Роман Дремичев

ОЗЕРО ТУМАНА

Тихи и спокойны воды холодного горного озера, словно застывшее зеркало, отражают они синее высокое небо и бегущие вдаль по нему облака. В ожерелье диких кустов и высоких трав нежится оно среди скал и горных вершин, упирающихся прямо в купол небес. Несколько старых, покрытых мхом деревьев высятся на берегу, склоняя свои пожухлые кроны почти до самой земли, искривленными стволами льнющие к холодному камню.

Но мрак глубины таится под видимостью спокойствия. Черные слизкие водоросли припадают к берегу, словно уставшие пловцы, вынырнувшие на свет с опасной глубины. И тишина низко скользит над землей. Не слышно пения птиц, в кустах не шелохнется дикий зверь, ничто не нарушает плеском застывшее серебро озера. Лишь высоко у самых вершин иногда заходится протяжным воем бродяга-ветер, навевая тоску и печаль.

И любой из живых, кто увидел бы эту картину, наполнил бы свою душу красотой и спокойствием, смирением и безмятежностью. Но иногда видения бывают обманчивыми. И до поры лишь тишина и ветер главенствовали в горной неприметной котловине да солнце сверкало лучами, отражаясь в невозмутимой глади воды.

* * *

Черные, подсвеченные синевой тучи сгустились над высокими скалами, громыхал оглушительно гром, и дождь почти непроглядной стеной сыпался с обезумевших небес. Пузырящаяся рябь нарушила гладь безмятежного озера, пустив волны, что качали темные водоросли и плескали на песчаный берег. Но это было еще не все. Странное свечение возникло вдруг среди туч и яркий свет его был сильнее света падающих к земле кривых молний. И озарил он всю округу. Багрово-розовое сияние наполнило собой всю долину. Но вот свет собрался воедино и тонким лучом упал в одну точку — в самый центр древнего озера. Пульсирующий огонь наполнил луч, заставляя его дрожать, но не преломляться. Вот сияние сменилось на темно-синее, какого еще не видела земля. И внутри луча мелькнул странный вытянутый предмет темных цветов. С тихим, почти не различимым плеском, он вошел в воду и погрузился на самое дно. А через миг погасло и свечение, луч исчез, водопадом сверкающих искр осыпался вниз. И вновь лишь мрак кругом, озаряемый вспышками молний, наполненный шумом грозы и ливня. А крупные капли все также монотонно бьют по поверхности воды…

* * *

Прошли века, сложившиеся в тысячелетия, и у подножия Синих гор на плато Аршан возникла и расцвела пышным цветом страна Ильрет. Маленькие деревушки диких людей превратились в огромные белокаменные города, взметнувшие свои прекрасные резные башни к самым небесам. Землю прочертили дороги. Каналы ирригационных систем и рек разбавили синим зелень полей и лугов. Глубоко к недрам гор устремились длинные шахты, где чумазые рудокопы добывали в пыли и поту алмазы и золото. Звон стали и скрип дерева разносился повсюду. Золотой век расцвета человечества медленно и гордо ступал по земле.

А высоко в горах в недрах озера все еще дремало древнее нечто. И никто из ныне живущих не ведал о нем.

* * *

— Постой, постой, — вскричала со смехом босоногая девушка в развевающихся одеждах, стремительно скользя по густой и сочной траве. Она нежно улыбалась, догоняя стройного сильного юношу с волосами цвета воронова крыла, в чьих глазах искрились огоньки веселья и любви. — Да погоди же ты, мне за тобой не угнаться.

Но юноша спиной вперед двигался все дальше, маня девушку руками и улыбался. Он был счастлив и влюблен, и объект его любви был рядом с ним. И никого вокруг, лишь полная луна, застывшая на черном небе, усыпанном блестками звезд, безучастно взирала на игры влюбленных.

Вот девушка ускорила бег, в стремительном движении догнав все же юношу, и бросилась к нему на шею, звонко смеясь. Не удержавшись на ногах, влюбленные повалились в густую траву, осыпая друг друга жаркими, страстными поцелуями. Их радость и счастье, казалось, зажигали вокруг свет, что сливался в вышине с тусклым светом одинокой луны.

— Я все же догнала тебя, — тихо прошептала она, не разжимая своих объятий, и потерлась носом о его щеку.

— Я и не сомневался в этом, милая!

И снова лишь звуки поцелуев нарушали чарующую тишину ночи. Но вдруг девушка ущипнула юношу за плечо и, извиваясь словно змея, выскользнула из его рук и устремилась в ночь с криком:

— А теперь ты меня догоняй!

Улыбнувшись, он вскочил на ноги и бросился вслед за ней, окрыленный этой сказочной ночью и ароматами любви, что наполнили ночной воздух. И разведя сильные руки в стороны, он бежал и кричал, кричал что-то радостное, волнующее навстречу далеким небесам, и лишь легкий ветер вторил ему.

