Луиза Фуллер

Поиграем в любовь

Blackmailed Down the Aisle ©2017 by Louise Fuller

«Поиграем в любовь» © «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Иллюстрация на обложке используется с разрешения Harlequin Enterprises limited. Все права защищены.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterpriseslimited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

***

Глава 1

Вечеринка была шумной и многолюдной. Все танцевали, смеялись, веселились. Все, кроме Дэйзи Мэддокс. Прислонившись к стене, она окидывала критическим взглядом зал при мерцающем свете стробоскопических ламп.

Нигде в мире жизнь так не бурлила по ночам, как в Нью-Йорке.

Флеминг-Тауэр, блестящий небоскреб из стали и стекла, расположенный на Манхэттене, принадлежал боссу ее брата Дэвида миллиардеру Ролло Флемингу. Именно он устроил эту вечеринку. Гости развлекались на полную катушку, а Дэйзи было совсем не весело. Вздохнув, она посмотрела на свою униформу. Если ты разносишь напитки, для тебя это не вечеринка, а обычная рабочая смена. Быть официанткой скучно, каким бы классным ни было место проведения и какими бы привлекательными ни были гости.

Дэйзи посмотрела на симпатичного молодого человека, который весь вечер вертелся возле нее. Худощавый, смуглый и темноволосый, он принадлежал к тому типу мужчин, которые ей нравились. В другой ситуации она пофлиртовала бы с ним немного, но сейчас она была для этого слишком напряжена.

– Ну давайте же, соглашайтесь, – улыбнулся ей он. – От одного стаканчика вы не опьянеете.

За его спиной Джоан, другая официантка, закатила глаза.

Полгода назад Дэйзи перебралась к Дэвиду в надежде сделать карьеру на Бродвее, но в ее жизни, как обычно, все пошло не по плану. Ее мечты заблудились в замкнутом круге из проб и отказов. «Но я все-таки не зря училась в театральном институте», – устало подумала она, изобразив на лице грусть и сожаление.

– Мне жаль, Тим, но я не могу. Как я уже сказала, я не пью на работе.

– Меня зовут Том, а не Тим. Ну давайте же. Всего один стаканчик. Обещаю, что никому не скажу, – продолжал настаивать он, ободряюще улыбаясь. – Большой босс ничего не узнает. Его здесь нет.

Ролло Флеминг. Большой босс. Дэйзи вспомнила красивое надменное лицо, которое видела на сайте компании, и ее пульс участился. Но Том прав. Ролло здесь нет. Он устроил вечеринку для своих сотрудников в своем здании, но сам отказался на ней присутствовать.

Конечно, ходили слухи, что он появится без предупреждения. Кто-то даже утверждал, что видел его в фойе. Но Дэйзи знала, что он не придет. Ролло Флеминг уехал в Вашингтон по делам, и к тому времени, когда он вернется, вечеринка уже закончится.

«И не только вечеринка», – подумала она, бросив взгляд на часы на стене.

– Значит, вы на него работаете?

Вздрогнув, она повернулась и обнаружила, что Джоан с любопытством смотрит на Тома.

Он кивнул:

– Уже почти год.

– Правда? – Глаза Джоан расширились. – И какой он?

Ее вопрос был обращен к Тому, но Дэйзи едва удержалась от того, чтобы не дать ей ответ. Она потратила несколько часов на то, чтобы собрать в Интернете информацию о Ролло Флеминге. Ее было немного. Он редко давал интервью. О его личной жизни было известно очень мало, но в прессе часто появлялись фотографии, на которых он был запечатлен с красивыми актрисами, моделями и светскими львицами.

Том пожал плечами. Его лицо выражало благоговение и восхищение.

– Я не знаком с ним близко, но могу сказать, что все, что бы он ни предпринял, приносит ему прибыль. И он всегда выбирает себе самых красивых женщин. – Том нахмурился: – Должен сказать, что босс внушает ужас. Он работает как проклятый и помешан на контроле. Он всегда в курсе происходящего, и честность для него на первом месте. Я присутствовал на одном совещании, где босс устроил разнос сотруднику, который напортачил и попытался это скрыть. В гневе он страшен. Я бы не советовал его обманывать.

У Дэйзи засосало под ложечкой. Слова Тома подтвердили все, что ей рассказал Дэвид. Ролло Флеминг был безжалостным трудоголиком и плейбоем, который бежал от обязательств, как черт от ладана. Одним словом, он был ухудшенным вариантом ее бывшего парня Ника. Таких мужчин она терпеть не могла.

Подняв глаза, Дэйзи вздрогнула. Причина была не в воспоминаниях о неудачном романе, а во времени, которое показывали часы. Ее смена почти закончилась. В любой другой вечер она почувствовала бы облегчение, но сегодня все было по-другому. Сегодня ей в первый и, как она надеялась, последний раз придется делать выбор между нарушением обещания и нарушением закона.

– Ты в порядке? – Джоан дотронулась до ее руки. – Ты выглядишь так, будто тебя вот-вот стошнит.

Дэйзи сглотнула. Мысль о том, что она собиралась сделать, действительно вызывала у нее тошноту.

Она слабо улыбнулась:

– Я знаю, что Нью-Йорк – это город, который никогда не спит, но иногда мне хочется, чтобы он рано засыпал.

– Послушай… – Оглядевшись по сторонам, Джоан понизила тон. – Почему бы тебе не пойти домой? Я справлюсь одна.

Дэйзи покачала головой:

– Я просто устала.

Джоан нахмурилась:

– Хватит притворяться, будто ты хорошо себя чувствуешь.

Дэйзи колебалась. Ей было неприятно лгать подруге, которая была так добра к ней. Но она не могла сказать ей правду, с которой сама с трудом свыклась.

Поморщившись, она вспомнила, как четыре дня назад приехала в квартиру Дэвида и застала его в слезах. После долгих уговоров он наконец признался ей в том, что попал в зависимость от игр в онлайн-казино. Оказалось, что он играл уже много месяцев, и его долг постоянно рос.

Родители с детства вдалбливали им в голову, что нужно жить по средствам и не брать взаймы больше, чем сможешь отдать. Но долг Дэвида был наименьшей из его проблем. Ранее в тот день он принес документы в кабинет Ролло Флеминга и заметил на полу эксклюзивные дизайнерские часы. Подумав, что, продав их, он сможет расплатиться с долгами, Дэвид поднял их и положил себе в карман. Вернувшись домой, он осознал, что натворил, и пришел в отчаяние. Дэйзи никогда не видела его таким потерянным. Именно поэтому она в конце концов пообещала ему, что вернет часы вместо него.

– Мне правда нехорошо, – сказала она. – Наверное, мне следует пойти домой. Спасибо тебе, Джо.

– Не благодари меня. Мне нужно будет, чтобы ты прикрыла меня в четверг. Кэм пригласил меня на ужин. В четверг будет полгода, как мы с ним начали встречаться.

«Я бы тоже сейчас хотела пойти на свидание с бойфрендом», – подумала Дэйзи, направляясь сквозь толпу к выходу.

Вот только для этого необходим бойфренд, а Ник пять недель назад решил, что им нужно расстаться на время.

Ромео никогда не предлагал ничего подобного Джульетте.

Подойдя к лифту, она уставилась на свое отражение в блестящих дверях.

Либо все мужчины ненадежны и эгоистичны, либо она совершенно в них не разбирается. В любом случае с нее достаточно. В обозримом будущем она намерена наслаждаться одиночеством.

Засунув руку в большой карман передника, она достала оттуда пластиковый пропуск и посмотрела на фото Дэвида. Как хорошо, что у нее есть брат. Дэвид всегда поддерживал ее. Он помогал ей репетировать перед пробами. Он нашел для нее работу официантки.

Проведя карту через считывающее устройство, Дэйзи затаила дыхание, когда на табло загорелся зеленый свет, и двери лифта открылись.

Она в долгу перед Дэвидом, и ей представилась возможность его отблагодарить.

Ее пальцы дрожали. Она немного помедлила. У нее все получится, не так ли?

Дэвид ждет ее внизу в вестибюле. Представив себе, какое облегчение он испытает, Дэйзи с учащенно бьющимся сердцем вошла в лифт. Когда она спустя какое-то время выходила из него в тускло освещенный коридор, оно так сильно колотилось, что казалось, вот-вот выскочит из груди.

Дэвид объяснил ей, где находится кабинет Ролло, и она, постукивая каблуками, пересекла приемную и остановилась перед деревянной дверью, на которой не было таблички. Она ничем не отличалась от остальных дверей. Для человека, который был не просто бизнесменом, а создателем огромной деловой империи, это было на удивление скромно.

Но разве такой могущественный и влиятельный человек, как Ролло Флеминг, нуждается в представлениях? Все знают, что эта блестящая стеклянная башня принадлежит ему.

У нее было такое чувство, будто она собирается войти в логово льва, и она поспешно напомнила себе, что льва там сейчас нет. Что, когда он вернется, она будет уже далеко отсюда.

Сделав глубокий вдох, она провела карточку через прорезь в устройстве и открыла дверь. Внутри было темно и тихо, но через огромное окно было видно знакомую панораму на фоне ночного неба. Должно быть, из этого окна открывается лучший из видов Нью-Йорка, но ей было некогда любоваться знаменитыми небоскребами. С каждой секундой, проведенной в этом кабинете, ее риск быть пойманной возрастает. С этой мыслью она шагнула внутрь.

– Ой!

Ее колено ударилось обо что-то в темноте, но она едва обратила внимание на боль, поскольку то, с чем она столкнулась, пришло в движение. Она бросилась вперед, выставила перед собой руки и начала двигать ими в темноте в надежде предотвратить падение неизвестного предмета. Но было уже слишком поздно, и в следующую секунду в темноте раздался грохот.

Стиснув зубы, она наклонилась и принялась тереть ушибленное колено, но тут же застыла на месте, услышав шум шагов, доносящийся из коридора.

Когда шум затих у двери, она затаила дыхание и зажмурилась, надеясь на то, что ее не заметят. Но чуда не произошло. Дверь открылась, и тишину нарушил низкий мужской голос:

– У меня был долгий утомительный день, поэтому я надеюсь, что у вас есть правдоподобное объяснение для этого вторжения.

Когда, открыв глаза, Дэйзи поняла, кто стоит на пороге, она пришла в ужас.

Ролло Флеминг уехал в Вашингтон и должен был вернуться только на следующий день. Либо он передумал, либо у нее галлюцинации.

Нет, Ролло Флеминг ей не привиделся. Он выглядел слишком реальным. Дэйзи была шокирована, но это не помешало ей обратить внимание на то, как он хорош собой.

На фото Ролло Флеминг был красив, как кинозвезда, но наяву производимое им впечатление многократно усиливалось. От его мужественной красоты и исходящей от него силы ее бросило в жар.

Тогда она поспешно напомнила себе, что он не ее тип. Что ей никогда не нравились блондины. Должно быть, она пялится на него из-за шока.

Высокий, широкоплечий и загорелый, он больше походил на римского гладиатора, чем на миллиардера, занимающегося покупкой и продажей недвижимости. На нем был темный деловой костюм, стоимость которого, наверное, превышала ВВП какой-нибудь маленькой страны.

Он пронзил ее холодным взглядом, и она обратила внимание на то, что у него выразительные зеленые глаза. Но больше всего ее поразили его чувственные губы. Она представила себе, как они растягиваются в сексуальной улыбке…

Ее сердце подпрыгнуло.

Но его губы не улыбались – они были сжаты в твердую линию. Его мощная фигура загородила дверной проем, и она огляделась по сторонам, ища другой выход. Но, несмотря на то что кабинет был огромным, других выходов из него не было.

Она была в ловушке.

Ее бросило в дрожь. Этого не должно было произойти. Она не допускала такого поворота событий и не придумала на всякий случай правдоподобное объяснение. Поэтому ей не оставалось ничего другого, кроме как импровизировать.

– Я… я могу все объяснить, – пролепетала она.

– В таком случае предлагаю вам начать, – произнес он обманчиво спокойным тоном. – И переходите сразу к делу. Как я уже сказал, у меня был трудный день… Дэйзи.

Внутри у нее все оборвалось, и она уставилась на него широко распахнутыми глазами. Неужели он знает, кто она? Но затем она поняла, что он смотрит на бейдж, прикрепленный к ее блузке.

– Это ваше настоящее имя, или вы украли его у какой-нибудь бедной несчастной официантки внизу?

– Я ничего ни у кого не крала! Меня действительно зовут Дэйзи. Я та самая «бедная несчастная официантка». Именно поэтому я сейчас здесь. – Встретившись с ним взглядом, она запустила руку в карман передника и коснулась пальцами пластикового пропуска своего брата. – Я работаю на вечеринке внизу. Там закончились салфетки, и я отправилась на кухню за чистыми, – солгала она. – Похоже, я нажала не ту кнопку в лифте.

В течение нескольких секунд Ролло холодно на нее смотрел, затем, не поворачиваясь, захлопнул дверь, пересек помещение и остановился перед Дэйзи. Ее охватила паника.

– Вы издеваетесь? Думаете, я поверил в то, что вы заблудились?

Его высокая широкоплечая фигура заслоняла свет, и Дэйзи казалось, будто комната уменьшилась в размерах. Но она не позволит ему ее запугать, иначе жизнь ее брата будет разрушена.

– Не только у вас был тяжелый день, – сказала она. – Я уже много часов на ногах и очень устала. Именно поэтому я и ошиблась.

Ролло покачал головой:

– Я не считаю несанкционированное вторжение ошибкой. Уверен, что большинство юристов со мной согласятся. Так что перестаньте изворачиваться и скажите, зачем вы прокрались в мой кабинет в час ночи.

– Я не знала, что это ваш кабинет. Откуда я могла это знать? Я даже не знаю, кто вы.

– Вы работаете внизу и не знаете, кто я? – недоверчиво усмехнулся он.

Его высокомерный тон разозлил Дэйзи.

– Я работаю на многих людей, – упрямо продолжила она. – Я не запоминаю все имена и лица.

Он поджал губы, и она испытала некоторое удовлетворение оттого, что задела его гордость.

После долгого напряженного молчания он пожал плечами:

– Неудивительно, что вы всего лишь официантка.

Его слова подействовали на нее как пощечина.

– Не смейте относиться ко мне снисходительно, – возмутилась она.

– Тогда не лгите мне.

– Хорошо. Я знаю, кто вы. Что с того? Для меня это не имеет никакого значения…

– Тогда вы либо невероятно глупы, либо безрассудно храбры, потому что это мое здание и мой кабинет. И вам не следует здесь находиться.

Глядя на побледневшее лицо незваной гостьи, Ролло почувствовал укол совести. Ее бравада была показной. За ней прятался страх. Возможно, она не отъявленная преступница, но она все равно виновна.

Виновна в том, что знает, как ее красота действует на мужчин, и пользуется этим в своих целях. Он знал таких женщин прежде. Одна из них была особенно лживой и коварной. Она умело манипулировала людьми и разрушала все вокруг, при этом строя из себя жертву.

Если Дэйзи думала, что на него подействует ее шарм, она сильно ошибалась.

– Мне просто было любопытно. Я захотела посмотреть, что здесь находится, – произнесла она нарочито небрежным тоном.

– Ясно, – ответил он с сарказмом. – А свет вы, вероятно, не включили потому, что обладаете способностью видеть в темноте.

Дэйзи раздражал насмешливый блеск его зеленых глаз. Разумеется, она не исключала, что ее могут поймать, но ей и в голову не приходило, что это может сделать Ролло Флеминг, владелец часов.

– Я не включила свет, потому что боялась, что меня могут увидеть. – Он стоял так близко, что она чувствовала жар его тела и аромат его одеколона. С каждой секундой ей становилось все труднее подбирать слова. – Я знаю, что на этот этаж посторонним вход воспрещен, но я работала здесь пару раз, и мне захотелось посмотреть… – Дэйзи замолчала. Что она могла захотеть посмотреть в темном кабинете? В висках у нее застучало, она отвела взгляд в сторону и увидела в окне Эмпайр-стейт-билдинг. – Город ночью, – находчиво добавила она. – Говорят, отсюда открывается великолепный вид. Я решила подняться и посмотреть.

Ролло так долго сверлил ее взглядом, что у нее задрожали колени.

– Как? – наконец спросил он.

– Что «как»?

– Как вы сюда поднялись? Обслуживающему персоналу разрешено находиться только на том этаже, где он работает.

Дэйзи сглотнула.

– Не знаю, – снова солгала она. – Я просто нажала несколько кнопок. Послушайте, мистер Флеминг, мне правда жаль, что я сюда поднялась. Обещаю, что больше никогда этого не сделаю. Я была бы вам очень благодарна, если бы вы отпустили меня и забыли о моем проступке.

– Дэйзи. Красивое имя, – тихо произнес он. – Старомодное. Подходящее для порядочной девушки. – На его лице появилась холодная улыбка, от которой по ее спине пробежала дрожь. – Жаль, что вы ему не соответствуете…

– Не понимаю, что вы имеете в виду.

Ролло недоуменно покачал головой:

– Тогда позвольте мне все вам объяснить. У меня был долгий напряженный день.

«Вызывай охрану, – сказал он себе. – У тебя нет причин решать эту проблему самому».

Но затем он посмотрел на Дэйзи, и внутри у него все сжалось.

У него есть причина. Красивая кареглазая причина с фигурой, на которой даже скучная униформа смотрится сексуально. Его взгляд задержался на лице Дэйзи. Если не считать бледно-розового блеска на губах, на нем не было макияжа. Впрочем, она была так красива, что не нуждалась в нем. Ее огромные глаза цвета эспрессо и пухлые розовые губы были созданы для того, чтобы соблазнять мужчин.

Ее длинные светлые волосы, собранные в хвост, растрепались, и Ролло обнаружил, что хочет их распустить, чтобы они коснулись его лица, когда он ее поцелует…

Он резко поднял голову:

– Как я уже сказал, у меня был долгий напряженный день.

– В таком случае почему бы вам просто не позволить мне уйти? Мне следует вернуться к работе.

Ролло медленно покачал головой:

– Я так не думаю. – Он схватил ее за запястье. – Вы никуда не уйдете, пока не скажете мне правду.

– Отпустите меня. – Запретив себе поддаваться панике, она попыталась высвободиться. – Я уже сказала вам правду.

– Хватит! – отрезал он. – С того момента, как вы открыли рот, вы только и делали, что лгали.

Возможно, большинство мужчин купились бы на это хлопанье ресницами, но я не большинство мужчин. Поэтому перестаньте надувать губы, как обиженный ребенок, и скажите мне, что вы здесь делаете.

– Я не надуваю губы. – Наконец ей удалось освободиться, и она засунула обе руки в карман передника и сжала пропуск Дэвида. – И большинство разумных порядочных мужчин не стали бы допрашивать меня из-за ошибки, в которой я вам честно призналась.

Он невесело рассмеялся:

– Честно? Сомневаюсь, что вам известно значение этого слова.

Ее руки сжались в кулаки.

– То, что вы большая шишка, не дает вам права строить из себя судью и палача. Мы с вами не на суде.

– Нет, но скоро вы перед ним предстанете по обвинению в незаконном вторжении и попытке совершить кражу.

– Я не собиралась никого обкрадывать, – яростно возразила Дэйзи. – Напротив, я пришла сюда…

Осекшись, она уставилась на него в ужасе. Напряжение, повисшее в воздухе, достигло предела, и ей казалось, что стены вот-вот взорвутся.

– Для чего? – спросил он, не сводя с нее пристального взгляда.

Она застыла на месте на мгновение, затем бросилась к двери. Но Ролло быстро на это отреагировал, догнал ее, схватил за талию и притянул к своей широкой груди. Она почувствовала себя так, будто ее сначала током ударило, а затем по всему ее телу разлился расплавленный огонь.

– Отпустите меня, – потребовала она, но он лишь крепче прижал ее к себе.

– Перестаньте сопротивляться. Вы делаете себе только хуже.

– Вы делаете мне больно.

– Тогда перестаньте вырываться. Что у вас в руке?

Понимая, что силы неравны и сопротивление бесполезно, она позволила ему разогнуть ее пальцы и забрать пропуск Дэвида.

– Где вы это взяли? – спросил Ролло, прочитав то, что было напечатано на пластиковой карточке.

Она подумала, что, возможно, ей следует сказать ему правду, но ярость в его глазах напугала ее.

– На полу, – ответила она, переполненная ужасом.

Он покачал головой:

– Ну разумеется!

– Я… я… Наверное, его кто-то обронил. Я понимаю, ситуация ужасная, но я не делала ничего плохого. Вы должны мне поверить.

– Думаю, мы оба понимаем, что для этого уже поздновато. Я устал. Разговор окончен.

Засунув руку в карман пиджака, Ролло достал оттуда мобильный телефон.

– Что вы делаете? Кому вы звоните? Нет. Пожалуйста…

– Я дал вам возможность сказать правду. Признаться в том, что вы пришли, чтобы меня обокрасть.

– Это не так, мистер Флеминг. Да, я солгала вам, но я не воровка.

Ролло заглянул в ее карие глаза. Поверить ей было бы легко. Ее тон был искренним. Но затем он вспомнил, как долго она сопротивлялась, рискуя, словно человек, идущий по тонкому льду. Почему она это делала? Так воровка она или нет?

Его взгляд упал на ее черный передник, и ее глаза наполнились ужасом. Теперь у него не осталось никаких сомнений.

– Докажите это. Покажите, что у вас в кармане, – сказал он, чувствуя, как внутри его нарастает волна гнева. – Если, конечно, вы не хотите, чтобы я сам проверил.

Дэйзи отпрянула. Ее глаза казались огромными на побледневшем лице.

– Вы мне угрожаете?

– Не знаю, – ответил он. – Вам кажется, что я вам угрожаю?

Дэйзи сглотнула. Да, ей так казалось. Более того, она чувствовала себя в ловушке. Но как она может выполнить его требование? Если он увидит свои часы, она сможет покинуть это здание только в наручниках.

– Я могу все объяснить… – пролепетала она и тут же осеклась, поняв, что не может ничего ему сказать.

– О, я в этом уверен. Но с меня достаточно сказок на ночь.

Ее снова бросило в дрожь.

– Впрочем, не беспокойтесь. Уверен, сотрудникам моей службы безопасности понравятся ваши сказки. Они внизу вместе с вашим братом Дэвидом. Мы пойдем к ним прямо сейчас, и они отвезут вас обоих в полицию.

Глава 2

Дэйзи в ужасе уставилась на него. Его слова так потрясли ее, что она на мгновение утратила дар речи.

– Какое отношение имеет ко всему этому Дэвид? – спросила она, когда к ней вернулась способность говорить.

Но сразу, как только этот вопрос сорвался с ее губ, она поняла, что лгать дальше бессмысленно. Тому, что ее брата задержала охрана Ролло, может быть только одно объяснение.

Он все знает.

У нее закружилась голова.

– Вы знали… Знали, что Дэвид?

– Что ваш брат украл мои часы?

Ее щеки вспыхнули.

– Я узнал об этом в тот день, когда он это сделал. В моем кабинете установлены камеры наблюдения. Они сняли вашего брата.

Дэйзи увидела презрение в его глазах, и внутри у нее все сжалось от страха. Он все знал еще до того, как она вошла в лифт. Он просто наблюдал за ней и ждал, когда она поймет, что ему все известно. Это означает, что ее план был обречен с самого начала.

– Пожалуйста, не обращайтесь в полицию. Если бы вы мне дали пять минут…

Его глаза сузились.

– Думаю, вы и так уже потратили более чем достаточно моего времени.

– Но вы не знаете всей истории, – возразила она.

Он покачал головой:

– Оставьте ее для своих адвокатов. Им платят за то, чтобы они выслушивали вашу ложь, мне – нет.

Да этот человек просто чудовище! Неужели он не понимает, сколько нервной энергии она потратила на то, чтобы сюда проникнуть?

– Такие, как вы, вечно все сводят к деньгам, – отрезала она.

– Такие, как я? – произнес он ледяным тоном. – Вы имеете в виду законопослушных граждан?

– Я имею в виду людей без сердца.

Его зеленые глаза опасно сверкнули.

– Чтобы распознать вора, не обязательно быть сердечным человеком.

Она дерзко вскинула голову:

– Дэвид не вор.

– Значит, он не крал моих часов?

– Нет. То есть да. Но это было ошибкой.

– Уверен, что в тюрьмах полно людей, которые говорят то же самое.

– Вы не понимаете…

– И не хочу понимать. Мотивы, которые толкнули вашего брата на преступление, меня не интересуют. Для меня имеет значение только его вина. И ваша.

– Моя вина?

Ролло презрительно скривил губы:

– Послушайте, сердца, может, у меня и нет, но мозги у меня определенно есть. Вы попали сюда не случайно. Вы пришли посмотреть, что еще можно украсть.

– Это не так.

– Это именно так, – произнес он с убеждением. – И что бы вы ни прятали в кармане передника, вы это покажете моим охранникам, когда мы спустимся вниз.

Тогда Дэйзи запустила руку в карман и достала оттуда часы.

– Я проникла сюда не для того, чтобы что-то у вас украсть, – сказала она. – Я пришла сюда, чтобы это вернуть.

К ее разочарованию, Ролло едва взглянул на часы.

– Это ничего не доказывает. Точнее, это противоречит всему тому, что вы наговорили мне до сих пор, и подтверждает, что вы лгунья и воровка.

– Я не воровка!

Он пожал плечами:

– В отличие от некоторых я предпочитаю говорить и слышать правду.

– А еще запугивать других.

– Правда?

– С того момента, как вы вошли в эту дверь, вы только и делаете, что мне угрожаете.

На его щеке дернулся мускул.

– Позвоните в полицию, – сказал он, протягивая ей телефон.

Его глаза торжествующе блестели, и это еще больше ее разозлило. Сделав шаг ему навстречу, она взяла у него телефон:

– Хорошо. Я позвоню. По крайней мере, в этом случае мне больше не придется находиться в вашем обществе.

– Что за ребячество!

Дэйзи встретилась с ним взглядом:

– Это никакое не ребячество. Вы в любом случае собирались вызвать полицию. Какая разница, кто это сделает?

Ролло глубоко вдохнул. Ее упрямство выводило его из себя, и в то же время он не мог ею не восхищаться. Несмотря на свое плачевное положение, она смело принимала его вызов.

– Вы не хотите этого делать, Дэйзи, – сказал Ролло.

– Вы не знаете, чего я хочу. Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о Дэвиде.

– Так расскажите мне.

Дэйзи молча уставилась на него. Почему он дает ей возможность все ему рассказать сейчас? Хочет снова запугать ее и обвинить во всем на свете? Ей хотелось запустить в него телефоном, но затем она подумала о Дэвиде, который сейчас дожидается решения своей участи, и она опустила руку.

– Зачем? Чтобы вы использовали это против него?

