кроватке в носу самолета.

Она чувствовала только ласковые руки Леандро и видела перед собой его пронзительный жгучий взгляд. Она думала лишь о нем. Остались только они вдвоем и их близость, о которой она пыталась забыть на протяжении стольких лет.

Взяв ее за подбородок, Леандро заставил Алекс поднять голову:

– На протяжении семи лет я старался забыть ту ночь. Я хотел притвориться, что между нами ничего не было. Но я никогда не считал тебя дешевкой. – Он судорожно вздохнул. – Я хочу тебя, дорогая. Так же, как много лет назад, – тихо произнес он, словно признавая свое поражение. – Как только ты вошла в тот номер в клубе, я обезумел от желания.

Непередаваемое удовлетворение заполнило каждую клеточку ее тела.

Услышав о том, что он хочет ее, несмотря на самодисциплину и самоконтроль, Алекс внезапно почувствовала над ним особенную власть. Она не сопротивлялась, пока он ласкал ее лицо. Его прикосновения говорили о том, чего он не мог выразить словами. Он содрогнулся всем телом, когда снова поцеловал ее в губы.

У Алекс отяжелела грудь и задрожали колени, внизу живота разлилось приятное тепло. Его жадные губы обжигали ее.

Алекс прильнула к нему словно виноградная лоза, его возбужденная плоть уперлась ей в живот. Она прижалась к нему, усевшись ему на ногу.

Леандро запустил пальцы под ее шелковую блузку и стал медленно поглаживать ее тело. Ее соски напряглись и уперлись в хлопчатобумажную ткань бюстгальтера.

Алекс застонала, потеряв голову в погоне за удовольствием. Только в тот момент, когда Леандро запустил руки под ее бюстгальтер, она осознала, что делает.

Она разочарованно воскликнула, но он не отпустил ее.

Он уперся лбом в ее лоб, их дыхания смешивались. Ее губы припухли от поцелуев, от стыда она закрыла глаза.

– Разве ты не понимаешь, что это неизбежно, Алексис? Нам хорошо вместе. Ты таешь в моих руках и стонешь от малейших прикосновений. Ты будешь моей.

Его высокомерие должно было рассердить Алекс, но она могла думать только о том, что никто и никогда не хотел ее так сильно. Никто и никогда не говорил ей таких слов.

Внезапно Леандро поднялся и ушел, даже не взглянув на нее.

Дрожа, Алекс опустилась на диван.

Как он смог так быстро переключиться на нее, забыв о Софии? Неужели он так бессердечен? Хочет ли он быть с ней только ради Иззи?

Если так, она понятия не имела, что ей делать дальше.

Глава 7

Расстегивая манжеты, Леандро замер. Плеск воды, радостный визг Иззи, низкий смех Люки, ломаный английский Валентины и веселый голос Алексис создавали удивительное ощущение полноты жизни и нарушали тишину, обычно царившую на вилле. Внезапно Леандро понял, что эта тишина не только стала частью величественных колонн и отделанных мрамором холлов, она проникла в его душу. Он считал виллу домом для них троих, но он никогда не слышал, чтобы Люка и Валентина так искренне смеялись.

Все изменилось.

Детский велосипед с розовыми ленточками стоял у мраморной колонны. Учебник английского языка в мягкой обложке и розовый айпод лежали на скамейке в саду.

Аромат жасмина казался богаче, а небо – голубее. Весь мир вдруг перестал быть серым и озарился лучами весеннего солнца.

Леандро закрыл глаза. Он не ожидал, что жизнь с Алексис будет безоблачной. Он уже смирился с этим. И, как ни странно, мысль об этом не волновала, а радовала его.

Леандро потребовалась неделя, чтобы уладить срочные дела и вернуться на виллу. За это время он несколько раз разговаривал с Иззи по телефону, а вот Алекс отделывалась дежурной фразой о том, что у них все в порядке.

Возможно, он слишком поторопился и тем самым спугнул ее.

Он не собирался разговаривать с ней во время полета, а тем более прикасаться к ней, пока их дочь спала поблизости, но Алексис снова разрушила все его планы.

Пригладив волосы, он прошелся по веранде и взглянул на бассейн.

Алексис сидела на бортике, болтая ногами в воде. На ней был розовый бикини, мокрые светлые волосы обрамляли ее лицо. Она безмятежно улыбалась, закрыв глаза и подняв лицо к солнцу, пока Люка и Валентина играли с Иззи в бассейне.

Леандро пожирал ее глазами. От желания прикоснуться к ней у него чесались руки. Он чувствовал себя подростком, впервые увидевшим полуобнаженную женщину.

Ему стало интересно, как она поведет себя, когда они снова станут близки. Будет ли она выкрикивать его имя, как семь лет назад?

Словно прочитав его мысли, Алекс повернула голову в его сторону.

Их взгляды встретились, и ее шея и щеки покраснели. Леандро заметил, как напряглись ее плечи. Она выпрямила спину и торопливо отвела глаза, словно ощутив его нескрываемое желание.

Люка вылез из бассейна и что-то сказал Алексис, а она рассмеялась и, скрестив руки на груди, повернулась к нему спиной. Он развязал лифчик ее бикини и стал намазывать ей спину солнцезащитным кремом. Леандро замер. На его лбу выступил пот, он с трудом сдерживал гнев.

Он ведь предупредил брата, чтобы тот держался подальше от Алексис. Конечно, Люка не станет его слушать. Умом Леандро понимал, что брат не хочет ее, но он будет делать все, чтобы вывести его из равновесия.

К нему подошел Антонио.

– Она настраивает Люку против тебя, – сердито произнес он на ломаном английском. – Я не верю этой женщине. Забери у нее ребенка и избавься от нее.

Леандро нахмурился, услышав глупый приказ деда.

– Она идеальная мать для Изабеллы.

Роза была воспитана в старых традициях. Она была покорной и заботливой. Если бы у них были дети, она подчинялась бы всем указаниям Антонио.

А вот Алексис похожа на свирепую львицу. Она не остановится ни перед чем, чтобы защитить Изабеллу.

– Я не стану разделять их и ломать семью, как это сделал Энцо. Она должна быть со мной, как и наша дочь.

– Я не подозревал, что однажды наступит день, когда женщина лишит тебя силы воли.

– Ты не понимаешь, о чем говоришь.

– Неужели ты так ослеплен желанием, что не замечаешь, как она тобой манипулирует? По-твоему, она не знает, что ты стоишь здесь как дурак и смотришь, как твой брат-бесстыдник к ней прикасается?

Леандро мрачно улыбнулся. Возможно, он помешался от желания, но он не дурак.

– Мне не нравится то, что она сейчас делает, но я знаю, почему она так поступает, – сказал он.

Леандро добьется того, что Алекс примет все, что он для нее делает, – рано или поздно. И тогда ей даже в голову не придет его дразнить.

– Ты никогда не смотрел так ни на одну женщину, даже на бедняжку Розу, – прорычал Антонио. – Эта женщина тебе не пара. Совершенно очевидно, что она недостойна нашей семьи.

С трудом скрывая гнев, Леандро холодно ответил:

– Роза и Алексис разные. Как только Алексис поймет, почему я хочу на ней жениться, все изменится. И не разговаривай с ней в таком тоне, дедушка. Я не потерплю этого снова.

– Ты готов пойти против меня из-за женщины, с которой ты переспал после…

Леандро жестом велел Антонио замолчать:

– Она будет моей женой. Она мать моего ребенка. Она родит Конти наследника мужского пола, который так тебе нужен. Отнесись к ней с должным уважением. Энцо позволял тебе запугивать нашу мать, но я этого не допущу. Алексис не должна знать о твоем недовольстве, если ты хочешь, чтобы у тебя были правнуки.

С вызовом вздернув подбородок, Антонио свирепо уставился на Леандро:

– А что делать с Сальваторе, который может навредить нам в совете директоров компании? Он не простит тебе отмену свадьбы с Софией.

– Кайрос Константиноу.

– Этот сумасбродный греческий магнат? Таков твой ответ?

Благоговение и ужас в голосе Антонио только подтвердили правильность решения Леандро. В совете директоров компании Конти нужен новый человек. Леандро устал в одиночку разрабатывать стратегии компании, так как Люка вообще отказался от членства в совете директоров.

– Ты сам считал его инвестиционные стратегии слишком смелыми в нынешней финансовой обстановке, – продолжал Антонио.

– Да, но Кайрос доказал мою неправоту. Союз между нами принесет взаимную выгоду. – Он подождал, пока дед обдумает его слова.

Кайрос, выходец из бедного квартала Афин, создал мощную экспортную империю и жаждал деловых альянсов в Старом Свете. Однако европейские бизнесмены не торопились с ним сотрудничать. У Леандро было то, что требовалось Кайросу, – Конти принадлежали к древнему аристократическому роду. А у Кайроса было то, что требовалось Леандро.

Кайрос уже приехал в Италию и работал над их деловым альянсом.

Угроза со стороны Сальваторе миновала. Благополучию Валентины ничего не навредит. Жаль, что Люка пока не пристроен. Но когда союз Конти и Кайроса окрепнет, Леандро останется только жениться на Алексис, и его жизнь вернется в нормальное русло.

– Ты хорошо меня обучил, дедушка. Поэтому доверь мне самому решать проблемы компании и нашей семьи.

Антонио покачал головой:

– Я доверяю тебе, Леандро. Но я не перестану оберегать тебя и даже Люку.

Леандро задело, что Антонио не упомянул Валентину, но он давно к этому привык.

Между тем тот продолжил:

– А ты в курсе, что женщина, которой ты доверяешь, недавно разговаривала с турагентом? Она купила два билета и через две недели собирается обратно в Нью-Йорк. Как раз в то время, когда ты отправишься по делам на Ближний Восток.

– Ты плетешь интриги, дорогая? – прошептал Люка на ухо Алекс, завязывая ей бикини. – Я не подозревал, что ты будешь использовать меня, чтобы позлить моего брата.

Алекс съежилась:

– Я не хочу терять такого друга, как ты, Люка, но я должна была так поступить. Я должна хоть как-то бороться с высокомерными предположениями твоего брата.

– Тебе так важно бороться с Леандро, Алекс?

– Кто-то должен заставить его понять, что он не может контролировать все вокруг. – Да, Леандро невыносимо высокомерен, а она не в силах ему сопротивляться. – Кто-то обязан поставить его на место.

Смех Люки мгновенно успокоил Алекс. Она повернулась к нему и, как обычно, поразилась тому, насколько он красив. Тем не менее абсолютному совершенству Люки она всегда предпочитала суровую красоту Леандро.

Темно-карие глаза Люки лукаво сверкнули.

– Они все еще стоят там? – спросил он.

Алекс украдкой взглянула на веранду и увидела Леандро и Антонио. От волнения у нее засосало под ложечкой.

– Да. Ты действительно меня не интересуешь, Люка, – быстро произнесла она.

– Ты убиваешь меня, Алекс. – Он рассмеялся, а она резко выдохнула. – Что такого есть у моего брата, чего нет у меня?

– Во-первых, у него нет твоей павлиньей красоты. – Она выгнула бровь.

От смеха на щеках Люки появились ямочки.

– Хотя Леандро меня тоже не интересует.

Люка посерьезнел:

– Сопротивление бесполезно, если он решил, что ты ему нужна, дорогая. Я увидел его ярость и теперь не сомневаюсь в том, что он тобой интересуется.

Насторожившись, она резко спросила:

– По-твоему, я обязана подчиниться его желаниям?

– Нет, красавица. – Он поцеловал ее руку. – Я просто предупреждаю тебя, по-дружески. Уверен, Антонио уже сообщил ему, что ты купила билеты в Нью-Йорк для себя и Иззи.

Алекс в ужасе отпрянула от него:

– Откуда ты узнал? Откуда об этом узнал Антонио, черт побери?

Люка пожал плечами:

– Не имеет значения. Важно то, что ты объявила войну моему брату, заигрывая со мной. И покупая эти билеты.

– Он начал первым. Я просто вооружаюсь.

– Никто и никогда не называл меня оружием. – Люка манерно пригладил волосы и надул губы. – Даже не знаю, радоваться мне или обижаться.