Вот юноша нагнал свою подругу на вершине холма, где одиноко над густой травой возвышалось высокое старое дерево с раскидистой пышной кроной, трепещущей на ветру, и обнял ее сзади, прижавшись губами к нежной шее.

— Смотри, как красиво, — услышал он тихий шепот, чувствуя теплоту ее кожи и учащенное биение нежного сердца. — Никогда не видела ничего прекраснее.

Он поднял взгляд и замер. Перед ним во всей красе лучилась отблесками призрачного света гладь горного озера, окруженного травами и цветущим кустарником. И поляна, укрытая ковром мягкой травы, сбегала по склону прямо к самому берегу, обрываясь у небольшой заводи.

Гордые седые вершины взирали на них с высока. И тишина дарила сказочный мир, а красота этого места еще больше окрыляла влюбленные сердца.

— Пошли, спустимся туда быстрее, — прошептала девушка, громко смеясь и ликуя, сорвалась с места и, танцуя в теплом воздухе, заскользила по траве вниз. Юноша бросился следом.

Сказочная атмосфера уединенности и скрытности дарила им самые прекрасные моменты любви, наполняя души счастьем и негой.

Девушка с разбегу, не помня себя от счастья, влетела в холодные воды почти по колено, оказавшись словно в расплавленном серебре, нарушив незыблемую гладь. Юноша, смеясь, прыгнул следом за ней, подняв в небеса тучу искрящихся брызг. Он обнял ее, прижал к себе страстно, и нежный поцелуй лег на их уста. Они долго стояли так, словно две прекрасные статуи в сказочном саду, не замечая ничего вокруг. Эта ночь была лишь для них и только для них. Крики радости и звонкий смех терзали тишину, паря низко над землей. А влюбленные все также продолжали плескаться в холодных водах горного озера, и только луна, медленно плывя по небу, наблюдала за ними.

* * *

Наигравшись в воде, немного придя в себя и замерзнув, юноша и девушка выскочили на берег и рухнули в двух шагах от берега в траву, крепко обнявшись. Их ноги сплелись, руки юноши страстно прижимали девушку к груди, поцелуи лились рекой, даря наслаждение и разгоняя кровь.

Но вдруг что-то изменилось. Девушка в порыве страсти задрала голову к небу, зажмурив глаза от ласки и тепла, что дарил ей любимый, а когда открыла их, то с тихим вскриком оттолкнула его от себя и хриплым испуганным голосом прошептала:

— О, боги, что это? Смотри!

— Что случилось? — юноша взглянул на небо и замер, оглядывая горизонт. А там творилось что-то странное и удивительное. Черноту космоса разбавил фиолетовый туман, скрывая звезды и окутывая искрящимся ореолом далекую луну.

Он медленно плыл в недосягаемой вышине, изменяя форму и сворачиваясь в немыслимой красоты фигуры.

Но люди не видели их красоты, страх перед неизведанным сковал твердым льдом их сердца. Ибо все, что не ведомо и не познано, таит в себе лишь угрозу.

А туман этот, как оказалось, исходил словно из недр самого озера. Медленно срываясь с его поверхности, он взмывал ввысь и там кружился, растекался, изменялся. Он величественно скользил над землей, закручиваясь в вихри и спирали. Такого дива люди еще не видели. Они слово зачарованные смотрело на происходящее, и ужас все сильнее и настырнее проникал в их тела, призывая из недр их душ свое верное детище — панику.

Вдруг гладь озера прорезали морщины волн, и из глубины совершенно беззвучно выплыли, зависнув на мгновение в воздухе, искрящиеся красные шары, каждый размером с голову человека, а затем медленно поплыли вверх, кружась и наливаясь светом. Капли воды искрились на их гладкой поверхности. Странная тихая музыка вдруг проникла в тишину, наполнив ее чарующей мелодией, и шары, словно услышав ее мотив, закружились в странном хороводе. Вот по их поверхности зазмеились разряды молний, и сноп искр с оглушительным треском сорвался вниз, пронзая воду, заставляя ее вскипать в местах соприкосновений. Воздух наполнился озоном, как после грозы.

Этот треск, как ни странно, привел людей в чувство. С тихим шепотом: «Бежим», юноша заставил подняться все еще не пришедшую в себя от увиденного девушку и, оглядываясь назад, повлек ее за собой вверх по склону. Но едва оказавшись на нем, они едва не рухнули в бездну. Девушка с громким криком отпрянула назад, увлекая за собой возлюбленного от гибели. Чуть отдышавшись и набравшись смелости, они вновь заглянули через край.

— Что же это такое? Где мы? О, боги! — слезы замерли у нее в глазах. Еще недавно ее распирало от неземного счастья, теперь лишь животный страх теснился в ее душе.

А перед ними ничего уже не было. Холм обрывался в пустоту, в клубящийся раствор тумана, и было ли там дно — неизвестно. Лишь алые искры метались внизу, — исчезло все — камни, скалы, травы, сама земля. Казалось, от всего огромного мира остался лишь этот крохотный клочок — окруженное горными вершинами озеро, плывущее в кипящей круговерти фиолетового тумана..