Ролло прищурился:

– Все будет зависеть от того, что вы мне расскажете. На данный момент я только знаю, что ваш брат питает слабость к дорогим часам, что он работает в отделе развития и что он высокий и дерганый.

– Дэвид не дерганый. Он просто немного нервный.

– Те, кто совершил преступление, часто нервничают.

В ответ на это Дэйзи пронзила его ледяным взглядом:

– Дэвид не закоренелый преступник. Он стеснительный и с трудом заводит себе друзей.

– Ему было бы проще, если бы он их не обкрадывал.

– Это была ошибка.

– Когда ты берешь чужое, это называется не ошибкой, а воровством.

– Не всегда. Мой брат просто оступился.

Ролло знал, что на этот раз она говорит правду.

Дэвид Мэддокс определенно не закоренелый преступник. Именно по этой причине он не уволил его, а распорядился, чтобы о нем навели справки. В тот же день ему положили на стол папку, в которой содержалась информация о происхождении, образовании и трудовой деятельности этого сотрудника. В досье говорилось, что у Дэвида Мэддокса есть сестра-двойняшка и что она обслуживает мероприятия, которые устраивает компания Ролло.

До сих пор Дэйзи Мэддокс была для него именем без лица, строкой в досье. Но там ничего не говорилось ни о ее красоте, ни о силе ее духа, ни о любви к брату.

Когда он сидел и смотрел на мониторе видео-наблюдения, как она проникает в его кабинет, он принял ее за хитрую, алчную женщину, но по какой-то причине нарушил собственные правила и сказал начальнику службы безопасности, что сам с ней разберется.

– А вы? – спросил он. – Давайте поговорим о вас.

Дэйзи настороженно посмотрела на него:

– Зачем?

Ролло пожал плечами.

– Мне просто любопытно. Чем вы занимаетесь, когда не вторгаетесь в чужие кабинеты? – мягко спросил он.

– Какая вам разница? – отрезала она. – Вы ясно дали мне понять, что вы считаете нас с Дэвидом кем-то вроде Бонни и Клайда. Ничто из того, что я могу вам сказать, не изменит вашего мнения о нас.

Ролло расстегнул воротник рубашки и ослабил узел галстука.

– А вы попытайтесь. Не могу сказать, изменит это что-то или нет, но разве вам есть что терять?

– Вы же сказали ранее, что вам неинтересно.

– А вы сказали ранее, что у меня нет сердца.

Он пристально посмотрел на нее, и ее сердце пропустило удар.

– Я даю вам возможность оправдать себя и Дэвида.

Дэйзи медлила с ответом. Она ему не доверяла, но хотела защитить своего брата.

– Рассказывать особенно нечего, – произнесла она, вздохнув. – Мне двадцать пять лет. Я живу в квартире своего брата. Мы двойняшки. Я работаю официанткой. Всего лишь официанткой. Но это было вынужденное решение. Я актриса. Просто мне пока не удается найти работу по специальности. Это все. – Она настороженно посмотрела на него: – Не понимаю, чего вы от меня хотите.

Уголки его губ приподнялись в довольной улыбке.

– Кажется, я нашел выход из этой неприятной ситуации, который устроит всех.

Дэйзи похолодела от ужаса.

– Я не буду заниматься с вами сексом. Я скорее продам свои почки!

– Вообще-то человек может продать только одну почку, – заметил Ролло. – Не льстите себе, мисс Мэддокс. Меня может возбудить женщина в наручниках, но не в том случае, если она арестована.

– Тогда чего вы хотите?

Ролло Флеминг долго смотрел на нее, словно пытался прочитать ее мысли. Под его взглядом она чувствовала себя беззащитной.

Затем он улыбнулся, и у нее перехватило дыхание.

– Я хочу, чтобы вы стали моей женой, – мягко произнес он.

Дэйзи ошеломленно уставилась на него. Он спятил?

Она медленно покачала головой:

– Простите. Похоже, я ослышалась. Мне показалось, будто вы сказали…

– Что я хочу, чтобы вы стали моей женой. Вы не ослышались.

Дэйзи обвела взором помещение, словно это могло ей помочь найти объяснение происходящему. Но когда она снова встретилась взглядом с Ролло, она поняла, что он говорит абсолютно серьезно.

– Но вы же меня едва знаете. Вы мне не верите и ненавидите меня. Зачем вам на мне жениться?

Ролло не обратил внимания на ее слова.

– Почему бы нам не присесть и не обсудить это как следует?

Дэйзи открыла рот, чтобы возразить, но он уже прошел мимо нее и сел за огромный стол со стеклянной крышкой. Он выглядел спокойным и расслабленным, словно часто делал предложение руки и сердца девушкам, которые вторгались ночью в его кабинет. Но взгляд его при этом был как у хищника, загнавшего жертву.

– Ну давайте же. Садитесь. Я не кусаюсь.

Это было не приглашение и не приказ. Это был вызов.

Она гордо вскинула подбородок:

– Хорошо. Но я не понимаю, что может изменить наш разговор. Никто не женится на совершенно незнакомой женщине.

Опустившись в мягкое кожаное кресло, Дэйзи почувствовала сильную усталость.

– Разве? В мире есть много женщин, которые знакомятся со своими мужьями только в день свадьбы.

– Да, если у них брак по договоренности.

– У нас тоже будет брак по договоренности.

Дэйзи бросило в жар.

– Послушайте, вы не можете хотеть на мне жениться. Зачем вы притворяетесь, будто хотите этого? Вы смеетесь надо мной? Или, может, пытаетесь таким образом меня наказать?

Когда он подался вперед и пронзил ее взглядом, она пожалела об этих словах.

– Если бы я хотел вас наказать, я бы придумал что-нибудь более отвратительное.

– Вы не можете просто заявить незнакомой женщине, что женитесь на ней. Думаете, я соглашусь?

– Согласитесь, если хотите, чтобы ваш брат остался на свободе и сохранил работу.

Дэйзи вскочила на ноги и склонилась над столом. Все ее тело тряслось от шока и гнева.

– Вы бесстыжий мерзавец! – вскричала она. – Это же шантаж!

– Да, это шантаж, – спокойно подтвердил он, и ей захотелось запустить в него чем-нибудь тяжелым. – Почему вас так разозлило мое предложение?

– Почему? Да потому, что оно нелепое и возмутительное. – Ее голос дрожал, и она ничего не могла с этим поделать. – Вы цинично используете ситуацию в собственных целях.

Ролло нахмурился:

– Только не надо делать из меня злодея. Наш брак будет выгоден нам обоим. Мне некогда обсуждать, что хуже с точки зрения морали, воровство или шантаж, так что вам лучше сесть и успокоиться. – Он откинулся на спинку кресла и соединил руки за головой: – Я сейчас все вам объясню. Мне нужно на вас жениться, но в действительности вы просто будете играть роль моей жены.

Эти слова немного обнадежили Дэйзи.

– Как в рекламе? Это нужно для вашего бизнеса?

– Нет, не как в рекламе. Наш брак будет законным.

Дэйзи всмотрелась в его лицо, словно ища на нем ответы на свои вопросы.

– Почему мы не можем просто притвориться мужем и женой?

Он медленно покачал головой:

– Это не сработает. Мы не можем просто делать вид, что мы муж и жена. Мы должны пожениться по-настоящему.

– Неужели кто-то может так сильно нуждаться в браке, что он готов сделать предложение первой встречной в два часа ночи?

– Я очень нуждаюсь в браке.

– Но почему?

– Вас это не касается.

Дэйзи разозлил его ответ.

– Как хотите. Но я не выйду за вас замуж, если вы не скажете мне, зачем вам так срочно понадобилась жена. – Это не было простым любопытством. Ей нужно было дать ему понять, что она не безвольная марионетка. – Мне не нужны подробности. Просто объясните мне суть проблемы.

Какое-то время Ролло смотрел на нее, прищурившись, словно решал, как много ему следует ей рассказать.

– Я пытаюсь заключить сделку, – произнес он наконец. – Я хочу купить одно здание. Его владелец человек старомодный и сентиментальный. Он продаст здание только тому, кому полностью доверяет. Тому, кто разделяет его ценности. Мне нужно, чтобы он проникся ко мне доверием. Чтобы это произошло, он должен убедиться, что у меня есть более мягкая сторона. Брак – это самый простой способ ему ее показать.

«Странная у него логика», – подумала Дэйзи.

– Но как я могу быть единственным решением? Что, если бы вы не нашли меня в своем кабинете? Что вы делали бы тогда?

– Но я вас нашел, и вы мне отлично подходите.

Шеки Дэйзи вспыхнули.

– Я вам подхожу? Но я…

– Да, подходите. Вы не замужем. Вы актриса. Но самое главное, я могу быть уверен в том, что вы будете покладистой.

Ее руки задрожали.

– Покладистой?

– Безработных актрис хоть пруд пруди, так что я вас выбрал не из-за вашей профессии. Мне нужна женщина, на которую я могу положиться. Поскольку судьба вашего брата находится в моих руках, я уверен, что вы меня не подведете.

Его спокойствие и уверенность поразили ее. Неужели в бизнесе высот достигают именно так? Находя выгоду в любой ситуации и используя людей против их воли?

– Но если вы, конечно, предпочтете иметь дело с полицией…

Дэйзи чувствовала себя побежденной.

– Сколько продлится наш брак? – произнесла она вялым безжизненным тоном.

– Год. Потом мы разойдемся и будем в расчете.

Ее сердце болезненно сжалось. То, что предлагал ей Ролло, разительно отличалось от ее представлений о браке. Она всегда мечтала об отношениях, основанных на любви, честности и доверии. Таких, как у ее родителей.

Расправив плечи, она посмотрела на него с вызовом:

– Вас это устраивает? Вы всегда таким себе представляли свой брак?

– Не могу сказать, что много об этом думал. Признаюсь, до сих пор я ни разу не был близок к тому, чтобы предложить женщине отношения, основанные на эмоциях и невыполнимых обещаниях.

– Как романтично. Вы это говорите всем женщинам, с которыми встречаетесь, или только тем, которых вы шантажируете?

Его глаза потемнели, и у нее перехватило дыхание.

– Я никогда ничего не обещаю тем, с кем встречаюсь. Но вам не нужно беспокоиться об этих женщинах. Они хотят того же, что и я. Они независимы и опытны, им доставляет удовольствие заниматься со мной сексом, и их полностью устраивает то, что я готов им дать.

– Мне придется поверить вам на слово. – Ее голос был напряжен. – И давайте проясним с вами одну вещь. Если мы поженимся, я буду играть роль вашей жены только на публике. На спальню наша договоренность распространяться не будет. Вы сможете встречаться с другими женщинами.

Гнев, который она увидела в глазах Ролло, вселил в нее надежду. Похоже, он понял, что, планируя их брак, не все учел, и теперь, возможно, передумает на ней жениться.

Сложив руки на груди, она постаралась придать своему лицу спокойное выражение.

– Вы уверены, что ваша затея удастся? Подумайте как следует. Мы с вами абсолютно чужие друг другу. У нас никогда не будет секса. Как мы сможем убедить кого-то в том, что мы влюбленные, которые надышаться друг на друга не могут?

– Не думаю, что с этим возникнут какие-то проблемы.

Ролло резко поднялся из-за стола, и ее пульс участился.

– В таком случае вы наивны, – произнесла она с притворной уверенностью, когда он направился к ней. – У меня актерское образование, но я не могу гарантировать, что у меня получится убедительно сыграть влюбленную. То, о чем вы просите, не так просто, как кажется на первый взгляд. Подумайте обо всех тех мелодрамах, которые проваливаются в прокате, потому что между актером и актрисой, играющими главные роли, нет физического притяжения. Я…

Она резко замолчала, потому что в этот момент Ролло остановился перед ней и протянул ей руку.

– Нам нужно отсюда уйти, – тихо сказал ей он. – Сейчас на дежурство заступит другая смена охраны. К тому же мы с вами уже ответили на достаточное количество неловких вопросов.

Не приняв его руку, она поднялась и тут же об этом пожалела, потому что теперь они стояли напротив друг друга, и их лица разделяло всего несколько дюймов. Ее бросило в жар, сердце бешено заколотилось.

– О чем вы говорили? Ах да, о нашем физическом влечении.

– Его нет, – поспешно сказала она, стараясь не обращать внимания на тонкий аромат его одеколона. – И поверьте мне, нам не удастся его сыграть на публике. Оно должно быть настоящим.

Ролло задумчиво прищурился:

– Но как мы сможем проверить, была ли наша актерская работа убедительной?

– Устроим пробы? – пошутила она.

Сократив расстояние между ними, он невозмутимо улыбнулся и пробормотал:

– Какая хорошая идея…

Затем он наклонился и поцеловал ее в губы. Дэйзи напряглась на мгновение, но в следующую секунду приоткрыла рот и ответила на его поцелуй.

Она знала, что ей следовало бы почувствовать отвращение. Ведь он враг, который запугивает и шантажирует ее. Но вместо этого ее предательское тело стало мягким и податливым. Она вцепилась пальцами в его плечи, и он, вздохнув, приподнял ее подбородок, после чего неожиданно отстранился.

– Что вы сказали? Ах да. Оно должно быть настоящим. – Его губы изогнулись в улыбке, и он убрал прядь волос, упавшую ей на лицо. – Я бы сказал, что оно еще какое настоящее.

Его зеленые глаза довольно улыбались, и Дэйзи, к ужасу своему, обнаружила, что по-прежнему держится за его плечо, и осторожно опустила руку.

– Итак, спрашиваю в последний раз. Кого вы выбираете? Меня или полицию?

Его прямой вопрос подействовал на нее как удар, и она вздрогнула. Если бы дело касалось только ее, она отвергла бы предложение этого хладнокровного, безжалостного человека. То, что он ей предложил, было пародией на то, о чем она мечтала. Разве она может стать женой человека, которого ненавидит и с которым ее ничего не связывает, кроме лжи?

Может, потому что речь идет не только о ней, но и о Дэвиде и их родителях, которые будут убиты горем, если они с ее братом оба окажутся за решеткой.

– Вас, – быстро ответила она, пока не передумала.

На губах Ролло появилась торжествующая улыбка, от которой ей стало не по себе.

– Хорошо. В таком случае пойдемте отсюда.

– Я хочу увидеть Дэвида.

Он покачал головой:

– В следующий раз. Ему нужно вернуться домой. А вы поедете со мной в Верхний Ист-Сайд. На ближайшие двенадцать месяцев мой дом станет вашим домом.

Последняя фраза прозвучала весьма дружелюбно, и Дэйзи подумала, что Ролло, возможно, не такой холодный и жестокий, каким хочет казаться. Она очень надеялась, что так оно и есть, потому что в противном случае жизнь под одной крышей с ним будет подобна тюремному заключению.

Глава 3

Входя в прихожую пентхауса Ролло на Парк-авеню, Дэйзи подумала, что все происходит слишком быстро и она не готова ко всему этому.

Пока она ждала Ролло в лифте в офисе, она думала, что его хитроумный план рухнет, столкнувшись с реальностью. Но он предусмотрел заранее все детали и отдал необходимые распоряжения. Дэвида отвезли домой. Ему было велено не появляться на работе несколько дней. Отсутствие Дэйзи ему объяснили тем, что ей неожиданно позвонили из театра в Филадельфии и пригласили ее на роль.

Сидя в блестящем черном лимузине, направляющемся в Верхний Ист-Сайд, она не могла поверить, что с того момента, как она покинула вечеринку, чтобы проникнуть в кабинет Ролло, прошло чуть больше часа.

Возможно, она бы предалась панике, если бы все ее мысли не занимал его поцелуй. Поэтому она молча смотрела в окно и вспоминала ощущения, которые вызвал у нее этот интимный контакт.

В офисе она была просто благодарна Ролло за то, что он не вызвал полицию. Сейчас, когда страх прошел, и она оказалась в прихожей, которая была размером с квартиру Дэвида, она чувствовала себя космонавтом, попавшим на другую планету. Происходящее казалось ей нереальным.

С центра потолка свисала огромная каскадная люстра из хрустальных капелек, похожая на водопад. В дальнем конце прихожей находилась широкая лестница, ведущая наверх. Но вниманием Дэйзи целиком завладели три большие абстракции на стенах. Ближайшая из них показалась ей знакомой.

– Это одна из ранних работ Поллока.

Пульс Дэйзи участился. Она была так поражена окружающей ее роскошью, что совсем забыла о присутствии Ролло. Когда до нее дошел смысл его слов, чувство потрясения усилилось.

У Ролло есть оригинал картины Джексона Поллока!

От этой мысли у нее захватило дух. Она знала, что Ролло Флеминг богат, но не подозревала, что настолько. Произведение искусства, подобное этому, стоит миллионы долларов. И оно висит у него в прихожей.

– Дэвиду очень нравятся его работы.

– Лично мне они кажутся чересчур замысловатыми. Но эти, – он указал на стены небрежным жестом, – выбрал не я, а мой управляющий. Он сказал, что они непременно поднимутся в цене.

Отведя взгляд от картин, Дэйзи нахмурилась:

– Значит, вот что для вас в них главное? Прибыль от их продажи, а не удовольствие, которое вы получаете, любуясь ими?

Он устало посмотрел на нее:

– По-моему, все абстракции похожи одна на другую. Может, пойдем дальше?

Дэйзи молча кивнула в ответ. Когда она через некоторое время вошла в помещение с открытой планировкой, ее глаза расширились, а рот приоткрылся. Оно было огромным, но ее поразил не столько его размер, сколько великолепие его интерьера. Она заметила красивую картину, на которой женщина изумленно смотрела на колоннаду полуразрушенного античного здания. Женщина походила на персонаж не то греческой, не то римской мифологии. Возможно, она набрела на обитель богов. Если так, то Дэйзи знала, что она чувствовала.

– Добро пожаловать в ваш новый дом, – мягко произнес Ролло. – Сейчас я не буду устраивать для вас экскурсию по нему. На тот случай, если вы проголодаетесь ночью, знайте, что кухня находится вон там.

Дэйзи едва его услышала. Она нервно водила взглядом по сторонам, пытаясь вспомнить, почему согласилась к нему переехать.

Когда они ехали в машине, она думала, что переедет к Ролло, познакомится с ним поближе, а затем они объявят о помолвке. Сейчас она не представляла себе, как будет жить в этом пентхаусе и притворяться женой Ролло.

Словно прочитав ее мысли, он снял с себя пиджак, небрежно бросил его на огромный кремовый кожаный диван и встретился с ней взглядом.

– Вы к этому привыкнете.

– Думаете?

Она снова огляделась по сторонам. Все вокруг было таким ярким и дорогим. Перед тем как они уехали из Флеминг-Тауэр, Ролло позволил ей переодеться. Ее джинсы и мешковатая толстовка были удобнее, чем униформа официантки, но в них она чувствовала себя маленькой и жалкой на фоне всей этой роскоши.

– Должны привыкнуть, если хотите, чтобы ваш брат остался на свободе.

Эти слова подействовали на нее как холодный душ. Страх и сомнения тут же улетучились, уступив место гневу.

– Вы мерзавец, – произнесла она дрожащим голосом. – Зачем вы мне это говорите? Я же сказала, что выйду за вас замуж, и непременно это сделаю. Только оставьте Дэвида в покое. – Она покачала головой: – Неужели вас совсем не беспокоит, что нам придется лгать многим людям и целый год жить притворной жизнью?

Он насмешливо поднял бровь:

– Вы лгали весь вечер, Дэйзи. Неужели вам будет сложно это делать еще каких-то несколько месяцев?

Она тяжело сглотнула. Ее выводило из себя то, что он продолжал выставлять ее злодейкой.

– В вас есть хоть капля сострадания?

– Есть. Но конкретно для вас нет. Вы сами заварили эту кашу. Вы и ваш брат. Кроме того, мне не верится, что вам будет так уж тяжело жить в трехэтажном пентхаусе на Манхэттене.

– Ну раз вы так говорите. – Было очевидно, что, пытаясь до него достучаться, она зря теряет время. Она почувствовала сильную усталость, и ей расхотелось спорить. – Не возражаете, если я присяду? – Не дожидаясь его ответа, она плюхнулась на ближайший диван и подавила зевок. – Вы хотите мне сказать еще что-нибудь, или я могу принять душ и лечь спать?

Ролло стиснул зубы. В офисе он нашел ее красивой, но сейчас, когда она свернулась калачиком на его диване, она казалась ему сексуальнее, чем все женщины, с которыми он встречался до сих пор. Наверное, дело было в том, что джинсы плотно обтянули ее ягодицы, и вырез толстовки съехал набок, обнажив плечо. Он представил себе, как она стоит голая под душем, и его бросило в жар. Тогда он отвернулся и уставился на розовеющее небо над горизонтом.

Дэйзи, несомненно, очень желанна. Но брак с ней даст ему уникальную возможность заключить сделку с Джеймсом Данмором, поэтому он не должен отвлекаться на ее прелести.

– Нет, – ответил Ролло, – на сегодня мы обсудили достаточно. Остальное может подождать до завтра.

Повернувшись, он обнаружил, что Дэйзи спит, подложив руку под голову. Какое-то время он молча смотрел на нее и неожиданно увидел в ней хрупкую женщину, которая нуждается в защите. Его защите. Ведь она его будущая жена, и это означает, что он берет на себя определенные обязательства перед ней.

Нахмурившись, Ролло запустил пальцы в волосы. Обязательства – это то, чего он до сих пор избегал в отношениях с женщинами. Бизнес – другое дело. Тогда он напомнил себе, что его брак с Дэйзи будет не чем иным, как сделкой на взаимовыгодных условиях.

Вздохнув, он наклонился, взял свой пиджак и осторожно укрыл ее им. Она пошевелилась, что-то пробормотала, но не проснулась. Позволив себе полюбоваться ею еще несколько секунд, он повернулся и тихо ушел.

Проснувшись, Дэйзи не сразу поняла, где находится. Щурясь от яркого солнечного света, она отвернулась от окна, не понимая, как она могла забыть задернуть на ночь шторы в своей спальне. Затем она вспомнила события вчерашней ночи, и ее глаза широко распахнулись, а сердце бешено застучало.

Перевернувшись на спину, она глубоко задышала и, когда ее пульс стал нормальным, приподнялась и обвела взором огромное помещение. Ролло нигде не было, но она по какой-то странной причине ощущала его присутствие. Мгновение спустя она поняла, что причина в его пиджаке, которым он, очевидно, ее укрыл, когда она спала. Взяв пиджак, она вдохнула тонкий цитрусовый аромат одеколона. При мысли о том, что Ролло смотрел на нее спящую, ей стало не по себе. В то же время ее удивило, что такой безжалостный человек, как он, позаботился о том, чтобы она не замерзла.

В кармане джинсов зазвонил ее мобильный телефон, и она, достав его, обнаружила сообщение от Дэвида и на время забыла о собственных проблемах.

К ее горлу подкатил огромный комок. Брат полностью поверил ее объяснениям. Он был очень благодарен Ролло, который оказался таким «понимающим, жалостливым и великодушным».

Вспомнив, как она позвонила ему из лимузина и сбивчиво объяснила, почему Ролло решил дать ему второй шанс, Дэйзи вздохнула. Это была не самая убедительная ее игра, но Дэвид, очевидно, испытал такое сильное облегчение, что не услышал волнения в ее голосе и не усомнился в правдоподобности ее истории. Все же она понимала, что, когда это облегчение пройдет, у Дэвида возникнут вопросы, и согласилась с Ролло, который посоветовал ей не разговаривать с братом несколько дней.

У Дэйзи сдавило внезапно горло, и она сглотнула. Она очень любила своего брата, но впервые в жизни была рада, что какое-то время не будет слышать его голос.

Разумеется, она была рада, что жизнь ее брата вернулась в нормальное русло. Дэвид сохранит работу, его долг будет выплачен, и он обо всем забудет.

Но тихий голос в ее голове все время повторял одни и те же вопросы: «А как же я? Что будет с моей жизнью?»

Убрав телефон в карман, она глубоко вдохнула. Что сделано, то сделано. Она сама приняла предложение Ролло. Дэвид ничего о нем не знал, иначе бы заставил ее от него отказаться. Или не смог бы ее переубедить, и его погубило бы чувство вины.

Возможно, однажды она расскажет своей семье правду о своих отношениях с Ролло.

У нее громко заурчало в желудке, и она поняла, что ничего не ела со вчерашнего обеда. Накануне вечером она была так взволнована, что не смогла проглотить ни кусочка.

Поднявшись с дивана, Дэйзи пошла искать кухню. Приготовив себе завтрак, она поела и решила осмотреть квартиру. Переходя из одной комнаты в другую, она чувствовала себя не в своей тарелке.

Полы из светлой древесины прекрасно сочетались с белыми стенами и сделанной на заказ мебелью. Из огромных окон открывались великолепные виды Центрального парка и города. Когда она увидела террасу с бассейном под стеклянной крышей, она не смогла подобрать эпитеты, чтобы описать это великолепие.

И все же, несмотря на всю эту роскошь, Дэйзи обнаружила, что не воспринимает эту квартиру как дом. Что по духу она больше похожа на гостиничный номер. Дэйзи не нашла ничего, что указывало бы на личность ее владельца и его интересы. Только на его достаток и социальное положение.

Заглянув в очередное помещение, она остановилась в дверях. Оно тоже было большим и просторным, но производило впечатление места, которым пользовались.

Она медленно подошла к столу из темной древесины, на которой стояла красивая серебряная чаша. Прикоснувшись к ней дрожащими пальцами, она вдруг осознала, что во второй раз вошла без разрешения в кабинет Ролло. Будет лучше, если она немедленно отсюда уйдет.

– Вас ненадолго хватило, – неожиданно донесся до нее его голос, и внутри у нее все оборвалось.

Отдернув руку от чаши, Дэйзи повернулась и увидела Ролло, прислонившегося к дверному косяку. На нем не было ничего, кроме черных шортов для бега и кроссовок. Его волосы были мокрыми, на шее у него висело полотенце. Дэйзи была полностью одета, но это, похоже, не вызвало у него ни капли смущения. Впрочем, это было неудивительно. Разве можно стыдиться такого великолепного тела.

– Что вы имеете в виду? – спросила Дэйзи, с трудом отведя взгляд от его плоского живота.

– То, что вы собрались в первый же день украсть фамильное серебро, – ответил он, проходя вглубь кабинета.

Его тон был небрежным, и можно было подумать, что он шутит, но ледяное презрение в его взгляде убедило ее в обратном.

– Должен предупредить вас, что картины намного тяжелее, чем выглядят. Даже в свернутом виде.

– Я не собиралась ничего красть.

– Конечно нет. Дайте угадаю, – криво усмехнулся он. – Вы просто хотели посмотреть.

Дэйзи охватил праведный гнев.