При виде его притворной обиды Алекс рассмеялась.

– Твой смех как музыка, дорогая, он такой искренний, – задумчиво заметил Люка.

Внезапно его взгляд изменился, и у Алекс перехватило дыхание. Она увидела плейбоя Люку в действии.

– Может, ты предпочтешь меня Леандро?

Алекс уже была готова ответить резко, но сдержалась. Она никогда не поверит, будто нравится Люке. Нет, он просто рад возможности подразнить Леандро.

Она улыбнулась и поцеловала его в щеку, радуясь тому, что он ее друг.

– Теперь я знаю, почему тебя называют Конти-дьявол.

Алекс взяла его под руку, и они медленно пошли по красивому, ухоженному газону. Она не могла не заметить, что Люка старается не исчезать из поля зрения стоящих на веранде.

– Больше всего его бесит, что я могу тебя рассмешить.

– Ты в этом уверен?

– Да, мы с ним соревновались, кто быстрее рассмешит Валентину. У Леандро не было возможности побыть беззаботным ребенком и пошалить. Он сходил с ума, когда я постоянно у него выигрывал, рассмешив Валентину. Она была очень зажатой и стеснительной, ей понадобилось много времени, чтобы к нам привыкнуть. К Леандро она приходила, когда была расстроена, а ко мне, когда хотела посмеяться.

Алекс нахмурилась:

– Она к вам привыкала?

Люка посерьезнел:

– Валентина жила с мамой, пока та не умерла. Когда мы узнали о ее смерти, Леандро привез Валентину к нам. Вот так мы впервые с ней встретились. До тех пор мы не знали, что у нас есть сестра.

– Ее привез Леандро, а не Антонио?

– Нет. Антонио был против Валентины. Но с того момента, как мы узнали о ней, Леандро потерял покой.

Алексис вспомнила, как Леандро сказал ей, что семья для него дороже всего.

– Сколько ему было?

– Пятнадцать.

Чем дольше говорил Люка, тем сильнее паниковала Алекс. У нее сложилось ощущение, будто что-то огромное устремлялось на нее с головокружительной скоростью, а она не может сдвинуться с места. Как грузовик, врезавшийся в ее седан. Только на этот раз это было ее сердце, которое могло разлететься на мелкие кусочки.

Один поцелуй… Она поцеловалась с Леандро всего один раз, а ее сердце уже трепещет. Разве она устоит перед его напором? Как она избавится от него без ущерба для Иззи?

– Только пятнадцать? – тихо спросила она.

– Да. Даже тогда Леандро поступал по-своему. Он проспорил с Антонио несколько дней, доказывая, что Валентина должна жить с нами. – Черные как смоль глаза Люки смотрели на нее в упор. Он сжал ее руки.

Алекс насторожилась, по ее спине пробежала дрожь.

– Мой брат сделает все, чтобы защитить тех, кого считает своими, Алекс. Он сделает все ради блага Иззи. И ради тебя.

– Но я не принадлежу ему, – прошептала она. – Он не может обладать мной только потому, что он так решил.

Внезапно Алекс осознала все, чего раньше не понимала. Ей стало холодно, несмотря на жаркий день.

Леандро никогда не станет чужим для Иззи. Уже сопровождая ее в Нью-Йорк, он знал, что привезет девочку на виллу.

Он ничего не сказал Алекс, позволив ей думать, что она возлагает на него дополнительную ответственность. Он позволил ей мучиться от собственной неопределенности и страхов.

Теперь она поняла, почему в глазах Леандро вспыхнула ярость, когда Джастин спросил Иззи, когда она вернется. Почему Леандро смотрел на нее с каменным выражением лица, когда Алекс упомянула другого мужчину.

У Алекс сдавило грудь, к горлу подступил ком. Ей хотелось что-нибудь разбить.

Люка гладил ее плечи прохладными пальцами, стараясь успокоить. Словно он понял, что она вот-вот потеряет терпение.

– Тебе сказать, что он, по моему мнению, говорит Антонио?

Почувствовав страшную слабость, Алекс только кивнула.

– Уверен, Леандро предупредил Антонио, чтобы тот не смел тебе дерзить. Он заявил, что перестанет с ним общаться, если когда-нибудь услышит из его уст какую-нибудь гадость о тебе.

Алекс из последних сил старалась не расплакаться:

– Ты не представляешь, от чего просишь меня отказаться только потому, что Леандро желает нам добра.

Но от чего же? От неуверенности в отношениях с родителями? От страхов, вызванных аварией? От боязни неправильно воспитать Иззи?…

Леандро видел ее насквозь. Она думала, что он в самом деле о ней заботится, а он просто воспользовался своими знаниями против нее.

Он обезоружил ее своими добрыми намерениями и ее собственным желанием поступать правильно.

– Я знаю, на что способен мой брат ради долга. Просто дай ему шанс, Алекс. Выясни, достоин ли он тебя. Не позволяй гордости встать на вашем пути. Если ты обнаружишь, что он тебя не достоин, я лично помогу тебе с ним бороться.

– А будет ли борьба, Люка?

– Если ты заберешь Иззи и уйдешь от него? Если ты лишишь девочку родного отца только потому, что Леандро привык поступать, как ему вздумается, будучи самой высокомерной и доминирующей скотиной в мире? – Люка резко рассмеялся. По-видимому, у него были свои претензии к брату. – Да, дорогая. Будет печально, если два самых достойных человека, которых я знаю, начнут бороться друг с другом на глазах у ребенка. – Он явно сожалел о подобной перспективе.

Грустные предупреждения Люки по-прежнему звучали у нее в ушах, когда Алекс вернулась в свои апартаменты. Продолжая думать об этом, она помогла Иззи искупаться, а потом взяла фрукты и оливки, налила себе холодного белого вина и прошла в гостиную с видом на озеро.

Этот вид завораживал ее каждое утро.

Если Леандро продолжит манипулировать ею, она будет жить на его вилле как в золотой клетке. Он сможет подавить ее волю сильнее, чем это делали родители, которые все эти годы мечтали об идеальной дочери.

Возможно, Леандро притворяется, что хочет ее. Это удобная ложь для того, чтобы Алекс растаяла. Она уже призналась ему, как много значила для нее та ночь семь лет назад. Она рассказала, как изменилась ее жизнь после рождения Иззи…

Алекс решила позвонить Эмме. Через несколько минут она поведала подруге всю печальную историю.

«Забудь о манипуляциях Леандро. Скажи, ты хочешь его, Алекс? Можно ли дать ему шанс? Забудь о своем доме, магазине, родителях и даже об Иззи. Подумай о себе, прежде чем принять судьбоносное решение…»

Слова подруги кружились в ее голове, когда в дверь гостиной постучали.

Растерянная, Алекс молча взяла у горничной два пакета с дизайнерскими этикетками.

Только когда взволнованная Иззи открыла сумку и достала из нее струящееся розовое платье, Алекс вспомнила о предстоящем мероприятии. Неформальная вечеринка для членов семьи и близких друзей по случаю приезда Иззи. О ней Валентина сказала Алекс накануне вечером. Дрожащими руками Алекс открыла бархатную коробочку.

Ее взору предстало изящное колье из бриллиантов в белом золоте и подходящие к нему серьги. Украшения ярко сверкали на солнце.

В записке значилось: «Алмазы для самой сильной женщины, которую я знаю».

От волнения у Алекс покалывало в груди, пока она снова и снова перечитывала записку. Даже сверкающие бриллианты меркли перед словами Леандро, обрушившимися на нее как гром среди ясного неба.

Если бы он назвал ее красивой или умной, Алекс снова решила бы, что он ею манипулирует.

Он назвал ее сильной.

Такое ощущение, что Леандро в самом деле ее понимает. Что он действительно о ней заботится.

Держа дрожащими руками записку Леандро, Алекс присела на холодный мраморный пол и закрыла глаза.

Эмма права. Из-за аварии, работы в магазине, рождения Иззи и натянутых отношений с родителями она действительно забыла о чем-то важном. С помощью Леандро или без его помощи, Алекс никогда не сделает ничего, что навредит Иззи.

Она любит свою маленькую девочку больше всего в жизни. Подумав об этом, Алекс вздохнула свободнее. У нее потеплело на душе.

Впервые за многие годы она решила подумать о себе. О своих желаниях. Вспомнив поцелуй Леандро, Алекс улыбнулась и прижала пальцы к губам.

В его поцелуе не было даже намека на то, что Леандро хочет ею манипулировать.

Он может рассуждать о чувстве долга и благополучии Иззи, или сотне других вещей, но на самом деле Леандро страстно ее хочет. Для человека, который привык жить по правилам и подавлять эмоции, думать о долге, а не о желаниях, это уже немало.

И она хочет его. Жаждет окунуться в жгучую страсть, поведать Леандро свои секреты и выведать его тайны.

Она нравится Леандро, он любит Изабеллу. Разве этого не достаточно для начала отношений?

Приняв решение, Алекс поднялась с пола, взяла розовое платье и, приложив его к груди, подошла к зеркалу.

Она сделает это. У нее будут отношения с Леандро. Она выяснит, есть ли у них перспективы. Но на этот раз ему придется принять ее условия.

Она покажет ему свою страсть и заставит его понять, что он хочет быть с ней не только ради их дочери. По иронии судьбы, он сам помогает ей соблазнить его, присылая ей это платье и алмазы.

Подключив айпод к звуковым колонкам, Алекс прибавила громкость и стала танцевать с Иззи под зажигательную песню.

Глава 8

Леандро неприкаянно бродил по саду, стараясь избегать даже членов своей семьи. Он еще никогда не был так взволнован.

Он бросился в спальню Алексис сразу после того, как она вернулась на виллу. Переполненный гневом, ревностью и страстью, он вцепился в сверкающую хромированную ручку двери…

Но, услышав доносившийся из комнаты смех Иззи, вдруг понял, что делает.

Он ведет себя как отец. Тот тоже часто выходил из себя.

Леандро не ударил бы Алексис, как Энцо поступал со своей женой, и не стал бы грубить ей. Тем не менее он ужасно разозлился, узнав, что Алексис действовала у него за спиной.

Леандро никогда и ни в ком не нуждался. Он преуспевал в делах, оберегал брата и сестру. Воспоминание об отце заставило его образумиться. Он задался вопросом, когда Алексис завладела всеми его мыслями. Что в ней такого, что заставляет его испытывать столь сильные эмоции?

Сейчас он решил побыть один, чтобы успокоиться перед тем, как увидит Алексис. Или Люку, с лица которого целый вечер не сходила самодовольная улыбка.

Сегодня все – и официанты, и родственники, и друзья, – хотят увидеть ту, которая заставила Леандро спуститься с его пьедестала. Они ожидают увидеть ошеломляюще красивую, искушенную женщину. Простота и прямолинейность Алексис их шокирует. Леандро не удивило бы, если бы она вышла к гостям в яркой майке и шортах.

Он не сомневался, что она порвала присланное им платье на кусочки, а бриллиантовое колье выбросила в мусорную корзину.

– Папа! Ты вернулся! – завизжала Изабелла у него за спиной.

Улыбаясь, он обернулся и увидел дочь, стоящую на нижней ступеньке мраморной лестницы. Леандро взял Иззи на руки, а она обвила его шею пухлыми ручонками и звонко чмокнула в щеку. Он понял, как скучал по беззаботной болтовне дочери всю прошедшую неделю. Он почувствовал ее сладкий запах, и у него перехватило дыхание.

– Ты соскучилась по мне, малышка?

Подумав, та честно ответила:

– Мне было так весело с дядей Люком и тетей, что я не очень скучала по тебе, папа. – Словно желая его успокоить, она наклонилась ближе и прошептала: – Хочешь знать секрет?

– Да. У твоего дяди и тети полно от меня секретов.

– Я посмотрела вчера одну мамину папку, когда она была в душе.

– Мамина папка? – переспросил Леандро и сразу представил себе блестящую черную записную книжку с кучей телефонных номеров мужчин.

Он не понимал, когда стал таким подозрительным. Когда каждая мелочь в жизни Алексис стала для него важной.