Странные вспышки света всплывали из его глубины, и тогда вверх стремился, словно щупальце какого-то неведомого существа, белый ослепительный луч, но через миг опадал, исчезая, — словно свет иных миров проникал через завесу тумана, наполняя собой пространство.

И вдруг громкий плеск заставил их оглянуться назад, и тогда крик ужаса, уже ничем не сдерживаемый, сорвался с губ девушки.

Прямо из вод озера на берег выходил… выходило — ОНО. Странное существо, словно сгусток фиолетового огня, принявшего форму высокого стройного человека. Он медленно выплыл и вступил на песчаный берег. Странная золотистая аура подсвечивала его силуэт. И сила древняя и не здешняя исходила от него.

Вот пришелец медленно двинулся к замершим на вершине людям и, приблизившись, замер в трех шагах от них, пристально разглядывая, словно изучая.

— Вы должны идти со мной, — вдруг раздался в тишине спокойный, лишенный каких либо эмоций голос. Он словно пробирал до костей, такая сила чувствовалась в нем, заставляя невольный холодок дрожи бежать по коже.

Не выдержав всего этого, девушка вдруг закатила глаза и рухнула на землю. Юноша едва успел подхватить ее обессиленное тело и положить на траву, с любовью глядя в ее глаза, а после гнев вскипел в нем и, крепко сжимая кулаки, он воззрился на незнакомца.

— Что ж, очень жаль, — ответил тот. И вытянув руку в направлении девушки, пришелец испустил с кончиков пальцев розовое сияние, опутавшее все тело жертвы яркими жгутами. Юношу словно огнем обожгло, он отскочил в сторону, не веря своим глазам, сердце его билось все быстрее и быстрее. А тело его подруги, теряя краски, медленно превращалось в колдовской туман, вот еще минута и она исчезла совсем, лишь легкая дымка осела на траву, осыпавшись легкой розовой пылью на стебли.

— Ты должен идти со мной, — вновь прозвучал приказ странного существа, выведя юношу из оцепенения. Он взглянул непонимающим, затуманенным взглядом на говорившего, потом на место, где еще мгновения назад лежала его возлюбленная, снова на пришельца и вновь на траву, усыпанную теряющей цвет пылью. И тут гнев и боль страшным торнадо вскипели в его груди, всколыхнув горячую душу. Он был так счастлив в эту ночь, он мечтал о прекрасном, он любил…, и вот в единый миг все это было уничтожено, безжалостно и бесцельно. И пламя мести опалило его глаза. Со страшным бешеным криком он ринулся на врага, в воздухе мелькнул сильный кулак, сжимающий короткий нож, который юноша носил всегда на поясе. Миг и острая сталь вонзилась существу в горло, пробив тонкую ткань плоти и уйдя внутрь на всю длину — три пальца, — лезвие просто исчезло, утонув в странной субстанции, что составляла плоть гостя. Розовая фосфоресцирующая жидкость фонтаном выплеснулась на траву, исходя розоватым дымком, а две фигуры рухнули на землю — одна, сотканная из огня, безвольно всплеснув руками, и другая, оседлавшая первую, без остановки кромсая ножом плоть существа. Дикий крик обреченности резал ночные небеса, вспарывая фиолетовый туман, а кровь неземного существа залила все вокруг.

— За что, за что, тварь?! — орал юноша в припадке безумия, что уже застилало его разум. В пустых глазах бриллиантами замерли слезы. — За что?!

Но вот он устал, выдохся, стремительный порыв сошел на нет, и только боль все еще была с ним. А она была сильнее всего на свете, она убивала разум, разрушала сознание. И вот уже не человек, но дикий зверь метнулся к озеру, оставив в темнеющем теле пришельца свое оружие. Юноша, крикнув в ночь: «Любимая, я иду к тебе», с разбегу бросился в воду, и мрачные волны сомкнулись над его головой, лишь круги разбежались по глади озера. Больше он не появился.

Время разгладило морщины на поверхности озера, вновь превратив его в зеркало. А тело пришельца, погаснув, утратив свой насыщенный цвет, медленно растеклось и впиталось в землю, исчезнув навсегда. Лишь потускневший кинжал упал в сочные травы. Фиолетовый туман исчез, словно растаял в воздухе, и вновь красавица луна взглянула на мир, заливая его призрачным светом.

Воды озера замерли, и лишь ветерок иногда нарушал поверхность легкой рябью.

И ничто больше не тревожило покой этой крохотной долины, окруженной вершинами серых гор.

* * *

Никто так никогда и не узнал, что же произошло той ночью у одинокого озера среди скал. Тела пропавших так и не нашли, хоть поисковые отряды несколько недель рыли все леса и горы в округе, сунув, казалось, свой нос в каждую щель. А со временем все забылось, поросло мхом и скрылось за завесой тумана.

Но до сих пор холодные воды мертвого озера хранят свои тайны…

2012

Content

Роман Дремичев
ОЗЕРО ТУМАНА