– Да, я просто хотела посмотреть. Что в этом такого? Я теперь здесь живу и скоро стану вашей женой. – Она пристально уставились на него: – По правде говоря, я увидела намного больше, чем хотела.

За этим последовало напряженное молчание.

– Правда?

От его обманчиво спокойного тона ей стало не по себе, но она дерзко вскинула подбородок:

– Да.

Она хотела быть с ним честной. Хотела доказать ему, что его мужественная красота оставляет ее равнодушной, уязвить его самолюбие. Но она почти сразу же пожалела о своих словах, потому что он прищурился и начал медленно к ней приближаться.

Дэйзи сделала шаг назад:

– Что вы делаете?

Ее голос стал визгливым, глаза расширились, но он продолжил идти вперед.

– Перестаньте! – воскликнула она, выставив перед собой ладони.

Ролло остановился. Но он был так близко, что она чувствовала тепло, исходящее от его тела. Оно проникало внутрь ее, пробуждая желание. Его чувственные губы изогнулись, и она вспомнила их вчерашний поцелуй.

– Перестать делать что? – отрезал он.

– Оскорблять меня. – Ее голос предательски дрожал, и она, пытаясь себя защитить, сложила руки на груди. Неужели кто-нибудь сможет поверить в то, что они друг в друга влюблены? – У нас ничего не получится, – произнесла она более твердым голосом. – Знаю, в теории все звучит неплохо, но…

Ролло пронзил ее ледяным взглядом, и она осеклась.

– Позвольте мне напомнить, мисс, почему вам следует хотеть, чтобы все получилось на практике. Только в этом случае вы и ваш брат останетесь на свободе.

Грудь и горло Дэйзи словно сдавили стальные обручи.

– Но я не смогу так жить целый год!

– Мне все равно.

– Разумеется, вам все равно! – яростно бросила она. – Вам наплевать на меня и мои чувства. Вы ясно дали мне это понять с самого начала. И да, я помню, что проникла без разрешения в ваш офис, так что не нужно тыкать меня в это носом при любой удобной возможности.

Его лицо стало непроницаемым.

– Предупреждаю вас, Дэйзи. Я уже порядком устал от того, что…

– От чего? От того, что я живой человек, у которого есть чувства? Вы не можете постоянно меня обзывать. Это несправедливо.

– Несправедливо? По-моему, я был к вам более чем справедлив. Я мог бы просто передать вас и вашего брата полиции, но я этого не сделал.

Дэйзи издала сдавленный смешок:

– Значит, вот что такое, по-вашему, быть справедливым? Заставить меня с помощью шантажа выйти за вас замуж? Так вот, это никакая не справедливость, а своекорыстие.

На его щеке дернулся мускул.

– А по-моему, это просто стратегическая реакция на отличную возможность, которая подвернулась в бизнесе.

Дэйзи с самого начала знала, что она для него всего лишь средство для достижения цели, но ее до сих пор это задевало.

– Позвольте мне сказать вам одну вещь, Ролло. Вам нет дела ни до меня, ни до моих чувств, но для вас важна эта сделка. Очень важна, иначе меня сейчас здесь не было бы. Но поймите, я актриса, а не волшебница. И ни один здравомыслящий человек не поверит в то, что наш брак настоящий, если вы будете продолжать вести себя подобным образом. – Он определенно должен понять, что она пытается до него донести. Что без доверия и уважения нормальных отношений не построишь. – Мои чувства имеют значение, потому что я не смогу спокойно выслушивать гадости, которые вы будете говорить мне наедине, а потом изображать на публике влюбленную.

– Почему нет? Разве не в этом суть актерства?

– В таком случае бизнес – это всего лишь подписывание людьми листов бумаги с текстами. – Она покачала головой. – Да, я актриса, поэтому я не шучу, когда говорю, что, если вы хотите, чтобы публика поверила вашей игре, вы не можете лишь притворяться. Вы должны поверить, что испытываете те чувства, которые изображаете. Недостаточно просто говорить, что вы хотите, чтобы я была вашей женой. Вы должны вести себя так, будто хотите этого. – Она медленно выдохнула. – Вам придется перестать судить меня и моего брата, иначе из этой затеи с браком ничего не выйдет.

– Ваш брат украл мои часы, а вы проникли без разрешения в мой кабинет. Разве это не дает мне право вас судить?

– Нет, не дает, – уверенно произнесла она. – Вы знаете о Дэвиде лишь то, что он высокий и дерганый и что он украл ваши часы. Но вы не знаете настоящего Дэвида. Дэвида, которого знаю я. Он никогда прежде не делал ничего подобного. Вы вряд ли когда-нибудь встретите такого милого и безобидного человека, как он.

Ролло задумчиво молчал с минуту, затем спросил:

– Если он такой милый и безобидный, почему он украл мои часы?

Ладони Дэйзи стали влажными. Она понимала, что Ролло имеет право знать всю правду, какой бы неприятной она ни была.

– Дэвиду срочно понадобились деньги. Он играл в онлайн-казино и много проиграл, – начала она. – Поначалу он понемногу играл по вечерам от скуки и сам не заметил, как к этому пристрастился и задолжал казино кругленькую сумму.

– Раз он не продал часы, значит, на нем по-прежнему висит долг?

– У меня были накопления, и я выплатила большую часть этого долга, – призналась Дэйзи. – Прошлым летом я снялась в нескольких рекламных роликах. Реклама – это не совсем актерская работа, зато за нее хорошо платят.

Ролло кивнул:

– Ваш брат рассказывал кому-то, кроме вас, о своей проблеме? Родителям? Может, друзьям?

Дэйзи покачала головой:

– Он не хотел их беспокоить. Думал, что все уладит сам. Точнее, с моей помощью.

– Когда он рассказал вам о том, что проигрался в казино?

Она сглотнула:

– В тот день, когда он украл ваши часы.

– Это было эгоистично с его стороны, вы так не считаете? – спросил Ролло после небольшой паузы.

Должно быть, она зря все ему рассказала. Неужели она думала, что такой холодный и расчетливый человек, как он, проникнется сочувствием к ее брату?

Она сердито посмотрела на Ролло:

– Дэвид не эгоист.

– Вы двойняшки. Должно быть, он знал, что вы придете ему на помощь и решите его проблему.

Дэйзи открыла рот, чтобы возразить, но он помешал ей, подняв руку:

– Я его не осуждаю, Дэйзи. Но люди, пристрастившиеся к наркотикам или азартным играм, думают не так, как остальные. Они лгут, изворачиваются, отрицают свою пагубную зависимость, ищут отговорки. Это проявления их болезни. – Он встретился с ней взглядом: – Дэвид болен. Ему нужны забота и поддержка. Именно поэтому я собираюсь поместить его в хорошую клинику, где ему окажут квалифицированную помощь.

Ее сердце замерло на мгновение.

– Но почему вы это делаете?

Ролло посмотрел на ее бледное лицо с точеными скулами. Она очень красива, но он решил помочь ее брату вовсе не поэтому. Нет, он не оправдывал его преступление и то, что сделала прошлой ночью Дэйзи, но теперь он лучше понимал их мотивы.

Он пожал плечами:

– Несмотря на то, что вы обо мне думаете, Дэйзи, я не чудовище. Дэвид нуждается в лечении. Как его наниматель, я в некоторой степени отвечаю за его благополучие. Я готов позаботиться о Дэвиде, но у меня есть одно условие. – Его голос был спокойным, но в нем слышалось предостережение. – Вы работаете на меня, а я требую абсолютной честности от своих сотрудников.

Дэйзи заставила себя улыбнуться:

– Я понимаю. И я благодарна вам за то, что вы решили помочь Дэвиду.

Кивнув, Ролло достал из кармана мобильный телефон, посмотрел на экран и нахмурился:

– Мне нужно пойти переодеться. – Он задумался на мгновение: – И это напомнило мне о том, что вам нужно отправиться за покупками.

Его слова сбили ее с толку.

– Что?

– Через неделю состоится благотворительное мероприятие. Думаю, оно должно стать вашим первым появлением на публике. Нам нужно как следует вас к нему подготовить.

Дэйзи внутренне содрогнулась. Он не попросил ее пойти с ним, а поставил перед фактом. Это свидетельствовало о том, что она имеет дело с человеком, который всегда получает то, чего хочет.

– Мероприятие не будет слишком официальным. Думаю, это подходящий момент для того, чтобы представить вас в качестве моей невесты. Вам нужно будет выглядеть соответствующим образом. Мой шофер Кении знает, в какие магазины вас следует отвезти. Выберите все, что вам понравится, и запишите расходы на мой счет.

– Это очень великодушно с вашей стороны, но я не нуждаюсь в том, чтобы вы покупали мне одежду. У меня достаточно вещей.

Ролло долго сверлил ее взглядом, затем холодно улыбнулся:

– Уверен, ваша одежда подходила для вашей прежней жизни, но, поверьте мне, теперь вам будет гораздо комфортнее в чем-то, соответствующем вашему новому статусу – статусу моей будущей жены.

Его надменность так возмутила Дэйзи, что она сжала руки в кулаки.

– Разве не я сама должна решать, что мне следует надеть?

– Так было до того, как вы согласились стать моей женой.

Ролло приблизился к ней на шаг, и ее плечи напряглись.

– Ранее вы сказали, что для того, чтобы у нас все получилось, я должен относиться к вам с уважением. – Подняв руку, он нежно погладил ее по щеке: – Я готов это делать, но взамен вы должны перестать со мной спорить. Это справедливо, не так ли? Поэтому, когда я вежливо предлагаю вам поехать за покупками, вы должны поехать за покупками, – мягко произнес он. – Иначе в следующий раз я могу сделать это не так вежливо.

Прежде чем она успела придумать достойный ответ, он повернулся и вышел из кабинета.

Глава 4

– Итак… – Остановившись, Ролло посмотрел на Дэйзи, сидящую в одном из огромных кожаных кресел. – Ты больше любишь кофе, чем чай, красное вино, чем белое, и терпеть не можешь виски.

Замолчав, он попытался подавить раздражение, которое было его постоянным спутником в течение последних двадцати четырех часов.

Отведя взгляд от панорамы за окном, Дэйзи задумчиво сдвинула брови:

– Ты тоже предпочитаешь красное вино, а кофе пьешь с молоком.

Ролло стиснул зубы:

– Нет. Я предпочитаю черный.

По правде говоря, сейчас он выпил бы что-нибудь покрепче, чем чашка эспрессо.

Они снова и снова задавали друг другу вопросы, чтобы довести ответы до автоматизма. Точнее, таков был первоначальный план. Вместо того чтобы усердно запоминать информацию, Дэйзи вела себя как школьница, которую оставили после уроков в качестве наказания.

– Хорошо. Теперь я запомнила. – Подавив зевок, она встретилась взглядом с Ролло: – Прости.

Ее извинение прозвучало неискренне. Судя по ее тону, ей ужасно наскучили все эти вопросы и ответы.

Ролло снова стиснул зубы, но промолчал и, откинувшись на спинку кресла, стал думать о том, как ему быть с этой новой Дэйзи.

После того как он приказал ей отправиться за покупками, она перестала открыто с ним спорить и начала держаться подчеркнуто вежливо, как будто он был учителем или скучным знакомым.

Это сводило его с ума, но, несмотря на свое раздражение, он обнаружил, что ему импонирует ее упрямство и дух сопротивления.

Он встречался с актрисами, моделями и светскими львицами. Все они были красивы и сексуальны, но ни одной из них не удалось перевернуть его упорядоченный мир с ног на голову. Ему казалось, что его жизнь больше ему не принадлежит.

Ролло запустил пальцы в свои короткие светлые волосы. Так оно и есть. Его жизнь станет другой на следующие двенадцать месяцев.

Он еще много лет назад дал себе слово, что никогда не женится, но сейчас у него нет другого выбора. Он купит это здание и выполнит обещание, данное отцу, даже если ради этого ему придется целый год прожить под одной крышей с женщиной, которая терпеть его не может.

Ролло нахмурился. Обычно, как в жизни, так и в бизнесе, он получал то, чего хотел, с помощью настойчивости и денег. Но это здание он тщетно пытался купить уже почти десять лет. Джеймс Данмор ясно дал ему понять, что деньги для него не главное. Что он ведет бизнес только с такими людьми, которые разделяют его ценности. Людьми, для которых брак и семья это основа основ.

Все было бы намного проще, будь Дэйзи похожа на тех женщин, с которыми он обычно имел дело. Женщин, которые флиртовали с ним, подстраивались под него и всячески старались ему угодить. Дэйзи, в отличие от них, доводила его до белого каления при любой возможности.

Даже когда он ее поцеловал.

Он вспомнил, какие ощущения испытал, когда их губы соприкоснулись, и ее тело начало плавиться как воск в его руках. Эти воспоминания долго не давали ему уснуть прошлой ночью.

– Это наводит скуку на нас обоих, но чем больше ты будешь стараться, тем скорее мы сможем двинуться дальше, – сказал он.

Щеки Дэйзи вспыхнули. Почему, черт побери, он разговаривает с ней как с ребенком? Почему он выглядит так сексуально в джинсах и футболке, что она не может сконцентрироваться на его вопросах?

– Да, я что-то забыла. Подумаешь, какое дело. Нас вряд ли кто-то будет проверять, – пробурчала она. – Если понадобится, я смогу сымпровизировать. Я же профессиональная актриса.

– Перестань дуться и сосредоточься на работе. В конце концов, это ты мне сказала, что нужно проникнуться ролью. Почему ты не следуешь собственному совету?

Ролло снисходительно улыбнулся, и ей захотелось запустить в него подушкой. Но вместо этого она сделала глубокий вдох и спокойно произнесла:

– Твой сценарий слишком скучен. Почему мы не можем просто поболтать о том о сем? Так мы тоже друг друга узнаем, просто этот способ более… э-э… органичный.

Это было разумное предложение, но, к ее разочарованию, Ролло покачал головой:

– Задавать друг другу заготовленные вопросы – это самый быстрый способ друг друга узнать. Только после этого мы сможем показаться на людях как жених и невеста.

– Хорошо, – ответила она, вскинув подбородок. – Чем скорее мы продолжим это взаимное интервью, тем скорее мы его закончим. Жаль только, что это напоминает зубрежку перед школьными экзаменами.

– Как интересно. Я ни за что бы не подумал, что ты была зубрилой.

Дэйзи хотелось сказать ему, что она училась на «отлично» и библиотека была ее вторым домом, но она сомневалась, что сможет его убедить. Потому что это было ложью.

– Полагаю, ты был прилежным учеником.

– Да, я серьезно относился к учебе, но у меня оставалось много энергии для… э-э… внешкольных занятий.

Дэйзи уловила в последней части его фразы сексуальный подтекст, и ее бросило в жар.

– Мне было бы интересно послушать твой рассказ о школьных годах, но, думаю, у нас есть более важные вопросы для обсуждения, – сказала она, поднявшись. – Я схожу попью воды, и мы продолжим.

Пройдя в зону кухни, Дэйзи тупо уставилась на блестящие белые шкафчики. Ее разум затуманился, ноги были ватными, а по венам словно разлился расплавленный огонь.

Почему Ролло так на нее действует, черт побери? Они же друг друга терпеть не могут.

Достав из одного из шкафчиков стакан, она открыла кран и подставила его под струю.

– В холодильнике есть вода в бутылках. С газом и без газа.

Повернувшись, она обнаружила, что Ролло стоит так близко к ней, что она видит золотистые крапинки в его глазах.

– Спасибо, не надо. Я обойдусь водой из-под крана, – ответила Дэйзи.

Ролло пристально уставился на нее, и ее сердце бешено заколотилось. Он был так красив, что ей захотелось его поцеловать. Эта мысль напугала ее, и она затараторила:

– Прости, я не спросила. Может, ты тоже чего-нибудь хочешь? Кофе с молоком? Прости, я хотела сказать – черный.

Он покачал головой:

– Нет, спасибо. Я пытаюсь сократить количество потребляемого кофеина. – Он улыбнулся, и в уголках его глаз появились лучики морщинок. – На тот случай, если ты этого не заметила, скажу, что этой информации в записях не было.

Дэйзи неуверенно посмотрела на Ролло. Его настроение, похоже, улучшилось, и она обнаружила, что тоже начиняет расслабляться. Возможно, ей наконец удастся донести до него свою точку зрения.

– Я вовсе не пытаюсь доставить тебе трудности, – спокойно произнесла она. – Но ты относишься ко всей этой ситуации как к школьному заданию, которое необходимо выполнить. Нам нужно постараться сделать так, чтобы наши отношения выглядели естественными. Этого не случится, если мы просто будем зазубривать фактическую информацию друг о друге.

Это был самый странный разговор в ее жизни. Она думала, что Ролло начнет с ней спорить, и удивилась, когда он кивнул.

– Это вполне разумно. Мы сможем сделать так, чтобы у нас все получилось. – Его тон был мягким и дружелюбным. – Постарайся относиться к этому как к очередному актерскому проекту.

Дэйзи нахмурилась:

– Но это совсем не похоже на то, чем я занимаюсь. Когда я работаю, я учу роль и погружаюсь в свой персонаж. Но я играю только на сцене. Дома я не изображаю леди Макбет.

– Какое облегчение, – ответил он.

– Глядя на нас, все должны будут думать, что мы влюблены друг в друга?

Неожиданно Ролло поднял руку и погладил Дэйзи по щеке. Ее пульс снова участился, и она уставилась на него, словно загипнотизированная.

– Полагаю, да, – ответил он, опустив руку и сделав шаг назад.

– Поэтому нам нужно весело проводить время вместе.

– Весело проводить время? – переспросил он, словно не знал, что это такое.

– Да. Нам нужно веселье, а не скучные факты. Давай сходим куда-нибудь, где мы сможем развлечься.

Ролло долго молчал. Когда ей уже начало казаться, что он не удостоит ее ответом, он произнес:

– У меня есть абонемент в ложу Метрополитен-оперы. – Он достал из кармана мобильный телефон. – Я не знаю, что там сейчас идет, но уверен, что тебе понравится. Ложа частная, и нам никто не будет мешать. Я позвоню своей личной помощнице и попрошу ее позвонить в театр и предупредить администрацию о нашем приезде.

Наверное, он ее не слушал. Иначе почему он тогда предложил ей сходить в оперу? Это определенно не самое подходящее место для того, чтобы расслабиться и весело провести время. Там они даже не смогут поговорить.

– Я не хочу, чтобы ты беспокоился, – ответила она. – Кроме того, я не люблю оперу.

Переполненный гневом, Ролло смерил ее холодным взглядом. Он злился не только на Дэйзи за грубость, но и на самого себя за слабость. За то, что он попытался пойти ей навстречу.

– В таком случае я тебя оставлю, чтобы ты продолжила учить роль.

– Что ты имеешь в виду? Ты куда-то уезжаешь?

– В офис.

– В офис? Но я думала, что ты хочешь…

– В таком случае ты ошиблась так же, как и я. – На его щеке дернулся мускул. – Но мы, по крайней мере, начали узнавать друг друга. – С этими словами он повернулся и направился к двери.

Дэйзи тупо уставилась ему вслед. Что он собрался делать в офисе? Сегодня же воскресенье.

Развалившись в своем рабочем кресле, Ролло смотрел в окно на панораму города, который он считал своим домом. Слева было его прошлое – здание, в котором он вырос и которое он тщетно пытался купить у Джеймса Данмора уже много лет, справа – настоящее и будущее: пентхаус, в котором он живет со своей невестой.

Он нисколько не жалел о том, что заставил Дэйзи согласиться стать его женой. Но когда он вспоминал, какое у нее было выражение лица, когда он предложил ей поехать в оперу, внутри его поднималась волна гнева. Ему следовало просто отдавать ей приказы, но почему-то он пошел у нее на поводу и согласился сделать их отношения более естественными.

Позволил ей им манипулировать.

Ролло стиснул зубы. Много лет назад он поклялся самому себе, что никогда не уподобится своему отцу, который потратил всю жизнь на удовлетворение прихотей одной женщины.

Он нарушил свои правила, и ему некого винить, кроме самого себя.

Дэйзи, конечно, красива и сексуальна, но в то же время она лжива и своевольна. Ей нельзя доверять. Актерское образование позволяет ей быстро перевоплощаться. Прошлой ночью в офисе она походила на разъяренную фурию, а когда он привез ее к себе домой, она свернулась калачиком на диване, словно утомившийся ребенок.

Ролло услышал, как дверь у него за спиной тихо открылась. Воздух в помещении наэлектризовался, и ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что пришла Дэйзи. Когда он все-таки повернулся, ее в очередной раз поразила его красота.

– Меня впустил твой швейцар, – произнесла она с натянутой улыбкой. – Он меня запомнил, когда мы с тобой вчера отсюда выходили.

Ролло кивнул.

Она закусила губу:

– Если ты хочешь, я могу уйти.

Ролло не увидел на ее лице ни вызова, ни страха. Перед ним снова была другая Дэйзи.

– Зачем ты сюда пришла?

– Уже почти три часа. Ты почти ничего не ел за завтраком и не приехал домой к ланчу, поэтому я решила привезти тебе обед, – ответила она, подняв коричневый бумажный пакет.

Прочитав на ее лице беспокойство, Ролло испытал шок. Неужели она переживала из-за того, что он плохо поел?

– Здесь две пиццы. Одна «Маргарита», другая – с четырьмя сортами сыра. Я запомнила, какую пиццу ты любишь. – Сделав непонятный жест рукой, она поставила пакет на пол и, отходя назад, быстро добавила: – Я оставлю это здесь. Если ты проголодаешься позже…

– Они положили туда пекорино или пармезан?

Дэйзи остановилась:

– Пекорино.

– Соуса много или мало?

Она сглотнула.

– Мало.

– Хорошо.

Ролло изучал ее лицо. Его взгляд был непроницаемым.

– Ты хочешь поесть здесь или в конференц-зале? – спросил он наконец.

Они решили остаться в кабинете и устроились на разных концах дивана, положив посередине коробки с пиццей.

– Я никогда раньше не пробовала пиццу с четырьмя сортами сыра, – сказала Дэйзи, отправив в рот нитку моцареллы. – Я думала, что она будет слишком…

– Сырной?

– Нет. Жирной. Но она не жирней обычной пиццы.

Они болтали о еде, разных местах в Нью-Йорке и других пустяках, и напряжение, которое установилось между ними за последние два дня, куда-то исчезло. Наконец Ролло взял две пустые коробки, сложил их пополам и засунул в пакет.

– Думаю, это лучшая пицца, которую я когда-либо ел. Где ты ее купила?

– В пиццерии рядом с домом Дэвида. Там действительно отлично готовят.

Ролло нахмурился:

– Но дом твоего брата находится довольно далеко отсюда.

– Да, но я собралась на прогулку, и мне было все равно, куда идти, – ответила она, чувствуя, как горят ее щеки.

После ухода Ролло она была слишком взвинчена и ходила взад-вперед по квартире, как зверь в клетке. Примерно через час ее гнев утих, она села на диван и почувствовала себя виноватой. Она поняла, что приглашение в оперу, которое она отклонила, было не чем иным, как попыткой Ролло пойти ей навстречу.

Дэйзи неловко поерзала на диване.

– Когда мне нужно о чем-то серьезно подумать, я всегда отправляюсь на прогулку, – сказала она, не глядя на него. – Наша с тобой договоренность, наше совместное проживание… все это оказалось сложнее, чем я думала. Думаю, когда мне придется начать лгать другим людям, будет еще сложнее. Я имею в виду не посторонних людей, а Дэвида и наших с ним родителей. Но это моя проблема, а не твоя.

– Раз мы поженимся, значит, это и моя проблема тоже. Тебя беспокоит, что они не одобрят мою кандидатуру? – спросил он после небольшой паузы.

Ее глаза расширились.

– Нет. Меня, напротив, беспокоит, что они ее одобрят. Они будут за меня радоваться, а я буду продолжать их обманывать. Это жестоко по отношению к ним.

Его взгляд смягчился.

– Ты не жестокая. Ты пошла на это ради своего брата. Ты преданная и сильная. Нужно быть очень смелой, чтобы пойти на то, на что пошла ты.

«Это комплимент?» – подумала Дэйзи.

– Или очень глупой, – сказала она.

– Я не считаю тебя глупой.

Она поморщилась:

– Ты не видел мои школьные табели успеваемости.

– Оценки больше говорят об отношении человека к учебе, чем о его умственных способностях, – мягко произнес Ролло, слегка подавшись вперед.

– Возможно, – слабо улыбнулась она. – Но умником из нас двоих всегда был Дэвид. Он не только прекрасно разбирается в точных науках, но и отлично рисует. Также он любит оперу…

– Наверное, мне следовало пригласить его, а не тебя, – пошутил Ролло.

Она снова заерзала на диване и прокашлялась.

– Я сожалею о том, что сказала тебе о своем отношении к опере. Это было грубо. Мне правда жаль.

– Полагаю, у тебя был печальный опыт с «Циклом кольца».

– С чем?

– С «Кольцом нибелунгов» Вагнера. Этот цикл длится пятнадцать часов. Я решил, что ты именно поэтому ненавидишь оперу.

Дэйзи содрогнулась:

– Ты пригласил меня на нее?

Ролло покачал головой и так очаровательно улыбнулся, что она мгновенно забыла обо всех своих неприятностях.

– Нет, я не подверг бы этому даже своего злейшего врага.

– Как твой злейший враг, я тебе очень за это благодарна.

Он посерьезнел:

– Ты мне не враг.

Дэйзи встретилась с ним взглядом, и ей захотелось утонуть в его глубоких зеленых глазах.

– Но ты меня ненавидишь… – По какой-то непонятной причине ее голос начал дрожать.

Придвинувшись ближе к ней, Ролло поднял руку и коснулся ее щеки.

– Я вовсе не испытываю к тебе ненависти, – мягко произнес он.

Сердце подпрыгнуло у нее в груди. Она была рада, что сидит. Если бы она стояла, у нее, наверное, подкосились бы ноги.

– Я тоже не испытываю к тебе ненависти, – ответила она, положив ладонь ему на руку. – Я не принесла десерт.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга, затем Ролло опустил взгляд на свое запястье и тихо сказал:

– Уже поздно. Нам пора ехать домой.

Когда они ждали лифт, Дэйзи почувствовала на себе взгляд Ролло, стоящего сбоку от нее.

– В чем дело? Ты что-то забыл?

Ролло покачал головой:

– Нет. – Он сделал паузу, и Дэйзи почувствовала исходящее от него напряжение. – Спасибо за пиццу и за компанию. Было весело. – Он прокашлялся: – Я хочу, чтобы ты знала, что я предложил тебе пойти в оперу вовсе не потому, что у меня есть абонемент в ложу.

Кивнув, Дэйзи взяла его за руку:

– А я хочу, чтобы ты знал, что тебе не нужно беспокоиться. Мы будем стараться, и у нас все получится.