Антонио одновременно и любил, и ненавидел Люку за то, что тот, как их отец, Энцо, жил беспечно и бездумно. Люка таскался по вечеринкам, пил вино и постоянно менял любовниц. Однако он никогда не обижал женщин.

Внезапно Леандро подумал, что именно он унаследовал от отца его отвратительные качества – подозрительность, несдержанность и гневливость.

При мысли об этом в его жилах застыла кровь. Ему захотелось отправить Алексис в Нью-Йорк ближайшим рейсом, чтобы она не узнала о нем того, что ей не понравится.

– У нее на полке много таких папок, но она привезла сюда только некоторые. До аварии она много рисовала и писала. А теперь только рассматривает рисунки и записи. – Девочка печально посмотрела на него внимательными серыми глазами. – На прошлой неделе она думала, что я сплю. Но я не спала. Мне кажется, она плакала, когда смотрела папки.

Леандро стало не по себе.

Иззи крепче прижалась к нему. Было очевидно, что ее пугали даже воспоминания о плачущей матери.

– Папа позаботится о маме, Иззи. Она больше не будет плакать. Ты мне веришь?

– Верю, – ответила девочка, широко улыбаясь, ее глаза сияли от гордости.

– А что в этих папках, малышка? – спросил Леандро, нисколько не чувствуя себя виноватым за то, что использует дочь.

Если есть что-то, что позволит прогнать печали Алексис, он должен об этом знать.

– Много рисунков и историй, папа. Иногда она читает их мне. Но после того как ее машину разбили, она читает мне редко.

– Почему?

Иззи тут же отвлеклась:

– Ты видел это? – Она задрала ногу.

– Новое платьице, детка? – воскликнул Леандро с преувеличенным интересом.

Изабелла шумно вздохнула, и он рассмеялся. Его драгоценная шестилетняя дочь считает его не только пережитком древности, но и полностью оторванным от современного мира существом.

– Конечно, я надела новое платье, чтобы познакомиться с моей новой семьей, – произнесла девочка с ангельским терпением. – Я показываю тебе новые туфли. – Она поболтала ногами. – Дядя Люка купил их специально для меня, – с гордостью добавила Иззи.

Она едва позволила ему взглянуть на туфли из блестящей черной кожи, прежде чем заговорила снова:

– Хотя мама говорит, я не должна ждать от тебя подарков только потому, что ты отвратительно богатый. А итальянские деньги отвратительные, папа? – невинно поинтересовалась она.

Леандро расхохотался и присел на ступени, обнимая Иззи. Его большая семья и близкие друзья смотрели на него так, будто у него выросли рога.

Люка и Валентина, которые прогуливались неподалеку, остановились и уставились на Леандро так, словно никогда не видели его смеющимся.

А малышка не унималась:

– Она говорит, что деньги сделают меня высокомерной и… властной, как некоторых людей, которых она знает.

На этот раз расхохотались даже Люка и Валентина.

– Я спросила, что это значит, и она велела мне спросить у тебя. Она сказала, ты лучше знаешь.

Леандро не помнил, когда еще так смеялся и чувствовал себя настолько беззаботным.

Внезапно наступила тишина. Все собравшиеся собрались внизу мраморной лестницы. Леандро поднялся и взял Иззи за руку.

Алексис в темно-розовом шелковом платье стояла на верхней площадке лестницы. Все вокруг зашептались, а она смотрела только на Леандро. Ему показалось, его пронзила молния. Он не верил своим глазам.

Что она хотела донести до него, надев платье и колье, которые он ей прислал? Собирается ли она вести себя так, как он ожидает?

Внезапно Леандро понял, как ему нравится ее непредсказуемость.

Светлые волосы, обрамляя красивое лицо, блестящими прядями ниспадали ей на плечи. Бриллиантовое колье подчеркивало белизну ее кожи.

Выпрямив спину, Алексис начала спускаться по лестнице. В высоком разрезе на платье Леандро увидел ее стройные икры и едва не потерял голову от вожделения.

Алексис была воплощением чувственности. У него пересохло во рту. Она явно намерена весь вечер красоваться в платье и колье, которые он купил для нее, и не позволять ему к ней прикасаться. А Леандро придется смириться с этим.

Она разработала идеальный план мести за его грехи. А еще ей удалось погасить его гнев и поселить в душе ужас, вызванный осознанием того, что она может уехать от него с Иззи в отместку за его манипуляции.

Что однажды Леандро проснется и не найдет Алексис в своем доме, как однажды летом не нашел свою мать. Что он потеряет одну из самых больших радостей в жизни. Потому что ему недостаточно быть просто отцом Иззи. Ему надо стать мужем ее матери.

Хотя Алексис купила билеты в Нью-Йорк, она не уедет сразу. Без боя, по крайней мере. Ей не занимать силы и смелости. Леандро поклялся, что не повторит ошибки своего отца и его брак будет по-настоящему счастливым.

Алексис остановилась на последней ступеньке прямо перед Леандро и повернулась к нему. Его дразнил тонкий аромат ее тела.

С его губ слетели не вполне подходящие случаю слова, выдающие его смятение:

– Высокомерная и властная, дорогая? Если мы решили перетягивать Изабеллу то на твою, то на мою сторону, значит, война действительно началась, Алексис.

Она подняла бровь, ее глаза сверкали, словно драгоценные камни:

– Я просто научила нашу дочь некоторым важным вещам, Леандро. Ты тоже не захочешь, чтобы мы с ней привыкли к этому образу жизни и ждали бриллиантов и диадем из-за каждого пустяка, не так ли? Даже ты не сможешь купить все на свете. У тебя слишком много недостатков, которые я собираюсь тебе прощать.

Она сказала «наша дочь». Означает ли это, что Алексис примет то, что он для них запланировал?

Или она по-прежнему будет постоянно с ним спорить?

Леандро поцеловал запястье Алексис и почувствовал, что она дрожит. Он представил, как покрывает поцелуями ее тело.

Медленно и с мучительной неохотой он отпустил ее руку.

– По-моему, война началась после того представления, что ты устроила у бассейна после обеда.

Он приобнял ее за талию, мягко подталкивая вперед. Заметив его собственнический жест, она выгнула бровь, но ничего не сказала.

– А ты уверен, что это было представление?

– Да. – Взяв за локоть, Леандро притянул Алексис к себе. – Дешевый трюк.

Она заговорила мягче, дразня его:

– И это говорит искусный манипулятор? Человек, одержимый контролем? Человек, позволивший мне поверить, что его дочь станет для него обузой и препятствием на пути к новому счастью?

Все гости наблюдали за ними с нескрываемым интересом, поэтому Алексис коснулась рукой подбородка Леандро и посмотрела на него снизу вверх.

Она вела себя так, словно он был ее собственностью. Словно она имела полное право на его тело и даже его мысли. Словно она забыла обо всех своих опасениях и страхах и стала решительной и утонченной натурой, утоляющей каждое свое желание.

С учащенно бьющимся сердцем Леандро уставился на нее, сжав кулаки. Сперва ему хотелось оттолкнуть ее руку и уйти. Он не привык к публичной демонстрации чувств. Он ни разу не целовался с Розой на людях и не прикасался к ней так откровенно.

Он никогда этого не хотел.

– Я старомодный человек, дорогая, – предупредил он ее, но в его словах не было реальной угрозы. Его голос стал хриплым и резким. – Я всегда буду делать то, что считаю правильным.

Она погладила его по подбородку, а затем провела рукой по морщинке на его лбу.

Леандро чувствовал, что сдается ее прикосновениям и словам. Необычное, но волнующее ощущение.

– Тогда я сделаю все возможное, чтобы ты не упустил ни единого шанса на наши отношения. Теперь я несу ответственность и защищаю эти отношения, Леандро. Ты готов смириться?

В ее глазах плясали задорные искорки, и Леандро осознал, что Алексис понимает его, как никто другой. Он сделал все, что мог, чтобы привезти ее сюда и выдвинуть свои требования, а теперь она делает то же самое.

Мысль о том, чтобы оттолкнуть Алексис, медленно угасла, уступая место жгучему желанию.

– Я решила позволить тебе оправдаться за все то, что ты от меня скрыл. Но я больше не приму от тебя платьев и экстравагантных подарков, Леандро. Ты ведь не хочешь подтвердить предположение своего деда о том, что я продажная женщина?

Он не понимал, почему не смог сказать ей правду и отчего с ней он сначала действовал, а потом искал рациональное объяснение своему поведению. И семь лет назад, и сейчас.

– Ты была права по поводу того, что моя семья и друзья будут сегодня рассматривать тебя и Изабеллу в мельчайших подробностях. Кто-нибудь из них непременно пообщается с прессой, и опять начнутся сплетни о семье Конти, как это всегда бывает. Я знал, что ты не захочешь устраивать провокаций.

– Если бы я вышла в повседневной одежде, это была бы провокация?

– Да.

Ее глаза сверкнули. Она выглядела уязвимой, и Леандро был готов на все, чтобы защитить ее.

– Значит, ты меня стыдишься? – спросила она.

– Нет. Я защищаю тебя, Алексис.

Она указала на бриллианты и платье:

– Значит, все это для того, чтобы не было дешевых сплетен обо мне и Иззи?

– Да.

– А записка? Ты написал ее, чтобы укрепить мою броню против всех этих людей? Чтобы прибавить мне уверенности и убедиться в том, что сегодня вечером я не дрогну и не унижу тебя? Чтобы я не разговаривала слишком много и не развенчала образ великого Леандро Конти?

– Да.

Она так резко мотнула головой, словно он залепил ей пощечину. А затем обиженно уставилась ему в глаза. Внезапно он почувствовал себя последним мерзавцем.

– Боже мой, в тебе есть что-нибудь настоящее? – спросила она. – Хоть одно слово или мысль, которую ты говоришь от души? У тебя есть душа, Леандро? Или она сгнила?

– Алексис? – Он сжал ее руку до того, как она успела от него отвернуться. – Услышь меня. Я написал это, потому что тебе нужно было услышать подобные слова. Тебе нужна смелость, чтобы противостоять этой толпе. Но я также написал так потому, что это правда, дорогая. Я обязан говорить тебе об этом снова и снова.

Ее глаза заблестели.

Она наклонилась к нему так внезапно, что у нее спутались мысли. Ему в нос ударил тонкий аромат ее кожи и духов.

– Если ты хочешь, чтобы между нами сложились отношения, Леандро, если хочешь, чтобы я дала тебе шанс, мне нужно больше. Мне мало твоего чувства долга, заботы о благополучии Иззи и приверженности семейным ценностям. Мне мало сверкающих драгоценностей, дизайнерской одежды и лестных слов. Я изо всех сил старалась и была хорошей дочерью и мамой. И я всегда буду такой. С тобой или без тебя. Просто нам с тобой нельзя выстраивать отношения только ради счастья Иззи. Я хочу, чтобы в отношениях ты думал только обо мне. О той Алексис, которая тебе нравится. Которая слегка без ума от тебя. Которая хочет тебя сильнее, чем дышать. Поэтому, черт побери, дай мне что-нибудь, Леандро. То, что не связано с твоими манипуляциями и чувством долга. Дай мне то, что, по-твоему, мне нужно. От всей души. Или мы разбежимся до того, как все начнется, до того, как Иззи пострадает.

Леандро был очарован Алексис. Он упивался ее искренностью. Она смотрела на него смело, хотя ее губы слегка дрожали.

– Розовый, – произнес он, словно вырывая это слово из глубины души.

– Розовый? – Она нахмурилась, неуверенно глядя на него.

Леандро не вытерпел. Все его эмоции были обнажены до предела. Он хотел почувствовать вкус и запах Алексис, и ему было наплевать на самоконтроль.

Он жадно припал к ее губам. Алексис послушно разомкнула губы, и Леандро почувствовал, что попал в рай. На свете не было ничего слаще ее губ. Их тела соприкасались, казалось, они рождены друг для друга.

Его не остановила даже мысль о том, что он потерял голову от желания на глазах у друзей и членов семьи.

Алексис вцепилась в его рубашку и тихо простонала. Ее стон стал музыкой для его обостренных чувств.

– Леандро, нет. Скажи мне…

Он слегка прикусил ее нижнюю губу и проворчал:

– Я купил это чертово платье, потому что оно розовое. Я помню твою одержимость розовым цветом. Я знал, что оно тебе понравится. Я хотел испытать удовольствие, увидев тебя в нем. Я хотел, чтобы ты получила удовольствие. Я увидел его почти месяц назад в каталоге и подумал о тебе. Это было еще до того, как ты вернулась в мою жизнь. И всю прошедшую неделю я думал о нем, как школьник, который хочет удивить любимую девушку. Я поехал в магазин, описал фасон и цвет платья, указал твой размер и ждал, пока платье не прислали самолетом из Рима.

– Я никогда в жизни не шла на такие ухищрения ради какой-то вещицы…

– По-твоему, я был слегка безумен, Алексис?

Леандро не мог видеть свое отражение в ее глазах, не мог скрыть отчаяния в голосе, поэтому он опустил голову.

Поднявшись на цыпочки, Алексис чмокнула его в щеку и просто сказала:

– Спасибо, Леандро.

Почему она не может бороться с ним и называть его ненавистным манипулятором? Какой надо обладать смелостью, чтобы отдавать себя таким образом и выворачивать его чувства наизнанку?

В ее карих глазах читалась такая радость, что впервые в жизни Леандро почувствовал себя по-настоящему довольным. Вкус ее губ, запах ее кожи, изгиб рта, тепло взгляда вдруг стали самыми пугающими в его жизни. Потому что они были одновременно и дорогим подарком, и непосильным бременем.

Теперь он понимал, что может все разрушить в любой момент. Если он потеряет Алексис, его жизнь станет бессмысленной.

Ему не нравилось, что рядом с Алексис он становится беспомощным.

Глава 9

Сердце Алекс бешено колотилось, все ее чувства обострились. Она нервно вышагивала по своей комнате.

Она не чувствовала себя такой растерянной даже семь лет назад, когда по наивности безрассудно увлеклась Леандро.

Он был по-прежнему несбыточной фантазией, но теперь Алекс понимала, что делало его настолько притягательным.

На протяжении невыносимо долгой вечеринки она слышала каждое слово Леандро, чувствовала каждое его движение и прикосновение, замечала все его взгляды. Казалось, их тянет друг к другу как магнитом.

Если кто-то завуалированно интересовался тем, как Алекс удалось приблизиться к Леандро, не имея связей в высшем обществе или яркой карьеры, он лишь непринужденно заявлял, что так сложились звезды.

Позже Валентина помогла Алекс разобраться, кто из присутствовавших на вечеринке относится к числу настоящих друзей, а кто – прихлебатель и сплетник.

Шел первый час ночи. Иззи уже спала. Алекс знала, что Леандро придет в ее комнату с минуты на минуту.

Она ступала по толстому ковру, ее нервы были на пределе. Она не знала, то ли ей надеть пижаму и ждать его в кровати, то ли остаться в платье и броситься Леандро на шею, едва он откроет дверь.

Внезапно ее охватила дрожь.

Обернувшись, Алекс увидела, что Леандро стоит, прислонившись к дверному косяку. Он снял пиджак, его волосы были взъерошены. Но на этот раз в его глазах не было ни злости, ни недоверия, ни загадочности. Только страсть. Алексис знала: сегодня ночью он доведет ее до исступления и потребует от нее все, что она способна ему дать.

– Мне можно войти, Алексис? – От нескрываемого желания черты его лица заострились. – Я заплатил пошлину, чтобы попасть в твою комнату?

Она смотрела на него, сердце едва не выскакивало у нее из груди. Его глаза угрожающе сверкнули.

– Пошлина, Леандро? – От волнения у нее в животе запорхали бабочки. Ее беспокойство сменилось гневом. – Ты по-прежнему так это воспринимаешь? После того, что я тебе сказала, ты продолжаешь считать наши отношения сделкой?

Он пожал плечами и подошел к ней походкой хищника:

– Я пытаюсь понять, заплатил ли я достаточно, чтобы прикоснуться к тебе и овладеть тобой.

Алекс хотелось завыть, ударить его, бросить обидные слова ему в лицо. Она хотела взять Иззи и уйти из его жизни. Она хотела…

Нет, она не сдастся так легко. В его голосе была такая уязвимость и безысходность, когда он говорил ей о подаренном платье. Она прижала руку к животу, провела пальцами по шелковистой ткани. К ней медленно вернулась решимость. Она решила ему подыграть:

– Я тоже этого хочу.

Леандро уставился на нее.

– Иззи не проснется до утра? – Не дожидаясь ответа, он запер дверь.

Замок громко звякнул в полной тишине. Обернувшись, Леандро расстегнул пуговицы белой рубашки и небрежно снял ее.

У Алекс чаще забилось сердце.

Лунный свет падал на его оливково-золотистую кожу и натренированные мускулы. Его грудь была покрыта негустыми волосками, темная полоса проходила по его плоскому животу и исчезала под ремнем брюк.

– Иди сюда, дорогая. Давай посмотрим, хорошо ли мы понимаем друг друга, и узнаем, сколько ты готова мне позволить.

– Ты решил напугать меня этим заявлением? – Леандро был единственным мужчиной, которого она когда-либо хотела. Только он заставлял Алекс поверить, что она достаточно смелая и достойна испытать удовольствие. – По-твоему, это наказание?

Подойдя ближе, он притянул ее к себе и прижался губами к тыльной стороне ее ладони. Его язык коснулся вены на ее запястье. По телу Алекс разлился жаркий трепет. Каждое его прикосновение дарило ей истинное удовольствие.

– Ты немного напугана, сокровище мое. Признайся.

Она рассмеялась, когда он развернул ее спиной к себе:

– Нет, Леандро. Я безоговорочно тебе доверяю.

Он лизнул чувствительный изгиб ее шеи. Ее колени врезались в край высокой кровати, ее спина упиралась в грудь Леандро. Их голые ступни соприкоснулись, пряжка его ремня впилась ей в спину.

Продолжая целовать, он поглаживал руками ее живот и грудь. Алекс выгнула спину, когда он прикусил ее за плечо. Его возбужденный член упирался в ее ягодицы, от желания прикоснуться к нему у Алекс чесались пальцы.

Она услышала, как Леандро выругался по-итальянски, когда она прижалась к нему слишком сильно. Рядом с ним она не испытывала ни страха, ни стыда.

– Как мне взять тебя, Алексис? – В его голосе слышалось нескрываемое вожделение. – Войти в тебя сзади? Я фантазировал об этом как подросток, дорогая. Сделать ли мне с тобой то, что я никогда не делал ни с одной женщиной?

– Я хочу, чтобы ты реализовал свои самые смелые фантазии, Леандро.

Алекс завела руки назад и запустила пальцы в его волосы. Ее грудь приподнялась, она с нетерпением ждала, когда он к ней прикоснется.

– И перестань испытывать и мучить меня. – Ее сердце бешено колотилось, несмотря на ее беспечный тон. Если Леандро овладеет ею сейчас, он не позволит ей приласкать его. Он не хочет тратить время на нежности. – Поторопись. Уже семь лет ко мне не прикасался ни один мужчина.

– У тебя не было мужчин? – шокировано произнес Леандро, словно не веря тому, что слышит.

– Я никого не хотела так, как я хочу тебя. Хотела тогда и хочу сейчас, – просто ответила она. – Неужели ты до сих пор ничего не понял? Ради тебя я готова рискнуть всем. Благодаря тебе я чувствую себя живой.

Крепко прижимая Алекс к себе, он зашептал нежности ей на ухо.

Услышав треск разрываемого шелка, она вскрикнула, но разорванное платье уже упало к ее ногам.

Проведя пальцем по ее позвоночнику, Леандро пробормотал:

– Я куплю тебе тысячу платьев, Алексис, а потом сорву их с тебя. Пока мы вместе, ты не захочешь думать о других мужчинах. Еще меньше ты захочешь, чтобы они к тебе прикасались.

Он обхватил руками ее груди, и Алекс простонала. Он продолжал ее ласкать, не позволяя ей повернуться к нему лицом.

– Пожалуйста, Леандро…

– О чем ты меня просишь, Алексис? Мне остановиться? Или мне взять твои набухшие соски в рот, облизывать их и покусывать?

– Да, пожалуйста, – пробормотала она, содрогаясь всем телом.

Опустив руку, он просунул пальцы в ее стринги и стал неторопливо ее поглаживать.

У нее перехватило дыхание:

– Черт побери, Леандро! Ты решил меня убить?

Его довольный смех царапнул ее нервы. Он стал ритмично ласкать ее между ног. Ее тело покрылось испариной, нарастающее удовольствие угрожало разорвать ее тело на тысячи кусочков.

Запрокинув голову, Алексис громко закричала. Она удержалась на ногах только потому, что Леандро крепко ее держал. Убрав с ее шеи влажную прядь волос, он коснулся языком ее кожи и прошептал:

– За все эти годы я не смог тебя забыть, дорогая.

Отчаянная страсть в его голосе потрясла Алекс.

Какую бы стратегию ни разрабатывал Леандро, он уже понял, что проиграл.

Он уже чувствовал, что обманывает себя, видя, как она теряет над собой контроль, как ее великолепные глаза расширяются и сверкают от удовольствия, как она размыкает чувственные губы.

Алекс безвольно прильнула к нему, словно тряпичная кукла. Она опустила веки, на ее щеках проступил румянец, а шея покрылась испариной.

На Леандро нахлынуло желание и нежность. Он уложил Алексис на кровать, потом разделся и опустился рядом с ней.

Он жадно разглядывал ее влажное, дрожащее тело.

Алекс распахнула глаза.

– Я могу смотреть на тебя, – сказала она с улыбкой. – И прикасаться к тебе. Я так давно мечтала тебя приласкать и увидеть, как твои зрачки расширяются от нестерпимого желания. Как ты улыбаешься мне, чувствуя, что нас влечет друг к другу.

– Ты права, дорогая, – хрипло признался Леандро, наклонив голову. – Прикоснись ко мне, Алексис. Делай все, что ты хочешь.

Опершись на локоть, она погладила его плечи и ключицу. Ее легкие ласки казались ему обжигающими.

Она стала поглаживать его грудь круговыми движениями, и у него пересохло во рту.

– Леандро?

– Да, дорогая? – Он с трудом переводил дыхание, его сердце колотилось как сумасшедшее.

Он провела ногтем по его соску, и Леандро судорожно глотнул воздух.

– Почему журналисты называют тебя святым? – спросила она.

– Они ошибаются, дорогая.

– Но они называют Люку дьяволом, и в этом они правы. – Она поглаживала пальцем его мускулистый живот.

Схватив за запястье, Леандро поднял ее руку над головой. Другой рукой она погладила его лоб и потянула за волосы.

– После той ночи семь лет назад у меня долго не было женщин, – произнес Леандро.

– Как долго? – прошептала она, прижимаясь горячим ртом к его груди.

– Это важно?

– Для меня да. – Она облизывала его, словно любимый десерт.

Он вцепился руками в простыни, с трудом сдерживая желание.

– Алексис. – Простонав, он сжал ее волосы.

Словно прочитав его мысли, она прикусила его сосок, а потом стала его посасывать. Леандро содрогнулся.

Целуя его живот, она прошептала:

– Ты по-прежнему хочешь, чтобы я поверила, будто была одной из многих твоих женщин? Будто я просто вовремя подвернулась тебе под руку?

– Нет… Мой отец… У него было много любовниц, он оскорблял мою мать так, что я даже вспоминать об этом не хочу. Я давным-давно поклялся, что не буду на него похожим. – Леандро старался вернуть себе хоть немного здравомыслия. – После того как я был с тобой… Я понял, что ты была девственницей. Я взял тебя так грубо… От страсти у меня помутился разум, и я даже не слышал, как ты вскрикнула от боли.

Она поцеловала его в губы – резко, горячо и требовательно.

– Боль была короткой, Леандро. Она не сравнится с тем, что я ощутила после. Ничто не сравнится с тем, что ты заставил меня чувствовать.