В его глазах промелькнуло удивление, и она подумала, что он отстранится. Но в следующее мгновение Ролло крепче сжал ее руку, и они вместе вошли в лифт. Похоже, они только что заключили перемирие.

Глава 5

– Доброе утро, мисс Мэддокс. Меня зовут Кейт, и этим утром я буду в вашем полном распоряжении.

Подняв голову, Дэйзи улыбнулась стройной молодой женщине, стоящей перед ней. Дэйзи делала себе в салоне красоты маникюр и маски для лица, но она никогда не бывала в таком эксклюзивном спа-центре, как «Тахара сенкчуэри». Здесь все было на высшем уровне. Ей даже предоставили отдельную комнату для релаксации.

Полтора часа спустя Дэйзи начала понимать, почему богатые люди всегда выглядят такими расслабленными. После пилинга скрабом из соли и эфирного масла мяты и очищающей травяной ванны она наслаждалась массажем всего тела и чувствовала, как напряжение уходит.

Подавив зевок, Дэйзи закрыла глаза, когда кто-то тихо постучал в дверь.

– Мистер Флеминг, как я рада снова видеть вас, – приветливо произнесла Кейт.

Глаза Дэйзи распахнулись, и она услышала знакомый глубокий голос:

– Я тоже рад вас видеть, Кейт.

Ее сердце бешено застучало, когда она осознала, что на ней нет ничего, кроме трусиков и полотенца, лежащего на ягодицах.

С тех пор как они с Ролло заключили перемирие больше недели назад, она начала получать удовольствие от своей новой жизни. Конечно, перед роскошью, которой он ее окружил, было трудно устоять, но главная причина заключалась в том, что отношения с Ролло оказались самыми простыми отношениями с мужчиной, которые когда-либо у нее были.

Дело было не только в том, что он сдержал свое слово и перестал к ней придираться. Не только в том, что он был умным, красивым и искушенным. Главным образом оно было в том, что она впервые в жизни чувствовала себя свободной рядом с мужчиной. С Ролло ей не нужно было беспокоиться о будущем или о том, что ее сердце может быть разбито. С ним она просто могла расслабиться и наслаждаться настоящим.

Впрочем, эта теория казалась ей намного более убедительной, когда она не лежала перед ним, почти полностью обнаженная.

По ее голой спине пробежала дрожь. Она поняла, что эта реакция вызвана пристальным взглядом Ролло, и едва удержалась от того, чтобы натянуть полотенце на верхнюю часть тела.

– Не знала, что ты заглянешь, Ролло, – произнесла она ленивым тоном.

– Ты же меня знаешь, дорогая. Я всегда действую под влиянием внезапного порыва.

Они это сделали. Теперь они официально пара. Эта мысль вызвала у нее странные, но приятные чувства. Конечно, домашний персонал Ролло видел их вместе, но теперь, когда он назвал ее «дорогая» в присутствии Кейт, их отношения словно стали более реальными.

– Надеюсь, я тебе не помешал.

Повернув голову, Дэйзи обнаружила, что он стоит рядом и улыбается.

– Конечно, не помешал, – улыбнулась она в ответ.

– Ты в хороших руках.

Дэйзи заметила, как щеки Кейт порозовели, но взгляд Ролло был по-прежнему прикован к ней. На мгновение у Дэйзи создалось ощущение, будто кроме них двоих в комнате никого больше нет. Она посмотрела на Кейт и улыбнулась ей:

– В очень хороших руках. Я полностью расслабилась.

– Это здорово. Я знаю, что в последнее время ты испытывала стресс, – сказал Ролло.

«Кому, как не ему, это знать», – подумала она. Ведь это он причина ее стресса.

– Да, я была немного напряжена. Но за последнее время в моей жизни столько всего произошло.

– Многие из наших клиентов страдают от неприятностей, связанных со стрессом, – заметила Кейт. – Мышечных и головных болей, одышки, бессонницы. Даже потери сексуального влечения.

– Ничего себе, – произнес Ролло. – Но у нас такого быть не может, правда, дорогая?

«Что я здесь делаю?» – подумал он. Но, видя, как темнеют глаза Дэйзи, и чувствуя пульсирующую боль желания в паху, он понял, что ответ на его вопрос лежит перед ним.

Он должен был проводить телефонную конференцию у себя в офисе, но, увидев за окном автомобиля ярко-красный скутер доставщика пиццы, он подумал о Дэйзи и велел своему водителю повернуть в сторону спа-центра.

Ему нужно было увидеть Дэйзи и сказать ей о вечеринке в галерее, чтобы она успела на нее настроиться. В конце концов, сегодня состоится их первый совместный выход в свет.

– Может, мне помочь тебе расслабиться? – улыбнулся он ей. – Я мог бы научиться делать массаж.

В его голосе было что-то, от чего у Дэйзи перехватило дыхание, но она смогла изобразить на лице томную улыбку.

– Это очень мило с твоей стороны, но тебе не нужно ничего делать, дорогой. Кейт отлично справляется со своей работой.

– Да, но Кейт не знает тебя так хорошо, как я. Она не знает твоих слабостей. – Его взгляд скользнул по ее обнаженной спине. – Думаю, я понял, как это делается, Кейт, – услышала Дэйзи и напряглась, когда дверь в другом конце комнаты открылась и закрылась.

– Я не думаю… – начала Дэйзи, но тут же замолчала, потому что в следующий момент его теплая ладонь скользнула вниз по ее спине.

Наклонившись, он взял со столика открытую бутылочку.

– Масло мандарина. Звучит здорово. – Пробежав глазами содержание этикетки, он налил немного масла себе на ладонь. – Очевидно, оно приводит в состояние эйфории. Уверен, что тебе понравится.

Его пальцы заскользили по ее плечам, и по ее коже словно пробежали электрические разряды.

Дэйзи едва сдержала стон, когда внизу ее живота возникла тянущая боль, а по всему телу начало разливаться приятное тепло.

«Поднимись. Скажи, чтобы он ушел. Скажи, чтобы он перестал к тебе прикасаться», – отчаянно приказала она себе. Но собственное тело не слушалось ее. Руки и ноги словно налились свинцом, а веки затрепетали и опустились.

Ролло не было необходимости учиться массажу. Он знал, каких мест нужно касаться и как.

Глядя на стройное тело Дэйзи, блестящее от масла, Ролло чувствовал, как боль желания становится все сильнее. Он думал, что ей делают какую-нибудь маску или что-то в этом роде, и никак не ожидал увидеть ее лежащей на кровати с одним лишь полотенцем на упругих выпуклых ягодицах.

Она так красива, и он безумно ее хочет.

Поддавшись искушению, он слегка отогнул полотенце и принялся массировать верхнюю часть ягодиц. В ответ ее тело дернулось и выгнулось дугой.

– Ролло!

Ее хриплый стон вернул его к реальности.

Да что с ним такое творится, черт побери?

Он был близок к тому, чтобы присоединиться к ней на кровати и овладеть ею. Он, человек, который никогда прежде не терял контроль из-за женщины.

– Думаю, на сегодня с тебя достаточно эйфории. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы я переключился на переднюю часть твоего тела.

По телу Дэйзи снова прокатилась огненная волна, и она ошеломленно уставилась на Ролло. Он слышал, как она простонала его имя? Знал, как на нее действует его близость?

Она встретилась с ним взглядом, и ее сердце пропустило удар.

Ну разумеется, он знал, какой будет ее реакция. Именно поэтому ей не следовало позволять ему к ней прикасаться. Только теперь уже поздно начинать сожалеть.

– Пожалуй, я пас, – натянуто улыбнулась она и многозначительно посмотрела на дверь. – Кейт вернется в любой момент. Она будет заниматься моим лицом.

По словам Кейт, несколько эффективных процедур очистят ее кожу от токсинов. Жаль, что они не смогут избавить ее от физического влечения к Ролло.

Впрочем, она не собирается давать выход своей страсти. Да, она заключила перемирие с Ролло, но это вовсе не означает, что она будет заниматься с ним сексом. Переспать с ним было бы ошибкой, а она уже наделала достаточно ошибок. Она не может отдаться человеку, который ее шантажирует, как бы сильно ее к нему ни влекло.

Внезапно почувствовав отчаянное желание сбежать из комнаты, в которой воздух почти искрился от напряжения, Дэйзи подняла полотенце, запахнула его края на своей обнаженной груди и сказала:

– Пожалуй, я пойду поищу ее. Ты не мог бы передать мне мой халат?

Он выполнил ее просьбу. Его глаза весело блестели, когда она пыталась быстро надеть халат, прижимая к груди полотенце.

– Расслабься, – мягко произнес он. – Я не имею привычки набрасываться на женщин. Кроме того, мне нужно ехать на встречу с моим финансовым директором. Я бы с удовольствием ее пропустил, но не могу пренебрегать работой. Иначе, – улыбнулся он, – к тому моменту, когда мы уговорим Данмора продать мне здание, от моего бизнеса ничего не останется.

Дэйзи почему-то было неприятно его напоминание о причине, по которой они были вместе. Поднявшись с кровати, она заставила себя улыбнуться в ответ:

– Хорошо. Тогда увидимся позже.

Он нахмурился:

– На самом деле немного раньше, чем ты думаешь. Наши планы изменились. Именно поэтому я сюда и пришел.

Эти слова окончательно вернули Дэйзи к реальности. Разумеется, у его визита сюда есть веская причина. Расчетливые бизнесмены вроде Ролло ничего не делают спонтанно.

Подавив чувство разочарования, она спросила:

– Почему мы увидимся раньше?

– Потому что сегодня вечером мы идем в галерею. Я хотел сказать тебе об этом раньше, но отвлекся. Лимузин приедет за нами в семь часов, так что у тебя будет много времени, чтобы подготовиться.

Дэйзи была возмущена. Почему он считает, что у нее не может быть своих собственных планов? Что она должна все время под него подстраиваться?

– Сегодня вечером? – переспросила она.

Ролло кивнул:

– Да. Мы идем на выставку. Я постоянный покупатель этой галереи, и сегодня там состоится вечеринка.

Дэйзи в ужасе уставилась на него:

– Но как же мои родители и Дэвид? Они не знают, что мы вместе.

– Это маленькая частная галерея. Местные папарацци напишут о сегодняшнем мероприятии, но я сомневаюсь, что информация о нем распространится по всей стране.

– Но ты сказал, что нам нужно готовиться еще неделю…

Он насмешливо посмотрел на нее:

– Я думаю, что мы готовы. Разве ты не готова?

Тело Дэйзи дрожало как в лихорадке, кожу все еще покалывало от его прикосновений. Она знала, что ее щеки покраснели, и она выглядит возбужденной.

Ролло прав. Они действительно готовы.

«Впрочем, это не имеет значения», – подумала Дэйзи, когда за ним закрылась дверь. Судя по выражению лица Ролло, готова она или нет, она пойдет на эту вечеринку.

* * *

До ее первого выхода в свет осталось всего две минуты!

Посмотрев украдкой на экран своего мобильного телефона, Дэйзи почувствовала одновременно приятное волнение и страх и содрогнулась. Подобные ощущения она всегда испытывала перед выходом на сцену.

– Ты замерзла? – спросил Ролло, сидящий рядом с ней в лимузине.

Она покачала головой:

– Нет. Я просто нервничаю.

– Ты боишься?

– Да, – вздохнула она. – Знаю, это звучит нелепо.

– Вовсе нет. – Неожиданно он накрыл ее ладонь своей. – Страх – естественная реакция. Он предупреждает нас об опасности.

Если это так, почему она не отдернула руку и не выскочила из машины, чтобы быть подальше от Ролло?

Она бросила на него взгляд, и у нее захватило дух от его красоты. Темный костюм безупречного покроя подчеркивал достоинства его фигуры, а бледно-желтая рубашка подходила к цвету глаз.

Небрежно улыбнувшись, она отвернулась.

Он негодяй и шантажист. Он не должен ей нравиться. Было так легко испытывать к нему неприязнь, когда он был с ней груб и жесток. Но сейчас, когда он держит ее за руку, трудно ненавидеть его и притворяться, будто она не получает удовольствия от его близости.

Дэйзи вздохнула. Все было намного проще, когда они ругались. Тогда она, по крайней мере, была уверена в себе и могла открыто выражать свои чувства.

Ролло обхватил пальцами ее запястье.

– У тебя частый пульс, – сказал он.

– Мне просто не хватает кислорода, – быстро ответила она. – Поэтому мое сердце бьется чаще, чем обычно.

Его глаза заблестели.

– Будешь читать мне лекцию по анатомии?

– Зачем? Уверена, ты и сам в ней прекрасно разбираешься.

Ролло заглянул ей в глаза:

– Наверное, ты говоришь это всем мужчинам.

– Нет, – возразила она. – Только тебе.

– Ты нервничаешь. Я могу тебе чем-нибудь помочь?

– Чем ты можешь мне помочь? Я нервничаю из-за тебя, – призналась она, и ее щеки вспыхнули.

– Я заставляю тебя нервничать? – спросил Ролло после небольшой паузы.

– Не ты, а наше совместное появление на публике. С тобой я справлюсь.

Кого она пытается обмануть? С таким же успехом она могла бы заявить, что справится со сбежавшим из клетки львом.

– Неужели? – усомнился он, глядя на нее с ленивой улыбкой.

Дэйзи смутилась, но, к счастью, ей не нужно было придумывать подходящий ответ, потому что их лимузин остановился перед светло-серым зданием. Его тут же окружила толпа журналистов, и они были ослеплены вспышками фотокамер.

Внутри галереи было тихо и прохладно. Пианист играл знакомую джазовую мелодию. Безупречно одетые мужчины и женщины ходили по залам парами и группами, потягивая шампанское и останавливаясь перед картинами. Когда они заметили их с Ролло, у Дэйзи создалось впечатление, будто все смотрят на них.

– Расслабься. Ты отлично выглядишь, – мягко произнес Ролло и сжал ее руку, когда она посмотрела на свое темно-синее платье. – Не обращай внимания на остальных. Они просто проявляют любопытство.

В начале вечера Дэйзи чувствовала себя лишней на этом мероприятии. Многие из присутствующих были известными людьми, которых она видела в журналах и по телевизору. Но рука Ролло, лежащая у нее на пояснице, придала ей уверенности. Ей было трудно помнить о том, что они с Ролло только притворяются парой. Она улыбалась, кивала, вела светскую беседу с другими гостями, но все ее мысли были о Ролло и его магнетической близости. Разумеется, это было хорошо. В конце концов, все должны поверить в то, что она безнадежно в него влюблена.

«Играй», – сказала она себе и, прильнув к нему, положила ладонь ему на грудь.

– Замечательная выставка, правда, дорогой?

Дэйзи не разбиралась в живописи, но картины показались ей оригинальными и интересными.

– Удивительная работа, – произнесла стройная пожилая женщина, стоящая рядом с ними. Она изучала картину, на которой были изображены зеленые, красные и черные волны.

Дэйзи кивнула:

– Они все удивительные, а эту я купила бы.

Разве что во сне. Самая дешевая из выставленных здесь картин стоила больше, чем она зарабатывала за год.

Женщина протянула ей руку:

– Я Бобби Байярд.

– Дэйзи Мэддокс, – представилась ей Дэйзи.

– Вы к каким Мэддоксам принадлежите? К фермерам или к финансистам?

– Ни к тем ни к другим, – ответил за нее Ролло. Взяв Дэйзи за руку, он наклонился и расцеловал седовласую женщину в обе щеки. – Она не принадлежит ни к одной из старых династий, Бобби, так что можете прекращать свой допрос.

– Это хорошо, – улыбнулась Бобби. – Старые династии вроде моей отжили свое.

Ролло покачал головой.

– Не верь ей, – сказал он Дэйзи. – Она бодра и весела. Всего три дня назад она сидела в первом ряду на одном из показов Недели высокой моды в Нью-Йорке. И еще у нее развито чутье на подающих надежды художников.

– У твоей девушки тоже хорошее чутье. – Посмотрев с одобрением на Дэйзи, Бобби перешла к следующей картине.

Твоей девушки. Девушки Ролло.

Подняв глаза, Дэйзи обнаружила, что он смотрит на нее потемневшими глазами, и по ее спине пробежала дрожь.

– Почему она тебе понравилась?

Дэйзи бросила взгляд на картину:

– Не знаю. Когда я на нее смотрю, у меня возникает такое чувство, будто я тону. Но в этом нет ничего плохого. Скорее это означает, что мне больше не нужно сопротивляться.

– В таком случае, может, тебе не следует сопротивляться? – тихо сказал Ролло, и у нее возникло такое чувство, будто в помещении остались только они вдвоем. – Может, тебе лучше просто уступить? – добавил он, с удовольствием отметив про себя, что глаза Дэйзи расширились, и их взгляд смягчился.

– Расскажи мне, Ролло, как вы познакомились, – неожиданно раздался рядом с ними голос Бобби.

– Это хороший вопрос.

Он тупо уставился на Бобби, пытаясь вспомнить заготовленный ответ. Но память подвела его, и его охватила паника.

– Кажется, это произошло на работе. Я не уверен, – пробормотал он, и у него возникло такое чувство, будто стены галереи начали сдвигаться. Ему казалось, что все присутствующие смотрят на него и придумывают каверзные вопросы, чтобы уличить его во лжи.

– Да, – твердо сказала Дэйзи, улыбаясь Бобби. – Ролло так сдержанно отвечает, поскольку знает, что мне не нравится признаваться людям в том, что я официантка. В тот вечер, когда мы познакомились, я разносила напитки. Я совершила глупость, и он нашел способ это исправить. Но самое удивительное то, что мы уже встречались до этого.

– Да. Я видел Дэйзи в театральной постановке. Видите ли, на самом деле она актриса, – услышал Ролло собственный голос.

Закатив глаза, Дэйзи покачала головой:

– Я училась на актрису, и я действительно принимала участие в экспериментальной постановке. Должна сказать, что пьеса была ужасная. Но Ролло действительно был в зрительном зале.

– Все было не так уж плохо, – тихо сказал он, и внутри у Дэйзи все сжалось. Он ее защищает, хотя ни разу не видел, как она играет.

– Все нормально. Не нужно меня защищать.

– Я тебя вовсе не защищаю, – возразил Ролло, и она уставилась на него, словно зачарованная. – Ты хорошо играла. Очень хорошо. Зрители поверили тебе.

Когда чуть позже Дэйзи наблюдала за тем, как он разговаривает с одной известной телеведущей, она думала над его словами. У нее было такое чувство, что он говорил серьезно. Но как он мог говорить серьезно, когда ни разу не видел ее на сцене?

От Ролло было невозможно отвести глаз. Он нисколько не терялся на фоне всех этих знаменитостей первой величины. Его уверенность и обаяние не были игрой на публику.

Внезапно он повернул голову, и их взгляды встретились. Пульс Дэйзи участился, когда он, извинившись перед своими собеседниками, направился к ней.

– Достаточно насмотрелась? – спросил он, и, ошеломленная, Дэйзи не сразу поняла, что он имеет в виду картины, а не себя.

Она пожала плечами:

– Думаю, да. Но если ты этого хочешь, я с радостью побуду здесь еще какое-то время.

Ролло протянул руку, приподнял ее подбородок и мягко произнес:

– Я хочу побыть наедине с тобой.

Затем он тепло улыбнулся ей, наклонился, привлек ее к себе и поцеловал в губы. Все вокруг зашептались, но Дэйзи едва это заметила. Сейчас для нее существовали только его сильные руки, его твердое тело и жаркие губы. Вцепившись пальцами в его рубашку, она ответила на его поцелуй, чувствуя, как в глубине ее женского естества разгорается огонь.

«Это всего лишь работа, – напомнила она себе. – Ты профессиональная актриса, а это твоя роль». Но в глубине души она знала, что происходящее уже перестало быть игрой. Что ее сердце находится в опасности.

Но у нее не было времени обдумать эту мысль, потому что в следующий момент Ролло отстранился. Выражение его лица было непроницаемым, но на долю секунды ей показалось, что в его взгляде что-то промелькнуло. Стараясь спрятать собственные эмоции, она не придала этому значения, и они направились к выходу.

Когда они вернулись в квартиру, на столе в гостиной их ждала бутылка шампанского в ведерке со льдом. Откупорив ее, Ролло наполнил два бокала и протянул один Дэйзи.

– За нас, – сказал он.

– За нас, – повторила она, вспомнив их страстный поцелуй в галерее. – Значит, ты доволен тем, как все прошло?

– Очень доволен. Думаю, что мы прекрасно справились с поставленной задачей. Да, я чуть не забыл… – Он перевел взгляд на что-то у нее за спиной.

Повернувшись, она увидела небольшой плоский предмет, завернутый в коричневую бумагу.

– Я купил тебе подарок.

Дэйзи ошеломленно смотрела на сверток, пока Ролло не спросил:

– Ты не собираешься его открыть?

– Д-да, конечно, – пробормотала она.

Поставив бокал на стол, Дэйзи подошла к свертку, отодвинула край бумаги и ахнула. Внутри была картина из галереи.

– Я не… – пробормотала она.

Ролло нахмурился:

– Тебе не нравится?

– К-конечно, нравится, но я не могу ее принять.

Дэйзи хотела сказать, что не может взять картину, потому что она слишком дорогая, но говорить о стоимости подарка было бы невежливо.

Ролло пожал плечами:

– Почему нет? Она тебе понравилась, и я хочу тебе ее подарить.

Это прозвучало просто и заманчиво. Заглянув в его глубокие зеленые глаза, Дэйзи сглотнула.

– Спасибо тебе. – Внезапно у нее стало так легко на сердце, что ей начало казаться, что оно может выпорхнуть из груди. – Я понимаю, что этого недостаточно, но я не знаю, что еще сказать.

Воздух между ними наэлектризовался.

Ролло приподнял ее подбородок кончиками пальцев:

– В таком случае не говори ничего.

Его взгляд задержался на ее губах, и внезапно все перестало иметь для нее значение, кроме пожара, который разгорался внутри ее.

Встав на цыпочки, она медленно провела кончиком языка по его губам. У них был вкус шампанского. И опасности.

У нее закружилась голова, и она томно вздохнула и положила ладони ему на грудь.

– Поцелуй меня, – хрипло произнесла она. – Поцелуй меня сейчас.

Ролло смотрел на нее, раздираемый желанием. Ее глаза блестели, пухлые розовые губы были приоткрыты. Разве перед ней можно было устоять?

Не в силах справиться с искушением, он наклонился и крепко ее поцеловал. Вкус ее губ опьянил его. Ее пальцы вцепились в его рубашку, и в паху у него вмиг все напряглось. Напуганный таким стремительным развитием событий, он оторвался от ее губ.

– Дэйзи, подожди… – простонал он. – Помедленней, дорогая, иначе… иначе я не сдержусь, и все произойдет прежде, чем мы успеем подняться в спальню.

– Зачем нам подниматься в спальню?

– Я подумал, что там более уединенная обстановка, – ответил Ролло, но, заглянув в ее затуманившиеся от страсти глаза, понял, что ему все равно, где они займутся сексом. – Мы можем делать, что ты захочешь и где ты захочешь.

Глава 6

Дэйзи казалось, что она стоит на краю пропасти и вот-вот совершит свободное падение. Она хочет Ролло. Хочет так сильно, что едва сдерживается.

Но что произойдет, если она подчинится этому безумному желанию?

– Нет. – Отстранившись, она покачала головой: – Мы не можем. Это неправильно.

На смену его замешательству пришло чувство раздражения.

– Не понимаю почему. Мы оба взрослые люди, которые хотят заняться сексом.

Дэйзи вздрогнула, но выдержала его взгляд. Он прав, но, если они окажутся в одной постели, это будет катастрофой. И Ролло прекрасно это знает.

Она надавила на его грудь:

– Возможно, для тебя достаточно этих причин, но мне для того, чтобы заняться сексом, нужно нечто большее, нежели физическое влечение.

– Что, например? Любовь и романтика? – От его холодного взгляда у Дэйзи перехватило дыхание. – Я взрослый мужчина, а не четырнадцатилетний подросток. Мы с тобой скоро поженимся. Тебе этого недостаточно?

Дэйзи отдернула руки. Она чувствовала его враждебность, но ей было все равно. Главное, что ей удалось стереть с его красивого лица самодовольную усмешку.

– Возможно, этого было бы достаточно, если бы я хотела заняться с тобой сексом. А я этого не хочу.

– Ты, оказывается, не только лгунья, но и задира.

Она с такой силой сжала руки в кулаки, что ногти впились в ладони.

– Ты опять начал обзываться.

Его глаза сузились.

– Я перестану тебя обзывать, когда ты перестанешь этого заслуживать. По-моему, это справедливо.

Дэйзи яростно сверкнула глазами:

– Мне все равно, что ты думаешь. Это был всего лишь поцелуй. То, что я поцеловалась с мужчиной, вовсе не означает, что я хочу заниматься с ним сексом. Особенно когда единственная причина, по которой я с ним поцеловалась, связана с моей работой.

В ответ Ролло холодно посмотрел на нее. Его красивое лицо напоминало непроницаемую маску.

– Твоей работой! – усмехнулся он. – Поскольку здесь нас никто не видит, означает ли это, что ты только что поработала сверхурочно?

– Нет! Это было ошибкой! – бросила она, дрожа от ярости. – Я думала, ты понял, что этот поцелуй был таким же ненастоящим, как и все наши отношения. Разумеется, я совсем забыла о твоем гипертрофированном самолюбии.

– Тебе следовало бы беспокоиться не о моем самолюбии, а о твоих провалах в памяти.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы с тобой договорились, что будем честны друг с другом.

Заглянув в его глаза, Дэйзи увидела ярость и поняла, что речь идет не о честности, а о дурацкой мужской гордости.

Расправив плечи, она прислонилась к столу и нахмурилась:

– Это у тебя проблемы с памятью, Ролло. Я говорила тебе, что секс не будет частью наших отношений.

Его глаза метали молнии.

– Однако ты попросила меня тебя поцеловать! – Он выругался себе под нос. – Почему ты так себя ведешь? Я знаю, что ты меня хочешь, Дэйзи. А я хочу тебя. Хочу так, как никогда не хотел ни одну женщину. Я не могу спать. Не могу работать. Это желание сводит меня с ума.

От его слов Дэйзи бросило в жар. Разумеется, он ее хочет. Она ему отказала, а мужчины вроде него не любят проигрывать.

– Ты хочешь меня потому, что не можешь мной обладать. Только поэтому.

За этим заявлением Дэйзи последовало долгое напряженное молчание.

– Это не объясняет того, почему ты меня поцеловала, – произнес он наконец.

Дэйзи не хотела ничего ему говорить, но, судя по тому, как он упрямо выпятил подбородок, он не отстанет от нее до тех пор, пока она не даст ему ответ. Точнее, пока она не скажет ему правду.