Он закрыл глаза, его преследовали воспоминания.

– Я стал противен сам себе. Я не мог вынести того, что потерял голову от желания. И я не мог притворяться, будто мне хочется обладать другими женщинами. Поэтому я ни к одной из них не прикасался.

Алекс коснулась его щеки:

– Семь лет, Леандро?

Доверие в ее взгляде, истинное удовольствие в ее улыбке показались ему подарком, равным которому он не получал прежде.

Алекс с довольным видом смотрела на него:

– Значит, это правда. Я столкнула святого с его пьедестала, – прошептала она, довольно улыбаясь, и поцеловала его в губы.

Леандро запустил пальцы в волосы Алекс, удерживая ее, и ответил на ее поцелуй. Их языки переплетались в неистовом танце. Прикусив нижнюю губу Алекс, он стал ее посасывать.

Потом он уложил Алекс на спину и опустился на нее. Их тела были словно созданы друг для друга. Раздвинув ей ноги, он быстро и глубоко вошел в нее. Ахнув, Алекс ухватила его за плечи. Леандро коснулся губами ее шеи.

– Алексис, дорогая, – твердил он, словно молитву. – Тебе хорошо?

Она посмотрела ему в глаза, а потом приподнялась и поцеловала его в губы. Ее руки медленно поглаживали его спину, а потом сжали ягодицы. Она заерзала под ним, побуждая его продолжать.

А дальше Леандро уже не сдерживался и не вспоминал о самоконтроле. Осталось лишь дурманящее удовольствие. Ему казалось, что его тело разлетается на тысячи осколков от головокружительного наслаждения.

Алекс крепко обнимала его, и он смутно осознавал, что отныне его жизнь станет совсем другой. Эта женщина завладела его сердцем и душой и стала его наваждением.

Глава 10

– Алексис?

Крепче прижавшись к Леандро, Алекс улыбнулась.

После секса Леандро отнес ее в ванную комнату. Она не подозревала о существовании такого приспособления, как тропический душ, и испытала поистине райское наслаждение. Леандро умело намыливал ее, распаляя ее желание, доводя до пика. Когда Алекс опять испытала оргазм, он нежно вытер ее махровым полотенцем, отнес ее на кровать и сам улегся рядом с ней.

Когда он позвал Алекс по имени, она ответила не сразу.

– А? – лениво произнесла она наконец, подвинувшись к нему.

– Лежи спокойно, не ерзай. – Он обнял ее сильными руками. – Иначе я смогу думать только об одном.

Словно не веря тому, что она его послушается, Леандро прижался к ней сзади, обнял за талию и положил руку на ее грудь. На Алекс была длинная футболка. Она убедила его, что должна надеть ее после душа, потому что ей некомфортно лежать в постели обнаженной.

Близость Леандро не давала Алекс покоя. Его бархатистая кожа была для нее настоящим визуальным и чувственным пиршеством.

Ее голова лежала на его руке, он гладил ее влажные волосы. От его прикосновений ее грудь отяжелела, а соски напряглись. В ней снова медленно просыпалось желание. Она провела ступней по его ноге – молчаливое и томное приглашение.

– Тебе что-то не нравится? – спросила она.

Он оттолкнул ее ступню и шлепнул Алекс по ягодицам:

– Веди себя прилично, дорогая.

Она схватила Леандро за руку и поцеловала его жесткую ладонь.

– Прости, я забыла, что ты старый и дряхлый. По-видимому, наша последняя близость тебя вымотала. – Она с преувеличенным сожалением вздохнула, проводя ладонью вверх и вниз по его предплечью. Ах, как ей нравилось прикасаться к его мускулистым рукам! – Значит, мне придется какое-то время поскучать, да?

Алекс не успела договорить, как он потянул вверх ее футболку и вошел в нее сзади.

Неожиданность его вторжения сделала удовольствие только острее, и Алекс отчаянно вскрикнула.

– Ты и теперь на что-то жалуешься, дорогая? – спросил он, прерывисто дыша ей в ухо.

– О нет, – простонала Алекс. Она испытывала восхитительные ощущения. Казалось, огонь лижет ее спину, пробуждая каждый нерв.

– Сними футболку! – прорычал Леандро.

Алекс с трудом стянула с себя футболку дрожащими руками.

Как только она это сделала, Леандро просунул руку ей под голову и развернул Алекс к себе.

– Еще раз, дорогая.

От его решительной команды по ее телу пробежала дрожь.

– Хватит, Леандро, пожалуйста, – взмолилась Алекс.

Он покачал головой и провел пальцами по ее нижней губе.

– Дорогая моя, мне нужно снова услышать, как ты кричишь. – В его глазах сверкало пламя. – Я никогда не смогу тобой насытиться.

Их взгляды встретились. От волнения у нее кровь пульсировала в ушах.

Не отводя взгляда, он наклонил темную горделивую голову и обхватил губами ее сосок. Он ритмично посасывал его, пока в каждую клеточку тела Алекс не проник чувственный огонь.

А потом он начал двигаться. Самообладание и все сдерживающие факторы испарились от нарастающего удовольствия и чувственного единения. Они двигались в первобытном, извечном ритме страсти, уступив инстинктам. Их сердца стучали в унисон.

Развязка была ошеломляющей. Алекс показалось, что она умерла, а потом родилась заново в объятиях Леандро.

Прохладные простыни касались разгоряченной кожи Алекс. Они молча лежали в темноте.

Прошло много времени, прежде чем Леандро заговорил.

– Расскажи мне о папках с рисунками и рассказами, – попросил он.

Алекс напряглась и затаила дыхание. Включив прикроватную лампу, она повернулась к Леандро.

– Откуда ты про них узнал? – Она говорила воинственно, но, честно говоря, сейчас ей было на это наплевать. – Ужасно неприятно, что Антонио лезет в мои личные дела. А для тебя это нормально – вторгаться в чужие границы. Перестань мной манипулировать.

– Мне рассказала Иззи.

Алекс попыталась отодвинуться от него, но он крепче прижал ее к себе.

– Ты ее расспрашивал? – прорычала она. – Ты будешь использовать Иззи, чтобы добиться своего?

– Нет. Она очень расстроилась, когда увидела, что ты плачешь. В ту ночь ты думала, что она спит.

– О. – Алекс по-настоящему разнервничалась. – Я должна быть осторожнее. Я не подозревала. Боже, она, должно быть, жутко испугалась.

– Тише, сокровище мое. Иззи такая же сильная и упрямая, как ты. Я убедил ее, что позабочусь о ее маме.

Алекс посмотрела в серые глаза Леандро и почувствовала, что на смену беспокойству приходит уверенность. Она сдержала скоропалительные обвинения, готовые сорваться с ее губ. Леандро защищает ее. Он о ней заботится.

Алекс больше не считала Леандро бессердечным. Не после того, что произошло между ними ночью. Не сейчас, когда она поняла, что заставило его так активно защищать своих близких.

Ей стало не по себе при мысли о том, что Леандро пришлось повзрослеть в столь юном возрасте и взять на себя ответственность за Люку и Валентину.

Леандро не позволял себе никаких слабостей. Он никогда не шел на поводу у своих желаний.

– Спасибо, что успокоил ее, – сказала она.

Его серые глаза потеплели, он переплел свои пальцы с ее:

– Должен ли я благодарить тебя за то, что ты воспитала такую сильную девочку? Сейчас мы одна команда, да?

Алексис довольно кивнула.

Леандро прижался губами к тыльной стороне ее ладони, его поцелуй был нежным, почти благоговейным.

– Итак, что я должен сделать, чтобы получить право изучить содержимое этих папок?

– По-твоему, это привилегия? – Алекс старалась говорить беспечно.

Если Леандро прочтет ее записи, то проникнет в самые потаенные и охраняемые уголки ее души. Возможно, он, как и ее родители, сочтет ее усилия бессмысленными.

А может, использует увиденное, чтобы ею манипулировать.

Алекс сомневалась, что выдержит, если Леандро так поступит. После этого она не вернется к нему даже ради дочери.

– Иззи говорит, что они фантастически хорошие. Я ей верю.

– Иззи шесть лет. И это очень личное. Это видел только один человек, кроме Иззи.

Леандро нахмурился:

– Джастин?

Алекс сдержала улыбку, чтобы не сердить Леандро. Он отчаянно ее ревновал.

– Нет, Адриан, – ответила она. – Когда я показала родителям один рассказ, они заявили, что я зря трачу время.

– Твои родители идиоты, дорогая.

– Эй! – Она шлепнула его по плечу. – В тот момент я только что получила плохую оценку. Они узнали, что Адриан сделал за меня научный проект от начала до конца, и их вызвали к директору. А потом они еще и узнали, что я пишу какую-то чушь вместо того, чтобы учиться. – Алекс повторила слова своей матери. Они до сих пор казались ей обидными. – Они не знали, что со мной делать.

– А что сказал Адриан?

Леандро, как обычно, задал правильный вопрос.

– Рассказы ему понравились. Он убедил меня, что я должна продолжать их писать. И не терять удовольствие от сочинительства. Он строил грандиозные планы, собираясь стать моим агентом. И он часто говорил, что хочет жить за мной счет, когда я стану знаменитой писательницей. – Ее глаза наполнились слезами при одном воспоминании о довольной улыбке брата и его крепких объятиях. Адриан легко мирился со всеми ее недостатками и причудами. – Он просто не хотел меня расстраивать, и за это я любила его еще сильнее.

– Подожди, значит, никто, кроме Адриана, их не читал? Ты никогда не думала о том, что должна поделиться ими с другими людьми, чтобы они испытали радость и удовольствие?

Алекс пожала плечами:

– Я же сказала, что это все пустяки.

– Позволь мне самому это решить, – прорычал он, нежно коснулся рукой ее щеки и поцеловал в губы. – Почему ты плачешь, дорогая?

Она опустила глаза.

– Я стала очень эмоциональной. На меня сильно повлияла автокатастрофа.

– Ты будешь лгать мне после того, как заявила, что мы должны доверять друг другу, Алексис?

Алекс вздохнула. Она не сможет показать рисунки и рассказы Леандро, но в состоянии рассказать ему о своей потере, чтобы уменьшить боль.

– Я левша, Леандро. Долгие годы эти рисунки и рассказы были моим единственным спасением от давления родителей, сокрушавшихся, что я не такая умная, как Адриан. Они спасали меня после его смерти. Теперь я не могу как следует держать карандаш даже минуту, а тем более рисовать. Такое ощущение, что у меня украли единственное, что приносило мне удовольствие. – Благодаря рисункам и рассказам Алекс создала собственный мир, в котором искала укрытия от несправедливости мира.

А теперь у нее в самом деле ничего нет.

Слезы покатились по ее щекам, и Алекс уткнулась лицом в шею Леандро, не позволяя их ему увидеть.

В этот момент она чувствовала себя такой беспомощной… Маленькой девочкой, ожидающей, когда родители скажут ей, что любят ее такой, какая она есть.

Но, по крайней мере, сейчас она смирилась с тем, что не дождется их любви. Достаточно того, что она сама приняла себя – со всеми достоинствами и недостатками. И она нашла в этом утешение.

Леандро крепко ее обнял.

– Мы обратимся к специалистам мирового класса, дорогая. Мы сделаем все, что потребуется. Твоя рука восстановится, вот увидишь. Какие бы упражнения тебе ни назначили, отныне ты будешь делать их со мной. – Он заговорил резче, поэтому его слова прозвучали как команда: – Больше не смей поднимать тяжести.

Алексис мгновенно ощетинилась:

– Я не слабоумная, Леандро. Я выполняю все предписания врачей.

– Прости меня. А пока покажи мне эти папки.

В его серых глазах читалось откровенное лукавство. Он выглядел моложе и беззаботнее, таким Алексис никогда его не видела.

– Я думаю, тебе важно показать их мне, чтобы ты не чувствовала себя одинокой.

Алекс ударила его по плечу:

– Ты ужасный, невыносимый человек! Ты не успокоишься, пока своего не добьешься, да?

Смеясь, он упал на кровать, увлекая Алекс за собой. Она лежала, распластавшись на нем, их ноги переплелись. Рядом с ним ей было так просто и легко.

– Мне придется скрыть от тебя кое-что, пока ты не поделишься со мной своими секретами, – сказал он.

Леандро хотел узнать ее самые сокровенные мысли и желания. Раньше она доверяла их только Адриану.

В душе Алекс затеплилась робкая надежда. Ей очень хотелось, чтобы Леандро по-настоящему заинтересовался ею – как личностью, а не только как матерью своего ребенка.

– Я подумаю над твоим предложением, – ответила она, усаживаясь на него верхом, и ахнула, почувствовав, как сильно он возбужден.

Вскоре они забыли о пререканиях и противостоянии, погрузившись в омут взаимного удовольствия.

Вдоволь наплававшись в огромном бассейне, Алекс с наслаждением вытерлась огромным полотенцем. Жаркое солнце было в зените, но она задержалась в патио еще на несколько минут.

Аромат оливок и трав пронизывал воздух. Вилла была по-настоящему прекрасной.

И не только из-за захватывающего вида на озеро Комо. На вилле чувствовался покой и безмятежность, которой Алекс не встречала больше нигде. Ей нравилось, что два брата и сестра вместе создали этот островок счастья, пережив катастрофические, разрушительные последствия брака своих родителей.

Хотя за те несколько недель, которые она прожила с ними вместе, Валентина время от времени восставала против диктатуры Леандро, а Люка провоцировал брата, чтобы позабавиться, Алекс знала, что они счастливы и любимы только благодаря Леандро.

Он опекал своего брата и сестру не только из чувства долга, ради их благополучия он был готов сделать все, что угодно.

Валентина и Алекс снова стали близкими подругами. Каждые несколько дней на виллу приезжал Люка, и Алекс чувствовала себя членом семьи Конти, как и Иззи.

Антонио старался ее избегать. Старик больше не разговаривал с ней и даже не приближался к ней. Он посматривал на нее со сдержанной враждебностью, но Алекс убедила себя в том, что она не нуждается в его одобрении.

Она понимала: Антонио будет по-прежнему близким человеком для Леандро. Казалось, дед – его самый надежный друг и наставник. Но все же она относилась к Антонио настороженно.

Взяв халат из шезлонга, Алекс надела его и направилась в спальню. Иззи уехала с Валентиной, и впереди у Алекс был долгий день в одиночестве.

Устроившись в тени на залитой солнечным светом террасе, она набрала домашний телефонный номер своих родителей, желая узнать, как прошла их поездка. Когда включился автоответчик, она позвонила на мобильный телефон матери.

Мать охотно отвечала на ее вопросы. Оказалось, родители продали магазин заинтересованному покупателю, который предложил им кучу денег. Алекс сопроводила эту новость необходимыми комментариями, притворившись, что обрадовалась.

Она не помнила, сколько раз пыталась добиться рефинансирования своего дома под залог магазина. А тут кто-то выложил за него кругленькую сумму.

Прошло несколько часов после разговора, но у Алекс было по-прежнему тяжело на душе. Ей не слишком нравилось, что ее родители так быстро продали магазин.

Вероятно, дело в том, что она слишком привыкла работать в нем. А может, ее беспокоило слишком стремительное развитие событий.

Дни пролетали как во сне, и Алекс безуспешно пыталась смириться с переменами, которые вторглись в ее жизнь.

Она чувствовала себя на своем месте только ночью, в объятиях Леандро. Только прижимаясь к его теплой груди и мускулистому телу, она ощущала себя самодостаточной.

За пределами спальни Алекс снова ощущала себя неуверенно и подавленно.

Слишком много перемен…

Валентина познакомилась с загадочным Кайросом Костантиноу, и через три недели после этого он предложил ей выйти за него замуж.

Потом Алекс случайно стала свидетельницей перебранки между Леандро и Люком.

Ощущение неловкости и неуверенности в завтрашнем дне лишь усилилось. Ей казалось, будто она получила мрачное предзнаменование и обязана сделать выбор, который делать не хочет. Как будто ощущение благополучия и радости, которое она испытывает, находясь рядом с Леандро, может исчезнуть в любой момент.

Звуки вечеринки, доносящиеся из сада, проникающие в дом сквозь распахнутые окна и балконные двери, итальянская и греческая речь, знойная джазовая мелодия, густой аромат жасмина, роз и диких орхидей… Все исчезло, когда Леандро заметил разорванную упаковку, выглядывающую из мусорной корзины.

Сжимая холодными пальцами позолоченную мраморную раковину, он уставился на упаковку. Он не знал, как долго так простоял, неподвижный, словно статуя.

Наклонившись, он осторожно взял разорванную упаковку, словно бомбу, которая может сдетонировать в любой момент. Ему стало трудно дышать, когда он рассмотрел обертку.

Кто-то делал тест на беременность.

А так как это была ванная комната в спальне Алексис, в которой они занимались любовью последние шесть недель, у него осталось мало сомнений по поводу, кто именно.

В первую ночь после вечеринки он не предохранялся. Потом Алексис сказала ему, что они должны пользоваться презервативами, пока она снова не начнет принимать противозачаточные таблетки. Он заявил ей, что им не придется предохраняться, когда они поженятся.

Открыв рот, Алекс уставилась на него:

– Пожениться? Ты хочешь еще детей? – спросила она с таким видом, будто ее страшила подобная перспектива.

– Да. А куда, по-твоему, ведут наши отношения? – Его тон стал резким. Леандро был разочарован.

– Брак – это ответственный шаг, – возразила она тогда. – И я пока не могу даже думать о том, чтобы снова родить.

Леандро чувствовал себя обманутым.

– Ты хочешь, чтобы я и дальше пробирался в твою постель по ночам, а днем мы занимались любовью в кладовке? Как ты думаешь, сколько еще ты сможешь водить Изабеллу за нос?

Он не мог дождаться, когда Алексис станет его женой.

Но она велела ему не торопить ее. Она заверяла его: ей нравится, что они постепенно узнают друг друга, и она наслаждается свободой, будучи просто его любовницей, без ограничений, которые возникнут в браке.

Черт побери! Леандро должен был потащить ее в церковь за волосы после такого заявления. Но нет! Он становился рядом с ней настолько беспомощным, что позволил Алексис задавать тон их отношениям.

В конце концов, он действительно ею манипулировал, не так ли?

И потом, она попросила его только об одном – не торопить события.

Теперь Леандро понимал значение слова «сосунок», которым Люка называл некоторых своих друзей.

Леандро хотел сделать Алексис счастливой, завоевать ее доверие. Он водил ее в оперу, смотрел марафон какого-то культового телешоу только потому, что она назвала его несовременным…

Он занимался с ней любовью по ночам в ее спальне, как какой-то позорный любовник, потому что она настаивала на том, что не нужно озадачивать их дочь, пока отношения между ними не уладятся.

Алексис даже не входила в его спальню! Она не позволяла ему заниматься с ней сексом в его постели. Она не разрешала ему просыпаться с ней по утрам, выгоняя из своей комнаты на рассвете, мотивируя это тем, что к ней вот-вот придет Иззи.

И теперь он нашел вот это – тест на беременность.

Беспомощный голосок в его голове пискнул, что, возможно, он раздувает из мухи слона.

Леандро опустился на колени и дрожащими руками перевернул мусорную корзину.

Тест был положительным.

Алексис беременна. От него. Снова.

И она ничего ему не сказала.

Леандро почувствовал холод, который пробрал его до самых костей. За весь день она не удосужилась ему сообщить. Он видел ее во время роскошного завтрака, который устроил в честь Кайроса и Валентины. Алексис сидела рядом с Леандро. Она казалась немного растерянной, пока с ней не заговорил Люка.

Леандро тогда даже рассердился. Брат всегда находил, что сказать, чтобы Алексис улыбалась и смеялась. Люка ухаживал за ней так, как ни за одной другой женщиной.

После завтрака они разошлись в разные стороны. Голова Леандро была занята предстоящей вечеринкой по случаю помолвки Валентины.

Так было до тех пор, пока он не пришел в спальню Алексис, чтобы напрямик спросить, что ее беспокоит. И чем он может ей помочь.

Она солгала ему, сказав, что ее беспокоит здоровье отца. Боясь, что она снова от него закроется, Леандро принял ее ответ.

Он занимался с ней любовью на этой самой кровати, пока на виллу прибывали родственники и представители высшего света Италии. Он ласкал и целовал Алексис, пока она не стала с мольбой выкрикивать его имя.

Потому что только в постели он мог разбить ту стену, которой она от него отгораживалась. Только когда Алексис была обнажена и извивалась под ним, она принадлежала ему и душой и телом.

Всю прошлую неделю она была резкой и рассеянной, даже с Иззи. Валентина осторожно заметила, что у Алексис улучшился аппетит. Несомненно, она знала или, по крайней мере, догадывалась о своем положении сегодня утром.

Зарычав, он оттолкнул от себя мусорную корзину и бросил тест на пол.

Обида и боль пронзили его, угрожая лишить рассудительности. Он чувствовал, как перестает контролировать свою жизнь.

Зачем Алексис скрыла от него правду на этот раз? Чего она боится? Или она решила, что не желает быть его женой?

Вчера она упомянула, что хотела бы съездить в Нью-Йорк. Зачем? Зачем ехать в Нью-Йорк сейчас? Почему она отстраняется от него?

И что он может сделать, чтобы ее остановить?

Глава 11

Занимался рассвет, но Алексис так и не пришла к Леандро и ни о чем ему не сказала. Впервые после той ночи, когда занимался с ней любовью, Леандро держался подальше от ее спальни.

Вечеринка закончилась несколько часов назад. Абсолютная тишина и кромешная тьма ночи соответствовали мрачному настроению Леандро. Так или иначе, ему удавалось сдерживаться. Когда началась вечеринка, он стиснул зубы и вежливо приветствовал гостей.

У него саднило лицо от вымученных улыбок.

Кровь застыла в его жилах при виде Алексис в темно-синем шелковом платье, красиво облегающем ее фигуру. Она выглядела напряженной, хотя это заметил только Леандро. Как и он, Алексис не хотела омрачать счастье Валентины.

Если он подойдет к ней, у него сдадут нервы.

Если он прикоснется к ней, то забудется в чувственности ее тела, и ему будет все равно, почему она его избегает.

Леандро переживал настоящее безумие. Он должен сделать хоть что-нибудь, чтобы обуздать свои чувства. Он обязан срочно принять меры.

Войдя в свой кабинет, Леандро с грохотом захлопнул за собой дверь.

Он приходил сюда бесчисленное количество раз, чтобы проглотить свои слезы и похоронить страхи. Чтобы укрепить мужество и действовать разумно.

Здесь Леандро повзрослел, выяснив, что человек, который приходился ему отцом и должен был защищать своих детей, на самом деле просто животное.

В этом кабинете Леандро угрожал Энцо после того, как тот ударил свою жену.

Здесь он обнимал Люку, когда открылась страшная правда об их матери.

Именно здесь он несколько дней спорил с Антонио, убеждая его, что Валентина должна жить с ними.

Леандро плеснул в бокал щедрую порцию виски, когда у него за спиной открылась дверь.

Он решил, что это Алексис. В его душе затеплилась надежда, и он обернулся. В дверях стоял Антонио, и Леандро отвел взгляд. Он не хотел, чтобы кто-нибудь видел его в таком состоянии.

– Пьянствуешь, Леандро?

Вопрос деда был резким и жестким, с огромным подтекстом. Энцо, помимо остального, был алкоголиком. Последствия его алкоголизма коснулись всех, даже Антонио.

Леандро решительно осушил бокал. Виски обожгло его горло и притупило неприятные эмоции. Повернувшись к Антонио, он пожал плечами:

– Разве я не заслужил, дедушка?

Трость Антонио резко стучала по мраморному полу:

– Ты стал слабым.

Леандро молчал, не желая соглашаться с Антонио.

– Что эта женщина сделала на этот раз?

Леандро резко хохотнул:

– Она беременна.