Опустив глаза, Дэйзи сглотнула:

– Я поцеловала тебя потому, что на одно безумное мгновение глупая и слабая часть меня, которую я презираю, захотела заняться с тобой сексом.

– А как насчет оставшейся части? – тихо спросил он.

Нахмурившись, она посмотрела на него:

– Оставшейся части?

– Да, как насчет умной, сильной части тебя, которой ты восхищаешься?

Это была шутка, но Дэйзи не рассмеялась и даже не улыбнулась – она чувствовала себя слишком уязвимой.

Пожав плечами, она отвела взгляд:

– Наши с тобой отношения слишком сложны. Секс еще больше их усложнит.

– Я с тобой не согласен. Секс – простая, естественная вещь. Это люди все усложняют. Они слишком многого ждут от секса. Но нам с тобой не нужно об этом беспокоиться.

Дэйзи поняла, что он прав, и у нее пересохло во рту. До сих пор она сама не раз путала секс с любовью и привязанностью, и это оборачивалось горьким разочарованием. Ролло прав. Они не причинят друг другу боль, потому что в основе их отношений лежит взаимная выгода, а не романтические ожидания.

– Ты знаешь, какая это редкость, Дэйзи? Мы не можем упустить этот момент.

Его лицо было непроницаемым, но в его голосе она уловила что-то, отчего внутри у нее все затрепетало.

Только секс. Никаких ожиданий и обязательств.

– Я знаю, что ты тоже это чувствуешь, – мягко сказал Ролло, словно прочитав ее мысли. – Я тоже это чувствую. Я хочу того же, что и ты.

– Чего ты хочешь? – произнесла она хриплым голосом.

Ролло протянул руку и коснулся пальцами жилки пульса у основания ее шеи.

– Я хочу этого.

Подняв руку, он нежно прикоснулся к ее губам:

– И этого.

Тяжело дыша, он подошел ближе, вытащил шпильки из ее волос и запустил пальцы в длинные светлые пряди.

– И этого.

Слегка потянув за волосы, он отклонил назад ее голову и накрыл ее губы своими. Сердце Дэйзи бешено заколотилось, и она, прильнув к нему, ответила на его поцелуй. Все мысли вмиг вылетели из ее головы. Сейчас для нее существовали только его губы и руки и невероятные ощущения, которые они ей дарили.

Она провела ладонями по его груди. Ролло отодвинул их в сторону, расстегнул пуговицы на своей рубашке и распахнул ее. Дэйзи молча уставилась на его загорелый мускулистый торс, как у модели в рекламе спортивных товаров. Затем она, не удержавшись, провела пальцем по четко обозначенным мышцам его пресса.

Ролло шумно вздохнул. Его красивые черты были напряжены.

– Ты уверена? – произнес он сдавленным голосом, и она поняла, что ему стоило больших усилий сделать паузу и задать ей вопрос. – Я хочу быть полностью уверен.

Дэйзи чувствовала, как желание растекается по ее телу огненной лавой.

– Я хочу этого. Я абсолютно уверена. – Она сглотнула: – Я хочу тебя.

– Я тоже тебя хочу, – признался Ролло, глядя на нее потемневшими от страсти глазами.

Протянув к ней руки, он спустил с ее плеч бретельки платья, затем расстегнул корсаж, в который были вшиты чашечки бюстгальтера.

Ее кожи коснулся прохладный воздух, и Дэйзи бросило в дрожь.

Ролло позволил себе немного полюбоваться ее обнаженной грудью, после чего накрыл оба высоких упругих холмика ладонями и потер большими пальцами соски, которые вмиг затвердели. Затем он убрал руки и принялся поочередно ласкать губами эти маленькие розовые бутоны, заставляя Дэйзи постанывать от наслаждения.

После этого он поднял голову и нашел губами губы Дэйзи. Его руки тем временем начали спускать платье с ее бедер, пока оно не упало на пол.

Оторвавшись от ее губ, он принялся покрывать поцелуями ее лицо, шею и ключицы. Его пальцы скользили по ее обнаженной коже, и ей казалось, что все нервные окончания в ее теле звенят от напряжения.

– Ролло… – Она услышала в собственном голосе мольбу, но ей было все равно. Единственное, что сейчас имело для нее значение, – это ласки и поцелуи Ролло.

Но она хотела большего, и ее руки потянулись к пряжке его ремня. Она расстегнула ее, затем молнию на брюках.

Застонав, Ролло отстранился. Его сердце бешено колотилось, тело протестующе ныло. Он желал Дэйзи так сильно, как еще не желал ни одну женщину. Но в то же время он хотел ей продемонстрировать свою власть над ней. Также ему было необходимо доказать самому себе, что он никогда не капитулирует перед женщиной. Даже перед такой красивой и сексуальной, как Дэйзи.

Он снова накрыл ее губы своими, приподнял ее и посадил на стол. Раздвинув ей ноги, он запустил пальцы ей под трусики и нащупал теплую влажную складку.

– Расслабься, – сказал он, когда ее бедра сжали его руку.

Дэйзи подчинилась, и он продолжил сладостную пытку. Запрокинув голову, она дрожала и стонала, но никак не могла избавиться от напряжения, которое нарастало внутри ее.

– Продолжай, – взмолилась она, ерзая на столе. – Прошу тебя, продолжай.

Тогда он погрузил палец глубже, и она, вцепившись в его плечи, выгнулась дугой, затряслась всем телом и забыла обо всем на свете.

Глядя на свое винтажное платье, Дэйзи нахмурилась. Не слишком ли оно легкомысленное для благотворительного ланча? Впрочем, времени на переодевание у нее не было. Скоро за ними приедет лимузин. Они не могут опоздать. Ролло будет произносить речь.

Ролло.

При одной лишь мысли о нем ее бросило в жар. Но, очевидно, Ролло не хотел ее так сильно, как она его. Он так и не довел до конца то, что произошло между ними в гостиной вчера вечером. Похоже, он не торопился заняться с ней сексом.

Дэйзи закусила губу.

После того как они поднялись наверх, он поцеловал ее в губы, после чего каждый из них пошел в свою спальню.

Она полночи проворочалась в постели без сна, чувствуя напряжение в каждой клеточке своего тела и тщетно пытаясь понять логику поведения Ролло. Проснувшись утром, она сразу же спустилась в гостиную в надежде поговорить с ним и во всем разобраться. Но они оба проспали, поэтому наспех позавтракали и не смогли поговорить. Ролло держался вежливо, но отчужденно. Это было странно, учитывая то, какими страстными и непринужденными они оба были накануне. При воспоминании о том, как она дрожала и стонала от его ласк, Дэйзи бросило в жар. Она испытывала чувство неловкости и не знала, как ей себя вести с Ролло и чего от него ждать.

Посмотревшись в зеркало, Дэйзи медленно выдохнула. Она подумает об этом позже. Сейчас ей нужно работать. С этой мыслью она взяла сумочку и пошла из гардеробной назад в спальню.

– Ты отлично выглядишь.

У нее перехватило дыхание, когда она увидела Ролло, стоящего в дверях спальни. Лицо его было непроницаемым, как у игрока в покер.

– Ты меня напугал, – пробурчала она.

– Прости, но я стучался.

– Я была в гардеробной и не слышала, – быстро ответила она. – Я переобувалась. Я решила, что к этому платью больше подойдут классические туфли.

– Они мне нравятся. – Его взгляд упал на ее черные туфли на каблуках, затем медленно скользнул вверх по платью. – Мне нравится весь твой образ. Ты очень красивая.

Ее щеки вспыхнули от смущения.

– Ну вот и славно, – машинально ответила она и, взяв со столика свой мобильный телефон, посмотрела на экран. – Нам пора выходить. Иначе мы опоздаем.

Но Ролло не сдвинулся с места:

– Мы никуда не едем. Я позвонил и отменил наш визит.

До сих пор он не делал ничего подобного. Сегодня он в первый раз поставил отношения выше работы и общественной жизни.

Проснувшись утром, он был уверен, что поедет на ланч вместе с Дэйзи, пока под влиянием какого-то странного импульса не позвонил своей личной помощнице и не распорядился, чтобы она связалась с устроителями мероприятия и не извинилась перед ними от его имени.

Его странное поведение говорило о том, что, несмотря на все его попытки воспринимать их с Дэйзи отношения как деловые, она превратила его жизнь в хаос.

Вчера вечером он думал, что сумел доказать Дэйзи, что он главный в их отношениях. Сейчас он понимал, что логика его поведения была небезупречной. Главным доказательством этого была боль от неудовлетворенного желания.

Подняв глаза, он обнаружил, что Дэйзи настороженно на него смотрит.

– Ты не выглядишь довольной, – заметил он.

– Я думала, ты собрался выступать с речью.

Ролло пожал плечами:

– Я собирался, но мое отсутствие мало что изменит. На подобных мероприятиях многие гости выступают с речью. Кроме того… – он сделал паузу, – я бы предпочел поговорить с тобой.

– Хорошо.

Дэйзи бросило в дрожь, и она в панике посмотрела на дверь.

– Я думала, что мы больше не собираемся спорить.

Ролло нахмурил брови:

– Разговаривать не означает спорить.

Какого черта он ее уговаривает? Ему следовало бы просто сказать ей, что она идет с ним на ланч, но внезапно он обнаружил, что хочет предоставить ей возможность выбора.

– Я хочу пригласить тебя на ланч. Пожалуйста, соглашайся. Обещаю, что не буду спорить. Я просто хочу с тобой поговорить.

Его слова прозвучали искренне и серьезно. Испытав некоторое облегчение, Дэйзи кивнула:

– Я с удовольствием принимаю твое приглашение.

Двадцать минут спустя лимузин остановился у небольшого ресторанчика в Восточном Гарлеме. Зеленая краска на его фасаде местами облупилась, и Дэйзи испытала потрясение, когда увидела над дверью табличку с названием. Она слышала о ресторане «Бовас», но даже представить себе не могла, что когда-нибудь его посетит. Определенно это не может быть «Бовас», самый эксклюзивный из нью-йоркских ресторанов. Это место выглядит так, словно оно может закрыться до того, как они закончат есть.

Дэйзи закусила губу.

– Это и есть тот самый ресторан, где даже знаменитости не всегда могут забронировать столик?

Ролло немного помедлил, словно обдумывал какое-то решение, затем кивнул:

– Да, но мне повезло. Я знаком с его владельцем. – Он протянул ей руку: – Пойдем поедим.

Внутри ресторан оказался еще меньше, чем она предполагала, глядя на него с улицы. Там было всего семь столиков, и шесть из них были заняты.

– Надеюсь, тебе нравятся блюда итальянской кухни, – сказал Ролло, когда они сели за свободный столик. – Другие блюда, кроме пиццы, – добавил он с улыбкой, и Дэйзи охватила радость.

– Очень нравятся, – улыбнулась она. – Особенно десерты.

– Тогда закажи канноли. Они здесь просто восхитительные. Да, забыл сказать, что здесь нет меню. Здесь знают кулинарные предпочтения постоянных клиентов, и каждый из них всегда получает то, что ему по вкусу.

Когда к их столику подошел официант, Ролло, к удивлению и восхищению Дэйзи, заговорил с ним на беглом итальянском.

– Надеюсь, ты не против, что я сам заказал для тебя еду, – обратился он после этого к Дэйзи. – Будь на твоем месте другой человек, я не стал бы этого делать. Но тебя я знаю почти так же хорошо, как самого себя.

– Неужели?

– Не зря же мы с тобой потратили так много времени, играя в вопросы и ответы.

Ролло ослепительно улыбнулся, и она просто кивнула. Неужели она думала, что имеет для него какое-то особенное значение?

Чтобы скрыть свое смущение, Дэйзи передвинула свой стакан для воды.

– Уверена, что еда будет очень вкусной. Знаешь, я нахожусь в приятном предвкушении. Я очень редко ем вне дома. Наверное, причина в том, что я много работаю в ресторане моих родителей.

– «Рай в шалаше» весьма забавное название.

Она вскинула подбородок:

– Вовсе нет. Мои родители любят друг друга и то, чем они занимаются. Они небогаты, зато очень счастливы. Именно поэтому их ресторан называется «Рай в шалаше».

Поняв, что ее голос звучит слишком напряженно, она замолчала. Ей совсем не хотелось обсуждать идеальные отношения своих родителей с человеком, который предложил ей фиктивный брак. Чтобы сменить тему, она обвела взглядом зал:

– «Бовас» оказался совсем не таким, каким я себе его представляла. Он такой маленький и…

– Обычный? – предположил Ролло.

Она кивнула:

– Он похож на столовую в чьем-то доме. – Ее взгляд задержался на темноволосом мужчине в рубашке поло, и ее глаза расширились. – Это же…

Ролло прижал палец к своим губам:

– Да, это он и его не менее знаменитая жена. Они живут в районе Трайбека и приходят сюда два раза в месяц.

– Правда? – удивилась она.

Он пожал плечами.

– Здесь готовят лучше, чем в других ресторанах города.

– А как часто ты здесь бываешь?

– Обычно пару раз в неделю.

Официант вернулся с водой и оливками. Воспользовавшись этой небольшой паузой, Дэйзи попыталась подсчитать, скольких женщин он приводил сюда за год, и остатки ее радости вмиг улетучились. Тогда она быстро напомнила себе, что личная жизнь Ролло ее не касается. Что их связывают только деловые отношения.

– Что-то ты притихла. – Голос Ролло прервал ее размышления.

– Я думала. – Она изобразила на лице улыбку: – Точнее, пыталась кое-что посчитать.

Он посмотрел на нее с недоумением:

– Посчитать? Надеюсь, ты не собираешься предложить мне оплатить счет пополам?

– Нет! Хотя я не понимаю, почему мне не следует этого делать. Я не бездельница. У меня есть деньги.

Ролло проигнорировал ее слова:

– Итак, что ты пыталась посчитать?

– Не важно. – Взяв стакан, она сделала глоток воды. – Это правда пустяки.

За этим последовала короткая пауза, во время которой он задумчиво смотрел на нее.

– Хорошо, – произнес он наконец. – Но обещай мне, что, если это станет проблемой, пусть даже не совсем твоей, ты мне скажешь о ней. Тогда я смогу тебе помочь.

Теперь настала очередь Дэйзи погрузиться в молчание. Ролло решил, что ее беспокоит долг Дэвида. Она вгляделась в его лицо, не понимая, хочет он на самом деле ей помочь или просто играет роль заботливого жениха.

– Хорошо. Обещаю, – ответила она, спрятав свое смущение за улыбкой.

– Хорошо. Я заказал бутылку кьянти. Надеюсь, ты не против?

Внезапная смена темы сбила ее с толку. Теперь он разговаривал с ней так, будто они были настоящей парой.

– Конечно нет. По правде говоря, я совсем не разбираюсь в вине. Его выбирает и покупает Дэвид, а я его просто пью.

Ролло улыбнулся:

– У нас с моим сомелье дело обстоит точно так же.

– У тебя есть свой собственный сомелье?

– Конечно есть, – произнес он с притворным удивлением. – Разве он есть не у всех?

Дэйзи рассмеялась:

– Ну разумеется. Мне нужно проконсультироваться с моим сомелье и убедиться, что ты сделал правильный выбор.

Его зеленые глаза блестели.

– Поверь мне, я сделал правильный выбор.

Сердце запрыгало у нее в груди. Было очевидно, что он говорил о еде и вине, но ей хотелось, чтобы он имел в виду ее.

Когда к ней наконец вернулось самообладание, она наклонила голову и сказала:

– Как ты понимаешь, что вино подходящее?

– Вино? Значит, вот о чем мы говорим?

Его взгляд задержался на ее лице, и ее щеки загорелись.

– Скажи. Я правда хочу знать. Обещаю, что ничего не скажу своему сомелье, если ты не скажешь своему.

Рассмеявшись, он подался вперед:

– Хорошо. Скажем, если блюдо слишком пикантное, к нему лучше подобрать мягкое нетерпкое вино.

Его голос был тихим и вкрадчивым, и она вдруг ощутила голод, который было невозможно удовлетворить с помощью еды.

– Главное, нужно доверять своим инстинктам. – Он посмотрел на что-то у нее за спиной: – Отлично. Наш заказ уже несут.

Наблюдая за тем, как официанты ставят на их столик тарелки с едой, Дэйзи почувствовала, как ее аппетит возвращается.

Как и говорил Ролло, еда здесь и вправду была великолепная. В качестве закуски он выбрал для них коктейль из моллюсков и равиоли с грушей и рикоттой, а в качестве главного блюда – оссо буко, телячьи голени, тушенные в белом вине.

Съев все до последнего кусочка, Дэйзи положила вилку и нож на пустую тарелку и промокнула губы салфеткой.

– Все было невероятно вкусным.

– Рад, что тебе понравилось.

– Теперь я понимаю, почему ты приводишь сюда всех своих женщин.

Ролло не сразу ей ответил. В воздухе между ними повисло напряжение, и по ее спине пробежала дрожь.

– Я не привожу сюда всех своих женщин, – наконец произнес он спокойным тоном. – По правде говоря, ты первая женщина, которую я сюда привел.

– Но ты сказал, что приходишь сюда два раза в неделю.

– Да, но я прихожу сюда один.

Дэйзи сглотнула. Она знала, что такие мужчины, как Ролло, не ходят по ресторанам в одиночестве.

– Я не понимаю.

Он пожал плечами, и выражение его лица стало отрешенным.

– Это место для меня как дом. Я хожу сюда с тринадцати лет. Джо, нынешний владелец ресторана, и его отец Вини дали мне мою первую работу.

Он улыбнулся, и от этой улыбки у нее защемило сердце.

– Кем ты работал? – спросила она.

– Сначала я мыл посуду. Потом я был официантом. Всего лишь официантом, – добавил он, встретившись с ней взглядом. – Приготовление еды мне не доверяли.

– И правильно делали, – улыбнулась Дэйзи. – Я видела, как ты на днях спалил тост. Телятину я бы тебе определенно не доверила.

Он снова улыбнулся, на этот раз более тепло, и она почувствовала радость и удивление. Ей было непонятно, с каких пор она начала хотеть делать ему приятное.

– Хочешь канноли? – спросил он, сделав рукой знак официанту.

Дэйзи застонала:

– Хочу, но боюсь, что в меня больше ничего не влезет. Но кофе я бы все равно выпила.

Официант принес кофе и маленькую зеленую коробочку.

– Там шоколадная конфета? – спросила Дэйзи.

Загадочно улыбаясь, Ролло пододвинул коробочку к ней:

– Открой, и ты узнаешь.

Дэйзи взяла ее и начала открывать:

– Пусть она будет маленькой, иначе я…

Ее голос прервался. Внутри оказалась вовсе не конфета, а красивое кольцо с изумрудами и бриллиантами. Дэйзи уставилась на него, словно зачарованная.

– Я попросил Джо мне помочь. – Он указал ей на улыбающегося темноволосого мужчину за стойкой. – Надеюсь, ты не против?

Дэйзи пыталась подобрать подходящие слова, но ее разум словно отключился.

– Да, то есть нет. Я не возражаю, – наконец произнесла она. – Оно очень красивое.

Тогда Ролло достал кольцо из коробочки и надел ей на палец.

– Значит, ты выйдешь за меня замуж?

Его руки были сильными и теплыми, голос – мягким. На мгновение Дэйзи забыла, что все это лишь игра на публику.

– Да, выйду, – кивнула она, вернувшись к реальности. – Но почему ты сделал мне предложение здесь и сейчас?

Ролло пожал плечами:

– Зачем тянуть время? Я хочу, чтобы все узнали, что ты станешь моей женой.

Он планировал сделать ей предложение позже, но прошлым вечером все изменилось. Дэйзи наконец была с ним откровенна. Она призналась, что хочет его. После этих слов внутри у него словно что-то переключилось, и он решил ускорить события. Надев Дэйзи на палец кольцо, он приблизился еще на шаг к своей цели.

* * *

Всю обратную дорогу Дэйзи не могла отвести взгляд от кольца.

– Расслабься. Оно никуда не денется.

Подняв глаза, она обнаружила, что Ролло задумчиво за ней наблюдает.

– Я знаю. Мне просто нравится на него смотреть. – Ей все еще не верилось, что она теперь его невеста. – Полагаю, мне следует сказать о нас моим родителям и Дэвиду.

– Думаю, да. – Ролло насмешливо поднял брови: – Но давай сначала сами к этому привыкнем.

Он коснулся ее руки, и по ее коже словно пробежал электрический разряд.

– Если его понадобится уменьшить, скажи мне.

Дэйзи кивнула:

– Обязательно скажу. Я не хочу его потерять.

– Я тоже. Через год оно вернется к ювелиру.

Внутри у Дэйзи все оборвалось. Всего минуту назад она чувствовала себя Золушкой на балу. Карета и платье остались прежними, но романтичный принц вдруг превратился в расчетливого дельца.

Ну и что с того? Она с самого начала знала, что их брак будет ненастоящим. Они не влюблены друг в друга, их отношения – это всего лишь игра, нацеленная на то, чтобы убедить Данмора продать Ролло здание, которое он так жаждет заполучить.

Но по какой-то причине сейчас все это почему-то не имело для нее значения. Она чувствовала себя такой же несчастной, как после разрыва с Ником, а до этого с Джейми.

Оба раза она думала, что она с ее бойфрендами любят друг друга, но ошиблась. Ни Ник, ни Джейми ей не подходили, потому что ее идеалом были отношения ее родителей, основанные на любви и взаимопонимании.

Она думала, что с Ролло все будет по-другому. Что с ним она сможет полностью расслабиться и не беспокоиться о том, что он причинит ей боль.

Ее сердце болезненно сжалось. Похоже, на этот раз она тоже ошиблась.

Она медленно высвободила свою руку и прижала ее ко лбу.

– Что-то не так? – спросил Ролло.

– Все нормально. Просто голова болит. Думаю, это из-за того, что я пила вино за ланчем. Я прилягу ненадолго, и все пройдет.

У нее болит голова, черт побери?

Рассерженный, он посмотрел на блестящее кольцо у нее на пальце. В ресторане все казалось таким настоящим. Он даже рассказал ей о том, о чем никогда никому не рассказывал, а теперь она в очередной раз ему лжет.

– Ты можешь сказать мне правду, – произнес он, глядя ей в глаза. – Признаться, что ты расстроилась из-за того, что тебе придется вернуть кольцо. Неужели ты думала, что сможешь оставить его себе?

Потрясенная, Дэйзи потеряла дар речи, но благодаря охватившему ее гневу он к ней быстро вернулся.

– Да. А еще я думала, что ты отдашь мне полквартиры, – отрезала она. – Нет, Ролло, разумеется, у меня и мыслях этого не было. До сегодняшнего дня я вообще не думала о кольце. Почему я должна была о нем думать? Ты сказал, что мы официально объявим о помолвке только через пару месяцев.

– Я изменил свое решение. Подумал, что женщинам нравится спонтанность.

Она сверкнула глазами:

– Как романтично!

Ролло посмотрел на нее с раздражением:

– Я вовсе не собирался быть романтичным. У нас деловое соглашение.

– Отлично! Тогда оно мне не нужно. – Сняв с пальца кольцо, она протянула его ему: – Вот. Держи.

Он не стал брать кольцо. Его гнев усилился. Эта женщина просто невыносима. Более того, она неразумна и неблагодарна. Он мог бы отдать ее и ее брата в руки полиции, но вместо этого он дал им обоим второй шанс.

Подавшись вперед, он постучался в окошко за головой водителя.

– Что ты делаешь? – спросила Дэйзи, глядя на него широко распахнутыми глазами.

– Выхожу. Мне нужен свежий воздух.

– Но ты не можешь просто взять и уйти. Нам нужно поговорить, – возразила она, чувствуя, как ее гнев уступает место страху.

Когда лимузин остановился и Ролло открыл дверцу, его лицо приняло выражение, которое она не смогла разгадать.

– В этом нет никакого смысла, – произнес он холодным тоном. – Нам больше нечего друг другу сказать.

Прежде чем она успела что-либо ответить, он уже выбрался из автомобиля и скрылся в толпе.

Глава 7

Вернувшись в квартиру, Дэйзи плюхнулась на диван в гостиной. Ее глаза жгло от подступивших к ним слез.

Что имел в виду Ролло, когда заявил, что им больше нечего друг другу сказать?

Затем она вспомнила, каким тоном он это произнес, и ей все стало ясно. Он имел в виду, что разрывает их договоренность. Это означает, что ее брат ответит за то, что сделал.

Внутри у нее все оборвалось. Она должна предупредить Дэвида. Должна сама рассказать ему о том, как пыталась его спасти, но все испортила. О том, что произойдет дальше.

Собрав воедино остатки самообладания, Дэйзи поднялась в свою спальню. Она решила, что соберет вещи и уйдет, но сначала дождется Ролло. Она не могла допустить, чтобы он подумал, будто она струсила и сбежала.

Если бы только ее руки перестали дрожать.

Посмотрев на них, она увидела кольцо, сняла его и положила на столик у кровати. Что бы там ни думал Ролло, оно ей не нужно.

Пройдя в гардеробную, она достала свой чемодан и принялась складывать в него вещи. То, что она купила на деньги Ролло, она, разумеется, оставит здесь. Ей чужого не надо.

Возясь с молнией, она заметила краем глаза какое-то движение в дверях, подняла голову и увидела Ролло. Он был в ярости.

– Т-ты вернулся, – пробормотала она. – Я тебя не ждала так рано.

Ролло перевел взгляд с ее лица на чемодан, лежащий на кровати, и стиснул зубы, чтобы сдержать ярость.

Собирать чемодан было одним из любимых приемов его матери. Он знал, что это было лишь манипуляцией, методом шантажа. Когда его мать наконец ушла навсегда, она не взяла с собой чемодан с вещами. Разумеется, она взяла то, что было для нее дороже всего. И оставила все остальное, включая своего сына.

К горлу подкатила тошнота. Приглушив застарелую боль, пробужденную воспоминаниями, он с презрением посмотрел на Дэйзи:

– Я вижу.

– Я не собиралась…

– Я знаю, что ты намеревалась сделать, а даже если бы не знал, мне сказал бы об этом собранный чемодан.

– Я не собиралась сбегать. Я ждала тебя.

– Ну разумеется, – презрительно усмехнулся он. – Ты актриса. Лучше всего ты умеешь эффектно появляться на сцене и эффектно ее покидать. Но для этого тебе нужна публика.

Какое-то время назад он начал думать, что она не такая, как его мать. Что, возможно, он относился к ней предвзято. Но сегодня по пути из ресторана он понял, что его первоначальное мнение о ней было правильным. Как он мог позволить ее красоте затуманить его разум? Как он мог забыть горькие уроки, полученные в детстве? Ведь он давно уже не беззащитный ребенок, а сильный, уверенный в себе мужчина, владелец международной корпорации, который работал как проклятый, что-бы добиться всего, что у него есть сейчас. Еще больше усилий он прилагал для того, чтобы ограждать себя от эмоциональных проблем.