Глаза старика радостно сверкнули, и Леандро отвел взгляд. Дед хлопнул его по плечу.

– Скорее женись на ней, – сказал он так, словно Леандро ждал его разрешения. – Наследник Конти не может быть незаконнорожденным…

– Никто не знает, что родится мальчик. И потом, она ничего мне не сказала.

Антонио хмыкнул:

– По-твоему, она будет тебя шантажировать?

– Алексис не тот человек, чтобы так поступать.

– Тогда почему?… – Антонио внимательно посмотрел на Леандро, потом нахмурился. – Тебе неприятно, что она молчит?

Леандро пригладил волосы дрожащими пальцами. В трудных ситуациях он легко доверялся деду.

– Да, мне неприятно. Это означает, что она по-прежнему мне не доверяет. Это означает, что она до сих пор не согласна стать моей женой.

Это означает, что Леандро так и не завладел ее сердцем. И это его обижало.

Нечто, похожее на торжество, промелькнуло во взгляде Антонио, и Леандро насторожился.

– Она играет на твоих инстинктах, отказывается выйти за тебя замуж, забавляется с твоими чувствами. Я знал – это случится.

Потерев затылок дрожащей рукой, Леандро молча смотрел в пол.

Услышав хлопок папки по столу из красного дерева, он поднял голову.

Антонио смотрел на него с мрачным триумфом.

– Что это? – спросил Леандро.

– Прочти сам.

Небольшой логотип в правом верхнем углу папки принадлежал элитному миланскому детективному агентству.

Он увидел фотографию Алексис в возрасте восьми-девяти лет. Она выглядела наивной, но ее подбородок был вызывающе вздернут.

Множество страниц с информацией об Алексис, начиная с отчетов о ее учебе в школе и заканчивая полицейским предупреждением, которое она с друзьями получила за незначительную магазинную кражу. В восемнадцать лет ее уволили из бухгалтерской фирмы – как раз после смерти брата.

В папке были факты о беременности Алексис, которые Леандро не знал. Кредит на открытие ее магазина, который почти разорился. Подробности об автокатастрофе и периоде реабилитации Алексис.

Леандро стало тошно.

– Что это? – задал он риторический вопрос. Ему было трудно поверить своим глазам.

– Я заказал расследование в этом агентстве через неделю после того, как эта женщина ворвалась в наш дом. Информация о магазине, неудачные инвестиции, автокатастрофа… Я могу за две минуты найти адвоката, который докажет, что она неспособна воспитывать детей. И твои дети будут только твоими.

– Я не разлучу своих детей с матерью. Она нужна мне, Антонио.

Слова Леандро эхом отразились от стен кабинета. Дед недовольно поджал губы, но Леандро было на него наплевать.

Впервые в жизни он хотел, нет, отчаянно нуждался в том, чтобы ему улыбнулась удача. Он желал завоевать Алекс и быть любимым этой сильной женщиной. Он жаждал греться в теплых объятиях ее смеха и страсти. Он хотел засыпать с ней темными ночами и просыпаться с ней на рассвете. Он стремился помочь ей выздороветь и увидеть, как ее душа парит от счастья…

Однако он не понимал, как удержать ее рядом с собой.

– Я не могу причинить ей боль, дедушка. Я никогда не прощу себя, если заставлю ее страдать.

– Тогда используй эти сведения от моего имени. Припугни ее результатами этого расследования, и она останется с тобой.

Леандро нахмурился. Антонио предлагал дьявольски коварный, но простой план. Он мог заставить Алексис сделать то, что ему нужно. Одного намека на то, что ее разлучат с Изабеллой, будет достаточно, чтобы Алексис упала в объятия Леандро. Леандро успокоит ее, убедив, что это неправда, и уговорит пойти с ним к алтарю. И она останется с ним навсегда.

После того как Алексис пообещает стать его женой, пути назад для нее будут отрезаны. Она станет идеальной, обожающей его женой, бесконечно преданной Леандро и семье. В этом он нисколько не сомневался.

Придется выбирать: или жизнь с Алексис, Изабеллой и еще не рожденным ребенком, как должно быть, или беспокойство, путаница в чувствах и бездна отчаяния, которую ему не удастся заполнить, как бы он ни старался.

Если он использует полученные дедом сведения против Алексис, ее жизнь рухнет. Это было худшее, что мог с ней сделать Леандро, даже от имени Антонио.

Но если он так не поступит, она, вероятно, никогда не согласится выйти за него замуж. Что же ему делать?

Он согласен жениться только на одной-единственной женщине, которая ему желанна и дорога.

Так чего же он медлит?

Алекс чувствовала, что на ее горле сжимается невидимая рука. Скоро она задушит ее, если Алекс не сообщит Леандро о беременности. Ужасающая тревога, которую она пережила, увидев положительный результат теста, немного улеглась. Однако страх перед неизбежным будущим остался.

Она ненавидела себя за то, что вынуждена молчать, ведь она знала, как Леандро обрадуется ребенку.

Он хочет большую, любящую семью. Он жаждет того, чего не было у него, Люки и Валентины. Он окутает этого ребенка такой же сильной любовью, какой он окутал Изабеллу. В нем столько нерастраченной нежности. Только непонятно, удастся ли ему открыться настолько, чтобы почувствовать нечто подобное к Алекс?

Снова и снова Леандро говорил о долге. О том, какая Алекс исключительная мать, раз она решила обезопасить будущее Иззи. О том, как им всем хорошо вместе…

И ни слова об Алекс и себе.

Ни слова о том, почему он так страстно хочет ее каждую ночь; о том, отчего с таким страхом смотрит на нее, когда думает, что она его не видит; о том, почему он сердится и суетится всякий раз, когда она откладывает разговор об их будущем…

Поймет ли он когда-нибудь, что должен рискнуть и открыться ей, если хочет ее удержать? Неужели только Алекс будет идти на уступки, а он станет по-прежнему упрямиться? Будет ли он манипулировать ею снова и снова, как уже поступил в случае с магазином ее родителей?

Одного вопроса, заданного Люке, и пяти минут общения с ним было достаточно, чтобы выяснить, что какая-то офшорная фирма, входящая в компанию «Конти лакшри гудз», приобрела маленький магазин здорового питания в Бруклине.

Зачем он купил их магазин, предложив за него завышенную цену?

Вероятно, он просто хотел и дальше контролировать их отношения. Поэтому каждый раз, когда Алекс вчера набиралась смелости озвучить ему причины того, почему не нужно торопиться со свадьбой, ее одолевал страх.

Страх по поводу того, что она позволит Леандро убедить ее стать его женой и привязать ее к себе, не открывая ей своего сердца. Что она будет всегда задаваться вопросом, в чем она виновата, если он так и не научился ее любить… Алекс не хотела такой участи.

Она не желала провести остаток жизни так, как жила прежде. Она жаждала родительского одобрения и внимания, но так и не получила их; она научилась считать себя неадекватной; она заставляла себя браться за дела, в которых она никогда бы не преуспела…

Снова и снова…

С Леандро ситуация ухудшится в тысячу раз, потому что от него она хотела больше, чем от кого-либо другого.

Она желала, чтобы он хотел быть ее мужем потому, что не может без нее жить. Потому, что он любит ее так же сильно, как она его. Она хотела, чтобы он отчаянно нуждался в ней, как она в нем.

И в этом она будет стоять на своем.

Несмотря на то что расставание с Леандро окончательно разрушит ее жизнь и разобьет ее сердце.

Утро началось для Алекс с ужасной тошноты. Она почти не спала, ожидая и надеясь, что Леандро придет к ней.

На рассвете она поняла, что он не появится, и расплакалась. Слезы были одновременно облегчением и бременем, потому что она по-прежнему не решила, что делать.

Ей отчаянно хотелось найти Леандро, броситься в его объятия и сказать ему, как сильно она его любит. Но что бы он ей ответил? Что делать, если он просто этим воспользуется?

Как ей поступить, если он примет самое большое откровение Алекс за ее очередную слабость?

Выпив апельсинового сока, она решила прогуляться с Иззи, когда на террасу вышел мрачный Люка. От страха у Алексис сдавило горло, она мгновенно поняла: что-то произошло.

Люка бросил на стол папку:

– Я обещал тебе помогать.

В его голосе не было ни тепла, ни очарования. На его виске пульсировала жилка, обычно улыбающиеся губы были сурово сжаты.

Люка был так не похож на себя, что Алекс понадобилось несколько секунд, чтобы сосредоточиться на папке, которая лежала перед ней как змея, готовая нанести смертельный удар.

– Что это, Люка? – спросила она.

– Информация, дорогая, – резко произнес он, и у нее сдавило горло. – О тебе. Доказательства того, что ты никчемная мать.

Алекс стало плохо. Она упала бы, если бы Люка не удержал ее. Ее сердце колотилось как сумасшедшее, у нее кружилась голова. Ее затошнило сильнее, чем утром.

Она схватилась за край стола, словно за соломинку.

Никчемная мать… Эта фраза жгла ее, словно клеймо. Боль, которую она испытывала, была сильнее, чем от ран в результате аварии.

Алексис открыла папку дрожащими руками. Она смотрела на страницы с описанием своей жизни, сведенной к сухим фактам. Все ее страхи и неуверенность проснулись с новой силой.

Неорганизованность. Непредсказуемое, асоциальное поведение. Низкий финансовый доход. Годы рабского труда в магазине и дома, и ничего взамен. Никакого карьерного роста.

Травма руки. Панические атаки.

Слова ранили ее, как терновые шипы.

Уткнувшись лбом в стол, она сделала глубокий вдох, чтобы немного успокоиться.

Нет, она не разрешит себя унижать. Она не позволит боли и страхам снова сделать ее беспомощной.

И вообще, все эти сведения не о ней. Она уже не та, какой была семь лет назад. Она та женщина, которая родила дочь и достойно ее воспитала, несмотря ни на что. Она та женщина, которая осмелилась установить правила в отношениях с беспощадным тираном по имени Леандро Конти.

Алекс запретила себе плакать. Она не сдерживала ярость. Встав, она взглянула Люке прямо в глаза.

– Кто заказал это расследование? – спросила она и мысленно взмолилась, чтобы это был не Леандро.

Если он на такое решился, она никогда его не простит.

– Антонио, – ответил Люка, и она облегченно выдохнула. – Через три часа будет чартерный рейс. Лучше всего, если ты уедешь вместе с Иззи.

– По-твоему, Леандро использует эту информацию против меня? – в ужасе спросила Алекс.

– Я перестал гадать, до чего может дойти мой брат, чтобы сделать то, что он считает правильным. Он поступает так слишком давно и не знает ничего другого. – Люка резко ударил кулаком по столу. – Возможно, я был не прав и нет никакой надежды на…

Кулак, врезавшийся в скулу Люки, отбросил его от стола. Молодой человек громко выругался. Сердце Алекс едва не выскочило из груди.

Она опешила, когда поняла, что Люку ударил Леандро.

С разбитыми костяшками пальцев, сжатыми в тонкую линию губами, сверкающими от ярости серыми глазами, Леандро был не похож на себя.

Когда он снова двинулся к встающему с пола Люке, Алекс преградила ему путь.

– Перестань немедленно. Что, черт побери, на тебя нашло?

По лицу Леандро пробежала тень, и Алекс испугалась, но не отступила.

– Он не только советует тебе сбежать с Изабеллой, но и берется тебе помогать. И я должен его простить?

– Он помогает мне, потому что разочаровался в тебе. Он думает, ты бесчувственная скотина, которая будет манипулировать мной и заставит меня жить с тобой, хотя ты этого не заслужил.

Леандро резко запрокинул голову, словно его ударили. Его чувственные губы, которые целовали и ласкали ее, дрогнули. Но Алекс не испытала никакого удовлетворения от того, что причинила ему боль и заставила его почувствовать себя беспомощным.

Как она могла торжествовать, когда от страха у нее скручивало живот? Она не знала, какое будущее ее ждет.

Послышался резкий смех Люки. Поднявшись, он направлялся к двери.

– Ты зря ему доверяла, – сказал он, уходя.

Леандро с грустью оглядел Алексис.