– Мне хотелось бы сказать, что я удивлен или разочарован, но, зная твой характер, я могу лишь сказать, что твое поведение предсказуемо.

Дэйзи внутренне содрогнулась, но запретила себе отводить взгляд.

– Ты можешь меня оскорблять сколько угодно. Мне на это наплевать. Я дождалась твоего возвращения только для того, чтобы сказать тебе, что собираюсь сама пойти к Дэвиду и обо всем…

– Какая заботливая сестра, – перебил ее Ролло. – Он будет доволен.

– Я знаю, что ты злишься, но во всей этой ситуации речь идет не только о тебе и наших с тобой отношениях.

– Дай угадаю, – процедил он сквозь зубы. – Она идет о тебе и твоем брате.

– В центре этой ситуации всегда был Дэвид, – ответила она. – Я не могу тебе помешать вызвать полицию, но я хочу быть рядом с Дэвидом, когда его приедут арестовывать.

Ролло невесело рассмеялся.

– Ты хорошая драматическая актриса, – заметил он, указывая на ее чемодан. – Тебе нравится, как проходят пробы?

– Это не пробы, – отрезала она, почувствовав очередную вспышку гнева. – Как еще я должна была собрать свои вещи?

– Тебе не нужно было собирать вещи. Это лишь игра. Как и все остальное, что ты делаешь.

Она дерзко вскинула подбородок:

– Как все, что мы оба делаем. Наверное, ты это имел в виду. Ты ужасный лицемер, Ролло. Наши отношения – это мыльная опера, целиком придуманная тобой, и ты еще смеешь обвинять в притворстве меня.

– Мне не нравятся такие отношения!

– Мне тоже. Жить под одной крышей с тобой – все равно что жить в зоне боевых действий.

– В таком случае, может, перестанешь на меня нападать по малейшему поводу?

– Это я на тебя нападаю? По-моему, это ты обвинил меня черт знает в чем посреди Мэдисон-авеню, разозлился и убежал, как обиженный трехлетний ребенок.

Дэйзи права. Он действительно повел себя как ребенок, но виновата в этом была она сама. Он известен как хладнокровный переговорщик, но эта женщина способна довести его до белого каления, и он ничего не может с этим поделать.

– Да, но ты чуть ли не швырнула мне в лицо кольцо, которое я прилюдно надел тебе на палец в знак помолвки. Это было так по-взрослому.

– Я не пыталась быть взрослой, – отрезала она. – Я была расстроена.

– Ты не была расстроена. Ты была подавлена. Когда ты узнала, что тебе придется вернуть мне кольцо после развода, ты пришла в ярость.

– Это неправда! Я никогда даже не думала, что ты подаришь мне кольцо. Как ты можешь обвинять меня в том, что я захотела оставить его себе?

Он слышал дрожь в ее голосе и понимал, что ведет себя жестоко по отношению к ней. Но он не собирался ей потакать, потому что боялся повторить отцовские ошибки. С самого начала он выстраивал их отношения таким образом, чтобы избегать эмоциональных манипуляций с ее стороны.

– Мне с трудом в это верится. В машине ты не сводила с него глаз.

С трудом сдерживая слезы, Дэйзи покачала головой. Неужели он такого невысокого мнения о ней? Неужели ему даже в голову не пришло, что она могла любоваться кольцом совсем по другой причине.

– Вовсе не потому, что я считала его своим, – ответила она и тут же замолчала.

К чему бросать слова на ветер? Как она сможет все объяснить человеку, который начисто лишен романтических представлений? Человеку, который верит только фактам и смотрит на все с точки зрения выгоды? Человеку, который собирался заключить фиктивный брак только для того, чтобы заставить другого бизнесмена продать ему недвижимость?

Как она сможет убедить его в том, что ни в ресторане, ни в машине она не притворялась? Что, когда он надел ей на палец кольцо, она предалась романтическим фантазиям?

Она с чувством горечи вспомнила, как стонала в экстазе, когда он ласкал рукой самую интимную часть ее тела. Неудивительно, что он смог сдержаться. Ведь он пошел на это, чтобы в очередной раз продемонстрировать ей свою власть над ней.

– Думай что хочешь, – сказала Дэйзи, судорожно вздохнув. – Мне все равно. – Наклонившись, она взяла свой чемодан: – Ты прав. Нам больше нечего друг другу сказать, поэтому, если ты не возражаешь, я сейчас поеду к Дэвиду. Я лишь прошу дать мне немного времени, чтобы я смогла все ему объяснить. Потом можешь звонить в полицию.

Она замолчала, и, глядя на ее бледное лицо, Ролло вдруг почувствовал себя неловко.

В машине он заявил, что им нечего друг другу сказать. На самом деле он, находясь под воздействием гнева и негативных воспоминаний, просто не знал, как продолжить разговор. Его дар красноречия внезапно улетучился, и каждая произнесенная им фраза была подобна шагу по минному полю. Испугавшись, что может окончательно и бесповоротно все испортить, он выскочил из машины на Мэдисон-авеню и направился в свой офис в надежде на то, что работа поможет ему отвлечься. Но он был слишком взвинчен, чтобы сосредоточиться на делах. Тупо уставившись в окно своего кабинета, он пытался понять, как идеально спланированный ланч превратился в катастрофу и когда его отношения с Дэйзи стали волновать его больше, чем работа.

Приблизившись к ней на шаг, он произнес спокойным тоном:

– Тебе не нужно встречаться с Дэвидом.

– Нужно, – возразила она, содрогнувшись. – Я его подвела, а он даже не знает об этом.

Боль, которую он услышал в ее голосе, отозвалась эхом внутри его, и его гнев прошел.

– Ты не подвела его. Ты спасла его.

– Нет. Я пыталась его спасти, но у меня ничего не получилось. Ты позвонишь в полицию и…

Ролло поднял руку, не дав ей договорить.

– Подожди. Я не собираюсь звонить в полицию. Никогда не собирался. – Кровь застучала у него в висках, и он подошел еще ближе к Дэйзи: – Я знаю, что наговорил тебе много ужасных вещей. Но я был вне себя. Я ненавижу выяснять отношения. Послушай, между нами ничего не изменилось, – добавил он после небольшой паузы. – Я пришел не для того, чтобы положить конец нашей договоренности. Я пришел помириться с тобой. Все пары ссорятся и мирятся, правда?

Карие глаза Дэйзи стали огромными, как блюдца. Несколько секунд она молча на него смотрела, затем покачала головой:

– В том-то и дело, что мы с тобой не пара. Я не знаю, что в наших отношениях настоящее, а что нет. В машине я действительно расстроилась. Я знаю, это было неразумно и необъяснимо, но твои слова расстроили меня. Ты этого не понял. Ты решил, что я притворяюсь.

– И это тебя беспокоит? – спросил он после короткого молчания.

Ее губы дернулись.

– Да, вопреки здравому смыслу, меня огорчила твоя реакция. В общем, все слишком сложно. – Наклонившись, она взяла со столика кольцо и протянула ему: – Держи. Оно твое.

Немного помедлив, Ролло взял у Дэйзи кольцо и посмотрел на нее. Ее глаза блестели, на щеках проступил румянец. Она была красива, как никогда, но его сердце бешено колотилось вовсе не из-за ее красоты, а из-за смелости. Он знал, какую большую цену ему пришлось бы заплатить, если бы он признался кому-то в своей слабости, тем более в своих страхах.

Он посмотрел на кольцо, лежащее у него на ладони. Оно было таким маленьким. Его было бы легко потерять и почти невозможно найти.

Как и доверие.

Он заключил с Дэйзи сделку, а разве сделка может принести успех, когда ее участники не доверяют друг другу?

Он взял Дэйзи за руку:

– Нет. Оно твое. Я выбрал его специально для тебя. И я не хотел тебя расстраивать. Я пришел именно для того, чтобы тебе это сказать.

Дэйзи ошеломленно смотрела на него. Это не было извинением, но все же он признал свою неправоту. Для человека вроде Ролло Флеминга это было чем-то из ряда вон выходящим.

– Но если ты не захочешь его взять, я сделаю из него булавку для галстука, – произнес он с еле заметной улыбкой.

– Я хочу его, – ответила Дэйзи и, пока не передумала, добавила: – И я хочу тебя.

Тогда Ролло надел кольцо ей на палец и прижал ее к себе.

– Я тоже тебя хочу.

Какое-то время они молча стояли обнявшись. Затем Ролло слегка отстранился, и, посмотрев на него, Дэйзи обнаружила, что он хмурится.

– Что случилось? – спросила она.

– Я опаздываю.

– Так езжай, куда тебе нужно. Я буду здесь, когда ты вернешься. Я никуда не уйду.

Он крепче обнял ее за талию:

– Конечно, не уйдешь, потому что мы вместе отсюда уедем.

– Вместе? – удивилась она.

– Да. Давай выберемся из Нью-Йорка и отправимся туда, где нам не нужно будет притворяться.

Дэйзи почувствовала приятное волнение.

– И куда ты собираешься меня отвезти?

– У меня есть маленький домик в горах Адирондак, – улыбнулся он. – Он построен на скорую руку, но как ты смотришь на то, чтобы побыть со мной наедине в глуши?

Это прозвучало как вопрос, и Дэйзи дала ему ответ, прижавшись губами к его губам.

– Должен тебя предупредить, что в этом лесу водятся медведи. Черные медведи, также известные как барибалы. Они намного меньше гризли и почти не беспокоят людей, но тебе все равно следует быть осторожной, – сказал Ролло Дэйзи, взяв чашку с кофе.

Они прибыли в Могаук-Лодж двадцать минут назад и отдыхали на веранде с видом на озеро и горы Адирондак за ним. Лес вдалеке был похож на сказочный, но Дэйзи едва замечала всю эту красоту. Она еще не отошла от перелета на его частном вертолете, во время которого он, прижимаясь бедром к ее бедру, показывал ей достопримечательности района.

Она кивнула, затем нахмурилась:

– Ты сказал – медведи?

Прищурившись, он посмотрел на нее:

– Что-то не так?

– Нет, все в порядке. – Встретившись с ним взглядом, она вздохнула: – Просто я даже не представляла себе, что твоя жизнь такая.

– Какая?

– Такая удивительная.

Он пожал плечами:

– Я даже не думал об этом.

– Полагаю, ты просто привык.

Но почему-то у нее в голове не укладывалось, что можно привыкнуть к жизни, в которой ты владеешь трехэтажным пентхаусом в центре Нью-Йорка, вертолетом и домом в лесной глуши. Ей по-прежнему это казалось чем-то невероятным и напоминало о той огромной пропасти, что существует между ними. Но сейчас нужно было сосредоточиться не на том, что их разделяло, а на том, что их объединяло, поэтому она поставила чашку на стол и сказала:

– Может, начнем экскурсию, которую ты мне обещал?

Дом был великолепен. Окруженный семьюдесятью пятью акрами девственного леса и лугов, он был построен из камня и дерева, но внутри был таким же роскошным, как и нью-йоркский пентхаус Ролло. Дэйзи поняла, что правильно сделала, попросив его показать ей окрестности. Когда они, держась за руки, вернулись на открытую веранду, где тихо покачивались на ветру качели в виде подвесного дивана под тентом, ее переполняла радость.

– Не хочешь искупаться? – предложил Ролло.

– Даже не знаю. Вода теплая? – осторожно спросила она.

– Думаю, да.

– Мне нужно выслушать еще одно мнение, прежде чем я надену бикини. Не уверена, что могу доверять твоему мнению.

Ролло поднял ее руку, и драгоценные камни в ее кольце заблестели.

– Я думал, тебе нравится твое кольцо.

– Оно мне действительно нравится. Я имела в виду этот дом. Я думала, что в нем нет электричества и что полы сколочены из некрашеных досок. Я ожидала увидеть нечто грубое, сделанное наспех.

Чего она не ожидала здесь увидеть, так это большую ванну с гидромассажем и холодильник, забитый деликатесами.

Подняв взгляд на Ролло, она обнаружила, что он пристально смотрит на нее потемневшими глазами. Затем он привлек ее к себе, и она схватилась руками за его плечи.

– Я могу быть грубым, – пробормотал он и коснулся губами ее губ. – И я готов поспешить.

Ее тело начало плавиться в его руках, и она, вспомнив, как он в прошлый раз отстранился, засомневалась и напряглась.

Ролло это почувствовал и поднял голову:

– В чем дело?

Дэйзи отвела взгляд. Она хотела его, но не могла ему отдаться, зная, что его желание было вызвано необходимостью показать ей, что он главный в их отношениях.

– Дэйзи? Скажи, что не так, черт побери, – произнес он тоном не терпящим возражений.

– Вчера, когда мы… Когда ты… – Ее голос дрожал, на глаза навернулись слезы. – Я знаю, что ты хотел секса. Также я знаю, что ты не хотел меня.

– Ты ошибаешься, – сказал он после продолжительной паузы.

Дэйзи заставила себя посмотреть на него:

– Тогда почему ты остановился?

«Как ты мог быть таким невозмутимым?» – хотела добавить она.

К ее удивлению, сейчас он вовсе не выглядел бесстрастным. Его красивые черты были напряжены, в глазах промелькнула неуверенность.

– Мой ответ будет коротким. Я был идиотом. Я хотел доказать самому себе, что полностью себя контролировал в той ситуации. Что эта демонстрация самообладания могла принести мне больше удовлетворения, чем секс с тобой. Но я ошибся. – Он поморщился: – Последние двадцать четыре часа была самыми напряженными в моей жизни. Единственное, что мне удалось доказать, – это то, что я выбит из колеи, потому что безумно тебя хочу.

Сердце Дэйзи учащенно забилось от потрясения, облегчения и безудержной радости, но она не собиралась так легко ему уступать. Он сделал ей больно только потому, что ненавидел терять над собой контроль, но это его не оправдывало.

– Как я могу быть уверена, что ты говоришь правду? Что ты меня действительно хочешь? Мы можешь притворяться.

Прищурившись, Ролло тесно прижал ее бедра к своим, и она почувствовала, как сильно он возбужден.

– Поверь мне, Дэйзи, я хочу тебя. Только тебя. – Подняв руку, он нежно коснулся ее лица: – Ты все, о чем я могу думать с того момента, как поцеловал тебя в своем кабинете. Но если ты не веришь моим словам, я попробую тебе это доказать на деле.

Не дожидаясь ее ответа, он наклонился и поцеловал ее в губы. Этот поцелуй был более крепким и страстным, нежели предыдущие, и зов плоти вмиг заглушил голос разума.

Его руки скользили по ее плечам и спине. Ее тело отзывалось на его ласки мелкой дрожью. Не переставая ее целовать, Ролло приподнял ее за талию, сделал несколько шагов и опустил ее на мягкие качели. Затем он быстро снял с нее ботинки, футболку и джинсы, и она осталась в одном нижнем белье.

Когда он склонился над Дэйзи, у нее перехватило дыхание. Она посмотрела на его напрягшиеся от желания черты, и у нее не осталось никаких сомнений в том, что он сказал ей правду.

– Поцелуй меня, – прошептала она.

Ролло с удовольствием выполнил ее просьбу. Раздвинув ее губы языком, он принялся исследовать каждый уголок ее рта.

Его дыхание было поверхностным, в голове не было ни одной мысли. Всеми его действиями управляла пульсирующая боль в паху.

Когда теплый свет послеполуденного солнца разлился по коже Дэйзи расплавленным золотом, Ролло почувствовал, как остатки его самоконтроля исчезают.

Какое-то время он просто молча любовался ее красотой, затем накрыл ладонью грудь и потер большим пальцем сосок.

Почувствовав, как внутри ее стремительно распространяется огненная лава, Дэйзи закрыла глаза, выгнулась дугой и задвигала бедрами. Она почувствовала, как его руки сняли с нее бюстгальтер, как его губы накрыли ее сосок. Затем его рука скользнула по ее животу, стянула с нее трусики, раздвинула ее бедра и влажные лепестки между ними.

У Дэйзи перехватило дыхание. Она вцепилась в пояс его джинсов, расстегнула его, затем молнию и, просунув руку в ширинку, обхватила пальцами символ его мужского естества. Его тело содрогнулось, он застонал и, оторвавшись от ее губ, спустил свои джинсы вместе с боксерами, достал из кармана презерватив, и, вскрыв обертку, надел его на свою восставшую плоть. Затем он, не теряя времени, приподнял ее бедра и вошел в нее, одновременно с этим накрыв губами ее губы.

Вцепившись ногтями в его плечи, она быстро задвигалась вместе с ним. Когда напряжение внутри ее достигло предела, она простонала его имя, и окружающий мир разлетелся на множество разноцветных осколков.

Позже они лежали обнявшись и наблюдали за тем, как розовое солнце опускается за горы. Вздохнув, Дэйзи провела рукой по животу Ролло.

– Это место такое уединенное. Как ты на него наткнулся?

– Несколько лет назад я сотрудничал с человеком по имени Тим Бьюкенен. У нас с ним были одинаковые увлечения, и он пригласил меня сюда на выходные.

Дэйзи подняла бровь.

– Увлечения? Звучит интригующе. Ты не похож на фаната исторических реконструкций. Я имею в виду людей, которые, к примеру, воспроизводят события Гражданской войны. Или все же есть вероятность, что, выйдя однажды из ванной, я увижу тебя в костюме Авраама Линкольна? – поддразнила его она.

– Вообще-то под увлечениями я имел в виду охоту и рыбалку. – Его глаза озорно заблестели. – Но я не прочь сыграть с тобой в ролевую игру, – добавил он, поглаживая изгиб ее бедра.

– Когда захочешь поиграть, дай мне знать, и я распакую свой кринолин. – Посмотрев на озеро, Дэйзи вздохнула: – Тебе повезло, что этот дом был выставлен на продажу.

– Он не был выставлен на продажу. Но он мне понравился, и я сделал его владельцу выгодное предложение, от которого тот не смог отказаться.

– Должно быть, твоим родным здесь нравится.

Она почувствовала, как напряглись его плечи.

– Уверен, что моим родителям понравилось бы здесь, но они оба меня покинули.

О боже. Как так получилось, что она до сих пор этого не знала? Ролло знал о ее семье все, но его прошлое они почему-то никогда не обсуждали. Возможно, у него есть причины не рассказывать ей о нем.

– Мне очень жаль, – искренне произнесла она. – Должно быть, твои родители очень гордились тобой и твоими достижениями.

Эти слова были встречены молчанием. Дэйзи уже начала думать, что Ролло ей не ответит, как вдруг он небрежно улыбнулся и произнес:

– Разве не каждый родитель гордится своим ребенком?

Чувствуя, как он от нее отдаляется, Дэйзи машинально кивнула и решила сменить тему.

– Мы можем переночевать здесь? – спросила она, и он снова расслабился.

– Думаю, да. Но неужели ты не боишься? Как я уже говорил, здесь водятся дикие животные.

– Они меня не пугают, – дерзко заявила Дэйзи. – Я знаю, как их укротить. – Забравшись на него, она схватила его за запястья.

– Ты уверена? – хрипло произнес он, глядя на нее потемневшими глазами.

– Да, – пробормотала она. – Только мне понадобится практика.

– Отличная идея. Практика делает…

Он не договорил, потому что в следующий момент она провела языком по его груди, животу, а затем спустилась еще ниже…

Дэйзи смотрела на спящего Ролло. Ее одолевала сонливость, но она не хотела закрывать глаза. Ей хотелось, чтобы эти чудесные минуты длились вечно.

Всю свою взрослую жизнь она мечтала о настоящей страсти и даже представить себе не могла, что обретет ее с Ролло.

Она предполагала, что их отношения в лучшем случае помогут ей отвлечься от последствий предыдущего неудачного романа. Чего она не ожидала, так это их невероятного физического притяжения друг к другу.

Пусть это не любовь, пусть их отношения будут недолгими, но она была готова удовлетвориться тем, что происходило здесь и сейчас.

Теснее прижавшись к Ролло, она обхватила его рукой и, почувствовав, как тепло его тела проникает в нее, закрыла глаза и тут же уснула.

Глава 8

Дэйзи, что это у тебя? – спросил Ролло, водя пальцами по ее бедру. Посмотрев на него, она подавила зевок:

– Что ты имеешь в виду?

Вернувшись с пробежки, Ролло принял душ и разбудил ее, и они большую часть утра занимались любовью. Потом, разгоряченные и уставшие, отдыхали в объятиях друг друга.

– Это, – ответил он, коснувшись небольшого пореза у нее над коленом.

Щеки Дэйзи вспыхнули.

– Ах, это. Я обо что-то ударилась в твоем кабинете.

Ее слова подействовали на Ролло как ушат холодной воды, и он убрал руку.

Как он мог забыть, при каких обстоятельствах они встретились? Он разозлился на самого себя за то, что позволил либидо завладеть им целиком, так что все остальное, включая бизнес, отошло на второй план.

– Кстати, мне позвонил Данмор и пригласил нас на ланч. Очевидно, он очень хочет с тобой познакомиться.

Дэйзи молча смотрела на него. В его глазах что-то промелькнуло, и на мгновение она подумала, что он сожалеет обо всей этой затее. Но его дальнейшие слова опровергли это предположение.

– Выходные закончились, – сказал он. – Пора возвращаться к работе.

«Это было похоже не на выходные, а на медовый месяц», – подумала Дэйзи. Но, к сожалению, все закончилось, и пора возвращаться к реальности.

Она встретилась с Ролло взглядом и заставила себя улыбнуться.

– Хорошо. Тогда я пошла одеваться. Мы не должны заставлять его ждать.

Когда вертолет поднялся в небо, Дэйзи украдкой посмотрела на часы на руке у Ролло и почувствовала сильное волнение. Ей хотелось бы, чтобы у нее было больше времени на подготовку к встрече с человеком, ради которого был затеян весь этот фарс.

Подавив панику, она прокашлялась:

– Есть еще что-нибудь, что мне следует знать о мистере Данморе? Основное я знаю, но…

Повернувшись, он посмотрел на Дэйзи. Выражение его лица было бесстрастным, и ее удивило, как быстро он превратился из пылкого любовника в расчетливого бизнесмена.

– Этого вполне хватит.

Ролло посмотрел в окно. Лес внизу становился все реже, красивый ландшафт начали пересекать дороги. Скоро он будет жать руку Данмору. Он много лет ждал этого момента. Момента, когда его цель перестанет быть мечтой и приобретет реальные очертания.

Но в таком случае почему сейчас он больше всего хочет повернуть время вспять? Вернуться вместе с Дэйзи в Могаук-Лодж и спрятаться там от остального мира.

«Это нервы шалят», – сказал он себе, глядя на сидящую рядом с ним Дэйзи. На ней были темно-синяя юбка с поясом, подчеркивающим талию, и серая блузка, но даже в этом скромном наряде она выглядела сексуально. Он отчетливо помнил, какие прелести скрывала ее одежда.

Прогнав эти мысли, он с улыбкой произнес:

– Данмор с девятнадцати лет состоит в браке с одной-единственной женщиной. Он романтик.

Дэйзи не смогла себя заставить улыбнуться. Судя по небрежному тону Ролло, он не верил в то, что можно всю жизнь любить одну женщину.

Тогда она поспешно напомнила себе, что это не ее проблема. Будь их отношения настоящими, она могла бы расстроиться из-за эмоциональной отчужденности Ролло. Но, к счастью, он никогда не разобьет ей сердце, потому что их ничего не связывает, кроме сексуального влечения.

– Тебе нечего беспокоиться. Данмор приятный человек. Он просто хочет посмотреть на тебя и узнать, как мы с тобой познакомились. Все, что от тебя требуется, – это притвориться, будто ты безумно в меня влюблена.

Он крепко сжал ее руку, и внезапно у нее пересохло во рту, а биение пульса в висках заглушило шум вертолета.

– Это все? – спросила она, когда к ней вернулось самообладание. – В таком случае никаких проблем. Ты можешь притвориться Ромео, а я найду внутри себя Джульетту.

Он мягко рассмеялся:

– Если мы оба умрем за ланчем, это будет перебор.

– Здесь ты ошибаешься, – возразила она, глядя на небоскребы внизу. – Если в конце любовной истории никто не умирает или не страдает из-за разбитого сердца, значит, настоящей любви не было.

Снова повернувшись, она удивилась, обнаружив, что он не улыбается, а смотрит на нее напряженно и серьезно.

– Я думал, что ты веришь в сказки со счастливым концом, – спокойно произнес он.

– Я верила. Я верю… – смущенно пробормотала она, прокручивая в уме их разговор и гадая, что могло послужить причиной столь внезапной смены настроения.

Голос пилота, раздавшийся из динамика позади нее, прервал ее размышления.

– Через пять минут мы пойдем на посадку, сэр.

Вскоре вертолет приземлился на крышу одного из многочисленных небоскребов Манхэттена. Ролло и Дэйзи встретил охранник в темном костюме и проводил их до лифта.

Глядя на поочередно загорающиеся номера этажей внутри кабины, Дэйзи испытывала неприятные ощущения под ложечкой. Сейчас настанет момент истины. Момент, когда она узнает, были все ее приготовления напрасными, или аудитория поверит ее игре.

Она сделала глубокий вдох.

У нее все получится. Она знает биографию Ролло так же хорошо, как свою собственную, а внутри у нее по-прежнему все трепещет после их близости.

Ролло молчал. Выражение его лица было бесстрастным, но в его напряженной позе было что-то, что заставило ее забыть о собственном волнении.

– Ролло…

Он никак на это не отреагировал, и она почувствовала себя почти как в ту ночь, когда прокралась в его кабинет. Только на этот раз она попыталась вторгнуться гораздо глубже – в мир его чувств. Туда, куда Ролло никого не впускал. Ее охватило беспокойство. Если она чувствует себя посторонней, как она сможет убедить Данмора в том, что их с Ролло отношения настоящие?

– Все будет хорошо, – сказала она.

– Я знаю.

Его отчужденный тон привел ее в замешательство. Но прежде чем она смогла ответить, двери открылись, и Ролло взял ее под локоть и вывел из лифта. Пройдя мимо еще одного охранника, они оказались в огромной гостиной, где у окна стояли двое мужчин и о чем-то непринужденно беседовали.

Переступив через порог, она резко остановилась:

– Ролло…

Он повернулся к ней лицом. На его щеке дернулся мускул.

– Хочешь, чтобы мы опоздали?

Его тон был сердитым, но, посмотрев в его глаза, Дэйзи поняла, что он испытывает не гнев, а страх. Он боялся, что сделка может не состояться.

Тогда она приблизилась к нему и взяла его за руку:

– Я знаю, как это важно для тебя. Для меня это тоже важно. Вместе мы сможем добиться успеха. Пожалуйста, не отталкивай меня.

За этим последовало молчание, и Дэйзи начала уже думать, что он собирается отстраниться, но вместо этого он сжал ее руку и тихо сказал «прости».

– Так-то лучше, – ответила она. – Помни, что отныне мы вместе противостоим остальному миру.

Ролло кивнул, и она, встав на цыпочки, поцеловала его в губы.

– Ты сделала это на удачу? – мягко спросил он.

Дэйзи покачала головой:

– Мне просто захотелось тебя поцеловать. А теперь я хочу, чтобы ты познакомил меня с Данмором.

Поглощая буррата пульезе[1] с земляникой, Дэйзи решила, что Джеймс Данмор один из самых приятных людей, которых она когда-то встречала. Высокий, с седеющими рыжими волосами, он, вопреки ожиданиям Дэйзи, был прост в общении и совсем не внушал страха, несмотря на свое богатство и высокое положение.

Когда Ролло и Дэйзи прошли вглубь гостиной, Джеймс тепло их поприветствовал и поблагодарил за то, что они присоединились к нему, и тут же извинился за отсутствие своей жены.

– Эмили очень хотела увидеться с вами, Ролло, и познакомиться с вами, Дэйзи, но, к несчастью, в выходные заболела ее сестра, и она отправилась к ней в Вермонт.

Затем он повернулся лицом к рыжеволосому мужчине, стоящему рядом с ним.

– Зато мне удалось уговорить моего племянника Джека присоединиться к нам. Он возглавляет юридический отдел моей компании.

Джек сделал шаг вперед:

– Здравствуйте, Ролло. Рад познакомиться.

– А это Дэйзи, – сказал Ролло.

Голубые глаза Данмора заблестели.

– Должен признаться, я пригласил Джека не просто так. Когда я услышал, что Ролло обручился, я не поверил своим ушам. Мне захотелось познакомиться с женщиной, которая его укротила, и я решил, что мне нужен человек, который засвидетельствовал бы это.

Ролло спокойно улыбнулся:

– То, что пишет обо мне пресса, несколько преувеличено.

– Женщина, которая укротила Ролло Флеминга! – весело произнесла Дэйзи. – Мне нравится, как это звучит. Такая надпись отлично смотрелась бы на футболке.

Данмор рассмеялся:

– Это точно. А теперь давайте поедим. Надеюсь, вы проголодались, Дэйзи. Я должен следить за своим весом, но Джорди, мой шеф-повар, постоянно усложняет мне эту задачу.

Дэйзи понравилась еда, но еще большее удовольствие ей доставила компания Джеймса Данмора. Он был добрым и дружелюбным, и, несмотря на то, что он руководил международной компанией, на первое место он всегда ставил свою семью.

– Значит, Джек сын вашего брата? – Откинувшись на спинку стула, Дэйзи перевела взгляд с Джеймса на его племянника. – Он очень на вас похож, только…

– Только все зубы у него свои.

Дэйзи рассмеялась:

– Я хотела сказать, что его подбородок другой формы, нежели ваш.

Данмор нахмурился:

– Это так. Немногие это замечают. Все видят лишь одинаковый цвет волос. Вы очень наблюдательны, Дэйзи.

Улыбнувшись, она пожала плечами:

– Я актриса. Иногда можно получить роль благодаря форме подбородка.

Пожилой мужчина провел рукой по волосам.

– Рыжий цвет волос – наша семейная черта. Когда мы с отцом Джека были моложе, нас часто путали.

– Но вы не близнецы? – спросила она.

Данмор покачал головой:

– У нас даже матери разные. Но мы оба похожи на нашего отца.

Ролло накрыл ладонь Дэйзи своей:

– А у Дэйзи есть брат-двойняшка. Его зовут Дэвид.

– Как интересно, – улыбнулся Джеймс. – Должно быть, вы понимаете мужчин на интуитивном уровне. – Он посмотрел на Ролло: – Наверное, это удобно.

Дэйзи снова улыбнулась:

– Если бы. Дэвид совсем не такой, как Ролло. Да и на меня он не похож.

– Но у вас близкие отношения?

Она кивнула:

– Очень близкие. В детстве мы были неразлучны. Мы до сих пор стараемся видеться как можно чаще. Но мы очень разные. Это касается как внешности, так и характера и интересов. Не знаю, как я обходилась бы без Дэвида. Он словно моя совесть. Когда что-то делаю, я спрашиваю себя, что сказал бы на это мой брат.

У Джека завибрировал в кармане мобильный телефон.

– Простите, что встреваю. – Улыбнувшись Дэйзи, Джек посмотрел на своего дядю: – Только что пришло сообщение от Тома Крантца.

Данмор нахмурился:

– Прошу прощения, Дэйзи. Обычно я не…

– Вам не нужно ничего объяснять, – улыбнулась она, несмотря на охватившее ее чувство вины.

Они с Дэвидом всегда были неразлей-вода, но в последние несколько дней она почти не думала о нем. Переживания за брата были вытеснены похотью и мыслями о Ролло.

Осознав, что за столом воцарилась тишина, она встретилась взглядом с Ролло.

– Я знаю, что ты скучаешь по Дэвиду и беспокоишься о нем, – тихо произнес он, сжав ее руку. – С ним все будет в порядке. Я об этом позабочусь.

Дэйзи кивнула. Тепло и уверенность, которые она услышала в его голосе, успокоили ее. Затем к ней снова обратился Данмор. Их непринужденная беседа продолжалась до тех пор, пока Ролло не посмотрел на часы и не сказал:

– С вами очень хорошо, но нам пора идти.

Поднявшись, Джеймс похлопал его по спине:

– Приглашаю вас обоих в Свон-Крик на выходные. Мы продолжим общение, а затем, Ролло, я, возможно, рассмотрю ваше предложение.

Глава 9

Вернувшись в пентхаус, они, охваченные безумным желанием, сразу занялись сексом. После головокружительной близости Ролло, прижав Дэйзи к своему разгоряченному телу, тут же погрузился в сон. Она тихо лежала с открытыми глазами. В голове у нее вертелись слова, которые Данмор сказал Ролло на прощание.

Ролло остался невозмутимым, но она знала, что он услышал то, что хотел, и в душе ликовал. Ей тоже следовало бы радоваться. Чем скорее Данмор согласится продать Ролло здание, тем скорее она освободится от обязательств перед Ролло.

Но она не чувствовала удовлетворения. Напротив, сейчас, когда Ролло приблизился на шаг к осуществлению своей цели, а Дэйзи – к своей свободе, она была так взвинчена, что больше не могла спокойно лежать.

Осторожно приподняв руку Ролло, Дэйзи выбралась из постели и направилась в свою комнату. Десять минут спустя она уже плавала в бассейне на крыше. Сосредоточившись на ритме своих движений, она вскоре осознала, что ее тревоги рассеялись. В конце концов она устала плавать, выбралась из бассейна… и сердце подпрыгнуло у нее в груди. В одном из шезлонгов сидел Ролло. На нем были только джинсы, в руках он держал полотенце.

– Я думала, ты спишь, – улыбнулась она.

– Я спал, но проснулся и обнаружил, что тебя нет рядом.

Дэйзи уловила еле заметное напряжение в его голосе.

– Я была немного взвинчена и решила поплавать.

– Что такое? Ты все еще беспокоишься о Дэвиде?

Она собиралась машинально кивнуть, но вдруг поняла, что это не так. По пути в пентхаус она сообщила по телефону родителям и брату о своей помолвке. Они, конечно, очень удивились, но обрадовались за нее, и на душе у нее сразу стало спокойнее. Вот только…

Она покачала головой:

– Дело не в Дэвиде, а в мистере Данморе.

Ролло нахмурился:

– Почему он тебя волнует?

Дэйзи пожала плечами:

– Не знаю. До сегодняшнего дня я знала о нем лишь с твоих слов, но теперь он для меня реальный человек. И он мне очень симпатичен.

– Так в чем проблема? – спросил Ролло, нетерпеливо барабаня пальцами по подлокотнику шезлонга.

– Я не люблю лгать тем, кто мне нравится и кого я уважаю.

Его глаза сузились.

– Уверен, что, когда он согласится продать мне здание, ты по-прежнему будешь относиться к нему с симпатией и уважением.

Неужели он ничего не понимает? Или, может, просто не хочет понять?

– Я просто чувствую себя подлой. Джеймс замечательный человек, и он не заслуживает…

Черты Ролло напряглись. Его лицо теперь напоминало непроницаемую маску.

– Не заслуживает чего? Огромной суммы денег, которую я собираюсь ему заплатить? Данмор бизнесмен. Если он решит продать мне здание, то лишь для того, чтобы получить прибыль, а не из благородных побуждений.

– Ты сам себе противоречишь, – сказала Дэйзи, встретившись с ним взглядом. – Еще недавно ты говорил, что Данмор заключит сделку лишь с тем, кто разделяет его ценности. Ты решил жениться именно по этой причине, не так ли? Чтобы он подумал, что ты обрел свою вторую половинку и хочешь прожить с ней остаток жизни в любви и согласии?

– Я не могу управлять мыслями и чувствами Данмора.

– А как насчет твоих собственных чувств? Я думала, тебе нравится Джеймс.

На его щеке дернулся мускул.

– Да, но моя личная симпатия к нему никак не влияет на мое решение. В бизнесе нет места чувствам. – Он резко поднялся: – И ты тоже не имеешь никакого отношения к моему бизнесу. Если ты забыла, позволь напомнить тебе, что ты участвуешь во всем этом только потому, что тебе нужно вернуть мне долг.

У Дэйзи перехватило дыхание. Какой же наивной она была!

Неужели она думала, что секс их сблизит? Если так, то она ошибалась. Они по-прежнему были друг другу чужими.

Ей хотелось отругать себя за то, что она подчинилась зову плоти и отдалась Ролло, но вместо этого она направила свою ярость на него:

– Это твоя причина, Ролло, а не моя. Я нахожусь здесь потому, что я люблю своего брата. Но знаешь что? Я осталась бы, даже если бы ты не шантажировал меня, потому что я знаю, как важна для тебя эта сделка. Возможно, если бы тебя заботило что-то, кроме твоего бизнеса и здания, принадлежащего Данмору, ты смог бы это понять. Возможно, в этом случае тебе не пришлось бы посредством шантажа заставлять незнакомую женщину изображать твою возлюбленную. Все это было бы возможно, будь ты на самом деле таким человеком, каким притворяешься!

Его лицо по-прежнему ничего не выражало, но она чувствовала, что его самообладание висит на волоске.

– Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о том, что для меня важно.

Услышав в его голосе нотки предостережения, она обрадовалась. Ведь они означали, что ей удалось задеть его за живое.

– Почему? Потому что я всего лишь женщина, возвращающая долг? Ты ошибаешься, Ролло. Я знаю, что для тебя важно. Для тебя важна честность. Только ты не хочешь быть со мной откровенным, сказать мне, чем я так тебя расстроила.

За этим последовало долгое напряженное молчание.

– Ты сказала правду? Ты не солгала, когда сказала, что помогла бы мне, даже если бы я тебя не шантажировал?

Дэйзи часто заморгала. Она не собиралась ему этого говорить – слова сами вырвались наружу. Услышав их от Ролло, она почувствовала себя уязвимой, но она не собиралась ему лгать.

– Я сказала тебе правду, но, полагаю, эта правда важна для тебя не больше, чем я.

– Ты для меня важна.

– Ну да, конечно, – холодно произнесла она. – Без меня ты не сможешь получить здание Данмора.

– Нет. Ты для меня важна вовсе не поэтому. – Он сделал паузу, чтобы собраться с духом. – Вчера я сказал тебе правду. Ты занимаешь все мои мысли и… – Его плечи дернулись. – Ты права. Я действительно расстроен.

– Потому что я сказала, что мне не нравится лгать Данмору?

– Да… нет. – Его губы дернулись, пальцы вцепились в полотенце. – Мне просто показалось, что тебя волнуют Джеймс и Дэвид и их чувства, а не я.

– Это неправда. – Она судорожно вздохнула: – Ты для меня важен, но ты не хочешь быть для меня важным.

В течение нескольких секунд Ролло молча смотрел на нее.

– Ты хороший человек, – сказал он затем.

– Дело не в этом. Ради любви легко делать правильные вещи.

– Любви? – нахмурился он.

Ее щеки загорелись.

– Я имела в виду мою любовь к Дэвиду. – Отвернувшись, она закусила губу: – Ради него я сделала бы все. Точнее, ради любого из членов моей семьи. Она для меня важнее всего.

«Впрочем, он вряд ли когда-нибудь меня поймет», – устало подумала она. Судя по тому, что он не говорит о своем детстве и бесцеремонно использует в своих целях ее чувства к Дэвиду, семья ничего для него не значит.

Но когда она снова посмотрела на его лицо, ее сердце учащенно забилось. Она ожидала увидеть на нем непонимание, безразличие или гнев, но сейчас оно выражало лишь душевную боль.

Внезапно ей все стало ясно.

– Для тебя семья тоже важна.

Его голова дернулась, глаза широко распахнулись, как у животного, напуганного светом фар.

– Ты ведь поэтому так хочешь получить то здание, правда? – тихо спросила она.

Ролло уставился невидящим взором вдаль, затем молча кивнул. Дэйзи почувствовала, что он собирается с мыслями, поэтому, затаив дыхание, стала ждать, когда он ей все объяснит.

– Я в нем жил много лет назад, – признался он наконец.

– С родителями?

Он снова кивнул:

– Мой отец не был практичным человеком, но у него было много идей. К тому же он был способен на сильные чувства. С моей матерью он познакомился, когда работал садовником в загородном клубе, где она отдыхала вместе со своими родителями. Он сразу понял, что она та единственная женщина, которую он ждал всю жизнь. Тогда он срезал все розы в саду, подарил их ей и предложил стать его женой. – Ролло напряженно улыбнулся: – Его уволили, но ему было все равно, потому что она ответила «да».

Дэйзи кивнула:

– Это так романтично. Должно быть, они были очень счастливы вместе.

– Отец был счастлив. Мать не очень. После свадьбы они переехали в город. Отец зарабатывал мало и потратил все деньги из трастового фонда матери на воплощение в жизнь своих идей, которые проваливались одна за другой. Мать раздражала постоянная нехватка денег. Отец все время просил ее немного потерпеть, обещал, что скоро все изменится к лучшему, и такая жизнь ей претила. Но когда мне было десять лет, а моей сестре Розамунд четыре года, отец устроился на очень хорошую работу.

Дэйзи изумленно уставилась на него. До сих пор она думала, что Ролло был единственным ребенком в семье, а у него, оказывается, есть сестра. У нее возникло много вопросов, но она не стала их задавать. Перебивать его, когда он наконец ей открылся, было бы неправильно.

– Его зарплата была достаточно высокой, и мы смогли себе позволить снять приличную квартиру в центре города. Первое время мать была счастлива. Мы все были счастливы. Во дворе была площадка с качелями и горками, и мы с Розамунд любили там играть. Моя мать часто готовила вкусный ужин, мы собирались за столом всей семьей, ели, а затем играли в карты. Это были отличные времена.

В его голосе было столько светлой грусти, что ее сердце болезненно сжалось.

– Что произошло потом?

Он пожал плечами:

– Я не знаю. Месяц-другой она была довольна, а потом стала поздно возвращаться домой. Она закатывала истерики, собирала вещи, грозилась уйти.

«Неудивительно, что он так разозлился, увидев, как я собираю чемодан», – подумала Дэйзи.

– Она уходила из дома?

– Нет. Отец покупал ей подарок, водил ее в ресторан. На какое-то время она успокаивалась, а потом все повторялось снова. Он тратил много денег, чтобы сделать ее счастливой. Так продолжалось до тех пор, пока к нам в квартиру не явились они.

– Кем были эти «они»? – спросила Дэйзи, хотя сама уже обо всем догадалась.

– Судебные приставы, – сухо ответил он. – Оказалось, что мой отец давно потерял ту работу, но не хотел, чтобы мать об этом узнала. Нам пришлось освободить квартиру. Все происходило на глазах у соседей.

К горлу Дэйзи подкатил комок, и она тяжело сглотнула:

– Мне так жаль, Ролло.

– Первый раз был самым ужасным. Когда что-то становится обычной практикой, эмоции притупляются.

Его признание привело Дэйзи в ужас. Ей пришлось стиснуть зубы, чтобы не расплакаться.

– В конце концов мать не выдержала и ушла. Это произошло за неделю до моего тринадцатилетия, – горько улыбнулся он.

Не в силах смотреть на эту улыбку, Дэйзи отвела взгляд.

– Она оставила записку, в которой обвинила отца в том, что он потратил впустую ее деньги, потерял работу и квартиру. В том, что он испортил ей жизнь. Я слышал все это раньше, но увидеть эти жестокие слова на бумаге было намного хуже. – Он нахмурился: – Мой отец воспринял ее уход очень тяжело. Он чувствовал себя виноватым во всем и был одержим желанием вернуть квартиру. Он думал, что, если это произойдет, мать к нему вернется. Он работал не покладая рук, пока однажды у него не случился инфаркт. Он пролежал две недели в больнице и умер.

Его рот дернулся, и Дэйзи подошла к нему и взяла обе его руки в свои.

– Несмотря ни на что, он продолжал любить мою мать и заставил меня пообещать, что я верну квартиру.

– И ты ее вернешь, – сказала Дэйзи. – Мы ее вернем.

Ролло всмотрелся в ее лицо, словно пытаясь что-то на нем прочитать.

– После всего, что я тебе наговорил и сделал, ты все еще готова мне помогать?

– Да, – кивнула Дэйзи.

Она будет ему помогать. Потому что любит его.

Осознание этого пронеслось в ее голове как комета, которая была ярче солнца над небоскребами.

У нее сдавило грудь, и она попыталась убедить себя в том, что ошиблась. Она перебирала в уме все его недостатки, вспоминала все ужасные слова, которые он ей наговорил за короткое время их знакомства, но в глубине души знала, что это правда.

Она любит Ролло Флеминга. Иначе почему она переживает за него, как за близкого человека?

Разумеется, она не могла сейчас сказать Ролло о своих чувствах, поэтому она просто его обняла. Мгновение спустя его руки сомкнулись вокруг нее, и его губы коснулись ее макушки.

– Прости. За то, что наговорил тебе, и за то, о чем молчал.

Откинув назад голову, Дэйзи встретилась с ним взглядом:

– Это не имеет значения. Что произошло дальше с твоей матерью?

– Я не видел ее и не разговаривал с ней семнадцать лет, – ответил он после небольшой паузы. – Она мне пишет, но я не читаю ее писем. В этом нет никакого смысла. Никакие слова не могут исправить то, что она сделала.

Дэйзи кивнула.

– Но разве твой отец не хотел бы, чтобы она узнала о его желании во что бы то ни стало вернуть квартиру? – спросила она. – Чтобы она узнала, как сильно он ее любил?

– Она это знала, – отрезал Ролло. – Моя мать ушла, потому что у нее был роман с другим мужчиной. Ей было наплевать на моего отца, на меня и на квартиру. Когда она ушла, она взяла с тобой только то, что было ей по-настоящему дорого, а все остальное оставила. Включая меня.

На секунду выражение его лица изменилось, и она увидела в нем не сильного, уверенного в себе мужчину, а обиженного мальчика, которого бросили.

– Может, она планировала вернуться, когда устроится в другом месте, – пробормотала Дэйзи, сжав его руку в знак утешения. – Ни одна мать не захочет, чтобы ее ребенок скитался.

– Все зависит от ребенка. – Его лицо исказилось, как от боли. – Она забрала только мою сестру. Наверное, она любила по-настоящему только дочь.

Дэйзи сделала глубокий вдох. Внезапно ей стало ясно, почему он пришел в ярость, когда застал ее в своем кабинете, подумал о них с Дэвидом худшее и оскорблял ее при любой удобной возможности. Почему он держал под контролем свои чувства, пряча их за бесстрастным выражением лица, напоминающим маску.

Он никому не доверял, не верил в любовь и не считал себя достойным любви. Именно поэтому он всячески избегал привязанностей и отношений с обязательствами. Именно поэтому он решил жениться на незнакомой женщине.

Дэйзи отчаянно пыталась подобрать слова, которые объяснили бы поступок его матери, исцелили его боль и убедили в том, что он достоин любви. Ей ничего не пришло на ум, поэтому она просто обвила руками его шею и нежно поцеловала в губы.

Глава 10

Откинувшись на спинку кресла в своем кабинете, Ролло посмотрел на досье, лежащее перед ним на столе. На гладкой обложке было изображено здание, которое он хотел купить. До недавних пор оно было для него недосягаемым. Сначала из-за нехватки денег, затем из-за отказа Джеймса Данмора его продать. Но Ролло не испугался препятствий и упорно следовал к своей цели. И вот наконец ему осталось преодолеть последний барьер.

Подавшись вперед, он провел пальцами по логотипу своей компании и довольно вздохнул. Завтра он встретится с Данмором в его доме, расположенном в восточной части Лонг-Айленда, и они обсудят условия купли-продажи. Это было похоже на чудо.

И этим чудом он был обязан Дэйзи. Без нее он по-прежнему мучился бы со своей репутацией плейбоя. Но теперь на него смотрели как на остепенившегося мужчину, который встретил свою единственную женщину и собрался разделить с ней остаток жизни.

Только они с Дэйзи знали, что их брак будет ненастоящим.

Впрочем, недавно граница между притворством и реальностью стала размытой.

Ролло нахмурился. Сначала он думал, что это было последствием того, что они прожили какое-то время под одной крышей, затем видел причину этого в сексе, но вчера понял, что дело в самой Дэйзи. Ей удалось проникнуть сквозь броню, которая много лет защищала его внутренний мир. Он никогда ни с кем не говорил о своем прошлом. Однако вчера он разоткровенничался с Дэйзи, поделился с ней тем, что отравляло ему жизнь все эти годы.

Она внимательно слушала его, словно он был для нее важен. Это потрясло его не меньше, чем ее признание в том, что она продолжила бы ему помогать, даже если он перестал бы ее шантажировать. Разве после всех оскорблений в ее адрес он заслуживал такого благородного отношения к себе?

Поднявшись из-за стола, он взял досье и направился к двери. С каждым шагом он приближался к выполнению давнего обещания. Ему следовало испытывать радость, однако почему-то он мог думать лишь о том, что произойдет после того, как договор будет подписан.

После того как Дэйзи выполнит то, что от нее требуется.

Выйдя из лимузина перед домом семьи Данмор, Дэйзи застыла на месте как вкопанная. Безусловно, пентхаус Ролло произвел на нее сильное впечатление, но при виде Свон-Крик она испытала благоговейный трепет. Особняк был таким огромным и величественным, что ей показалось, что он ей снится. Но когда Ролло взял ее за руку, по ее коже пробежал электрический разряд, и она убедилась, что не спит.

– Знаю, этот особняк не похож на жилой дом, но это дом Данморов, – сказал Ролло, глядя на Джеймса и Эмили, встречающих их у входной двери. – Точно так же, как пентхаус – наш дом.

Наш дом.

От этих слов у Дэйзи потеплело на душе. Улыбнувшись Ролло, Дэйзи крепче сжала его руку, и они пошли вверх по каменным ступенькам.

Эмили Данмор оказалась такой же доброй и очаровательной, как и ее муж, и Дэйзи вмиг освоилась среди роскоши, которой был наполнен особняк Данморов.

– Джеймс сказал мне, что вы с Ролло познакомились в его офисе, – обратилась к ней Эмили, когда они вчетвером пили кофе в саду за домом.

– Да, это так, – улыбнулась ей Дэйзи. – Я работала официанткой на одном из его корпоративов.

– А я познакомилась с Джеймсом, когда работала за стойкой регистрации в отеле. Он был одним из постояльцев и самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видела. – Эмили посмотрела на мужа, и ее глаза озорно заблестели. – И самым неприятным.

Все рассмеялись.

– Он каждый день продлевал свое пребывание и не смотрел мне в глаза, когда разговаривал со мной. Он держался подчеркнуто вежливо, и это выводило меня из себя.

Покачав головой, Джеймс взял жену за руку:

– Я планировал провести в этом отеле всего одну ночь, но не мог отвести взгляд от Эмили. Я сразу понял, что она та единственная женщина, которая была предназначена мне судьбой. Вот только я был слишком молод и почти не общался с женщинами, если не считать родственниц. Почему-то я решил, что должен попытаться произвести впечатление на богиню за стойкой своими властными манерами. – Он застонал.

Дэйзи рассмеялась:

– Что произошло?

– Десять дней я выставлял себя полным идиотом, а затем уехал.

– Что? – нахмурилась Дэйзи. – Почему вы не пригласили ее на свидание?

– Потому что был слишком напуган, – ответил Джеймс. – Выйдя из того отеля, я сел в автобус и проехал на нем две тысячи миль до Сан-Франциско.

– Как далеко вы от нее уехали, – заметила Дэйзи.

– У меня не было выбора. Мой отец нашел мне работу в строительной фирме своего друга. Все было уже обговорено.

Эмили крепче сжала руку мужа:

– Я думала, что терпеть его не могу. Но я так к нему привыкла. Мне все время казалось, что он вот-вот появится у стойки и заговорит со мной. – Глаза пожилой женщины затуманились. – Я проплакала целую неделю.

Джеймс с нежностью посмотрел на свою жену:

– Я не плакал. Я уволился через пять недель, сел в автобус, проехал на нем две тысячи миль в обратном направлении, вошел в тот отель и опустился на колено перед Эмили. Я был так взволнован, что не мог говорить…

– Но я поняла, что он делает мне предложение, и расплакалась от радости.

От этой трогательной истории на глаза Дэйзи навернулись слезы. Посмотрев на Ролло, она заметила, что он напряжен и у него странное выражение лица, какого она никогда раньше не видела.

После ланча Данморы пошли в дом, сославшись на усталость, но Дэйзи заподозрила, что они просто решили оставить своих молодых гостей наедине друг с другом.

«Или, может, они просто сами захотели побыть вдвоем», – подумала она, когда они с Ролло лежали на белом песке на частном пляже Данморов.

– Здесь так красиво, правда? – произнесла она, глядя на волны океана, освещенные ярким полуденным солнцем.

– Ты красивее, – ответил он, пожав плечами.

Дэйзи легонько ударила его по руке:

– Мы сейчас одни, так что тебе нет необходимости говорить подобные вещи.

– Я знаю, – ответил он. – Но я говорю серьезно. Ты действительно красивая.

Посмотрев на его загорелое мускулистое тело, она подумала, что он тоже очень хорош собой. Но сейчас его мысли занимала вовсе не его красота, а некоторая отчужденность. Вспомнив, каким веселым он был до ланча с Данмором, она снова ударила его по руке и улыбнулась:

– А ты умный, и поэтому завтра ты станешь новым владельцем здания на Манхэттене и выполнишь обещание, данное отцу.