– По-твоему, я не заслуживаю знать о том, что снова стану отцом? – спросил он.

В его вопросе не было ярости или разочарования. Он говорил так, словно уже потерял Алексис. Словно она безумно обидела его, не сообщив столь важную новость.

– Мне не удалось бы долго скрывать это от тебя, – ответила она.

– Но ты не поделилась со мной, а это о многом говорит.

– Я ненавидела себя за молчание каждую минуту. Я ненавидела себя за то, что лишаю тебя такой радости. Но, Леандро, ты постоянно мной манипулируешь. – По ее щекам покатились слезы. – Я всегда тебе доверяла, а ты… Он прав, Леандро? – продолжала она. – Ты бы использовал эту информацию против меня? – Ее голос надломился, горло саднило так, словно его утыкали иголками. – Ты думал об этом?

Его сила и тепло окружили ее, и Алекс почти прижалась к Леандро, поддавшись сильному желанию и инстинкту. Когда он заговорил, его голос звучал глухо.

– Я думал об этом, – ответил он. – Пять минут. Я был в отчаянии, дорогая. На прошлой неделе я решил, что ты меня бросишь. Ты избегала меня и не сообщила мне о беременности.

Он потер глаза основанием ладони. Его уязвимость задела Алекс за живое.

– Потому что ты заставил меня сомневаться во всем, – произнесла она. – Ты купил магазин моих родителей и не сказал мне ни слова. Ты твердил о браке, долге и семье, но не о нас с тобой. Я не могу жить так… снова. Не после того, как я узнала… Не ради Иззи и второго ребенка. Я больше не соглашусь на что-то меньшее. По крайней мере, не от тебя. Я заслуживаю того, чтобы прожить свою жизнь с любящим мужчиной, Леандро.

– Значит, ты уходишь от меня, Алексис?

Напряжение внезапно отпустило ее. В свой короткий вопрос Леандро вложил весь смысл того, что происходило между ними.

Прежний Леандро никогда не задал бы такой отчаянный вопрос. Он не боялся бы все потерять. Он ни за что не признал бы свое поражение, потому что ради своих целей сдвигал горы.

Боль в его словах стала маленьким, шатким мостом над пропастью, которая разверзлась между ним и Алекс на прошедшей неделе.

В ее душе затеплилась надежда.

Сердце едва не выскакивало из ее груди, она чувствовала Леандро каждой клеточкой тела. Алекс внимательно посмотрела на него.

– Если я воспользуюсь помощью Люки, виноват в этом будешь ты, – сказала она. – Если ты потеряешь право быть отцом Иззи, если лишишься радости от нашего общения… – Она сглотнула. – То в этом будешь виноват только ты. Ты сам решил не открывать мне свои чувства. Все из-за твоего упрямства и высокомерного убеждения, будто ты знаешь обо всем лучше других. Из-за твоего неумения понять, что ты можешь разрушить лучшее, что приходит в твою жизнь.

Наступившее молчание нарушало только птичье пение и тихое жужжание газонокосилки вдали. Сердце Алекс замерло.

– По-твоему, я бесчувственный, дорогая? Я набросился на своего брата, как зверь. Разве это не доказывает мою слабость? Ты считаешь, меня не ужасает то, что я ничего не могу сделать, чтобы жизнь вокруг меня перестала рушиться? Ты думаешь, мне не противно, что я позволил тебе просто увидеть папку из детективного агентства? Мое сердце уже мне не принадлежит, – продолжал Леандро. – Моя судьба мне больше не принадлежит. Рядом с тобой я превратился в ничто, сокровище мое. Я никто без твоей любви.

И в этот момент Леандро Конти, которого она любила всей душой, опустился на колени.

Затем этот потрясающий, благородный человек поднял голову и произнес слова, которые она жаждала услышать больше всего на свете.

– Всю свою жизнь я пытался контролировать себя. Я постоянно следил за тем, чтобы никто не обидел ни меня, ни Люку, ни Валентину. Я не привык рисковать. Я даже не подозревал, чего лишался, пока не встретил тебя. Ты заставила меня рискнуть всем, дорогая. Я вручаю тебе свое сердце. Я доверяю тебе свою жизнь. Я так сильно люблю тебя, дорогая. Если ты дашь мне шанс, я изменюсь. И научусь любить. И рискну всем снова и снова, чтобы доказать, что достоин женщины, которую люблю больше всего на свете.

Женщина, которую я люблю больше всего на свете…

По щекам Алекс покатились слезы.

Ей казалось, что от счастья она парит в облаках.

Упав на колени перед Леандро, Алекс поцеловала его в губы. Он страстно, жадно и с огромной любовью ответил на ее поцелуй, понимая, что никогда не насытится ею. Он чувствовал ее безусловную любовь, принятие и безоговорочное доверие.

Он говорил ей нежные слова, покрывая поцелуями ее лицо и крепко обнимая. О его тревоге говорила дрожь в пальцах.

Леандро резко произнес:

– Ради бога, дорогая, скажи, что не бросишь меня. Скажи, что ты останешься со мной и будешь любить меня. Скажи, что ты позволишь мне быть частью твоей жизни, любимая. Я больше никогда не осмелюсь тобой манипулировать.

– Я люблю тебя, Леандро, так сильно люблю… – Алекс уткнулась губами в его шею, вдыхая запах его тела. – Я убила бы тебя, если бы ты использовал эту информацию против меня.

– Тише, дорогая. Это меня можно считать никчемным, потому что я только теперь учусь любить тебя. Именно я не достоин тебя, Иззи и этого ребенка. – Он притянул ее к себе, усадил на колени и коснулся рукой ее живота.

– Я ненавижу Антонио, Леандро, – сказала Алекс, прижимаясь к его мускулистому телу. – И никогда не прощу его за то, что он предложил тебе такое.

Он нежно сжал пальцами ее подбородок:

– Он старик, дорогая, его уже не переделать.

От страха она заговорила резче и жестче:

– Что было бы, если бы ты потерял меня из-за его ужасного совета? Что было бы, если бы мы потеряли все?

– Знаешь, что я вижу, глядя на него, Алексис? – спросил Леандро. – Подтверждение того, каким я мог бы стать. Он пережил горе и потери, страдания закалили его, дорогая. Он пытался по-своему делать добро Люке и мне. Он останется членом моей семьи.

– Ты щедрый, добрый и благородный, Леандро. – Алекс повернулась в его объятиях и прижалась лбом к его лбу. – Ты мой любимый мужчина. Ты никогда не станешь таким, как он. Ты никогда не навредишь тому, кого ты любишь.

Ее вера в него окрылила Леандро, ее любовь к нему встряхнула его.

– Но я уже навредил, Алексис.

– Что ты имеешь в виду?

Леандро уткнулся лицом в ее плечо, превозмогая страх.

– Люка ненавидит меня. А Валентина… Боже, счастье Валентины зависит от моего решения.

– Ты свел с ней Кайроса, верно? – Алекс проницательно на него посмотрела.

– Да. Я не мог рисковать. Антонио угрожал рассказать ей, что она не Конти. Я думал, когда она выйдет замуж, ей будет все равно, от кого она родилась. Люка справедливо считает, что я играю ее счастьем. Если она об этом узнает, ни за что не простит меня. И я потеряю ее.

Теперь Алекс понимала гнев Люки и скрываемый под ним страх. Но она не могла позволить любимому человеку страдать.

– У тебя были благие намерения, – сказала она. – Ты так поступил потому, что очень сильно ее любишь. Однажды она поймет тебя, Леандро. Потому что любит тебя. Так же, как я поняла, почему ты так поступал со мной.

Видя доверие в ее глазах, чувствуя жар ее объятий, Леандро впервые в жизни понял, что он больше не одинок. Теперь он не должен нести свое бремя самостоятельно. Алексис постарается защищать его, как он защищает ее.

Ее искренняя любовь подарила ему покой. Он припал к ее губам.

– Обещай, что будешь со мной вечно, – произнес он.

В знак согласия Алекс поцеловала его в ответ.

Эпилог

Десять лет спустя

Леандро стоял, прислонившись к стене, в небольшом книжном магазине. Мокрый ноябрьский снег заметал улицы Сиэтла.

В дальнем углу помещения находился камин, и пляшущее в нем пламя подчеркивало царящую в магазинчике сказочную атмосферу.

Его губы изогнулись в улыбке, когда его жена добралась до эпизода, в котором белочка зашла в темную пещеру.

Алексис заговорила глубоким басом, изображая свирепого тигра, потом тонким голоском, как испуганная белочка. Окружающие ее дети застыли от удивления, испуга и предвкушения. Некоторые понимающе улыбались, потому что знали, что произошло дальше. Некоторые вздрагивали, слыша историю впервые.

Его дочери, десятилетняя Виолетта и шестилетняя Кьяра, наблюдали за Алексис с широко открытыми глазами и ртами.

Леандро потребовалось восемнадцать мучительных месяцев, чтобы окончательно завоевать доверие Алексис и увидеть ее рассказы и рисунки. Он сразу понял, что у нее большой талант, и не ошибся – ее книги раскупались мгновенно.

Леандро наслаждался каждой минутой рядом с этой гениальной женщиной. Кьяра еще не понимала, что Алексис – знаменитая детская писательница. Для нее и остальных дочек она была просто их любящая и очаровательная, а в случае с Иззи – иногда немного строгая мама.

Вспомнив о дочери-подростке, Леандро повернулся к ней. Шестнадцатилетняя Иззи уже вовсю трепала ему нервы своими бунтарскими выходками. Она стояла в дальнем углу магазина, болтая с мальчиком, и бросала на отца предупреждающие взгляды, намекая, чтобы он притворился, будто не знаком с ней.

Отвернувшись, Леандро широко улыбнулся.

Он не признался бы даже под страхом смерти, что любит Иззи именно такой, какая она есть, хотя время от времени от ее трюков он лез на стену. Он любил всех своих дочек, таких разных, но таких родных.

Жаль, что Антонио до сих пор не понимал, как повезло его внуку. Леандро не забыл, как разочаровался старик, когда родилась Кьяра. Антонио так и не смирился с тем, что у внука нет наследника.

Леандро отошел от двери, услышав громкие аплодисменты. Виолетта побежала к Иззи, Кьяра последовала за ней. Некоторые дети просили Алексис подписать книги, другие спрашивали, когда вый дут новые истории о приключениях волшебной белочки.

Наконец Алексис подошла к Леандро. Он быстро и жадно поцеловал ее в губы. Ее щеки порозовели. Она шутливо оттолкнула мужа.

– Книжный магазин, дети, Леандро, помнишь? – спросила она.

Обхватив за бедра, он привлек жену к себе. Вот уже три месяца Алексис ездила по миру со всей своей семьей, рекламируя книги. Уже три месяца Кьяра спала вместе с родителями, заявив, что ей не нравится ее кровать. Изабелла постоянно жаловалась на жизнь, а Виолетта ходила по пятам за младшей сестрой.

– Ничего не могу с собой поделать, дорогая, – сказал он. – Как только мы вернемся в отель, начнется ад.

Алекс ткнула его локтем в бок:

– Ты хотел большую семью, помнишь?

– Да, но я думал, дети будут святыми, как я. Но они пошли в тебя.

На этот раз она поцеловала его в губы.

– Тогда отвези меня домой, Леандро. В нашу большую кровать, где мы проведем долгие ночи. – Она лукаво рассмеялась, и ее глаза просияли. – Может, нам удастся отправить девочек к их тетушке, и у нас с тобой будет четвертый медовый месяц. – Она провела языком по его губам в томном приглашении, а затем слегка отстранилась. – Если ты хочешь.

Леандро крепче прижал ее к себе.

– Я всегда тебя хочу, дорогая, – сказал он, утыкаясь носом в ее волосы.

Щеки Алексис порозовели, она тихонько ахнула. Каждый раз, глядя на свою жену, Леандро сильнее в нее влюблялся.

– Я люблю тебя, Леандро, – произнесла она.

– И я люблю тебя, дорогая, – нежно прошептал он в ответ, и от счастья его сердце забилось чаще.

Content

Тара Пэмми
Просто скажи «да»
Роман

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Эпилог