Вместо ответа, Ролло продолжил задумчиво смотреть на океан, и она встревожилась.

– Ты не выглядишь довольным.

Он перевел на нее взгляд и растянул губы в улыбке.

– Конечно, я доволен. Это все, чего я хочу.

«Это все, чего я хочу».

Его слова повторялись эхом в ее голове, заглушая плеск волн.

Это была всего лишь случайно брошенная фраза. Возможно, он не думал, что говорил. Но разве от этого его слова стали менее правдивыми? Что она ожидала от него услышать? Что у него есть все, чего он хочет, кроме нее?

Дэйзи перевела взгляд на океан, но время от времени она продолжала посматривать украдкой на лицо Ролло. После того как он открылся ей несколько дней назад, она часто это делала, пытаясь найти в выражении его лица что-то, что указывало бы на перемену в их отношениях.

Но разве в них что-то изменилось?

Вздохнув, она стала перебирать в уме факты, пытаясь быть при этом объективной. Да, Ролло поделился с ней болезненными воспоминаниями. Да, на короткое время она была ему нужна не как актриса или партнерша для секса, а как человек. Те минуты были невероятными. Он сделал значительный шаг на пути к доверию.

Взяв гладкий белый камень, Дэйзи повертела его в руках и положила на песок.

Конечно, это была лишь ее интерпретация произошедшего. Возможно, Ролло видел в своем откровении минутную слабость, которая больше никогда не должна повториться. Он определенно не дал ей повода думать, что стал по-другому смотреть на нее или их отношения. Он ни разу не упомянул о том разговоре и не попытался снова ей открыться.

Вздохнув, она взяла еще один камень и положила рядом с первым, затем нашла еще один.

– Тебя что-то тревожит? – неожиданно спросил Ролло, и она, вздрогнув, уронила камень.

Это была отличная возможность признаться ему в любви. Сказать, что она готова всегда быть рядом с ним и поддерживать его. Но прежде чем она успела на это решиться, он добавил:

– Все дело в приезде сюда? Во встрече с Эмили?

Его тон был отрывистым. Ей показалось, что он сердится на нее, и она не стала ничего ему говорить. Какое-то время они оба молчали, слушая шум волн и заунывные крики чаек вдалеке. Затем Дэйзи почувствовала теплые пальцы Ролло на своей руке.

– Прости, – сказал он, протянув ей камень, который она уронила. – Я не хотел на тебя давить. Знаю, тебе сейчас нелегко. Джеймс и Эмили хорошие люди, и тебе неприятно их обманывать.

Она кивнула:

– Да. Они такие скромные и великодушные. И до сих пор влюблены друг в друга. Они напоминают мне моих родителей. – Обернувшись, она посмотрела на особняк, который был едва виден за песчаными дюнами. – Хотя Свон-Крик побольше, чем «Рай в шалаше».

– Чем они похожи на твоих родителей?

Она нахмурилась:

– Их также связывают очень близкие отношения, основанные на любви, доверии и взаимопонимании. Они словно две половинки одного целого.

– Это ведь хорошо, не так ли?

Его вопрос прозвучал столь неуверенно, что она рассмеялась.

– Думаю, да.

– Но твои слова прозвучали так, словно это не очень хорошо.

Ролло посмотрел на нее внимательно, что она вдруг почувствовала себя не в своей тарелке.

– Это то, чего я всегда хотела. – Она заставила себя улыбнуться. – Но ты не всегда получаешь то, что хочешь. Именно поэтому шоколад и канцелярские товары продаются повсюду.

– Насчет шоколада все понятно. Но при чем здесь канцтовары?

– Я обожаю покупать красивые ручки и блокноты, – рассмеялась Дэйзи.

– Когда мы поженимся, ты перестанешь это делать.

Она подняла бровь:

– Это твое условие добрачного соглашения? Если так, тебе придется его пересмотреть, потому что ручки и блокноты не подлежат обсуждению.

Его зеленые глаза озорно заблестели.

– В таком случае у меня тоже есть несколько условий, которые не подлежат обсуждению.

Поняв, на что он намекает, Дэйзи покачала головой:

– У тебя лишь одно на уме, Ролло Флеминг.

– Только когда я с тобой. И если бы мы не были вынуждены воздерживаться…

– Но прошло всего два часа.

Бросив взгляд на часы, он ухмыльнулся:

– Пять часов и семнадцать минут.

Это было глупо, но мысль о том, что он считал минуты, прошедшие после их близости, очень ее обрадовала. Ей снова захотелось признаться ему в своих чувствах, но вместо этого она сказала:

– Нужно подождать всего один день. Затем мы вернемся в квартиру и сможем заниматься чем хотим.

Он медленно провел кончиком пальца вниз по ее руке.

– А я-то считал хладнокровным себя.

Внутри ее боролись друг с другом страх и надежда. Немного помедлив, она глубоко вдохнула и произнесла:

– Конечно, ты можешь просто сказать Джеймсу правду о нас и объяснить ему, почему тебе так нужно это здание.

Ролло никак на это не отреагировал. Он долго смотрел на волны, и она решила, что он собирается оставить ее слова без внимания.

Наконец он повернулся и, слабо улыбнувшись ей, сказал:

– Думаю, что это не сработает.

Дэйзи расстроил его ответ, но она не подала виду.

– Почему? Джеймс готов заключить сделку с человеком, для которого важны семейные ценности. Его здание нужно тебе лишь для того, чтобы выполнить обещание, которое ты дал своему отцу.

Он по-прежнему улыбался, но его поза стала напряженной.

– Как я смогу сказать ему правду о нас? Какие семейные ценности выражает фиктивная помолвка?

Дэйзи сделала глубокий вдох:

– Это была всего лишь идея.

– Ты передумала выходить за меня замуж?

Увидев в глубине его глаз боль, Дэйзи пришла в замешательство.

– Конечно нет. Данморы мне симпатичны, и мне не нравится их обманывать, но я на твоей стороне, Ролло. Я знаю, как для тебя важна эта сделка. – Ей хотелось рискнуть всем и признаться ему в любви, но вместо этого она лишь крепко сжала его руку и сказала: – Для меня она тоже очень важна. – Ее голос задрожал, и она сглотнула. Она понимала, что делает себя уязвимой перед ним, но ей было необходимо найти правильные слова, чтобы достучаться до него. Заставить его все понять. – Ты мне небезразличен, и я хочу, чтобы ты был счастлив.

Посерьезнев, он молча смотрел на нее, после чего ответил:

– Я тоже хочу, чтобы ты была счастлива.

Было заметно, что это признание далось ему с трудом, но Дэйзи, помня о его страхе перед привязанностями, была готова пока удовольствоваться этим. Посмотрев на сердечко, которое она собрала на песке из камней, она вздохнула и сказала:

– В таком случае пойдем в нашу комнату. До обеда остается еще час с лишним.

Его глаза вмиг потемнели от желания. Поднявшись, он схватил ее за руку, потянул на себя, и они побежали к дюнам.

Следующим утром Джеймс Данмор пригласил Ролло в свой кабинет для обсуждения сделки, а Дэйзи и Эмили отправились на прогулку по саду.

– Значит, это и есть та самая река, которая дала название вашему дому? – спросила Дэйзи, когда они остановились посреди деревянного мостика над узкой речкой.

– Да. А вон там лебеди[2], – улыбнулась Эмили.

Повернувшись, Дэйзи увидела двух невероятно красивых белых лебедей, скользящих по воде. Их изогнутые длинные шеи напоминали изящные ручки фарфоровых чашек.

– Они были здесь, когда мы купили этот участок земли. На нем не было ничего, кроме обветшалой рыбацкой хижины и реки с лебедями.

– Откуда вы знаете, что это одна и та же пара? – спросила Дэйзи.

– Местная орнитологическая станция постоянно наблюдает за птицами. Вам, должно быть, известно, что лебеди создают пары на всю жизнь.

Дэйзи кивнула, почувствовав очередной укол совести. Ей было неприятно обманывать таких хороших людей, но она пообещала Ролло, что всегда будет на его стороне, и намерена сдержать свое обещание.

Позже они вчетвером встретились за ланчем в беседке, увитой лиловой глицинией.

– Мы с Эмили подумали, что нам следует выпить шампанского, чтобы отпраздновать вашу помолвку, – сказал Джеймс, улыбаясь своей жене.

– Как здорово, – ответила Дэйзи, посмотрев на Ролло.

– Это очень любезно с вашей стороны, – произнес он с ослепительной улыбкой, и она тоже заставила себя поднять уголки губ. – Джеймс, почему бы нам заодно не отпраздновать нашу с вами предстоящую сделку?

Данмор кивнул:

– По-моему, это отличная идея.

«Вот и все», – подумала Дэйзи. То, над чем они с Ролло так усердно работали, произошло. Им с Джеймсом осталось только подписать документы.

Почему-то ей вдруг захотелось плакать, но она заставила себя улыбаться, есть и пить шампанское.

Когда ланч наконец закончился, она положила ложку и посмотрела на хозяйку дома:

– Все было очень вкусно, Эмили. Спасибо вам.

– Вам с Ролло следует погостить у нас после свадьбы, – улыбнулся Джеймс. – Ролло давно присматривает недвижимость в этих краях. Нью-Йорк не самое подходящее место для того, чтобы растить детей.

Дэйзи машинально кивнула. Готовясь к этой встрече, они с Ролло упустили из виду возможные вопросы о детях, и она не знала, как правильно на них отвечать.

К счастью, ей на выручку пришла Эмили. Закатив глаза, она сказала мужу:

– Джеймс! Они еще даже не поженились. – Она обратилась к Дэйзи: – Уверена, вы с Ролло хотите пожить какое-то время в городе и насладиться компанией друг друга.

Джеймс виновато посмотрел на Дэйзи:

– Ну разумеется. Простите меня, старика. Я слишком тороплю события.

– П-пожалуйста, не извиняйтесь. Мы с Ролло еще не говорили о детях. Мы не знаем, когда… Мы просто… – бессвязно бормотала она с деланой улыбкой.

Она перевела взгляд на Ролло в надежде на то, что он сгладит неловкость. Но он молча смотрел на нее, и странное выражение его лица приводило ее в замешательство.

Карие глаза Дэйзи умоляли его. Ей нужно было, чтобы он вступил в разговор и спас положение. Спас сделку, к которой стремился столько лет.

Он никогда ничего не хотел сильнее, но сейчас, когда до его цели уже было рукой подать, он понял, что она не стоит того, чтобы ради нее лгать, притворяться и шантажировать другого человека.

– Мы действительно не говорили о детях, – сказал он.

– В этом нет ничего предосудительного. Сейчас многие пары предпочитают сначала немного пожить для себя, – заметила Эмили.

Ролло покачал головой:

– Нет. Дело не в этом, а во мне.

Он встретился взглядом с Дэйзи, и она, к ужасу своему, вдруг поняла, что он собирается сделать.

– Нет, Ролло…

Тогда он взял ее за руку. Его зеленые глаза при этом неистово блестели.

– Это было неправильно с самого начала.

Отпустив ее руку, он поднялся и повернулся лицом к Джеймсу:

– Дэйзи ни в чем не виновата. Я заставил ее это сделать.

Данмор тоже встал из-за стола:

– Я ничего не понимаю, Ролло. Что вы заставили сделать Дэйзи?

– Наши отношения ненастоящие. Мы притворялись женихом и невестой.

Дэйзи содрогнулась. Ей причинили боль не слова Ролло, а облегчение, которое она услышала в его голосе.

– Вы лгали насчет брака, Ролло? Вы не влюблены? – Джеймс недоверчиво покачал головой.

Ролло пожал плечами:

– Вы не продали бы здание завзятому плейбою, поэтому я решил притвориться другим человеком. Мне нужна была женщина, которая сыграла бы роль моей жены. Дэйзи любезно согласилась мне помочь.

Дэйзи тяжело сглотнула. Ролло смотрел прямо на нее, и нежность в его взгляде шла вразрез с жестокостью его слов.

– И как долго вы собирались разыгрывать этот фарс? – холодно спросил Джеймс.

– Год, – ответил Ролло, не глядя на него. – Но сейчас я понимаю, что это слишком долго. Что даже месяц притворства был слишком большой жертвой.

Дэйзи почувствовала себя так, словно ее ударили в солнечное сплетение.

– Вы зашли слишком далеко, Ролло. – Джеймс выглядел потрясенным. – Сделка отменяется.

Кивнув, Ролло долго смотрел на Дэйзи. Его взгляд был ясным и спокойным, как у гладиатора, ждущего своего выхода на арену. Затем он повернулся и, не сказав ни слова, пошел прочь.

– Прошу вас… – обратилась Дэйзи к Данморам. – Вы должны его остановить. Я знаю, мы поступили плохо, но, уверяю вас, Ролло пошел на это из благородных побуждений.

Джеймс уставился на нее в замешательстве:

– Я не понимаю. Он втянул вас в эту грязную историю, однако вы хотите ему помочь.

– Да, хочу, – ответила она дрожащим голосом.

– Но почему?

– Я знаю почему. – Подойдя к Дэйзи, Эмили взяла ее за руку: – Потому что вы его любите.

– Да, я люблю его, но это, похоже, уже не важно.

Тогда Эмили заключила ее в объятия, и она, не в силах больше сдерживать свои отчаяние и боль, разразилась слезами.

Глава 11

После ухода Ролло Данморы не стали осуждать Дэйзи за ее участие в обмане. Они дали ей успокоиться, и она рассказала им всю историю, не упомянув лишь о мотивах Ролло. Эта информация носила личный характер, и она была не вправе делиться ей с другими.

Джеймс и Эмили были так добры к ней, что она снова расплакалась. Слезы принесли ей облегчение, но еще большее облегчение она испытала, когда вернулась домой.

Первую неделю она проплакала, а потом у нее закончились слезы. Или, может, просто пришло время перестать горевать и снова начать жить. Именно это сказал ей Дэвид, когда она навестила его в реабилитационном центре. Выслушав ее историю, он крепко ее обнял и пообещал ей, что всегда будет рядом.

Когда она перестала валяться в кровати и жалеть себя, отец протянул ей передник и предложил снова поработать в семейном ресторане. Ни он, ни мать ни о чем ее не расспрашивали. Они просто окружили ее теплом и заботой, как делали всегда, когда она нуждалась в моральной поддержке.

Обведя взглядом зал ресторана, Дэйзи улыбнулась. Впервые в жизни работа официанткой доставляла ей удовольствие. В ее однообразии было что-то успокаивающее. Но самым большим плюсом ее новой жизни было то, что она совсем не походила на ее жизнь на Манхэттене.

С того дня, когда шофер Данморов привез ее в дом ее родителей, прошел уже месяц. Она целый месяц не видела Ролло и не разговаривала с ним по телефону. Впрочем, она и не ждала, что он даст о себе знать. В тот момент, когда он повернулся и ушел, она поняла, что он выбросил ее навсегда из своей жизни, и решила сделать с ним то же самое. Она отдала кольцо с изумрудами и бриллиантами Джеймсу, поскольку не хотела лично встречаться с Ролло.

Они больше никогда не увидятся. По его словам, месяц, проведенный с ней, был слишком долгим.

Неожиданно у нее защемило сердце, и она, взяв тряпку, вытерла бутылки с соусами, чтобы отвлечься.

Ее сердце разбито, но она не пойдет на поводу у этой боли. Она стала сильнее и была решительно настроена наполнить свою жизнь новым смыслом. Когда она накопит достаточно денег, она поступит в университет и будет изучать английскую филологию. В глубине души она всегда хотела получить высшее образование, но сомневалась в своих умственных способностях.

Профессия актрисы давала ей возможность скрывать эти сомнения, но ей надоело изображать других людей. Отныне она собирается быть только самой собой, и, если ей придется столкнуться лицом к лицу со своими прежними страхами и новыми неудачами, пусть будет так. Прилагать старания и пытаться преодолеть трудности лучше, чем постоянно обманывать себя и других.

Уголки ее рта поднялись. Это было лишь жалкое подобие улыбки, но, возможно, когда Дэвид завтра приедет домой, она будет готова улыбнуться по-настоящему. Впрочем, брат вряд ли поверит ее улыбке. Ведь он знает ее так же хорошо, как самого себя.

«Я знаю тебя так же хорошо, как самого себя», – прозвучал в ее голове знакомый глубокий голос, и сердце учащенно забилось.

– Ты закончила, Дэйзи?

Резко подняв голову, она увидела своего отца, стоящего в дверях.

За окнами проходили пешеходы и проносились машины. Эта будничная суета успокаивала расшатанные нервы.

Жизнь продолжается, и она хороша. У нее есть любящая семья, работа и будущее.

– Да, папа, – кивнула она. – Поехали домой.

Сидя за столом во дворике за родительским домом, Дэйзи пыталась с помощью кондитерского пистолета сделать надпись на шоколадном торте, который так любил ее брат.

«Хорошо, что Дэвид приедет только через час», – подумала она, обнаружив, что буквы получаются слишком большими. Она планировала написать «Мы тебя любим, Дэвид», но места хватило только для «Мы тебя лю».

Дэйзи раздраженно вздохнула. Какого черта она взялась украшать торт, испеченный матерью, когда ее кулинарные способности оставляют желать лучшего?

– Мам! – громко крикнула она. – Иди сюда, иначе я все испорчу!

Из глубины дома через открытое кухонное окно до нее донесся звонок, и она, закатив глаза, выругалась себе под нос. Наверняка к ним пришла соседка Сара, и теперь они с матерью, как обычно, проболтают целый час, а вся вина за некрасивый торт ляжет на Дэйзи.

Но это была не Сара. Голос пришедшего явно был мужским, а в голосе матери слышалось радостное волнение.

Ну конечно же ее братец приехал раньше, чем обещал. Это так на него похоже.

Широко улыбаясь, она вскочила на ноги, побежала с кондитерским пистолетом в руке к кухонной двери… и застыла на месте как вкопанная, когда из нее вышел Ролло.

Время притупило ее боль, но стоило Дэйзи увидеть человека, разбившего ей сердце, как она вмиг обострилась.

– Как ты узнал, где я живу? – сухо спросила она.

– Спросил у Дэвида.

Он выглядел неуверенным, словно решение приехать сюда далось ему непросто.

Дэйзи покачала головой:

– Я тебе не верю. Мой брат ни за что бы не сказал тебе этого.

– Я не оставил ему выбора.

Ее охватил сильный гнев, который тут же заглушил боль и страх. Сжав руки в кулаки, она сделала несколько шагов в его сторону.

– Что ты сделал? Ты ему угрожал?

– Конечно нет.

– Почему «конечно»? Это ведь твоя обычная тактика.

Он провел рукой по лицу, и тогда она заметила, что под его глазами залегли тени, а щеки слегка впали.

– Я просто сказал ему, что мне очень нужно тебя увидеть.

Дэйзи посмотрела на него с недоверием:

– Ты шутишь? Дэвид знает, что ты сделал. Он знает, что ты меня шантажировал, использовал, а затем бросил. Он ни за что не подпустил бы тебя ко мне.

К ее горлу подкатил огромный комок, но как бы ей ни было больно, она ни за что не расплачется перед Ролло Флемингом.

– Убирайся отсюда и держись подальше от меня и моей семьи!

– Дэйзи, прошу тебя. Я лишь хочу…

Услышав в его голосе боль, она вздрогнула, но, когда он приблизился к ней, сделала шаг назад.

– Не имеет значения, чего ты хочешь, Ролло. Я не могу тебе это дать. Неужели ты не понимаешь, что у меня ничего не осталось? До встречи с тобой у меня были дом и работа. Пусть я жила у брата и ненавидела свою работу, но это была моя жизнь. А ты заставил меня от нее отказаться. – Несмотря на теплую погоду, ее бросило в дрожь, и она обхватила себя руками: – Я тебя поддерживала, воспринимала твои проблемы как свои, а ты сказал, что для тебя это не имеет никакой ценности. Что брак со мной – это жертва, на которую ты не готов пойти.

– Я не это имел в виду. – Он покачал головой, и его взгляд внезапно просветлел. – Я говорил не о своей жертве, а о твоей.

– Что т-ты имеешь в виду? – произнесла она дрожащим голосом.

– Когда ты сказала, что помогла бы мне, даже если бы я тебя не шантажировал, я нисколько не сомневался в том, что это правда. Что ты будешь поддерживать меня и дальше.

Она почувствовала, как ослабевает ее гнев.

– Мне жаль, что ты потерял здание.

– Тебе жаль? – Он нахмурился: – Но почему?

– Я знаю, как много для тебя значило то, что было с ним связано, – произнесла она с притворным спокойствием.

– Я всю свою жизнь хотел вернуть это здание, но сейчас это уже не имеет значения.

– Ты очень старался. Ты сделал все, что мог.

– Ты не понимаешь. Мне наплевать на сделку и на обещание, данное отцу. Мне нужна только ты.

Ее сердце подпрыгнуло.

– Нет. Не говори так.

Слезы, которые она с таким трудом сдерживала, начали течь из ее глаз, и она провела рукой по лицу.

– Я плачу не потому, что ты мне небезразличен, а потому, что очень на тебя зла.

– Ты имеешь полное право на меня злиться. Я так ужасно с тобой обращался. – Его голос сломался, и он глубоко вдохнул, прежде чем продолжить. – Мне жаль, что я не могу повернуть время вспять и все исправить.

– Ты унизил меня. Избавился от меня, как от вышедшего из моды пальто. Ты не просто отказался от заключения сделки. Ты отказался от меня. Ты бросил меня. Причинил мне боль… – Внезапно она поняла, что больше не может выносить эту пытку. – Уходи, Ролло. Пожалуйста.

Он покачал головой:

– Не могу.

– Почему не можешь? Какого черта ты вообще сюда пришел?

Тогда Ролло засунул руку в карман и достал оттуда кольцо с изумрудами и бриллиантами. Не веря своим глазам, Дэйзи тупо уставилась на него.

– Ко мне приезжал Джеймс. Он отдал мне кольцо и устроил мне хороший разнос. Безусловно, я это заслужил. Он сказал мне, что я идиот, потому что оставил тебя. Сказал, что ты защищала меня после моего ухода.

Щеки Дэйзи вспыхнули, и она отвернулась:

– Да, я действительно тебя защищала, и это делает идиоткой меня.

– Дэйзи…

В его тихом голосе было что-то, что затронуло струны в глубине ее души, и она снова посмотрела на него.

– Джеймс сказал, что ты меня любишь. – Ролло сделал небольшую паузу. – Это правда?

Внутри у Дэйзи все оборвалось, но, какой бы болезненной ни была правда, она не могла ему солгать и кивнула в ответ.

– А сейчас? Ты все еще меня любишь?

Ей казалось, что его зеленые глаза смотрят ей прямо в душу, и она снова кивнула.

– Тогда выходи за меня замуж, – тихо сказал он.

Дэйзи покачала головой:

– Ты не хочешь на мне жениться, Ролло. Ты никогда этого не хотел. Я была для тебя лишь средством для достижения цели.

– Только вначале.

Его глаза лихорадочно горели, и Дэйзи обнаружила, что он весь дрожит от волнения.

– Но затем все изменилось. Я изменился. Только я не знал, как тебе это сказать.

– Сказать что? – прошептала она.

– Что я люблю тебя, – хрипло произнес он в ответ, и она вмиг забыла о своей боли и страданиях. – Я не заслуживаю тебя, Дэйзи. Но я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. На этот раз по-настоящему. Тогда я ушел именно по этой причине. Я знал, что тебе было неприятно лгать Данморам, но ты продолжала это делать ради меня. Когда я понял, что больше не могу это выносить, я сделал выбор. Я выбрал тебя.

Ее сердце наполнилось радостью, к которой тут же добавилась капля грусти.

– Ты потерял то, чего добивался столько лет.

– Я ничего не потерял. Должен признаться, ты была права. Когда я рассказал Джеймсу о злоключениях моего отца и обещании, которое я ему дал, он согласился продать мне здание. Я решил, что отремонтирую квартиры и буду сдавать их за невысокую плату нуждающимся семьям. Джеймсу очень понравилась моя идея, и он сказал, что поможет мне с ремонтом. Мы подписали договор купли-продажи сегодня утром. Вот почему я не приехал к тебе раньше. Я не хотел, чтобы у тебя были какие-то сомнения по поводу того, почему я хочу на тебе жениться.

– Значит, я для тебя всего лишь бонус к выгодной сделке? – пошутила она.

– Я бы сказал «да», но твой кондитерский пистолет выглядит опасным, – рассмеялся он.

– В моих руках это смертельное оружие, – улыбнулась она. – Если не веришь, посмотри на торт.

Внезапно его лицо приняло серьезное выражение.

– Ты не бонус, Дэйзи. Ты джекпот. Я очень тебя люблю и буду любить всегда.

Забрав у нее пистолет, он положил его на скамейку, затем взял ее руку и надел ей на палец кольцо.

Какое-то время они стояли и молча смотрели друг на друга. Затем Ролло привлек ее к себе и, зарывшись лицом в ее волосы, прошептал:

– Я так боялся.

Дэйзи нежно погладила его по щеке:

– Чего?

– Того, что Джеймс может ошибаться. Что ты можешь никогда меня не простить.

– Я тоже боялась. Боялась, что потеряла тебя.

– Это невозможно. Ты часть меня. Лучшая часть.

Дэйзи заглянула в его глаза, и они сказали ей то же самое. Он смог показать ей свою уязвимость, и за это она полюбила его еще сильнее.

Она прижалась щекой к его щеке, и они простояли так целую вечность.

– Наверное, нам следует пойти к моим родителям и сообщить им хорошую новость, – наконец произнесла Дэйзи, слегка отстранившись. – Не понимаю, почему они до сих пор не пришли сюда.

– Думаю, это моя вина. Возможно, я был очень пылким, когда пытался объяснить им, кто я и зачем пришел. – Он поморщился: – Видишь ли, я так давно не общался с родителями.

Дэйзи закусила губу. Она хотела кое-что ему сказать, но он, словно прочитав ее мысли, опередил ее:

– Я слишком долго злился на свою мать. Ты заставила меня посмотреть в лицо моему гневу и моим страхам.

– Тебе нужно увидеться с матерью и сестрой, – мягко сказала Дэйзи.

Он кивнул:

– Да. Я уже написал им письмо, и мы договорились о встрече.

– Я рада, – улыбнулась она. – Я всегда хотела иметь сестру.

Тогда он наклонился, и их губы слились в страстном поцелуе, который стал началом их счастливой совместной жизни.

Примечания

1

Буррата пульезе – сыр региона Апулия, относится к семейству сыров моцарелла.

2

Свон-Крик – лебединая река (англ.).

Content

Луиза Фуллер
Поиграем в любовь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Примечания